Наслаждайтесь миллионами электронных книг, аудиокниг, журналов и других видов контента в бесплатной пробной версии

Только $11.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Необычайные приключения Тартарена из Тараскона
Необычайные приключения Тартарена из Тараскона
Необычайные приключения Тартарена из Тараскона
Электронная книга153 страницы1 час

Необычайные приключения Тартарена из Тараскона

Рейтинг: 0 из 5 звезд

()

Об этой электронной книге

«Необычайные приключения Тартарена из Тараскона» — цикл захватывающих романов известного французского писателя и драматурга Альфонса Доде (фр. Alphonse Daudet, 1840 – 1897).*** Тартарен мечтает о путешствиях и славных подвигах, коллекционирует экзотические сувениры и туристические принадлежности, хотя на деле он просто трус, выдумщик и хвастун. Но однажды он все-таки отправляется в Алжир охотиться на львов, где его ждет множество забавных приключений. Другими известными произведениями Альфонса Доде являются «Малыш», «Нума Руместан», «Жёны артистов», «Тартарен на Альпах», «Последний кумир», «Сафо», «Избранные стихотворения». Еще при жизни Альфонс Доде пользовался популярностью среди читателей. Его замечательные произведения переведены на разные языки и стали основой для нескольких фильмов.
ЯзыкРусский
Дата выпуска20 апр. 2017 г.
ISBN9783961891931
Необычайные приключения Тартарена из Тараскона
Читать отрывок

Связано с Необычайные приключения Тартарена из Тараскона

Похожие Книги

Связанные категории

Отзывы о Необычайные приключения Тартарена из Тараскона

Рейтинг: 0 из 5 звезд
0 оценок

0 оценок0 отзывов

Ваше мнение?

Нажмите, чтобы оценить

    Предварительный просмотр книги

    Необычайные приключения Тартарена из Тараскона - Альфонс Доде

    эпизод

    В Тарасконе

    I

    Сад с гигантским баобабом.

    Я никогда не забуду моего первого визита Тартарену из Тараскона; с тех пор прошло лет двенадцать или пятнадцать, а я вспоминаю его так живо, будто это вчера было. Неустрашимый Тартарен жил тогда в третьем доме от въезда в город по Авиньонской дороге. То была хорошенькая тарасконская вилла с садом и палисадником, с балконом, с чистыми белыми стенами и зелеными занавесками, а перед ее дверью вечно толклась, кувыркалась и прыгала толпа маленьких савояров. Снаружи дом ничем особенным не выдавался, и никому не могло прийти в голову, что под его кровлей за простыми белыми стенами живет герой. Но стоило только войти, чтобы понять, кого загнала судьба-злодейка в это более чем скромное жилище. От подвала до чердака — все в нем было геройским, даже сад.

    О, в Европе не найти ничего подобного саду Тартарена! Нет в нем ни одного туземного дерева, ни одного европейского цветка, — сплошь все экзотические растения: каучуковое дерево, тыквенное дерево, хлопчатник, кокосовая пальма, манговое дерево, банан, пальмы, баобаб, смоковницы, кактусы, музы, — совсем Африка, настоящая центральная Африка, тысяч за десять лье от Тараскона. Само собою разумеется, что все это было не в натуральную величину: так, кокосовые пальмы были не крупнее свеклы, а баобаб, гигантский баобаб, рос в горшке из-под резеды; но дело тут не в величине. Для Тараскона хорошо было и это, и городские обыватели, удостаивавшиеся чести полюбоваться тартареновским баобабом в воскресенье, возвращались по домам преисполненными удивления.

    После этого, конечно, понятно, какое волнение я должен был испытывать, проходя через этот сад в первый раз. Но это волнение ничто в сравнении с чувством, охватившим меня, когда я вступил в жилище героя. Его кабинет, — одна из диковинок города, — находился в глубине сада против баобаба. Представьте себе большую залу, от пола до потолка увешанную ружьями и саблями; тут было оружие всех стран и народов: карабины, винтовки, мушкетоны, корсиканские ножи, каталонские кинжалы, кинжалы-револьверы, ятаганы, кривые малайские ножи, кистени, готтентотские дубины, мексиканские лассо, — и чего-чего только не было. Надо всем этим, как бы для вящего устрашения посетителя, зловещим блеском сверкала звезда из клинков сабель, шпаг, штыков и стволов… Успокоительное впечатление производили, однако же, образцовый порядок и чистота, царившие над всею этою смертоносною коллекцией. Все было прилажено к своему месту, вычищено, вытерто, снабжено ярлыком, точно в аптеке; кое-где виднелись добродушные надписи:

    Отравленные стрелы, — не дотрагивайтесь!

    Или:

    Осторожнее, — заряжено!

    Не будь этих надписей, кажется, ни за что в мире я не вошел бы сюда.

    Посреди кабинета стоял стол, а на нем графинчик рома, кисет с турецким табаком, Путешествие капитана Кука, романы Купера, Густава Эмара, Охотничьи рассказы, Наставление для охоты за медведями, Руководство для охоты с ястребом, для охоты на слонов и т. д. И, наконец, перед столом сидел человек, лет сорока-сорока пяти, небольшого роста, толстый, коренастый, в рубашке и фланелевых кальсонах, краснолицый, с коротко остриженною густою бородой и огненными глазами. В одной руке он держал книгу, другою потрясал в воздухе огромною трубкой с железною крышкой. Он читал какую-то преужасную повесть об Охоте за скальпами и при этом оттопыривал нижнюю губу, делал страшное лицо, сообщавшее мирной фигуре благополучного тарасконского обывателя такой же вид безобидной свирепости, какой имела вся обстановка его дома.

    Этот человек и был сам Тартарен, — Тартарен из Тараскона, — неустрашимый, великий, ни с кем несравнимый Тартарен.

    II

    Общий взгляд на богоспасаемый город Тараскон. — Охота по фуражкам.

    В то время, о котором я вам рассказываю, Тартарен еще не был тем, чем он стал потом, — не был великим Тартареном, популярным на всем юге Франции; однако, уже и в то время он был первым человеком, королем Тараскона. Вот как достиг он своего значения. Прежде всего, надо сказать, что в Тарасконе все поголовно охотники. Страсть к охоте можно считать врожденной каждому тарасконцу, развивавшейся с тех пор, как мифологическое чудовище Тараск свирепствовало в соседних болотах, и жители ходили на него облавой. Давненько это было. Теперь же по воскресеньям все население Тараскона, способное носить оружие, облекается в патронташи и ягдташи, забирает ружья, собак всякого вида и наименования и отправляется за город при звуках охотничьих рогов. Вид восхитительный. К несчастию, дичи нет, — хоть шаром покати, ни признака дичи. Как ни глупа дичь, но, в конце концов, и она сообразила, что тут ей несдобровать. На пять лье кругом Тараскона все норы, логовища и гнезда давным-давно опустели. Нет, как говорится, ни пера, ни шерстинки. А, между тем, как привлекательны для всякой дичи красивые тарасконские холмы, благоухающие миртами, лавандою и розмарином, как соблазнительны расположенные по берегам Роны виноградники с ярко блестящими мускатными гроздьями! Да, все это чертовски заманчиво, не будь тут Тараскона, пользующегося самою дурною славой в мире пернатых, грызунов и хищных. Даже пролетные птицы отметили Тараскон красным крестом на своих маршрутах, и дикие утки, летящие на север и обратно, как только завидят колокольни города, так начинают кричать во все горло: «Вот Тараскон! Вот Тараскон!»- и сворачивают в сторону, предпочитая сделать крюк.

    Короче сказать, по части дичины во всей округе только и есть что один хитрый старый заяц, каким-то чудом спасшийся от поголовного избиения и упорно продолжающий укрываться в окрестностях города. Обыватели Тараскона хорошо знают этого зайца; его зовут Быстряк. Известно, что он проживает в поместье г. Боннара, и, — к слову сказать, — это удвоило и даже утроило стоимость имения. До сих пор никому не удалось подстрелить плутоватого зайца, так что в настоящее время лишь двое или трое самых отчаянных охотников не прекращают своих бесплодных покушений на его жизнь. Остальные с сердечным сокрушением махнули на него рукой, и Быстряк давно слывет чуть ли не оборотнем-чертенком, несмотря на то, что тарасконцы далеко не суеверны по природе и едят даже рагу из ласточек, когда им удается заполевать эту безобидную птичку.

    Вы в недоумении и хотите сказать: если в Тарасконе так мало дичи, то ради чего же ополчаются тарасконские охотники каждое воскресенье? А вот ради чего: ополчившись, они уходят за два или три лье от города, делятся на маленькие группы по пяти-шести человек, уютно располагаются под тенью дерева или какой-нибудь стены, достают из ягдташей жареную говядину, сырой лук, колбасу и иногда анчоусы и принимаются за бесконечный завтрак, который запивают хорошеньким ронским винцом, располагающим к веселью и песне. Плотно закусив и основательно выпив, охотники зовут собак, взводят у ружей курки и начинают охотиться. Охота же, собственно, состоит в том, что каждый снимает с себя фуражку, из всей силы бросает ее вверх и стреляет в «лет» дробью номер 5, 6 или 8, смотря по уговору. Попавший большее число раз в фуражку провозглашается королем охоты и к вечеру возвращается в Тараскон триумфатором, с расстрелянною фуражкой на конце ружья, при звуках охотничьих рогов и при неистовом лае собак.

    Само собою разумеется, что в городе процветает торговля охотничьими фуражками. Есть даже шапочники, изготовляющие

    Нравится краткая версия?
    Страница 1 из 1