Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Бесплатно в течение 30 дней, затем $9.99 в месяц. Можно отменить в любое время.

Тайна трех четвертей

Тайна трех четвертей

Читать отрывок

Тайна трех четвертей

Длина:
438 страниц
4 часа
Издатель:
Издано:
Jan 31, 2021
ISBN:
9785041561475
Формат:
Книга

Описание

«Редкий талант быть невероятно непредсказуемой – вот что объединяет Софи и Агату Кристи. Обе способны показать, как невозможное становится возможным».

– Sunday Telegraph

«Ханна и Кристи – поистине союз, заключенный на небесах».

– The Times

Самый любимый сыщик мира, Эркюль Пуаро, возвращается в стильном, дьявольски закрученном детективе Софи Ханна – гордости современной британской прозы.

Возвращаясь после приятнейшего ланча, Пуаро столкнулся у своих дверей с чрезвычайно разгневанной женщиной. Та получила от него письмо с обвинением в убийстве неизвестного ей человека по имени Барнабас Панди. Это имя совершенно незнакомо и самому сыщику, который, разумеется, не писал ничего подобного. Но втолковать это разъяренной фурии оказалось решительно невозможно. После ее ухода в дом ворвался другой недовольный посетитель, получивший точно такое же обвинительное письмо. А на следующий день заявился еще один… Сколько же писем отправил фальшивый Пуаро? И кто этот загадочный мсье Панди, в чьей смерти самозванец обвиняет людей направо и налево?

Издатель:
Издано:
Jan 31, 2021
ISBN:
9785041561475
Формат:
Книга

Об авторе


Связано с Тайна трех четвертей

Похожие Книги

Похожие статьи

Предварительный просмотр книги

Тайна трех четвертей - Ханна Софи

2019

Благодарности

Я невероятно благодарна следующим людям:

Джеймсу Причарду и всем в «Агата Кристи Лимитед»; Дэвиду Брауну, Кейт Элтон и всем в «Харпер Коллинз Великобритания»; моему агенту Питеру Штраусу и его команде из «Роджерс, Колридж и Уайт»; моим потрясающим издателям Уильяму Морроу из Нью-Йорка и всем издателям моих книг о Пуаро по всему миру, благодаря которым они стали известны в самых разных странах; Крису Грибблу, читавшему и поддерживавшему меня на самой важной и сложной начальной стадии работы; Эмили Уинслоу, чьи бесценные, точные редакторские предложения очень мне помогли; Джейми Бернтал-Хукеру, сделавшему для меня невероятно много, от корректуры до помощи в выборе названия книги; Фейт Тиллерэй, создавшей мне новый потрясающий веб-сайт и ставшей затем моим маркетинговым гуру; моей семье – Дэну, Фиби, Гаю… и особенно Брюстеру, по причинам, которые станут понятны каждому, кто прочтет эту книгу!

Огромное спасибо вам всем. А также читателям, полюбившим «Убийства под монограммой», «Шкатулку с секретом» и другие мои книги, писавшим мне в твиттере, чтобы сказать об этом: я очень ценю вашу поддержку, благодаря которой чувствую, что работаю не зря.

Первая четверть

Глава 1

Пуаро предъявлено обвинение

Эркюль Пуаро улыбался своим мыслям, когда его шофер, соблюдая идеальную симметрию, остановил легковой автомобиль. Будучи ярым приверженцем аккуратности и порядка, Пуаро в полной мере оценил безупречное положение машины относительно входных дверей особняка «Уайтхэйвен», где он жил. Ось симметрии автомобиля – прямая линия – соединялась с вертикалью, в которой сходились входные двери.

Ланч, после которого он вернулся домой, в полной мере можно было назвать très bon divertissement[1]: превосходная кухня и компания. Пуаро неспешно вышел из автомобиля, тепло поблагодарил водителя и уже собрался войти внутрь, когда у него появилось странное чувство, что (как он это сам сформулировал) нечто у него за спиной потребовало внимания.

Поворачиваясь, он вовсе не ждал увидеть что-либо необычное. Стоял мягкий февральский день, и только легкий ветерок едва заметно оживлял воздух.

Однако Пуаро сразу же заметил, что ощущение вызвано вовсе не погодой – хорошо одетая женщина приближалась к нему так стремительно, что, несмотря на светло-голубое пальто и шляпу, напоминала стихийное явление.

– Настоящий свирепый ураган, – пробормотал себе под нос Пуаро.

Шляпка ему не понравилась. Он видел женщин в городе, которые носили такие же: с минимумом украшений, плотно прилегающие к голове, словно купальные шапочки. «Шляпа должна иметь поля или украшения, – подумал Пуаро. – И, во всяком случае, не должна просто прикрывать голову». Разумеется, он скоро привыкнет к новой моде, и, после того как это случится, она снова изменится, как это всегда и бывает.

Губы одетой в голубое женщины дрогнули и изогнулись, однако она не произнесла ни звука, словно бы мысленно повторяя то, что собиралась сказать Пуаро. Вне всякого сомнения, именно он являлся ее целью. Она была полна решимости сделать ему нечто неприятное, как только окажется рядом. Он отступил назад; женщина продолжала стремительно двигаться к нему – вот почему он начал даже подумывать о бегстве; так удирают животные, чувствуя опасность.

У нее были блестящие каштановые волосы, но когда она резко остановилась, Пуаро увидел, что она вовсе не так молода, как ему показалось издали; ей, вероятно, лет эдак за пятьдесят, а возможно, и все шестьдесят. Леди среднего возраста со следами явной маскировки морщин на лице, с поразительно голубыми глазами – не слишком светлыми, и не слишком темными.

– Вы Эркюль Пуаро, не так ли? – спросила она громким шепотом.

Пуаро отметил, что она хотела продемонстрировать свой гнев, но так, чтобы не привлекать стороннего внимания.

– Oui, мадам. Это я.

– Как вы смели? Как смели прислать мне такое письмо?

– Мадам, прошу меня простить, но, полагаю, мы с вами не знакомы.

– Только не ведите себя со мной так, словно вы невинная овечка! Я Сильвия Рул. Как вам, вне всякого сомнения, известно.

– Теперь известно, так как вы мне это сказали. Но мгновение назад я этого не знал. Вы упомянули о письме…

– Неужели вы заставите меня повторять клевету о самой себе в публичном месте? Ну что же, так тому и быть. Я получила сегодня утром отвратительное и ужасное письмо, подписанное вами. – И она ткнула бы Пуаро пальцем в грудь, если бы он не отпрянул в сторону.

– Non, мадам… – попытался протестовать он, но его попытка оказалась тотчас же пресечена.

– В этой пародии на письмо вы обвиняете меня в убийстве. Убийстве! Меня! Сильвию Рул! Вы утверждаете, что можете доказать мою вину, и советуете немедленно отправиться в полицию и во всем признаться. Как вы смеете? У вас нет никаких доказательств – по той простой причине, что я невиновна. Я никого не убивала. Из всех, кто мне известен, я менее кого-либо склонна к насилию. Кроме того, я никогда не слышала про Барнабаса Панди!

– Барнабас…

– Чудовищно, что вы обвиняете именно меня! Просто возмутительно! Я не стану терпеть такого безобразия и собираюсь обратиться к моему адвокату, вот только не хочу, чтобы он знал, что я опозорена. Быть может, пойду в полицию. Я жестоко унижена! Вы нанесли мне неслыханное оскорбление! Женщине моего положения в свете!

Сильвия Рул еще некоторое время продолжала в том же духе, в ее возбужденном шепоте было столько шипения и пены! Она заставила Пуаро вспомнить о громких бушующих водопадах, которые ему приходилось видеть: весьма впечатляющие для глаз, но неизменно вызывающие тревогу своей неумолимостью – поток никогда не иссякал.

Как только появилась возможность ответить, он сказал:

– Мадам, пожалуйста, примите мои заверения в том, что я не писал вам никакого письма. А если вы его получили, оно написано не мной. Я тоже никогда не слышал о Барнабасе Панди. Так зовут человека, в убийстве которого вас обвиняет приславший письмо?

– Вы его написали, и не провоцируйте меня более, делая вид, что это не так. Вас наверняка заставил Юстас? Вам обоим известно, что я никого не убивала и ни в чем не виновна! Вы с Юстасом разработали план, чтобы вывести меня из себя! Такое вполне в его духе, и я не сомневаюсь, что потом он заявит, что вы всего лишь хотели пошутить!

– Я не знаю никакого Юстаса, мадам. – Пуаро всячески пытался убедить ее в своей непричастности, но ему уже начинало казаться, что для Сильвии Рул это не имеет ни малейшего значения.

– Он считает себя невероятно умным, самым умным в Англии – с такой отвратительной усмешечкой, никогда не покидающей его отталкивающее лицо. Сколько он вам заплатил? Я знаю, это его идея. И вы сделали за него всю грязную работу. Вы, знаменитый Эркюль Пуаро, которому доверяет наша замечательная, отлично работающая полиция. Вы фальшивка! Как вы могли? Оклеветать женщину с непорочной репутацией! Юстас способен на все, чтобы одержать надо мной победу. На все! А то, что он вам про меня рассказал, – ложь!

Если бы эта женщина стала его слушать, Пуаро мог бы ей сказать, что не стал бы сотрудничать с человеком, который считает себя самым умным в Англии, когда в Лондоне живет он, Эркюль Пуаро.

– Пожалуйста, покажите письмо, которое вы получили, мадам.

– Неужели вы думаете, что я его сохранила? Меня начинало тошнить, как только я брала его в руки! Я разорвала фальшивку на дюжину мелких кусочков и бросила в огонь. Я бы с радостью швырнула туда же самого Юстаса! Очень жаль, что подобные действия считаются противозаконными. Могу лишь сказать, что тот, кто придумал этот закон, никогда не встречал Юстаса. Если вы когда-нибудь попытаетесь снова меня оклеветать, я отправлюсь прямо в Скотленд-Ярд – и не для того, чтобы в чем-то признаться, но обвинить вас, мистер Пуаро!

И прежде чем Пуаро сумел придумать достойный ответ, Сильвия Рул развернулась и стремительно зашагала прочь.

Он не стал ничего говорить ей вслед и несколько секунд простоял на месте, медленно покачивая головой. Начав же подниматься по ступенькам, Пуаро тихонько пробормотал:

– Если она персона, не склонная к насилию, я вовсе не желаю встретиться с тем, кто к нему склонен.

* * *

Внутри просторной, хорошо обставленной квартиры Пуаро ждал слуга. Несколько натянутая улыбка Джорджа вдруг стала испуганной, когда он увидел выражение лица своего хозяина.

– С вами все в порядке, сэр?

– Non. Я совершенно сбит с толку, Джордж. Вы человек, который хорошо знаком с высшим обществом Англии. Скажите мне: вы знаете Сильвию Рул?

– Только ее репутацию, сэр. Она вдова Кларенса Рула. До крайности общительна. И, как мне кажется, является членом правления многих благотворительных обществ.

– А что вам известно о Барнабасе Панди?

Джордж покачал головой.

– Это имя я слышу впервые. Однако я знаком лишь с высшим светом Лондона. И если мистер Панди живет в другом месте…

– Я понятия не имею, где он живет. Мне даже неизвестно, жив он или, быть может, убит. Vraiment[2], нельзя знать о Барнабасе Панди меньше, чем мне известно в настоящий момент, – такое попросту невозможно! Только не пытайтесь, Джордж, говорить это Сильвии Рул, вообразившей, будто я отлично с ним знаком! Она уверена, что я написал письмо, в котором обвинил ее в убийстве, но я ничего такого не писал. Я не имею никакого отношения к этому письму. Я вообще никогда не встречался с Сильвией Рул.

Пуаро снял пальто и шляпу без своей обычной аккуратности и протянул их Джорджу.

– Не слишком приятно, когда тебя обвиняют в том, чего ты не делал. Кто-то способен не обращать на это внимания, но каким-то образом оно остается в сознании и вызывает призрачную форму вины – в голове или совести словно поселяется призрак! Кто-то уверен, что ты совершил ужасный поступок, и тебе начинает казаться, что так и есть, хотя ты и не сделал ничего плохого. Я начинаю понимать, Джордж, почему люди признаются в преступлениях, которых не совершали.

Как это часто случалось с Джорджем, лицо его отобразило сомнение. Английская сдержанность, отметил Пуаро, внешне похожа на сомнения. Многие из самых вежливых английских мужчин и женщин, с которыми он встречался на протяжении многих лет, выглядели так, словно не верили в то, что им говорили.

– Не хотите ли что-нибудь выпить, сэр? Sirop de menthe[3], если мне будет позволено сделать выбор.

– Oui. Превосходная идея.

– Я также должен доложить вам, сэр, что вас ждет посетитель. Следует ли мне принести вам ликер сейчас и попросить его войти немного позже?

– Посетитель?

– Да, сэр.

– И как его зовут? Не Юстас?

– Нет, сэр. Мистер Джон Мак-Кродден.

– О, какое облегчение! Не Юстас. Я могу питать надежду, что кошмар мадам Рул и ее Юстаса ушел навсегда и не вернется к Эркюлю Пуаро! А мсье Мак-Кродден сообщил о сути своего дела?

– Нет, сэр. Однако я должен вас предупредить, сэр, он выглядит… недовольным.

Пуаро позволил себе тихонько вздохнуть. После приятного ланча день превращался в сплошное разочарование. И все же он надеялся, что Джон Мак-Кродден не окажется столь же малоприятным, как Сильвия Рул.

– Пожалуй, я отложу удовольствие sirop de menthe и сначала приму мсье Мак-Кроддена, – сказал Пуаро Джорджу. – Его имя кажется мне знакомым.

– Должно быть, вы вспомнили об адвокате Роланде Мак-Кроддене, сэр?

– Mais oui, bien sûr[4]. Роланд-Веревка, добрый друг палача, – хотя ты слишком вежлив, Джордж, не называя его soubriquet[5], что великолепно ему подходит. Роланд-Веревка не дает ни минуты покоя виселице.

– Да, он помог нескольким преступникам получить заслуженное наказание, сэр, – согласился Джордж с неизменной тактичностью.

– Возможно, Джон Мак-Кродден его родственник, – предположил Пуаро. – Я только устроюсь поудобнее, а потом можешь пригласить его.

Однако Джорджу не пришлось пригласить Джона Мак-Кроддена, и помешал ему сам Мак-Кродден, который решительно вошел в комнату без всякой посторонней помощи и не дожидаясь, пока его представят. Он обогнал камердинера и застыл посреди ковра, как человек, которому поручено сыграть роль статуи.

– Пожалуйста, мсье, вы можете сесть, – с улыбкой сказал Пуаро.

– Нет, благодарю вас, – ответил Мак-Кродден.

Его тон был презрительным и отстраненным.

Взглянув на него, Пуаро решил, что ему около сорока, а черты лица словно высечены резцом превосходного скульптора – такие можно увидеть лишь в произведениях искусства. Однако тут же Пуаро обнаружил, как трудно ему соотнести лицо с одеждой – сильно потрепанной и со следами грязи. Должно быть, Мак-Кродден имел обыкновение спать на скамейках парка? Неужели же он пришел с просьбой воспользоваться ванной комнатой? Или в целях сокрытия достоинств, коими его наделила природа – больших зеленых глаз и золотых волос, – пытался выглядеть отталкивающе.

Мак-Кродден свирепо посмотрел на Пуаро сверху вниз.

– Я получил ваше письмо, – сказал он. – И прибыл в Лондон сегодня утром.

– Боюсь, я должен возразить вам, мсье. Я не посылал вам писем.

Наступило долгое и неловкое молчание. Пуаро не хотелось делать поспешных выводов, но он уже понял, в каком направлении будет развиваться беседа. Однако этого просто не могло быть! Как такое возможно? Только во сне он сталкивался с подобными ощущениями: мрачное предчувствие надвигающейся трагедии, которая не имеет ни малейшего смысла и так и не обретет его, что бы он ни делал.

– Вы говорите о письме, которое получили? – спросил он.

– Вы должны о нем знать, ведь вы сами его написали, – сказал Джон Мак-Кродден. – Вы обвинили меня в убийстве человека по имени Барнабас Панди.

Глава 2

Возмутительная провокация

– Должен сказать, что я сильно разочарован, – продолжил Мак-Кродден. – Знаменитый Эркюль Пуаро позволяет использовать себя столь легкомысленным образом.

Пуаро не стал отвечать ему сразу. Возможно, он неудачно подобрал слова и потому не сумел убедить Сильвию Рул услышать себя? В таком случае с этим Мак-Кродденом он должен постараться быть более убедительным.

– Мсье, s’il vous plait[6]. Я полагаю, кто-то отправил вам письмо, в котором обвинил вас в убийстве. В убийстве Барнабаса Панди. Эту часть вашей истории я не ставлю под сомнение. Но…

– Вы вовсе не в том положении, чтобы ставить что-то под сомнение, – заявил Мак-Кродден.

– Мсье, пожалуйста, поверьте мне: я не являюсь автором письма, полученного вами. Эркюль Пуаро никогда не относился к убийству легкомысленно.

Я бы…

– О, никакого убийства не было, – с горьким смехом перебил его Мак-Кродден. – В противном случае полиция уже давно поймала бы преступника. Это одна из глупых забав моего отца. – Он нахмурился, словно ему в голову пришла тревожная мысль. – Если только старое чудовище не склонно к садизму в еще большей степени, чем я думал, и не намерено подставить меня по делу о нераскрытом убийстве. Полагаю, подобный вариант возможен. С его беспощадным упорством… – Мак-Кродден смолк, а потом пробормотал: – Да, такое возможно. Мне бы следовало это предвидеть.

– Ваш отец – адвокат Роланд Мак-Кродден? – спросил Пуаро.

– Вы прекрасно знаете, что это так. – Посетитель уже заявил о своем возмущении и теперь говорил так, словно с каждым произнесенным словом его уважение к Пуаро стремительно неслось в пропасть.

– Мне известна лишь репутация вашего отца. Мы не встречались лично, и я с ним никогда не говорил.

– Ну конечно, вы должны сохранять лицо, – заметил Мак-Кродден. – Я уверен, он заплатил вам солидную сумму, дабы скрыть свое участие. – Он оглядел комнату, будто только что обратив внимание на то, что его окружало. – Богач, которому деньги нужны менее всего, вроде вас или моего отца, ни перед чем не остановится, чтобы умножить свое состояние. Вот почему я никогда не доверял подобным людям. И не зря. Деньги оказывают разлагающее влияние, как только ты начинаешь к ним привыкать, и вы, мистер Пуаро, тому доказательство.

Пуаро даже не мог припомнить, когда кто-то в последний раз говорил ему столь неприятные вещи, несправедливые и глубоко ранящие.

– Я всю жизнь работаю ради всеобщего блага и защиты невиновных и – да! – людей, которых несправедливо обвиняли в преступлении. К числу этих людей принадлежите и вы, мсье. И вот теперь вы приходите ко мне и столь же несправедливо меня обвиняете. Я невиновен: я не писал и не посылал вам письма, в котором говорится, что вы кого-то убили. Я не знаю, кто такой Барнабас Панди. Ни мертвый ни живой. Но здесь то, что нас с вами объединяет, заканчивается, поскольку, когда вы настаиваете на своей непричастности к преступлению, я слушаю. Я думаю: «Этот человек может говорить правду». Поскольку когда…

– Избавьте меня от красивых слов, – снова перебил его Мак-Кродден. – Если вы воображаете, что я поверю вашей ослепительной риторике больше, чем верю деньгам, репутации или другим вещам, к коим с уважением относится мой отец, вы глубоко заблуждаетесь. Ну а теперь, когда Роланд-Веревка, вне всякого сомнения, потребует от вас отчета относительно моей реакции на его грязные интриги, пожалуйста, скажите ему: я не участвую. Я никогда не слышал о Барнабасе Панди, никого не убивал и мне нечего бояться. И у меня достаточно веры в законы нашей страны, чтобы меня не повесили за преступление, которого я не совершал.

– Вы считаете, ваш отец хочет, чтобы вас повесили?

– Я не знаю. Такое возможно. Я всегда думал, что, если у отца закончатся виновные, которых можно отправить на виселицу, он обратит свое внимание на невиновных и сделает вид, что они преступники – как в суде, так и в собственном мозгу. Все, что угодно, чтобы удовлетворить жажду крови, человеческой крови.

– Это удивительное обвинение, мсье, и далеко не первое, сделанное вами с того момента, как вы здесь появились.

Отрывистая и холодная манера речи Мак-Кроддена вызвала у Пуаро озноб. Казалось, его неожиданный посетитель хладнокровно излагает неоспоримые факты.

Роланд-Веревка, о котором Пуаро много слышал за последние годы, совсем не походил на того человека, каким его описывал сын. Да, он всячески поддерживал смертную казнь для виновных – немного слишком энергично, на вкус Пуаро, ведь некоторые обстоятельства требуют осмотрительности, – но Пуаро подозревал, что Мак-Кродден-старший сам бы пришел в ужас от перспективы казни ни в чем не повинного человека. И если посетитель действительно его сын…

– Мсье, за всю свою жизнь я не встречал отца, который бы стремился отправить на эшафот собственного сына, обвиняя его в убийстве, которого тот не совершал.

– О нет, вы ошибаетесь, – тут же отреагировал Мак-Кродден. – Несмотря на ваши протесты, я знаю, что вы встречали моего отца и объединились с ним, чтобы выдвинуть против меня обвинение. Так вот, можете передать моему дорогому отцу, что я перестал его ненавидеть. Теперь, когда я вижу, как низко он пал, я его жалею. Он ничуть не лучше обычного убийцы. Как и вы, мистер Пуаро. И то же самое можно сказать о тех, кто поддерживает смертную казнь через повешение, например, наша жестокая система правосудия.

– Таково ваше мнение, мсье?

– Всю свою жизнь я являлся источником проблем и разочарований для отца: отказывался склонить перед ним голову, делать, что он пожелает, думать, как он, работать в выбранной им профессии. Он хотел, чтобы я стал юристом. Он так и не сумел меня простить за то, что я отказался.

– Могу я спросить, какова ваша профессия?

– Профессия? – Мак-Кродден усмехнулся. – Я сам себя обеспечиваю. Ничего необычного или грандиозного, что позволило бы мне играть жизнями людей. Я работал на шахте, на фермах, на фабриках. Делал безделушки для дам и продавал их. Я хорошо умею продавать. В данный момент у меня своя лавка и крыша над головой, но все это не устраивало моего отца, а Роланд Мак-Кродден не признает поражений. Никогда.

– Что вы имеете в виду?

– Я надеялся, что он перестал в меня верить. А теперь вижу, что он до сих пор на что-то рассчитывает. Он знает, что человек, которого обвинили в убийстве, вынужден защищаться. На самом деле это очень умно с его стороны. Он пытается меня спровоцировать, лелеет самые разнообразные фантазии, представляет, что я буду сам себя защищать в Олд-Бейли[7]. И мне придется заинтересоваться юриспруденцией, не так ли?

Пуаро вдруг стало очевидным, что Роланд Мак-Кродден для Джона Мак-Кроддена является тем же, чем Юстас для Сильвии Рул.

– Вы можете передать ему, что его план провалился. Я никогда не стану таким человеком, каким он хочет меня видеть. И я бы предпочел, чтобы он больше со мной не встречался – лично или используя вас и любых других лизоблюдов в качестве посредников.

Пуаро поднялся с кресла.

– Пожалуйста, подождите пару минут, – сказал он.

И вышел, оставив дверь широко открытой.

* * *

Когда он вернулся в комнату, его сопровождал камердинер.

– Вы уже знакомы с Джорджем, – с улыбкой сказал Пуаро. – Надеюсь, вы слышали, как я дал ему указание пригласить вас через некоторое время. Я специально повысил голос, чтобы вы стали свидетелем того, что я ему говорил.

– Да, я все слышал, – скучающим голосом ответил Мак-Кродден.

– И если бы я сказал Джорджу еще что-нибудь, вы бы услышали и это. Но я не сделал ничего подобного. Следовательно, то, что он сейчас сообщит, надеюсь, убедит вас, что я вам не враг. Пожалуйста, Джордж, говорите!

Джордж выглядел удивленным.

– О чем, сэр?

Пуаро повернулся к Мак-Кроддену.

– Вот видите, он не знает. Я его не подготовил. Джордж, когда я сегодня вернулся после ланча, то рассказал вам, что со мной произошло за несколько минут до того, как я вошел в дом, не так ли?

– Совершенно верно, сэр.

– Пожалуйста, повторите мою историю.

– Хорошо, сэр. К вам подошла леди, которая сказала, что ее зовут миссис Сильвия Рул. Она ошибочно считала, будто вы написали ей письмо, в котором обвинили в убийстве.

– Merci, Джордж. Скажите мне, кто предполагаемая жертва убийства?

– Мистер Барнабас Панди, сэр.

– Что еще я вам сказал?

– Что вы незнакомы с означенным джентльменом и вам неизвестно, жив он или мертв и был ли убит. Когда вы попытались объяснить это миссис Рул, она отказалась вас слушать.

Пуаро с торжествующим видом повернулся к Мак-Кроддену.

– Мсье, возможно, ваш отец хочет, чтобы и Сильвия Рул защищала себя в Олд-Бейли? Или вы наконец готовы признать, что составили ошибочное мнение и совершенно несправедливо очернили Эркюля Пуаро? Возможно, вам будет интересно узнать, что мадам Рул также обвинила меня в том, что я объединился с одним из ее врагов, чтобы доставить ей неприятности – неким человеком по имени Юстас.

– Я продолжаю считать, что за этим стоит мой отец, – после небольшой паузы заявил Мак-Кродден. Однако теперь его голос звучал не так уверенно. – Он получает огромное удовольствие от изощренных головоломок. Я намерен выяснить, почему миссис Рул получила такое же письмо, как я.

– Когда кто-то поглощен другим человеком – в вашем случае отец, а у Сильвии Рул Юстас, – это приводит к тому, что он видит мир в определенном свете, – со вздохом сказал Пуаро. – Полагаю, вы не принесли с собой письма?

– Нет. Я разорвал его и отправил отцу с запиской, в которой сообщил, что я о нем думаю, а теперь я говорю вам, мистер Пуаро: я не стану это терпеть. Даже великий Эркюль Пуаро не имеет права обвинять невиновных людей в убийстве и рассчитывать, что ему это сойдет с рук.

Когда Джон Мак-Кродден наконец покинул комнату, Пуаро испытал немалое облегчение. Он подошел к окну, чтобы увидеть, как посетитель выходит из здания.

– А теперь вы готовы для sirop de menthe, сэр? – спросил Джордж.

– Mon ami[8], я готов для всех sirop de menthe мира. – Тут Пуаро сообразил, что его слова могли сбить Джорджа с толку, и уточнил: – Один бокал, пожалуйста, Джордж. Только один.

Возбужденный Пуаро вернулся в кресло. У него были бы шансы на спокойствие и справедливость в мире, если бы три человека, которых несправедливо обвинили, Сильвия Рул, Джон Мак-Кродден и Эркюль Пуаро, сели бы вместе и повели спокойную рациональную дискуссию, которая помогла бы им понять, что произошло. Вместо этого наличествовали гнев, почти фанатический отказ прислушаться к чужому мнению и нескончаемый поток оскорблений. Но только не от Эркюля Пуаро; он вел себя безупречно перед лицом невыносимой провокации.

– Скажите, Джордж, ждет ли меня еще кто-то? – спросил Пуаро, принимая от слуги ликер.

– Нет, сэр.

– И никто не звонил по телефону, чтобы договориться о встрече?

– Нет, сэр. Вы кого-то ждете?

– Oui. Я жду разгневанного незнакомца, а возможно, и нескольких.

– Я не уверен, что понял вас, сэр.

И тут зазвонил телефон. Пуаро кивнул и позволил себе коротко улыбнуться. «Когда нет других способов получить удовольствие от ситуации, нужно радоваться тому, что ты оказался прав», – подумал он.

– А вот и он, Джордж – или она. Третье лицо. Третье, но сколько их всего – кто может знать? Три, четыре или пять? Возможно любое число.

– Какое число, сэр?

– Людей, получивших письмо, в котором их обвиняют в смерти Барнабаса Панди, подписанное мошенническим образом именем Эркюля Пуаро!

Глава 3

Третье лицо

В три часа следующего дня в особняке «Уайтхэйвен» Пуаро посетила мисс Аннабель Тредуэй. Ожидая, пока Джордж проводит ее в кабинет, Пуаро понял, что с нетерпением предвкушает встречу. Для человека другого темперамента было бы утомительно раз за разом выслушивать одни и те же обвинения от незнакомцев, которых объединяло

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Тайна трех четвертей

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей