Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Только $9.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых

Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых

Читать отрывок

Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых

Длина:
862 страницы
7 часов
Издатель:
Издано:
Feb 4, 2021
ISBN:
9785041000912
Формат:
Книга

Описание

Популярная книга Г. И. Мансветова «Училище благочестия» (написанная в XIX в.) представляет собой сборник поучительных повествований из сохранившихся жизнеописаний известных древних святых Православной Церкви. Отметим, что любимой книгой свт. Игнатия Брянчанинова в юности было «Училище благочестия» (см. его Жизнеописание). Собранные здесь христианские уроки благочестия, веры, нравственности и аскетизма угодников Божиих являются немеркнущими страницами христианской святости и образцами для подражания во всякую христианскую эпоху. Поэтому читатель найдет здесь для себя духовную пользу и спасительные советы на пути следования за Христом и Его святыми. Книга предназначена для самого широкого православного читателя.

Издатель:
Издано:
Feb 4, 2021
ISBN:
9785041000912
Формат:
Книга

Об авторе


Связано с Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых

Похожие Книги

Похожие статьи

Предварительный просмотр книги

Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых - Мансветов Г. И.

1901.

Часть первая

Твердость Василия Великого ¹

Евсевий, градоначальник Кесарийский и родственник царский, вздумал одну вдову, молодую и богатую, по имени Вестиана, отдать в супружество своему любимцу, который несколько раз без успеха старался получить руку ее. Как скоро Вестиана узнала, что ей предстоит насилие, немедленно ушла в церковь и объявила святому Василию, сколь бедственны ее обстоятельства. Защищать беззащитных было приятнейшим удовольствием для угодника Божия. Он приемлет вдовицу под свое покровительство.

Разгневанный градоначальник повелевает воинам окружить церковь, исполнители беззаконной воли его повсюду ищут Вестиану, не уважая святыни. Идут в дом святого Василия, но, сколько ни искали ее, труд их был

напрасен; ибо святой Василий, опасаясь, чтоб Вестиану с наглостью не исторгли из церкви, приказал тайно проводить ее в девический монастырь к сестре своей, преподобной Макрине.

Раздраженный Евсевий призывает к себе святого Василия; делает ему жестокие укоризны и клянется пытками заставить его сказать, где сокрыта жертва его насилия. «Я готов на все казни, – отвечает ему святой, – повели растерзать меня, повели источать по капле хладную кровь мою, но тайны не открою; мое тело в твоих руках, но дух мой в руке Божией». Может быть, в самом деле смертью праведника кончился бы гнев и ярость градоначальника; но граждане узнали, что великий святитель их в опасности. Вдруг не только граждане, но и жены, даже дети, вооружившись кто чем мог, устремились к дому градоправителя, требовали крови его за святого отца и пастыря своего. Злодей ужаснулся, ярость переменил на отчаяние. А Василий Великий, выйдя к народу напомнить ему долг подчиненности, представил, сколь ужасны следствия бунта, и среди благословений народных возвратился в дом свой.

Где столь непоколебимое великодушие против насилия? Где столь надежное покровительство для невинности и, сверх того, где толикая кротость против своего гонителя?.. О христиане! Возьмите пример с Василия Великого.

Непамятозлобие Василия Великого

«Святитель Господень! – воскликнула на пути одна бедная вдовица к Василию Великому. – Защити меня, злосчастную, пред градоначальником: ты имеешь у него великую силу, а я, горькая сирота, не могу более переносить обид и притеснений…» Угодник Божий в тот же час написал к нему следующее: «Сия неимущая вдова сказала мне, что моя просьба всегда имеет у тебя силу; если это правда, докажи делом и сотвори милость несчастной…» Вдова с радостию приемлет письмо святителя и, воображая себя уже избавленной от всех притеснений, поспешно идет к градоначальнику.

Но судья не чувствовал счастия исполнить просьбу святого и, прочитав письмо, отвечал ему: «С удовольствием бы сделал для сей бедной женщины все, о чем просит она, но не в силах; ибо закон велит взыскивать дань, которой она подлежит».

Архиерей Божий дал на бедность вдовице что мог, а ему отписал вторично: «Если хотел ты, но не мог, не теряет цены добродетель твоя. Если же мог, но не хотел, то Небесный Судия некогда причтет тебя к требующим; и тогда восхочешь, но не возможешь…» Это предсказание оправдалось вскоре.

Царь услышал о любостяжании и обидах градоначальника, разгневался и велел заключить его в узы. Тогда-то неправедный судья вспомнил, что приговор святого Василия не был игрой слов, как думал прежде, и, едва поднимая отягченные оковами руки, написал к нему: «Человек Божий! Слово твое свято; я причтен к плачевному лику требующих: преклони к несчастному на милость царя, отца народа. Угодник Божий! Ты всегда можешь, когда хочешь». Святой Василий не отверг просьбы погибающего; царь не отверг просьбы праведника. Градоначальник, получив свободу, повергся к стопам святителя и от него спешил воздать сторицей бедной вдове, которую прежде не хотел и слушать.

Видя несчастного, всегда должно ставить себя на его место; ибо счастие этого света непостоянно. Кто славен сегодня, может быть, завтра сделается последним. Отсюда можно заключить, хорошо ли поступают люди гордые и безжалостные.

О трудолюбии ²

К настоятелю некоего монастыря на горе Синайской, Силуану, однажды пришел принять благословение инок и, увидев братию в трудах, сказал: Не делайте брашна гиблющего, Мария бо благую часть избра ³. Игумен, услышав это, приказал смотрителю отвести для гостя отдельную комнату и там оставить его. Чрез несколько часов иноки начали обедать, между тем гость смотрел в окно и ждал, скоро ли позовут его. Иноки вышли из-за стола, а о нем никто и не позаботился. Наконец, побуждаемый голодом, он пришел к настоятелю и спросил, ели ли сегодня иноки. «Ели», – отвечал настоятель. «Да почто ж не повестили меня?» – возразил пришелец. «Ты человек духовный и не требуешь пищи, – сказал настоятель, – а мы одеты во плоть, хотим есть, вот почему и трудимся; ты избрал благую часть: читай же книги и питайся словами духовными».

Старец устыдился своего умствования и, поклонившись до земли, просил у настоятеля прощения. «Любезный о Христе брат! – поднимая его, сказал игумен. – С какой стороны ни рассматривай, но от трудов всегда есть польза; и Мария от Спасителя заслужила похвалу – для сестры своей, Марфы».

Праздность часто бывает причиной пороков; ибо тогда человек, не имея чем заняться, дает волю своим страстям, которые увлекают его в погибель.

Юный благотворитель ⁴

Святой Климент, сын идолопоклонника и христианки, в нежной юности лишившись отца и матери, был усыновлен Софией, благородной и добродетельной гражданкой Анкиры, подругой его матери. Руководимый ее примером, юный христианин воспитывался в страхе Господнем.

Тогда сделался в Галатии ⁵ столь великий голод, что жители, по большей части неверные, не имея чем питать детей своих, оставляли их на произвол судьбы. Что ж делал святой отрок? Он собирал сверстников, повсюду скитающихся без надежды утолить голод свой, и младенцев на распутье, испускающих последний вопль, учил грамоте и вере Евангельской. Таким образом, дом Софии, через святого Климента, сделался гостиницей и училищем, а София – более, нежели матерью; ибо, возвращая бедным отрокам и младенцам жизнь временную, уготавливала для них чрез юного благотворителя и вечную жизнь.

Величайшая жертва ⁶

Святой Павлин, епископ Ноланский ⁷, был столь милостив, что все свое имущество раздал бедным соотечественникам для искупления у вандалов пленников. Наконец, когда у праведника не осталось не только денег, но и платья, которое бы он мог продать, пришла к нему бедная вдовица и просила у него помощи, чтобы выкупить единственного ее сына. Раб Божий Павлин обыскал весь дом свой, но, не найдя ни полушки, сказал рыдающей матери: «Кроме меня самого, нет у меня ничего; итак, возьми меня и как раба своего отдай за сына…» Бедная вдовица подумала, что святитель над нею смеется, и хотела идти домой, но святой Павлин остановил ее, уверил, что говорит сущую правду, и убедил ее епископа отдать за сына.

Здесь обыкновенные люди удивятся и поступок святого человека почтут неблагоразумным. Будучи не в состоянии выкупить одного юношу, скажут они, Павлин мог бы в другое время освободить из рабства несколько человек. Но пусть они прочтут слова Спасителя: Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих (Ин. 15, 13). Сверх того, пусть смотрят, сколь спасительны были следствия от этого столь решительного поступка.

Святой Павлин и вдовица скрылись из города и пошли к вандалам. Достигнув места, вдовица пала к ногам князя вандальского, зятя царя Рикса, и просила его, чтобы он раба взял за сына. Долго жестокосердый господин не соглашался, долго не уважал слез матери; но, услышав, что Павлин – искусный садовник, принял старца за юношу.

Вдовица с сыном возвратилась в отечество, а праведник начал трудиться в саду господина своего и получил приказание – каждый день к столу его приносить различные травы и плоды. Вельможа, будучи охотник до садов, также часто ходил к Павлину и, всегда подолгу разговаривая с ним, узнал его разум и мудрость и, наконец, так полюбил его, что почувствовал необходимость каждый день видеть его. Однажды, между прочими разговорами с господином, святой Павлин втайне поведал ему: «Скоро встретятся с тобою важные обстоятельства: царь Рикс умрет скоропостижно; смотри же, не отлучайся из столицы; в противном случае кто-нибудь другой захватит власть и венец царский». Удивленный столь важным пророчеством, вельможа верил и не верил словам праведника; но, будучи весьма любим царем, в тот же час пошел к нему и сказал все, что слышал от своего садовника. «Я хочу сам видеть человека этого, – отвечал царь. – Прикажи ему принести к столу моему трав и плодов».

Едва Павлин по приказанию вошел в палату, Рикс затрепетал. Потом, опомнившись, подозвал к себе зятя и сказал ему: «Слова его справедливы. В прошедшую ночь я видел сон, будто мои вельможи сидят в совете, а сей человек выше всех их: разговаривая между собою некоторое время, вдруг они вынесли приговор, чтобы отнять у меня царство; итак, спроси его, кто он? И откуда? Я не думаю, чтобы сей старец был простой человек». Тогда зять царский отвел святого Павлина в сторону и заклинал его Богом, чтобы тот сказал о себе всю истину. Праведник ни за что не обнаружил бы себя, но для имени Господня, которым заклинал его вельможа, хотя и с душевным прискорбием, сказал, что он епископ.

Рикс и зять его объяты были ужасом. «Прости меня, человек Божий, – сказал царь, – что я, по неведению, возложил на тебя труд рабский! Требуй от меня чего хочешь и возвращайся в землю твою с великими дарами». – «Одного прошу у тебя, – смиренно отвечал святой Павлин, – отпусти пленников из всех мест моего отечества; это величайший дар, которым можешь меня напутствовать».

Тогда везде разосланы были указы царские. Все пленники собирались в одно место и были отданы святому Павлину. Наконец праведник с честью, осыпаемый благословениями, отправился в отечество и возвратил спокойствие и радость отцам и матерям, супругам и детям, родственникам и друзьям.

Сам Господь сохраняет жизнь и свободу того, кто ими жертвует для спасения жизни и свободы своих ближних.

Святой Григорий Богослов ⁸ отказывается от патриаршества, чтобы даровать мир Церкви

Святитель Христов Григорий, занимаясь богомыслием, любил жизнь уединенную; но царь и народ призывали его в Царьград на престол патриарший. Как ни отрекался угодник Божий принять на себя столь важную должность, но тщетно. Собрались сто пятьдесят епископов и под председательством святого Мелетия, патриарха Антиохийского, вручили ему жезл пастырский.

Спустя несколько дней святой Мелетий преставился, и епископы Египетские и Македонские вознегодовали на Григория, утверждая, что он, будучи возведен на престол свой не Александрийским патриархом, яко старшим, против правил получил сан великого святителя. Восстала распря и междоусобие. Угодник Божий, видя в сане своем причину раздоров между пастырями духовными, мгновенно приемлет намерение решительное: представ посреди собора, он говорит им: «Пастыри святого стада Христова! Стыдно вам других учить миру и любви, а между собою воздвигать брань; ибо увещания к согласию и единодушию не только недействительны, но и обращаются в посмеяние, когда происходят из сердца, обуреваемого раздорами. Заклинаю вас Пресвятою Единосущною Троицею: имейте между собою мир и любовь и устраивайте дела Церкви согласно. Если я, один я, причина вашего разномыслия и ссор, то я не лучше пророка Ионы; ввергните меня в море, и утолится между вами буря междоусобия; корабль духовный войдет в пристанище мира. Хотя невинен я, но готов претерпеть все, что вам угодно; только примиритесь и будьте единодушны».

Эта твердость святого Григория всех привела в стыд и смущение; никто не мог ответить ему; многие обливались слезами. Увидев это, угодник Божий, сам прослезившись, воскликнул: «Простите, служители Православия; поминайте меня, грешного, в молитвах ваших». Он вышел из собрания, спросил у царя увольнение от должности и немедленно отбыл в отечество на жизнь уединенную.

Милостыня от подаяния ⁹

Преподобный Зинон, ученик святого Василия Великого, сорок лет в постничестве богоугодно проводивший, сначала ни от кого и ничего принимать не хотел, поэтому щедролюбцы, унося свои подаяния назад, уходили от него с душевной печалью о том, что святой муж не приемлет от них. Между тем приходили к нему бедные, желая что-нибудь получить от него как от великого старца; но поскольку Зинон не имел, что дать, то и эти уходили от него также печальны. «Что предприму? Что буду делать? – наконец сказал сам себе старец. – Печалятся и те, которые назад уносят дары свои; печалятся и те, которые хотят что-нибудь принять от меня. Буду же поступать таким образом: если кто мне принесет что-нибудь, я возьму; если кто у меня попросит, я отдам». Соблюдая это, святой Зинон и сам был спокоен, и других успокаивал.

По какому случаю установлен праздник Сретения Господня

В один злополучный год царствования Юстиниана, с последних чисел октября, в Византии и окрестных странах открылось моровое поветрие и свирепствовало так сильно, что стало умирать тысяч по десять каждодневно; в некоторых местах оказалось такое запустение, что не бе погребаяй (Пс. 78, 3). Но в Антиохии, сверх этой язвы, продолжалось ужасное землетрясение: ежедневно разрушались дома и церкви и множество народа погибало под их развалинами. Среди прочих был подавлен и Евфрасий, епископ Антиохийский, в то время приносивший бескровную жертву в храме Господнем. Мизийский город Помпеополь до половины был разрушен, а другая половина его поглощена землей с тысячами жителей. Дабы отвратить этот гнев Господень, по особливому откровению некоторому святому человеку установлено торжественно праздновать Сретение Господне. И как скоро, февраля второго дня, начали всенощное бдение с крестным ходом, в тот час язва миновала, мор перестал, землетрясение укротилось.

Симеон Богоприимец ¹⁰

Старец Симеон, по свидетельству Священного Писания, был человек праведный и благочестивый, просвещенный Духом Святым, чающий утешения Израилева (Лк. 2, 25) по следующему откровению.

Когда Птоломей, царь Египетский, основатель славной Александрийской библиотеки, приказал Моисеевы и пророческие книги перевести с еврейского языка на греческий, тогда из израильтян выбраны были семьдесят мудрых и как в том, так и в другом языке искусных мужей ¹¹. В числе их был и праведный Симеон. Занимаясь переложением книги Исаии, когда Симеон достиг пророчества: Се дева во чреве зачнет и родит Сына (Ис. 7, 14), усомнился и, остановившись, рассуждал сам с собой: как девица может родить отроча? Потом взял нож и в своей рукописи хотел изгладить оное… Вдруг Ангел Господень явился ему и, удержав руку, сказал: «Веруй тому, что написано; ты сам узришь событие величайшего таинства; ибо не увидишь смерти, доколе не узришь имеющего родиться от Пречистой Девы Христа Господня». Утвердившись на словах Ангела и пророка, с того времени Симеон с пламенным желанием ожидал пришествия Христова: жил праведно и непорочно и, не выходя из церкви, молился Богу.

Когда же рожденный Спаситель после сорока дней Богоблагодатной Марией принесен был в церковь, тогда святой, познав свыше, что этот Младенец есть обетованный Мессия и эта Матерь есть Святая Дева, на которой исполнилось пророчество Исаии, с благоговением и радостью принял в объятия свои Господа и воскликнул: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром, яко видесте очи мои спасение Твое (Лк. 2, 29)» – и, возблагодарив Бога, давшего утешение Израилю, испустил на небо дух свой.

Да подражаем в житии и вере праведному Симеону! Тогда здесь, в мире, удостоимся принять не в объятия, но в сердца наши Христа Господня; а после смерти восхищены будем на облацех в сретение Господне на воздусе. Таким образом всегда с Господем будем (1 Фес. 4, 17).

О терпении ¹²

Некоторый инок был любим пятью старцами, но не нравился одному, который и старался оскорблять его разным образом. Инок вышел из терпения и, оставив обитель, удалился в другую. Там восемь человек обходились с ним по-дружески, но двое ненавидели. Инок ушел оттуда в третий монастырь; но там семь только братьев изъявляли некоторое к нему благорасположение, а пятеро смотрели на него с превеликим неудовольствием. Инок опять решился искать нового убежища.

На пути старец размышлял о своем несчастий и ужасался, воображая, что с ним случится везде то же самое; он искал средств, как бы ему ужиться на одном месте, и после долгого размышления нашел. Это было терпение! Обрадовавшись счастливой мысли, он взял свиток бумаги и написал: терпи! Потом вошел в первый монастырь, который ему встретился.

Тут нередко случалось доброму старцу принимать обиды не только от одного, от двух, но иногда и от всей братии. Однако он, дав обет Богу, не хотел нарушать его. Никогда не покушался, даже в мыслях, переменить место свое, и, когда весьма чувствительно кто-нибудь огорчит его, он только вынет хартийцу и прочтет: «Во имя Иисуса, Сына Божия, терплю» – и после этого успокоится. Таким образом добродетельный старец проводил жизнь спокойно.

Кто желает спокойно жить в обществе, тот должен равнодушно смотреть на все неудовольствия, которые ему причинять будут; без этой необходимо нужной добродетели человек будет менять место за местом и вся его жизнь будет подобна вихрю.

Пагубно верить снам ¹³

В некоторой обители был инок, украшенный всеми добродетелями и за то весьма уважаемый братией. К несчастию, он всегда верил сновидениям.

Дух-искуситель весьма радуется, когда узнает в человеке слабую сторону, с которой легко может победить его; дух-искуситель всею адскою силою вооружился на инока.

Каждую ночь, как скоро инок после обыкновенных молитв задремлет, враг рода человеческого начинает показывать ему сновидения, сначала безвредные, чтобы тем более обольстить несчастного, и, в какую сторону старец ни толковал их, каждый сон оправдывает событием наяву. Наконец, увидев, что заблудший старец всему верит, в одну злополучную ночь тот изобразил пред ним жизнь будущую. Изобразил, что апостолы, мученики, преподобные и христиане сидят в ужасной тьме, терзаемые отчаянием. А в другой стороне вместе с пророками и древними патриархами ликует народ еврейский, и Бог Отец, указывая на них перстом, вещает: «Се чада Моя!» Старец от ужаса пробудился и, не рассуждая ни о чем, ушел в Палестину, в жилища иудейские. Там принял обрезание и стал ревностным защитником убийц Христовых.

Но Бог сколько долготерпелив, столько и правосуден: через три года Бог наслал на него болезнь столь лютую, что сгнили даже кости его, и отступник в ужасных мучениях испустил дух свой.

Кто слепо верит снам, тот погрешает не менее, как если бы ворожил на картах. Лучше надеяться на Промысл Божий и не вверяться тому, что бывает часто действием заблуждающегося воображения.

Наказанный ненавистник

В Киево-Печерской лавре были два инока, священник Тит ¹⁴ и диакон Евагрий. Несколько лет они жили между собою так дружелюбно, что прочие братия дивились их единодушию. Но враг рода человеческого искони сеет плевелы посреди пшеницы! Он посеял между ними вражду и гневом и ненавистью так омрачил их, что они не могли без досады даже взглянуть друг на друга. Когда, отправляя Божию службу, один из них шел с кадильницей по церкви, то другой отходил в сторону, чтобы не услышать фимиама, а если иногда этот последний оставался на своем месте, то первый проходил от него как можно далее. Эта взаимная злоба продолжалась весьма долго, и они, не примирившись между собою, дерзали приносить бескровную жертву Богу. Сколько братия ни советовали им, чтобы отложили гнев и жили между собою в мире и согласии, но все было тщетно!

Однажды священник Тит тяжко разболелся. Отчаявшись в жизни, он начал горько плакать о своем согрешении и послал к недругу своему просить прощения. Но Евагрий не хотел слышать о том и начал жестоко проклинать его. Братия, соболезнуя о столь тяжком заблуждении, насильно привлекли его к умирающему. Тит, увидев врага своего, с помощью других встал с одра и пал пред ним, слезно умоляя простить его. Но Евагрий был так бесчеловечен, что отвратился от него и с остервенением воскликнул: «Ни в этой, ни в будущей жизни не хочу примириться с ним!» Он вырвался из рук братии и пал на землю. Иноки хотели поднять его. Но как изумились, увидев его мертвым и настолько охладевшим, как будто бы он умер некоторое время тому назад! Их изумление умножилось еще более, когда священник Тит в то же самое время встал с одра болезни здрав, будто никогда болен не был. В ужасе от столь необыкновенного происшествия, они окружили Тита и один за другим спрашивали: «Что значит это?»

«Будучи в тяжкой болезни, – отвечал он, – доколе я, грешный, сердился на брата моего, видел Ангелов, от меня отступивших и плачущих о погибели души моей, а нечистых духов – радующихся, – вот причина, почему я всего более желал примириться с ним. Но, как скоро привели его сюда и я поклонился ему, а он начал проклинать меня, я увидел, что один грозный Ангел поразил его пламенным копьем и несчастный мертвым повергся на землю; а мне этот же Ангел подал руку и восстановил от одра болезни».

Иноки оплакали лютую смерть Евагрия и с того времени более прежнего начали блюстись, да никогда солнце не зайдет во гневе их.

Памятозлобие есть порок ужаснейший и столько же мерзок пред Богом, сколько пагубен в обществе. Христиане! Человек создан по образу и подобию Божию: какое отличие!.. Но поверьте, что памятозлобный не имеет его: он более зверь, нежели человек.

Чудесная встреча

Некто, по имени Иоанн ¹⁵, служил в Царьграде при монетном дворе. Он был благочестив, щедр для нищих и богобоязнен. Однажды Иоанн принял к себе инока, пришедшего из Палестины, как для того, чтобы исполнить приятнейший сердцу его долг странноприимства, так и для того, чтобы в праздное время заниматься с ним разговорами душеспасительными.

В одно время собеседники шли вместе, инок по правую, а Иоанн по левую руку. Вдруг встретился с ними незнакомец и сказал выразительно: «Не должно тебе, авва, идти одесную великого архиерея». Удивленный инок объявил об этом Евтихию, патриарху Царьградскому, и святитель, уважив столь чудное происшествие, облек Иоанна в образ Ангельский.

Новопосвященный инок не обманул надежды первосвященника: был образцом братии, Ангелом земным, человеком Небесным. Чрез некоторое время умер блаженный Евтихий, и праведный Иоанн с общего согласия духовных и светских был избран на место его. Человек Божий долго отказывался от столь великого сана, но, устрашенный сверхъестественным видением, в котором представилось ему пламенное море, от земли до неба колеблющееся, и сонм Ангелов, в случае непослушания предвещавших ему грозную казнь, наконец согласился вступить на престол патриарший.

Житие чистое, пост совершенный, высокие добродетели украшали его до блаженной кончины; и содеянные им чудеса свидетельствуют, что Иоанн, нареченный Постником, был возлюбленный Божий.

Праведное воздаяние отступнику Ватадзису ¹⁶

В царствование греческого царя Феофила агарянский князь Амирмумна разбил христианское воинство и осадил прекрасный и великий град Амморей. Но поскольку неприступные стены и многочисленная сила защищали его и греки на вылазках каждую ночь истребляли великое число измаильтян, то Амирмумна был в сомнении, не лучше ли отступить от столь крепкого града.

Но, к несчастию греков, между царскими военачальниками был некто Ватадзис. Этот изверг, имея личную злобу на некоторых полководцев, вознамерился предать неприятелю город, чтобы вместе с ним погубить тех, кого ненавидел. Выбрав благоприятный случай, злодей пустил к агарянам, уже начинавшим снимать лагерь, стрелу с письмом следующего содержания: «Почто после столького с вашей стороны кровопролития отходите без всякого успеха? Приступите к стене оттуда, где видите столб, на котором стоит мраморный лев. Эту часть города защищаю я и клянусь, что буду вам помощником. Вы знаете, впрочем, какой награды будет стоить ваш благоприятель и друг». Стрела была примечена; письмо отдано Амирмумне, который, прочитав его, не преминул воспользоваться советом злодея.

В глухую полночь, когда амморяне неприятеля не опасались, агарянин совокупил силу свою и с бешенством наступил на ту часть стены, где был Ватадзис. Граждане и войска устремились сделать отпор; но злодей обратил оружие на своих соотечественников, и неприятель беспрепятственно вошел в город. Кровопролитие было ужасно; все обращено в пепел; христианские вожди уведены в плен, а предатель отечества Ватадзис, приняв веру лжепророка, наделен от Амирмумны богатством и возвеличен саном вельможи.

Семь лет злосчастные военачальники сидели в мрачной темнице, занимаясь единым богомыслием, ибо выкуп за них отвергнут был с презрением. Агаряне, пленившие их тела, хотели пленить и души их. Часто посылаемы были вельможи и мудрецы, чтобы преклонить их на свою сторону, но тщетно; приходил и Ватадзис, но они ужасались и воззреть на него. Наконец, Амирмумна ожесточился и изрек им приговор смерти.

Сорок два праведных мужа за веру во Христа Спасителя пролили кровь свою… Но Бог сколько долготерпелив, столько и правосуден.

Агарянский князь, удивляясь их непоколебимости в вере и преданности царю своему, вдруг призывает к себе Ватадзиса, который был равнодушным свидетелем смерти их, и с грозным взором говорит ему: «Ты не соблюл веры во Христа, изменил царю твоему, то уверен я, что при случае оставишь веру в Магомета и будешь моим предателем; посему предупреждаю вторичное от тебя злодейство». Он дал знак исполнителям казни, и в одно мгновение глава изменника была отторгнута от выи ¹⁷.

Ужасно быть изменником Царя – Отца Небесного! Столь же ужасно быть изменником царя – отца отечества!.. Как гражданин, изменивший царю своему, не может быть христианином, так и христианин, отрекшийся от веры Господней, не может быть гражданином. Ибо какая верность царю земному от того, кто изменяет Царю Небесному?

Видение старцу о приемлющих милостыню ¹⁸

Один затворник, в юности отказавшись от всех удовольствий света, жил в тесной хижине и, занимаясь богомыслием, умерщвлял тело свое постом и всенощным бдением. За столь равноангельское житие праведник удостоился откровения свыше.

В один день пришел в монастырь старейшина града, чтоб подать, по обыкновению своему, милостыню братии. Он наделил всех иноков по сребренику, а к затворнику принес златницу и, стоя у окна кельи, усердно просил его, чтобы тот не отвергнул столь малого дара. Старец употреблял в пищу и питие не более как по одному сухарю и по чашке воды на день; хотя никогда не принимал ни злата, ни серебра, но, устыдившись просьбы человека благородного и благодетельного, взял златницу.

Ночью, прочитав обычные молитвы, он уснул. Вдруг в сонном видении представилось ему, что вместе с братией он стоит в пространном поле, которое заросло густым и колючим тернием, а какой-то юноша, подобный Ангелу, понуждал старцев, чтоб пожинали оное. Потом подходит к нему и говорит: «Жни терны!» Когда же затворник начал отговариваться, то юноша грозно воскликнул: «Не имеешь причины стоять праздно! Ибо вчера вместе с братией ты нанялся, и притом взял златницу, между тем как прочие получили только по сребренику. Как больше взявший, ты больше других должен и трудиться. Эти терны суть дела того, кто вчера подал тебе милостыню… Трудись в поте лица твоего». С этим словом затворник проснулся.

Он размыслил о своем сновидении и сердечно ужаснулся, что при столь непроходимом тернии грехов своих должен исторгать терны чужих прегрешений.

О вы, которые питаетесь милостыней! Познайте обязанность вашу из этого видения, которого Небесный Судия удостоил праведного мужа: молитесь о прощении грехов благодетелей ваших. А вы, которые даете пищу и одежду страждущему нищетой или недугами человечеству, приумножьте щедроты свои, ибо милостыней и верой очищаются грехи.

Ревность по Христе блаженного Кодрата ¹⁹

В царствование Деция, когда христиане, в необъятном числе содержась в темницах, были томимы голодом и муками, праведный Кодрат, будучи знатен и богат, покупал вход у стражей к христианским узникам, приносил им пищу и увещевал, чтобы по любви к Богу они дерзали на все ужасы смерти.

В то время некто Перенний, чиновник царский, прибыл в Никомидию ²⁰ и потребовал списка богоотступников (так поклонник идольский называл христиан). Видя их столь великое множество, тиран поклялся даже память их истребить из среды живых.

В общем собрании народа представлены были на суд христиане. Судья воскликнул грозно: «Пусть скажет всяк свое имя, звание и отечество». Блаженный Кодрат, как втайне исповедующий веру Христову, был посторонним зрителем и стоял позади всех. Видя робость страдальцев, он устрашился, чтобы кто-нибудь из них, от угроз или мучений, не отрекся от Христа Спасителя, и решился подать пример страдальчества до смерти: он воззвал велегласно: «Мы называемся христиане, чином рабы Христовы; а отечество наше есть Небо». Услышав это, воевода царский удивился дерзости и приказал оруженосцам, чтобы наглого (так думал злобожный) незнакомца взяли и представили к нему ближе. Но дерзающий по Богу Кодрат, не дожидаясь стражи, устремился туда сам и, раздвигая руками теснящийся народ, стал пред Переннием. Все обратили на него взоры свои; а он, оградившись крестным знамением, воскликнул: «Се от имени всех предстою тебе и уведомляю тебя, что мы все, сколько здесь ни видишь, воины Иисуса Христа…» Взирая на столь великого ревнителя Православной веры, все христиане укрепились, все восхотели лучше пролить кровь свою, нежели сказать одно слово в пользу язычества. Так святой Кодрат стал первым из мучеников.

Человек не должен сомневаться, жертвовать ли самим собой, если имеет случай обратить других на путь спасения или поддержать на оном.

Некоторый старец, по имени Кир, будучи из низкого рода и весьма кроток, не понравился братии. Часто случается, что за смирение или за другие хорошие качества наконец полюбят того, кого прежде не любили, но участь преподобного Кира была не такова! С продолжением времени умножалась ненависть братии: не только старшие, но и юноши, находящиеся под искусом, оскорбляли его и нередко даже выгоняли из-за стола. Это продолжалось пятнадцать лет.

В той обители случилось быть Иоанну Лествичнику.

Видя, что кроткий Кир, будучи выгоняем из-за стола, часто ложился спать голодным, он спросил у него: «Скажи мне, что значат против тебя эти обиды?» – «Поверь мне, любезный о Христе гость, – отвечал смиренный старец, – что братия так поступает не по злобе; они только искушают меня, достойно ли ношу образ ангельский. Вступив в эту обитель, я слышал, что отшельнику должно быть под искусом тридцать лет, а я прожил еще одну половину».

Христиане! Вот примерный поступок против тех, которые обижают нас. Кроткий Кир не хотел мстить на деле своим гонителям и считал за высшее счастие то, что другие бы почли для себя совершенным несчастием.

Ненавистник не способен ни к каким добродетелям ²²

Во время гонений на христианскую веру взяты были под стражу два брата, которые друг на друга имели злобу, и после обыкновенных допросов осуждены на смерть. Тогда один сказал другому: «Примиримся между собой, любезный брат! Мы завтра отойдем к Богу». Но тот и слушать его не хотел.

На следующий день повели их на место казни, и что же?.. Тот, который не перестал ненавидеть брата, отрекся от Христа; другой, который простился с братом своим, умер за веру Христову. Удивленный мучитель спросил у первого: «Почто вчера не отвергся от Христа, чтобы избегнуть пытки?» И услышал от него следующий ответ: «Когда я решительно сказал брату моему, что не хочу с ним помириться, тогда мгновенно оставила меня сила и помощь Божия: вот единственная причина, почему я оставил веру во Христа».

Ненавистник, беспрестанно изыскивая различные средства, как бы сделать зло тому, кого ненавидит, уже не походит на человека, но совершенно уподобляется духу-губителю. А посему может ли он быть способен к каким-нибудь добродетелям, наипаче к мученичеству, где нужна в высочайшей степени любовь к Богу, которая не может быть без любви к ближнему?

Наказанный клятвопреступник ²³

Некто, по имени Иоанн, бывший прежде боярин киевский, облекшись в Ангельский образ в Киево-Печерской лавре, имел при себе юного сына Захарию. Видя приближающуюся смерть, Иоанн поручил его покровительству Промысла Божия; а некоторому иноку, по имени Сергий, бывшему прежде также боярину киевскому и с ним вместе постригшемуся, оставил тысячу гривен серебра и сто гривен золота, чтобы сохранил их до совершеннолетия сына и после ему отдал. Распорядившись таким образом, Иоанн умер.

Захария, достигнув восемнадцати лет, потребовал у Сергия наследство отца своего. Но отшельник, сделавшись рабом любостяжания, изумился, как бы не зная, чего юноша от него требует; но, видя неотступность Захарии, притворно оскорбился и сказал ему: «Отец твой отдал все имение Богу; у Него и проси, а не у меня. Виноват ли я, что Иоанн был так безумен, что, обогащая нищих, сделал нищим единородного сына».

Видя такое вероломство, юный Захария заплакал. Он умолял Сергия, чтобы тот отдал ему, по крайней мере, половину имения, хотя бы третью часть; даже просил у него, наконец, десятой доли, но напрасно. Для Захарии осталось последнее средство, чтобы инок доказал невинность свою клятвой перед Богом.

Увы! Порок имеет столь гибельное свойство, что человек, поскользнувшись однажды, спотыкается и в другой раз! Пустынник-миролюбец, имея свидетелями братию, идет с Захарией в Печерскую церковь. Там, став пред чудотворным образом Пресвятой Богородицы, где прежде вместе с юным Иоанном приял союз братолюбия, клялся Небом и землей, что отец Захарии никогда не давал ему ни полушки, не только тысячи гривен серебра и ста гривен золота. Но, как скоро начал приступать к Приснодеве, чтобы облобызать воскрилия ²⁴ одежды ее, вдруг невидимая сила удержала преступника. Он не мог двинуться с места, как ни напрягал стопы свои – весь трепетал… Наконец, видя, сколь ужасно правосудие Господне, воскликнул: «Преподобные отцы Антоний и Феодосий! Помолитесь Богородительнице, да не даст Ангелу смерти погубить меня… А ты, сын моего собрата и друга! Возьми злато свое и прости меня, грешного».

Иноки ужаснулись и пошли в келью Сергия, славя Бога, такие чудеса сотворившего.

Не приемли имене Господа Бога твоего всуе (ср. Исх. 20, 7), сказал Господь чрез Моисея. Христиане! Страшитесь говорить: Ей-Богу! Вот тебе Христос! Даже тогда, когда на вашей стороне правда. Довольно сказать: Ей-ей! или Ни-ни! Тем более да сохранит вас Бог от привычки божиться напрасно.

О молитвах, недостойных Божия величия ²⁵

Некоторый старец, молившийся Богу и питавшийся от трудов своих, пришел в селение продать свое рукоделие. Уже благочестивый инок хотел возвратиться в обитель, как встретился с ним незнакомец, окруженный нищими, странниками, и пригласил его к себе на ужин.

Обласканный как нельзя лучше, старец простился с добродетельным человеком и, восхищаясь гостеприимством его, старался узнать, кто таков этот страннолюбец. Какую же почувствовал к нему любовь, когда услышал, что он каменосечец, по имени Евлогий, занимается работой весь день, ничего не вкушая! Когда же настанет вечер, получив обыкновенную плату, ведет за собой в дом всех, кого из бедных на пути встретит, и издерживает на ужин все, что заработал; даже крошки, которые останутся от стола, бросает соседним псам. Так надеялся Евлогий на Промысл Небесный, питающий всех – от человека до червя!

Добродушный старец, удивляясь добродетелям его, думал: «Евлогий бедный питает каждый день столько нищих; что же бы сделал Евлогий богатый? Ах! Он был бы пища всем голодным, одежда всем нагим!» И начал день и ночь просить Бога, чтобы Евлогий для счастия других сделался богат; соединив молитву свою с постом, он так изнемог, что едва был жив.

Наконец Бог услышал молитву старца и известил его следующим образом: старец заснул, вдруг видит себя в церкви Воскресения, видит некоторого богоподобного отрока, на камне сидящего, подле него стоял Евлогий. Потом отрок сказал: «Если отдашь сам себя порукой за Евлогия, то наделю его богатством». – «От рук моих взыщи душу его», – отвечал старец и увидел, что двое из предстоявших начали в пазуху Евлогия сыпать золото. Тут старец воспрянул от сна своего, благодаря Бога, что услышана молитва его.

Между тем Евлогий жил по-прежнему. Однажды поутру, выйдя на работу свою, ударил он киркой по камню и почувствовал, что он пуст; ударил в другой раз и увидел скважину; ударил в третий раз, и из камня посыпалось золото. Евлогий ужаснулся и не знал, что делать с сокровищем. В тот день ни один нищий у Евлогия и даже сам Евлогий не вкушали пищи. Назавтра он купил лошадей и под видом перевозки камней привез домой золото и ужинал один. Долго Евлогий был в беспокойных размышлениях… Наконец, нанял корабль и отправился в Царьград; там задарил всех вельмож и сам сделался вельможей; купил огромный великолепный дом и жил так, как прежде, без всякой бережливости, то есть каждый день угощал людей знатных и сильных.

Старец, который испросил у Бога богатство Евлогию, ничего не знал о том, но спустя два года опять увидел во сне святолепного отрока и подумал: где-то Евлогий? Но что же узрел после того? Некто злообразный изгоняет Евлогия от лица отрока… Старец пробудился ото сна и, воздохнув, сказал сам себе: «Увы! Я погубил душу мою!» Потом оделся и пошел в то селение, где прежде жил Евлогий; он долго ждал, пока придет питатель бедных и пригласит его в дом свой, но тщетно! Наконец, выйдя из терпения, спросил у одной старушки: «Есть ли здесь кто-нибудь, принимающий странников?» – «Нет, – отвечала она с тяжким вздохом. – Был у нас каменосечец, который всего более любил странноприимство; но Бог, увидев дела его, дал ему благодать Свою, и он теперь в Царьграде вельможей». Услышав это, старец сказал сам себе: «Я сделал убийство!» – и пошел в столицу.

Там он узнал, где живет Евлогий, сел у врат дома его и ожидал, когда выйдет он… Наконец является Евлогий с гордостию на лице, с гордостию в походке, окруженный ласкателями и сопровождаемый рабами. «Помилуй меня, – воскликнул старец, – я хочу нечто сказать тебе…» Но Евлогий даже не воззрел на старца, а рабы оттолкнули его. Несчастный поручитель опередил Евлогия другой улицей, опять встретился, опять окликнул его, но, получив несколько ударов, вынужден был удалиться. Таким образом, старец сидел четыре недели пред вратами дома Евлогиева, обуреваемый снегом и дождем, и не имел случая с ним объясниться.

Наконец старец отчаялся о спасении Евлогия и, повергшись на землю, просил Бога разрешить его от поручения, но чрез необычный сон был извещен, что безумная молитва и безумное поручение недостойны прощения. Несчастный старец, не зная, что делать, сел в корабль, чтобы отплыть в Александрию, и в это самое время повергся в такое малодушие и отчаяние, что был подобен мертвецу. В этом умоисступлении он задремал и после многих мучительных сновидений услышал глас: «Иди в твою келью! Я возвращу Евлогия в прежнее состояние, но ты, слабый человек, не воссылай к Богу молитв, недостойных Его величия».

Спустя три месяца старец услышал, что царь Иустин умер, что наследник его начал гнать прежде бывших любимцев, что двое из них умерщвлены, а Евлогий бежал. Впрочем, царь назначил великое награждение тому, кто принесет его голову. Старец опять пошел в ту весь, где прежде жил Евлогий. Но как обрадовался он, когда на закате солнца увидел его, идущего с работы и окруженного нищими! Старец хотел было броситься навстречу к нему, но Евлогий предупредил и, целуя руки его, пригласил к себе ужинать.

Тут старец и Евлогий объяснились между собой, причем каменосечец рассказал ему, как возвратился он в отечество свое, как бежали все жители, чтобы видеть его, и поздравляли с саном вельможи. И как он, боясь обнаружить себя, уверил их, что ходил только в Иерусалим поклониться Гробу Господню. «Я вторично взял, – продолжал Евлогий, – свои орудия и пошел прямо к тому камню, где обрел золото. Я думал, что опять найду клад; но, сколько ни стучал, сколько ни тесал разных камней, не нашел ничего. Наконец вышел из заблуждения и, слава Богу, забыл пагубный сан вельможи».

Молись Господу Богу о том, чтобы простил твои согрешения, и о том, чтобы предохранил тебя от внезапных случаев совершить преступление, но не проси в молитвах твоих богатства, власти и прочего. Ибо Бог всеведущ: Он знает, что нам полезно и вредно. Бог милосерд. Он дарует то, что человеку нужно. Евлогий служит примером, сколь иногда пагубно бедному сделаться богатым.

Единственное сокровище для человека есть Бог ²⁶

В Царьграде был гражданин, довольно богатый и человеколюбивый. Имея у себя одного сына, он не старался оставить ему великое наследство и свое имение раздавал щедрой рукой неимущим. Но этого еще не довольно было для человека богоугодного. Он хотел иметь и то утешение, чтобы, явившись к страшному Престолу Судии Небесного, мог ему сказать: се аз и чадо мое! Хотел и сына своего сделать столько же милостивым к страждущему человечеству.

В один день, призвав его к себе и показав все свои богатства, он спросил у него: «Любезный сын! Что более желаешь получить от меня в наследство: эти ли сокровища? Или Христа Спасителя?» Юноша, воспитанный в страхе Божием, решительно отвечал ему: «Христа: более ничего». Восхищенный сыновним ответом, отец еще более начал расточать свое имение нищим, так что после смерти своей оставил ему только насущный хлеб. Благонравный юноша, из богача сделавшись почти убогим, не сожалел о том, ибо надеялся на Христа – на это великое сокровище, которое у него осталось.

В том же городе жил некоторый вельможа, славный богатством и благочестием. Он имел у себя супругу, также богобоязненную, и единственную дочь, воспитанную в страхе Божием. Когда девице пришло время супружества, родители сказали друг другу: «Какого жениха изберем нашей дочери? Богатого ли и злонравного? Но он будет оскорблять ее, принудит гоняться за суетой света, научит тщеславиться… Нет; изберем лучше человека среднего состояния, но богобоязненного, который примет дочь нашу как особливый дар Неба. Пойдем в церковь Божию, – присовокупили они. – Будем молиться о счастие нашего дитяти; и кто первый войдет в храм Божий, тот пусть будет супругом ее».

Сотворив пламенную молитву к Богу, отец и мать девицы сели и ждали, чем Промысл Божий решит судьбу любезнейшей их дочери… Вдруг входит вышеупомянутый богобоязненный юноша. Подозвав его к себе, они спросили: кто он и откуда? И, услышав, что это сын такого-то в Бозе усопшего щедролюбца, возблагодарили Бога и сказали ему: «Христос Спаситель нам усыновил тебя; прими от нас руку нашей дочери, а с ней и богатство наше. Все это дает тебе Сам Бог».

Благочестивый юноша служит примером, что Бог никогда не оставляет в нищете того, кто единственно из любви к Нему расточает свои сокровища.

Как сребролюбивая инокиня сделалась щедролюбивой ²⁷

Девица Монония, в юности приняв иночество, по-видимому, была смиренна и благочестива, но на самом деле поклонялась идолу, ибо собирала богатство и никогда не подавала милостыни. Имея у себя племянницу и любя ее сердечно, она думала только о том, чтобы выдать ее в супружество как можно выгоднее, и забыла своего Небесного Жениха.

Святой Макарий, попечитель неимущих, с душевным сокрушением взирая на эту заблудшую инокиню, вознамерился обратить ее от идола к Богу, в чем и преуспел следующим образом. Будучи

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Училище благочестия, или Примеры христианских добродетелей, избранные из житий святых

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей