Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Только $9.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

АнтиБожественная комедия. Часть первая

АнтиБожественная комедия. Часть первая

Читать отрывок

АнтиБожественная комедия. Часть первая

Длина:
405 страниц
3 часа
Издатель:
Издано:
Feb 1, 2021
ISBN:
9785041654009
Формат:
Книга

Описание

Внемлите, люди, сей нехилой истории. Истории о том, что Ад есть, Рай есть, да и Чистилище, чего уж греха таить, тоже есть. История сия пестрит черным диавольским юмором, ненормативной лексикой, шокирующими описаниями, демонами всех мастей и страшными пытками. Но, как и в каждой истории, в этой есть свой особенный сакральный смысл, способный открыться лишь поистине просветленному человеку, трезво смотрящему на жизнь. Девять Кругов Ада Данте встали на уши. И это только начало. Книга содержит нецензурную брань.

Издатель:
Издано:
Feb 1, 2021
ISBN:
9785041654009
Формат:
Книга

Об авторе


Связано с АнтиБожественная комедия. Часть первая

Похожие Книги

Связанные категории

Предварительный просмотр книги

АнтиБожественная комедия. Часть первая - Шульц Гектор

Ridero

Глава первая. Печальное начало

Маленький зал костела понемногу начинал заполняться разношерстной публикой. Я уже давно сидел на задних рядах, теребя в руках потертую Библию в красном кожаном переплете, и во все глаза рассматривал прихожан.

Хмурые и зареванные лица, сурово поджатые губы, красные опухшие глаза, черные одежды. Нет, это не сборище очередных любителей готической музыки, собирающихся петь устрашающие литании в надежде призвать Диавола в наш мир. Это просто люди, пришедшие в церковь, дабы почтить память одного паренька, который сейчас лежит перед алтарем в большом и красивом ящике. Хотя вот пареньку-то уже откровенно насрать на все. Тем более на всякие сопли и слезы. Но против традиций не пойдешь. Память о них жива и передается из поколения в поколение. Так было с египетскими мумиями, которых вытеснили новые боги, а тех, в свою очередь, выперло христианство и другие конфессии. И в каждой религии, кроме ебанутых обычаев острова Борнео, полагалось выражать крайнюю степень печали и раскаяния, когда кто-нибудь забирался в большой и красивый ящик, обитый шелком.

Рядом со мной присела миловидная женщина в черном платье и таком же черном платке. Ее сопровождал высохший, как древний пергамент, старик с пигментными пятнами на желтой и сморщенной коже. Я вежливо подвинулся в уголок, освобождая им место. Женщина, шурша платьем, уселась на потемневшую от времени скамью и достала из небольшой сумочки платочек, которым промокнула свои глаза. Старик ласково взял ее под руку и принялся поглаживать ее пальцы своими высохшими стручками. Женщина тихо всхлипнула.

– Такой молоденький. Еще жизнь не видел, а уже ушел, – сказала она.

– На все воля Бога, милая, – ответил старик. Голос у него был хриплый и прокуренный, а когда он тяжело вздохнул, то в воздухе разлился аромат вылаканного недавно коньяка. Я хмыкнул и пробубнил себе под нос: «Пафоса-то сколько», но женщина в ответ лишь заплакала, прижавшись к плечу своего спутника.

– Сейчас он в лучшем мире, Наталья, – ласково произнес тот, легонько сжимая руку женщины. Я фыркнул, не стесняясь в выражениях:

– Уже ждешь момента, как запустить ей свою сморщенную длань в трусы, донжуан, блядь, рахитичный?

Женщина медленно повернулась в мою сторону, заставив меня опустить взгляд и пробормотать извинения:

– Простите. Стресс сказывается. Конечно, это ваше дело, кто и как будет совать свои руки в ваши трусы. Не обращайте на меня внимания.

Пока старик утешал женщину, не уставая ее поглаживать и пощупывать, я принялся рассматривать остальных прихожан. Исключительно от скуки смертной.

В первых рядах сидели пятеро моих друзей. Я не хотел идти к ним. Плачущие люди всегда вызывали у меня странное желание забиться в уголок и тихо ждать, пока все не закончится. Да и подобные церемонии меня пугали, несмотря на то, что я любил слушать песенки Darkthrone и Anal CuntI. Меня удивлял один момент. Как это у Макса, который был стойким ненавистником церкви и всего, что с ней связано, сейчас не плавилось лицо, и ангел не протыкал своим сверкающим копьем его богохульные глаза с языком. Может потому, что сейчас Макс сидел с выражением невероятного сожаления и неистово протирал колени в своих мыслях, каясь в ужасных грехах.

Рядом с ним сидели Антон, Маразма, Галя-Заяц и Юра. Все мои друзья. Они были друзьями и того паренька, лежащего в ящике у алтаря. Мы все были металлистами. Неформалами. Любителями тяжелой музыки и провокационных текстов. Антон был самым старшим в нашей компании. Тучный парень с роскошными длинными волосами, за которые любая топ-модель продаст Диаволу душу. Антон был немного косым и жутко этого стеснялся. Один из его глаз смотрел прямо в переносицу, но собеседнику казалось, что Антон знает все и его глаз пялится прямо в сердце. Поэтому мы все избегали смотреть ему в лицо, зная, что друг от этого не в восторге. Лишь один раз его глаз почти встал на место. Спасибо Маразме, которая бухнула в гамбургер парня самый настоящий кайенский перец. Антон побагровел, а мы узрели чудо и спустя пару минут самую настоящую ярость одного из всадников Апокалипсиса.

Маразма была симпатичной девчушкой и невероятно любила готику во всех ее проявлениях. Она даже парня подбирала с особым пристрастием, чтобы тот был обязательно похож на Джонни Деппа, от которого та буквально оргазмировала кипятком. Маразмой ее звали за то, что порой в девушку вселялся самый настоящий демон, взъебывающий ей мозги своим раскаленным фаллосом. После этого Маразма, в миру Оля, частенько сидела, уставившись в одну точку и пуская слюни, за что ее всегда безлобно подкалывала Галя.

Галя-Заяц была еще одной девушкой в нашей компании, но, в отличие от Маразмы, являлась настоящей Чумой нынешнего тысячелетия. Злая, больная на всю голову, Галя любила экстремальный и быстрый метал, который смертоносным торнадо проносится по мозгам слушателя, вынося грязь из ушей вместе с мозгами и чувством самоконтроля. Ее прозвище – Заяц – было дано по одной простой причине. Галя трахалась так, будто завтра последний день человечества и вся Земля скроется в пучинах адского пламени. Каждый день у нее был новый парень, с которым она обязательно громко и ужасно расставалась вечером, а на утро находила себе нового. Однако это не мешало ей быть классной подругой, с которой было невероятно круто дружить. Галя постоянно придумывала себе на жопу приключения. То взломать городской морг и сфотографироваться с покойниками, то устроить алкомарафон в ближайшем рок-клубе, то ворваться в слэм на метал-концерте и сломать кому-нибудь руку. Она брала от жизни все. Пока это не начинало бесить Юру. Ее брата.

Юра был типичным ботаном, который любил слушать говнарский рок в духе Сплин, Арии и Кино с приснопамятным Цоем. Он и дружил с нами по одной причине – чтобы всегда держать в поле зрения свою сестру Галю. Над Юрой постоянно все шутили. Даже Антон, который был спокойным, как алкоголик в коме. Но и от брата Зайки была своя польза. Он знал все и обо всем. Эдакая карманная Википедия. Юра любил вещать на темы музыки, доказывая нам всем, что русский рок лучше зарубежного метала тем, что понятно, о чем поют, и тем, что в текстах скрывается глубинный смысл. Искать глубинный смысл в текстах VomitoryII он категорически отказывался, называя их музыку «бурлением гнилого водолаза».

Друзья о чем-то негромко переговаривались, а Юра одергивал свою сестру, которая притащила с собой модную фляжку с пентаграммой на металле и отменным виски внутри. Галя постоянно пыталась приложиться к крепкой жидкости, но брат, тихо бубня о чем-то, ее постоянно отговаривал. Антон вообще слушал музыку в наушниках, покачивая ногой в такт тяжелым рифам и изредка шлепая Маразму по ноге. Рядом с ними сидела моя мама. Она тоже была во всем черном и держала в руках помятый платочек.

Из маленькой дверцы, находящейся аккурат за алтарем, тем временем вышел священник, держа в руках Библию. Вид его был крайне удрученный и замученный. Может, его оторвали от причастного вина, кто знает. Но прихожане сразу умолки, а Антон даже выключил любимый им Dark FuneralIII, и обратил свой косой взор на служителя костела. Тот откашлялся и начал речь:

– Братия и сестры. Мы собрались в сей печальный для нас день… – я сразу потерял нить разговора, и кое-как протиснувшись через руки и ноги моих соседей по скамье, выполз вперед, дабы размять затекшие колени и встать ближе к выходу, ибо от спертого воздуха начала кружиться голова.

Священник долго и нудно рассказывал о тяжелой участи смертных, что ведут праздный образ жизни и не впускают Бога в свое сердце, как это делают все известные истории мученики. Затем он прошелся по тому, что все случившееся является волей самого Бога, и нам надо бы все это принять без спеси и траурных слез. Затем он рассказал немного о пареньке, ради которого все и собрались. Эта часть его речи вызвала больше слез, соплей и стенаний. Даже Галя прослезилась и таки украдкой опустошила свою флягу, пока брат благоговейно взирал на иконы, думая о чем-то своем.

Я же думал о том, когда все это закончится. Хотелось на свежий воздух, напиться дешевой водки и забыть о случившемся как можно скорее. Но у священника были свои планы. Он битый час рассуждал о вопросах теологии, рассказывал, что такое Рай и Ад, и что мы все когда-нибудь предстанем перед Ним. Перед Богом, само собой. Наконец, когда хористы, поющие откуда-то из глубин церкви, замолчали, священник милостиво всех отпустил, предоставив крепким ребятам из церемониальной службы забрать того, ради кого все и затеялось.

Когда все прихожане покидали церковь, я осторожно пробрался к ящику. Там лежал молоденький паренек лет двадцати двух от роду. В белой рубашечке, черных брюках и таких же черных туфлях. Казалось, он спал. Но я знал правду. Ведь это был я. Вернее, мое тело. Сам я стоял рядом, не видимый никем и совершенно не представляющий, что делать дальше.

Когда все произошло, и я очутился возле своего тела, лежащего в странной позе, то первым ощущением было следующее. Какого, блядь, хуя?!

Да. Не было всяких ангелов, демонов, лучей света, лестниц, небесных врат и жарких дыр в земле, откуда слышатся крики грешников. Только крики моих друзей, бегущих ко мне со всех ног, и моя обалдевшая душа, взирающая на это безобразие. Казалось, только вчера я слушал музыку, мечтал о концерте DecapitatedIV, размышлял над тем, как бы подкатить к Зайке и предаться с ней постыдной любви в комнате ее непутевого брата. А теперь я стою в виде духа и смотрю за тем, как мое тело выносят из церкви.

От грустных мыслей меня отвлекла музыка, раздавшаяся в тишине церковного зала. Мелодия была настолько прекрасной и чистой, что даже моя неформальная сущность радостно улыбнулась, услышав первые аккорды. В центре возник большой круг из ослепительного и сияющего света. В нем стоял неизвестный мне мужчина в белой сутане и с невероятно удивительными глазами. Он протянул мне руку и ухмыльнулся.

– Что стоишь? Пошли.

– Куда? – оторопело спросил я, почесывая голову и стараясь не задеть резинку, стягивающую хвост моих волос.

– Определять твою судьбу, Збышек, – мужчина строго посмотрел на меня и вновь улыбнулся. Его синие глаза были такими добрыми, что по всему телу разлилась блаженная истома.

– Круто. Вы и мое погоняло знаете. А вы собственно кто?

– Проводник твой.

– Погоди. Так ты Петр? – удивился я в который раз, и не слишком вежливо перешел на «ты». – Стоишь у райских врат и решаешь, кто туда войдет?

– Можешь и так меня называть. Я не против. Только одна просьба. Нам надо поторопиться. Меня ждут в других местах, – Петр повелительно скрестил руки на широкой груди и замер, ожидая, когда я войду в круг.

– Ладно. Поехали, – хмыкнул я и пошел к нему.

– В путь, Збышек, – мужчина закрыл глаза и что-то пробормотал. Появившийся словно из ниоткуда ветер, ласковый и теплый, подхватил меня и понес к небесам, которые виднелись сквозь дивную дыру в потолке церквушки.

Я не знаю, сколько времени занял полет, но ощущения от него были крайне приятными и даже волшебными. Просто представьте самые милые моменты, которые вы можете пережить снова, и все они будут в самых ярких и сочных деталях. Будто вы первый раз пробуете на вкус губы того человека, который вам нравится. Или впервые прыгаете с парашютом. Эйфория, оргазм, счастье. Есть много синонимов, и каждый идеально подходит к этому полету. Но любой полет рано или поздно имеет обыкновение заканчиваться. Так случилось и в этот раз.

Я поднялся с колен и с удивлением осмотрелся.

Повсюду раскинулись величавые белые облака, похожие на большую пуховую перину, на которой так сладко спать и предаваться любви с девами. Яркое солнце заливало все пространство своим ласковым светом. Только свет не слепил. Он был теплым и нежным, как прикосновение к щеке любимого человека. Я постоял еще немного, просто закрыв глаза и наслаждаясь покоем, пока меня не окликнул знакомый голос.

– Збышек. Иди сюда, – велел Петр. Я, открыв глаза и поморщившись от того, что так быстро все закончилось, направился к нему. Мужчина сидел на белоснежном облачке, очень сильно похожем на стул. Рядом с ним парила гигантская книга в желтой обложке.

– Что это за талмуд? – спросил я, подходя ближе.

– В эту книгу записываются дела и поступки всех людей на свете, – весомо заявил Петр, раскрыв книгу. Когда он это сделал, я заметил, что на обложке красивым почерком выведено одно слово. «Летопись».

– Летопись? – спросил я, присаживаясь на пол, который был таким же мягким, как и все вокруг.

– Летопись всего, что деялось на свете.

– Круто. Маловато деялось, значит, раз книга не такая и большая.

– Это твоя летопись, Збышек.

– Ну, все. Пернуть и задохнуться, – ругнулся я, совершенно забыв, где нахожусь. Петр нахмурился, но промолчал, перелистнув пару страниц.

– Так, посмотрим, – пробормотал он, погрузившись в чтение. Я не мешал ему, решив осмотреться по сторонам. Прямо за спиной Петра мерцали золотым светом диковинные ворота с маленькими фигурками ангелов на вершине. Однако за ними не было райских кущ и тысяч праведников, сидящих на зеленых лугах и задрачивающих свои флейты. Там, как и везде, были сплошные облака.

– Это и есть Рай? – спросил я, когда сидеть в тишине попросту надоело.

– Нет, – ответил Петр, не отрываясь от книги. – Ты на Пороге Райских Врат.

– Час от часу не легче. А где же ангелы, небесное воинство, праведники и сисястые бабы в одном исподнем?

– За Вратами.

– Я смотрю, ты на разговор не настроен, – кисло заметил я. Мужчина хмыкнул и поправил над головой маленький золотой ободок, который переливался всеми цветами радуги.

– Сейчас узнаем, стоит ли с тобой разговаривать вообще, – заметил Петр, подняв на меня синие глаза.

– А там случайно не указано, что я однажды в бабушкин шерстяной носок спустил? – смущенно спросил я. – Клянусь, бес попутал, Петр. За это меня не сошлют же в Ад?

– Указано. И не только это. Как тебе вообще это в голову пришло? – удивился Петр, потерев переносицу пальцами.

– Захотелось новых ощущений. Ты, небось, сам и не пробовал? Щекотно, тепло и приятно.

– Мне это незачем.

– Ты много потерял, – кивнул я, раздвигая руками облака. Внизу раскинулась далекая Земля, на которую я больше никогда не вернусь. Наверное.

– Святые Мощи, – охнул Петр, с трудом сохранив равновесие на своем облаке. Его синие глаза буквально метали молнии, а губы шевелились, избегая еврейских проклятий – Носок был самым невинным, оказывается.

– Блин, Петр. Я же живой человек. Мне надо было поэкспериментировать. Годы в универе – самые славные в жизни любого человека.

– Картофельная кулебяка? – спросил привратник, массируя себе виски.

– Я был пьян, а любви неистово хотелось. Тепленько так было, – улыбнулся я далеким воспоминаниям.

– Подушка?

– Одиноко и холодно в походе, а Зайка не давала.

Петр потрясенно качал головой, перечисляя самые отвратные приключения из моей жизни:

– Пирожки, игрушечный паровозик, искусственная вагина, бублик, учительница в седьмом классе средней школы в спортивном зале?

– Было дело. Может, опустим перечисление того, что я любил, и перейдем к другим пунктам?

– Я долго не смогу выкинуть это из головы. Последний раз такое было, когда ЕвронимусаV привели для определения его судьбы.

– Евронимуса? – переспросил я, открыв рот. – Из Mayhem? Это же гуру антихристианского метала. Как его к вам-то занесло?

– Вне зависимости от человека, я обязан прочесть его Летопись и определить его судьбу. И уже исходя из этого, выносится решение – отправить душу в Рай, Чистилище или Ад. С Евронимусом было легко. Пара минут, и бесы его увели под белы рученьки. Насколько знаю, он сейчас работает на производстве кирпичей для строительства адских школ.

– Жестоко, – покачал я головой, но Петр уже погрузился в чтение моей Летописи. – Есть еще что-то?

– Есть, Збышек. Я даже не думал, что твоя душа настолько черна.

– Все по металу. Это философия. Смысл жизни для меня. Да и не так много там черноты.

– Распевание богохульных гимнов на еретических сборищах?

– Расслабься. Это просто метал-концерты. Я большинства песен-то не понимал.

– Осквернение символа Распятия?

– Каюсь, был грешок. Нервы расшатались. Вот и вбил крест в ногу одного из идиотов, что мешают проведению концертов. Уверен, что для блядских активистов вы отдельное облачко приготовите.

– Кто такие активисты?

– Гниды, которые именем Бога прикрываются. Как Ричард Львиное сердце. Только англичанин Иерусалим отвоевывал, а эти просто с жиру бесятся. Ебанушки.

– Не ругайся. Ты на Небесах все-таки.

– Прости, Петр. Эмоции бурлят. Что там еще в обвинении? В большинстве вещей раскаиваюсь, – угрюмо буркнул я, понимая, что Петра это не убедит. Мужчина поцокал языком и перевернул очередную страницу.

– Гнев, чревоугодие, чревоугодие с извращениями, алчность, зависть, богохульство, сквернословие, – начал перечислять он, изредка бросая на меня красноречивые взгляды.

– Вот не надо тут смотреть на меня взором ментора, – скривился я. – Кто не без греха, пусть первым кинет в меня кал. Можно подумать, есть те, кто вообще не дрочил никогда, никому не разбивал едальник, не разил сладкую писечку три тысячи раз с половиной и не запивал портвейн дешевым лимонадом.

– Не кал, а камень, – мягко поправил меня Петр. – И да, есть такие праведные души, но грехи твои сильны.

– Знаю.

– Трудный выбор предстоит мне сделать, Збышек. Для начала ты отправишься в Ад.

– Ну ёбана, блядь, – перебил я мужчину, заломив руки. – Бесы будут с меня кожу снимать, кочергой пердак разрывать и насиловать мой рот шипованным страпоном? Может, я быстренько покаюсь? А?

– Нет. Надобно тебе узреть, что за грехи каждый сполна получает.

– Магистр Йода так же говорил, а в итоге помер в болотной трясине.

– Чудны слова твои, человек, – Петр хлопнул в ладоши, и в воздухе раздался странный, тяжелый гул. Привратник тут же пояснил. – Так шумят медные крылья демонов, когда являются они за душой черной.

– Блядь, – только и мог вымолвить я, когда в одном облаке возникла огненная дыра, из которой ощутимо несло серой и канализационной вонью.

Спустя несколько мгновений из дыры вылез могучий монстр с большими кожистыми крыльями, как у летучей мыши. Мускулы перекатывались под бронзовой кожей, а глаза мрачно мерцали красным огнем. В лапах пришелец держал затейливый хлыст, на кончике которого блестели острые лезвия. Петр поклонился монстру и степенно поприветствовал его.

– Герцог ЭлигосVI.

– Привратник, – ответил пришелец на удивление мягким голосом. Он вздохнул и немного уменьшился в размерах. Затем что-то пробормотал себе под нос и принял облик рыцаря в красной кольчуге. Его надменное лицо было невероятно прекрасным. И нечего говорить тут о латентной гомосексуальности.

– У меня для тебя есть новая душа, – меж тем тихо произнес Петр. Демон кивнул и повернулся ко мне.

– Собирайся, человек. Ты идешь со мной.

– Нет, нет. Петр сказал, что ему надо подумать, – покачал я головой и попятился назад. Элигос нахмурился и скрестил руки на груди. Его красные глаза внимательно меня рассматривали.

– Все давно решено. Простая формальность. Тебя заждались внизу.

– Петр! – взвизгнул я, когда Герцог схватил меня за шкирку и потащил к дыре, из которой он и появился. – Ебаный ты рот, пусти меня. Прекратите близость, дяденька.

– Герцог Элигос, – встрял Петр, вставая с облака и обращаясь к демону, который недовольно поднял бровь. – Душа еще не ваша. Я пока не решил, что с ней делать. Но увидеть Ад она должна.

– И ради этого я тащился на самый верх? – недобро ухмыльнулся Элигос, швырнув меня на ближайшее облако.

– Не тебе мне указывать, демон, – кротко ответил Петр и добавил, – юноша не так плох, как кажется. Покажи ему, что ждет любого грешника по ту сторону.

– Я покажу, – осклабился Герцог, и его красные глаза загорелись еще сильнее. – Пошли, Збышек. Найдем тебе новый носок для онанизма.

С этими словами он поклонился Петру и, вновь схватив меня за шкирку, потащил вниз. В огненную яму. Облака закрылись за нами, а лицо обжег жаркий ветер, дующий из самых глубин Ада.

Глава вторая. Необычный полет

Герцог Элигос нес меня вниз, держа в сильных лапах. Он вновь принял облик могущественного демона и сейчас быстро и уверенно спускался на кожистых крыльях, изредка задевая раскаленные стены. Спуск больше походил на диковинную трубу, сплошь состоящую из лавы, или жерло самого настоящего вулкана.

Пока мы летели вниз, я успел досконально разглядеть моего сопровождающего. Герцог был поистине внушающим уважение демоном. Мускулы, которым мог позавидовать любой культурист, лицо, будто высеченное резцом Микеланджело или Рафаэля, суровый и надменный взгляд. Но больший ужас внушал его голос. Мягкий и вкрадчивый, но в то же время грозящийся превратиться в самый настоящий рык, сметающий все сущее подобно кеглям в боулинге.

– Долго ты меня будешь рассматривать? – невинно поинтересовался демон, уставившись на меня жутким взглядом. Я вздрогнул от вопроса.

– Простите. Вы невероятно могучий демон. Аж сердце в трусы падает…

– Спасибо, – ухмыльнулся он в ответ. – Я читаю твои мысли. Не пугайся. Об этом многие думают, когда я несу их души в Преисподнюю.

– Вы же Герцог Элигос? Великий Герцог Ада и глава шестидесяти легионов демонов?

– Верно, – удивился Элигос, сбавив скорость. – Откуда тебе это известно?

– Читал гримуар СоломонаVII. Там про вас много написано. Не думал, что легенды из Лемегетона реальны.

– Вот удивляете вы меня, люди. Столько знаете, а все равно умудряетесь грешить, – хохотнул Герцог, увернувшись от сгустка пламени, летящего навстречу, и пояснив мне: – За очередной душой полетели. Не обращай внимания.

– Ладно. А что значили слова Петра, якобы он думать будет насчет меня? Или это простой пиздеж, чтобы грешнику не так страшно было?

– Считай себя заочно осужденным. Петр редко меняет решение. Отсюда мало кто выбирался, человек.

– Вот вы любите пафос, я смотрю. Загадками говорите, собственное величие превозносите.

Но демон перебил мои ехидные комментарии.

– А зачем ты своими яйцами о нос друга терся? – внезапно спросил он, заставив меня покраснеть.

– Шутка была. Он меня как-то слабительным опоил, когда я пьяный был. Думаешь, я слишком милостиво к нему отнесся? Надо было в рот засунуть и бзднуть, чтобы он проснулся?

– Плохая идея, – засмеялся Элигос, лавируя в потоке огня. – Скорее всего, он бы просто откусил тебе яйца, и все. От неожиданности.

– Эх, сам Боженька, видать, уберег от глупости, – буркнул я, вознеся неслышную молитву Всевышнему. Но Герцог недовольно зашипел, прочитав мои мысли.

– Еще раз услышу слово на букву Б, отправлю тебя к моему другу БегемотуVIII. Он любит нежных мальчиков. Хотя, сам с ним познакомишься скоро, – предупредил демон, опустившись на дощатую площадку посередине огненного озера. Он резко швырнул меня на доски, а сам, тяжело топая, направился в сторону седого старика, сидящего за грязным столом.

– СеирIX.

– Элигос, – буркнул старик, сладко потянувшись. Рядом с ним, на столе, сидела маленькая зеленая ящерка, которая сейчас спала, высунув кончик языка из своей пасти. Мой сопровождающий не сдержал позыв и резко схватил животное за торчащий отросток. Ящерица мгновенно проснулась и уставилась сонным взглядом на Герцога. Тот хохотнул и ласково погладил ее.

– Все спит, соня.

– Не трогай Эмноха. Ему еще девиц мучить сегодня в ночную смену, – скривился тот, кого звали Сеиром. Наконец его белые глаза уставились на меня и принялись изучать с особой внимательностью. Спустя полчаса Сеир в конце концов открыл рот, дабы сказать: – Грешный мальчик, Элигос. Петр тебя любит, я смотрю.

– Он пока не осужден окончательно, – отмахнулся Герцог. – Но Петр велел обращаться с ним, как с обычным грешником.

– Подойди сюда, отрок, – велел Сеир, привстав из-за стола. Он вновь

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о АнтиБожественная комедия. Часть первая

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей