Наслаждайтесь миллионами электронных книг, аудиокниг, журналов и других видов контента в бесплатной пробной версии

Только $11.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us)
Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us)
Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us)
Электронная книга364 страницы4 часа

Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us)

Рейтинг: 0 из 5 звезд

()

Читать отрывок

Об этой электронной книге

Запрограммированы ли вы на счастье от рождения или вам приходится постоянно за него бороться? Считаете ли вы себя хозяином собственной жизни или верите в судьбу? Стали бы вы счастливее, если бы перестали думать о мнении окружающих, или вы боитесь проблем в отношениях? В своей чрезвычайно компетентной и остроумной работе известный ученый Брайан Литтл делится с читателями последними открытиями и неожиданными выводами о том, кто мы такие, почему мы ведем себя так, а не иначе, что мы можем изменить, а что нам неподвластно, и как нам лучше использовать свои склонности и качества. Прочитав ее, вы научитесь гораздо лучше понимать не только себя, но и людей, с которыми вам приходится контактировать, работать и жить под одной крышей.
ЯзыкРусский
ИздательAB Publishing, Popurri
Дата выпуска27 июн. 2019 г.
ISBN9789851525559
Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us)
Читать отрывок

Отзывы о Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us)

Рейтинг: 0 из 5 звезд
0 оценок

0 оценок0 отзывов

Ваше мнение?

Нажмите, чтобы оценить

Отзыв должен содержать не менее 10 слов

    Предварительный просмотр книги

    Я, опять я и мы (Me, Myself, and Us) - Брайан Литтл

    прежде.

    Глава 1

    ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ И ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕ

    Каждый человек в чем-то похож на всех людей, в чем-то — лишь на некоторых, а в чем-то не похож ни на кого.

    Клайд Клакхон, Генри Мюррей.

    «Личность в природе, обществе и культуре»

    Возможно, краб преисполнился бы чувства глубокой обиды, если бы услышал, как мы без зазрения совести причисляем его к ракообразным и таким образом лишаем индивидуальности. «Я вовсе не такой, — сказал бы он. — Я — это я, и никто другой».

    Уильям Джеймс.

    «Многообразие религиозного опыта»

    Когда я говорю, что левый ботинок профессора Линдси — интроверт, все начинают смотреть на ботинок, как будто это может что-то прояснить... Не смотрите на ботинок! Смотрите на меня. Я — тот, кто отвечает за это утверждение.

    Джордж Келли.

    «Создание человеком собственных альтернатив»

    КЕМ ВЫ, ПО-ВАШЕМУ, ЯВЛЯЕТЕСЬ? А что вы можете сказать о своей матери, о своем друге или том странном человеке, который сидит в ресторане за соседним столиком? Возможно, вы уже прошли тест, который отнес вас к определенному типу личности, но вам кажется, что вы и близкие вам люди не ограничиваются несколькими терминами. Может быть, вы слышали, что ваше поведение определяется не столько чертами характера, сколько конкретными обстоятельствами, и вам интересно узнать, правда ли это. Но все эти типологии и ситуации кажутся слишком безжизненными, чтобы удовлетворить ваше любопытство. Вы хотите иметь в своем распоряжении другие способы осмысления себя и окружающих.

    Начнем с того, как вы обычно думаете о себе и других; психологи называют это личностными конструктами. Мы увидим, что ваш способ осмысления других способен рассказать о вас не меньше, чем о них. И поймем, что ваш способ интерпретации себя и мира сильно влияет на ваше благополучие, психологический настрой и поведение. Ваши личностные конструкты представляют собой одновременно основу для осмысления и клетку для разума. Они могут указать вам путь и помочь преодолеть невзгоды, но вместе с тем они способны сделать вас пленником ограниченного представления о себе и окружающих. Личностные конструкты могут меняться, и это вселяет надежду. Но иногда избавление от них дается с большим трудом. Итак, давайте вернемся к нашему первому вопросу: кем вы, по-вашему, являетесь? Как вы отнесетесь к заявлению о том, что вы, по сути, и есть свои личностные конструкты?

    НЕЗНАКОМЦЫ И «Я»: ЛИЧНОСТНЫЙ КОНСТРУКТ КАК ОСНОВА ДЛЯ ОСМЫСЛЕНИЯ И КЛЕТКА ДЛЯ РАЗУМА

    Представьте, что вы сидите в ресторане и наблюдаете за людьми вокруг. Вы замечаете, что один из двух мужчин за соседним столом — тот, что помоложе и ярче одет, — уже в третий раз возвращает стейк официанту. Основываясь на своих наблюдениях, какой вывод вы сделаете об этом человеке? Каким будет ваше первое впечатление? Какие личностные конструкты вы пустите в ход?

    Вы можете взять на вооружение один из трех подходов. Во-первых, можете заключить, что мужчина обладает определенной личностной особенностью, например он настойчивый, или экстраверт, или просто несносный. Во-вторых, наблюдая за его общением с другим, более неприметным мужчиной старшего возраста, вы придете к выводу, что молодой человек имеет некую «высшую цель», которая не ограничивается получением стейка нужной степени прожарки. Может быть, он реализует «личный проект», или, другими словами, у него есть план в отношении компаньона. Возможно, цель проекта в том, чтобы «произвести впечатление на босса» или «показать, что я никогда не соглашаюсь на меньшее». В-третьих, вы можете составить нарратив, или придумать рассказ, который объясняет его поступки. Бедняга сегодня такой требовательный потому, что у него неприятности на работе, и он вымещает злость на официанте, который не понимает, что «слабо прожаренный» стейк — это «СЛАБО ПРОЖАРЕННЫЙ» стейк. Вы также можете использовать все три подхода: парень за соседним столом — неприятный зануда, который пытается произвести впечатление, а накануне наверняка с кем-то поссорился. В ходе этого анализа вы, скорее всего, узнали о себе — и о том, как судите о людях, — больше, чем о голодном любителе стейков.

    Если вы незнакомы с этим человеком, а в нашем примере так оно и есть, ваши выводы о его характере, планах или недавних событиях его жизни наводят на определенные размышления. Исследования, посвященные изучению того, как мы приписываем другим те или иные черты, показали: мы присваиваем людям те атрибуты, которые лучше всего объясняют наше собственное поведение в конкретной ситуации. Вы видели этого человека всего раз, в одном месте, при определенных обстоятельствах. Может быть, сейчас он ведет себя не свойственным для него образом, поэтому приписывать ему такое устойчивое качество, как несносность, несправедливо. И в вашем распоряжении нет надежных источников информации о том, пытается ли он впечатлить своего босса или у него просто был трудный день. Вы хотите объяснить поведение человека на основании первого впечатления. По существу, вы строите догадки, опираясь на свои личностные конструкты.

    Такой подход используется повсеместно. Как заметил Стэнли Милгрэм, мы очень часто делаем заключения и сочиняем нарративы о незнакомцах на основании довольно скудной информации. Например, большинство из нас регулярно общаются с «известными незнакомцами» — людьми, с которыми мы каждое утро встречаемся в лифте, магазине или просто видим, как они отвозят детей в школу. Наши «отношения» с такими людьми являются трудно­уловимыми. Мы знаем о присутствии друг друга, но решаем оставаться незнакомцами. Это замороженные отношения. Тем не менее порой мы придумываем очень сложные истории об этих незнакомцах, с кучей различных деталей. Например, утром наш сосед по подъезду выглядит изможденным; возможно, он разведенный юрист, который сегодня не в духе из-за вчерашнего поражения Giants. А женщина, которую мы часто видим в магазине, несомненно, очень милая и заботливая; она хотела бы жить в Париже, но ей приходится заботиться об умирающей сестре, поэтому о своей личной жизни она сейчас не думает. И, конечно, пока мы придумываем рассказы о них, они сочиняют нарративы о нас — о нашей личности и нашем благополучии.

    Что особенно интересно в этих замороженных отношениях, так это наше принципиальное нежелание растап­ливать их, особенно если они покрыты льдом уже долгое время. Спросите себя, к примеру, у кого вам проще узнать время — у знакомого незнакомца, или у человека, которого вообще никогда не видели. Если только мы не встречаем знакомого незнакомца в иной обстановке, нам проще подойти к незнакомому человеку. Но иногда лед тает и мы получаем возможность подтвердить или опровергнуть свои гипотезы относительно знакомых незнакомцев. Зачастую догадки попадают в яблочко, и мы испытываем чувство удовлетворения от собственной проницательности. А иногда оказываемся очень далеки от истины. Наш сосед болеет вовсе не за Giants, а за команду Green Bay. И он счастлив в браке, просто иногда не высыпается, потому что недавно стал отцом двойни. Та милая женщина вовсе не такая уж милая и заботливая; она хочет жить в Пеории, и у нее нет сестры. И опять-таки, пока вы формировали и меняли свои представления о других людях, они делали то же самое в отношении вас. Каждый приписывал другому определенные черты, проекты и сочинял истории. Все эти различные способы описания людей — с помощью черт, проектов и нарративов — помогают понять их личность. Кроме того, анализируя других, мы лучше понимаем себя.

    То, какие выводы вы делаете об окружающих, влияет и на ваше собственное благополучие. В целом чем больше у вас очков или концепций, с помощью которых вы объясняете мир, тем проще вам к нему адаптироваться. Слишком маленькое число конструктов или слабая уверенность в некоторых из них могут создавать проблемы, особенно если вокруг вас все быстро меняется и вы пытаетесь разобраться в происходящем. Личностные конструкты могут стать для вас клеткой, и тогда ваша жизнь будет складываться не так хорошо, как вам хотелось бы.

    ЛИЧНОСТНЫЕ КОНСТРУКТЫ И СТЕПЕНИ СВОБОДЫ

    Причина, по которой личностные конструкты так важны, отчасти связана со следующим фактом: от них зависит степень нашей свободы. Чтобы понять, как личностные конструкты влияют на наше благополучие и наши поступки, нужно рассмотреть человеческую природу и личность с точки зрения этих самых конструктов.

    Личностные конструкты являлись ключевым понятием оригинальной и очень глубокой теории личности, которую в середине прошлого века разработал Джордж Келли. В своем двухтомном труде «Психология личностных конструктов» («The Psychology of Personal Constructs») он бросил вызов двум наиболее влиятельным на тот момент теориям личности: психоанализу и бихевиоризму. Фрейдисты рассмат­ривали личность как результат затянувшегося конфликта между подсознанием, базовыми сексуальными потребностями и запретами общества. Скиннер и его соратники полагали, что личность — это всего лишь продукт обстоятельств, положительных и отрицательных под­креплений. Келли считал, что оба названных подхода пред­ставляют человека слишком пассивным существом. Он предложил относиться ко всем людям как к ученым, кото­рые активно тестируют, подтверждают и пересматривают гипотезы о других людях, предметах и событиях в их жизни¹.

    Мы предвосхищаем, прогнозируем действия людей, когда формируем о них свое представление. Ярлыки, которые мы используем для материализации своих конструктов, обычно представляют собой контрастные прилагательные. Мы используем их для описания не только самих себя, но и своих близких, коллег по работе, незнакомцев и предметов, с которыми сталкиваемся в повседневной жизни. Вот три двухполюсных личностных конструкта, которые вы, возможно, регулярно используете для осмысления собственного мира: «плохой — хороший», «интроверт — экстраверт», «имеет порт USB — не имеет порта USB». Само собой, конструкты вроде «хороший — плохой» применимы к широкому кругу объектов и событий, включая холестерин, запах тела, антрекоты и кандидатов на президентский пост. Мы бы сказали, что такие конструкты обладают широким диапазоном применения. Определение «имеет порт USB» применимо гораздо к более узкому диапазону объектов, в частности к электронным приборам, и не подходит для описания бабушки или устриц, если только вы не злоупотребляете метафорами. Конструкт «интроверт — экстраверт» по своему диапазону применения находится где-то между двумя другими. Его очень часто используют по отношению к людям, хотя порой применяют и к животным. Но если кто-то назовет «интровертом» левый ботинок профессора, то будет гораздо полезнее посмотреть не на сам ботинок, а на говорящего, чтобы понять, что он имеет в виду. Это прекрасно иллюстрируют слова Келли, которые я привел в начале главы.

    Но Келли высказывает еще одну мысль, которая объясняет, почему личностные конструкты очень важны для нашего понимания самих себя. Объясняя поведение другого человека, мы создаем качество, которое затем считаем присущим самому человеку. Наша склонность к использованию определенных конструктов, которые мы затем применяем к людям, может быть источником проблем, если эти конструкты оказываются неточными или отличными от конструктов других. Человек из ресторана не пришел туда с ярлыком, на котором было написано «несносный» или «неуравновешенный». Все это только личностные конструкты, которые использует наблюдатель. Если бы за посетителем, который трижды развернул официанта со стейком, наблюдал кто-то еще, он мог бы посчитать молодого человека «стильным» или «знающим себе цену». Короче говоря, наши впечатления о других людях основаны на наших собственных конструктах, которые являются динамичными, сложными и — иногда — пересматриваемыми. Хотя мы можем полагать, что составляем правильное представление об окружающих, трезвый взгляд на наши личностные конструкты может обнаружить за ними скрытые эмоции, от которых мы стремимся избавиться.

    Подумайте над тем, как конструкты могут влиять на эмоциональные реакции. Тревога способна указывать на то, что какое-то событие или явление не входит в диапазон использования ваших личностных конструктов. Если ночью вы слышите странный звук, который не соответствует привычным для вас конструктам вроде «собаки» или «кошки», то можете почувствовать тревогу. Она не покинет вас до тех пор, пока вы не подтвердите другую гипотезу. «Наверное, это опять еноты», — скажете себе вы, чтобы успокоиться. Однако, если вы будете всерьез полагать, что к вам в дом проник грабитель, тревога перерастет в страх — родственную ей, но все же отличную от нее эмоцию.

    Ощущение тревоги можно испытывать довольно долго, особенно когда в жизни происходят неожиданные изменения, такие, например, как смерть мужа или жены. В этом случае мы утрачиваем способность жить по-старому. Чтобы идти по жизни в одиночку и самостоятельно принимать решения, необходимы новые конструкты. Кто вы теперь? Люди, в распоряжении которых находится больше конструктов, помогающих предвидеть события или трудности в связи с изменениями в их жизни, меньше под­вержены риску возникновения тревоги. Те же, кто имеет ограниченное число личностных конструктов (особенно если диапазон их применения слишком узок), не очень хорошо умеют предвидеть будущие события. Их конструкты просто не подходят для значительного количества новых ситуаций, с которыми они сталкиваются. Другими словами, чем более ограничен ваш набор личностных конструктов, тем сильнее волнение и тем труднее предвидеть будущее и адаптироваться к изменениям в настоящем. Это помогает объяснить, почему ваша сестра до сих пор не оправилась от развода, несмотря на все ваши попытки разнообразить ее жизнь. В основе ее общения с людьми лежит один-единственный конструкт: «заслуживает доверия — бросит меня точно так же, как Сэм». Так она ограничивает свою свободу и затрудняет возвращение к нормальной жизни.

    Враждебность к окружающим — это эмоциональная реакция, сопровождающая попытки придать силу конструкту, который уже в значительной мере опровергнут. Возьмите, к примеру, личностный конструкт, который вы применяете к самому себе: вы считаете себя сильным и противопоставляете тем, кто, на ваш взгляд, имеет слабый характер. Вы попадаете в ситуацию, в которой с вами обращаются как с тряпкой. В ней вы, скорее всего, поведете себя так, чтобы все, включая вас, признали ваше достоинство. Вы будете стоять на своем, чтобы доказать себе, что чего-то стоите. Вы возвращаете стейк во второй раз. А потом и в третий, потому что на кону сейчас стоит нечто большее, чем просто мясо.

    Угроза — это осознание грозящего изменения одного из ключевых личностных конструктов. Здесь важно понятие «ключевой», с которым мы еще не раз встретимся в следующих главах. Как правило, личностные конструкты не живут собственной жизнью, а образуют системы, оказывающие сильное влияние на истолкование нами событий и наши действия в тех или иных ситуациях. Важным свойством такой системы конструктов является связь между каждым из ее элементов. Некоторые личностные конструкты находятся на периферии — они используются и подтверждаются отдельно от других конструктов. Другие же относятся к числу ключевых, потому что образуют прочную связь с большинством остальных конструктов. Они представляют собой основу всей системы личностных конструктов.

    Теперь давайте посмотрим, как система личностных конструктов объясняет опыт юношей и девушек, которые поступили в колледж и покинули отчий дом. «Умный — не умный» — именно так выглядит ключевой конструкт многих первокурсников, который может относиться к ним самим и к их потенциальным друзьям. Для некоторых студентов этот конструкт может быть тесно связан с другими, такими как «успешный — неуспешный», «хорошие карьерные перспективы — полное отсутствие перспектив», «полезный — бесполезный». Мы можем проанализировать то, что ученые называют подразумеваемыми связями между конструктами системы. Они ищут эти связи для того, чтобы отделить ключевые конструкты, которые имеют наибольшее влияние на другие, от периферических. Предположим, что «умственные способности» являются одним из ключевых конструктов, имеющих множество связей с другими. Подумайте, что произойдет в случае такого события, как получение плохой оценки, которое поставит этот конструкт под сомнение. В той мере, в какой данная информация опровергает личностный конструкт «я умный», она угрожает благополучию молодых людей. Речь идет не о каком-то единичном случае опровержения, а о подрыве всей системы конструктов, которая помогает им идти по жизни. Если же конструкт «умный — не умный» не имеет тесной связи с другими конструктами, то получение плохой оценки — это не более чем неприятный опыт, который ничем серьезным не грозит. Девушка не будет раздавлена, получив низкие баллы сразу по нескольким предметам, если «отличная успеваемость» не была ключевым аспектом ее системы конструктов. Она может осознать, что креативность и проницательность — это тоже важные качества для студентки, и они войдут в число ее ключевых личностных конструктов.

    Эмоциональные последствия тестирования и пересмот­ра личностных конструктов помогают понять, почему мы порой отчаянно избегаем подобных ситуаций. Чем больше определенный конструкт влияет на другие, тем упорнее мы сопротивляемся его изменению. Несколько лет назад я предпринял попытку представить наши концепции собственного «я» с помощью личностных конструктов вместе со своими студентами в Гарварде. Самым неожиданным открытием была тесная связь между умственными способностями и конструктом «сексуальный». Студенты оценили свои личностные конструкты и присвоили себе и другим определенный балл по каждому из конструктов. Я рассказал им один секрет: для того чтобы понять, почему они так сильно сопротивляются изменению своих конструктов, достаточно представить, как завтра утром они проснутся и с ужасом обнаружат, что оказались на другом полюсе каждого конструкта. Вы можете попробовать то же самое. Возьмите самый главный конструкт, который используете для определения самого себя (например, «хороший родитель», «житель Нью-Йорка», «творческая личность»), и представьте, что стали кем-то противоположным. Для студентов я случайным образом выбрал такую характеристику, как обучение в Гарварде: что, если они никогда не поступали в этот престижный университет? Как бы это повлияло на другие конструкты, такие как умственные способности, привлекательность и так далее? Результат оказался любопытным. Один из студентов сказал, что считал бы себя менее сексуальным, если бы не учился в Гарварде. С ним согласился еще один молодой человек, а потом еще. Они полагали, что потеряли бы часть своей привлекательности и ценности в качестве партнеров, если бы не щеголяли в бордовых пиджаках. Девушки смотрели на них с непониманием, хотя им было явно весело. Две из них сказали, что учеба в Гарварде, наоборот, уменьшает их привлекательность! Правда это или нет, сейчас неважно. Наш мысленный эксперимент показал главное — связь между личностными конструктами, их динамику, а также, возможно, некоторое влияние гендерных стереотипов. Девушкам, которые учатся в Гарварде, быть может, нелегко увидеть свою сексуальность. Но, как сказала одна из них после лекции, «по крайней мере, я не учусь в Массачусетском технологическом институте».

    Джеральд: человек с единственным конструктом

    Джеральд ходил на мои лекции в начале 1970-х годов — во времена, когда повсюду звучали призывы к миру, групповому сексу, лозунг «Власть цветам!» и ощущался характерный запах всем известного наркотика². В первый день нашего знакомства я понял, что он отличается от остальных. Если другие студенты носили длинные волосы, джинсы и ходили в сандалиях, Джеральд (и никогда Джерри) всегда был одет в кадетскую форму. Походка этого рослого блондина сильно напоминала строевой шаг. Казалось, что он не замечал косых взглядов и смешков других студентов. Джеральд всегда сидел прямо и составлял очень подробный конспект. Этот большой человек с идеальной осанкой за миниатюрной партой смотрелся немного странно.

    Как-то я решил показать студентам, как анализировать личностные конструкты, которые они используют для описания себя и других людей. Обычно молодым людям нравится изучать свои личностные конструкты, и тот раз не стал исключением. Самой сложной частью упражнения было определение взаимосвязи между конструктами, а также степени сопротивления изменениям. Я подходил то к одному студенту, то к другому и помогал им производить расчеты, порой весьма непростые.

    Большинство студентов имели где-то по семь личностных конструктов, которые не были слишком тесно связаны друг с другом, а открытость изменениям доминировала над негибкостью. В число типичных конструктов, с помощью которых студенты определяли себя и других, входили «умный — глупый», «интересный — скучный», «прикольный — неприкольный», «приятный — неприятный» и в двух случаях «расслабленный — напряженный». Когда я подошел к Джеральду, он казался довольным своим анализом и показал мне, что у него получилось. Вместо обычных семи он имел всего один ключевой конструкт, которому подчинялись все остальные: «служит в армии — не служит в армии». Джеральд применял этот конструкт к родственникам, друзьям, незнакомцам и, конечно, к самому себе. Его сопротивление изменению своего статуса было максимальным.

    Изучение личности сквозь призму конструктов в значительной степени предполагает, что «вы и есть конструкты», и в случае Джеральда так оно и было. Его понимание самого себя полностью совпадало с поведением. Джеральд всегда оставался солдатом. Этот конструкт определял его целиком и без остатка.

    На следующий день Джеральд не пришел

    Нравится краткая версия?
    Страница 1 из 1