Найдите свой следующий любимый книге

Станьте участником сегодня и читайте бесплатно в течение 30 дней
Krejcerova sonata

Krejcerova sonata

Автором Lev Tolstoj

Читать отрывок

Krejcerova sonata

Автором Lev Tolstoj

оценки:
3/5 (274 оценки)
Длина:
138 pages
1 hour
Издатель:
Издано:
Jan 12, 2015
ISBN:
9781782678625
Формат:
Книге

Описание

В поезде главный герой, Позднышев, вмешивается в общий разговор о любви — так какая любовь, спрашивает господин, что вы разумеете под истинной любовью? Предпочтение одного человека другому? Но на сколько? На год, на месяц, на час? Ведь это только в романах бывает, в жизни никогда. Духовное сродство? Единство идеалов? Условности диктуют, чтобы женатые пары оставались вместе, но изначальная любовь может быстро обернуться ненавистью. И он описывает как он в молодости беззаботно распутничал, жалуется что женские платья предназначены, чтобы возбуждать мужские желания. Утверждает, что никогда женщины не получат равные права, пока мужчины воспринимают их как объект страсти. В то же время описывает их власть над мужчинами.
Позднышев описывает события, приведшие к убийству жены; поскольку он женился не на деньгах и не на связях (она была бедна), да к тому же имел намерение держаться после женитьбы «единобрачия», то гордости его не было пределов. (Свинья я был ужасная, а воображал, что ангел, признался Позднышев своему попутчику.) Однако все сразу пошло наперекосяк, медовый месяц не складывался. Все время было гадко, стыдно и скучно. На третий или четвертый день Позднышев застал жену скучающей, стал спрашивать, обнял, она заплакала, не умея объяснить. И ей было грустно и тяжело, а лицо выражало неожиданную холодность и враждебность. Как? Что? Любовь — союз душ, а вместо этого вот что! Позднышев содрогнулся. Неужели влюбленность истощилась удовлетворением чувственности и они остались друг против друга совершенно чужие? Позднышев еще не понимал, что эта враждебность была нормальным, а не временным состоянием. Но потом произошла еще ссора, потом еще одна, и Позднышев почувствовал, что «попался», что женитьба не есть нечто приятное, а, напротив, очень тяжелое, но он не хотел признаться в этом ни себе, ни другим.
Лев Толстой "Крейцерова соната".
Издатель:
Издано:
Jan 12, 2015
ISBN:
9781782678625
Формат:
Книге

Об авторе


Предварительный просмотр книги

Krejcerova sonata - Lev Tolstoj

ПРИМЕЧАНИЯ

I

Это было ранней весной. Мы ехали вторые сутки. В вагон входили и выходили едущие на короткие расстояния, но трое ехало, так же как и я, с самого места отхода поезда: некрасивая и немолодая дама, курящая, с измученным лицом, в полу мужском пальто и шапочке, ее знакомый, разговорчивый человек лет сорока, с аккуратными новыми вещами, и еще державшийся особняком небольшого роста господин с порывистыми движениями, еще не старый, но с очевидно преждевременно поседевшими курчавыми волосами и с необыкновенно блестящими глазами, быстро перебегавшими с предмета на предмет. Он был одет в старое от дорогого портного пальто с барашковым воротником и высокую барашковую шапку. Под пальто, когда оп расстегивался, видна была поддевка и русская вышитая рубаха. Особенность этого господина состояла еще в том, что он изредка издавал странные звуки, похожие на откашливанье или на начатый и оборванный смех.

Господин этот во все время путешествия старательно избегал общения и знакомства с пассажирами. На заговариванья соседей он отвечал коротко и резко и или читал, или, глядя в окно, курил, или, достав провизию из своего старого мешка, пил чай, или закусывал.

Мне казалось, что он тяготится своим одиночеством, н я несколько раз хотел заговорить с ним, но всякий раз, когда глаза наши встречались, что случалось часто, так как мы сидели наискоски друг против друга, он отворачивался и брался за книгу или смотрел в окно.

Во время остановки, перед вечером второго дня, на большой станции нервный господин этот сходил за горячей водой и заварил себе чай. Господин же с аккуратными новыми вещами, адвокат, как я узнал впоследствии, с своей соседкой, курящей дамой в полумужском пальто, пошли пить чай на станцию.

Во время отсутствия господина с дамой в вагон вошло несколько новых лиц и в том числе высокий бритый морщинистый старик, очевидно купец, в ильковой шубе и суконном картузе с огромным козырьком. Купец сел против места дамы с адвокатом и тотчас же вступил в разговор с молодым человеком, по виду купеческим приказчиком, вошедшим в вагон тоже на этой станции.

Я сидел наискоски и, так как поезд стоял, мог в те минуты, когда никто не проходил, слышать урывками их разговор. Купец объявил сначала о том, что он едет в свое имение, которое отстоит только на одну станцию; потом, как всегда, заговорили сначала о ценах, о торговле, говорили, как всегда, о том, как Москва нынче торгует, потом заговорили о Нижегородской ярманке. Приказчик стал рассказывать про кутежи какого то известного обоим богача купца на ярманке, но старик не дал ему договорить и стал сам рассказывать про былые кутежи в Кунавине, в которых он сам участвовал. Он, видимо, гордился своим участием в них и с видимой радостью рассказывал, как они вместе с этим самым знакомым сделали раз пьяные в Кунавине такую штуку, что ее надо было рассказать шепотом и что приказчик захохотал на весь вагон, а старик тоже засмеялся, оскалив два желтые зуба.

Не ожидая услышать ничего интересного, я встал, чтобы походить по платформе до отхода поезда. В дверях мне встретились адвокат с дамой, на ходу про что то оживленно разговаривавшие.

– Не успеете, – сказал мне общительный адвокат, – сейчас второй звонок.

И точно, я не успел дойти до конца вагонов, как раздался звонок. Когда я вернулся, между дамой и адвокатом продолжался оживленный разговор. Старый купец молча сидел напротив них, строго глядя перед собой и изредка неодобрительно жуя зубами.

– Затем она прямо объявила своему супругу, – улыбаясь, говорил адвокат в то время, как я проходил мимо него, – что она не может, да и не желает жить с ним, так как…

И он стал рассказывать далее что то, чего я не мог расслышать. Вслед за мной прошли еще пассажиры, прошел кондуктор, вбежал артельщик, и довольно долго был шум, из за которого не слышно было разговора. Когда все затихло и я опять услыхал голос адвоката, разговор, очевидно, с частного случая перешел уже на общие соображения.

Адвокат говорил о том, как вопрос о разводе занимал теперь общественное мнение в Европе и как у нас все чаще и чаще являлись такие же случаи. Заметив, что его голос один слышен, адвокат прекратил свою речь и обратился к старику.

– В старину этого не было, не правда ли? – сказал он, приятно улыбаясь.

Старик хотел что то ответить, но в это время поезд тронулся, и старик, сняв картуз, начал креститься и читать шепотом молитву. Адвокат, отведя в сторону глаза, учтиво дожидался. Окончив свою молитву и троекратное крещение, старик надел прямо и глубоко свой картуз, поправился на месте и начал говорить.

– Бывало, сударь, и прежде, только меньше, – сказал он. – По нынешнему времени нельзя этому не быть. Уж очень образованны стали.

Поезд, двигаясь все быстрее и быстрее, погромыхивал на стычках, и мне трудно было расслышать, а интересно было, и я пересел ближе. Сосед мой, нервный господин с блестящими глазами, очевидно, тоже заинтересовался и, не вставая с места, прислушивался.

– Да чем же худо образование? – чуть заметно улыбаясь, сказала дама. – Неужели же лучше так жениться, как в старину, когда жених и невеста и не видали даже друг друга? продолжала она, по привычке многих дам отвечая не на слова своего собеседника, а на те слова, которые она думала, что он скажет. – Не знали, любят ли, могут ли любить, а выходили за кого попало, да всю жизнь и мучались; так, по вашему, это лучше? – говорила она, очевидно обращая речь ко мне и к адвокату, но менее всего к старику, с которым говорила.

– Уж очень образованны стали, – повторил купец, презрительно глядя на даму и оставляя ее вопрос без ответа.

– Желательно бы знать, как вы объясняете связь между образованием и несогласием в супружестве, – чуть заметно улыбаясь, сказал адвокат.

Купец что то хотел сказать, но дама перебила его.

– Нет, уж это время прошло, – сказала она. Но адвокат остановил ее:

– Нет, позвольте им выразить свою мысль.

– Глупости от образованья, – решительно сказал старик.

– Женят таких, которые не любят друг друга, а потом удивляются, что несогласно живут, – торопилась говорить дама, оглядываясь на адвоката и на меня и даже на приказчика, который, поднявшись с своего места и облокотившись на спинку, улыбаясь, прислушивался к разговору. – Ведь это только животных можно спаривать, как хозяин хочет, а люди имеют свои склонности, привязанности, – очевидно желая уязвить купца, говорила она.

– Напрасно так говорите, сударыня, – сказал старик, – животное скот, а человеку дан закон.

– Ну да как же жить с человеком, когда любви нет? – все торопилась дама высказывать свои суждения, которые, вероятно, ей казались очень новыми.

– Прежде этого не разбирали, – внушительным тоном сказал старик, – нынче только завелось это. Как что, она сейчас и говорит: «Я от тебя уйду». У мужиков на что, и то эта самая мода завелась. «На, говорит, вот тебе твои рубахи и портки, а я пойду с Ванькой, он кудрявей тебя». Ну вот и толкуй. А в женщине первое дело страх должен быть.

Приказчик посмотрел и на адвоката, и на даму, и на меня, очевидно удерживая улыбку и готовый и осмеять и одобрить речь купца, смотря по тому, как она будет принята.

– Какой же страх? – сказала дама.

– А такой: да боится своего му у ужа! Вот какой страх.

– Ну, уж это, батюшка, время прошло, – даже с некоторой злобой сказала дама.

– Нет, сударыня, этому времени пройти нельзя. Как была она, Ева, женщина, из ребра мужнина сотворена, так и останется до скончания века, – сказал старик, так строго и победительно тряхнув головой, что приказчик тотчас же решил, что победа на стороне купца, и громко засмеялся.

– Да это вы, мужчины, так рассуждаете, – говорила дама, не сдаваясь и оглядываясь на нас, сами себе дали свободу, а женщину хотите в терему держать. Сами небось себе все позволяете.

– Позволенья никто не дает, а только что от мужчины в доме ничего не прибудет, а женщина жено утлый сосуд, – продолжал внушать купец.

Внушительность интонаций купца, очевидно, побеждала слушателей, и дама даже чувствовала себя подавленной, но все еще не сдавалась.

– Да, но я думаю, вы согласитесь, что женщина – человек, и имеет чувства, как и мужчина. Ну что же ей делать, если она не любит мужа?

– Не любит! – грозно повторил купец, двинув бровями

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Krejcerova sonata

3.0
274 оценки / 18 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей

  • (4/5)
    OH BOY, DO I HAVE A LOT OF FEELINGS ABOUT THIS BOOK. Most especially, about the choice to include it in a series titled Great Loves. Despite the fact that the narrator begins his tale with a rant on how awful love is -- I would argue that there is very little love on display in this book. Rather, a great deal of possessiveness, and also the stifling nature of heteronormativity. Despite all that (which did frequently get on my nerves), this is still Tolstoy, so it's still somehow fascinating and compelling even as I often wanted to hold the main character's face under water. (And yes, it seems clear that he is the character Tolstoy identifies with.) I was drawn along, rooting for the wife and for the man to gain any inkling of his inherent ass-hattedness, even though it is clear from the very beginning of his tale that neither will happen. A compulsive but frustrating but train-wrecky NOT-A-LOVE-STORY.
  • (2/5)
    Not a memorable work.
  • (4/5)
    Well, what a strange little book this turned out to be from the master.

    Is it a good read? Yes, it is. Structured around a series of short chapters and incidents, it's just right for the shot-away modern attention span (surely, the novella is the perfect form for our age?) You know what's coming, almost from the outset, because the protagonist, Troukhatchevsky, tells you so. And yet, by delaying the crucial moment and delaying it, Tolstoy builds unbearable tension. In other words, the story telling is as masterful as you would expect, as are the characterisation and fine detailing.

    The obsessive nature of the protagonist and the bizarre philosophy to which he adheres put me in mind of Raskolnikov. Well, it was after all the century of grand ideas, culminating not long after in that Republic of Ideas, the USSR. These peculiarities made Troukhatchevsky a less tragic, less sympathetic figure than otherwise he might have been. Even the counter-philosophies were rather difficult to take, from a 21st Century perspective. The theme of jealousy and its un-reason, on the other hand, remain powerfully and universally relevant, all the more so when developed by one of the great writers.
  • (3/5)
    I may not have completely understood The Kreutzer Sonata, but it made me kind of angry and bored at the same time. For one the protaganist had so much anger for his wife it was very hard for me to identify with him. I also felt the blame he placed on society for his mistakes was, though possibly more deserved at that time, still exaggeratory. Otherwise surely men would be killing their wives for their sexual deception all over the place? The other short stories, however, were almost like fairy tales, and were much more enjoyable.
  • (3/5)
    Two men sitting on a train alone during the night - the main character, Pozdnyshev, lay bare his soul and tells about the reason why he killed his wife - and the event that lead up to it - and why he got away with it. The narrator is the one who hear this brutally honest story.The main themes of this menage-a-trois are the eternal battle of the sexes - and jealousy within marriage - and infidelity (perhaps). As a story alone it's shocking, filled with indignation and rage - mainly towards the institution of marriage and the idea of romantic love - but also towards the emancipation of women.The unfortunate thing is that Tolstoy had to write a "postludium" - sort of a tract telling us readers what moral ideas he wanted to communicate with his story. I would almost say: Don't read it. It will maybe spoil the whole story. I disagreed with almost everything Tolstoy said in this postscript - and it really wasn't necessary - only made me more confused - Tolstoys dismissal of romantic love, the evil of sex, his denial of marriage as an institution, his gloomy look on women in general is not really worth to bother about.
  • (3/5)
    A novella. Tolstoy uses this novella to express his ideals of marriage, love, sex and his promotion of abstinence. Pozdynyshev overhears a conversation about love and divorce and becomes so agitated that he interjects himself into their conversation and challenges their ideas of love and he states that the only right state is abstinence. After they leave he tells his story of how he came to kill his wife to an unnamed passenger. Pozdyyshev became so jealous of his wife that he killed her. Tolstoy evolved a new Christianity based on his own interpretation of the Gospels. He did not believe that Jesus created marriage but the church created marriage.
  • (4/5)
    "The Kreutzer Sonata" is a fascinating short novella by Leo Tolstoy. This is a quick and easy read but also pretty interesting. The tale focuses on two passengers on a train -- one man talks about how he killed his wife in a jealous rage while promoting the idea of sexual abstinence. There's a lot here to examine in this short work.
  • (2/5)
    The story is set on a train in Russia where the passengers are debating about the future of marriage. One passenger who had been silent speaks up. He is Pozdnyshev, who is infamous for killing his wife who he suspected of infidelity. The rest of this short novel is told by Pozdnyshev who recounts the story of his marriage and how it led to him murdering his wife. He shares his views on how the act of marriage subjugates the woman and hardly differs from prostitution. He is incredibly extreme and zealous on his views about lust and the hypocrisy of marriage. Based on his final act of killing his wife who he suspects of having an affair, but is never positive, it seems clear that Pozdnyshev is crazy. What I found disturbing was the afterword in the book written by Tolstoy, where he discusses his own views on women and marriage and he is as extreme as Pozdnyshev. This is the same man who wrote War and Peace and Anna Karenina? The Kreutzer Sonata was written near the end of Tolstoy's life after a late conversion to Christianity. What a different type of novel compared to his other works. I have loved both War and Peace and Anna Karenina, especially the altruistic behavior of many of his characters. Wow - what a different take by the same author.
  • (4/5)
    Here Tolstoy wraps a lecture on the role of "carnal love" in our society, into a poignant story of a husband who kills his wife for cheating on him. In it he presents many good arguments as to the challenges of being married, as well as the illusions of love. Although I don't necessarily agree with all of the ideas in this book (in fact I only agree with a few) I still think that it is important to be presented with the argument in order to better develop personal opinions. I did have one issue with the story: the main character was constantly condemning actions of humans as being animal-like, swinish, and beastly. However, he also continually returns to the argument that humans should act more naturally, as the animals do. This continued contradiction was helpful in developing the nature of the character and his "madness," but it was annoying to read none the less. Overall I liked it, not my favorite Tolstoy, but still great.
  • (5/5)
    Man, this is a vicious little thing. It grabbed me and shook me like a dog catching a squirrel.

    My homegirl Heather suggested that it'd make a good companion read to Dom Casmurro, which was a brilliant idea. It's an awesome double feature.

    Be ready to put the Kreutzer Sonata on as soon as they start playing it, around page 100 or so. It totally enhances the climax of the book.
  • (3/5)
    Rusland, ca 1885Godsejeren Posdnyschów fortæller på en togrejse til en medrejsende hvorfor han dræbte sin kone. Han er blevet overbevist om at den kødelige kærlighed er roden til alt ondt. Man burde hylde jomfruelighed og bandlyse al seksuel omgang, der ikke foregår i ægteskabet med det formål at frembringe afkom. Hans kone og han har levet som hund og kat i et miserabelt ægteskab. Børnefødsler har taget hårdt på hans kone og lægen hjælper med prævention så hun blomstrer op igen. Faktisk så meget at hun begynder at spille på klaver og måske også så meget at hun indleder et forhold til spillelæreren Truchatschewskij. Skænderierne mellem mand og kone er ulidelige og de bruger børnene som våben i krigen. En søndag spiller konen og spillelæreren Beethoven's Kreutzer-sonate, hvilket udløser mandens jalousi. Nogle dage efter vender han uventet hjem, rasende af jalousi og stikker en kniv i konen.Udefra set er det helt urimeligt. Set gennem hans øjne det modsatte.Tolstoy mener det alvorligt og har i et efterskrift uddybet sine meninger. Synspunkterne ligner dem som Taliban fremfører i vore dage.Prostitution er en synd. Utroskab mellem ægtefolk er en synd. Ægteskabelig samkvem under diegivningen er en synd. Man bør opdrage sin børn efter andre mål end blot det smukke, velplejede legeme. Menneskene bruger for meget af deres tid og møje på at søge efter en partner.Et noget ramsaltet syn på verden
  • (1/5)
    A rant that goes on and on about the horrible consequences of lust, reflecting the tendency of religion to warp sex.
  • (5/5)
    The narrator of this story tells us about a conversation he has with a man on a train who introduces himself as the infamous man who has been in all of the papers for murdering his wife. He proceeds to explain to the narrator why he committed the murder and how the very nature of love and sexual attraction between men and women inevitably leads to heartbreak and anger.It was easy to empathize, if not exactly sympathize, with the murderer and his wife, and there were many facets of their relationship that I feel are true of every male/ female relationship. Tolstoy does an excellent job of telling us just how messed up our relationships are by using this character and the extreme nature of the way his marriage ended. Every note of Tolstoy's Sonata struck a chord with me as the reader and the book left me reexamining the very nature of my beliefs about love and marriage. While I didn't necessarily agree with the murderer's beliefs, it did make me reconsider some things.
  • (3/5)
    On a train ride, a man named Pozdnyshev overhears a conversation about love and marriage and divorce. He is reminded of his dark past, and begins telling us a tale of how he came to fall in and out of love, resulting in murdering his own wife.Pozdnyshev is a hard character to like, or to sympathize with. He seemed irrational and crazed to the utmost, not to mention perverted. He has a craving obsession for dirty, filthy, forbidden things such as prostitutes and sexual gratification, and seems set on describing these things in the most appalling way possible. He frequently compares these habits of his to those of an animal, which is how he comes to see himself.He and his wife sink into disinterest in each other, and eventually to bitterness and hatred. The extent of Pozdnyshev's rage toward her could certainly be called abuse. The climatic scene where he commits murder was a terrible one, and quite memorable. For a moment, the blindingly furious man checks himself and realizes what he has done, and it is a very dark moment in the book. However, within just a few sentances, he is back to being the abhorrent villain, as he begins telling his wife that he forgives her.Forgives her? It is HIM who needs forgiving! He has made every day of her life absolute hell, and now he has murdered her. And yet he "forgives her."Tolstoy has written an impacting story for such a small number of pages, but I wish that the main character had been more relatable and the story drawn out into a bit more detail.
  • (3/5)
    This was a short, depressing story about a man trying to explain why it was ok that he had killed his wife. He basically tells his story to a stranger sitting on a train and explains his thoughts on things like love is not something real and not a part of marriage, women are bad, children are problems, and all women do are make men jealous. There is nothing positive about this story at all, and Tolstoy himself write a few pages at the end explaining how according to Christianity, people should not be married in the first place. I think this was during Tolstoy's late life Christian phase, but in terms of this being literature, it was not a very satisfying read.
  • (5/5)
    Praised by many as Tolstoy's best short story—or novella, really—I'm shocked that I've never read this until now, if only for the reason that Tolstoy's best inevitably means one of the best novellas ever written. And The Kreutzer Sonata is definitely that; it's also one of the beginning texts of existentialist literature, and I can imagine Camus and even Proust reading this with relish.

    In a mere hundred or so pages, Tolstoy attacks everything: the oppressive system of gender inequality; the class system; capitalism, money, and the ignorance in which children are reared; marriage; religion; medicine; the legal system—in short, every subject under the sun is scrutinized and unashamedly bashed to pieces here, in a novella that renders the act of confession as the only means of redemption in a world of lost faith, principles, and morals, a motif that pairs this rather well with Camus's La chute, whose own narrator seems oddly reminiscent at times with Tolstoy's in Kreutzer.

    One can see why this was banned and why there was such a scandal when Tolstoy published this in 1889, and many of its subjects and concerns are still sadly relevant today.
  • (4/5)
    Beethoven's "Kreutzer Sonata" is full of emotion, so no wonder it serves as a sort of a turning point in this novella whose story is so heart-rending. The distraught protagonist pours his heart out to a stranger on the train - giving his own pessimistic definition of "love", proclaiming the mockery of marriage within his class level in Russian society, and how his own poisonous relationship with his wife develops and is doomed from the start. The emotional torment permeates the novella and denouement is disastrous.I think this novella is monumental in the amount of meaning it carries as to its criticism of Russian society of that era. (To get a better feel of the storyline I had the famous sonata playing quietly in the background as I was reading). Tolstoy is more known for his longer and epical novels, so it was interesting to see him "squeeze" so much meaning in this short novella. But it was obviously what he observed and wanted to express. I wish I can get my hands on the Russian version one day - this is not to say that the translation (by Louise and Aylmer Maude) was not adequate, for it was.
  • (3/5)
    The Kreutzer Sonata is one of Tolstoy’s later works and revolves around his moral beliefs about lust, love, and marriage. To the point: a conversation takes place on a train between passengers about love and marriage. One passenger, Pozdnyshev, becomes agitated and says (I paraphrase), love and marriage are a bunch of crap. He then recounts in detail how and why he killed his wife in a jealous fit.This is Tolstoy, so the story is well-crafted and all the other key words and catch phrases that describe excellent writing. What I found interesting is that Pozdnyshev blames society’s loose morals for setting him up for failure in his marriage. As a young man he partied. He slept around, drank, etc. He goes on to say his former purely pleasure driven relations with women, which for the most part were secretly accepted by society if not openly condoned, ruined his relationship with his wife. "Yes, my relations with women were lost forever. Pure relations with women, from that time forward, I could no longer have. I had become what is called a voluptuary; and to be a voluptuary is a physical condition like the condition of a victim of the morphine habit, of a drunkard, and of a smoker. Just as the victim of the morphine habit, the drunkard, the smoker, is no longer a normal man, so the man who has known several women for his pleasure is no longer normal. He is abnormal forever. He is a voluptuary. Just as the drunkard and the victim of the morphine habit may be recognized by their face and manner, so we may recognize a voluptuary. He may repress himself and struggle, but nevermore will he enjoy simple, pure, and fraternal relations toward woman. By his way of glancing at a young woman one may at once recognize a voluptuary; and I became a voluptuary, and I have remained one."I find the idea interesting in light of today’s obsession with sexuality and porn. The book is an insight into Victorian morality (Can it be Victorian if it’s Russian?,) and it can actually be read as an early feminist text.Is it worth reading? If you’re interested in the aforementioned topics and want a quick Russian literature read, yes. If you want action and intrigue and don’t care what people thought about sex, love, and marriage in the olden days, no.