Наслаждайтесь миллионами электронных книг, аудиокниг, журналов и других видов контента

Только $11.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Паладин поневоле

Паладин поневоле

Читать отрывок

Паладин поневоле

Длина:
577 страниц
6 часов
Издатель:
Издано:
15 дек. 2017 г.
ISBN:
9781370309160
Формат:
Книга

Описание

В теплый приморский городок направляют нового сотрудника взамен убитого. В его задачу не входит расследовать убийство предшественника, но в тихом городке все странным образом переплетено. Он, человек без прошлого, без магических способностей, чувствует, как от города веет опасностью. Один из немногих, выскользнувший из пучины забвения, он чувствует сообщников демонов, захватывающих человеческое сознание. Его единственное желание - разобраться во всем, не дать врагам исполнить задуманное, отомстить тем, кто лишил его памяти. И он не намерен сдаваться.

A new employee travels to a warm seaside town, to replace his murdered predecessor. Not tasked with investigating the murder, he quickly finds that everything in this quiet town is strangely intertwined and nothing is what it seems. A man without a past and without any special powers or skills, realizes he is occupying a place of countless risk and mortal danger. One of the few escaped from the depths of oblivion, he feels like a fellow of demons, capturing human consciousness. His only desire is to understand all, do not let the enemies execute his plan, seeking revenge on those who have deprived his memory. And he does not intend to give up.

Издатель:
Издано:
15 дек. 2017 г.
ISBN:
9781370309160
Формат:
Книга

Об авторе


Связано с Паладин поневоле

Предварительный просмотр книги

Паладин поневоле - Nikolajs Kapitonovs

Предисловие

В теплый приморский городок направляют нового сотрудника взамен убитого. В его задачу не входит расследовать убийство предшественника, но в тихом городке все странным образом переплетено. Он, человек без прошлого, без магических способностей, чувствует, как от города веет опасностью. Один из немногих, выскользнувший из пучины забвения, он чувствует сообщников демонов, захватывающих человеческое сознание. Его единственное желание — разобраться во всем, не дать врагам исполнить задуманное, отомстить тем, кто лишил его памяти. И он не намерен сдаваться.

Глава первая

Дилижанс набрал приличную скорость на пологом спуске с холма. Ближе к морю дорога постоянно то поднималась, то опускалась. Четверка лошадей стучала копытами по утрамбованной дороге, чувствуя приближение города. Собственно, город можно было разглядеть невооруженным глазом, до него оставалось не более двух километров. По правую сторону от дороги простиралось лазурное море с белыми шапочками на волнах. Воздух был наполнен морским запахом, только пассажир в карете его не замечал. Он с интересом разглядывал старые руины по левую сторону дороги. Дилижанс не очень сильно трясло, что радовало, ведь дороги не ремонтировались столетиями. Редкие пассажиры столь экзотического вида транспорта вынуждены мириться с таким положением вещей. Все нормальные люди пользуются порталами. Чувствовалась близость города, где пользуются дорогами для коротких переездов к селам и усадьбам. Обычно чем дальше от города, тем дороги становятся хуже. Приближаясь к городу, дилижанс увеличил скорость, насколько это позволяла дорога. Солнце готово было скрыться за высоким холмом, оставшимся позади в клубах пыли, поднятой копытами. Извозчик, предвкушая скорый отдых, подгонял лошадей и его кнут пугающе щелкал в воздухе. Дилижанс уже набрал приличную скорость, когда под переднее левое колесо попал небольшой камень, притаившийся в дорожной пыли. Колесо подскочило, а потом с силой ударилось об землю. Крепление, которое никто никогда не менял, с треском разлетелось, и колесная ось под углом вонзилась в грунт. Оторвавшееся колесо осталось далеко позади, а металлический штырь еще какое-то время прорезал дорогу, пока извозчик останавливал разгоряченных лошадей.

Когда карета наконец замерла на месте, возница первым делом кинулся осматривать повреждения. Благодаря многолетнему опыту он не свалился с облучка и справился с управлением. Нужно было оценить повреждения, чтобы определиться, что делать дальше. Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять — своими силами им здесь не справиться. Даже будь у извозчика детали для ступицы, тяжелую кабину дилижанса вдвоем все равно не поднять.

Вдвоем? Как он мог забыть о своем пассажире?

Возница повернулся, чтобы кинуться к двери, открывшейся в тот самый момент, выпуская из кареты мужчину лет сорока пяти, среднего роста с простоватым вытянутым лицом. Он потирал ушибленный лоб. Кожа на лбу была рассечена, рана самую малость кровоточила, не представляя серьезной опасности.

Извозчик перевел взгляд с пассажира на зарытую в землю ось, намекая на непредвиденные обстоятельства.

По левую сторону от дороги тянулись руины разрушенного Берлитара. Здесь все и началось. Полчища демонов вторглись на Тавр через портал, открытый прямо в городе. Я видел картины о событиях того времени. Не знаю, сколько в них выдумки, а сколько правды, но зрелище было пугающим. Незнакомые ранее существа, которых окрестили демонами, разрушали все на своем пути. Будто целый враждебный мир с его обитателями вторгся к нам. Твари всех размеров и мастей, от огромных шестируких великанов до небольших двуногих ящеров с когтистыми лапами, пугали воображение. Десятки разных видов демонов лавиной обрушились из портала, разрушая мир Тавра. Никаких переговоров, никаких условий, только полное уничтожение всего живого на своем пути. Берлитар оказался первым городом, подвергшимся истреблению. Но и после этого поток не прекращался, перебрасывая демонов на все континенты.

Неудивительно, что от города остались лишь руины. Когда все закончилось, его решили не восстанавливать. Немного дальше построили новый Берлитар с примыкающим к нему гостевым кварталом и портальной станцией. Гостевой квартал строили позже, как и в других городах, но это ничего не меняло.

Я знал обо всем из архивных записей, хотя на подготовку мне дали только сутки. К поручениям я всегда отношусь серьезно, поэтому пришлось изучить все, что было доступно. Отсыпался на кораблике, отдалявшем меня от столицы на север. Радовало одно, мое назначение совпало с моей любовью к теплу. В Берлитаре теплый климат, север ближе к экватору, тут мне должно понравиться.

Наслаждаться пыльными обломками на фоне заходящего солнца мне помешал сильный толчок, подбросивший меня вверх, дилижанс накренился набок, с треском останавливая ход. Все произошло очень быстро, но мне показалось, что нас тащили вперед целую вечность. Нас, это громко сказано. Кроме меня внутри никого не было. Болтливая тетка, охавшая всю дорогу о том, как она боится порталов, сошла рано утром в маленьком городке Дюпрон. Не скажу, что жалел о такой потере, наоборот, никто больше не мешал размышлять.

Приложило меня неплохо, что-то саднило на лбу. Кое-как приняв ровное положение, прикасаюсь к ушибленным местам. Демон, у меня на лбу кровь. Я не нервная барышня, чтобы падать в обморок, но все равно, неприятно. Появиться на работе с такой отметиной — вызвать ненужные пересуды. Толкнув дверцу, выбираюсь наружу. Сидеть под углом не очень удобно.

Кучер смотрел то на меня, то на сломанную ось, будто извиняясь. Но я совершенно не разбираюсь в повозках и не собираюсь его ругать из-за аварии на дороге. Это могло случиться с кем угодно. Не повезло мне, это случайность, не более. Не замечал, чтобы я притягивал проблемы, конечно, не считая главной, но это особый случай.

— Воздух, — произношу вслух сформировавшуюся мысль, не дававшую покоя с момента, когда я вышел наружу.

— Море, — поясняет мой возница-неудачник.

Анакан, где я раньше жил, был в сорока километрах от моря, отгороженный от воды горным хребтом. Из столицы к морю проложили широкий тракт, но, как и всеми дорогами, им редко пользовались. Воздух на юге был совершенно другой. Здесь я чувствовал какие-то новые запахи, приятный жар от раскаленной за день земли и тихий шелест моря.

— Здесь всегда такой воздух?

— Всегда.

— Это старый Берлитар? — киваю в сторону развалин.

Я догадываюсь, что это он, но мы могли не доехать. Лучше уточнить у знающего человека.

— Он самый, — подтверждает кучер.

— Что будем делать?

— Подмогу вызывать надо. Самим нам не справиться. Силенок не хватит эту махину поднять и деталей, чтобы заменить, у меня нет. Вы бы тут подождали господин, а я быстренько до города, позову подмогу и обратно.

— Я не хочу здесь задерживаться.

Нет никакого смысла сидеть в поломанном дилижансе до ночи, когда до города рукой подать. Сколько до него? Чуть больше километра — пустяк.

— Тогда останусь я, а вы окажите любезность, сообщите на почтовой станции, что я здесь. Иначе мне тут всю ночь торчать, пока кто навстречу не проедет.

— Пойдем вместе.

— Не могу я.

— За лошадей переживаешь?

— Нет. Лошадей никто не тронет. Груз, Посылки разные, вот за них по голове не погладят.

Мог бы сам догадаться. У него груз, который нельзя перемещать порталом. Тут вариантов немного. Либо из нашей службы посылки, либо от магов. Хоть наши ведомства и смежные, но мы их никогда не считали за своих. Все же у нас абсолютно разные задачи.

— Не хочу тут оставаться надолго. Лучше дойду до города и сообщу о происшествии.

— Грозы не боитесь? — спрашивает кучер, направив взгляд в сторону городских стен. Словно в подтверждении его слов с той стороны доносятся раскаты грома.

На город из-за моря надвигается черная грозовая туча. По ее краю причудливыми зигзагами вспыхивают молнии. Только сейчас замечаю, что воздух напряжен в преддверии предстоящей грозы.

— Можно не успеть, — добавляет кучер, боясь, что я не вызову подмогу.

Сидеть в грозу внутри сломанного дилижанса, совершенно не входит в мои планы. За месяц моего путешествия насиделся на две жизни вперед. Правда, в дилижансе я ехал всего две недели, но этого оказалось достаточно, чтобы сделать выбор в пользу прогулки под дождем.

— Я рискну. Расскажи, как найти почтовую станцию, — задаю вопрос, направляясь к двери, из которой недавно выбрался. Оставлять мой саквояж нельзя ни в коем случае. Демон с ним, с багажом, но саквояж всегда должен быть при мне.

— По дороге, что ведет в город, все время прямо. Станция будет по правую руку кварталов через пять от ворот. Не ошибешься, коновязь там приметная, с небольшим навесом, ну и площадь само собой.

— Обязательно сообщу, — пообещал я, быстрым шагом направляясь в сторону города. — Мой багаж оставь на станции, позже заберу, — крикнул уже на ходу, ни на секунду не останавливаясь, для чего пришлось идти спиной вперед. Встреча с грозой не обещала ничего хорошего.

Туча угрожающе рычала, заполняя собой все пространство над горизонтом. Справа отчетливо вырисовывалось здание портальной станции, легкоузнаваемое по своему куполу. Рядом раскинулся новый жилой комплекс, ничем не примечательный, как и тысячи его собратьев, разбросанных по всему Тавру. Новостройки прижимались к морю, отгороженные от города крепостной стеной. Интересно, в случае прорыва мы готовы пожертвовать тысячами жизней в спальном районе, сохраняя город? Звучит бредово, но факт. Конечно, это лишь мои фантазии. На деле прорыв будет локализован внутри станции, не позволив демонам вырваться за ее пределы. Маги не собираются повторять ошибок прошлых столетий. Чужакам на Тавре ничего не светит.

Я шел быстро. Надежда успеть уменьшалась с приближением грозы. Неожиданно налетел сильный порыв ветра, подняв тучи пыли. Я продолжал идти, ведь выбора у меня уже не было. Я оказался примерно посередине между сломанным дилижансом и городом, когда с неба упали первые капли дождя. Возвращаться не имело смысла. В любом случае меня настигнет грозовой ливень. Даже если перейду на бег, то добежать до укрытия не успею.

Капли тем временем падали все чаще. Тяжелые, словно отлитые из свинца, они с силой впечатывались в землю. Некоторые попадали на меня, шлепая по голове. Хорошо, что у меня нет лысины, успел порадоваться за себя, пока ливень только набирал силу.

В столице климат холоднее и я никогда не сталкивался с северной грозой. У нас бывали затяжные дожди, бывали сильные дожди, но здесь все иначе. Слишком крупные капли, гром гремит как-то угрожающе, ветер налетел слишком быстро. Неприветливо встречает меня Берлитар. Неужели мое пребывание здесь будет сродни грозе среди ясного неба? Я не склонен к суевериям, значит, все будет нормально. Доберусь до почтовой станции, сообщу о поломке и устроюсь на ночлег. Мысль о ночлеге в кровати, где можно вытянуться в полный рост, совпала с первым штормом.

Сменив редкие капли, стена воды окатила меня, промочив за считанные секунды. Где-то в глубине, под одеждой пока еще сохранились сухие места, но это ненадолго. До города оставалось буквально триста или чуть больше метров, а я успел промокнуть до нитки. Чудом удается различить дорогу. Вокруг стало совсем темно. Лишь отблески молний освещали дорогу. Хорошо хоть разряды сверкали довольно часто. За завесой дождя не стало видно городской стены. Повезло, что дорога пролегала прямо и не приходилось петлять. Прямо можно двигаться даже в темноте. На коротком участке промахнуться сложно и я ошибся лишь на десяток метров, ворота оказались немного левее. Спасительная арка укрыла меня от дождя. Хорошо, что здесь успели зажечь фонарь. Четверо таких же, как я, неудачников, укрывались под аркой городских ворот. Мой вид оказался самым жалким из всех присутствующих.

Смотрю вперед, на городские улицы. Ливень за стеной ничуть не отличается от того, что снаружи. Десятиметровая стена такому ливню не помеха. Не понимаю, зачем ее строили? В случае нашествия демонов такая стена город не защитит. Все летописи подтверждают этот факт. Беспощадные создания слишком проворны, с острыми когтями. По словам немногих выживших, они с легкостью вскарабкиваются на каменные стены. Их великаны достигают шести метров, уж такая стена им точно не помеха. Стоило зазря столько камня таскать?

Не о том думаю! Мне бы до станции добраться, а дождь не собирается прекращаться или уменьшаться.

— Скажите, до почтовой станции далеко отсюда? — спрашиваю у мужчины, который, как и я, с надеждой смотрит на мостовую. Капли взбивают на лужах большие пузыри, лопающиеся как наши чаяния. Голос заглушается шумом дождя, но все же он меня услышал.

— Кварталов пять вперед. Вымокнешь до нитки. Хотя ты и так промок, можешь рискнуть.

— А дождь надолго?

— Часа через два поутихнет.

Два часа стоять здесь не было никакого желания. Будь на мне сухая одежда, еще, куда ни шло, а так… Делаю шаг вперед, получая порцию холодной воды на голову. Понимаю, что был неправ. Пока стоял, успел немного отогреться и теперь я чувствовал холод новой порции воды на себе. Пришлось прибавить шагу, чтобы быстрее добраться до крова.

На городских улицах никто не зажигал фонарей. Среди накрывшей местность грозы что-либо различить было сложно. Мне показалось, что ливень немного уменьшился, позволив видеть предметы на пару десятков метров впереди себя. Повезло, смог заметить площадь. Обнаружить приметную коновязь оказалось несложно. Лошадей возле нее не было, но я не ошибся. Здание почтовой станции находилось прямо напротив. Лишь подойдя поближе, я заметил слабый свет, пробивавшийся из-под двери. Дверь оказалась заперта. Пришлось стучать кулаком. На улице стук приглушался громом и дождем, но внутри меня услышали.

Дверь приоткрылась, явив моему взору лицо молодого парня. На вид ему не больше двадцати.

— Быстрее, — приоткрыл он дверь, пропуская меня вовнутрь.

Щель оказалась довольно узкой, пришлось сперва просовывать саквояж и только потом протискиваться самому.

— Погодка, — посетовал я, глядя как возле моих ног собирается лужа.

Вдруг отчетливо понимаю, что основательно продрог. Я не люблю холод, потому просил назначения на север. Север называется, хоть и расположен ближе к экватору. Берлитар меня принял без радушия.

— Зачем вы в такой ливень вышли? — спросил парень, кладя мне под ноги тряпку, которую он успел вытащить из подсобки.

— Дилижанс, на котором я ехал к вам, сломался в двух километрах от города.

— А я все гадаю, куда он запропастился. Ну, теперь до утра будет ждать. По такой погоде ему никто не поможет. А поломка серьезная? — спохватился парень.

— Колесо отлетело, ось сломалась.

— Тогда точно до завтра придется ждать, — с облегчением резюмирует почтарь.

— У вас чего-либо согревающего не найдется?

— Водка, — тут же предложил парень, направляясь к шкафу у стены.

— Нет. Я не употребляю алкоголь. Мне бы горячего чаю или просто кипятка.

— Организую, раз такое дело, — парень принялся хлопотать возле небольшого примуса в своей подсобке. Я хорошо видел все через приоткрытую дверь. Пройти дальше от входа я не решался, боясь наследить. Вода еще текла из моей одежды. А ведь костюм придется гладить, успеваю подумать с сожалением. Сменная одежда в дилижансе, который прибудет сюда только завтра к обеду. Сомневаюсь, что они справятся с поломкой быстрее. Хотя, хорошо бы было доставить багаж быстрее.

— Можно вас попросить утром доставить мой багаж побыстрее? Чтобы не ждать, пока починят дилижанс.

— Я передам сменщику, — с готовностью отозвался парень. Молодец, хороший сотрудник. Никакого гонора или недовольства. — На кого багаж оформлен?

— Артур Лигвант, — называю свое имя и фамилию.

— Вы местный? — догадывается парень по моей фамилии.

— Из Анакана.

— Долгий путь вы проделали сюда на дилижансе.

— Я не из столицы на дилижансе добирался. Порталом до Готарда, оттуда уже по дороге.

— Служба?

— Побаиваюсь порталов.

— До Готарда ведь шагнули.

Готард — крупный город в центральной части континента. Туда я добирался по реке и дилижансами. Служителю почтовой станции не стоит знать, что порталы для меня закрыты навсегда. Не закрыты, конечно, но это билет в один конец со смертельным исходом. Пусть думает, что я из чудаков, побаивающихся порталов. Трусы есть и их немало, даже налог платят за дополнительные проверки, лишь бы только в портал не лезть. Не имею морального права их осуждать, никому не пожелаю своей участи.

— Время позволяло, отчего не посмотреть на Лигвай? Иначе жизнь пройдет, и ничего кроме портальных станций и городов не увидишь.

— Можно порталом переходить в город, а дальше нанимать экипаж для загородных поездок, — не согласился со мной парень. — Ах, вы же порталы не любите, — спохватился он. — Неужели так сильно шептунов боитесь?

Боюсь ли я шептунов? Надеюсь, мое лицо не выдало гамму чувств, поднявшуюся у меня в душе. Я не боюсь шептунов, я их ненавижу! Это они боятся меня, ведь встреча со мной для любого из них верная гибель. Только незачем об этом знать почтовому служащему.

— Зачем лишний раз рисковать? — пожимаю плечами.

— Вероятность — один на миллион.

— Я знаю статистику. Лучше подскажи, где я могу на ночлег устроиться?

Перевожу разговор в другое русло. Чайник на примусе пустил пар из носика, захлопав крышкой. Вдруг осознаю, что не ощущаю холода. Согрелся? Парень кинул щепотку заварки в кружку, прежде чем ответить.

— Напротив, через площадь, гостиница хорошая, но дорогая, — он окинул меня взглядом, но мокрая одежда помешала составить верное представление. — Есть места подешевле, только идти придется значительно дальше. Если вы надолго к нам, то советую снять комнату. Столб с объявлениями прямо у входа.

Полученные командировочные я расточительно тратил в пути, отчего мой бюджет заметно исхудал. Вариант с гостиницей для меня не самый лучший. С учетом того, что я здесь надолго, нужно подыскивать комнату. Снять дом или квартиру смогу позже, когда начну получать жалование. Первое время мне придется перебиваться жалкими остатками средств. Первое время — это сутки или двое, пока не проверну дело.

На половине пути, в том самом Готарде, меня поджидал посыльный из центра с пакетом. Я не успел добраться до места, а обстановка в Берлитаре успела измениться. Был убит начальник отдела по борьбе с наркотиками. Вначале его зам, потом сам начальник. С замом все обставлено, как несчастный случай, но аналитики считают иначе. Секретное донесение предписывало мне занять освободившееся место, предварительно осмотревшись. Выданные мне в центре документы я уничтожил. Вообще все, что связывает меня со службой, было передано курьеру, который ждал моего ответа. Инструкции мне обещали передать в следующем городе после моего ответа. Разумеется, я согласился. Не знаю, как они в центре решились на мое назначение, учитывая отсутствие у меня жизненного опыта. Заученная легенда одно, а реальный опыт — это проблема. Я постараюсь. Меня и так три года не выпускали из центра, несмотря на то, что я лучший ученик на курсе. Мой собеседник вывел меня из раздумий очередным вопросом:

— Сахар класть?

— Нет.

А парень-то образованный. Хороший может получиться помощник. Стоит с ним подружиться.

— Как ваше имя, молодой человек?

— Дэни Дрон, к вашим услугам, господин.

Сменил фамилию, интересно. Все фамилии на Тавре начинались с первых трех букв названия континента, откуда родом человек. Произвольно выбирать фамилии разрешили всего шесть лет назад, после моего случая. Да, да, я изменил мир. Весело, только мне как-то не до смеха. Теперь всем на запястье делают магическую татуировку с уникальным кодом. Даже если вы забудете все о своем прошлом, вас идентифицируют по номеру. Решение разумное, жаль, что его не приняли раньше. Моя жизнь сейчас могла быть совсем другой. Хотя, нет. У меня нет выбора, только беспощадная война с шептунами. Я защищаю мир от повторного вторжения и ничуть об этом не жалею.

— Спасибо за чай, Дэни. Откуда ты родом? Ничего, если я на «ты»?

— Ничего, — соглашается Дэни. — С Вурта, господин.

— Зачем поменял фамилию?

— Слишком много однофамильцев.

Тут он прав. Вурт — самый большой континент на Тавре. Фамилий, начинающихся на «Вур», больше всего. А Дэни-то — тщеславный парень, хочет выделяться. Это хорошо, на этом можно будет сыграть. Сыграть? Размечтался, психолог хренов. Теория хорошо, а вот отсутствие практики меня пугает. Неважно, попробовать обязательно стоит.

— Ты здесь посменно или живешь постоянно?

— Живу. На выходные домой к родителям мотаюсь, а по большей части нахожусь здесь.

— Не подскажешь, где можно комнату недорого снять?

— Сейчас в такую погоду сложновато будет по городу ходить в поисках жилья.

— И все же?

— Попробуйте объявления на столбе почитать, — повторил свой совет Дэни. — Я улицы знаю, подскажу, что поближе.

Ставлю стакан на край стола. Для этого пришлось сделать два шага вперед из лужи от моей одежды, оставляя мокрые следы на полу при этом. Выходить на улицу не хотелось, а надо. Сделав несколько шагов до двери, приоткрыл ее и выскочил в ночную прохладу. Шаг от двери и нога шлепает по луже. Ветер, летящий по улице, окатывает роем тяжелых холодных капель. Мне опять холодно, но цель уже близка. Пара прыжков по лужам и я у афишного столба. Зря прыгал, стоять пришлось в глубокой луже по щиколотку. Демон меня побери, я не додумался попросить фонарь. Темно, ничего не видно. Читать в такой обстановке невозможно, потому решил срывать объявления. Некоторые не поддавались, слишком хорошо приклеены. Нарвал штук пять, решив, что будет достаточно. Медленно шлепаю по воде обратно на станцию. Беречь обувь бессмысленно, все уже промокло насквозь.

— Нашли? — интересуется Дэни, глядя на меня.

Я стою посреди комнаты, на предусмотрительно расстеленной тряпке. Мокрые бумажки в руке, я с ними еще не успел ознакомиться.

— Может ты почитаешь? Не хочу разводить у тебя слякоть, — протягиваю парню бумажки.

— Конечно, — он поднимается из-за стола, забирая мою добычу.

Только сейчас замечаю, что на почтовую станцию еще не провели телефон. В столице новинка быстро распространяется, а тут глухомань.

— Так, что мы имеем, — Дэни расправляет бумажки на своем столе, вникая в их смысл. — Продам породистого… Не то. Куплю мебель недорого… Не то. Гадаю на картах… Не то. Репетитор дает уроки на скрипке… Не то. Сдается комната, второй этаж, улица Добытчиков шесть, оди… тут неразборчиво… или, опять все поплыло. Одно объявление, но это близко. Три квартала отсюда, потом поворот налево и где-то возле мясной лавки будет этот дом.

Три квартала — не очень далеко. Если учесть, что других вариантов не было, придется идти. Лучше не затягивать, чтобы хозяева не легли спать. Подхватываю свой саквояж.

— Пока, Дэни. Надеюсь, мне повезет. Если нет, вернусь сюда ночевать.

— Мы через час закрываемся, — с тревогой в голосе сообщает парень. Его не прельщает перспектива торчать здесь всю ночь.

— Я запомню.

Выхожу под дождь, пока Дэни не придумал новую отговорку. Спать на станции на жесткой лавке мне никак не хочется. За время путешествия я соскучился по нормальной кровати. Один раз удалось хорошо выспаться в Готарде, пока ждал свой транспорт. Там же и просадил кучу денег, зато какая в ресторане была мраморная говядина. Живот требовательно заурчал, рот наполнился слюной. Хочу жрать, именно жрать. С каким наслаждением я бы сейчас впился зубами в слабо прожаренный бифштекс с кровью… Мясо — это моя слабость. Готов отказаться от чего угодно, но мясо сводит меня с ума, особенно когда я голоден.

Найти нужный дом оказалось несложно, он находился прямо напротив мясной лавки. Вывеска в виде кренделей колбасы подтверждала, что я не ошибся. Дверь в подъезд оказалась незапертой. Оставалось понять, к кому мне обращаться. На первом этаже было две двери, а еще есть второй этаж и третий. В подъезде было темно, привратника здесь отродясь не было. Стучу в первую дверь справа. Долго ничего не происходит, потом откуда-то из глубины квартиры раздаются шаркающие шаги.

— Кто там? — интересуется старческий голос.

— Я по объявлению, насчет квартиры.

— Второй этаж, — скрипит за дверью старуха, шаркая уже в обратном направлении.

И на том спасибо. Второй этаж хорошо, но там две двери. Идти обратно не хочется. Стучу в дверь справа.

— Кто там? — через несколько секунд раздается за дверью женский голос. Я даже не расслышал, как она подошла.

— Я по объявлению насчет комнаты.

Щелкает замок, дверь приоткрывается, насколько позволяет цепочка. Низенькая женщина лет пятидесяти смотрит в узкий проем. В подъезде темно, она никак не может меня рассмотреть. Наконец дама догадывается поднести к щели светильник, зажатый в руке.

— Вы один? — подозрительно интересуется она.

— Один, — для наглядности смотрю по сторонам, не пробрался ли кто следом за мной.

— Но мы…, — начинает женщина.

— Кто там, Мария? – перебивает ее голос из комнаты.

— Тут насчет комнаты пришли, — неуверенно сообщает моя собеседница.

— Я сейчас, — быстрые шаги к двери. — Ты почему не открываешь дверь? — голос принадлежит женщине помоложе.

— Госпожа, вам лучше самой взглянуть, — Мария отодвигается, уступая место госпоже.

В дверном проеме появляется пара голубых глаз, пухленькие щечки и светлые волосы. Больше разглядеть не удалось.

— Вы? — удивляется белокурая незнакомка.

— Мы знакомы?

Невозможно. Она не могла видеть меня в столице. Я совсем не публичный человек.

— Вы один?

— Как видите.

— Но я ясно указала в объявлении, что сдам комнату одинокой женщине или семейной паре.

Протягиваю ей объявление, которое предусмотрительно прихватил с собой. Она аккуратно берет мокрый листок за краешек и исчезает за дверью.

— Вышло досадное недоразумение. Я не планировала сдавать комнату одинокому мужчине.

— Я смирный постоялец. Поверьте, я не доставлю вам хлопот.

— Извините, нет.

— Может, вы знаете, кто поблизости сдает комнату одинокому мужчине? Мне так не хочется тащиться обратно на почтовую станцию.

— Какая связь между почтовой станцией и ночлегом? — удивилась дама.

— Дилижанс сломался в километре от города, я шел пешком, промок до нитки. Мечтаю о еде и постели с сухим бельем. Если не найду ночлег, вернусь на станцию, чтобы переночевать.

— Но ведь в городе есть гостиницы, — неуверенно говорит собеседница.

— В такой дождь я боюсь, что не найду их.

— Возьмите экипаж.

— Не видел ни одного за восемь кварталов, что прошел по Берлитару. Извините, я теряю время. Вы знаете доступную комнату поблизости?

— Хорошо, я разрешу вам остаться. Но при первой же возможности вы подыщите другое жилье.

— Спасибо.

— Ждите.

Дверь захлопнулась, оставив меня в темном коридоре одного. И как изволите это понимать? Она пошла готовить мне постель? Хозяйка со странностями, так что придется искать себе другое место.

Стоял я минут пять, пока за моей спиной не открылась дверь. Все та же низенькая Мария пригласила меня войти. Оказывается, две квартиры были смежными. Женщина была экономкой и, по-видимому, готовила для меня комнату.

Так оно и есть. Кровать, стол, шкаф, буфет. Дверь в туалет и еще одна дверь в смежную комнату. Все чистенькое, уютное. Для меня самое то. Окна зашторены, но они должны выходить на улицу, по которой я пришел сюда.

— Мария, не могли бы вы накормить меня чем то? Я ничего не ел с полудня.

— Я что-нибудь придумаю, — кивнула экономка.

Она действительно «придумала» через пять минут стакан компота и четыре бутерброда с сыром.

— Дверь в смежную комнату будет заперта. На завтрак пройдете через лестничную клетку. Стучать не нужно, там есть звонок у двери. Мы просыпаемся рано.

— Спасибо!

Мария молча удалилась. Я слышал, как в замочной скважине повернулся ключ. Пока я ужинал, за дверью передвигали тяжелую мебель. Это они от меня баррикадируются? Пусть. Через десять минут я лежал на свежих простынях, готовый провалиться в сон. Пусть двигают, что угодно, а я хочу спать.

Глава вторая

Я никогда за всю свою сознательную жизнь не видел снов. Слышал, как другие рассказывают о своих снах, как верят во сны, но меня лишили такой возможности. За семь лет, что я себя помню, не видел ни одного сна. За это еще больше ненавижу шептунов, ведь я знаю что такое — выжить. Выжить не для того, чтобы жить под контролем, а жить полноценной жизнью. Самому принимать решения и действовать по своему усмотрению. Дорогое удовольствие, очень дорогое.

Тук, тук, тук… Монотонный стук пробивался в мое сознание сквозь сон. Сновидений у меня не бывает, значит, это внешний источник звука. Пытаюсь понять, откуда идет этот тупой стук. За окном светает, я мог еще поваляться в постели, но посторонний звук меня раздражал. Не столько раздражал, сколько не давал расслабиться, пока не выясню его источник.

Пришлось выбираться из-под теплого одеяла, чтобы подойти к окну. Звук шел явно со стороны улицы. Интересно, кому не спится в такую рань? Неужели кто-то решил наколоть дров с утра пораньше? Нет, на дрова это не похоже. Дрова раскалываются с трескающимся сухим звуком. Мой звук был иного рода, туповатый. Стекла в окне были не лучшего качества и разглядеть, что происходит внизу, было нереально. Пришлось открыть раму и высунуться в окно.

Мой нос, мой замечательный нос, он сразу определил источник звука. Я мог узнать его, даже не открывая глаз. Всего-то следовало открыть окно, чтобы все встало на свои места. Я ощутил запах свежего мяса, которое разделывал мясник в магазине напротив. Хоть он орудовал топором внутри помещения, звук доносился до моей комнаты. Я готов был простить этот звук за столь приятный запах. Никогда меня не будили столь приятным запахом. Ведь ничто на свете не может сравниться с запахом свежего мяса.

Мясо моя единственная слабость. Если кто-то решит меня подкупить, то нет ничего лучше для этой цели, чем мясо. Не знаю, откуда во мне такая тяга к мясу, но это факт. Я разбираюсь в мясе лучше любого мясника. Меня невозможно обмануть в вопросах, связанных с мясом. А приготовленное блюдо с куском слабой прожарки лучшая еда, за которую я готов платить без сожаления.

Отчасти из-за этого мой бюджет сейчас немного прохудился. За все время путешествия я старался не пропускать приличных заведений. Если попадались попутчики, падкие на алкоголь, то я западал на мясные блюда, отвергая их предложения. Алкоголь меня совершенно не интересовал.

Оставив окно открытым, я вернулся в постель, чтобы хоть немного поспать. Неудачная идея. Когда запах раздражает чувствительный нос, какой сон? Наоборот, где-то внутри стало зарождаться чувство голода, не позволяющее расслабиться. Не скажу, что я любитель поспать подольше, и все же, неужели придется вставать так рано? А чем заняться до завтрака? Интересно, во сколько тут кормят? Мария говорила, что они просыпаются рано. Если предположить, что их будит топор мясника, то завтрак будет скоро. Вообще город начинал просыпаться, я слышал за окном его голос, который становился все громче. Город оживал.

Пришлось вставать, чтобы собраться к завтраку. Вечерний перекус был не настолько плотным, чтобы я не думал о еде, да еще с такими запахами за окном. Одежда моя имела весьма непрезентабельный вид. Мятый костюм, словно я забулдыга, валяющийся по канавам. Да, для беседы с хозяйкой не самый лучший вид. А я ведь даже цену не спросил, сколько она за постой берет. Будет ли у меня шанс тут остановиться? Готов ли я просыпаться каждое утро от звуков мясницкого топора? Готов, еще как готов. Свежую вырезку можно утром поджарить. От размышлений заурчал живот, рот наполнился слюной.

Со всем утренним туалетом я был готов через пятнадцать минут. Не люблю копаться подолгу. Сейчас, как ни старался растянуть сборы, подольше не получилось. Очень надеюсь, что не разбужу хозяев в такую рань. Пару минут в нерешительности стою перед дверью напротив моей. Даю шанс женщинам проснуться. А что если там мужчины? Я видел женщин, но это еще ничего не значит. Муж мог вернуться с ночной смены, вот будет конфуз. Была, не была — жму кнопку звонка. Кнопка вдавливается туго, толкая штырь, заставляющий что-то звякнуть за дверью. Чтобы нормально позвонить, на кнопку нужно нажать несколько раз и как можно энергичнее. Мне повезло, мой нерешительный звонок был услышан. Тихие шаги за дверью, щелчок замка.

— Проходите, — приглашает Мария. Она выглядит свежо, без следов сонливости на лице. Проснулась раньше, это хорошо. Интересно, я хозяйку не разбудил?

Пройдя по узкому коридору, попадаю на кухню, располагающуюся справа от прохода. За мной неслышно следует Мария.

— Садитесь за стол, — предложила женщина.

Сажусь на стул спиной к стене. Занимать место спиной к окну не было желания. Не знаю, почему. Оставил для дамы или хотел чувствовать за спиной надежную опору? Не став разбираться в своих поступках, разглядываю кухню. Здесь все убранство домашнее, чувствуется рука хозяйки. Я знаю, о чем говорю. Мне дали возможность пожить в обычной семье, чтобы я адаптировался. Поначалу было сложно. Ведь я по натуре одиночка и проживание в одиночестве меня ничуть не тяготило, но вызывало недоумение у моих наставников. Пожив в обычной семье, я стал немного лучше разбираться в людях. Именно немного. Полноценным человеком за семь лет стать невозможно. Были вопросы, в которых я откровенно «плавал». Не знаю, как это отразится на моей дальнейшей службе, но я буду стараться, очень сильно стараться. Я не могу бездарно терять время под крылом наставников, когда шептуны захватывают людей. Сколько раз просился на передовую, но нет и нет, все не так. Не готов, мол, ты к обычной жизни. А ведь я лучший за всю историю службы, ЛУЧШИЙ! Если не считать бытовых вопросов, будь он неладен этот быт!

— Доброе утро! — поздоровалась вошедшая на кухню хозяйка.

Поднимаюсь при появлении дамы, как того требуют приличия. Хоть мой костюм помят, но не одежда делает человека воспитанным. Если я хочу здесь задержаться, то мне позарез нужно найти с хозяйкой общий язык.

— Доброе утро! Вчера все

Вы достигли конца предварительного просмотра. , чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Паладин поневоле

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей