Вы находитесь на странице: 1из 47

Введение 5

Жизненный путь и труды Шопенгауэра 9


Послесловие 65
Выдержки из сочинений Шопенгауэра 69
Важные даты в философии 79
Хронология жизни Шопенгауэра .85
Стретерн, П. Об авторе 87
С84 Шопенгауэр за 90 минут /Пол Стретерн; пер. с англ. Именной указатель 89
Н. Вышинского. - М: Астрель: ACT, 2006. - 90, [6] с. -
(Философы за 90 минут).
ISBN 5-17-022219-X(OOO «Издательство ACT»)
ISBN 5-271 -08098-6(000 «Издательство Астрель»)
ISBN 1-56663-264-1 (англ.)

Согласно Шопенгауэру, мир устроен так: за внешними его


проявлениями стоит безликая мировая Воля. Она слепа, вездесу-
ща, не направлена на определенную цель. Именно Воля привно-
сит в мир нищету и страдания, которые могут окончиться лишь
со смертью. Единственное, на что мы можем надеяться — это
освободиться от власти Воли и пут индивидуализма и эгоизма,
возникающих благодаря ей.
В книге дан краткий обзор жизни и идей философа, приво-
дятся выдержки из его произведений.

www.infanata.org
Философия Нового времени началась с Де-
карта, который «подвергал все сомнению» и
свел все наше знание к единственному досто-
верному положению: «Cogito ergo sum» («Я мыс-
лю, следовательно, я существую»). Потом Де-
карт приступает к выстраиванию нашего знания
о внешнем мире заново. Чуть позже британ-
ские эмпирики Локк, Беркли и Юм заявили, что
знание может основываться лишь на опыте, по-
этому предыдущие мыслители трудились на-
прасно, понастроив множество никуда не год-
ных умозрительных систем. К тому времени,
когда на арену вышел Юм, человеческое зна-
ние уже было доведено до состояния развалин.
Юм подытожил: все, что дано нам в опыте, — телеологии, Кант пишет: «Две вещи наполняют
это невнятные сигналы ощущений, никакие ум вечно новым и возрастающим изумлением и
философские выводы отсюда вообще не следу- благоговейным трепетом, чем больше и чаще мы
ют. Иными словами, познать мир мы не в со- размышляем над ними: звездное небо надо мной
стоянии. и моральный закон во мне». Как мы увидим, у
Весь этот абсурд, как известно, разбудил Шопенгауэра все не так.
Канта от его «догматического сна». Кант воспри-
нял учение эмпиризма, но не остановился на
нем. Он воздвиг здание величайшего из всех фи-
лософских учений — своего. Позднее Гегель по-
родил тяжелую для понимания, объемистую
доктрину, незаметно переходя от великого к
смешному. На долю его современника Шопен-
гауэра выпало заклеймить гегелевские чудовздор-
ные словеса со всем презрением, которого уче-
ние Гегеля, по его мнению, заслуживало. Шопен-
гауэр сохранил узнаваемо кантианскую точку
зрения в отношении эпистемологии (то есть на-
уки о познании). Кант, однако, также явился
создателем работы «Наблюдения над чувством
прекрасного и возвышенного». По Канту, в ос-
нове этого мира лежит мораль. «Es ist gut» («это
хорошо») —таковы, говорят, были его последние
слова. А в последней его работе, посвященной
Шопенгауэр вновь опускает нас на бренную
землю. Человеком он был тяжелым и своенравным,
но труды его достойны восхищения. Со времен
Платона среди философов не было обладателя бо-
лее утонченного стиля, чем Шопенгауэр. К тому
же его философское учение весьма привлекатель-
но и по содержанию. Впервые со времен Сократа
философия предстает столь личностно окрашен-
ной. В сочинениях Шопенгауэра явственно про-
ступает его человеческая суть, но с одной оговор-
кой, которую стоит помнить, читая Шопенгауэра:
то, что предстает и представляется остроумием,
озарением и ниспровержением основ на страни-
цах книг, вполне может оказаться сарказмом, эго-
центризмом, агрессией в жизни действительной. рационализма Нового времени такой пессимизм
Вне сцены лицедеи нечасто славятся своими че- был освежающим, живительным потоком. Одна-
ловеческими качествами. И одно то обстоятель- ко Шопенгауэр был пессимистом лишь постоль-
ство, что остроумные мыслители столь редки, не ку, поскольку утверждал, что мир безразличен к
делает их исключением их этого правила. (Сокра- нашей судьбе: у него нет намерения помешать
ту крайне повезло потому, что у нас не осталось нам, разрушить наши планы.
свидетельств его жены Ксантиппы.) Со времен стоиков, дистанцировавшихся от
Однако Шопенгауэр был самобытен иначе, этого мира с его злом и пороками, такой подход
более основательно. Не зря он известен как «фи- никем не использовался столь явно. Шопенгау-
лософ-пессимист». При знакомстве с трудами эр развивает ту же тему, но настроен более воин-
большинства других крупных философов вы не ственно. Кроме того, он слишком эгоистичен для
можете отделаться от ощущения того, что пишу- такого самоотречения, к которому призывали
щий выставляет себя образчиком поведения, и от стоики (хотя в его собственных глазах он являет-
вас как бы ждут того же самого. Все необыкно- ся аскетом). Парадоксальность Шопенгауэра в
венно серьезно и высоконравственно. (Даже Юм, немалой степени способствует его известности.
выполняя свой труд по ниспровержению основ, Противоречивость — глубинное свойство харак-
воспринимает философию всерьез.) Шопенгау- тера философа, сопутствующее ему на протяже-
эр же ясно и четко заявляет, что рассматривает нии всей жизни.
этот мир и нашу жизнь в нем как дурную шутку. Артур Шопенгауэр родился 22 февраля 1788 г.
В этом мыслитель, без сомнения, ближе к описа- в городе на берегу Балтийского моря Данциге (ныне
нию действительного положения вещей, чем те, польский город Гданьск). Лишь залив отделяет этот
кто видит мир с оптимистической точки зрения город от Кенигсберга, в котором родился и про-
или рассматривают этот мир как служащий опре- жил всю свою жизнь другой философ — Имману-
деленной цели. После столетий христианства и ил Кант. Отец Шопенгауэра был купцом из зажи-
точного патрицианского семейства, а мать — жи- В возрасте десяти лет его на два года отпра-
вой натурой, обладавшей артистическим призва- вили во Францию изучать французский язык.
нием и тяготевшей к художественной жизни. Се- Подросток жил в семье товарища отца Шопенга-
мейство отличалось тем, что его члены считали уэра по торговым делам в Гавре. Сын владельца
себя гражданами мира, — и имя Артур было дано дома Анфим был ему вроде брата. Когда Артуру
мальчику потому, что оно одинаково звучало по- исполнилось 15 лет, родители взяли мальчика с
французски и по-английски. Когда в 1793 г. прус- собой в двухгодичное путешествие по Европе. В
саки, не разделявшие космополитических взгля- Лондоне Артур был ослеплен блеском и велико-
дов, победным маршем вошли в Данциг, отец Шо- лепием Пиккадилли и театров, но потом вынуж-
пенгауэра незамедлительно перебрался в вольный ден был провести несколько месяцев во «тьме еги-
портовый город Гамбург, куда он перевел и свое петской», изучая английский в школе Уимблдо-
дело. Здесь Шопенгауэры со временем и обосно- на, пока его родители ездили в Шотландию.
вались в великолепном старинном доме. . Образование, полученное в частной английской
Новый дом Шопенгауэров был довольно вме- школе, с лихвой восполнило все, не полученное
стителен: там был даже танцевальный зал, обши- в прусской школе: перед завтраком Артура заго-
тый филенками с отштукатуренным потолком, к няли в бассейн; учителя исправно секли его; он
дому прилегали склады, из которых был виден вкушал нечто, называемое английской «кухней»,
канал, где разгружались баржи. В таких домах а также выстаивал нескончаемые службы в церк-
жили зажиточные купцы города, общавшиеся друг ви. Частная школа в Англии, кроме того, внесла
с другом формально. Во всяком случае, жилище свой вклад в освоение Артуром достопримеча-
это ни в коем случае не было по-домашнему уют- тельностей. Сюда входило двухмесячное пребы-
ным, и юный Артур рос в атмосфере педантично- вание в Бордо, в том самом доме, где Гельдерлин
сти, получая слишком мало тепла и любви и, ка- за два года до этого впал в легкое помешатель-
жется, особо в них не нуждаясь. ство, а также посещение Тулона с «шестью тыся-
чами» рабов на галерах, скованных цепями. Шопенгауэр глубоко осознавал происходящее
(Пройдут годы, и Шопенгауэр вновь воскресит и хотел играть свою собственную роль в мире куль-
этот жуткий образ, чтобы описать ничтожество туры. Но этому не суждено было сбыться. Отец
человечества, прикованного к тому злу, которое Артура настаивал на том, чтобы сын занялся биз-
представляет собой воля к жизни.) В Богемии несом. По окончании путешествия по Европе
Шопенгауэр поднимался на вершину горы Шне- Шопенгауэр был вынужден забросить свое обра-
екоппе, в книге посетителей остался его отклик: зование и стать подручным в бизнесе отца в Гам-
«Кто может взойти на вершину бурге. То было время глубоких (и глубоко скрыва-
и остаться безмолвным? емых) личных страданий и мук для Шопенгауэра.
Артур Шопенгауэр из Гамбурга». (Точно в таком же возрасте во многом схожий кон-
Однако в целом то была крайне гнетущая пора фликт заставил равным образом страдать от не-
в жизни юного Артура: где ни проезжало семей- рвного срыва стойкого, несгибаемого Юма.)
ство Шопенгауэров, повсюду в Европе видны были Неожиданно жизнь Шопенгауэра коренным
проявления нищеты — след недавних наполеонов- образом изменилась. Рано утром 20 апреля 1805 г.
ских войн. Нищие калеки выстраивались вдоль отец Шопенгауэра взобрался на крышу склада
улиц городов, многие деревни были заброшены, а позади большого семейного особняка и бросил-
мания величия Наполеона так и оставалась неудов- ся на мель. Истинная причина его самоубийства
летворенной. Столетие, начавшееся с надежд, рож- остается невыясненной до сих пор. Брак Шопен-
денных во время Французской революции, кон- гауэра-старшего давно превратился в какую-то
чалось отчаянием, которое ощущалось по всей мучительно-тягостную проблему; обстановка в
Европе. То было время, породившее мятежность Европе была удручающей; будущее торгового дела
Байрона, меланхоличность великого итальянско- выглядело неважно. И все же нельзя сбрасывать
го поэта Леопарди, отказ Бетховена от своего по- со счетов приступы меланхолии, ему свойствен-
священия Наполеону «Героической симфонии». ной (которая перейдет и к Артуру), а также на-
следственности (Артурова бабка со стороны отца ными мыслями и чувствами. Именно в эту пору
была душевнобольной женщиной). Однако не друг Шопенгауэра Анфим, родившийся в Гавре,
стоит подозревать в отсутствии душевного здо- приезжает изучать торгово-купеческое дело в Гам-
ровья Артура: более здравого мыслителя, чем бург. Оба они были при деньгах, и по выходным
Шопенгауэр, мир еще не видывал. оба бегали за кулисы, чтобы подцепить актрис и
Дело о самоубийстве замяли, как это часто хористок. Если горе-ухажерам не удавалось до-
бывает в высшем обществе. Торговое дело Шо- биться успеха, то они наверстывали недостачу «в
пенгауэра было свернуто, а семье досталась по- объятиях какой-нибудь усердной шлюхи».
жизненная рента. Мать Артура и его младшая се- В 1807 г. Шопенгауэр наконец нашел в себе
стра покинули Гамбург, у них началась новая силы ослушаться велений своего отца. Он уехал
жизнь, исполненная любви к искусству, в знаме- из Гамбурга и поступил в школу в Готе для того,
нитом центре культуры — в Веймаре. 18-летний чтобы основательно подготовиться к поступле-
Шопенгауэр остался в одиночестве в городе, ра- нию в университет. Однако к тому времени Шо-
бота ему не нравилась, однако он чувствовал себя пенгауэр был слишком взрослым для учения, и его
обязанным продолжать дела. Незадолго до своей вскоре выгнали (за написание не особенно смеш-
смерти отец Шопенгауэра ознакомил сына с эссе, ной или даже оскорбительно-непристойной по-
принадлежащим поэту Маттиасу Клаудиусу. Оно эмы о пьяном школьном наставнике). Потом
называлась «Моему сыну». Рассуждения о внут- Артур уехал к матери в Веймар.
ренней силе, духовности, сопряженные с отстра- Мамуля Артура вела жизнь звезды литератур-
ненностью от мирских дел, были созвучны на- ных салонов. Она писала, водила дружбу с живой
строениям Шопенгауэра. Впрочем, самоуглубле- величиной немецкой литературы — Гете, с остро-
ние отнимало у него не все время. Как и в более умным Кристофом Виландом (немецким Воль-
поздние годы, земная жизнь Шопенгауэра текла тером). Госпожа Шопенгауэр пользовалась все-
сама по себе, имея мало общего с его сокровен- общим вниманием, однако отклоняла предложе-
ния о замужестве, предпочитая независимость. рому суждено было иметь столь всеобъемлющее
Шопенгауэру было неприятно поведение матери; влияние на философию Шопенгауэра. Шопенга-
сама она даже вообразить не могла, что сын будет уэр высоко ценил искусство, с каким было пост-
жить с ней под одной крышей, что, безусловно, роено здание философии Канта, и был жестоко
скажется на образе жизни. Как мать, так и сын разочарован, попытавшись изучить труды Гегеля,
были людьми волевыми, для обоих были харак- ближе стоящего к современности. Вскоре Шо-
терны перепады настроения — мира не получи- пенгауэр начал расправлять крылья своего интел-
лось. Были хлопанья дверями. Нет сомнений в лекта в тетрадях с личными дневниками, в этих
том, что Шопенгауэр испытывал отвращение к записях сквозит его замечательная философская
поведению своей матери. Он не мог не видеть, что проницательность, стремительно возрастающая
оно было проникнуто лицемерием. Несомненно (в то время как скромность стремительно убыва-
и то, что Шопенгауэр ревностно относился к ус- ет). Шопенгауэр пришел к мнению, что на фило-
пеху матери в благородной компании литератур- софской сцене Геттингена он был гигантом сре-
ных грандов. Артур презирал чаяния матери про- ди карликов; в 1811 г. он переезжает в Берлин, что-
слыть «гениальной» (при этом сам-то он питал бы учиться у Фихте, ведущего немецкого
тайную надежду выйти в гении), а преображение мыслителя тех лет (за четыре года до этого Гегель
его матери в писательницу извлекло на поверх- уже опубликовал «Феноменологию духа», однако
ность Эдипов комплекс. все еще не нашлось ни одного человека, кото-
Все вздохнули с облегчением, когда в 1809 г. рый утверждал бы, что он эту книгу понял). Тем
Артур уехал учиться в Геттингенский универси- не менее Шопенгауэр быстро разочаровался в мра-
тет. Он записался на медицинский факультет, од- кобесии Фихте. Ведь Шопенгауэр искал нечто по-
нако вскоре начал посещать занятия по филосо- научному ясное — и столь же убедительное.
фии. Именно здесь Шопенгауэр открыл для себя Несмотря на все это, воодушевленные при-
Платона, а потом принялся читать Канта, кото- зывы Фихте к войне за святое дело освобожде-
ния почти убедили Шопенгауэра, что он должен В одном из писем Иоганны к сыну верно схвачен
пополнить ряды немецких ратников, сражающих- тон этих бесед: «Не Мюллер, а ты сам отнял себя у
ся с Наполеоном. Однако в конце концов Артур меня; твое недоверие, твое недовольство моей
придумал нечто лучшее и в 1812 г. взялся за напи- жизнью, моим выбором друзей, твое зависящее от
сание докторской диссертации. Она носила на- настроения поведение по отношению ко мне, твое
звание «О четверояком корне принципа достаточ- презрение к моему полу, твоя жадность, твои на-
ного основания» и настолько же занятна, насколь- строения...» Иоганна уже начала приобретать имя,
ко это нам кажется на слух; она перекликается с она писала романы в духе царившего тогда роман-
кантовским исследованием четырех видов причи- тизма, а сын ее не мог этого переносить. Он знал,
ны и следствия (логического, физического, ма- что обладает более высоким, чем у его матери, ин-
тематического и нравственного). теллектом (а это не такая уж малость, в чем мно-
Шопенгауэр возвращается в Веймар, где у гие комментаторы стремятся нас уверить). И все
Иоганны Шопенгауэр завязался роман с придвор- же он не был способен просто не обращать внима-
ным чиновником Мюллером (который предпочи- ния на ее литературные притязания. Это противо-
тал быть известным под более аристократическим стояние, очевидно, должно было пройти положен-
именем фон Герстенбергк). Этот несчастный бергк, ные этапы, прежде чем естественным путем завер-
двенадцатью годами моложеИоганны, был стихот- шиться.
ворцем-любителем. И вдруг на сцене, откуда ни Однако Веймар был для Шопенгауэра чем-то
возмись, возникает Шопенгауэр-младший и играет большим, нежели «мыльная опера», состоящая из
роль Гамлета. На роль Клавдия у Мюллера силе- бесконечных вспышек гнева и раздражения у себя
нок не хватило. Он, бывало, в приливе черной зло- дома. Теперь он познакомился с Гете. Бывало,
бы вскакивал из-за стола при брошенных ему в подающий надежды философ часами беседовал с
лицо резких намеках, оставляя новоявленного Гам- гением, находящимся в зените своей славы. Поз-
лета выяснять отношения с Гертрудой-Иоганной. же Шопенгауэр утверждал, что он «извлек громад-
ную пользу» из этих разговоров и еще что он ока- тегорию. Любопытно, почему его приняли за сво-
зал Гете помощь в разработке «Учения о цвете». Это его. Похоже, впервые его самонадеянность под-
произошло неожиданно. Шопенгауэр некогда качала. Возможно, то был последний раз, когда
изучал медицину и обладал развитым научным Шопенгауэр позволил своим мыслям воспринять
мышлением. В сущности, теория цвета, которую влияние живого существа, чей гений Шопенгау-
развивал Гете, едва ли была чем-то большим, не- эр пожелал признать. Отныне и навсегда он будет
жели причудой гения — «слабостью» ученого- обладать достаточной долей самоуверенности,
любителя, которой он, бывало, докучал своим чтобы в любое время следовать собственному наи-
восхищенным посетителям. За сто лет до этого тию — довольно часто это сквозило в его попыт-
Ньютон уже дал объяснение тому, каким образом ках воцариться в современном ему общественном
белый свет заключает в себе все цвета радуги. Гете мнении. К счастью, Шопенгауэр обладал чутьем,
упорно отказывался верить в то, что было очевид- принадлежащим исключительно интеллектуалам.
ным всем и каждому, кто наблюдал, как белый свет Это помогло ему создать философское учение не
проходит сквозь призму, чья преломляющая сила только самобытное, но предвосхищающее гряду-
разбивает его на цвета радуги. Согласно Гете,, бе- щие изменения в интеллектуальной сфере. Это
лый цвет является цветом сам по себе. Его учение больше, чем философский эквивалент гетевско-
содержало утверждение о том, что все цвета, по го учения о цвете.
сути дела, являются смесью света и тени. Восхищенное преклонение юного Шопенга-
К этой чуши начали прислушиваться лишь в уэра перед стареющим Гете было глубоким и в
силу гениальности Гете в других областях, потом дальнейшем. И хотя их дружба была коротка, столь
она пошла на откуп одним только словесникам, теплых отношений у Шопенгауэра не будет уже
тупицам от науки и иже с ними. Шопенгауэр об- ни с кем в течение всей его жизни. И не случайно
ладал весьма развитым литературным стилем, од- Гете в ту пору было почти столько же лет, сколько
нако не подпадал под последнюю указанную ка- было бы отцу Артура, не соверши он раньше са-
моубийство. Пожалуй, благожелательность вели- Книга была переведена на латинский с персид-
колепного Гете была единственным контрастиру- ского перевода, который, в свою очередь, был сде-
ющим фоном для суровой, могучей тени покой- лан с подлинника на санскрите. Соответствие
ного отца Шопенгауэра. Однако всего этого было этого опуса первоначальному тексту, возможно,
мало, чтобы улучшить отношения с матерью. Гете лучше всего видно из близости названия «Упнек-
вряд ли удалось исправить положение у них в хат» к тому, что мы ныне в подлиннике называ-
доме, когда он сообщил Иоганне Шопенгауэр, ем «Упанишадами». Использование Шопенгауэ-
что когда-нибудь гениальность ее сына получит ром этого текста в целях обоснования современ-
всеобщее признание. Согласно взглядам матери, ного философского пессимизма — это
в семейном кругу было место только для одного рискованное предположение, которое устойчиво
гения их породы, и место это уже было занято ею. остается с нами и поныне.
К тому же в то время Шопенгауэр открыл для В конце концов Sturm und Drang (Буря и На-
себя индийскую философию, которой — наряду тиск, — Примеч. пер.) в семействе Шопенгауэров
с учениями Платона и Канта — суждено было достигли предела, и Артур в последний раз хлопнул
оказать мощное влияние на философа. Индий- дверью. В мае 1814 г. он навсегда покинул Веймар.
ская философия представляла интеллектуальное Ему больше никогда не придется снова увидеться с
обоснование для глубоко пессимистического матерью, хотя она то и дело продолжала писать ему
мировоззрения. Но, по сути дела, это обоснова- («Ты невыносим и обременителен...» и т.п.).
ние было столь же сомнительным, как и его ис- Следующие несколько лет Шопенгауэр про-
точник. Шопенгауэр прочел книгу, которая на- жил в Дрездене. Здесь он написал свой шедевр
зывалась «Упнекхат», — последнюю причуду, объемом в тысячу страниц — «Мир как воля и пред-
пользующуюся известностью в стане романти- ставление». Эту книгу он считал решением «загад-
ков, которые готовы были пойти на все, лишь бы ки мира». С той поры как возникла философия,
освободить свое сознание от пут рационализма. подобную цель можно было бы рассматривать в
качестве похвальной — неоспоримое основание, кивала именно второе. Вплоть до XX в. этот под-
на котором можно выстраивать свою философ- ход не подвергался сомнению, лишь потом фило-
скую систему. Однако стоит заметить, что (в смыс- софия начала рассматриваться скорее как некото-
ле логики) изначальная отправная точка Шопен- рая деятельность, нежели как поиски «истины».
гауэра ни в коем случае не является необходимой. Шопенгауэр, конечно же, рассматривал свою фи-
Это означает, что она не является неизбежной, не- лософию как поиск «причины» или по крайней
изменной. Что такое вообще «загадка»? Если под- мере в качестве значительного шага по тропе, ве-
ходить к миру как к загадке, рассматривать его в дущей к «причине». Он пишет: эти размышления
качестве некоей головоломки, которую надо ре- «в будущем будут усовершенствованы, более тща-
шить, тайны, которую надо раскрыть и т. д., то это тельно и утонченно отделаны, подвергнуты более
значит, что должен быть ответ. Вопрос (или загад- понятной для чтения обработке, упрощены, одна-
ка) предполагает наличие ответа. Однако нет, по ко эти мысли никогда не будут опровергнуты.
сути, никакой логической причины для того, что- Философия будет существовать; завершится исто-
бы мы непременно пытались вопрошать мир по- рия философии». Мыслители в конце концов при-
шопенгауэровски. Существует множество других дут к истине, и загадка будет разгадана.
подходов, которые мы могли бы использовать: Как это ни странно, именно сам Шопенгау-
гнев, принятие, отчаяние и т.п. Платон, который эр и расшатывает подобное убеждение — больше,
оказал огромное влияние на Шопенгауэра, в из- чем кто-либо другой. Его самобытный способ
вестном изречении утверждал, что «философия на- видения мира был первым шагом по тропе, веду-
чинается с удивления». Это «удивление» открыто щей в другом направлении (хотя он этого и не
для двух истолкований: удивление как благоговей- осознавал). Вместо того чтобы созерцать мир в
ный трепет и удивление как поиск причины про- благоговейном трепете, Шопенгауэр взирал на
исходящего. Платон, похоже, имел в виду первое, мир с презрением. Для средневековых философов
однако философия до него и после него подчер- мир был зачастую театром глупости и зла. Однако
всегда оставалась возможность искупления зла. Однако за этим представлением стоит не вещь-в-
Вполне возможно, что сам мир был убогим, од- себе, как у Канта. За представлениями стоит не
нако общий план его, замысел создавался под что иное, как Воля. Эта мировая Воля слепа, вез-
зорким оком Промысла Господня, который благ. десуща, не направлена на определенную цель.
Когда Шопенгауэр рассматривал мир как зло, он Подобно ноумену Канта, Воля находится вне
имел в виду, что порочно само мироустройство и пространства и времени. Она не имеет причины.
искупить зло невозможно. Именно эта Воля привносит в мир нищету и стра-
Избрав такой подход к миру, при котором дания, которые могут окончиться лишь со смер-
этот мир считается злом, а не добром, Шопенга- тью. Единственное, на что мы можем надеяться, так
уэр нечаянно разрушил потребность в своей соб- это на то, чтобы освободиться от власти этой Воли
ственной точке зрения. Последующие философы и пут индивидуализма и эгоизма, возникающих
(особенно Ницше и Витгенштейн) поймут это. благодаря ей. Этого можно достичь лишь через
Подход Шопенгауэра к миру не был логически самоотвержение, выражающееся в сочувствии к
необходимым. Возможно бесчисленное количе- страждущим вокруг нас людям, через отвержение
ство философских подходов к миру. Считать мир Воли (осуществляемое святыми и аскетами всех
загадкой — лишь один из многих. рас и вероисповеданий), через эстетическое на-
У сочинения «Мир как воля и представление» слаждение произведениями искусства (включаю-
Шопенгауэра есть эпиграф. Как ни удивительно, щее созерцание, лишенное воли).
но это цитата из Руссо: «Выйди, друг, из детства, В первой из зрелых работ « Четвероякий ко-
проснись!» Основная идея сочинения Шопенга- рень принципа достаточного основания» Шопен-
уэра выражена в самом названии (которое иног- гауэр утверждает, что наше восприятие творит мир
да ошибочно переводится: «Мир как воля и идея»). согласно четырем видам причины и следствия:
Видимый нами мир состоит из представлений, логическим, физическим, математическим и
феноменов — это очень похоже на мысль Канта. нравственным, — и все они соответствуют прин-
ципу достаточного основания. Шопенгауэр осьминога восемь ног». С другой стороны, фи-
полностью принимает принцип достаточного ос- зические причины объясняют перемены, про-
нования, восприняв его от рационалиста XVIII в. исходящие в физическом мире: например, мол-
Готфрида Лейбница. Вот как Лейбниц определяет ния, поразившая кролика, который обуглился и
этот принцип: «Любое событие — истинное или почернел. Математические причины порождают
существующее — и любой принцип, который ис- геометрические доказательства. Это нам ясно вся-
тинен, зависят от достаточного основания для кий раз, когда мы полагаемся на то, что 2+2=4,
своего существования: ничего не случается без для того чтобы доказать, что математическое про-
того, чтобы было основание, почему это случа- странство может иметь 10 измерений. А мораль-
ется скорее так, а не иначе, хотя большую часть ные причины обеспечивают мотивы для наших
времени мы не можем знать этих причин». Ины- поступков. Поступок: безрассудное поведение
ми словами, все имеет причину для своего суще- сына дома. Мотив: зависть к литературному ус-
ствования, благодаря которой все происходит пеху матери, лицемерное осуждение якобы рас-
именно так, как происходит, а не иначе. путного, аморального поведения матери, недоста-
Возможно, Шопенгауэр и позаимствовал точного восхищения матери вышеупомянутой
этот принцип у Лейбница, однако это не удержа- философской гениальностью ее сына и т.д.
ло его от бичевания самого создателя принципа Шопенгауэр подчеркивает, что все эти при-
за то, что Лейбниц будто бы этот принцип понял чины и следствия являются принадлежностью
не так, как надо. Шопенгауэр указывает на то, что мира феноменов и проявляются лишь в рамках
Лейбниц нечетко различал всевозможные причи- этого мира. Мир ноуменов, кантианский мир
ны и следствия, которые Шопенгауэр разделил на вещи-в-себе, который стоит за миром феноме-
четыре вида. Логические причины дают априор- нов, у Шопенгауэра заменен Волей, которая не
ные следствия. Это означает, что следствия ни- принимает участия в этой причинно-следствен-
коим образом от опыта не зависят. Например: «У ной цепочке. Причинность может существовать
лишь в том мире, который мы воспринимаем. объяснением человеческих действий, опережаю-
Воля не действует как причина. щим то время. Это объяснение становится еще
Шопенгауэр приводит мощный довод в пользу более убедительным, если рассматривать его как
этого удивительного утверждения. Он заявляет, что попытку описать бессознательное.
у всех нас есть возможность выйти за пределы мира Хотя мы и можем осознавать наши действия
феноменов, туда, где действует Воля. Это проис- на этих двух уровнях, разделить эти уровни нелег-
ходит, когда мы стремимся познать самих себя. ко. Шопенгауэр рассматривает Волю как безличную
Обычно мы воспринимаем себя точно так, как вос- силу, которая стоит за всеми проявлениями. Как
принимаем феномены внешнего мира. Это внеш- индивиды мы являемся всего лишь частью этой все-
нее восприятие. Однако мы осознаем себя еще и объемлющей слепой Воли. И здесь довод Шопен-
«изнутри». В подобных случаях мы осознаем себя гауэра наталкивается на очевидное возражение. Мы
участвующими в акте Волеизъявления. С другой вполне способны осознать волю, действующую
стороны, мы можем воспринимать себя действу- внутри нас, — и все же большинство из нас скорее
ющими в физическом причинно-следственном описали бы волю в качестве волевой силы отдель-
мире, однако мы еще и действуем по наитию и ной личности, а не участия в некой вселенской силе.
осознаем Волю внутри нас. Мы можем мельком Так мы осознаем волю. И даже те, кто считает волю
это увидеть в качестве Воли к жизни, чье присут- частью коллективного бессознательного, сочли бы,
ствие, как привидение, руководит всеми нашими вероятно, пустой затеей пытаться расширить это
поступками. Шопенгауэр утверждает, что воля не коллективное с целью включить в него все то, что у
прямо является причиной наших действий, а толь- Шопенгауэра объемлет в себе запредельная, транс-
ко лежит в их основе. цендентальная Воля — сущность, которая прони-
В качестве рационального философского зывает всю Вселенную.
довода это не представляется сколько-нибудь Однако развитие философии не идет демок-
убедительным. Однако это было глубинным ратическим путем — в этом она схожа с наукой.
Только оттого, что большинство из нас некогда что сможет выстоять, остаться нетронутым при
считали, что земля является центром Вселенной, столкновении с этой «взятой с потолка» идеей.
она не стала таковым. Точно так же то, что боль- Наука также была вынуждена приняться за глубо-
шинство из нас смутно понимает волю внутри кий пересмотр своих оснований. Идеи Дарвина
нас скорее как личное качество, чем всеобщую оказали влияние даже на математику.
Волю, не опровергает довод Шопенгауэра. Смут- Возможно, наиболее поэтически глубокую и
ные личностные восприятия могут отметаться удовлетворительную философскую концепцию
прочь лишь силой одного созерцания непрестан- математики создали арабы в VIII в. С их точки зре-
ного коперниковского движения. ния, понимание математики было равносильно
Для примера: всего за год до смерти Шопен- пониманию Божьего Ума. (Почти тысячу лет спу-
гауэра появились научные данные, способные пе- стя Ньютон разделял это мнение.) Мировую эво-
ревернуть этот мир. В 1859 г. Чарльз Дарвин напе- люцию можно объяснить без Бога, то же касается
чатал книгу «Происхождение видов», в которой математики Но если это так, то где тогда, на са-
было показано, как развивались все виды соглас- мом деле, существует математика? Существует ли
но положению о «выживании наиболее приспособ- она как таковая или только в умах математиков?
ленных». Много глубоких исторических и фило- Это наш подход к видению мира, просто органи-
софских размышлений были похоронены этой зация недифференцированного потока нашего
идеей. Религия, философия, культура, даже циви- опыта? Или же два плюс два равнялось четырем
лизация — на всем появился отпечаток некой со- даже тогда, когда еще некому было это понять? В
вершенно новой Вселенной, которую дотоле че- каком смысле могла быть истинной математика,
ловечество не могло себе вообразить. Благородный когда не существовало такой вещи, как числа?
род homo sapiens — божий любимец, цель всего тво- Являются ли математические истины некоторым
рения — внезапно опустился до положения част- образом «внеположенными», ожидающими их от-
ного случая в ходе эволюционного развития. Мало крытия, разъяснения, или же мы создали их из ос-
новополагающих аксиом и определений, которые Однако этот аргумент базируется на непра-
нами же и сформулированы? В философии мате- вильном понимании Дарвина (а заодно и Шопен-
матики до сих пор идут споры об этом. гауэра). «Выживание наиболее приспособленных»
Такое неопределенное положение математики не обязательно включает всякую волю. Извест-
затрудняло развитие всего нашего познания в эпо- ное выражение Дарвина просто описывает то, что
ху, когда появилась эволюционная идея. Ведь те- происходит, оно ничего не говорит о той силе,
перь ничто не обладало внешней надежностью, благодаря которой это происходит. В самом деле,
порукой Бога. В мире новой науки нет никаких описание того, как происходит эволюционное
устойчивых истин. Додарвиновский способ мыш- развитие, не предполагает какой бы то ни было
ления оказался разрушенным: философия Шопен- воли. Дарвин рассматривал приспособление в ка-
гауэра, возможно, была единственной, которая честве средства для выживания. Наиболее эффек-
благодаря учению Дарвина стала только глубже. тивными методами постепенного развития явля-
Я могу представить индивидуальную волю в ются стирание различий, приспособление к обсто-
себе, волю-к-жизни, пронизывающую мои поступ- ятельствам, уступание дороги сильнейшему,
ки так, что я этого часто не осознаю. Однако при гибкость, несение по течению — скорее, чем ут-
рассмотрении всего живого в свете дарвиновского верждение, доминирование. Если и существует
выражения «выживают наиболее приспособленные» некий основополагающий принцип, описываю-
индивидуальную волю можно понять как исчезаю- щий то, как «работает» Вселенная, то шопенгауэ-
щее малое проявление некоей всеобщей Воли. Здесь ровской Воли, безусловно, не хватило бы на то,
уже вообще нет коллективного бессознательного: чтобы выполнить всю программу. Разве что в од-
шопенгауэровская Воля несется вскачь сквозь всю ном жизненно-важном смысле: имеется в виду
Вселенную. Некоторые из учеников Шопенгауэра предельное безразличие к человечеству со сторо-
расценили идеи Дарвина как подтверждение шопен- ны Вселенной. В этом Дарвин действительно
гауэровской философии Воли. подтверждает Шопенгауэра. Шопенгауэр рассмат-
ривает безразличие как зло, потому что безразли- Все философские учения сталкивались с
чие разрушает человеческое благо, действуя без ог- трудностями тупика солипсизма. В строгом
лядки на человеческую нравственность. Его Воля, смысле, выхода из него не существует. Учение
конечно, холодна, бесчувственна, бесчеловечна Шопенгауэра здесь тоже бессильно, однако у
и т.д., однако в глубине своей Воля — нравствен- Шопенгауэра есть один убедительный аргумент.
но нейтральная сила. Добро и зло (мотив и дей- Я не могу доказать, что другие существуют (и
ствие) принадлежат миру физическому, утверж- имеют волю) или что они воспринимают мир, как
дает Шопенгауэр. Его частые определения Воли и я, — однако я могу сделать такой вывод. Мой
как зла, в сущности, противоречат его собствен- опыт, а также последовательность того, что, по-
ным положениям. Шопенгауэр осознает эту не- хоже, является реакциями на мое существование,
последовательность и уточняет: Воля — зло лишь приводят меня к мысли о том, что я встречаюсь с
постольку, поскольку она кажется нам таковой. другими существами, подобными мне.
Как подчеркивает Шопенгауэр, мы можем Проявив настойчивость, мы можем остаться
познать Волю единственным способом — через в состоянии солипсизма — подобно герою Бекет-
оценку ее роли в нашей жизни. Однако если мы та. Это может оказаться плодотворным с фило-
можем постичь Волю, лишь прислушиваясь к себе, софской точки зрения. Сколь же мало знаем мы
то, строго говоря, нельзя сказать, что мы знаем о мире наверняка и о нашей жизни в нем! Однако
роль Воли в мире феноменов. Мы осознаем лишь привычки здравого смысла вскоре возвращают
одну сторону Воли посреди всеобъемлющего мира нас в так называемый здоровый мир наших со-
феноменов. Это, в сущности, солипсизм (убеж- братьев-людей.
денность в том, что существует только мое «я»). Пока все хорошо. Однако Шопенгауэр рас-
Кроме моего внутреннего осознания Воли и мое- пространяет вывод о подразумевании дальше: на-
го переживания от ощущения этого феномена, блюдая свою волю, мы начинаем подразумевать
больше ничего действительного не существует. существование Мировой Воли. Как мы видели,
такие понятия, как «бессознательное» и «эволю- зысходной нищеты, озаряемой вспышками отча-
ционный отбор», придают этому рассуждению не- яния. Здесь Шопенгауэр садится на своего люби-
которую весомость. Однако когда Шопенгауэр мого конька — человеконенавистничество. Не
создавал свое философское учение, таких поня- зря же он прославился своим философским пес-
тий еще не было, поэтому его ограниченный, су- симизмом. Его мировоззрение проникнуто отвра-
губо философский аргумент не слишком убеди- щением к этому миру (зачастую выраженным в
телен. Похоже, в данном случае исключительная весьма остроумной форме). Целые пассажи он
проницательность превосходила его способность посвящает глупости человеческого поведения,
к объяснению того, что казалось ему истинным. вскрывая с недюжинной психологической про-
Наитие предшествовало анализу. Читателя убеж- ницательностью лицемерие и эгоцентризм, лежа-
дают скорее на поэтическом, чем на философ- щие в основании человеческой деятельности. Все
ском уровне. И это, конечно же, правильно в от- подобные вещи (то есть просто все) являлись про-
ношении современников, знакомящихся с уче- явлениями Воли. Именно она движет миром.
нием Шопенгауэра. Шопенгауэр обнаружил Единственный способ избежать зла — это
поэтическую истину, она получала и психологи- ослабить проявления Воли внутри себя, которые
ческое подтверждение, однако разумное ее дока- приводят в движение аппетиты и желания, похо-
зательство осталось грядущим векам. ти плоти и тщеславие. Самоотвержение и уход из
Как бы то ни было, далее Шопенгауэр строит жизни — вот единственный выход. А если жить,
свое учение на этом ключевом понятии Воли, то исповедуя стоический аскетизм. Здесь четко
пронизывающей Вселенную. Воля понимается просматривается влияние на учение Шопенгауэ-
как Зло или безразличие к человечеству и как та- ра религии Востока. «Безрелигиозная религия»
ковая является источником страдания в мире. Та- буддизма во многом является носителем подоб-
ким образом, мир, по существу, человеку враж- ного посыла. Аналогичное мышление пронизы-
дебен или безразличен: он является юдолью бе- вает мудрость индусских мудрецов. Однако име-
ется едва заметная разница между советом Шо- курсом, духовное просвещение не принесет ис-
пенгауэра и целью подобной восточной религии. купления. Безвольное созерцание произведения
Уход в аскетизм, к которому призывает Шо- искусства может дать нам эстетическое наслаж-
пенгауэр, — это что угодно, только не то, что дение, но это имеет мало общего с погружением
имеют в виду восточные мудрецы (уже призыв к в нирвану. Мы должны уйти от уродливого про-
безвольному созерцанию произведений искусст- явления Воли ради самосохранения (которое яв-
ва — это не совсем то же самое, что медитация в ляется одновременно и формой саморазрушения).
позе лотоса). Именно способ, предлагаемый Единственная наша награда сводится к понима-
Шопенгауэром для преодоления Воли, отличает нию того, что Воля зла, а весь этот мир скверная
его учение от восточной мудрости. Шопенгауэр шутка за наш счет. Детище Шопенгауэра — это не
изъясняется всегда по-своему. Его стиль непов- какой-то там худосочный, осунувшийся, как ске-
торим. Его сочинения исполнены житейской муд- лет, мистик-эзотерик, а изысканно-утонченный
рости, изощренны и остроумны. Не хватает в них джентльмен, завсегдатай художественных галерей.
лишь духовности Востока. Стоицизм Шопенга- В самом деле, во многом именно таким видел
уэра возвращается к своему исходному пункту — себя Шопенгауэр. Увы! Факты рисуют другую кар-
стоицизму древних, который получил распрост- тину. Всю свою жизнь Шопенгауэр провел в ме-
ранение в среде высокоразвитого — в умствен- щанском уюте, мало в чем себе отказывая из тех
ном смысле — высшего общества поздней Рим- обычных, смешных, нелепых нарядов столь бога-
ской империи, во времена позорных кровопро- того досугом времяпрепровождения. Костюмы его
литий, чувственной порочности и вырождения были сшиты вручную у портного из самых вели-
правящих августейших особ. Для Шопенгауэра ус- колепных тканей, он расхаживал по ресторанам и
талость от мира и отвращение — скорее тога, чем частенько наслаждался обществом хорошеньких
набедренная повязка. Он во многом отстаивает молоденьких женщин. Ни единого мига не по-
то же самое поведение, однако если идти этим мышлял он о том, чтобы жертвовать своей рентой
ради какого-нибудь святого существования без грядущие времена станет источником вдохнове-
экономки; он вечно ввязывался в интрижки низ- ния для создания сотен других книг и даст воз-
кого пошиба, обожал обильные трапезы. (Однаж- можность их создать». Это оказалось крайне
ды он ответил своему сотрапезнику: «Сударь, я скромной оценкой. Впрочем, не сразу. В течение
действительно ем втрое больше вас, но у меня и многих лет и даже десятилетий труд Шопенгауэра
мозгов во столько же раз больше».) И все же при зримо оставался незамеченным. Через 16 лет после
этом ему удавалось выкроить время на то, чтобы издания сочинения издатели сообщили Шопен-
подвергнуть себя очередному хождению по выс- гауэру, что весь небольшой тираж его шедевра
тавкам в целях безвольного эстетического' наслаж- почти полностью превратился в массу никчемной
дения. Он был страстным поклонником изящной бумаги. Реакция Шопенгауэра на отсутствие при-
словесности, посещал концерты и художествен- знания современников была знаменательна: «Раз-
ные галереи, был заядлым театралом (не для того ве может музыкант рассчитывать на аплодисмен-
только, чтобы цеплять хористок). ты, если его публика состоит почти целиком из
У Шопенгауэра были вполне устоявшиеся глухих?» Однако все это еще в будущем.
взгляды на искусство, он также много писал на эту Теперь же, когда Шопенгауэр-автор вручил
тему. На его вкус, наивысшей формой искусства свой шедевр издателям, веря в грядущую славу, он
является музыка, на втором месте стоит поэзия, а спокойно отправился в длинное путешествие по
самая низшая форма искусства — это зодчество. Италии. Перед выездом написал Гете, который выс-
(Легкие романтические романы вроде тех, что при- лал ему рекомендательное письмо для Байрона.
надлежали перу Иоганны Шопенгауэр, вообще не Британский поэт-скиталец в то время проживал в
значатся в этой художественной шкале.) Венеции, которая случайно оказалась на пути
Завершив свою работу «Мир как воля и пред- Шопенгауэра. Однажды, когда Шопенгауэр про-
ставление», Шопенгауэр отослал рукопись изда- гуливался вдоль Лидо под ручку с женщиной, с
телю с сопроводительной запиской: «Эта книга в которой он только что успел познакомиться,
мимо него вдруг галопом на лошади промчался заметное нетерпение по поводу отсутствия все-
Байрон. При виде великого романтического героя мирной славы. Он принимает решение взять это
женщина от восторга вскрикнула. Шопенгауэр, дело в свои руки и добивается должности приват-
чтобы не быть похожим на нее, принимает реше- доцента в Берлинском университете, где тогда
ние не пользоваться рекомендательным письмом, преподавал Гегель. К тому времени Гегель толстым
которое дал ему Гете для знакомства с Байроном. снежным покровом закрыл зеленые поля и рощи
(В последующие годы Шопенгауэр частенько при- немецкой философии. Действительный ландшафт
водил этот случай в пример того, что «женщины оказался скрытым под саваном тьмы, а филосо-
отвращают человечество от величия».) Шопенгау- фам оставалось лишь лепить причудливых снего-
эр продолжал без цели разъезжать по Италии це- виков, высоко и неуклюже подбрасывая диалек-
лый год, задирая художников, собиравшихся в Саffе тические снежки и искусно скользя на коньках
Greco в Риме, своими нелицеприятными замеча- по заледеневшим прудам отвлеченных идей. Со
ниями (он отстаивал многобожие, а об апостолах всего мира стекался народ, дабы послушать, как
отозвался так: «Эти двенадцать филистеров-обы- сам Санта-Клаус будет читать свои лекции.
вателей из Иерусалима» и т.д.); домой он отправ- Шопенгауэр, считавший своего соперника в
лял письма о том, что в Италии «наслаждается не борьбе за звание тяжеловеса от германской фило-
только ее красотой, но и ее красотками». софии шарлатаном, объявил, что он, Шопенгауэр,
В 1819 г. была опубликована работа «Мир как намерен читать свои лекции точно в то же самое
воля и представление». Она не только содержала время, когда состоятся лекции Гегеля. И Шопенга-
философскую систему Шопенгауэра в наиболее уэр был поражен, когда к нему неожиданно не при-
отточенной форме, но стала вершиной мысли ее шел никто. Тогда, чтобы утешиться после чтения
создателя — в течение последующих 40 лет его воистину солипсических лекций, Шопенгауэр
жизни взгляды, изложенные там, не получили раз- сблизился с 19-летней актрисой по имени Кароли-
вития. К 1820 г. Шопенгауэр начал испытывать на Медон. То была как раз та самая особа — восхи-
тительная, молоденькая, — которую он себе подыс- госпожу Маркэт, 45-летнюю швею, которая про-
кивал. Он быстро решился и стал подумывать о же- живала в комнатах напротив, сплетничающую с
нитьбе (не сообщив об этом Каролине). Он был ос- парой подруг по лестничной клетке. Взбешенный
корблен, когда обнаружил, что у нее было еще не- ни на миг не прекращающимися сплетнями (и,
сколько других любовников, и дал ей деньги, чтобы вероятно, желая избежать того, чтобы самому
она от них отказалась. Затем он решил, что ему не- стать их мишенью), Шопенгауэр распахнул дверь
обходим еще один годовой отпуск в Италии, чтобы и резко приказал соседке болтать где-нибудь в
все обдумать. Каролину он не приглашал, однако, другом месте. Госпожа Маркэт обиделась и отка-
оставляя ее в Берлине, дал ей обещание, что будет с залась сдвинуться с места. Шопенгауэр пришел в
ней мысленно. Каролина попыталась спустить его состояние крайнего раздражения. Он схватил гос-
на землю, через несколько недель сообщив в пись- пожу в охапку поперек талии и физически устра-
ме, что она беременна. Шопенгауэр галантно решил нил ее, в то время как она брыкалась и испускала
оставаться с ней мысленно и продолжил свое дли- пронзительные крики.
тельное путешествие по Италии. Ко времени его Госпожа Маркэт подала на Шопенгауэра в суд
прибытия в Берлин Каролина благополучно разре- по обвинению в нападении, и Шопенгауэру при-
шилась от бремени сыном. судили выплатить ей небольшой штраф в 20 тале-
Как раз в это время Шопенгауэр оказался ввя- ров. Однако теперь госпожа Маркэт обнаружила,
занным еще в одно происшествие, имевшее дале- что Шопенгауэр, оказывается, богатый человек, и
ко идущие последствия. Как-то утром Шопенга- подала апелляцию, ссылаясь на то, что в результа-
уэр сидел у себя дома, ожидая назначенной встре- те нападения она пострадала: вся правая сторона у
чи с Каролиной. Мы лишь можем предполагать, нее парализована, она едва в состоянии пошеве-
что он приник ухом к парадной входной двери, лить рукой. Шопенгауэр решительно это оспари-
поскольку с минуты на минуту должна была по- вал, и судебная тяжба затянулась с обычной воло-
явиться она. Поэтому он случайно подслушал китой, необходимой для того, чтобы стряпчие
смогли заработать свои гонорары. Наконец, по пенгауэр принял решение использовать другую
прошествии шести лет, Шопенгауэр проиграл дело тактику. Гегельянству Шопенгауэр дал следующее
в суде. Его высокомерное саркастическое отно- письменное определение: «Это — наглая бессмыс-
шение суду не понравилось, и суд предписал ему лица», отозвавшись о Гегеле как о «плоскоголо-
выплачивать фрау Маркэт по 15 талеров раз в три вом безграмотном шарлатане». И опять никто на
месяца вплоть до ее выздоровления. Фрау Маркэт, это не обратил внимания.
очевидно, восприняла это судебное решение как Тем временем Шопенгауэр принял решение за-
вызов и ухитрилась продлить срок действия так няться переводами. Он строил планы перевести Юма
называемого повреждения еще на 20 лет, вплоть до на немецкий, Канта на английский язык. К сожа-
своей смерти. Когда Шопенгауэр узнал о ее кон- лению, из этой затеи ничего не вышло, хотя она,
чине и осознал, что ему больше не придется ниче- конечно же, могла бы принести неоценимую пользу
го никому выплачивать, он сделал в дневнике ос- философским кругам по обе стороны Северного
троумную запись по-латыни: Obit anus, abit onus моря. Его планам женитьбы также не суждено было
(что отнюдь не так грубо, как оно звучит, а всего исполниться. Похоже, Каролину Медон он все же
лишь означает: «Старушка умерла, гора с плеч»). любил, однако не был уверен, что ее общественное
А тем временем труд «Мир как воля и пред- положение или ее незаконнорожденный ребенок
ставление» продолжал собирать пыль по книжным могли бы подобающим образом сочетаться с лич-
лавкам. И все так же Шопенгауэр был, как и преж- ностью всемирно известного мыслителя, коим,
де, лишен причитающейся ему славы. И еще та- несомненно, ему надлежало стать. Кроме того, он
кой удар: зал, в котором Гегель читал лекции, ло- (ошибочно) подозревал, что она больна туберкуле-
мился от слушателей (при этом ближайшая поточ- зом, а на туберкулезников в то время в обществе
ная аудитория, как заговоренная, продолжала смотрели с тем же сочувствием, с каким сегодня
оставаться пустой). Испробовав прямой подход в смотрят на больных СПИДом. Хороший психоте-
деле саботажа своего великого соперника, Шо- рапевт мог бы помочь Шопенгауэру, но все это про-
изошло за 30 лет до того, как на сцене появился фурте. Ему суждено было прожить в этом городе
Фрейд, который и сам испытает глубокое воздей- последующие 28 лет, ведя жизнь холостяка, чья
ствие философского учения Шопенгауэра; оно по- крайняя размеренность была списана с образца его
может ему открыть метод, благодаря которому героя — Канта. Таков облик Шопенгауэра, перешед-
Фрейд мог бы вылечить и самого создателя доктри- ший к потомкам, — фигура, которую мы любим до
ны. Пока же этот узел оставался нераспутанным, и самой ненависти: кислый старик-брюзга из Франк-
Шопенгауэр колебался между своим любящим эго фурта (если уж подниматься до шопенгауэров-
и своим запрещающим отеческим суперэго. Роман ского уровня философской оценки характера). Он
с Каролиной тянулся вяло и скучно, то возобнов- привык рядиться в старомодные наряды (хотя они
ляясь, то снова прекращаясь, — и так в течение дол- непременно должны были быть скроены безупреч-
гих лет. И вот, когда уже много воды утекло, а ро- но) и превратился в одержимого борца с шумом («Я
ман этот кончился, Шопенгауэру вдруг вздумалось давно уже считаю, что количество шума, который
припомнить ее в своем завещании. Хотя в то же вре- кто-либо способен спокойно выносить, находит-
м я — с обычной, присущей только ему резкос- ся в обратно пропорциональной зависимости от его
тью — он с негодованием отверг притязания не- умственных способностей»).
коего молодого человека по имени Карл Людвиг Встав по обыкновению поздно и выкушав
Медон. Человек, который утверждал, что постиг этот свою любимую чашечку кофе, Шопенгауэр, быва-
мир и его несправедливость, по сути, так никогда и ло, на три часа усаживался за чтение. Потом, как
не понял себя. правило, играл на флейте (Россини, «con amore»
В 1831 г. холера как метлой вычистила весь Бер- («с любовью», — Примеч. пер.)). Потом подходило
лин, и Шопенгауэр был вынужден спасаться бег- время для позднего обеда за круглым столом в пре-
ством. (В ту вспышку холеры погиб главнейший стижном Englischer Hof (Аглицком дворе — При-
соперник Шопенгауэра — Гегель.) Два года спустя, меч. пер.) на Росмаркте. Пополудни он обычно уда-
в возрасте 45 лет, Шопенгауэр обосновался во Франк- лялся в читальню общества Casino, чтобы прочесть
последний номер газеты « The Times», который при- выпад против Гегеля, который мало связан с фи-
был из Лондона, затем Шопенгауэр отправлялся лософией, а сама книга — это главным образом
на длительную прогулку — всем местным жителям разработка положений, изложенных в его более
была знакома его фигура, проворно, большими раннем великом труде. Он также выпустил в свет
шагами спускающаяся вниз по тротуару. При этом второе издание своего труда «Мир как воля и пред-
он разговаривал сам с собой. На эти прогулки его ставление», однако и ему-таки не удалось сломить
неизменно сопровождал его пудель, которого он «сопротивление скучного мира».
называл Атма, по-индийски это означает «Душа В этом втором издании Шопенгауэр продол-
мира». Как и приличествует владельцу столь бла- жает разрабатывать взгляды, которые он теперь счи-
городного титула, пудель обычно молча и непро- тал недостаточно развитыми в первом издании. Здесь
ницаемо-загадочно семенил рядом со своим не- мы находим развернутый вариант его воззрений по
внятно что-то про себя бормочущим хозяином. поводу политической философии и роли государ-
Таким образом, оба были живым воплощением ства. На эти идеи оказал глубокое влияние его пес-
поучительной картины, которая должна была изоб- симистический взгляд на человеческую природу. В
ражать мыслителя и его загадку. По возвращении своей политической философии Шопенгауэр был
домой Шопенгауэр, бывало, зачитывался до по- последователем английского политического фило-
здней ночи, а мир и «душа мира» мирно спали (пос- софа XVII в. Томаса Гоббса, автора «Левиафана».
ледняя — подле его ног). Согласно Гоббсу, без правительства «жизнь у чело-
Шопенгауэр был очень начитанным в облас- века — одинокая, бедная, мерзкая, животная и ко-
ти литературы и философии; а после 19 лет «мол- роткая». С этим Шопенгауэр соглашался от всего
чаливого негодования» при виде отсутствия при- сердца. (И действительно, бывало, что он так и счи-
шествия громогласной славы он напечатал вто- тал, даже когда у людей было правительство.) Гоббс
рую философскую работу «О Воле в природе». Во усматривал происхождениетосударства в естествен-
вступлении к этой работе содержится веселый ном желании людей преодолеть это первобытное со-
стояние дел. Таким образом, любая форма правле- ют несправедливым. И все же в то же самое время
ния лучше, чем отсутствие такового. Отсюда Гоббс эти низкие создания вечно изыскивают возмож-
делает гигантский скачок, заключая, что люди в силу ность для того, чтобы причинить боль и страда-
этих причин должны принимать любое правитель- ние другим, препятствуя их воле и вызывая у них
ство, под властью коего им довелось жить. Жизнь ощущение несправедливости. Таким образом, ос-
в любом государстве, сколько бы зла она ни несла, новополагающей целью государства должно быть
всегда лучше, чем та жизнь, которая была «мерзкой, предотвращение этого. Гражданина любой ценой
животной и короткой», — в которой ничего сози- следует удерживать от навязывания своей воли
дательного не могло быть достигнуто. другим людям губительным для них образом.
Шопенгауэр соглашается с этим взглядом, Мыслители эпохи Просвещения, начиная
хотя и привносит попутно свою собственную ха- Кантом и кончая романтиками, ранее проповедо-
рактерную составляющую из остроумия и мизан- вали несколько иной взгляд на роль государства.
тропии. Он считает, что человечество, в сущнос- Целью государства считалось улучшение нравов
ти, состоит единственно из «хищных животных». его граждан, оно должно мягко призывать их стать
Государство действует как «намордник» для этих более человечными. Государству отводилась зада-
диких зверей, преобразуя их в «безвредный траво- ча творить добро, улучшая жизнь своих граждан, а
ядный скот». Человечество не выбирает между не просто быть «необходимым злом», отслеживая
Добром и Злом. Вместо этого, как мы видели, его их самые низменные инстинкты. Шопенгауэр про-
приводит в движение мировая Воля. Подобные су- зорливо понял, каким мог бы стать итог существо-
щества не могут обладать каким-либо действи- вания этого кажущегося более благожелательным
тельным понятием о справедливости; все, что они государства. Подобное «поощрение» граждан к
знают, — это в основном негативная версия иде- совершенствованию вело к навязыванию коллек-
ала. Когда происходит нарушение их воли, они тивной воли, к взращиванию единообразного вида
испытывают боль и негодование, что они счита- поведения, которое государство считало хорошим.
Это не оставляло места для самобытности лично- Несмотря на состоятельный и стабильный образ
сти, при которой гражданин мог бы развиваться, жизни, Шопенгауэр считал, что он был довольно-таки
как ему вздумается. уязвимым для политики. Он был страшно напуган,
Хотя романтический взгляд на государство, когда по всей. Европе прокатился «год революций —
равно как и взгляды просветителей, могут пока- 1848». Волнения в Германии не только нарушали его
заться непосредственно более привлекательными, обыденное существование—они еще и угрожали раз-
чем мрачный пессимизм Шопенгауэра, на прак- рушением торгово-купеческих источников его лич-
тике подобное «улучшение» граждан государством ного дохода. Куда катится мир? К счастью, беспоряд-
могло бы привести к наихудшим крайностям. ки во Франкфурте были подавлены, и скоро для вос-
Шопенгауэр питал отвращение как к левым рево- питанного и порядочного человека, живущего на
люционерам, так и к правому прусскому государ- независимые средства, стали возможными прогулки
ству (столь любимому Гегелем). Оба они стреми- с пуделем по улицам. Восставшие граждане слишком
лись навязать свой собственный способ улучше- явно показали, что оценка Шопенгауэром их харак-
ния судьбы людей: первый вариант сводился к тера была правильной. Подобные создания нуждались
постепенному введению равенства, а второй — к в том, чтобы их обуздать, а не поощрять — когда они
сильной консервативной авторитарной власти. кричали о злоупотреблениях в лицо законопослуш-
Концепция ценностей — создавалась ли она вновь ному философу, сопровождаемому Душой Мира.
либо базировалась на старых ценностях — в лю- Однако с другими унижениями его достоинства жить
бом случае должна была быть навязана. Шопен- было не так просто. Глубокая внутренняя боль, выз-
гауэр был прав в своей оценке одинакового ис- ванная отсутствием успеха, продолжала точить его,
хода очевидных противостояний. Наихудшими хотя он всячески крепился, лишь бы этого не пока-
крайностями в деле «улучшения» государства в зать. Длительное ожидание признания к тому време-
следующем, XX в. суждено было стать коммуниз- ни исчислялось несколькими десятилетиями и, не-
му и фашизму. смотря на душевную энергию, умение держаться на
людях, он мало-помалу смирялся с тем обстоятель- (Эти слова рассматривались в качестве зер-
ством, что его жизнь была одним долгим, затянув- кала, во всей красе показывающего автора выс-
шимся провалом. казывания. Зеркало это едва ли говорит в пользу
В возрасте 63 лет Шопенгауэр принимает ре- здоровья его интеллекта или, к слову будет ска-
шение отдать в печать эссе и максимы, однако пред- зано, вряд ли способно в положительном свете
ложение об их публикации никого из издателей не представить то женское окружение, в котором он
увлекло. Наконец ему удалось убедить мелкого бер- бывал.) Однако у него обнаруживаются любопыт-
линского книгопродавца опубликовать небольшое ные, занятные, неизбитые мысли на темы едино-
издание — Шопенгауэр обещал сам оплатить тираж. брачия, самоубийства, участия церкви в работор-
Эту работу он назвал «Parerga und Papalipomena» (что говле, этики, привидений, размышления для себя
в переводе с латыни означает «Украшения и упуще- самого. «Parerga und Papalipomena» по легкости
ния»). Это был ряд саркастических отрывков на са- изложения намного превосходит все прежде на-
мые разные темы. Эти эссе и афоризмы и ныне столь писанное Шопенгауэром, является наиболее чи-
же свежи, метки и вызывающе дерзки, как и тогда, таемой книгой со времен Платона и удивительно
когда они были напечатаны впервые. Позиция Шо- гармонирует с восприимчивостью современных
пенгауэра часто вызывающее консервативна, про- людей, несмотря на некоторые легко узнаваемые
никнута анархизмом и замешана на дрожжах эго- гротескные шаржи. И все-таки, хотя эта работа,
изма. Взгляды Шопенгауэра на женщин намерен- конечно же, отражает философские взгляды
но шокирующи. Вот, к примеру, одно высказывание: Шопенгауэра, она вряд ли может называться фи-
«Только отуманенный половым побуждением рас- лософией. Эта работа, по большому счету, оста-
судок мужчины мог назвать низкорослый, узкопле- ется философским чудачеством. Она выполнена
чий, широкобедрый пол прекрасным»1. не совсем в том же комическом русле, как это
1
было с работой Лейбница, изображающей навод-
Цит. по: «Афоризмы и максимы» / Пер. Ф.В. Черниговца. — М.:
ACT, ФОЛИО, 2001. — Глава «О женщинах». — с. 288. нение в городе Ганновере, или, скажем, с предло-
жениями Беркли по обязательному смолению тывая жгучие страдания, но при этом исполнившись
воды, или размышлениями Витгенштейна о куль- радости, — в полной уверенности, что их обидел
туре, однако элементы фарса здесь налицо. самый утонченный ум в Европе.
В апреле 1853 г. «Parerga und Papalipomena» зас- В возрасте 65 лет, после более чем 35 лет ожи-
лужила благожелательный отзыв лондонской дания, «воды Нила дотекли до Каира», как выра-
« Westminster Review». В те дни немецкая интеллиген- зился Шопенгауэр. Он любил славу, которую ис-
ция питала здоровое уважение к британской мыс- кренне заслужил, — однако уже через семь лет умер.
ли. В тот же миг все немецкие периодические изда- Это произошло 21 сентября 1860 г.
ния заметили труд Шопенгауэра, и наутро он про- Пессимистические произведения Шопенгауэ-
снулся знаменитым. Последним человеком, ра оказали глубокое влияние на столь несопоста-
обрадовавшимся хеппи-энду после стольких не- вимых между собой деятелей культуры, как Вагнер,
взгод, был сам Шопенгауэр, который упорно при- Фрейд, Толстой, Ницше и Яков Буркхардт, — и это
держивался своих привычек и оставался столь же если говорить лишь о самых известных. Большин-
своенравным, как и всегда (хотя на самом деле он ство этих людей читали только его эссе, но интере-
втайне ликовал по поводу своего успеха, украдкой совала их, конечно, метафизика. Как, в самом деле,
прося немногих из оставшихся у него знакомых мог Шопенгауэр знать о том, что по ту сторону мира
выискивать все упоминания о нем в газетах, чтобы явлений находится холодная, мрачная, безжалост-
он мог их прочесть за завтраком). Юные, пылкие но-жестокая и бездушная, нерассуждающая Воля?
почитатели новой философской звезды стекались Согласно Шопенгауэру, нам всем дана возмож-
в Аглицкий двор, подкупали официантов, чтобы ность увидеть, что стоит за миром явлений — нуж-
запастись местами за круглым столом, за которым но только вглядеться в самих себя.
их воодушевление подвергалось привычным кол-
костям язвительного остроумия философа. Эти
восторженные почитатели уходили восвояси, испы-
Последователей у Шопенгауэра не было, хотя
учеников было достаточно. Его глубоко нова-
торский подход в условиях Германии середины
XIX столетия с ее устоявшимися взглядами в
теоретической сфере не мог оказать другого вли-
яния. И все-таки не все его ученики застревали в
болоте общепринятых взглядов. Были среди них
и самые утонченные умы следующего поколения.
Задолго до прихода запоздалой славы Шопен-
гауэра его работы были открыты молодым Рихар-
дом Вагнером. Пафос ниспровержения основ, ис-
ходящий от трудов философа, ошеломил музы-
канта, и в революционном порыве 1848 г. Вагнер
(вместе с анархистом Михаилом Бакуниным) по- отклик своим чаяниям у Шопенгауэра с его песси-
шел на баррикады в Лейпциге. Шопенгауэр, как мистическим мировоззрением.
мы видели, был в ужасе от всего этого: ведь он Однако воздействие Шопенгауэра на мысли-
вполне мог потерять свои доходы (и ему действи- телей последующих поколений оказалось еще
тельно пришлось бы вступить на стезю аскетиз- более радикальным и очень разным. Некий Фи-
ма, следовать по которой он столь настойчиво липп Мейнлендер довел пессимистический взгляд
советовал другим). Вагнер же безоглядно принял Шопенгауэра на мир до крайности в отношении
идеи философа и был переполнен шопенгауэров- проблем личности и общества. Он считал, что
ским пессимизмом. С энтузиазмом молодости единственным способом решения вопроса суще-
Вагнер перерабатывает эту комбинацию несовме- ствования бедных было бы дать им все то, чего
стимых идей в анархический нигилизм — созда- они желали: это немедленно убедило бы их в тщете
ние его собственное. В течение многих последу- подобных вещей и в бренности жизни. Тогда они
ющих лет он продолжал черпать художественное обратились бы к проблеме индивидуального су-
вдохновение из трудов Шопенгауэра, несмотря на ществования, которую Мейнлендер решил по-
то обстоятельство, что его понимание творчества своему, совершив самоубийство.
философа имело мало сходства с тем, что Шо- Ницше решил применить другой подход. Как
пенгауэр намеревался сделать (Зигфрид был из- и подобает блистательному и глубокому мысли-
вестен отнюдь не своим восточным смирением и телю, на которого тоже оказали воздействие воз-
покорностью). зрения Шопенгауэра, Ницше просто поставил
Творческий пафос Шопенгауэра срабатывает идею Шопенгауэра о Воле с ног на голову. Вмес-
вплоть до сегодняшнего дня, вызывая самые раз- то постулата о том, что мир приводится в движе-
ные реакции у весьма непохожих людей. Такие не- ние посредством слепой Воли, сражаться с кото-
соизмеримые фигуры, как Томас Манн, Джеймс рой можно было бы только посредством ухода в
Джойс, Сэмюэл Бекетт и Томас Бернард, нашли аскетизм, Ницше отстаивал идею Воли к власти.
Вот где лежит движущая сила человеческой при-
роды. И ярчайшее ее проявление — это великие
исторические деятели.
Фрейд, приняв на вооружение хитроумную
смесь из понятий Воли у обоих мыслителей — и у
Шопенгауэра, и у Ницше, — предложил понятие
бессознательного. В дальнейшем идеи Шопенга-
уэра возымели действие на самого последнего из
традиционных философов. Ученик Фрейда Люд-
виг Витгенштейн попал под глубокое влияние
пессимизма Шопенгауэра и свойственного ему Если мы станем пытливо рассматривать и
мистического мировоззрения. Известно изрече- наблюдать какое-либо природное существо, на-
ние Витгенштейна: «О чем невозможно говорить, пример животное в его бытии, жизни и деятель-
о том следует молчать» («Логико-философский ности, то оно, вопреки всему, что говорят о нем
трактат»). В явной форме речь здесь идет о язы- зоология и зоотимия, предстанет перед нами как
ке и его значениях, но неявно напрашивается непостижимая тайна. Но неужто природа из про-
мысль о сходстве с шопенгауэровским тезисом: стого упорства будет оставаться вечно немой пе-
мрачная непостижимая мировая Воля навсегда ред нашей пытливостью? Или, быть может, подоб-
остается за пределами нашего понимания. но всему великому, она откровенна, общительна
и даже наивна? В таком случае, не безмолвствует
ли она только потому, что самый вопрос был по-
ставлен неудачно и неправильно, исходил из лож-
ных предпосылок или даже таил в себе известное
противоречие? Ибо мыслимо ли думать, что воз-
можно существование связи причин и следствий рождения нам недостает в связующей цепи не-
там, где она во веки веков и по самому существу скольких промежуточных звеньев, дело, по су-
своему должна оставаться нераскрытой? Очевид- ществу, не меняется: так как если бы они и были
но, все это не то. Непостижимость появляется по- налицо, мы все же уперлись бы в непостижимое.
тому, что мы отыскиваем причины и следствия в Все это — потому, что явление остается явлением
той области, которой эта форма чужда, и, таким и никогда не станет вещью в себе.
образом, идем за цепью оснований и следствий Внутренняя сущность вещей чужда закону
по совершенно ложному следу. В самом деле: мы основания. Она — вещь в себе, вещь же в себе —
стремимся постигнуть внутреннюю сущность чистая воля. Последняя существует, потому что она
природы, проступающую перед нами из каждого хочет, и она хочет, потому что существует. Она —
явления, следуя за путеводной нитью закона ос- безусловно реальное в каждом существе.
нования; между тем последний — не более чем «Parerga und Paralipomena», § 65
форма, посредством которой интеллект схваты-
вает явление, т.е. поверхность вещей, — мы же Вещь в себе означает то, что существует неза-
хотим с его помощью выйти за пределы явления. висимо от нашего восприятия, — следовательно,
В границах последнего закон основания вполне сущее в собственном смысле слова. Для Демок-
„пригоден и достаточен. Так, например, можно рита сущим была оформленная материя; тем же,
объяснить себе факт существования известного собственно, было оно еще и для Локка; для Кан-
животного из его рождения. Ведь последнее, в та оно = х; для меня — воля.
сущности, не более таинственно, чем то, что и «Parerga und Paralipomena», § 61
всякое другое, хотя бы самое простое действие
следует из своей причины, так как и в последнем «Лишь в одной точке я имею доступ к миру,
случае объяснение в конце концов наталкивает- иному чем представление. Это — в самом себе.
ся на нечто непостижимое. От того, что в факте Когда я ощущаю свое тело — это представление.
...Однако я также осведомлен о тех порывах, ко- писывать остающемуся материальному миру? Как
торые дают ход работы представления: это — Воля. еще можем мы постичь подобный мир? Ибо, по-
Лишь внутри меня имею я это двойственное зна- мимо Воли и представления, нам ничего не изве-
ние Воли и представления». стно и даже не постигаемо».
«Мир как Воля и представление» «Мир как Воля и представление», вторая книга

То двойственное знание о природе и деятель- Мы сетуем на мрак, в котором проводим


ности нашего собственного тела, которое мы свою жизнь, не понимая связи бытия в его це-
имеем, дано нам двумя совершенно различными лом, в частности же — связи нашего собственно-
способами. Поэтому мы будем и впредь исполь- го «я» со вселенной; так что наша жизнь кратков-
зовать это в качестве ключа к сущностному ха- ременна, но и познание наше всецело ограниче-
рактеру каждого явления в природе. Все предме- но ее пределами, ибо мы не в состоянии ни
ты, которые не являются нашим собственным оглянуться за грань рождения, ни заглянуть за
телом, таким образом не даны нашему знанию в грань смерти, и сознание наше подобно молнии,
двойственном порядке (а только как представле- на миг озаряющей тьму ночи; поистине, выходит
ние), мы будем считать подобными нашему соб- так, словно какой-то демон коварно преградил
ственному телу. И так как мы знаем, что они по- нам дорогу ко всякому дальнейшему знанию, что-
добны нашему телу первым способом, мы будем бы позабавить себя нашим смущением.
полагать, что они подобны вторым способом. Та- Однако сетование это, в сущности, неосно-
ким образом, мы удаляем их существование как вательно, так как оно обусловлено иллюзией, воз-
представления, а все, что остается, — это то, что никающей из ложного принципа, будто совокуп-
мы называем Волей, — точно так же, как и в на- ность вещей, прежде чем она сделалась действи-
ших собственных телах. Какой другой вид суще- тельностью, существовала ранее в виде простого
ствования или действительности нам следует при- представления, а потому, будучи порождением
познания, должна быть познанию вполне доступ- утрате (рассудочного) сознания, приспособленно-
на, для него постижима и в нем исчерпаема. Со- го и пригодного лишь к явлению, похож на ново-
образно истине же дело обстоит так, что все обращенных христиан Гренландии, которые не по-
то, на незнание чего мы сетуем, не знаемо ни- желали неба, узнав, что там нет тюленей.
кем, да и по самому существу своему не подле- «Parerga und Paralipomena», § 139
жит знанию, т.е. не может быть представлено...
«Parerga und Paralipomena», § 67 Сообразно со всем этим можно (...) рассмат-
ривать жизнь как сон, а смерть — как пробужде-
...Состояние, в которое переносит нас смерть, ние. Но личность, индивид, относится в таком
является нашим изначальным, т.е. это — прирож- случае к грезящему во сне, а не к бодрствующему
денное состояние существа, изначальная сила ко- сознанию; отчего смерть и представляется ему как
торого проявляется в созидании и поддержке пре- уничтожение. Во всяком случае, на нее нужно
кращающейся теперь жизни. Это именно есть со- смотреть (...) как на возвращение к свойственно-
стояние вещи в себе, в противоположность му нам изначально; жизнь же была в этом перво-
явлению. В этом изначальном состоянии (...) рас- начальном состоянии лишь кратким эпизодом.
судочное (...) познание, касающееся (...) только «Parerga und Paralipomena», § 139
явлений, совершенно излишне; потому-то мы его
и утрачиваем. Утрата познания равняется для нас Еще более нелепа теория о том, что государ-
уничтожению мира явлений, средою которого толь- ство является условием моральной свободы и, в
ко и было это познание, ни к чему другому не год- этом смысле, условием нравственности. Свобода
ное. Если бы даже в нашем изначальном состоянии находится позади феномена и, на самом деле, по-
нам и предложили сохранить это животное созна- зади человеческой возни. Как мы видели, государ-
ние, то мы отказались бы от него, как исцеливший- ство вряд ли направлено против эгоизма в целом.
ся калека от костыля. Таким образом, жалеющий об Напротив, оно возросло посредством эгоизма и
существует только для его продвижения. Этот эго- собен наслаждаться им in concreto, привязывает-
изм вполне осведомлен относительно того, где ся всем сердцем к деньгам.
находятся его самые высокие проценты. Он про- «Parerga und Paralipomena», § 320
двигается вперед методично, жертвуя узко инди-
видуальной точкой зрения в пользу всеобщей точ- Всякое упрямство происходит от того, что
ки зрения, таким образом становясь всеобщим воля вторгается в область познания.
эгоизмом. Поэтому государство создано на пони- «Parerga und Paralipomena», § 321
мании того, что его граждане не ведут себя нрав-
ственно, — это означает сделать выбор такой, что- Кто желает подметить свое подлинное отно-
бы действовать правильно по причинам нравствен- шение к какому-нибудь человеку, пусть обратит
ным (например, ради всеобщего блага). Ибо если внимание на впечатление, которое произведет на
бы все обстояло таким образом, то не было бы него неожиданно полученное от того человека
прежде всего нужды в государстве. Поэтому госу- письмо при первом на него взгляде.
дарство, которое намерено добиваться благосос- «Parerga und Paralipomena», § 326
тояния своих граждан, ни в коем случае не направ-
лено на эгоизм в целом. Оно лишь направлено
против множества частных эгоизмов и их вредо-
носного воздействия на коллективный эгоизм,
который желает всеобщего благосостояния.
«Мир как Воля и представление», четвертая
книга

Деньги представляют собой человеческое бла-


гополучие in abstracto; поэтому тот, кто не спо-
VI в. до н.э. — с Фалеса Милетского начина-
ется западная философия.

Конец VI в. до н.э. — Смерть Пифагора.

399 г. до н.э. - Сократа приговаривают к смер-


ти в Афинах.

387 г. до н.э. - Платон открывает Академию в


Афинах, первый университет.

335 г. до н.э. — Аристотель основывает в Афи-


нах Лицей, школу, конкурирующую с Академией.
324 г. н.э. - император Константин переме- 1543 — Коперник публикует работу «Об обра-
щает столицу Римской империи в Византию. щении небесных тел», математически доказывая,
что Земля вращается вокруг Солнца.
400 г. - Августин Блаженный пишет «Испо-
ведь». Философию поглощает христианская тео- 1633 - Галилей под давлением церкви отрека-
логия. ется от гелиоцентрической теории вселенной.

410 — Осада Рима вестготами и начало тем- 1641 — Декарт издает «Философские рассуж-
ных веков Средневековья. дения»; рождение современной философии.

529 — Закрытие императором Юстинианом 1677 — После смерти Спинозы выходит в свет
афинской Академии знаменует собой конец эл- его «Этика».
линистической культуры.
1687 — Ньютон публикует «Принципы», вводя
Середина XIII в. — Фома Аквинский пишет понятие гравитации.
комментарии к трудам Аристотеля. Эпоха схола-
стики. 1689 — Локк пишет «Опыты о человеческом
разумении». Возникновение эмпиризма.
1453 — Захват Константинополя турками, ги-
бель Византийской империи. 1710 — Беркли издает «Принципы челове-
ческого познания», расширяя горизонты эмпи-
1492 - Колумб достигает берегов Америки. ризма.
Флорентийское Возрождение и возобновление
интереса к греческой культуре. 1716 — смерть Лейбница.
1739—1740 - Юм публикует «Трактат о че- 1920-е гг. - Венский кружок разрабатывает
ловеческой природе», доводя эмпиризм до его ло- учение логического позитивизм.
гического завершения.
1927 - Издается «Бытие и время» Хайдеггера,
1781 — Кант, разбуженный от «догматичес- провозгласившего разрыв между аналитической
кого сна» Юмом, пишет «Критику чистого ра- и континентальной (европейской) философскими
зума»; начало великой эпохи немецкой метафи- традициями.
зики.
1943 — Сартр публикует работу «Бытие и нич-
1807 - Выходит в свет произведение Гегеля то», в которой развивает мысли Хайдеггера и кла-
«Феноменология духа», шедевр немецкой класси- дет начало экзистенциализму.
ческой философии.
1953 — посмертная публикация «Философских
1818 - Шопенгауэр публикует работу «Мир исследований» Витгенштейна. Расцвет эпохи лин-
как воля и представление», внося в немецкую ме- гвистического анализа.
тафизику элементы индийской философии.

1889 - Провозгласивший смерть Бога Ниц-


ше теряет рассудок в Турине.

1921 — Витгенштейн пишет «Логико-фило-


софский трактат», в котором утверждает, что
нашел «окончательное решение» проблем фи-
лософии.
1788 — Артур Шопенгауэр родился в Данциге.
1793 — перед оккупацией пруссаками Данци-
га семейство Шопенгауэров уезжает в Гамбург.
1803 — путешествие с семьей по Европе.
1805 — самоубийство отца.
1807 — переезд в Веймар.
1811 —1813 —учеба в Берлине.
1814 — желчно-язвительный конец отноше-
ний с матерью.
1819 — первое издание произведения «Мир как
воля и представление»
1820 — лекции в Берлине кончаются гнету-
щим провалом.
1821 — спускает с лестницы фрау Маркэт и
проигрывает это дело в суде. Ему предписано де-
лать выплаты в пользу пострадавшей.
1833 — обосновывается во Франкфурте.
1844 — второе издание работы «Мир как воля
и представление».
1851 — печатает «Parerga und Papalipomena».
1853 — наконец становится знаменитым.
1860 — умирает во Франкфурте.

Пол Стретерн — автор лекций по философии


и математике; живет и работает в Лондоне. Лауре-
ат премии Сомерсета Моэма, он написал ряд книг
по истории и путешествиям, а также пять новелл.
Его статьи выходили в известных периодических
изданиях, таких как «Обсервер» (Лондон) и «Ай-
риш таймс». Степень по философии он получил
в Тринити-колледж (Дублин).
Беркли Джордж 5,62
Байрон лорд (Джордж Гордон) 14,45

Вагнер Рихард 65—66


Виланд Кристоф 17
Витгенштейн Людвиг 28,62, «Tractatus logico
philosophicus» 68

Гете Иоганн Вольфганг фон 17, 21—24,46


Гегель Георг Вильгельм Фридрих 6,19,50,52,
«Феноменология духа» 19
Гоббс Томас «Левиафан» 55,56
Гельдерлин Фридрих 13
Дарвин Чарльз 34,35, «Происхождение видов» 34 Шопенгауэр Иоганна 12,17,18,20,21,24,25,44
Декарт Рене 5
Эмпиризм 5—6
Кант Иммануил 6,11,19,24,29,51,53,57 Эпистемология 6
Клаудиус Маттиас 16
Юм 5-6,10,51
Лейбниц Готтфрид 30,61
Локк Джон 5

Маркэт, нападение на... 49-50


Медон Каролина 51,52

Ньютон Исаак 22,35

Ницше Фридрих Вильгельм 28,63,67

Платон 9,18,24,26,61

Руссо Жан-Жак 21
Сократ 9,10
Стоики 11

Фихте Иоганн Готтлиб 19


Французская революция 14
www.infanata.org
Электронная версия данной книги создана исключительно для
ознакомления только на локальном компьютере! Скачав файл, вы
берёте на себя полную ответственность за его дальнейшее
использование и распространение. Начиная загрузку, вы
подтверждаете своё согласие с данными утверждениями!
Реализация данной электронной книги в любых интернет-магазинах,
и на CD (DVD) дисках с целью получения прибыли, незаконна и
запрещена! По вопросам приобретения печатной или электронной
версии данной книги обращайтесь непосредственно к законным
издателям, их представителям, либо в соответствующие
организации торговли!
www.infanata.org

Вам также может понравиться