Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Только $9.99 в месяц после пробной версии. Можно отменить в любое время.

Собрание малоформатной прозы. Том 2. Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы

Собрание малоформатной прозы. Том 2. Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы

Читать отрывок

Собрание малоформатной прозы. Том 2. Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы

Длина:
886 страниц
5 часов
Издатель:
Издано:
Feb 5, 2021
ISBN:
9785042768712
Формат:
Книга

Описание

Возьмите эту книгу с собою в путь — и путь покажется лёгким. Здесь представлены миниатюры различных прозаических жанров, которые ранее были разбросаны по многим другим нашим книгам вперемешку со стихотворными и песенными текстами, с четверостишьями. Для Вашего удобства представленные здесь миниатюры распределены по соответствующим разделам: хоррор / мистика / фантастика / криминал / современная проза / легенды, сказания, мифы. Приятного Вам прочтения!

Издатель:
Издано:
Feb 5, 2021
ISBN:
9785042768712
Формат:
Книга


Связано с Собрание малоформатной прозы. Том 2. Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы

Читать другие книги автора: Юрий и Аркадий Видинеевы

Предварительный просмотр книги

Собрание малоформатной прозы. Том 2. Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы - Юрий и Аркадий Видинеевы

Собрание малоформатной прозы. Том 2

Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы

Юрий и Аркадий Видинеевы

© Юрий и Аркадий Видинеевы, 2020

ISBN 978-5-0051-2781-5 (т. 2)

ISBN 978-5-0051-0690-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Хоррор

Страшная цена

1

Хороша была сиротинушка, внучка покойного лесника, Ефросинюшка! Особой красоты в ней не было. Но была в ней неизъяснимая притягательная сила. Не девица, а магнит для парней.

Толпами ходили за ней парни, добиваясь её благосклонности, однако никто не имел у неё успеха. Но однажды…

В той части дремучего леса, где стояла Ефросинюшкина избушка, в страшных зимних сумерках, напал на одинокого путника голодный медведь-шатун. Схватка медведя с путником была жестокой. Путник бросил медведю свой полушубок и пока тот, поднявшись на задние лапы, яростно рвал крепкую овчину, храбрец сумел нанести ему несколько мощных ударов своим заголенищным ножом. Смертельно раненый зверь, падая, разодрал удачливому противнику грудь. Рана груди оказалась опасной. Остановить подручными средствами кровь путнику не удалось. Кровь просачивалась сквозь наложенные на рану повязки, но путник продолжил свой путь. Вскоре он понял, что заблудился. Сумерки перешли в кромешную тьму. Вдали резко и жутко заухал филин. Ему отозвался леденящий душу волчий вой. Затравленно озираясь, путник вдруг увидел невдалеке огонёк.

Без тулупа, в изорванной на перевязку рубахе, путник, содрогаясь от озноба, двинулся на огонёк, но попал в пелену вязкой тьмы и провалился в беспамятство.

2

Ефросинюшка тихо сидела у окна, за которым сгущались морозные зимние сумерки. Душа Ефросинюшки обмирала от предчувствия рокового перелома в её судьбе. Она переставила свечу со стола на подоконник и всматривалась в её пламя, пытаясь увидеть в нём то, что творилось в ней самой под впечатлением последнего предутреннего сна. Ей вновь приснился часто повторяющийся сон о смелом одиноком охотнике, сражающимся с медведем-шатуном. Она ясно, как наяву, видела его мужественное лицо, её девичье сердечко трепетало и таяло под его лучистым взглядом, её тело податливо ослабевало в его крепких объятьях. Это воспоминание вернуло Ефросинюшку в состояние, навеянное тем сном, и она вдруг услышала повелительный голос из ниоткуда:

– Поспеши! – произнёс этот голос.

Голос ввёл Ефросинюшку в состояние безоговорочного подчинения. Ефросинюшка тут же метнулась к вешалке, быстро оделась, подхватила старый дедов тулуп и вышла из избы в пугающую морозную ночь. Дальше всё происходило как в её часто повторяющемся сне: Ефросинюшка выкатила из сарая большие салазки и поспешила с ними со двора, в лесную жуть, навстречу своей судьбе.

Вдали резко и жутко заухал филин. Ему отозвался леденящий душу волчий вой. Обмирая от страха, Ефросинюшка ускорила шаг. Проглянувшая на короткое время из-за непроницаемых туч луна высветила могучий мужской силуэт. Будто споткнувшись, мужчина тяжело рухнул в снег.

3

Трое суток мужчина был без сознания. Страшная рана на его груди загноилась. В избушку Ефросинюшки вошла Смерть и встала у постели умирающего. Ефросинюшка решилась обратиться за помощью к той, которая знает, как прогнать Смерть.

Деревенея от страха, вошла Ефросинюшка в избушку к Бабе Яге.

– Явилась, не запылилась! – скривился на Ефросинюшку огромный чёрный кот, выпрыгнувший ей навстречу.

– Только её тут и не хватает! – мерзко проквакала жирная двухпудовая жаба, усыпанная отвратительными бородавками.

– А не позабавиться ли нам с ней? – злобно прошипела за спиной Ефронинюшки скользкая зловонная змея, то скручиваясь в тугую спираль, то угрожающе распрямляясь, и нарезая вокруг застывшей в ужасе Ефросинюшки плотные круги.

– Почему бы и нет? – поддержали ядовитую гадину три крысы, прожигая Ефросинюшку клокочущей ненавистью своих красных глазок.

Вот откуда пошли и плохие приметы, и суеверный ужас перед всеми этими тварями!

– Сейчас я умру от страха! – поняла Ефросинюшка, скатываясь к обрыву сознания, за которым маячила бездна.

4

Ефросинюшка не сразу опомнилась от навалившегося на неё кошмара. Вначале будто издалека Ефросинюшка услышала скрипящий старческий голос:

– Уймитесь, челядь! Знайте своё место!

Это вышла из тёмного угла своей избы скрюченная старуха.

– С поклоном я к тебе, Бабулечка Ягулечка! – пролепетала, обращаясь к старухе, насмерть перепуганная Ефросинюшка.

– А что так? Неужели любовь для тебя дороже собственной жизни? – вперила в Ефросинюшку колюче-пронзительный взгляд Баба Яга.

– Дороже, Бабулечка Ягулечка! Дороже! – горячо ответила Ефросинюшка.

– Смотри, девка! Ты сделала свой выбор! Возвращайся домой. Прогоню я Смерть от твоего избранника. Скоро ТЫ станешь её добычей!

5

Домой Ефросинюшка домчалась как на крыльях. Вбежала в свою избушку, а избранник её уже глаза открыл. Оглядывается, не может понять, где он оказался, как попал сюда. И вновь всё пошло как в том самом часто повторявшемся сне: увидела перед собою Ефросинюшка дорогое ей по многим снам мужественное лицо своего избранника, её девичье сердечко затрепетало и растаяло под его лучистым взглядом, её тело податливо ослабело в его крепких объятьях. И познала Ефросинюшка любовь, по которой давно томилась её нежная девичья душа.

6

Три года, три месяца и три дня, промчались как одно сладкое мгновенье, наполненное светлой любовью и безоблачным счастьем. И вдруг всё оборвалось, разрушилось, разлетелось вдребезги, как драгоценная ваза под ударом тяжкого молота. Скользкой зловонной змеёй вползло в сердце Ефросинюшки известие об измене её горячо любимого супруга. Мерзкой двухпудовой жабой легла на душу обида. Злобными крысами вгрызлись в её застывший от горя мозг жгучие вопросы: «За что?», «Как можно?», «Для чего после этого жить на свете?». Огромным чёрным котом вздыбилась в Ефросинюшке жажда собственной смерти. Тоскливым отголоском здравых мыслей вспомнились Ефросинюшке наставления её деда:

– Никогда не обращайся за помощью ни к ведьме, ни к чародеям! Страшную цену за помощь они востребуют!

– За всё надо платить, – поняла Ефросинюшка и заплатила сполна. Не стало Ефросинюшки на свете.

Хороша была сиротинушка, внучка покойного лесника, Ефросинюшка! Особой красоты в ней не было. Но была в ней неизъяснимая притягательная сила. Не девица, а магнит для парней.

Царствие ей Небесное, горемычной!

Святочная жуть

И кто придумал эти святочные гадания?

Знают девки да бедовые вдовицы, что нельзя этим заниматься, а не могут устоять перед соблазном суженого-ряженого увидеть в колдовском ритуале.

– Не буду на святки гадать! Глупости это и грех! – твёрдо решила вдовица Лукерья, отгоняя от себя томление своего молодого и зело соблазнительного тела.

Но в урочный и жуткий час вьюжной святочной ночи её руки сами произвели полную подготовку к ритуалу, а душа содрогнулась и замерла перед необозримой глубиной зеркальной бездны, разверзшейся по другую сторону пламени свечи. Дикий ужас сковал незадачливую вдовицу, когда из зеркальной тьмы вдруг явилось к ней лицо румяного бородача, а на её полные груди властно легли крепкие мужские ладони.

Как же так? Все окна и двери терема на запоре, а за её спиной объявился незнакомый мужчина и ведёт себя как хозяин её неприступного тела! Какая умопомрачительная жуть! Какой стыд!

Какой сладкий стыд…

Как в очаровательном дурмане прошла та колдовская ночь. А на утро вдовица не увидела своего ночного гостя. Будто его и не было. Но остались его грязные следы на полу по всей горнице: и возле столика, за которым вдовица проводила колдовской ритуал, и возле обеденного стола, где она пировала с нежданным гостем, и возле её постели, куда гость на руках перенес после хмельного застолья разомлевшую от вожделения вдовицу, а потом долго-долго утолял её ненасытную похоть.

– Что это было той ночью? – терялась в догадках вдовица.

И таяла, теряя жизненные силы. С тем и вконец истаяла. В гробу она была совсем иссохшей.

– Только кожа да кости остались, – сердобольно причитали старухи, обмывавшие её тело перед одеванием в последний наряд. – А какой совсем недавно была молодой, бедовой, да соблазнительной! Вот до чего доводят эти святочные гадания!

Пугающая тайна

Даже днём картина была необычной. А с наступлением ночи в ней появлялась какая-то пугающая тайна. Эта тайна обнаруживала себя, когда картина оказывалась на определённых участках периферийного зрения. Там начиналось отвратительное, противоестественное взаимодействие ночи, расшатанных нервов и ужаса.

На картине неизвестный гений изобразил битву Ангелов Света с ангелами тьмы. Ангелы Света отважно теснили своих врагов, а те, яростно отбиваясь, пятились и срывались в бездну.

Днём картина завораживала невероятной натуралистичностью, затягивала в водоворот испепеляющей энергетики боя. Даже бегло брошенный на эту картину взгляд тут же приковывался к её центру и непроизвольно фокусировался на нём как на разгадке главного смысла жизни. При этом края картины будто быраздвигались, вбирая в неё и оцепеневшего в немом восторге и трепете созерцателя, и всё окружающее пространство. Каким беззащитным чувствовал он себя, оказавшись в кольце сражения этих могущественных бойцов! И негде укрыться от их беспощадной схватки!

– Господи, спаси и сохрани! – шептал помертвевшими от страха губами бедный студент Академии искусств и рисунка во Флоренции Фернандо, получивший в наследство от умершего за границей дядюшки крохотную каморку, меблированную только круглым столом очень грубой работы, рассохшейся кроватью и колченогим стулом. Невозможно было понять, как оказалась в этой нищенской каморке такая необычная картина?

– Господи, спаси и сохрани! – горячо шептал Фернандо, зачарованно гладя на работу неизвестного гения и содрогаясь от страха. Но главный страхприходил к нему по ночам. Фернандо заставлял себя не смотреть на пугающуюкартину снаступлениемночи, до рассвета не гасил лампу надсвоей постелью, старалсяпобыстрее уснуть. Однако энергетика картины была сильнее этих его уловок. Она неумолимо притягивала к себе периферийное зрение дрожащего от страха юноши, и он «видел», КУДА срывались с картины разъярённые ангелы тьмы. Они срывались… на пол его каморки (!!!). А его каморка так мала, что от стены, на которой висела картина, до постели несчастного Фернандо было менее метра (!!!).

Фернандо знал, что бесплотные сущности, срывающиеся с картины в его каморку, материализуются, напитавшись его страхом. Поэтому он очень старался не бояться, но страх легко преодолевал его старания, проникал в него и разрастался до полного ужаса.

– Уснуть крепким сном, чтобы не «видеть», куда срываются разъярённые ангелы тьмы! Уснуть, чтобы не бояться! Только в этом может быть спасение! – так думал бедный Фернандо. Он не знал коварных уловок могущественных ангелов тьмы.

Доза снотворного помогла притупить остроту восприятий, взойти на ступеньки, ведущие по нарастающей степени забытья, а с них свалиться в Царство Глубокого Сна. Оно стало убежищем для несчастного Фернандо в первую ночь, проведённую им в каморке с фантомами ужасных ангелов тьмы. Оно стало его убежищем и во вторую ночь. А не третью ночь Царство Глубокого Сна стало ему ловушкой. Разъярённые ангелы тьмы вошли в безмятежный сон Фернандо и излили на него всю свою ярость. Во сне всё воспринимается многократно острее. Во сне страхи становятся ужасами, а ужасы, преобразованные сном, превращают порождённые ими переживания в посланников смерти. Фернандо умер от обширного инфаркта ровно в полночь, в тотмомент своего кошмарного сна, когда самый ужасный из столпившихся вокруг него разъярённых ангелов тьмы рассёк мечом его грудь, извлёк из неё сердце и изорвал его в клочья.

Через год в каморку, где умер Фернандо, вселилась его наследница, двоюродная племянница, юная и очень впечатлительная Аннета. Бросив беглый взгляд на картину неизвестного гения, она уже не могла отвести от неё своих округлившихся от восторга и ужаса глаз.

Жить ей оставалось до третьей полночи.

Хохот нечисти

Кузьмич планировал вернуться домой из соседней деревни засветло, но оступился, спускаясь с пригорка. Острая боль пронзила ногу в голеностопном суставе. Перетерпев первые приступы боли, Кузьмич на четвереньках добрался до лесного молодняка, срубил охотничьим топориком тонкое деревце и наскоро смастерил из него очень удобный костыль. Передвигаться стало легче, но скорость ходьбы была столь мала, что полночь застигла Кузьмича на самом глухом участке лесной дороги. Полную луну заволокло тучами. Лес наполнился кромешной тьмой, пронизанной тревожным ожиданием опасности. Внезапно за спиной Кузьмича громко и страшно заухал филин.

– А ведь это не филин! Это нечисть меня морочит таким жутким, не птичьим голосом! – подумалось вдруг Кузьмичу.

Вскоре Кузьмич обнаружил, что он заблудился. Сквозь редкие просветы между тучами неверный свет луны освещал неизвестные ему места. Кузьмич знал, что дорога здесь только одна. Она знакома ему до мельчайших подробностей. Никаких развилок у этой дороги нет. Кузьмич следовал этой дорогой, а она привела его не к дому, а в неведомую, непроходимую глушь.

Впереди дорога оборвалась. Идти назад? Но и сзади дорога исчезла. И растительность вокруг изменилась: вместо живых веток с листьями только сухие, напоённые злобой колючки.

– Неужели нечистый меня морочит? – задался тревожным вопросом Кузьмич.

В ответ на этот вопрос Кузьмич услышал до отвращения гадкий торжествующий хохот. Силы покинули его, тело обмякло и провалилось вниз, под землю, в преисподнюю. Остатками меркнущего сознания Кузьмич понял, что он нашел в этом гиблом месте свою смерть. Хохот нечисти нарастал, превращаясь в невиданное чудовище с мириадами жал. Эти жала вонзались в прямо в беспомощно трепещущее сердце.

Три дня спустя, охотничья собака вывела своего хозяина на валявшийся вблизи дороги среди сушняка колючего кустарника труп, обглоданный лесным зверьём и воронами. По обрывкам одежды, разбросанным вокруг трупа, охотник понял, что перед ним были останки его соседа, Силантия Кузьмича Ивантеева.

Колдун

Русь опоясана реками

И дебрями окружена,

С болотами и журавлями,

И с мутным взором колдуна.

А. Блок

В мутном взоре колдуна клубилась тайна. И тайна эта повергала в ужас.

– Знаю, зачем ты пришёл. Уходи! Не будет по-твоему, – сказал колдун, и по спине у Спирьки пробежал мороз, но в егосердце вскипел протест:

– Отступись от Пелагеюшки, колдун! Не пара она тебе! Онамне клятву давала, что будет моей женой!

– Её клятву не я, а судьба твоя отменила. Ты здесь стоишь, а судьба тебя за дверью дожидается, – усмехнулся колдун.

Как в бреду вышел Спирька за дверь. Всё, что он делал потом, почти не контролировалось его разумом. Спокойно, обстоятельно и сноровисто Спирька отыскал в подворье колдуна подходящий кол, подпёр им снаружи дверь в избу. Там же отыскалзапасы сухого хвороста и соломы, обложил ими избу по всемупериметру сплошным валом и поджёг.

– Вот так и решилась моя судьба за твоей дверью, колдун, – подумал Спирька, глядя на разбушевавшееся пламя, в котором догорали и рушились остатки избы, погребая под собоюсвоего хозяина.

– Теперь никто не встанет у меня на пути! – подумалСпирька. Он повернулся и шагнул к калитке, но тут же застылот страха: путь ему заступили волки.

– Назад! К пожарищу! Волки побоятся огня! – догадалсяСпирька и попытался кинуться назад, но ещё больший страх сковал его: сзади – живой и невредимый стоял колдун. В мутномвзоре колдуна клубился беспощадный приговор. За спиной колдуна стояла его целая и невредимая изба. А за спиной Спирькистояла Смерть. Лютая и страшная, как мутный взор колдуна.

Тварь из другого мира

Вместо предисловия. Невидимый взгляд

Тем и страшен невидимый взгляд,

Что его невозможно поймать:

Чуешь ты, но не можешь понять,

Чьи глаза за тобою следят.

А. Блок

В городе объявился неуловимый убийца. Он нападал на одиноких прохожих в местах, не оборудованных системами видеонаблюдения. Их трупы бесследно исчезали. Те из потерпевших, кому посчастливилось выскользнуть из липких лап этого убийцы, не могли описать ни одного из его опознавательных признаков: он и нападал, и исчезал, не попадая в сектор их обзора. Но все они утверждали, что уже за несколько дней до нападения они начинали испытывать всё возрастающее беспокойство и страх под чьим-то невидимым взглядом.

Глава 1. Великий Маг

Савелий Иванович Мэрли (он же Самуил Иосифович Беккер) никогда не именовал себя магом. Но когда о его сверхспособностях заговорило «сарафанное радио», Савелия Ивановича стали именовать Великим Магом вопреки его решительному протесту.

Выдающимися способностями Великого Мага заинтересовались спецслужбы. Перед их компетентными представителями Великий Маг умело прикидывался шарлатаном. Представители охотно заглатывали эту аппетитную наживку и победоносно удалялись: Они не лохи! Их не проведёшь!

Поскольку денег с докучливых искателей его помощи Великий Маг никогда не брал, то предъявить ему правоохранительные органы ничего не могли: клоун на общественных началах. Сам себе режиссёр.

Великий Маг или шарлатан?

Этот вопрос каждый волен был решать для себя сам.

Мэрли (Беккер) насквозь видел своих посетителей и приоткрывался в минимально необходимом объёме только для нуждающихся, не имеющих нечистоплотных намерений.

Глава 2. Неотразимая Ланочка

На приёме у Великого Мага Ланочка стушевалась. Она умело и уверенно общалась только с теми мужчинами, которые попадали в сладкий плен её очарования. У Ланочки был внушительный арсенал «пленялок» самого различного калибра, начиная от нулевого (только факта присутствия) до самых мощных (сокрушительно эротических). Но тут – полнейший облом! Великий Маг был несокрушаем! И это при том, что в нём чувствовался настоящий и очень сильный мужчина. Его мужскую харизму Ланочка почувствовала с первого взгляда.

– Не люблю циничной меркантильности. Но в тебе кроме неё я вижу живое чувство. Оно могло бы переродить тебя. Однако не судьба. Твой мужчина уже в мире мёртвых. Тело его не ищи. Его полностью поглотила очень мерзкая тварь из иного мира. Она высмотрела тропинку в наш мир, полный её вкусовых соблазнов, и будет совершать свои набеги сюда до тех пор, пока та тропинка не закроется.

Глава 3. Охота началась

Прошло полгода. Потрясение от утраты любимого человека переросло в тяжёлую депрессию. Светилы неврологии и психотерапии призывали к переходу на позитивное восприятие мира, таблетки, гипносеансы и фитотерапия несколько успокаивали. Но уже на пороге ремиссии на Ланочку вдруг обрушилось новое испытание. Её стал преследовать чей-то невидимый пугающий взгляд. Это напомнило Ланочке, что незадолго до гибели её мужчина стал проявлять признаки панического состояния. На расспросы Ланочки отвечал молчанием или вспышками раздражения. Лишь однажды признался, что его стал преследовать чей-то пугающий невидимый взгляд. Он не знал, чей невидимый взгляд преследовал его. Ланочка узнала, чей это был взгляд от Великого Мага. Теперь этот взгляд перешёл на Ланочку. Это значит, что следующей жертвой той самой мерзкой твари из иного мира будет Ланочка. Необходимо срочно искать спасение. Недавно одна из её подруг очень настойчиво советовала ей обратиться к популярной в высокопоставленной женской среде колдунье Екатерине. Но само слово «колдунья» тоже было пугающим. Не попасть бы из огня да в пламя!

Глава 4. Колдунья знает, что делать!

Выслушав Ланочку, колдунья Екатерина стала совершать над ней обряд, сопровождаемый шептанием то молитв, то иносказательных заклинаний. После обряда колдунья сделала жуткое наставление:

– Та тварь, про которую ты мне сказала, скоро доберётся до тебя. Она сильнее меня. Я не могу её остановить. Но ты можешь перекрыть ей тропинку в наш мир. Только этим и спасёшься сама, а заодно спасёшь других.

– Как это сделать? – прошептала Ланочка, дрожа от страха.

– Сама придумай! Нужно устранить того, кто вызывает её сюда своими чарами.

– Кто он! – в голосе Ланочки послышалась решимость, спровоцированная страхом и отчаянием.

– Будто сама не знаешь, кто у нас единственный может повелевать этой мерзкой тварью, как самый великий маг?

Глава 5. Избавление

Заказные убийства с некоторых пор перестали быть большой редкостью и сенсацией, но об этом заказном убийстве рассуждали и спорили многие. Поздно вечером, на пороге своего дома был убит Великий Маг.

Следующей ночью произошло другое происшествие. Оно не стало сенсацией. О нём даже не было известно потому, что труп не был обнаружен. Была Ланочка, и не стало Ланочки.

Лишь в информационном поле планеты горячо пульсируют её последние предсмертные мыслеформы. В одной из них слышится вопль раскаяния:

– Я оказалась в липких лапах мерзкой твари после гибели Великого Мага! Значит он не причём! А на мне его безвинная кровь!!!

Там же, в неразрывном единстве прошедшего-настоящего-будущего содержится информация о том, кто будет следующими жертвами мерзкой твари из другого мира.

Там же содержатся мыслеформы колдуньи Екатерины, преисполненные удовлетворённостью и злорадством:

– Теперь я избавилась от своего единственного конкурента! Избавилась!!!

Волчица пришла ровно в полночь

Сбывалось то, что могло присниться

только в самом кошмарном сне.

Дж. Ф. Фридман «Против ветра»

Девушка почувствовала, как ей в спину вонзился жёсткий, испепеляющий взгляд. Быстро обернувшись, она встретилась взглядом… с кошкой. Взгляд у кошки был человеческий. Полыхающая в нём ненависть напомнила девушке одну старую женщину, которая недавно с такой же алчущей мести ненавистью смотрела на неё, пока она проходила мимо.

– Да, что тебе нужно от меня?! – в полуотчаянии, в полумольбе о пощаде выкрикнула девушка, обращаясь к той, которая приняла облик кошки.

В глазах у кошки мелькнуло удовлетворённое злорадство. Она брезгливо фыркнула и победоносно прошествовала за угол на пересекающую улицу. Оттуда несколько секундами позже весело выпорхнула подружка девушки.

– Полинка! Что это за кошка тебе сейчас повстречалась?

– О чём ты, Настенька? – изумилась Полинка.

– О кошке, которая только что свернула за тот угол, из-за которого ты выскочила.

– Не видела я кошку.

– А старуху?

Оказалось, что старуху Полинка видела и едва не столкнулась с нею, сворачивая за угол.

– Значит, это опять та самая старуха, которая отчего-то люто меня ненавидит и желает мне зла, – поняла Настенька, и нехорошее предчувствие едким ядом излилось в её сердце.

*

Интересно начинался у Настеньки отдых в этой Богом забытой деревне, в которой, по сведениям Полинки, сохранился старорусский уклад жизни, яркий самобытный диалект и множество раритетов устного народного творчества. Молодёжи здесь нет, только совсем древние старички и старушки. Все такие благообразные, первыми здороваются при встрече, голубушкой называют. В городе таких и не встретишь. …Но и старухи-оборотня там нет.

– Я хочу твоей смерти! – злобно прошипела старуха-оборотень вслед задумчиво бредущей по улице Настеньке.

Настенька затравленно осмотрелась. Никого! Но она отчётливо слышала то, что прошипела злобная старуха, источая неукротимую ненависть к Настеньке.

Улица, по которой шла Настенька, казалась безлюдной. В это время у местных жителей был послеобеденный сон. Спала, тихо похрапывая, и Михеевна, у которой квартировали Настенька и Полинка. На обеденном столе под широким рушником приготовленный для Настеньки полдник: вареники, сметана, молоко. Рядом – записка от Полинки: «Вернусь поздно. Здесь уйма фольклорного материала! Еле успеваю записывать! Иногда такую небывальщину рассказывают! То про лешего, то про русалок, то про местную знахарку по прозвищу Барсучиха. Все в один голос утверждают, будто эта Барсучиха умеет превращаться и в сову, и в волчицу, и в кошку! Вот умора!».

*

Едва дневная духота сменилась вечерней прохладой, Настенька вышла на прогулку. За околицей она увидела пруд, за прудом – лиственный лес. Стрекот кузнечиков, порхание бабочек и мотыльков, натужное гудение шмелей, птичье многоголосье, ароматы полевых цветов и трав. У пруда начинался лягушиный концерт, над прибрежным камышом и осокой поднимались полчища комаров. Вот, когда пригодилась предусмотрительно прихваченная на прогулку жидкость для отпугивания этих кровососов! Побродив у пруда, Настенька направилась к лесу. Под ногами она увидела палку, подходившую для посоха, и машинально прихватила её с собой. Вдруг, пригодится?

Ещё как пригодилась!

На подходе к лесу на Настеньку бешенным вихрем налетела огромная сова. Настенька отреагировала автоматически. Хорошо заученные навыки боя с использованием любых подручных средств позволили срезать сову рубящим ударом посоха на подлёте. Птица тяжело рухнула перед Настенькой, закружилась на траве с перебитым левым крылом и злобно прошипела:

– Ты мне ответишь за это!

*

Волчица с перебитой передней левой лапой пришла ровно в полночь. В избе все спали. Михеевна тихо похрапывала, Полинка чему-то улыбалась во сне, а сон Настеньки был тяжёлым и пугающим. Ей снилось, что злобная старуха Барсучиха повалила её на землю, вцепилась руками ей в горло и душит, выкрикивая при этом голосом, вмещающим в себя и волчий вой, и кошачье шипение, и совиный клёкот, и торжествующую ненависть:

– Умри! Умри!! Умри!!!

Настенька испугано открыла глаза, пытаясь понять, где она и что с ней происходит, и тут же сорвалась в бездну нового ужаса: её взгляд наткнулся на гневно пылающий в ночном полумраке взгляд волка!

– Что тебе нужно от меня?! За что ты меня ненавидишь?!! – надрывно просипела внезапно пропавшим голосом Настенька.

– Твой медальон, который ты носишь всегда на шее! Его сила должна принадлежать мне! Я одна знаю путь к его силе! Отдай мне свой медальон, и я оставлю тебя в покое, или умри прямо здесь и сейчас!

С этими словами волчица резко приблизила к горлу Настеньки свою огромную пасть. Не помня себя от страха, Настенька сорвала со своей шеи медальон и протянула волчице. Та, жадно схватив медальон, превратилась в старуху, повесила его на свою шею и растворилась в полумраке, навсегда оставив Настеньку в покое.

В это трудно поверить. Обычно такое может присниться только в самом кошмарном сне.

Гиблое место

1

…это было что-то ужасно реальное

Пауло Коэльо «Валькирии»

Ночь источала угрозу. Видимых причин для страха не было, но что может быть «видимым» в кромешной тьме? Зато сколько опасностей может она скрывать! Испуг – гениальный выдумщик и очень находчивый спорщик. У испуга необыкновенно острые всепроникающие коготки. Они могут молча царапнуть сердце, а ты сам думай: в чём дело? Ведь испугу нужен союзник в лице самой его жертвы.

– Ой! – что-то царапнуло сердце.

А вскоре:

– Правда ли, что сзади хрустнула сухая ветка, или это игра воспалённого воображения?

Путник знал, что он заблудился. Местные жители предостерегали его от похода в этот заколдованный лес. Они верили в колдовство. Теперь, оказавшись в плену незримой, но почти физически осязаемой опасности, в колдовство готов был поверить и он, кандидат технических наук, уфолог материалистического толка, ищущий рациональные объяснения всему, что порождает суеверия и воспринимается затемнённым умом как «добрые чудеса» либо как «чёрное колдовство». В рюкзаке в качестве пилюли от всяких суеверных заблуждений лежит припасённый для вдумчивого прочтения сборник последних статей его учителя и наставника профессора А. Н. Афанасьева с дарственной надписью: «Моему любимому ученику Сергею Стахову».

– Прочту при первой же возможности, – подумал Сергей, пытаясь отвлечься от мыслей, подсказываемых страхом.

– Уже не прочтёшь, – всезнающе и зловеще проскрипело что-то во тьме.

– Нервы! – подумал Сергей.

Ночевать он решил там же, где застал его страх. Перемещаться вслепую опасно: можно оступиться и подвернуть ногу, можно напороться на сук и остаться без глаза, можно наступить на змею, можно…

У фонарика сел аккумулятор, спички Сергей потерял на месте дневного привала. Но трава под ногами сухая. Брезентовая куртка будет ему постелью, рюкзак – подушкой. А лесной нечисти в природе не бывает! Не бывает!! Не бывает!!!

– Спокойной ночи! – пожелал себе Сергей, обустроив постель из куртки и рюкзака.

– Постарайся не умереть от страха, – проскрипело что-то во тьме.

2

Он проснулся внезапно: что-то его тревожило…

Может быть, это сон продолжается?

Юрий Гаецкий «Миллион терзаний»

Сквозь отуманенное сознание Сергей пытался понять, где он находится, и как он там оказался.

– Очухался, гость незваный? – проскрипел вблизи чей-то голос.

Сергей протёр глаза.

– Бред какой-то! – перед ним в призрачном свете луны возвышалось что-то лохматое, громоздкое, внушающее страх и раболепие.

– Кем в моих владениях жить хочешь: зайцем, лисой, волком, упырём, водяным или филином? – проскрипело чудище.

– Что за глупости ты городишь? – переборов страх и раболепие, возмутился Сергей.

– Да ты совсем страха не знаешь? – удивилось чудище. – Ну, так значит, жить тебе теперь всё время в страхе! Будь зайцем!

– В глазах у Сергея потемнело, сознание отключилось. Когда сознание вернулось, оно стало иным. Сердце колотилось часто-часто. Всё его существо охватил безотчётный ужас. Он подпрыгнул, прижал уши к спине и стремительно кинулся прочь, не разбирая дороги, не щадя своих заячьих ног.

3

Как всегда, никто ничего толком не знал.

М. Ю. Тырин «Тварь непобедимая»

Исчезновение Сергея вызвало беспокойство вначале у его престарелых родителей, потом у друзей и знакомых. Некий меценат снарядил поисково-спасательную экспедицию. Она дошла до глухой деревни, расположившейся в нескольких километрах от дремучего и пугающе мрачного леса. Местные жители подтвердили, что к ним заходил путешественник, тот самый, фотографию которого им показывают, расспрашивал про заколдованный лес. В тот же день он ушёл.

Куда он ушёл, никто не видел.

– В заколдованный лес не ходите, – предостерегли членов экспедиции местные жители. – Оттуда обратной дороги нет. Те, кто туда ушли, все там и сгинули.

Экспедиция отважно ушла в заколдованный лес.

Обратно она не вернулась…

Бегство

Всё началось с ночного стука в дверь.

– Опять соседка? – подумала Людмила. – Видеть никого не хочу! Тем более, эту старую грымзу!

Стук повторился.

– Всё! Она меня достала! Сейчас я ей нагрублю! Иначе она не отвяжется! – решила Людмила и резко открыла дверь.

За дверью вместо соседки Людмила увидела огромную серую крысу и тут же свалилась в глубокий обморок.

Очнувшись, Людмила вначале расплывчато, как в тумане, а потом с пугающей отчётливостью вспомнила, как вспыхнули в красных крысиных глазках ненависть и злорадство.

– Чему же так обрадовалась эта мерзкая злобная тварь? – подумала Людмила, и вдруг в неё вошло осознание своей полной беззащитности перед той непонятной опасностью, которая исходила от крысы.

В распахнутую настежь дверь тянуло холодом. Людмила поднялась с пола и опасливо выглянула в коридор.

Никого.

Она с облегчением закрыла дверь. Чувство опасности, цепко захватившее её сердце, не проходило. Оно дало новый толчок её страхам.

– Что, если пока я пребывала в обмороке, крыса проникла в квартиру и теперь прячется где-то здесь?

Этот вопрос чёрным вихрем пронёсся в мыслях, ворвался в душу и, набрав ураганную силу, превратился в тяжёлую каменную уверенность:

Крыса здесь!

– Хватит паниковать! – мысленно приказала себе Людмила. – Пора спать! Утром все эти ночные бредни забудутся, и всё встанет на свои места.

Людмила легла в постель, прикрыла глаза и перевела дыхание в сонный ритм.

Мысленные установки на полный покой и приятное самочувствие. Установки по программе релаксации. Просмотр воображаемых «убаюкивающих картинок». Но вместо сладкого падения в сон, внезапная волна ужаса: чьи-то крепкие зубы начали методично грызть ножку её кровати.

Крыса!

Крыса пришла за ней!

Не помня себя, Людмила выскочила из спальни и заперла её дверь на ключ.

Кухня. Шкафчик со спиртными напитками. Коньяк.

Элитный напиток согрел душу и унял крупную нервную дрожь.

Всё хорошо.

Всё тихо.

Возможно, это была слуховая галлюцинация?

Потолочный светильник трижды мигнул и погас. Кухня оказалась в полумраке призрачного лунного света.

Стук в окно.

Людмила растерянно подходит к окну, вглядывается сквозь промёрзшее по краям стекло.

Никого.

В это время у неё за спиной раздаётся звон разбивающейся посуды.

Трижды мигает и восстанавливается электрический свет на кухне.

Осколки любимого сервиза, хрустальных ваз, статуэток.

Осколки прежней реальности.

По кухне, остервенело свистя, летают ножи и вилки.

Сознание Людмилы отторгается от этой несуразной реальности, и она вновь сваливается в обморок.

*

Прошло три кошмарных дня. Они были переполнены ужасами потусторонних звуков, противоестественных явлений и грозных приказов от взбесившейся пустоты. Грозные приказы источали такую силу, которой невозможно было противостоять. Эти приказы порабощали и растлевали. Жизнь превратилась в ад. Выход из этого ада виделся только один: бежать, куда глаза глядят.

Бежать!

Людмила знала, что неподалёку есть заброшенная деревня. Подходящее место, где можно будет укрыться от гнева потусторонних сил, отдышаться, начать приходить в себя.

Людмила не помнила, как она добралась до этой деревни. Она вбежала в один из домов, наскоро соорудила себе непонятно из чего подобие постели и забылась непробудным сном.

Людмила не знала, сколько она проспала. Всё её тело будто одеревенело от холода. Сквозь щели заколоченных ставней в дом просачивался призрачный лунный свет.

В дверь постучали.

Ещё не вполне опомнившись ото сна, Людмила поднялась со своего места отдыха и открыла дверь.

За дверью в неверном лунном свете она увидела… огромную серую крысу.

В крысиных глазках ярким сатанинским огнём вспыхнули ненависть и злорадство.

Мистика

Досадная помеха

Каждая судьба имеет миссию

(Из надписи на древнем папирусе)

Детство

Девочкам он не нравился: росточком не вышел, лицо структурно и в обычном состоянии выражало слабодушие и неумение дать отпор.

Мальчики его либо игнорировали, либо шпыняли.

Никчёмыш.

Юность

Ничего интересного.

Своё восемнадцатилетие Никчёмыш отметил прогулкой по аллеям старого парка.

В его дневнике на следующий день появилась запись:

«Вечерний парк завораживал энергетикой покоя и Понимания.

Его тишина была наполнена благоговением, исцеляющим душевные раны.

Вдруг возникли они.

Целое стадо гопников.

Один из них указал на меня дубинкой:

– Смотрите, какой урод!

– Гы-гы-гы!!!

– А давайте ему навтыкаем! – предложил другой.

– Ага!

– Угу!

– Гы-гы-гы!!!

Я, как умел, отбивался, обзывал их дебилами и подонками.

Очнулся от холода. Хотел резко подняться, но у меня закружилась голова. Потом меня стошнило. Домой добрался поздно. Двигался очень медленно, с трудом преодолевая тошноту, головокружение и боль во всём теле».

Зрелые годы, старость и смерть

Китайская мудрость гласит: Дни тянуться медленно, а годы проносятся очень быстро.

Как медленно тянулись дни Никчёмыша!

Как быстро пронеслись его годы!

Как понять такое неочевидное предназначение этой безликой и безрадостной судьбы?

Никчёмыш умер также тихо, как и жил.

Катафалк, в котором тело Никчёмыша везли на кладбище, создал дорожную пробку: отчего-то заглох мотор.

– Наверно, тело неудачника по жизни на кладбище везу, – подумал шофёр и длинно-предлинно выругался. Мысленно. Вслух о покойниках плохо не говорят.

Длинно-предлинно выругался о покойнике (мысленно) и Великий Гений от науки, который из-за создавшейся пробки опаздывал на очень важную встречу.

Длинно-предлинно (мысленно) выругалась о покойнике и Смерть, не дождавшаяся из-за чёртовой пробки в нужное время и в нужном месте Великого Гения от науки.

Тёмная история

Шурочка проснулась от собственного крика, заглушившего звон будильника. В её предутреннем кошмаре Шурочке казалось, что у неё пропал голос, и её вопль о помощи был беззвучным. Но в звоне будильника она услышала своё надрывное «По-мо-ги-те!!!».

Шурочка в ужасе заметалась взглядом по сторонам. Окружающее пространство казалось наполненным яростно клокочущей злобой. Его крючковатые пальцы душили Шурочку, его острый нос, выпирающая гортань и чёрные глазки-буравчики на старушечьем лице сулили смерть.

Шурочка вспомнила это пугающее лицо. Вчера она увидела его впервые в жизни, но сразу почувствовала опасность. Это было то самое лицо, хотя тогда оно было молодым и принадлежало Шурочкиной ровеснице.

– Держись от этой барышни подальше! – кольнуло Шурочку Подсознание.

А «барышня» набивалась в подруги.

Ну, что же, что она Шурочкина конкурентка на очень привлекательную вакансию? Ну, что же, что в её внешности угадывались отталкивающие качества натуры? Это же не повод быть невежливой с нею! И какая опасность в том, что её хобби – создавать стильные модели из лоскутков вышедшей из употребления одежды? У Шурочки найдётся пара платьев, которые она никогда уже не наденет, а выбросить всё ещё не решается. Пусть послужат хоть кому-нибудь на пользу!

И вот, такой страшный сигнал опасности: лицо девушки-ровесницы, обезображенное старостью и злобой, явилось Шурочке в её кошмарном сне посланником мучительной смерти.

Сегодня у Шурочки важный день: на 10.00 ей назначена аудиенция у её будущего шефа! Это значит, её анкетные данные заинтересовали потенциального работодателя, и ей отдано предпочтение перед её конкуренткой.

Перед выходом из дома Шурочка придирчиво осмотрела себя, покрутившись перед трельяжем, и осталась довольна увиденным: красивая причёска, малозаметный макияж, безупречной опрятности костюм юной бизнес-леди на взлёте успешной карьеры.

Теперь главное – вера в победу!

Шурочка выпорхнула из дома и вдруг столкнулась взглядом с вороной. Та сидела на нижней ветке старого ясеня и удивительным образом напоминала Шурочкину конкурентку: острый нос, выпирающая гортань, чёрные глазки-буравчики. Но при этом что-то старушечье и злобное виделось внутренним зрением в отвратительном облике вороны.

Шурочка опасливо прошла мимо мерзкой птицы и вдруг та, сорвавшись с ветки и качнувшись над Шурочкиной головой в кобре Пугачёва, выплеснула на неё поток своих клоачных зловоний.

Утро следующего дня было омрачено беспросветной облачностью, нудным мелким дождём и дурными предчувствиями. В своём предутреннем сне Шурочка вновь задыхалась в мёртвой хватке когтистых лап полустарухи, полувороны, полусобаки с острым носом, выпирающей гортанью и чёрными глазками-буравчиками.

Шеф смилостивился над Шурочкой и предоставил ей ещё один (последний!) шанс, переназначив аудиенцию на 10.00 сегодняшнего утра. Но вместо радостного подъёма Шурочка испытывала апатию. В ней не было предчувствия победы. Что-то сломалось в ней вчерашним утром, изгаженным мерзкой вороной.

Выйдя из дома, Шурочка опасливо покосилась на нижнюю ветку старого ясеня, но вороны там не увидела. Однако, чувство опасности от этого не исчезло, а лишь усилилось напряжённостью ожидания. Перед спуском к автобусной остановке Шурочка вдруг столкнулась взглядом с собакой. Она

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Собрание малоформатной прозы. Том 2. Ужасы, мистика, фантастика, криминал, современная проза, легенды, сказания, мифы

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей