Вы находитесь на странице: 1из 355

ЯН АССМАН

Перевод с немецкого
М. М. Сокольской

ЯЗЫКИ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ


Москва 2004
ББК 78.301
А 90

Данное издание выпушено в рамках программы Централь­


но-Европейского Университета «Translation Project» при
поддержке Центра по развитию издательской деятельности
(OSI - Budapest) и Института «Открытое общество» (Фонд
Сороса) - Россия.

Ассман Я н

А 90 Культурная память: Письмо, память о прошлом и поли­


тическая идентичность в высоких культурах древности / Пер.
с нем. М. М. Сокольской. - М.: Языки славянской культуры,
2004. - 368 с. - (Studia historica).

ISSN 1726-135Х
ISBN 5-94457-176-4
Книга гейдельбергского египтолога профессора Яна Ассмана по­
священа роли, которую играет память о прошлом в построении куль­
турных идентичностей, в том числе политических. Память о прошлом
находит свое зримое выражение в письменности, с изобретением кото­
рой мир человеческого общежития переживает революционные изме­
нения. Эти процессы получают в книге теоретическое обоснование, а
затем рассматриваются на примере трех высоких культур древнего
Средиземноморья: Египта, Израиля и Греции.
Книга обращена ко всем интересующимся современными культу­
рологическими подходами к изучению Древнего мира.
ББК 78.301

В оформлении переплета использован


фрагмент барельефа восточной стороны
Большого фриза Пергамского алтаря
Между 181 и 159 гг. до н. э.

Outside Russia, apart from the Publishing House itself (fax: 095 246-20-20 c/o
M153, E-mail: koshelev.ad@mtu-net.ru), the Danish bookseller G*E*C GAD (fax:
45 86 20 9102, E-mail: slavic@gad.dk) has exclusive rights for sales on this book.
Право на продажу этой книги за пределами России, кроме издательства «Языки
славянской культуры», имеет только датская книготорговая фирма G*E*C GAD.

ISBN 5-94457-176-4
© М. Сокольская. Пер. с немецкого, 2004
© Издательство К. Г. Бека в Мюнхене, 1992
Серия «Культурология»
СОДЕРЖАНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ 11

ВВЕДЕНИЕ 14

Часть первая
ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ

Глава п е р в а я . П О М Н Я Щ А Я КУЛЬТУРА 29
Предварительные замечания 29
I. С о ц и а л ь н о е к о н с т р у и р о в а н и е п р о ш л о г о : М о р и с
Хальбвакс 35
1. И н д и в и д у а л ь н а я и к о л л е к т и в н а я п а м я т ь 36
2. Ф и г у р ы в о с п о м и н а н и я 38
a) О т н е с е н н о с т ь к п р о с т р а н с т в у и в р е м е н и 39
b) О т н е с е н н о с т ь к г р у п п е 40
c) В о с с о з д а ю щ и й х а р а к т е р 42
3. П а м я т ь versus и с т о р и я 44
4. З а к л ю ч е н и е 47
П. Ф о р м ы к о л л е к т и в н о й п а м я т и о п р о ш л о м :
К о м м у н и к а т и в н а я и культурная п а м я т ь 50
1. « T h e F l o a t i n g G a p » : два M o d i M e m o r a n d i 50
2. О б р я д и п р а з д н и к как п е р в и ч н ы е ф о р м ы
о р г а н и з а ц и и культурной памяти 59
3. Л а н д ш а ф т ы в о с п о м и н а н и я
«Мнемотоп» Палестина 63
4. П е р е х о д н ы е ф о р м ы 64
a) П а м я т ь об у м е р ш и х 64
b) П а м я т ь и т р а д и ц и я 67
III. О п ц и и к у л ь т у р н о й п а м я т и о п р о ш л о м :
« г о р я ч а я » и «холодная» п а м я т ь о п р о ш л о м 70
1. М и ф о «чувстве и с т о р и и » 70
6 Содержание

2. «Горячая» и « х о л о д н а я » о п ц и и 72
3. Альянс власти и памяти 74
4. Альянс власти и забвения 76
5. Документация — контроль или осмысление
истории? 77
6. А б с о л ю т н о е и о т н о с и т е л ь н о е п р о ш л о е 79
7. « М и ф о м о т о р и к а » п а м я т и о п р о ш л о м 83
a) О б о с н о в ы в а ю щ а я и к о н т р а п р е з е н т н а я
память о прошлом 83
b) П а м я т ь о п р о ш л о м как с о п р о т и в л е н и е 88

Глава в т о р а я . П И С Ь М Е Н Н А Я КУЛЬТУРА 93
I. О т о б р я д о в о й к т е к с т о в о й к о г е р е н т н о с т и 93
1. П о в т о р е н и е и и н т е р п р е т а ц и я 94
2. П о в т о р е н и е и в о с к р е ш е н и е в п а м я т и 96
3. Д р е в н и е п и с ь м е н н ы е культуры: п о т о к т р а д и ц и и .... 9 8
4. К а н о н и з а ц и я и и н т е р п р е т а ц и я 100
5. П о в т о р е н и е и в а р ь и р о в а н и е 104
II. К а н о н — к п р о я с н е н и ю п о н я т и я 110
1. И с т о р и я з н а ч е н и я с л о в а «канон» в а н т и ч н о с т и .... 110
a) М а с ш т а б , п р а в и л о , к р и т е р и й 114
b) О б р а з е ц , м о д е л ь 117
c) П р а в и л о , н о р м а 118
d) Таблица, п е р е ч е н ь 119
2. Дальнейшее р а з в и т и е з н а ч е н и я 122
a) К а н о н и к о д е к с 123
b) О с в я щ а ю щ и й п р и н ц и п : ф о р м у л а е д и н о о б р а з и я
или автономность 124
c) О с в я щ е н н ы й н а б о р т е к с т о в : к а н о н и к л а с с и к а . . 126
3. В ы в о д ы : 130
a) З а о с т р е н и е и н в а р и а т и в н о с т и : о т т о ч н о с т и
к святости 130
b) У к р о щ е н и е в а р и а т и в н о с т и : с в я з ы в а н и е
и о б я з ы в а н и е под знаком разума 131
c) З а о с т р е н и е г р а н и ц ы : п о л я р и з а ц и я 133
d) З а о с т р е н и е ценностной перспективы:
полагание идентичности 134
Содержание 7

Глава т р е т ь я . К У Л Ь Т У Р Н А Я И Д Е Н Т И Ч Н О С Т Ь
И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ 139
I. И д е н т и ч н о с т ь , с о з н а н и е , р е ф л е к с и я 139
1. Л и ч н а я и к о л л е к т и в н а я и д е н т и ч н о с т ь 139
2. И с х о д н ы е с т р у к т у р ы и и н т е н с и ф и ц и р о в а н н ы е
формы 142
3. И д е н т и ч н о с т ь , к о м м у н и к а ц и я , культура 149
a) Ф о р м ы с и м в о л и з а ц и и и д е н т и ч н о с т и 149
b) Ц и р к у л я ц и я 150
c) Т р а д и ц и я : р и т у а л ь н а я к о м м у н и к а ц и я
и обрядовая когерентность 153
П. Э т н о г е н е з как интенсификация исходных
структур к о л л е к т и в н о й и д е н т и ч н о с т и 154
1. И н т е г р а ц и я и ц е н т р а л и з а ц и я 155
2. Д и ф ф е р е н ц и а ц и я и э г а л и т а р н о с т ь 163

Часть вторая
ЧАСТНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Предварительные замечания 177

Глава ч е т в е р т а я . Е Г И П Е Т И О Т К Р Ы Т И Е
ГОСУДАРСТВА 181
I. О с н о в н ы е ч е р т ы е г и п е т с к о й п и с ь м е н н о й культуры 181
1. М и ф о м о т о р и к а и н т е г р а ц и и 181
2. « М о н у м е н т а л ь н ы й д и с к у р с » : п и с ь м е н а в л а с т и
и вечности 183
3. К а н о н и и д е н т и ч н о с т ь 189
И. Х р а м п о з д н е й э п о х и как « к а н о н » 192
1. Х р а м и к н и г а 192
2. Н о м о с х р а м а 201
3. П л а т о н и е г и п е т с к и й х р а м 206

Глава п я т а я . И З Р А И Л Ь И И З О Б Р Е Т Е Н И Е
РЕЛИГИИ 213
I. Р е л и г и я как с о п р о т и в л е н и е 213
1. В о з в е д е н и е « м е д н о й с т е н ы » : путь И з р а и л я
и Египта к ортопрактическому отмежеванию 214
2. И с х о д как ф и г у р а в о с п о м и н а н и я 217
8 Содержание

3. « Д в и ж е н и е Е д и н ы й Яхве» как ф о р м и р у ю щ а я
память общность воспоминания 217
4. Р е л и г и я как с о п р о т и в л е н и е . В о з н и к н о в е н и е
р е л и г и и и з о п п о з и ц и и ( с о б с т в е н н о й ) культуре 222
5. В о с к р е ш е н и е т р а д и ц и и как культурная
политика Персии 225
П. Р е л и г и я как п а м я т ь о п р о ш л о м : В т о р о з а к о н и е
как п а р а д и г м а культурной м н е м о т е х н и к и 230
1. Ш о к з а б в е н и я . Л е г е н д а об о с н о в а н и и культурной
мнемотехники 233
2. У г р о з а п а м я т и о п р о ш л о м и с о ц и а л ь н ы е у с л о в и я
забвения 241

Глава ш е с т а я . Р О Ж Д Е Н И Е И С Т О Р И И
И З ДУХА ПРАВА 247
I. С е м и о т и з а ц и я п о д з н а к о м н а к а з а н и я и с п а с е н и я 247
1. Iustitia connectiva 250
2. Х е т т с к а я и с т о р и о г р а ф и я о к о л о 1300 г. д о н. э 254
3. С е м и о т и з а ц и я и с т о р и и п о д з н а к о м с п а с е н и я 263
П. Т е о л о г и з а ц и я и с т о р и и п о д з н а к о м т е о л о г и и в о л и :
О т «харизматического события» к «харизматической
истории» 267
1. З н а к и чудо: х а р и з м а т и ч е с к и е с о б ы т и я как п е р в а я
ступень теологизации истории 267
2. Х а р и з м а т и ч е с к а я и с т о р и я как в т о р а я с т у п е н ь
теологизации истории 270
3. К г е н е а л о г и и в и н ы 274

Глава с е д ь м а я . Г Р Е Ц И Я И Д И С Ц И П Л И Н И Р О В А Н И Е
МЫСЛИ 279
I. Г р е ц и я и с л е д с т в и я п и с ь м е н н о й культуры 279
1. А л ф а в и т н а я с и с т е м а п и с ь м а 279
2. С и с т е м а п и с ь м а и п и с ь м е н н а я культура 285
II. Гомер и г р е ч е с к и й э т н о г е н е з 293
1. Г е р о и ч е с к а я э п о х а как г о м е р о в с к а я п а м я т ь
о прошлом 293
2. П а м я т ь о Гомере: к л а с с и к а и к л а с с и ц и з м 298
Содержание 9

III. Г и п о л е п с и с — п и с ь м е н н а я культура
и эволюция идей в Греции 302
1. Ф о р м ы г и п о л е п т и ч е с к о й о р г а н и з а ц и и д и с к у р с а . . . 304
2. Г и п о л е п т и ч е с к и й п р о ц е с с как п р е в р а щ е н и е
авторитета и критики в особые институты 308
3. Есть л и у м ы ш л е н и я и с т о р и я ? И с т о р и я духа
как г и п о л е п т и ч е с к и й п р о ц е с с 312

КУЛЬТУРНАЯ П А М Я Т Ь - ПОПЫТКА
ПОДВЕДЕНИЯ ИТОГОВ 317

Литература 327

И м е н н о й указатель 355
Алейде Ассман,
la miglior fabbra

ПРЕДИСЛОВИЕ
В последние годы мы переживаем повальное увлечение
т е м о й «Память и воспоминание». Ее п о б е д н о е ш е с т в и е по умам
В о с т о к а и З а п а д а н а ч а л о с ь л е т д е с я т ь н а з а д . В р я д л и э т о слу­
ч а й н о . С к о р е е , м ы п е р е с е к а е м р у б е ж э п о х , где в ы с о к и й с п р о с
на тему п а м я т и о б ъ я с н и м по м е н ь ш е й м е р е т р е м я ф а к т о р а м и .
Во-первых, с появлением новых э л е к т р о н н ы х средств внеш­
н е г о х р а н е н и я и н ф о р м а ц и и (а з н а ч и т , и и с к у с с т в е н н о й п а м я ­
ти) мы вступили в эпоху культурной р е в о л ю ц и и , по з н а ч е н и ю
не уступающей п о я в л е н и ю книгопечатания и — р а н е е — пись­
ма. В о - в т о р ы х ( и в с в я з и с э т и м ) , н а н а ш у с о б с т в е н н у ю культур­
ную т р а д и ц и ю н е р е д к о с м о т р я т т е п е р ь с п о з и ц и и «посткуль­
т у р ы » ( Д ж о р д ж С т а й н е р ) , где н е ч т о з а в е р ш и в ш е е с я — т о , ч т о
Никлас Луман называет «старой Европой», — продолжает жить
л и ш ь как п р е д м е т в о с п о м и н а н и я и к о м м е н т и р у ю щ е й обработ­
ки. В-третьих, — и э т о , б ы т ь может, р е ш а ю щ а я п р и ч и н а — сей­
ч а с п о д х о д и т к к о н ц у н е ч т о , з а т р а г и в а ю щ е е н а с куда б о л е е
личным и сущностным образом. Поколение очевидцев тяже­
л е й ш и х в а н н а л а х ч е л о в е ч е с к о й и с т о р и и п р е с т у п л е н и й и ка­
т а с т р о ф с е й ч а с п о с т е п е н н о у х о д и т и з ж и з н и . С о р о к л е т — ру­
беж эпох в коллективном воспоминании: срок, по истечении
которого ж и в о е в о с п о м и н а н и е оказывается под угрозой исчез­
новения и насущной п р о б л е м о й становятся ф о р м ы культурной
памяти о прошлом. Сколь отвлеченные и высокоученые фор­
мы ни п р и н и м а ю т п о р о й дискуссии о памяти и воспоминании,
12 Предисловие

о m e m o r i a и о м н е м о т е х н и к е , мне все ж е кажется, что экзис­


т е н ц и а л ь н а я суть г о в о р и м о г о к р о е т с я и м е н н о здесь. П о всем
п р и з н а к а м п о х о ж е , ч т о вокруг п о н я т и я в о с п о м и н а н и я склады­
в а е т с я н о в а я п а р а д и г м а наук о к у л ь т у р е , б л а г о д а р я к о т о р о й
р а з н о о б р а з н е й ш и е ф е н о м е н ы и области культуры — искусство
и литература, п о л и т и к а и общество, р е л и г и я и право — пред­
с т а ю т в н о в о м к о н т е к с т е . И н а ч е г о в о р я , з д е с ь все течет, и час­
т ь ю э т о г о т е ч е н и я я в л я е т с я на свой л а д и эта книга. О н а н е
претендует на какую б ы т о ни б ы л о о к о н ч а т е л ь н о с т ь — свой
смысл она видит лишь в том, чтобы намечать направления и
выявлять связи.
И с х о д н ы м пунктом д а н н о й р а б о т ы послужили исследова­
н и я , п р е д п р и н я т ы е вместе с Алейдой Ассман во в р е м я совмест­
ного годичного п р е б ы в а н и я в Берлинском научном коллегиуме
( W i s s e n s c h a f t s k o l l e g z u B e r l i n ) в 1984—1985 гг. П о э т о м у а в т о р
п р и н о с и т особую благодарность этому у ч р е ж д е н и ю . О н ни­
когда бы не отважился в ы й т и так далеко, как в предлагаемом
о п ы т е , за п р е д е л ы с в о е й узкой с п е ц и а л ь н о с т и , е г и п т о л о г и и ,
если бы не возможности чтения, бесед и дискуссий по самым
р а з н о о б р а з н ы м направлениям, какие предоставляет коллеги­
ум. О с о б о й б л а г о д а р н о с т ь ю а в т о р о б я з а н Х р и с т и а н у М а й е р у ,
Петеру Махинисту и Михелю Штрикману, участникам неболь­
ш о г о к р у ж к а , р а б о т а в ш е г о н а д п р о б л е м о й с р а в н и т е л ь н о й куль­
турологии.
В о п р о с о «культурной памяти» в о з н и к в ходе деятельнос­
ти р а б о ч е й группы «Археология л и т е р а т у р н о й коммуника­
ции», о т р а з и в ш е й с я в сборниках «Письмо и память» (1983),
« К а н о н и цензура» (1987), а т а к ж е «Мудрость» (1991) и п р о ­
долженной различными семинарами и лекционными циклами
в Гейдельбергском университете. И з подготовки и итогов этих
с е м и н а р о в , а в о с о б е н н о с т и п р о в е д е н н о г о в я н в а р е 1 9 8 5 г. в
Берлинском научном коллегиуме второго семинара по теме
«Канон и цензура», и в о з н и к л а н а с т о я щ а я к н и г а . П е р в а я в е р с и я ,
з а п л а н и р о в а н н а я в м е с т е с А л е й д о й Ассман в к а ч е с т в е введе­
н и я к соответствующему сборнику, была о т б р о ш е н а еще в Бер­
л и н е , к о г д а е е о б ъ е м д о с т и г 150 с т р а н и ц и с т а л о я с н о , ч т о уз­
кие рамки введения не позволяют раскрыть тему надлежащим
образом. Наша совместная работа над ней продолжалась, с
Предисловие 13

м н о г о к р а т н ы м и п е р е р ы в а м и , е щ е несколько лет, после чего


мы сочли более целесообразным продолжить по отдельности
о д у ш е в л е н н ы е о б щ и м и н т е р е с о м , н о р а з н о н а п р а в л е н н ы е ис­
следования. Алейда Ассман п р е д с т а в и т с в о ю работу под назва­
н и е м « П р о с т р а н с т в а п а м я т и . К к о н с т р у и р о в а н и ю культурно­
го в р е м е н и » . Э т о и с с л е д о в а н и е р а с с м а т р и в а е т ф о р м ы и фун­
к ц и и культурной п а м я т и от а н т и ч н о с т и до (пост-) м о д е р н а и
может служить поэтому своего рода продолжением данной
книги, сосредоточенной в основном на древних письменных
культурах Б л и ж н е г о Востока и С р е д и з е м н о м о р ь я .
С в о б о д н ы й с е м е с т р , п р е д о с т а в л е н н ы й м н е в 1987—1988 гг.,
п о з в о л и л р а з р а б о т а т ь к о н к р е т н ы е п р и м е р ы , с о с т а в и в ш и е со­
держание второй части. Подготовка лекционных циклов
« К у л ь т у р а и п а м я т ь » ( 1 9 8 6 — 1 9 8 8 , с о в м е с т н о с Т о н и о Хёльше¬
ром), « К у л ь т у р а и к о н ф л и к т » ( 1 9 8 8 — 1 9 9 0 ) и « Р е в о л ю ц и я и
м и ф » (1990, совместно с Д и т р и х о м Х а р т о м ) , а т а к ж е семина­
р о в «Культура как ж и з н е н н о е п р о с т р а н с т в о и как п а м я т н и к »
(1987—1991) и « М н е м о з и н а » ( 1 9 8 9 — 1 9 9 1 , с о в м е с т н о с А л е й д о й
Ассман и Д и т р и х о м Хартом) способствовала разработке пер­
вой, теоретической, части. Всем товарищам по работе эта кни­
га о б я з а н а м н о ж е с т в о м и д е й и с в е д е н и й . Д о к л а д ы в о Ф р а й б у р г ­
с к о м С п е ц и а л ь н о м и с с л е д о в а т е л ь с к о м с е к т о р е (SFB) « У с т н о с т ь
и письменность», в Штуттгартском Ц е н т р е т е о р и и культуры,
во Фрайбургском коллегиуме для специалистов « О б р а щ е н и я
настоящего к прошлому в античности», в Эссенском институте
культурологии ( п о б о л ь ш е й ч а с т и с о в м е с т н о с А л е й д о й Асс­
ман) предоставили желанную возможность обсуждения основ­
н ы х п о л о ж е н и й . Н о главную р о л ь в том, ч т о из э т и х о щ у п ь ю
продвигавшихся п о п ы т о к получилась — м о ж е т быть, все е щ е
преждевременно — книга, сыграла в конечном счете ободря­
ю щ а я н а с т о й ч и в о с т ь Э.-П. В и к е н б е р г а .
ВВЕДЕНИЕ

В П я т и к н и ж и и ч е т ы р е ж д ы в с т р е ч а е т с я т р е б о в а н и е на­
ставлять детей о смысле обрядов и законов:
«Если с п р о с и т у т е б я с ы н т в о й в п о с л е д у ю щ е е в р е м я : "К
чему сии уставы, п о с т а н о в л е н и я и законы, к о т о р ы е дал вам
Господь, Б о г наш?", т о с к а ж и сыну твоему: " Р а б а м и б ы л и м ы у
ф а р а о н а в Е г и п т е . Н о Г о с п о д ь к р е п к о ю р у к о ю в ы в е л н а с отту­
да"» ( В т о р . 6. 2 0 с л . ) .
«И когда скажут вам д е т и ваши: " Ч т о э т о за служение?",
с к а ж и т е : " Э т о п а с х а л ь н а я ж е р т в а Господу, к о т о р ы й п р о ш е л
м и м о домов с ы н о в И з р а и л е в ы х в Египте, когда п о р а ж а л егип­
т я н . . . " » ( И с х . 12. 2 6 с л .
«И когда после с п р о с и т т е б я сын т в о й , говоря: " Ч т о это?",
т о с к а ж и ему: " Р у к о ю к р е п к о ю в ы в е л н а с Г о с п о д ь и з Е г и п т а , и з
д о м а р а б с т в а " » ( И с х . 1 3 . 14 с л . ) .
«И о б ъ я в и в д е н ь т о т сыну твоему, г о в о р я : "Это р а д и т о г о ,
ч т о Господь сделал со м н о ю , когда я в ы ш е л и з Египта..."» (Исх.
13. 8 ) .
Перед нами — мини-драма, вращающаяся вокруг л и ч н ы х
местоимений и исторического воспоминания. Сын говорит то
« в ы » , т о «мы» ( « н а ш Б о г » ) , о т е ц о т в е ч а е т т о « м ы » , т о « я » . И з
нее вырастает в чинопоследовании еврейского пасхального
Седера, представляющего из себя в целом о б ш и р н о е поучение
детям об Исходе из Египта, м и д р а ш о ч е т ы р е х сыновьях. Че­
т ы р е в о п р о с а (в т о м ч и с л е и н е в ы с к а з а н н ы й в о п р о с в 13.8)
р о з д а н ы ч е т ы р е м с ы н о в ь я м : умному, д е р з к о м у , п р о с т а к у и ма­
л ы ш у , к о т о р ы й е щ е н е в с о с т о я н и и з а д а т ь в о п р о с . Ум у м н о г о
сына п р о я в л я е т с я в р а з в и т о й системе п о н я т и й («уставы, по­
с т а н о в л е н и я и з а к о н ы » ) и в т о м , ч т о «вы» о н д о п о л н я е т с л о в а ­
м и « н а ш Б о г » . О т в е ч а я ему, о т е ц у п о т р е б л я е т « м ы » , в к л ю ч а ю -
Введшие 15

щее и спрашивающего. Дерзость дерзкого сына проявляется


в его и с к л ю ч а ю щ е м «вы»:
« К а к с п р а ш и в а е т д е р з к и й с ы н ? " Ч т о э т о у вас з а с л у ж е н и е ? "
"У в а с " , а н е у н е г о с а м о г о ! Р а з о н и с к л ю ч а е т с е б я и з о б щ н о с ­
т и , т о д а й ему о т п о в е д ь и о т в е ч а й ему: " П о т о м у ч т о т а к с д е л а л
со м н о ю Бог, когда я в ы ш е л и з Египта": со м н о ю , а н е с н и м »
(пасхальная Агада).
Три т е м ы нашего исследования с л ы ш н ы в этой мини-дра­
м е : т е м а и д е н т и ч н о с т и в « м ы » , «вы» и «я», т е м а в о с п о м и н а н и я
в и с т о р и и исхода из Египта, определяющей и обосновываю­
щ е й э т о «мы», и тема п р е е м с т в е н н о с т и и в о с п р о и з в е д е н и я в
отношении отец — сын. В ходе пасхального Седера ребенок
учится г о в о р и т ь «мы», в к л ю ч а я с ь в и с т о р и ю и память, кото­
рые создают и наполняют содержанием это «мы» . Перед нами 1

п р о б л е м а и процесс, л е ж а щ и е в о с н о в е всякой культуры, н о


редко выступающие в столь наглядной и отчетливой форме.
В настоящей работе речь пойдет о взаимосвязи трех тем:
«воспоминание» (иначе говоря: обращение к прошлому),
«идентичность» (иначе говоря: политическое воображение)
и «культурная п р е е м с т в е н н о с т ь » ( и н а ч е говоря: с к л а д ы в а н и е
т р а д и ц и и ) . К а ж д а я культура о б р а з у е т н е ч т о , ч т о м о ж н о н а з в а т ь
ее « к о н н е к т и в н о й структурой». О н а действует с о е д и н я ю щ и м ,
с в я з у ю щ и м о б р а з о м , п р и ч е м в двух и з м е р е н и я х — с о ц и а л ь н о м
и временном. Как «символический м и р смысла» (Бергер/Лук¬
ман) о н а с в я з ы в а е т ч е л о в е к а с е г о с о в р е м е н н и к а м и , о б р а з у я
о б щ е е п р о с т р а н с т в о о п ы т а , о ж и д а н и й и д е я т е л ь н о с т и , ч ь я свя­
зующая и обязующая сила устанавливает взаимное доверие и
в о з м о ж н о с т ь о р и е н т а ц и и . Д р е в н и е т е к с т ы и м е н у ю т э т о т ас­
п е к т культуры «справедливостью». Н о она связывает т а к ж е
в ч е р а и с е г о д н я , ф о р м и р у я и у д е р ж и в а я в ж и в о й п а м я т и суще­
с т в е н н ы е в о с п о м и н а н и я и о п ы т , в к л ю ч а я в с д в и г а ю щ и й с я впе­
ред горизонт настоящего образы и истории иного времени и
п о р о ж д а я тем самым надежду и память. Э т о т аспект культуры
л е ж и т в основе мифических и исторических рассказов. Оба
а с п е к т а : н о р м а т и в н ы й и н а р р а т и в н ы й , а с п е к т п о у ч е н и я и ас-

1
О катехизисе как ф о р м е и с т о р и ч е с к о г о воспоминания и учреж­
д е н и я и д е н т и ч н о с т и см. de Pury/Romer, 1989.
16 Введение

пект рассказа создают принадлежность, или идентичность,


д а ю т отдельному человеку в о з м о ж н о с т ь г о в о р и т ь «мы». То, ч т о
с в я з ы в а е т индивидуумов в т а к о е «мы», и есть « к о н н е к т и в н а я
структура» общего з н а н и я и представления о себе, к о т о р о е
о п и р а е т с я , во-первых, на п о д ч и н е н и е о б щ и м п р а в и л а м и цен­
ностям, во-вторых, на сообща о б ж и т о е п р о ш л о е .
Основной принцип всякой коннективной структуры —
повторение. О н о гарантирует, что траектории деятельности
н е п о т е р я ю т с я в р а с х о д я щ е й с я б е с к о н е ч н о с т и , а будут п о д ч и ­
няться узнаваемым образцам и опознаваться как элементы
о б щ е й «культуры». Э т о т п р и н ц и п м о ж н о п о к а з а т ь и на п р и м е ­
р е Седера. Е в р е й с к о е слово «седер» о з н а ч а е т п о р я д о к и отно­
сится к предписаниям праздничной трапезы, которая должна
с л е д о в а т ь с т р о г о у с т а н о в л е н н о м у порядку. У ж е к л ю ч е в ы е с л о в а
«предписание» и «следовать» у к а з ы в а ю т н а суть дела: на в р е м я .
Тем самым, во-первых, устанавливается в н у т р е н н и й в р е м е н н о й
р а с п о р я д о к каждого п р а з д н о в а н и я , и, во-вторых, каждое
празднование связывается с предыдущим. Каждое празднова­
н и е , следуя н е и з м е н н о м у «порядку», п о в т о р я е т с я как о р н а м е н ­
т а л ь н ы й мотив в «бесконечном узоре».
Назовем этот п р и н ц и п «обрядовой когерентностью». Од­
нако т р а п е з а Седера не только повторяет, следуя т е м ж е пред­
п и с а н и я м , п р о ш л о г о д н и й п р а з д н и к , н о и в о с к р е ш а е т куда
более отдаленное по в р е м е н и с о б ы т и е : исход из Египта. «По­
вторение» и «воскрешение» — две п р и н ц и п и а л ь н о различные
ф о р м ы с о о т н е с е н н о с т и . П о н я т и е « с е д е р » с в я з а н о т о л ь к о с ас­
п е к т о м п о в т о р е н и я . А с п е к т в о с к р е ш е н и я в ы р а ж е н в с л о в е «ага¬
да», к о т о р ы м о б о з н а ч а е т с я ч и т а е м а я в о в р е м я С е д е р а к н и ж к а .
Это сборник — нередко богато и л л ю с т р и р о в а н н ы й — благосло­
в е н и й , песен, и с т о р и й , проповедей, к о т о р ы е все связаны с
исходом из Египта. О н и считаются толкованием библейского
п р е д а н и я и о б р а щ е н ы прежде всего к детям, к о т о р ы м нужно
объяснить значение этих событий. Агада—тоже предписание.
Н о здесь ударение падает на «писание». Это истолкование
о п р е д е л е н н о г о текста. В о с к р е ш е н н о е в о с п о м и н а н и е осуществ­
ляется через толкование предания.
Всем обрядам присущ этот двойной аспект повторения и
в о с к р е ш е н и я . Ч е м с т р о ж е о н и следуют т в е р д о установленно-
Введение 17

му п о р я д к у т е м с и л ь н е е п е р е в е ш и в а е т а с п е к т п о в т о р е н и я . Ч е м
с в о б о д н е е ф о р м ы о т д е л ь н о г о п р а з д н о в а н и я , т е м б о л е е высту­
пает на п е р в ы й план аспект в о с к р е ш е н и я . Между этими двумя
полюсами и происходит движение, в сфере которого письмо
п р и о б р е т а е т значение для коннективной структуры той или
и н о й культуры. В связи с п и с ь м е н н о й ф и к с а ц и е й п р е д а н и я
происходит постепенный переход от преобладания повторе­
ния к преобладанию воскрешения, от «обрядовой когерент­
н о с т и » к « т е к с т у а л ь н о й » . Т е м с а м ы м в о з н и к а е т н о в а я коннек¬
тивная с т р у к т у р а . Е е с в я з у ю щ и е с и л ы — н е п о д р а ж а н и е и со­
хранение, а толкование и воспоминание. Место чинопоследо¬
вания з а н и м а е т г е р м е н е в т и к а .
В к л ю ч е н н ы е в н а с т о я щ у ю к н и г у и с с л е д о в а н и я суть п о п ы т к а
сделать такое п о н я т и е культуры п л о д о т в о р н ы м для типологи­
ческого анализа. Н а с интересуют здесь м е т а м о р ф о з ы и вари­
а н т ы к о н н е к т и в н о й структуры в их р а з л и ч и и и сравнимости.
М ы задаемся вопросом о динамике культурного процесса, об
усилениях и упрочениях, ослаблениях и распадах коннективной
структуры. П о н я т и е м «канон» м ы хотим обозначить п р и н ц и п ,
к о т о р ы й усиливает к о н н е к т и в н у ю структуру д а н н о й культуры
в сторону непроницаемости для времени и невариативности.
К а н о н — это «mémoire volontaire» данного общества, воспо­
м и н а н и е как долг, в п р о т и в о п о л о ж н о с т ь с в о б о д н о текущему
«потоку т р а д и ц и и » в ы с о к и х культур д р е в н о с т и , но т а к ж е и
саморегулирующейся, т в о р я щ е й самое себя m e m o r i a постка­
н о н и ч е с к о й культуры, с о д е р ж а н и я к о т о р о й п о т е р я л и харак­
т е р д о л ж е н с т в о в а н и я и с в я з у ю щ у ю силу. О б щ е с т в а , в ы р а б а ­
т ы в а я культуру п а м я т и о п р о ш л о м , п р о д у ц и р у ю т с о б с т в е н н ы е
воображаемые образы и проносят свою идентичность сквозь
смену поколений; и делают о н и это — что для нас наиболее
в а ж н о — совершенно по­разному. В э т о й к н и г е р а с с м а т р и в а е т с я
в о п р о с , как о б щ е с т в а п о м н я т и к а к о б щ е с т в а ч е р е з в о с п о м и ­
н а н и е «воображают себя».
Хотя современные споры о «постистории» и «постмодер­
не» п р е д о с т а в л я ю т д о с т а т о ч н о м а т е р и а л а для такой поста­
новки вопроса, предлагаемые изыскания ограничиваются
Д р е в н и м миром. Это связано, во­первых, с ограниченной про­
ф е с с и о н а л ь н о й к о м п е т е н ц и е й а в т о р а , а в о ­ в т о р ы х , с т е м об­
18 Введение

стоятельством, что они тесно связаны в своем возникновении


с работой Алейды Ассман о культурной памяти Н о в о г о време­
н и ; п о э т о м у м ы м о г л и , у ч и т ы в а я е е к н и г у « П р о с т р а н с т в а вос­
п о м и н а н и я . К культурному к о н с т р у и р о в а н и ю в р е м е н и и иден­
т и ч н о с т и » (докт. дисс., 1991), с о с р е д о т о ч и т ь с я н а н а ч а л а х и
о т п р а в н ы х пунктах. Н о и при таком о г р а н и ч е н и и эта книга
настолько в ы х о д и т за р а м к и п р о ф е с с и о н а л ь н о г о г о р и з о н т а
специалиста-египтолога, что это, наверное, многим покажет­
ся недопустимым; во всяком случае, здесь требуется сказать
н е с к о л ь к о слов в п о я с н е н и е . Д е л о в т о м , ч т о п о л о ж е н и я и по­
н я т и я , р а з в и в а е м ы е в п е р в о й части, и л л ю с т р и р у ю т с я во вто­
рой части конкретными примерами, в числе которых не только
Д р е в н и й Египет, но и Междуречье, хетты, И з р а и л ь и Греция.
В с в о е о п р а в д а н и е я х о т е л б ы п о д ч е р к н у т ь , ч т о э т а к н и г а ста­
вит своей задачей не и з л о ж е н и е результатов научного иссле­
д о в а н и я в с о б с т в е н н о м смысле — и с с л е д о в а н и е к а к т а к о в о е
ограничивается, разумеется, областью моей узкой специаль­
н о с т и , е г и п т о л о г и и , — а в о с с о з д а н и е с у щ е с т в у ю щ и х в культу­
р е в з а и м о с в я з е й и, к о н к р е т н е е , в з а и м о с в я з и ( к о л л е к т и в н о й )
п а м я т и о п р о ш л о м , п и с ь м е н н о й культуры и э т н о г е н е з а , т о есть
вклад в общую т е о р и ю культуры.
Р а б о т ы п о о б щ е й т е о р и и культуры п и с а л и и п и ш у т у ч е н ы е
самых р а з л и ч н ы х н а п р а в л е н и й . Это И о г а н н Готфрид Гердер и
К а р л Маркс, Я к о б Буркхардт, Ф р и д р и х Н и ц ш е , Аби Варбург,
М а к с В е б е р и Э р н с т К а с с и р е р , Й о х а н Х ё й з и н г а и Т. С. Э л и о т ,
А р н о л ь д Гелен и А. Л . К р ё б е р , К л и ф ф о р д Герц, Д ж е к Гуди и
М э р и Дуглас, З и г м у н д Ф р е й д и Р е н е Ж и р а р — э т о т р я д м о ж н о
продолжать до бесконечности. Писатели и л и т е р а т о р ы , соци­
ологи, экономисты, историки, философы, этнологи... только
исследователи Древнего мира очень редко вставляли слово в
эту дискуссию. А ведь о ч е в и д н о , ч т о как раз и с с л е д о в а н и е вы­
с о к и х культур д р е в н о с т и о т к р ы в а е т б о г а т е й ш и е в о з м о ж н о с ­
ти для заключений о сущности и ф у н к ц и о н и р о в а н и и , возник­
н о в е н и и , п е р е д а ч е и и з м е н е н и и культуры. Эта книга м о ж е т
стать началом соответствующей работы.
Определения даются обычно в начале исследования. По­
этому читатель вправе ожидать здесь р а з ъ я с н е н и я , что подра­
зумевается под п о н я т и е м «культурная память», почему это
Введение 19

понятие законно и осмысленно, какие явления целесообраз­


н е е о п и с ы в а т ь с е г о п о м о щ ь ю , ч е м без н е г о , и в ч е м о н о вы­
х о д и т за р а м к и п р и в ы ч н о г о п о н я т и я « т р а д и ц и и » . П о н я т и е
«культурная память» п о д р а з у м е в а е т о д н о из в н е ш н и х изме­
рений человеческой памяти. Со словом «память» ассоцииру­
ется в первую очередь чисто внутреннее явление, локализо­
ванное в мозгу и н д и в и д а , — ф е н о м е н , п о д л е ж а щ и й в е д е н и ю
ф и з и о л о г и и мозга, н е в р о л о г и и и психологии, а не истори­
ческой культурологии. Однако содержательное наполнение
памяти, организация ее содержаний, сроки, которые в ней
м о ж е т с о х р а н я т ь с я то или другое, — все это о п р е д е л я е т с я в
очень б о л ь ш о й с т е п е н и не в н у т р е н н е й в м е с т и м о с т ь ю и кон­
т р о л е м , а в н е ш н и м и , т. е. с о ц и а л ь н ы м и и к у л ь т у р н ы м и р а м ­
ками. Н а это п е р в ы м н а с т о я т е л ь н о указал М о р и с Хальбвакс , 2

ч ь и м тезисам п о с в я щ е н а п е р в а я глава н а с т о я щ е й р а б о т ы . Я
хотел бы выделить ч е т ы р е области этого внешнего измере­
ния памяти, среди к о т о р ы х «культурная память» я в л я е т с я
лишь одним:
1. Миметическая память. Э т а о б л а с т ь с в я з а н а с д е я т е л ь н о с ­
тью. Деятельности мы обучаемся через подражание. Исполь­
зование письменных указаний для определенной деятельнос­
ти, таких как инструкции по п р и м е н е н и ю , п о в а р е н н ы е книги,
с т р о и т е л ь н ы е п о с о б и я и т. д., — о т н о с и т е л ь н о п о з д н е е , т а к и
не возобладавшее окончательно явление. Д е я т е л ь н о с т ь не
поддается полной кодификации. И по сей день, согласно при­
нятому обычаю, о б ш и р н ы е области повседневной деятельно­
с т и о п и р а ю т с я н а м и м е т и ч е с к у ю т р а д и ц и ю . Э т о т а с п е к т ми­
метической памяти Рене Ж и р а р сделал в своих многочислен­
ных книгах ц е н т р а л ь н ы м пунктом т е о р и и культуры, к о т о р а я

2
И м я Мориса Хальбвакса (Maurice Halbwachs), ф р а н ц у з с к о г о
еврея, следовало бы, в е р о я т н о , передавать, н е с м о т р я на просматри­
вающиеся «немецкие» к о р н и , во французском п р о и з н о ш е н и и , т. е.
«Альбваш», но поскольку на русский язык уже переведен с б о р н и к его
статей (Социальные классы и м о р ф о л о г и я / / Институт эксперимен­
тальной с о ц и о л о г и и , «Алетейя». М; Спб., 2000), где о н фигурирует
как «Хальбвакс», и он м н о г о к р а т н о упоминается в такой транслите­
р а ц и и в русской с о ц и о л о г и ч е с к о й л и т е р а т у р е , т о мы и оставляем за
ним это имя, ч т о б ы не д е з о р и е н т и р о в а т ь ч и т а т е л я (Прим. пер.).
2*
20 Введение,

ч е р п а е т и з т а к о й о д н о с т о р о н н о с т и б о л ь ш у ю ч а с т ь с в о е й убе­
3
дительности .
2. Предметная память. Ч е л о в е к с д р е в н е й ш и х в р е м е н окру­
жен предметами — начиная от самой обыкновенной и привыч­
н о й у т в а р и , к а к к р о в а т ь , стул, п о с у д а д л я е д ы и у м ы в а н и я , о д е ж ­
да, и н с т р у м е н т ы и в п л о т ь д о д о м о в , д е р е в е н ь и г о р о д о в , улиц,
транспорта, кораблей — и вкладывает в них свои представле­
н и я о целесообразности, удобстве и красоте, то есть в опреде­
л е н н о м с м ы с л е — себя. П о э т о м у п р е д м е т ы п о к а з ы в а ю т ему его
с о б с т в е н н о е о т р а ж е н и е , н а п о м и н а ю т ему о н е м самом, о е г о
п р о ш л о м , о е г о п р е д к а х и т. д. П р е д м е т н ы й м и р , в к о т о р о м о н
живет, снабжен показателем времени, который указывает не
только на настоящее, но и на р а з л и ч н ы е пласты п р о ш л о г о .
3. Я з ы к и к о м м у н и к а ц и я : коммуникативная память.
Также и язык и способность коммуницировать с окружа­
ю щ и м и человек приобретает не изнутри, из самого себя, а
только в общении с другими, в круговом, или возвратном,
взаимодействии внутреннего и внешнего. Сознание и память
н е в о з м о ж н о о б ъ я с н и т ь из индивидуальной ф и з и о л о г и и и пси­
хологии; о н и требуют «системного» объяснения, к о т о р о е вклю­
чает взаимодействие с другими индивидами. Ведь сознание и
память создаются в отдельном человеке только благодаря его
у ч а с т и ю в э т о м в з а и м о д е й с т в и и . М ы н е будем о с т а н а в л и в а т ь ­
ся сейчас подробнее на этом аспекте, поскольку о нем пойдет
р е ч ь в связи с т е о р и е й памяти М о р и с а Хальбвакса.
4. П е р е д а ч а с м ы с л а : культурная память.
Культурная п а м я т ь о б р а з у е т п р о с т р а н с т в о , в к о т о р о е бо­
л е е и л и м е н е е п л а в н о п е р е х о д я т все т р и в ы ш е н а з в а н н ы е обла­
сти. Когда м и м е т и ч е с к и е н а в ы к и п р и о б р е т а ю т статус «обря­
дов», то есть в добавок к своему целевому з н а ч е н и ю приобре­
т а ю т еще и смысловое, они уже не вмещаются в область миме­
тической, деятельностной памяти. Обряды относятся к сфе­
р е культурной памяти, поскольку представляют из себя ф о р м у
п е р е д а ч и и в о с к р е ш е н и я к у л ь т у р н о г о с м ы с л а . То ж е с а м о е м о ж ­

3
René G irard, La violence et le sacré, Paris, 1972; Des choses cachées
d e p u i s la fondation d u m o n d e , Paris, 1978; (нем. пер. Das E n d e d e r
Gewalt, Freiburg, 1983; Le b o u c émissaire, Paris, 1982).
Введение 21

н о сказать и о вещах, когда о н и о т с ы л а ю т не т о л ь к о к опреде­


л е н н о й цели, н о и к о п р е д е л е н н о м у смыслу: п а м я т н и к и , надгро­
б и я , х р а м ы , и д о л ы и п р о ч . в ы х о д я т за р а м к и п р е д м е т н о й памя­
ти, поскольку эксплицируют и м п л и ц и т н ы й показатель време­
н и и и д е н т и ч н о с т и . Э т о т аспект, н а з в а н н ы й и м «социальной
п а м я т ь ю » , п о с т а в и л в ц е н т р с в о и х и с с л е д о в а н и й А б и Варбург.
Н а с к о л ь к о э т о в е р н о и для т р е т ь е й области, я з ы к а и ком­
муникации, в т а к ж е какую р о л ь и г р а е т п р и этом п и с ь м о — об
этом, собственно, и пойдет речь в данной книге.
Здесь я х о т е л бы начать издалека и п о г о в о р и т ь об исто­
р и и э т о г о п о д х о д а . В к о н ц е 70-х гг. с л о ж и л с я к р у г к у л ь т у р о л о ­
гов — с п е ц и а л и с т о в п о Ветхому Завету, е г и п т о л о г о в , а с с и р и о ­
логов, филологов-классиков, литературоведов и лингвистов,
которые поставили своей задачей исследование археологии
т е к с т а , к о н к р е т н е е , литературного текста. В т о в р е м я э т и в о п ­
р о с ы обсуждались н а о ч е н ь а б с т р а к т н о м и т е о р е т и ч е с к о м уров­
не. Д е в и з кружка гласил: п р о ч ь от т е о р е т и з и р о в а н и я , п р и ч е м
в д в у х н а п р а в л е н и я х — в о в р е м е н н у ю глубь и в к у л ь т у р н у ю д а л ь .
И з этих исследований получилось несколько томов, выходив­
ших под заглавием «Археология литературной коммуникации».
У ж е н а с а м о м п е р в о м з а с е д а н и и к р у ж к а , п о с в я щ е н н о м т е м е «Ус­
тное и письменное», в поле зрения оказались ф е н о м е н ы и про­
б л е м ы , в с в я з и с к о т о р ы м и н а п р а ш и в а л о с ь п о н я т и е «культур­
ной памяти». П р и этом речь шла о п о н я т и и текста. В этой связи
К о н р а д Элих о п р е д е л и л текст как «возобновленное сообще­
ние» в «растяженной ситуации». Местом зарождения текста
б ы л и н с т и т у т в е с т н и к о в . И з п о н я т и я « р а с т я ж е н н о й ситуа­
4

ции» в ы р о с л о т о , ч т о мы с Алейдой Ассман стали впослед­


с т в и и , в с л е д з а Ю р и е м Л о т м а н о м и д р у г и м и т е о р е т и к а м и куль­
туры, называть «культурной памятью» . О б ъ я с н и т ь , что здесь
5

и м е е т с я в виду, п р о щ е в с е г о с п о м о щ ь ю т е х н и ч е с к о й т е р м и ­
нологии. Растяжение коммуникационной ситуации требует
в о з м о ж н о с т е й в н е ш н е г о п р о м е ж у т о ч н о г о с о х р а н е н и я . Комму­
никационная система должна выработать в н е ш н ю ю область,
куда с о о б щ е н и я и и н ф о р м а ц и я — к у л ь т у р н ы й с м ы с л — м о г л и

4
Ehlich, 1983.
5
А. u n d J. A s s m a n n , 1988; Автор, 1988 а.
22 Введение

бы выноситься на х р а н е н и е , а также ф о р м ы этого в ы н е с е н и я


6
( к о д и р о в к а ) , с о х р а н е н и я и в ы з ы в а н и я о б р а т н о («retrieval») .
Д л я э т о г о н е о б х о д и м ы о с о б ы е у ч р е ж д е н и я , с п е ц и а л и с т ы , и,
к а к п р а в и л о , т а к ж е с и с т е м ы н о т а ц и и , т а к и е к а к у з л ы , «хурин¬
ги», с ч е т н ы е к а м у ш к и — К о н р а д Э л и х и л л ю с т р и р о в а л с в о й
д о к л а д о п о н я т и и т е к с т а д и а п о з и т и в а м и ш у м е р с к и х «calculi» —
и, н а к о н е ц , п и с ь м о . П и с ь м о повсюду в ы р о с л о и з п о д о б н ы х
с и с т е м н о т а ц и и , в о з н и к ш и х в ф у н к ц и о н а л ь н о м к о н т е к с т е ра¬
стяженной коммуникации и необходимости промежуточного
сохранения информации. Наиболее т и п и ч н ы е для символи­
ческого представления области или функциональные поля:
х о з я й с т в о (сюда о т н о с я т с я п е р е д н е а з и а т с к и е с ч е т н ы е камуш­
ки), политическая власть (Египет) и о б е с п е ч и в а ю щ и е идентич­
ность м и ф ы (здесь п р и м е р о м могут служить а в с т р а л и й с к и е
«хуринги» и «songlines»). Это т и п и ч н ы е области ц и р к у л я ц и и
культурного смысла.
С изобретением письма возникла возможность широкого
р е в о л ю ц и о н н о г о п р е о б р а з о в а н и я э т о й в н е ш н е й области ком­
муникации, и в большинстве случаев эта в о з м о ж н о с т ь была
и с п о л ь з о в а н а . Н а с т а д и и ч и с т о й к у л ь т у р ы п а м я т и и л и допись¬
менных с и с т е м н о т а ц и и п р о м е ж у т о ч н о е и в н е ш н е е х р а н и л и ­
ще коммуникации остается тесно связанным с коммуникаци­
о н н о й системой. Культурная память практически совпадает с
теми смыслами, которые обращаются внутри группы. Только
с п о я в л е н и е м письма в узком смысле появляется в о з м о ж н о с т ь
обособления и усложнения этой в н е ш н е й области коммуника­
ции. Только тогда складывается память, в ы х о д я щ а я за преде­
лы передаваемого и коммуницируемого в каждую отдельную
эпоху смысла, к о т о р а я настолько ж е ш и р е области коммуни­
к а ц и и , н а с к о л ь к о и н д и в и д у а л ь н а я п а м я т ь ш и р е с о з н а н и я . Куль­
турная память питает традицию и коммуникацию, но не исчер­

6
L e r o i ­ G o u r h a n , 1965, описывает под рубрикой «extériorisation»
техническую э в о л ю ц и ю средств внешнего х р а н е н и я и н ф о р м а ц и и ,
ф и к с и р у ю щ и х коммуникацию, от п е р в о б ы т н ы х орудий ч е р е з пись­
мо, к а р т о т е к и , п е р ф о к а р т ы вплоть до к о м п ь ю т е р а , и называет их
« э к с т е р и о р и з о в а н н о й памятью» ( m é m o i r e extériorisée: 1965, 64), но­
сителем к о т о р о й является не индивид и не р о д (как у ж и в о т н ы х ) , а
э т н и ч е с к и й коллектив (la collectivité e t h n i q u e ) .
Введение 23

пывается ими. Только так м о ж н о объяснить разрывы, конф­


ликты, нововведения, реставрации, революции. Это вторже­
н и я т о г о , ч т о н а х о д и т с я п о ту с т о р о н у а к т у а л и з о в а н н о г о на
д а н н ы й момент смысла, в о з в р а щ е н и я к забытому, возрожде­
ния традиции, возвращение вытесненного — т и п и ч н а я для
п и с ь м е н н ы х культур д и н а м и к а , из-за к о т о р о й К л о д Л е в и -
С т р о с с и назвал их « г о р я ч и м и обществами». В случае письма,
как в случае л ю б о г о с л о ж н о г о орудия, п р и ч е м в гораздо б о л е е
о с т р о й ф о р м е , п р о я в л я е т с я диалектика р а с ш и р е н и я и отчуж­
д е н и я . А в т о м о б и л ь как э к с т е р и о р и з а ц и я е с т е с т в е н н о г о дви­
гательного аппарата делает возможным немыслимое прежде
р а с ш и р е н и е радиуса ч е л о в е ч е с к о г о п е р е д в и ж е н и я , н о его не­
умеренное использование ведет в то же время к ослаблению
естественной человеческой подвижности. Эта о т м е ч е н н а я уже
П л а т о н о м проблема занимает психологов и по сей день . Од­ 7

нако возможности внешнего хранения и н ф о р м а ц и и затраги­


в а ю т не т о л ь к о и н д и в и д а , н о и, п р е ж д е всего, о б щ е с т в о и ком­
м у н и к а ц и ю , на к о т о р о й о н о о с н о в а н о . Здесь э к с т е р и о р и з а ц и я
смысла вызывает диалектику совсем другого рода. Положи­
тельным новым ф о р м а м запоминания и удержания на тысяче­
л е т и я соответствуют о т р и ц а т е л ь н ы е ф о р м ы забвения путем
с к л а д и р о в а н и я , а т а к ж е в ы т е с н е н и я путем м а н и п у л и р о в а н и я ,
цензуры, уничтожения, переписывания и подмены.
Ч т о б ы о п и с а т ь эту д и н а м и к у и суметь с в я з а т ь ее с и с т о р и ­
ческими изменениями в т е х н и к е записи, в социологии групп
носителей, в средствах и организации хранения, передачи и
ц и р к у л я ц и и культурного смысла, о д н и м словом, как о б о б щ а ю ­
щее п о н я т и е для ф у н к ц и о н а л ь н ы х рамок, описываемых выра­
ж е н и я м и «складывание традиции», «обращение к прошлому»,
«политическая идентичность, или политическое воображе­
н и е » , н а м и т р е б у е т с я п о н я т и е к у л ь т у р н о й п а м я т и . Э т а па­
м я т ь — культурная, потому ч т о о н а м о ж е т осуществляться л и ш ь
и с к у с с т в е н н о , в р а м к а х и н с т и т у ц и й , и в т о ж е в р е м я э т о — па­
мять, потому что она функционирует по о т н о ш е н и ю к соци­
а л ь н о й к о м м у н и к а ц и и с о в е р ш е н н о т а к ж е , как и н д и в и д у а л ь н а я
п а м я т ь по о т н о ш е н и ю к с о з н а н и ю . Высказанное в книге Сап-

7
F. H. Piekara/ K. G. Ciesinger / K. P. Muthig, 1987.
'24 Введение

c i k / M o h r , 1990 п р е д л о ж е н и е у п о т р е б л я т ь в м е с т о м е т а ф о р ы
« к у л ь т у р н а я п а м я т ь » п р и в ы ч н о е с л о в о « т р а д и ц и я » в е д е т к та­
к о м у ж е у р е з а н и ю ф е н о м е н о л о г и и и д и н а м и к и к у л ь т у р ы , ка­
к и м б ы л о б ы с в е д е н и е п о н я т и я и н д и в и д у а л ь н о й памяти к по­
н я т и ю сознания. Н о мы не хотим спорить о словах. Как бы ни
о б о з н а ч и т ь эту в н е ш н ю ю с т о р о н у с о ц и а л ь н о й т р а д и ц и и и ком­
муникации, важно лишь, чтобы она попала в поле зрения
к а к ф е н о м е н s u i g e n e r i s , к а к с ф е р а к у л ь т у р ы , где с п л е т а ю т с я
т р а д и ц и я , и с т о р и ч е с к о е сознание, « м и ф о м о т о р и к а » и само­
о п р е д е л е н и е , и к о т о р а я — что самое в а ж н о е — п о д в е р ж е н а мно­
гообразно обусловленным историческим изменениям, в том
числе процессам, обусловленным технической эволюцией
средств коммуникации.
В п р е д е л ь н о м случае это о б ш и р н о е , д а л е к о п р е в о с х о д я щ е е
область коммуницируемого и передаваемого т р а д и ц и е й смыс­
ла пространство памяти приобретает такую плотность, что
п р и х о д и т в п р о т и в о р е ч и е с с о ц и а л ь н о й и п о л и т и ч е с к о й ре­
альностью д а н н о й современности. Этот случай мы обозначаем
п о н я т и я м и « к о н т р а п р е з е н т н о е в о с п о м и н а н и е » (G. Theissen) и
« а н а х р о н н ы е структуры» (М. E r d h e i m ) . З д е с ь м ы и м е е м д е л о с
и н т е н с и ф и ц и р о в а н н ы м и , и с к у с с т в е н н ы м и ф о р м а м и культур­
ного воспоминания, с культурной м н е м о т е х н и к о й , цель кото­
рой — в порождении и поддержании несовременности.

Н а таких процессах преобразования и интенсификации и


с о с р е д о т о ч е н о н а ш е и с с л е д о в а н и е культурной п а м я т и . В каж­
дом отдельном случае нас интересуют р е ш а ю щ и е и з м е н е н и я в
к о н н е к т и в н о й структуре данного общества. П р и этом для нас
п р е ж д е всего в а ж н о подхватить и р а з в и т ь два подхода, заме­
т и в ш и е э т и и з м е н е н и я , но, на н а ш взгляд, не сумевшие до кон­
ца справиться с их объяснением. П е р в ы й подход, восходящий
к X V I I I веку, б ы л п о с т а в л е н А. В е б е р о м в ц е н т р о б ш и р н о й т е о ­
р и и к у л ь т у р ы , п р и в е д е н К. Я с п е р с о м к а ф о р и с т и ч е с к о й ф о р ­
м у л е « о с е в о е в р е м я » и п р о я с н е н С. Н . А й з е н ш т а д т о м с т о ч к и
з р е н и я вытекающих из него социологических следствий; этот
подход возводит вышеупомянутые изменения исключительно
к новшествам духовной истории: к попыткам трансцендент­
н о г о о б о с н о в а н и я ж и з н е н н о г о уклада и к и н т е р п р е т а ц и я м ,
Введение 25

предложенным великими личностями, каковы Конфуций, Лао-


Ц з ы , Будда и З о р о а с т р , М о и с е й и п р о р о к и , Гомер и т р а г и к и ,
Сократ, П и ф а г о р , Парменид, Иисус и Магомет, восприняты­
ми новыми интеллектуальными элитами и проведенными ими
в жизнь с сопутствующим преобразованием действительнос­
ти. Другой подход, значительно более поздний, представлен­
н ы й п р е ж д е в с е г о э л л и н и с т о м Э р и к о м А. Х э в л о к о м и а н т р о ­
п о л о г о м Д ж е к о м Гуди, а т а к ж е р а с т у щ е й г р у п п о й т е о р е т и к о в
эволюции (Никлас Луман) и средств коммуникации (Маршалл
Мак Л ю э н ) , видит в этих и других м е т а м о р ф о з а х прежде всего
следствие технических изменений в средствах коммуникации,
например, появления письма и книгопечатания. Оба подхода
имеют то достоинство, что они обратили наше внимание на
эти метаморфозы и выявили важные взаимосвязи. Однако
обоим присущ тот недостаток, что они не учитывают должным
о б р а з о м взаимосвязи, в ы я в л е н н ы е другим подходом. Толкова­
ние, о с н о в а н н о е на и с т о р и и средств коммуникации, рискует в
своем монокаузальном объяснении редуцировать упомянутые
процессы к обусловленности исключительно техническими
средствами, в т о в р е м я как т о л к о в а н и е , о п и р а ю щ е е с я на исто­
р и ю духа, п о р а з и т е л ь н о с л е п о к б е с с п о р н о ц е н т р а л ь н о й р о л и ,
которую играет в них письмо и его растущая вовлеченность в
культурные т р а д и ц и и и социальные институты.
Н а ш е исследование культурной п а м я т и стремится преодо­
леть эти а п о р и и , п о м е щ а я в о п р о с ы п и с ь м е н н о й культуры в
более ш и р о к и й контекст «конструирования культурного вре­
мени» (Алейда Ассман), с одной с т о р о н ы , и ф о р м и р о в а н и я
коллективной идентичности, оно же политическое воображе­
ние, с другой стороны. Ч т о именно в этой более широкой пер­
с п е к т и в е поддается о п и с а н и ю как м е т а м о р ф о з ы культурной
памяти, мы попытаемся показать на четырех примерах. И х
отбор не является ни систематическим, ни показательным.
Скорее, они намечают открытый ряд, который может быть
п р о д о л ж е н л ю б ы м ч и с л о м д р у г и х и с с л е д о в а н и й . Тем н е м е н е е ,
взяв за основу Египет, И з р а и л ь и Грецию, с оглядкой на клино­
п и с н ы е культуры, я с т а р а л с я п р е д с т а в и т ь как м о ж н о б о л е е
р а з н о о б р а з н ы е и т и п и ч е с к и е п р о ц е с с ы п р е о б р а з о в а н и я куль­
турной памяти.
Часть первая

ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ
Глава п е р в а я

П О М Н Я Щ А Я КУЛЬТУРА

Предварительные замечания

Искусство запоминания и помнящая культура


П о н я т и е « и с к у с с т в а з а п о м и н а н и я » , «ars m e m o r i a e » и л и
« m e m o r a t i v a » , г л у б о к о у к о р е н е н о в е в р о п е й с к о й т р а д и ц и и . Его
с о з д а т е л е м с ч и т а е т с я г р е ч е с к и й п о э т С и м о н и д , ж и в ш и й в VI в.
д о н. э . У р и м л я н о н о с т а л о о д н о й и з « п я т и ч а с т е й р и т о р и к и »
и п е р е ш л о от них к Средневековью и В о з р о ж д е н и ю . Эта мне­
мотехника основана на том, чтобы «выбирать определенные
м е с т а и, с о з д а в а я в у м е о б р а з ы т е х в е щ е й , к о т о р ы е х о ч е ш ь за­
помнить, размещать их в знакомых местах. Таким образом,
последовательность этих мест с о х р а н и т р а с п о л о ж е н и е мате­
риала, а о б р а з ы в е щ е й будут о б о з н а ч а т ь с а м и в е щ и » ( Ц и ц е р о н ,
« О б о р а т о р е » , I I , 8 6 , 351—354). А в т о р « Р и т о р и к и к Г е р е н н и ю »
(I в. д о н. э ) , в а ж н е й ш е г о а н т и ч н о г о т е к с т а о б и с к у с с т в е з а п о ­
минания, р а з л и ч а л «естественную» и «искусственно развитую»
память. М н е м о т е х н и к а — о с н о в а н и е « и с к у с с т в е н н о р а з в и т о й »
памяти. С ее п о м о щ ь ю о т д е л ь н ы й ч е л о в е к м о ж е т в м е с т и т ь
н е о б ы ч н о е количество знаний и д е р ж а т ь их наготове, напри­
м е р , для р и т о р и ч е с к о й а р г у м е н т а ц и и . Эту н е у т р а т и в ш у ю с и л ы
еще и в XVII веке т р а д и ц и ю о п и с а л а английская исследователь­
ница Ф р э н с и с И е й т с в книге, п р и н а д л е ж а щ е й с е г о д н я к клас­
сике и с т о р и ч е с к о й науки. Н а н е й о с н о в ы в а ю т с я , в с в о ю оче­
р е д ь , м н о г о ч и с л е н н ы е н о в ы е и н о в е й ш и е р а б о т ы То, ч т о м ы

Blum, 1969; D. F. Eickelmann, 1978; А. Assmann / D. H a r t h , 1991,


1

в особенности часть II: «Искусство памяти — память искусства»; А.


30 Часть первая. Общетеоретические основания

с т р е м и м с я о х в а т и т ь п о н я т и е м « п о м н я щ а я культура», не име­
ет с этим искусством запоминания ничего общего. Искусство
з а п о м и н а н и я о б р а щ е н о к отдельному человеку и снабжает его
приемами, п о м о г а ю щ и м и развить память. Речь идет о совер­
ш е н с т в о в а н и и индивидуальной с п о с о б н о с т и . В случае ж е
« п о м н я щ е й культуры» р е ч ь идет, н а п р о т и в , о в ы п о л н е н и и
с о ц и а л ь н о г о о б я з а т е л ь с т в а . О н а о б р а щ е н а к г р у п п е . З д е с ь ста­
в и т с я в о п р о с : « Ч е г о н а м н е л ь з я з а б ы т ь ? » Э т о т в о п р о с — в бо­
лее или менее я в н о й ф о р м е , на более или м е н е е центральном
м е с т е — п р и н а д л е ж и т к н е п р е м е н н ы м а т р и б у т а м л ю б о й груп­
пы. В случаях, когда э т о т вопрос с т о и т в ц е н т р е в н и м а н и я ,
когда он о п р е д е л я е т и д е н т и ч н о с т ь и с а м о п о н и м а н и е группы,
м ы можем говорить об «общностях памяти» (П. Н о р а ) . Помня­
щ а я культура и м е е т д е л о с «памятью, с о з д а ю щ е й о б щ н о с т ь » . В
отличие от искусства запоминания, к о т о р о е изобрела антич­
ность — хотя и нельзя назвать его и с к л ю ч и т е л ь н о европейс­
к и м я в л е н и е м , « п о м н я щ а я культура» е с т ь в с е о б щ и й ф е н о м е н .
Н е в о з м о ж н о п о м ы с л и т ь вообще никакого социального объе­
д и н е н и я , в к о т о р о м не п р о с м а т р и в а л и с ь б ы — пусть в сколь
угодно о с л а б л е н н о м виде — ф о р м ы п о м н я щ е й культуры. По­
этому нельзя написать ее и с т о р и ю так, как могла это сделать
Ф р э н с и с Й е й т с д л я искусства з а п о м и н а н и я . М о ж н о л и ш ь вы­
делить н е к о т о р ы е о б щ и е аспекты и п р о и л л ю с т р и р о в а т ь их
затем на д о с т а т о ч н о п р о и з в о л ь н о о т о б р а н н ы х п р и м е р а х . И все
ж е для одного народа напрашивается в истории «помнящей
культуры», н е с м о т р я на у н и в е р с а л ь н о с т ь э т о г о ф е н о м е н а , осо­
б о е м е с т о , п о д о б н о е тому, к а к о е п р и з н а е т с я з а г р е к а м и в о т н о ­
ш е н и и искусства запоминания. Речь идет о н а р о д е И з р а и л я .
З д е с ь она о б р е л а новую форму, п р и о б р е т ш у ю затем для евро­
пейской — и не только европейской — и с т о р и и важность во
всяком случае н е меньшую, чем а н т и ч н о е искусство запомина­
ния. И з р а и л ь создал и сохранял себя как народ под императи­
вом «Храни и помни» . Поэтому он стал народом в совершен­
2

но новом, эмоционально насыщенном, смысле, прототипом


н а ц и и . М а к с В е б е р , к о т о р ы й , в о п р е к и духу с в о е г о в р е м е н и ,

«Shamor ve zakhor be-dibur echad», «храни и п о м н и , в е д и н о й


2

заповеди» сказано в субботней песне «Lekha Dodi».


Глава первая. Помнящая культура 31

ясно видел, что п о н я т и е «народ» относится к «мнимому» или,


к а к м ы с к а з а л и б ы с е г о д н я , « в о о б р а ж а е м о м у » , п и с а л : « З а все­
ми "этническими" п р о т и в о п о с т а в л е н и я м и с т о и т — что неко­
т о р ы м образом в п о л н е е с т е с т в е н н о — п р е д с т а в л е н и е об "из­
б р а н н о м народе"» (Weber, 1947, 221); тем с а м ы м о н в ы р а з и л
мысль, что И з р а и л ь отлил п р и н ц и п этнического противопос­
т а в л е н и я в ф о р м у , к о т о р а я м о ж е т с ч и т а т ь с я о б р а з ц о м и л и «иде­
альным типом». К а ж д ы й народ, ощущающий себя как т а к о в о й
и как п р о т и в о с т о я щ и й другим народам, « н е к о т о р ы м обра­
зом» в о о б р а ж а е т с е б я и з б р а н н ы м . Т о л ь к о с е г о д н я с т а н о в и т ­
ся по-настоящему о ч е в и д н ы м , как богата с л е д с т в и я м и эта
мысль, записанная в п е р и о д п ы ш н о г о цветения национализ­
ма. И з п р и н ц и п а и з б р а н н о с т и с л е д у е т п р и н ц и п « п о м н и » . В е д ь
избранность означает не что иное, как комплекс обязательств
в ы с о ч а й ш е й н а с т о я т е л ь н о с т и , з а б в е н и я к о т о р ы х н е л ь з я допу­
стить н и в коем случае. П о э т о м у И з р а и л ь создает и н т е н с и ф и ­
ц и р о в а н н у ю ф о р м у п о м н я щ е й культуры, так ч т о ее м о ж н о б ы л о
бы назвать «искусственно развитой», согласно словоупотреб­
лению «Риторики к Гереннию».

Обращенность к прошлому
В р е м я для « п о м н я щ е й культуры» — т о ж е , ч т о п р о с т р а н ­
с т в о д л я и с к у с с т в а з а п о м и н а н и я . П о ж а л у й , п о з в о л и т е л ь н о сде­
лать и с л е д у ю щ и й шаг: как искусство з а п о м и н а н и я о т н о с и т с я
к о б л а с т и о б у ч е н и я , т а к п о м н я щ а я культура о т н о с и т с я к о б л а с ­
т и п л а н о в и н а д е ж д , т. е. к в ы с т р а и в а н и ю с м ы с л о в ы х и в р е м е н ­
н ы х г о р и з о н т о в с о ц и у м а . П о м н я щ а я культура о с н о в ы в а е т с я в
большой степени, хотя вовсе не исключительно, на ф о р м а х
обращенности к прошлому. П р о ш л о е же, в этом и состоит наш
тезис, в о о б щ е в о з н и к а е т л и ш ь в силу того, ч т о к нему обраща­
ются. Это утверждение м о ж е т поначалу вызвать недоумение.
Возникновение прошлого кажется самой естественной вещью:
о н о в о з н и к а е т о т т о г о , ч т о в р е м я п р о х о д и т . Так и п о л у ч а е т с я ,
что «сегодня» з а в т р а будет « п р и н а д л е ж а т ь прошлому». О н о
п р е в р а т и л о с ь во «вчера». О д н а к о о б щ е с т в о м о ж е т о ч е н ь по-
р а з н о м у о т н о с и т ь с я к э т о м у е с т е с т в е н н о м у процессу. О д н и об­
щ е с т в а могут, к а к э т о у т в е р ж д а л Ц и ц е р о н о « в а р в а р а х » , « ж и т ь
одним днем« и б е з з а б о т н о уступать «сегодня» прошлому, кото-
32 Часть первая. Общетеоретические основания

р о е означает в этом случае и с ч е з н о в е н и е и забвение; другие


ж е могут п р и л а г а т ь все усилия, ч т о б ы п р и д а т ь «сегодня» дли­
т е л ь н о с т ь , н а п р и м е р , «направляя все п л а н ы на в е ч н о с т ь » , как
р и м л я н е у Ц и ц е р о н а ( О б о р а т о р е , II, 4 0 . 169) а т а к ж е « о б р а ­
щ а я в з о р на завтра» и « п о м е щ а я в свое с е р д ц е т р е б о в а н и я веч­
н о с т и » , к а к е г и п е т с к и е в л а д ы к и . К т о т а к и м о б р а з о м у ж е «се­
годня» с м о т р и т в «завтра», должен не допускать и с ч е з н о в е н и я
«вчера», стремиться удержать его п р и помощи воспоминания.
П р о ш л о е воссоздается в воспоминании. Именно это имеет в
виду н а ш е у т в е р ж д е н и е , ч т о п р о ш л о е в о з н и к а е т благодаря
о б р а щ е н н о с т и к нему. Э т и д в а п о н я т и я , помнящая культура и
обращенность к прошлому, п р и з в а н ы о ч е р т и т ь з а д а ч и н а с т о я щ е ­
г о и с с л е д о в а н и я , о т г р а н и ч и в и х о т т о г о , ч т о о т н о с и т с я , на­
п р о т и в , к комплексу «искусства з а п о м и н а н и я » .
Для того чтобы к прошлому можно было обращаться, оно
д о л ж н о о с о з н а в а т ь с я как п р о ш л о е . Д л я э т о г о н е о б х о д и м ы два
условия:
1) н е л ь з я , ч т о б ы о н о и с ч е з л о п о л н о с т ь ю , д о л ж н ы и м е т ь ­
ся свидетельства;
2) э т и с в и д е т е л ь с т в а д о л ж н ы о б л а д а т ь х а р а к т е р н ы м отли­
чием о т « с е г о д н я » .
П е р в о е условие разумеется само собой. Второе п р о щ е всего
уяснить на п р и м е р е языковых изменений. И з м е н е н и е принад­
л е ж и т к естественным условиям ж и з н и языка. Н е т естествен­
ных, живых языков, которые бы не изменялись. Это изменение
п р о и с х о д и т « и с п о д в о л ь » , т. е. о н о , к а к п р а в и л о , н е о с о з н а е т с я
носителями языка—для этого у него слишком медленный темп.
И з м е н е н и е о с о з н а е т с я т о л ь к о тогда, когда, в силу о п р е д е л е н ­
н ы х у с л о в и й , б о л е е р а н н и е я з ы к о в ы е с т а д и и о к а з ы в а ю т с я со­
х р а н е н ы как о с о б ы е я з ы к и , н а п р и м е р в культовом обиходе, или
как я з ы к и о п р е д е л е н н ы х текстов, к о т о р ы е в т р а д и ц и и переда­
ю т с я и з п о к о л е н и я в п о к о л е н и е дословно ( н а п р и м е р , с в я щ е н н ы е
т е к с т ы ) , и к о г д а отличие с о х р а н и в ш и х с я т а к и м о б р а з о м я з ы к о ­
в ы х с т а д и й о т р а з г о в о р н о г о я з ы к а о к а з ы в а е т с я д о с т а т о ч н о боль­
ш и м , ч т о б ы о н и о с о з н а в а л и с ь как о с о б ы й язык, а не п р о с т о как
вариант привычного способа выражения. Иногда подобное
расхождение наблюдается даже в устной традиции. Н о типич­
н о о н о т о л ь к о д л я п и с ь м е н н ы х культур: э т о случай, когда я з ы к
Глава первая. Помнящая культура S3

священных и / и л и классических текстов должен специально


изучаться в школе . 3

О д н а к о р а з л и ч и е между с т а р ы м и н о в ы м м о ж е т осозна­
ваться и б л а г о д а р я м н о г и м другим ф а к т о р а м , а т а к ж е на со­
в е р ш е н н о других, чем языковой, уровнях. Л ю б о й достаточно
глубокий р а з р ы в п р е е м с т в е н н о с т и и т р а д и ц и и м о ж е т повести
к в о з н и к н о в е н и ю п р о ш л о г о — в т о м случае, когда после т а к о г о
разрыва предпринимается попытка начать сначала. Обновле­
н и я , в о з р о ж д е н и я , р е с т а в р а ц и и в с е г д а в ы с т у п а ю т в ф о р м е об­
р а щ е н и я к п р о ш л о м у . П о м е р е т о г о , как о н и о с в а и в а ю т будущее,
о н и создают, воссоздают, о т к р ы в а ю т п р о ш л о е . Это м о ж н о по­
казать уже на п р и м е р е самого р а н н е г о известного «возрожде­
ния» в и с т о р и и человечества: на п р и м е р е «неошумерского»
п р о г р а м м н о г о в о з в р а щ е н и я к э п о х е Ур-III п о с л е а к к а д с к о й и н ­
т е р м е д и и д и н а с т и и Саргонидов. Египтологу, к о н е ч н о , б л и ж е
несколько более поздний случай Среднего Царства, к о т о р ы й
в а ж е н е щ е и потому, ч т о с а м п о н и м а е т с е б я к а к « в о з р о ж д е н и е » .
И м я , в з я т о е о с н о в а т е л е м 12-й д и н а с т и и А м е н е м х е т о м I и п р о ­
г р а м м н о е д л я е г о п р а в л е н и я , «Уехем-месует», « П о в т о р и т е л ь
рождений», означает не что и н о е , как «возрождение» . Ц а р и 4

12-й д и н а с т и и в о з в р а щ а л и с ь к ф о р м а м 5-й и 6-й д и н а с т и и , 5

основывали культы своих ц а р с т в е н н ы х п р е д ш е с т в е н н и к о в , 6

кодифицировали литературные традиции прошлого , брали 7

о б р а з ц о м д л я с е б я ц а р я р а н н е й 4-й д и н а с т и и С н о ф р у и т е м8

с а м ы м с о з д а в а л и « Д р е в н е е Ц а р с т в о » в с м ы с л е п р о ш л о г о , па­
мять о котором учреждает общность, законность, авторитет

Э т о т случай я описал для Египта в книге: Автор, 1985.


3

В своей еще неопубликованной докторской диссертации, защи­


4

щавшейся в Гейдельберге, «Исследования о святилище Хекаиба. Сред­


нее Ц а р с т в о в Э л е ф а н т и н е » Д е т л е ф Ф р а н к е (Detlef Franke. S t u d i e n
zum Heiligtum des Heqaib. Das Mittlere Reich in Elephantine) подроб­
но и убедительно о б о с н о в ы в а е т это т о л к о в а н и е священного титула
Аменемхета I.
«Архаизм» 12-й династии выступил о с о б е н н о ясно в результате
5

раскопок Д и т е р а Арнольда на столичном кладбище в Л и ш т е .


R e d f o r d , 1986, 151 ff.
6

7
А в т о р , 1990, 2 Кар.
Е . Graefe, 1990.
8
Часть первая. Общетеоретические основания

и д о в е р и е . В с в о и х с т р о и т е л ь н ы х н а д п и с я х э т и ц а р и обнару­
живали тот пафос вечности, который мы упоминали выше.
И с к о н н е й ш а я ф о р м а , м о ж н о сказать, исходное пережива­
ние того р а з р ы в а между вчера и сегодня, к о т о р ы й требует
в ы б о р а между и с ч е з н о в е н и е м и с о х р а н е н и е м , есть смерть.
Только с наступлением конца, радикальной невозможности
продолжения, ж и з н ь обретает форму прошлого, на котором
м о ж е т о с н о в ы в а т ь с я п о м н я щ а я культура. М о ж н о с к а з а т ь , ч т о
это и есть «место з а р о ж д е н и я » п о м н я щ е й культуры. Р а з л и ч и е
между е с т е с т в е н н ы м и л и даже искусственно р а з в и т ы м и допол­
н е н н ы м в с п о м и н а н и е м отдельного человека, к о т о р ы й с высо­
т ы старости оглядывается на свою жизнь, и в о с п о м и н а н и е м ,
к о т о р о е п о т о м к и с в я ж у т с э т о й ж и з н ь ю п о с л е е г о с м е р т и , от­
ч е т л и в о в ы я в л я е т с п е ц и ф и ч е с к и культурный э л е м е н т к о л л е к ­
т и в н о й п а м я т и . М ы г о в о р и м , ч т о м е р т в ы й « п р о д о л ж а е т жить»
в памяти потомства, как если бы речь шла о естественном про­
д о л ж е н и и самодеятельного существования. Н о на самом деле
р е ч ь идет об акте о ж и в л е н и я , к о т о р ы м м е р т в ы й обязан воле­
вому р е ш е н и ю группы н е допустить его и с ч е з н о в е н и я , сохра­
н и т ь его с и л о й в о с п о м и н а н и я как члена о б щ н о с т и , взять его с
собой в шагающее дальше настоящее.
Наиболее наглядным воплощением этой ф о р м ы помнящей
к у л ь т у р ы я в л я е т с я р и м с к и й п а т р и ц и а н с к и й о б ы ч а й н е с т и с со­
бой в семейных процессиях предков в виде портретов и масок
(лат. p e r s o n a — « л и ч и н а » ) . М е р т в ы й к а к « л и ч и н а » ) . В э т о й свя­
9

зи особенно с в о е о б р а з н ы м представляется египетский обычай


уже п р и ж и з н и самому класть н а ч а л о т о й п о м н я щ е й культуре,
к к о т о р о й м о ж е т п р и о б щ и т ь у м е р ш е г о л и ш ь п о т о м с т в о в со­
знательной попытке навести мост через созданную смертью
п р о п а с т ь . Е г и п е т с к и й ч и н о в н и к сам с о о р у ж а е т с в о ю гробни­
цу и п и ш е т н а н е й с в о ю б и о г р а ф и ю , п р и ч е м н е в с м ы с л е «ме­
муаров», а в смысле предвосхищаемого некролога . Случай 10

9
Ч р е з в ы ч а й н о п о х о ж и й обычай возник после эпохи Д р е в н е г о
Ц а р с т в а т а к ж е в Египте, см. Н. Kees, 1926, 253 ff. В больших празд­
н и ч н ы х п р о ц е с с и я х участвовали д е р е в я н н ы е статуи выдающихся
предков.
10
См. об этом Автор, 1983; 1987.
Глава первая. Помнящая культура 35

памяти об умерших — и с к о н н е й ш е й и самой р а с п р о с т р а н е н н о й


ф о р м ы п о м н я щ е й культуры —показывает т а к ж е , ч т о я в л е н и я , с
которыми мы имеем здесь дело, не укладываются в п р и в ы ч н о е
п о н я т и е « т р а д и ц и и » . П о н я т и е « т р а д и ц и я » з а т у ш е в ы в а е т раз­
рыв, ведущий к возникновению прошлого, выдвигая зато на
передний план аспект непрерывности, продолжения и преем­
ственности. К о н е ч н о , многое из того, что описывается здесь
с п о м о щ ь ю п о н я т и й « п о м н я щ а я к у л ь т у р а » , а т а к ж е «культур­
ная память», м о ж н о назвать и традицией, или преданием. Н о
э т о о б о з н а ч е н и е н е о т р а ж а е т п р и с у щ е г о д а н н о м у я в л е н и ю ас­
пекта усвоения, п р е о д о л е в а ю щ е г о р а з р ы в в о з в р а щ е н и я , рав­
но как и его о т р и ц а т е л ь н ы х с т о р о н — з а б в е н и я и в ы т е с н е н и я .
Поэтому нам н у ж н о п о н я т и е , с п о с о б н о е о х в а т и т ь оба аспек­
та. М е р т в ы е и п а м я т ь о н и х н е п е р е д а ю т с я « т р а д и ц и е й » . Т о ,
что о них помнят, есть дело эмоциональной привязанности,
культурной р а б о т ы и с о з н а т е л ь н о г о , п р е о д о л е в а ю щ е г о раз­
рыв, обращения к прошлому. Эти ж е элементы образуют то,
что мы называем п о м н я щ е й культурой, и в ы д е л я ю т ее из пото­
ка т р а д и ц и и .

I. С О Ц И А Л Ь Н О Е К О Н С Т Р У И Р О В А Н И Е ПРОШЛОГО:

М О Р И С ХАЛЬБВАКС

В 20­е гг. ф р а н ц у з с к и й с о ц и о л о г М о р и с Х а л ь б в а к с р а з р а ­
ботал п о н я т и е « m é m o i r e collective», к о т о р о е о н р а с к р ы в а е т
г л а в н ы м о б р а з о м в т р е х к н и г а х : « L e s c a d r e s s o c i a u x d e la
n
m é m o i r e » ( 1 9 2 5 ; в д а л ь н е й ш е м ц и т и р у е т с я к а к 1 9 8 5 a) ; « L a
topographie légendaire des évangiles en t e r r e sainte. E t u d e de
m é m o i r e collective» (в д а л ь н е й ш е м ц и т и р у е т с я к а к 1 9 4 1 ) и « L a
m é m o i r e collective» ( 1 9 5 0 , п о с м е р т н о о п у б л и к о в а н н а я р а б о т а ,
н а п и с а н н а я в о с н о в н о м в 30­е г о д ы ; в д а л ь н е й ш е м ц и т и р у е т с я

" П е р е в о д Lutz G eldsetzer был в п е р в ы е опубликован как 34 том


Soziologische Texte (hg. v. H. Maus u n d Fr. F u r s t e n b e r g , Berlin/Neuwied, 19
(указано Георгом Ш т ё т ц е л е м ) . П о д р о б н ы й р а з б о р т е о р и и памяти
Хальбвакса см. в: G. N a m e r , 1987.
36 Часть первая. Общетеоретические основания

как 1985 в ) . Хальбвакс учился в Л и ц е е Генриха Ч е т в е р т о г о у


1 2

Бергсона, в ф и л о с о ф и и к о т о р о г о тема памяти занимает цент­


р а л ь н о е место (H. Bergson, 1896), а в студенческие годы — у
Дюркгейма, чье понятие коллективного сознания дало опору
его стремлению преодолеть бергсоновский субъективизм и
т р а к т о в а т ь память как с о ц и а л ь н ы й ф е н о м е н . Хальбвакс пре­
подавал социологию сначала в Страсбурге, потом в Сорбон­
н е . В 1 9 4 4 г. о н б ы л п р и г л а ш е н н а р а б о т у в К о л л е ж д е Ф р а н с ,
н о б ы л т о г д а ж е д е п о р т и р о в а н н е м ц а м и и у б и т 16 м а р т а 1 9 4 5 г.
в концентрационном лагере Бухенвальд . 1S

1. И н д и в и д у а л ь н а я и к о л л е к т и в н а я п а м я т ь

Ц е н т р а л ь н ы й т е з и с , п р о в о д и м ы й в о в с е х р а б о т а х Хальб¬
вакса, — э т о с о ц и а л ь н а я о б у с л о в л е н н о с т ь п а м я т и . О н п о л н о с ­
тью отвлекается от физической, то есть коренящейся в физи­
ологии н е р в н о й системы и мозга, о с н о в ы памяти ; вместо это­ 14

го он выявляет с о ц и а л ь н ы й контекст, без к о т о р о г о невозмож­


но складывание и с о х р а н е н и е индивидуальной п а м я т и . «Не­
возможна память вне р е ф е р е н ц и а л ь н ы х рамок, на к о т о р ы е
опираются живущие в обществе люди, чтобы зафиксировать
и у д е р ж а т ь с в о и в о с п о м и н а н и я » ( 1 9 8 5 а, 1 2 1 ) . И н д и в и д , в о с ­
питанный в полном одиночестве, не имел бы памяти — таков
е г о т е з и с , н и г д е , в п р о ч е м , н е с ф о р м у л и р о в а н н ы й в с т о л ь от­
четливой форме. Память возникает у человека лишь в процес­
се его с о ц и а л и з а ц и и . Х о т я «обладает» п а м я т ь ю всегда л и ш ь
отдельный человек, эта память сформирована коллективом.
Поэтому выражение «коллективная память» не относится к
р а з р я д у м е т а ф о р . К о л л е к т и в ы н е « о б л а д а ю т » п а м я т ь ю , н о обус­
лавливают память своих членов. Даже самые личные воспоми­
нания возникают только через коммуникацию и взаимодей­
ствие в рамках с о ц и а л ь н ы х групп. М ы п о м н и м не т о л ь к о то,

12
Б и б л и о г р а ф и ю с о ч и н е н и й М о р и с а Хальбвакса см. в W. Berns­
d o r f (Hrsg.), Internationale Soziologen-Lexicon, Stuttgart, 1959, 204.
13
О б и о г р а ф и и M. Хальбвакса см. V. Karady, 1972.
14
И т е м с а м ы м б е р г с о н о в с к и й д у а л и з м души и т е л а , с м .
H. Bergson, 1896.
Глава первая. Помнящая культура 37

что и с п ы т а л и о т о к р у ж а ю щ и х , н о и т о , ч т о о к р у ж а ю щ и е н а м
рассказывают, в а ж н о с т ь ч е г о п о д т в е р ж д е н а для нас их слова­
ми и п о в е д е н и е м . У ж е с а м о п е р е ж и в а н и е в о з н и к а е т у н а с с ог­
л я д к о й н а о к р у ж а ю щ и х , в к о н т е к с т е с о ц и а л ь н о з а д а н н ы х ра­
мок з н а ч и м о с т и . Ведь «не существует п а м я т и без в о с п р и я т и я »
( 1 9 8 5 а, 3 6 4 ) .
П о н я т и е «социальных рамок» («cadres sociaux»), введен­
н о е Х а л ь б в а к с о м , п о р а з и т е л ь н о б л и з к о р а з в и т о й Э. Г о ф м а н о м
т е о р и и « р а м о ч н о г о анализа», и с с л е д у ю щ е г о с о ц и а л ь н о задан­
ную структуру и л и « о р г а н и з а ц и ю » п о в с е д н е в н о г о о п ы т а
( G o f f m a n , 1 9 7 7 ) . Х а л ь б в а к с ( 1 9 8 5 а) п р о в о д и т « р а м о ч н ы й ана­
лиз» в о с п о м и н а н и я , а н а л о г и ч н ы й г о ф м а н о в с к о м у р а м о ч н о м у
а н а л и з у о п ы т а , и с п о л ь з у я п р и э т о м ту ж е т е р м и н о л о г и ю , п о ­
скольку «cadres», к о т о р ы е , согласно Хальбваксу, конституиру­
ют и с т а б и л и з и р у ю т в о с п о м и н а н и е , с о о т в е т с т в у ю т «frames»,
о р г а н и з у ю щ и м , п о Гофману, п о в с е д н е в н ы й о п ы т . Х а л ь б в а к с
пошел еще дальше, объявив коллектив субъектом памяти и
воспоминания и создав понятия «групповая память» и «память
нации», в которых понятие памяти оборачивается метафо­
р о й . Так д а л е к о м ы за н и м н е последуем. Субъектом п а м я т и
15

и в о с п о м и н а н и я в с е г д а о с т а е т с я о т д е л ь н ы й ч е л о в е к , н о о н за­
висим от «рамок», организующих его память. Преимущество
этой т е о р и и состоит в том, что она способна объяснить не
только память, но и забвение. Если отдельный человек — и
о б щ е с т в о — с п о с о б н ы х р а н и т ь в п а м я т и т о л ь к о т о , ч т о подда­
ется р е к о н с т р у к ц и и как п р о ш л о е в рамках д а н н о г о настояще­
го, з н а ч и т , з а б в е н и ю б у д е т п р е д а н о и м е н н о т о , д л я ч е г о в на­
с т о я щ е м у т р а ч е н ы р е ф е р е н ц и а л ь н ы е р а м к и . Д р у г и м и сло­
16

вами: и н д и в и д у а л ь н а я п а м я т ь создается в к а ж д о й о т д е л ь н о й
л и ч н о с т и б л а г о д а р я е е у ч а с т и ю в п р о ц е с с а х к о м м у н и к а ц и и . Па­
мять является функцией вовлеченности личности в разнооб­
разные социальные группы, начиная с семьи и кончая рели­
гиозной и н а ц и о н а л ь н о й о б щ н о с т ь ю . П а м я т ь ж и в е т и сохра-

П р о т и в т а к о г о словоупотребления (при сходных предпосыл­


ках в остальном) э н е р г и ч н о восставал F. С. Barlett (1932).
16
О д и н из случаев забвения, вызванного и з м е н е н и е мрефере
38 Часть первая. Общетеоретические основания

няется в коммуникации. Если последняя прекращается, или


если исчезают л и б о и з м е н я ю т с я р е ф е р е н ц и а л ь н ы е р а м к и ком­
муникативной реальности, следует забвение . Мы п о м н и м 17

только то, что можем сообщить и для чего можно найти место
в р а м к а х к о л л е к т и в н о й п а м я т и ( 1 9 8 5 а, гл. 4: « Л о к а л и з а ц и я вос­
поминаний»). С точки зрения отдельного человека память
представляет собой агломерат, в о з н и к а ю щ и й на основе при­
частности индивида к многосторонности групповой памяти.
С точки зрения группы память есть вопрос распределения: это
знание, к о т о р о е она распределяет внутри себя, то есть между
своими членами. Память образует в каждом отдельном случае
«замкнутую систему», э л е м е н т ы к о т о р о й взаимно поддержи­
в а ю т и о п р е д е л я ю т друг друга как у о т д е л ь н о г о ч е л о в е к а , т а к и
в рамках группы. Поэтому для Хальбвакса важно различение
между индивидуальной и коллективной памятью, несмотря на
т о ч т о и индивидуальная п а м я т ь всегда я в л я е т с я уже соци­
альным феноменом. Она индивидуальна в смысле уникальной
в каждом случае к о м б и н а ц и и к о л л е к т и в н ы х в о с п о м и н а н и й ,
будучи в м е с т и л и щ е м р а з л и ч н ы х с в я з а н н ы х с г р у п п а м и к о л л е к ­
т и в н ы х п а м я т е й и их в к а ж д о м с л у ч а е с п е ц и ф и ч е с к о й к о м б и ­
н а ц и и ( 1 9 8 5 в, 1 2 7 ) . В с т р о г о м с м ы с л е и н д и в и д у а л ь н ы л и ш ь
о щ у щ е н и я , н о н е в о с п о м и н а н и я . Ведь «ощущения т е с н о связа­
н ы с н а ш и м телом», в то в р е м я как в о с п о м и н а н и я н е и з б е ж н о
«берут начало в м ы ш л е н и и р а з л и ч н ы х групп, членами к о т о р ы х
мы являемся».

2. Ф и г у р ы в о с п о м и н а н и я

К а к б ы а б с т р а к т н о н и б ы л о м ы ш л е н и е , в о с п о м и н а н и е все­
гда к о н к р е т н о . И д е и д о л ж н ы п о л у ч и т ь ч у в с т в е н н ы й о б л и к ,
п р е ж д е ч е м будут — в к а ч е с т в е п р е д м е т о в — д о п у щ е н ы в п а м я т ь .

17
«Забвение объясняется исчезновением этих рамок или их части,
либо потому, что наше внимание неспособно было на них остановить­
ся, л и б о потому, что о н о было направлено на что-то другое... З а б в е н и е
или искажение определенных воспоминаний объясняется тем фактом,
что рамки эти меняются от одной эпохи к другой» (1985 а, 368). Таким
образом, не только память, но и забвение есть социальное явление.
Глава первая. Помнящая культура 39

П р и э т о м п о н я т и е и о б р а з н е р а з р ы в н о с л и в а ю т с я . «Та и л и
иная истина, ч т о б ы з а к р е п и т ь с я в памяти группы, д о л ж н а пред­
с т а т ь в к о н к р е т н о й ф о р м е к а к о г о - л и б о с о б ы т и я , л и ц а и л и ме­
ста» ( 1 9 4 1 , 157). И н а о б о р о т : ч т о б ы с о б ы т и е п р о д о л ж а л о ж и т ь
в памяти группы, оно должно обогатиться полнотой смысла
существенной и с т и н ы . «Всякая л и ч н о с т ь и всякий историчес­
кий ф а к т п р и с в о е м п о с т у п л е н и и в эту п а м я т ь н е м е д л е н н о
транспонируются в поучение, понятие, символ; они получают
смысл, они становятся элементом и д е й н о й с и с т е м ы данного
о б щ е с т в а » ( 1 9 8 5 а, 3 8 9 с л . ) . И з э т о й к о м б и н а ц и и п о н я т и й и
данностей опыта возникает то, что мы назовем «фигурами
1 8

воспоминания» . Их специфика точнее определяется тремя


19

признаками: отнесенностью к конкретному времени и про­


странству, о т н е с е н н о с т ь ю к к о н к р е т н о й группе и воссоздани­
ем к а к с п е ц и ф и ч е с к и м д л я н и х с п о с о б о м д е й с т в и я .

а) Отнесенность к пространству и времени

Фигуры воспоминания должны быть воплощены в опре­


деленном п р о с т р а н с т в е и актуализованы в о п р е д е л е н н о м вре­
мени, т о есть о н и всегда к о н к р е т н ы во в р е м е н и и п р о с т р а н ­
стве, хотя и не всегда в г е о г р а ф и ч е с к о м и л и и с т о р и ч е с к о м
смысле. Поскольку коллективная память н е п р е м е н н о конкрет­
но ориентирована, создаются точки кристаллизации. Содер­
жания воспоминания включают в себя в р е м е н н о й показатель
как потому, ч т о с в я з ы в а ю т с я с д р е в н е й ш и м и и л и в ы д а ю щ и м и ­
ся с о б ы т и я м и , так и в силу п е р и о д и ч е с к о г о р и т м а вспомина­
ния. Н а п р и м е р , г о д о в о й круг п р а з д н и к о в о т р а ж а е т коллектив­
н о пережитое время, будь т о , в з а в и с и м о с т и о т п р и н а д л е ж н о с т и
к той или и н о й группе, гражданский, ц е р к о в н ы й , крестьянский

Эта пара напоминает, к о н е ч н о , о «понятии» и «созерцании» у


18

Канта.
Сам Хальбвакс г о в о р и т в этой связи об «образах воспомина­
19

ния», см. в о с о б е н н о с т и 1985 а, 25 сл. Под «фигурами воспоминания»


мы подразумеваем, н а п р о т и в , культурно с ф о р м и р о в а н н ы е , обще­
ственно о б я з а т е л ь н ы е «образы воспоминания» и п р е д п о ч и т а е м по­
нятие «фигуры» п о н я т и ю «образа» потому, что о н о может относиться
не только к иконической, но, например, и к н а р р а т и в н о й ф о р м е .
40 Часть первая. Общетеоретические основания

или в о е н н ы й календарь. Так же у к о р е н е н о в о с п о м и н а н и е и в


обитаемом пространстве. Ч е м д о м я в л я е т с я д л я с е м ь и , т е м д е ­
ревня и дол — для сообщества крестьян, города — для сообще­
ства горожан, страна — земляков: это рамки памяти, к о т о р ы е
о н а д а ж е in a b s e n t i a , и в о с о б е н н о с т и в э т о м с л у ч а е , х р а н и т
как «родину». К пространству о т н о с и т с я т а к ж е о к р у ж а ю щ и й
«я», п р и н а д л е ж а щ и й ему в е щ н ы й м и р , е г о « e n t o u r a g e m a t é r i e l » ,
р о д н о й д л я «я» к а к о п о р а и н о с и т е л ь е г о с а м о с т и . Э т о т в е щ ­
н ы й м и р — утварь, обстановка, помещения, их с п е ц и ф и ч е с к и й
п о р я д о к , «создающие у нас в п е ч а т л е н и е п о с т о я н с т в а и устой­
2 0
ч и в о с т и » ( 1 9 8 5 в, 1 3 0 ) — о п р е д е л е н с о ц и а л ь н о : и х ц е н н о с т ь ,
их цена, их символическое, связанное со статусом, значение
суть с о ц и а л ь н ы е ф а к т ы ( A p p a d u r a i , 1986). Э т а т е н д е н ц и я к
локализации проявляется во всех типах общностей. Л ю б а я
с п л а ч и в а ю щ а я с я группа с т р е м и т с я создать и о б е с п е ч и т ь за
с о б о й м е с т а , к о т о р ы е я в л я ю т с я д л я н е е н е т о л ь к о с ц е н о й со­
вместной деятельности, но и символами ее идентичности, а
также о п о р н ы м и пунктами воспоминания. П а м я т ь нуждается
2 1
в месте, стремится определиться в пространстве . Хальбвакс
показал это на п р и м е р е «легендарной т о п о г р а ф и и Святой
З е м л и » . В другой с в я з и м ы е щ е р а с с м о т р и м п о д р о б н е е эту его
работу. Группа и п р о с т р а н с т в о с о з д а ю т с у щ е с т в е н н о е с и м в о ­
л и ч е с к о е единство, к о т о р о е группа с о х р а н я е т и в случае раз­
луки со своим п р о с т р а н с т в о м , с и м в о л и ч е с к и в о с п р о и з в о д я
с в я щ е н н ы е места.

b) Отнесенность к группе

Коллективная память п р о ч н о связана со своими носите­


л я м и и не м о ж е т б ы т ь передана кому угодно. Кто участвует в

20
П о Огюсту Конту. С р а в н и также введенное А. Геленом (А. G eh­
len) п о н я т и е «внешней обстановки», в U r m e n s c h u n d S p ä t k u l t u r
(1956), 25 f. и в других местах.
21
Ср. уже у Ц и ц е р о н а : «tanta vis admonitionis inest in locis, ut n o n
sine causa ex iis m e m o r i a e ducta sit disciplina» (de fin. 5, 1—2: «В местах
заключается такая сила напоминания, что не без п р и ч и н ы из них вы­
водится искусство памяти». Эти идеи развивает Р. N o r a в своем широ­
ко задуманном труде Les lieux d e la memoire (1984); (1986); (готовится).
Глава первая. Помнящая культура 41

ней, свидетельствует тем самым свою принадлежность к


в р е м е н н а я к о н к р е т н о с т ь , н о и, е с л и м о ж н о т а к в ы р а з и т ь с я ,
идентификационная конкретность. Это значит, что она непре­
менно и исключительно отнесена к точке зрения реальной и
живой группы. П р о с т р а н с т в е н н ы е и в р е м е н н ы е представле­
ния коллективной памяти стоят в жизненной связи с форма­
ми коммуникации соответствующей группы, и эта связь несет
э м о ц и о н а л ь н у ю и ц е н н о с т н у ю нагрузку. П р о с т р а н с т в о и в р е ­
мя выступают в э т о м к о н т е к с т е как р о д и н а и б и о г р а ф и я , ис­
полненные смысла и значения для целей группы и ее представ­
л е н и я о себе. Фигуры в о с п о м и н а н и я «являются о д н о в р е м е н н о
образцами, п р и м е р а м и и своего рода поучениями. В них вы­
ражена общая позиция группы; они не только воспроизво­
дят ее прошлое, но и о п р е д е л я ю т ее сущность, ее свойства и
е е с л а б о с т и » ( 1 9 8 5 а, 2 0 9 f). С в я з ь м е ж д у к о л л е к т и в н о й п а м я ­
тью, представлением группы о себе и социальной функцией
Хальбвакс показывает на п р и м е р е и е р а р х и и средневекового
феодального строя. Его система гербов и титулов символизи­
рует п р и т я з а н и я на права и п р и в и л е г и и . В э т о м случае р а н г
с е м ь и в б о л ь ш о й м е р е « о п р е д е л я е т с я т е м , ч т о о н а с а м а и дру­
г и е з н а ю т о е е п р о ш л о м » ( 1 9 8 5 а, 3 0 8 ) . З д е с ь « п р и х о д и л о с ь
а п е л л и р о в а т ь к п а м я т и о б щ е с т в а , ч т о б ы д о с т и ч ь т о г о послу­
ш а н и я , к о т о р о г о п о з ж е будут т р е б о в а т ь , с с ы л а я с ь н а п о л ь з у
своего служения или на п о л н о м о ч и я служащих и чиновников»
( 1 9 8 5 а, 2 9 4 ) .

С о ц и а л ь н а я группа, у ч р е ж д а ю щ а я с я как о б щ н о с т ь воспо­


м и н а н и я , о б е р е г а е т с в о е п р о ш л о е с двух о с н о в н ы х т о ч е к з р е ­
ния: своеобразия и долговечности. Создавая свой собственный
образ, о н а п о д ч е р к и в а е т р а з л и ч и я с в н е ш н и м м и р о м и, н а п р о ­
тив, преуменьшает в н у т р е н н и е различия. К р о м е т о г о , о н а раз­
вивает «сознание своей идентичности, проносимой сквозь
время», поэтому сохраняемые памятью факты о б ы ч н о отби­
раются и выстраиваются так, чтобы подчеркнуть соответ­
ствия, сходство, преемственность. В тот момент, когда группа
осознает, что п р о и з о ш л а р е ш и т е л ь н а я перемена, она переста­
ет существовать как группа и уступает место н о в о й группе. Н о
поскольку каждая группа стремится к долговечности, она
Часть первая. Общетеоретические основания

склонна по возможности затушевывать изменения и воспри­


нимать и с т о р и ю как неизменную длительность.

с) Воссоздающий характер

С о т н е с е н н о с т ь ю к группе тесно связан еще один признак


коллективной памяти — ее воссоздающий характер. Под этим
мы подразумеваем, что нет памяти, способной удержать
п р о ш л о е как таковое; от п р о ш л о г о остается т о л ь к о то, «что
о б щ е с т в о в ту и л и и н у ю э п о х у с п о с о б н о в о с с о з д а т ь в с в о и х
н ы н е ш н и х р е ф е р е н ц и а л ь н ы х р а м к а х » . ( 1 9 8 5 а, 3 9 0 ) . П о с л о ­
в а м ф и л о с о ф а Г. Б л ю м е н б е р г а , « н е с у щ е с т в у е т ч и с т ы х ф а к ­
тов памяти».
О р и г и н а л ь н о с т ь и м н о г о с т о р о н н о с т ь м ы ш л е н и я Хальбвак­
са о с о б е н н о я р к о п р о я в и л и с ь в т о м ф а к т е , ч т о о н — ф и л о с о ф
и социолог — доказывал это п о л о ж е н и е на столь удаленном
материале, как с в я т ы е места х р и с т и а н с т в а в П а л е с т и н е . Хрис­
тианская топография представляет собой чистую фикцию.
С в я т ы е м е с т а у в е к о в е ч и в а ю т н е ф а к т ы , п о д т в е р ж д е н н ы е сви­
детелями той эпохи, а положения веры, которые закрепляют
на ж и в о м о б щ е н и и к о л л е к т и в н а я п а м я т ь а п о с т о л ь с к о й общ­
н о с т и , « И и с у с о в а д в и ж е н и я » , как с к а з а л и б ы с е г о д н я (G .
ограничивалась, с т и п и ч н о й для эмоционального о т н о ш е н и я
избирательностью, изречениями, притчами, афоризмами и
д о г м а т а м и У ч и т е л я . Б и о г р а ф и ч е с к а я р а з р а б о т к а о б р а з а вос­
п о м и н а н и я н а ч и н а е т с я позже, когда ослабевает напряжен­
н о с т ь а п о к а л и п т и ч е с к о г о о ж и д а н и я . Тогда в о з н и к л а п о т р е б ­
ность поместить сохранившиеся логии в биографические
э п и з о д ы и л о к а л и з о в а т ь их во в р е м е н и и п р о с т р а н с т в е . По­
с к о л ь к у н е с у щ е с т в о в а л о мест, с к о т о р ы м и в о с п о м и н а н и е б ы л о
бы связано с самого начала, знатоки г е о г р а ф и и Галилеи о к о л о
100 г. п о P . X . з а д н и м ч и с л о м с в я з а л и е г о с о п р е д е л е н н ы м и ме­
стами. Н о с в ы х о д о м на сцену П а в л а ц е н т р т я ж е с т и воспоми­
нания п е р е м е щ а е т с я из Галилеи в Иерусалим. Здесь вообще
«нет п о д л и н н ы х в о с п о м и н а н и й » , поскольку п р о ц е с с и казнь
Х р и с т а п р о х о д и л и , судя п о всему, в о т с у т с т в и е а п о с т о л о в . И е р у ­
Глава первая. Помнящая культура 43

с а л и м о к а з ы в а е т с я в ц е н т р е , п о т о м у ч т о в и з м е н и в ш е й с я бо­
гословской п е р с п е к т и в е ж и з н ь Иисуса воссоздается по­ново­
му, и с х о д я и з с т р а с т е й и в о с к р е с е н и я к а к е е о с н о в н ы х с о б ы ­
тий, а вся его д е я т е л ь н о с т ь в Галилее о т х о д и т на в т о р о й план
как п р е д ы с т о р и я .
Новая идея, ставшая догматом со времени Никейского
собора, — это искупление грехов м и р а ж е р т в е н н о й смертью
вочеловечившегося Бога. О н а приобретает з а п о м и н а ю щ и й с я
образ, делается «фигурой воспоминания» как и с т о р и я Страс­
тей. Распятие и В о с к р е с е н и е становятся и с х о д н ы м и пунктами
воссоздаваемой памяти о Христе, а Иерусалим выстраивает­
ся как у в е к о в е ч и в а ю щ е е его п р о с т р а н с т в о . Э т о н о в о е у ч е н и е
и воплощающая его новая память о Христе находят конкрет­
ное в о п л о щ е н и е в «système d e localisation», с о з д а ю щ е й для н е е
пространственную опору в церквях, часовнях, святых местах,
мемориальных досках, кальвариях и проч.; новые системы
локализации, отражающие дальнейшие изменения христи­
а н с к о г о у ч е н и я , з а с т р а и в а ю т и р а с ш и р я ю т е е н а п о д о б и е па­
лимпсеста.
И т а к , п а м я т ь з а н и м а е т с я в о с с о з д а н и е м . П р о ш л о е н е мо­
жет сохраняться в ней как таковое. О н о п о с т о я н н о реорга­
низуется с м е н я ю щ и м и с я к о н т е к с т н ы м и рамками движущего­
ся в п е р е д н а с т о я щ е г о . Т а к ж е и н о в о е м о ж е т в ы с т у п а т ь не
иначе как в ф о р м е воссозданного п р о ш л о г о . Т р а д и ц и и могут
сменяться только традициями, прошлое только прошлым
( 1 9 8 5 а, 3 8 5 ) . Д е л о о б с т о и т н е т а к , ч т о о б щ е с т в о , п р и н я в н о ­
вые идеи, заменяло бы ими свое прошлое; оно п р и н и м а е т в
этом случае п р о ш л о е и н ы х групп, чем те, к о т о р ы е до сих п о р
и г р а л и о п р е д е л я ю щ у ю р о л ь . «В э т о м с м ы с л е н е т о б щ е с т в е н ­
ной идеи, которая не была бы одновременно воспоминани­
е м о б щ е с т в а » ( 1 9 8 5 а, 3 8 9 ) . П о э т о м у к о л л е к т и в н а я п а м я т ь
Действует в о б о и х н а п р а в л е н и я х : как назад, так и вперед.
Память не только воссоздает п р о ш л о е , она также организу­
ет п е р е ж и в а н и е н а с т о я щ е г о и будущего, так ч т о не и м е е т
смысла противопоставлять «принципу памяти» «принцип
надежды»: они взаимообусловлены и н е м ы с л и м ы один без
Другого (D. Ritschl, 1967).
44 Часть первая. Общетеоретические основания

3 . П а м я т ь versus и с т о р и я

Хальбвакс полагает, ч т о группа склонна п р е д с т а в л я т ь свое


прошлое в форме, затушевывающей любое изменение. Это
заставляет вспомнить об особенностях тех обществ, которые
К. Л е в и - С т р о с с н а з ы в а л « х о л о д н ы м и » . В с а м о м д е л е , з а т у ш е ­
22

вывание изменений играет у Хальбвакса столь центральную


роль в коллективной памяти, что он противопоставляет ей в
ц е л о м « и с т о р и ю » к а к а н т о н и м . « И с т о р и я » , с о г л а с н о Хальбвак¬
су, д е й с т в у е т п р я м о п р о т и в о п о л о ж н о к о л л е к т и в н о й п а м я т и .
Если последняя замечает л и ш ь сходство и преемственность,
то первая воспринимает исключительно различия и разрывы
п р е е м с т в е н н о с т и . В т о в р е м я как к о л л е к т и в н а я п а м я т ь смот­
р и т н а г р у п п у « и з н у т р и » , с т р е м я с ь п р е д с т а в и т ь е й т а к о й об­
раз ее собственного прошлого, чтобы она на л ю б о й стадии
могла себя узнать, и в к о т о р о м поэтому и з м е н е н и я затушева­
ны, история, напротив, вымарывает такие эпохи неизменнос­
т и н а с в о е й к а р т и н е как «пустые» п р о м е ж у т к и и т о л ь к о т о счи­
тает и с т о р и ч е с к и м ф а к т о м , в чем п р о я в л я е т с я и з м е н е н и е как
п р о ц е с с и л и р е з у л ь т а т . В т о ж е в р е м я г р у п п о в а я п а м я т ь , на­
против, подчеркивает, как уже упоминалось, о т л и ч и е собствен­
н о й и с т о р и и и свою обосновываемую э т и м уникальность на
ф о н е всех п р о ч и х групповых памятей, а и с т о р и я н и в е л и р у е т
все п о д о б н ы е о т л и ч и я и по-новому о р г а н и з у е т свои ф а к т ы в
с о в е р ш е н н о г о м о г е н н о м и с т о р и ч е с к о м п р о с т р а н с т в е , где н е т
н и ч е г о у н и к а л ь н о г о , где все с р а в н и м о со всем, в с я к а я ч а с т н а я
и с т о р и я м о ж е т б ы т ь п р и с о е д и н е н а к другой и где, ч т о с а м о е
главное, все в р а в н о й с т е п е н и в а ж н о и з н а ч и м о . Ведь кол­ 23

лективных памятей много, но история одна — отказавшаяся


от всякой связи с какой бы то ни было группой, субъективнос-

2 2
Ср. К. Леви-Стросс (Cl. Levy-Strauss, 1973, 270; 1975, 3 9 - 4 2 ) . В
свете этого р а з л и ч е н и я , к которому мы еще вернемся в другой связи,
возникает вопрос, н е т ли и таких групп — «горячих» обществ, кото­
р ы е были бы способны к осознанию собственных и з м е н е н и й и вклю­
ч е н и ю их в свое представление о себе.
2 3
Хальбвакс, 1950, 75: «Как ни р а з л и ч н ы место и время, и с т о р и я
сводит события к на вид сравнимым п о н я т и я м , что п о з в о л я е т ей свя­
зать их друг с другом как в а р и а ц и и на одну или н е с к о л ь к о тем».
Глава первая. Помнящая культура 45

тью, специфической точкой зрения; она воссоздает прошлое


в «безличной» к а р т и н е , на к о т о р о й , как г о в а р и в а л Р а н к е , все
«равноудалено от Бога», поскольку «независимо от суждения
к а к о й б ы т о н и б ы л о группы», всегда о б о р а ч и в а ю щ е г о с я замк­
н у т о й на с е б е п р и с т р а с т н о с т ь ю . Н а п р о т и в , и с т о р и к , н е свя­
занный подобными обязательствами и соучастием, «стремит­
с я к о б ъ е к т и в н о с т и и б е с п р и с т р а с т н о с т и » ( 1 9 8 5 b, 7 4 ) .
2 4

Поэтому история для Хальбвакса — не память, поскольку


всеобщей памяти не бывает, существует только коллективная,
то есть неотделимая от группы, «определенная в своей принад­
лежности» память: «Всякая к о л л е к т и в н а я память имеет своим
н о с и т е л е м о г р а н и ч е н н у ю в о в р е м е н и и п р о с т р а н с т в е группу.
В с ю массу с о б ы т и й м о ж н о с о б р а т ь в е д и н у ю к а р т и н у т о л ь к о
п р и у с л о в и и , ч т о с о б ы т и я будут о т д е л е н ы о т п а м я т и г р у п п ,
с о х р а н и в ш и х в о с п о м и н а н и е о н и х , ч т о будут р а з о р в а н ы и х
с в я з и с д у х о в н о й ж и з н ь ю с о ц и а л ь н о й с р е д ы , где о н и п р о и с х о ­
дили, что от них останется лишь хронологическая и простран­
с т в е н н а я с х е м а » ( 1 9 7 8 b, 7 5 ) .
Итак, с одной стороны — многочисленные истории, кото­
р ы е столь ж е м н о г о ч и с л е н н ы е г р у п п ы н а с е л я ю т с в о и м и вос­
поминаниями и своим представлением о себе, с другой сторо-

24
Ясно, что Хальбвакс здесь представляет п о з и т и в и с т с к о е поня­
т и е и с т о р и и , о т к о т о р о г о н о в е й ш а я и с т о р и ч е с к а я наука давно ото­
шла. Всякая и с т о р и о г р а ф и я п р и н а д л е ж и т своему в р е м е н и и укоре­
нена в интересах своих а в т о р о в и л и их заказчиков. Поэтому сегодня
мы не стали бы уже настаивать на р а з л и ч е н и и между «памятью» и
«историей» (в смысле и с т о р и о г р а ф и и ) , как его п р о в о д и т Хальбвакс,
и с к о р е е склонны считать и с т о р и о г р а ф и ю особым родом социаль­
н о й памяти, как это предложил, н а п р и м е р , П. Б ё р к (P. Burke) «Исто­
р и я как социальная память», в: А. A s s m a n n / D . H a r t h , 1991, 289 ff. Н о
тем самым теряется важная категория, а и м е н н о категория нейтраль­
ной по о т н о ш е н и ю к и д е н т и ч н о с т и и с т о р и о г р а ф и и . Ведь, н е с м о т р я
на всю зависимость о т эпохи и и н т е р е с о в , со времен Геродота извес­
т н о з а н я т и е п р о ш л ы м из «теоретического любопытства» и чистого
стремления к знанию, к о т о р о е я в с т в е н н о отличается от тех ф о р м
обращения к прошлому, к о т о р ы е мы называем «помнящей культурой»
и которые всегда связаны с идентичностью помнящей группы. В смыс­
л е вводимого н и ж е р а з л и ч е н и я научная и с т о р и о г р а ф и я принадле­
ж и т к ф о р м а м «холодной» памяти.
Часть первая. Общетеоретические основания

ны — единая история, которую историки населяют извлечен­


н ы м и из многочисленных и с т о р и й фактами. Н о эти ф а к т ы
суть пустые а б с т р а к ц и и , о н и ни для кого н и ч е г о не значат, о
н и х н и к т о не помнит, о н и о ч и щ е н ы от всякой связи с иден­
т и ч н о с т ь ю и в о с п о м и н а н и е м . Абстрактно п р е ж д е всего вре­
мя, в котором история размещает свои данные. Историческое
в р е м я — э т о « d u r é e artificielle», к о т о р а я н е о щ у щ а е т с я и н е
п о м н и т с я н и к а к о й г р у п п о й как « d u r é e » . Тем с а м ы м о н о нахо­
д и т с я , п о Хальбваксу, за г р а н ь ю р е а л ь н о с т и . Э т о бесполез­
н ы й артефакт, в ы р в а н н ы й из связей и о т н о ш е н и й , создавае­
м ы х ж и з н ь ю , п р и ч е м с о ц и а л ь н о й , к о н к р е т н о й во в р е м е н и и
пространстве жизнью.
О т н о ш е н и е п а м я т и и и с т о р и и в и д и т с я Х а л ь б в а к с у к а к от­
н о ш е н и е п о с л е д о в а т е л ь н о с т и . Т а м , где п р о ш л о е у ж е б о л е е н е
п о м н и т с я , т о есть н е п е р е ж и в а е т с я , н а ч и н а е т с я и с т о р и я . «Ис­
т о р и я н а ч и н а е т с я , к а к п р а в и л о , т о л ь к о в т о й т о ч к е , где к о н ч а ­
е т с я т р а д и ц и я и р а с п а д а е т с я с о ц и а л ь н а я память». С ф е р а дея­
т е л ь н о с т и и с т о р и к а н а ч и н а е т с я т а м , где п р о ш л о е п е р е с т а е т
б ы т ь « о б и т а е м ы м » , т о е с т ь т а м , где н а н е г о у ж е н е п р е т е н д у е т
коллективная п а м я т ь ж и в ы х групп. «Собственно п р о ш л ы м яв­
л я е т с я для и с т о р и и т о , ч т о н а х о д и т с я за г р а н ь ю , до к о т о р о й
п р о с т и р а е т с я м ы ш л е н и е актуально присутствующих групп.
П о х о ж е , и с т о р и я д о л ж н а ж д а т ь , п о к а н е и с ч е з н у т с т а р ы е груп­
п ы , п о к а н е у г а с н у т и х м ы с л и и и х п а м я т ь , ч т о б ы з а н я т ь с я ус­
тановлением общей картины и последовательности фактов,
2 5
к о т о р ы е т о л ь к о о н а о д н а с п о с о б н а с о х р а н и т ь » ( 1 9 8 5 b, 1 0 3 ) .
О д н а к о , по Хальбваксу, к о л л е к т и в н а я п а м я т ь о т л и ч н а не толь­
ко от истории, но и от тех организованных и объективиро­
ванных форм воспоминания, которые он охватывает словом
«традиция». Традиция для него не ф о р м а , а п е р е о ф о р м л е н и е
в о с п о м и н а н и я . В э т о м п у н к т е м ы н е м о ж е м с о г л а с и т ь с я с Хальб¬
ваксом. Г р а н и ц ы м е ж д у « m é m o i r e » и « t r a d i t i o n » м о г у т б ы т ь
столь размытыми, что мы не видим большого смысла прово­

2 5
И м е н н о для э т о й «необходимости выждать» и с т о р и к Э р н с т
Нольте нашел подходящее слово: «не желающее проходить» прошлое.
Болезненный пункт, затронутый Нольте, касается н е п р е р ы в н о г о сме­
ш е н и я в так называемом «споре историков» с ф е р памяти и и с т о р и и .
Глава первая. Помнящая культура 47

д и т ь здесь с т р о г и е п о н я т и й н ы е р а з л и ч е н и я . П о э т о м у м ы ис­
пользуем п о н я т и е (коллективной) п а м я т и как н а и б о л е е о б щ е е ,
и р а з л и ч а е м в н у т р и н е г о м е ж д у « к о м м у н и к а т и в н о й » и «куль­
т у р н о й » п а м я т ь ю . Э т о р а з л и ч е н и е будет р а з ъ я с н е н о в о в т о р о м
разделе. П р и этом мы вернемся также к п о н я т и ю традиции у
Хальбвакса.

4. З а к л ю ч е н и е

Е с т ь н е к а я и р о н и я судьбы в т о м , ч т о т е о р е т и к с о ц и а л ь н о й
п а м я т и п о ч т и п о л н о с т ь ю з а б ы т . Д а ж е е с л и и м я М о р и с а Хальб­
26

вакса в п о с л е д н е е в р е м я п р и о б р е л о н е к о т о р у ю и з в е с т н о с т ь ,
того ж е нельзя пока сказать о его т в о р ч е с т в е . Если мы в насто­
я щ е й р а б о т е уделяем з н а ч и т е л ь н о е м е с т о идеям М о р и с а Хальб­
вакса, т о н е потому, ч т о н е ж е л а е м з а м е ч а т ь е г о м н о г о ч и с л е н н ы х
слабых сторон, неизбежно проступающих в ретроспективе.
Н а п р и м е р , ему н е х в а т а е т п о н я т и й н о й ч е т к о с т и , н е о б х о д и ­
2 7

мой для дальнейшего плодотворного развития его идей. Кро­


м е т о г о , с е г о д н я н е м о ж е т н е в ы з ы в а т ь у д и в л е н и я , ч т о ту р о л ь ,
которую как раз письмо играет в складывании к о л л е к т и в н о й
памяти, он нигде систематически не рассматривает и даже ни
разу не у п о м и н а е т о н е м в э т о й с в я з и . З а т о о н н е в силах стрях­
нуть ч а р ы б е р г с о н о в с к и х м а г и ч е с к и х слов, т а к и х как «жизнь»
и «действительность». Как и многих людей его времени, его
неудержимо манила социология, способная нащупать тайну

Тем временем — эта ф р а з а была написана в 1986 году — появи­


26

лась книга G. Namer, 1987, целиком п о с в я щ е н н а я т е о р и и памяти


М. Хальбвакса.
В особенности это относится к его трактовке «религии» в шес­
27

той главе 1985 а, которая сводится к утверждению, что религия как


таковая, т о есть всякая религия, есть род институализированной па­
мяти и «стремится к тому, чтобы пронести нетронутой и без всякой
позднейшей примеси память о далеком прошлом» (1985 а, 261). Имен­
но в этом пункте проблематичным становится различение «культуры»
и «религии», а с другой стороны, возникает настоятельная необходи­
мость р а з л и ч е н и я очень разных т и п о в религии. Поэтому мы не будем
здесь углубляться в религиозно-теоретические рассуждения в 1985 а.
48 Часть первая. Общетеоретические основания

ж и в о й с в я з и с « t e m p s v é c u » (в п р о т и в о п о л о ж н о с т ь « t e m p s
c o n ç u » и « d u r é e artificielle»).
В с е э т о , к о н е ч н о , з а с т а в л я е т в с п о м н и т ь Н и ц ш е ; т е м уди­
в и т е л ь н е е , ч т о э т о и м я у Х а л ь б в а к с а п о ч т и н е п о я в л я е т с я (раз­
в е ч т о в с о в е р ш е н н о и н о м к о н т е к с т е , в 1 9 8 5 а, 2 9 7 ) . Н о Х а л ь б ­
в а к с , в п р о т и в о п о л о ж н о с т ь Н и ц ш е , н е я в л я е т с я к р и т и к о м куль­
туры. О н н е п о д в е р г а е т все, ч т о в ы х о д и т за р а м к и органиче­
ской ж и з н и , н е п р е м е н н о м у р а з о б л а ч е н и ю как бесполезный
или даже враждебный ж и з н и артефакт. Его интерес остается
и с с л е д о в а т е л ь с к и м . И с х о д н ы е структуры к о л л е к т и в н о г о вос­
п о м и н а н и я интересуют его в первую очередь как социального
п с и х о л о г а . Е г о н о в а т о р с к о е о т к р ы т и е — к о л л е к т и в н а я па­
мять — основано на установлении связи памяти и группы. О н
смог п о к а з а т ь на р а з л и ч н ы х п р и м е р а х , как н е р а с т о р ж и м о свя­
з а н ы и взаимообусловлены групповая п а м я т ь и групповая иден­
тичность (понятием «идентичности» Хальбвакс пользуется
р е д к о , а п о н я т и е « м ы ­ и д е н т и ч н о с т и » , к о т о р о е р а з в и в а л , на­
п р и м е р , Ж о р ж Гурвич, его б л и ж а й ш и й сотрудник в П а р и ж е
30­х и 40­х гг., у н е г о в о о б щ е н е в с т р е ч а е т с я . О д н а к о с а м п р е д ­
м е т п р и с у т с т в у е т в его п р о и з в е д е н и я х п о в с ю д у ) .
Хальбвакс как с о ц и а л ь н ы й психолог о г р а н и ч и л с я группой
и не стал обобщать свою т е о р и ю памяти в направлении тео­
р и и культуры. Точку з р е н и я культурной э в о л ю ц и и он т а к ж е
о с т а в л я е т з а с к о б к а м и . О д н а к о в ы д е л е н н ы е и м о с н о в н ы е струк­
т у р ы б ы л и и о с т а ю т с я ф у н д а м е н т а л ь н ы м и к а к р а з д л я культу­
рологического анализа, ведь они во многом распространяют­
ся на механизмы культурного предания вообще. К о н е ч н о , в
таком случае н е о б х о д и м о четче р а з р а б о т а т ь переход от непос­
р е д с т в е н н о г о , к о м м у н и к а т и в н о г о в о с п о м и н а н и я кинституали
дется прежде всего говорить об э в о л ю ц и о н н о м д о с т и ж е н и и
письменности.

В о з м о ж н о , с а м Х а л ь б в а к с у в и д е л б ы в п е р е х о д е к культу­
ре — чрезвычайно сложному образованию, охватывающему
много памятей и много групп, н е з а к о н н ы й переход на уровень
метафоры. Н о возможно также, что он намеревался в своих
последующих работах распространить достигнутые социаль­
но­психологические познания на пространство культурологии
Глава первая. Помнящая культура 49

т е о р и и к у л ь т у р ы . Н е будем з а б ы в а т ь , ч т о о н н е д о в е л заду­
манного до конца, что его основное, итоговое с о ч и н е н и е было
издано посмертно его дочерью Ж а н н о й Александр и что его
п о с л е д н е й р а б о т о й в э т о й о б л а с т и следует с ч и т а т ь книгу о ле­
гендарной т о п о г р а ф и и Св. З е м л и , в к о т о р о й т а к о е распрост­
ранение намечено.
Хальбвакса о с о б е н н о у п р е к а л и за п р и м е н е н и е п о н я т и я
п а м я т и к я в л е н и я м с о ц и а л ь н о й п с и х о л о г и и ; в э т о м в и д е л и не­
допустимую «индивидуальную метафору». О н а я к о б ы затем­
няет «тот о с о б ы й способ, к о т о р ы м п р о ш л о е присутствует в
28
ч е л о в е ч е с к о й культуре и к о м м у н и к а ц и и » . О д н а к о для Хальб­
вакса п о н я т и е к о л л е к т и в н о й п а м я т и как раз н е я в л я е т с я мета­
ф о р о й , поскольку он хочет доказать, что и индивидуальные
в о с п о м и н а н и я суть с о ц и а л ь н ы й ф е н о м е н . Тот ф а к т , ч т о толь­
ко о т д е л ь н ы е л и ч н о с т и , б л а г о д а р я н а л и ч и ю у н и х н е р в н о й сис­
темы, могут иметь память, ничего не м е н я е т в зависимости
этих индивидуальных памятей от социальных «рамок». Это
п о н я т и е к о л л е к т и в н о г о не следует с м е ш и в а т ь с т е о р и я м и кол­
л е к т и в н о г о бессознательного, вроде Ю н г о в а учения об архе­
типах, которое диаметрально п р о т и в о п о л о ж н о т е о р и и памяти
Х а л ь б в а к с а . В е д ь д л я Ю н г а к о л л е к т и в н а я п а м я т ь 1) б и о л о г и ­
ч е с к и н а с л е д у е т с я ; 2) е с т ь « m é m o i r e i n v o l o n t a i r e » , п р о я в л я ­
ющаяся, н а п р и м е р , в снах, в т о время как Хальбвакс не выхо­
дит за р а м к и с о о б щ и м о г о в к о м м у н и к а ц и и , б и о л о г и ч е с к и н е
наследуемого и «mémoire volontaire». Н е социально­конструк­
т и в и с т с к о е р а с ш и р е н и е , а, н а п р о т и в , и н д и в и д у а л ь н о ­ п с и х о л о ­
гическое сужение понятия памяти мешает нам увидеть специ­
фические ф о р м ы коммуникативного и культурного воскреше­
н и я п р о ш л о г о . Группы «живут» в с в о е м п р о ш л о м так ж е , как
индивиды, и черпают в нем основы своего представления о
себе. Кубки, г р а м о т ы и медали у к р а ш а ю т п о м е щ е н и я спортив­
ного клуба т а к ж е , как и у б о р н у ю о т д е л ь н о г о с п о р т с м е н а , и н е т
смысла называть одно «традицией», а другое «памятью».
У Хальбвакса мы хотим заимствовать концепцию прошло­
го, к о т о р у ю м о ж н о н а з в а т ь « с о ц и а л ь н о ­ к о н с т р у к т и в и с т с к о й » .
Т о , ч т о П . Л . Б е р г е р (P. L. B e r g e r ) и Т. Л у к м а н ( T h . L u c k m a n n )

2 8
H. C a n c i k / H . Mohr, 1990, 311
50 Часть первая. Общетеоретические основания

п о к а з а л и для р е а л ь н о с т и в о о б щ е , Хальбвакс за 40 л е т до них


утверждал относительно прошлого: оно является социальной
конструкцией, формируемой духовными потребностями и
контекстом каждого данного настоящего. П р о ш л о е не вырас­
т а е т е с т е с т в е н н ы м путем, о н о я в л я е т с я продуктом культурно­
го т в о р ч е с т в а .

П. Ф О Р М Ы К О Л Л Е К Т И В Н О Й ПАМЯТИ О ПРОШЛОМ:

К О М М У Н И К А Т И В Н А Я И КУЛЬТУРНАЯ ПАМЯТЬ

1. « T h e F l o a t i n g G a p » : д в а M o d i M e m o r a n d i

В с в о е й в ы ш е д ш е й в 1 9 8 5 г. к н и г е Oral Tradition as History 29

этнолог Ян Вансина описывает столь же своеобразный, сколь


и т и п и ч н ы й ф е н о м е н бесписьменного исторического воспо­
минания:
«Рассказы о п р о и с х о ж д е н и и как групп, так и отдельных л и ц
являются в своей совокупности разнообразными проявления­
м и о д н о г о и т о г о ж е п р о ц е с с а (а и м е н н о « д и н а м и ч е с к о г о п р о ­
ц е с с а у с т н о г о п р е д а н и я » . — Я. А.) н а р а з л и ч н ы х с т а д и я х . Е с л и
взять п о л н ы й корпус таких рассказов, он регулярно предста­
ет в виде триптиха. О недавнем прошлом имеется множество
с в е д е н и й , к о т о р ы е с т а н о в и т с я в с е б о л е е с к у д н ы м и п о м е р е уг­
лубления в п р о ш л о е . Д л я более отдаленного в р е м е н и обна­
р у ж и в а е т с я л и б о пропуск, л и б о одно-два н е у в е р е н н о называе­
мых имени. Здесь мы сталкиваемся с пробелом в информации,
к о т о р ы й я хотел бы назвать "дрейфующей лакуной" (the
floating g a p ) . О д н а к о д л я е щ е б о л е е д р е в н и х п е р и о д о в с в е д е ­
н и я вновь появляются в изобилии, здесь мы встречаемся с
преданиями об истоке. Люди, входящие в соответствующую
общность, часто не сознают этого пробела, но исследователю
о н б р о с а е т с я в глаза. И н о г д а , в о с о б е н н о с т и в г е н е а л о г и я х ,
с а м о е н е д а в н е е п р о ш л о е и в р е м я и с т о к а н е п о с р е д с т в е н н о стал­
к и в а ю т с я друг с другом в с м е н е е д и н с т в е н н о г о п о к о л е н и я .

Впервые опубликована в 1961 г. под названием De la tradition


29

orale, англ. пер.: Лондон, 1965.


Глава первая. Помнящая культура 51

и с т о р и ч е с к о е с о з н а н и е р а б о т а е т т о л ь к о на двух у р о в н я х :
время истока и недавнее прошлое. Поскольку граница меж­
ду н и м и п р о д в и г а е т с я в п е р е д с о с м е н о й п о к о л е н и й , я н а з в а л
разверзающуюся между о б о и м и у р о в н я м и пустоту "дрейфу­
ю щ е й л а к у н о й " . Д л я п л е м е н и Т и о в К о н г о э т а л а к у н а в 1 8 8 0 г.
н а х о д и л а с ь н а у р о в н е 1 8 0 0 г., а к 1 9 6 0 о н а п е р е м е с т и л а с ь к
30
1880­му» .
« Д р е й ф у ю щ а я л а к у н а » В а н с и н а х о р о ш о и з в е с т н а в с е м ис­
т о р и к а м , и м е ю щ и м д е л о с т р а д и ц и я м и , где в е д у щ у ю р о л ь иг­
3 1
рает устное п р е д а н и е . Речь идет о ф е н о м е н е «темных веков»,
и з в е с т н о м п р е ж д е в с е г о и з д р е в н е г р е ч е с к о й т р а д и ц и и . Гречес­
кая м и ф о л о г и я п р о л и в а е т я р к и й , н о н е и с т о р и о г р а ф и ч е с к и й
в с т р о г о м с м ы с л е , с в е т н а г е р о и ч е с к у ю э п о х у м и к е н с к о й куль­
туры, к о т о р у ю а р х е о л о г и к л а с с и ф и ц и р у ю т как «позднеэллад¬
скую». Г р е ч е с к а я ж е и с т о р и о г р а ф и я к л а с с и ч е с к о й э п о х и от­
х о д и т в п р о ш л о е к а к р а з н а т е 80—100 л е т , к о т о р ы е В а н с и н а
о б о з н а ч а е т как «recent past» и к о т о р ы е , как п р а в и л о , могут
б ы т ь о х в а ч е н ы п а м я т ь ю с о в р е м е н н и к о в , о с н о в а н н о й на соб­
ственном о п ы т е и с л ы ш а н н ы х рассказах. Геродот н а ч и н а е т
свое и з л о ж е н и е и с т о р и и с К р е з а как «человека, о к о т о р о м я
точно знаю, что он первый начал проявлять враждебность к
эллинам», и т е м с а м ы м т о ч н о о т м е ч а е т г о р и з о н т э т о й удосто­
32
в е р е н н о й о ч е в и д ц а м и п а м я т и . Между н и м и з и я е т «floating
gap», к о т о р у ю а р х е о л о г и н а з ы в а ю т « т е м н ы м и веками» и кото­
р а я , судя п о р е з у л ь т а т а м р а с к о п о к , п о м е щ а е т с я м е ж д у 1 1 0 0 и
800 гг. О д н а к о п о н я т и е « т е м н ы е в е к а » с о з д а н о т о ч к о й з р е н и я
исследователя. Н а м же, с нашим ключевым словом «память»,
важнее точка зрения изнутри самих обществ; это различение
всплывает у Вансина лишь мимоходом.
С э т о й т о ч к и з р е н и я о б н а р у ж и в а е т с я , ч т о к а к р а з о лаку­
н е , будь т о с т о я щ е й н а м е с т е и л и д р е й ф у ю щ е й , н е м о ж е т б ы т ь
и речи. В культурной п а м я т и группы оба у р о в н я п р о ш л о г о смы­

30
J.Vansina, 1985, 23 f.
3 1
J . v. U n g e r n ­ S t e r n b e r g / H . Reinau, 1988; в этом издании особ.
Schuster, «Zur Konstruktion von G eschichte in Kulturen o h n e Schrift»,
57­71.
32
За это указание я благодарен Т. Хёльшеру (Т. Hölscher).
52 Часть первая. Общетеоретические основания

к а ю т с я без в с я к о г о шва. Я с н е е всего э т о в и д н о на п р и м е р е


т и п и ч н е й ш е й и исконнейшей ф о р м ы культурной мнемотехни­
ки, генеалогиях, на к о т о р ы е ссылается и Вансина. П о к о й н ы й
и с т о р и к а н т и ч н о с т и Ф р и ц Ш а х е р м е й р (Fritz S c h a c h e r m e y r )
и с с л е д о в а л в с в о е й п о с л е д н е й к н и г е « П а м я т ь о п р о ш л о м у гре­
к о в » (Die griechische Rückerinnerung, 1984) г е н е а л о г и и г р е ч е с к и х
33
з н а т н ы х р о д о в и столкнулся там с т е м и ж е структурами , какие
отметил Вансина у африканских и прочих племенных обществ.
А н а л о г и ч н о высказывается К е й т Томас об Англии начала Но­
в о г о в р е м е н и . « Б е с ч и с л е н н ы е г е н е а л о г и и п е р е с к а к и в а л и не­
посредственно от мифических предков к современности и
н а п о м и н а л и , как в ы р а з и л с я о д и н л ю б и т е л ь д р е в н о с т е й , голо­
34
ву и н о г и б е з т е л а , д в а к о н ц а б е з с е р е д и н ы » . Г е н е а л о г и я —
э т о ф о р м а , п о з в о л я ю щ а я н а в е с т и мост ч е р е з пустоту между
современностью и временем истока и обосновать законность
современного порядка, современных требований, без разры­
ва и шва п р и с о е д и н я я их ко в р е м е н и истока. О д н а к о это не
з н а ч и т , ч т о между о б о и м и с о е д и н е н н ы м и т а к и м о б р а з о м вре­
м е н а м и не существует, т е м не м е н е е , к а т е г о р и а л ь н о г о разли­
ч и я . О б а р е г и с т р а п р о ш л о г о , о б а э т и к о н ц а б е з с е р е д и н ы , со­
о т в е т с т в у ю т двум к о н т е к с т а м п а м я т и , к о т о р ы е в существенных
м о м е н т а х р а з л и ч н ы м е ж д у с о б о й . М ы н а з о в е м и х коммуника­
3 5
тивной и культурной п а м я т ь ю .
Коммуникативная память о х в а т ы в а е т в о с п о м и н а н и я , кото­
р ы е с в я з а н ы с н е д а в н и м п р о ш л ы м . Э т о т е в о с п о м и н а н и я , ко­
т о р ы е человек разделяет со своими современниками. Типич­
н ы й случай — п а м я т ь п о к о л е н и я . Ее группа п р и о б р е т а е т исто­
рически. Эта память возникает во времени и проходит вместе
с ним, т о ч н е е , со своими носителями. Когда носители, вопло­
33
Т и п и ч н а я генеалогия охватывает 10­15 п о к о л е н и й . О н а начи­
н а е т с я с и з в е с т н о г о и если и не и с т о р и ч е с к и , т о х о т я бы мифологи­
чески («внутрисистемно») д о с т о в е р н о г о и м е н и из греческого герои­
ческого эпоса, а заканчивается и с т о р и ч е с к и д о с т о в е р н ы м и лицами,
о т с т о я щ и м и на 2­4 п о к о л е н и я от н ы н е ш н е г о носителя имени. В про­
межутке в ы м ы ш л е н н ы е имена связаны в цепочку, длина к о т о р о й ,
о ч е в и д н о , определяется о п р е д е л е н н ы м и образцами.
3 4
К. T h o m a s , 1988, 2 1 . Этой ц и т а т о й я обязан Алейде Ассман.
3 5
О б этом р а з л и ч е н и и см. А. u n d J. Assmann (1988); Автор (1988)
Глава первая. Помнящая культура 53

щ а в ш и е ее, умирают, она уступает место н о в о й памяти. Э т и


р а м к и в о с п о м и н а н и я , з а д а н н ы е д л я к а ж д о г о л и ч н ы м и комму­
н и к а т и в н ы м о п ы т о м , с о о т в е т с т в у ю т т е м 3-4 п о к о л е н и я м в
Б и б л и и , к о т о р ы е , н а п р и м е р , д о л ж н ы и с к у п а т ь вину. Р и м л я ­
не создали для этого п о н я т и е «saeculum», под которым о н и
понимали срок, в пределах к о т о р о г о умирает последний пред­
с т а в и т е л ь п о к о л е н и я (и н о с и т е л ь е г о с п е ц и ф и ч е с к о й п а м я т и ) .
Т а ц и т о т м е ч а е т в с в о е м о п и с а н и и 2 2 г о д а н. э . с м е р т ь п о с л е д ­
них очевидцев, е щ е заставших республику . П о л о в и н а пре­ 36

д е л ь н о г о з н а ч е н и я в 8 0 л е т , т. е. 4 0 л е т , о б р а з у е т , судя п о всему,
к р и т и ч е с к и й порог. О б этом мы еще поговорим подробнее в
п я т о й главе в связи со В т о р о з а к о н и е м . Ч е р е з 40 л е т о ч е в и д ц ы ,
которые взрослыми пережили значимое событие, переходят от
т р у д о с п о с о б н о й , у с т р е м л е н н о й к будущему ж и з н и к в о з р а с т у ,
в к о т о р о м в с е б о л ь ш у ю р о л ь п р и о б р е т а е т в о с п о м и н а н и е , а вме­
сте с н и м и п о т р е б н о с т ь в его ф и к с а ц и и и передаче. Пример­
н о д е с я т ь л е т н а з а д в эту п о р у в с т у п и л о т о п о к о л е н и е , д л я к о т о ­
рого преследование и уничтожение евреев Гитлером — предмет
л и ч н о г о т р а в м а т и ч е с к о г о о п ы т а . То, ч т о сегодня о с т а е т с я
е щ е ж и в ы м в о с п о м и н а н и е м , з а в т р а будет п е р е д а в а т ь с я л и ш ь
о п о с р е д о в а н о . Э т о т п е р е х о д п р о я в л я е т с я уже сейчас в поры­
ве к п и с ь м е н н о й ф и к с а ц и и в о с п о м и н а н и й у н е п о с р е д с т в е н ­
ных участников событий, а также в интенсивной собиратель­
ской р а б о т е а р х и в и с т о в . И здесь 40 лет, у п о м я н у т ы е уже во
Второзаконии, оказываются важным рубежом. Спустя р о в н о
4 0 л е т п о с л е о к о н ч а н и я в о й н ы , 8 м а я 1 9 8 5 г., Р и х а р д ф о н
п о л о ж и л н а ч а л о процессу в с п о м и н а н и я , к о т о р ы й год спустя
привел к кризису, получившему известность как «спор исто­
риков».

Э т о т н е п о с р е д с т в е н н ы й г о р и з о н т о п ы т а с недавнего вре­
мени является п р е д м е т о м «Oral History», о т в е т в л е н и я истори­
ческой науки, к о т о р о е о п и р а е т с я не на о б ы ч н ы е для истори­
ков п и с ь м е н н ы е свидетельства, а и с к л ю ч и т е л ь н о на воспоми­
нания, с о б и р а е м ы е путем устных расспросов. И с т о р и ч е с к а я

S 6
Тацит, Анналы, III, 75; см. Н. Cancik-Lindemaier/H. Cancik, 1987,
175.
54 Часть первая. Общетеоретические основания

к а р т и н а , к о т о р а я с к л а д ы в а е т с я и з э т и х в о с п о м и н а н и й и рас­
сказов, — это « и с т о р и я повседневности», « и с т о р и я снизу».
Все и с с л е д о в а н и я «Oral History» п о д т в е р ж д а ю т , ч т о и в пись­
м е н н ы х о б щ е с т в а х ж и в а я п а м я т ь о х в а т ы в а е т н е б о л е е 80 л е т
(L. N i e t h a m m e r , 1 9 8 5 ) . Д а л е е , п о ту с т о р о н у « д р е й ф у ю щ е й ла­
куны», с л е д у ю т т е п е р ь , в м е с т о п р е ж н и х г е н е а л о г и ч е с к и х ми­
ф о в , д а н н ы е у ч е б н и к о в и п а м я т н и к о в , т. е. о ф и ц и а л ь н а я т р а ­
диция.
Р е ч ь и д е т з д е с ь о двух m o d i п р о ц е с с а в с п о м и н а н и я , двух
ф у н к ц и я х в о с п о м и н а н и я и п р о ш л о г о (uses of t h e past), кото­
р ы е п р е ж д е всего нужно т щ а т е л ь н о отделить одну от другой,
н е с м о т р я на их м н о г о о б р а з н ы е п е р е п л е т е н и я в и с т о р и ч е с к о й
данности культуры. Коллективная память функционирует в
д в у х м о д у с а х : в м о д у с е обосновывающего воспоминания, которое
с в я з а н о с и с т о к о м , и л и п р о и с х о ж д е н и е м , и в м о д у с е биографи­
ческого воспоминания, к о т о р о е с в я з а н о с н е п о с р е д с т в е н н ы м о п ы ­
т о м и его к о н т е к с т о м — «recent past». Модус о б о с н о в ы в а ю щ е ­
го в о с п о м и н а н и я всегда, в т о м ч и с л е и в б е с п и с ь м е н н ы х обще­
ствах, р а б о т а е т с у с т о й ч и в ы м и о б ъ е к т и в а ц и я м и я з ы к о в о г о и
внеязыкового плана: таковы ритуалы, танцы, м и ф ы , орнамен­
т ы , одежда, у к р а ш е н и я , татуировка, дороги, п а м я т н и к и , пей­
з а ж и — в с е в о з м о ж н ы е з н а к о в ы е с и с т е м ы , к о т о р ы е в силу их
мнемонической (поддерживающей воспоминание и идентич­
ность) функции м о ж н о приписать общему п о н я т и ю «memo­
ria». Н а п р о т и в , модус б и о г р а ф и ч е с к о г о в о с п о м и н а н и я всегда
опирается, в том числе и в п и с ь м е н н ы х обществах, на соци­
а л ь н о е в з а и м о д е й с т в и е . О б о с н о в ы в а ю щ е е в о с п о м и н а н и е все­
гда с к о р е е у ч р е ж д а е т с я , ч е м в о з н и к а е т с а м о с о б о й (а т а к ж е ис­
кусственно дополняется, поскольку закреплено в устойчивых
ф о р м а х ) , а с б и о г р а ф и ч е с к и м в о с п о м и н а н и е м д е л о о б с т о и т на­
оборот. Культурная память, в отличие от коммуникативной,
есть дело м н е м о т е х н и к и , для к о т о р о й в обществе существуют
специальные институты.
Культурная п а м я т ь н а п р а в л е н а н а ф и к с и р о в а н н ы е м о м е н ­
т ы в п р о ш л о м . В н е й п р о ш л о е т а к ж е н е м о ж е т с о х р а н я т ь с я как
таковое. П р о ш л о е скорее сворачивается здесь в символичес­
кие фигуры, к которым прикрепляется воспоминание. Исто­
рии патриархов, исход, странствие по пустыне, поселение в
Глава первая. Помнящая культура 55

Земле о б е т о в а н н о й , р а с с е я н и е — в с е э т о ф и г у р ы в о с п о м и н а ­
ния, к о т о р ы е воскрешаются в ч и н о п о с л е д о в а н и и праздников
и о с в е щ а ю т ту и л и и н у ю с о в р е м е н н у ю с и т у а ц и ю . М и ф ы т а к ж е
суть ф и г у р ы в о с п о м и н а н и я . В э т о м м и ф и и с т о р и я н е о т л и ч а ­
ются друг о т друга. Д л я культурной п а м я т и в а ж н а не ф а к т и ч е с ­
кая, а в о с с о з д а н н а я в в о с п о м и н а н и и и с т о р и я , и т о л ь к о она.
Можно сказать также, что в культурной памяти фактическая
история преобразуется в воссозданную воспоминанием, то
есть в м и ф . М и ф — это о б о с н о в ы в а ю щ а я и с т о р и я , и с т о р и я ,
которую рассказывают, чтобы объяснить настоящее из его
происхождения. Исход, совершенно независимо от вопроса о
е г о и с т о р и ч н о с т и , — э т о м и ф о б о с н о в а н и и И з р а и л я . К а к та­
ковой он в к л ю ч е н в ритуал п р а з д н о в а н и я П а с х и и как т а к о в о й
принадлежит культурной памяти народа. Ч е р е з воспоминание
и с т о р и я с т а н о в и т с я м и ф о м . Э т о н е д е л а е т е е н е р е а л ь н о й , на­
против — только так она становится реальностью в смысле
постоянной нормативной и формирующей силы.
Н а этих п р и м е р а х видно, ч т о культурному в о с п о м и н а н и ю
присуще н е ч т о с а к р а л ь н о е . Ф и г у р ы в о с п о м и н а н и я и м е ю т ре­
лигиозный смысл, и воскрешение их в памяти часто проис­
ходит в ф о р м е праздника. Праздник служит — кроме многих
других ф у н к ц и й — т а к ж е в о с к р е ш е н и ю в п а м я т и обосновыва­
ющего прошлого. Обосновывается через о б р а щ е н и е к про­
шлому н е ч т о и н о е , к а к и д е н т и ч н о с т ь в с п о м и н а ю щ е й груп­
п ы . Э т о н е п о в с е д н е в н а я и д е н т и ч н о с т ь . К о л л е к т и в н ы м иден¬
тичностям присуща т о р ж е с т в е н н о с т ь , п р и п о д н я т о с т ь над
уровнем повседневности. О н и как бы «больше натуральной
в е л и ч и н ы » , в ы х о д я т за п о в с е д н е в н ы й г о р и з о н т и я в л я ю т с я
предметом ритуальной, не-повседневной коммуникации. Эта
ритуальность коммуникации уже сама по себе есть о ф о р м л е ­
ние. О н а продолжается в о ф о р м л е н и и воспоминания, кото­
рое откладывается в тексты, танцы, образы и обряды. Поэто­
му м о ж н о б ы л о б ы п р и р а в н я т ь п р о т и в о п о л о ж н о с т ь м е ж д у
коммуникативной и культурной памятью к п р о т и в о п о л о ж н о ­
сти между п о в с е д н е в н о с т ь ю и п р а з д н и к о м и г о в о р и т ь о по­
в с е д н е в н о й и п р а з д н и ч н о й п а м я т и . О д н а к о м ы н е х о т и м за­
ходить так далеко. К связи культурной памяти со с в я щ е н н ы м
мы еще вернемся.
56 Часть первая. Общетеоретические основания

П р о т и в о п о л о ж н о с т ь коммуникативной и культурной памя­


ти выражается также социологически в том, что мы позволим
с е б е н а з в а т ь структурой причастности. О н а т а к ж е р а з л и ч н а д л я
о б е и х ф о р м к о л л е к т и в н о й п а м я т и , к а к и и х в р е м е н н а я струк­
тура. П р и ч а с т н о с т ь группы к к о м м у н и к а т и в н о й п а м я т и разли­
т а п о в с е м у е е составу. К о н е ч н о , о д н и з н а ю т м е н ь ш е , д р у г и е
б о л ь ш е , и п а м я т ь с т а р и к о в у х о д и т д а л ь ш е в п р о ш л о е , ч е м па­
м я т ь м о л о д ы х . О д н а к о в э т о й н е ф о р м а л ь н о й т р а д и ц и и н е су­
ществует специалистов и экспертов, хотя отдельные люди
м о г у т п о м н и т ь б о л ь ш е и л у ч ш е , ч е м о с т а л ь н ы е . З н а н и е , о ко­
т о р о м и д е т здесь р е ч ь , п р и о б р е т а е т с я в м е с т е с я з ы к о м и по­
вседневной коммуникацией. Здесь каждый считается в равной
мере компетентным.
В противоположность общераспространенной причастно­
сти к коммуникативной памяти, причастность к культурной
п а м я т и всегда д и ф ф е р е н ц и р о в а н а . Э т о в е р н о т а к ж е и для бес­
письменных и эгалитарных обществ. Изначальной функцией
п о э т а б ы л о х р а н и т ь п а м я т ь группы. В э т о й ф у н к ц и и выступа­
ет сегодня в устных обществах грио. О д и н из них, сенегалец
Л а м и н К о н т , о п и с а л р о л ь г р и о с л е д у ю щ и м о б р а з о м : «В т с
37

времена, когда п р а к т и ч е с к и нигде в А ф р и к е не велось запи­


сей, п р и х о д и л о с ь п о р у ч а т ь задачу в с п о м и н а н и я и рассказыва­
н и я и с т о р и и специальной общественной группе. Считалось,
что и с т о р и я , ч т о б ы передаваться успешно, требует музыкаль­
ного сопровождения, поэтому устная т р а д и ц и я находилась в
руках г р и о , и л и п е в ц о в - и м п р о в и з а т о р о в , сословия музыкантов.
Так о н и стали х р а н и т е л я м и о б щ е й п а м я т и о п р о ш л о м а ф р и ­
канских народов. Грио — также п о э т ы , актеры, т а н ц о р ы и
м и м ы , к о т о р ы е в своих представлениях используют все эти
и с к у с с т в а » . ( К у р ь е р Ю н е с к о 8, 1 9 8 5 , с т р . 7 ) .
Культурная п а м я т ь всегда и м е е т с в о и х о с о б ы х н о с и т е л е й .
К ним относятся шаманы, барды, грио, а также ж р е ц ы , учите­
ля, художники, писатели, ученые, м а н д а р и н ы , и п р о ч и е , как
б ы н и н а з ы в а л и в р а з н ы х к у л ь т у р а х э т и х у п о л н о м о ч е н н ы х зна-

37
О функции г р и о в А ф р и к е ср. т а к ж е Г. К л а ф ф к е «Когда умира­
е т с т а р ы й человек, умирает целая библиотека», в: A. u. J. Assmann,
1983, 2 2 2 - 2 3 0 ; P. Mbunwe-Samba, 1989.
Глава первая. Помнящая культура 57

н и я . Н е п о в с е д н е в н о с т и с м ы с л а , х р а н и м о г о в к у л ь т у р н о й па­
мяти, соответствует о п р е д е л е н н а я п р и п о д н я т о с т ь над повсед­
невностью и свобода от повседневных обязанностей для ее
специалистов-носителей. В бесписьменных обществах специ­
а л и з а ц и я н о с и т е л е й п а м я т и с в я з а н а с т е м и т р е б о в а н и я м и , ка­
кие предъявляются к их памяти. Самым высоким требовани­
ем с ч и т а е т с я т р е б о в а н и е д о с л о в н о г о в о с п р о и з в е д е н и я тради­
ции. Здесь человеческая память используется как «носитель
и н ф о р м а ц и и » , как некое п р е д в о с х и щ е н и е письменности.
О б ы ч н о это б ы в а е т связано со з н а н и е м ритуала. Ведь ритуал
должен строго следовать некоему «предписанию», даже если
это «предписание» зафиксировано вовсе не в письменной фор­
ме. Р и г в е д а — с а м ы й и з в е с т н ы й п р и м е р м н е м о н и ч е с к о й к о д и ­
фикации ритуального знания. Высоким требованиям, предъяв­
ляемым к памяти, и безоговорочной обязательности этого
знания соответствует высокое социальное положение специ­
алистов памяти. Б р а х м а н ы стоят в и е р а р х и и и н д и й с к и х каст
выше, чем кшатрии — знать, к которой принадлежат и цари. В
Р у а н д е т е к с т ы , л е ж а щ и е в о с н о в е 18 ц а р с к и х р и т у а л о в , з а у ч и ­
ваются наизусть специалистами, которые являются высшими
в е л ь м о ж а м и к о р о л е в с т в а . Трое из э т и х в е л ь м о ж з н а ю т наи­
зусть п о л н ы е т е к с т ы в с е х 18 р и т у а л о в ; о н и п р и ч а с т н ы д а ж е
б о ж е с т в е н н о с т и п р а в и т е л я . ( P h . Borgeaud, 1 9 8 8 , 1 3 ) .
П р и ч а с т н о с т ь к культурной памяти не является общерас­
п р о с т р а н е н н о й е щ е и в д р у г о м смысле. В п р о т и в о п о л о ж н о с т ь
коммуникативной памяти культурная не р а с п р о с т р а н я е т с я
сама с о б о ю , а н у ж д а е т с я для э т о г о в с п е ц и а л ь н о й з а б о т е . Тем
с а м ы м в о з н и к а е т к о н т р о л ь за р а с п р о с т р а н е н и е м , к о т о р ы й , с
одной с т о р о н ы , о б я з ы в а е т к участию, с другой с т о р о н ы , отка­
зывает в п р а в е на участие. Культурная п а м я т ь всегда окружена
более или менее строго охраняемыми границами. В то время
как о д н и д о к а з ы в а ю т с в о ю к о м п е т е н т н о с т ь ( и л и п р и н а д л е ж ­
н о с т ь к кругу и з б р а н н ы х ? ) н а с т о я щ и м и э к з а м е н а м и ( к а к , на­
пример, в Китае классической эпохи) или должны продемон­
стрировать ее ч е р е з владение соответствующими ф о р м а м и
к о м м у н и к а ц и и ( г р е ч е с к и м я з ы к о м в э л л и н и с т и ч е с к о й экуме¬
не, ф р а н ц у з с к и м в Е в р о п е X V I I I в е к а и в п л о т ь д о в о с п р о и з в е ­
д е н и я в а г н е р о в с к и х о п е р на д о м а ш н е м р о я л е и з н а н и я «золо-
58 Часть первая. Общетеоретические основания

того ф о н д а цитат немецкого народа» в XIX веке), другие не


д о п у щ е н ы к этому з н а н и ю . У е в р е е в и в д р е в н е й Г р е ц и и к о вто­
р о й группе относятся, н а п р и м е р , ж е н щ и н ы , в эпоху расцвета
образованного бюргерства — низшие слои населения.
Итак, полярности коллективного воспоминания соответ­
ствует в о в р е м е н н о м и з м е р е н и и п о л я р н о с т ь п р а з д н и к а и повсед­
невности, а в социальном измерении — полярность обладающей
знанием социальной элиты, специалистов культурной памяти,
и группы в целом. К а к м ы д о л ж н ы п р е д с т а в л я т ь себе эту поляр­
ность воспоминания? Как две самостоятельные системы, кото­
р ы е — н а п о д о б и е р а з г о в о р н о г о и л и т е р а т у р н о г о я з ы к а — суще­
ствуют наряду с друг другом во в з а и м н о м о т г р а н и ч е н и и , и л и ,
как п р е д л о ж и л Вольфганг Райбле (Wolfgang Raible), как край­
ние полюсы шкалы с постепенными переходами? Возможно,
э т о т в о п р о с нужно р е ш а т ь отдельно д л я каждого случая. Так,
н е с о м н е н н о существуют культуры, в к о т о р ы х культурное воспо­
минание так резко отграничено от коммуникативной памяти,
ч т о м о ж н о г о в о р и т ь д а ж е о « б и к у л ь т у р н о с т и » . С ю д а м о ж н о от­
н е с т и , н а п р и м е р , д р е в н и й Е г и п е т (Автор, 1991). Д л я других
обществ, к которым можно причислить и то, в котором м ы жи­
вем, больше подходит модель шкалы. Ведь и противополож­
ность между р а з г о в о р н ы м и л и т е р а т у р н ы м я з ы к о м далеко н е
везде выступает в ф о р м е н а с т о я щ е й диглоссии. И в э т о м случае
п о л я р н о с т ь н е р е д к о л у ч ш е о п и с ы в а е т с я о б р а з о м двух к р а й н и х
концов шкалы. Однако некоторая степень взаимного отграни­
ч е н и я между тем и другим т и п о м п а м я т и задана и х а с с о ц и а ц и е й
с п р а з д н и ч н ы м и с а к р а л ь н ы м , к о т о р ы е н е с т о я т н а о д н о й шка­
ле. С учетом этой оговорки мы можем использовать модель
шкалы, и описать полюса следующим образом:

Коммуникативная
Культурная память
память
Содержа­ Исторический опыт в рамках Мифическая предысто­
ние индивидуальных биографий рия, события в абсолют­
ном прошлом
Неформальна, слабо оформ­ Учреждена, в высокой
Формы лена, естественна, возникает степени оформлена,
во взаимодействии, повсед­ ритуальная коммуника­
невность ция, праздник
Глава первая. Помнящая культура 59

Устойчивые объектива­
Животное воспоминание ции, традиционная
Средства в органической памяти, символическая кодиров­
непосредственный опыт и к а / инсценировка в
устные рассказы слове, образе, танце и
проч.
80—100 лет, сдвигающийся
временная вместе с современностью Абсолютное про­
структура временной горизонт шлое мифической
в 3­4 поколения древности

Неспецифические, совре­ Специалисты —


Носители менники определенной носители традиции
помнящей общности

2. О б р я д и п р а з д н и к к а к п е р в и ч н ы е ф о р м ы
организации культурной памяти

Когда н е т в о з м о ж н о с т и п и с ь м е н н о г о с о х р а н е н и я , един­
ственным п р и б е ж и щ е м знания, гарантирующего групповую
идентичность, является человеческая память. Ч т о б ы память
м о г л а р е а л и з о в а т ь с о д е р ж а щ и е с я в н е й о б ъ е д и н я ю щ и е и на­
правляющие импульсы, должны осуществляться т р и функции:
сохранение, востребование, сообщение или: поэтическая
форма, ритуальная инсценировка, коллективное участие. Ч т о
поэтическое о ф о р м л е н и е служит прежде всего мнемоничес­
3 8
ким целям, м о ж н о считать о б щ е п р и з н а н н ы м фактом . Столь
же х о р о ш о известен сейчас и т о т факт, что знание это о б ы ч н о
демонстрируется в форме мультимедийной инсценировки,
которая н е р а з р ы в н о связывает я з ы к о в о й текст с голосом, те­
лом, мимикой, жестикуляцией, танцем, р и т м о м и обрядовым
3 9
действом . Д л я м е н я здесь о с о б е н н о важен т р е т и й существен­
ный м о м е н т — ф о р м а участия. К а к и м о б р а з о м группа получает
Долю у ч а с т и я в культурной п а м я т и , н е с м о т р я н а т о ч т о послед­
няя и н а э т о й с т у п е н и о с т а е т с я д е л о м о т д е л ь н ы х с п е ц и а л и с ­

38
Ср. прежде всего Е. Havelock, 1963; он говорит о «preserved
communication».
3 9
Ср., например, В. P. Zumthor, Introduction a la poésie orale,
Paris, 1983.
60 Часть первая. Общетеоретические основания

т о в ( б а р д о в , ш а м а н о в , г р и о ) ? О т в е т : б л а г о д а р я с б о р у груп­
пы и личному присутствию. Причастность в бесписьменных
культурах в о з м о ж н а только ч е р е з л и ч н о е присутствие. Для
этого присутствия требуются с п е ц и а л ь н ы е поводы: празд­
ники. Праздники и обряды в регулярности своего повторе­
н и я о б е с п е ч и в а ю т п е р е д а ч у и р а с п р о с т р а н е н и е з н а н и я , за­
крепляющего идентичность, и тем самым воспроизведение
культурной идентичности. Ритуальное п о в т о р е н и е обеспе­
ч и в а е т е д и н с т в о группы во в р е м е н и и в п р о с т р а н с т в е . Бла­
г о д а р я п р а з д н и к у как п е р в и ч н о й о р г а н и з а ц и о н н о й ф о р м е
культурной п а м я т и в р е м я в б е с п и с ь м е н н ы х обществах чле­
н и т с я на п о в с е д н е в н о е и п р а з д н и ч н о е . В п р а з д н и ч н о м , или
«чудесном», времени больших с б о р и щ горизонт расширя­
е т с я д о к о с м и ч е с к о г о , д о в р е м е н и т в о р е н и я , и с т о к о в и ве­
ликих перемен, приведших в пра-времени к сотворению
мира. Обряды и мифы описывают смысл реальности. Их
тщательное соблюдение, сохранение и передача обеспечи­
вают не только идентичность группы, но и функционирова­
ние мироздания.
Благодаря культурной памяти м и р повседневности допол­
няется, или расширяется, измерением отвергнутого и потен­
циального, так что память возмещает урон, претерпеваемый
б ы т и е м о т п о в с е д н е в н о с т и . Б л а г о д а р я культурной п а м я т и че­
ловеческая жизнь приобретает двухмерность, или двувремен¬
ность, с о х р а н я ю щ у ю с я н а в с е х с т а д и я х к у л ь т у р н о й э в о л ю ц и и .
В б е с п и с ь м е н н ы х о б щ е с т в а х культурная д в у в р е м е н н о с т ь вид­
на особенно отчетливо: в разнице между повседневностью и
п р а з д н и к о м , п о в с е д н е в н о й и р и т у а л ь н о й к о м м у н и к а ц и е й . Так
и а н т и ч н о с т ь в и д е л а н а з н а ч е н и е п р а з д н и к а и муз в и с ц е л е ­
н и и от повседневности. Платон о п и с ы в а е т в «Законах», как
образование, полученное в детском и юношеском возрасте,
в д а л ь н е й ш е й ж и з н и у т р а ч и в а е т с я за т я г о т а м и п о в с е д н е в н ы х
з а н я т и й : « Н о б о г и из ж а л о с т и к м н о г о с т р а д а л ь н о м у роду че­
ловеческому дали нам п е р е р ы в ы для отдыха от трудов. Это
ч е р е д а с м е н я ю щ и х друг друга р е л и г и о з н ы х п р а з д н и к о в . И
о н и д л я т о г о п о с ы л а ю т г о с т я м и н а н а ш и п р а з д н и к и Муз и
п р е д в о д и т е л е й их х о р о в о д о в А п о л л о н а и Д и о н и с а , ч т о б ы
Глава первая. Помнящая культура 61

люди в н о в ь п р и в е л и в п о р я д о к н р а в ы , с в о й с т в е н н ы е и м о т
4 0
младых н о г т е й ».

П р а з д н и к о с в е щ а е т с т е р ш у ю с я в п о в с е д н е в н о с т и основу н а ш е г о
ся до н е р а з л и ч и м о с т и и п о з а б ы т ы е п о р я д к и . О д н а к о э т о
место у П л а т о н а п о к а з ы в а е т т а к ж е , ч т о н е т двух п о р я д к о в —
п о р я д к а п р а з д н и к а и п о р я д к а п о в с е д н е в н о с т и , п о р я д к а сак­
рального и порядка профанного, противопоставленных и
н е з а в и с и м ы х друг от друга. И с х о д н ы м я в л я е т с я один­един­
ственный порядок, с в я щ е н н ы й и п р а з д н и ч н ы й уже по само­
му с в о е м у с у щ е с т в у , п о т о м у ч т о о н — п о р я д о к , и в н о с я щ и й
направленность в повседневную жизнь. Исходная функция
праздника состоит в том, чтобы придать времени — време­
ни в о о б щ е — ч л е н о р а з д е л ь н о с т ь , а н е в т о м , ч т о б ы с о з д а ­
вать н е к о т о р о е « с в я щ е н н о е в р е м я » , п р о т и в о п о л о ж н о е «по­
вседневному». Внося структуру и р и т м в т е ч е н и е в р е м е н и ,
праздники упорядочивают время в целом, и только в этом
упорядоченном времени повседневность и может занять
свое м е с т о . Л у ч ш и й п р и м е р т а к о г о и с х о д н о г о н е р а з л и ч е н и я
сакрального и п р о ф а н н о г о порядков — австралийское пред­
с т а в л е н и е о духах п р е д к о в , ч ь е п е р е д в и ж е н и е и д е я т е л ь ­
ность на земле задают модель всякой у п о р я д о ч е н н о й чело­
веческой деятельности, от ритуалов праздника до завязы­
вания обуви. Только на более в ы с о к о й ступени культуры,
когда п о в с е д н е в н ы й уклад ф о р м и р у е т с в о й , о с о б ы й п о р я ­
док, п р а з д н и к с т а н о в и т с я м е с т о м д р у г и х , с п е ц и ф и ч е с к и х
4 1
порядка, времени и воспоминания .

М ы в и д е л и , ч т о р а з л и ч и е м е ж д у к о м м у н и к а т и в н о й и куль­
турной п а м я т ь ю связано с р а з л и ч и е м между п о в с е д н е в н о с т ь ю
и праздником, между п р о ф а н н ы м и сакральным, между эфе­
м е р н ы м и п р о ч н о ­ о б о с н о в ы в а ю щ и м , между ч а с т н ы м и об­
щим, и ч т о э т о р а з л и ч е н и е к а к т а к о в о е и м е е т с в о ю и с т о р и ю .
Культурная память есть орган не­повседневного воспомина­

4 0
Платон, «Законы», 6 5 3 d , по переводу Е. Eyth, Heidelberg, 1982,
f. Ср. R. Bubner, « Ä s t h e t i s i e r u n g d e r Lebensweld», in: W. H a u g /
R. Warning, 1989.
41
Ср. об этом п о д р о б н е е Автор, 1991 а.
62 Часть первая. Общетеоретические основания

н и я . Ее главное о т л и ч и е о т к о м м у н и к а т и в н о й п а м я т и состо­
ит в ее о ф о р м л е н н о с т и и ритуальности ситуаций, в которых
она проявляется. Поэтому нам нужно т е п е р ь задаться вопро­
с о м о формах к у л ь т у р н о г о в с п о м и н а н и я . К у л ь т у р н а я п а м я т ь
опирается на объективации, облекающие смысл в прочные
ф о р м ы . П о л я р н у ю с т р у к т у р у к о л л е к т и в н о й п а м я т и л е г ч е все­
го п р е д с т а в и т ь себе с п о м о щ ь ю м е т а ф о р текучего и прочно­
го . Культурная п а м я т ь о п и р а е т с я на т в е р д о е . Э т о н е поток,
42

который, приходя извне, пронизывает отдельного человека,


а с к о р е е в е щ н ы й м и р , к о т о р ы й человек создает сам.
Л е г к о п р о д о л ж и т ь э т о т р я д п р о т и в о п о с т а в л е н и й между
текучим и п р о ч н ы м , между коммуникативной и культурной
памятью также и противопоставлением устного и письменно­
го. Н о это б ы л о бы грубым н е д о р а з у м е н и е м , какого м ы более
всего хотим избежать. Устное предание т о ч н о также членит­
ся на к о м м у н и к а т и в н о е и культурное, п о в с е д н е в н о е и торже­
ственное воспоминание, как и память о п р о ш л о м письменной
культуры. М е т о д ы oral history труднее п р и м е н я т ь к бесписьмен­
н ы м культурам, п о т о м у ч т о с н а ч а л а н а д о научиться в ы ч л е н я т ь
и з у с т н о й т р а д и ц и и т о , ч т о о т н о с и т с я к к у л ь т у р н о й , а н е по­
в с е д н е в н о й , п а м я т и . В п и с ь м е н н ы х к у л ь т у р а х р а з д е л е н и е яс­
нее, потому что — мы этого не о т р и ц а е м — культурная память
и м е е т о п р е д е л е н н о е родство с п и с ь м е н н о с т ь ю . В беспись­
43

м е н н ы х к у л ь т у р а х к у л ь т у р н а я п а м я т ь н е о п и р а е т с я с т о л ь ис­
к л ю ч и т е л ь н о на тексты. П р а з д н и ч н о е осознание и утвержде­
н и е г р у п п о в о й и д е н т и ч н о с т и в г о р а з д о б о л ь ш е й с т е п е н и ис­
пользует т а н ц ы , и г р ы , о б р я д ы , маски, о б р а з ы , р и т м ы , мело­
д и и , еду и п и т ь е , м е с т а и п о м е щ е н и я , к о с т ю м ы , т а т у и р о в к и ,
украшения, оружие.

Ср. об этом Aleida Assmann, 1991 b.


42

Однако письмо не обязательно упрочивает. Оно может делать


43

и текучим, устраняя тесную связь проявлений коллективной памяти


о прошлом с определенными, выделенными поводами ритуальной
коммуникации, и тем самым устраняя случаи для перехода от одного
modus memorandi к другому.
Глава первая. Помнящая культура 63

3. Л а н д ш а ф т ы в о с п о м и н а н и я .
«Мнемотоп» Палестина.

Исконнейшее средство всякой мнемотехники — размеще­


44
ние в п р о с т р а н с т в е . Н а этих п р и е м а х о с н о в а н о как европей­
ское искусство з а п о м и н а н и я , и с с л е д о в а н н о е Ф р э н с и с И е й т с
(The Art of Memory, 1966), так и а н т и ч н а я ( H . B l u m , 1969) и
и с л а м с к а я ( D . F. E i c k e l m a n n , 1978) м н е м о т е х н и к а . П о к а з а т е л ь ­
но, ч т о в к о л л е к т и в н о й и к у л ь т у р н о й м н е м о т е х н и к е , в « п о м н я ­
щ е й культуре», п р о с т р а н с т в о т а к ж е и г р а е т в е д у щ у ю р о л ь . З д е с ь
напрашивается п о н я т и е «мест памяти», ставшее уже привыч­
ным во ф р а н ц у з с к о м я з ы к е и и с п о л ь з о в а н н о е в н а з в а н и и про­
е к т а П ь е р а Н о р а ( L e s l i e u x d e la m é m o i r e ) . И с к у с с т в о з а п о м и ­
нания работает с воображаемым пространством, помнящая
культура — с р а с с т а н о в к о й з н а к о в в е с т е с т в е н н о м п р о с т р а н ­
с т в е . Д а ж е ц е л ы е м е с т н о с т и , и п р е ж д е в с е г о о н и , м о г у т слу­
жить средствами культурной п а м я т и . О н и в этом случае не
столько размечаются знаками («памятниками»), сколько сами
п о д н и м а ю т с я в р а н г з н а к а , т. е. семиотизируются. С а м ы й впе­
чатляющий пример этого представляют собой totemic
landscapes австралийских аборигенов. П о большим праздни­
кам о н и у т в е р ж д а ю т с в о ю г р у п п о в у ю и д е н т и ч н о с т ь т е м , ч т о
о т п р а в л я ю т с я в о п р е д е л е н н ы е места, с к о т о р ы м и с в я з а н о вос­
п о м и н а н и е о духах п р е д к о в , о т к о т о р ы х о н и п р о и с х о д я т
(T. G . H . S t r e h l o w , 1 9 7 0 ) . Г о р о д а Д р е в н е г о В о с т о к а с т р у к т у р и ­
ровались священными дорогами, по к о т о р ы м в большие праз­
д н и к и п р о ц е с с и я в н о с и л а г л а в н ы е б о ж е с т в а ( А в т о р , 1 9 9 1 b).
П р е ж д е в с е г о Р и м у ж е в а н т и ч н о с т и п р е д с т а в л я л с о б о й «свя­
щ е н н ы й л а н д ш а ф т » ( H . C a n c i k , 1985—1986). Р е ч ь и д е т о т о п о ­
г р а ф и ч е с к и х «текстах» к у л ь т у р н о й п а м я т и , о « м н е м о т о п а х » , мес­
тах п а м я т и . В э т о м с м ы с л е М о р и с Х а л ь б в а к с в с в о е й п о с л е д н е й
книге о п и с а л t o p o g r a p h i e l é g e n d a i r e С в я т о й З е м л и как ф о р м у
в ы р а ж е н и я к о л л е к т и в н о й п а м я т и (см. в ы ш е , с т р . 4 0 ) . Н а п р и ­
нтере П а л е с т и н ы как л а н д ш а ф т а в о с п о м и н а н и я Х а л ь б в а к с х о ­
тел показать, ч т о не т о л ь к о каждая эпоха, но и п р е ж д е всего

44
Ср. также прим. 21, а также «поля и просторные дворцы
64 Часть первая. Общетеоретические основания

к а ж д а я г р у п п а , т. е. к а ж д о е в е р о и с п о в е д а н и е , л о к а л и з у е т и воп­
лощает в памятниках с п е ц и ф и ч е с к и е для нее воспоминания
с о б с т в е н н ы м с п е ц и ф и ч е с к и м образом. И х о б с л е д о в а н и е пре­
в р а щ а е т с я в р а с ш и ф р о в к у м е т а ф о р . Ведь п р е о б л а д а н и е в опи­
с а н и и ф у н к ц и й п а м я т и у Х а л ь б в а к с а п р о с т р а н с т в е н н ы х мета­
ф о р б р о с а е т с я в глаза: « р а м к и » , « п р о с т р а н с т в а » («espace»),
« м е с т а » ( « l i e u x » ) , « р а з м е щ а т ь » ( « l o c a l i s e r » , « s i t u e r » ) — в о т по­
с т о я н н о п о в т о р я ю щ и е с я к л ю ч е в ы е п о н я т и я . Тем самым напра­
шивается исследование конкретной локализации воспомина­
н и й в т а к о м н а г р у ж е н н о м в о с п о м и н а н и е м и з н а ч е н и я м и ланд­
ш а ф т е , как П а л е с т и н а : С в я т а я З е м л я как «мнемотоп».

4. П е р е х о д н ы е ф о р м ы

а) Память об умерших

М ы уже касались в к р а т ц е ф е н о м е н а памяти об у м е р ш и х там,


где э т о и п о д о б а л о с д е л а т ь , а и м е н н о в н а ч а л е . В е д ь р е ч ь и д е т
з д е с ь о б и с т о к е и ц е н т р е т о г о , ч т о м ы н а з ы в а е м п о м н я щ е й куль­
турой. Если п о м н я щ а я культура — э т о п р е ж д е всего о б р а щ е н и е
к п р о ш л о м у , а п р о ш л о е в о з н и к а е т т а м , где о с о з н а е т с я р а з л и ч и е
между вчера и сегодня, т о с м е р т ь есть п е р в и ч н ы й о п ы т такого
р а з л и ч и я , а п а м я т ь о б у м е р ш и х — п е р в и ч н а я ф о р м а культурно­
г о в о с п о м и н а н и я . О д н а к о к о н т е к с т е п р е д п р и н я т о г о н а м и раз­
л и ч е н и я « к о м м у н и к а т и в н о й » и «культурной» п а м я т и м ы долж­
ны теперь вернуться к памяти об умерших под несколько иным
углом з р е н и я . В е д ь о ч е в и д н о , ч т о о н а з а н и м а е т п р о м е ж у т о ч н о е
п о л о ж е н и е между э т и м и двумя ф о р м а м и с о ц и а л ь н о й памяти.
П а м я т ь об умерших «коммуникативна», поскольку свойственна
в с е м л ю д я м , и в т о ж е в р е м я «культурна» п о с к о л ь к у в ы р а б а т ы ­
вает специальных носителей, обряды и институты.
В о с п о м и н а н и е об у м е р ш и х делится на р е т р о с п е к т и в н о е И
п р о с п е к т и в н о е воспоминание. Ретроспективная память об
умерших есть более универсальная, изначальная и естествен­
ная ф о р м а . Э т о ф о р м а , в какой группа ж и в е т со с в о и м и мерт-
45

45
См. об этом К. Schmidt, 1985, особ. статью О. G. Oexle, 74—107-
К р о м е того, О. G. Oexle, 1976; К. S c h m i d t / J . Wollasch, 1984.
Глава первая. Помнящая культура 65

выми, поддерживает их присутствие в уходящем вперед насто­


ящем и тем самым создает образ своего единства и целостнос­
ти, к о т о р ы й , как н е ч т о с о в е р ш е н н о естественное, включает и
м е р т в ы х ( О . G. O e x l e , 1983, 4 8 ff). Ч е м д а л ь ш е м ы о т х о д и м вглубь
истории, тем больше д о м и н и р у е т эта о п о р а группы на умер­
ш и х и п р е д к о в ( К . Е. M ü l l e r , 1 9 8 7 ) . В п р о с п е к т и в н о м и з м е р е ­
н и и р е ч ь и д е т о б а с п е к т е достижения и fama, п у т я х и ф о р м а х
стяжания незабвенности и славы. Однако представление о
том, что и м е н н о делает отдельного человека незабвенным,
может с и л ь н о р а з л и ч а т ь с я о т культуры к культуре. В Е г и п т е
достижение измеряется исполнением заданных обществом
норм, в Греции — превосходством в соревновании. У греков
незабвенны такие д е я н и я , в к о т о р ы х проявляется как раз не
обычная, а исключительная мера человеческих способностей:
П и н д а р увековечил в «Одах» п о б е д и т е л е й в о б щ е г р е ч е с к и х
играх, о с н о в а т е л и к о л о н и й п р о д о л ж а л и ж и т ь в культах геро­
е в . В р е т р о с п е к т и в н о м и з м е р е н и и р е ч ь и д е т о б а с п е к т е благо­
говейного почитания, способах и формах внесения своей лепты
в незабвенность других. О с о б ы й случай представляет с о б о й
Д р е в н и й Египет, где с у щ е с т в о в а л а с в я з ь п р о с п е к т и в н о г о и
ретроспективного и з м е р е н и я памяти об умерших. Эта связь
создавалась не только тем, ч т о отдельный человек, насколько
и к а к т о л ь к о в ы с о к и й г о с у д а р с т в е н н ы й п о с т д а в а л ему т а к у ю
возможность, воздвигал себе монументальную гробницу и тем
46
самым — «проспективно» — учреждал память о самом себе .
С к о р е е з а э т и м и в л о ж е н и я м и с т о я л о о с о б о е п о н и м а н и е вза­
имности: от потомства можно ожидать столько благоговейно­
го п о ч и т а н и я , с к о л ь к о с а м в с в о ю о ч е р е д ь п р о я в л я е ш ь е г о п о
отношению к предкам. Социальная сеть взаимности воплоще­
на здесь во в р е м е н и в ф о р м а т е в е ч н о с т и . П о э т о м у Д р е в н и й
Египет представляет с о б о й к р а й н и й случай. Э т о о т н о с и т с я н е
только к о б ш и р н ы м городам мертвых с их о г р о м н ы м и надгро­
биями. Монументальное надгробие — лишь внешний символ

46
«Кроме того, я п о с т р о и л эту гробницу и приказал высечь на
ней надпись, п р и ч е м л и ч н о , пока был е щ е жив», — п о д ч е р к и в а е т гла­
ва жреческой коллегии на своей гробницу в Ассиуте (11­я/12­я ди­
настия). (По Franke, H e q a i b , 23).

5 ­ 3777
66 Часть первая. Общетеоретические основания

незабвенного жизненного достижения, какое представляет из


себя жизнь, руководствовавшаяся правилами морали: «(Истин­
ный) памятник человеку — его добродетель» — гласит египетс­
кая пословица. С о о т в е т с т в у ю щ и е д о б р о д е т е л и , о с н о в а н н ы е на
взаимности, такие как благодарность, семейная и гражданс­
кая добродетель, солидарность, лояльность, с о з н а н и е ответ­
ственности и долга, верность и благочестие и г р а ю т поэтому в
египетской этике центральную роль. Э т и добродетели опре­
д е л я ю т ж и з н ь д о с м е р т и , а будучи р а с п р о с т р а н е н ы н а м е р т ­
вых, они лишь продлеваются и на загробную жизнь . Импе­ 4 7

р а т и в е г и п е т с к о й э т и к и — « п о м н и т ь друг о друге», ч т о б ы н е
допускать разрыва социальной сети, дополняется призывом
«Помни!», к о т о р ы й египетские надгробные памятники тыся­
чекратно обращают к увековечивающей памяти.
Н о имя может жить не только в материальных памятни­
к а х , д о с т а т о ч н о и п р о с т о г о звука г о л о с а . « Ч е л о в е к ж и в е т , п о к а
называют его имя» — говорит египетская пословица.
В более или менее ослабленной ф о р м е принцип «memoria»
в о б о и х своих и з м е р е н и я х — н е з а б в е н н о г о д о с т и ж е н и я и по­
мнящего благоговения — действует во всех обществах. Надеж­
да н а ж и з н ь в п а м я т и группы, п р е д с т а в л е н и е , ч т о м ы м о ж е м
захватить своих мертвых с собой в шагающее вперед настоя­
щ е е , о т н о с я т с я , судя п о всему, к у н и в е р с а л ь н ы м с т р у к т у р а м ч е ­
л о в е ч е с к о г о существования. (M. Fortes, 1978а).
П а м я т ь об умерших — э т о п а р а д и г м а т и ч е с к и й случай памя­
т и , « с о з д а ю щ е й о б щ н о с т ь » (К. S c h m i d t , 1 9 8 5 ) . О б р а щ а я с ь в вос-

Египетское выражение для этого принципа звучит, однако, не


47

«помнить друг о друге», а «действовать друг для друга». Есть текст,


который определяет так даже основное понятие египетской этики, а
именно «ма'ат» (= истина-порядок-справедливость-правильность):
«Награда действующего заключается в том, что для него действуют:
это означает "ма'ат" в сердце божества». Однако это «действие друг
для друга» означает не что иное как «думание друг о друге» коммемо¬
ративной памяти, как видно, например, из следующей жалобы:
«С кем мне сегодня говорить?
О вчера уже никто не помнит.
Никто не действует больше для того, кто действовал сегодня».
Ср.: Автор, 1990, 60-69.
Глава первая. Помнящая культура 67

поминании к мертвым, общность подтверждает свою идентич­


ность. В п р и з н а н и и своего долга п е р е д о п р е д е л е н н ы м и имена­
ми всегда с к р ы в а е т с я п р и з н а н и е своей с о ц и о п о л и т и ч е с к о й
и д е н т и ч н о с т и . П а м я т н и к и — э т о , к а к п о к а з а л и с т о р и к и з Биле¬
фельда Р. К о з е л е к , « у ч р е ж д е н и я и д е н т и ч н о с т и о с т а в ш и х с я в
ж и в ы х » (R. K o s e l l e c k , 1 9 7 9 ) . Т а м , где, к а к в с л у ч а е в о и н с к и х па­
мятников, имена исчисляются тысячами, или если увековечи­
вающее о б р а щ е н и е остается а н о н и м н ы м , как в случае памятни­
ка Н е и з в е с т н о м у солдату, н а п е р е д н и й п л а н я в с т в е н н о в ы х о д и т
и д е н т и ф и к а ц и о н н ы й м о м е н т . «В э т и х м о г и л а х н е т н и о п о з н а ­
в а е м ы х с м е р т н ы х о с т а н к о в , н и б е с с м е р т н ы х д у ш , и т е м н е ме­
нее о н и п о л н ы п р и з р а к а м и н а ц и о н а л ь н о г о в о о б р а ж е н и я » , пи­
ш е т Б . А н д е р с о н ( В . A n d e r s o n , 1 9 8 3 , 17). К у л ь т м о щ е й т а к ж е
относится к этому контексту создающей или у к р е п л я ю щ е й общ­
ность памяти о мертвых. М ы не должны забывать, что с о б о р ы
средневековых г о р о д о в , э т и ц е н т р а л ь н ы е д л я г о р о д с к о г о насе­
ления с и м в о л ы и д е н т и ч н о с т и , воздвигались над о с т а н к а м и как
можно более значительных святых (предпочтительно апосто­
лов), за о б л а д а н и е к о т о р ы м и иногда ш л а ж е с т о к а я б о р ь б а
(В. K ö t t i n g , 1 9 6 5 ) . А н а л о г и ч е н с л у ч а й м а в з о л е я М а о Ц з е д у н а ,
когда н а с л е д н и к , у ч р е ж д а я культ с в о е г о п р е д ш е с т в е н н и к а , узако­
нивает тем с а м ы м собственную власть. С о х р а н е н и е мумии М а о
Цзедуна, защищенной сложными техническими приспособлени­
я м и о т п о х и щ е н и я и л и п о к у ш е н и я в случае в о з м о ж н о г о п о л и т и ­
ческого п е р е в о р о т а , является в то ж е время п р и м е р о м однознач­
но и д е н т и ф и к а ц и о н н о й функции всякого п о ч и т а н и я мощей. К т о
сумел з а в л а д е т ь в а ж н ы м и м о щ а м и , п о л у ч и л в с в о е р а с п о р я ж е н и е
существенный элемент удостоверения своих прав.

b) Память и традиция

В к о м м у н и к а т и в н о й п а м я т и в о с п о м и н а н и я н е могут, е с т е ­
ственно, с о х р а н я т ь с я н е о г р а н и ч е н н о . О т ч е т л и в е е всех пока­
зал э т о М о р и с Х а л ь б в а к с , ч ь я т е о р и я п а м я т и и м е е т т о н е о ц е ­
нимое преимущество, что является одновременно и теорией
забвения. Проблему воспоминания, находящегося в пределах
коммуникативной памяти под угрозой и потому закрепляемо­
го к у л ь т у р н о й п а м я т ь ю , м ы р а с с м о т р и м о т д е л ь н о н а п р и м е р е

5*
68 Часть первая. Общетеоретические основания

В т о р о з а к о н и я (гл. 5 , п. 2 ) . А с е й ч а с в е р н е м с я к Х а л ь б в а к с у и
его теоретическим основаниям.
Хальбвакс различает «память» и «традицию» в смысле,
близком нашему р а з л и ч е н и ю биографического и обосновыва­
ю щ е г о в о с п о м и н а н и я , и н а ч е г о в о р я , к о м м у н и к а т и в н о й и куль­
турной памяти. Его интересует переход живого воспоминания,
mémoire vecue, в две р а з л и ч н ы е ф о р м ы письменной фикса­
ц и и , к о т о р ы е о н н а з ы в а е т «histoire» и «tradition». К р о м е кри­
тического рассмотрения и беспристрастного архивирования
п о к и н у т ы х в о с п о м и н а н и е м о б л а с т е й ( « h i s t o i r e » ) , и м е е т с я так­
ж е ж и в о й и н т е р е с к з а к р е п л е н и ю и с о х р а н е н и ю л ю б ы м и сред­
ствами отпечатка неудержимо удаляющегося прошлого. В этом
случае вместо все н о в ы х и н о в ы х реконструкций возникает
прочная традиция. О н а высвобождается из контекста ж и в о й
к о м м у н и к а ц и и и с т а н о в и т с я к а н о н и ч е с к и м в м е с т и л и щ е м уве­
ковечивающего воспоминания.
П р и м е р , на котором Хальбвакс показывает ф а з ы тради­
ц и и , е е р а з в и т и е о т ж и в о г о , т о е с т ь к о м м у н и ц и р у е м о г о , к ис­
кусственному, з а к о н с е р в и р о в а н н о м у в о с п о м и н а н и ю , это исто­
р и я раннего христианства. В первой фазе, в «период станов­
л е н и я » , п р о ш л о е и н а с т о я щ е е в с о з н а н и и г р у п п ы е д и н ы : «В т о
время едва ли ощущалось р а з л и ч и е в совсем еще близком к
с в о е м у и с т о к у х р и с т и а н с т в е между п а м я т ь ю и с о з н а н и е м на­
стоящего. П р о ш л о е и н а с т о я щ е е сливались, поскольку дра­
м а Е в а н г е л и я к а з а л о с ь е щ е н е з а к о н ч е н н о й » ( 1 9 8 5 a, 2 6 3 ) .
В фазе живой, эмоциональной захваченности, в естествен­
н о м состоянии к о л л е к т и в н о й п а м я т и р а н н е е х р и с т и а н с т в о пред­
ставляет из себя т и п и ч е с к и й случай коммуникационной группы,
которая живет не памятью, а устремленностью к цели, но п р и
этом в сознании своей исторической общности. В этот период
х р и с т и а н с т в о «далеко от того, ч т о б ы воплощать п р о ш л о е , про­
т и в о п о с т а в л е н н о е н а с т о я щ е м у » , е щ е н е в з я т о п р е д е л е н н ы й курс,
который сформируется только в древней церкви. Н а этом этапе
«немного ситуаций, к о т о р ы е считались бы несовместимыми с
христианством». Поскольку о н о само еще укоренено в настоя­
щем, о н о включает в себя современные течения, а не догмати­
чески п р о т и в о с т о и т им. Сказанное можно суммировать ф р а з о й ,
ч т о все его представления и воспоминания «пропитаны социаль­
Глава первая. Помнящая культура 69

н о й с р е д о й » ( 1 9 8 5 а, 2 8 7 ) . Н а к о н е ц , н а э т о м э т а п е о б щ е с т в о и
память еще едины. Еще не возникло различие между клирика­
ми и мирянами: «Религиозная память еще ж и в е т и действует в
это время во всей группе верующих; она естественно сливается
с к о л л е к т и в н о й п а м я т ь ю о б щ е с т в а в ц е л о м » ( 1 9 8 5 а, 2 6 8 ) .
Все м е н я е т с я н а в т о р о м э т а п е , к о т о р ы й , п о Хальбваксу,
н а ч и н а е т с я в III—IV в е к а х н. э . Т о л ь к о т е п е р ь « р е л и г и о з н о е
общество замыкается на себе, ф и к с и р у е т с в о ю т р а д и ц и ю , твер­
до устанавливает свое учение и н а в я з ы в а е т м и р я н а м и е р а р х и ю
к л и р и к о в , к о т о р а я у ж е н е п р о с т о в к л ю ч а е т ч и н о в н и к о в и ад­
министраторов христианских общин, а образует замкнутую,
отделенную от м и р а и полностью обращенную к прошлому
группу, к о т о р а я з а н я т а и с к л ю ч и т е л ь н о т е м , ч т о х р а н и т п а м я т ь
о п р о ш л о м » ( 1 9 8 5 а, 2 6 9 ) .
С неизбежным изменением социальной среды наступает и
забвение укорененных в ней воспоминаний. Тексты теряют
поэтому свою (само)понятность и н а ч и н а ю т нуждаться в интер­
претации. С этого момента на место коммуникативного воспо­
минания заступает в о с п о м и н а н и е как о р г а н и з о в а н н а я работа.
К л и р б е р е т на себя т о л к о в а н и е текстов, к о т о р ы е уже н е спо­
собны г о в о р и т ь со своим временем сами от себя, а находятся с
ним в н а п р я ж е н н ы х «контрапрезентных» о т н о ш е н и я х . Догма­
тика имеет целью задать и укрепить рамки в о з м о ж н ы х интер­
претаций и в свою очередь приспосабливает воспоминания к
господствующему учению. Точно также, как и с т о р и к может
выступить на сцену т о л ь к о тогда, когда и с ч е з а е т к о л л е к т и в н а я
память непосредственных участников событий, так и толкова­
тель м о ж е т в ы с т у п и т ь т о л ь к о тогда, когда и с ч е з л о ж и в о е пони­
м а н и е т е к с т а . « П о с к о л ь к у с м ы с л ф о р м и ф о р м у л ч а с т и ч н о за­
быт, и х п р и х о д и т с я и с т о л к о в ы в а т ь » , п и ш е т Х а л ь б в а к с ( 1 9 8 5 а,
293) в т о м ж е с м ы с л е , ч т о и п р о т е с т а н т с к и й б о г о с л о в Ф р а н ц
О в е р б е к , с ф о р м у л и р о в а в ш и й эту м ы с л ь р е з ч е : « П о т о м с т в о от­
казалось о т п о н и м а н и я и взялось за т о л к о в а н и е » . 48

Е Overbeck, 1919,24. Как в различении и с т о р и и и памяти Хальб­


48

вакс с о п р и к а с а е т с я с Н и ц ш е , так в р а з л и ч е н и и письма и памяти — с


поклонником Н и ц ш е Францем О в е р б е к о м и его р а з л и ч е н и е м «пра­
истории» и «истории», «пралитературы» и «литературы».
70 Часть первая. Общетеоретические основания

III. О П Ц И И К У Л Ь Т У Р Н О Й П А М Я Т И О П Р О Ш Л О М :
«ГОРЯЧАЯ» И «ХОЛОДНАЯ» ПАМЯТЬ О ПРОШЛОМ

1. М и ф о « ч у в с т в е и с т о р и и »

Двадцать лет назад было уместно сражаться с распростра­


н е н н ы м к л и ш е , будто б е с п и с ь м е н н ы е н а р о д ы н е и м е ю т исто­
рического сознания, более того: не имеют и с т о р и и . Своей про­
славившейся вступительной речью в Мюнстере «Историческое
сознание бесписьменных народов» Р ю д и г е р Ш о т т ( R ü d i g e r S c h o t t ,
1968) п о м о г у т в е р ж д е н и ю г о р а з д о б о л е е д и ф ф е р е н ц и р о в а н н о ­
го в з г л я д а . Т е м в р е м е н е м п о н я т и е «oral history» р а з в я з а л о узел,
к о т о р ы м б ы л и з а в я з а н ы п и с ь м о и и с т о р и я . И с т о р и ч е с к о е со­
знание стало антропологической универсалией. В этом смысле
в ы с к а з а л с я у ж е в 1 9 3 1 году к у л ь т у р а н т р о п о л о г Э. Р о т х а к е р
(Е. R o t h a c k e r ) , к о т о р ы й п о н и м а л « и с т о р и ч е с к о е с о з н а н и е » , о н о
ж е «чувство и с т о р и и » , как п е р в и ч н ы й инстинкт, неудержимо
влекущий «удерживать события и образы прошлого, вспоминать
49
и рассказывать» . «Чувство и с т о р и и , — о п р е д е л я е т Шотт, — это
п е р в и ч н о е свойство человека, к о т о р о е н е о т д е л и м о о т его пред­
р а с п о л о ж е н н о с т и к к у л ь т у р е как т а к о в о й » . Ш о т т о т с л е д и л фун­
к ц и ю э т о г о первичного инстинкта. О н с у м е л п о к а з а т ь , ч т о «уст­
н ы е и с т о р и ч е с к и е предания в еще большей степени, чем пись­
м е н н ы е з а п и с и , с в я з а н ы с т е м и г р у п п а м и , о судьбе к о т о р ы х о н и
рассказывают». О н и не только связаны с этими группами, но и
сами обладают связующей силой. О н и образуют самое обязую­
щее связующее средство, поскольку рассказывают о событиях,
на к о т о р ы х д а н н а я группа «основывает с о з н а н и е своего един­
с т в а и с в о е о б р а з и я » . Т о , ч т о Ш о т т о п р е д е л я л к а к « ч у в с т в о ис­
т о р и и » , а м е р и к а н с к и й с о ц и о л о г Э. Ш и л с , к о т о р о м у м ы обяза­
н ы з н а ч и т е л ь н е й ш и м в к л а д о м в с о ц и о л о г и ю п р е д а н и я (Е. Shils,
1981), н а з ы в а е т «чувством п р о ш л о г о » («sense of t h e past»,
i b i d e m , 5 1 сл.): « Б е з т а к о г о д у ш е в н о г о о р г а н а н е м о г л о б ы б ы т ь
знания прошлого, благоговения, привязанности, подражания,
отвержения по о т н о ш е н и ю к прошлому».

4 9
Е. Rothacker, «Das historische Bewußtsein», в: Zeitschrift für
D e u t s c h k u n d e 4 5 , 1931. Цитируется по Schott, 1968, 170.
Глава первая. Помнящая культура 71

Это, несомненно, верно, настолько верно, что сейчас на


этом уже не с т о и т с п е ц и а л ь н о о с т а н а в л и в а т ь с я . С е г о д н я ско­
рее снова становится и н т е р е с н ы м вопрос, почему этот чело­
веческий «первичный инстинкт» в некоторых обществах и
культурах р а з в и т н а с т о л ь к о с и л ь н е е , ч е м в д р у г и х . К р о м е
5 0

т о г о , п о х о ж е , ч т о у н е к о т о р ы х о б щ е с т в э т о т и н с т и н к т и л и чув­
ство, если это в самом деле чувство, не т о л ь к о менее р а з в и т о ,
но прямо-таки подавляется. Поэтому я позволю себе усомнить­
ся в т о м , ч т о т а к а я в е щ ь , как чувство и с т о р и и , в с а м о м д е л е
существует, и с ч и т а ю п о н я т и е к у л ь т у р н о й п а м я т и б о л е е о с т о ­
рожным и уместным. Я позволю себе исходить из того — здесь
я оказываюсь полностью на с т о р о н е Н и ц ш е , — что по своему
природному устройству человек кажется предназначенным
с к о р е е к тому, ч т о б ы з а б ы в а т ь , ч е м к тому, ч т о б ы п о м н и т ь , и
что о б ъ я с н е н и я требует как раз ф а к т в с п о м и н а н и я , и н т е р е с а
к прошлому, к его и с с л е д о в а н и ю и обработке. Вместо т о г о что­
бы п р и б е г а т ь к п о н я т и я м о с о б о г о чувства и л и и н с т и н к т а , сле­
дует, н а м о й в з г л я д , в к а ж д о м о т д е л ь н о м с л у ч а е з а д а в а т ь с я в о п ­
росом, что побудило человека обратиться к своему прошлому.
П р и этом мне важнее всего констатация того факта, что вплоть
до о т н о с и т е л ь н о п о з д н е г о в р е м е н и э т о т и н т е р е с к п р о ш л о м у
н е б ы л с п е ц и ф и ч е с к и « и с т о р и ч е с к и м » и н т е р е с о м , а б ы л од­
новременно более широким и более конкретным интересом к
л е г и т и м а ц и и , о п р а в д а н и ю , п р и м и р е н и ю , и з м е н е н и ю и т. д., и
что он о т н о с и т с я к тому ф у н к ц и о н а л ь н о м у контексту, к о т о р ы й
мы намечаем п о н я т и я м и « в о с п о м и н а н и е » , «предание» и
« и д е н т и ч н о с т ь » . В э т о м с м ы с л е м ы з а й м е м с я п о и с к а м и «ус­
покоительных» и «возбуждающих» ф а к т о р о в исторического
в о с п о м и н а н и я . Д р е в н е е г и п е т с к а я культура — о с о б е н н о бла­
г о д а р н ы й м а т е р и а л д л я т а к о г о р а с с м о т р е н и я . Ведь здесь пе­
ред нами о б щ е с т в о , чье п р о ш л о е п р е д с т о я л о глазам в подав­
ляюще-впечатляющих формах, которое вело хронологию с
помощью анналов и списков царей и которое, тем не менее,
практически никак не использовало это прошлое.

50
«Однако ч р е з в ы ч а й н о различна о т народа к народу степень, до
к о т о р о й развивается это "чувство прошлого", а т а к ж е ф о р м ы , какие
оно принимает», Schott, 1968, 170.
72 Часть первая. Общетеоретические основания

2. « Г о р я ч а я » и « х о л о д н а я » о п ц и и

Т а к а я п о с т а н о в к а в о п р о с а н е и з б е ж н о в е д е т к К. Л е в и ­
С т р о с с у и е г о з н а м е н и т о м у р а з л и ч е н и ю « х о л о д н ы х » и «горя­
ч и х » о б щ е с т в , н а к о т о р о е с с ы л а е т с я и Р. Ш о т т . « Х о л о д н ы е »
общества, по Леви­Строссу, — это такие, к о т о р ы е стремятся
«с п о м о щ ь ю с п е ц и а л ь н о с о з д а в а е м ы х и н с т и т у т о в а в т о м а т и ч е с ­
ки уничтожить влияние, которое могли бы и м е т ь исторические
5 1
ф а к т о р ы на их р а в н о в е с и е и у с т о й ч и в о с т ь » . В другом месте
он г о в о р и т в э т о й связи о «мудрости». «Холодные» общества
« с л о в н о б ы о т ы с к а л и и л и с о х р а н и л и о с о б у ю мудрость, побуж­
дающую их о т ч а я н н о с о п р о т и в л я т ь с я л ю б о м у и з м е н е н и ю их
структуры, к о т о р о е сделало бы в о з м о ж н ы м в т о р ж е н и е исто­
р и и » . Н а п р о т и в , « г о р я ч и е » о б щ е с т в а х а р а к т е р и з у ю т с я «жад­
ной потребностью в изменении», они интериоризируют свою
и с т о р и ю (leur d e v e n i r h i s t o r i q u e ) , ч т о б ы п р е в р а т и т ь е е в дви­
жущую силу с в о е г о р а з в и т и я . О д н а к о «холод» — э т о не п р о с т о
другое слово, и к тому же метафора, для обозначения того, что
другие называют «внеисторичностью» и «отсутствием истори­
ч е с к о г о с о з н а н и я » . То, что Л е в и ­ С т р о с с н а з ы в а е т «холодом»,
п о д р а з у м е в а е т н е о т с у т с т в и е ч е г о ­ т о , а, н а п р о т и в , п о л о ж и т е л ь ­
н о е д о с т и ж е н и е , к о т о р о е п р и п и с ы в а е т с я о с о б о й «мудрости»
и специальным «установлениям». Холод не является исходным
с о с т о я н и е м культуры, его нужно создать. С л е д о в а т е л ь н о , воп­
рос состоит не только в том, в каком объеме и в какой ф о р м е
общества выработали историческое сознание, но и в том, в
каком объеме, в каких формах и с п о м о щ ь ю каких установле­
н и й и социальных механизмов то или и н о е общество «заморо­
зило» и з м е н е н и я . «Холодные» культуры ж и в у т не в з а б в е н и и
чего­то, что п о м н я т «горячие» культуры, а в другой памяти. Эта
другая память требует воспрепятствовать в т о р ж е н и ю и с т о р и и .
Этому служат п р и е м ы «холодной» памяти.
Для Леви­Стросса различение «горячего» и «холодного» —
лишь более подходящее обозначение для «неловкого различе­
н и я между "народами без и с т о р и и " и п р о ч и м и » (1962, 309).

51
С. Lévy­Strauss, 1962, 309 = Das wilde D e n k e n , Frankfurt, 1973,
270. Ср. I d e m , 1960, 39.
Глава первая. Помнящая культура 73

Для него она р а в н о з н а ч н а с р а з л и ч е н и е м п е р в о б ы т н о г о и ци­


вилизованного, бесписьменного и литературного, акефально¬
го и о р г а н и з о в а н н о г о в г о с у д а р с т в о . « Х о л о д н о е » и « г о р я ч е е »
означают для него, таким образом, лишь идеально­типические
п о л ю с а п р о ц е с с а ц и в и л и з а ц и и , к о т о р ы й с н е о б х о д и м о с т ь ю ве­
дет от х о л о д н о г о к горячему. Из­за э т о й о г р а н и ч е н н о с т и он н е
с м о г в д о л ж н о й м е р е п о ж а т ь п л о д ы с в о е г о с о б с т в е н н о г о от­
крытия. И м е н н о поэтому он, насколько мне известно, поми­
мо э т о г о A p e r ç u е г о п р а к т и ч е с к и и н е и с п о л ь з о в а л . Я н а м е р е н
применить это различение намного более широко, и опира­
юсь в с в о е й и н т е р п р е т а ц и и на с л е д у ю щ и е два н а б л ю д е н и я .
1. С у щ е с т в у ю т о б щ е с т в а — ц и в и л и з о в а н н ы е , о б л а д а ю щ и е
письменностью и государственной организацией, к о т о р ы е тем
не м е н е е я в л я ю т с я х о л о д н ы м и в т о м с м ы с л е , ч т о о н и «отчаян­
но сопротивляются в т о р ж е н и ю истории». Я назову здесь толь­
ко два к л а с с и ч е с к и х случая: д р е в н и й Е г и п е т и с р е д н е в е к о в о е
еврейство. В обоих случаях отчетливо видно, ч т о сопротивле­
ние и с т о р и и служит другому с о х р а н е н и ю п а м я т и о п р о ш л о м .
Для Египта я описал этот род в о с п о м и н а н и я как «монументаль­
52
ную п а м я т ь » , а п р и м е н и т е л ь н о к с р е д н е в е к о в о м у е в р е й с т в у
Й . X. Й е р у ш а л м и (Y. H . Y e r u s h a l m i , 1 9 8 2 ) д а ж е в ы б р а л и м п е ­
р а т и в « З а х о р ! » ( « П о м н и ! » ) з а г л а в и е м с в о е й з а м е ч а т е л ь н о й ра­
боты. Поэтому мне кажется, что гораздо продуктивнее, чем
п р о с т о п е р е и м е н о в а т ь п е р в о б ы т н ы е и ц и в и л и з о в а н н ы е куль­
туры в х о л о д н ы е и г о р я ч и е п р и с о х р а н е н и и э в о л ю ц и о н н о й
схемы, будет в о о б щ е п о р в а т ь с э т о й с х е м о й и п о н и м а т ь горя­
чее и х о л о д н о е как о п ц и и культуры, и н а ч е г о в о р я , п о л и т и ч е ­
ские стратегии памяти, д а н н ы е всякий раз н е з а в и с и м о от пись­
ма, к а л е н д а р я , р а з в и т и я р е м е с е л и с п о с о б а п р а в л е н и я . Р е ч ь
идет об о п ц и я х культурной памяти. В рамках «холодной» оп­
ции письмо и государственная о р г а н и з а ц и я т а к ж е могут стать
средствами замораживания истории.
2. О б щ е с т в а и л и к у л ь т у р ы н е о б я з а т е л ь н о д о л ж н ы б ы т ь
целиком «горячими» или «холодными»: в них м о ж н о различать
холодные и горячие элементы, или же, пользуясь понятиями
э т н о п с и х о л о г а М. Э р д х а й м а (M. E r d h e i m ) , с и с т е м ы о х л а ж д е ­

52
Автор, 1988, 107­110.
74 Часть первая. Общетеоретические основания

ния и нагрева. Системы охлаждения — это, с одной стороны,


т е и н с т и т у т ы , с п о м о щ ь ю к о т о р ы х х о л о д н ы е культуры замо­
раживают исторические изменения, — Эрдхайм, например,
53
исследует в качестве таковых обряды и н и ц и а ц и и , а с другой
с т о р о н ы , о т д е л ь н ы е э л е м е н т ы в контексте в о с т а л ь н о м горя­
54
ч и х обществ, как, н а п р и м е р , в о е н н о е с о с л о в и е и л и церковь.
Р а з л и ч и в холодную и горячую о п ц и и в о б р а щ е н и и с исто­
р и е й , м о ж н о т е п е р ь т о ч н е е с ф о р м у л и р о в а т ь наш в о п р о с об
успокоительных и возбуждающих элементах в историческом
с о з н а н и и и п а м я т и . У с п о к о и т е л ь н ы е э л е м е н т ы с т о я т н а служ­
бе холодной опции. Здесь речь идет о том, чтобы заморозить
изменения. Смысл, к о т о р ы й здесь помнится, л е ж и т в повто­
ряющемся, регулярном, а не в уникальном, необычном. Он
л е ж и т в п р е е м с т в е н н о с т и , а не в разрыве, п е р е л о м е и изме­
н е н и и . Н а п р о т и в , возбуждающие элементы стоят на службе
горячей опции. Здесь смысл, значение, достопамятность при­
п и с ы в а ю т с я уникальному, особенному, а т а к ж е перелому, из­
м е н е н и ю , с т а н о в л е н и ю и росту и л и ж е р а з л о ж е н и ю , деграда­
ции, ухудшению.

3. А л ь я н с в л а с т и и п а м я т и

С и л ь н ы м в о з б у ж д а ю щ и м д л я в о с п о м и н а н и я я в л я е т с я на­
л и ч и е центральной власти. В акефальных обществах «истори­
ческое знание редко простирается далее чем на несколько
поколений, чтобы очень быстро затеряться в неопределенной,
" м и ф и ч е с к о й " д р е в н о с т и , в к о т о р о й все с о б ы т и я п р е д с т а ю т
на о д н о м и т о м ж е в р е м е н н о м уровне» (Schott, 1968, 172). Э т о
т а с а м а я « f l o a t i n ggap»,о к о т о р о й г о в о р и т Я н В а н с и н а ( 1 9 8 5 ) :
лакуна между ж и в о й п а м я т ь ю с о в р е м е н н и к о в ( о ч е р ч е н н о й
в р е м е н н ы м г о р и з о н т о м в п р и м е р н о 80 л е т ) , к о т о р а я , как под­
т в е р д и л и и с с л е д о в а н и я «oral h i s t o r y » , д е й с т в и т е л ь н о о к а з а л а с ь
универсалией коллективной памяти и священными предания­
м и о « п р о и с х о ж д е н и и » . Если где­то м ы в с т р е ч а е м с я с есте­

53
М. Erdheim, «Adoleszenz u n d Kulturentwicklung», in: 1984, 271 ff.
54
«'Heiße' G esellschaften u n d , 'kaltes' Militär», in: 1 9 8 8 , 3 3 1 ­ 3 4 4 .
Глава первая. Помнящая культура. 75

с т в е н н ы м состоянием к о л л е к т и в н о г о и с т о р и ч е с к о г о с о з н а ­
ния, то и м е н н о здесь.
Н а п р о т и в , «более расчлененная временная перспектива»
обнаруживается «лишь у тех народов, к о т о р ы е выработали
институт в о ж д е й и л и еще какие-то ц е н т р а л ь н ы е п о л и т и ч е с к и е
установления». Классические п р и м е р ы здесь — полинезийские
д и н а с т и и в о ж д е й с и х г е н е а л о г и я м и в 22 п о к о л е н и я и л и тал¬
ленси в А ф р и к е , ч ь и с р а в н и т е л ь н о о б ш и р н ы е р о д о с л о в н ы е
древа у к а з ы в а ю т место каждого человека с его р о л я м и и пра­
в а м и в ц е л о м п о л и т и ч е с к о й с и с т е м ы (M. F o r t e s , 1 9 4 5 ) . Д л я э т о й
ф о р м ы альянса власти и памяти м о ж н о п р и в е с т и также шумер­
ские и египетские списки правителей. Власть, несомненно,
н у ж д а е т с я в п р о и с х о ж д е н и и . Н а з о в е м э т о ретроспективнойст

Альянс власти и воспоминания и м е е т и п р о с п е к т и в н у ю сто­


рону. В л а с т и т е л и н а к л а д ы в а ю т руку н е т о л ь к о н а п р о ш л о е , н о
и на будущее, о н и хотят, ч т о б ы о н и х п о м н и л и , с в о и м и д е я н и ­
я м и с о з и д а ю т с е б е п а м я т н и к и , з а б о т я т с я о т о м , ч т о б ы э т и де­
яния рассказывались, воспевались, увековечивались в монумен­
тах или, по к р а й н е й мере, д о к у м е н т и р о в а л и с ь в архивах.
Власть «легитимируется р е т р о с п е к т и в н о и увековечивается
проспективно». К этому официальному, политико-идеологи­
ческому ф у н к ц и о н а л ь н о м у контексту п р и н а д л е ж и т п о ч т и все,
что д о ш л о до нас о т Д р е в н е г о Востока в качестве и с т о р и ч е с ­
ких и с т о ч н и к о в . В одном египетском тексте С р е д н е г о Ц а р с т в а
(ок. 1 9 0 0 г. д о P . X . ) , в о з в е щ а ю щ е м п р и б л и ж е н и е в р е м е н и спа­
с е н и я п о с л е п р е д ш е с т в о в а в ш е г о х а о с а , с р е д и п р и з н а к о в спа­
сения и восстановленного порядка упоминается и то, что «сын
мужа (= б л а г о р о д н о г о п р о и с х о ж д е н и я ) с м о ж е т с о с т а в и т ь с е б е
имя на все в р е м я и в е ч н о с т ь » . Л и т е р а т у р а С р е д н е г о Ц а р с т в а
5 5

стремилась распространить убеждение, что общественный


п о р я д о к в о з м о ж е н т о л ь к о ч е р е з ц е н т р а л и з о в а н н о е государ­
с т в о ф а р а о н о в ( G . P o s e n e r , 1956; А в т о р , 1 9 9 0 ) . В а ж н ы м а с п е к ­
т о м э т о г о п о р я д к а о к а з ы в а е т с я и б е с с м е р т и е о т д е л ь н о г о че­
ловека, о п и р а ю щ е е с я на память группы. Б е з государства рам-

Н е ф е р т и , Р. 61—62, ed. Helck, 52 f.: «Радуйтесь, люди его време­


5 5

ни: сын мужа составит себе имя на все время и вечность».


76 Часть первая. Общетеоретические основания

к и с о ц и а л ь н о й п а м я т и р а с п а д а ю т с я : т е м с а м ы м и п у т и к бес­
смертию оказываются перекрыты.

4. А л ь я н с в л а с т и и з а б в е н и я

Альянс власти и памяти м о ж н о з а м е т и т ь и е щ е п о о д н о м у


признаку. Здесь мы д о л ж н ы вернуться к Леви-Строссу и его
теории, что власть в смысле политически организованного
н е р а в е н с т в а п о р о ж д а е т « г о р я ч е е » о б щ е с т в о . Г о р я ч и е культу­
р ы д е й с т в у ю т , н а м е т а ф о р и ч е с к о м я з ы к е Л е в и - С т р о с с а , как
«паровые машины», в которых перепад энергии классовых
р а з л и ч и й т о л к а е т к и з м е н е н и ю (Erdheim, 1 9 8 8 , 2 9 8 ) . Э р д г е й м
связал это о т н о ш е н и е между государственной организацией
и горячей опцией с предпочтением линейных исторических
к о н с т р у к ц и й : «Горячие культуры с т р е м я т с я к государству, а
г о с у д а р с т в а — к ц е н т р а л и з а ц и и в л а с т и . Л и н е й н о е в и д е н и е ис­
тории — это временной, а централизация — пространственный
а с п е к т о д н о г о и т о г о ж е п р о ц е с с а , а и м е н н о с к л а д ы в а н и я вла­
сти» (Erdheim, 1988, 327).
Очевидно, однако, что Эрдхайм перевернул здесь реаль­
н о е п о л о ж е н и е в е щ е й . Н е г о р я ч и е к у л ь т у р ы с к л о н н ы к госу­
д а р с т в е н н о с т и , а государственно о р г а н и з о в а н н ы е культуры
склонны к культурной «горячности». П р и т о м эта последняя
и с х о д и т в о в с е н е о т п р е д с т а в и т е л е й в л а с т и . К п е р е м е н а м и из­
менениям стремятся, естественно, подвластные, угнетенные,
непривилегированные. Линейное видение истории — скорее
синдром н и з ш и х слоев. Это особенно ясно проявляется в его
с а м о й к р а й н е й ф о р м е , в а п о к а л и п т и к е , к о т о р а я в о в с е м Ста­
р о м (и Н о в о м ? ) С в е т е в о з н и к а л а к а к и д е о л о г и я р е в о л ю ц и о н ­
н ы х д в и ж е н и й с о п р о т и в л е н и я (см. Hellholm, 1 9 8 3 ) . У г н е т е н и е
— возбуждающее для (линейного) исторического мышления,
д л я в ы р а б о т к и т а к и х р а м о к о с м ы с л е н и я , где з н а ч е н и е и м е ю т
р а з р ы в , п е р е л о м и и з м е н е н и е (Lanternari, 1960). П о э т о м у р е ч ь
з д е с ь и д е т с к о р е е о б альянсе власти и забвения. В с а м о м д е л е , б ы л и
и есть ф о р м ы власти, к о т о р ы е всеми доступными им средства­
ми, через контроль над коммуникацией и технические дости­
ж е н и я , «также о т ч а я н н о с о п р о т и в л я ю т с я в т о р ж е н и ю исто-
Глава первая. Помнящая культура 77

р и и » , к а к Л е в и ­ С т р о с с о в ы «sociétés f r o i d e s » . Т а ц и т о п и с ы в а е т
такие ф о р м ы предписанного забвения для Римской и м п е р и и
(H. C a n c i k ­ L i n d e m a i e r / H . Cancik, 1987). Д л я с о в р е м е н н о с т и
эту с т р а т е г и ю в ы я в и л п р е ж д е в с е г о О р у э л л в с в о е м р о м а н е
«1984»: « И с т о р и я о с т а н о в и л а с ь . Е с т ь л и ш ь в е ч н о е н а с т о я щ е е ,
5 6
в к о т о р о м п а р т и я всегда права» .
Э т и м е т о д ы , как удалось показать Алейде Ассман, до мело­
чей соответствуют «структурной амнезии» устного предания
и могут с ч и т а т ь с я т о ч н о й п а р а л л е л ь ю ф у н к ц и о н и р о в а н и ю
«холодных культур» — н о в с о в р е м е н н ы х условиях: « С о б ы т и я ,
вторжения случая н е в о з м о ж н о устранить, н о м о ж н о воспре­
57
п я т с т в о в а т ь тому, ч т о б ы о н и к о н д е н с и р о в а л и с ь в и с т о р и ю » .
В условиях угнетения память о прошлом может стать одной из
ф о р м с о п р о т и в л е н и я . К этому аспекту культурной памяти м ы
п о д р о б н е е в е р н е м с я в с е д ь м о м р а з д е л е (с. 88—91).

5. Д о к у м е н т а ц и я — к о н т р о л ь и л и о с м ы с л е н и е и с т о р и и ?

Е с т е с т в е н н о п р е д п о л о ж и т ь , ч т о е г и п т я н е , к а к н а р о д с са­
мой д л и н н о й (после шумеров) памятью, поскольку у них непре­
р ы в н а я т р а д и ц и я у х о д и т вглубь н а т ы с я ч е л е т и я , в ы р а б о т а л и
особенно сложно организованное и ярко выраженное истори­
ческое сознание. Здесь о ж и д а е ш ь большого, как нигде, интере­
са к п р о ш л о м у , и з о б и л и я р а с с к а з о в о в е л и к и х п р а в и т е л я х д р е в ­
ности — ведь не з р я их п а м я т н и к и стоят у всех перед глазами,
э п и ч е с к и х п о э м о в е л и к и х подвигах о с н о в а т е л е й государства,
рассказов о войнах, завоеваниях, достижениях и н ж е н е р н о й
м ы с л и и т. д. О д н а к о в и с т о ч н и к а х н и ч е г о п о д о б н о г о н е с о х р а ­
нилось. Такого рода рассказов н е м а л о у Геродота, а значит, о н и
ж и л и в «oral h i s t o r y » п о з д н е г о в р е м е н и . О д н а к о о ф и ц и а л ь н ы е
источники обращаются с прошлым совершенно иначе. Пред­
восхищая наш вывод, скажем: списки царей и х р о н и к и оказы­
ваются успокоительным, а не возбуждающим средством исто­
риографии. М о ж н о назвать это и «холодной памятью».

56
См. А в т о р в: A. u. J. Assmann, 1988, 35.
57
А в т о р в: А. u. J. Assmann, 1988, 35 f.
78 Часть первая. Общетеоретические основания

О б щ е е место о «народе с самой д л и н н о й памятью» восхо­


д и т к Геродоту. О н н а с ч и т ы в а е т в э т о й п а м я т и 341 п о к о л е н и е ,
п о е г о п о д с ч е т а м 11 3 4 0 л е т . В о т к а к д а л е к о в п р о ш л о е я к о б ы
п р о с т и р а е т с я в Египте д о к у м е н т и р о в а н н а я история. «За это
в р е м я , — п и ш е т Геродот, — с о л н ц е ч е т ы р е ж д ы в с х о д и л о н е на
с в о е м о б ы ч н о м м е с т е . О н о д в а ж д ы в с х о д и л о т а м , где т е п е р ь
з а х о д и т , и д в а ж д ы з а х о д и л о т а м , где т е п е р ь в с х о д и т . В Е г и п т е
из-за э т о г о н и ч е г о н е и з м е н и л о с ь н и в о т н о ш е н и и р а с т и т е л ь ­
ности, ни в отношении деятельности реки, ни в отношении
б о л е з н е й и с м е р т и л ю д е й » (Геродот, II, 142).
Н е с т а н е м углубляться здесь в м а л о п о н я т н у ю а с т р о н о м и ю :
Г е р о д о т тут я в н о ч т о - т о п е р е п у т а л . Г о р а з д о и н т е р е с н е е в ы в о д .
58

Ч т о с л е д у е т д л я е г и п т я н и з и х х о р о ш о д о к у м е н т и р о в а н н о й ог­
л я д к и н а т ы с я ч е л е т и я ? Ч т о н и ч т о н е и з м е н и л о с ь . И м е н н о дока­
зательству этого служат списки п р а в и т е л е й , х р о н и к и и п р о ч и е
д о к у м е н т ы . О н и д о к а з ы в а ю т н е з н а ч е н и е , а, н а п р о т и в , т р и ­
59

виальность истории. Списки царей делают доступным прошлое,


н о н е р а с п о л а г а ю т к тому, ч т о б ы и м з а н и м а т ь с я . Д о к у м е н т и ­
руя п р о ш л о е , о н и о т н и м а ю т его у ф а н т а з и и . О н и показывают,
что не случалось ничего, что стоило бы рассказывать.
Тривиальность истории вытекает для египтян — опять же
п о Г е р о д о т у — и з т о г о , ч т о о н а с о з д а е т с я л ю д ь м и . « З а 11 3 4 0 л е т
Египтом правили только люди, а не боги в человеческом обра­
з е (...). Н о д о э т и х л ю д е й , г о в о р я т , в Е г и п т е п р а в и л и и б о г и ,
к о т о р ы е ж и л и вместе с л ю д ь м и ; и о д и н из н и х всегда оказы­
вался самым могущественным. Последним из этих царей был
Гор, с ы н О з и р и с а , к о т о р ы й у э л л и н о в н а з ы в а е т с я А п о л л о н о м .
О н сверг с т р о н а Т и ф о н а » (143).
Только дойдя до богов, история становится интересной.
Н о з д е с ь о н а п е р е с т а е т б ы т ь в н а ш е м с м ы с л е и с т о р и е й и ста­
новится мифологией. Время богов — это время великих собы-

5 8
В е р о я т н о , р е ч ь идет о ч е т ы р е х циклах, двух с д в и ж е н и е м сол­
нца с З а п а д а на Восток и двух с В о с т о к а на Запад, к о т о р ы е имели
м е с т о за 341 п о к о л е н и е . Е г и п е т с к и е и с т о ч н и к и ни о чем п о д о б н о м
не упоминают.
5 9
См. об этом Redford, 1986. О гордости своим п р о ш л ы м у егип­
т я н в позднюю эпоху ср. Автор, 1985.
Глава первая. Помнящая культура 79

тий, п е р е л о м о в и и з м е н е н и й , из к о т о р ы х м и р вышел таким,


к а к и м м ы з н а е м е г о 12 ООО л е т . Э т о в р е м я , о к о т о р о м м о ж н о
рассказывать, потому ч т о там есть, о чем рассказать. Э т и рас­
сказы мы называем м и ф а м и . О н и касаются становления мира,
а т а к ж е м е х а н и з м о в , о б р я д о в и у с т а н о в л е н и й , к о т о р ы е н е да­
дут е м у с н о в а п о г и б н у т ь , и д л я э т о г о д о л ж н ы п р е д о х р а н я т ь е г о
от д а л ь н е й ш и х и з м е н е н и й и р а з р ы в о в п р е е м с т в е н н о с т и .
В Месопотамии дело обстояло в принципе также. Хотя
К. В и л ь к е и н а ч и н а е т с в о й а н а л и з ш у м е р с к и х с п и с к о в ц а р е й с
общего утверждения: «Прошлое было очень важно для людей
Древнего Востока; на случившемся в п р о ш л о м базировалось для
н и х с е г о д н я и с е й ч а с » ( C . W i l c k e , 1988, 113), о д н а к о , к а к и в Е г и п ­
те, л ю д и з д е с ь и с п о л ь з о в а л и п р о ш л о е д л я д о к а з а т е л ь с т в а т о г о ,
что в с е всегда б ы л о так, как есть, за и с к л ю ч е н и е м « в р е м е н ос­
н о в а н и я » , где д е й с т в у ю т б о г и . С п и с к и ц а р е й — о р у д и е о р и е н ­
т а ц и и и к о н т р о л я , н о н е о с м ы с л е н и я . П о э т о м у м ы м о ж е м ут­
в е р ж д а т ь , ч т о вся э т а и н т е н с и в н а я о б р а б о т к а п р о ш л о г о , от­
разившаяся в древневосточной хронологии, летописании и
списках царей, служит усмирению и десемиотизации истории.

6. А б с о л ю т н о е и о т н о с и т е л ь н о е п р о ш л о е

« Г о р я ч и е » о б щ е с т в а , п о о п р е д е л е н и ю Л е в и ­ С т р о с с а , «сме­
ло и н т е р и о р и з и р у ю т и с т о р и ч е с к о е с т а н о в л е н и е , ч т о б ы сде­
60
лать его д в и ж у щ е й с и л о й с в о е г о р а з в и т и я » . С е г о д н я м ы зна­
е м д о с т а т о ч н о о е г и п е т с к и х и м е с о п о т а м с к и х с п о с о б а х доку­
ментации прошлого, чтобы с уверенностью утверждать, что
речь здесь не идет об « и н т е р и о р и з о в а н н о й истории». Воспо­
м и н а н и е , в с м ы с л е интериоризованного прошлого, о б р а щ а е т с я у
этих народов к мифическому, а не к историческому времени,
так как т о л ь к о м и ф и ч е с к о е в р е м я есть в р е м я с т а н о в л е н и я , в
то в р е м я как и с т о р и ч е с к о е в р е м я е с т ь не ч т о и н о е как даль­
н е й ш е е существование ставшего. В этом качестве — заслуга
у к а з а н и я н а эту п а р а л л е л ь п р и н а д л е ж и т А л е й д е А с с м а н — о н о

6 0
«...intériorisant r é s o l u m e n t le devenir historique p o u r e n faire le
m o t e u r d e leur d é v e l o p p e m e n t » (1962, 309 f.).
80 Часть первая. Общетеоретические основания

полностью соответствует «вечном)' настоящему» тоталитарных


режимов, о котором говорит Оруэлл. И н т е р и о р и з и р о в а н н о е —
а именно это и значит: вспомненное — прошлое выливается в
рассказ. Такой рассказ всегда ф у н к ц и о н а л е н . О н становится
л и б о «движущей силой развития», либо обоснованием преем­
с т в е н н о с т и . Н о ни в т о м , н и в другом случае п р о ш л о е н е вспо­
м и н а е т с я «ради него самого».
Обосновывающие истории мы называем «мифом». Это
п о н я т и е о б ы ч н о п р о т и в о п о с т а в л я ю т « и с т о р и и » , и м е я в виду
двоякую противоположность: фикция (миф) против реально­
сти (история) и ценностно нагруженное целевое задание
(миф) против не связанной с целями объективности (история).
С обеими парами понятий давно пора распрощаться. Если и
с у щ е с т в у ю т т е к с т ы , где и з о б р а ж е н и е п р о ш л о г о а с е п т и ч е с к и
чисто от п р и к о с н о в е н и й реконструктивной ф а н т а з и и и цен­
ностно направленного интереса, то их не приходится ожидать
о т д р е в н о с т и и о н и н е и н т е р е с н ы для ц е л е й н а с т о я щ е г о ис­
с л е д о в а н и я . То, ч т о м ы исследуем здесь как ф о р м ы п а м я т и о
6 1

прошлом, охватывает без различия м и ф и историю. Прошлое,


закрепленное и интериоризованное до состояния обосновы­
вающей истории, есть м и ф совершенно независимо от того,
фиктивно оно или действительно.
Классический пример такого превращения истории в м и ф
и о п ы т а в в о с п о м и н а н и е — э т о п р е д а н и е о б И с х о д е (М. Walzer,
1988). Н о поскольку и с т о р и ч е с к а я д о с т о в е р н о с т ь с о б ы т и й ,
р а с с к а з а н н ы х во В т о р о й к н и г е М о и с е е в о й , н е м о ж е т б ы т ь до­
казана средствами археологии и эпиграфики, остановимся
лучше на примере, историчность которого несомненна, — на
и с т о р и и п а д е н и я к р е п о с т и М а с с а д а (Р. V i d a l - N a q u e t , 1 9 8 1 и
1989). В современном И з р а и л е она стала о б о с н о в ы в а ю щ е й
историей. Развалины Массады не только были расчищены по
всем правилам а р х е о л о г и ч е с к о г о искусства, но и стали нацио­
н а л ь н о й с в я т ы н е й , где н о в о б р а н ц ы и з р а и л ь с к о й а р м и и п р и ­
н о с я т воинскую присягу. И с т о р и я р а с с к а з а н а у И о с и ф а Фла­
в и я в VII к н и г е « И у д е й с к о й в о й н ы » . Ее и н т е р е с с о с т о и т н е в
объективности описания, и еще менее того в ее археологиче-

61
Э т о т упрек направлен п р е ж д е всего J. v. Seters, 1983.
Глава первая. Помнящая культура 81

с к о й в е р и ф и к а ц и и , н о в е е обосновывающем значении. П о с л е д н е е
с о с т о и т в т о м , ч т о э т а и с т о р и я р а с с к а з ы в а е т как р а з о т е х доб­
р о д е т е л я х о д н о в р е м е н н о р е л и г и о з н о г о и п о л и т и ч е с к о г о му­
ченичества, к которым хотят обязать молодых израильских
солдат. М и ф — э т о и с т о р и я , к о т о р у ю р а с с к а з ы в а ю т для т о г о ,
чтобы уразуметь свое место в мире, истина высшего порядка,
которая не просто соответствует действительности, но еще и
притязает на нормативность и обладает ф о р м и р у ю щ е й силой.
Уничтожение европейского еврейства, например, есть истори­
ческий факт, и как таковой — предмет и с т о р и ч е с к о г о исследо­
вания. Н о в с о в р е м е н н о м И з р а и л е (впрочем, только в последние
десять лет) под названием «холокост» о н о стало обосновываю­
щей историей, а значит, мифом, из к о т о р о г о э т о государство
черпает важную часть своей легитимации и о р и е н т а ц и и , кото­
рый увековечивается и прославляется в публичных памятниках
и поминальных действах национального характера, изучается
в школах и тем самым принадлежит к «движущим мифам» этого
62
г о с у д а р с т в а . Т о л ь к о значимое п р о ш л о е в с п о м и н а е т с я , и т о л ь ­
к о вспомненное п р о ш л о е с т а н о в и т с я з н а ч и м ы м . В с п о м и н а н и е
есть акт с е м и о т и з а ц и и . Это в е р н о и сегодня, н е с м о т р я на т о
ч т о п о н я т и е «осмысления» (ведь « с е м и о т и з а ц и я » о б о з н а ч а е т
именно это) в о ч е н ь большой степени утратило свой кредит
применительно к истории. Важно только понять, что память о
прошлом не имеет ничего общего с научной историей. О т про­
фессора и с т о р и и н и к т о не ожидает, что он станет «осмыслять
6S
воспоминание, чеканить п о н я т и я и т о л к о в а т ь п р о ш л о е » . Тем

6 2
К п р о б л е м е о ф и ц и а л ь н о й памяти о х о л о к о с т е в И з р а и л е см.
поучительную статью U. Reshef, 1988. Ср. т а к ж е J . Е. Young, 1986.
6 3
Michael Stürmer. Ср. Н. U. Wehler, 1989. Я с ч и т а ю неуместным
п о н я т и е «ориентирующего знания», к о т о р о г о Велер о ж и д а е т о т ис­
т о р и ч е с к о й науки вместо «осмысления». П о н я т и е « о р и е н т а ц и и »
предполагает т о же самое п о н я т и е смысла, к о т о р о е отвергается в
п о н я т и и «осмысления». Будучи б е з о ц е н о ч н о й в смысле Макса
смогут о р и е н т и р о в а т ь с я на эти знания, это п р о б л е м а педагогичес­
кой, п о л и т и ч е с к о й , п р о п о в е д н и ч е с к о й , во всяком случае, приклад­
ной р а б о т ы . О т такой д и с ц и п л и н ы , как е г и п т о л о г и я , н и к т о я в н о не
станет о ж и д а т ь «ориентирующего знания».

6­ 3777
82 Часть первая. Общетеоретические основания

не менее остается фактом, что такой процесс п о с т о я н н о про­


исходит. Этим описывается не задача историка, а функция
с о ц и а л ь н о й п а м я т и . Н о эта последняя, в о т л и ч и е о т специ­
64

альности историка, есть п е р в и ч н ы й а н т р о п о л о г и ч е с к и й факт.


Речь идет о преобразовании прошлого в обосновывающую
и с т о р и ю , т. е. в м и ф . Н а з ы в а я е г о т а к , м ы н и в к о е й м е р е н е
оспариваем реальности событий, а только подчеркиваем его
о б о с н о в ы в а ю щ у ю будущее обязателъность как т о г о , ч т о н и в к о е м
случае не смеет б ы т ь забыто.
Однако понимание этого не должно вести к сглаживанию
в а ж н ы х р а з л и ч и й . П о н я т и е обосновывающей истории о б о з н а ч а ­
ет место ф у н к ц и и . Далеко не безразлично, чем о н о заполняет­
ся. И з д е с ь д е й с т в и т е л ь н о ф у н д а м е н т а л ь н а я р а з н и ц а с о с т о и т
в т о м , р а з ы г р ы в а е т с я л и о б о с н о в ы в а ю щ а я и с т о р и я in illo
t e m p o r e («во в р е м я оно»), от к о т о р о г о н а с т о я щ е е п р и своем
продвижении вперед никогда не становится дальше и которое
в обрядах и праздниках снова и снова становится настоящим,
или о н а п о м е щ е н а в и с т о р и ч е с к о е в р е м я и тем самым нахо­
дится от настоящего на и з м е р и м о м и растущем р а с с т о я н и и и
в обрядах и п р а з д н и к а х не становится н а с т о я щ и м , а л и ш ь вспо­
м и н а е т с я . (К. K o c h , 1 9 8 8 ) . Ч т о И с х о д и п о с е л е н и е в З е м л е О б е ­
тованной составляют обосновывающую историю Древнего
И з р а и л я , е щ е н е д е л а е т и х мифами в т о м с м ы с л е ц и к л и ч е с к и х
событий божественного мира, о которых говорит Элиаде
(М. Eliade, 1953; 1966). Шаг, с д е л а н н ы й И з р а и л е м , с о с т о и т в
новом заполнении функционального места «обосновывающая
история»: т а м , где с о с е д н и е к у л ь т у р ы о с н о в ы в а л и с ь н а к о с м и ­
ческих мифах, Израиль вводит исторический м и ф и тем самым
осознает с в о е историческое становление. И н е в о з м о ж н о п р о д о л ­
ж и т ь эту ф р а з у у м е с т н е е , ч е м с л о в а м и Л е в и - С т р о с с а : « ч т о б ы
сделать его движущей силой своего развития».
М и ф — это сконденсированное до о б о с н о в ы в а ю щ е й исто­
р и и п р о ш л о е . Н о внутри него существует различие, на кото­
р о е я хочу указать; о н о с о с т о и т в т о м , и д е т л и р е ч ь об «абсо-

64
Э т о р а з л и ч и е сильно н и в е л и р о в а н о в н о в е й ш е й т е о р и и исто­
р и и , ср. Burke, 1991. И с т о р и я (в смысле и с т о р и о г р а ф и и ) понимает­
ся по сути как всего л и ш ь особый род групповой памяти.
Глава первая. Помнящая культура 83

лютном» и л и « и с т о р и ч е с к о м » п р о ш л о м . В случае а б с о л ю т н о г о
п р о ш л о г о (Е. Cassirer, 1 9 2 3 , 1 3 0 ) , т . е . т о г о д р у г о г о в р е м е н и ,
к о т о р о е всегда о с т а е т с я на р а в н о м р а с с т о я н и и о т п р о д в и г а ю ­
щегося вперед настоящего и к о т о р о е является скорее родом
вечности — а в с т р а л и й ц ы называют его «время грез» — карти­
на м и р а и п о н и м а н и е д е й с т в и т е л ь н о с т и , к о т о р ы е о б о с н о в ы ­
вает м и ф , п р и н а д л е ж а т «холодному» обществу. В о с к р е ш е н и е
в п а м я т и такого п р о ш л о г о п р о и с х о д и т в м о д у с е ц и к л и ч е с к о г о
повторения. В случае исторического п р о ш л о г о м и ф обосно­
вывает представление о себе «горячего» общества, интерио¬
ризировавшего с в о е и с т о р и ч е с к о е с т а н о в л е н и е — «son d e v e n i r
historique». Это р а з л и ч и е н е в о з м о ж н о с ф о р м у л и р о в а т ь лучше,
ч е м с д е л а н о у Э л и а д е : н а м е с т о с е м и о т и з а ц и и к о с м о с а засту­
пает семиотизация истории.

7. « М и ф о м о т о р и к а » п а м я т и о п р о ш л о м

а) Обосновывающая и контрапрезентная
память о прошлом

«Горячую» п а м я т ь о п р о ш л о м , к о т о р а я н е т о л ь к о и з м е р я ­
ет п р о ш л о е как и н с т р у м е н т х р о н о л о г и ч е с к о й о р и е н т а ц и и и
контроля, но и извлекает из обращения к прошлому элементы
своего представления о себе, а также т о ч к и о п о р ы для своих
надежд и целей, мы назвали «мифом». М и ф — это (чаще всего
н а р р а т и в н о е ) о б р а щ е н и е к п р о ш л о м у , к о т о р о е п р о л и в а е т отту­
да с в е т н а н а с т о я щ е е и будущее. Т а к о е о б р а щ е н и е к п р о ш л о м у
о б ы ч н о и с п о л н я е т сразу две, на п е р в ы й взгляд п р о т и в о п о л о ж ­
ные, функции. Одну из функций мифа мы назовем обосновы­
вающей. Она показывает явления настоящего в свете истории,
которая делает их осмысленными, данными от бога, необхо­
д и м ы м и и н е и з м е н н ы м и . Такую ф у н к ц и ю в ы п о л н я л , н а п р и м е р ,
миф об О з и р и с е для египетских царей, предание об Исходе
для И з р а и л я и л и рассказ о Т р о е для р и м л я н , а т а к ж е , по их
с л е д а м , д л я Ф р а н ц и и и А н г л и и . Глава, п о с в я щ е н н а я Г р е ц и и ,
постарается показать аналогичную функцию гомеровской
«Илиады» для о б о с н о в а н и я панэллинского сознания. Другую
Часть первая. Общетеоретические основания

ф у н к ц и ю м о ж н о н а з в а т ь « к о н т р а п р е з е н т н о й » (G. Theissen,
1 9 8 8 ) . О н а с в я з а н а с о щ у щ е н и е м н е д о с т а т к о в н а с т о я щ е г о и за­
клинает в воспоминании прошлое, которое обычно приобрета­
ет ч е р т ы героической эпохи. Эти рассказы бросают на настоя­
щ е е совсем другой свет: он в ы я в л я е т н е д о с т а ю щ е е , исчезнув­
шее, утраченное, в ы т е с н е н н о е и п о к а з ы в а е т п р о п а с т ь между
«некогда» и «сейчас». Здесь н а с т о я щ е е н е столько обосновыва­
ется, сколько, наоборот, сотрясается в своих основах, или, по
к р а й н е й м е р е , релятивизируется в с р а в н е н и и с п р о ш л ы м , обла­
д а в ш и м б о л ь ш и м в е л и ч и е м и к р а с о т о й . П р и м е р о м снова могут
служить гомеровские поэмы. Если наш анализ правилен, они
в о з н и к а ю т в п е р е х о д н у ю эпоху, к о г д а г р е ч е с к и й м и р м е н я е т с я
и п р о с т о р н а я , с в о б о д н а я ж и з н ь р а з в о д я щ е й к о н е й з н а т и усту­
пает место более тесной, связанной общностью жизни полиса.
Так в о з н и к а е т о щ у щ е н и е недостатка, к о т о р о е п о р о ж д а е т пред­
с т а в л е н и е о г е р о и ч е с к о й э п о х е п о ту с т о р о н у у п а д к а и р а з р ы в а .
Т а к и м о б р а з о м , о б е ф у н к ц и и н и с к о л ь к о н е и с к л ю ч а ю т д р у г дру­
га. Т е м н е м е н е е п р е д с т а в л я е т с я р а з у м н ы м р а з л и ч а т ь и х н а п о ­
н я т и й н о м уровне. Есть воспоминания, к о т о р ы е являются одно­
з н а ч н о к о н т р а п р е з е н т н ы м и , т. е. р е л я т и в и р у ю щ и м и н а с т о я щ е е ,
и п о т о м у о н и и н о г д а п о п а д а ю т в опалу, к а к , н а п р и м е р , в о с п о м и ­
н а н и я о Республике в Р и м е э п о х и р а н н е й И м п е р и и (Н. Cancik-
L i n d e m a i e r / H . Cancik, 1987), и есть в о с п о м и н а н и я , к о т о р ы е
я в л я ю т с я с т о л ь ж е о д н о з н а ч н о о б о с н о в ы в а ю щ и м и , как, н а п р и ­
м е р , в о с п о м и н а н и я о Г о л г о ф е в р а н н е м х р и с т и а н с т в е и л и культ
Массады в с о в р е м е н н о м И з р а и л е . Н о существуют также обле­
ч е н н ы е в мифическую форму воспоминания, к о т о р ы е являют­
ся тем и другим вместе. В п р и н ц и п е всякий о б о с н о в ы в а ю щ и й
м и ф м о ж е т п р е в р а т и т ь с я в к о н т р а п р е з е н т н ы й . Поэтому харак­
т е р и с т и к а обосновывающий и контрапрезентный относится не к
м и ф у как таковому, а с к о р е е к тому ф о р м и р у ю щ е м у представле­
ние о себе и направляющему деятельность значению, которое
он имеет для настоящего, к т о й о р и е н т и р у ю щ е й силе, к о т о р о й
о н о б л а д а е т д л я г р у п п ы в о п р е д е л е н н о й с и т у а ц и и . Эту с и л у м ы
назовем «мифомоторикой» . 65

Понятие «мифомоторики» было создано Ramon d' Abadal i d e Vi¬


6 5

nyals, 1958 и подхвачено J. Armstrong, 1983, а также A. D. Smith, 1986.


Глава первая. Помнящая культура 85

В к р а й н и х с л у ч а я х н е у д о в л е т в о р е н н о с т и н а с т о я щ и м кон¬
трапрезентная мифомоторика может приобрести революцион­
ный характер: так бывает в условиях чужеземного владычества
и у г н е т е н и я . В е д ь в э т о м с л у ч а е п р е д а н и я н е о б о с н о в ы в а ю т на­
л и ч н у ю с и т у а ц и ю , а, н а п р о т и в , с т а в я т е е п о д в о п р о с и п р и з ы в а ­
ют к ее изменению и к перевороту. Прошлое, к которому о н и
обращаются, предстает не как невозвратимая героическая эпо­
ха, а к а к п о л и т и ч е с к а я и с о ц и а л ь н а я у т о п и я , р а д и в о п л о щ е н и я
к о т о р о й следует ж и т ь и трудиться. П а м я т ь о п р о ш л о м превра­
щается, таким образом, в ожидание, время под воздействием
м и ф о м о т о р и к и п р и о б р е т а е т другой х а р а к т е р . И з круга в е ч н о ­
го в о з в р а щ е н и я п о л у ч а е т с я п р я м а я , в е д у щ а я к д а л е к о й ц е л и . И з
ре­волюции, «оборота» (небесных тел) получается революция,
п е р е в о р о т . Т а к и е д в и ж е н и я н а б л ю д а ю т с я п о всему миру. Эт­
н о л о г и о б ъ е д и н я ю т и х н а з в а н и я м и « м е с с и а н и з м » и «милле¬
наризм» (или «хилиазм»), тем самым возводя к еврейскому
о ж и д а н и ю М е с с и и , о д н а к о п р и э т о м н е и м е е т с я в виду посту­
лирование генетической связи. Скорее похоже на то, что п р и
структурно сходных условиях по всему свету с а м о п р о и з в о л ь н о ,
в том числе и без контакта с христианством, возникают движе­
ния, для которых общи в а ж н е й ш и е признаки мессианства или
милленаризма. О б ы ч н о они возникают в ситуации угнетения и
6 6
о б н и щ а н и я . Поэтому иудейская апокалиптика, возможно, не
исток этого и с т о р и ч е с к о г о ф е н о м е н а , а л и ш ь самое р а н н е е сви­
6 7
детельство к у л ь т у р н о а н т р о п о л о г и ч е с к о й у н и в е р с а л и и . В по­
добной ситуации возникла и книга п р о р о к а Даниила, самое ран­
нее свидетельство милленаристской ф о р м ы контрапрезентной
мифомоторики. Сегодня общепринято датировать ее временем
А н т и о х а IV Э п и ф а н а , в р е м е н е м п е р в о г о в и с т о р и и д в и ж е н и я
6 8
сопротивления на религиозной почве — Маккавейских в о й н .

6 6
См. об этом, среди п р о ч е г о , V. Lanternari, 1960; Р. Worsley, 1969;
W. Е. M ü h l m a n n , 1961.
6 7
О б иудейской а п о к а л и п т и к е см. с б о р н и к D. Hellholm, 1983 (2
1989) с б и б л и о г р а ф и е й . К месопотамскому фону ср. Н. S. Kvanvig,
1988. Речь идет о м и ф и ч е с к и х мотивах, п р о и с х о д я щ и х из Междуре­
чья, к о т о р ы е , однако, л и ш ь в контексте р а н н е г о иудейства обнару­
живают революционную апокалиптическую динамику.
68
J. С. Н. Lebram, 1968; К. Koch и др., 1980.
86 Часть первая. Общетеоретические основания

В Египте мы также наблюдаем переход обосновывающей


м и ф о м о т о р и к и в к о н т р а п р е з е н т н у ю (Автор, 1983). О д н а к о
вопрос о том, обращалась ли эта мифомоторика в революци­
о н н у ю и когда, о с т а е т с я о т к р ы т ы м . Тексты о д н о з н а ч н о рево­
л ю ц и о н н о г о характера относятся исключительно к позднему
периоду египетской культуры, и о н и н и к о и м о б р а з о м не стар­
ше, чем книга пророка Даниила. Речь идет о сохранившейся
по­гречески «Апологии гончара» и написанных демотикой
«Пророчествах агнца». О б а текста предрекают возвращение
мессианского царя, к о т о р ы й после долгого п е р и о д а чужезем­
ного владычества и угнетения восстановит власть ф а р а о н о в и
п р и в е д е т н о в о е в р е м я спасения. Здесь м ы , н е с о м н е н н о , име­
6 9
ем дело с м и ф о м о т о р и к о й о ж и д а н и я и надежды .
Н о «Апология гончара» обнаруживает далеко идущие,
в п л о т ь д о о т д е л ь н ы х п о д р о б н о с т е й , п а р а л л е л и с т е к с т о м ста­
р е е его на 2000 л е т — с « П р о р о ч е с т в а м и Н е ф е р т и » . Н а п р а ш и ­
вается вопрос, не следует л и п о н и м а т ь уже и э т о т текст как
с в и д е т е л ь с т в о м е с с и а н с к о г о д в и ж е н и я , а с л е д о в а т е л ь н о , и кон¬
трапрезентно­революционной мифомоторики. Однако в этом
с л у ч а е р е ч ь и д е т о п р о р о ч е с т в е e x e v e n t u , т. е. о т е к с т е , к о т о ­
р ы й н е в ы р а с т а е т и з н е у д о в л е т в о р е н н о с т и н а с т о я щ и м , а, н а ­
против, изображает наличную ситуацию как восполнение
п р о ш л ы х н е д о с т а т к о в . Ц а р ь А м е н е м х е т Ι, о с н о в а т е л ь 12­й д и ­
настии, возвещается в этом тексте как Мессия. За длинными
строфами, описывающими катастрофический промежуток
безвластия в отсутствие ф а р а о н а , следует заключение:

Придет царь с юга, по имени Амени,


Сын женщины из Та­Сети, дитя Верхнего Египта
(...)
Маат (Истина­Справедливость­Порядок) вернется на свое место,
В то время как Исфет (Ложь­Несправедливость­Хаос) будет изгнан.

Н о этот царь не п р и в о д и т с собой «тысячелетнего цар­


ства»; о н всего л и ш ь в о с с т а н а в л и в а е т н о р м а л ь н о е п о л о ж е н и е

69
А. В. Lloyd, 1982 интерпретирует «Апологию гончара» вместе с
романом о Сесострисе, демотической хроникой и эпизодом о Некта¬
небе в романе об Александре, как выражение «националистическо­
го» сопротивления македонскому чужеземному владычеству.
Глава первая. Помнящая культура 87

вещей. П о д Маат египтянин понимает не утопическое блажен­


ное с о с т о я н и е , а порядок, без к о т о р о г о вообще нельзя ж и т ь
на с в е т е и б е з к о т о р о г о н е в о з м о ж н о м и р н о е с о с у щ е с т в о в а н и е
людей. П о н я т и е Маат п р и о б р е т а е т к о н т р а п р е з е н т н ы й харак­
т е р л и ш ь в п о з д н ю ю эпоху. Тогда о н о о з н а ч а е т у ж е н е п р о с т о е ,
н о р м а л ь н о е с о с т о я н и е status q u o , к о т о р о е л ю б о й ц а р ь обязан
о б е с п е ч и т ь , а « з о л о т о й век», когда «стены н е р у ш и л и с ь и ш и п ы
не кололи»:

Маат п р и ш л а в свое время с небес


и п р и с о е д и н и л а с ь к жителям земли.
З е м л я п о к р ы в а л а с ь водой, люди были с ы т ы .
В о б о и х Египтах не случалось голодного года.
С т е н ы е щ е не рушились, ш и п ы еще не кололись
В эпоху б о ж е с т в е н н ы х п р е д к о в .70

Т о л ь к о ч е р е з э т у с т у п е н ь , где о б о с н о в ы в а ю щ а я мифомо¬
торика п е р е х о д и т в к о н р а п р е з е н т н у ю , м ы с л и м о д а л ь н е й ш е е
р а з в и т и е в с т о р о н у р е в о л ю ц и о н н о й м и ф о м о т о р и к и . Пророче­
ства Неферти н а х о д я т с я е щ е п о д в л а с т ь ю о б о с н о в ы в а ю щ е й
мифомоторики. Возвращение Маат не означает свержения
существующего порядка, а л и ш ь в о з в р а щ е н и е к порядку. Э т о т
текст нельзя толковать как в ы р а ж е н и е ожидания и надежды.
Напротив, «Апология гончара» революционна именно в этом
смысле. О н предвещает царя-спасителя, предмет надежды и
ожидания, чья власть м о ж е т б ы т ь достигнута только путем
свержения существующего политического порядка.
Тот факт, что этот текст относится к тому ж е времени, что
и к н и г а п р о р о к а Д а н и и л а , з а с т а в л я е т з а д у м а т ь с я . П р я м о г о вли­
я н и я п р е д п о л о ж и т ь н е в о з м о ж н о — для этого эти т е к с т ы слиш­
ком р а з л и ч н ы . И х сходство —лишь в структурным признаке
71

Е. O t t o , 1969. Ср. т а к ж е Автор, 1990, 225 сл.


70

Lebram, 1968 предполагает египетское в л и я н и е в книге проро­


71

ка Даниила. Египетские предания о персидском царе Камбизе, кото­


р ы й считался о б р а з ц о м безбожного правителя, могли быть, как он
считает, о б р а з ц о м для изображения царя Антиоха. Однако коптский
роман о Камбизе восходит к гораздо более поздней эпохе. Современ­
ные с о б ы т и я м свидетельства о владычестве персов в Египте и м е ю т
скорее п р о п е р с и д с к и й характер, ср. Lloyd, 1982 а.
88 Часть первая. Общетеоретические основания

р е в о л ю ц и о н н о й м и ф о м о т о р и к и . Поэтому естественно увидеть


здесь независимое в о з н и к н о в е н и е в сходных и с т о р и ч е с к и х
у с л о в и я х , т о е с т ь м и ф о м о т о р и к у н а ц и о н а л ь н ы х д в и ж е н и й со­
п р о т и в л е н и я , в о з н и к а в ш и х как в Иудее, так и в Египте.
З а и л л ю с т р а ц и я м и к э т о й ф о р м е м и ф о м о т о р и к и н е нуж­
н о д а л е к о х о д и т ь в глубь и с т о р и и . В с е д в и ж е н и я н а ц и о н а л ь ­
ного пробуждения мобилизуют память о прошлом, которое
резко противополагается современности и становится вопло­
щ е н и е м п о д л и н н о г о , п р и з ы в а е м о г о о б р а т н о с о с т о я н и я , вре­
м е н и с в о б о д ы и н е з а в и с и м о с т и , д л я о б р е т е н и я к о т о р о г о нуж­
но стряхнуть «иго чужеземного господства». То, ч т о п р и н я т о
н а з ы в а т ь ф о л ь к л о р о м и с ч и т а т ь уходящей в глубокую древ­
н о с т ь т р а д и ц и е й , в б о л ь ш о й своей ч а с т и л и б о в о з н и к л о в XVIII
и XIX веках в ходе таких национальных д в и ж е н и й сопротив­
ления, либо было и м е н н о в это время к о д и ф и ц и р о в а н о и при­
б р е л о у с т о й ч и в у ю ф о р м у (Е. H o b s b a w m / N . R a n g e r , 1 9 8 3 ) .
П р и м е р т а к о й « в ы м ы ш л е н н о й традиции» — и з в е с т н ы е шот­
л а н д с к и е о р н а м е н т ы . В т р е т ь е й г л а в е , в р а з д е л е I I , 2, м ы
7 2

е щ е в е р н е м с я к этому.

b) Память о прошлом как сопротивление

Типичным примером контрапрезентного или контрафак¬


тического в о с п о м и н а н и я является, наряду с книгой п р о р о к а
Д а н и и л а , и к н и г а Е с ф и р ь . Ее с ю ж е т — не ч т о и н о е , как п о г р о м
антисемитов. И с т р е б л е н ы оказываются не евреи, а их пресле­
д о в а т е л и . Ц а р ь А г а с ф е р (в р у с с к о м п е р е в о д е Б и б л и и — А р т а к ­
с е р к с . — М. С.) н е м о ж е т о т м е н и т ь с в о й о т д а н н ы й п о н а у щ е н и ю
подлеца Амана приказ, зато он может предупредить евреев и
о б о д р и т ь их к с о п р о т и в л е н и ю , так что д е н ь к о н ч а е т с я крова­
в о й р е з н е й п р е с л е д о в а т е л е й е в р е е в . П е р е д н а м и т и п и ч н о е пе­
реворачивание опыта диаспоры. Но, насколько мне известно,
оно никогда не превращалось в революционную мифомотори­
ку. З а т о р о л ь Е с ф и р и в о ш л а в р и т у а л к а р н а в а л ь н о г о п р а з д н и ч ­
н о г о о б р я д а , где у т о п и я и з о б р а ж а е т с я как п е р е в е р н у т ы й
мир, — в еврейский праздник Пурим. Здесь перед нами типич­
н ы й случай а н т и и с т о р и и («counter-history»). П р о ш л о е изобра-

72
См. Н. Trevor-Roper, в: Е. H o b s b a w m / T . Ranger, 1 9 8 3 , 1 5 - 4 2 .
Глава первая. Помнящая культура 89

жается с т о ч к и з р е н и я п о б е ж д е н н ы х и у г н е т е н н ы х так, ч т о ны­


н е ш н и е у г н е т а т е л и б ы л и в н е м п о с р а м л е н ы , а н ы н е ш н и е угне­
тенные были некогда подлинными победителями. Рассказы с
подобной тенденцией возникают в то же время и в сходных
у с л о в и я х и в Е г и п т е (А. В. L l o y d , 1 9 8 2 ) .
Обычно религию связывают с функцией обоснования. Н о
при взгляде на иудаизм н а п р а ш и в а е т с я в о п р о с , не вернее л и
с в я з а т ь е е с к о н т р а ф а к т и ч е с к о й и л и « к о н т р а п р е з е н т н о й » па­
мятью. Во всяком случае, м о ж н о г о в о р и т ь о т о м , ч т о р е л и г и я
и м е е т в н у т р и культуры задачу п о р о ж д е н и я н е с о в р е м е н н о с т и .
«Общая ф у н к ц и я религии состоит в том, ч т о б ы через воспо­
минание, воскрешение и повторение донести несовременное»
( C a n c i k / M o h r , 1990, 3 1 1 - 3 1 3 , ц и т а т а со с т р . 311). «Несовре­
менное» при определенных обстоятельствах может оборачи­
ваться « И н ы м » . В э т о м случае в о с п о м и н а н и е с т а н о в и т с я актом
сопротивления.
Потребности повседневной жизни требуют координации
и коммуникации, и тем самым «создания современности» . 7 3

Вместе обжитое, колонизованное, и з м е р е н н о е и контролируе­


мое в р е м я , в к о т о р о м все д е й с т в и я могут б ы т ь в з а и м н о согласо­
ванны и эффективно коммуникативно связаны, принадлежит
к великим завоеваниям цивилизации, которые неоднократно
описывались и к о т о р ы е нам здесь незачем подробно описы­
вать. З а т о н а м в а ж н ы и н с т и т у т ы « с о з д а н и я н е с о в р е м е н н о с т и » ,
к о т о р ы м до сей п о р ы уделялось о ч е н ь мало внимания. И х кор­
ни уходят в праздник и сакральный обряд, а в ходе эволюции
п и с ь м е н н о й культуры они достигли большого разнообразия.
Н о создание и распространение несовременности по-прежне­
му, в и д и м о , с о с т а в л я е т с у щ е с т в о р е л и г и и , с о т м и р а н и е м к о т о ­
р о й в З а п а д н о м м и р е связана я в с т в е н н а я т е н д е н ц и я к «одно­
мерности». Благодаря культурной п а м я т и человеческая ж и з н ь
приобретает двухмерность или же двувременность, которые
с о х р а н я ю т с я на всех стадиях культурной э в о л ю ц и и . П о р о ж д е -

73
П о д «современностью» мы п о н и м а е т т о , что L u h m a n n , 1971
называл «временным измерением». L u h m a n n , 1990 использует гораз­
до более о б щ е е п о н я т и е с о в р е м е н н о с т и , к о т о р о е снимает все те раз­
л и ч и я , к о т о р ы е важны для нас в настоящем исследовании.
90 Часть первая. Общетеоретические основания

н и е н е с о в р е м е н н о с т и , в о з м о ж н о с т ь ж и т ь с р а з у в двух в р е м е н ­
н ы х п л а с т а х , п р и н а д л е ж и т к у н и в е р с а л ь н ы м ф у н к ц и я м куль­
т у р н о й п а м я т и , т. е. к у л ь т у р ы к а к п а м я т и .
«Страшная картина: человечество без памяти о п р о ш л о м , —
п и ш е т Т. В. А д о р н о , — . . . э т о н е п р о с т о п р о д у к т у п а д к а . . . , а я
принципа. Э к о н о м и с т ы и социологи, такие, как В е р н е р З о м б а р т
и Макс Вебер, связывали принцип традиционализма с феодаль­
ным общественным строем, а рациональность — с буржуазным.
Н о тем самым утверждается, что воспоминание, время, память
будут у н и ч т о ж е н ы п р о г р е с с о м б у р ж у а з н о г о о б щ е с т в а к а к н е к и й
74
и р р а ц и о н а л ь н ы й о с т а т о к » . Э т о у н и ч т о ж е н и е , п о Г. М а р к у з е ,
в е д е т к « о д н о м е р н о с т и » с о в р е м е н н о г о м и р а , к о т о р ы й б е з па­
мяти о прошлом оказывается л и ш е н других и з м е р е н и й своей
реальности. Такая критика очень выразительно указывает на
к о н т р а п р е з е н т н у ю ф у н к ц и ю к у л ь т у р н о й п а м я т и — ф у н к ц и ю ос­
вобождения через память о прошлом.

Одномерность — свойство не только современного мира;


это нечто более общее — свойство повседневности. Требова­
ния повседневной деятельности членят мир на передний и
задний планы. Далекие перспективы исключены из повседнев­
н о с т и . П о в с е д н е в н о с т ь о з н а ч а е т подгонку п о д ш а б л о н и рути­
ну. П р и н ц и п и а л ь н ы е р е ш е н и я и п о и с к п о с л е д н и х о с н о в а н и й
не играют в ней роли. Иначе невозможны были бы ни ориен­
тация, ни деятельность. Однако перспективы, исключенные
из г о р и з о н т а п о в с е д н е в н о с т и , не п р о с т о з а б ы в а ю т с я и л и вы­
тесняются. О н и образуют задний план, который сохраняется
в культурной памяти. Поэтому культурная память и ф о р м ы ее
о б ъ е к т и в а ц и и н е у м е с т н ы в п о в с е д н е в н о й ж и з н и . Так, Марку­
зе протестует, н а п р и м е р , п р о т и в Баха в т р а н з и с т о р е на кухне
и и з д а н и й к л а с с и к о в в с у п е р м а р к е т е . П о е г о м н е н и ю , т а к у клас­
сиков о т н и м а е т с я «сила антагонизма» (Н. Marcuse, 1967, 84).
Д л я Маркузе культура п р е д с т а в л я е т с о б о й не «задний план», а

71
T h . W. A d o r n o , «Was bedeutet Aufarbeitung d e r Vergangenheit?»,
in: Bericht ü b e r die E r z i e h e r k o n f e r e n z am 6 u n d 7 N o v e m b e r in
Wiesbaden, Frankfurt, 1960, 14.
Цитируется по: H. Marcuse, 1967, 118.
Глава первая. Помнящая культура 91

п р о т и в о п о л о ж н о с т ь миру п о в с е д н е в н о с т и , «воздух с других


п л а н е т » ( I b i d . , 8 5 ) . Б л а г о д а р я к у л ь т у р н о й п а м я т и ч е л о в е к до­
б ы в а е т себе воздух в м и р е , к о т о р ы й с т а н о в и т с я д л я н е г о в
« р е а л ь н о с т и п о в с е д н е в н о й ж и з н и » с л и ш к о м д у ш н ы м . Э т о от­
носится также, и п р е ж д е всего, к памяти о п р о ш л о м : «память
о прошлом может вызывать опасные мысли, и упрочившееся
общество, п о х о ж е , опасается п о д р ы в н ы х с о д е р ж а н и й памя­
ти... В с п о м и н а н и е — это способ освободиться о т данностей,
способ "связи", к о т о р а я на м г н о в е н и е с о к р у ш а е т силу даннос­
тей. Память возвращает в воспоминании о прошлом ушедший
страх и ушедшую надежду» (Ibid., 117).
Н а у н и ч т о ж е н и е п а м я т и о п р о ш л о м п р и т о т а л и т а р н о м гос­
подстве жаловался уже Тацит: «Вместе с я з ы к о м м ы утратили
б ы и с а м о ё п а м я т ь , е с л и б ы з а б в е н и е б ы л о т а к ж е в н а ш е й вла­
с т и , к а к м о л ч а н и е » . « Д и к т а т у р а , — к о м м е н т и р у ю т Г. и Г.
75

р о т , п а м я т ь е с т ь с р е д с т в о п р о т и в у г н е т е н и я . Текст, где э т а с в я з ь
п о к а з а н а как н е л ь з я в ы р а з и т е л ь н е е , — «1984 год» О р у э л л а . 76

О с в о б о ж д а ю щ а я сила культурной п а м я т и , присущая ей п р и


всех обстоятельствах, с т а н о в и т с я я в н о й в п р е д е л ь н о м случае
тоталитарного подавления.
В мире тотальной унификации память о прошлом делает
возможным опыт Иного и дистанцирование от абсолютной
власти современности и данности. Н о в более общем, менее
п о л и т и ч е с к о м , с м ы с л е э т о в е р н о и для д а в л е н и я , к о т о р о е по­
вседневность как таковая оказывает на социальную действи­
тельность и к о т о р о е всегда толкает к у н и ф и к а ц и и , «одномер­
ности» и у п р о щ е н и ю .

7 5
Tacitus, Agricola, 2, 3; ср. Н. C a n c i k - L i n d e m e i e r / H . Cancik, 1987,
182.
76
См. об этом А. u. J. Assmann, 1988, 35 f.
Глава в т о р а я

ПИСЬМЕННАЯ КУЛЬТУРА

I. О Т О Б Р Я Д О В О Й К Т Е К С Т О В О Й КОГЕРЕНТНОСТИ

Д р е в н е е г и п е т с к а я культура в ы р а б о т а л а с т о й к о е представ­
ление о том, что поддержание нормального порядка мироз­
дания требует специальных усилий. Это усилия в основном
ритуального и духовного характера: передача суммы знаний,
з а к л ю ч е н н о й н е с т о л ь к о в к н и г а х , с к о л ь к о в о б р я д а х . Е с л и об­
ряды исполняются неправильно, мироздание рушится, небо
падает. П р а в и л ь н о е ж е и с п о л н е н и е о б р я д о в е с т ь д е л о связан­
н о г о с н и м и з н а н и я , «officium m e m o r i a e » . С п о д о б н ы м и взгля­
дами м ы в с т р е ч а е м с я и в К и т а е . Там т о ж е все з а в и с и т о т об­
рядов и от того, чтобы те, на кого возложено их правильное
выполнение, держали мироздание в голове и н и ч е г о не забы­
л и . В и у д а и з м е э т и п р е д с т а в л е н и я о т д е л я ю т с я о т о б р я д о в и свя­
зываются с толкованием текстов. Толкование текстов гаран­
тирует, как с ф о р м у л и р о в а л о д н а ж д ы б е р л и н с к и й с п е ц и а л и с т
по иудаизму П е т е р Ш е ф е р , « г а р м о н и ю между н е б о м и зем­
лей» . Э т и п р е д с т а в л е н и я р а с к р ы в а ю т на я з ы к е и с т о ч н и к о в и
1

в с о б с т в е н н ы х п о н я т и я х д р е в н и х к у л ь т у р т о , ч т о м ы з д е с ь на­
зываем когерентностью; в древнем Китае и в Египте когерен­
т н о с т ь п о н и м а л а с ь и в о п л о щ а л а с ь в о б р я д а х , а п о з ж е , в равви¬
ническом и у д а и з м е , к о т о р ы й с р а з р у ш е н и е м Х р а м а в 7 0 г. н . э .
л и ш и л с я в с я к о й в о з м о ж н о с т и о б р я д о в о й к о г е р е н т н о с т и , пе­
реместилась полностью в толкование текстов. Знание живет

На к о н ф е р е н ц и и «Текст и комментарий» в Гейдельберге весной


1

1991 г., где Р. Вагнер (R. Wagner) рассказывал о сходных представле­


ниях в Китае.
94 Часть первая. Общетеоретические основания

т е п е р ь не в обряде, на службе к о т о р о г о о н о с т о я л о и в кото­


р о м н а х о д и л о в к а к о й - т о м е р е с в о е п р о я в л е н и е в ф о р м е свя­
щенных рецитаций, а в толковании обосновывающих текстов.
Это т и п и ч н о е с т о ч к и з р е н и я и с т о р и и культуры п е р е м е щ е н и е
мы назовем переходом от обрядовой к текстовой когерентно­
сти. В с т и х о т в о р е н и и Гёльдерлина «Патмос» есть з н а м е н и т ы е
с т р о к и , где н е о б ы к н о в е н н о в ы р а з и т е л ь н о о п и с а н э т о т п е р е ­
ход от космических обрядов к толкованию текстов:

Мы совершали службу Матери-Земле,


И совсем недавно совершали службу Свету солнца,
П о н е з н а н и ю . Однако О т е ц , к о т о р ы й всем правит,
Больше всего любит, чтоб соблюдалась
Твердая буква, и чтобы установленное
Х о р о ш о толковалось.

Я не стану утверждать, ч т о Гёльдерлин в э т и х стихах имел


в виду п е р е х о д о т о б р я д о в о й к т е к с т о в о й к о г е р е н т н о с т и . Н о о
том, что смысл перемещается, и перемещается от историче­
ских и космических я в л е н и й к с в я щ е н н ы м текстам и их толко­
ванию, — об этом у Гёльдерлина, несомненно, говорится, хотя
и н е в смысле п о в о р о т н о г о п у н к т а в и с т о р и и к у л ь т у р ы , а в
с м ы с л е п о э т о л о г и ч е с к о г о п р и з н а н и я (как я с н о уже из про­
д о л ж е н и я : «этому следует немецкая п е с н ь » ) . Тем не менее 2

наш тезис о значении толкования обосновывающих текстов


получает неожиданную поддержку в этих стихах. «Соблюде­
н и е т в е р д о й буквы» — более т о ч н о н е в о з м о ж н о о б о з н а ч и т ь т о т
принцип, к о т о р ы й мы называем «соблюдением текста», в то
в р е м я как «чтобы у с т а н о в л е н н о е х о р о ш о толковалось» т о ч н о
называет связанный с этим п р и н ц и п «соблюдения смысла».

1. П о в т о р е н и е и и н т е р п р е т а ц и я

П р о ш л о е не возникает само собой, а является результатом


к у л ь т у р н о г о к о н с т р у и р о в а н и я и и з о б р а ж е н и я ; о н о в с е г д а ру-

Я благодарю моего друга Сайруса Хэмлина (Cyrus Hamlin)


2
(Йельский
ту о «Патмосе».
Глава вторая. Письменная культура 95

ководимо с п е ц и ф и ч е с к и м и мотивами, о ж и д а н и я м и , надежда­


м и , ц е л я м и и с ф о р м и р о в а н о р е ф е р е н ц и а л ь н ы м и р а м к а м и со­
временности. Мы твердо придерживаемся этих открытий
Хальбвакса. О н показал, ч т о с о ц и а л ь н ы е воссоздания п р о ш л о ­
го суть г р у п п о в ы е ф и к ц и и п р е е м с т в е н н о с т и . В с л е д у ю щ е м р а з ­
деле мы зададимся в о п р о с о м , как эта п р е е м с т в е н н о с т ь не толь­
к о в о о б р а ж а е т с я в ф и г у р а х п а м я т и , н о и в ы с т р а и в а е т с я d e facto
в х о д е культурной п р а к т и к и . С л е д о в а т е л ь н о , нас будет и н т е ­
ресовать вопрос о том, как п р о и с х о д и т культурное воспроиз­
водство. П р и э т о м м ы будем и с х о д и т ь и з с л е д у ю щ е г о т е з и с а :
Для создания культурной когерентности повторение и интерпрета­
ция суть функционально эквивалентные процессы.
Поскольку культурная память не наследуется биологичес­
ки, нужно поддерживать ее ф у н к ц и о н и р о в а н и е в смене поко­
лений. Это задача культурной мнемотехники, то есть сохране­
ния, реактивации и д о н е с е н и я смысла. Функция культурной
мнемотехники состоит в обеспечении преемственности, или
и д е н т и ч н о с т и . И д е н т и ч н о с т ь , как нетрудно догадаться, осно­
вана на п а м я т и и в о с п о м и н а н и и о п р о ш л о м . К а к о т д е л ь н ы й
человек только благодаря наличию у него памяти может выра­
ботать и сохранить в смене дней и лет личную идентичность,
так и группа м о ж е т с о х р а н я т ь групповую и д е н т и ч н о с т ь толь­
ко с п о м о щ ь ю памяти. Р а з л и ч и е состоит в том, ч т о групповая
память не и м е е т ф и з и о л о г и ч е с к о й основы. Ее з а м е щ а е т в этом
случае культура — к о м п л е к с о б е с п е ч и в а ю щ е г о и д е н т и ч н о с т ь
знания, объективированного в символических формах, таких
как м и ф ы , песни, т а н ц ы , п о с л о в и ц ы , з а к о н ы , с в я щ е н н ы е тек­
сты, скульптуры, о р н а м е н т ы , ж и в о п и с ь , дороги, и даже — как
в случае а в с т р а л и й ц е в — ц е л ы е м е с т н о с т и . Культурная п а м я т ь
распространяется в формах воспоминания, изначально при­
н а д л е ж а щ и х п р а з д н и к у и обряду. Д о тех п о р , п о к а о б р я д ы
гарантируют распространение в группе обеспечивающего
и д е н т и ч н о с т ь з н а н и я , п р о ц е с с его п е р е д а ч и осуществляется
в ф о р м е п о в т о р е н и я . Сама суть обряда предполагает, ч т о о н
воспроизводит предначертанный порядок в по возможности
н е и з м е н н о й ф о р м е . П о э т о м у к а ж д о е о т п р а в л е н и е о б р я д а со­
впадает с его п р е д ы д у щ и м и о т п р а в л е н и я м и , и в о з н и к а е т ти­
п и ч н о е для б е с п и с ь м е н н ы х о б щ е с т в п р е д с т а в л е н и е о круго-
Часть первая. Общетеоретические основания

в р а щ е н и и в р е м е н и . Говоря о р а с п р о с т р а н е н и и культурного
смысла через обряды, мы можем даже употребить выражение
«принудительность повторения». И м е н н о эта принудитель­
н о с т ь г а р а н т и р у е т обрядовую когерентность, и и м е н н о о т н е е ос­
в о б о ж д а ю т с я о б щ е с т в а п р и п е р е х о д е к текстовой когерентности . 3

2. П о в т о р е н и е и в о с к р е ш е н и е в п а м я т и

Н а м п р и д е т с я п о в т о р и т ь здесь то, о чем м ы уже говорили


во в в е д е н и и : о б р я д т а к ж е не и с ч е р п ы в а е т с я п о в т о р е н и е м ,
простым воспроизведением точно установленного распоряд­
ка. О б р я д — н е ч т о б о л ь ш е е , ч е м о р н а м е н т , о б р а з у ю щ и й с я н а
в р е м е н и о т п е р и о д и ч е с к о г о п о в т о р е н и я т о ж д е с т в е н н ы х дей­
ствий, как в о з н и к а е т о р н а м е н т на п о в е р х н о с т и от много­
кратного повторения одной и той же фигуры. Обряд еще и
в о с к р е ш а е т в п а м я т и с м ы с л . М ы п о к а з а л и э т о н а п р и м е р е ев­
р е й с к о г о седера. П о р я д о к его п р о в е д е н и я т в е р д о установлен;
« с е д е р » и о з н а ч а е т « п о р я д о к » . Э т о т п о р я д о к п о в т о р я е т с я не­
и з м е н н о и з года в год. Н о в т о ж е в р е м я в е ч е р седера воскре­
ш а е т в п а м я т и И с х о д и з Е г и п т а , к о т о р ы й п о м и н а е т с я в пес­
н я х , п р о п о в е д я х , а н е к д о т а х и б е с е д а х . К а ж д ы й э л е м е н т риту­
ального порядка отсылает к этому событию, а ф о р м о й отсылки
я в л я е т с я в о с п о м и н а н и е (др.-евр. « з и к а р о н » ) . Едят горькую
траву, ч т о б ы в с п о м н и т ь г о р е ч ь ж и з н и в д о м е р а б с т в а . «Харос¬
сет» н а п о м и н а е т о г л и н е , и з к о т о р о й с ы н ы И з р а и л я д о л ж н ы
были делать к и р п и ч и для египетских городов, и так далее,
вплоть до мельчайших деталей. Христианское причастие, чье
происхождение из еврейского седера не вызывает сомнений,
в т о ч н о с т и с о х р а н и л о эту ф о р м у о т с ы л к и - в о с п о м и н а н и я . Х л е б
и в и н о суть « з и к а р о н » к р е с т н о й с м е р т и , т а к о г о ж е спаситель­
ного, освобождающего события для христианина, каким был
для евреев Исход из Египта, и типологически соотнесенного
с И с х о д о м . Б о л е е н е о ж и д а н н о , ч т о с т о ч н о т е м и ж е структура-

Это п о д ч е р к и в а л о с ь учеными, исследовавшими р о л ь письмен­


3

ности с а н т р о п о л о г и ч е с к о й точки з р е н и я , такими как Э. А. Хэвлок.


В. Онг и Дж. Гуди. О п о в т о р е н и и в устных культурах см. в особ. W. Ong.
1977.
Глава вторая. Письменная культура 97

ми мы встречаемся и в д р е в н е е г и п е т с к и х обрядах. К а ж д ы й
э л е м е н т в х о д и т в у с т а н о в л е н н ы й р а с п о р я д о к и о т с ы л а е т к не­
к о е м у смыслу, к о т о р ы й , п р а в д а , п о м е щ а е т с я з д е с ь в абсолют­
ном прошлом б о ж е с т в е н н о г о м и ф а , а н е в относительном прошлом
собственной истории. Н о , как и во вводной формуле причас­
тия, там говорится: «Сие есть (или же обозначает) Озирис»
(и п р о ч е е п о д о б н о е ) . Е г и п е т с к и й к у л ь т ц е л и к о м с т р о и т с я н а
э т и х двух и з м е р е н и я х — о б р я д о в о г о п о в т о р е н и я и м и ф и ч е ­
с к о г о в о с к р е ш е н и я ч е р е з сакраментальное толкование. О б р я д о ­
вое п о в т о р е н и е — э т о т о л ь к о ф о р м а для смысла, к о т о р ы й в н е й
хранится и воскрешается в памяти. Без смыслового измерения
отсылки и воскрешения мы имели бы дело не с обрядами, а с
р и т у а л и з о в а н н о й р у т и н о й , п о р я д к о м д е й с т в и й , т в е р д о регла­
ментированным по соображениям целесообразности.
П о м е р е того, как обрядовая когерентность п е р е х о д и т в
текстуальную, элемент п о в т о р е н и я отступает, поскольку для
с м ы с л а т е п е р ь н а й д е н д р у г о й сосуд. С п р а ш и в а е т с я , о д н а к о , н е
и м е л л и с м ы с л , н а к о т о р о м о с н о в а н а коннективная структура
общества, с у щ е с т в е н н о б о л е е п р о ч н ы й и н а д е ж н ы й сосуд в
обрядах, чем в текстах. Смысл ж и в е т только благодаря распро­
с т р а н е н и ю . О б р я д ы суть ф о р м а р а с п р о с т р а н е н и я . Тексты ж е
не я в л я ю т с я е щ е т а к о в о й сами п о себе, н о л и ш ь в т о й м е р е , в
к а к о й о н и , в с в о ю о ч е р е д ь , р а с п р о с т р а н я ю т с я . В ы й д я и з об­
4

ращения, о н и становятся с к о р е е могилой, чем сосудом смыс­


ла, и т о л ь к о и н т е р п р е т а т о р м о ж е т с п о м о щ ь ю и с к у с с т в а г е р ­
меневтики и средств к о м м е н т а р и я вновь о ж и в и т ь смысл. Ко­
нечно, смысл обряда т о ж е м о ж е т б ы т ь забыт. Н о в этом случае

Это п р и ч и н а , по к о т о р о й Н. Луман не хочет п р и з н а в а т ь пись­


4

мо средством коммуникации, см. его статью: N . L u h m a n n . Cuts i n /


and Writing / Stanford Literature Review. 1992. К о н е ч н о , письмо мо­
жет п р и м е н я т ь с я и для коммуникативных целей. Показательно, что
по-египетски «вводить в о б р а щ е н и е , р а с п р о с т р а н я т ь (sphr)» обозна­
чается словом «писать». Н о функции письма этим не исчерпывают­
ся. Скорее, с п о м о щ ь ю письма и предшествующих ему систем записи
открывается «метакоммуникативное» п р о с т р а н с т в о по ту сторону
коммуникации, наружная сторона коммуникации, которая служит для
складирования отслуживших коммуникатов. Мы подробнее объясни­
ли это п о н я т и е во введении.

7 - 3777
98 Часть первая. Общетеоретические основания

на его место н е и з б е ж н о подставляется другой смысл. Тексты —


более рискованная ф о р м а распространения смысла, поскольку
о н и п р е д о с т а в л я ю т т а к ж е в о з м о ж н о с т ь в ы в е с т и с м ы с л и з об­
р а щ е н и я и коммуникации, чего обряды сделать не позволяют.

3. Д р е в н и е п и с ь м е н н ы е к у л ь т у р ы : п о т о к т р а д и ц и и

П и с ь м о развилось в Месопотамии из п р а ф о р м в контек­


сте п о в с е д н е в н о й , а не р и т у а л ь н о й к о м м у н и к а ц и и . Л и ш ь поз­
ж е о н о б ы л о в к л ю ч е н о в о б л а с т ь ф у н к ц и о н и р о в а н и я культур­
н о й памяти. Ритуальная коммуникация остается, уже хотя бы
из-за с в о е й не п о д д а ю щ е й с я з а п и с и м у л ь т и м е д и й н о й с л о ж н о ­
сти, областью обрядового повторения, которое по-прежнему
о б р а з у е т о с н о в н о й п р и н ц и п и с т а н о в о й х р е б е т к у л ь т у р н о й ко­
г е р е н т н о с т и . О д н а к о рядом с п р и к л а д н ы м и текстами повсед­
невной коммуникации постепенно нарастает запас притязаю­
щ и х на н о р м а т и в н о с т ь и ф о р м и р у ю щ у ю силу текстов, к о т о р ы е
в о з н и к а ю т н е как з а п и с ь у с т н о й т р а д и ц и и , а и з духа с а м о г о
письма. Эта литература образует, по удачному в ы р а ж е н и ю Л е о
О п п е н г е й м а ( L e o O p p e n h e i m ) , « п о т о ктрадиции»,в б и р а ю щ и й
в себя тексты, предназначенные для повторного п р и м е н е н и я . 5

Э т о т п о т о к т р а д и ц и и — живая река: он меняет русло и стано­


вится то более, то менее полноводным. О д н и тексты забыва­
ются, другие прибавляются, они расширяются, сокращаются,
переписываются, собираются в антологии в разнообразных
сочетаниях . Постепенно вырабатываются структуры центра
6

L. O p p e n h e i m , 1964. W.W. Hallo р а з л и ч а е т в л о н е


5
месопотамской
и «архивно-документальную». Тому, что О п п е н г е й м называет «пото­
ком т р а д и ц и и » , будет у него соответствовать категория канониче­
ского. Однако, поскольку мы применяем здесь п о н я т и е канона в стро­
гом смысле, т. е. для текстов, которые передаются в традиции не сами
по себе, а как части замкнутого и о с в я щ е н н о г о собрания, мы предпо­
читаем использовать такие понятия, как «поток традиции» или «боль­
шая традиция» (как употребляет эти п о н я т и я R. Redfield).
6
Лучше всего структуру п о с т о я н н о текучей текстовой т р а д и ц и и
м о ж н о показать на п р и м е р е Б и б л и и , к о т о р а я представляет собой не
Глава вторая. Письменная культура 99

и п е р и ф е р и и . О т д е л ь н ы е т е к с т ы з а н и м а ю т ввиду их особен­
ного значения центральное место; их копируют и цитируют
ч а щ е , ч е м д р у г и е , и о н и н а к о н е ц , к а к с в о е г о р о д а к л а с с и к а , ста­
новятся воплощением нормативных и формирующих ценнос­
тей. Важнейшую роль в этом процессе играет школа писцов.
О н а образует и н с т и т у ц и о н а л ь н ы е р а м к и для п е р е п и с к и , рас­
п р о с т р а н е н и я и архивирования текстов и тем самым способ­
с т в у е т тому, ч т о б ы с т а р ы е т е к с т ы и в о п л о щ е н н ы й в н и х н о р ­
мативный и формирующий смысл оставались ж и в ы м и и откры­
т ы м и д л я п р о д о л ж е н и я . Так п о с т е п е н н о с к л а д ы в а е т с я «вели­
кая т р а д и ц и я » , в с я к и й р а з о т к р ы в а ю щ а я за н а с т о я щ и м уходя­
щ и й вглубь с т о л е т и й , а з а т е м и т ы с я ч е л е т и й , г о р и з о н т з н а н и я ,
т о ч н е е , о б р а з о в а н и я . М е с о п о т а м с к и й «дом т а б л и ч е к » и еги­
п е т с к и й «дом ж и з н и » — н о с и т е л и т а к о й о п и р а ю щ е й с я в основ­
ном на тексты ф о р м ы культурной памяти.
С появлением классиков изменяется временная ф о р м а
к у л ь т у р ы . Н а р я д у с праздничным различением пра-времени и
н а с т о я щ е г о выступает другое: р а з л и ч е н и е п р о ш л о г о и насто­
ящего, древности и Нового времени. Прошлое — это время
к л а с с и к о в , э т о и е с т ь классика. О н о — н е п р а - в р е м я , к о т о р о е

что и н о е , как такой остановленный в о п р е д е л е н н ы й м о м е н т тысяче­


л е т н и й п о т о к т р а д и ц и и . Здесь видно и п р и р а щ е н и е и д о п и с ы в а н и е
текстов — Девтеро- и Трито-Исайя, связывание различных т р а д и ц и й ,
параллельное существование в а р и а н т о в , более д р е в н и е и более но­
вые слои текста, антологизация, составление с б о р н и к о в , и, п р е ж д е
всего, м н о ж е с т в о р а з л и ч н ы х ж а н р о в : з а к о н ы , и с т о р и и племени, ге­
неалогии, исторические книги, л ю б о в н ы е песни, застольная поэзия,
плачи, п и р ш е с т в е н н ы е песни, п о к а я н н ы е и благодарственные пес­
нопения, молитвы, гимны, пословицы, а ф о р и с т и ч е с к а я поэзия, кни­
ги премудрости, книги пророков, учебники, романы, новеллы, м и ф ы ,
сказки, п р о п о в е д и , б и о г р а ф и и , письма, а п о к а л и п с и с ы — цветущее,
ш и р о к о раскинувшее ветви дерево, к о т о р о е процессом канонизации
было п р е в р а щ е н о в жесткую архитектуру многоэтажного и многоком­
натного, но единого и замкнутого в себе здания. И с т о р и о г р а ф и я вет­
хозаветной т р а д и ц и и была в о с н о в н о м зачарована поисками «пра¬
текстов» и мало интересовалась трудом х р а н и т е л е й предания и тем
самым и с т о р и е й п р о я в л я ю щ е й с я в ней культурной памяти. В после­
дние годы, однако, намечается поворот. О с о б е н н о поучительной я
нахожу в этом о т н о ш е н и и книгу Fishbane, 1986.


100 Часть первая. Общетеоретические основания

всегда р а в н о удалено от д в и г а ю щ е г о с я в п е р е д н а с т о я щ е г о ,
п р и ч е м удаленность эта не в р е м е н н а я , а сущностная, н о исто­
рическое п р о ш л о е , растущая удаленность к о т о р о г о от совре­
м е н н о с т и я с н а всякому. В М е с о п о т а м и и в о з н и к а ю т в I т ы с я ч е ­
летии ранние формы отнесенной к прошлому историографии
(J. v. Seters, 1983), в Египте — и н т е р е с к о х р а н е п а м я т н и к о в и
архивному сохранению текстов, архаизм и сознание древней­
ш е й т р а д и ц и и . В о к р у г х р а м о в ы х с к р и п т о р и е в и ш к о л скла­
7

д ы в а ю т с я б и б л и о т е к и и культура к н и г и . Н о основу культурной


когерентности по-прежнему составляют праздники и обряды.

4. К а н о н и з а ц и я и и н т е р п р е т а ц и я

Р е ш и т е л ь н ы й п е р е х о д о т р и т у а л ь н о й к о г е р е н т н о с т и к тек­
стуальной происходит не с появлением письма как такового, а
л и ш ь тогда, когда т е ч е н и е т р а д и ц и и останавливается создани­
ем канона. Н е сам п о себе с в я щ е н н ы й , а т о л ь к о уже ставший
каноническим текст требует истолкования и становится поэто­
му и с х о д н ы м п у н к т о м к о м м е н т а т о р с к и х к у л ь т у р . Д а л е е м ы на­
мерены разъяснить и обосновать это положение.
К а к п о к а з а л К. К о л ь п е , и с т о р и я ч е л о в е ч е с т в а з н а е т л и ш ь
д в а н е з а в и с и м о с л о ж и в ш и х с я к а н о н а : э т о е в р е й с к а я Библия и
б у д д и с т с к а я Трипитака ( С . Colpe, 1 9 8 7 ) . С к л а д ы в а н и е в с е х
остальных канонов: александрийской канонизации греческих
классиков ( к о т о р у ю л и ч н о я т е м н е м е н е е с ч и т а ю п р о ц е с с о м ,
не связанным с канонизацией еврейской Библии) на Западе,
х р и с т и а н с к о й Б и б л и и и Корана, д ж а й н с к о г о к а н о н а и конфу­
цианского и даосского корпуса на Востоке, связано с этими
п е р в о н а ч а л ь н ы м и импульсами. Вокруг всех этих процессов
к а н о н и з а ц и и сразу в о з н и к а е т о б и л ь н а я т о л к о в а т е л ь н а я лите­
ратура, к о т о р а я в с в о ю о ч е р е д ь тут ж е к а н о н и з и р у е т с я . Так
культурная память организуется, с о д н о й с т о р о н ы , в каноны
п е р в о г о , в т о р о г о , а иногда и т р е т ь е г о п о р я д к а , а с другой сто­
р о н ы , в первичную и вторичную литературу, тексты и коммен­
т а р и и . С а м ы й в а ж н ы й ш а г в с о з д а н и и к а н о н а — э т о а к т «зак-

7
Ср. Автор, 1985; D. B. Redford, 1986.
Глава вторая. Письменная культура 101

рытия» (араб.jgtihad). Он проводит две важнейшие границы:


между к а н о н и ч е с к и м и а п о к р и ф и ч е с к и м и между п е р в и ч н ы м
и в т о р и ч н ы м . К а н о н и ч е с к и е тексты не могут б ы т ь дописаны.
В этом их р е ш а ю щ е е отличие от «потока традиции». Канони­
ческие тексты священны: они требуют дословной передачи.
Н и о д н у й о т у н е л ь з я в н и х и з м е н и т ь . « Н е п р и б а в л я й т е к тому,
что я заповедую вам, и не убавляйте от того, н о соблюдайте
з а п о в е д и Господа, Б о г а вашего» — г о в о р и т с я в о В т о р о з а к о н и и
(4.2). Э т а ц и т а т а п о к а з ы в а е т т а к ж е , ч т о е в р е й с к и й к а н о н в о з ­
н и к и з духа д о г о в о р а , « з а в е т а » , к о т о р ы й Г о с п о д ь з а к л ю ч и л с о
своим народом . Канонический текст обладает высочайшей
8

обязательностью договора.
М ы м о ж е м показать это на п р и м е р е р а з л и ч е н и я священ­
ных и канонических текстов. Священные тексты имеются и
вне канонических традиций. О н и встречаются как в устных
(самый впечатляющий пример — Веды), так и в письменных
(например, египетская Книга Мертвых) традициях. Священ­
ные тексты также требуют дословной передачи. Поэтому
Веды, н а п р и м е р , н е з а п и с ы в а ю т с я , п о т о м у ч т о б р а х м а н ы до­
веряют письму меньше, чем памяти. С в я щ е н н ы й текст — это
род с л о в е с н о г о х р а м а , в о с к р е ш е н и е в п а м я т и с в я щ е н н о г о по­
средством голоса. С в я щ е н н ы й текст требует не толкования, а
рецитации в сохраняемой обрядом форме, при тщательном
с о б л ю д е н и и п р е д п и с а н и й о т н о с и т е л ь н о места, в р е м е н и , чис­
тоты и проч. Напротив, канонический текст воплощает нор­
м а т и в н ы е и ф о р м и р у ю щ и е н о р м ы о б щ е с т в а , « и с т и н у » . Э т и тек­
сты требуют, чтобы им внимали, следовали, воплощали в жиз­
ненную действительность. Для этого нужна не столько реци­
тация, сколько т о л к о в а н и е . В а ж н о сердце, а не уста или уши.
И с к о л ь д л и н е н п у т ь о т с л у ш а ю щ е г о уха и л и ч и т а ю щ е г о глаза
к п о н и м а ю щ е м у сердцу, с т о л ь д л и н е н и путь о т г р а ф и ч е с к о й
или ф о н е т и ч е с к о й поверхности к нормативному или форми­
рующему смыслу. П о э т о м у о б щ е н и е с к а н о н и ч е с к и м и текста­
м и т р е б у е т у ч а с т и я т р е т ь е г о , и н т е р п р е т а т о р а , к о т о р ы й ста­
новится между текстом и его адресатом и р а с к р ы в а е т те нор­
мативные и ф о р м и р у ю щ и е импульсы, которые заключены в

8
К и с т о р и и «формулы канона» см. н и ж е абз. 2.
Часть первая. Общетеоретические основания

п о в е р х н о с т и текста. К а н о н и ч е с к и е т е к с т ы могут р а с к р ы т ь свой


9
смысл только в треугольнике Текст­Толкователь­Слушатель .
П о э т о м у п о в с ю д у вокруг к а н о н и ч е с к о й т р а д и ц и и в о з н и к а ю т
институты толкования, и тем самым н о в ы е классы интеллекту­
а л ь н о й э л и т ы : софер в д р е в н е м И з р а и л е , е в р е й с к и й раввин, г р е ­
ч е с к и й филолог, и с л а м с к и е шейх и мулла, и н д и й с к и й брахман,
буддистские, конфуцианские и даосские мудрецы и ученые.
О т л и ч и т е л ь н ы м п р и з н а к о м э т и х н о в ы х н о с и т е л е й культур­
н о й п а м я т и я в л я е т с я и х п о л о ж е н и е д у х о в н ы х в о ж д е й , и х (от­
носительная) независимость от учреждений политической и
э к о н о м и ч е с к о й в л а с т и (Chr. Meier, 1987). Т о л ь к о с п о з и ц и и та­
кой независимости они могут представлять н о р м а т и в н ы е и
ф о р м и р у ю щ и е требования, какие заключает в себе канон. О н и
разделяют и воплощают авторитет канона и откровенной в
н е м и с т и н ы . В д р е в н и х п и с ь м е н н ы х культурах н о с и т е л я м и и хра­
нителями «потока традиции» были люди, являвшиеся в то же
время чиновниками­управленцами, врачами, толкователями снов
и п р е д с к а з а т е л я м и — в о в с я к о м случае, з а в и с и м ы м и и с п о л н и т е ­
л я м и (и п е р е д а т ч и к а м и ) п р и к а з о в п о л и т и ч е с к о й о р г а н и з а ц и и .
Там внутри т р а д и ц и и н е б ы л о такого места, т а к о й а р х и м е д о в о й
т о ч к и о п о р ы , ч т о б ы оттуда м о ж н о б ы л о , н а п е р е к о р э т о й о р г а ­
низации, предъявлять требования нормативного и формирую­
щего преобразования. Процесс канонизации является поэтому
о д н о в р е м е н н о и п р о ц е с с о м с о ц и а л ь н о й д и ф ф е р е н ц и а ц и и : вы­
деления независимой по отношению к политическим, админис­
т р а т и в н ы м , ю р и д и ч е с к и м , и д а ж е р е л и г и о з н ы м а в т о р и т е т а м ин­
станции. Задача этой инстанции, говоря словами Гёльдерлина,
б л ю с т и « т в е р д у ю букву». С о б л ю д е н и е « т в е р д о й буквы» с о с т о и т
в т о л к о в а н и и , и л и с о б л ю д е н и и с м ы с л а . П о с к о л ь к у буква « т в е р ­
да», и н и о д н а й о т а н е м о ж е т б ы т ь и з м е н е н а , и поскольку, с дру­
гой стороны, м и р людей подвержен непрестанному изменению,
между т в е р д о у с т а н о в л е н н ы м т е к с т о м и и з м е н ч и в о й д е й с т в и т е л ь ­
н о с т ь ю существует д и с т а н ц и я , которую м о ж е т п о к р ы т ь т о л ь к о

9
Отсюда и удивленный о т в е т казначея на вопрос Ф и л и п п а : «Но
понимаешь ли т ы то, что читаешь?» — «Как же мне понять, когда ник­
т о меня не ведет?» (Деяния, 8. 31; «οδηγηση)», отсюда п о н я т и е «одеге­
тики», указующего путь о б ъ я с н е н и я текста).
Глава вторая. Письменная культура 103

толкование. Так т о л к о в а н и е становится ц е н т р а л ь н ы м принци­


пом культурной к о г е р е н т н о с т и и и д е н т и ч н о с т и . Н о р м а т и в н ы е
и в о с п и т а т е л ь н ы е и м п у л ь с ы к у л ь т у р н о й п а м я т и м о г у т б ы т ь до­
б ы т ы т о л ь к о н е п р е р ы в н ы м , н е п р е с т а н н о о б н о в л я ю щ и м с я тол­
кованием текстов обосновывающей идентичность традиции.
Толкование становится жестом вспоминания, интерпретатор —
вспоминателем, напоминателем о забытой истине.
П р о д о л ж а ю щ е е с я продуцирование текстов вскоре вызыва­
ет, о д н а к о , т о с о с т о я н и е , к о т о р о е А л е й д а А с с м а н о п и с ы в а е т к а к
распадение культурной памяти на п е р е д н и й и задний планы, или
« п а м я т ь - ф у н к ц и ю и п а м я т ь - х р а н и л и щ е » (А. u . J. A s s m a n n , 1991).
Масса п е р в и ч н ы х , в т о р и ч н ы х и т р е т и ч н ы х т е к с т о в , к а н о н и ч е с ­
ких, п о л у к а н о н и ч е с к и х и а п о к р и ф и ч е с к и х п и с а н и й д а л е к о п р е ­
вышает тот объем, к о т о р ы й общество в каждую данную эпоху
способно п о м н и т ь и «обживать». Ч е м дальше тексты отходят
на задний план н е о б ж и т о г о с о д е р ж и м о г о а р х и в о в , тем б о л ь ш е
текст становится ф о р м о й забвения, м о г и л о й смысла, к о т о р ы й
был однажды вынесен в текст из живого з н а ч е н и я и коммуни­
кации. Так п о с т е п е н н о внутри с о б с т в е н н о й т р а д и ц и и ширят­
с я о б л а с т и д а л е к о г о и о т о ш е д ш е г о , в о з н и к а ю т о б ш и р н ы е об­
ласти забытого знания, граница с чужим размывается.
О ч е в и д н о , ч т о и з о б р е т е н и е п и с ь м а о з н а ч а е т г л у б о к и й пе­
р е л о м в и с т о р и и коннективной структуры о б щ е с т в а . П и с ь м о
д е л и т эту и с т о р и ю н а два этапа: э т а п о п и р а ю щ е г о с я на обря­
ды п о в т о р е н и я и этап опирающегося на тексты толкования.
Водораздел между э т и м и двумя э т а п а м и б р о с а е т с я в глаза и
неоднократно описывался. Наибольшую известность получи­
ло в ы р а ж е н и е Ясперса «осевое время», к о т о р о е относится
как р а з к э т о м у п е р е х о д у ( н е с м о т р я на т о , ч т о он сам, как
10

ни у д и в и т е л ь н о , н е з а м е т и л р о л и п и с ь м а ; н о э т о е г о упуще­
ние исправили другие) . 11

10
K.Jaspers, 1949;S.N. Eisenstadt, 1987. К историческому синдро­
му «осевого времени» относится не только переход к текстовой коге­
р е н т н о с т и , но и возможность «эволюции идей». О б этом мы будем
говорить п о д р о б н е е в разделе 3 седьмой главы.
11
Здесь в первую очередь следует назвать имя Э. А. Хэвлока, кото­
рый посвятил труд своей жизни исследованию этого перехода в рам­
ках д р е в н е г р е ч е с к о й культуры. См. об этом седьмую главу, раздел 1.
Часть первая. Общетеоретические основания

5. П о в т о р е н и е и в а р ь и р о в а н и е

Главное р а з л и ч и е между т е к с т о в о й и о б р я д о в о й когерент­


ностью состоит в том, что обрядовая когерентность основы­
вается на повторении, то есть исключает варьирование, в то
в р е м я как т е к с т о в а я к о г е р е н т н о с т ь в а р ь и р о в а н и е н е т о л ь к о
допускает, но и поощряет. Н а п е р в ы й взгляд это не о ч е в и д н о .
С к о р е е м о ж н о предположить, что как раз в м и р е устного пре­
дания, обрядов и мифических рассказов царит варьирование,
поскольку не существует ф и к с и р о в а н н ы х текстов и каждое
и с п о л н е н и е по-своему в о п л о щ а е т текст, в т о в р е м я как в пись­
м е н н о й культуре т е к с т установлен р а з и навсегда и м о ж е т толь­
к о п о в т о р я т ь с я п р и к а ж д о м п е р е п и с ы в а н и и и ч т е н и и . То, что
м ы и м е е м в виду, о т н о с и т с я н е к т е к с т у , а к тому, ч т о о н в ы р а ­
жает, т о есть не к с о о б щ е н и ю , а к с о д е р ж а щ е й с я в нем и н ф о р ­
мации. В мире устного предания инновативный, и тем самым
информативный, потенциал текстов невелик. О н и только в
том случае удерживаются в культурной памяти, если выража­
ю т х о р о ш о и з в е с т н о е . В м и р е п и с ь м е н н о й т р а д и ц и и д е л о об­
с т о и т н а о б о р о т , к а к м ы з н а е м и з з н а м е н и т о й ж а л о б ы Хахепер¬
ресенеба, египетского автора эпохи Среднего царства:

О , были бы у меня неизвестные п р е д л о ж е н и я ,


редкостные и з р е ч е н и я ,
новая р е ч ь , какая никогда еще не встречалась,
свободная о т п о в т о р е н и й ,
не слова п р е д а н и я , сказанные предками.
Я выкручиваю свое т е л о и все, что в нем есть,
И освобождаю его о т всех моих слов.
И б о т о , ч т о б ы л о сказано — п о в т о р е н и е ,
и говорится т о л ь к о то, что было сказано.
Нельзя украшать себя словами предков,
ибо потомки отыщут их.
Здесь г о в о р и т не тот, кто уже говорил, но тот,
кто е щ е т о л ь к о будет говорить, ч т о б ы другой понял, что
он будет г о в о р и т ь .
Н е р е ч ь , о к о т о р о й потом скажут:
«они сделали э т о раньше»,
и не р е ч ь , к о т о р а я скажет:
«искать здесь попусту, это ложь»,
Глава вторая. Письменная культура 105

и никто не упомянет имени его другим.


Я сказал это в с о о т в е т с т в и и с тем, что я видел,
начав с первых поколений до тех, к о т о р ы е придут после нас:
о н и подражали прошлому.
О, если бы я знал т о , чего другие не знают,
в чем нет п о в т о р е н и я . 12

Это п р о н и к н о в е н н а я жалоба на чисто писательскую про­


блему: п о н у ж д е н и е к в а р ь и р о в а н и ю и н о в и з н е , в н у т р е н н е п р и ­
сущее п и с ь м е н н о й культуре. О т барда публика о ж и д а е т извест­
ного, от автора — неизвестного. В мире устного предания ранг
п е в ц а о п р е д е л я е т с я и с к л ю ч и т е л ь н о о б ъ е м о м е г о з н а н и я , т. е.
т е м , у м е е т о н р а с с к а з ы в а т ь 7, 2 0 и л и 3 0 0 и с т о р и й . Ч е м о б ш и р ­
н е е з н а н и е , т е м в ы ш е ранг, в н е к о т о р ы х п о м н я щ и х к у л ь т у р а х
почти княжеский. Ведь иных ф о р м хранения знания, кроме
п а м я т и певца, не существует, и н е т другого доступа к з н а н и ю ,
к р о м е у с т а н о в л е н н ы х ф о р м е г о в ы с т у п л е н и й . Повторение здесь
не проблема, а структурная необходимость. Без повторения
п р о ц е с с п р е д а н и я о б о р в а л с я б ы . Новизна о з н а ч а л а б ы з а б в е н и е .
П р о б л е м о й п о в т о р е н и е с т а н о в и т с я л и ш ь т а м , где о н о б о л ь ­
ше не обладает структурной необходимостью для процесса пре­
д а н и я и где с о х р а н е н и е з н а н и я и д о с т у п к з н а н и ю о т д е л и л и с ь
от л и ч н о с т и певца и его р и т у а л и з о в а н н ы х в ы с т у п л е н и й . Воз­
можности для этого были созданы письменностью. Поразитель­
н о , как р а н о э т о п р о я в и л о с ь . П р о б л е м а б ы л а з а м е ч е н а у ж е в
Египте, на самой з а р е л и т е р а т у р н о й п и с ь м е н н о й культуры. Н о
только в Греции она стала действовать структурообразующе.
Только здесь возникает литература, к о т о р а я развивает п р и н ц и ­
пы варьирования и новизны, и тем самым становится средством
систематической эволюции идей и революции знания.
Наверное, самое удивительное в этом древнем тексте — что
мы слышим в нем голос автора, воспринимающего традицию
как н е ч т о в н е ш н е е , чуждое и н а с и л ь с т в е н н о е и о т ч а и в а ю щ е ­
гося перед задачей утвердить и обосновать свои слова как осо­
бенное и новое на ф о н е этой традиции. Д л я устного поэта тра-

12
Табличка ВМ 5645 обратная сторона 2—7, изд. А. Н. Gardiner, T h e
Admonition of an Egyptian Sage, Leipzig, 1909,97-101; M.Lichtheim, 1973,
146 f.; B. G. Ockinga, 1983. Н о в е й ш и й перевод: H o r n u n g , 1990, 101.
106 Часть первая. Общетеоретические основания

диция не является «внешним»: она пронизывает и преиспол­


няет его изнутри. Н а п р о т и в , п и ш у щ и й а в т о р ощущает себя
и з в н е п р о т и в о с т о я щ и м т р а д и ц и и и чувствует, ч т о т о л ь к о в
г л у б и н а х с о б с т в е н н о г о с е р д ц а о н м о ж е т н а й т и опору, ч т о б ы
у с т о я т ь п е р е д е е л и ц о м . Х а х е п е р р е с е н е б д а е т своему т е к с т у на­
з в а н и е : « С о б и р а н и е с л о в , с р ы в а н и е и з р е ч е н и й , п о и с к п е с е н в ис­
с л е д о в а н и и сердца» и о б р а щ а е т с в о ю ж а л о б у к своему собствен­
ному сердцу:

П р и д и , мое сердце, я п о г о в о р ю с т о б о й ,
ч т о б ы т ы о т в е т и л о на мою р е ч ь и о б ъ я с н и л о мне,
ч т о п р о и с х о д и т в стране.

Х а х е п е р р е с е н е б — п е р в ы й «scrittore tormentato» ( C a l v i n o )
в и с т о р и и л и т е р а т у р ы . Его мука — в о д и н о ч е с т в е , п р и в н е с е н ­
н о м п и с ь м е н н о с т ь ю . П и с а т е л ь , н а е д и н е с собой и со своим
с е р д ц е м , д о л ж е н « в ы в о р а ч и в а т ь глубины своей души», ч т о б ы
противопоставить традиции нечто собственное, новое. Про­
шлое, по нашему определению, возникает благодаря разрыву
в т е ч е н и и в р е м е н и и п о п ы т к е о б р а щ е н и я к тому, ч т о б ы л о р а н ь ­
ше, н е в з и р а я на этот разрыв. Теперь ж е мы впервые сталкива­
е м с я с с а м о й т и п и ч н о й и р а с п р о с т р а н е н н о й о б с т а н о в к о й воз­
никновения прошлого — с переходом традиции в письменную
форму. Как только она принимает форму закрепленного и
о б ъ е к т и в и р о в а н н о г о в письменных знаках текста и уже не при­
н и з ы в а е т своих носителей изнутри, как духовный поток, так
н а л и ц о разрыв, к о т о р ы й в любую минуту может быть осознан
к а к р а з л и ч и е м е ж д у с т а р ы м и н о в ы м , «тогда» и « с е й ч а с » , п р о ­
ш л ы м и н а с т о я щ и м . Т о , ч т о эту д и с т а н ц и ю п о о т н о ш е н и ю к
объективировавшейся письменной традиции можно ощущать
н е т о л ь к о , н а м а н е р Х а х е п е р р е с е н е б а , к а к муку, о т ч у ж д е н и е и
о д и н о ч е с т в о , н о и к а к о с в о б о ж д е н и е , в д а н н о м с л у ч а е н е су­
щественно. Только благодаря письменной ф о р м е традиция
п р и о б р е т а е т форму, к к о т о р о й ее н о с и т е л и могут о т н о с и т ь с я
к р и т и ч е с к и . В с в о ю о ч е р е д ь , н о с и т е л ь т р а д и ц и и т о л ь к о бла­
13

г о д а р я п и с ь м е н н о с т и п о л у ч а е т с в о б о д у у т в е р ж д а т ь с в о й соб-

Эта точка з р е н и я о с о б е н н о подчеркивалась Хэвлоком и, по его


13

стопам, Луманом. Мы вернемся к этому аспекту в связи с Грецией.


Глава вторая. Письменная культура 107

с т в е н н ы й вклад как н е ч т о н о в о е , чуждое, н е с л ы х а н н о е п о от­


ношению к п р и в ы ч н о й традиции: «неизвестные песни, стран­
н ы е и з р е ч е н и я , н о в а я р е ч ь , к а к о й н е в с т р е ч а л о с ь р а н ь ш е , сво­
бодная от повторений».
Перелом, каким является появление письменности для
процесса предания, заявляет о себе как п р о т и в о п о с т а в л е н и е
«старого» и «нового». С т а р о е и новое — э т о противопоставле­
ние, которое приобретает напряженность лишь в письменной
традиции. Только с этого м о м е н т а н о в ы й текст д о л ж е н утвер­
дить себя перед л и ц о м старых, только с этого момента текстам
грозит опасность устареть. Однако устаревание — это как раз
н е т а судьба, к о т о р а я т и п и ч н а д л я т е к с т о в в п и с ь м е н н о й т р а ­
диции. Скорее, с текстами дело обстоит здесь как с вином:
н е к о т о р ы е , о к а з а в ш и е с я « п р и г о д н ы м и д л я д л и т е л ь н о г о хра­
н е н и я » , т о л ь к о в ы и г р ы в а ю т о т в о з р а с т а и с т е ч е н и е м л е т ста­
новятся все ценнее. «Старый» — это в письменной т р а д и ц и и
п о ч е т н ы й титул. Поскольку устная т р а д и ц и я н е знает таких
возможностей хранения, е й чуждо и представление о возрас­
те как ц е н н о с т н о е п о н я т и е . П р е д с т а в л е н и е об о с о б о м автори­
тете и ценности «старых писаний» проявляется в Месопота­
м и и и Египте с п о я в л е н и е м п и с ь м е н н о й культуры о ч е н ь р а н о .
Доступ к знанию открывается теперь через книги, п р и ч е м как
р а з ч е р е з с т а р ы е книги:

К знающему Маат приходит очищенной , 14

по советам, полученным от предков.


Подражай твоим отцам, твоим предкам,
<...>
Ведь их слова сохранились в их писаниях:
открой их, читай, подражай мудрым!
Мастером становится лишь тот, кто принимает поучение . 15

С т а р ы е п и с а н и я п р и о б р е т а ю т все б о л ь ш е ц е н н о с т и и блес­
ка. К о н е ч н о , э т о п р е д п о л а г а е т с о о т в е т с т в у ю щ и е у с л о в и я х р а ­
нения. Задним числом это часто выглядит как естественная
Жизнеспособность: как и в случае с вином, в л и т е р а т у р е л и ш ь
лучшее оказывается п р и г о д н ы м к длительному х р а н е н и ю . Н а

14
Буквально: «процеженной», понятие из области пивоварения.
15
Поучение Мерикаре Р 34 сл.; Brunner, 1988,142.
108 Часть первая. Общетеоретические основания

с а м о м д е л е р о л ь тут ч а с т о и г р а ю т р е ш е н и я , н е и м е ю щ и е н и к а ­
к о г о о т н о ш е н и я к «качеству». Д в а н е с о м н е н н о н а и б о л е е з н а ч и ­
тельных текста египетской литературы, «Разговор разочарован­
н о г о с о с в о и м Б а » и «Гимн С о л н ц у Э х н а т о н а » ( H o r n u n g , 1 9 9 0 ,
16

1 3 7 ff.) з а с в и д е т е л ь с т в о в а н ы к а ж д ы й в е д и н с т в е н н о й р у к о п и ­
с и и л и н а д п и с и и , судя п о всему, н и к о г д а н е в х о д и л и в « п о т о к
т р а д и ц и и » . В с л у ч а е « Г и м н а С о л н ц у » т а к а я судьба п о н я т н а : о н
пал жертвой преследований, которым подвергалось всякое
в о с п о м и н а н и е об эпохе Амарны. В случае «Разочарованного»
п р и ч и н ы такого забвения понять невозможно. Удивительно
м н о г о т е к с т о в , на н а ш взгляд з н а ч и т е л ь н ы х , н и ч е м н е отличаю­
щ и х с я от п р и з н а н н о й классики, в том числе такие как «Потер­
п е в ш и й к о р а б л е к р у ш е н и е » , П а п и р у с В е с т к а р а , П о у ч е н и е Ипу¬
вера , з а с в и д е т е л ь с т в о в а н ы в о д н о й - е д и н с т в е н н о й р у к о п и с и .
17 ш

Это ясно показывает, что становление традиции связано с про­


цессами о т б о р а и ч т о «старение» текстов, п р и р о с т их возрас­
та, ц е н н о с т и и авторитета зависит от этих процессов отбора и
их к р и т е р и е в . П и с ь м е н н о с т ь — э т о м о й о с н о в н о й т е з и с — сама
по себе еще не является залогом преемственности. Напротив:
она несет с собой риск забвения и исчезновения, устаревания и
з а п ы л е н и я , к о т о р ы е н е з н а к о м ы устному п р е д а н и ю , и нередко
письменность означает скорее разрыв преемственности.

Т е к с т о в а я к о г е р е н т н о с т ь о з н а ч а е т в о с с т а н о в л е н и ерефер
мой письменности, горизонта, внутри которого тексты тыся­
челетиями сохраняются насущными, действенными и открыты­
ми для продолжения. М ы можем выделить т р и ф о р м ы такого
интертекстуального продолжения: комментирующее, подража­
ющее и критическое. Комментируются обычно канонические

16
Б е р л и н с к и й папирус 3024; П е р е в о д Lichtheim, 1973; Выдерж­
ки из Hornung, 1 9 9 0 , 1 1 8 ff.
17
Все ЭТИ тексты п р и в е д е н ы в п е р е в о д е у Lichtheim, 1973.
18
Впрочем, Хахеперресенебу не намного больше повезло с ре­
ц е п ц и е й . Н о он, по к р а й н е й м е р е , присутствует в двух текстах, пока­
з ы в а ю щ и х , что он был включен в школьную т р а д и ц и ю и, тем самым,
в ч и с л о «классиков». Как Ипувер, так и Х а х е п е р р е с е н е б упомянуты
на надгробной надписи рамессидского в р е м е н и из З а к к а р ы , см. об
этом А в т о р , 1 9 8 5 , 4 8 8 f.
Глава вторая. Письменная культура. 109

тексты. Поскольку о н и н е п о д л е ж а т н и д о п и с ы в а н и ю , н и под­


р а ж а н и ю , н и к р и т и к е и ф и к с и р о в а н ы раз и навсегда, в а р ь и р о ­
вание доступно только на другом уровне, на котором сам текст
остается неприкосновенным. Это уровень комментария. Объек­
том подражания становятся классические тексты. О н и , конеч­
но, т о ж е истолковываются, «обрабатываются», как г о в о р и л и
а л е к с а н д р и й с к и е ф и л о л о г и . . Н о классическим т е к с т с т а н о в и т с я
только тогда, когда делается о б р а з ц о м для в а р ь и р у ю щ и х его
т е к с т о в , к а к Г о м е р д л я В е р г и л и я , В е р г и л и й д л я М и л ь т о н а и т. д .
К р и т и к е п о д в е р г а ю т с я о б о с н о в ы в а ю щ и е т е к с т ы в р а м к а х на­
у ч н о г о д и с к у р с а . Т а к п о д х о д и т А р и с т о т е л ь к П л а т о н у и л и Мен¬
ций к К о н ф у ц и ю . Э т о с о в с е м д р у г а я ф о р м а и н т е р т е к с т у а л ь н о ­
го с ц е п л е н и я , к о т о р у ю м ы н а з о в е м « г и п о л е п с и с » и к к о т о р о й
в е р н е м с я п о д р о б н е е в главе о Греции. Д л я всех т р е х ф о р м ин­
тертекстуальности обще то, что речь идет об обосновывающих
текстах. В рамках п и с ь м е н н о й культуры и т е к с т о в о й когерент­
ности культурная память организуется в первую о ч е р е д ь как
занятие обосновывающими текстами: толкование, изучение и
критика. М ы хотим еще раз подчеркнуть, что священные тексты
не являются обосновывающими текстами в этом смысле, посколь­
ку о н и н е о т к р ы т ы д л я п р о д о л ж е н и я и н е п о р о ж д а ю т н и к а к о г о
интертекстуального варьирования. Священные тексты относят­
ся к о б л а с т и о б р я д о в о й к о г е р е н т н о с т и и п о в т о р е н и я .
С помощью обрядов человек стремится к ф о р м е когерент­
н о с т и и п р е е м с т в е н н о с т и , о р и е н т и р о в а н н о й н а п р и р о д у . «Nature
л и ч и е между п р и р о д н о й и и с т о р и ч е с к о й жизнью, как его
с ф о р м у л и р о в а л в с е р е д и н е X V I I I в е к а а н г л и й с к и й п о э т Эду­
ард Янг в своих «Ночных размышлениях», снимается в прин­
ципе обрядовой когерентности. Благодаря основополагаю­
щему для о б р я д о в п р и н ц и п у с т р о г о г о п о в т о р е н и я человек
вписывается в циклическую структуру п р и р о д н ы х п р о ц е с с о в
возрождения и таким образом становится причастен жизни
м и р о з д а н и я , п о ч и т а е м о й как б о ж е с т в е н н а я и вечная . Повто­
19

рение и варьирование, то противопоставление, которое Ари-

Ср. Автор, 1 9 8 3 б , 2 1 8 сл., где воспроизведена также иллюстра­


19

ция Уильяма Блейка к этим стихам, использующая для и з о б р а ж е н и я


110 Часть первая. Общетеоретические основания

с т о т е л ь в т р а к т а т е « О д у ш е » и с п о л ь з у е т д л я о п р е д е л е н и я че­
ловека в противоположность животному и растительному
м и р у , можно применять повторно и использовать еще раз
2 0

внутри одной из сторон, выделенных с его п о м о щ ь ю , а имен­


но стороны вариативности и мира людей:

II. К А Н О Н - К ПРОЯСНЕНИЮ ПОНЯТИЯ

1. И с т о р и я з н а ч е н и я с л о в а «канон» в а н т и ч н о с т и

П о д « к а н о н о м » м ы п о н и м а е м т а к у ю ф о р м у т р а д и ц и и , в ко­
т о р о й она достигает в ы с ш е й внутренней обязательности и край­
ней формальной устойчивости. Здесь ничего нельзя добавить,
ничего убавить или изменить. И с т о р и я этой «формулы кано­
на» в е д е т в р а з н о о б р а з н е й ш и е о б л а с т и с о ц и а л ь н о й д е я т е л ь ­
2 1

н о с т и : верная правде п е р е д а ч а т о г о и л и и н о г о с о б ы т и я ( « ф о р м у ­
л а с в и д е т е л я » ) , верная содержанию и смыслу п е р е д а ч а в е с т и ( « ф о р
мула в е с т н и к а » , Q u e c k e , 1 9 7 7 ) , дословно верная п е р е д а ч а т е к с т а

«revolving nature» египетский символ Уробора, змеи, заглатывающей


собственный хвост.
20
Аристотель, «О душе», II, 4.2. В седьмой главе мы поговорим об
этом подробнее.
21
Willem С. van Unnik, 1949. Locus classicus для и с т о р и и христи­
анского канона — 39 Пасхальное послание Афанасия со списком ка­
н о н и ч е с к и х п и с а н и й , где п е р е ч е н ь священных текстов заканчивает­
ся ф р а з о й : «Се и с т о ч н и к и спасения... Пусть никто к ним ничего не
п р и б а в л я е т и н е у б а в л я е т » . О ф у н к ц и я х ф о р м у л ы к а н о н а см.
A. Assmann, 1989, 2 4 2 - 2 4 5 .
Глава вторая. Письменная культура 111

( « ф о р м у л а п е р е п и с ч и к а и л и х р а н и т е л я т р а д и ц и и » ) и буквальное
2 2

исполнение закона или договора («формула договора») . 2 3

О д н а к о между двумя п о с л е д н и м и ф у н к ц и я м и не с т о и т прово­


д и т ь с л и ш к о м р е з к о г о р а з г р а н и ч е н и я , поскольку сам п р о ц е с с
п р е д а н и я на Д р е в н е м Востоке я в н о п о н и м а л с я в ф о р м а х п р а в а
и д о г о в о р а . Между т о ч н ы м п е р е п и с ы в а н и е м т е к с т а и букваль­
н ы м следованием его с о д е р ж а н и ю не п р о в о д и л о с ь большого
р а з л и ч и я . О с о б е н н о в а в и л о н я н е о щ у щ а л и текст как нуждаю­
щийся в охране и поэтому защищали его в иногда очень про­
странных колофонах формулами благословения и проклятия
от п о в р е ж д е н и я и и с к а ж е н и я (Offner, 1950). Т о ч н о т а к и м и ж е
формулами скрепляются договоры. Как клятва и проклятие
о б я з ы в а ю т д о г о в а р и в а ю щ и е с я с т о р о н ы к в е р н о с т и договору,
так и формулы колофонов обязывают передающих к вернос­
ти преданию. Профессиональная этика писцов-хранителей
традиции осмысляет дело предания в категориях юридичес­
к о й обязательности. П е р е д а в а т ь — о з н а ч а е т взять на себя обя­
з а н н о с т ь п о о т н о ш е н и ю к т е к с т у , к о т о р а я и м е е т х а р а к т е р за­
к л ю ч е н и я договора, д а ж е если э т о т т е к с т сам по себе вовсе н е
д о г о в о р , а, н а п р и м е р , э п о с .
24

22
В такой функции эта формула в п е р в ы е появляется в вавилонс­
ких к о л о ф о н а х , п р и ч е м , как и во В т о р о з а к о н и и , в ф о р м е императи­
ва: « Н и ч е г о не добавляй и н и ч е г о не убавляй!». Здесь она принадле­
ж и т к средствам «de la sauvegarde des tablettes», см. Offner, 1950. Н а
параллели со Второзаконием указывают Cancik, 1970 и Fishbane, 1972.
23
В этой функции данная формула засвидетельствована р а н ь ш е
всего, а и м е н н о в Молитвах Мурсилиса во время чумы, хеттском тек­
сте XIII в. до н. э. Там р е ч ь идет о т е к с т е договора, о котором Мурси¬
лис говорит: «Но к э т о й т а б л и ч к е я не п р и б а в и л ни слова и не уба­
вил» (Е. Laroche, Collection des textes hittites № 379=KUB XXXI 121).
(Другого м н е н и я п р и д е р ж и в а е т с я H. Cancik, 1970, 85 ff., к о т о р ы й
толкует формулу здесь и во В т о р о з а к о н и и как «формулу переписчи­
ка».) Эта древнейшая функция ф о р м у л ы , «формула договора», долж­
на б ы т ь добавлена к ч е т ы р е м функциям, к о т о р ы е выделила A. As¬
srnann, 1 9 8 9 , 2 4 2 - 2 4 5 : формула вестника, формула переписчика, фор­
мула канона, формула свидетеля.
Формула канона п е р в ы й р а з в с т р е ч а е т с я в к о л о ф о н е в связи с
24

эпосом об Э р р е (Fishbane, 1972).


112 Часть первая. Общетеоретические основания

Эта «правовая» и «договорная» концепция письменной


т р а д и ц и и , з а р о д и в ш и с ь в В а в и л о н е , р а с п р о с т р а н и л а с ь на
З а п а д и с о х р а н и л а с ь в п л о т ь д о п о з д н е й а н т и ч н о с т и . Т а к , на­
п р и м е р , в конце письма Аристея о благополучно законченном
п е р е в о д е е в р е й с к о й Б и б л и и на греческий (Септуагинта) мы
читаем: «Перевод сделан прекрасно, благочестиво и совершен­
н о т о ч н о ; п о э т о м у с п р а в е д л и в о , ч т о б ы о н б ы л с о х р а н е н с дос­
л о в н о й т о ч н о с т ь ю и н е п р е т е р п е л н и к а к о г о и з м е н е н и я . Все
с о г л а с и л и с ь с э т и м и с л о в а м и . Тогда о н п р и к а з а л , с о г л а с н о их
о б ы ч а ю , проклясть того, кто внес бы и з м е н е н и я в перевод,
добавив или и з м е н и в или убавив что-либо от написанного. В
э т о м о н и д е й с т в о в а л и п р а в и л ь н о ; и б о э т о п и с а н и е д о л ж н о со­
х р а н и т ь с я н е и з м е н н ы м н а в с е в р е м е н а » (Riessler, 1 9 2 8 , 2 3 1 ) .
Эта ф о р м а канонизации текста через «заклятие» перепис­
чика в ф о р м е договора распространялась даже на ч т е н и е и
п о н и м а н и е т е к с т а . Г н о с т и ч е с к и й т р а к т а т « В о с ь м е р и ц а и Де¬
вятерица» и з Н а г Х а м м а д и , к о д е к с VI, № б, з а к а н ч и в а е т с я д л и н ­
н ы м и указаниями о т о м , как следует п е р е п и с ы в а т ь и с о х р а н я т ь
э т о т текст. С р е д и п р о ч е г о появляется и ю р и д и ч е с к а я форму­
ла п р о к л я т и я , о б р а щ е н н а я на сей раз не к переписчику, а к
читателю: «Напишем формулу проклятия на книге, чтобы это
и м я н е б ы л о и с п о л ь з о в а н о в о з л о т е м и , к т о ч и т а е т эту книгу, и
ч т о б ы о н и н е с о п р о т и в л я л и с ь д е л а м судьбы!» ( M a h e 1 9 7 8 , 8 4 f.)
С в я з ь « в е р н о с т и » и « в о с п р о и з в е д е н и я » о к а з ы в а е т с я об­
щим знаменателем в различных применениях этой формулы.
Всякий раз описывается поведение второго, следующего
(secundus от s e q u i — « с л е д о в а т ь » ) , к о т о р ы й т а к т е с н о , т а к т о ч ­
н о , так «по п я т а м » , как т о л ь к о м о ж н о , п р и м ы к а е т к чему-то
предшествующему. Д а ж е в основе музыкального употребления
с л о в а « к а н о н » л е ж и т т о т ж е с м ы с л : голоса должны « с л е д о в а т ь »
друг за другом и д е р ж а т ь с я за п р е д ш е с т в у ю щ и м и , т о ч н о вос­
п р о и з в о д я их. П о э т о м у к а н о н о с н о в ы в а е т с я на и д е а л е нулево­
г о о т к л о н е н и я в р я д у п о в т о р е н и й . О ч е в и д н а б л и з о с т ь к тому,
что мы назвали «обрядовой когерентностью». Канон можно
о п р е д е л и т ь как « п р о д о л ж е н и е о б р я д о в о й к о г е р е н т н о с т и сред­
ствами письменной традиции».
И с т о р и я формулы канона, о д н а к о , п р и в о д и т н а с н е в с ф е р у
обряда, а в с ф е р у права. Н а и б о л е е д р е в н и е свидетельства ее
Глава вторая. Письменная культура 113

у п о т р е б л е н и я н а х о д я т с я т а м , где р е ч ь и д е т о в ы с ш е й в е р н о с ­
ти в следовании законам и д о г о в о р н ы м обязательствам. Такой
смысл э т а ф о р м у л а и м е е т в о В т о р о з а к о н и и и намного рань­
2 5

ше в к о д е к с е Х а м м у р а п и и в х е т т с к и х т е к с т а х . П о э т о м у ка­
2 6

н о н м о ж н о о п р е д е л и т ь и к а к перенос коренящегося в сфере права


идеала обязательности и верного следования на всю центральную область
они задают человеческой деятельности строгие рамки пред­
писанного и ставят действующего в положение «secundus»,
к о т о р ы й д о л ж е н «следовать». Д о с т а т о ч н о беглого взгляда на
ключевые тексты еврейского канона, чтобы убедиться, что
р е ч ь з д е с ь и д е т с р а з у о б о б р я д е и о п р а в е . Е с л и о к и н у т ь взгля­
дом и с т о р и ю складывания еврейского канона, то и здесь эта
связь будет о ч е в и д н а . Ведь оба р е ш а ю щ и е э т а п а в складыва­
н и и к а н о н а , в а в и л о н с к о е и з г н а н и е и р а з р у ш е н и е В т о р о г о Хра­
ма, о б о з н а ч а ю т н е т о л ь к о п о т е р ю п р а в о в о г о с у в е р е н и т е т а и
политической идентичности, но и обрядовой преемственнос­
ти. И то, и другое п р и ш л о с ь спасать в ф о р м е канона, чтобы
они п е р е ж и л и разрыв. Благодаря пра-канону и (пра-)Второза-
к о н и ю как « п о р т а т и в н о й р о д и н е » (Гейне) удалось с п а с е н и е
И з р а и л я как к о н н е к т и в н о й структуры во все 50 л е т депорта­
ции, н е с м о т р я на утрату с т р а н ы и храма ( C r u s e m a n n , 1987).
П о с л е р а з р у ш е н и я В т о р о г о Х р а м а в 70 г. н. э . б ы л о к о н ч а т е л ь ­
но завершен в ы ш е д ш и й на п е р в ы й план уже в эллинистичес­
кую э п о х у т р е х ч а с т н ы й к а н о н Т е н а х 2 7
из 24 к н и г (Leiman,
1976). К а н о н в к о н е ч н о м с ч е т е п о д м е н и л с о б о й т е у ч р е ж д е ­
ния, в рамках и для обоснования которых возникли включен­
ные в него традиции: храм и синедрион . 2 8

П о н я т и е «канон» настолько важно для поставленного нами


вопроса о механизмах и средствах культурной преемственнос­
ти, что мы позволим себе более п о д р о б н ы й экскурс в его исто­
рию. Здесь греческое слово и еврейское содержание слились,

4 . 2 ; 13.1;CM.J. L e i p o l d t / S . Morenz, 1953, 57f.


25

О б этом п о д р о б н е е пойдет р е ч ь в шестой главе.


2 6

И в р и т с к о е о б о з н а ч е н и е Тенах — с о к р а щ е н и е н а з в а н и й т р е х
27

частей е в р е й с к о й Б и б л и и : Т ( о р ы : П я т и к н и ж и я ) — Н ( е в и и м : П р о р о ­
ков) — Х(етувим: а г и о г р а ф о в ) .
2 8
Ср. A. G o l d b e r g , в: A. u. J. Assmann, 1987, 2 0 0 - 2 1 1 .
114 Часть первая. Общетеоретические основания

о ч е в и д н о , в н е р а з р ы в н о е е д и н с т в о . Е с л и п р о с л е д и т ь е г о ис­
т о р и ю , т о для начала оказывается, ч т о греческое слово само
29
происходит от семитского заимствования , импортированно­
го в г р е ч е с к и й м и р вместе с о б о з н а ч а е м ы м им п р е д м е т о м .
Κανών с в я з а н о с κάννα, « т р о с т н и к » , к о т о р о е , в с в о ю о ч е р е д ь ,
восходит к ивритскому q a n e h , арамейскому qanja, вавилонс­
к о м у / а с с и р и й с к о м у q u a n u и, н а к о н е ц , к шумерскому gin: род
т р о с т н и к а a r u n d o d o n a x , к о т о р ы й , как и бамбук, п о д х о д и т для
изготовления прямых шестов и палок. Это и есть исходное
з н а ч е н и е с л о в а κανών. Κανών — э т о и н с т р у м е н т с т р о и т е л я и
о б о з н а ч а е т « п р я м о й ш е с т , т р о с т ь , п р а в и л о , л и н е й к у » (с н а н е ­
сенной измерительной шкалой).
Отправляясь от этого конкретного смысла, слово приоб­
рело разнообразные переносные значения, которые можно
сгруппировать в ч е т ы р е о с н о в н ы х с е м а н т и ч е с к и х гнезда:
1) м а с ш т а б , п р а в и л о , к р и т е р и й (а)
2) м о д е л ь , о б р а з е ц ( b )
3) п р а в и л о , н о р м а (с)
4) с п и с о к , п е р е ч е н ь ( d ) .

а) Масштаб, правило, критерий

В с е р е д и н е V в е к а д о н. э . г р е ч е с к и й с к у л ь п т о р П о л и к л е т
составил учебник под н а з в а н и е м «Канон», в к о т о р о м б ы л и пред­
30
ставлены меры идеальных пропорций человеческого тела .
2 9
Семитская э т и м о л о г и я оспаривается (на мой взгляд, без доста­
т о ч н ы х оснований) Ф р и с к о м (Hjalmar Frisk, G riechisches Etymolo­
gisches W ö r t e r b u c h , Heidelberg, 1973, 1, 780. О с н о в о п о л а г а ю щ е й для
и с т о р и и п о н я т и я является р а б о т а Н. O p p e l , 1937.
30
Diels, Vorsokratiker, 28 В 1—2. Характерна для смысла этого «Ка­
нона» в связи со с т р е м л е н и е м к т о ч н о с т и (ακρίβεια) следующая цита­
та: «Удача произведения зависит о т многих числовых с о о т н о ш е н и й ,
п р и ч е м мелочь может оказаться решающей». О «Каноне» Поликлета
см. Н . J. Weber, 1986, 42—59 и п р е ж д е всего А. Borbein, «Polyklet», в:
Göttinger G elehrte Anzeigen 234, 1 9 8 2 , 1 8 4 ­ 2 4 1 . Т. Hölscher, 1988, 140
связывает возникновение с о ч и н е н и я Поликлета и тем самым гречес­
кой т е о р и и искусства с духовной ситуацией того времени как рево­
л ю ц и о н н о й эпохи, характеризующейся утратой традиции и радикаль­
ным р а с ш и р е н и е м с ф е р д е я т е л ь н о с т и . С о т к р ы т и е м широких с ф е р
Глава вторая. Письменная культура 115

Согласно позднейшему п р е д а н и ю , он создал т а к ж е статую под


названием «Канон», которая служила о б р а з ц о м э т и х числовых
3 1
с о о т н о ш е н и й (т. е. з н а ч е н и е ( b ) ) . Э т о п о н я т и е к а н о н а и п о
с е й д е н ь у п о т р е б и т е л ь н о в и с к у с с т в о в е д е н и и , где п о д к а н о н о м
«понимается система мер, позволяющая по размерам одной
ч а с т и с д е л а т ь з а к л ю ч е н и е о ц е л о м , а п о р а з м е р у ц е л о г о — о раз­
32
мерах л ю б о й части, вплоть до мельчайших» . Классическим
п р и м е р о м т а к о г о п о л н о с т ь ю п р о с ч и т ы в а е м о г о и в э т о м смыс­
ле насквозь р а ц и о н а л ь н о г о искусства я в л я е т с я древнеегипет­
33
ское . Н о у П о л и к л е т а дело э т и м н е и с ч е р п ы в а е т с я . Ч а с т и
соотносятся с ц е л ы м не только так, ч т о л ю б а я из н и х поддает­
ся в ы ч и с л е н и ю ( э т о — е г и п е т с к и й п р и н ц и п ) , н о и т а к , ч т о о н и
составляют «одушевленное» целое, систему (suvsthma). Тело
д о л ж н о п р е д с т а в а т ь как о д у ш е в л е н н о е и з н у т р и . Э т о й ц е л и
служит и з о б р е т е н и е к о н т р а п о с т а , в ы я в л я ю щ е г о в п о к о е по­
тенциальное движение.
З д е с ь м ы с т а л к и в а е м с я с т и п и ч н о й с т р у к т у р о й : о с о б а я от­
крытость к продолжению или доступность подражанию того,
что построено по новым и в то же время п о н я т н ы м правилам,
с в я з ь м е ж д у строгостью формы и открытостью к продолжению.
Это в е р н о для всех п р о и з в е д е н и й искусства, ставших образ­
ц о м в с в о е м ж а н р е и п о э т о м у классикой, к а к , н а п р и м е р , т р и о ­
с о н а т ы К о р е л л и и л и с т р у н н ы й к в а р т е т Г а й д н а , о п . 3 3 (L. Fin¬
scher, 1 9 8 8 ) . Т о л ь к о ч е р е з к л а с с и ц и с т и ч е с к о е , и м и т и р у ю щ е е
о б р а щ е н и е , ч е р е з m i m e s i s , a e m u l a t i o , i m i t a t i o (Е. A. S c h m i d t ,

деятельности возникает п о в ы ш е н н а я п о т р е б н о с т ь в о р и е н т а ц и и ; на
место разрушенной традиции заступает р а ц и о н а л ь н о обоснованный
«канон».
31
S. O p p e l , 1937, 48—50. Согласно Галену, сам П о л и к л е т назвал
свою статую «Каноном» в смысле наглядного в о п л о щ е н и я своей тео­
р и и в о б р а з ц о в о м р е ш е н и и . Согласно П л и н и ю , Nat. Hist. 34, 55
(«Polyclitus ...doryphorum fecit et q u e m canona artifices vocant liniamenta
artis ex eo petentes veluti a lege q u a d a m » ) , «Каноном» стали называть
Д о р и ф о р а художники времен И м п е р и и , поскольку считали эту ста­
тую основополагающим и образцовым п р о и з в е д е н и е м .
32
Dictionnaire d e l'académie des Beaux arts III, 4 1 .
3 3
См. об этом м о н о г р а ф и ю Wh. Davis, 1989, с п о д р о б н о й библио­
г р а ф и е й по д а н н о й теме.
116 Часть первая. Общетеоретические основания

1 9 8 7 , 2 5 2 ff.), м о ж е т п р и н ц и п к а н о н а о с у щ е с т в л я т ь с в о ю ф у н ­
к ц и ю ф о р м ы культурного в о с п о м и н а н и я , как п р и б е ж и щ е рет­
роспективных поисков ориентации. Поликлета канонизиру­
ют, п о т о м у ч т о о н создал к а н о н . К а н о н и з а ц и я — э т о н е к а п р и з
и с т о р и и рецепции, а исполнение или осуществление потен­
ции, заключенной в самом произведении благодаря строгос­
ти его ф о р м ы и подчинению правилам . м

П р и м е р н о в т о ж е в р е м я , когда П о л и к л е т написал свой


трактат, ф и л о с о ф Демокрит опубликовал произведение под
т е м ж е н а з в а н и е м , а п о з ж е т о ж е сделал Э п и к у р ( О р р е l , 1937,
33—39). Р е ч ь и д е т з д е с ь о м е р и л е н а д е ж н о г о з н а н и я , о к р и т е ­
риях различения истинного и ложного, знания и иллюзии. У
Е в р и п и д а встречается п р и м е н е н и е слова «канон» в м о р а л ь н о м
смысле, как к р и т е р и й р а з л и ч е н и я между «прямым» и «кривым»
(т. е. м о р а л ь н о в е р н ы м и л и н е в е р н ы м ) . З д е с ь с в я з ь с к о н к ­
3 5

ретным значением «линейка» видна еще отчетливее. К более


т е х н и ч е с к и м у п о т р е б л е н и я м слова о т н о с и т с я п о н я т и е «канон»
в с т и л и с т и к е с о ф и с т о в . З д е с ь р е ч ь и д е т о б « и с о к о л и и » , о «раз­
меренной» прозе, к о т о р а я использует р а в н ы е по длине коло­
н ы . В у ч е н и и о музыке п и ф а г о р е й ц е в ( к о т о р ы х за э т о назы­
36

вали также «канониками») «гармонический канон» означает

34
П р и этом следует о т л и ч а т ь «открытость к продолжению» от
«повторяемости». Египетское искусство стремится к повторяемости.
О н о находится в ф у н к ц и о н а л ь н ы х рамках «обрядовой когерентнос­
ти» и не и с п ы т ы в а е т никакой п о т р е б н о с т и в вариативности. Напро­
тив, е в р о п е й с к о е искусство стремится к о т к р ы т о й продолжаемости,
т. е. к подражанию в условиях вариативности. Поэтому классическое
п р о и з в е д е н и е предполагает не т о л ь к о строгость ф о р м ы , но и авто­
н о м н о с т ь ф о р м ы и р е ф л е к с и ю о ф о р м е . Струнный квартет Гайдна,
оп. 33 равнозначен трактату об искусстве композиции, а Д о р и ф о р По­
ликлета сопровождался таким трактатом.
О р р е l , 1937, 23—25; «Электра» 50 сл. («Канон разума»).
35

О р р е l , 1937, 20—23; Ср. п а р о д и ю на с т и х о в ы е р а з м е р ы Еври­


3 6

пида в «Лягушках» А р и с т о ф а н а (797 сл.):


О н и п р и н о с я т отвесы и мерки для стихов
и к и р п и ч и к и , ч т о б ы туда подходили,
и угольник и циркуль, чтобы Еврипид
мерил трагедии стих за стихом.
Глава вторая. Письменная культура 117

монохорд как п р и б о р для и з м е р е н и я звуковых и н т е р в а л о в по


д л и н е струны ( O p p e l , 1937, 1 7 ­ 2 0 ) .
Общим знаменателем технических и интеллектуальных
п р и м е н е н и й слова «канон» является с т р е м л е н и е к в ы с о ч а й ш е й
т о ч н о с т и (ακρίβεια), п р е д с т а в л е н и е о б и н с т р у м е н т е , к о т о р ы й
может служить н о р м о й п р а в и л ь н о с т и как для познания, так и
д л я п о с т р о е н и я — будь т о п р о и з в е д е н и й искусства, звуков,
предложений, действий. Этот идеал т о ч н о с т и родом из стро­
ительного искусства. И м е н н о там п о я в и л с я и «живет» инстру­
м е н т , н а з ы в а е м ы й « к а н о н » , и э т о и с к у с с т в о п р е д с т а в л я е т со­
бой tertium comparationis для всех его п е р е н о с н ы х з н а ч е н и й .
«Акрибия» означает н а и т о ч н е й ш е е п л а н и р о в а н и е и расчет, а
также т о ч н е й ш е е в о п л о щ е н и е плана в действительность, че­
р е з м е р у и ф о р м у , т. е. ч и с л о , н а п р а в л е н и е , а б с о л ю т н у ю п р я ­
мизну или ж е т о ч н е й ш и м образом в ы м е р е н н у ю кривизну. Речь
идет о п о р я д к е , ч и с т о т е и г а р м о н и и , об и с к л ю ч е н и и случай­
ности и н е к о н т р о л и р у е м о г о о т к л о н е н и я , «халтуры» и лавиру­
ющего приспособления к данности.
« О н и п о в с ю д у п о л ь з у ю т с я п р а в и л а м и (κανώσι), с в и н ц о в ы ­
м и о т в е с а м и (σταθμοις), м е р а м и и ч и с л а м и (μετροις και αριθμοις),
ч т о б ы в п р о и з в е д е н и е н и г д е н е п р о н и к л о (τοις εργοις εγγενεται)
п р и б л и з и т е л ь н о е и с л у ч а й н о е (то εική και ώ ς έτυχε)». ( P l u t a r c h u s .
De Fortuna. 996).

b ) Образец, модель

П р и м е н е н и е п о н я т и я «канон» к человеку или типу челове­


ка к а к « м е р е » , т. е. о б р а з ц у п р а в и л ь н о г о д е й с т в о в а н и я , в п е р в ы е
встречается в к о н т е к с т е а р и с т о т е л е в с к о й э т и к и . Так, «благора­
з у м н ы й » (φρόνιμος) н а з в а н « к а н о н о м д е й с т в о в а н и я » ( P r o t r e p t i c u s
fr. 52 R o s e ; O p p e l , 1 9 3 7 , 4 0 ) . Д л я с о в р е м е н н о г о з н а ч е н и я с л о в а
решающим оказалось его употребление именно в этом смысле
в рамках классицистической теории мимесиса, популярной в
эпоху Августа. Л и с и й с ч и т а е т с я « к а н о н о м » ч и с т е й ш е г о атти­
ческого языка, судебной р е ч и , «диэгезы», Фукидид — «кано­
н о м » и с т о р и о г р а ф и и , и т. д. ( O p p e l , 1 9 3 7 , 44—47).
В контексте этих рассуждений мы встречаем как родствен­
н ы е п о н я т и я т а к ж е ορος « г р а н и ц у » и παράδειγμα « п р и м е р » . О б ­
118 Часть первая. Общетеоретические основания

р а з е ц задает г р а н и ц ы т о г о , как д а л е к о м о ж н о з а й т и , остава­


ясь в пределах определенной ж а н р о в о й или моральной нор­
м ы . Классические произведения в о п л о щ а ю т в с а м о й ч и с т о й ф о р ­
ме в н е в р е м е н н ы е н о р м ы . П о э т о м у о н и я в л я ю т с я м е р и л о м и
м е р о й как д л я э с т е т и ч е с к о г о суждения, так и для художествен­
ного творчества.
О б щ и м з н а м е н а т е л е м (а) и ( b ) я в л я е т с я п р е д с т а в л е н и е о
м е р е , в с л у ч а е (а) с к о р е е в с м ы с л е т о ч н о с т и , в с л у ч а е ( b ) с к о ­
рее в смысле нормативности.
Представление об образцовых произведениях образцовых
авторитетов входит и в современное понятие канона. Всякая
н о р м а т и в н а я э с т е т и к а «указывает» на «великие» п р о и з в е д е н и я
к а к р е а л и з а ц и ю с о в е р ш е н с т в а . Index, т о е с т ь « у к а з у ю щ и й па­
лец», — называется т а к о й канон у К в и н т и л и а н а . Другие его обо­
з н а ч е н и я — ordo, numerus, см. п у н к т ( d ) .

с) Правило, норма

Э т о з н а ч е н и е п о с р а в н е н и ю с (b) — л и ш ь н е б о л ь ш о й даль­
н е й ш и й шаг по пути а б с т р а к ц и и . О б р а з е ц в о п л о щ а е т норму,
которая, в свою очередь, задается правилами и законами. По­
э т о м у з а к о н в о с х в а л я е т с я к а к « к а н о н » , т. е. к а к о б р а з ц о в о е о б я ­
зательное основание гражданского общежития, в противопо­
37
ложность произволу правителей в монархиях и олигархиях .
В этом смысле и Десять заповедей у Филона и других еврейс­
38
ких писателей называются «каноном» . В смысле «правило,
принцип» это слово использует Панэтий в Этике, говоря о
κανών της μεσότητος = r e g u l a m e d i o c r i t a t i s ( O p p e l , 1 9 3 7 , 8 8 ) . Б л и з ­
ко к этому и с л о в о у п о т р е б л е н и е р а н н е й ц е р к в и , к о т о р а я обо­
з н а ч а е т в ы р а ж е н и е м κανών της αληθείας = r e g u l a v e r i t a t i s , r e g u l a
fidei п о с л е д н ю ю и н с т а н ц и ю р е ш е н и й п о в о п р о с а м в е р ы , н о р ­
S9
му, к о т о р о й в с е и з м е р я е т с я . К а н о н о м т а м н а з ы в а е т с я т а к ж е
о т д е л ь н о е п о с т а н о в л е н и е с и н о д а и в о с о б е н н о с т и т в е р д о за­

37
Например Эсхин, I,4; другие подтверждения у Oppel, 1937, 51—57.
38
O p p e l , 1937,57—60. «Каноном» Филон называет десять запове­
дей, а не всю Тору в целом. В другом месте отдельные законы названы
κανώνες.
39
К. Aland, 1970, 145 f.; Α. M. Ritter, 1987, 97 f.
Глава вторая. Письменная культура 119

данные церковью правила покаяния, составляющие «канони­


ч е с к о е п р а в о » ( O p p e l , 1 9 3 7 , 71 f). Е с л и в о в с е х э т и х к о н т е к ­
стах п о н я т и е «канон» о т н о с и т с я к ж и з н е н н о в а ж н ы м прави­
лам и нормам, то в словоупотреблении грамматиков эпохи
империи он опускается на уровень простого грамматического
правила (Oppel, 1937, 6 4 ­ 6 6 ) .

d ) Таблица, перечень

Наконец, «каноном» называли в эпоху римской и м п е р и и


таблицы астрономов, на к о т о р ы х основывалось исчисление
в р е м е н и , и т а б л и ц ы х р о н и с т о в , на к о т о р ы х о с н о в ы в а л а с ь ис­
т о р и о г р а ф и я . М а т е м а т и к К л а в д и й П т о л е м е й н а з в а л в о II в е к е
нашей эры свои подручные таблицы для исчисления времени
πρόχειρι κανώνς. К н и м о т н о с и т с я т а к ж е и « ц а р с к и й к а н о н » (κανών
βασιλέων), с п и с о к ц а р с к и х и м е н , н а ч и н а я с в а в и л о н с к о г о ц а р я
Навуходоносора. Это словоупотребление еще ж и в о в англий­
с к о м и ф р а н ц у з с к о м я з ы к а х , где е г и п е т с к и е и м е с о п о т а м с к и е
списки царей именуются «canon». Напротив, в немецком язы­
ке в п о н я т и и «канон» с л и ш к о м силен элемент обязательного,
непременного, нормативного, чтобы называть такие переч­
ни K a n o n . Тем н е м е н е е м ы г о в о р и м о « к а н о н е п р е д м е т о в »
(«Fächerkanon») университета или факультета, подразумевая
под этим о б я з а т е л ь н ы й н а б о р структурно н е о б х о д и м ы х пред­
м е т о в . Т е м , где о т с у т с т в у е т н о р м а т и в н ы й х а р а к т е р , п о ­ н е м е ц ­
ки п р е д п о ч и т а ю т с я т а к и е в ы р а ж е н и я , как «список» («Liste»),
«набор» («Inventar»), «каталог» («Katalog») ( н а п р и м е р , «список
м ы т а к ж е г о в о р и м « н а б о р п р е д м е т о в » ( « F ä c h e r k a t a l o g » ) , ког­
да х о т и м з а т у ш е в а т ь н о р м а т и в н ы й а с п е к т в пользу д е с к р и п ­
тивного).

Списки классических, ставших образцами в своем жанре,


п о э т о в , о р а т о р о в , и с т о р и к о в , д р а м а т у р г о в , ф и л о с о ф о в , со­
ставлявшиеся александрийскими и римскими (времен импе­
р и и ) г р а м м а т и к а м и , в а н т и ч н о с т и не н а з ы в а л и к а н о н о м . Д а ж е
4 0
списки, фигурировавшие в спорах внутри древней Ц е р к в и о

См. об этом с б о р н и к Н. K ä s e m a n n , 1970.


120 Часть первая. Общетеоретические основания

т о м , к а к и е к н и г и н а д л е ж и т п р и з н а т ь с в я щ е н н ы м и , т о е с т ь до­
41
п у с т и т ь д л я ч т е н и я в б о г о с л у ж е н и и , не н а з ы в а л и с ь к а н о н о м
(Е. А. S c h m i d t , 1 9 8 7 ) . Э т о д а е т п р е д с т а в л е н и е о т о м , к а к и з м е ­
н и л о с ь з н а ч е н и е слова «канон» со в р е м е н а н т и ч н о с т и .
А н т и ч н ы е употребления слова «канон» были связаны с
к о н к р е т н ы м з н а ч е н и е м . П о э т о м у , ч т о б ы у л о в и т ь о б щ и й се­
м а н т и ч е с к и й з н а м е н а т е л ь р а з л и ч н ы х з н а ч е н и й , о ч е н ь важ­
н о у я с н и т ь ф у н к ц и и к о н к р е т н о г о « к а н о н а » . С у д я п о всему, в
основе всех м е т а ф о р и ч е с к и х у п о т р е б л е н и й слова лежит
с т р о и т е л ь н ы й «канон» как к о н к р е т н ы й предмет. О с н о в н ы м
признаком канона — шеста — является для строительного
дела его прямизна. О н а служит «правилом», чтобы прямо
п о л о ж и т ь к а м н и с т е н ы . Если на т а к о й « к а н о н » н а н о с и т с я из­
мерительная шкала, он становится одновременно и линей­
4 2
к о й , к о т о р а я о п р е д е л я е т и п о к а з ы в а е т о б м е р ы . Т а к и м об­
р а з о м , к а н о н п р е ж д е в с е г о инструмент. О н служит опреде­
л е н н о й цели. Это инструментальное з н а ч е н и е ощутимо во
всех а н т и ч н ы х употреблениях слова. В качестве инструмен­
та канон служит о р и е н т а ц и и , он помогает строить точно,
то есть п р я м о и соразмерно, в переносном смысле — действо­
в а т ь в с о о т в е т с т в и и с н о р м о й . К а н о н — нормативный инст­
румент, к о т о р ы й не только устанавливает, что есть, но и
предписывает, что должно быть. Этот смысл в немецком
л у ч ш е в с е г о п е р е д а е т э л е м е н т «Richt­» («прав­): R i c h t s c h e i t
( п р а в и л о ) , Richtlinie ( н а п р а в л е н и е ) . К а н о н о т в е ч а е т на воп­
р о с : « Н а ч т о н а м р а в н я т ь с я (sich r i c h t e n ) » ? В с т р о и т е л ь с т в е
к а н о н в ы п о л н я е т эту ф у н к ц и ю б л а г о д а р я с в о е й п р я м и з н е и,
в случае н е о б х о д и м о с т и , б л а г о д а р я т о ч н о н а н е с е н н о й на нем
шкале.
Итак, для а н т и ч н ы х у п о т р е б л е н и й слова «канон» харак­
т е р н о п о с т о я н н о е присутствие к о н к р е т н о й связи с «мери­
лом»:

41
Так, в самом древнем из известных списков канонов, фрагмен­
те Муратори, к а н о н и ч е с к и е книги о п р е д е л я ю т с я как т о , что «se
церкви», т о есть п р о ч и т а н о во время богослужения.

42
κανών της αναλογίας, «мера с о о т н о ш е н и й » .
Глава вторая. Письменная культура 121

Ввиду т а к о г о п р о и с х о ж д е н и я м е т а ф о р ы в а н т и ч н о с т и ре­
ш а ю щ и м был и н с т р у м е н т а л ь н ы й аспект. К а н о н был п р е ж д е
всего инструментом о р и е н т а ц и и , о б е с п е ч и в а ю щ и м точность,
надежные о т п р а в н ы е пункты, четкие направления. Э т и м объяс­
няется значение «таблица, перечень», для а н т и ч н о с т и скорее
второстепенное, но ставшее — через церковное его примене­
ние к спискам священных книг — центральным в спектре совре­
менных з н а ч е н и й слова «канон». Таблицы а с т р о н о м о в и хро­
нографов — это инструменты, вспомогательные средства для
о р и е н т а ц и и в о в р е м е н и . П р и э т о м я в н о п о м н и л и о ш к а л е , на­
н о с и м о й н а с т р о и т е л ь н ы й и л и м у з ы к а л ь н ы й и н с т р у м е н т «ка­
нон». Таблицы предлагают х р о н о л о г и ч е с к и е «шкалы», к о т о р ы е
основаны л и б о на а с т р о н о м и ч е с к и х единицах, т а к и х как обо­
рот светил, л и б о на и с т о р и ч е с к и х единицах, таких как перио­
дически повторяющиеся игры, праздники, периоды правления
и в р е м е н а ц а р с т в о в а н и я . Н а п р о т и в , и м е н н о из­за о т с у т с т в и я
инструментального о т т е н к а «каноном» н е н а з ы в а л и с ь как раз
такие списки, с к о т о р ы м и п р е ж д е всего связано с о в р е м е н н о е
понятие канона, — составлявшиеся грамматиками александрий­
с к о й и и м п е р а т о р с к о й э п о х и с п и с к и к л а с с и ч е с к и х п о э т о в , пи­
сателей, о р а т о р о в и ф и л о с о ф о в . Эти списки сами по себе не
заключают в себе ничего «канонического» в античном смысле,
то есть образцового, служащего мерилом. Ведь «каноном» в этом
с м ы с л е всегда б ы в а е т л и ш ь о т д е л ь н ы й к л а с с и к , а н е г р у п п а . Со­
ч и н я ю щ и й , н а п р и м е р , судебную р е ч ь , р а в н я е т с я н а Л и с и я и л и
Исократа, но не на список десяти аттических ораторов. Э т о т
п о с л е д н и й п о ­ г р е ч е с к и и н о г д а о б о з н а ч а л и к а к χορός, а по­латы¬
ни — как o r d o , n u m e r u s , i n d e x . П о э т о м у в а н т и ч н о с т и с т а к и м и
перечнями не связывается преставление об исключительности,
43
равно как и об « а п о к р и ф и ч н о с т и » того, ч т о в них не входит .

43
Это п о д ч е р к и в а е т Е. А. Schmidt, 1987,247.
122 Часть первая. Общетеоретические основания

С е г о д н я , н а п р о т и в , м ы всегда п о д р а з у м е в а е м п о д « к а н о н о м »
г р у п п у и н и к о г д а — н е ч т о е д и н и ч н о е , будь т о п р о и з в е д е н и е и л и
автор. Поэтому, в т о ч н о с т и н а о б о р о т п о с р а в н е н и ю с а н т и ч н ы м
словоупотреблением, мы можем назвать «каноном» список, но
никак н е Л и с и я и л и Фукидида.

2. Д а л ь н е й ш е е р а з в и т и е з н а ч е н и я

Е с л и о т в л е ч ь с я о т с п е ц и а л ь н ы х у п о т р е б л е н и й , у ж е в ан­
т и ч н о с т и п р и о б р е т ш и х т е х н и ч е с к и й х а р а к т е р , к о т о р ы е в рам­
ках соответствующей д и с ц и п л и н ы д о ж и л и н е и з м е н н ы м и до
с е г о д н я ш н е г о д н я — как, н а п р и м е р , « к а н о н и ч е с к о е п р а в о » ,
« к а н о н п р о п о р ц и й » ( в о с х о д я щ и й н е п о с р е д с т в е н н о к Поликле¬
ту) в и с к у с с т в о в е д е н и и и л и о б о з н а ч а е м ы е в а н г л и й с к о й и
ф р а н ц у з с к о й и с т о р и о г р а ф и и как «canon» с п и с к и ц а р е й , — т о
м о ж н о к о н с т а т и р о в а т ь и з м е н е н и е з н а ч е н и я , о с н о в а н н о е на
смещении метафорической основы. Как это получилось?
И з м е н е н и е б ы л о в ы з в а н о ц е р к о в н ы м у п о т р е б л е н и е м по­
4 4
н я т и я «канон» . П р и э т о м ц е р к о в ь в т е ч е н и е двух с т о л е т и й
вела с п о р ы о «каноне», то есть о признаваемом обязательным
списке священной литературы, не употребляя самого слова
«канон». П о д к а н о н о м п о н и м а л и с ь с к о р е е , в с м ы с л е (с), Мои­
сеев Закон или отдельное постановление церковного собора,
или ведущий п р и н ц и п в вероучительных и жизненных вопро­
с а х (κανών της αναλογίας, r e g u l a v e r i t a t i s , r e g u l a fidei). Н о з а т е м в
IV в. н. э . с п о р б ы л з а к р ы т п у т е м о б щ е о б я з а т е л ь н о г о р е ш е н и я
(«канона») церковного собора и был утвержден список, при­
з н а н н ы й с в я щ е н н ы м и а в т о р и т е т н ы м . Э т о т с п и с о к с т а л и от­
н ы н е называть каноном: не в смысле «таблицы» (смысл (d)), а
п о т о м у ч т о он, в смысле (с), п р е д с т а в л я л с о б о й о б я з а т е л ь н о е
п о с т а н о в л е н и е с о б о р а и имел силу закона. Так в о з н и к л о э т о
своеобразное смешение обоих смыслов, понятие списочного
состава текстов (d), который возводится в ранг общеобязатель­
н о г о , в с е о б о с н о в ы в а ю щ е г о , ж и з н е о б р а з у ю щ е г о п р и н ц и п а (с),

44
O p p e l , 1937, 69 f; Pfeiffer, 1970, 255. П е р в ы м свидетельством
м о ж н о с ч и т а т ь Евсевия, «Церковная и с т о р и я » (Hist. eccl. 6 . 2 5 , 3).
Глава вторая. Письменная культура 123

п о р о д и в ш е е и д е ю текстового канона, к о т о р а я н а с е г о д н я ш н и й
день я в л я е т с я самым к о н к р е т н ы м и потому в н е к о т о р о м смыс­
ле «буквальным» з н а ч е н и е м этого слова:

а) Канон и кодекс

Если м ы о т в л е ч е м с я пока от з н а ч е н и я (а), т о в э т о м обзо­


ре б р о с а ю т с я в глаза две вещи: п о н я т и е к а н о н а стало б о л е е
к о н к р е т н ы м , с о д е р ж а т е л ь н ы м и о ц е н о ч н ы м . С е г о д н я п р и сло­
ве «канон» м ы думаем с п е р в а о С в я щ е н н о м П и с а н и и и л и о б
о б щ е о б я з а т е л ь н о й н о р м е , а не об о т в е с е и л и л и н е й к е . П о н я ­
тие канона утратило инструментальность, зато обогатилось
категориями нормативности, оценочности и общеобязатель­
ности. Сегодня мы не назовем ни астрономические и хроно­
логические таблицы, ни, например, грамматические правила,
«каноном», поскольку они не предполагают нормативности и
о ц е н о ч н о с т и . О н и г о в о р я т о том, ч т о есть, а не о том, ч т о дол­
жно быть. Поэтому мы, в отличие от античности, различаем
понятия «канон» и «правило». П о д ч и н е н н о с т ь правилам есть
необходимая предпосылка любой коммуникации и тем самым
любой ф о р м ы общежития и смыслополагания. Правила есть
в с е г д а и п о в с ю д у , г д е л ю д и ж и в у т в м е с т е . Д л я э т и х п р а в и л ус­
т а н о в и л о с ь п о н я т и е «кодекса». «Канон», в о т л и ч и е о т кодек­
са, я в л я е т с я н е а н т р о п о л о г и ч е с к о й у н и в е р с а л и е й , а о с о б ы м
случаем — случаем с о о т н е с е н и я с п р и н ц и п о м , н о р м о й , ценно­
стью, п е р е ф о р м и р у ю щ е г о отдельные коды (такие, н а п р и м е р ,
грамматические правила языка). Разве что применительно к
и с к л ю ч и т е л ь н о н о р м а т и в н о й г р а м м а т и к е , т. е. э с т е т и ч е с к и
или идеологически обусловленному регулированию языка, мы
стали бы г о в о р и т ь о «каноне». Д е л о в том, что в случае канона
р е ч ь н и к о г д а н е и д е т о с а м о с о б о й р а з у м е ю щ и х с я н о р м а х (ка­
ковы, например, н о р м ы грамматической приемлемости), а о
124 Часть первая. Общетеоретические основания

норме особого, не разумеющегося само собой совершенства.


Поэтому канон — это кодекс второй степени. О н накладывает­
с я и з в н е , и л и « с в е р х у » , т. е. в ф о р м е с т о р о н н е г о з а к о н о д а т е л ь ­
н о г о у р е г у л и р о в а н и я , н а с л е д у ю щ и е с о б с т в е н н ы м з а к о н а м (и
в этом смысле «естественные») системы правил социальной
к о м м у н и к а ц и и и с м ы с л о о б р а з о в а н и я . М ы т о л ь к о тогда гово­
р и т о «каноне», когда смысловые кодексы первого порядка,
лежащие в основе всякой социальной коммуникации, пере­
оформляются «оценочными кодексами второго порядка».
Гражданский кодекс, согласно этому п о н и м а н и ю , не канон,
хотя и основной закон. О с н о в н о й закон формулирует считаю­
щ и е с я н е п р е л о ж н ы м и и т е м с а м ы м в н е к о т о р о м с м ы с л е свя­
щ е н н ы е п р и н ц и п ы , к о т о р ы е кладутся в о с н о в у в с я к о г о даль­
нейшего законодательства, но сами неподвластны никаким
решениям, поскольку всякое решение должно основываться
н а н и х . П о э т о м у Д . К о н р а д ( D . C o n r a d , 1 9 8 7 ) о п р е д е л я е т ка­
нон как «норму в т о р о й степени».

b) Освящающий принцип: формула единообразия


или автономность

Тем с а м ы м м ы п р и х о д и м к н о р м е н о р м , д о к о т о р о й усили­
лось первоначальное значение абстрактного мерила. Поэто­
му м ы г о в о р и м о б о с в я щ а ю щ е м п р и н ц и п е и п о н и м а е м п о д э т и м
канон в смысле все связующей формулы е д и н о о б р а з и я . Это
п о н я т и е канона — м ы г о в о р и м о «правиле, норме» — в ы ш л о из
словоупотребления церкви. Ц е р к о в ь впервые выступила с пре­
т е н з и е й на в с е о х в а т ы в а ю щ и й и в то ж е в р е м я к а н о н и ч е с к и й ,
т о е с т ь о с н о в а н н ы й н а и с т и н е , н е о с п о р и м ы й а в т о р и т е т , и,
сделав свой канон о б я з а т е л ь н ы м для всех, п о р о д и л а моноцен­
т р и ч е с к у ю культуру. Д л я т а к о й к у л ь т у р ы х а р а к т е р н а е е ц е л о с т ­
ная ориентация, власть формулы единообразия, переформи­
р у ю щ е й и с в я з ы в а ю щ е й р а з л и ч н ы е к о д е к с ы к у л ь т у р н о й ком­
м у н и к а т и в н о й п р а к т и к и , ф о р м у л ы , к о т о р а я н е о с т а в л я е т мес­
та д л я с а м о с т о я т е л ь н о г о м ы ш л е н и я и н е з а в и с и м о й р е ч и .
Здесь мы должны вернуться к значению «мерило, крите­
рий» и о б р а т и т ь в н и м а н и е на один парадокс в употреблении
слова «канон» в Н о в о е время. П о д каноном м о ж е т подразуме­
в а т ь с я н е т о л ь к о о п р е д е л я ю щ а я культуру — п о к р ы в а ю щ а я е е
Глава вторая. Письменная культура 125

о б щ е й к р о в л е й — ф о р м у л а е д и н о о б р а з и я , с л о в о «канон» мо­
жет относиться также к основаниям особых порядков, выби­
в а ю щ и х с я и з п е р е ф о р м и р у ю щ е г о а в т о р и т е т а государства, цер­
кви, т р а д и ц и и .
Ссылаясь на канон, н а п р и м е р , на сталинистский канон
социалистического реализма, а в т о р и т е т государства в л и ц е
его ц е н т р а л ь н ы х органов вмешивается в работу художни­
4 5
к о в , и с с ы л а я с ь на к а н о н , н а п р и м е р , н а « к а н о н ч и с т о г о ра­
зума», м ы с л ь м о ж е т о с в о б о ж д а т ь с я о т о п е к и государства и ре­
4 6
лигии . О д и н канон — это п р и н ц и п культурной гетерономии,
к о т о р ы й подчиняет отдельные области культурной практи­
ки в ы ш е с т о я щ е й д и с ц и п л и н е д о г м а т и к и или и д е о л о г и и , а
другой канон — это п р и н ц и п культурной а в т о н о м и и , к о т о р ы й
способствует выделению специфических дискурсов из обще­
го к о н т е к с т а к у л ь т у р ы . К а н о н в э т о м п о с л е д н е м с м ы с л е о б е с ­
печивает выход п р и н ц и п о в из­под о х р а н ы а в т о р и т а р н ы х
п о с т а н о в л е н и й и приказов на с в о б о д н ы й п р о с т о р очевиднос­
ти и верифицируемости. Здесь н о р м ы тоже являются каноном,
поскольку ими нельзя располагать по своему усмотрению. Н о
о н и н е а в т о р и т а р н ы , а р а ц и о н а л ь н ы , т. е. о б о с н о в а н ы н е с
о п о р о й на власть, а с о п о р о й на очевидность, верифицируе¬
мость и о б щ е е м н е н и е .
С помощью этого понятия канона обосновывается особая
для каждой области аксиоматика науки, им в ы в е р я ю т с я основ­
ные законы, действующие внутри каждой отдельной дисцип­
л и н ы . К а н т г о в о р и т о « к а н о н е » в ф и л о с о ф и и , Д ж . С. М и л л ь —
в л о г и к е . В ю р и с п р у д е н ц и и ф и г у р и р у е т «канон ч е т ы р е х пра­
вил и с т о л к о в а н и я » ( C o n r a d , 1987, 51). О б р а щ е н н о е к собра­
тьям по цеху с о ч и н е н и е П о л и к л е т а под названием «Канон»
м о ж н о , н а в е р н о е , счесть а н а л о г и ч н ы м шагом п о пути разгра­
н и ч е н и я к у л ь т у р н ы х с ф е р и о б о с н о в а н и я а в т о н о м и и искусст­
ва. С к а ж д ы м и з о б р е т е н и е м и л и у с т а н о в л е н и е м н о в ы х к а н о н и ­
ч е с к и х н о р м в т а к и х о б л а с т я х , как ф и л о с о ф и я , э т и к а , л о г и к а ,
ф и л о л о г и я , искусство и проч., культура т е р я е т в своем един­
стве, зато в ы и г р ы в а е т в м н о г о о б р а з и и и сложности.

4 5
Н . G ü n t h e r , in: A. u. J. Assmann, 1987, 1 3 8 ­ 1 4 8 .
46
К. Wright, in: A. u . J . Assmann, 1987, 3 2 6 ­ 3 3 5 .
126 Часть первая. Общетеоретические основания

Итак, парадокс в понятии канона в Новое время состоит в


т о м , ч т о канон п р и м е н я е т с я и как движущая сила а в т о н о м и и ,
и к а к д в и ж у щ а я с и л а п о д ч и н е н н о с т и целому. Е с л и П р о с в е щ е ­
н и е как в а н т и ч н о с т и , так и в Н о в о е в р е м я ссылалось на канон
и с т и н ы как п р и н ц и п д и ф ф е р е н ц и а ц и и кодексов, т о средне­
в е к о в а я ц е р к о в ь и с о в р е м е н н ы е т о т а л и т а р н ы е р е ж и м ы ссы­
л а ю т с я н а к а н о н а в т о р и т е т а к а к н а п р и н ц и п у н и ф и к а ц и и ко­
дексов. В обоих случаях — и э т о служит общим знаменателем —
речь идет не просто о нормах, а о норме норм, о последнем
обосновании, к р и т е р и и ценности, то есть об «освящающем
принципе».

с) Освященный набор текстов: канон и классика

В I V в. н . э . , к о г д а ц е р к о в ь н а ч а л а п р и м е н я т ь п о н я т и е ка­
н о н а к составу с в о е г о п р и з н а н н о г о с в я щ е н н ы м П и с а н и я , воз­
н и к л о т о р е ш а ю щ е е р а с ш и р е н и е или с м е щ е н и е з н а ч е н и я это­
го слова, которое и стало о п р е д е л я ю щ и м для его сегодняшне­
го у п о т р е б л е н и я . О т н ы н е п о н я т и е «канон» связано с идеей
с в я щ е н н о г о наследия, «священного» как в смысле абсолютно­
го а в т о р и т е т а и обязательности, так и в смысле н е п р и к о с н о ­
в е н н о с т и , н е п о з в о л я ю щ е й « н и ч е г о п р и б а в и т ь , н и ч е г о уба­
вить, ничего изменить». Содержание, обозначаемое отныне
с л о в о м « к а н о н » , к о н е ч н о , с т а р ш е I V в. н. э. С п о р о « н а б о р е
священных текстов» начался в ранней христианской церкви
у ж е в о II в. и б ы л б ы н е м ы с л и м б е з и у д е й с к о г о о б р а з ц а и за­
в е р ш и в ш е й с я в I—II в в . к а н о н и з а ц и и е в р е й с к о й Б и б л и и . О д ­
47

нако представления об о б я з а т е л ь н о с т и и л е г и т и м н о с т и тра­


д и ц и и , с в я з ы в а е м ы е в иудаизме и христианстве со с в я щ е н н ы м
текстом, очень различны. В иудаизме р е ш а ю щ и м к р и т е р и е м
является понятие боговдохновенного слова , а в христиан- 4 8

47
S. L e i m a n , 1976; Е C r u s e m a n n , 1987.
48
В и в р и т е не существует слова со значением «канон», а только
в ы р а ж е н и я , означающие к а н о н и ч е с к и е тексты. О с о б е н н о важным и
поучительным является использованное собором в Я м н и и обозначе­
ние: канонические тексты «делают руки нечистыми», т. е. о н и непри­
к о с н о в е н н ы , как с в я щ е н н ы е предметы. Ср. A. Goldberg, в: A. u. J.
Глава вторая. Письменная культура 127

с т в е — а п о с т о л ь с т в а , т о е с т ь с в и д е т е л ь с т в а о ч е в и д ц а . Д л я ев­
реев П и с а н и е — это само О т к р о в е н и е , для х р и с т и а н — путь к
О т к р о в е н и ю , к о т о р о е , будучи Б л а г о й в е с т ь ю , п о сути с в о е й
устно. Как и з в е с т н о , к а т о л и ч е с к а я и п р о т е с т а н т с к а я т е о л о г и и
также достаточно далеко расходятся в понимании обязатель­
ности П и с а н и я и легитимности традиции. Однако богословс­
кое и религиозно-теоретическое п о н я т и е канона достаточно
широко, чтобы не только вместить в себя эти различия, но и
быть п р и м е н и м ы м и к любому другому составу с в я щ е н н о й ли­
т е р а т у р ы , п о с к о л ь к у т а к о в о й с ч и т а е т с я а в т о р и т а р н ы м и не­
п р и к о с н о в е н н ы м : к К о р а н у м у с у л ь м а н , к П а л и - к а н о н у буддиз­
ма ( х и н а я н а ) , и п р о ч .
В Н о в о е время в понятии канона богословское представ­
ление о «каноне текстов» заступило место, принадлежавшее в
а н т и ч н о с т и «правилу» строителя: место самого к о н к р е т н о г о ,
наглядного и потому объясняющего более образные употреб­
ления значения. Поэтому не только правило строителей, но и
Б и б л и я б о г о с л о в о в стоят у нас п е р е д глазами, когда мы гово­
рим о каноне применительно к той охранительной, огоражи­
вающей инвентаризации традиции, с которой связывается
хотя и не п о н я т и е священного, но п о н я т и е «классического»
как о б р а з ц о в о г о , а в т о р и т е т н е й ш е г о , н о р м а т и в н о г о и вопло­
щ а ю щ е г о ц е н н о с т и : т о т культ д р е в н е г о , к о т о р ы й в А з и и и, на­
верное, и в Египте, связан с ф о р м а м и почитания предков, а в
европейской традиции приобрел форму интертекстуального
диалога между д р е в н и м и и н о в ы м и авторами. Если под кано­
н о м п о д р а з у м е в а е т с я а в т о р и т е т н о е и н е п р и к о с н о в е н н о е куль­
турное наследие, которое может состоять либо из священных,
то есть религиозных, либо из классических, то есть поэтичес­
ких, ф и л о с о ф с к и х и н а у ч н ы х т е к с т о в , т о м ы с л ь о ф у н к ц и о н а л ь ­
н о й э к в и в а л е н т н о с т и к л а с с и ч е с к о г о и р е л и г и о з н о г о к а н о н а на­
прашивается сама собой.
Однако п р и м е н е н и е слова канон к классическим произве­
дениям п о э з и и , искусства, ф и л о с о ф и и и науки и м е е т еще и
совсем другой корень, чем богословский канон текстов. Это
античное понятие канона в смысле оценочного мерила, кри­
т е р и я как д л я с а м о й д е я т е л ь н о с т и , так и, п р е ж д е всего, для
о ц е н к и результатов д е я т е л ь н о с т и художника, как о т в е т на воп-
128 Часть первая. Общетеоретические основания

рос: «На что мы должны равняться?». Канон задает мерила


того, что считается прекрасным, великим и значительным. И
задает он их, указывая на произведения, в которых эти ценно­
сти образцово воплощены. П о н я т и е классики применяется не
только ретроспективно к р е ц е п ц и и того, что входит в состав
отборных авторитетов, но и проспективно к открывающему­
ся отсюда горизонту в о з м о ж н о с т е й законного п р о д о л ж е н и я .
О н о включает в себя оба представления: как о «наборе священ­
ных текстов», так и о ценностной ориентации, направляющей
суждение и творчество, об «освящающем принципе»:

освящающий принцип:
набор священных текстов:
Мерило и критерий области эс­
Светский канон текстов (или
тетики; общеобязательность тра­
произведений), замкнутый набор
диции, имеющей жизнеорганизу¬
избранного в избранного в при­
ющий, «национальный» автори­
обретшей ориентир для творче­
тет; образцовое воплощение вне­
ства и суждения; специфичная
временных норм («автономная»
для данной системы открытость
обязательность собственного
к продолжению)
выделенного порядка

В с я к о е о б р а щ е н и е к т р а д и ц и и с ц е л ь ю о т б о р а , т о е с т ь вся­
кий акт рецепции, является одновременно признанием специ­
ф и ч е с к о й системы ценностей. Р е ц е п ц и я и утверждение цен­
н о с т е й в з а и м о о б у с л о в л е н ы . П о э т о м у п о н я т и е к а н о н а н е слу­
ч а й н о о т н о с и т с я и к тому, и к другому. В э т о м з а к л ю ч а е т с я е г о
терминологическая плодотворность. О н о позволяет п о отно­
ш е н и ю к н е п р и к о с н о в е н н о м у к о р п у с у с в я щ е н н ы х т е к с т о в сра­
зу и н а з в а т ь е г о ж и з н е о р г а н и з у ю щ у ю , о п р е д е л я ю щ у ю , о р и е н ­
тирующую ф у н к ц и ю и указать, в связи с к р и т е р и я м и и непре­
менными ценностями художественного творчества, в то ж е
в р е м я н а произведения, в которых образцово воплощены эти
ценности.
С д р у г о й с т о р о н ы , э т а д в о й с т в е н н о с т ь , н е п р и с у щ а я зна­
ч е н и ю слова «канон» и з н а ч а л ь н о , а р а з в и в ш а я с я л и ш ь в силу
его богословского п р и м е н е н и я к канону Священного Писания,
п о р о ж д а е т и е г о н е ч е т к о с т ь . Ч т о б ы с п р а в и т ь с я с н е й , м ы бу­
дем различать ш и р о к о е и узкое п о н я т и е канона, то есть при-
Глава вторая. Письменная культура 129

меним п р о т и в о п о с т а в л е н и е , заключающееся в п о н я т и и кано­


на, п о в т о р н о к о д н о й и з п р о т и в о п о с т а в л е н н ы х с е г о п о м о щ ь ю
сторон. В широком смысле канон противостоит традиции, в
узком — классике:

Для различения традиции и канона решающим критери­


ем я в л я е т с я и с к л ю ч е н и е а л ь т е р н а т и в и в ы г о р а ж и в а н и е ото­
бранного. Н е признанное классикой не получает тем самым
клейма «малоценного» или даже «вредного», «еретического».
Цензура, руководствующаяся понятием классики, касается
лишь вопроса авторитета, способности служить образцом для
подражания и мерилом. А самое главное, классицистическая
селекция никогда не считает себя абсолютно обязательной.
Другие эпохи, другие ш к о л ы отберут другое. К а н о н ы , выстро­
енные под знаком классики и классицизма, принципиально
изменчивы. Всякая эпоха создает свой собственный канон . 4 9

Эта и з м е н ч и в о с т ь в о з м о ж н а л и ш ь п р и условии, ч т о не вклю­


ченное в канон т о ж е с о х р а н я е т с я в культурной п а м я т и и ни­
когда н е п о п а д а е т п о д в е р д и к т а б с о л ю т н о и с к л ю ч а ю щ е й цен­
зуры. Эта п о с л е д н я я , н а п р о т и в , я в л я е т с я о т л и ч и т е л ь н ы м при­
знаком канона в узком смысле.
Здесь все, ч т о не в к л ю ч е н о в канон, д и с к р и м и н и р у е т с я . И
если в х р и с т и а н с к о й т р а д и ц и и даже п р и этих условиях сохра­
нилось удивительное количество апокрифов (псевдоэпиграфи­
ческие апокалипсисы в сирийской, эфиопской, славянской
традиции, еретические трактаты в опровержениях, написан­
ных на них о т ц а м и Ц е р к в и ) , т о в раввинской т р а д и ц и и вся
неканоническая литература систематически вытеснялась из
памяти.

49
На это обратил внимание прежде всего Е. А. Schmidt, 1987.
130 Часть первая. Общетеоретические основания

3. В ы в о д ы

С в т о р ж е н и е м и с т о р и и ц е р к в и с е м а н т и ч е с к о е поле слова
«канон» р е ш и т е л ь н о изменилось, о д н а к о не настолько, что­
бы исходные корни понятия при этом полностью утратились.
И с т о р и я п о н я т и я «канон» предстает как палимпсест, в кото­
р о м н а г р е ч е с к о - р и м с к у ю культуру н а л о ж и л а с ь и у д е о - х р и с т и ­
анская, и обе слились в нерасторжимое единство. На примере
п о н я т и я « к а н о н » м ы м о ж е м н а б л ю д а т ь , к а к и з м е н и л и с ь в куль­
турной перспективе инструментальный и универсалистский
п р и н ц и п ы . Э т у о б щ у ю т е н д е н ц и ю м о ж н о о п и с а т ь к а к р я д ин­
т е н с и ф и к а ц и й и ограничений, которые по-новому заострили
исходный потенциал понятия.

а) Заострение инвариантности: от точности к святости

В разнообразных античных и более поздних употреблени­


ях слова «канон» проявляется о б щ и й знаменатель — категория
инвариантности. Канон, в каком бы то ни было смысле, дает
н а д е ж н ы е т о ч к и о п о р ы , создает р а в е н с т в о , т о ч н о с т ь , соот­
ветствие, изгоняет произвол и случайность. Инвариантность
достигается о р и е н т а ц и е й л и б о на а б с т р а к т н ы е правила и нор­
м ы , л и б о на к о н к р е т н ы е о б р а з ц ы ( л ю д и , п р о и з в е д е н и я ис­
кусства, т е к с т ы ) . О н а относится л и б о к отдельным областям
культурной практики — литературным жанрам, риторике, фи­
л о с о ф и и , л и б о к « ж и з н е н н о й п р а к т и к е » в ц е л о м — к жизнеор¬
ганизующей обязательности законов или священных текстов.
И с т о р и я слова «канон» указывает т е м самым на ряд исто­
р и ч е с к и х ситуаций, в к о т о р ы х а н т и ч н а я культура « в ы б и р а л а
и н в а р и а н т н о с т ь » . И м е н н о в этих ситуациях в о з н и к а л с п р о с на
это слово. Таково было, во-первых, греческое просвещение
V века — к а н о н как воплощение п р и ц е л ь н о й т о ч н о с т и в про­
тивоположность многовариантной неточности мифического
м ы ш л е н и я , а т а к ж е с о в р е м е н н а я ему д е м о к р а т и я — к а н о н как
в о п л о щ е н и е о с н о в а н н о й на законе ю р и д и ч е с к о й последова­
тельности в противоположность произволу тиранов и олигар­
хов. Затем это был александрийский и в особенности римский
классицизм и м п е р а т о р с к о й эпохи — к а н о н как в о п л о щ е н и е
Глава вторая. Письменная культура 131

выбранной в качестве образца и мерила традиции. Наконец,


такова была ситуация р а н н е й х р и с т и а н с к о й ц е р к в и , вынуж­
д е н н о й , п р е ж д е всего п е р е д л и ц о м о б и л ь н о й л и т е р а т у р ы гно­
с т и ч е с к и х о т к р о в е н и й , п р и н я т ь п о с л е в е к о в ы х к о л е б а н и й об­
щеобязательное р е ш е н и е о составе своего Священного Пи­
с а н и я — к а н о н как в о п л о щ е н и е замкнутого, б е з в а р и а н т н о г о
набора текстов высочайшей подлинности и обязательности,
в противоположность постоянному притоку новых открове­
ний или же признания открытой традиции.
Однако мы должны различать здесь стремление к инвари­
антности через точность и стремление к сохранности через
з а к р е п л е н и е . В п е р в о м случае о п о р а на р а ц и о н а л ь н ы е н о р м ы
требуется, во в т о р о м воспрещается. О к о н ч а т е л ь н ы й х а р а к т е р
авторитарного решения (например, обязательное решение
некоей коллегии) является в этом случае залогом инвариант­
н о с т и , к о т о р а я м о ж е т с о х р а н и т ь с я л и ш ь п р и у с л о в и и , ч т о со­
д е р ж а н и я , о к о т о р ы х и д е т р е ч ь , с у т ь табу, н е п р и к о с н о в е н ­
ны и не повергаются никакой дальнейшей проверке и реше­
нию. Инвариантность в этом смысле означает освящение. В
т а к о м с л у ч а е з н а ч е н и е с л о в а « к а н о н » с м е щ а е т с я о т «правильно­
го» к «неприкосновенному». Н о р м ы выводятся даже из-под конт­
роля разума и о б щ е с т в е н н о г о согласия и подлежат в е д е н и ю
высшего авторитета . 50

b) Укрощение вариативности:
связывание и обязывание под знаком разума

К а н о н отвечает на в о п р о с «На что нам равняться?». Этот


в о п р о с п р и о б р е т а е т остроту всегда, когда о т в е т п е р е с т а е т
однозначно определяться ситуацией, так что его приходится
искать для каждого к о н к р е т н о г о случая, т о есть когда действи­
т е л ь н о с т ь в ы х о д и т за р а м к и т и п и ч н ы х для т р а д и ц и о н н о й , н е
вызывающей сомнений модели существования ситуаций, и
когда т р а д и ц и о н н ы е « к р и т е р и и » с т а н о в я т с я н е п р и м е н и м ы .
Т и п и ч н ы е ситуации т а к о й п о т е р и о р и е н т а ц и и на п о ч в е услож­
нения возникают при резком увеличении имеющихся возмож-

Здесь о с о б е н н о важно р а з л и ч е н и е легальности и а в т о р и т е т а ,


5 0

которое разрабатывает C o n r a d , 1987, 55 f.


132 Часть первая. Общетеоретические основания

н о с т е й . М ы у ж е у к а з ы в а л и н а с а м ы й о б щ и й с л у ч а й т а к о г о уве­
л и ч е н и я : н а п е р е х о д о т п о в т о р е н и я к и з м е н е н и ю , к о г д а тек­
с т у а л ь н а я к о г е р е н т н о с т ь с м е н я е т о б р я д о в у ю . В р а м к а х пись­
м е н н о й культуры т р а д и ц и я т е р я е т свою безальтернативную
самоочевидность и становится принципиально изменяемой.
О д н а к о с о о т в е т с т в у ю щ и е процессы в ы х о д я т д а л е к о за р а м к и
п и с ь м е н н о й культуры. Когда, скажем, благодаря значительно­
му т е х н и ч е с к о м у и л и х у д о ж е с т в е н н о м у н о в ш е с т в у и л и ж е от­
р и ц а т е л ь н ы м путем, через о т м и р а н и е т р а д и ц и о н н ы х крите­
риев, таких как тональность в музыке, внезапно открывается
невиданное изобилие возможностей, то возникает потребность
н е допустить, ч т о б ы «anything goes», с т р а х п е р е д у т р а т о й смыс­
л а ч е р е з э н т р о п и ю . Г р е ч е с к и й V в е к д о н. э . , б л а г о д а р я ц е л о м у
к о м п л е к с у н о в о в в е д е н и й в п о л и т и к е , т е х н и к е , и с к у с с т в е и ду­
х о в н о й с ф е р е , д о л ж е н б ы л и с п ы т а т ь ш и р о к о м а с ш т а б н о е на­
р а с т а н и е с л о ж н о с т и . Из­за э т о г о т р а д и ц и я п о т е р я л а проч­
н о с т ь , и в о з н и к л а п о т р е б н о с т ь в « т о ч н о с т и » (ακρίβεια), т о е с т ь
в г е н е р а л и з а ц и и к а к « о б о б щ е н и и с м ы с л о в о й о р и е н т а ц и и , ко­
торая позволяет сохранять тождественный смысл по отноше­
н и ю к р а з л и ч н ы м с о б е с е д н и к а м в р а з л и ч н ы х с и т у а ц и я х и из­
влекать из него одни и те же, или подобные, следствия»
( L u h m a n n ) . В Греции общество, освобождающееся от тради­
ц и о н н ы х связей, стремилось под именем «канон» к универсаль­
ным, не зависящим от ситуации, общеобязательным правилам,
границам, н о р м а м , чтобы справиться неуверенностью поведе­
ния и ожидания, которая возникла из распада традиционной,
п р и в я з а н н о й к к о н к р е т н о й с и т у а ц и и , к а з у и с т и к и , п р е ж д е все­
5 1
го в о б л а с т я х и с к у с с т в а ( П о л и к л е т ) , м о р а л и ( Е в р и п и д ) , по­
знания истины (Демокрит) и политики (Архит Тарентский).
и чтобы восстановить благодаря установлению общих правил
о с н о в а н и е к о м п л е м е н т а р н ы х о ж и д а н и й и тем самым уверен­
ность. Э т о т путь п р и в е л в Греции к с о з д а н и ю п о д знаком кано­
н а н о в ы х д и с ц и п л и н и т е м с а м ы м к у с л о ж н е н и ю к у л ь т у р ы за
счет а в т о н о м н ы х дискурсов. П о д з н а м е н е м к а н о н и з а ц и и здесь
п р о и с х о д и т инновационный подъем, о т к р ы т и е н о в ы х з а к о н о в И
у с т а н о в л е н и е н о в ы х а к с и о м , а в о в с е н е п о д ъ е м т р а д и ц и и , уп­

51
См. об этом в особенности Т. Hölscher, 1988.
Глава вторая. Письменная культура 133

рочение всего т р а д и ц и о н н о г о , освящение полученного от


предков культурного наследия.

с) Заострение границы: поляризация

К а н о н как «линейка» — в с м ы с л е о б щ е з н а ч и м о г о , незави­


симого от ситуации, позволяющего сравнивать р а з л и ч н о е кри­
т е р и я , — р е з к о р а з г р а н и ч и в а е т А и не­А. Э т о п е р в о е и о с н о в ­
ное ориентирующее действие этого инструмента. Веществен­
н ы й «канон» п р о в о д и т эту г р а н и ц у между п р я м ы м и к р и в ы м , а
т а к ж е м е ж д у с о р а з м е р н ы м и о т к л о н я ю щ и м с я . М о р а л ь н ы й ка­
нон п р о в о д и т ее между д о б р о м и злом, э с т е т и ч е с к и й — между
прекрасным и безобразным, логический — между и с т и н н ы м и
л о ж н ы м , «политический» — между справедливым и несправед­
л и в ы м . И д е я «границы» (ορος), к о т о р у ю О п п е л ь с п р а в е д л и в о
выделил как ц е н т р а л ь н ы й аспект в п о н я т и и «канон», нацеле­
н а н а т а к у ю б и н а р н у ю схему, к о т о р а я « з а д а е т д в е в а л е н т н о с т и
д л я в с е х в о з м о ж н ы х о п е р а ц и й » . С а м о е у п о т р е б и т е л ь н о е в V в.
п е р е н о с н о е з н а ч е н и е о т н о с и т с я к а к р а з к с о с т а в л я ю щ е м у та­
кой кодекс бинарному принципу, или «критерию».
Граница, которую канон п р о в о д и т в духовной области,
имеет соответствие в социальной и исторической действитель­
н о с т и . В о з н и к н о в е н и е к а к с а м о г о п о н я т и я « к а н о н » , т а к и ис­
торических феноменов, которые были поставлены в связь с
этим понятием, — еврейской Библии, буддистского канона
П а л и и т. д. — п р о и с х о д и т в э п о х и , о т м е ч е н н ы е с е р ь е з н ы м и
межкультурными и внутрикультурными столкновениями. Для
того понятия канона, создателем которого считается грече­
с к и й с к у л ь п т о р П о л и к л е т , Т. Х ё л ь ш е р р е к о н с т р у и р у е т с т о л к ­
н о в е н и е м е ж д у с т а р ы м и н о в ы м , в о з н и к ш е е в Г р е ц и и V в. и з ­ з а
радикальных разрывов традиции и революционного прирос­
та и н н о в а ц и й . В этом с м ы с л е п а р а д и г м а т и ч е с к и м м о ж е т счи­
таться канон е в р е й с к о й Б и б л и и . Его ф и к с а ц и я п р о и с х о д и т в
эпоху о с о б е н н о в ы р а ж е н н ы х и глубоких культурных столкно­
в е н и й . В о ­ п е р в ы х , э т о с т о л к н о в е н и е м е ж д у е в р е й с т в о м и эл¬
линством, которое можно считать межкультурным и которое
продолжает предшествовавшие межкультурные столкновения,
память о к о т о р ы х сохранилась в текстах, между И з р а и л е м и
Часть первая. Общетеоретические основания

Е г и п т о м , А с с и р и е й , В а в и л о н и е й , в о б щ е м , « я з ы к а м и » . Н о од­
новременно присутствует и внутрикультурное столкновение
м е ж д у с а д д у к е я м и и ф а р и с е я м и , а т а к ж е с а м а р и т я н а м и , ессея¬
ми, к у м р а н с к о й о б щ и н о й , а п о з д н е е и х р и с т и а н а м и , и з к о т о ­
рого победителями выходят в конце концов ф а р и с е и . Подоб­
ная борьба направлений разыгрывается и в истории ранней
х р и с т и а н с к о й ц е р к в и . Ф о р м и р у е т к а н о н , как п р а в и л о , поля­
ризация, вызванная внутрикультурным расколом.
З а о с т р е н и е семантического п о т е н ц и а л а в этом пункте
имело особенно далеко идущие последствия. В е д ь м ы мо­
ж е м и о б я з а н ы п р о ч е р т и т ь и с т о р и ч е с к у ю л и н и ю , ведущую от
различения канонического и апокрифического (которое было
поначалу л и ш ь о т т е н к о м о ц е н о ч н о г о р а з л и ч е н и я существен­
ного и несущественного) к разделению на ортодоксальное и
е р е т и ч е с к о е , т о е с т ь н е т о л ь к о н а с в о е и ч у ж о е , н о т а к ж е дру­
зей и врагов. Когда л и н е й к а канона п р и к л а д ы в а л а с ь уже не к
предметам и содержаниям, а к людям, то решение нередко
принималось о том, быть им или не быть, о ж и з н и и смерти.

d) Заострение ценностной перспективы:


полагание идентичности

В эпохи обострения внутрикультурной поляризации, в


э п о х и слома т р а д и ц и й , когда п р и х о д и т с я в ы б и р а т ь , какому
порядку следовать, и создаются к а н о н ы . В п о д о б н ы х ситуаци­
ях, когда вступают в к о н к у р е н ц и ю р а з л и ч н ы е п о р я д к и и при­
тязания, канон воплощает притязание лучшей или единствен­
н о в е р н о й т р а д и ц и и . Тот, к т о с л е д у е т е й , т е м с а м ы м п р и з н а е т
и принимает нормативное самоопределение, идентичность,
согласующуюся с з а п о в е д я м и разума и л и о т к р о в е н и я . Феноме­
н ы «канон» и «обращение» связаны между с о б о й . 52

С а м о г о п о с е б е р а з л и ч е н и я А и не-А н е д о с т а т о ч н о , ч т о б ы
г о в о р и т ь о к а н о н е . М ы г о в о р и м о н е м т о л ь к о тогда, когда А
получает характер безусловно желательного. Канон, таким
о б р а з о м , с о о б щ а е т т а к ж е м о т и в а ц и о н н у ю структуру, к о т о р а я
з а с т а в л я е т к а ж д о г о с т р е м и т ь с я к и с т и н е , с п р а в е д л и в о с т и , кра-

T h . L u c k m a n n , в: A. u. J. Assmann, 1987, 38—46. Для античности


52

см. особ. A. D. Nock, Conversion, Oxford, 1963.


Глава вторая. Письменная культура 135

с о т е , п р я м о т е , о б щ н о с т и , л ю б в и — в о в с я к о м с л у ч а е , к тому,
что занимает к л ю ч е в ы е п о з и ц и и в этой структуре. Б е з такой
направляющей стремления ценностной перспективы никто не
с т а л б ы п о д ч и н я т ь с я н о р м а т и в н ы м т р е б о в а н и я м к а н о н а . Го­
в о р я , ч т о к а н о н о т в е ч а е т н а в о п р о с «на ч т о нам р а в н я т ь с я » ,
мы односторонне представляем его облегчением, разрешени­
ем задачи. Н о ведь в п о н я т и е к а н о н а входит к а т е г о р и я т р е б о ­
вательности и желательности.
К а н о н — э т о д в и ж е н и е «к в е л и к о м у , к а т е г о р и ч е с к о м у и
труднодостижимому» (Gehlen, 1961, 60). П р и т я з а н и я канона
основаны на ступени о б о б щ е н и я , которую он занимает. Ч е м
выше уровень обобщения, тем больше расстояние между тре­
бованием и непредвиденностью конкретных обстоятельств.
Кто п о д ч и н я е т с я канону, о т к а з ы в а е т с я тем с а м ы м о т казуис­
тической гибкости, от лавирующего приспособления к разно­
образным ситуациям.
Н о чем более высокие предъявляются требования, чем
большего, следовательно, приходится себя лишать, тем проч­
нее д о л ж н а б ы т ь о п и р а ю щ а я с я на к а н о н м о т и в а ц и о н н а я струк­
тура, тем в ы ш е д о л ж н ы б ы т ь н а г р а д ы , в о з н а г р а ж д а ю щ и е за
обоснованное лишение. Например, Второзаконие, претендуя
на т о , ч т о б ы р е г л а м е н т и р о в а т ь ж и з н ь е в р е е в до м е л ь ч а й ш и х
деталей, регламентирует ее не в категориях облегчения, а под
знаком требований, сопряженных с непрерывным усилием. В
чем состоит мотив неустанных коллективных усилий?
Лишение, которому подвергает себя бросающий курить,
продиктовано чисто гигиеническими соображениями. О н о не
равносильно обращению, п р и з н а н и ю себя членом общности
н е к у р я щ и х . В п о н я т и е « к а н о н » в х о д и т , судя п о всему, ц е н н о с т ­
ная перспектива, п е р е к р ы в а ю щ а я чистую привычку, г о л ы й
расчет, но т а к ж е и и д и о с и н к р а т и ч е с к у ю систему п р е д п о ч т е ­
ний. Здесь особую р о л ь играет создающая и д е н т и ч н о с т ь кате­
гория принадлежности. Освященный набор текстов, правил,
ценностей обосновывает и ф о р м и р у е т (коллективную) иден­
тичность. Событие, структурирующее всю и с т о р и ю п о н я т и я
«канон» — это в ы д в и ж е н и е на п е р е д н и й план к а т е г о р и и иден­
т и ч н о с т и . И м е н н о з д е с ь л е ж и т к л ю ч к п р о б л е м емотива
Часть первая. Общетеоретические основания

д и ц и и всегда о к а з ы в а е т с я на поверку о с в я щ е н и е м о п р е д е л е н ­
н о й о б щ н о с т и . И з н е й т р а л ь н о г о о р у д и я о р и е н т и р о в а н и я ка­
нон становится стратегией в ы ж и в а н и я культурной идентич­
ности. Евреи, с к л о н я ю щ и е с я перед строгостью своего Зако­
на, поступают так в с о з н а н и и , ч т о о н и « и з б р а н н ы й народ».
П о э т о м у м ы о п р е д е л я е м к а н о н как п р и н ц и п , с о з д а ю щ и й
и с т а б и л и з и р у ю щ и й к о л л е к т и в н у ю и д е н т и ч н о с т ь , к о т о р а я , как
средство индивидуализации через социализацию, самоосуще­
с т в л е н и я ч е р е з с л и я н и е с « н о р м а т и в н ы м с о з н а н и е м всего насе­
ления» (Хабермас) является одновременно и основой л и ч н о й
и д е н т и ч н о с т и . К а н о н устанавливает связь между «я»-идентич-
ностью и коллективной идентичностью. О н показателен для
общества в целом и в то же время для системы ценностей и
и н т е р п е р т а ц и й , п р и з н а в а я которую отдельный человек вклю­
чается в о б щ е с т в о и в ы р а б а т ы в а е т с в о ю и д е н т и ч н о с т ь как чле­
на этого общества.
«Канон» — это п р и н ц и п н о в о й ф о р м ы культурной когерен­
тности. О н отличается как от т р а д и ц и и как ф о р м ы безальтер­
нативной обязательности прошлого, так и от антитрадицио­
нализма как ф о р м ы п р о и з в о л ь н о й и з м е н ч и в о с т и норм, правил
и ц е н н о с т е й под з н а м е н е м а в т о н о м н о г о разума. Показатель­
н о д л я духа э т о й п р о г р а м м ы , ч т о м е т а ф о р а к а н о н а р о д о м и з
строительного искусства . М е т а ф о р а канона постулирует,
53

заодно с конструируемостью мира — человек как с т р о и т е л ь


своей д е й с т в и т е л ь н о с т и , своей культуры и себя самого — нео­
п р о в е р ж и м о с т ь и общеобязательность тех п р и н ц и п о в , кото­
рым должна подчиняться такая конструкция, если постройке
предстоит быть прочной.
О д н а к о п р и н ц и п к а н о н а о т н ю д ь н е с т а л п о с л е д н и м сло­
вом в в о з м о ж н о м р а з в и т и и п и с ь м е н н о й культуры. Н а ш а р е ф ­
лексия об этих процессах была бы невозможна, если бы мы
п о - п р е ж н е м у м ы с л и л и и п и с а л и в р а м к а х к а н о н а . П р и н ц и п ка­
н о н а д а в н о у с т у п и л м е с т о д р у г и м ф о р м а м о р г а н и з а ц и и куль­
турной памяти. Уже само существование такой дисциплины,
как е г и п т о л о г и я , п р е д п о л а г а е т , ч т о наука и п р е п о д а в а н и е ос­
вободились у нас от н о р м а т и в н о г о и ф о р м и р у ю щ е г о диктата

5 3
Это справедливо подчеркивает Н. J. Weber, 1987.
Глава вторая. Письменная культура 137

о б о с н о в ы в а ю щ и х текстов. Тем с а м ы м т е к у ч и м и стали и грани­


цы культурного воспоминания. Обнаружились п р о с т р а н н ы е
области за п р е д е л а м и тех текстов, из неустанной и н т е р п р е т а ­
ции к о т о р ы х в ы р о с л и с о в р е м е н н ы е гуманитарные науки, сре­
ди н и х и египтология. П р е д с т а в и т е л ь гуманитарной науки —
т о ж е толкователь. Н о он уже не д в и ж е т с я и с к л ю ч и т е л ь н о в
п е р с п е к т и в е соблюдения смысла о б о с н о в ы в а ю щ и х т е к с т о в . Д л я
у ч е н о г о , г о в о р и л В и л а м о в и ц , ч а с т и ч к а ал д о л ж н а б ы т ь т а к ж е
важна, как д р а м ы Эсхила. Н о э т о к р а й н я я т о ч к а з р е н и я , и воз­
р а ж е н и я , к о т о р ы е о н а вызвала, о т ч е т л и в о п о к а з а л и , какую не­
устранимую н о р м а т и в н у ю и ф о р м и р у ю щ у ю силу с о х р а н я ю т
обосновывающие тексты, прошедшие через горнило просве­
щения и историзма. Против историзма были выставлены три
позиции. Одна восстает против опасности «шаткого релятивиз­
ма» (А. R ü s t o w ) и п р о т и в о п о с т а в л я е т ему н о в о е к а н о н и ч е с к о е ,
т о есть о с н о в а н н о е на ц е н н о с т я х и и д е н т и ч н о с т и о б р а з о в а н и е .
Сюда относится, н а п р и м е р , « т р е т и й гуманизм» В е р н е р а
мовица и е г о и с т о р и ч е с к о г о п о з и т и в и з м а . Д р у г а я , б о л е е т о н ­
кая, видит в «исторической критике» своего рода промывку
руды, к о т о р а я во всем блеске в ы в о д и т на свет з е р н о и с т и н ы ,
или, говоря я з ы к о м богословия, «керигму», заключенную в
тексте («Классическим является то, что выдерживает исто­
р и ч е с к у ю критику», H. G . G a d a m e r , 1960, 271). С ю д а отно­
5 5
с я т с я г е р м е н е в т и к а Ганса Г е о р г а Г а д а м е р а и п р о е к т « д е м и ­
ф о л о г и з а ц и и » Р . Б у л ь т м а н а (R. B u l t m a n n ) . Т р е т ь я , п о с л е д н я я
по времени, открывает в самом историзме скрытый канон,
оценочность, проекцию собственного образа. «Экзотиче­
ское» — не ч т о и н о е , как у с т а н о в л е н и е и д е н т и ч н о с т и с обрат­
5 6
ным знаком .

И д е я « б е з о ц е н о ч н о й » науки в смысле Макса В е б е р а оказа­


лась глубоко п р о б л е м а т и ч н о й — т о есть в с в о ю о ч е р е д ь оце­

54
Das Problem des Klassischen u n d die Antike, N a u m b u r g e r Tagung
von 1930.
5 5
H . G . G adamer, 1960, 269 ff. (на с т р . 270 сл. см. о В. Й е г е р е ) .
5 6
См., н а п р и м е р , В. F.Kramer, 1977 и E.Said, 1978. П р и м е ч а н и я к
главе III.
Часть первая. Общетеоретические основания

н о ч н о й . С ю д а ж е о т н о с и т с я и с т и р а н и е г р а н и ц ы м е ж д у па­
мятью и историей, которая еще у Хальбвакса играет столь
в а ж н у ю р о л ь . З а т е м X X век п е р е ж и л р а з л и ч н ы е ф о р м ы воз­
57

в р а щ е н и я к канону: п о л и т и ч е с к и е п о с т р о е н и я к а н о н о в под
знаком национал-фашистских и марксистско-ленинских фор­
мул е д и н о о б р а з и я , а н т и к о м м у н и с т и ч е с к у ю и а н т и н а ц и о н а л и ­
стическую реставрацию идеи римско-западноевропейского
«Запада» в п о с л е в о е н н ы й период, ф у н д а м е н т а л и з м ы религи­
озного (христианский, еврейский, мусульманский и проч.) и
с в е т с к о г о х а р а к т е р а , а т а к ж е а н т и к а н о н и з а ц и ю н а с л у ж б е вы­
раженных анти-идентичностей, продуцируемыми феминиз­
м о м , «black studies» и п р о ч и м и п о д о б н ы м и н а п р а в л е н и я м и . М ы
не можем выйти из перспективы утверждения нормативных и
ф о р м и р у ю щ и х ц е н н о с т е й . С е й ч а с у ж е н е в о з м о ж н о в и д е т ь за­
дачу и с т о р и ч е с к и х наук в т о м , ч т о б ы р а з о р в а т ь , « у н и ч т о ж и т ь »
г р а н и ц ы канона (Гадамер), но только в том, ч т о б ы осознавать
и обдумывать в их наличной нормативной и формирующей
структуре.

57
P. Burke, 1991; P. N o r a , 1990.
Глава т р е т ь я

КУЛЬТУРНАЯ И Д Е Н Т И Ч Н О С Т Ь
И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ

I. И Д Е Н Т И Ч Н О С Т Ь , С О З Н А Н И Е , РЕФЛЕКСИЯ

И д е н т и ч н о с т ь — р е з у л ь т а т о с о з н а н и я , т. е. р е ф л е к с и и н а д
прежде н е о с о з н а н н ы м п р е д с т а в л е н и е м о себе. Э т о в е р н о как
для индивидуальной, так и для коллективной ж и з н и Я явля­
юсь л и ч н о с т ь ю только в той мере, в какой сознаю себя лично­
стью, и т о ч н о также группа является «племенем», «народом»
или «нацией» только в той мере, в какой она сознает, пред­
ставляет и в ы р а ж а е т себя в рамках этих п о н я т и й . В дальней­
шем р е ч ь п о й д е т о категориях и ф о р м а х к о л л е к т и в н о г о само­
представления и самовыражения, то есть в большей степени
об этно­, ч е м о б э г о г е н е з е , и о р о л и , к о т о р у ю и г р а е т в э т о м
культурное в о с п о м и н а н и е .

1. Л и ч н а я и к о л л е к т и в н а я и д е н т и ч н о с т ь

М е ж д у э т и м и д в у м я г р а н я м и и д е н т и ч н о с т и с у щ е с т в у е т сво­
еобразная, кажущаяся парадоксальной связь. Я хотел бы сфор­
м у л и р о в а т ь е е в в и д е двух т е з и с о в , н а п е р в ы й в з г л я д п р о т и в о ­
р е ч а щ и х д р у г другу.

1
«Идентичность» как обозначение проблемы в междисциплинар­
ных исследованиях и размышлениях пользовалось около 1980 г. боль­
шим спросом. Вот несколько п р и м е р о в : Cl. Lévy­Strauss, 1977,1983;
G. Michaud, 1978; H. Mol, 1978;J. Beauchard, 1979; O. M a r q u a r d / K . Stie¬
rle, 1979; L'identité, 1980; R. R o b e r t s o n / B . Holzner, 1980; Identité et re­
gions, 1981;A.Jacobson­Widding, 1983.
140 Часть первая. Общетеоретические основания

1. «Я» р а с т е т и з в н е в о в н у т р ь . О н о с к л а д ы в а е т с я у о т д е л ь ­
ного человека благодаря его в о в л е ч е н н о с т и в модели взаимо­
действия и коммуникации группы, к которой он принадлежит,
и б л а г о д а р я е г о п р и ч а с т н о с т и к п р е д с т а в л е н и ю г р у п п ы о са­
мой себе. Групповая «мы-идентичность» группы имеет, таким
о б р а з о м , п р и о р и т е т п е р е д и н д и в и д у а л ь н о й «я-идентичнос¬
тью», и н а ч е г о в о р я : и д е н т и ч н о с т ь е с т ь с о ц и а л ь н о е я в л е н и е ,
она «социогенна».
2. К о л л е к т и в н а я , и л и м ы - и д е н т и ч н о с т ь , н е с у щ е с т в у е т в н е
индивидуумов, к о т о р ы е образуют и в о п л о щ а ю т это «мы». О н о
существует в индивидуальном з н а н и и и с о з н а н и и . 2

П е р в ы й тезис утверждает п р и о р и т е т целого по отноше­


н и ю к части, в т о р о й — п р и о р и т е т части п о о т н о ш е н и ю к цело­
му. Р е ч ь и д е т о х о р о ш о и з в е с т н о й в я з ы к о з н а н и и д и а л е к т и к е
п о д ч и н е н н о с т и и структуры (или ж е восходящей и нисходя­
щей зависимости). Часть зависит от целого и обретает свою
идентичность только благодаря роли, которую оно играет в
целом, а целое возникает только из взаимодействия частей.
И з обоих тезисов вместе вытекает двойное значение термина
«социогенный». Индивидуальное сознание «социогенно» не
т о л ь к о в с м ы с л е т е з и с а 1, т о е с т ь п о т о м у , ч т о в о з н и к а е т ч е р е з
социализацию, извне вовнутрь. О н о социогенно и в смысле
т е з и с а 2: о н о с о з д а е т о б щ н о с т ь , п о т о м у ч т о я в л я е т с я « н о с и т е ­
лем» коллективного представления о себе или мы-сознания. В
д а л ь н е й ш е м р е ч ь п о й д е т о с о ц и о г е н е з е в э т о м а к т и в н о м смыс­
ле. Как строится общность, то есть коллективная или ж е социо­
культурная идентичность?
П р е ж д е в с е г о з а м е н и м п р о с т у ю д и х о т о м и ю «я-» и « м ы »
и д е н т и ч н о с т и т р о й н ы м ч л е н е н и е м , п р о в е д я в н у т р и «я» е щ е
о д н о р а з л и ч е н и е — между «индивидуальной» и «личной» иден­
тичностью.

Выдвигая это положение, мы признаем себя последователями


2

«методологического индивидуализма», как он описан в Н. Albert, 1990.


Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 141

Индивидуальная идентичность - э т о с о з д а в ш и й с я и у п р о ч и в ­
ш и й с я в с о з н а н и и и н д и в и д а о б р а з и н д и в и д у а л ь н ы х ч е р т , от­
л и ч а ю щ и х его от всех («релевантных») остальных, руководи­
мое телесностью сознание своего несводимого своеобразия,
с в о е й у н и к а л ь н о с т и и н е з а м е н и м о с т и . Личная идентичность —
э т о , н а п р о т и в в о п л о щ е н и е всех р о л е й , с в о й с т в и к о м п е т е н ц и й ,
которые приобретает отдельный человек через вхождение в
конкретную данность общественного устройства. Индивиду­
альная идентичность о п и р а е т с я н а б и о г р а ф и ю с е е « к р а е у г о л ь ­
н ы м и датами» р о ж д е н и я и смерти, на телесность ж и з н и и ее
о с н о в н ы х п о т р е б н о с т е й . Личная идентичность о п и р а е т с я , на­
против, на общественную востребованность и вменяемость
и н д и в и д а . О б а а с п е к т а я - и д е н т и ч н о с т и , т. е. и а с п е к т и н д и ­
видуальной идентичности также, «социогенны» и культурно
д е т е р м и н и р о в а н ы . Оба процесса, как социализация, так и
складывание индивидуальности, протекают в предначертан­
ных культурой ф о р м а х . О б а аспекта и д е н т и ч н о с т и в о з н и к а ю т
в сознании, которое формируется и специфически определя­
ется языком, представлениями, ценностями и нормами данной
культуры и э п о х и . Тем с а м ы м о б щ е с т в о — в п о л н о м соответ­
ствии с тезисом 1 — предстает не как п р о т и в о с т о я щ а я индиви­
ду в е л и ч и н а , а к а к с о с т а в л я ю щ а я е г о с а м о с т и . И д е н т и ч н о с т ь ,
в т о м ч и с л е и я - и д е н т и ч н о с т ь всегда п р е д с т а в л я е т из с е б я про­
дукт с о ц и а л ь н о г о к о н с т р у и р о в а н и я и п о т о м у всегда б ы в а е т
культурной идентичностью.
И т а к , разницу между я-идентичностью и м ы - и д е н т и ч н о с т ь ю
н и в коем случае н е следует в и д е т ь в т о м , ч т о п е р в а я «естествен­
на», а в т о р а я — п р о д у к т культурного к о н с т р у и р о в а н и я . «Есте­
с т в е н н о й » и д е н т и ч н о с т и н е существует. Р а з л и ч и е ж е с о с т о и т
в том; что коллективная идентичность, в отличие от личной,
н е о п и р а е т с я н а е с т е с т в е н н у ю я в с т в е н н о с т ь т е л е с н о г о субстра­
та. Я в с т в е н н о с т ь к о л л е к т и в н о й и д е н т и ч н о с т и — и с к л ю ч и т е л ь ­
но символического характера. «Социальное тело» нельзя ни
увидеть, ни потрогать. О н о представляет из себя метафору,
мнимую величину, социальную конструкцию. Н о в этом каче­
стве о н о вполне реально.
П о д коллективной и л и мы-идентичностью мы понимаем то
представление о себе, какое складывается у группы и с каким
142 Часть первая. Общетеоретические основания

и д е н т и ф и ц и р у ю т себя ее члены. Коллективная идентичность


е с т ь д е л о и д е н т и ф и к а ц и и с о с т о р о н ы о т д е л ь н ы х л и ц , участву­
ю щ и х в н е й . О н а н е существует «сама п о себе», н о всегда л и ш ь
в т о й м е р е , в какой ее п р и з н а ю т своей о п р е д е л е н н ы е л ю д и . Ее
с и л а и л и с л а б о с т ь з а в и с я т о т т о г о , н а с к о л ь к о о н а ж и в а в со­
знании членов группы и способна мотивировать их мышление
и деятельность.
В рамках н а с т о я щ е г о и с с л е д о в а н и я р е ч ь идет о связи меж­
ду с о ц и а л ь н ы м п р е д с т а в л е н и е м о с е б е и с о ц и а л ь н о й п а м я т ь ю
о п р о ш л о м , т о есть сознанием и с т о р и и . Д л я групп т и п и ч н о ,
как сформулировал однажды этнолог Рюдигер Шотт, основы­
вать сознание своего единства и своеобразия на событиях про­
шлого. Общества нуждаются в прошлом прежде всего в целях
самоопределения. «Нация живет только оживляя свое про­
3
шлое», как ф о р м у л и р у е т с о в р е м е н н ы й е г и п е т с к и й а в т о р .
Ведь каждая группа в своем п р о ш л о м обладает, как заметил е щ е
Дройзен, «одновременно объяснением и сознанием самой
себя — о б щ е е имущество всех участников, к о т о р о е делает их
о б щ н о с т ь т е м б о л е е п р о ч н о й и г л у б о к о й , ч е м о н о б о г а ч е » *.
Воображаемое национальной общности требует воображаемо­
г о п р е е м с т в е н н о с т и , у х о д я щ е й вглубь в р е м е н .

2. И с х о д н ы е с т р у к т у р ы и и н т е н с и ф и ц и р о в а н н ы е ф о р м ы

К понятию коллективной идентичности можно отнес­


т и у п р е к , к о т о р ы й М . Б л о к д е л а л в 1 9 2 5 г. ш к о л е Дюркге
хологии, таким как representation, conscience, mentalité,
mémoire, просто добавляют прилагательное «коллектив­
н ы й » . Такое с л о в о у п о т р е б л е н и е «удобно, н о отдает ф и к ц и ­
ей». Н о в нашем случае и то, что этим п о н я т и е м обозначает­
ся, является в свою очередь ф и к ц и е й , продуктом социаль­
ного воображения. Фиктивность, или же метафоричность,

3
M u h a m m a d Husayn Haykal (1888—1965), цитируется у H. H.

4
J. G . Droysen, Historik, hg. v. P. Leyk, Stuttgart­Bad Cannstadt, 1977,
10,45.
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 143

в ы р а ж е н и я «коллективная идентичность» состоит, во-пер­


вых, в и с к л ю ч и т е л ь н о с и м в о л и ч е с к о й реальности подразу­
м е в а е м о г о им членства, а во-вторых, в т о м , ч т о в н е й отсут­
ствует э л е м е н т н е и з б е ж н о с т и . О т к о л л е к т и в н о й и д е н т и ч н о ­
сти можно отказаться (если отвлечься от внешнего принуж­
дения, которое может такой отказ затруднить или сделать
вовсе н е в о з м о ж н ы м ) , н а п р и м е р , путем э м и г р а ц и и и л и об­
р а щ е н и я в и н у ю веру. К о л л е к т и в н а я и д е н т и ч н о с т ь м о ж е т
стать бессодержательной — и жизнь продолжается, в отличии
от я-идентичности, соответствующее в ы х о л а щ и в а н и е , ослаб­
ление или п о в р е ж д е н и е к о т о р о й имеет патологические по­
следствия. Коллективные идентичности относятся к области
с о ц и а л ь н о г о « в о о б р а ж е н и я » (Castoriadis, 1975; Baczko, 1984;
A n d e r s o n , 1983; Elwert, 1989).
К у л ь т у р а и о б щ е с т в о с у т ь и с х о д н ы е с т р у к т у р ы , т. е. н е с в о ­
д и м ы е о с н о в н ы е условия самого человеческого существова­
ния. Ч е л о в е ч е с к о е существование, каким мы его знаем, мыс­
лимо только на почве и в рамках культуры и общества. Д а ж е
отшельник, к о т о р ы й отрекается от того и другого, проникнут
ими и участвует в них ж е с т о м о т р и ц а н и я («отречения»). Н а
этом исходном уровне о н и сообщают или «порождают» иден­
т и ч н о с т ь , к о т о р а я всегда я в л я е т с я л и ч н о й , н о н е о б я з а т е л ь н о
к о л л е к т и в н о й . О н и н а к л а д ы в а ю т о т п е ч а т о к на я-сознание ин­
дивида, но это не значит, что здесь н е п р е м е н н о возникает и
мы-сознание, артикулирующее принадлежность индивида к
определенному обществу и его культуре как сопринадлеж­
н о с т ь , т. е. с о у ч а с т и е . С к о р е е , э т а п р и н а д л е ж н о с т ь , к а к н е ч т о
само собой разумеющееся, находится за пределами осознанно­
го, м о т и в и р у ю щ е г о поступки, п р е д с т а в л е н и я о себе. Только
через доведение до сведения — например, через обряды ини­
циации, или через осознание, например, благодаря встрече с
иного рода обществами и формами жизни — принадлежность
может интенсифицироваться до мы-идентичности. Мы пони­
маем коллективную и д е н т и ч н о с т ь как социальную принад­
лежность, ставшую предметом рефлексии. Соответственно,
культурная и д е н т и ч н о с т ь — э т о ставшая п р е д м е т о м рефлек­
с и и п р и ч а с т н о с т ь к т о й и л и и н о й культуре, и н а ч е г о в о р я , при­
знание своей принадлежности к ней...
144 Часть первая. Общетеоретические основания

Различие между исходной структурой и ее интенсифика­


цией через рефлексию можно проиллюстрировать примером
ф е м и н и з м а . К а ж д ы й человек практически н е о б р а т и м о принад­
л е ж и т к о д н о м у и з двух п о л о в . О д н а к о г о в о р и т ь о «мужской»
и л и « ж е н с к о й и д е н т и ч н о с т и » (в н а ш е м п о н и м а н и и ) и м е е т
с м ы с л т о л ь к о в т о м с л у ч а е , е с л и к э т о й п р и н а д л е ж н о с т и , име­
ющей исходно характер чистой классификации, присоединя­
ются мы-сознание, чувство солидарности и товарищества, а
т а к ж е п р е д с т а в л е н и е о себе как о ч л е н е с п л о ч е н н о й общнос­
ти. Феминизм предлагает именно это: он порождает женскую
коллективную идентичность. В подобном ж е смысле Маркс
г о в о р и т о « к о л л е к т и в н о м субъекте» п р и м е н и т е л ь н о к обще­
с т в е н н ы м классам. Ч е р е з о с о з н а н и е общего п о л о ж е н и я принад­
л е ж н о с т ь д о л ж н а п р е в р а т и т ь с я в с о п р и н а д л е ж н о с т ь , а масса —
в с п л о ч е н н ы й к о л л е к т и в н ы й субъект, с п о с о б н ы й к д е й с т в и ю в
с и л у с в о е й и д е н т и ч н о с т и . В о б о и х с л у ч а я х э т о п р о и с х о д и т че­
рез «контрастное» или «антагонистическое» сплачивание, в
п е р в о м с л у ч а е ч е р е з п р о т и в о п о с т а в л е н и е с е б я м у ж ч и н а м , во
втором —верхним слоям общества. Антагонизм — т и п и ч н ы й
случай тех условий, к о т о р ы е вызывают о с о з н а н и е и интенси­
ф и к а ц и ю и с х о д н ы х структур и тем с а м ы м с т а н о в л е н и е коллек­
тивных идентичностей.
Личная и индивидуальная идентичность также возникает
и развивается через р е ф л е к с и ю . Н о в этом случае речь идет о
неизбежном и неустранимом процессе, к о т о р ы й задан самой
в к л ю ч е н н о с т ь ю отдельного человека в перспективу социаль­
ного и культурного ф о р м и р о в а н и я . В этом случае мы говорим
об «антропологической рефлексивности». Речь идет о процес­
се «взаимного отражения» (Th. L u c k m a n n ) , к о т о р ы й описал
р а н ь ш е в с е х Д ж . Г. М и д ( G . Н . M e a d , 1 9 3 4 , 1 9 6 8 ) , т. е. о с к л а д ы ­
вании и упрочении личной идентичности через идентифика­
ц и ю себя как с « р е л е в а н т н ы м и другими», так и с т е м собствен­
н ы м о т р а ж е н и е м , к о т о р о е л и ч н о с т ь получает о т этих других.
( T h . L u c k m a n n , in: M a r q u a r d / S t i e r l e , 1 9 7 9 ) . З н а н и е с а м о г о с е б я
в с е г д а о п о с р е д о в а н о , н е п о с р е д с т в е н н о м ы у з н а е м л и ш ь дру­
гих. С в о ю в н у т р е н н ю ю сущность, как и с в о е л и ц о , м ы м о ж е м
увидать т о л ь к о в зеркале. Такое от-ражение, ре-флексия, стро­
и т с я как д о в е д е н и е до с о з н а н и я и р е ф л е к с и в н о с т ь . Э т о не про-
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 145

сто игра слов. О б щ е н и е с другими я в л я е т с я о д н о в р е м е н н о и


о б щ е н и е м с с а м и м с о б о й . « С а м о с т ь » , т. е л и ч н а я и д е н т и ч н о с т ь ,
достигается только через коммуникацию и взаимодействие с
другими. Л и ч н а я идентичность — это сознание себя, которое
является о д н о в р е м е н н о и с о з н а н и е м других: их о ж и д а н и й ,
о б р а щ е н н ы х на нас, и п о р о ж д а е м о й и м и о т в е т с т в е н н о с т и .
Д л я того, ч т о б ы у человека в ходе о б щ е н и я с другими людь­
ми могла с л о ж и т ь с я л и ч н а я и д е н т и ч н о с т ь , о н д о л ж е н ж и т ь с
ними в общем «символическом мире смысла». Однако это не
означает, что такая общность н е п р е м е н н о должна образовы­
вать (коллективную) идентичность. Последнее происходит
т о л ь к о в т о м случае, если эта о б щ н о с т ь о с о з н а е т с я и сознатель­
н о п о д д е р ж и в а е т с я . В и с х о д н о м и л и , е с л и п о з в о л и т ь с е б е па­
радоксальное в ы р а ж е н и е , в е с т е с т в е н н о м с о с т о я н и и культуры
дело обстоит как раз наоборот: эта общность со всеми своими
нормами, ценностями, установлениями, представлениями о
м и р е и о ж и з н и представляется чем­то само с о б о й разумеющим­
ся, п р о с т ы м , е д и н с т в е н н о в о з м о ж н ы м м и р о в ы м п о р я д к о м , свое­
5
образия и условности которого индивид не замечает . По­
скольку она разумеется сама собой, п о л н о с т ь ю и м п л и ц и т н а и
потому никак не ощутима, она не м о ж е т дать индивиду мы­
с о з н а н и е и и д е н т и ч н о с т ь . И д е н т и ч н о с т ь , э т о г о н е с л е д у е т за­
бывать, есть plurale tantum и предполагает наличие других
идентичностей. Без множества нет единства, без иного нет
своеобразия. Однако особенностью культурных о б р а з о в а н и й
я в л я е т с я т о , ч т о о н и существуют, с о д н о й с т о р о н ы , л и ш ь во
множественном числе (по к р а й н е й мере на сегодняшний день,
когда мы, н е с м о т р я н и на что, по­прежнему весьма далеки о т
п о с т р о е н и я м и р о в о г о о б щ е с т в а , о б л а д а ю щ е г о м и р о в о й куль­
турой), а с другой стороны, их нормальным, или исходным,
состоянием является полное забвение этого факта. Н и одно­
му ч е л о в е к у н е п р и д е т в г о л о в у ( с н о в а о г о в о р и м с я : в н о р м е ) ,
ч т о о н о д и н с у щ е с т в у е т н а с в е т е и л и ж е ч т о о н о к р у ж е н суще­
с т в а м и с о в е р ш е н н о другой п о р о д ы , ч е м о н сам. О д н а к о для

5
См. об этом P. R. Hofstätter, 1973, 57—73, к о т о р ы й п р я м о так и
определяет: «сумму само собой разумеющегося в д а н н о й обществен­
ной системе мы называем ее культурой» (С. 93).
146 Часть первая. Общетеоретические основания

обществ и м е н н о это есть нормальное состояние. С а м ы й распро­


с т р а н е н н ы й п р и н ц и п э т н и ч е с к о г о с а м о о б о з н а ч е н и я — э т о ис­
пользование как э т н о н и м а слова, означающего в д а н н о м языке
« ч е л о в е к » ( н а п р и м е р , «банту», « и н у и т » и л и е г и п е т с к о е «реме¬
ти»). Н о э т о л и ш ь с а м ы й я р к и й и н а г л я д н ы й с и м п т о м т о й куда
б о л е е ш и р о к о й т е н д е н ц и и л ю б о й культуры п р я т а т ь с в о е специ­
фическое черно-белое разбиение на позитивное и негативное,
л е ж а щ е е в основе всякой смысловой конструкции, в невиди­
мость и неуловимость «серой зоны» имплицитных правил и
з н а ч е н и й , где э т о р а з б и е н и е у к р ы т о о т в о з м о ж н о й р е ф л е к с и и
и т е м с а м ы м и з м е н ч и в о с т и (Mary D o u g l a s , 1966; 1970; 1 9 7 5 ) . Д е й ­
ствительность не была б ы д е й с т в и т е л ь н о с т ь ю , если б ы осозна­
валась живущими в н е й как «социальная конструкция».
Э т а и з н а ч а л ь н о с в о й с т в е н н а я всякому культурному обра­
з о в а н и ю т е н д е н ц и я н а б р а с ы в а т ь п о к р о в з а б в е н и я и л и необ¬
суждаемости н а у с л о в н о с т ь и с л у ч а й н о с т ь , т о е с т ь н а мысли¬
мость-и-иначе ее конструкций действительности, объясняет­
ся и з е с т е с т в е н н о й у к о р е н е н н о с т и ч е л о в е к а в культуре. Если
ч е л о в е к и о щ у щ а л в с е г д а к а к с в о ю з а д а ч у и б о г о д а н н у ю воз­
можность «совлечение дикости и облечение в человечность»
( h u m a n i t a t e m i n d u e r e feritatem d e p o n e r e ) , как в ы р а ж а е т с я Пет­
р а р к а в о д н о м и з с в о и х п и с е м (R. Pfeiffer, 1 9 8 2 , 3 0 f.), т о о б ъ е к ­
т и в н о он все ж е никогда н е находился в т а к о г о р о д а ситуации.
Культуре п р о т и в о с т о я т только, с о д н о й с т о р о н ы , д е т и , кото­
р ы е в к а ж д о м п о к о л е н и и в х о д я т в н е е к а к « ю н ы е в а р в а р ы » (и
к о т о р ы е я в л я ю т с я не «дикими», а н у ж д а ю щ и м и с я в культуре),
а с другой с т о р о н ы , п р о ч и е культуры, кажущиеся в э т н о ц е н т р и ­
ческой п е р с п е к т и в е с о б с т в е н н о й культуры с о с т о я н и е м дикос­
ти. Ч е л о в е к не в ы б и р а е т между культурой и д и к о с т ь ю . Посколь­
ку о н н е м о ж е т с у щ е с т в о в а т ь б е з к у л ь т у р ы , о н а с т а н о в и т с я е г о
(второй) природой. Ж и в о т н о е благодаря своим инстинктам
п р и с п о с а б л и в а е т с я к ( с п е ц и ф и ч е с к о й д л я д а н н о г о вида) сре­
д е . Ч е л о в е к , л и ш е н н ы й п о д о б н ы х и н с т и н к т о в , в ы н у ж д е н вме­
сто э т о г о п р и с п о с а б л и в а т ь с я к культуре, к с и м в о л и ч е с к о м у
миру смыслов, к о т о р ы й символически опосредует для него мир
и тем самым делает его п р и г о д н ы м для ж и з н и . Человеку при­
х о д и т с я не с о в л е к а т ь с себя дикость, а к о м п е н с и р о в а т ь недо­
с т а т о к . О н п о с т е п е н н о у з н а е т , ч т о ему б е з у с л о в н о н е о б х о д и -
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 147

мо и какие возможности таятся в нем в ф о р м е этой необходи­


мости.
Тем н е м е н е е в с а м о п о н и м а н и и культур их ц е л ь и в л и я н и е
часто видятся в п р е о д о л е н и и д и к о с т и не как недостатка, а как
положительного свойства. Культуры нуждаются для самовы­
р а ж е н и я в ф и к ц и я х хаоса (G . Balandier, 1988). Культура вос­
принимается как п р е о д о л е н и е и п е р е в о р а ч и в а н и е естествен­
ного состояния, в к о т о р о м человек человеку волк, в к о т о р о м
царствует право сильного (то есть бесправие), и каждый нео­
бузданно предается с о б с т в е н н ы м и н с т и н к т а м и в п е ч а т л е н и я м
минуты. П р и с п о с о б л е н и е к культуре означает, согласно е е соб­
ственному самопониманию, отдаление от природы. Приспо­
собление к символическому смысловому миру культуры с ее
предписаниями и запретами, ее нормами и установлениями,
ее п р а в и л а м и и з н а ч е н и я м и п р е д п о л а г а е т о т с т р а н е н и е как
вовне, так и в о в н у т р ь , п о о т н о ш е н и ю к «миру» и п о о т н о ш е ­
н и ю к «себе». П р и с п о с а б л и в а я с ь к у с т а н о в л е н и я м культуры,
человек «отстраняется» от непосредственной связанности
н е п р е м е н н ы м удовлетворением и н с т и н к т о в и о б р е т а е т благо­
даря этому о т с т р а н е н и ю «пространство совести», в к о т о р о м
только и становится в о з м о ж н о действие на о с н о в а н и и свобод­
но принятого решения и тем самым идентичность. «Сознатель­
ное создание д и с т а н ц и и между собой и в н е ш н и м м и р о м впол­
не м о ж н о назвать о с н о в о п о л а г а ю щ и м актом ч е л о в е ч е с к о й
ц и в и л и з а ц и и » , п и ш е т А. В а р б у р г (A. W a r b u r g ) в о в в е д е н и и к
«Mnemosyne» ( G o m b r i c h , 1984, 382). Культура п р е в р а щ а е т эту
дистанцию в свое установление. Она порождает уверенность
и д о в е р и е — д о в е р и е к с е б е , д о в е р и е к миру, с о ц и а л ь н о е до­
верие и тем самым «освобождает» от затопляющего потока
раздражителей, от постоянной необходимости решать и от
недоверия, создавая таким образом свободное пространство,
6
специфическое для человеческого существования .

6
См. об этом N . L u h m a n n , 1973. Ср. также греческое п о н я т и е
πιστις, под к о т о р ы м , н а п р и м е р , Хр. М а й е р п о н и м а е т «само собой ра­
зумеющееся с м ы к а н и е друг с другом о ж и д а н и я и и с п о л н е н и я » (в:
M a r q u a r d / S t i e r l e , 1979, 375 со с с ы л к о й на Р. S p a h n , Mittleschicht u n d
Polisbildung).
148 Часть первая. Общетеоретические основания

Э т о с в о б о д н о е п р о с т р а н с т в о е с т ь п р е д в а р и т е л ь н о е усло­
вие складывания личной и индивидуальной идентичности.
О н о д е л а е т в о з м о ж н ы м и п р о ц е с с ы в з а и м о д е й с т в и я и комму­
н и к а ц и и , «взаимность перспектив» (Н. Plessner), л е ж а щ и е в
о с н о в е всякого ф о р м и р о в а н и я и д е н т и ч н о с т и , а т а к ж е свобо­
ду д е й с т в и я , в к о т о р о й т о л ь к о и м о ж е т ч е л о в е к п о з н а в а т ь с е б я .
Н о действие предполагает не только свободу выбора, но и
в к л ю ч е н н о с т ь в с м ы с л о в о й г о р и з о н т . И м е н н о е д и н с т в о и все­
общность этого горизонта делают возможной интерсубъектив­
ную осмысленность действия, т о есть взаимодействие.
Н о ч т о б ы в э т о м с м ы с л о в о г о г о р и з о н т е с о в м е с т н о г о дей­
с т в и я и о п ы т а в ы р а б о т а л о с ь н е т о л ь к о я-, н о и м ы - с о з н а н и е —
для этого сознание д о л ж н о сделать следующий шаг . Д о тех 7

пор, пока данный символический мир смысла кажется своим


обитателям в наивности их безальтернативного и само собой
разумеющегося этноцентризма просто человеческим и миро­
в ы м п о р я д к о м , н а н е м в р я д л и м о ж е т с т р о и т ь с я с о з н а н и е кол­
л е к т и в н о й и д е н т и ч н о с т и . Я действую так, а не и н а ч е , потому
ч т о так, а не и н а ч е д е й с т в у ю т «люди», а не потому, ч т о так дей­
ствуем « м ы » . 8

В дальнейшем мы попытаемся привести некоторые типич­


н ы е условия, в к о т о р ы х такие смысловые горизонты становят­
с я в с в о и х в а ж н е й ш и х ч а с т я х п р е д м е т о м р е ф л е к с и и , а т е м са­
м ы м и обсуждения, а это, в свою очередь, делает их экспли-

7
Так сказать, д и с т а н ц и р о в а н и е в т о р о й степени не т о л ь к о по от­
н о ш е н и ю к миру, но и по о т н о ш е н и ю к специфическому символичес­
кому миру смысла, в к о т о р о м уже осуществлено п е р в и ч н о е дистан­
ц и р о в а н и е (по о т н о ш е н и ю к «миру»). См. об этом также Chr. Meier,
ibid., 373 ff., к о т о р ы й и н т е р п р е т и р у е т кризис VI—VII вв. до н. э. в Гре­
ц и и как кризис д о в е р и я , к о т о р ы й ведет к «дистанцированию по от­
н о ш е н и ю к существующему порядку».
8
В т е р м и н о л о г и и т е о р и и и д е н т и ч н о с т и Ю . Хабермаса (J. Ha­
bermas) обе п о з и ц и и попадают в рубрику «конвенциональная иден­
тичность». « П о с т к о н в е ц и о н а л ь н ы м » б ы л о бы, н а п р о т и в , д е й с т в и е
на о с н о в а н и и о б щ и х н о р м разума. Как такое действие вообще может
б ы т ь связано с п о н я т и е м и д е н т и ч н о с т и , остается, однако, неясным.
Представляется, что к о л л е к т и в н ы е и д е н т и ч н о с т и всегда включают
в себя элемент и р р а ц и о н а л ь н о г о .
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 149

ц и т н ы м и , о с о з н а н н ы м и и, н а к о н е ц , с и м в о л и ч е с к и м в ы р а ж е ­
нием мы­идентичности.

3. И д е н т и ч н о с т ь , к о м м у н и к а ц и я , к у л ь т у р а

П р и б л и ж а я с ь к п р о б л е м е и д е н т и ч н о с т и со в т о р о г о захо­
да, т е п е р ь с о с т о р о н ы к о м м у н и к а ц и и , м ы и з д е с ь д о л ж н ы на­
чать с нескольких важнейших основ человеческого бытия.
А р и с т о т е л ь о п р е д е л и л ч е л о в е к а к а к ζωον πολιτικον — о б щ е с т в е н ­
ное животное, которое живет в политических устройствах,
общинах, группах. Ч е л о в е к от п р и р о д ы рассчитан на общ­
ность. Исследования поведения подтвердили это определение.
П о т р е б н о с т ь в о б р а з о в а н и и групп п р и н а д л е ж и т к исходным
свойствам человека, а поведение и действия, создающие общ­
н о с т ь , —к э л е м е н т а р н ы м с п о с о б а м п о в е д е н и я ( E i b l ­ E i b e s f e l d t ) .
Социальный инстинкт общ человеку с н е к о т о р ы м и животны­
ми, к о т о р ы е живут группами — с т а я м и и «государствами», как,
н а п р и м е р , волки и пчелы. О т других ж и в ы х существ, образую­
щих группы, человек отличается, по Аристотелю, употребле­
н и е м р е ч и . О н — ж и в о т н о е , о б л а д а ю щ е е р е ч ь ю , ζωον λογον εχον.
О б а о п р е д е л е н и я с в я з а н ы м е ж д у с о б о й : р е ч ь — о с н о в н о е ору­
дие образования групп. О н а делает в о з м о ж н ы м и те ф о р м ы
коммуникации, на которых строятся человеческие группы.

а) Формы символизации идентичности

Сознание социальной принадлежности, то, что мы назы­


ваем «коллективной и д е н т и ч н о с т ь ю » , о с н о в а н о на участии в
общем знании и общей памяти, которые сообщаются через
г о в о р е н и е на одном я з ы к е или, говоря ш и р е , ч е р е з использо­
вание общей системы символов. Ведь р е ч ь идет п р и этом не
только о словах, п р е д л о ж е н и я и текстах, но также и об обря­
дах и т а н ц а х , узорах и о р н а м е н т а х , к о с т ю м а х и т а т у и р о в к а х ,
еде и п и т ь е , п а м я т н и к а х , к а р т и н а х , л а н д ш а ф т а х , д о р о ж н ы х
указателях и м е ж е в ы х камнях. Все это м о ж е т стать знаком,
кодирующим общность. Важна не материальная оболочка, а
функция символа и структура знака. М ы назовем этот комп­
лекс п е р е д а в а е м о й в символах о б щ н о с т и «культурой», или, точ­
150 Часть первая. Общетеоретические основания

н е е , « к у л ь т у р н о й ф о р м а ц и е й » . К у л ь т у р н о й и д е н т и ч н о с т и со­
ответствует, обосновывая и — п р е ж д е всего — воспроизводя
ее, культурная ф о р м а ц и я . Культурная ф о р м а ц и я — э т о т о , по­
средством чего создается и сохраняется в смене поколений
коллективная идентичность.
По причине своего символического — а не биологическо­
го — о б о с н о в а н и я и о п р е д е л е н и я группы, о б р а з у е м ы е л ю д ь м и ,
отличаются невероятным разнообразием. Человек не только
способен жить в «общинах» совершенно разного объема, от
п л е м е н и , н а с ч и т ы в а ю щ е г о н е б о л е е т ы с я ч и ч л е н о в , д о государ­
ства, о б ъ е д и н я ю щ е г о м и л л и о н ы и д а ж е м и л л и а р д ы граждан;
о н м о ж е т п р и н а д л е ж а т ь сразу ко м н о г и м р а з л и ч н ы м группам,
от семьи, партии, профессиональной общности до вероиспо­
ведания и нации. Соответствующим разнообразием отличают­
ся и культурные ф о р м а ц и и , и п р е ж д е всего о н и п о л и м о р ф н ы
и л и п о л и с и с т е м н ы . В н у т р и о д н о й культуры как м а к р о ф о р м а ­
ции имеется множество культурных субформаций. П р и этом
к у л ь т у р н а я ф о р м а ц и я п л е м е н н о г о о б щ е с т в а , судя п о всему, на­
много менее полиморфна, то есть гораздо более монолитна,
чем культурная ф о р м а ц и я п о с т т р а д и ц и о н н о й п и с ь м е н н о й
к у л ь т у р ы . Ч е м с л о ж н е е , т о е с т ь ч е м б о г а ч е к у л ь т у р н ы м и суб­
ф о р м а ц и я м и и л и с у б с и с т е м а м и д а н н а я культура, т е м н е о б х о ­
д и м е е с т а н о в я т с я ф у н к ц и и и и н с т и т у т ы в н у т р и к у л ь т у р н о г о пе­
ревода и согласования.

b) Циркуляция

М ы о п р е д е л я е м культуру к а к с в о е г о р о д а и м м у н н у ю и л и
идентифицирующую систему группы; зададимся теперь вопро­
сом о с п о с о б е ее ф у н к ц и о н и р о в а н и я . З д е с ь т а к ж е н а л и ц о по­
разительная аналогия с биологической иммунной системой.
Ведь способ ф у н к ц и о н и р о в а н и я культурной иммунной систе­
м ы л у ч ш е в с е г о о п и с ы в а е т с я п о н я т и е м ц и р к у л я ц и и . Т о ч н о так­
же, как взаимодействие ф и к с и р о в а н н ы х и п о д в и ж н ы х клеток
создает и поддерживает (воспроизводит) телесную идентич­
ность, то есть благодаря неустанному установлению бесчис­
л е н н ы х к о н т а к т о в создает к о г е р е н т н о с т ь и о р г а н и ч е с к у ю ин­
т е г р а ц и ю , так и социальная и д е н т и ч н о с т ь создается и воспро-
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 151

изводится через взаимодействие. В этом взаимодействии цир­


к у л и р у е т з а к о д и р о в а н н ы й и в ы р а ж е н н ы й в о б щ е м я з ы к е , об­
щ е м з н а н и и и о б щ е й п а м я т и культурный смысл, т о е с т ь з а п а с
общих ценностей, данных опыта, ожиданий и толкований,
к о т о р ы й о б р а з у е т « с и м в о л и ч е с к и й м и р с м ы с л а » и л и ж е «кар­
тину мира» д а н н о г о общества.
Ц и р к у л я ц и я о б щ е г о смысла п о р о ж д а е т «чувство общнос­
ти». К а ж д ы й член группы проникается сознанием п р и о р и т е т а
целого, которому д о л ж н ы быть подчинены желания, стремле­
ния и цели отдельного человека. Главным грехом в египетской,
как и в о в с е х д р е в н е й ш и х э т и к а х , я в л я е т с я « а л ч н о с т ь » , у м н о ­
ж е н и е себя за с ч е т других. Этому т а к ж е и м е е т с я п о р а з и т е л ь ­
ная параллель в микробиологии. А л ч н ы й является своего рода
«раковой клеткой» общества, Во в з я т о й наугад статье о новей­
ш и х о т к р ы т и я х в о б л а с т и о н к о л о г и и м ы ч и т а е м : «В н о р м е каж­
дая клетка с т р о г о п о д ч и н я е т с я и н т е р е с а м о р г а н и з м а в целом.
Самодеятельность возможна с большим трудом, поскольку
жесткая сеть контроля заботится о том, чтобы каждая клетка
9
находилась в согласии с остальным организмом» . Эта сеть
к о н т р о л я существует и в обществе. О н а заботится о том, ч т о б ы
в группе «чувство общности» преобладало над «эгоизмом».
Н а у р о в н е п р о с т ы х о б щ е с т в и «face­to­face c o m m u n i t i e s »
самой в а ж н о й ф о р м о й с о ц и а л ь н о й ц и р к у л я ц и и смысла явля­
ется р а з г о в о р л ю д е й друг с другом. Р е ч ь — главное средство
социального конструирования действительности. Соци­
10
альный м и р создается и сохраняется благодаря р е ч и . Одна­
ко средства социальной циркуляции смысла — не исключитель­
но языковой природы. Исходными и наиболее действенными
средствами социального сплочения и ф о р м и р о в а н и я идентич­
н о с т и я в л я ю т с я х о з я й с т в о и р о д с т в о . М . М о с с ( М . M a u s s , 1966)
и, с о п о р о й н а и с с л е д о в а н и е М о с с а , М . С э х л и н с ( М . S a h l i n s ,
1972) п о к а з а л и к о м м у н и к а т и в н о е з н а ч е н и е т о в а р о о б м е н а ,

9
Barbara H o b o m , «Darmkrebs — E n d e e i n e r stufenweisen Erban¬
derung», в: FAZ vom 14. F e b r u a r 1990.
10
К этой о п и р а ю щ е й с я на Витгенштейна, но т а к ж е и на Альфре­
да Ш ю т ц а (Alfred Schütz) «social constructionist»­ской т е о р и и языка
см. J. Shotter, 1990, с д а л ь н е й ш е й б и б л и о г р а ф и е й .
152 Часть первая. Общетеоретические основания

к о т о р ы й втягивает отдельного человека в систему социальных


в з а и м о з а в и с и м о с т е й , о т в е т с т в е н н о с т е й и с в я з е й . К. Л е в и -
С т р о с с ( С . L e v y - S t r a u s s , 1948) о т к р ы л к у л ь т у р н о е и с о ц и а л ь н о е
значение системы родства и брачных правил. О н интерпрети­
р у е т з а п р е т н а к р о в о с м е ш е н и е к а к в а ж н е й ш е е к у л ь т у р н о е дос­
т и ж е н и е . В а ж н о с т ь э т о г о з а п р е т а в т о м , ч т о о н , р а з р у ш а я само­
д о с т а т о ч н о с т ь м е л ь ч а й ш и х я ч е е к и в ы н у ж д а я к в ы х о д я щ и м за
и х р а м к и с о ю з а м и в з а и м о с в я з я м , в е д е т к ф о р м и р о в а н и ю груп­
п о в ы х и д е н т и ч н о с т е й за п р е д е л а м и м а л о й с е м ь и , т о есть соци­
окультурной идентичности. «Чувство общности», циркулирую­
щее в группе, имеет в т о же время практические следствия.
О б е с п е ч и в а ю щ е е и д е н т и ч н о с т ь з н а н и е , к о т о р о е м ы здесь
о б о з н а ч а е м п о н я т и е м «чувство о б щ н о с т и » , в к л ю ч а е т в себя два
глубоко р а з л и ч н ы е комплекса, к о т о р ы е м о ж н о подвести под
п о н я т и я «мудрость» и «миф». И м с о о т в е т с т в у ю т на у р о в н е про­
с т ы х ф о р м п о с л о в и ц а и р а с с к а з . П о с л о в и ц ы с в я з а н ы б о л е е все­
го с «чувством общности» в смысле c o m m o n sense . И х основ­ 11

н а я задача — п р и у ч е н и е к с о л и д а р н о с т и , так ч т о б ы «каждая


клетка находилась в согласии со всем организмом». Здесь речь
и д е т о ц е н н о с т я х и н о р м а х , о п р а в и л а х , о б е с п е ч и в а ю щ и х ус­
п е ш н о е ф у н к ц и о н и р о в а н и е п о в с е д н е в н о г о о б щ е ж и т и я , о б ак­
с и о м а т и к е к о м м у н и к а т и в н о й д е я т е л ь н о с т и . Э т и ф у н к ц и и мы
п о д в о д и м п о д р у б р и к у « н о р м а т и в н о г о » . Нормативные тексты
о т в е ч а ю т н а в о п р о с « Ч т о н а м с л е д у е т д е л а т ь ? » . О н и с л у ж а т по­
с т р о е н и ю с у ж д е н и я , н а х о ж д е н и ю п р а в и л ь н о г о пути и р е ш е н и я .
О н и с о о б щ а ю т о р и е н т и р у ю щ е е з н а н и е , у к а з ы в а ю т п у т ь к пра­
в и л ь н ы м действиям. «Путь жизни» — по-египетски распростра­
ненная метафора для наставительной литературы, китайское
« д а о » , «путь», у к а з ы в а е т в т о м ж е н а п р а в л е н и и , а е в р е й с к о е по­
н я т и е «халаха», п р и н ц и п н о р м а т и в н о г о , служащего руковод­
ством к действию толкования писания и ортопраксии, связан с
глаголом «халах», «идти» . Д р у г и е ф у н к ц и и о б е с п е ч и в а ю щ е г о
12

11
См. об этом Cl. Geertz, 1983, а также статьи В. Lang и Th.Sunder¬
meier в: A. Assmann, 1991.
12
Ассириолог Т. Abush в 1977 г. на е ж е г о д н о й встрече Ассоциа­
ц и и е в р е й с к и х исследований (AJS) в Б о с т о н е сообщил, что
1986, 9 1 - 2 8 0 .
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 153

идентичность знания мы объединим под рубрикой «формиру­


ю щ е е » : формирующие тексты — н а п р и м е р , м и ф ы о п р а р о д и т е ­
лях, г е р о и ч е с к и е п е с н и , г е н е а л о г и и — о т в е ч а ю т н а в о п р о с «Кто
мы такие?». О н и служат с а м о о п р е д е л е н и ю и п о д т в е р ж д е н и ю
идентичности. О н и сообщают обосновывающее идентичность
знание и м о т и в и р у ю т совместную д е я т е л ь н о с т ь ч е р е з расска­
зывание совместно обжитых историй . Исходящие от таких 13

обосновывающих и с т о р и й импульсы мы обозначили поняти­


ем « м и ф о м о т о р и к и » .

с) Традиция: ритуальная коммуникация


и обрядовая когерентность

М и ф ы связаны с идентичностью, они отвечают на вопрос,


к т о «мы» т а к и е , о т к у д а «мы» п р и ш л и и к а к о в о « н а ш е » м е с т о в
м и р е . О н и х р а н я т с в я щ е н н ы е п р е д а н и я , н а к о т о р ы х г р у п п а ос­
н о в ы в а е т с о з н а н и е с в о е г о е д и н с т в а и с в о е о б р а з и я (R. S c h o t t ,
1968). ( Н о р м а т и в н а я ) м у д р о с т ь ф о р м и р у е т и о б о с н о в ы в а е т формы
и « м и ф о м » б р о с а е т с я в глаза, если о б р а т и т ь с я к ф о р м а м и х ц и р ­
куляции. Мудрость циркулирует в ф о р м а х повседневной, а
миф — в формах ритуальной коммуникации. Циркуляция форми­
рующего о б е с п е ч и в а ю щ е г о и д е н т и ч н о с т ь з н а н и я в о з м о ж н а л и ш ь
ч е р е з с и т у а ц и и р и т у а л ь н о й к о м м у н и к а ц и и . О н и я в л я ю т с я свое­
го р о д а и н с т и т у ц и я м и э т о й ц и р к у л я ц и и . К у л ь т у р н ы й с м ы с л н е
циркулирует и не в о с п р о и з в о д и т с я сам по себе. О н нуждается
в том, чтобы о его циркуляции и представлении заботились.

Поэтому мы должны в связи с проблемой идентичности


еще раз вернуться к обрядам, о которых мы уже говорили в
связи с « п о м н я щ е й » ( о б р я д как н о с и т е л ь культурной — в отли­
чие о т к о м м у н и к а т и в н о й —памяти) и «письменной» (ритуаль­
ная versus текстуальная к о г е р е н т н о с т ь ) культурой. О б р я д ы

Н а о с н о в а н и и н а р р а т и в н о г о характера ф о р м и р у ю щ е й функ­
13

ции, прежде всего в е е д р е в н и х и п е р в и ч н ы х п р о я в л е н и я х , возника­


ет желание о б ъ е д и н и т ь е е с другим п р и н ц и п о м е в р е й с к о г о толкова­
ния П и с а н и я , с «агадой», о с н о в а н н о й на р а с с к а з а х . См. об этом
М. Fishbane, 1986, 2 8 1 - 4 4 2 .
Часть первая. Общетеоретические основания

с у щ е с т в у ю т з а т е м , ч т о б ы р а б о т а л а и д е н т и ф и к а ц и о н н а я сис­
т е м а г р у п п ы . О н и д а ю т с в о и м у ч а с т н и к а м п р и ч а с т н о с т ь к зна­
н и ю , с у щ е с т в е н н о м у д л я и д е н т и ч н о с т и . Н е д а в а я « м и р у » по­
гибнуть, о н и создают и воспроизводят и д е н т и ч н о с т ь группы.
Ведь д л я а р х а и ч е с к о г о ч е л о в е к а к у л ь т у р н ы й с м ы с л — э т о дей­
с т в и т е л ь н о с т ь и л и п о р я д о к в о о б щ е к а к т а к о в ы е . П о р я д о к дол­
жен поддерживаться и воспроизводиться в обряде в противо­
в е с в е з д е с у щ е м у хаосу, т е н д е н ц и и к распаду. П о р я д о к е с т ь н е
просто данность, он нуждается в обрядовом представлении и
м и ф и ч е с к о м в о с п р о и з в е д е н и и : м и ф ы и з л а г а ю т п о р я д о к , об­
р я д ы с о з д а ю т е г о (G. Balandier, 1 9 8 8 ) . П о р я д о к , т о е с т ь у к л а д
и ф о р м а ж и з н и , к о т о р ы е отождествляются с м и р о в ы м поряд­
ком как т а к о в ы м , делится на п о в с е д н е в н ы й аспект мира обыч­
н о й ж и з н и , определяемого и регулируемого чувством общнос­
ти, и на п р а з д н и ч н ы й аспект существенного для идентичности
о б щ е г о з н а н и я , т. е. с о о б щ а е м о й в р и т у а л е « к у л ь т у р н о й памя­
ти». Итак, в бесписьменных обществах задачей обрядов, иначе
говоря, «ритуальной коммуникации», является циркуляция
и воспроизводство знания, обеспечивающего идентичность.
Ритуальная коммуникация и идентичность тесно связаны в
единую систему . Обряды — это каналы, «жилы», в которых
течет обеспечивающий идентичность смысл, инфраструк­
тура и д е н т и ф и к а ц и о н н о й системы. Социальная идентич­
н о с т ь о б е с п е ч и в а е т с я в о з в ы ш е н н о й , п р и п о д н я т о й н а д по­
вседневностью, ритуально организованной коммуникацией.
В б е с п и с ь м е н н ы х о б щ е с т в а х , а т а к ж е в т а к и х , к о т о р ы е , по­
д о б н о Д р е в н е м у Египту, о с н о в ы в а л и с ь , н е с м о т р я на у п о т р е б ­
л е н и е письма, на «обрядовой когерентности», когерентность
группы о п и р а е т с я на п р и н ц и п ритуального п о в т о р е н и я , при­
чем в плане как с и н х р о н и и , так и д и а х р о н и и .

II. Э Т Н О Г Е Н Е З КАК И Н Т Е Н С И Ф И К А Ц И Я И С Х О Д Н Ы Х
СТРУКТУР К О Л Л Е К Т И В Н О Й И Д Е Н Т И Ч Н О С Т И

В п е р в о м разделе настоящей главы мы показали, что


идентичность есть дело знания, сознания и рефлексии, и
р а с с м о т р е л и в о п р о с о п р е д м е т е э т о г о з н а н и я . Культура —
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 155

специфическое содержательное и формальное выражение


этого знания.
Н а уровне исходных структур между с о ц и а л ь н ы м и (этничес­
кими) , п о л и т и ч е с к и м и и культурными ф о р м а ц и я м и наблюдает­
ся п о л н е й ш е е с о о т в е т с т в и е . Ч л е н ы ф о р м а ц и и ж и в у т в «комму­
н и к а ц и и л и ц о м ­ к ­ л и ц у » (face­to­face), т о е с т ь — п о с к о л ь к у о н и
оседлы — в общности поселения. Их социальная принадлеж­
14
н о с т ь о р г а н и з о в а н а м а т р и м о н и а л ь н ы м и п р а в и л а м и . Тем с а м ы м
приблизительно задана численность населения, редко превыша­
ющая несколько тысяч. И по сей день большинство языковых,
культурных и э т н и ч е с к и х о б р а з о в а н и й н а з е м л е и м е ю т э т о т , т а к
15
сказать « е с т е с т в е н н ы й » р а з м е р . Все, ч т о в ы х о д и т за э т и пре­
д е л ы , е с т ь р е з у л ь т а т и н т е н с и ф и к а ц и й . О н и п о с а м о й с в о е й сути
принципиально нестабильны и нуждаются в целенаправленном
у п р о ч е н и и . Тем с а м ы м возникает, как м ы п о д р о б н е е увидим в
дальнейшем, т и п и ч н ы й и с х о д н ы й пункт ф о р м и р о в а н и я коллек­
т и в н ы х и д е н т и ч н о с т е й . Говоря в о б щ е м , и м е н н о н е с о в п а д е н и е
между э т н и ч е с к и м и , культурными и п о л и т и ч е с к и м и образова­
н и я м и п р е ж д е всего п р о в о ц и р у е т р е ф л е к с и ю , в силу к о т о р о й
о б я з ы в а ю щ и й и о б я з а т е л ь н ы й к у л ь т у р н ы й с м ы с л у ж е н е разу­
меется сам собой и становится осознанным. Н а уровне интен­
с и ф и ц и р о в а н н ы х ф о р м и с х о д н ы й альянс между э т н и ч е с к о й ,
культурной и п о л и т и ч е с к о й ф о р м а ц и е й н а ч и н а е т разрушаться
и с т а н о в и т ь с я п р о б л е м а т и ч н ы м . П р о б л е м ы , в о з н и к а ю щ и е в ре­
з у л ь т а т е э т о г о н е с о в п а д е н и я , м о ж н о п о д р а з д е л и т ь н а д в е груп­
пы: п р о б л е м ы и н т е г р а ц и и и п р о б л е м ы д и ф ф е р е н ц и а ц и и .

1. И н т е г р а ц и я и ц е н т р а л и з а ц и я

Когда э т н и ч е с к и е союзы объединяются в более крупное


этнополитическое единство или в результате миграции, пере­

14
О п и с а н и е таких «естественных ф о р м » с о ц и а л ь н о й идентич­
ности дает К. Е. Müller, 1987. Ср. т а к ж е R. Redfield, 1955. F. Н .
кальности».

15
К о н е ч н о , сегодня больше людей ж и в е т в высокоцивилизован­
ных государствах, чем в п л е м е н н ы х культурах. И все ж е племенных
культур по­прежнему больше, чем государств.
156 Часть первая. Общетеоретические основания

селения либо завоевания включаются в другой этнополитичес¬


кий с о ю з , в о з н и к а ю т п р о б л е м ы и н т е г р а ц и и и л и п р и о б щ е н и я
к культуре.
Д о м и н и р у ю щ а я культура — культурная ф о р м а ц и я домини­
рующего этноса — получает теперь межэтническое значение
и становится в ы с о к о й культурой, в ы т е с н я ю щ е й заслоненные
ею культурные ф о р м а ц и и на роль маргинальных. Возникнове­
н и е в ы с о к и х культур д р е в н о с т и повсюду с в я з а н о с созданием
новых ф о р м политической организации, намного превосхо­
дящих по численности своих членов «естественные» величи­
н ы людских о б ъ е д и н е н и й . С и м в о л и ч е с к и й м и р смысла подоб­
н о й и н т е н с и ф и ц и р о в а н н о й к у л ь т у р н о й ф о р м а ц и и д о л ж е н те­
п е р ь в ы п о л н я т ь н е т о л ь к о п е р в и ч н ы е а н т р о п о л о г и ч е с к и е фун­
кции обеспечения дистанции по отношению к повседневнос­
ти и окружающей среде, коммуникации и взаимодействия, но
т а к ж е и д о п о л н и т е л ь н ы е з а д а ч и — с т а б и л и з а ц и и в е с ь м а не­
прочных политических формаций и интеграции множества
более или менее разнородных социокультурных формаций. В
рамках такой интенсифицированной, межлокальной и
трансэтнической, распавшейся на высокую и низкую, на центр
и п е р и ф е р и ю культуры с о ц и а л и з а ц и я п р о т е к а е т в других, мно­
гоступенчатых формах. Теперь уже не родители и п е р в и ч н ы е
социальные условия, а институции распределяют и сообщают
культурное знание; его п р и о б р е т е н и е утомительно и долго.
Культура в о п л о щ а е т т е п е р ь н е с т о л ь к о само с о б о й разумею­
щ е е с я , к а к е е о п р е д е л я л с о ц и а л ь н ы й п с и х о л о г П е т е р Р . Хоф¬
штеттер ( P e t e r R. H o f s t ä t t e r ) , с к о л ь к о т р у д н о д о с т и ж и м о е , со­
г л а с н о п о н и м а н и ю с о ц и а л ь н о г о а н т р о п о л о г а А р н о л ь д а Геле­
н а ( A r n o l d G e h l e n ) : « Ж е с т к и е и в с е г д а о г р а н и ч и в а ю щ и е , зап­
ретительные формы, выработавшиеся очень постепенно, в
х о д е с т о л е т н и х и т ы с я ч е л е т н и х э к с п е р и м е н т о в , т а к и е как
п р а в о , с о б с т в е н н о с т ь , м о н о г а м н а я с е м ь я , о п р е д е л е н н о е рас­
п р е д е л е н и е труда, — и м е н н о о н и с ф о р м и р о в а л и , возвысили
наши инстинкты и склонности до того высокого, требующе­
го и с к л ю ч и т е л ь н о с т и и н а п р а в л е н н о г о о т б о р а у р о в н я , кото­
р ы й з а с л у ж и в а е т н а з в а н и я культуры. Т а к и е и н с т и т у т ы , как
право, моногамная семья, собственность, сами ни в коей мере
не являются естественными и очень быстро разрушаются.
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 157

Т о ч н о т а к ж е н е я в л я е т с я е с т е с т в е н н о й культура н а ш и х и н с т и н ­
ктов и склонностей, к о т о р ы е , н а п р о т и в , нуждаются в постоян­
ных внешних укреплении, поддержке, воспитании с помощью
этих институтов. И если в ы б и т ь эту опору, мы о ч е н ь б ы с т р о
в о з в р а щ а е м с я в п р и м и т и в н о е с о с т о я н и е » (А. G e h l e n , 1 9 6 1 , 5 9 ) .
То, о ч е м г о в о р и т з д е с ь Гелен, э т о н е культура к а к т а к о в а я , а
и н т е г р а т и в н о и н т е н с и ф и ц и р о в а н н а я культура. И н т е г р а т и в н о
и н т е н с и ф и ц и р о в а н н а я культура — э т о не п р о с т о п о р о ж д е н и е
н е о б х о д и м о с т и , в о с п о л н е н и я недостатка, а культура б о л е е
в ы с о к о й с т у п е н и , п о с р а в н е н и ю с к о т о р о й и с х о д н ы е культур­
н ы е ф о р м а ц и и в самом деле п р е д с т а ю т как «дикость», к о т о р у ю
надлежит совлечь с себя, ч т о б ы облечься в «человечность». Она,
как н а з ы в а е т э т о Гелен, е с т ь д в и ж е н и е «в с т о р о н у в е л и к о г о ,
труднодостижимого и абсолютного», к о т о р о е всегда б ы в а е т
« в ы н у ж д е н н ы м , т р у д н ы м и м а л о в е р о я т н ы м » . Гелен, в и д и м о , н е
з а м е ч а е т , ч т о о п и с ы в а е т н е культуру к а к т а к о в у ю , а культуру н а
о п р е д е л е н н о й и с т о р и ч е с к о й с т а д и и , а т а к ж е т о г о , ч т о э т а куль­
тура п р и з н а н а п р и д а в а т ь с т а б и л ь н о с т ь не т о л ь к о человеку в
лабильности его и н с т и н к т о в и наклонностей, но и ф о р м е по­
л и т и ч е с к о й о р г а н и з а ц и и , к о т о р а я п о д д е р ж и в а е т эту культуру
и сама п о д д е р ж и в а е м а е ю . То, ч т о о п и с ы в а е т Гелен, д о в о л ь н о
точно соответствует древнеегипетскому п о н я т и ю культуры,
центральной проблемой к о т о р о й со времени ее возникнове­
ния была интеграция (лишь в эпоху эллинизма к ней прибави­
лась п о меньшей м е р е столь ж е значимая проблема д и ф ф е р е н ­
циации).
Напрашивается мысль, что требовательность интегратив­
но и н т е н с и ф и ц и р о в а н н о й культуры, ее «движение к велико­
му и а б с о л ю т н о м у » , н а х о д и т с в о е в ы р а ж е н и е в к о л о с с а л ь н о с ­
ти с и м в о л и ч е с к и х ф о р м и с т и л я этих в ы с о к и х культур древ­
ности. Сверхчеловеческие, требующие величайших усилий
и крупных технических достижений масштабы этого языка
ф о р м как нельзя лучше соответствуют столь ж е превосходя­
щей естественные размеры и требующей н е п р е р ы в н ы х усилий
для своего с о х р а н е н и я в е л и ч и н е политического о б р а з о в а н и я .
С а м ы м в п е ч а т л я ю щ и м п р и м е р о м т а к о й с и н х р о н н о с т и «скла­
дывания народности, о б р а з о в а н и я государства и колоссаль­
н о с т и » я в л я ю т с я е г и п е т с к и е п и р а м и д ы 4-й д и н а с т и и ( о к о -
158 Часть первая. Общетеоретические основания

л о 2 6 0 0 д о н. э . ) . « З д е с ь в е р а в с а м о м д е л е с д в и н у л а г о р ы » ,
п и ш е т е г и п т о л о г В о л ь ф г а н г Хельк, «но она т а к ж е дала решаю­
щ и й т о л ч о к к п о я в л е н и ю е г и п е т с к о г о н а р о д а . И , н а к о н е ц , толь­
к о т а к , б л а г о д а р я э т о й о б щ е й з а д а ч е , в о з н и к а е т е г и п е т с к о е го­
сударство как о р г а н и з о в а н н о е ц е л о е , в к о т о р о м каждому отве­
д е н о с в о е м е с т о » (W. H e l c k , 1 9 8 6 , 1 9 ) .
П и р а м и д а как знак с о б и р а н и я и символ политической
идентичности (которую ф а р а о н при ж и з н и воплощал своей
персоной) — это может показаться анахронизмом. Вспомина­
ется мавзолей Л е н и н а в Москве и прежде всего мавзолей Мао
в П е к и н е , н а п о с т р о й к е к о т о р о г о б ы л о з а н я т о 7 0 0 ООО ч е л о ­
век со всего света: и н т е г р а т и в н а я стратегия с целью противо­
стоять опасности политического распада после смерти Мао
( L . L e d d e r r o s e , 1 9 8 8 ) . Т а к , В и л ь я м Вуд в ы с к а з ы в а л с я о к о л о
1800 года за т о , ч т о б ы в Л о н д о н е б ы л а воздвигнута о г р о м н а я
п и р а м и д а , « ч т о б ы п о с р е д с т в о м ч у в с т в в о с х и т и т ь , у д и в и т ь , воз­
в ы с и т ь и л и о ч а р о в а т ь души» («to delight, astonish, elevate or
sway t h e m i n d o f o t h e r s t h r o u g h t h e m e d i u m of t h e i r s e n s e s » ) .
Только п о т р я с а ю щ и е р а з м е р ы п и р а м и д ы могли так воздейство­
вать на чувства английского народа, ч т о б ы о н встал на з а щ и т у
р о д и н ы , т о е с т ь о н и о д н и с п о с о б н ы б ы л и с д е л а т ь н а ц и ю как
коллективное тождество «чувственно» видимой и п р о ч н о й . 16

О д н а к о п о х о ж е е т о л к о в а н и е к о л о с с а л ь н о й а р х и т е к т у р ы вели­
ких и м п е р и й п р о ш л о г о находится уже в Б и б л и и , в знамени­
1 7

т о м р а с с к а з е о п о с т р о е н и и В а в и л о н с к о й б а ш н и (Быт. 11,4):

П о с т р о и м себе город и башню,


В ы с о т о ю до небес,
И сделаем себе имя.
И н а ч е мы рассеемся по лицу земли!

Ч т о такое здесь «имя», как не в о п л о щ е н и е и ц е н т р а л ь н ы й


символ э т н о п о л и т и ч е с к о й идентичности? И что такое стрем­
л е н и е к и н т е г р а ц и и (и в т о ж е в р е м я п о н и м а н и е н е у с т о й ч и в о ­
с т и е е с т р у к т у р ы ) , к а к н е с т р а х п е р е д р а с с е я н и е м п о л и ц у зем­
ли? И здесь т о ж е с т р е м л е н и е к крупномасштабной этнополи-

W. Wood, An Essay o n National and Sepulchral M o n u m e n t s , по:


16

R. Koselleck, 1 9 7 9 , 2 6 1 .
О политическом з н а ч е н и и колоссальности см. Н. Cancik, 1990.
17
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 159

т и ч е с к о й и д е н т и ч н о с т и с н е о б х о д и м о с т ь ю н а х о д и т с в о е вы­
ражение в гигантском сооружении. И з завершения библейс­
кой и с т о р и и мы знаем, что Яхве разрушает эти п л а н ы н е толь­
к о р а з р у ш е н и е м б а ш н и , н о и, п р е ж д е в с е г о , с м е ш е н и е м я з ы ­
ков. Н е в о з м о ж н о я с н е е указать на тему « и д е н т и ч н о с т и » . Ведь,
как с п р а ш и в а е т с п о л н ы м о с н о в а н и е м с о ц и о л и н г в и с т Д ж о ш у а
Фишман (Joshua Fishman), «разве есть у нас для создания и
передачи этой идентичности лучшая символическая система,
ч е м я з ы к ? » ( в : A. J a c o b s o n - W i d d i n g , 1 9 8 3 , 2 7 7 ) . Х о т я ф р а з а
Ф и ш м а н а о т н о с и т с я к « m o d e r n ethno-cultural identity», сама
п р о б л е м а т и к а н е я в л я е т с я т а к о й уж « с о в р е м е н н о й » . О б щ и й
язык, как б ы л о и з в е с т н о уже А р и с т о т е л ю , — и с к о н н е й ш е е сред­
ство о б р а з о в а н и я человеческих групп.
Интеграция, создание этнополитической «крупномасш­
табной идентичности» поверх естественных ф о р м а ц и й объе­
д и н е н и я людей в общества и ее у п р о ч е н и е в соответственно
обширном, обязывающем и обязательном символическом
м и р е с м ы с л а , н е и з б е ж н о в е д е т к тому, ч т о к у л ь т у р н ы е ф о р м а ­
ц и и с т а н о в я т с я п р е д м е т о м р е ф л е к с и и . П р и о б щ е н и е к культу­
ре означает переход от одной культуры к другой, д а ж е если с
т о ч к и з р е н и я б о л е е в ы с о к о й « к о н е ч н о й культуры» о н толкует­
ся как « с о в л е ч е н и е д и к о с т и и о б л е ч е н и е в ч е л о в е ч н о с т ь » . 18

Во всяком случае, в о з н и к а е т культурный п л ю р а л и з м , к о т о р ы й


способствует ф о р м и р о в а н и ю «культурного сознания», т о ч н о
т а к ж е как з н а н и е н е с к о л ь к и х я з ы к о в о б о с т р я е т я з ы к о в о е со­
з н а н и е . С о з д а е т с я м е т а у р о в е н ь культурной р е ф л е к с и и , с ко­
т о р о г о м о ж н о ( ч а с т и ч н о ) о б с у ж д а т ь и э к с п л и ц и р о в а т ь культу­
ру. И м п л и ц и т н ы е н о р м ы , ц е н н о с т и , а к с и о м ы п р е в р а щ а ю т с я в
эксплицитные фиксируемые законы и жизненные правила.
Это п р е в р а щ е н и е происходит под влиянием не только изобре­
т е н и я п и с ь м а , н о и п о т р е б н о с т и в э к с п л и к а ц и и из-за п р о б л е м ы
интеграции. Знание, ставшее эксплицитным и обсуждаемым,
с т а н о в и т с я i p s o facto и з м е н я е м ы м , п о д л е ж а щ и м к р и т и к е . Э т о
также порождает многообразие и сложность, противополож­
ные безальтернативной самопонятности.

Э т и п о н я т и я («feritas» и «humanitas») П е т р а р к а использует в


18

посвятительном письме, см. Pfeiffer, 1982, 30 f.


160 Часть первая. Общетеоретические основания

О д н а к о культура в о в с е не всегда о к а з ы в а е т и с к л ю ч и т е л ь ­
но интегрирующее и унифицирующее воздействие. В такой
же — если не в большей — мере она способна оказывать также
стратифицирующее и разделяющее воздействие. Пожалуй,
с а м ы й я р к и й п р и м е р п р е д с т а в л я е т н а м и н д и й с к о е к а с т о в о е об­
щество. К а с т о в ы е р а з л и ч и я — чисто культурного свойства, они
определяются особой компетенцией каждой касты. Внутри
общей этнической идентичности — поскольку иноплеменник
ео ipso находится вне каст — кастовая система вводит неравен­
ство культурного п р о и с х о ж д е н и я . П е р в ы й т о л ч о к к р а з в и т и ю
в этом направлении связывают о б ы ч н о с письмом и владени­
ем им . В д р е в н и х в ы с о к и х культурах М е ж д у р е ч ь я и Египта
19

п и с ц ы составляют а р и с т о к р а т и ю , в руках к о т о р о й объедине­


ны познавательные, политические и экономические, религи­
о з н ы е , м о р а л ь н ы е и ю р и д и ч е с к и е п о л н о м о ч и я . П и с ь м о и зна­
н и е , п и с ь м о и у п р а в л е н и е , п и с ь м о и власть идут н е р а з д е л ь н о
р у к а о б руку. М е ж д у п и ш у щ е й , у п р а в л я ю щ е й и п р а в я щ е й э л и ­
т о й и р а б о т а ю щ е й и п р о и з в о д я щ е й м а с с о й р а з в е р з а е т с я рас­
тущая пропасть. Существует ли представление о себе, общее
для о б о и х э т и х слоев? М ы с л я т л и о н и себя п о - п р е ж н е м у как
ч л е н о в о д н о й группы? Ч е м с л о ж н е е культура, т е м ш и р е про­
п а с т ь , к о т о р у ю о н а р а з в е р з а е т в н у т р и г р у п п ы , п о с к о л ь к у вла­
д е т ь и п о л ь з о в а т ь с я с о о т в е т с т в у ю щ и м з н а н и е м с п о с о б н ы все­
гда л и ш ь н е м н о г и е с п е ц и а л и с т ы (Е. G e l l n e r , 1 9 8 3 ) .
Стратифицирующая, создающая неравенство потенция
к у л ь т у р ы м о ж е т д е й с т в о в а т ь в двух н а п р а в л е н и я х : в н а п р а в л е ­
нии социологической дифференциации по признаку знания,
о т д е л я ю щ е й э к с п е р т о в и с п е ц и а л и с т о в о т н е г р а м о т н о й мас­
сы, и в н а п р а в л е н и и э т о л о г и ч е с к о й д и ф ф е р е н ц и а ц и и , кото­
рая противопоставляет утонченные ф о р м ы ж и з н и образован­
н ы х в е р х н и х слоев о б щ е с т в а «грубым» ф о р м а м ж и з н и массы.
Культура с т а н о в и т с я ф е н о м е н о м в е р х н и х с л о е в . П р и э т о м куль­
тура с ч и т а е т себя, как п р а в и л о , не культурой э л и т ы , противо­
с т о я щ е й культуре народа, а культурой «просто», и р а з н и ц а
лишь в том, что элита лучше ее усвоила и воплотила. Таким

В И н д и и функции письма в ы п о л н я е т ведически-брахманская


19

мнемотехника.
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 161

образом, часть — элита — претендует на репрезентативность


по о т н о ш е н и ю к целому. Е г и п е т с к и й ч и н о в н и к с ч и т а е т себя
не носителем о с о б о й «чиновничьей» культуры, т о есть опре­
деленных умений и определенной сословной этики, а носите­
лем культуры в о о б щ е . Б ы т ь н о с и т е л е м Культуры с б о л ь ш о й
буквы — н е л е г к о е д е л о , к о т о р о м у м о г у т п о с в я т и т ь с е б я л и ш ь
те, кто благодаря с в о е й о б е с п е ч е н н о с т и и з б а в л е н о т непосред­
ственных забот о п р о п и т а н и и . В этом о т н о ш е н и и к культуре
едины все д р е в н и е общества. Н и ж н и е слои были п р и ч а с т н ы
культуре т е м , ч т о с т а н о в и л и с ь п р е д м е т о м е е в н и м а н и я . Б л а г о ­
т в о р и т е л ь н о с т ь и з а б о т а о б е д н ы х суть ц е н т р а л ь н ы е т р е б о в а ­
ния как древнеегипетской, так и вообще д р е в н е в о с т о ч н о й ,
вплоть до б и б л е й с к о й , э т и к и (Н. Bolkestein, 1939). Солидар­
ность, которую внушали отдельному человеку, н е п р е м е н н о
включала бедных и бесправных, пресловутых «вдов и сирот» . 20

Культура ц е н т р а , н а к л а д ы в а в ш а я с я н а п е р и ф е р и ю как
культура и м п е р и и , всегда о п и р а л а с ь л и ш ь н а узкую п р о с л о й ­
ку э л и т ы . Н о о н а с и м в о л и з и р о в а л а с о ц и а л ь н у ю и д е н т и ч н о с т ь
о б щ е с т в а в ц е л о м . Ч е р е з у ч е н и е (в В а в и л о н е , Е г и п т е и К и ­
т а е ) и с д а ч у г о с у д а р с т в е н н ы х э к з а м е н о в (в К и т а е ) можно было
добиться причастности к ней. О н а дает сознание «принад­
л е ж н о с т и » с о в с е м и н о е , ч е м р а з у м е ю щ а я с я в н о р м е сама со­
бой этнокультурная принадлежность. Благоприобретенная,
достигнутая сознательными усилиями, принадлежность по­
р о ж д а е т д р у г о е с о з н а н и е , ч е м в р о ж д е н н а я . П р е ж д е в с е г о куль­
тура о с о з н а е т с я как с р е д с т в о п р и н а д л е ж н о с т и к л ю д я м б о л е е
высокого сорта. Х о т я э т о с о з н а н и е и д е н т и ч н о с т и с и л ь н о от­
личается от порождаемого проблематикой дифференциа­
ции, но в некоем ослабленном смысле его тоже можно назвать
культурной и д е н т и ч н о с т ь ю .
П о э т о м у м ы д о л ж н ы р а з л и ч а т ь р е п р е з е н т а т и в н у ю и экск­
л ю з и в н у ю культуру э л и т ы . Э к с к л ю з и в н а я культура э л и т ы ,
н а п р и м е р культура г о в о р я щ е й по-французски е в р о п е й с к о й
а р и с т о к р а т и и XVIII века, никогда не м ы с л и т себя как репре-

См. об этом литературу, приведенную в: Автор, 1990. А также:


20

Н. К. Havice, T h e concern for the Widow a n d the Fatherless in the Ancient


Near East. A Case Study in О. T. Ethics, Ph. D. Thesis, Yale University, 1978.
162 Часть первая. Общетеоретические основания

зентативная в этническом смысле. Польский аристократ того


в р е м е н и чувствует себя гораздо т е с н е е с в я з а н н ы м с францу­
зом того ж е сословия, чем со своим земляком из крестьян. О н
б ы , в е р о я т н о , не п о н я л уже самого п о н я т и я «земляк» — ведь
п о л я к и б ы л и н а ц и е й д в о р я н с т в а . А. Д . С м и т (A. D. S m i t h ) раз­
личает в сходном смысле «горизонтальные» и «вертикальные»
э т н о с ы . « Г о р и з о н т а л ь н ы е » э т н о с ы — а р и с т о к р а т и ч е с к и е ; куль­
т у р а о к а з ы в а е т с т р а т и ф и ц и р у ю щ е е в о з д е й с т в и е и о ч е н ь сла­
бо р а с п р о с т р а н я е т с я книзу и л и не р а с п р о с т р а н я е т с я вовсе.
« В е р т и к а л ь н ы е » э т н о с ы , н а п р о т и в , « д е м о т и ч е с к и е » ; в э т о м слу­
ч а е е д и н а я э т н и ч е с к а я культура п р о н и з ы в а е т — и н о г д а в б о л ь ­
ш е й и л и м е н ь ш е й с т е п е н и — в с е с л о и н а с е л е н и я (A. D. S m i t h ,
1 9 8 6 , 76—89). В т а к о й ф о р м е э т а д и х о т о м и я с л и ш к о м п р и м и ­
тивна, поскольку не учитывает важного различия, к о т о р о е мы
п р о в е л и м е ж д у « э к с к л ю з и в н о й » и « р е п р е з е н т а т и в н о й » куль­
т у р о й . Так, х о т я Е г и п е т и М е ж д у р е ч ь е п р и н а д л е ж а т к «гори­
з о н т а л ь н ы м » э т н о с а м с в ы р а ж е н н о й к у л ь т у р о й э л и т ы , эту куль­
туру, т е м н е м е н е е , с л е д у е т п о н и м а т ь р е п р е з е н т а т и в н о , а н е
эксклюзивно. Посредством идеологии «вертикальной солидар­
н о с т и » эта культура п ы т а е т с я о к а з ы в а т ь о б ъ е д и н я ю щ е е воз­
д е й с т в и е п о в е р х е ю ж е с а м о ю с о з д а н н о й п р о п а с т и . Интег¬
21

ративно и н т е н с и ф и ц и р о в а н н ы е культурные ф о р м а ц и и , чья


и н т е г р и р у ю щ а я с и л а , будучи н а п р а в л е н а в о в н у т р ь , н е д а е т и м ­
перии распасться, развивают о б ы ч н о и вовне сверхобычную
силу а с с и м и л я ц и и . К л а с с и ч е с к и м п р и м е р о м я в л я е т с я К и т а й .
Ч у ж е з е м н ы е з а х в а т ч и к и в к а ч е с т в е в л а с т и т е л е й К и т а я тут ж е
з а б ы в а ю т о с в о е м п р о и с х о ж д е н и и и с т а н о в я т с я б о л ь ш и м и ки­
т а й ц а м и , чем сами к и т а й ц ы , о н и «китаизируются» . Тот ж е 22

процесс м о ж н о наблюдать уже и в Вавилоне, и в Египте. «Кто


и с п и л воды из Н и л а , забывает, откуда о н п р и ш е л » . З н а м е н и ­
т ы м и п р и м е р а м и и з Д р е в н е г о м и р а я в л я ю т с я культурная асси­
миляция ассирийцев вавилонянами и римлян греками. В Но­ 2 3

в о й и с т о р и и Ф р а н ц и я с ч и т а л а с ь до н е д а в н е г о в р е м е н и стра-

К п о н я т и ю «вертикальной солидарности» см. Автор, 1990.


21

S.W.Bauer, 1980.
22

О б ассиро-вавилонской «культурной борьбе» ср. P. Machinist,


2 3

1984-1985.
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 163

ной, обладающей особой ассимилятивной силой в области


культуры. Ч т о б ы р а з в и т ь т а к у ю а с с и м и л и р у ю щ у ю и и н т е г р и р у ­
ю щ у ю силу, к у л ь т у р а д о л ж н а в ы й т и и з « т е н е в о й з о н ы » п р и в ы ч ­
ного, само собой разумеющегося, и п р и в л е ч ь к себе о с о б о е вни­
мание благодаря у п р о ч е н и ю , э к с п л и ц и р о в а н и ю и стилизации.
В корне упрочившаяся, ставшая видимой, она может затем
с т а т ь о б ъ е к т о м с о з н а т е л ь н о й и д е н т и ф и к а ц и и и с и м в о л о м кол­
л е к т и в н о й , и и м е н н о «культурной», и д е н т и ч н о с т и . 24

2. Д и ф ф е р е н ц и а ц и я и э г а л и т а р н о с т ь

Р а з л и ч е н и е между и н т е г р а ц и е й и д и ф ф е р е н ц и а ц и е й как
двумя р а з л и ч н ы м и н а п р а в л е н и я м и и н т е н с и ф и к а ц и и и с х о д н ы х
структур культуры м о ж е т п о к а з а т ь с я п р а з д н ы м з а н я т и е м . Раз­
ве н е я в л я ю т с я о н и о б е а с п е к т а м и о д н о г о и т о г о ж е ф е н о м е ­
на? Е с л и к у л ь т у р а , ч т о б ы и н т е н с и ф и ц и р о в а т ь с в о ю и н т е г р и ­
р у ю щ у ю и а с с и м и л и р у ю щ у ю силу, д о л ж н а с т а т ь « в и д и м о й » , т о
разве она тем самым не становится дифференцирующей? Ч т о
такое стилизация, как не ставшие видимыми своеобразие и
дифференциация? И разве идентичность не подразумевает
одновременно единства и своеобразия? Есть ли смысл прово­
дить различие между такой идентичностью, которая больше
подчеркивает единство, и такой, которая больше подчеркива­
ет своеобразие? М о ж н о л и п о д ч е р к и в а т ь одно, н е подчерки­
вая о д н о в р е м е н н о и другого? П о д о б н ы е у п р е к и о п р а в д а н ы .
Культура, с о з д а в а я в н у т р и с е б я и д е н т и ч н о с т ь , в о в н е п о л а г а е т
ч у ж д о с т ь . П с и х о л о г Э . X. Э р и к с о н (E. H. Erikson) н а з в а л э т о т
процесс «псевдоспецификацией» , этнолог И. 2 5
Айбл-Айбес¬
фелдт (I. Eibl-Eibesfeldt) о п о з н а л в э т о м о д н у и з п р и ч и н ч е л о ­
в е ч е с к о й а г р е с с и в н о с т и (I. Eibl-Eibesfeldt, 1 9 7 5 ; 1 9 7 6 ) . Ч у ж ­
дость, п о р о ж д е н н а я культурой, м о ж е т и н т е н с и ф и ц и р о в а т ь с я
до к с е н о ф о б и и , н е н а в и с т и между н а р о д а м и и в о й н ы на унич­
тожение. Такая амбивалентность входит в ф е н о м е н о л о г и ю

Речь идет о том акте и д е н т и ф и к а ц и и , для к о т о р о г о А. Ассман,


21

1986 создала п о н я т и е «opting in».


Е. Н. Erikson, 1966, 3 3 7 - 3 4 9 ; К. Lorenz, 1977.
2 5

11
164 Часть первая. Общетеоретические основания

к у л ь т у р н о й п а м я т и . Л ю б о в ь и н е н а в и с т ь с у т ь д в е с т о р о н ы од­
ной и той же исходной функции группообразования . 2 6

И н т е н с и ф и к а ц и я единства внутри, н е с о м н е н н о , усилива­


ет отмежевание от того, что вовне. Я р ч а й ш и м проявлением
этого механизма является китайская стена, которую воздвиг
«объединитель и м п е р и и » Ш и Х у а н д и . В Египте наблюда­
27

е т с я т о т ж е м е х а н и з м . Н о в е й ш и е р а с к о п к и п о к а з а л и , ч т о до­
и с т о р и ч е с к и е культуры Верхнего и Н и ж н е г о Египта б ы л и —
каждая по отдельности — включены в о б ш и р н ы е культурные
контексты, верхнеегипетская — в африканский, нижнеегипет­
с к а я — в п е р е д н е а з и а т с к и й (J. E i w a n g e r , 1 9 8 3 , 61—74). С о б ъ ­
единением Египта, то есть с созданием политической фор­
мации, охватывающей различные этнические и культурные
ф о р м а ц и и д о л и н ы Н и л а , э т и д а л ь н и е с к р е щ е н и я и с ч е з а ю т . То
ж е в е р н о и д л я М е с о п о т а м и и , к о т о р а я д л я р а н н е й э п о х и дол­
ж н а р а с с м а т р и в а т ь с я в м е с т е с П е р е д н е й А з и е й к а к ц е н т р куль­
турного контекста, простирающегося на запад до Анатолии и
Египта, а на восток — до д о л и н ы Инда.
И наоборот, интенсификация отмежевания, направленно­
го в о в н е , н е и з б е ж н о в л е ч е т за с о б о й у с и л е н и е в н у т р е н н е г о
единства. Н и ч т о не сплачивает сильнее, чем отграничение от
враждебного окружения. Лучшим средством п р о т и в внутрипо­
литических трудностей является агрессивная в н е ш н я я поли­
т и к а . М ы не о т р и ц а е м э т о й связи. И все ж е , на наш взгляд,
28

имеет смысл р а з л и ч а т ь между «интегративной» и «дифферен­


цирующей» и н т е н с и ф и к а ц и е й культурных ф о р м а ц и й , смотря
п о тому, в ы з в а н а э т а и н т е н с и ф и к а ц и я ф а к т о р а м и , в е д у щ и м и

О не вполне безопасной близости этой этологической теории к


26

политической т е о р и и специалиста по государственному праву Карла


Шмитта («образование групп через образы врага») см. A. u.J. Assmann,
1990.
Эта «великая стена» не тождественна с частично сохранившим­
27

ся до наших дней сооружением, к о т о р о е в своей н ы н е ш н е й ф о р м е


возникло в начале XV века, но служила т о й же цели, см. Н. Franke,
R. Trauzettel «Das Chinesische Kaiserreich» (Fischer, Weltgeschichte 19,
1968, 75).
См. об этом главу «Military mobilisation a n d ethnic consciousness»
2 8

в: A. D. Smith, 1986, 73 ff.


Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 165

скорее к д и ф ф е р е н ц и а ц и и или к интеграции. Д и ф ф е р е н ц и а ­


ц и я е г и п е т с к о й культуры в о з н и к л а как н е и з б е ж н о е сопутству­
ющее явление при направленной вовнутрь интегрирующей
энергии. Еврейство развило свою уникальную интегрирующую
э н е р г и ю из необходимости о т м е ж е в а н и я , н а п р а в л е н н о г о вов­
2 9
не . В о б о и х случаях о д н о не б ы л о бы в о з м о ж н о без другого.
Тем н е м е н е е т и п к у л ь т у р н о й и н т е н с и ф и к а ц и и , в з а в и с и м о с т и
от р о д а проблем, вызвавших его к ж и з н и , в каждом случае п р и н ­
ципиально иной.
К а к Гелен ( G e h l e n ) п р и н и м а е т з а культуру в о о б щ е т и п е е
интегрирующей и н т е н с и ф и к а ц и и , так этнолог Вильгельм
Э. М ю л ь м а н ( W i l h e l m Е. M ü h l m a n n ) в и д и т с у т ь к у л ь т у р ы в е е
интенсифицированной в сторону дифференциации форме.
Для этого он вводит п о н я т и е « п о р о г о в о й структуры»: «грани­
ца, о ч е в и д н о , и м е е т с я , н о о н а н е о б я з а т е л ь н о ( и л и , во в с я к о м
случае, э т о не главное) д о л ж н а б ы т ь п р о в е д е н а п о «земле». В
большей степени ее о п р е д е л я е т сам человек, к о т о р ы й стано­
вится носителем «пограничного признака». Граница проводит­
ся о р н а м е н т а м и т а т у и р о в к и , р а с к р а с к о й т е л а , с п е ц и а л ь н о на­
носимыми увечьями, украшениями, костюмом, языком, кухней,
образом ж и з н и , в общем, культурой как в е щ н ы м имуществом,
преданиями, мифами и проч. (Вспомним шотландские орна­
менты, которые одновременно являются отличительными
знаками кланов.) Ц и н о в к и , узоры сари, ф о р м а оружия и даже
п е н и е и пляска могут п р о в о д и т ь « г р а н и ц ы » . Все э т о н е п р о с т о
«есть», о н о е щ е и о т г р а н и ч и в а е т о т «других», м а р к и р у е т и свя­
зано поэтому с понятиями п р е д п о ч т е н и я и превосходства, с
и д е о л о г и я м и . В п р е д с т а в л е н и и о г р а н и ц е у е с т е с т в е н н ы х на­
родов т а к о е м а р к и р о в а н и е (ср. лат. m a r g o ) г о р а з д о в а ж н е е ,
чем, н а п р и м е р , установленное размежевание полей — к о т о р о е
также м о ж е т и м е т ь м е с т о , н о в х о д и т в н е ч т о б о л е е ш и р о к о е ,
захватывающее само человеческое существование, — а имен­

2 9
Еще М. Вебер заметил, что идея «избранного народа» выросла
из п р и н ц и п а д и ф ф е р е н ц и а ц и и и что она вновь и вновь в о з н и к а е т
при схожих условиях: «За всеми "этническими" п р о т и в о р е ч и я м и сто­
и т — в н е к о т о р о м роде в п о л н е е с т е с т в е н н о — идея избранного наро­
да» (Wirtschaft u n d G esellschaft, 221).
166 Часть первая. Общетеоретические основания

но в «пороговую структуру». ...Пороговая структура в идеаль­


н о м с л у ч а е н е о т г р а н и ч и в а е т «культуру» к а к одну и з ф о р м ж и з ­
ненного поведения от других форм, считающихся также
«культурами», а подразумевает, что с о б с т в е н н а я культура есть
«культура в о о б щ е » , т о е с т ь п р а в о м е р н ы й м и р о в о й п о р я д о к ,
п о о т н о ш е н и ю к к о т о р о м у п р о ч и е к у л ь т у р ы п р и з н а ю т с я «не¬
дочеловеческими». « " П р о ч и м и культурами" о н и я в л я ю т с я толь­
к о д л я к у л ь т у р о л о г а , ч е й ш и р о к и й к р у г о з о р в и д и т к у л ь т у р ы как
ч а с т н ы е с л у ч а и , н о н е д л я т о г о , к т о н а х о д и т с я в н у т р и культу­
ры. П о н и м а н и е т о г о , ч т о "другие" т о ж е и м е ю т человеческий
о б л и к , д о с т и г а е т с я л и ш ь п о с т е п е н н о и с т р у д о м » (W. Е. Muhl¬
mann, 1985, 19).
Мюльман также не вполне отдает себе отчет в том, что
о п и с ы в а е т не у н и в е р с а л ь н у ю исходную структуру, а с п е ц и ф и ­
ческую и н т е н с и ф и ц и р о в а н н у ю форму. П р и э т о м о н н е замеча­
ет и того обстоятельства, что интенсифицированная диффе­
ренциация, укрепление «пороговой структуры» направлены,
как п р а в и л о , не п р о т и в «некультурного» и «недочеловеческо¬
го» в н е ш н е г о о к р у ж е н и я , а, н а п р о т и в , п р о т и в к у л ь т у р ы , к о т о ­
рая ощущается как более высокая. Лучший п р и м е р приводит
с а м М ю л ь м а н — ш о т л а н д с к и е о р н а м е н т ы . В е д ь з д е с ь р е ч ь идет,
к а к и з в е с т н о , о « ф и к т и в н о й т р а д и ц и и » (Е. H o b s b a w m / T . R a n ­
ger, 1 9 8 3 ) , к о т о р а я н е с т а р ш е X V I I I в е к а и , к а к и « О с с и а н » Мак¬
ферсона, предназначена для того, чтобы поднять ценность
п е р и ф е р и и по о т н о ш е н и ю к и н т е г р и р у ю щ е й культуре цент­
р а , т. е. Б р и т а н с к о й и м п е р и и . Д и ф ф е р е н ц и р у ю щ а я и н т е н с и ­
ф и к а ц и я х а р а к т е р и з у е т н е суть культуры как т а к о в о й , а осо­
б ы й с л у ч а й т а к н а з ы в а е м ы х « i d e n t i t y s y s t e m s t h a t c a n a d a p t to
c o n t r a s t i n g e n v i r o n m e n t s » (E. H . Spicer, 1 9 7 1 ) . В в о з н и к н о в е н и и
т а к и х ( к о л л е к т и в н ы х ) « i d e n t i t y Systems», к о т о р ы е , п о с л о в а м
С п а й с е р а , о т л и ч а ю т с я о с о б о й у с т о й ч и в о с т ь ю , в с е г д а участву­
ет антагонистический, или о п п о з и ц и о н н ы й , п р и н ц и п . Диф­
ференциально интенсифицированная идентичность — это
«анти-идентичность» (counter-identity), д в и ж е н и е сопротивле­
н и я . «Анти-идентичности» создаются и п о д д е р ж и в а ю т с я не
30

A. D. Smith называет это «этницизмом» (ethnicism) и определя­


30

ет его как «движение сопротивления и реставрации», 1986, 50—58,92.


Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 167

п р о т и в в н е к у л ь т у р н о г о х а о с а , а п р о т и в д о м и н и р у ю щ е й куль­
туры, и т и п и ч н ы для меньшинств.
«Преследование меньшинств (например, евреев, негров
и т . д.) п р и в е л о к тому, ч т о э т и г р у п п ы ц е п л я ю т с я з а с в о ю и д е н ­
т и ч н о с т ь , к а к з а саму ж и з н ь . С п а й с е р п р и в о д и т в п р и м е р ката¬
ланцев, басков и галисийцев в Испании, но можно набрать
с о т н и п р и м е р о в п о всему миру, н а п р и м е р , ф р а н к о г о в о р я щ е е
население Канады, говорящее по-бретонски население Фран­
ц и и и т. д. Э т о т п р и н ц и п к о н т р а р н о й д и ф ф е р е н ц и а ц и и п р е д ­
ставляет с о б о й одну и з о б щ и х ч е р т и н д и в и д у а л ь н о й и коллек­
тивной идентичности. Как не может быть понятия себя без
п о н я т и я другого, так не м о ж е т б ы т ь и м ы - с о з н а н и я в отсут­
ствие других групп» . 31

А л е н Дандес ( A l a n D u n d e s ) п р а в , в ы д е л я я ф о л ь к л о р к а к
типичную систему символов, позволяющую определить подоб­
ную «анти-идентичность»; э т о так, е с л и под « ф о л ь к л о р о м » под­
разумеваются не вообще культурные ф о р м а ц и и , а в строгом
смысле такие формации, которые сохранились на п е р и ф е р и и
в контакте и по контрасту с доминирующими культурными
системами. Ф о л ь к л о р — э т о субкультурная, с п е ц и ф и ч е с к а я для
д а н н о й м е с т н о с т и ф о р м а ц и я , к о т о р а я т а к ж е о т н о с и т с я к гос­
п о д с т в у ю щ е й культуре, как р а з г о в о р н ы й д и а л е к т к л и т е р а т у р ­
н о м у я з ы к у . Н о п о с к о л ь к у Дандес н е з а м е ч а е т э т о г о в а ж н о г о
р а з л и ч и я , о н т о ж е в п а д а е т в о ш и б к у о б о б щ е н и я ч а с т н о г о слу­
ч а я . В с и т у а ц и и к у л ь т у р н о г о у г н е т е н и я , п р е о б л а д а ю щ е г о чу­
жеземного влияния, маргинализации, через которую прошли
все е в р о п е й с к и е н а р о д н ы е о б ы ч а и и предания, к о т о р ы е м ы
называем в строгом смысле «фольклором», эти обычаи засты­
вают в символическую ф о р м у в ы р а ж е н и я «анти-идентичнос¬
ти», « t h a t c a n a d a p t ( a n d r e s i s t ) t o c o n t r a s t i n g e n v i r o n m e n t s " .
Другая т и п и ч н а я ситуация, ведущая к д и ф ф е р е н ц и р у ю щ е й
и н т е н с и ф и к а ц и и культурных ф о р м а ц и й через укрепление их
«пороговой структуры», — это ситуация межкультурного анта­
гонизма или дуализма. Такой — п о ч т и идеально т и п и ч е с к и й —
с л у ч а й п р е д с т а в л я е т с о б о й Р о с с и я XVII—XVIII в е к а . М о д е р -
3 2

31
A. D u n d e s в: A. Jacobson-Widding, 1983, 239.
3 2
J . L o t m a n / B . Uspenskij, 1977; R. L a c h m a n n , 1987.
168 Часть первая. Общетеоретические основания

н и з а ц и о н н ы й т о л ч о к , к о т о р ы й и с п ы т а л и в э т о в р е м я в с е ев­
р о п е й с к и е с т р а н ы , п р и в е л в Р о с с и и к дуализму, в к о т о р о м ста­
рая к у л ь т у р а п р о т и в о с т о и т новой, и с и м в о л и к а о д н о й в с е г д а
представляет собой п е р е в о р а ч и в а н и е или о т р и ц а н и е другой.
Тем самым она получает п р е ж д е всего д и ф ф е р е н ц и р у ю щ и й
(«пороговый») смысл: нечто делается определенным образом
п р е ж д е всего потому, ч т о другие д е л а ю т э т о и н а ч е и для того,
ч т о б ы отметить свою непринадлежность к этим другим. Но­
ш е н и е б о р о д ы , к р е с т н ы й ход п р о т и в солнца, к р е с т н о е знаме­
н и е двумя пальцами вместо трех п р и о б р е т а ю т у старообряд­
цев характер символов высшего вероисповедного значения,
потому что в реформированной церкви поступают наоборот.
Т о л ч о к к м о д е р н и з а ц и и , д а н н ы й П р о с в е щ е н и е м , п о в с ю д у по­
вел к подобному дуализму старого и нового. Д а ж е е в р е й с т в о ,
к о т о р о е как таковое должно б ы л о поддерживать анти-идентич¬
ность п о о т н о ш е н и ю к « c o n t r a s t i n g e n v i r o n m e n t s » т е х с т р а н ,
где е в р е я м п р и х о д и л о с ь ж и т ь , н е о с т а л о с ь н е з а т р о н у т ы м э т и м
дуализмом . 33

О д н а к о д и ф ф е р е н ц и а ц и я возможна не только сверху вниз,


и л и ж е по н а п р а в л е н и ю от п е р и ф е р и и к центру, но и в обрат­
н о м н а п р а в л е н и и . « Д и ф ф е р е н ц и а ц и я » («Distinktion», «distinction»)
н и з о в . Т е м с а м ы м м ы в о з в р а щ а е м с я к с л у ч а ю эксклюзивных эли­
т а р н ы х культур, уже в к р а т ц е з а т р о н у т о м у в ы ш е . В е р х н и е с л о и
повсюду особенно стремятся к видимому выражению своей
особости и поэтому особенно склонны к созданию символи­
ки, наделенной прежде всего «пороговым» смыслом . Сюда 34

относятся белоснежные одежды и длинные парики древнееги­


петской «грамотократии» или сверкающие ботинки, темные
костюмы, белоснежные манжеты и длинные ногти, которые
с ч и т а ю т с я п р и з н а к о м а р и с т о к р а т и з м а в о м н о г и х о б л а с т я х со­
в р е м е н н о г о Востока. Если «noblesse oblige», т о п р е ж д е всего к
такой часто неудобной стилизации жизни, превращаемой в

О к о н ф л и к т е между т р а д и ц и о н а л и з м о м и п р о с в е щ е н и е м
3 3

(haskalah) в еврействе ср., н а п р и м е р , J. Fishman, в: A. Jacobson-Wid¬


ding, 1983, 263 ff.
P. Bourdieu, 1 9 7 9 / 1 9 8 2 . Ср. т а к ж е T h . Veblen, 1899.
3 4
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 169

сознательно культивируемый и воплощаемый жизненный


стиль. М ы н а з о в е м т а к и е ф о р м ы в е р т и к а л ь н о й д и ф ф е р е н ц и а ­
ц и и элитизмом, в п р о т и в о п о л о ж н о с т ь этницизму и национализ­
му, к о т о р ы е о с н о в а н ы н а г о р и з о н т а л ь н о й д и ф ф е р е н ц и а ц и и .
Культура в с о с т о я н и и ее д и ф ф е р е н ц и р у ю щ е й интенси­
фикации, или «порогового укрепления», неизбежно связана
с о с о б ы м с о з н а н и е м п р и н а д л е ж н о с т и и с п л о ч е н н о с т и , с мы-
сознанием, п р и о б р е т а ю щ е м и н т е н с и в н о с т ь благодаря отгра­
н и ч е н и ю от «они»; это сознание находит опору и в ы р а ж е н и е
в «пороговой» по своей первичной цели символике. «Они» —
это могут б ы т ь представители в е р х н и х и л и н и ж н и х слоев, ре­
форматоры или традиционалисты, чужеземные угнетатели
или жители соседней деревни — многое может подтолкнуть к
стилизации своеобразия, которое благодаря этому становит­
ся н а г л я д н ы м . О д н а к о р е ч ь всегда и д е т об а н т и - с т и л и з а ц и и , о
к о н т р а р н о й д и ф ф е р е н ц и а ц и и , к о т о р о й культура о т в е ч а е т н е
на в ы з о в хаоса, а на вызов другой культуры.
В с о с т о я н и и п о р о г о в о г о у к р е п л е н и я культура п е р е х о д и т
в иное агрегатное состояние; она становится религией. Это
верно не только для элитизма (хотя существуют т и п и ч н ы е ре­
лигии высших с л о е в ) , но и для э т н и ц и з м а и национализма.
3 5

Религиозный элемент дифференциально интенсифицирован­


ной идентичности связан исключительностью, на которую
п р е т е н д у е т э т о м ы - с о з н а н и е : о н о х о ч е т о х в а т и т ь всех и к а ж д о ­
го о т д е л ь н о г о ч е л о в е к а целиком. В с е п р о ч и е р а з л и ч и я б л е д н е ­
ю т п е р е д одним, р е ш а ю щ и м дифференциальным признаком:
«Я о б щ а ю с ь т е п е р ь т о л ь к о с н е м ц а м и » . П е р в ы й и в т о ж е в р е ­
мя с а м ы й в п е ч а т л я ю щ и й п р и м е р т а к о г о у к р е п л е н и я грани­
цы под знаком опасности представляет собой библейский
р а с с к а з о р е ф о р м е И о с и и (2 Ц а р . 2 2 с л . ) , к к о т о р о й м ы в е р ­
немся п о д р о б н е е в п я т о й главе. Сама р е ф о р м а И о с и и и, преж­
де всего, и с т о р и о г р а ф и ч е с к о е в о с п о м и н а н и е о н е й во Вто­
р о з а к о н и и д о л ж н ы толковаться как э т н и ч е с к о е обновление.
Н а р о д в с п о м и н а е т — сначала после э п о х и а с с и р и й с к о й зави­
симости, затем после намного более глубокого р а з р ы в а тра­
диции в вавилонском пленении — о своей п о д л и н н о й иден-

3 5
Ср. Р. A n t h e s / D . Pahnke, 1989.
170 Часть первая. Общетеоретические основания

36
т и ч н о с т и . Сегодня мы назвали бы это движением националь­
ного пробуждения. Этому пробуждению придана в рассказе
ф о р м а н е о ж и д а н н о й н а х о д к и з а б ы т о й к н и г и . К а к о й р о д заб­
в е н и я , у т р а т ы и д е н т и ч н о с т и и м е е т с я в виду?
С утратой земли, храма и политической идентичности,
к а к у ю п е р е н е с л о и у д е й с к о е ц а р с т в о в 5 8 7 г. д о н . э . , с о е д и н я ­
ется обычно и потеря этнической идентичности, как это было,
н а п р и м е р , у п о ч т и за 140 л е т до э т о г о у г н а н н ы х а с с и р и й ц а м и
десяти племен Северного Царства. Эти этносы забыли, кто они
и л и к е м о н и б ы л и , и р а с т в о р и л и с ь в д р у г и х э т н о с а х (A. D. S m i t h ,
1 9 8 6 ) . Т а к а я судьба п о с т и г л а р а н о и л и п о з д н о в с е э т н о с ы Д р е в ­
н е г о м и р а . Е в р е и — е д и н с т в е н н ы е , к т о с у м е л н е д о п у с т и т ь заб­
вения своей идентичности.
Это особая идентичность, основанная на договоре, кото­
р ы й Бог заключил с этим народом о том, «что он делает тебя
с е г о д н я Е г о н а р о д о м и Е м у б ы т ь т е б е Б о г о м » ( В т о р . 2 9 , 13).
Эта формула повторяется снова и снова, она составляет ядро
37
и д е н т и ч н о с т и . И д е н т и ч н о с т ь уже н е м о ж е т п о к о и т ь с я н а вне­
шних признаках, она должна проникать собой сознание и
м ы с л и , стать «делом сердца». И о с и я в е л и т «всему народу, о т
м а л а д о в е л и к а » с о б р а т ь с я в И е р у с а л и м е . « И о н п р о ч е л вслух
e
и х в с е с л о в а к н и г и з а в е т а (sefer h a ­ b r i t ) , н а й д е н н о й в д о м е Гос­
поднем. И царь встал на возвышенное место и заключил пред
л и ц е м Г о с п о д н и м з а в е т , п о с л е д о в а т ь Господу и с о б л ю д а т ь за­
п о в е д и Его, о т к р о в е н и я Его и уставы Его о т всего с е р д ц а и от
3 8
всей души. И весь н а р о д вступил в Завет» . «От всего сердца
и о т всей души», а т а к ж е «весь народ» — слова­маркеры, указы­

36
Этот рассказ м н о г о к р а т н о перерабатывался. Для н а ш и х раз­
м ы ш л е н и й о п р е д е л я ю щ е й является редакция после и з г н а н и я , кото­
рая обрабатывает п р е д а н и е в свете о п ы т а к а т а с т р о ф ы и изгнания.
П о д р о б н о с т и см. у Н. S p i e c k e r m a n n , 1982.
37
О с о б е н н о часто о н а п о в т о р я е т с я у И е р е м и и (11.4; 24.7; 31.33;
3 2 . 3 8 ) . О б ы ч н о на одном д ы х а н и и с ней г о в о р и т с я об о б н о в л е н и и и
«обрезании» сердца (4.4 ср. Втор. 10.16; об о б н о в л е н и и сердца см.
прежде всего И е з . 11.19). О б р е з а н и е — этническая х а р а к т е р и с т и к а
κατ' εξοχήν, знак о т л и ч и я о т я з ы ч н и к о в , м н о г о б о ж ц е в и идолослужи¬
телей, всякое о б щ е н и е с к о т о р ы м и воспрещается.
3 8
4­я Ц а р . 23, 2 ­ 3 (Прим. пер.)
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 171

вающие, что мы имеем здесь дело с «движением пробуждения»,


п р о р ы в о м л а т е н т н о г о , и л и з а б ы т о г о , н о р м а т и в н о г о и образу­
ющего представления о себе к новой осознанности. Отсюда
п о с т о я н н о п о в т о р я е м а я ф о р м у л а «от всего с е р д ц а и о т всей
души» ( В т о р . 4.29; 6.5; 10.12; 11.18; 13.3; 26. 16; 30.2; 30.6;
3 0 . 1 0 ) . С м ы с л э т о г о т р е б о в а н и я как нельзя лучше п е р е д а е т
3 9

немецкое слово Er-innerung (воспоминание), то есть вызыва­


ние во-внутрь, д о в е д е н и е до сознания.
Религия и этническая принадлежность соединяются здесь
в неразрывное единство. Конфедерация племен силой интен­
сификации становится «народом», народ — «посвященным»
( В т о р . 2 6 . 1 9 ) и л и « с в я т ы м н а р о д о м » ( И с х . 19.6) и , н а к о н е ц ,
«обществом Господним» . К а ж д ы й человек обязан знать и не
4 0

забывать ни на минуту о своей п р и н а д л е ж н о с т и к народу и о


том, что эта принадлежность обязывает его к образу ж и з н и
строго регламентированному заветом и четко отличающему
е г о о т в с е х д р у г и х н а р о д о в . Э т н о н и м «иудей» с т а н о в и т с я « н о р ­
м а т и в н ы м с а м о о п р е д е л е н и е м » (Е. P. S a n d e r s , 1 9 8 0 ff.), и с п о в е ­
данием строжайше обязательного нормативного и формиру­
ю щ е г о п р е д с т а в л е н и я о себе, за к о т о р о е н у ж н о д е р ж а т ь с я ,
даже е с л и э т о будет с т о и т ь ж и з н и .
К н и г а Второзаконие— э т о м а н и ф е с т и к о н с т и т у ц и о н н ы й а к т
этнического движения сопротивления. Используемая при
э т о м м о д е л ь — д и ф ф е р е н ц и а ц и я и с о п р о т и в л е н и е ч е р е з «сак­
рализацию идентичности» — в высшей степени типична. В
Египте развитие под знаком д и ф ф е р е н ц и а л ь н о интенсифици­
рованной и д е н т и ч н о с т и идет в сходном направлении. В пер­
сидскую эпоху — эпоху чужеземного господства — Е г и п е т впер-

39
В т о р ж е с т в е н н о м приведении к присяге (ade), к о т о р ы м Санхе¬
риб заставил весь н а р о д присягнуть на в е р н о с т ь наследнику престо­
ла Ассаргадону, также нередко встречается формула «от всего серд­
ца» ( i n a g u m m u r t i libbikunu), см. н а п р и м е р , Watanabe, 1987, 160—163.
Характер образца, к о т о р ы й ассирийские вассальные д о г о в о р ы име­
ли для израильской т е о л о г и и завета, подчеркивался н е о д н о к р а т н о :
последний раз в статьях Н. T a d m o r и М. Weinfeld в C a n f o r a / L i v e r a n i /
Zaccagnini, 1990.
4 0
Во Втор. 23.1—8 устанавливается, кто имеет право в о й т и в «об­
щество Господне» ( « q e h a l J H W H » ) .
172 Часть первая. Общетеоретические основания

в ы е о к а з ы в а е т с я в с и т у а ц и и п о л и т и ч е с к о г о и к у л ь т у р н о г о за­
с и л ь я и н о з е м ц е в , п р о т и в к о т о р о г о ему п р и х о д и т с я м о б и л и ­
зовать силы «национальной» контрарной дифференциации
(А. В. L l o y d , 1 9 8 2 ) . И м е н н о в э т о м к о н т е к с т е н у ж н о р а с с м а т ­
р и в а т ь г р а н д и о з н о е с т р о и т е л ь с т в о , з а т е я н н о е ц а р е м Некта¬
небом и п р о д о л ж е н н о е П т о л е м е я м и . Р е ч ь и д е т з д е с ь , н а м о й
взгляд, об и н т е н с и ф и к а ц и и и д е н т и ч н о с т и под знаком д и ф ф е ­
ренциации, представляющей собой точную функциональную
п а р а л л е л ь к п р о и с х о д и в ш е м у в И з р а и л е , н о и с п о л ь з у ю щ е й со­
в е р ш е н н о и н ы е к у л ь т у р н ы е с р е д с т в а . В Е г и п т е н е с о з д а л и ка­
нона священных писаний, зато там строились храмы. И эти
х р а м ы следует п о н и м а т ь как а к т ы создания канона. Все о н и
с л е д у ю т о д н о м у и т о м у ж е о с н о в н о м у плану. В с е о н и с в е р х у
донизу покрыты письменами, то есть кодифицируют тради­
ц и ю в м о н у м е н т а л ь н о й ф о р м е . К тому ж е о н и в ы с о к и м и стена­
м и отделены от о к р у ж а ю щ е г о м и р а и тем самым как нельзя
более зримо воплощают те «медные стены», которыми Закон
обводит евреев. Стены египетских храмов также заключают в
себе не только священные ритуалы, образы и писания, но и
ортопрактический образ жизни. Внутри храма живут по стро­
ж а й ш и м заповедям религиозной чистоты. Строительная про­
грамма Н е к т а н е б а — е щ е о д и н случай д и ф ф е р е н ц и а л ь н о ин­
тенсифицированной и сакрализированной национальной
и д е н т и ч н о с т и . Так х р а м с т а н о в и т с я для Египта п о з д н е й э п о х и
с и м в о л о м и д е н т и ч н о с т и . Е г и п е т м ы с л и т себя как святая, и д а ж е
« с в я щ е н н е й ш а я » , з е м л я (ιεροτατη χωρα) и к а к « х р а м в с е г о м и р а » .
Р е ш е н и е , н а й д е н н о е в Иудее и Египте, гласило: канониза­
ц и я культурной памяти. К а н о н и з а ц и я означает: все, что при­
знается чуждым или несущественным, изгоняется, все, что
признается существенным в нормативном и формирующем
смысле, сакрализуется, то есть наделяется признаками обяза­
тельности и неприкосновенности в последней инстанции.
Н а этих, бесспорно, крайних примерах мы хотим показать,
ч т о э т н и ч е с к а я и д е н т и ч н о с т ь и у с т о й ч и в о с т ь — в о п р о с куль­
т у р н о й п а м я т и и ф о р м ы е е о р г а н и з а ц и и . Г и б е л ь э т н о с о в (за
р е д к и м и и с к л ю ч е н и я м и , н а п р и м е р , государство инков) — ре­
з у л ь т а т н е ф и з и ч е с к о г о у н и ч т о ж е н и я , а к о л л е к т и в н о г о и куль­
т у р н о г о з а б в е н и я . С т о и т н а м о с о з н а т ь эту с в я з ь и п р е д с т а в и т ь
Глава третья. Культурная идентичность и политвоображение 173

все ее с л е д с т в и я , с т а н о в и т с я я с н о , ч т о и з м е н е н и я в организа­
ции культурной памяти, н а п р и м е р , через новшества в области
кодирования (письмо), циркуляции (книгопечатание, радио,
т е л е в и д е н и е ) и т р а д и ц и и ( к а н о н и з а ц и я , д е к а н о н и з а ц и я ) мо­
гут п о в л е ч ь з а с о б о й ч р е з в ы ч а й н о г л у б о к и е и з м е н е н и я в о б л а ­
сти к о л л е к т и в н ы х и д е н т и ч н о с т е й . Так, ф е н о м е н возникнове­
н и я н а ц и о н а л ь н о г о государства в Н о в о е время с о в е р ш е н н о
серьезно и обоснованно был поставлен в связь с изобретени­
е м к н и г о п е ч а т а н и я ( В . A n d e r s o n , 1 9 8 3 ) . Б р о с а е т с я в глаза, ч т о
и н т е н с и ф и к а ц и я культурной и д е н т и ч н о с т и везде идет рука об
руку с ф о р м и р о в а н и е м о с о б ы х к у л ь т у р н ы х т е х н о л о г и й : п и с ь ­
мо в в ы с о к и х культурах д р е в н о с т и , п и с ь м о и м н е м о т е х н и к а в
Израиле и Греции, мнемотехника в брахманской Индии. Даже
у ассирийцев, чьи достижения относятся в первую очередь к
в о е н н о й и л и ш ь в последнюю — к культурной области, основа­
ние и м п е р и и связано с культурным институтом, к о т о р ы й они
ж е , судя п о всему, и и з о б р е л и и к у л ь т у р н о е з н а ч е н и е к о т о р о г о
т р у д н о п е р е о ц е н и т ь : д в о р ц о в о й ( к а к с к а з а л и б ы с е г о д н я , «на­
ц и о н а л ь н о й » ) б и б л и о т е к о й , в к о т о р о й собрана вся отло­
ж и в ш а я с я в письменности культурная память ассиро-вавилон­
с к о г о о б щ е с т в а , и где п о т о к т р а д и ц и и п о д в е р г а е т с я с п л о ш н о й
к о д и ф и к а ц и и , влекущей за с о б о й т а к ж е н а ч а т к и к а н о н и з а ц и и
и к о м м е н т и р о в а н и я . И д е ю « н а ц и о н а л ь н о й б и б л и о т е к и » (в
о т л и ч и и о т с п е ц и а л и з и р о в а н н ы х х р а м о в ы х б и б л и о т е к и «до­
мов табличек», к о т о р ы е в Египте назывались «домами жизни»)
также следует понимать как м о б и л и з а ц и ю культурной памяти
под знаком отграничивающей или интегрирующей интенси­
фикации. Н о самым действенным, несравненным стабилизи­
рующим средством оказалась для этнической идентичности
р е л и г и я . В с е п р и в е д е н н ы е A. S m i t h с л у ч а и с в е р х о б ы ч н о г о
д о л г о л е т и я , о т с а м а р и т я н д о б а с к о в , о б н а р у ж и в а ю т о д н у и ту
ж е картину с л и я н и я этнической и д е н т и ч н о с т и со специфичес­
к и р е л и г и о з н о й о р г а н и з а ц и е й (A. D . S m i t h , 1 9 8 6 , 105—125).
Часть вторая

ЧАСТНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

С р е д и культур Д р е в н е г о м и р а е с т ь д в е , с у м е в ш и е п р и д а т ь
своей традиции столь неприступную для времени и притяга­
тельную форму, ч т о и в наши дни о н и остаются ф а к т о р а м и
и д е н т и ч н о с т и , — Г р е ц и я и И з р а и л ь . Н а с о е д и н е н и и о б е и х сто­
ит не только х р и с т и а н с к и й Запад, но и Ислам. Если в Европе
ядро культурной памяти составляли в основном греческие
«классики» — п о э т ы и ф и л о с о ф ы — в с о ч е т а н и и с е в р е й с к о й
Библией и новозаветным Писанием, то в исламе доминирова­
ли греческие науки, е в р е й с к а я ж е Б и б л и я б ы л а в ы т е с н е н а Ко­
р а н о м . Тем н е м е н е е м о ж н о у т в е р ж д а т ь , ч т о о б а культурных
мира, европейский и мусульманский, покоятся на специфиче­
ском для каждого из н и х с о е д и н е н и и греческого и израильско-
еврейского наследия. Н о это «наследие» продолжает ж и т ь не
только в с о ч е т а н и и , н о и в «чистом виде»: И з р а и л ь в иудаиз­
ме, а Эллада в гуманизме.
К а к э т о в ы ш л о ? Ч т о п р и в е л о к тому, ч т о и м е н н о э т и д в а
потока традиции — а не Вавилон, не Египет — п е р е ж и л и закат
Древнего мира? Э т о т вопрос возвращает нас к истокам того
упрочения смысла, к о т о р о е заложило фундамент как европей­
с к о г о , т а к и м у с у л ь м а н с к о г о м и р а . С т р о г о о д н о в р е м е н н о и, судя
п о всему, в о с н о в н о м н е з а в и с и м о д р у г о т д р у г а п р о т е к а ю т в
И з р а и л е и Г р е ц и и д в е р е ш а ю щ и е с т а д и и э т о г о у п р о ч е н и я : со­
здание о б о с н о в ы в а ю щ и х т е к с т о в с V I I I п о V в е к а и канонизация
этих текстов, связанная с в о з н и к н о в е н и е м культуры толкова­
ния («блюдения смысла») в эпоху эллинизма. О б е культуры
характеризует п е р е ж и т ы й слом. Еврейство «Второго храма»
и рассеяния оглядывается на Израиль, э л л и н и с т и ч е с к и й м и р
(включая Рим и все п о с л е д у ю щ и е к л а с с и ц и з м ы и гуманизмы) —
н а г о м е р о в с к у ю и к л а с с и ч е с к у ю Элладу.
178 Часть вторая. Частные исследования

В еврействе вырабатывается институт «соферов», книжни­


1
ков, как орган т а к о й к а н о н и з и р у ю щ е й оглядки , в э л л и н и з м е —
а л е к с а н д р и й с к а я ф и л о л о г и я (Pfeiffer, 1 9 7 8 ) . А л е к с а н д р и й с к а я
обработка греческой традиции, ставшая исходным пунктом
е в р о п е й с к о й «классики», б л и ж а й ш и м о б р а з о м соседствует во
времени и пространстве с еврейской работой над текстом,
ставшей исходным пунктом текстового канона. О б а движения,
несомненно, связаны с сохранением национальной идентич­
н о с т и . В д у х о в н о м к л и м а т е в о с т о ч н о г о С р е д и з е м н о м о р ь я гос­
п о д с т в о в а л о в э т и в е к а с т р е м л е н и е к к о д и ф и ц и р у ю щ е й и си­
стематизирующей обработке и охране традиции. В качестве
р е а к ц и и н а р а с п р о с т р а н е н и е е д и н о й г р е к о ­ в о с т о ч н о й культу­
р ы каждая и з з а т р о н у т ы х э т и м п р о ц е с с о м культур с т р е м и л а с ь
через осознание своего прошлое сформировать и сохранить
н а ц и о н а л ь н у ю и д е н т и ч н о с т ь : в М е с о п о т а м и и — учредив двор­
цовую библиотеку, собиравшую в ш и р о к и х масштабах древ­
н ю ю л и т е р а т у р у ( э т о с о б и р а н и е н а ч а л о с ь уже в VIII веке п р и
новоассирийских царях), в Египте — установив канон Книги
М е р т в ы х , в П е р с и и — з а п и с а в д р е в н ю ю Авесту. В э т о т о б щ и й
и с т о р и ч е с к и й к о н т е к с т м о ж н о , н а в е р н о е , п о м е с т и т ь и д в а (в
других о т н о ш е н и я х с о в е р ш е н н о у н и к а л ь н ы х ) о с о б ы х случая:
е в р е й с к о е « П и с а н и е » и греческую «классику». В д а н н о м кон­
тексте нас, однако, меньше интересует и с т о р и ч е с к а я оправ­
данность этого сравнения, чем лежащее в его основе понятие
« н а ц и о н а л ь н о й » к н и ж н о с т и , о х в а т ы в а ю щ е е к а к т е к с т о в ы й ка­
нон священных писаний, так и классический канон поэзии. Это
п о н я т и е п о к а з а т е л ь н о , на наш взгляд, для т о г о , ч т о станет в
позднейшее время ц е н т р а л ь н ы м значением слова «канон».
Н е т нужды л и ш н и й р а з обсуждать in e x t e n s o э т и х о р о ш о
и з в е с т н ы е п р о ц е с с ы . И н т е р е с н е е с о п о с т а в и т ь их со случаем
п о г и б ш е й т р а д и ц и и . З д е с ь м о ж н о р а с с м о т р е т ь В а в и л о н и Еги­
п е т . П и с ь м е н н о з а ф и к с и р о в а н н а я т р а д и ц и я о б е и х с т р а н на­
м н о г о д р е в н е е Г р е ц и и и И з р а и л я , д о х о д я д о н а ч а л а III т ы с . д о
н. э . , о б е о б р а з у ю т в э п о х у в о з н и к н о в е н и и г р е ч е с к о й и и з р а ­
ильской культуры по­прежнему д о м и н и р у ю щ и й п о л и т и ч е с к и й

1
Ср., например, Stadelmann, 1980, в также статьи В. Lang и G. Thei¬
ßen в: А. Assmann, 1991.
Предварительные замечания 179

и к у л ь т у р н ы й к о н т е к с т '-, н а к о н е ц , о б е к у л ь т у р ы г и б н у т с р а с ­
пространением христианства, а затем ислама. О н и , о ч е в и д н о ,
не сумели п р и д а т ь потоку т р а д и ц и и столь н е п р и с т у п н у ю для
в р е м е н и ф о р м у . М ы р а с с м о т р и м эту т е м у н а п р и м е р е Е г и п т а .
М е ж д у р е ч ь е — о с о б ы й случай: из-за с в о е г о в н у т р е н н е г о
д в у я з ы ч и я ( ш у м е р с к и й и а к к а д с к и й ) , п о с т о я н н о й с м е н ы гос­
подства (шумеры, аккадцы, касситы, ассирийцы, вавилоняне,
халдеи и проч.), а т а к ж е в силу р а с п р о с т р а н е н и я его письма,
р е л и г и и и культуры на другие н а р о д ы и п л е м е н а ( э л а м и т ы ,
амориты, хурриты, хетты, хананейцы и проч.) оно представ­
ляет собой полную противоположность относительно моно­
л и т н о й е г и п е т с к о й культуре и обществу. Такое в н у т р е н н е е
многообразие — благодатная почва для упрочения т р а д и ц и и .
М ы видим, как з н а ч и т е л ь н ы е п о л и т и ч е с к и е п е р е м е н ы в с я к и й
раз сопровождаются здесь заботой о к о д и ф и к а ц и и и закреп­
л е н и и традиции. Все н а ч и н а е т с я с записи шумерских ц а р с к и х
с п и с к о в в к о н ц е III т ы с я ч е л е т и я , п р о д о л ж а е т с я в е л и к о й ка­
нонизацией шумерских, а затем и аккадских текстов в древ­
н е в а в и л о н с к у ю (XVIII—XVII в в . д о н . э.) и к а с с и т с к у ю ( X V в.)
эпохи, и достигает апогея в библиотеках новоассирийских
ц а р е й VIII и VII в в . ( L a m b e r t , 1957). В М е ж д у р е ч ь е м ы н а х о д и м
ф о р м ы письменной, текстовой и к н и ж н о й культуры, к о т о р ы е
продолжаются позднее в греческой и израильско-еврейской
ф о р м а х т р а д и ц и и , так ч т о в а в и л о н с к а я культура п р о д о л ж а е т
влиять на б о л е е п о з д н и е и в д о л г о с р о ч н о й п е р с п е к т и в е б о л е е
успешные традиции гораздо более интенсивно, чем египет­
ская. П р и взгляде на э т и т р а д и ц и и в о з н и к а е т п р е д п о л о ж е н и е ,
что упрочение культурного смысла н е и з б е ж н о п р о и с х о д и т
п у т е м « л о г о ц е н т р и ч е с к о г о с у ж е н и я » , т. е. в ф о р м а х с л о в е с н о й ,
т е к с т о в о й , п и с ь м е н н о й и к н и ж н о й к у л ь т у р ы . Н а м к р а й н е труд­
но п р е д с т а в и т ь себе, ч т о б ы и н ы е , н е я з ы к о в ы е , п р е д а н и я мог­
л и с о с т а в л я т ь с в я т а я с в я т ы х ц е л о с т н о й т р а д и ц и и , т. е. «куль­
турной памяти». В этом смысле д р е в н е е г и п е т с к а я культура
представляет собой наиболее впечатляющий пример против­
ного. Здесь, задавшись вопросом о процессах канонизирую­
щего упрочения смысла и о соответствующих средствах и ф о р -

2
Для Греции см. Burkert, 1984.
180 Часть вторая. Частные исследования

мах о р г а н и з а ц и и культурной п а м я т и , м ы с т о л к н е м с я с совер­


ш е н н о о с о б ы м я в л е н и е м — с п о з д н е е г и п е т с к и м х р а м о м . В сле­
дующей главе м ы р а з о в ь е м т е з и с о том, ч т о и е г и п т я н е , т о ч н о
т а к ж е к а к и з р а и л ь т я н е и г р е к и , т о г д а ж е и , судя п о всему, п о д
д а в л е н и е м т е х ж е и с т о р и ч е с к и х у с л о в и й т а к ж е с о з д а л и «ка­
нон», но э т о т к а н о н п р и н я л у н и х ф о р м у не к н и ж н о г о собра­
ния, а храма.
Глава ч е т в е р т а я

ЕГИПЕТ И О Т К Р Ы Т И Е ГОСУДАРСТВА

I. О С Н О В Н Ы Е Ч Е Р Т Ы ЕГИПЕТСКОЙ
ПИСЬМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

1. М и ф о м о т о р и к а и н т е г р а ц и и

Е г и п е т ф а р а о н о в н е з н а е т « н а ц и о н а л ь н о й » (sit v e n i a v e r b o )
и с т о р и о г р а ф и и , к о т о р а я могла бы хоть о т д а л е н н о сравнить­
ся, н а п р и м е р , с б и б л е й с к о й . П е р в ы е п о п ы т к и в э т о м н а п р а в ­
лении относятся ко времени Птолемеев (Манефон). Царские
с п и с к и — п о д с п о р ь е н е и с т о р и о г р а ф и и , а х р о н о л о г и и (т. е.
«холодной» памяти о прошлом). Однако это не означает, что
и в египетском представлении о себе не б ы л о специфическо­
го в о с п о м и н а н и я и л и в о с с о з д а н и я , с к о н ц е н т р и р о в а в ш е г о в
с е б е е г о суть. П р о с т о о н о в с т р е ч а е т с я н а м з д е с ь в с о в е р ш е н н о
и н о й ф о р м е : н е в н а р р а т и в н о развернутой, как м ы того ожи­
даем, а сжатое в символ. Этот символ в я з ы к о в о м в ы р а ж е н и и
з в у ч и т к а к « С о ю з о б е и х з е м е л ь » , п о - е г и п е т с к и ZM3 t3wj. « О б е
земли» — о б ы ч н о е именование, использовавшееся египтяна­
ми для своей страны. «Обе земли» — это В е р х н и й и Н и ж н и й
Е г и п е т , н а з ы в а е м ы е п о - е г и п е т с к и S c h e m a и M e h u , т. е. д в у м я
c

с о в е р ш е н н о р а з л и ч н ы м и словами. Египетский ц а р ь и м е е т два


т и т у л а : njswt к а к ц а р ь В е р х н е г о , bjt к а к ц а р ь Н и ж н е г о Е г и п т а .
Две его к о р о н ы символизируют власть над обеими частями
страны, и каждая корона связана со своей богиней и со своим
городом, столицей мифических (возможно, и исторических)
государств-предшественников, объединенных впоследствии в
и м п е р и ю ф а р а о н о в (Е. O t t o , 1 9 3 8 ) . Э т о т ц е н т р а л ь н ы й п о л и ­
тический символ представлен изображениями по сторонам
182 Часть вторая. Частные исследования

ц а р с к о г о т р о н а . Гор и С е т с в и в а ю т и з а в я з ы в а ю т в у з е л р а с т е ­
н и я , с и м в о л и з и р у ю щ и е В е р х н и й и Н и ж н и й Египет, вокруг про­
долговатого сооружения, представляющего из себя иероглиф
с о з н а ч е н и е м zm3 « о б ъ е д и н я т ь » . Г о с у д а р с т в о , к о т о р ы м п р а в и т
ц а р ь , е с т ь результат о б ъ е д и н е н и я , к о т о р о е о с у щ е с т в и л и в ми­
ф и ч е с к у ю п р а - э п о х у э т и д в а б о г а и в н о в ь о с у щ е с т в л я е т каж­
д ы й царь п р и своем в о с х о ж д е н и и на престол и в ходе своего
царствования . 3

М и ф о Горе и С е т е — п р е д с т а в л е н н а я в н а р р а т и в н о й ф о р ­
ме символика д в о й с т в е н н о с т и , связанная с м и ф о м об основа­
н и и египетского государства. О д н а к о пара братьев-антагони­
стов символизирует не одно только простое географическое
ч л е н е н и е н а В е р х н и й и Н и ж н и й Е г и п е т . Гор в о п л о щ а е т ц и в и ­
л и з а ц и ю , С е т — д и к о с т ь , Гор — п р а в о , С е т — н а с и л и е , Гор —
п о р я д о к , С е т — смуту . Е д и н с т в о м о ж е т б ы т ь у с т а н о в л е н о т о л ь ­
4

ко через примирение этих антагонистических начал, а прими­


р е н и е , в с в о ю о ч е р е д ь , — л и ш ь ч е р е з п о д ч и н е н и е о д н о г о дру­
гому. П р а в о , к у л ь т у р а , п о р я д о к д о л ж н ы б о р о т ь с я и п о б е д и т ь ;
сами собой они не устанавливаются. Однако они не изгоняют
х а о с , смуту, д и к о с т ь , а л и ш ь у к р о щ а ю т и х . Т а к и м о б р а з о м , м и ф
обосновывает не достигнутое состояние, а б е с к о н е ч н ы й про­
ект — укрощение хаоса и установление порядка через объеди­
н е н и е по п р и н ц и п у «ab integro nascitur ordo». Е д и н с т в о всегда
п р о б л е м а т и ч н о , о н о не д а н н о с т ь , а всегда л и ш ь задача.
М и ф рассказывается не только для поучения и развлече­
ния. У него двоякая функция. Во-первых, он рисует образ мира,
с о с т о я щ е г о и з д в у х ч а с т е й ; ч т о б ы э т о т м и р н е п о г и б , о б е час­
т и д о л ж н ы с о с т а в и т ь е д и н с т в о б о л е е в ы с о к о г о п о р я д к а , где
п о р я д о к с о х р а н я л бы г о с п о д с т в о над хаосом, культура — над
дикостью и право — над насилием. С другой с т о р о н ы , м и ф
мобилизует энергию, необходимую для того, чтобы установить
е д и н с т в о и удержать м и р о т гибели. С и м в о л ы сути, и л и ж е
ф и г у р ы в о с п о м и н а н и я , и м е ю т х а р а к т е р п р и з ы в а , о н и облада­
ют нормативной и формирующей силой. Фигуры воспомина-

3
О б этой символике см. Frankrfort, 1948; Griffiths, 1960; См. так­
ж е т о ч н ы е замечания в K e m p , 1989, 27—29.
4
О Сете см. te Velde, 1967; H o r n u n g , 1975; Brunner, 1983.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 183

ния, ф о р м и р у ю щ и е представление о себе и направляющие


деятельность, я назову «мифомоторикой» , чтобы выразить 5

динамический и энергетический характер этой идентифика­


ц и о н н о й с и м в о л и к и . М и ф о Горе и С е т е п р е в р а щ а е т п а м я т ь
об и з н а ч а л ь н о й д в о й с т в е н н о с т и в с м ы с л о в у ю э н е р г и ю , в и м ­
пульс в с е н о в о г о с т р е м л е н и я к е д и н с т в у и д о с т и ж е н и я е г о .
В о з м о ж н о , в э т о й « м и ф о м о т о р и к е » и з а к л ю ч а е т с я с е к р е т ис­
к л ю ч и т е л ь н о й устойчивости египетского государства. Ведь
речь здесь идет не о простой длительности, а скорее об энер­
гии возобновления в н е и з м е н н о м виде, структурного самовос­
п р о и з в е д е н и я , н е с м о т р я на глубокие сломы.
Египетская мифомоторика однозначно интенсифицирует
сознание к о л л е к т и в н о й и д е н т и ч н о с т и в н а п р а в л е н и и интег­
рации. Речь идет не об отмежевании от внешнего мира, а о
в о с с т а н о в л е н и и в н у т р е н н е г о е д и н с т в а , об о б ъ е д и н е н и и час­
тей в целое, к о т о р о е в результате мыслится как всеохватыва­
ю щ е е и н е н у ж д а е т с я в о т м е ж е в а н и и о т других ц е л ы х . Грани­
ц ы и д е н т и ч н о с т и с о в п а д а ю т с г р а н и ц а м и ч е л о в е ч е с т в а и упо­
р я д о ч е н н о г о мира. Господство над О б е и м и землями означает
господство над ц е л ы м , по-египетски «господство надо всем»
(nb tm) и л и ж е « е д и н о в л а с т и е » (nb w ) . О б е з е м л и о б ъ е д и н я ­
с

ются в м и р , как он был создан богом С о л н ц а и передан под


власть царя.

2. « М о н у м е н т а л ь н ы й д и с к у р с » :
письмена власти и вечности

В отличие от Месопотамии, письмо развивалось в Египте


не в к о н т е к с т е э к о н о м и к и , а в к о н т е к с т е п о л и т и ч е с к о й орга­
низации и представительства. О н о служило здесь не экономи­
ческой, а «политической» коммуникации — фиксации действий
особого политического значения. П е р в ы е памятники письмен­
ности — это политические м а н и ф е с т ы на службе возникающе­
го г о с у д а р с т в а . И х м о ж н о к в а л и ф и ц и р о в а т ь к а к « п р о с п е к т и в ­
н о е в о с п о м и н а н и е » . О н и о б р а щ а ю т с я к н а с т о я щ е м у к а к к «бу-

5
Ср. об этом § 3 главы п е р в о й .
184 Часть вторая. Частные исследования

д у щ е м у п р о ш л о м у » и у ч р е ж д а ю т в о с п о м и н а н и е , к о т о р о е дол­
ж н о с о х р а н я т ь э т о н а с т о я щ е е ж и в ы м в к у л ь т у р н о й п а м я т и . Тем
самым, очевидно, преследуются две цели: во-первых, надолго
гарантировать результат деятельности, изобразив ее в камне
и п о м е с т и в в с в я т и л и щ е , т. е. п о с т а в и в в с и т у а т и в н ы й к о н т е к с т
неизменности и в то ж е время «публичной открытости» к миру
богов; во-вторых, создать орудие хронологической ориента­
ц и и , ф и к с и р у я о с н о в н о е с о б ы т и е г о д а и н а з ы в а я г о д п о нему.
Поэтому здесь — исток египетского л е т о п и с а н и я и историо­
графии, а также всей монументальной архитектуры и изобра­
з и т е л ь н о г о и с к у с с т в а , п р е д н а з н а ч е н н ы х н и д л я ч е г о и н о г о , как
для видимого воплощения и о ф о р м л е н и я этого неизменного
и о т к р ы т о г о к миру богов ситуативного контекста как «священ­
н о г о п р о с т р а н с т в а д л и т е л ь н о с т и » . Т е м с а м ы м э т о и с т о к так­
же иероглифического письма, остающегося ж а н р о м изобра­
зительного искусства и п р и м е н я е м о г о , как «письмо божествен­
н ы х с л о в » ( т а к о н о н а з ы в а е т с я п о - е г и п е т с к и ) , т о л ь к о д л я за­
п и с е й в о т к р ы т о м к м и р у б о г о в с в я щ е н н о м п р о с т р а н с т в е дли­
тельности . 6

Т а к в о з н и к а е т « м о н у м е н т а л ь н ы й д и с к у р с » к а к с р е д а , в ко­
т о р о й государство наглядно воплощает о д н о в р е м е н н о и себя,
и в е ч н ы й п о р я д о к . Э т а д в о й н а я о т н е с е н н о с т ь п и с ь м а , искус­
ства и архитектуры о б ъ я с н я е т с я также особым о т н о ш е н и е м ,
в к о т о р о м с т о я т друг к другу в Е г и п т е в е л и ч и н ы «государство»
и «вечность» (или б е с с м е р т и е ) . Государство — э т о н е т о л ь к о
установление, обеспечивающее мир, порядок и справедли­
вость, но тем самым о д н о в р е м е н н о и установление, дающее
возможность бессмертия или по меньшей мере посмертного
п р о д о л ж е н и я . К а ж д ы й и е р о г л и ф и ч е с к и й п а м я т н и к указыва­
7

е т н а эту с в я з ь . О н с л у ж и т у в е к о в е ч е н и ю и н д и в и д а и о б я з а н
своим существованием государственной лицензии. Посколь­
ку э т о р е м е с л о в Д р е в н е м Е г и п т е я в л я л о с ь г о с у д а р с т в е н н о й
м о н о п о л и е й , отдельный человек м о ж е т получить доступ к нему
т о л ь к о ч е р е з г о с у д а р с т в е н н у ю службу. Т е м с а м ы м г о с у д а р с т в о

О п р о и с х о ж д е н и и и р а н н е й и с т о р и и и е р о г л и ф и ч е с к о г о пись­
6

ма см. Schlott, 1989 с б и б л и о г р а ф и е й вопроса.


См. об этом подробно: Автор, 1990.
7
Глава четвертая. Египет и открытие государства 185

д е р ж и т в с в о и х р у к а х н е т о л ь к о единственное с р е д с т в о в о п л о ­
щения коллективной идентичности и общественной рефлек­
с и и , н о и единственное с р е д с т в о с о х р а н е н и я в с о ц и а л ь н о й па­
мяти после смерти. Монументальный дискурс — не только
с р е д с т в о к о м м у н и к а ц и и , н о и путь к с п а с е н и ю . О т к р ы в а я воз­
можность коммуникации с потомством сквозь тысячелетия, он
дает тем самым и н д и в и д у с о о т в е т с т в е н н у ю в о з м о ж н о с т ь веч­
ности, к о т о р а я продолжается столько, сколько он — как э т о
м е т к о сказано у Д и о д о р а — «остается в п а м я т и б л а г о д а р я сво­
е й д о б р о д е т е л и » . М о н у м е н т а л ь н ы й д и с к у р с — э т о д и с к у р с «доб­
р о д е т е л и » ( п о - е г и п е т с к и « м а а т » , т. е. с п р а в е д л и в о с т ь , и с т и н а
и порядок), вечности и политической принадлежности . В 8

этом качестве он является ключевой ф о р м о й организации


культурной памяти в Египте.
К о н е ч н о , п и с ь м о в с к о р е в ы ш л о за р а м к и своего первона­
чального функционального контекста — «монументального
дискурса». О д н а к о вне его о н о столь п р и н ц и п и а л ь н о т е р я е т
с в о е й « и е р о г л и ф и ч е с к и й » , т. е. и з о б р а з и т е л ь н ы й , х а р а к т е р ,
что приходится говорить о ситуации подлинной диграфии.
Внутри м о н у м е н т а л ь н о г о дискурса о н о до самого к о н ц а еги­
петской культуры с о х р а н я е т в п о л н о м о б ъ е м е свой и с х о д н ы й
и з о б р а з и т е л ь н ы й х а р а к т е р . В н е е г о о н о п р е в р а щ а е т с я в кур­
сив, в к о т о р о м и с х о д н ы е и з о б р а ж е н и я у п р о щ е н ы д о неузнава­
емости и р а з л и ч а ю т с я уже т о л ь к о как г р а ф е м ы . Так развива­
ются две системы письма: иероглифическое письмо надписей
и курсивное письмо рукописей. Только последнее является
п и с ь м о м в о б ы ч н о м с м ы с л е слова. И м е н н о ему о б у ч а л и с ь еги­
петские школьники. Эпиграфическое письмо было, напротив,
ж а н р о м и з о б р а з и т е л ь н о г о и с к у с с т в а . Ему о б у ч а л и с ь т о л ь к о в
т о м случае, если с о б и р а л и с ь п о с в я т и т ь себя п р о ф е с с и и «изго­
товителя образцов», или «рисовальщика начертаний». Как
ж а н р и з о б р а з и т е л ь н о г о искусства, или ж е «монументального
дискурса», э п и г р а ф и ч е с к о е письмо п о д ч и н я е т с я его законам,
столь х а р а к т е р н ы м и уникальным, что их с п о л н ы м основани­
ем н а з ы в а ю т с л о в о м «канон». С л е д о в а т е л ь н о , в Е г и п т е м ы так-

Я подробнее и з л о ж и л эту функцию п а м я т н и к о в и и е р о г л и ф и ­


8

ческого письма в другом месте, см. Автор, 1988; 1991.


186 Часть вторая. Частные исследования

ж е в с т р е ч а е м с я с к а н о н и з а ц и е й культурной памяти, только эта


к а н о н и з а ц и я относилась не к текстам, а к ф о р м е визуального
средства коммуникации. Здесь, несомненно, налицо «опция
невариативности». На нее обратил внимание еще Платон, и
по сей день она считается отличительной чертой египетского
и с к у с с т в а . « С а м ы й з а м е т н ы й глазу ф а к т в е г и п е т с к о м и з о б р а ­
зительном искусстве — это его единообразие: каждое произве­
д е н и е б о л е е и л и м е н е е п о х о ж е н а д р у г о е » . (Davis, 1 9 8 9 , 3 ) .
То, ч т о п и ш е т П л а т о н в «Законах» о е г и п е т с к о м х р а м е ,
о с н о в а н о н а п р о д у к т и в н о м , т. е. п о у ч и т е л ь н о м о т н о с и т е л ь н о
п р е д с т а в л е н и я о себе п о з д н е е г и п е т с к о г о общества, недоразу­
мении. О н говорит, что египтяне изобразили в своих храмах
образцы или стандартные т и п ы — по­гречески употреблено
слово σχήματα, — в которых «прекрасное» познано и представ­
л е н о так, как это должно остаться на все времена. Египтяне,
с к а з а н о у н е г о , «уже в д р е в н о с т и п о н я л и , ч т о м о л о д е ж ь д о л ж ­
на в своих о б ы ч н ы х упражнениях приучаться только к прекрас­
ным телодвижениям и прекрасным песням. Установив этот
п р и н ц и п , они изобразили в своих храмах что и каким образом
я в л я е т с я п р е к р а с н ы м . И о т н ы н е н и ж и в о п и с ц а м , н и кому­либо
е щ е , к т о д е л а е т и з о б р а ж е н и я и т о м у п о д о б н о е , н е б ы л о до­
з в о л е н о вводить новшества и л и и з о б р е т а т ь что­нибудь откло­
няющееся от древней традиции. Это не дозволено у них и
сегодня ни в вышеназванных изображениях, ни в каких­либо
других мусических искусствах. П р и с м о т р е в ш и с ь п о б л и ж е , т ы
о б н а р у ж и ш ь , ч т о и з в а я н и е и л и ж и в о п и с н о е и з о б р а ж е н и е , сде­
л а н н о е т а м 10 ООО л е т н а з а д (я г о в о р ю «10 ООО л е т н а з а д » н е
так, как э т о г о в о р и т с я для к р а с н о г о словца, а буквально) в срав­
н е н и и с с е г о д н я ш н и м и п р о и з в е д е н и я м и искусства не прекрас­
нее и не уродливее, а являет в точности то же художественное
с о в е р ш е н с т в о . («Законы» 656d—657а).
То, ч т о и м е е т здесь в виду П л а т о н и ч т о м о ж н о в ы д е л и т ь
как з е р н о и с т и н ы в этой и с т о р и и , это д е й с т в и т е л ь н о порази­
тельное постоянство языка архитектурных и художественных
ф о р м в Е г и п т е . Т е м с а м ы м з а м е ч е н а в а ж н а я ч е р т а п р е ж д е все­
г о позднеегипетского представления о себе. К о н е ч н о , н и к т о не
и з д а в а л в о в р е м е н а 1­й и л и 4­й д и н а с т и й з а к о н а , ч т о о т н ы н е и
в о в е к и н е л ь з я о т к л о н я т ь с я о т д о с т и г н у т о г о с о с т о я н и я худо­
Глава четвертая. Египет и открытие государства 187

ж е с т в е н н о г о р а з в и т и я . С к о р е е , как р а з п о з д н я я э п о х а Е г и п т а
считала ч р е з в ы ч а й н о в а ж н ы м по возможности н е отклонять­
ся от искусства п р е д ш е с т в у ю щ и х эпох. Ц е л и к о м к о п и р о в а л и с ь
стены гробниц, возобновлялись древнейшие архитектурные
ф о р м ы , создавались статуи, датировка к о т о р ы х в с о в р е м е н н о й
науке д о с и х п о р к о л е б л е т с я в п р е д е л а х п о л у т о р а т ы с я ч е л е т и й .
К р о м е т о г о , т а к ж е и в о б щ е м р а з в и т и и е г и п е т с к о г о ис­
к у с с т в а д е й с т в о в а л , судя п о всему, п р и н ц и п , к о т о р ы й Я к о б
Буркхардт назвал «иератической консервацией» . О б этом 9

принципе, не утратившем и в эллинизме своей ф о р м и р у ю щ е й


и о б я з ы в а ю щ е й с и л ы ( т а к ч т о , д е й с т в и т е л ь н о , х р а м ы птоле¬
меевской э п о х и б л и ж е к я з ы к у ф о р м д в у х т ы с я ч е л е т н е й дав­
ности, чем к э л л и н и с т и ч е с к о м у культурному к о й н е ) , под рубри­
кой «египетский канон» написано множество исследований.
1 0

В п о с л е д н е е в р е м я с т а н о в и т с я все я с н е е , ч т о Я к о б Б у р к х а р д т
со с в о и м п о н я т и е м « г и г а н т с к о г о письма» и н т у и т и в н о п о п а л в
самую точку. И с к у с с т в о в Е г и п т е так н е о б ы ч н о б л и з к о письму,

9
«Только искусство в этом случае не п р о с т о с о х р а н я е т с я с тече­
нием в р е м е н и на о п р е д е л е н н о й высоте, а удерживается в вертикаль­
ном н а п р а в л е н и и , т. е. более ш и р о к о е , более высокое р а з в и т и е вре­
менно пресекается и е р а т и ч е с к о й остановкой, то, ч т о б ы л о когда-то
достигнуто н е и м о в е р н ы м усилием, считается с в я щ е н н ы м , как э т о
показывают в о с о б е н н о с т и у истоков и при конце д р е в н е г о культур­
ного универсума Египет и Византия» (Jacob B u r c k h a r d t , 1984, 195).
10
Под египетским каноном понимают прежде всего систему про­
п о р ц и й человеческой ф и г у р ы , которая вписывается в «систему квад­
ратов», см. об этом п р е ж д е всего Е. Iversen , 1975. В последнее время
2

стало прокладывать себе дорогу гораздо более ш и р о к о е п о н я т и е ка­


нона, к о т о р о е о т н о с и т с я не только ко всей системе п р а в и л египет­
ского искусства, но, к р о м е того, включает также весь с о ц и а л ь н ы й и
экономический контекст, см. об этом прежде всего р а б о т ы Wh. М. Da­
vis, 1989; 1982а; 1982b. Я попытался разделить эти п р а в и л а на 5 ком­
плексов: 1. П р а в и л а п р о п о р ц и и («канон» в узком смысле») 2. Прави­
ла п р о е к ц и и ( и з о б р а ж е н и е пространства на плоскости); 3. П р а в и л а
и з о б р а ж е н и я ( и к о н и ч е с к и е формулы и условности) 4. П р а в и л а ис­
ключения (то, ч т о п л а н о м е р н о не изображается, в д а н н о м случае
прежде всего пространственно-временная абстрактность египетских
и з о б р а ж е н и й ) ; 5. Синтаксические правила (в о с о б е н н о с т и подчини­
тельная системность с т р о е н и я и з о б р а ж е н и я ) . См. А в т о р , 1986; 1987.
188 Часть вторая. Частные исследования

а п и с ь м о искусству, ч т о з д е с ь п р и х о д и т с я г о в о р и т ь н е п р о с т о
о т е с н о й с в я з и , а п р я м о - т а к и о е д и н с т в е (Fisher, 1 9 8 6 , 2 4 ) . П и с ь ­
мо — ж а н р искусства, искусство — п р о д о л ж е н и е письма. Этим
и объясняется детальная и реалистическая изобразительность,
которая в полной силе сохранялась в египетском иероглифи­
ческом письме во все в р е м я его существования, а т а к ж е стро­
гое следование образцам и постоянство ф о р м в искусстве.
И з о б р а з и т е л ь н о с т ь , или художественный характер, (монумен­
тального) письма и «письменный» характер искусства взаимо­
о б у с л о в л е н ы . С л е д о в а т е л ь н о , ч т о к а с а е т с я с в о е о б р а з н о й ско­
в а н н о с т и египетского искусства, это п р о я в л е н и е не неспособ­
ности к прогрессу и развитию, а п р о ч н о й , как в письменнос­
ти, связи обозначающего и означаемого, ослабление которой
означало бы, говоря словами Ж а к а Лакана, «изменение скреп
его сущности» . 11

Н о как ж е о б с т о и т дело с « и е р а т и ч е с к о й к о н с е р в а ц и е й » ,
с т е м п о с т о я н с т в о м «в т е ч е н и е д е с я т и т ы с я ч л е т » , к о т о р о е т а к
поражало Платона? Ведь и е р о г л и ф и ч е с к а я система письма, по
крайней мере в своей поздней форме, производит, напротив,
впечатление открытости, какой не найдешь в других системах.
З а к о н с е р в и р о в а н , к а н о н и з и р о в а н б ы л не н а б о р з н а к о в , а по­
рождающий принцип, а именно принцип изобразительности.
З н а к и п и с ь м а д о л ж н ы б ы л и н а в с е г д а о с т а в а т ь с я изображения­
ми. О т к р ы т о с т ь н а б о р а з н а к о в , п о з в о л я в ш а я п о с т о я н н о в в о ­
дить н о в ы е знаки и н о в ы е их значения, основана на изобрази­
т е л ь н о с т и знаков, к о т о р ы е — даже если их с о о т н е с е н н о с т ь со
словом или звукосочетанием языка ясна не сразу — в л ю б о м
случае могут б ы т ь о п о з н а н ы как и з о б р а ж е н и е н е к о е й в е щ и .
Ч е р е з и к о н и ч е с к у ю о т н е с е н н о с т ь к миру о б ы ч н о о т к р ы в а е т с я
з а т е м и с е м а н т и ч е с к и - ф о н е м н а я о т н е с е н н о с т ь к языку. С м о ­
мента, когда и е р о г л и ф и ч е с к о е п и с ь м о н а ч и н а е т и с п о л ь з о в а т ь

Опасались того, что с таким ослаблением может ослабеть и обя­


11

зательность законов государства; так, н а п р и м е р , К о н ф у ц и й считал,


что важнее всего называть круглое «кругло», а угловатое «угловато», а
Платон сочувственно цитирует музыковеда Дамона, считавшего в V в.
до н. э., что законы государства будут расшатаны, если и з м е н и т ь что-
нибудь в музыкальных ладах.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 189

з а к л ю ч е н н у ю в н е м в о з м о ж н о с т ь о т к р ы т о с т и с и с т е м ы , неогра¬
физмов, и з о б р а з и т е л ь н о с т ь з н а к о в п е р е с т а е т б ы т ь ч и с т о эс­
тетическим принципом и принадлежит отныне к системной
рациональности письма, к о т о р о е иначе стало бы нечитаемым.
Поэтому здесь действует п р е ж д е всего не «иератическая», а
вполне рациональная для системы консервация.
Египетское иероглифическое письмо — сложная система,
п о с к о л ь к у о н а о т с ы л а е т с р а з у к я з ы к у и к миру. О н а и м е е т д в о й ­
с т в е н н ы й х а р а к т е р : е е э л е м е н т ы я в л я ю т с я о д н о в р е м е н н о и зна­
ками, к о т о р ы е о т н о с я т с я к я з ы к о в о й с ф е р е , и изображениями,
воспроизводящими ф о р м ы мира. В этом последнем качестве
о н и д о с т и г а ю т т о г о ж е , ч т о и с к у с с т в о , и п р и н а д л е ж а т к т е м «схе¬
мата», о к о т о р ы х п и ш е т П л а т о н . И э т и « с х е м а т а » с в я щ е н н ы ,
поскольку их о б р а з ц ы д а н ы богами, т а к ж е как план х р а м а и рас­
порядок обрядов, как и все ф о р м ы , к о т о р ы е д о л ж е н х р а н и т ь в
себе п о з д н е е г и п е т с к и й храм. И е р о г л и ф и ч е с к о е п и с ь м о инклю­
з и в н о , п о с к о л ь к у о н о п о с в о е й и д е е о х в а т ы в а е т в о о б щ е в с е , под­
дающееся изображению, то есть представляет собой в то же
время нечто вроде энциклопедического словаря в картинках и
воскрешает в храме весь мир. О н о священно, потому что изо­
б р а ж е н и я как т а к о в ы е с в я щ е н н ы . В е д ь т е ф и г у р ы , к о т о р ы е п о д ­
л е ж а т и з о б р а ж е н и ю — э т о м ы с л и б о г а - т в о р ц а , к о т о р ы е б о г Тот,
и з о б р е т а т е л ь п и с ь м а , в ы р а з и л в « ф о р м а х » ( п л а т о н о в с к и е «схе­
мата»), то есть сделал их и з о б р а з и т е л ь н ы м и и и з о б р а з и м ы м и .
Мир, по меткому в ы р а ж е н и ю Ф р и д р и х а Юнге, это «иерогли­
ф и ч е с к о е п и с ь м о богов» (Junge, 1984, 272).

3. К а н о н и и д е н т и ч н о с т ь

О ч е в и д н о , что е г и п т я н а м удалось создать и надолго сохра­


нить идентичность, уникальную в Д р е в н е м мире. Далее, оче­
видно, что средства, к о т о р ы м и постоянство и н е и з м е н н о с т ь
поднимаются на уровень институтов, в т о ч н о с т и соответству­
ю т тому, ч т о м ы о б о з н а ч и л и п о н я т и е м « к а н о н » : к а н о н к а к ф о р ­
ма культурной к о г е р е н т н о с т и , « к о н н е к т и в н а я структура» но­
вого рода, р о д и в ш а я с я и з духа п и с ь м а . Тем н е м е н е е в Е г и п т е
мы н е в с т р е ч а е м с я с « т е к с т о в о й к о г е р е н т н о с т ь ю » . Ведь э т а
190 Часть вторая. Частные исследования

п о с л е д н я я в о в с е н е о б я з а т е л ь н о п о я в л я е т с я с р а з в и т и е м пись­
м е н н о й культуры. Р е ш а ю щ и м ф а к т о р о м является развитие
культуры т о л к о в а н и я . Н о здесь-то и о б н а р у ж и в а е т с я своеоб­
р а з н ы й д е ф и ц и т в е г и п е т с к о м п о д х о д е к т е к с т а м . Т е к с т ы ко­
пируются и варьируются, но не толкуются в собственном
смысле.
В самом общем, антропологическом смысле комментиро­
вание принадлежит к исходным формам языкового поведения
человека, наравне с рассказыванием, аргументацией, описани­
ем и проч.; в этом общем смысле и египетская литература,
к о н е ч н о , п о л н а к о м м е н т и р у ю щ и х ж е с т о в . Э т и ж е с т ы скон­
ц е н т р и р о в а н ы в двух о б л а с т я х , в к у л ь т о в ы х и в м е д и ц и н с к и х
т е к с т а х . И х м о ж н о о п и с а т ь п о н я т и я м и « с а к р а м е н т а л ь н о е тол­
к о в а н и е » ( А в т о р , 1977) и «научная п р о з а » . П р о ц е с с культово­
го к о м м е н т а р и я с в я з а н с д в о я к о с т ь ю с м ы с л а , н а п о м и н а ю щ е й
феномен аллегорического толкования. Комментирующий
ж е с т с н е о б х о д и м о с т ь ю р о ж д а е т с я и з э т о й и е р а р х и ч е с к о й се­
м а н т и к и : он с о е д и н я е т « п о в е р х н о с т н ы й » и «глубинный» смыс­
л ы , з н а ч е н и е и з м и р а культа и и з м и р а б о г о в . В н а у ч н о й п р о з е
п р о ц е с с к о м м е н т и р о в а н и я в ы р а с т а е т из с т р е м л е н и я к точ­
ности и п о л н о т е . В л ю б о м случае к о м м е н т а р и й «имманентен
дискурсу». Текст и к о м м е н т а р и й не р а с х о д я т с я как два отдель­
ных и самостоятельных дискурса. Скорее, к о м м е н т а р и й в
ходе т е к с т о в о й т р а д и ц и и п а р а з и т а р н о р а з р а с т а е т с я на основ­
ном тексте, к о т о р ы й еще не подчинен каноническому прави­
лу н е п р о д о л ж и м о с т и , и л и з а м к н у т о с т и ( « н и ч е г о н е п р и б а ­
вить, ничего не убавить, ничего не изменить»). Традиция и
т о л к о в а н и е н е р а з р ы в н о связаны друг с другом (для И з р а и л я
с м . Fishbane, 1 9 8 6 ) . П е р е х о д к « с о б с т в е н н о » к о м м е н т а р и ю
п р о и с х о д и т т а м , где — в к а к о м б ы т о н и б ы л о с м ы с л е — подве­
д е н а ч е р т а п о д п р о д у ц и р о в а н и е м т е к с т о в и в о з н и к а е т созна­
н и е , ч т о в « в е л и к и х т е к с т а х » с к а з а н о в с е , ч т о м о ж е т б ы т ь ска­
з а н о , и х р а н и т с я все, ч т о м о ж н о з н а т ь , — т а к ч т о культура в
п о з д н е й п е р с п е к т и в е «posthistoire» д о л ж н а о г р а н и ч и в а т ь с я
комментированием великих текстов, чтобы не оборвалась
с в я з ь с м у д р о с т ь ю и и с т и н о й . Э т а з а к л ю ч и т е л ь н а я ч е р т а об­
н а р у ж и в а е т с я в р а з н ы х п и с ь м е н н ы х культурах и в ы г л я д и т по-
разному. Д л я а л е к с а н д р и й ц е в Гомер с т а н о в и т с я к н и г о й книг.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 191

а к л а с с и к и — н е д о с я г а е м ы м и о б р а з ц а м и , для к и т а й с к и х уче­
ных все з н а н и е з а к л ю ч е н о в классиках, н о п о п р и ч и н е их пре­
словутой т е м н о т ы всякое п о н и м а н и е остается н е п о л н ы м , для
Аверроэса А р и с т о т е л ь раз и навсегда о ч е р ч и в а е т г о р и з о н т
знания — фигуры смысла, предвосхищающие Александра
К о ж е в а ( A l e x a n d r e K o j e v e ) , с о з д а в ш е г о п о н я т и е «posthis¬
toire», п о с к о л ь к у о н с ч и т а л , ч т о и с т о р и я м ы с л и п р и ш л а в Ге­
геле к своему абсолютному концу и е д и н с т в е н н о й м ы с л и м о й
п р о г р а м м о й д л я будущей ф и л о с о ф и и м о ж е т б ы т ь л и ш ь экзе­
г е з а Гегеля. Е в р е и г о в о р я т о « к о н ц е п р о р о ч е с т в а » , о п р е д е л я я
тем с а м ы м границу е в р е й с к о г о канона, мусульмане г о в о р я т о
«закрытии двери» и тем самым проводят границу девтерокано¬
нической т р а д и ц и и . К о м м е н т а р и й в с т р о г о м смысле п р е д п о л а ­
гает н е в о з м о ж н о с т ь п р о д о л ж е н и я . Уже п р о с т о й акт к о м м е н т и ­
р о в а н и я п р и п и с ы в а е т т е к с т у э т у окончательную значимость.
Текст к о м м е н т и р у е т с я , п о т о м у ч т о о н , с о д н о й с т о р о н ы , о б л а ­
дает н е п р е х о д я щ е й обязательностью, а с другой с т о р о н ы , не
м о ж е т б ы т ь м о д е р н и з и р о в а н с п о м о щ ь ю р е д а к т о р с к о г о вме­
шательства или заменен новыми текстами. В филологичес­
ком с л о в о у п о т р е б л е н и и «текст» — с о о т н о с и т е л ь н о е п о н я т и е
и противополагается «комментарию». Стихотворение, закон,
т р а к т а т и т. д. с т а н о в я т с я текстами в с т р о г о м ф и л о л о г и ч е с к о м
смысле, только став предметом к о м м е н т а р и я . К о м м е н т а р и й
д е л а е т т е к с т текстом.
Текстов в э т о м с м ы с л е в Е г и п т е , судя п о всему, н е б ы л о — з а
единственным и с к л ю ч е н и е м , м о ж е т б ы т ь , 17 г л а в ы К н и г и М е р т ­
вых. М ы н а х о д и м здесь п р е д а н н о е х р а н е н и е с т а р ы х т е к с т о в ,
но о д н о в р е м е н н о в о з н и к а ю т все н о в ы е и н о в ы е , к о т о р ы е не
о т н о с я т с я к с т а р ы м как мета-тексты, а п р о д о л ж а ю т ж а н р на
том ж е у р о в н е . Так, наряду с н е с о м н е н н о к л а с с и ч е с к и м в о п р е ­
деленном смысле «Поучением Птахотепа», вплоть до эллини­
стического в р е м е н и п о я в л я ю т с я все н о в ы е поучения, а наря­
ду с к а н о н и з и р о в а н н о й н е п о з д н е е П е р с и д с к о й э п о х и К н и г о й
М е р т в ы х п о я в л я ю т с я н о в ы е к н и г и м е р т в ы х , т а к и е как « К н и г а
о дыхании» и «Книга о скитаниях по вечности». Возникнове­
н и е к о м м е н т а р и я п р е д п о л а г а е т з а к л ю ч и т е л ь н у ю черту, к о т о ­
рая останавливает поток т р а д и ц и и и четко делит его на ц е н т р
и п е р и ф е р и ю . Н и о д н о и з э т и х у с л о в и й д л я р а с п а д е н и я пото-
192 Часть вторая. Частные исследования

ка традиции н а т е к с т ы и к о м м е н т а р и и н е в с т р е ч а е т с я в доэл¬
12
линистическом Египте .
В результате получается, ч т о египетская культура обязана
своим уникальным п о с т о я н с т в о м скорее о б р я д о в о й , чем тексто­
вой к о г е р е н т н о с т и — н е с м о т р я на и н т е н с и в н о е использование
п и с ь м е н н о с т и . К а н о н и з а ц и я и з о б р а з и т е л ь н о г о и с к у с с т в а и ле­
ж а щ а я в ее основе грамматика правил служат п о в т о р я е м о с т и , а
н е о т к р ы т о с т и к п р о д о л ж е н и ю (т. е. р е г у л и р у е м о й в а р и а т и в н о ­
с т и ) . З д е с ь п е р е д н а м и о с о б ы й с л у ч а й о б р я д о в о й к у л ь т у р ы , опи­
р а ю щ е й с я на п и с ь м о и т е к с т ы . Этим и о б ъ я с н я е т с я т о т факт,
ч т о э т а культура в п о з д н ю ю эпоху, к о г д а е й в у с л о в и я х п е р с и д с ­
кого и македонского владычества п р и ш л о с ь з а щ и щ а т ь с я про­
тив ассимиляционного давления господствующей чужеземной
культуры, п р и н я л а ф о р м у н е книги, а храма: храма как прибе­
ж и щ а о б р я д о в о й к о г е р е н т н о с т и , на к о т о р о й эта культура была
основана. О б этом пойдет речь в следующем разделе.

II. Х Р А М П О З Д Н Е Й Э П О Х И К А К « К А Н О Н »

1. Х р а м и к н и г а

О храме Х а т о р в Дендере мы читаем, что его «большой


план вместе с о п и с ь ю имущества этого города выгравирован
н а с т е н е н а с о о т в е т с т в у ю щ е м м е с т е , п р и ч е м о т н е г о н и ч е г о не
убавлено и ничего не прибавлено, поскольку он совершенен в
1S
о т н о ш е н и и ( м у д р о с т и ) п р е д к о в » . О х р а м е Г о р а в Э д ф у изве­
стно, что п р и его п о с т р о й к е заново Птолемеем в основу был
п о л о ж е н п л а н , « к а к о н б ы л н а ч а т п р е д к а м и и к а к с т о и т н а боль­
14
ш о м ч е р т е ж е в т о й к н и г е , ч т о упала с н е б а с е в е р н е е М е м ф и с а » .

12
См. отдельные детали в докладах U. Rößler­Köhler и Автора в:
Автор, В. Gladigow (Hrsg.), Text u n d K o m m e n t a r (готовится).
1S
A. Mariette, D e n d é r a h III 1872, табл. 77 a, b, или же Е. C h a s s i n a t /
F. Daumas, Le t e m p l e de D e n d é r a h VI, 152, 1—3. З н а н и е м этого места,
на которое походя указывали уже L e i p o l d t / M o r e n z , 1953, 5 6 , A n m . 12,
я обязан Д. Курту (D. K u r t h ) .
14
Е. Chassinat, Le t e m p l e d ' E d f o u VI, 6.4 ; ср. D. Wildung, 1977,
c. 146, § 9 8 .
Глава четвертая. Египет и открытие государства 193

И т а к , п о н я т и я « к н и г и » и « х р а м а » н е т а к у ж д а л е к и д р у г о т дру­
га. Х р а м — э т о н е ч т о и н о е , к а к п е р е в о д в т р е х м е р н о е п р о с т р а н ­
ство и монументальную форму книги, и м е ю щ е й все п р и з н а к и
канона: о н а (как К о р а н ) есть у п а в ш е е с н е б а О т к р о в е н и е , и к
15
ней (как к Торе) «нельзя н и ч е г о д о б а в и т ь и убавить» .
О такой книге, осуществлением которой представляет себя
позднеегипетский храм, постоянно идет речь в источниках.
О н а считается т о произведением И м х о т е п а , в и з и р я и мудреца
3­й д и н а с т и и , к о т о р ы й — к а к с т р о и т е л ь г р о б н и ц ы ц а р я Джосе¬
ра и т е м с а м ы м и з о б р е т а т е л ь к а м е н н о й а р х и т е к т у р ы и п и р а ­
м и д ы (в е е р а н н е й ф о р м е с т у п е н ч а т о й п и р а м и д ы ) — н е т о л ь к о
упомянут в с о в р е м е н н ы х ему и с т о ч н и к а х , н о и о с т а л с я ж и т ь в
памяти культуры и возвысился до б о ж е с т в е н н ы х почестей
(Wildung, 1977), т о п р о и з в е д е н и е м самого бога Тота, египет­
16
ского Гермеса, бога письма, счета и в о о б щ е мудрости . К н и г а
л е ж и т в о с н о в е х р а м а , а х р а м , в с в о ю о ч е р е д ь , х р а н и т эту к н и ­
гу, в м е с т е с д р у г и м и к н и г а м и , в с в о е й б и б л и о т е к е . К н и г а и
храм — это, по крайней мере, очевидно — оказываются здесь
очень тесно и очень своеобразно связаны.
Род и смысл этой связи сразу уясняются, если мы предста­
вим себе с п е ц и ф и к у п о з д н е е г и п е т с к о г о х р а м а как культурно­
го ф е н о м е н а sui generis. Н а л и ц о ч е т ы р е а с п е к т а , в к о т о р ы х
храм восходит к священной литературе и к о т о р ы е для него
обязательны:
1) архитектонический аспект: х р а м к а к р е а л и з а ц и я « п л а н а »
1 7
(по­египетски snt) ;
2 ) эпиграфический а с п е к т : п р о г р а м м а у к р а ш е н и я х р а м а к а к
реализация «образца» (по­египетски snm);

15
К и с т о р и и «формулы канона» см. глава вторая, раздел 2.
16
Boylan, 1922; специально о Тоте как а в т о р е храмовых книг:
с. 88—91. Среди «42 ч р е з в ы ч а й н о необходимых (πανυ αναγκαιαι = «ка­
нонические»?) книг Гермеса», которые по Клементу Александрийско­
му, Stromat. VI. 4. 35—37, несли египетские ж р е ц ы в процессии, неко­
т о р ы е посвящены сооружению храмов. О сведениях Клемента о Егип­
те см. Deiber, 1904.
17
О б этом г о в о р и т названная К л е м е н т о м среди 10 «иероглифи­
ческих» книг книга «О сооружении храма».
194 Часть вторая. Частные исследования

3) культовый а с п е к т : х р а м к а к м е с т о , где с о в е р ш а ю т с я ж е р ­
т в о п р и н о ш е н и я и реализуются «предписания» (по­египетски
c 1 8
s n m , t p ­ r d , nt­ и п р о ч . ) ; и
4 ) этический а с п е к т : х р а м к а к п р о с т р а н с т в о о п р е д е л е н н о ­
19
го о б р а з а ж и з н и и р е а л и з а ц и и б о ж е с т в е н н ы х з а к о н о в .
Если п о н и м а т ь е г и п е т с к и й храм п о з д н е й э п о х и как соеди­
н е н и е всех этих аспектов, т о трудно не п р и з н а т ь , ч т о р е ч ь идет
з д е с ь о к у л ь т у р н о м ф е н о м е н е sui g e n e r i s , а н е о п о с л е д н е м от­
г о л о с к е т ы с я ч е л е т н е й а р х и т е к т у р н о й т р а д и ц и и . В с в е т е ин­
тересующего нас вопроса о ф о р м а х п р о я в л е н и я культурной
п а м я т и египетский х р а м поздней эпохи оказывается чем­то
значительно большим, чем просто архитектурной формой.
Н о д а ж е если р а с с м а т р и в а т ь его как ч и с т о архитектурную
форму, оказывается, что позднеегипетский храм не просто
продолжает некую традицию, но и представляет собой нечто
новое. А именно, он гораздо строже, чем это наблюдалось в
х р а м о в ы х п о с т р о й к а х п р е д ш е с т в у ю щ и х э п о х , с л е д у е т единому
архитектурному замыслу, т. е. к а н о н и ч е с к о м у п л а н у В с е б о л ь ш и е
х р а м о в ы е п о с т р о й к и греко­римского в р е м е н и м о ж н о пони­
мать как в а р и а н т ы одного­единственного типа, самым п о л н ы м
и одновременно лучше всего сохранившимся осуществлением
к о т о р о г о м о ж н о с ч и т а т ь х р а м Гора в Эдфу. Э т о т п л а н и с о д е р ­
жательно отличается от храмовых построек прошлого. Реши­
тельно новым элементом является «шкатулочный» принцип
о т г о р а ж и в а ю щ е г о о к а й м л е н и я . В х р а м е в Э д ф у с в я т и л и щ е от­
г о р о ж е н о о т в н е ш н е г о м и р а н е б о л е е н е м е н е е к а к п я т ь ю сте­
нами с л е ж а щ и м и между н и м и к о р и д о р а м и или ж е опоясываю­
щ и м и пространствами. Ч т о речь здесь д е й с т в и т е л ь н о идет о
центральной строительной идее позднеегипетского храма.

18
О б этом г о в о р я т упомянутые Клементом книги об «искусстве
жертвоприношения».
19
О б этом говорят упомянутые Клементом книги о «воспитании»,
а т а к ж е 10 «иератических книг о законах, богах и обо всем, касаю­
щемся обучения жрецов». Q u a g e b e u r 1981; 1982 убедительно отожде­
ствил м н о г о к р а т н о засвидетельствованное в греческих источниках
п о н я т и е «сакрального закона» (Ιερατικός νόμος, ιερός νόμος) с такими
кодификациями.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 195

показывают плоскостные и з о б р а ж е н и я храма в виде вставлен­


ных друг в друга п о р т а л о в , ч и с л о м д о семи. К а ж д ы й п о р т а л
символизирует такое п о с р е д н и ч а ю щ е е между внутренним и
внешним опоясывающее пространство. Смысл этой архитек­
турной ф о р м ы очевиден: о н указывает на к о н ц е п ц и ю святос­
ти внутреннего мира, который всеми средствами должен быть
отгорожен от контекста мира профанного. Архитектура про­
н и к н у т а м е р а м и п р е д о с т о р о ж н о с т и , п р о д и к т о в а н н ы м и глубо­
ким сознанием угрозы, своего рода «страхом профанации».
Это указывает на соответствующую святость смысла, сохраня­
емого в этих храмах, и выходит далеко за пределы представле­
ний о недоступности и потаенности, т р а д и ц и о н н о связывавших­
ся в Е г и п т е со с в я т ы м и местами. Н а п р а в л я ю щ и е к о о р д и н а т ы
п о з д н е е г и п е т с к о й х р а м о в о й а р х и т е к т у р ы — о х р а н а и угроза,
внутреннее и внешнее, священное и профанное.
С этим можно связать определенные черты позднеегипет­
ской ментальности, о которых мы хорошо и н ф о р м и р о в а н ы не
из е г и п е т с к и х , а п р е ж д е всего и з г р е ч е с к и х и с т о ч н и к о в . В пер­
вую о ч е р е д ь з д е с ь н у ж н о н а з в а т ь я р к о в ы р а ж е н н у ю к с е н о ф о ­
бию египтян, н е садящихся за один стол с чужеземцами: «И
ему ( И о с и ф у ) п о д а л и о с о б о , и и м о с о б о , и т а к ж е е г и п т я н а м ,
которые с н и м и ели;потому ч т о египтянам нельзя есть с евре­
ями; это для египтян мерзость» (Быт. 43.32) . 2 0

Геродот рассказывает, ч т о египтяне избегали п е р е н и м а т ь


о б ы ч а и г р е к о в , к а к и в о о б щ е д р у г и х н а р о д о в . А н т и ч н ы е ав­
2 1

торы постоянно жалуются на высокомерие, сдержанность и


замкнутость египтян . Египетские тексты рассматривают
2 2

В позднеантичном романе «Иосиф и Асенет» все оказывается


20

наоборот: «потому что Иосиф не ел с египтянами, ибо это было для


него мерзость» (7.1). См. Delling, 1987, 12.
Геродот, История, II, 91, ср. 49 и 79. Сюда относится также ут­
21

верждение Геродота, что египтяне делают все точно наоборот по срав­


нению с другими народами (II, 35). Ведь он явно имеет при этом в
виду не только свои собственные наблюдения, но и образ, который,
надо думать, отвечает представлению египтян о самих себе, конечно
с обратным знаком. Это представление о себе ортопраксии, которая
считает себя единственной, обладающей правильным деланием.
Места см. у Fowden, 1986, 15 сл.
22
196 Часть вторая. Частные исследования

ч у ж е з е м ц а как н е ч и с т о г о . О н н е с м е е т п р и б л и ж а т ь с я к хра­
м а м и с в я щ е н н ы м ц е р е м о н и я м . Б о г С е т с т а н о в и т с я б о г о м чу¬
жеземья, получает ругательную кличку «мидянин» и однознач­
но превращается с этого момента в «антибога»; тем самым
чужеземцы становятся «существами из породы Тифона»
( B r u n n e r , 1983; Helck, 1964). Н о в о е п р о з в и щ е С е т а указыва­
ет на то, что исходным пунктом этого процесса было время
персидского владычества; это подтверждается и другими
наблюдениями. Несомненно, типичная для Египта поздней
э п о х и к с е н о ф о б и я и с т р а х п р о ф а н а ц и и в о з н и к а ю т в э т о т пе­
р и о д у с и л и в ш е г о с я ч у ж е з е м н о г о г о с п о д с т в а . Е г и п е т с к а я куль­
тура отныне постепенно укрывается в храм и отгораживается
о т в н е ш н е г о м и р а . М ы н а б л ю д а е м в э т о т п о з д н и й п е р и о д еги­
п е т с к о й культуры п р е в р а щ е н и е « и н т е г р и р у ю щ е й » идентич­
н о с т и в « д и ф ф е р е н ц и р у ю щ у ю » . В у с л о в и я х ч у ж е з е м н о г о гос­
подства здесь, как и в Иудее, развиваются з а щ и т н ы е р е а к ц и и
к у л ь т у р н о й с и с т е м ы , к о т о р ы е н е к о т о р ы е и с с л е д о в а т е л и на­
зывают «национализмом» . 2 3

Если внимательнее рассмотреть архитектурные ф о р м ы и


х р а м о в ы е н а д п и с и , т о к ч е т ы р е м в ы ш е п е р е ч и с л е н н ы м аспек­
там храма поздней э п о х и добавится е щ е один, р е ш а ю щ и й для
н а ш е г о вопроса о ф о р м а х культурной памяти: х р а м как изоб­
ражение прошлого и выражение специфического историчес­
кого сознания. Египетский храм поздней эпохи — это построй­
ка-воспоминание. В эпоху э л л и н и з м а это тем более бросается
в глаза, ч т о повсюду кругом в С р е д и з е м н о м о р ь е и на Б л и ж н е м
Востоке р а с п р о с т р а н я е т с я я з ы к ф о р м г р е ч е с к о г о искусства,
и одна только египетская культура п р о д о л ж а е т с т р о г о держать­
ся к а н о н а т р а д и ц и о н н ы х ф о р м . П р и ч и н а здесь в том, ч т о эти
ф о р м ы имеют иконическое значение: они нечто изображают.
А и м е н н о , о н и с о к р у г л о с т ь ю с в о и х к о л о н н , ж е л о б а м и и на­
к л о н н ы м и с т е н а м и п р е д с т а в л я ю т с о б о й м о н у м е н т а л ь н у ю , ис­
п о л н е н н у ю в к а м н е и у в е л и ч е н н у ю в 5 0 р а з т р о с т н и к о в у ю хи­
ж и н у , д о и с т о р и ч е с к у ю п р а ф о р м у с в я т и л и щ а . Э т и н о в ы е соору­
жения чужеземных македонских властителей по внешности
в ы д а ю т себя за в о п л о щ е н и е т р а д и ц и о н н о й е г и п е т с к о й архи-

23
Lloyd, 1982;Macmullen, 1964; Griffiths, 1979.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 197

тектуры. Здесь перед нами реформа в обличье возвращения к


истокам, воскрешения традиции: это также т и п и ч н ы й элемент
к а н о н и з и р у ю щ е г о у п р о ч е н и я с м ы с л а . Ч т о э т о о з н а ч а е т и на­
сколько в е р н о п о н и м а т ь э т и п о с т р о й к и как в ы р а ж е н и е специ­
ф и ч е с к о г о и с т о р и ч е с к о г о с о з н а н и я и и д е н т и ч н о с т и , к а к «по­
стройку-воспоминание», выясняется из части тех надписей,
которыми они без числа покрыты.
С а м ы й з а м е т н ы й п р и з н а к египетского х р а м а п о з д н е й эпо­
хи — это богатство его украшения. Н е т о л ь к о с т е н ы ц е л и к о м ,
но и к р ы ш и и д а ж е к о л о н н ы и с п е щ р е н ы и з о б р а ж е н и я м и и тек­
стами. С о в е р ш е н н о очевидно, что большая часть х р а н я щ и х с я
в храмовой библиотеке книг была перенесена на камень для
украшения стен храма. Это, правда, само по себе не новость.
Постоянное нарастание украшенности храмов прослеживает­
ся от Д р е в н е г о Ц а р с т в а до поздней эпохи. О д н а к о здесь про­
и з о ш е л к а ч е с т в е н н ы й с к а ч о к , к о т о р ы й , судя п о всему, м о ж н о
датировать персидской эпохой. А именно, до этого момента
п р о г р а м м ы у к р а ш е н и я храмов б ы л и с в я з а н ы с ф у н к ц и е й соот­
ветствующих помещений: они изображали то, что происходит
в этих помещениях, и таким образом символически хранили
о т п р а в л е н и е культа. В п о з д н ю ю эпоху д о б а в л я е т с я н е ч т о но­
вое: к о д и ф и к а ц и я з н а н и я . То, ч т о т е п е р ь у в е к о в е ч и в а е т с я в
24

камне на с т е н а х , д а л е к о в ы х о д и т за п р е д е л ы р и т у а л а . Э т о кос­
мографические, географические, богословские и мифологи-

24
См. об этом о ч е н ь т о ч н о у Kees, 1941, 416 сл.: «В э п о х и истори­
ческих п е р е л о м о в народы начинают о б ы ч н о с о б р а н и я с о ч и н е н и й .
Озабоченность утратой традиционного наследия перевешивает твор­
чество. Так в Египте самой т в о р ч е с к о й эпохой, в том ч и с л е и в духов­
ной области, б ы л о Д р е в н е е Царство, эпоха, когда м е н ь ш е всего писа­
ли. Только э п и г о н ы начали собирать его духовное наследие и прида­
вать ему твердую форму. П о з д н и е храмы также с т р е м я т с я произвес­
ти впечатление массой своего знания. Эти записи о ритуале, о чино¬
последовании п р а з д н и к о в , о богах делаются в ученом стиле». Кеес
говорит в э т о й связи о «страхе забвения», к о т о р ы й о х в а т и л е г и п т я н
в позднюю эпоху (с. 415). К о н е ч н о , о п ы т чужеземного владычества,
а затем, в о с о б е н н о с т и , культурный шок э л л и н и з м а повел к тому, что
т р а д и ц и я перестала б ы т ь чем-то само собой разумеющимся, и тем
самым возникла п о т р е б н о с т ь в о б ъ я с н е н и и .
198 Часть вторая. Частные исследования

ческие т е к с т ы и и з о б р а ж е н и я , а т а к ж е о ч е н ь о б ш и р н ы е стро­
и т е л ь н ы е надписи и тексты с э т и ч е с к и м и п р е д п и с а н и я м и для
с в я щ е н н о с л у ж и т е л е й , и н в е н т а р н ы е с п и с к и , п е р е ч н и res s a c r a e ,
п р е д п и с а н и я и з а п р е т ы д а н н о г о храма и всех других х р а м о в и
областей с т р а н ы , в общем, н а с т о я щ а я э н ц и к л о п е д и я познава­
тельной литературы, какой нельзя найти ни в одном храме
предшествующего времени. Само письмо п р и о б р е т а е т энцик­
л о п е д и ч е с к и е черты. К о л и ч е с т в о знаков резко, м о ж н о сказать,
в з р ы в о о б р а з н о увеличивается с п р и б л и з и т е л ь н о 700 до при­
б л и з и т е л ь н о 7000. К а ж д ы й храм в ы р а б а т ы в а е т с в о ю собствен­
ную систему письма. Э т о т п р о ц е с с о с н о в а н на систематичес­
ком использовании внутренне присущей иероглифической
с и с т е м е п и с ь м а — в о т л и ч и е о т п р о и з о ш е д ш е г о о т н е е курсив­
ного письма — изобразительности, которая позволяет посто­
я н н о в в о д и т ь н о в ы е з н а к и и р а с с м а т р и в а т ь м и р в е щ е й к а к не­
исчерпаемый набор литер. Отсюда развивается представление
о письме как об энциклопедическом словаре в картинках, в
к о т о р о м о т о б р а ж е н весь м и р , а т а к ж е соответствующее пред­
ставление о м и р е как об « и е р о г л и ф и ч е с к о м п и с ь м е богов»
(Junge, 1984, 272). Е г и п е т с к и й х р а м , п р и н и м а я в себя весь
м и р , о д н о в р е м е н н о з а к р ы в а е т с я для м и р а . Э т о п р и т я з а н и е на
всеохватность также т и п и ч н о для феномена канонизации. Для
евреев — еврейская, для х р и с т и а н — х р и с т и а н с к а я Б и б л и я , для
мусульман — К о р а н с о д е р ж а т в с е о б ъ я с н я ю щ у ю полноту всего,
что возможно и нужно знать.
Н о египетский храм поздней эпохи охватывает на манер
энциклопедии не только множество всего познаваемого, но и
в с а м о м д е л е весь мир. М ы н а х о д и м с я з д е с ь — в п р о т и в о п о л о ж ­
н о с т ь м о н о т е и с т и ч е с к и м р е л и г и я м — в к о н т е к с т е «космотеиз¬
ма» . Д л я э т о г о т и п а р е л и г и и х а р а к т е р н о , ч т о , г о в о р я с л о в а ­
25

ми Витгенштейна, смысл мира должен лежать не вне, а самым


эмфатическим образом внутри него самого. Сам мир — это
и с п о л н е н н о е смысла и потому б о ж е с т в е н н о е целое. Э т о пыта­
ется о т о б р а з и т ь х р а м п о з д н е й эпохи. Его о с н о в а н и е представ­
ляет пра-воды, его к о л о н н ы — вырастающую из них раститель­
ность, его к р ы ш а — небо. Ф р и з ы с несущими д а р ы и «богами

2 5
См. об этом Автор, в: А. Assmann, 1991, 241 сл.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 199

Нила» воплощают отдельные области Египта. В каждом х р а м е


представлен т а к и м о б р а з о м весь м и р . (D. Kurth, 1983).
Н о изображение космоса включает и временное измере­
ние. Этот пункт о с о б е н н о в а ж е н для з а н и м а ю щ е г о нас вопро­
са о к у л ь т у р н о й п а м я т и . К о с м о с п о н и м а е т с я н е т о л ь к о к а к п р о ­
с т р а н с т в о , н о и — и д а ж е в п е р в у ю о ч е р е д ь — к а к в р е м я , т. е.
как процесс. Храм с и м в о л и к о й своих а р х и т е к т у р н ы х ф о р м и
иконографической соотнесенностью своих изображений
п р е д с т а в л я е т д в е в е щ и : 1) к о с м о г о н и ч е с к и й п р о ц е с с в п е р в ы е
в с п л ы в а ю щ е г о и з п е р в о н а ч а л ь н ы х в о д « п р а - х о л м а » и 2) е ж е д ­
невно повторяющийся цикл солнечного движения, представ­
л я ю щ и й собой как бы пульсацию ж и з н и б о ж е с т в е н н о г о и веч­
ного космоса. П о э т о м у храм — это о д н о в р е м е н н о и «пра-холм»,
м е с т о «первого раза», откуда т в о р е ц у п о р я д о ч и л м и р , а т а к ж е
« г о р и з о н т » , в к о т о р о м в с т а е т и з а х о д и т с о л н ц е . Н а а с п е к т «го­
ризонта» указывают астрономически о ф о р м л е н н ы е потолки
и и з о б р а ж е н и я х о д а с о л н ц а н а ф р и з а х и а р х и т р а в а х , а н а ас­
п е к т «пра-холма» — п о д р о б н о р а з р а б о т а н н ы е м и ф ы о возник­
новении храма в строительных надписях и «монографиях»
( R e y m o n d , 1969; F i n n e s t a d , 1985).
Мифы о возникновении храмов поздней эпохи связывают
и с т о р и ю п о с т р о й к и храма с к о с м о г о н и е й т о ч н о так, как о ф и ­
циальная египетская историография делает это с династичес­
кой историей Египта. Здесь мы сталкиваемся с представлени­
ем о предсуществовании власти. В начале была власть. Б о г и
пользуются ею, упорядочивая, устраивая и делая п р и г о д н ы м
для ж и з н и п о д н и м а ю щ и й с я и з п е р в о н а ч а л ь н ы х вод м и р . С пе­
р е х о д о м власти о т б о г о в к д и н а с т и я м п о л у б о г о в и л ю д е й кос­
м о г о н и ч е с к и й п р о ц е с с п е р е м е щ а е т с я н а н е б о и с л у ж и т в об­
разе д в и ж е н и я с о л н ц а по небу не столько с о т в о р е н и ю , сколь­
ко поддержанию существования мира, в котором участвуют и
люди. Местом этого участия является храм. Таким образом,
перед нами здесь та ф о р м а исторического сознания, которую
Э р и к Ф ё г л и н (Erik Voegelin, 1974) назвал « и с т о р и о г е н е з о м » .
Д л я э т о г о с о з н а н и я х а р а к т е р н о с о е д и н е н и е к о с м о г о н и и («Ге­
незис») и истории. К о с м о г о н и ч е с к и й процесс продолжается
в и с т о р и и : ц а р и п о н и м а ю т себя как наследники, з а м е с т и т е л и
и сыновья бога-творца. Т в о р е н и е не отделено н е п р о н и ц а е м о й
200 Часть вторая. Частные исследования

з а к л ю ч и т е л ь н о й ч е р т о й «седьмого дня» от истории. Напро­


тив, история — это продолжение т в о р е н и я в новых условиях
падшего мира. П р и ч е м это падение состоит по египетским —
и о б щ е р а с п р о с т р а н е н н ы м — представлениям в отделении неба
от земли, богов от людей . Конечно, этот переход не проис­
26

х о д и т так п л а в н о и н е п р е р ы в н о , как и з о б р а ж а е т Фёглин. Ко­


нечно, совершенно невозможно согласиться, что перед нами
здесь «линейное» и направленное представление об истории
в смысле ф и л о с о ф и и истории — то, что Фёглин хочет проти­
вопоставить т р а д и ц и о н н о м у т о л к о в а н и ю в о с т о ч н ы х и вооб­
щ е о с н о в а н н ы х на м и ф о л о г и и и с т о р и ч е с к и х представлений.
Семантическое превалирование «космогонической фазы»,
когда боги еще сами п р а в и л и и ж и л и на земле, н е с о м н е н н о .
И м е н н о эта ф а з а представляет с о б о й настоящую, полную смыс­
ла историю, именно о ней можно рассказывать, о ней говорят
м и ф ы , память о ней воскрешается в храмах. Если храм — это
«постройка-воспоминание», то воспоминание это относится
к мифическому пра-времени.
Н о Фёглин прав, настаивая, что египтянин и вавилонянин
и н а ч е о т н о с я т с я к э т о м у м и ф и ч е с к о м у п р а - в р е м е н и , ч е м не­
ц и в и л и з о в а н н ы е н а р о д ы и д а ж е ч е м греки. Ц а р с к и е с п и с к и для
египтян и вавилонян — орудие, позволяющее т о ч н о и з м е р и т ь
отстояние каждого данного настоящего от этого пра-времени,
а т а к ж е и н с т р у м е н т п е р и о д и з а ц и и и и с т о р и з а ц и и самого пра-
в р е м е н и (Luft, 1 9 7 8 ) . Г о в о р я ч и с т о ф о р м а л ь н о , к а т е г о р и а л ь н о е
р а з л и ч и е между м и ф и ч е с к и м пра-временем и и с т о р и ч е с к и м
настоящим кажется таким образом снятым. Н о царские списки
и л е т о п и с и — н е и с т о р и о г р а ф и я , а л и ш ь орудие о р и е н т а ц и и во
времени. О н и служат и з м е р е н и ю пространства, не и м е ю щ е г о
значения, к о т о р о е могло бы сравниться со значением космого­
нического пра-времени, о котором рассказывают мифы. Для
е г и п т я н и н а характерно, что он легко охватывает взглядом это
насчитывающее тысячелетия пространство — так и в строитель­
н ы х н а д п и с я х и н о г д а т о ч н о н а з ы в а ю т с я п р е д ш е с т в у ю щ и е по­
с т р о й к и в р е м е н 18-й и л и 12-й д и н а с т и й — и в т о ж е в р е м я р а с -

26
Kakosy, 1981;Staudacher, 1942; te Velde, 1977. См. также H o r n u n g ,
1982.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 201

сматривает л и ш ь м и ф и ч е с к о е пра­время как подлинную, тво­


рящую действительность историю, по о т н о ш е н и ю к которой
история в собственном смысле есть л и ш ь п р о с т о е повторение
и р и т у а л ь н о е п о д д е р ж а н и е . Э т о и с т о р и ч е с к о е с о з н а н и е , со­
с р е д о т о ч е н н о е на истоках и круговороте, находит в египет­
ском храме п о з д н е й э п о х и архитектурное, и з о б р а з и т е л ь н о е ,
культовое и я з ы к о в о е в ы р а ж е н и е .
Храм, как мы отметили в начале, мыслится по египетс­
ким представлениям какземная реализация небесной книги,
а и м е н н о : к а к постройка, в о п л о щ а ю щ а я б о ж е с т в е н н ы й п л а н ,
как программа украшения, в о с п р о и з в о д я щ а я в к а м н е ц е л у ю б и б ­
л и о т е к у , к а к ритуал, с л е д у ю щ и й б о ж е с т в е н н ы м п р е д п и с а н и ­
я м , и к а к «постройка­воспоминание», т. е. в и з у а л и з а ц и я и с т о р и ­
ческого сознания, связывающего настоящее с мифическим
пра­временем и с т о к о в . Храм, над­писывая пред­писание бо­
гов, с т а н о в и т с я в т о ж е в р е м я «моделью мира»; ведь м и р по­
строен по тем ж е принципам. Один важнейший аспект мы
пока оставили без внимания: храм как вместилище особого
образа жизни.

2. Н о м о с х р а м а

« Н о м о с х р а м а » , к а к м о ж н о н а з в а т ь э т о т о б р а з ж и з н и , свя­
зывает аспект культовой чистоты с аспектом общественной
нравственности. К культовой чистоте относится тщательней­
шее соблюдение множества предписаний, и м е ю щ и х в основ­
2 7
ном характер запретов, в особенности пищевых запретов .
Э т и п р е д п и с а н и я р а з л и ч а л и с ь д л я к а ж д о г о х р а м а и д л я каж­
дой области. К а ж д а я область и м е е т с в о и о с о б ы е п и щ е в ы е табу

27
С р . Muszynski, 1974; Quagebeur, 1980; 1981. В греческих ис­
т о ч н и к а х ч а с т о у п о м и н а е т с я «ιερατικός νομός» и л и ж е «ιερός νομος», под
к о т о р ы м , судя п о всему, подразумевается к о д и ф и к а ц и я з а к о н о в и
правил, к о т о р ы е о т н о с и л и с ь прежде всего к ж р е ц а м . Такие своды за­
конов, о т к о т о р ы х до нас дошел ряд ф р а г м е н т о в на греческом я з ы к е
с
или египетской демотике, относились к «божественным книгам» ( t m
ntr, в греческой записи Sem(e)nouthi), т. е. к составлявшейся, пере­
писывавшейся и х р а н и в ш е й с я в храмах с а к р а л ь н о й литературе.
202 Часть вторая. Частные исследования

( M o n t e t , 1 9 5 0 ) , к а ж д ы й х р а м , в с о о т в е т с т в и и с т е о л о г и е й по­
ч и т а в ш е г о с я т а м б о г а , с в о и особые з а п р е т ы . Т а к , н а п р и м е р , в
храме О з и р и с а было з а п р е щ е н о повышать голос, в Абатоне в
Э с н е н е л ь з я б ы л о д у т ь в р о ж о к , и т. д., и т. п. П о э т о м у п е р в о е ,
в чем должен был поклясться ж р е ц п р и п о с в я щ е н и и , был обет:
«Я н е с т а н у е с т ь т о г о , ч т о з а п р е щ е н о ж р е ц а м » .
П р о ч и е з а в е р е н и я э т о й д о ш е д ш е й до нас на греческом
я з ы к е ж р е ч е с к о й п р и с я г и все и м е ю т о т р и ц а т е л ь н у ю форму,
то есть относятся к запретам:

Я не стану (...) резать,


Я не поручу (...) никому другому,
Я не отрезал голову никакому живому существу,
Я не убивал человека,
Я не спал с мальчиком,
Я не спал с ж е н о й другого,
Я не стану ни есть, ни п и т ь т о г о , ч т о з а п р е щ е н о или
з а п и с а н о в книгах (как з а п р е щ е н н о е ) ,
Я не стану вытягивать п а л ь ц ы ,
Я не стану м е р и т ь мерку на гумне,
Я не возьму в руки весов,
Я не стану и з м е р я т ь землю,
Я не войду в н е ч и с т о е место,
Я не прикоснусь к о в е ч ь е й ш е р с т и ,
Я не возьму в руки ножа, до дня моей смерти . 28

Такие уверения, которые должны были произносить при


п о с в я щ е н и и н о в о и с п е ч е н н ы е ж р е ц ы , у д и в и т е л ь н о с х о ж и со
з н а м е н и т ы м « о т р и ц а т е л ь н ы м п о к а я н и е м » , з а н и м а ю щ и м в еги­
п е т с к о й К н и г е М е р т в ы х главу 1 2 5 . Т а м у м е р ш и й д о л ж е н п е р е д
тем, как в о й т и в п о т у с т о р о н н и й м и р , в ы д е р ж а т ь экзамен. В то
в р е м я как сердце его в з в е ш и в а е т с я на весах, на п р о т и в о п о л о ж ­
ной чашке которых стоит фигурка богини правды, он должен
п е р е ч и с л и т ь 4 2 г р е х а , з а в е р я я , ч т о не с о в е р ш а л и х . М о ж н о
предположить, что принцип, лежащий в основе этой проце­
дуры, состоит в том, что при каждой лжи сердце становится
т я ж е л е е . Э т а г л а в а с е е п о д р о б н ы м п е р е ч и с л е н и е м г р е х о в за­
с в и д е т е л ь с т в о в а н а у ж е д л я Н о в о г о Ц а р с т в а , т о е с т ь с X V в. д о

R. Merkelbach, 1968; ср. R. Grieshammer, 1974.


Глава четвертая. Египет и открытие государства 203

29
н. э., а и д е я суда м е р т в ы х е щ е н а м н о г о д р е в н е е . П о э т о м у в ы д ­
вигалось п р е д п о л о ж е н и е , ч т о п о з д н е е г и п е т с к и й «номос хра­
ма» з а в и с и т о т н а м н о г о б о л е е д р е в н е г о « н о м о с а п о т у с т о р о н ­
него мира». Н о дело о б с т о и т с к о р е е как раз н а о б о р о т : з а к о н
потустороннего мира, хотя и встречается в текстах намного
раньше, в т о р и ч е н и п е р е н о с и т табу и м о р а л ь н ы е представле­
н и я , у к о р е н е н н ы е в к у л ь т е , н а п о д з е м н ы й м и р , к о т о р ы й бла­
30
годаря этому предстает с в я щ е н н ы м местом в близости богов .
Поэтому «отрицательное покаяние», которое должен был при­
нести всякий, не только священнослужители, содержит типич­
ные х р а м о в ы е з а п р е т ы , как н а п р и м е р :

Я не л о в и л п т и ц на болотах богов
и р ы б в их лагунах,
Я не удерживал воду половодья в ее время,
Я не ставил п л о т и н ы текущей воде,
Я не тушил огня, когда ему следовало гореть,
Я всегда п р и н о с и л мясную жертву в дни (праздника),
Я не удерживал стада, п р и н а д л е ж а щ и е храму,
Я не с т а н о в и л с я на пути бога (его и з о б р а ж е н и я ) в его
31
процессии .
Рядом упоминаются прегрешения, связанные не с храмо­
вым культом, а с х р а м о в ы м управлением:
Я н и ч е г о не добавил и н и ч е г о не отнял о т о б ъ е м н о й мерки,
Я не уменьшил плоской м е р ы и ничего не и з м е н и л
на п а х о т н о й земле,
Я ничего не добавил к гирям ручных весов и не подталкивал
отвес с т о я ч и х весов.
А также прегрешения самого общего характера:
Я не совершал несправедливости,
Я не крал,
Я не убивал,
Я не лгал,
Я не спал с чужою ж е н о й и не т в о р и л разврата,

2 9
J . Spiegel, 1935; S. G. F. B r a n d o n , 1967; J. Yoyotte, 1961; R. G rie¬
shammer, 1970.
30
R. Grieshammer, там же; Автор, 1983 b , 3 4 8 ­ 5 0 .
м
Книга Мертвых 125, пер.: Е. Hornung. Das Totenbuch d e r Ägypter.
Zürich. 1979. S. 235.
204 Часть вторая. Частные исследования

Я никого не оклеветал, не обидел, не подслушал, не испугал,


Я не затевал с с о р ы , не впадал в гнев, не г о в о р и л
л и ш н и х слов, не повышал голоса,
Н е был глух к словам и с т и н ы . . . 32

Эту т р о й с т в е н н о с т ь мы обнаруживаем и в п р и с я г е жре­


цов. И, н а к о н е ц , м ы находим ее в т о й группе текстов, кото­
рая записывает «номос храма» на по праву принадлежащем
ему м е с т е : н а б о к о в о й д в е р и , ч е р е з к о т о р у ю ж р е ц ы в х о д я т в
храм по утрам : 33

Н е вводите н и к о г о во л ж и ,
Н е входите в н е ч и с т о т е ,
Н е г о в о р и т е л ж и в доме его!
Н е будьте ж а д н ы , не клевещите,
Н е п р и н и м а й т е подарков от подкупающих,
Н е делайте р а з л и ч и я между богатыми и бедными,
Н и ч е г о не добавляйте к весу и мере и ничего не убавляйте,
Н и ч е г о не добавляйте и не у б а в л я й т е из четверика . (...)
34

Н е клянитесь,
Н е ставьте в р е ч и л о ж ь выше правды,
Б е р е г и т е с ь делать что-либо во время богослужения,
Н и к т о , кто в э т о время говорит, не остается безнаказанным,
Н е и г р а й т е музыки в доме его, внутри храма,
Н е п р и б л и ж а й т е с ь к месту ж е н щ и н . (...)
Богослужение о т п р а в л я й т е не по своему усмотрению,
А с м о т р и т е в к н и г и и в п р е д п и с а н и я храма,
К о т о р ы е вы д о л ж н ы передать как науку вашим детям . 36

И п е р е д г л а в н ы м в х о д о м в п р о н а о с , ч е р е з к о т о р ы й вхо­
д и т в х р а м в е р х о в н ы й ж р е ц как п о с л а н н и к ц а р я :

(...)
(Я п р и ш е л ) по пути бога,
Я не судил п р и с т р а с т н о ,

Там ж е , составлено из разных абзацев д л и н н о г о текста.


32

Т. н. «тексты допущения во храм», см. об этом


3 3
Grieshammer,
1974, 22 сл. ( п е р е ч е н ь таких надписей с. 22, прим. 14); М. Alliot, 1949,
142 сл., 181 сл.; H. W. Fairman, 1958; Автор, 1990, 1 4 0 - 1 4 9 .
3 4
« j t j j n j » — т о т же оборот, что выше п р и м е н и т е л ь н о к плану
35
И з надписи Эдфу III 3 6 0 - 3 6 1 = Kom Ombo II, 245.
3 6
И з надписи Эдфу III 3 6 1 - 3 6 2 .
Глава четвертая. Египет и открытие государства 205

Я не сговаривался с сильным и не вредил слабому,


Я н и ч е г о не крал,
Я не уменьшил части глаза Гора,
Я не плутовал с весами,
Я не п о р т и л утварь божьего глаза . 37

Если ч и т а т ь э т и т е к с т ы как х р а м о в ы й и культовый распоря­


док, т о у д и в и т е л ь н о , ч т о о н и в ы х о д я т за п р е д е л ы с о б с т в е н н о
жреческих предписаний и представляют собой общее основа­
ние определенного образа жизни, «жреческий общий мораль­
н ы й кодекс» . П о в е д е н и е в храме, к о т о р о е д о л ж н о регулиро­
38

ваться этими надписями, охватывает действия, к о т о р ы е совер­


ш а ю т с я вне храма. К т о хочет войти в храм, д о л ж е н б ы т ь чист.
Однако чистота означает не только воздержание в храме от
в с е г о , ч т о н е у г о д н о богу, н о и в о з д е р ж а н и е о т т а к и х в е щ е й
вне храма. Тем самым ж р е ч е с т в о становится образом ж и з н и ,
которое ставит все ж и з н е н н о е поведение на основу строгой
ортопраксии.
С другой с т о р о н ы , если ч и т а т ь эти т е к с т ы как о б щ и й мо­
ральный кодекс, удивительными оказываются, в свою очередь,
специальные предписания, имеющие смысл только в контексте
о п р е д е л е н н о г о культа и с у ч е т о м « н е л ю б в и » о п р е д е л е н н о г о б о г а
( н а п р и м е р , музыка и г р о м к а я р е ч ь ) . В м н о г о ч и с л е н н ы х «жиз­
н е н н ы х поучениях», к о т о р ы е д о ш л и до нас о т Д р е в н е г о Егип­
т а , м ы н а п р а с н о будем и с к а т ь п о д о б н ы е п р е д п и с а н и я , в т о в р е ­
мя как п р е д о с т е р е ж е н и я п р о т и в п р и с т р а с т н о с т и , подкупности,
недобросовестности в о б р а щ е н и и с мерами и весами, неиск­
р е н н о с т и , а л ч н о с т и и н а с и л и я п р и н а д л е ж а т к о с н о в н о м у со­
с т а в у е г и п е т с к о й ж и з н е н н о й м у д р о с т и (H. Brunner, 1 9 8 8 ) . Т а к
возникает с о в е р ш е н н о особая смесь из заповедей чистоты,
сословных и нравственных предписаний, которую мы назовем
« н о м о с о м х р а м а » . Е г о п е р в о е п о я в л е н и е в г л а в е 125 е г и п е т с ­
кой К н и г и М е р т в ы х показывает, к какой глубокой д р е в н о с т и
в о с х о д и т в Е г и п т е э т а идея. Его п о я в л е н и е в п р о г р а м м е укра-

И з надписи Эдфу III 7 8 - 7 9 , см. М. Alliot, 1949, 142 сл.; Н. W. Fair-


3 7

man, 1958,91.
Этим п о н я т и е м W. O t t o , 1908 пробует о х а р а к т е р и з о в а т ь эти
3 8

надписи.
206 Часть вторая. Частные исследования

шения храма поздней эпохи показывает не только долгий срок


е е ж и з н и , н о и е е у п р о ч е н и е в ортопраксию 3 9
. Когда Геродот и
д р у г и е г о в о р я т о « н о м о й » , н р а в а х и з а к о н а х е г и п т я н , о н и име­
ю т в виду н о м о с х р а м а , к о т о р ы й стал в п о з д н ю ю эпоху е с л и и
н е о б щ е о б я з а т е л ь н ы м , т о е д и н с т в е н н о р е п р е з е н т а т и в н ы м еги­
петским образом жизни. Как в п р е ж н и е эпохи воплощением
«египетского» б ы л писец-чиновник, так в п о з д н ю ю эпоху им
стал священнослужитель.

3. П л а т о н и е г и п е т с к и й х р а м

Толкование (поздне)-египетского храма как организацион­


н о й ф о р м ы культурной памяти, п р и ч е м в смысле и м е н н о того
случая усиления обязательности и н е и з м е н н о с т и , к о т о р ы й мы
назвали «каноном», восходит прежде всего к Платону. Для
П л а т о н а е г и п т я н е — н а р о д с самой д л и н н о й памятью. В т о вре­
мя как во всех других местах т р а д и ц и я п р е р ы в а л а с ь периоди­
ческими катастрофами, египтян такая травматическая потеря
п а м я т и не коснулась. Поэтому здесь могло сохраниться воспо­
м и н а н и е — н а п р и м е р об Атлантиде — к о т о р о е исчезло у самих
у ч а с т н и к о в с о б ы т и й , н а п р и м е р у а ф и н я н . П л а т о н с ч и т а е т дли­
ну э т о й п а м я т и в 10 ООО л е т , в с о г л а с и и с Г е р о д о т о м , к о т о р ы й
с с ы л а е т с я п о этому поводу на Гекатея М и л е т с к о г о . Гекатею,
р а с с к а з ы в а е т Геродот, в Ф и в а н с к о м х р а м е п о к а з а л и 345 статуй
ж р е ц о в , к о т о р ы е о т о т ц а к с ы н у п е р е д а в а л и д р у г другу в л а с т ь
в е р х о в н о г о ж р е ц а . П о э т и м 345 п о к о л е н и я м м о ж н о в ы ч и с л и т ь
продолжительность египетской традиции, в высшей степени
в п е ч а т л я ю щ у ю п о с р а в н е н и ю с г р е ч е с к о й , где з н а т н ы е р о д ы
( к а к р о д с а м о г о Г е к а т е я ) у ж е ч е р е з 16 п о к о л е н и й д о х о д и л и д о
бога или г е р о я . Эта и с т о р и я основана, правда, на недоразу-
4 0

3 9
Мы употребляем это п о н я т и е по аналогии с «ортодоксией».
Если в случае ортодоксии речь о б ы ч н о идет о соответствии «учения»
и т о л к о в а н и я правилам и канону, т о в случае о р т о п р а к с и и р е ч ь идет
о с о о т в е т с т в и и п р а к т и к и правилам.
4 0
См. об этом Schachermeyr, 1984. О п р и н ц и п е генеалогически
о р г а н и з о в а н н о г о исторического с о з н а н и я см. Schott, 1968.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 207

м е н и и , е с т е с т в е н н о м п р и и з о б и л и и с т а т у й в К а р н а к с к о м хра­
ме. Н о э т о н е д о р а з у м е н и е в о з н и к л о , к о н е ч н о , у ж е н а е г и п е т ­
ской почве. Сами египтяне в позднюю эпоху рассматривали
храм как хранилище и место поддержания традиции, которая
через исторически точно зафиксированные промежуточные
з в е н ь я в о с х о д и т к глубочайшей д р е в н о с т и и д а ж е ко в р е м е н и
творения. Легко представить себе, с какой гордостью египтя­
не п о к а з ы в а л и греческим п у т е ш е с т в е н н и к а м с их м и ф и ч е с к и м
историческим сознанием свои храмы и прочие памятники,
д о к у м е н т и р у ю щ и е н е с к о л ь к о т ы с я ч е л е т и й с в о б о д н о г о о т ми­
ф о в п р о ш л о г о . В е д ь в Е г и п т е п о д л и н н о е з н а ч е н и е э т и х па­
м я т н и к о в никогда н е з а б ы в а л о с ь н а с т о л ь к о , ч т о б ы могли сло­
житься легенды, п р и п и с ы в а ю щ и е их возведение каким­либо
м и ф и ч е с к и м существам и л и р о д а м . Н а п р о т и в : н а д п и с и оста­
вались ч и т а е м ы м и , о т с т о я н и е во в р е м е н и — и з м е р и м ы м , я з ы к
ф о р м — п р и в ы ч н ы м , л ю д и з н а л и , ч т о э т о с в и д е т е л ь с т в а и х соб­
ственного п р о ш л о г о и ч т о э т о п р о ш л о е н а с ч и т ы в а е т н е с к о л ь ­
ко т ы с я ч е л е т и й . « Е г и п е т с к и е п а м я т н и к и » , п и с а л п р о н и ц а т е л ь ­
н ы й Я к о б Б у р к х а р д т в 1 8 4 8 г., « э т о н а п и с а н н ы е г и г а н т с к и м и
41
письменами книги их истории» .
Н а с т о л ь ж е п р о д у к т и в н о м , т о е с т ь п о к а з а т е л ь н о м д л я са­
мопонимания позднеегипетского общества, недоразумении
основано и то, что Платон в «Законах» п и ш е т о египетском
х р а м е . М ы в п е р в о м р а з д е л е р а с с м о т р е л и п о д р о б н о э т о мес­
то. Здесь х р а м толкуется как нечто, ч т о м о ж н о , в т е р м и н о л о ­
гии русской с е м и о т и к и культуры, назвать «иконической грам­
м а т и к о й культуры»: э к с п л и ц и т н о е и з л о ж е н и е с и с т е м ы п р а в и л ,
следование к о т о р ы м п о р о ж д а е т все п р а в и л ь н о п о с т р о е н н ы е ,
и т о л ь к о т а к и е , предложения, т. е. п о з и ц и и , о т н о ш е н и я , д е й ­
ствия д а н н о й культуры, п р и ч е м не в я з ы к о в о й , а в изобрази­
тельной ф о р м е . З н а н и е , с т о я щ е е как о т к р о в е н и е при начале
е г и п е т с к о й культуры и с п о р а з и т е л ь н о й с и л о й воздействия
о б ъ е д и н я ю щ е е все ее п р о я в л е н и я , артикулируется не в пред­
л о ж е н и я х , а в формах. З д е с ь П л а т о н о м , н е с о м н е н н о , с х в а ч е н а
существенная черта, даже если все остальное, прежде всего

41
В кн.: Franz K ugler. H a n d b u c h d e r Kunstgeschichte, 2. Auflage
mit Zusätzen von Dr. J a c o b B u r c k h a r d t . Stuttgart, 1848. S. 39.
208 Часть вторая. Частные исследования

в с е , ч т о к а с а е т с я п е д а г о г и ч е с к о й ф у н к ц и и э т и х ф о р м , следует
о т н е с т и к о б л а с т и ф а н т а з и и . П о х о ж е г о в о р и т о ф у н к ц и я х изоб­
р а ж е н и й в е г и п е т с к и х х р а м а х и П л о т и н : « Е г и п е т с к и е мудре­
ц ы пользуются для с о о б щ е н и я своей мудрости, т о л и на осно­
вании строгого знания, то ли по наитию, не знаками письма
как п о д р а ж а н и я м и голосу и р е ч и для в ы р а ж е н и я с в о и х учений
и у т в е р ж д е н и й , — нет, о н и рисуют и з о б р а ж е н и я и п о м е щ а ю т в
своих храмах в о ч е р т а н и я х этих и з о б р а ж е н и й смысл всякой
в е щ и , т а к ч т о в с я к о е и з о б р а ж е н и е с о д е р ж и т з н а н и е и муд­
р о с т ь , в е щ ь и ц е л о е , о д н а к о н е о б с у ж д е н и е и д и с к у с с и ю . За­
т е м с о д е р ж а н и е и з ы м а е т с я и з и з о б р а ж е н и я , о б л е к а е т с я в сло­
4 2
ва и н а х о д и т с я п р и ч и н а , п о ч е м у э т о т а к , а н е и н а ч е » .
И з э т о г о , с о д н о й с т о р о н ы , с л е д у е т , ч т о в Е г и п т е изображе­
ния, а н е д и с к у р с и в н а я р е ч ь , с л у ж и л и с р е д о й к у л ь т у р н о й памя­
ти, с другой с т о р о н ы , что местом этих и з о б р а ж е н и й , и тем
самым ц е н т р а л ь н ы м учреждением культурной памяти, были
х р а м ы . Так ч т о м ы и здесь сталкиваемся с о с н о в н о й мыслью
п о з д н е е г и п е т с к о г о х р а м а : к о д и ф и к а ц и е й и к а н о н и з а ц и е й форм
с о з д а н н о й б о г о м и у п р а в л я е м о й и с о х р а н я е м о й б о г а м и дей­
ствительности .
Нигде этот п р и н ц и п не проявляется отчетливее, чем в
позднеегипетском иероглифическом письме. В письменности
в позднюю эпоху п р о и с х о д и т настоящий в з р ы в и н н о в а ц и й , что
п р о я в л я е т с я в у ж е у п о м я н у т о м д е с я т и к р а т н о м у в е л и ч е н и и чис­
л а з н а к о в (с о к . 7 0 0 д о о к . 7 0 0 0 ) . Э т и и н н о в а ц и и с в я з а н ы с т е м
более ш и р о к и м новшеством, каким нам представляется храм
поздней эпохи. К а ж д ы й х р а м с т р е м и т с я в ы р а б о т а т ь собствен­
н у ю с и с т е м у п и с ь м а , з а ф и к с и р о в а т ь с о б с т в е н н ы е з н а к и и зна­
ч е н и я знаков. Тем самым и е р о г л и ф и ч е с к о е п и с ь м о становит­
с я с п е ц и а л ь н о й к о м п е т е н ц и й ж р е ц о в , жреческим письмом. О н о
с т а н о в и т с я э з о т е р и ч е с к и м , как и з а п и с ы в а е м о е им знание.
С клерикализацией к у л ь т у р ы , у к р ы в а ю щ е й с я в х р а м , р у к а об
руку и д е т и е е сакрализация. В т о й ж е м е р е , в к а к о й к у л ь т у р н ы й
смысл с т а н о в и т с я с в я щ е н н ы м , з а с т ы в а ю т ф о р м ы культуры —
из т о г о о п а с е н и я утратить контакт с и с т о к а м и и с собствен­

42
Плотин «О духовной красоте». V. 8, 6, по: F. Teichmann, Die Kultur
d e r Empfindungsseele. Ä g y p t e n — T e x t e u n d Bilder. S. 184.
Глава четвертая. Египет и открытие государства 209

н о й и д е н т и ч н о с т ь ю , к о т о р о е Г е р м а н Кеес ( H e r m a n n K e e s ) т а к
м е т к о о п р е д е л и л к а к « с т р а х забвения». З а э т и м с т о и т та р а с т у ­
щая осознанность традиции, в которой мы видим т и п и ч н о е
исходное п о л о ж е н и е для и н т е н с и ф и ц и р о в а н н ы х ф о р м коллек­
т и в н о й и д е н т и ч н о с т и , т. е. д л я п е р е х о д а о т « к у л ь т у р н ы х ф о р ­
м а ц и й » к « к у л ь т у р н ы м и д е н т и ч н о с т я м » . С о б с т в е н н а я культура
уже не разумеется сама собой. О н а уже н е к а ж е т с я естествен­
н о й , к а к с а м о м и р о у с т р о й с т в о . О б я з а т е л ь с т в а и г р а н и ц ы , за­
коны и н о р м ы , возлагаемые на индивида, уже не действуют как
« и м п л и ц и т н ы е а к с и о м ы » (D. Ritschl, 1985), ч ь я с и л а г а р а н т и ­
рована естественной очевидностью социального и космоло­
гического контекста; они требуют теперь эксплицитной фор­
мулировки. Возникают культурные метатексты, «рефлексия о
себе с о ц и а л ь н ы х с и с т е м » (N. L u h m a n n ) . В э т о м с м ы с л е и тол­
кует П л а т о н е г и п е т с к и й х р а м : з д е с ь на все в р е м е н а о б я з а т е л ь ­
н ы м о б р а з о м з а д а н а с и с т е м а н о р м прекрасного, и т е м с а м ы м
общественного и политического порядка.
С этой точки зрения позднеегипетский храм встает в один
ряд с о с т а л ь н ы м и метатекстами культуры, к о т о р ы е п р и м е р н о
в т о ж е в р е м я в о з н и к а ю т в эту э п о х у в с е о б щ и х п е р е м е н в дру­
гих местах Древнего мира. Там растущая осознанность тради­
ции также повела к масштабным кодификациям, демонстра­
ц и я м культурной и д е н т и ч н о с т и и, п р е ж д е всего, к у с и л е н и ю
и н т е р е с а к с о б с т в е н н о м у прошлому. В В а в и л о н е и п р е ж д е все­
го в А с с и р и и в о з н и к а ю т б о л ь ш и е д в о р ц о в ы е б и б л и о т е к и , в
И з р а и л е — б о л ь ш и е п р о и з в е д е н и я , в к л ю ч а ю щ и е з а к о н ы и ис­
торию, в Греции — писистратидовская фиксация гомеровско­
43
го т е к с т а ( U . H ö l s c h e r , 1987) и п е р в ы е о п ы т ы и с т о р и о г р а ф и и .
В Египте мы обнаруживаем архаизирующие и реставрационные
т е н д е н ц и и е щ е р а н ь ш е (Автор, 1985). О н и д о с т и г а ю т с в о е г о
а п о г е я в э ф и о п с к у ю и с а и т с к у ю э п о х и (25­й и 26­й д и н а с т и и ,
VIII—VI в е к а ) , в « с а и т с к о м в о з р о ж д е н и и » ( Н . B r u n n e r , 1970;
I. Nagy, 1973); н о т о л ь к о в х р а м е п о з д н е й э п о х и о н и н а х о д я т
о д н о в р е м е н н о н а и б о л е е з н а ч и т е л ь н о е и н а и б о л е е п о л н о е вы­
р а ж е н и е , к о т о р о е м о ж н о назвать «каноном е г и п е т с к о й сути»,

43
О ч е н ь важны в этом о т н о ш е н и и исследования J o h n van Seters,
1983.
210 Часть вторая. Частные исследования

единственным, репрезентативным самоистолкованием. В этой


ф о р м е ф о р м для египтянина было в ы р а ж е н о и представлено
все, что связывало его с истоками.
В этой ф о р м е организации культурной памяти особенно
п р и м е ч а т е л ь н ы еще два пункта.
1. Объединение культуры и космоса.
К а ж д а я культура и з н а ч а л ь н о с к л о н н а к о т о ж д е с т в л е н и ю
своего устройства с м и р о у с т р о й с т в о м как так о в ым. Эта этно­
ц е н т р и ч е с к а я исходная структура к а р т и н ы мира и представле­
ния о себе о б ы ч н о постепенно ослабевает по мере знакомства с
ч у ж д ы м , в е д у щ и м к п о с т е п е н н о м у о с о з н а н и ю с о б с т в е н н о й тра­
диции и к интенсифицированным формам идентичности.
Культурная идентичность — э т о к а к р а з не м и р о п о р я д о к к а к та­
к о в о й . Е г и п е т с о с т а в л я е т з д е с ь и с к л ю ч е н и е . И с х о д н о е убеж­
д е н и е в н е п р е р ы в н о й п р е е м с т в е н н о с т и т в о р е н и я вплоть до
сегодняшнего дня не только не ослабло благодаря знакомству
с ч у ж д ы м в I т ы с . д о н. э., н о д а ж е и н т е н с и ф и ц и р о в а л о с ь до
своеобразного сознания своей исключительности. Египтяне
ж и л и в твердой убежденности, что с их культурой погибнет
если н е м и р , т о во в с я к о м случае м и р о в о й п о р я д о к как тако­
в о й , е г о о с м ы с л е н н о е у с т р о й с т в о и ж и з н е н н ы е связи: «Одна­
ко взятый в целостности своей культурной и общественной
ж и з н и , Египет был так ж е уникален, как с т р о е н и е самой этой
з е м л и . У н и к а л е н б ы л и е г и п е т с к и й д у х о в н ы й н а с т р о й , э т а не­
п о к о л е б и м а я уверенность в том, что культурная идентичность
Египта и продолжение существования физического космоса —
о д н о и т о же» (Fowden, 1986, 14).
Е г и п е т с к и е х р а м ы б ы л и ц е н т р а м и , п о д д е р ж и в а в ш и м и су­
щ е с т в о в а н и е м и р а . С о х р а н е н и е е г и п е т с к о й к у л ь т у р ы и под­
держание существования мира были аспектами одной и той
ж е работы, в о з л о ж е н н о й на ж р е ц о в и нашедшей в храме не
т о л ь к о в м е с т и л и щ е , н о и м о н у м е н т а л ь н о е и э к с п л и ц и т н о е вы­
ражение.
2. Компактность культурной символики и невыделенность слова.
В ту эпоху, к о г д а Е г и п е т п р е в р а щ а е т х р а м в в а ж н е й ш у ю
ф о р м у о р г а н и з а ц и и своей культурной п а м я т и , в других цент­
рах Д р е в н е г о м и р а и д а ж е за его п р е д е л а м и , в К и т а е и И н д и и ,
п р о и с х о д я т с х о д н ы е п р о ц е с с ы у п р о ч е н и я культурного смыс-
Глава четвертая. Египет и открытие государства 211

ла. Э т о о т м е ч е н н о е у ж е в X V I I I в. с о в п а д е н и е н а т о л к н у л о К а р ­
ла Я с п е р с а н а м ы с л ь о б « о с е в о м в р е м е н и » . О б щ и м э л е м е н т о м
«культур о с е в о г о в р е м е н и » ( E i s e n s t a d t , 1987) я в л я е т с я в ы д е л е ­
н и е с л о в а к а к ц е н т р а л ь н о й о р г а н и з а ц и о н н о й ф о р м ы культур­
ной п а м я т и . Во всех э т и х культурах у п р о ч е н и е культурного
смысла и связанное с этим в о с к р е ш е н и е т р а д и ц и и происхо­
дит в ф о р м е возвращения к великим о б о с н о в ы в а ю щ и м текстам
и как п о я в л е н и е с п е ц и а л ь н ы х институтов культу