Наслаждайтесь этим изданием прямо сейчас, а также миллионами других - с бесплатной пробной версией

Бесплатно в течение 30 дней, затем $9.99 в месяц. Можно отменить в любое время.

Трагедия в трех актах

Трагедия в трех актах

Читать отрывок

Трагедия в трех актах

Длина:
310 страниц
2 часа
Издатель:
Издано:
Mar 26, 2021
ISBN:
9785041928674
Формат:

Описание

Вечеринка на вилле знаменитого актера сэра Чарльза Картрайта, недавно завершившего свою театральную карьеру, собирает тринадцать гостей. Несчастливое число становится роковым для одного из них, пастора Баббингтона – он внезапно умирает, сделав глоток из своего бокала с коктейлем. Что это – несчастный случай или преднамеренное убийство? Великий сыщик Эркюль Пуаро, оказавшийся в числе гостей, берется за расследование. Однако химическая экспертиза показала, что в бокале умершего не содержалось никаких ядов.

И, что еще более озадачивает Пуаро, нет совершенно никаких мотивов для убийства. Однако сыщик убежден: ни о каком несчастном случае не может быть и речи…

Издатель:
Издано:
Mar 26, 2021
ISBN:
9785041928674
Формат:

Об авторе


Связано с Трагедия в трех актах

Читать другие книги автора: Кристи Агата

Похожие Книги

Похожие статьи

Предварительный просмотр книги

Трагедия в трех актах - Кристи Агата

Пуаро

Акт первый

Подозрение

Глава 1

«Воронье гнездо»

Мистер Саттерсуэйт[1] сидел на террасе «Вороньего гнезда» и смотрел, как сэр Чарльз Картрайт, у которого он находился в гостях, поднимается по тропинке со стороны моря.

«Воронье гнездо» представляло собой бунгало современного типа. Оно не имело ни деревянных ростверков, ни фронтонов, ни архитектурных излишеств, столь милых сердцу третьеразрядного застройщика. Это было незамысловатое, основательное здание белого цвета – гораздо более объемистое, нежели это казалось на первый взгляд. Своим названием оно было обязано расположению – высоко на склоне холма, обращенное к гавани Лумаута. Один из углов террасы, защищенной прочной балюстрадой, нависал над пропастью, обрывавшейся в море. До города от «Вороньего гнезда» по дороге было не более мили. Дорога уходила в глубь суши и затем петляла вдоль обрыва над морем. Пешком до него можно было дойти за семь минут – по крутой тропинке, которой пользовались рыболовы и по которой теперь поднимался сэр Чарльз Картрайт.

Это был хорошо сложенный, загорелый мужчина средних лет, одетый в белый свитер и старые серые фланелевые брюки. Шел он слегка вразвалочку, держа руки в карманах. Девять человек из десяти сказали бы о нем: «Отставной военный моряк – вне всякого сомнения». Десятый, более внимательный, заколебался бы, озадаченный неким не поддающимся определению несоответствием. И затем, вероятно, перед его мысленным взором невольно возникла бы картина: палуба корабля – но не настоящего, а корабля, видимое пространство которого ограничивает занавес из толстой богатой ткани; человек, Чарльз Картрайт, идущий по этой палубе, залитый светом – но не солнечными лучами, – легкой походкой, вразвалочку, держа руки в карманах, и произносящий приятным голосом английского моряка и джентльмена: «Нет, сэр, боюсь, я не смогу дать вам ответ на этот вопрос». В этот момент с шелестом тяжелый занавес падает, вспыхивает свет, оркестр играет мелодию в новомодном синкопированном ритме, и девушки с пышными бантами в волосах произносят: «Шоколад? Лимонад?» Первый акт пьесы «Зов моря» с Чарльзом Картрайтом в роли коммандера Вэнстоуна подошел к концу.

Мистер Саттерсуэйт улыбался, наблюдая за происходящим с высоты своего положения. Этот худой, словно высохший, покровитель искусств – и в первую очередь драматического, – закоренелый сноб, обладавший деликатными манерами, всегда присутствовал на наиболее представительных загородных вечеринках и прочих общественных мероприятиях (слова «и мистер Саттерсуэйт» неизменно завершали списки приглашенных). Кроме того, он отличался незаурядным умом и проницательностью.

Покачав головой, он пробормотал:

– Честное слово, никогда бы не подумал…

Раздавшийся рядом шум заставил его повернуть голову. Высокий седовласый человек подвинул вперед кресло и расположился в нем. Его лицо было отмечено отчетливой печатью профессии и социального статуса: «доктор» и «Харли-стрит»[2]. Сэр Бартоломью Стрейндж преуспевал на своем поприще. Он был известным специалистом по нервным расстройствам, а недавно удостоился рыцарского звания по случаю дня рождения короля.

– О чем вы никогда бы не подумали? – осведомился он у мистера Саттерсуэйта. – Поделитесь, пожалуйста.

Мистер Саттерсуэйт с улыбкой махнул головой в сторону человека, быстро поднимавшегося по тропинке.

– Никогда бы не подумал, что сэр Чарльз сможет находить удовольствие в столь продолжительном… изгнании.

– Ей-богу, и я тоже!

Сэр Стрейндж рассмеялся, откинув назад голову.

– Я знаю Чарльза еще с юности. Мы вместе учились в Оксфорде. Он всегда был более талантливым актером в жизни, нежели на сцене! Чарльз постоянно играет и ничего не может с собой поделать – это его вторая натура. Он не выходит из комнаты, а «совершает выход». И к тому же любит менять роли. Два года назад он ушел со сцены. Сказал, что хочет вести простую сельскую жизнь, вдали от мира, и осуществить свою давнюю мечту о море. Он приехал сюда и построил этот дом – воплотил в реальность свое представление о простом сельском коттедже. Три ванные со всеми этими современными устройствами! Как и вы, Саттерсуэйт, я не думал, что это продлится долго. В конце концов, как и всякому актеру, Чарльзу нужны зрители. Два-три отставных капитана, несколько пожилых женщин и священник – перед столь немногочисленной публикой играть не слишком обременительно. Я полагал, «простого парня, влюбленного в море» хватит месяцев на шесть, а потом он устанет от этой роли и преобразится в уставшего от жизни «человека мира» в Монте-Карло или помещика в шотландском Хайленде – Чарльз весьма разносторонен и практически универсален.

Доктор прервал свой довольно продолжительный монолог. Он с искренней теплотой смотрел на поднимавшегося по тропинке и ни о чем не подозревавшего друга юности. Через пару минут тот должен был присоединиться к ним.

– Тем не менее, – добавил сэр Бартоломью, – похоже, мы не правы. В простой жизни есть определенная притягательность.

– Порой о человеке, играющем ту или иную роль, составляют неверное мнение, – заметил мистер Саттерсуэйт. – Его, зачастую незаслуженно, не воспринимают всерьез.

Доктор кивнул.

– Да, – задумчиво произнес он. – Это правда.

Поприветствовав их, Чарльз Картрайт бодро взбежал по ступенькам на террасу.

– «Мирабель» превзошла саму себя, – сказал он. – Вам следовало приехать, Саттерсуэйт.

Мистер Саттерсуэйт покачал головой. Ему слишком часто приходилось страдать при пересечении Ла-Манша, и никаких иллюзий по поводу стойкости своего организма в отношении морской болезни он давно уже не питал. Тем утром он наблюдал «Мирабель» из окна своей спальни. Дул довольно сильный бриз, и мистер Саттерсуэйт благодарил небеса за то, что находится на суше.

Сэр Чарльз подошел к окну гостиной и крикнул, чтобы принесли напитки.

– И тебе следовало приехать, Толли, – сказал он, обращаясь к другу. – Ты уже и так полжизни просидел на Харли-стрит, рассказывая своим пациентам, какой замечательной была бы их жизнь на берегу океана.

– Медицинская профессия обладает одним существенным преимуществом, – сказал сэр Бартоломью. – Доктор не обязан следовать своим собственным рекомендациям.

Сэр Чарльз, еще не вышедший из образа грубовато-добродушного веселого моряка, рассмеялся. Это был чрезвычайно привлекательный мужчина с тонкими, пропорциональными чертами лица. Налет седины на висках придавал особое благородство его облику. В первую очередь он выглядел джентльменом и только во вторую – актером.

– Ты плавал один? – спросил доктор.

– Нет. – Сэр Чарльз повернулся, чтобы взять бокал с подноса, принесенного нарядной горничной. – У меня была помощница – девушка по прозвищу Эгг.

Услышав в его голосе нотку смущения, мистер Саттерсуэйт внимательно посмотрел на него.

– Мисс Литтон-Гор? Она умеет ходить под парусом?

Сэр Чарльз горько усмехнулся.

– Рядом с нею я чувствую себя сухопутной крысой. Но благодаря ей я делаю определенные успехи.

Теперь понятно, подумал мистер Саттерсуэйт. Вот почему он не выглядит уставшим. Опасный возраст. На этом жизненном этапе обычно и появляется молодая девушка…

– Ничто не сравнится с морем, – продолжал сэр Чарльз. – Солнце, ветер, волны – и простая хижина, куда потом возвращаешься…

Он бросил довольный взгляд на белое здание с тремя ванными, с холодной и горячей водой в каждой спальне, с самой современной системой центрального отопления, новейшим электрическим оборудованием и целым штатом прислуги, включавшим двух горничных, шеф-повара и кухарку. Представление сэра Чарльза о простой жизни было явно завышенным.

Из дома вышла высокая, чрезвычайно некрасивая женщина и направилась в их сторону.

– Доброе утро, мисс Милрэй.

– Доброе утро, сэр Чарльз.

Взглянув на остальных мужчин, она едва заметно наклонила голову.

– Вот меню обеда. Не желаете изменить в нем что-либо?

– Давайте посмотрим, – пробормотал сэр Чарльз, взяв протянутый ему лист бумаги. – Дыня-канталупа, борщ, свежая макрель, суфле «Сюрприз», канапе «Диана»… Ничего менять не нужно. По-моему, меню составлено превосходно, мисс Милрэй. Гости приедут поездом в четыре тридцать.

– Я уже отдала Холгейту соответствующие распоряжения. Кстати, сэр Чарльз, если вы не возражаете, я сегодня поужинаю вместе с вами.

Сэр Чарльз посмотрел на нее с изумлением.

– Буду очень рад, мисс Милрэй… но…

– В противном случае, сэр Чарльз, – невозмутимо пояснила она, – за столом окажется тринадцать персон, а многие люди суеверны.

Тон мисс Милрэй не оставлял сомнений в том, что она усаживала бы за стол тринадцать персон каждый день на протяжении своей жизни без каких-либо колебаний.

– Кажется, все готово, – продолжала она. – Я велела Холгейту привезти леди Мэри и Баббингтонов на автомобиле. Правильно я сделала?

– Абсолютно. Именно об этом я вас и просил.

С улыбкой превосходства мисс Милрэй удалилась восвояси.

– Замечательная женщина, – чуть ли не с благоговением произнес сэр Чарльз. – Я боюсь, однажды она придет и почистит мне зубы.

– Олицетворение деловитости, – заметил Стрейндж.

– Она служит у меня шесть лет, – сказал сэр Чарльз. – Сначала, в Лондоне, была секретаршей, а в настоящее время выполняет функции экономки. Работает как часы. А сейчас вдруг решила уйти.

– Почему?

Сэр Чарльз потер нос с выражением сомнения на лице.

– Говорит, ее мать – инвалид и нуждается в уходе. Я ей не верю. Не представляю, что у подобной женщины вообще может быть мать. У меня такое впечатление, будто ее породила некая динамо-машина… Нет, здесь что-то другое.

– Вполне возможно, – сказал сэр Бартоломью. – Ходят кое-какие слухи…

– Какие слухи? – удивленно спросил актер.

– Мой дорогой Чарльз, вам это прекрасно известно.

– Вы хотите сказать – о ней и обо мне? С ее-то внешностью? И в ее-то возрасте?

– Ей, наверное, нет и пятидесяти.

– Может быть… – Сэр Чарльз задумался. – Но серьезно, Толли, ты обратил внимание на ее лицо? Оно имеет два глаза, нос и рот, но разве его можно назвать лицом – женским лицом? Даже самая злобная сплетница не стала бы распространять слухи о любовной связи такой женщины с кем бы то ни было.

– Вы недооцениваете воображение британской старой девы.

Сэр Чарльз покачал головой.

– Мне что-то не верится. Мисс Милрэй излучает благочестие, и это должно быть очевидным даже для британской старой девы. Она воплощенная добродетельность – и в высшей степени полезная женщина. Я всегда выбирал себе секретарш, страшных как смертный грех.

– Очень мудро.

На несколько минут сэр Чарльз погрузился в размышления.

– Кто сегодня приедет? – спросил сэр Бартоломью, дабы вывести его из этого состояния.

– Во-первых, Энджи.

– Анджела Сатклифф? Очень хорошо.

Мистер Саттерсуэйт подался вперед. На его лице появилось заинтересованное выражение. Анджела Сатклифф была известной актрисой. Уже не молодая, она тем не менее все еще привлекала внимание к своей персоне и отличалась незаурядным умом в сочетании с редким обаянием. Иногда ее называли наследницей Элен Терри.

– Затем, Дейкрсы.

Мистер Саттерсуэйт понимающе кивнул. Миссис Дейкрс являлась владелицей «Эмброзин Лтд.», процветающей фирмы по пошиву одежды. В программке спектакля значилось: «Платье мисс Бланк, в котором она появляется в первом акте, изготовлено фирмой «Эмброзин Лтд., Брук-стрит». Ее муж, капитан Дейкрс, был темной лошадкой, выражаясь на его собственном жаргоне: он проводил много времени на скачках, а когда-то и сам принимал участие в «Гранд Нэшнл». Однажды капитан попал в какую-то неприятную историю – никто толком ничего не знал, ходили лишь слухи. Официальное расследование не проводилось, но при упоминании о Фредди Дейкрсе люди многозначительно поднимали брови.

– Далее, Энтони Астор, драматург.

– Ну как же, – сказал мистер Саттерсуэйт, – та, что написала «Одностороннее движение». Я дважды видел эту пьесу. Она имела большой успех.

Он не без удовольствия продемонстрировал свою осведомленность о половой принадлежности Энтони Астор.

– Совершенно верно, – подтвердил сэр Чарльз. – Не помню ее настоящего имени. Кажется, Уиллс. Я встречался с ней лишь однажды и пригласил ее ради Анджелы.

– А местные?

– Местные? Баббингтоны – он священник, неплохой парень, не слишком занудлив, а его жена просто чудесная женщина. Консультирует меня по садоводству. Ну, еще леди Мэри и Эгг. Вот и всё… Ах да, будет еще один молодой парень, Мандерс. Он журналист. Таков полный список.

Будучи педантом, мистер Саттерсуэйт принялся пересчитывать гостей.

– Мисс Сатклифф – раз, Дейкрсы – три, Энтони Астор – четыре, леди Мэри и ее дочь – шесть, священник с женой – восемь, журналист – девять и мы трое – двенадцать. Либо вы, либо мисс Милрэй посчитали неправильно, сэр Чарльз.

– Только не мисс Милрэй, – с уверенностью произнес сэр Чарльз. – Эта женщина никогда не ошибается. Дайте подумать… Да, вы правы. Я упустил из виду одного гостя. – Он усмехнулся. – Ему это вряд ли понравилось бы. В жизни не встречал более самодовольного человека.

Мистер Саттерсуэйт с любопытством посмотрел на него. Он всегда считал, что самыми самодовольными людьми на свете являются актеры – не исключая сэра Чарльза Картрайта.

– И кто же это? – спросил он.

– Один проходимец, – ответил сэр Чарльз. – Хотя и довольно знаменитый. Возможно, вы слышали о нем. Эркюль Пуаро. Он бельгиец.

– А-а, детектив, – сказал Саттерсуэйт. – Я встречался с ним. Весьма занятный персонаж.

– Я никогда его не видел, – заметил сэр Бартоломью, – но много о нем слышал. Он ведь некоторое время назад отошел от дел, не так ли? Вероятно, львиная доля того, что я о нем слышал, это легенды. Надеюсь, Чарльз, в этот уикенд мы обойдемся без преступления.

– Потому что в доме будет находиться детектив? Тебе не кажется, что ты опережаешь события, Толли?

– Это соответствует моей теории.

– И что же это за теория, доктор? – спросил мистер Саттерсуэйт.

– Она заключается в том, что события приходят к людям, но не люди – к событиям. Почему одни люди ведут интересную жизнь, а другие скучную? Зависит ли это от их окружения? Вовсе нет. Человек отправляется на край света, и с ним ничего не случается. За неделю до его приезда там происходит массовая резня, на следующий день после отъезда – землетрясение, а корабль, на который он опаздывает, терпит крушение. А другой человек живет, скажем, в Белхэме[3], каждый день ездит в Сити, и с ним происходят всевозможные приключения. Он общается с шантажистами, знакомится с красивыми девушками, вступает в контакт с бандитами на мотоциклах… Есть люди, которых преследуют несчастья, – даже когда они плавают на лодке по искусственному озеру, с ними что-нибудь случается. Точно так же людям, подобным Эркюлю Пуаро, не приходится искать преступление – оно приходит к ним само.

– В таком случае очень хорошо, что мисс Милрэй присоединится к нам и за столом будет не тринадцать человек.

– Если тебе так хочется, Толли, – произнес сэр Чарльз снисходительным тоном, – можешь организовать убийство. Одно условие – я не буду трупом.

Все трое дружно рассмеялись и пошли в дом.

Глава 2

Инцидент, произошедший перед ужином

Больше всего в жизни мистера Саттерсуэйта интересовали люди. В большей степени женщины, нежели мужчины. Для настоящего мужчины он слишком много знал о женщинах. Было в его натуре нечто такое, что позволяло ему заглянуть в женскую душу. Женщины всегда доверяли ему, но никогда не воспринимали его всерьез. Порой он испытывал по этому поводу чувство горечи. Ему казалось, что он наблюдает за разворачивающимся действием из партера, вместо того чтобы принимать в нем участие. Но, вообще-то, роль зрителя ему очень подходила.

Этим вечером, сидя в просторной комнате с окнами на террасу, искусно отделанной таким образом, что она напоминала каюту класса люкс, мистер Саттерсуэйт рассматривал волосы Синтии Дейкрс. Они имели необычный зеленовато-бронзовый оттенок – позаимствованный, по его мнению, в Париже, – создававший довольно приятный зрительный эффект. Получить представление о том, как выглядит миссис Дейкрс в реальности, было невозможно. Это была высокая женщина с фигурой, идеально подогнанной под требования сегодняшнего дня. Ее шею и руки покрывал загар – естественный или искусственный, понять было трудно. Зеленовато-бронзовые волосы были искусно уложены в модную прическу, подвластную лишь лучшему парикмахеру Лондона. Выщипанные брови, накрашенные тушью ресницы и изысканный макияж с неестественно, но изящно изогнутыми полосками губной помады удачно подчеркивали совершенство вечернего платья синего цвета весьма необычного оттенка, на вид очень просто скроенного (хотя это было совсем не так) и сшитого из необычного материала – тусклого, но со скрытым блеском.

– Интересная женщина, – сказал мистер Саттерсуэйт, окидывая ее одобрительным взглядом. – Хотелось бы узнать, что она представляет собой в действительности.

На сей раз он имел в виду не внешность, а внутреннее содержание.

Говорила она, манерно растягивая слова.

– Дорогая моя, это было невозможно. Я имею в виду, любая вещь может быть либо возможной, либо невозможной. Это было невозможно. Это было просто пронзительно.

В обиходе появилось новое слово – все теперь было «пронзительно».

Сэр Чарльз энергично взбалтывал коктейли, одновременно беседуя с Анджелой Сатклифф – седовласой женщиной с озорным изгибом губ и красивыми глазами.

Дейкрс общался с Бартоломью Стрейнджем.

– Всем известно, в чем

Вы достигли конца предварительного просмотра. Зарегистрируйтесь, чтобы узнать больше!
Страница 1 из 1

Обзоры

Что люди думают о Трагедия в трех актах

0
0 оценки / 0 Обзоры
Ваше мнение?
Рейтинг: 0 из 5 звезд

Отзывы читателей