Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Только $9.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Не Бойся Быть со Мной

Не Бойся Быть со Мной

Автор Анна Ким


Не Бойся Быть со Мной

Автор Анна Ким

оценки:
4.5/5 (2 оценки)
Длина:
331 страница
6 часов
Издатель:
Издано:
Jan 15, 2020
ISBN:
9781393478805
Формат:
Книга

Описание

Иногда детские чувства с возрастом могут перерасти во что-то большее… Так и случилось с главными героями. Чего только между ними не было: страсть, ненависть, похоть, социальное неравенство, обиды. Но если любовь решила однажды постучаться в ваш дом – выхода нет…

Издатель:
Издано:
Jan 15, 2020
ISBN:
9781393478805
Формат:
Книга

Об авторе


Предварительный просмотр книги

Не Бойся Быть со Мной - Анна Ким

ПРОЛОГ

Джек

— Папа, я хочу переехать.

Я изумленно смотрю на дочь.

— Что? Почему?

Она расправляет плечи, выпячивает вперед упрямо подбородок, именно так, когда полна решимости сделать все по-своему, во что бы то ни стало.

— Потому что, — твердо заявляет она, — через несколько дней мне исполнится двадцать.

Я хмурюсь.

— Почему именно сейчас?

— Папа, — раздраженно вскрикивает она. — Все мои друзья съехали из родительского дома уже двести лет назад.

Я складываю руки на груди.

— Ну, и что? Это не причина уезжать и тебе.

Она решительно тоже складывает руки на груди.

— Ну же, папа, будь благоразумен. Я хочу переехать, потому что хочу иметь собственное пространство.

— У тебя здесь имеется собственное пространство. Черт побери, да в твоем распоряжении находится целое крыло дома. Там тебя никто не беспокоит... с тех пор, как ты положила говно в постель брата за то, что он решил к тебе зайти.

— Ради бога, не вспоминай об этом. Мне тогда было девять лет, — рассержено отвечает она.

— Моя точка зрения остается неизменной. Никто не беспокоит тебя на твоей территории дома.

Она распрямляет руки и подается вперед, ее ярко-голубые глаза упрямо сверкают.

— Нет, папа, я хочу стать независимой. Хочу иметь свою маленькую квартирку в Лондоне. Хочу сама покрасить стены в тот цвет, который выберу. Хочу проснуться утром и сбегать в пекарню за круассанами или за только что испеченным пирогом с абрикосами. Хочу открыть окно и выглянуть вниз на оживленную улицу, полную людей, спешащих на работу. По ночам мне хочется лежать в постели и слушать, как люди возвращаются из пабов и клубов. Я хочу, чтобы на счете за электричество стояло мое имя. И когда в дверь позвонит курьер, я хочу точно знать, что посылка предназначена мне. Мне не нужен большой дом. Мне бы хватило квартирки с одной спальней или квартиры-студии. На самом деле, если бы у меня был выбор, я бы хотела небольшое, маленькое пространство, сделав его по-настоящему уютным. Что-то вроде квартиры, в которой жила Бриджит Джонс в фильме.

Я вздыхаю, сам вырвавшись с низов и из ничего, моей мечтой было жить в самом большом доме. Моя дочь родилась в роскоши и жила в ней всю свою жизнь, а теперь ее заветная мечта — съехать и жить, как бедняк в Лондоне. Как мне бороться с ее романтической притягательностью бедности?

— Прошу тебя, папа.

Мне ненавистна сама мысль, что она уедет из моего дома. С моей точки зрения, это неправильно. И моя настолько сильная интуиция, не раз спасающая и предупреждающая меня, в данный момент тоже не подводит. Она никогда меня не подводила раньше, думаю и теперь.

— Ты же не рассчитываешь, что я буду каждый день ездить в Лондон, чтобы закончить стажировку в Сити? — недоверчиво спрашивает она меня.

— Собственно, именно этого я и ожидал. Отсюда всего час езды, я уже договорился о машине.

— Нет, я не хочу так. Пожалуйста, папа, — умоляет она меня. — Я не могу вечно жить с вами. И я буду приезжать домой на выходные.

Я смотрю на нее и вдруг понимаю, будто это для меня полная неожиданность, что моя маленькая девочка выросла. И она не только выросла, а хочет расправить крылья и вылететь из семейного гнезда. Годами я не позволял себе задумываться об этом дне, и вот он настал, и мне кажется, что я бессилен в данной ситуации. Я словно ее не узнаю, словно она стала другая. Невероятно красивой женщиной с длинными черными волосами, сверкающими сапфировыми глазами. И меня это пугает. Я стараюсь сохранять спокойствие, поэтому с большой осторожностью подбираю слова.

— Ну, хорошо...

Она подскакивает со стула, начинает визжать и танцевать какой-то немыслимый индейский танец.

— Я еще не закончил, Лилиана, — строго говорю я.

Она останавливается и подозрительно смотрит на меня.

— Ты можешь съехать, но ты обязана жить в нашей квартире в Лондоне.

У нее вытягивается лицо

— Мы не собираемся наведываться туда, — продолжаю я, — если ты нас не позовешь. Квартира будет полностью в твоем распоряжении. У тебя будет полная конфиденциальность.

Она откидывается на спинку стула и громко выдыхает.

— Папа, ты что, не понимаешь? Я не хочу жить в роскошной четырехкомнатной квартире в центре Мейфэра с шеф-поваром и уборщицей, которые приходят пять раз в неделю. Я хочу свое собственное маленькое жилье с крошечной кухонькой, где я буду готовить сама себе еду, может устрою небольшую вечеринку, и все будут сидеть на подушках на полу. Я хочу быть полностью независимой.

— Прекрасно, прекрасно. Просто дай мне несколько месяцев, и я куплю тебе квартирку поменьше за пределами Мейфэра. Может быть, где-нибудь в Найтсбридж или Кенсингтоне?

Она встает.

— Папа, ты не дал мне закончить. Мне не нужно, чтобы ты подыскивал мне квартирку, потому что я уже нашла для себя идеальное местечко в районе Виктории. Она напоминает квартирку симпатичного стилиста, который стрижет маленьких мальчиков. Там стулья, на которых сидят дети, сделаны в виде маленьких машинок. — Она прикусывает нижнюю губу. — Я уже внесла залог и переезжаю на следующей неделе.

Теперь моя очередь рухнуть в кресло.

— Прости, папа. Я знаю, тебе нелегко, но я буду приезжать каждые выходные. Обещаю, все будет так, как будто я вообще не уезжала.

Я заглядываю ей в глаза.

— А как же мама? Ты думаешь, как это может отразиться на ней?

Ее голос смягчается. Как будто она стала взрослой, а я превратился в ребенка, которого она должна уговорить.

— Я сообщила ей вчера, она не возражает.

Я хмурюсь, потому что это странно. Лили мне ничего не сказала, хотя сейчас она и пришла в себя. А потом я вспоминаю, как она крепко меня обняла, когда мы легли в постель и сказала очень странную вещь: «Ты останешься со мной до самого конца, да?» Я поцеловал ее, посмотрел ей в глаза, мне показалась она такой уязвимой вчера вечером и потерянной. И это вызвало у меня воспоминания, когда у нее случился выкидыш. У меня волосы дыбом встают, когда я вспоминаю о том времени. Тогда, она стала совершенно чужой. Даже сейчас больно вспоминать об этом, она хотела умереть. Она, на самом деле, собиралась оставить всех нас.

Моя дочь присаживается передо мной на корточки. Берет меня за руки своими нежными, мягкими руками.

— Я не забыла ничего, папа, — шепчет она.

Я смотрю ей в глаза и киваю. Но воспоминания продолжают появляться у меня в голове. Я вижу свою семилетнюю дочь, лежащую рядом с моей женой в нашей постели. Шторы задернуты.

— Мамочка, — жалобно говорит она. — Ты сердишься на меня? Я сделала что-то не так? — Моя жена молчит. Тихие слезы текут из ее открытых ничего не выражающих глаз. Я врываюсь в комнату и поднимаю с кровати перепуганного ребенка. С мокрыми щеками от слез. Я прижимаю ее к себе.

— Ты не сделала ничего плохого, дорогая. Ничего. Мама просто не очень хорошо себя чувствует. — Моя жена лежит в полутьме, неподвижная, безучастная, ко всему пойманная в ловушку своего черного мира безжалостной печали.

Тогда я даже не заметил, что мои щеки тоже стали мокрыми от слез, пока Лилиана не вытерла их пальцами.

— С ней все будет в порядке. Нужно время. Вот увидишь. Пока у нее есть ты, с ней все будет хорошо, — говорит мне моя смышленая дочь.

Я утвердительно киваю.

— Я всегда буду с ней, — отвечаю я.

Глава первая

Лилиана

Я закутываюсь в свою любимую утепленную куртку, и с Музом, моей любимой таксой, мы направляемся во французскую пекарню за углом. Муз с энтузиазмом заставляет меня ускорить шаг. Его короткие лапки быстро двигаются, золотисто-коричневый мех трепещет на холодном ветру.

И я с небольшой тревогой замечаю, что его зад кажется мне намного округлее. Неужели он прибавил в весе с тех пор, как мы переехали сюда неделю назад? Должно быть, я слишком помногу его кормлю или что-то делаю не так. Надо будет спросить у мамы. В основном она кормила его.

— Ой, Муз, ты тоже немного располнел, — бормочу я себе под нос, но, словно услышав меня, моя чувствительная собака-сосиска внезапно останавливается и с упреком смотрит на меня.

Остановка настолько резкая. Улыбка исчезает с моего лица под его обвиняющим взглядом.

— Я всего лишь пошутила. Ты же знаешь, я никогда не опозорю тебя. Ты красавец, а не жирдяй.

С выражением крайнего отвращения он продолжает свой царственный путь.

Холли, дочь владельца кондитерской, стоит за прилавком. На носу и щеках у нее россыпь веснушек, а непослушные рыжие кудри никак не хотят прятаться под белый колпак. Она расплывается в широкой улыбке.

— Достаточно холодно, чтобы заморозить яйца обезьяны, не так ли?

Я смеюсь над ее красочным описанием. Пока Муз жадно поглощает печенье, которое она ему дает, а ее веселая болтовня омывает меня, пока я окидываю взглядом сладости на стеклянных прилавках. Мне бросается в глаза хорошенький грушевый пирог, присыпанный сахарной пудрой.

Холли пакует его в розовую коробку, обвязывая голубой лентой, я расплачиваюсь. На улице уже полно людей, спешащих на работу. Поэтому останавливаюсь, глубоко вдыхаю морозный утренний воздух, не в состоянии избавиться от ощущения, что моя жизнь похожа на чудесный сон. Иногда по ночам мне приходится саму себя ущипнуть, потому что я не могу поверить, что мне так могло повезти.

Весь путь назад в квартиру, я всячески стараюсь не встречаться со взглядом моей таксы, которая переводит своей взгляд с моей розовой коробки на меня, потом обратно к коробке. Я знаю, что он пытается меня заставить пообещать, что я тоже дам ему кусочек. Большую часть пути я сопротивляюсь, делая вид, что не обращаю внимания на его взгляды, но, в конце концов, сдаюсь, буквально, когда мы подходим к подъезду, Муз начинает возбужденно прыгать и крутиться вокруг меня, я не могу удержать его за поводок.

— Хорошо, хорошо, я дам тебе немного, — сдаюсь я.

Он тут же перестает прыгать, в предвкушении усаживается в фойе. Я беру на руки толстый теплый комочек шерсти, он счастливо начинает облизывать мое лицо, пока мы поднимаемся на лифте.

ЧАС СПУСТЯ ГРУШЕВЫЙ пирог уже остался в прошлом, сейчас на мне выглаженная нежно-розовая блузка и темно-синий костюм. Стоя перед зеркалом в спальне, я критически осматриваю свое отражение. Аккуратно заколоты черные длинные волосы. Лицо слегка подкрашено, но выглядит так, словно без макияжа, только легкий блеск на губах.

Сегодня я отмечу еще одно событие его первое событие в своей жизни.

Первый день моей стажировки в «Осборн и Несбил». Я отправила резюме, как и любой другой кандидат, сильно желающий, аж, до слюноотделения, поработать в этой адвокатской конторе. Их ответ пришел уж слишком подозрительно быстро, на что я решила что, либо моя фамилия снова открыла двери, которые обычно плотно закрыты для любого обычного стажера с улицы, либо мой отец снова принялся за свою и взял инициативу в свои руки.

Меня раздражает, что я не могу идти своим путем, делая все сама, но давным-давно научилась благодарить судьбу за это. Я поклялась себе, что докажу всем, что я не просто избалованная дочь миллиардера.

Муз провожает меня до двери, и после долгих шумных поцелуев я направляюсь к лифту. Пока я спускаюсь у меня начинает вибрировать мобильник в сумочке. Я вытаскиваю его и нажимаю «принять» звонок.

— Привет, мам.

— Ты уже идешь на работу?

— Да, я спускаюсь в лифте.

— Послушай, милая. У папы дела сегодня в Лондоне, и он буквально находится в пяти минутах от тебя. Не проще ли ему подхватить тебя и подбросить на работу?

Я вздыхаю.

— Мам, когда у папы в последний раз были дела в Лондоне в такую рань, а?

Мама молчит.

— Вот именно. Мам, вы с папой должны предоставить мне свободу. Я хочу поехать на работу на метро. Хочу пожить жизнью всех стажеров. Я не хочу приезжать на роллс-ройсе.

— Папа поехал не на роллс-ройсе, он понял, что может тебя смутить такой машиной, поэтому поехал на мерседесе.

Я с трудом подавляю раздражение.

— Мам, ты ведь понимаешь, что я хочу? Я хочу быть независимой и сделать все сама.

— Да, наверное, понимаю, — тихо говорит она. — Но мы с папой беспокоимся о тебе. Ты еще слишком молода, а Лондон такое опасное место для невинной девушки. Мы старались защищать и оберегать тебя, ты можешь даже не заметить опасности, которая тебя подстере...

— Господи, мам, можно подумать, что я шпионка, которую послали в опасное подполье преступного мира. На улице день, и я собираюсь работать в адвокатской конторе! Все будет хорошо.

— Хорошо. — Тяжело вздохнув говорит она, хотя по голосу не скажешь, что «хорошо». — Ты приедешь домой на эти выходные?

— Конечно.

— Отлично. — Ее голос становится намного счастливее, мне становится даже стыдно, что я позволили себе разозлиться на нее раньше. Я знаю, насколько она ранима, никогда не забуду, как мама впала в глубокую депрессию на несколько месяцев, прежде чем папа смог вывести ее из этого ужаса.

— Мам?

— Да, милая.

— Почему бы тебе не приехать завтра на ланч со мной? Мы могли бы встретиться в ресторане недалеко от работы, и могли бы...

— О да, блестящая идея! — восклицает она.

— Хорошо, я позвоню тебе вечером и сообщу, где мы встретимся.

— Хорошего дня на работе, дорогая. Я знаю, ты будешь потрясающей.

— Спасибо, мам. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Всем сердцем.

— Пока, мам, — счастливо говорю я, сбегая по ступенькам дома на оживленную улицу, полную спешащих на работу людей. Вот она независимость, которую я так хотела попробовать, присоединяясь к остальным городским служащим, спешащим к корпоративному порабощению.

Глава вторая

Лилиана

Мой первый рабочий день — это водоворот людей, общения и работы, но в конечном итоге он заканчивается после работы в Marquis of Granby, пабе XVIII века из темного дерева, за углом от офиса.

Я усаживаюсь на барный стул с одной из моих коллег-стажеров Франсин и мрачно смотрю в свой бокал. Да, я довольно быстро поняла, что состояние моего отца не является секретом в священных коридорах «Осборн и Несбит». Большинство людей, чем мне бы хотелось, относились ко мне так, словно боялись чем-то разозлить дочь Джека Идена.

— Перестань выглядеть такой несчастной, — говорит Франсин, подзывая официанта. — Ты заставишь нас ненавидеть тебя от этого еще больше.

Я поднимаю взгляд на нее. Она выглядит, как полная мне противоположность, с вишнево-красными губами и копной светлых волос. Я со вздохом убираю волосы с шеи.

— Я не несчастна. Разозлившая было бы лучшим словом.

— Я хочу задать тебе один вопрос, — говорит она и поворачивается ко мне лицом. — Ты сама подала резюме на стажировку?

— А ты как думаешь?! Секретарша моего отца, что ли? Я сама отослала резюме во все двадцать компаний.

Ее прекрасные брови на мгновение удивленно хмурятся.

— Зачем?

— Потому что я не предполагала сколько людей захотят поцеловать в задницу моего отца, и я слышала, что будет невероятно трудно устроиться.

Она смеется.

— Так и есть. Значит, твое единственное преступление состоит в том, что у твоего отца слишком много денег?

— Выходит, что так, — отвечаю я.

— И что? Ты подумала добавить к своей фамилии еще и адвокатскую должность?

— Точно. Но теперь, скорее всего мне придется слишком грубо обходиться с мужчинами, которые делают вид, что рады знакомству со мной, а, на самом деле, всего лишь хотят познакомиться с моим отцом, — говорю я, вспоминая Стивена, другого стажера и его подобострастное поведение за обедом. Он так часто мне льстил, как бы преклоняя колени, что почти уткнулся носом в свой суп.

Франсин берет наши коктейли, толкая по столу один ко мне, подмигивая. Я тут же делаю глоток.

— Да, я наблюдала за этим придурком Стивеном, но тебе уже слишком поздно менять свою фамилию, ты мне нравишься. Сильно. Я имею в виду, действительно, нравишься.

Я искоса посматриваю на нее.

— Хммм... это твоя попытка произвести на меня впечатление?

Она смешно съеживается, сутулив спину, и начинает застенчиво говорить с постоянно бегающими глазками.

— А это сработает? Мне действительно очень нужна эта работа по окончания стажировки.

Она выглядит такой смешной, что я не могу сдержаться от смеха. Может стажировка пройдет и не плохо.

Она делает глоток коктейля.

— Кстати, об умасливании, ты не положила глаз на кого-нибудь из парней нашей команды стажеров?

— Нет. А ты?

Она слегка наклоняет голову в сторону высокого француза стажера. Ранее я обратила внимание, что на него посматривает как женская, так и мужская половина.

— Он чертовски самоуверен, — выплевывает она. — Я одержима им.

Я поворачиваю голову к зеленоглазому, темноволосому, в длинном пальто жеребцу.

— Он очень красивый, но слишком уж хорош для меня.

— Хорош? И что в этом плохого? — негодующе спрашивает она, мечтательно смотря в его сторону. — Он выглядит забавно. Если в конце дня я не получу здесь постоянную работу, он будет моим... по крайней мере, на одну ночь.

Я улыбаюсь.

— Ты не готова рискнуть свой работой?

— Никогда. — Она поворачивается назад ко мне. В ее глазах искрится желание узнать больше. — Но ты... тебе есть что рассказать, и я хочу услышать твою историю.

Я поднимаю бровь.

— Историю?

— Ты влюблена в кого-то, не так ли?

У меня глаза расширяются. Она не может об этом знать.

— С чего ты решила?

— Не знаю с чего, но я всегда могу сказать кто свободен, а чье сердце занято.

Я прикусываю губу. Никогда в жизни меня об этом не спрашивали. Он — моя глубочайшая тайна и сожаление. Я не забыла

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Не Бойся Быть со Мной

4.5
2 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей