Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Только $9.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Подарок Худшего Дня

Подарок Худшего Дня

Автор Анна Ким

Читать отрывок

Подарок Худшего Дня

Автор Анна Ким

Длина:
369 страниц
4 часа
Издатель:
Издано:
Jan 16, 2020
ISBN:
9781393431381
Формат:
Книга

Описание

Хуже свадьбы, чем у неё, было и не придумать. Про такие дни говорят – худший день в жизни. И вон она входит в бар, вся промокшая, грязная, в свадебном платье (или том, что от него осталось) и встречает его. Того, кто возьмёт на себя ответственность хоть как-то справиться с её ситуацией…

Издатель:
Издано:
Jan 16, 2020
ISBN:
9781393431381
Формат:
Книга

Об авторе


Связано с Подарок Худшего Дня

Читать другие книги автора: Анна Ким

Предварительный просмотр книги

Подарок Худшего Дня - Анна Ким

ГЛАВА 1

Дрю

Я разгладила складки белой ткани с рюшами на бедрах и втянула воздух; платье сильно стягивало в груди, но чудесно подчеркивало мое декольте, однако дышать полной грудью было невозможно.

‒ Я, правда, не могу дышать, ‒ сказала я, в очередной раз пытаясь сделать глубокий вдох.

‒ Это займет около часа, ‒ сказала Энни. ‒ Сразу после церемонии ты сможешь переодеться в свое вечернее платье для приема.

‒ Да, наверное, ‒ ответила я. ‒ Кто вообще дышит на своей свадьбе? ‒ пошутила я.

Лиза, одна из трех подружек невесты, сделала последние штрихи в прическе, заправляя несколько прядей заколками и оставляя несколько вокруг моего лица.

‒ Мое свадебное платье было такое узкое, что я еле выдержала церемонию, ‒ сказала она. ‒ Не дышать на своей свадьбе ‒ традиция, проверенная временем.

‒ Что ж... к черту традиции, ‒ сказала я. ‒ Мне нравится дышать. Дышать хорошо.

Энни стояла напротив меня, поправляя мне макияж.

‒ Декольте классное. Выглядеть сексуально на своей свадьбе тоже классно. Дышать? Хм, это переоценили.

Я попробовала сделать еще один вдох и почувствовала, как грудь вжалась в ограничивающий ее материал. Голова кружилась, и я была рада, что сидела. У меня было всего лишь легкое головокружение из-за нервов. Я нервничала, и это было больше похоже на правду. И да, еще я абсолютно не могла дышать. У меня была паника. Я любила Майкла, по-настоящему любила. Я любила его. Я готова была выйти замуж. Я была готова стать Дрю Коннолли-Моррисон. Миссис Майкл Моррисон. Дрю Моррисон.

Господи, все это звучало как-то неправильно.

Но Майкл настоял на том, чтобы я взяла его фамилию, хотя бы через дефис. Он ворчал когда-то, что консервативен в этом плане.

Мне нравилось мое имя, и я не хотела его менять. Дрю Коннолли: оно звучало. Это было сильное имя, и, важнее всего, оно было моим.

Дышать становилось с каждым моментом все труднее и труднее, или, возможно, это всего лишь доказывало тот факт, что я была близка к кислородному перенасыщению. Я постаралась восстановить дыхание, но мои легкие, видимо, наотрез отказывались получать этот сигнал.

‒ Мне надо увидеться с Майклом, ‒ сказала я.

Он всегда находил способ меня успокоить, когда я начинала паниковать или раздувать из мухи слона. Он целовал меня и обнимал, говорил, что все будет отлично, и почему-то это всегда работало. Не всегда так, как я хотела или ожидала, но... все срабатывало.

Свадьба состоится, и брак тоже сложится.

Но... Я хотела, чтобы мой брак не просто СЛОЖИЛСЯ. Я хотела, чтобы он был потрясающим.

Энни и Лиза переглянулись.

‒ Эм... ну... ты же знаешь, что видеть невесту в свадебном платье ‒ плохая примета для жениха.

‒ Я прикроюсь или что-то вроде того. Вы можете просто позвать его?

Еще один взгляд между двумя девушками.

‒ Это просто нервы, милая, ‒ сказала Лиза.

Энни застегнула свою косметичку.

‒ Просто делай больше неглубоких вдохов и сосредоточься на том, как будешь идти по проходу к алтарю. Все будет нормально.

Я перевела взгляд с Энни на Лизу и обратно, чувствуя, возможно несправедливо, будто они от меня что-то скрывали или уходили от темы. Что-то было. Я не была близка ни с одной из них, хотя они были важными персонами, как и лучшие друзья Майкла: Нейт и Эрик, Лиза была женой Нейта, а Энни ‒ девушкой Эрика. Был еще один шафер Тони, двоюродный брат Майкла, и еще одна подружка невесты Тани, одна из друзей Лизы, которую пригласили лишь для того, чтобы уровнять стороны. Я была едва с ней знакома, и мне было на нее плевать, но ведь нельзя иметь двух подружек невесты и трех шаферов, верно?

Я вздохнула.

‒ Полагаю, мне просто надо побыть одной несколько минут.

‒ Конечно, ‒ сказала Энни. ‒ Мы поможем Тани с цветами.

Я нахмурилась.

‒ Помочь Тани с цветами? Цветы были расставлены флористом, я сама проверяла их сегодня утром.

Лиза заколебалась и облизнула губы.

‒ Я... она просто проверит еще раз. Знаешь, просто... чтобы убедиться, что все идеально.

Честно, мне было все равно, что там делала Тани, поэтому я просто пожала плечами.

‒ Как хотите. Мне просто нужна минута. Спасибо, девочки.

‒ Конечно, Дрю, ‒ сказала Лиза, и они вышли из комнаты, помахав кудряшками перед моим отцом, когда проходили мимо него.

У меня никогда не было собственных подруг, никого, кто бы мне нравился или кому бы я доверяла. Я не доверяла никому, кроме своего отца.

И Майкла. Я доверяла Майклу.

Майкл был замечательным.

Неотразимый, успешный, добрый. Работал в торговле на сайте «Амазон». Никакого пивного живота, все волосы на месте, ходил в спортзал каждые два-три дня, мог куда больше пяти минут в постели. Что в нем можно было не любить?

Мне надо было увидеть Майкла. Если бы я его увидела, все бы мои проблемы исчезли.

Вот так это всегда работало.

Майкл был приверженцем традиций, так что я знала: он не захочет видеть меня в платье до того момента, пока я не пройду по проходу, поэтому я высунула голову из-за двери комнаты Воскресной школы, где я переодевалась. Мой отец сидел на лавочке у противоположной стены и смотрел что-то в телефоне. Он был моим лучшим другом, моим теской: он был Дру Коннолли, а я ‒ Дрю Коннолли. Возможно, это банально, но он все, что у меня было.

‒ Папочка?

Он взглянул на меня и улыбнулся.

‒ Что такое, малышка?

‒ Ты взял этот дурацкий плащ, который все время носишь?

Он нахмурился.

‒ Мы живем на Северо-Западе Тихого океана, Дрю, здесь плащ не является чем-то глупым. Это практично. Ну, и да, я его взял. А что?

‒ Мне нужно увидеться с Майклом, но я не хочу, чтобы он пока что видел мое платье.

Отец кивнул.

‒ Ах, конечно. ‒ Он встал, прошел вниз по коридору и снял свой любимый плащ двадцатилетней давности с вешалки.

Я ненавидела этот плащ. В нем он выглядел как сыщик-детектив из мрачных детективных фильмов сороковых годов. Но на тот момент это было именно то, что было мне нужно, поэтому я накинула его поверх платья и застегнула пуговицы, обернулась вокруг своей оси, постучала каблуками и попозировала... без единой капли сарказма, конечно же.

‒ Как я выгляжу?

Отец ухмыльнулся.

‒ Выглядишь шикарно, детка. Вот видишь, плащ всегда в моде.

Я посмотрела на него.

‒ Не заставляй меня начинать снова, папа. Плащ никогда не был модным. Никогда. Разве что на пять минут в 1940-х годах, так что вот так. ‒ Я прижалась к нему и поцеловала. ‒ Я вернусь, и тогда мы будем готовы начать, хорошо?

Отец посмотрел на меня особым взглядом. Который я ненавидела. Взглядом, который говорил мне, что он не особо одобряет Майкла и свадьбу, но поддерживал, потому что я была его единственной дочкой, и он любил меня.

‒ Если ты уверена, что это то, чего ты хочешь, тогда да, мы будем готовы. Семья Майкла здесь, все шестьдесят четыре человека. ‒ Он ухмыльнулся. ‒ Роландо, Уикерс, Джонсон, Бенсон, Айерс и Майклсон тоже здесь со своими семьями, также у нас есть парочка людей и с нашей стороны. Но если у тебя будут какие-нибудь сомнения, только скажи ‒ и мы организуем побег.

‒ Я уверена, папочка. Клянусь. ‒ Я прижалась к нему и поцеловала. ‒ Пока подожди здесь, я скоро вернусь.

Он сел обратно, достал телефон и продолжил листать, готовый ждать столько, сколько будет нужно, потому что у него было установлено приложение «Buzzfeed», а в нем было что посмотреть.

‒ Ну что ж, я буду здесь.

Комната Майкла была дальше по коридору за углом. Два его лучших друга Нейт и Эрик развалились на скамейке, как и мой папа, передавая друг другу флягу и смеясь над чем-то в телефоне Эрика. Лиза и Энни столпились вокруг Эрика и его телефона, смеясь и тоже выпивая из фляги, когда до них доходила очередь.

Я подошла к ним, но они были так увлечены просмотром, что не заметили меня. Я была достаточно близко, чтобы услышать, что было в телефоне Эрика. Звучало как порно и, подойдя ближе, я увидела, что так и было. Эрик держал телефон так, чтобы все могли видеть, его ладони были сложены лодочкой, чтобы было лучше слышно. Я встала рядом с Лизой.

‒ Что вы смотрите? ‒ спросила я, хоть и стояла достаточно близко, чтобы понимать, что именно они смотрят.

Только в этом не было никакого смысла.

Этого быть не могло.

Эрик тут же посмотрел на меня, затем сразу же на телефон, и снова на меня в полном недоумении, которое переросло в панику.

‒ Черт, Дрю, я... мы... мы смотрели... ничего. ‒ Он выключил телефон и сунул его в карман. ‒ Не переживай насчет этого. Глупое видео от моего приятеля.

Я была спокойна, пока что.

Это было не то, что я думала.

Он не мог.

Так ведь?

‒ Это не то, на что похоже, ‒ сказала я.

Эрик заерзал на месте и взглянул на друзей, взглядом моля их о помощи.

Лиза бросила взгляд на комнату Майкла, широко раскрыла глаза и снова посмотрела на меня, говоря немного громче, чем стоило бы.

‒ Не хочешь выпить, Дрю? ‒ Она выхватила флягу у Нейта и сунула мне в руку. ‒ Выпей. Это «Джим Бим».

Я прошла мимо, полностью игнорируя ее и флягу, двигаясь к дверной ручке.

‒ Ты не должна видеть его до свадьбы, Дрю! ‒ Крикнула Лиза, встав между мной и дверью. ‒ Это плохая примета.

‒ Он не должен видеть меня в свадебном платье до церемонии, ты, идиотка. ‒ Тут я осознала, что мне никогда не нравилась Лиза. Она была неинтересной и глупой, и теперь не позволяла мне увидеть жениха в день нашей свадьбы? ‒ Вот почему я в плаще, уйди с дороги!

И тогда я услышала.

Майкла.

Как он издает... характерные звуки.

Лиза тоже слышала, поэтому говорила громче, чем было нужно.

Я закусила губу и сильно зажмурила глаза, пытаясь заставить себя не сорваться. Повернувшись к Эрику, я вытянула руку.

‒ Телефон, Эрик. Сейчас же.

‒ Зачем он тебе? Ты ведь и так знаешь, что увидишь там, ‒ поколебавшись, произнес он.

Я встала у него перед лицом.

‒ Телефон... быстро, ‒ произнесла я, используя всю жесткость в голосе, которую я переняла у отца, ту самую, благодаря которой чувствовала власть.

Мой отец был полицейским, инструктором строевой подготовки в корпусе морской пехоты США и тем еще скандалистом, поэтому он был экспертом в том, что он называл «Голос Власти». Также он обучил меня, как обороняться, наверно с тех самых пор, как я стала достаточно взрослой, чтобы ходить куда-то одной. Поэтому в моих силах было надрать задницу любому мужику менее чем за тридцать секунд, и Эрик отлично это знал. Черт, он сам видел, как я не один раз так делала.

Он вытащил телефон из кармана, разблокировал и отдал мне... видео было на паузе.

На видео была та самая дверь, что находилась позади меня, именно та дверь, которая вела в уборную Майкла. Дверь была приоткрыта, и видео было снято через щель. Майкла было хорошо видно, брюки от его свадебного костюма покоились у его лодыжек. Бабочка на шее была идеально завязана, жилет надет и застегнут поверх белоснежной рубашки, нижние полы которой свисали из-под жилета.

Перед ним, склонившись на стуле, была Тани, лучшая подруга Лизы и моя третья подружка невесты. Да, ее действительно звали Тани. И это имя ей также идеально подходило: высветленные волосы, большая ненатуральная грудь, безнравственная, работавшая стриптизершей. На видео член Майкла входил в ее киску, а она стонала так, будто ей это нравилось. Громко.

Мне хотелось увидеть, что там было такого веселого, поэтому я прокрутила видео назад к началу. На записи было видно, как Майкл зацепился через собственные штаны и плюхнулся на задницу, а Тани так и стояла, склонившись над стулом с поднятым на бедра платьем. Эрегированный член Майкла заколыхался, упал вниз, а затем опять закачался из стороны в сторону, когда Майкл упал на пол. Честно говоря, это была истерика. Было достаточно смешно, несмотря на обстоятельства, и я по-настоящему захихикала.

Но я быстро протрезвела.

‒ Он все еще там? ‒ спросила я, бросив в него телефон Эрика. ‒ Трахает Тани?

Никто не ответил, что и было тем ответом, который я ожидала; я видела достаточно, не было необходимости устраивать ему очную ставку.

Я стянула с пальца обручальное кольцо с бриллиантом в карат и сделала глубокий вдох... по крайней мере, вдохнула так глубоко, насколько могла, в любом случае... чтобы отсрочить срыв еще на несколько минут. Я повернулась к Лизе, схватила ее за запястье и вложила кольцо ей в ладонь.

‒ Тани может забрать его.

Я повернулась и ушла, борясь с желанием поддаться полнейшему нервному срыву.

Отец все еще ждал на лавочке и посмотрел на меня, когда я промчалась мимо него.

‒ Детка? Дрю? Что случилось?

Я продолжала маршировать, папа последовал за мной. Мы вышли из церкви под сиэтловский ливень меньше чем за шестьдесят секунд.

‒ Ты был прав, папа, ‒ смогла сказать я, подойдя к водительскому месту папиной полуразвалившейся красной «Такомы 07», на которой мы приехали сюда, но теперь мне было необходимо сесть за руль. Мне нужно было убраться отсюда, как можно быстрее.

Папа не терял ни минуты и запрыгнул на пассажирское сиденье, что было отлично, поскольку ждать я не собиралась. Как только мой зад опустился на кресло из поблекшей и потрескавшейся ткани, я завела двигатель и машина сорвалась с места.

‒ Прав насчет чего? Что происходит? ‒ спросил он, когда я вырулила с парковки церкви на главную дорогу.

Водить машину меня учил отец, поэтому он был в слегка расслабленном состоянии, даже не смотря на мою дикую манеру вождения.

‒ Насчет Майкла, насчет всего. ‒ Я шмыгнула носом и постаралась больше так не делать, поскольку знала, что если начну, то остановиться уже будет невозможно. ‒ Он... он... Тани, он... ЧЕРТ! ‒ Я так сильно ударила кулаком по рулю, что вся машина подпрыгнула. ‒ Этот кусок дерьма трахал Тани в комнате для одевания.

Папин глаз дернулся, а огромный кулак сжался.

‒ Я знал, что этот болван был скользким мерзавцем.

‒ Да, ты знал.

‒ И что теперь?

Я расстегнула плащ, сбросила его с плеч и отдала отцу.

‒ Теперь я могу напиться в стельку. А потом? Не знаю. ‒ Я топталась на месте, пытаясь развязать корсет, и умудрилась немного распустить его, чтобы дышать безболезненно.

Папа положил свои крепкие руки мне на плечи:

‒ Остановись, пупсик. Я поведу.

Я повернула руль вправо, заехала на бордюр и затормозила на парковке у аптеки. Мы в суматохе поменялись местами, и, когда я опустилась на пассажирское сиденье, папа опять тронул машину с места, но могу побиться об заклад, сделал он это намного мягче, чем делала я.

Он взглянул на меня:

‒ Расплачешься?

Я кивнула.

‒ Сильно. Пап, буду реветь до неприличия, что ты себе даже и представить не можешь.

Он засунул руку в задний карман и вытащил настоящий носовой платок. Отец в классическом проявлении. Он был не настолько стар, поскольку встретил маму, когда ему было девятнадцать, но вел себя, будто был из предыдущего поколения. Носовые платки, плащи, и я была глубоко уверена, что у него где-то была припрятана фетровая шляпа.

Я уставилась на носовой платочек.

‒ Ты вытирал им нос?

Он пожал плечами.

‒ Конечно, это же платок.

‒ Это отвратительно.

Отец убрал его обратно в карман.

‒ Как хочешь. Но, знаешь ли, он чистый. У меня их несколько, и я их стираю. Этот без засохших соплей двадцатилетней давности.

От этой фразы я хихикнула, потому что именно это я себе и представила. Но именно смех-то меня и сломал ‒ я больше не смогла сдерживать чувств. Все началось с одной слезинки и хлюпанья носом, потом обернулось рыданиями и завершилось резко разразившейся уродливой истерикой, как и ожидалось.

Я взяла носовой платок, грязный, каким он и был, и вытерла им глаза, не беспокоясь о том, что могла размазать тушь.

Довольно быстро я завыла белугой, и слезы застилали глаза с такой силой, что ничего не видела, и я почувствовала, что отец съехал на обочину. Он отстегнул мой ремень безопасности и прижал к себе, крепко обняв своими мощными руками, пока я плакала. От него пахло чем-то отеческим, и мне было комфортно в его объятьях.

Он позволил мне плакать столько, сколько было необходимо, и когда я наконец-то выплакалась, он забрал у меня платок, вытер мое лицо и опять засунул его себе в карман.

‒ Тебе лучше?

Я тряхнула головой:

‒ Нет, нисколько. Но на данный момент с истерикой покончено. Пора напиться в стельку.

Отец повез меня в свою любимую забегаловку ‒ бар для полицейских возле небольшого аграрного аэродрома на окраине Сиэтла. Под «небольшим» я подразумевала крошечный с почтовую марку. Самым большим самолетом на поле был двухмоторный винтовой самолет, который загружали деревянными ящиками; остальные самолеты были представлены одномоторными Сесснами, Пайпер Кабами, Бичкрафтами и другими одномоторными частными самолетами. Папа знал здесь всех, поскольку служил двадцать лет и ходит именно в этот бар еще больше времени; этот бар был даже не полицейским, а больше частным, в основном папиным и его друзей-полицейских.

Когда мы вошли, все головы повернулись в нашу сторону, поскольку это место принадлежало к таким, куда не ходят без приглашения. Поэтому когда парни увидели меня в платье, испачканном грязью от прогулки под ливнем, с размазанной от слез тушью... ну, те копы были близкими друзьями. Они сами заботились о себе. Им хватило одного взгляда на меня, чтобы поставить стулья в круг, посадить меня, достать бутылку самого лучшего виски в заведении и налить мне двойную порцию. Видите ли, я выросла с этими парнями. Их жены нянчили меня, пока папа работал на выходных или в ночную смену посреди недели. Они приезжали в середине ночи, когда отцу нужно было уехать на допрос подозреваемого. Они прикрывали меня, когда я сбегала на свидания с мальчишками в старших классах. Все эти парни были рядом всю мою жизнь.

Я выпила первую двойную порцию виски и выслушала, какие планы они строили по отношению к Майклу, а затем подождала, пока детектив Роландо не налил мне вторую порцию. Я посмотрела на каждого из них по очереди: Роландо, Уикерса, папу, Бенсона, Айерса, Майклсона... Очевидно, папа написал им, чтобы они встретились здесь с нами после того, как я сбежала со свадьбы.

‒ Никакой мести, парни. ‒ Я наградила их пристальным взглядом, пока они не поняли, что я была полностью серьезна. ‒ Он этого не стоит. Он может яшкаться с Тани, а она с ним. Никакой мести. Хотя, если вы поймаете его при превышении скорости, не отпускайте с предупреждением. Я больше не собираюсь тратить ни мгновения своей жизни на него, так стоит поступить и вам.

Я услышала хор согласия. Выпив вторую порцию виски, я начала вытаскивать шпильки из прически, как только волосы рассыпались по плечам, я уже была навеселе.

Я перешла со скотча на бурбон, с двойных порций ‒ на шоты, за которыми пошли пинты местного крепкого пива.

Видите, я училась пить с копами... а эти парни умели напиваться.

На тот момент я потеряла счет, но, черт, подсчет для меня был не на первом месте.

В какой-то миг Майклсон включил в баре радио, на котором играла песня о разбитом сердце, и, учитывая до какой степени я была пьяна, я прониклась этой песней. Действительно, реально ею прониклась.

Отец с Айерсом в какой-то момент ушли, чтобы арестовать какого-то подозреваемого, за которым охотились, поэтому я осталась с Майклсоном, Бенсоном и Роландо ‒ папиными самыми близкими друзьями в полиции, мужчинами, которые для меня были словно родственники.

Майклсон сидел рядом со мной и фонтанировал подвыпившей мудростью.

‒ Не падай духом из-за этого мерзавца, Дрю. Держи голову высоко, поняла? Он урод и балбес, и не достоин твоих слез. Поэтому просто забудь о нем, договорились?

‒ Точно, ‒ ответила я, поскольку уже давно это и был мой план, но они продолжали упоминать в разговоре Майкла. Что, по моему опьяненному мнению, было неэффективно. ‒ Мне нужно начать все заново.

‒ Начать все заново. Прекрасный план. Ну его к чертям и начинай заново, ‒ подбодрил Роландо.

Я встала и, пошатываясь, прошлась по бару к грязному окну. Самолет готовился к взлету, пытаясь воспользоваться временным затишьем дождя.

‒ Я всю жизнь прожила в Сиэтле. Нигде больше не была. Майкл... везде, куда бы я не пошла в этом гребанном городе, могу наткнуться на него. Я была с ним четыре года. Четыре чертовых года! Как долго он изменял мне? Или это было подобие какой-то дурацкой последней гулянки вместо холостяцкой вечеринки? Или, погодите, нет, у него была вечеринка. И я довольно-таки уверена, что они были в стрип баре. Поэтому... черт, какая разница. Я просто... ‒ В действительности я ни к кому не обращалась во время этого монолога. ‒ Не знаю, смогу ли остаться теперь в Сиэтле. Мне необходимо... мне необходимо выбраться отсюда.

Роландо подошел ко мне, оставаясь на уважительном расстоянии, но достаточно близко, чтобы подхватить, если бы меня вдруг вырубило или зашатало. Возможно, было и то, и другое.

‒ Куда бы ты поехала?

Я пожала плечами, от чего потеряла равновесие и схватилась за стойку, чтобы не упасть.

‒ Не знаю, Ландо. Куда угодно, только бы не оставаться здесь. Возможно, я просто... сяду на один из этих самолетов и полечу туда, куда он направляется.

Роландо похлопал меня по плечу.

‒ Твой старик не будет знать, куда себя деть, если ты уедешь, Дрю. Но я понял, к чему ты клонишь.

‒ Я всю жизнь провела здесь. Здесь пошла в колледж, пошла на первую работу, встретила Майкла. Как я могу начать жизнь заново в том месте, где всегда жила? ‒ В глазах начало двоиться, но я понимала, насколько глубоко в душе эти слова были правдивы.

Под рукой я сжимала сумочку, в которой лежали удостоверение личности и банковские карты, а также телефон и зарядное устройство. У меня не было одежды, кроме свадебного платья, в которое я была одета.

Да пошло оно все к чертям, так ведь?

Я не могла здесь больше оставаться ‒ мне нужно было уехать.

Я смотрела в окно на то, как самолет вырулил на взлетную полосу и взмыл ввысь.

Что если..?

Я выпрямилась.

Еще один самолет показался вдали, огни были включены,

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Подарок Худшего Дня

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей