Вы находитесь на странице: 1из 6

К ПРОБЛЕМЕ СЛОВООБРАЗОВАНИЯ РУССКО-ЧЕШСКОЙ

АРХЕОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕРМИНОЛОГИИ

Станислав Оплатек

1. Введение
Вопреки тому, что научный интерес к изучению терминологий разных
областей науки через несколько лет отметит столетнюю годовщину,
и в настоящее время большинство работ всѐ ещѐ основывается на лингвис-
тическом материале технических наук. В нашем докладе мы хотим показать
проблематику терминологии на материале археологии – смежной науки,
заключающей в себе как элементы наук неестественных, так и наук техни-
ческого направления – в частности продолжить линию структурного
анализа русской археологической терминологии, начатую на конференции
Slavica Iuvenum X в Остраве (Чехия), и обратить внимание на взаимоотно-
шение структуры и словообразования терминов в русско-чешской археоло-
гической терминологии.

2. Методика
Наше исследование мы осуществили на материале 1955 русских и 1802
чешских терминов – имѐн существительных, количеству которых соответ-
ствует 1944 терминологических значений. К техническим и методическим
вопросам см. ближе в наших прерыдущих статьях и работах1.

3. Структурный анализ употребления аффиксоидов в русско-


чешской археологической терминологии
В настоящей главе мы хотим более подробно раскрыть некоторые сис-
темные отличия употребления префиксоидов и суффиксоидов в русском
и чешском языках на материале археологической терминологии2.

1
ОПЛАТЕК, С: Специальная терминология и ее лексикографическая переработка. Бакалавр-
ская дипломная работа. Брно 2006. & ОПЛАТЕК, С.: Возможности использования базы дан-
ных в двустороннем анализе русско-чешской археологической терминологии. В сб. Современ-
ные информационные технологии и письменное наследие: от древних текстов к электронным
библиотекам. Казань, 2008a. & ОПЛАТЕК, С.: Некоторые особенности археологической тер-
минологии на материале русского и чешского языков. Димпломная работа, Брно, 2008б.
2
Для наших целей в категорию префиксоидов или суффиксоидов мы включаем также радик-
соиды. К проблематике аффиксоидов см. ОПЛАТЕК 2008б, 77–82. & MITTER, P.: Vymezení
některých prefixoidů a radixoidů v české lingvistické literatuře. In: Opera Academiae Pedagogicae
Liberecensis. Series Bohemistica. Technická univerzita v Liberci, Liberec 2005, 273–284.
В собранном нами русском материале встретились следующие аффи-
ксоиды: а) префиксоиды: само-, полу-, псевдо-, противо-; много-, одно-,
дву-, двух-, трёх-, тре-, четырёх-, семи-, равно-; би-, поли-, зоо-, микро-,
псевдо-, моно-; б) суффиксоиды: -видный, -образный, -графия.
В чешских терминах присутствовали аффиксоиды: а) префиксоиды:
samo-, mnoho-, dvoj-, troj-, mikro-, celo-, více-, mnoho-, několika-, jedno-, dvou-,
čtyř-, sedmi-, proti-; bi-, poly-, pseudo-, zoo-; mono-; б) суффиксоиды: -ryt.
По отношению к терминоструктуре и морфологическому словообра-
зованию необходимо заметить, что не все перечисленные выше аффик-
соиды играют у археол. терминов, имѐн существительных, роль
словообразовательного аффикса – большинство из аффиксоидов выступает
в составе имѐн прилагательных, образующих термины-словосочетания.
В рамках русск. однословных терминов-существительных встретились
префиксоиды микро-, псевдо-, полу-, само- (микропроколка; микроскребок;
псевдомикрорезец; полумесяц; полуфабрикат; самострел). Однако только
с оговоркой можно считать терминообразовательным аффиксоидом и суф-
фиксоид -графия (чешск. -grafie): в нашем материале он находится только
в слове литография (чешск. litografie), которое с археол. точки зрения необ-
ходимо считать заимствованным интернационализмом (ср. англ. lithography,
нем. e Lithographie, франц. lithographie, итал. litografia, польск. litografia).
С другой стороны, с точки зрения русск. яз. в целом, компонент -графия
в современном русск. яз. свободно принимает участие в словообразовании,
что его включает в разряд словообразоватеьлных суффиксоидов и в случае
термина литография. Подобная ситуация наблюдается и в употреблении
некоторых других префиксоидов, обычно входящих в состав терминов греч.
или латин. происхождения, или терминов, образованных на базе греч. или
латин. яз.: напр., моно- (моноксил) или его чешск. эквивалента mono- в со-
ставе термина monoxyl из греч. μονοξςλον – «из одного дерева», микро-
(чешск. микро-) в составе термина микролит (чешск. mikrolit) – из греч.
ό μικπορ λίθορ – «малый камень» – ср. также англ. Microlith, франц. Micro-
lithe, испан. Microlito, нем. r Mikrolith, зоо- (чешск. zoo-) в терминах зоо-
морфный (чешск. zoomorfní) из греч. τό ζωον & μοπυήσθαι («делать вид жи-
вотного») – ср. англ. zoomorphic, чешск. zoomorfní, поли- (полихромия)
из греч. πολύρ & τό σπωμα («много красок») – англ. polychromy, чешск. poly-
chromie, и русск. би- (биконический) / чешск. bi- (bikónický, bikonkávní, bifa-
ciální) из лат. bis («двукратный») & conus («конус») / concavus («выдолблен-
ный, углублѐнный») / facies, f. (лицевая сторона) – ср. также англ. biconi-
cal/biconcave/bifacial. То же самое можно констатировать и в случае археол.
интернационализмов, имеющих в русск. яз. форму кальки или заимствова-
ния из живых языков – микро- (микрогравет) – ср. англ. Micro-Gravette
point, франц. Pointe microgravette, испан. Microgravette, нем. e Mikrogravette-
Spitze (но чешск. «drobný hrot typu la Gravette»); псевдо- (псевдо-
леваллуазское остриё) – ср. англ. Pseudo-Levallois point, франц. Pointe pseu-
do-Levallois, испан. Punta tipo pseudo-Levallois, нем. e Pseudo levallois-Spitze,
чешск. pseudolevalloiský hrot; псевдомикрорезец – англ. Pseudo-microburin,
франц. Pseudo-microburin, испан. Pseudo-microburil, нем. r Pseudo-
mikrostichel, чешск. nepravé mikrorydlo; и также термины микропроколка
(англ. microburin, чешск. mikrovrták/jemný vrtáček), микроскребок (англ.
micro-scraper, франц. micro-grattoirs, чеш, malé škrabadlo); полу- (полуфа-
брикат) – ср. нем. s Halbfabrikat, англ. Half-finished artefact, чешск. poloto-
var.
Нами приведѐнные примеры «просачивания» терминоэлементов ино-
странного происхождения, или калькирования аффиксоида под влиянием
иностранных терминов (в случае термина полуфабрикат) ещѐ не предста-
вляют собой ничего необычного. Однако при сравнении приведѐнных рус-
ских примеров с чешскими обнаруживается, что русск. археол. терминоло-
гия имеет гораздо более интернациональный характер, что сказывается в бо-
лее частом употреблении терминоэлементов аффиксоидального типа, кото-
рые скорее, чем путѐм домашнего словопроизводства, проникают в русск.
археол. терминологию путѐм заимствования иностранных моделей
терминов (ср., напр. русск. псевдомикрорезец x чешск. nepravé mikrorydlo;
русск. микрогравет x чешск. drobný hrot typu la Gravette, русск. ми-
кроскребок x чешск. malé škrabadlo; русск. литография x чешск. litografie
или kamenotisk; русск. псевдомикрорезец x чешск. nepravé mikrorydlo; русск.
псевдоподвязанная фибула x чешск. spona s plným zachycovačem, русск.
микроскребок из отщепа x чешск. krátké nehtovité škrabadlo и др.).
С указанным явлением также тесно связана отдельная частота употре-
бления аффиксоидов в русск. и чешск. яз. Хотя количество нами пере-
численных «агглютинативных» терминоэлементов в обеих (т. е. русск.
и чешск.) терминологиях почти тождественно, упоминаемые терминологии
отличаются в масштабе употребления приведѐнных терминоэлементов.
Если посмотреть конкретные цифры, то можно констатировать, что во всех
категориях русск. аффиксоиды преобладают, хотя в категории префик-
соидов их преобладание лишь незначительно (ср.Таблица ниже) – в случае
префиксоидов, означающих количество соотношение русск. и чешск. пре-
фиксоидов 59:56 (т. е. 7 % в пользу русск. терминов), более выразительно
стремление русск. терминологии к употреблению иноязычных префи-
ксоидов – иноязычный префикс был употреблѐн у 20 русск., и лишь у 15
чешск. терминов (т. е. 25 % в пользу русск. терминов). Однозначно до-
минирующей оказывается русск. терминология в области употребления
суффиксоидов (98 русск. против 1 чешск. термина), прежде всего, благодаря
высокой продуктивности терминоэлементов -видный и -образный.
Последнее наше замечание, касается чешск. преф. русск. преф.
рефлексии отдельных аффиксоидов в рус- jedno- 8 одно- 7
ской и чешской археол. терминологии.
dvou- 4 дву- 6
Вопреки тому, что по количественным
dvoj- 9 двух- 9
данным (ср.Таблица) мы могли бы считать
troj- 12 трѐх- 6
взаимное соотношение квантификацион-
ных префиксоидов в обеих терминологиях тре- 7
почти стопроцентным, на самом деле čtyř 1 четырѐх- 1
ситуация выглядит гораздо более разнооб- sedmi- 2 семи- 2
разно. Отдельные аффиксоиды во многих mnoho- 6 много- 14
случаях переводятся на другой язык не proti- 2 противо- 2
при помощи тождественного аффиксоида, bi- 4 би- 2
а каким-то другим оборотом – ср. одноча- poly- 1 поли- 3
стная форма – jednodílný kadlub, одно- mono- 2 моно- 2
составная фибула – jednodílná spona, mikro- 3 микро- 6
одностороннее рубящее орудие – jedno- pseudo 1 псевдо- 3
stranný sekáč, НО одноручный сосуд – zoo- 4 зоо- 4
nádoba s jedním uchem, чёлн-однодерёвка – равно- 1
monoxyl, листовидное односторонне celo- 2
обработанное остриё – plošně retušovaný samo- 2
hrot; двухлезвийный артефакт – dvojbřitý několika- 4
artefakt, НО двойной топор – dvojbřitá více- 3
sekera, двусторонне обработанный чоппер СУМ 70 СУМ 75
– oboustranný sekáč, двушипная стрела – чешск. суф. русск. суф.
šipka se zpětnými křidélky. Более часто -ryt 1
сходятся в употреблении префиксоиды -видный 70
с квантитативным значением, означающим
-образный 27
большее количество, чем два; кроме тер-
-графия 1
мина трёхбусинная стрела – náušnice
s třemi perlami всем русск. «количествен- СУМ 1 СУМ 98
ным» префиксоидам соответствуют чешск. эквивалентные «количествен-
ные» префиксоиды, приведѐнные в Таблице. Русск. префиксоид много-
переводится в чешск. терминах чаще всего эквивалентами mnoho-, několika-
или více-, заимствованные русск. префиксоиды обычно переводятся на чеш-
ск. яз. или при помощи соответствующих заимствованных префиксоидов
(ср. выше), или другими способами – напр. псевдо- → nepravý (псевдоми-
крорезец – nepravé mikrorydlo), микро- → jemný, malý, krátký (ср. микропро-
колка – jemný vrtáček, микроскребок – malé škrabadlo, микроскребок из от-
щепа – krátké nehtovité škrabadlo).
С точки зрения переводов наиболее разнообразную группу представля-
ют собой терминоэлементы с суффиксоидами -видный и -образный. Терми-
ноэлементам (прилагательным, входящим в состав терминов-словосочета-
ний) с суффиксоидом -видный обычно в чешск. терминах соответствуют
прилагательные, заканчивающиеся на -itý/itá/ité (напр., дисковидный нуклеус
– diskovité jádro, кольцевидная буса – kroužkovitá perla, молоточковидная бу-
лавка – kladívkovitá jehlice, резцевидное остриё – rydlovitý ozub), менее час-
то на -ový/ová/ové (напр., колоколовидный кубок – zvoncový pohár, нуклевид-
ный скребок – jádrové škrabadlo, ногтевидный скребок – nehtové škrabadlo),
в отдельных случаях встречаются перифрастические термины (напр., мако-
видная булавка – jehlice s cibulovitou hlavicí, ножевидная пластинка – čepel
s jednostrannou retuší, петлевидная булавка – cyperská jehlice, долотовидное
орудие – dláto). Тождественная ситуация возникает и в случае терминов
с суффиксоидом -образный (ср. бочонкообразный горшок – soudkovitý hrnek,
колоколообразный стакан – zvoncový pohár, дугообразный скребок – škraba-
dlo ve tvaru oblouku, пикообразное орудие – špičák).

4. Выводы
В нашем докладе мы попытались, очертить проблематику аффиксоидов
в русско-чешской археол. терминологии. Хотя рассматриваемый нами тер-
минологический материал составлял почти две тысячи лексических единиц,
было обнаружено относительно небольшое количество терминов, образо-
ванных при помощи префиксоидов – около 5 %. Мы, конечно, понимаем,
что выдвигать заключения на основании подобной «пробы» может оказать-
ся опасным или не вполне достоверным. С другой стороны, при сборе мате-
риала мы пытались охватить основную археол. лексику, связанную с назва-
ниями артефактов, во всѐм еѐ диапазоне. Поэтому мы считаем, что полу-
ченные результаты могут предоставить более-менее надѐжные свидетельст-
ва о современном состоянии и течениях в расследованной терминологии.
Итак, в качестве тенденций в области употребления аффиксов можно
подчеркнуть более частое употребление заимствованных аффиксоидов
в русск. археол. терминологии, что с наибольшей правдоподобностью свя-
зано с повышенной склонностью к заимствованию в русск. яз. вообще.
Чешск. яз. во многих случаях заменяет иностранные аффиксоиды соответ-
ствующими им чешск. аффиксоидами или другими перифрастическими
формами.
Наш подробный анализ также показал3, что частота употребления наи-
менований с префиксоидом в русск. и чешск. терминологии сильно не отли-
чается, хотя в русск. терминологии число префиксоидальных терминов не-
сколько выше. Почти полное совпадение между количеством русск.
и чешск. терминов с префиксоидом с одной стороны несколько расходится

3
Нижеприведѐнное заключение отличается от наших прежних предварительных выводов
(ОПЛАТЕК 2008б).
с часто упоминаемой общей тенденцией русск. яз. к более частому агглюти-
нативному способу словообразования4. С другой стороны, нельзя забывать
о том, что на терминологию, хотя в основном она управляется внутриязыко-
выми законами5, в гораздо большей мере, чем на общелитер. яз., воздей-
ствуют внелингвистические факторы, как требование к понятности и точно-
сти, с чем связано частое заимствование и калькирование или терминов, или
словообразовательных моделей. Небольшое квантитативное преобладание
префиксоидальных терминов в русск. терминологии, скорее, чем результа-
том собственно русск. «агглютинативного» способа словообразования, яв-
ляется продуктом большей открытости русск. яз. Как собственно русск.
способ терминообразования можно охарактеризовать образование терминов
при помощи суффиксоидов -видный, -образный, которые в русск. археол.
терминологии высокопродуктивны и представляют собой общелитератур-
ную линию словообразования, замещающую недостаток подходящих суф-
фиксов (ср. чешск. суффиксы -itý, -ový).
В целом употребление аффиксоидов в русско-чешской археол. терми-
нологии не представляет собой массовое течение. Вследствие того в архео-
логии и в будущем, на наш взгляд, нельзя рассчитывать на значительное на-
растание терминов с аффиксоидальным терминоэлементом.

4
ср. GAZDA, J.: Dynamika a internacionalizace slovní zásoby současné ruštiny. MU, Brno 2002.
5
ср. ОПЛАТЕК, С.: Структурный анализ русской археологической терминологии
и моделирование её развития. В сб. Slavica Iuvenum X. Ostrava, 2009, в печати. & ОПЛАТЕК
2008б.

Оценить