Вы находитесь на странице: 1из 724

Ïðîãðàììà êíèãîèçäàíèÿ

«ÊÀÍÒÅÌÈл

Ïðîãðàììà êíèãîèçäàíèÿ

Ïðîãðàììà êíèãîèçäàíèÿ «Áëàãîäàðíàÿ Ìîëäàâèÿ _

«Áëàãîäàðíàÿ Ìîëäàâèÿ

_ áðàòñêîìó íàðîäó Ðîññèè»

Áëàãîòâîðèòåëè:

Áèçíåñ-Ýëèòà, SRL (äèðåêòîð Ñ. Â. Ìàðàð)

Ìàðò, IMSA (äèðåêòîð Þ. Î. Äåðèä)

Èíèöèàòîðû ïðîãðàììû:

Ãàçåòà ðóêîâîäèòåëÿ «Áèçíåñ-Ýëèòà» (äèðåêòîð Ñ. Â. Ìàðàð)

Èçäàòåëüñòâî «Íåñòîð-Èñòîðèÿ», Ñàíêò-Ïåòåðáóðã (äèðåêòîð êàíäèäàò èñòîðè÷åñêèõ íàóê Ñ. Å. Ýðëèõ)

Ó÷àñòíèêè ïðîãðàììû:

Áþðî ìåæýòíè÷åñêèõ îòíîøåíèé ïðè ïðàâèòåëüñòâå Ðåñïóáëèêè Ìîëäîâà (äèðåêòîð Î. È. Ãîí÷àðîâà)

Âûñøàÿ àíòðîïîëîãè÷åñêàÿ øêîëà (è. î. ðåêòîðà êàíäèäàò èñòîðè÷åñêèõ íàóê Ð. À. Ðàáèíîâè÷)

Èíñòèòóò êóëüòóðíîãî íàñëåäèÿ Àêàäåìèè íàóê Ìîëäîâû (äèðåêòîð äîêòîð èñòîðè÷åñêèõ íàóê Â. À. Äåðãà÷åâ)

Ìåæäóíàðîäíàÿ ôåäåðàöèÿ íàöèîíàëüíîãî ñòèëÿ åäèíîáîðñòâ «Âîåâîä» (ïðåçèäåíò Í. È. Ïàñêàðó)

Ìåæäóíàðîäíàÿ ôåäåðàöèÿ ðóññêîÿçû÷íûõ ïèñàòåëåé (ïðåäñåäàòåëü Î. Å. Âîëîâèê, Áóäàïåøò)

Îáùåñòâåííàÿ áëàãîòâîðèòåëüíàÿ àññîöèàöèÿ «Åäèíîäóøèå» (ïðåçèäåíò Ë. À. Ìåðÿí)

Ñåìåéíûé öåíòð «Ñîmpasiunå» (ïðåçèäåíò À. È. Ëèïåöêèé)

Ñîþç êîììåðñàíòîâ «Est-Vest Moldova» (ïðåäñåäàòåëü Ñ. Ì. Öóðêàí)

Ñîþç ïðîèçâîäèòåëåé è ýêñïîðòåðîâ ìîëäàâñêèõ âèí (ïðåäñåäàòåëü äîêòîð òåõíè÷åñêèõ íàóê, ÷ëåí-êîððåñïîíäåíò Àêàäåìèè íàóê Ìîëäîâû Ã. È. Êîçóá)

ЛЕВ КЛЕйн

Трудно

быТь

Клейном

Автобиография в монологах и диалогах

в монологах и диалогах Нестор-История Санкт-Петербург 20

Нестор-История

Санкт-Петербург

20 10

УДК 82-94+902

ББК ю.1.4

Клейн Л.С. Трудно быть Клейном: Автобиография в монологах и диалогах. СПб.:

Нестор-История, 2010. — 730 с., ил.

ISBN 978-5-98187-368-3

Книга написана профессором Л. С. Клейном известным археологом, антропологом и филологом. Автор, работавший в ведущих университетах мира, восстанавливает свою био- графию на фоне происходивших событий. Он пишет о фигурах отечественной и мировой науки, а также об известных деятелях культуры — о тех, с кем его сводила судьба. Некоторые оценки автора носят субъективный характер, рискуя обидеть причастных, но эти оценки возникли не на пустом месте они порождены личным и, зачастую, горьким опытом. Можно надеяться, что книга будет с интересом встречена историками, археологами, филологами и всеми интересующимися историей науки.

интересующимися историей науки. УДК 82-94+902 ББК ю.1.4 © Л.С. Клейн, 2010 ©

УДК 82-94+902

ББК ю.1.4

© Л.С. Клейн, 2010

© Издательство «Нестор-История», 2010

Часть вторая. В науку и в культурную столицу

ясные пронзительные глаза. Сама она рассказывала: «Иду я это по раскопам, что такое Бруханский! спит!! в раскопе!!! Я ничего не сказала, я только посмот- рела на него и он тотчас проснулся». «…В холодном поту», — добавлял сам Бруханский. В экспедиции на Волго-Доне же я напился в первый и единственный раз в своей жизни. Мы с Гошей Каменецким решили выяснить, что так привлекает многих в опьянении. Взяли водки и отправились в степь, подальше от глаз начальства. Там распили. Пили, пили, пока не отключились. Проснулись тошно, голова болит, выпили воды опять всё пошло кругом, пришлось лечь. Отлежались, и решили, что это не для нас. Никакого кайфа ни в один из мо- ментов мы не почувствовали. Не знаю, как для Каменецкого, а для меня этого было достаточно на всю жизнь. В дальнейшем к водке я вообще не притраги- вался, а вино пил (не пил, а смаковал) очень редко, только очень хорошее, и ограничивался одной рюмкой (стаканом никогда не глушил). Точно, как мой отец. Пил исключительно для вкуса: малейший признак опьянения вызывал у меня дискомфорт никакого веселья вино у меня не порождало. Вообще ис- кусственного веселья мне не требовалось и без того так много было источ- ников для юмора и иронии. Несмотря на то, что окружающая жизнь часто была страшненькой.

Когда, поеживаясь спросонья, мы вылезали из пала- ток, над степью только занимался рассвет. В синей дым- ке вдали проступали контуры вышек и паутина колю-

чей проволоки, нереальные, неправдоподобные, будто неоконченный набросок какого-то средневекового острога. Лишь отчетливо слыш- ный лай овчарок да крики команд выдавали, что за этим неправдоподобием таится реальная жизнь, что это не декорация, не мираж. Там жили наши землекопы. Я был тогда студентом и работал в археологической экспедиции при одной из великих строек коммунизма на Волго-Доне. С вольной рабочей силой было туго, и для экспедиции строительство уделило несколько сотен из своих заключенных. Наша работа считалась не из самых тяжелых, и нам дали женские отряды. В шесть утра распахивались ворота лагеря и издалека слышался тенорок кого-то из конвоиров:

Па-па торкам! Па-па торкам! Сначала я не мог понять, о каком папе речь и кого там «торкают». Позже до меня дошло: конвой большей частью состоял из среднеазиатов, а они говорили с сильным акцентом, и крик означал: «По пятеркам!» — заключенных выпускали пятерками, чтобы легче было считать. Затем длиннющая колонна направлялась к месту работ, сотни сапог взбивали пыль, а над степью разносилась залихватская с гиком и свис-

том песня, вылетавшая из сотен женских глоток:

Из книги «Перевернутыймир» (1988–91, 1994)

Гоп, стоп, Зоя! Кому давала стоя? Кому давала стоя? Начальнику конвоя!

, Зоя ! Кому давала стоя ? Кому давала стоя ? Начальнику конвоя ! 6 0

6 0

Часть третья. Археолог в университете

третья . Археолог в университете Рис . 1. Фалар из Садового кургана

Рис. 1. Фалар из Садового кургана. (Рисунки 1–10 — из книги «Археологические источники»).

« Археологические источники »). Рис . 2. Фалар из Садового

Рис. 2. Фалар из Садового кургана (прорись). Стрелками указан вынос прориси.

126

13. Золото и серебро первого века

Так Раеву удалось утвердить и обосновать для Садового кургана конец I в. н. э., для Хохлача рубеж или начало II в. н. э. Отдельные вещи, попавшие в них, могут быть, конечно, древнее. Теперь можно подойти поближе к событиям и процессам, засвидетельствован- ным этими вещами.

Тигр без хвоста, лось без рогов. Наличие удил и фаларов говорит о всадничестве, но ведь это и так известно о номадах той эпохи. А вот что на этих фаларах изображено? Неискушенному глазу и не разглядеть (рис. 1). Какие-то выпуклины на золоте, беспо- рядочная россыпь бирюзы разной формы. Приглядевшись, замечаешь, что камни помельче нередко расположены по-двое, а между ними на золоте выдавлена верти- кальная полоска. Это нос и два глаза. Над ними всегда два камня побольше уши. Все это на выпуклине, а она, судя по очертаниям, — морда хищника (львицы или панте- ры). Таких морд много, можно кое-где различить и лапы, но тела сплетены так, что не разобраться. Опять опора на годы учебы для овладения профессией и на многие десятилетия разработки звериного стиля наукой. Глазу, вооруженному этим опытом, кое-что вид- но (рис. 2). В сплетении в центре фалара три вцепившихся друг в друга существа:

друг в друга существа : Рис . 3. Изображения тарандра и

Рис. 3. Изображения тарандра и его прототипа в сценах терзания (схематизированные прориси):

1 бляха-застёжка из декабрьской посылки Гагарина; 2 бляха-застёжка из январ- ской посылки Гагарина; 3 бляха из Улан-Удэ; 4 деревянная бляха из Катанды.

127

Часть третья. Археолог в университете

бесхвостый кошачий хищник, грифон и некое копытное. Вокруг них группа сцепив- шихся хищников, а в виде бордюра по краю диска головки грифонов. В специальном исследовании (Клейн 1976) я проследил истоки и эволюцию цент- рального сюжета (рис. 3). В Сибирской коллекции Петра I на вещах подревнее (IV–III вв. до н. э.) я нашел более понятную сцену того же рода с теми же тремя фигурами. У кошачьего хищника там есть полосы и хвост это тигр, у грифона крылья, а у копытного рога, заканчивающиеся головками грифов. Мастер, делавший сцену на фаларе по схожему образцу, уже не понимал, что он изображает, и многое исказил у тигра убрал хвост и полосы (живого тигра явно никогда не видел), грифона лишил крыльев (видимо, не знал этого образа), копытного оставил без рогов (не понял, что это рога), а головки грифов отделил от всей сцены и пустил узором по краю. На другом изображении из той же коллекции и у копытного есть хвост с такой же головкой грифа на конце. На еще одном изображении из Улан-Удэ видны и копы- та, а на самом раннем из Катандинского кургана (VI–V вв. до н. э.) — явно изобра- жен лось. И в общем и целом чем древнее изображение, тем восточнее оно найде- но вплоть до Алтая (рис. 4). Так реальный лось, переселяясь с изображения на изображение, за пять веков добрался из южной Сибири до Подонья и превратился в фантастическое животное мифического оленя с чертами трех других животных, известного древним авторам под названием тарандра. Путь, проделанный этим образом, говорит о южносибирских истоках по крайней мере некоторых компонентов культуры Садового и Хохлача, а по некоторым дополни- тельным соображениям (я их сейчас опущу) — о восточносибирском происхожде- нии и самих племен, принесших эту культуру на Дон. Чаши вместо договоров? Обратимся к чашам (рис. 5). Как уже сказано, то, что они привозные из областей римской культуры, для специалиста ясно сразу. Слож-

специалиста ясно сразу . Слож - Рис . 4. Распространение

Рис. 4. Распространение изображений тарандра и его прототипа. Распределение пле- мён предположительно, по Геродоту (за исключением сарматов):

а местонахождения изображений тарандра и его прототипа; б район сборов си- бирской коллекции; в локализация племён (по Геродоту). 1 фалар из Садового кургана; 2 бляха-застёжка из декабрьской посылки Гагари- на; 3 бляха-застёжка из январской посылки Гагарина; 4 бляха из Улан-Удэ; 5 деревянная бляха из Катанды.

128

13. Золото и серебро первого века

13. Золото и серебро первого века Рис . 5. Чаши и фалары из Садового

Рис. 5. Чаши и фалары из Садового кургана.

нее опознать сюжеты изображений на медальонах, но и эта задача требует в основном эрудиции, памяти и наблюдательности. На двух медальонах Нереиды везут оружие Ахиллу, на трех других они возлежат на гиппокампах (морских чудищах коне-змеях или коне-рыбах), еще на двух показаны сцены из мифа об Амуре и Психее, а на одном силены убирают урожай винограда. Ломать голову начинаешь тогда, когда задаешься вопросом о причинах и обстоятельствах поступления этой посуды из далеких римских областей в донскую степь. В отличие от значения на языке истории, слово «импорт» в археологии услов- ная кличка для вещей неместного происхождения, и только. Оно вовсе не намекает на развитую торговлю, на импортно-экспортные связи и т. п. Точнее, не обязано наме- кать. Но может. Особенно когда речь идет об эпохе интенсивных торговых отношений. Видные советские ученые рассматривали весь состав римского импорта в наших степях как результат торговли Что ж, торговое происхождение амфорной тары, стеклянной посуды и других ста- тей экспорта римских провинций не вызывает сомнений. Иначе обстоит дело с художественным металлом, особенно с парадной столовой посудой из бронзы и серебра. Сравним их распространение. Карты, составленные В. В. Кропоткиным для Свода археологических источников, показывают, что находки обычного римского товара амфорной тары краснолаковой керамики и стеклянной посуды густо рассыпаны у границ Римского государства и в непосредственной близости от античных городов Северного Причерноморья. Они покрывают Молда- вию, Правобережную Украину, выходят на левый берег в Среднем Поднепровье, дают скопления в низовьях Дона и на Кубани (рис. 6). Если же нанести на карту бронзовую художественную посуду, культовую и столо- вую, первых двух веков н. э. (времени Садового и Хохлача), то сразу же бросится в глаза резкое отличие полученного ареала (рис. 7). Как раз Правобережная Украина и Молдавия почти пусты, Левобережная Украина тоже, и лишь на Дону и за Доном, в Поволжье и Прикубанье, густо размещаются находки. Еще контрастнее становится это отличие при картографировании художественного столового серебра (рис. 8).

129

Часть третья. Археолог в университете

Рис. 6-1. Карта распрост- ранения обычных римских «импортов»: 1 бронзо- вые кувшины; 2 стек- лянные сосуды; 3 брон- зовые светильники и кан- делябры; 4 глиняные светильники; 5 котел- ки; 6 бронзовые галло- римские сосуды; 7 ан- тичные города.

сосуды ; 7 — ан - тичные города . Рис . 6-2. Карта распространения

Рис. 6-2. Карта распространения амфор и краснола- ковых сосудов:

1 краснолако- вые сосуды; 2 амфоры.

- вые сосуды ; 2 — амфоры . Трудно объяснить это отличие

Трудно объяснить это отличие спецификой торговли различными статьями экспорта. Неужели к западу от Дона совсем не было спроса на художественную столовую посу- ду или не было достаточно богатых покупателей? Чтобы проверить это, поставим контрольный вопрос: есть ли к западу от Дона вообще богатые сарматские погребения и существовал ли там обычай класть в моги- лу богатую посуду? Составляем карту богатых сарматских могил I–II вв. н. э. и боль- ших литых бронзовых котлов, находимых обычно в богатых могилах (а иногда в каче- стве случайных находок). Результат очевиден (рис. 9). Богатые сарматские погребения I–II вв. н. э. к западу от Дона есть, и посуду в них клали, но свою, «сарматскую». Почему-то богатейшая художественная посуда из Римского государства проносилась мимо этих богатых «сарматов», обходила их, отправляясь дальше на восток. Она не оседала там, где обычно оседали все обычные римские товары. Зарождается подозре- ние относительно столовой посуды, что это и не были товары, не были предметы торговли. В этой связи обращает на себя внимание то обстоятельство, что если драгоценные греческие сосуды из скифских курганов были изготовлены специально из расчета на

130

13. Золото и серебро первого века

13. Золото и серебро первого века Рис . 7. Распространение импортной

Рис. 7. Распространение импортной бронзовой столовой, туалетной и культовой худо- жественной посуды I–II вв.н.э. Условные обозначения: 1 аск; 2 кувшин, ойно- хойя; 3 амфора; 4 ситула; 5 патера; 6 ковш, черпак или цедилка; 7 таз; 8 миска, блюдо; 9 пиксида; 10 кратер или канфар.

скифского потребителя (несут изображения из скифского эпоса и мифологии), то римские драгоценные сосуды из «сарматских» курганов (так же, как из германских кладов и погребений) первоначально явно не предназначались для «сарматов» или германцев. На одном кубке из Хоби в Дании даже изображен коленопреклоненный варварский вождь, целующий руку римскому военачальнику, сидящему в кресле. Вкусы «сарматских» князей хорошо выражены в собственно «сарматских» изобра- жениях звериного стиля это кровожадные сцены борьбы и терзания зверей. Вряд ли этого потребителя интересовали тонкости взаимоотношений Амура и Психеи. Тор- говцы уникальными драгоценностями не могли игнорировать вкус предполагаемого покупателя.

предполагаемого покупателя . Рис . 8. Распространение

Рис. 8. Распространение импортного столового и туалетного серебра I–II вв.н.э. Услов- ные обозначения: 1 аск; 2 блюдо, миска; 3 канфар, двуручная чаша; 4 пик- сида; 5 ковш, черпак; 6 амфора; 7 кубок; 8 таз; 9 чаша-фиала; 10 сосуд неустановленной формы.

131

Часть третья. Археолог в университете

третья . Археолог в университете Рис . 9. Размещение богатых могил

Рис. 9. Размещение богатых могил сарматского круга I–II вв.н.э. Условные обозначе- ния: 1 погребения сарматского круга (включая раннеаланские); 2 литые бронзо- вые котлы.

Значит, не торговля. Что же? Высказывалось другое предположение что роскошная серебряная и бронзовая посуда донских «сарматских» курганов является военной добычей, которую сармат- ские вожди принесли из походов Митридата (сарматы в них участвовали, это известно по письменным источникам). Однако для военной добычи слишком странной приходится признать высокую избирательность категорий. При ограблении побежденных, взимании дани, контрибу- ции и т. п. обычно не делалось разбора хватали любое богатство, попавшее под руку: женские украшения, дорогое оружие, предметы парадного конского убора, сто- ловую и ритуальную посуду, инсигнии власти и проч. В «сарматских» же курганах из всех этих категорий налицо только художественная посуда. Не то, чтобы в них не было дорогих предметов конского убора, инсигнии власти и т. п. — они есть, но свои, мест- ные, выполненные в «сарматском» зверином стиле. А вот парадная художественная металлическая посуда привозная. Рассмотрим в этом плане чаши из Садового кургана что это: вещи, случайно собранные вместе грабителем, или цельный сервиз? С одной стороны, изображения на медальонах не связаны единой темой. Здесь три тематические пары плюс копия одного из парных медальонов и один медальон без пары. С другой стороны, все чаши выполнены в одной манере, возможно, в одной мастерской: они имеют одинаковую форму и близкие размеры, орнаментированы в одном стиле, более на таких чашах (металлических фиалах) не встреченном (мотив эгиды перистый или чешуйчатый покров), все одинаково позолочены и снабжены все как один накладными медальона- ми. Правда, не все медальоны изначально находились на своих местах, некоторые не подходят к своим чашам по размеру, но у римлян бывало, что медальоны перемеща- лись с одних чаш на другие. Еще более примечательно, что количество чаш в сервизе (восемь) вряд ли является случайным. Через два года после открытия Садового кургана был раскопан в Жутове (Волго-Донское междуречье) очень схожий по составу и близкий по дате, хотя и не столь богатый комплекс: там тоже были 14 фаларов, тоже 8 импортных сосудов (прав-

132

13. Золото и серебро первого века

13. Золото и серебро первого века Рис . 10. Количество римских

Рис. 10. Количество римских легионов в центрально-европейских, восточно-европейс- ких (нижнедунайских) и азиатских провинциях.

В полном соответствии с этим богатейшие находки римского серебра второй по- ловины I в. до н. э. — первой половины I в. н. э. оказывались в Центральной Европе Германии и в тылу у ее обитателей в Дании (Гильдесгейм, Хоби и, возможно, Любзов), куда меньше и беднее на Кубани и Волге. А вот позже, во второй половине и середине I в. н. э. — начале II в. н. э. богатейшие комплексы римской драгоценной посуды оказываются на Дону и Кубани, т. е. в тылу у дунайских и закавказских врагов Рима. И в этом наблюдается смещение с запада на восток, причем серебро несколько опережает легионы. В этом смысле оно более чуткий указатель вектора политики.

Сейчас в мире распространяется принцип экологи- ческой археологии: на месте раскопок восстанав-

ливать исторический пейзаж мегалиты, городи- ща, курганыНа месте, где стоял Садовый курган, виноградари воздвигли ресторан с дегустационным залом «Сармат», а на бутылках с вином «Сармат» изображен медальон из наших раскопок: сбор винограда, проказы Силена в ви- нограднике. Уж очень оказалось кстати ! Будто за две тысячи лет предвидели , что здесь будут виноградные плантации Института виноделия!

Воспоминания (2007)

14. Варяжская баталия

В 1957 г., после разоблачения «культа личности», меня приняли в аспирантуру родного Университета. На вто-

ром же году аспирантуры я отложил свою тему дис- сертации по бронзовому веку и увлекся ролью варягов (норманнов) в становлении древнерусского государства. [Я уже упоминал это, но сейчас нужно рассказать об этом подробнее, и я привожу отрывки из печатаемой одновременно с мемуарами книги и другие материалы.] Как я сейчас понимаю, меня побудили к этому дискуссии на эти темы в 1958 г. в Ленинграде. У меня создалось впечатление, что роль варягов сильно преуменьшена и что это можно доказать.

Из книги «Спор о варягах»

(2006)

135

Часть третья. Археолог в университете

Вид брани Клейну слаще пира — «Силён бродяга, ах, силён!»*

И в часть филейную Шапиро

Был им немедля уязвлен.

Метнулся Пештич на подмогу, Но как ни бился, не помог. О том, о сем попел немного

И лучше выдумать не мог.

Но, отступая, Льва лягнул Мол, в чем-то где-то Лев загнул. Поздненько Пештич спохватился, За что жестоко поплатился!

Какие боги помогали Варягам, придавая сил? Присутствие отважной Гали, Могучей Фёдоровны пыл.

Многие строфы сопровождаются моими дружескими шаржами. Сейчас мне жаль, что изображения наших оппонентов были не очень дружескими. В частности, были злорадно гиперболизированы черты внешности Игоря Павловича (у него был боль- шой хрящеватый нос с горбинкой, изогнутый еще и вбок). Но Шаскольского я еще рисовал уважительно. Другие рисунки (профессора Шапиро, например) и приводить не стоит. Наше тогдашнее отношение к В. В. Мавродину видно из строфы о нем:

Но мудр и опытен премного Владимир Старый ждал итога, Чтобы с дороги не свернуть

И к победителям примкнуть.

Победителями были мы. Санкции остались нереализованными, а нас долго звали «декабристами» (дискуссия была в декабре). Мы отстояли на ряд лет возможность продолжать работу семинара. Студенты писали у меня курсовые работы по варягам, Глеб был прямо с четвертого курса принят на кафедру ассистентом, а на следующий год из семинара в штат кафедры был зачислен Василий Булкин, еще через несколько лет Игорь Дубов. Другие члены семинара поступали на работу в ИИМК/ЛОИА и Эрмитаж.

По материалам наших выступлений мы сделали боль- шую статью о роли варягов, авторами которой были обозначены совместно мои ученики и я, статья была

опубликована в 1970 г. в сборнике под редакцией того самого специалиста, который был так любезен перед дискуссией. Не все противники проявляли такую порядочность. Варяжская баталия еще аукнулась нам в 1974 г. Процитирую еще один документ письмо, полученное Министерством и спущенное в Университет.

Из книги «Перевернутый мир» (1993)

* (Г. Ф. Корзухина из устных высказываний).

142

27. Миграции

Этой иллюзии мешает дискрет- ность звеньев указанного ряда археологических культур в колон- ной секвенции. Культуры резко сме- няют одна другую, и корни каждой выявить довольно трудно. Проис- хождение каждой культуры чрез- вычайно дискуссионный вопрос (Клейн 1975). Чтобы обосновать иллюзию постоянного независимо- го местного развития предпринима- ются попытки выявить сквозные эволюционные линии в типологии (местные традиции, сквозные типо- логические ряды) и ведутся поис- ки недостающих звеньев между культурами. Чем менее успешны эти попыт- ки и поиски, тем больше повода для противоположной иллюзии при- нимать каждую смену культур в колонной секвенции за результат инвазии, вторжения иноземцев, прихода нового населения (инвази- онизм или наивный миграцио-

низм). Так трактовал свой ряд культур сам Городцов. Так расценивали смены культур в регионах своих раско- пок К. Кеньон, Дж. Рейснер, Л. Вулли. Выбор между той и другой иллюзиями мог определяться самим материалом, его изученностью или идейной предрасположенностью исследователей. Для обеих наивных крайностей была характерна одна и та же методичес- кая ограниченность: поиски доказательств велись только внутри данной ко- лонной секвенции. Между тем, памятники, сочетающие черты обеих куль- тур более ранней и более поздней почти всегда налицо: не только при местном развитии, но и при смене населения как результат смешивания и скрещивания пришельцев с остатками туземцев (Клейн 1961; 1968б: 12–13; Членова 1963: 48; 1967: 6). С другой стороны, и дискретность развития тоже проявляется не только при смене населения к тому же эффекту могут при-

водить и природные катаклизмы, и социальные сдвиги, и т. п. Возникает представление о том, что никакая автохтонность культуры не вы- глядит правдоподобной без сравнения предполагаемых местных корней этой культуры с возможными внешними ее корнями, уходящими в культуры других колонных секвенций. И что, с другой стороны, никакая инвазия не вправе пре- тендовать на убедительность без демонстрации таких внешних корней, превос- ходящих по обоснованности предполагаемые внутренние, местные корни.

внутренние , местные корни . Рис . 11. Колонные секвенции .

Рис. 11. Колонные секвенции. Стрелка спра- ва показывает направление времени. Пря- моугольные ячейки обозначают культуры. Стрелки, соединяющие их, отображают ил- люзорную преемственность, лишь в неко- торых случаях совпадающую с реальной.

255

Часть четвертая. Преодоление рубежей

Oт изначально заданных колон- ных секвенций надо перейти к трассовым секвенциям рядам культур, соединенных последова- тельно по принципу культурной преемственности вне зависимости от территориального располо- жения (рис. 12). Ведь именно в этих, а не в колонных секвенциях протекал культурно-исторический процесс (Klejn 1976; 1981). На схе- ме в некоторых случаях стрелки культурных традиций связывают культуры одной колонной секвен- ции (по вертикали) — это автохтон- ная преемственность. Тут трассовая секвенция совпадает с колонной. В других случаях стрелки связыва- ют культуры разных колонных сек- венций (по диагонали) — это трансмиссии (импорты, влияния, заимствования). В третьих случа- ях такие мостики преемственнос- ти между колонными секвенциями образуются жирными линиями

это миграции. Концепция двух типов секвен- ций и выдвинута мною для преодо- ления наивного автохтонизма и наивного миграционизма. Концепция эта туго прививается в археологии (интенсивно только у моих учеников). Ее освоению мешает, на мой взгляд, приверженность большинства археологов к тому или иному уклону автохтонизму или миграционизму. Более осознанное и мотивированное противодействие создается распрост- раненным на Западе неверием в реальность археологических культур. Там пред- почитают рассматривать не преемственность в целом от культуры к культуре, а преемственность, расщепленную на отдельные традиции, по отдельным компо- нентам керамике, обряду и т. д., даже по видам керамики и ее стилям. Тра- диции действительно вполне реальны, они отражают реальное многообразие путей преемственности. Но недаром на Западе же возник термин «котрадиции» (со-традиции) для пучков тесно взаимосвязанных традиций. В истории культуры господствует не хаос, а сгруппированность и структурированность. Культуры реальны, хотя границы их иногда размыты. Но это ведь проблема не различения культур, а всего лишь уточнения географических границ и их характера: имеют ли они вид линии или нечеткой полосы.

вид линии или нечеткой полосы . Рис . 12. Трассовые секвенции .

Рис. 12. Трассовые секвенции. Стрелки, ко- торыми связаны культуры, обозначают тра- диции, а жирные соединительные линии обо- значают основные линии преемственности. Культуры, объединяемые в одну секвенцию,

связаны этими линиями и показаны одинако-

вым тоном заполнения.

256

37. Типология

1970: 6), — и выйти на проблему определения археологической культуры (Клейн 1970б; Клейн и др. 1970; Klejn 1971). Со времен Чайлда наиболее авторитетным путем опреде- ления археологической культуры считалось выявление устойчивых связей между ти- пами на основе их регулярного взаимосочетания в комплексах. Так задача определе- ния археологической культуры вывела меня к понятию типа. Другой путь к нему вел от моих занятий непосредственной обработкой веществен- ного материала. Тому, кто знает меня только по опубликованным работам, может показаться, что я мало занимался вещеведческими штудиями. Это не так. Еще будучи студентом, в конце 40-х годов, я классифицировал донецкую катаком- бную керамику, чтобы найти объективную основу для выявления эволюции и для дробной относительной хронологии. Изобрел ради этого доморощенную систему измерений на манер краниологических (подставил горшки на место черепов), по- строил красивые схемы, но сам не мог поверить в объективность своих типов и своих кривых изменения. Работа осталась неопубликованной. Позже, в конце 50-х годов, собрал полную по тому времени картотеку молоточко- видных булавок, металлических и роговых (началось со сбора аналогий к моей поле- вой находке 1951 г.), картографировал их, проследил изменчивость, но типы наметил по сочетаниям всего двух показателей. Достаточно ли этого? Я делился информацией и идеями с другими исследователями, работавшими над тем же материалом; факты, надеюсь, им пригодились, выводы, опасаюсь, на них повлияли (сужу по их публикаци- ям). Работа осталась неопубликованной. Детальную штудию я посвятил Карбунскому кладу раннетрипольского времени. Собрал, кажется, все аналогии его вещам, доступные мне по литературе, показал, что эти вещи импортные, дунайских типов, и что они датируют раннее триполье време- нем тамошних культур тисапольгар, Караново VI и др. (кстати, позже эта синхрониза- ция была подтверждена радиоуглеродными датировками). Но хотелось получить и абсолютную хронологию. Той же методикой множественного сопоставления одно- типных вещей по горизонтам проделал я в 1964 г. аналогичную увязку разных слоев Каранова с памятниками Эгейского мира (Троя, элладский бронзовый век, Киклады). Типы формировал интуитивно. Составил уйму сопоставительных таблиц. Работа вышла гораздо более объемистой, чем исследование Карбунского клада, а результаты ее разошлись с первыми сводками радиоуглеродных дат. Я понадеялся на близость и массовость своих аналогий, на выявленную ими однотипность (см., напр., рис. 1) 1 , на очевидность своих типов и включил результаты короткую хронологию») в публика- цию о Карбунском кладе (Клейн 1968а), в маленькое предварительное сообщение о большой работе по связям Каранова с эгейским миром (Клейн 1965) и в полемичес- кую статью о радиоуглеродном методе (Клейн 1966). Работы, как обычно, долго лежали в редакциях, прежде чем выйти, и когда они вышли, я уже подозревал, что моя «короткая хронология» ошибочна. Какова же надежность тех типов и тех сопо- ставлений, на которых построена большая работа о Каранове? Работа осталась неопубликованной. Вот уж поистине, «если твои типы не выдерживают критики, вся твоя работа мо- жет потерять всякий смысл» (Крофорд 1924: 147). Неопубликованными остались обобщения на основе предпринятого мною сбора сведений обо всех глиняных моделях колес неолита и бронзового века в Европе и Азии, хотя эта сводка и сослужила некоторую пользу (моей картотекой пользовались мои коллеги и ученики). Я мог бы и продолжить этот перечень

1 См. рис. 13 на следующей странице.

313

Часть пятая. Искушения

Между тем мои выросшие ученики делали исследования, во многом подобные моим (работы некоторых, занявшихся римским временем [в частности, Б. Раева], по методике близко напоминают мою «Карбуну», работы других, славистов [в частно- сти, Г. Лебедева], — мою возню с катакомбной керамикой и т. д.), и во мне затаилось беспокойство, направил ли я их на верный путь. Нередко они приносили мне свои картотеки и черновые таблицы, ожидая моего суждения. И они не собирались остав-

. И они не собирались остав - Рис . 13 ( см .: « Археологическая

Рис. 13 (см.: «Археологическая типология», рис. 1). Сопоставление находок из памят- ников культуры Караново VI (слева) с аналогами из памятников Эгейского мира (Троя, элладский бронзовый век, Киклады) по короткой хронологии (синхронизация оказа- лась неверной).

314

47. Объезд запредельного мира

47. Объезд запредельного мира лога , то не приходится удивляться ,

лога, то не приходится удивляться, что при этих редкостных условиях для приезжающих в Ленинград/Пе- тербург иностранных археологов визит к Клейну стал пунктом обя- зательной программы, а моя квар- тира чем-то вроде достоприме- чательности города. С ответными визитами дело об- стояло иначе. Я уже писал, что мой первый и единственный выезд из страны при советской власти был в 1970 г. в ГДР самую режимную и надеж- ную из социалистических стран. И то, видимо, это было сочтено про- махом. Больше меня не выпускали. Я был строго невыездным. Приезжавший к нам не раз мас- титый мюнхенский археолог Иоахим Вернер, с которым мы пи- кировались по вопросу о теории (он был сугубым эмпиристом), посме- ивался надо мной: «Вот вы такой яркий марксистский теоретик, а ваши правители не выпускают вас ко мне в гости. Я, из моего реакционного капиталистического мира, приезжаю к вам, когда захочу, а вы из вашей страны социализма и демократии, не можете ко мне в гости приехать, вот не можете вы привязаны за ножку, как цыпленок». Мне нечего было ответить. Я мог лишь набросать его портрет как он делает доклад в Эрмитаже. Он настолько восхитился сходством, что поставил свою подпись под рисунком и забрал его, а впоследствии этот рисунок был опублико- ван в юбилейном томе в его честь. Рисунок уехал, а я оставался на привязи. После же тюрьмы и лагеря я мог рассчитывать только на эмиграцию, и то в случае удачи такой затеи. Мог попасть в «отказники». Случилось иначе. Через 7 лет после моего выхода на свободу вышел на свободу весь советский народ, еще через 2 года советская власть рухнула. Но выезд не стал много легче.

Письмо д-ру Алену Шнаппу (весна 1991 г.)

Дорогой друг Ален, я получил Ваше [пригласитель- ное] письмо и прочел его с чувством большой при-

знательности. Мои планы сейчас таковы. Этой осенью я собираюсь в Кембридж, где я должен читать лекции о пастушеском номадизме (это было заказано из Кембриджа) [поездка не состоялась.] Не будет ли удобно сочетать первую (короткую) поездку в Париж с этим маршрутом? Тем не менее, приглашение на официальном бланке требуется из Парижа тоже. А возможность

455