Вы находитесь на странице: 1из 76

СОДЕРЖАНИЕ

Введение
Глава 1. Сущность глобализации, ее влияние на мировое
сообщество……………………………………………………………………….4
1.1 Сущность, природа, критерии и стимулы процессов
глобализации…………………………………………………………………….4
1.2 Западные концепции экономической
глобализации……………………………………….. ………………………….17
Глава 2. Глобальные проблемы человечества и пути их
решения………………………………………………………………………….22
2.1 Экономическая глобализация и кризис мирового хозяйственного
порядка…………………………………………………………………………..22
2.2 Деятельность международных финансовых организаций по преодолению
экономической отсталости развивающихся стран…………………………...28
2.3 Анализ и оценка влияния ВТО, ЮНКТАД на уровень экономического
развития и специализацию развивающихся стран……….. …………………37
2.4 Роль ТНК в процессах глобализации………………………………….......44
3. Самоопределение России в условиях глобализации мировой
экономики……………………………………………………………….............48
3.1 Место России в мировой экономике и ее участие в интеграционных
процессах………………………………………………………………………..48
3.2 Переход России к постиндустриальной экономике как механизм
перераспределения выигрыша от участия страны в МРТ…………………...59
3.3 Участие России в процессах глобальной энергетической
безопасности …………………………………………………………………...62
Заключение
Список используемой литературы

4
ВВЕДЕНИЕ

Процесс глобализации носит объективный характер, являясь


неизбежным результатом развития мировой экономики, усиления
мирохозяйственных связей. Однако возможны различные альтернативные
модели глобализации. Последние в свою очередь тесно связаны с
геополитической структурой мира. Переход к империалистической стадии
развития капитализма в западных странах сопровождался все большим
подчинением государства в первую очередь интересам монополистического
капитала этих стран, в том числе поддержке экспансии последнего на
мировом рынке. По мере формирования общемирового рынка, мировой
системы капитализма и установления господства в ней транснациональных
корпораций представители и идеологи ТНК выдвинули концепцию
“отмирания” национальных государств как участников экономического
процесса, предоставления полной свободы рынку, частному
предпринимательству, ТНК в мировом масштабе. Эта концепция
глобализации, составляющая одну из основ неоколониализма, обрекает
слаборазвитые страны на увековечивание их отсталости и роль зависимых
аграрно-сырьевых придатков развитых капиталистических стран. С одной
стороны, сотрудничество между социалистическими и развивающимися
странами облегчало реализацию внутренних моделей социально-
экономического развития, связанных с активной ролью государства в
экономике. С другой стороны, это сотрудничество создавало благоприятные
условия для борьбы за более демократические, гуманистические и
равноправные модели глобализации.
Целью курсовой работы является раскрытие темы формирования
глобальных проблем человечества и подходы к их решению на примере
проблемы экономического неравенства.

5
Глава 1. Сущность глобализации, ее влияние на мировое сообщество
1.1Сущность, природа, критерии и стимулы процессов глобализации
Глобализация является синонимом взаимопроникновения и слияния
экономик под давлением все более острой конкуренции и ускорения НТП.
Суть глобализации – в резком расширении и усложнении
взаимосвязей и взаимозависимостей как людей, так и государств, что
выражается в процессах формирования планетарного информационного
пространства, мирового рынка капиталов, товаров и рабочей силы,
межэтнических и межконфессиональных конфликтах.
Предпосылки глобализации:
1) информационная революция (создание глобальных сетей);
2) интернационализация капитала и ужесточение конкуренции на
мировых рынках;
3) дефицит природных ресурсов и обострение борьбы за контроль
над ними;
4) демографический взрыв;
5) усиление техногенной нагрузки на природу;
6) распространение оружия массового уничтожения.
Проблемы, порождаемые глобализацией:
1. Дестабилизация экономической и социально-политической
ситуации в отдельных странах и в мировом сообществе.
2. Изменение внешних и внутригосударственных условий
деятельности финансовых институтов, что порождает нестабильность
мировой финансовой системы. Процессы глобализации не только привели
к неконтролируемому перемещению огромных денежных масс через
национальные границы и формированию глобального финансового рынка,
но и к изменению функций денег в мировой экономике. Деньги сами стали
товаром, а спекуляция на изменении курса валют – наиболее выгодной
операцией.

6
3. Усиление диспропорций в мировой экономике и нарастание
социальной поляризации. Разрыв между нищим большинством и богатым
меньшинством все больше.
4. Экологическая проблема. Наступила реальная опасность
экологической катастрофы. Это вызвано деградацией жизненно важной
для здоровья человека природной среды, разрушительным техногенным
влиянием на биосферу, усиливающимся воздействием парникового
эффекта на климат планеты, необратимыми потерями в генофонде планеты
в связи с исчезновением многих видов животных и растений.
К настоящему времени аналитическое изучение процессов
глобализации позволяет выделить несколько принципиальных форм их
проявления, на которые чаще всего обращают внимание исследователи и
изучение которых дает возможность лучше понять суть феномена. Во-
первых, технический прогресс привел к изменению коммуникационных
возможностей человека и общества в пространстве и времени. Медленно, в
течение тысячелетий шел процесс коммуникационного сжатия мира,
превращения его в "мировую деревню", где все знакомы друг с другом и
составляют единое общество. Этому способствовал целый ряд
фундаментальных открытий и достижений: географическое освоение мира
арабскими, китайскими и европейскими мореплавателями, создание
Н.Коперником теории гелиоцентрической системы мира, развитие
гуманистических традиций культуры и науки в эпоху Возрождения,
изобретение книгопечатания, механических часов, развитие транспорта в
индустриальную эпоху, распространение телевидения, освоение человеком
космического пространства, создание глобальной сети Интернет.
Пространственно-временное сжатие мира "уменьшило" не только
физические, но и социальные дистанции, поставило людей многих слоев и
классов на планете в относительно одинаковые условия
жизнесуществования. "Простые люди" стали жить как короли два-три
столетия назад, а короли в своих привычках и занятиях снизошли до
7
"простых людей" информационного общества. Во-вторых, необходимо
указать, что все исследователи отмечают резко возросшие масштабы
взаимосвязей и степень взаимозависимостей современного общества. Этот
процесс идет настолько интенсивно и наглядно между социальными
общностями и движениями, странами и континентами, ТНК и
развивающимися рынками, просто между отдельными жителями нашей
планеты, что известный социолог Мануэль Кастельс назвал возникающее
общество "сетевым". В нем, по его мнению, в качестве ядра возникает и
развивается глобальная экономика, которая, в отличие от иерархически
выстроенной модели мировой экономики Фернана Броделя и Иммануила
Валлерстайна, "работает как единая система в режиме реального времени в
масштабе всей планеты". Напомним, что Арнольд Тойнби обращал
внимание на то, что предстоит затратить немало усилий на исследование
отношений "экуменического характера", понимая под ними социальные
отношения вселенского, всемирного масштаба, и подчеркивал их
принципиальное отличие от "международных отношений". Третьей
сущностной характеристикой глобализации стал все усиливающийся
процесс взаимодействия различных культур. Этот процесс также медленно
развивался сквозь века посредством войн, морских экспедиций, торговли и
прозелитизма. Современные электронные средства связи, дистанционного
образования и массовой информации сделали возможным обмен
культурными образцами в широчайших масштабах, детально и с
огромными скоростями. В индустриально развитых странах эти процессы
стали доступны многим гражданам, которые спешат включиться в них:
одни - чтобы не упустить потенциальной материальной выгоды, другие -
чтобы не пройти мимо культурного, духовного богатства, многообразия
таких отношений. Люди в разных концах света все больше проникаются
сознанием, что они живут в едином плюралистическом мультикультурном
мире. Однако несмотря на это понимание, в мире продолжает
доминировать западная, в частности, североамериканская культурная
8
традиция в ее массово потребительской форме. В-четвертых, ускоренное
формирование системы глобальных социальных отношений как основы
становящегося глобального общества стало возможным в силу
"разгосударствления" международных отношений. Изменение характера
глобального социального процесса стало результатом изменения состава
субъектов отношений, прибавления большого количества
транснациональных акторов и организаций. В социальной жизни
практически всех стран резко возросло значение транснациональных
корпораций (ТНК). В настоящее время они контролируют половину самых
мощных и богатых экономических систем планеты. Как правило, ТНК
выстраивают свою стратегию развития не в соответствии с национальными
интересами, а по своим планам, определяемым законами глобального
рынка. К этому необходимо добавить, что ТНК активно проводят операции
на мировых финансовых рынках, где обращаются огромные суммы денег,
неконтролируемых государством. Глобализация вызвала также рост
международных межправительственных организаций (МПО). Первой
такой организацией стала Постоянная комиссия по судоходству по Рейну,
образованная Венским конгрессом 1815 года, который подвел итоги
наполеоновских войн и открыл новую эпоху не только в международной,
но и социальной жизни Европы и всего мира. В настоящее время в мире
насчитывается около тысячи МПО, которые проводят несколько тысяч
встреч, заседаний, сессий в год по различным вопросам социальной жизни
формирующегося глобального общества. Исследователи выделяют по
геополитическому критерию: универсальные (ООН или Лига Наций),
межрегиональные (Организация исламская конференция), региональные
(Латиноамериканская экономическая система), субрегиональные
(Бенилюкс), или по функциональному критерию: общецелевые (ООН),
экономические (ЕАСТ), военно-политические (НАТО), финансовые (МВФ,
Всемирный Банк), научные ("Эврика"), технические (Международный

9
союз телекоммуникаций), специализированные (Международное бюро мер
и весов) международные межправительственные организации.
В мире также резко возросло число международных
неправительственных организаций (Гринпис, Красный крест и др.), а также
таких авторов глобальной социальной жизни, как глобальные социальные
движения в защиту прав человека, за мир, в защиту окружающей среды и
пр., национальные, религиозные, этнические и политические диаспоры, а
также коренные жители какой-либо страны или местности - аборигены. К
другим видам транснациональных акторов, которые оказывают растущее
влияние на процессы глобализации социальной жизни, относят мигрантов,
зарубежных туристов, уникальных специалистов и профессионалов
высокого класса (юристы, журналисты, инженеры, архитекторы, ученые,
которые склонны придерживаться космополитических взглядов и образа
жизни), музыкантов, спортсменов, работников шоу-бизнеса, персонал
ТНК, консультантов и частных предпринимателей, дипломатов, пилотов
международных линий, агентов сетевой торговли, студентов и т.д.
Наряду с феноменом глобализации внимание исследователей в
последнее время все чаще сосредоточивается на таком явлении, как
глобализм. "В то время как "глобализация" в большей части характеризует
объективные изменения в мире, которые частично происходят вне нас,
"глобализм" характеризует изменения, происходящие в субъективной
сфере". В процессе практического освоения глобализирующегося мира
общество отражает его в своем сознании, формирует комплекс идей и
эмоций, которые называют глобализмом. Сегодня глобализм как форма
общественного сознания, отражающая объективный процесс глобализации,
показывает: стремление людей к коллективному стилю мышления,
тенденцию идентификации с мировой цивилизацией, всем человечеством;
окончание изолированного развития, рост мультикультурного сознания;
усиление роли и значения осознающих свои интересы социальных
аспектов; рост идентичностей. Постепенное осознание и разработка
10
глобальной проблематики с помощью научных методов ведет к
формированию новой области знаний, которая возникает на стыке
нескольких наук и которую все чаще называют глобалистикой. Таким
образом, факты и события последних лет, дополняемые эмпирической
информацией и статистикой, показывают, что на нашей планете
стремительно идет процесс становления единого глобального общества. В
этом новом обществе складываются и находятся в состоянии развития
новые социальные отношения, характер которых в многообразии своих
социальных форм и конфигураций отличается от структур современных
традиционных, индустриальных, постиндустриальных, "постмодерных"
обществ, но которые детерминируются этими обществами и воспроизводят
в линейных и нелинейных зависимостях качества протообществ
возникающего глобального социума: новые возможности, новые угрозы и
противоречия. Выдвигая множество обвинений в адрес глобализма, его
противники прежде всего отмечают рост неравенства между имущими и
неимущими. Глобализм дает преимущество богатым, бедным же от него
практически ничего ждать не приходится, кроме дополнительных тягот.
Это расхожее представление, судя по имеющимся данным, абсолютно не
соответствует действительности. Современная волна глобализации,
начавшаяся примерно с 1980 года, уже способствовала выравниванию
экономического положения и снижению уровня бедности.
Глобальная экономическая интеграция по-разному влияет на доходы,
культуру, общество и окружающую среду. Но коль скоро речь заходит о
преимуществах глобализации, особенно важно подчеркнуть ее влияние на
проблему бедности в мире. Если окажется, что международная торговля и
инвестиции выгодны прежде всего богатым, то для многих это будет
стимулом к тому, чтобы ограничить международную торговлю, сохранив
таким образом рабочие места, национальную культуру и окружающую
среду. Зато те же самые люди отнесутся к ограничению международной

11
торговли иначе, если это негативно скажется на жизненном уровне
малоимущих в развивающихся странах.
При анализе этой проблемы следует учитывать три фактора. Во-
первых, общемировая тенденция к усгублению неравенства господствовала
по крайней мере 200 лет, достигнув пика к 1975-му. С тех пор, однако,
ситуация стабилизировалась и, возможно, тенденция даже обратилась
вспять, что объясняется главным образом ускорением экономического
роста в двух самых крупных и традиционно бедных странах — Китае и
Индии. Во-вторых, усиление взаимозависимости повышало уровень
участия в международной торговле и инвестициях, с одной стороны, и
стимулировало экономический рост — с другой. Развивающиеся страны
можно разделить на две категории. К первой относятся
глобализирующиеся государства, где в течение двух последних
десятилетий наблюдается быстрое увеличение объемов торговли и
зарубежных капиталовложений, значительно опережающее темпы
развития богатых стран. Напротив, за последние 20 лет доля в
международной торговле неглобализирующихся государств,
представляющих вторую категорию развивающихся стран, сократилась. За
период с 60-х годов по 90-е доходы на душу населения в странах первой
категории росли стабильно — с 1 до 5 %. К тому же за последнее
десятилетие экономические показатели индустриальных стран составили
2 %, тогда как неглобализирующихся — 1 %. Экономисты не торопятся с
выводами о какой-либо выявленной в этой связи закономерности, но
большинство соглашается с тем, что опережающие темпы роста
глобализирующихся стран — следствие их открытости для внешней
торговли и инвестиций (в сочетании с проводимыми там реформами).
В-третьих, глобализация, вопреки сложившемуся мнению, не
привела к росту неравенства. В некоторых странах (Китай) разрыв в уровне
доходов населения увеличился, в других (Филиппины), напротив,
сократился. Эти изменения, впрочем, не всегда связаны с факторами
12
глобализации, включая торговые и инвестиционные потоки, тарифные
ставки и прозрачность финансовой сферы. На самом деле причины
неравенства коренятся прежде всего в неэффективности национальных
систем образования, налоговой и социальной политики. По сути, более
высокие темпы роста в глобализирующихся странах привели к повышению
доходов экономически отсталых слоев населения. К примеру, после того
как Китай стал открытым для международной торговли и
капиталовложений, в стране зафиксировано, помимо роста неравенства,
наиболее значительное за весь период мировой истории понижение уровня
бедности. Глобализация действительно может оказаться эффективным
средством в борьбе с бедностью, но нельзя утверждать, что она безотказно
действует во всех случаях. Если политические лидеры рассчитывают
овладеть всем потенциалом экономической интеграции и извлечь из нее
максимальную выгоду, то им предстоит решить три важнейшие задачи. Во-
первых, это противоборство с протекционистскими устремлениями
индустриальных стран, так как подобные настроения все активнее
блокируют интеграцию с бедными странами. Вторая задача — создание
особых институтов и проведение целенаправленных политических
мероприятий, учитывающих специфику каждой страны в отдельности для
получения наибольших выгод от глобализации. Третья задача —
расширение масштабов миграции — как внутренней, так и внешней — для
преодоления неблагоприятного воздействия географического фактора. В
развитых странах экономические последствия расширяющейся
международной интеграции вызвали недоверие к глобализации со стороны
среднего класса -- того самого, процветание которого издавна строилось на
международной торговле и инвестициях. Электронные сделки и
упрощенное банковское регулирование способствовали трансграничной
мобильности финансистов, но не всегда служили выгоде обычных граждан.
Даже те, кому пока удается сохранить свои рабочие места, опасаются, что

13
их профессиональная квалификация окажется невостребованной в
стремительно меняющемся мире.
Пока капитал, избавившись от оков, странствует в поисках менее
дорогостоящей, но более квалифицированной рабочей силы, занятое
население США и Европы чувствует себя все менее защищенным.
Автоматизация производства, а также перевод его в офшор привели к тому,
что за три последних десятилетия в Америке ликвидированы тысячи
рабочих мест. Имеют место обоснованные страхи, что новые технологии и
глобализованные рынки труда отчасти станут угрозой для рабочих мест
среднего звена. Фабрики на Западе закрываются, потому что в КНР или
Чехии условную единицу их продукции теперь можно изготовить на
несколько центов дешевле. Огромный китайский экспорт в Соединенные
Штаты, которые вынуждены в связи с этим закрывать свои мощности,
чаще всего базируется на американских разработках. Перевод
производства в офшор увеличил доходы компаний и количество дешевых
товаров в универмагах Wal-Mart, но прибыль от их реализации оседает в
карманах гендиректоров, а выгода распыляется среди миллионов
потребителей, никак не компенсируя потери увольняемых. Многих
беспокоит то, что практически неограниченное предложение дешевой
рабочей силы за рубежом способно безвозвратно лишить Запад уже
утраченных им рабочих мест. Теория конструктивного разрушения,
согласно которой постоянное повышение производительности ведет к
отмиранию старых отраслей и подъему новых, на этот раз может и не
сработать. Занятость сокращается, и нет надежды на то, что возникнет
другая с аналогичной или более высокой оплатой труда. Классическое
решение проблемы безработицы -- переподготовка и получение новой
профессии -- может оказаться неприменимым в современной глобальной
экономике: ведь вполне квалифицированные работники доступны ныне на
другом конце высокоскоростного интернет-соединения за одну десятую
часть той зарплаты, которую требуют в США либо Европе.
14
В Западной Европе тоже нарастает обеспокоенность. Мощные бастионы
социального законодательства не позволяют европейцам, следуя примеру
американцев, проводить массовые увольнения, но компаниям Старого
Света все же удалось заморозить зарплаты, занеся над головами своих
рабочих дамоклов меч аутсорсинга. Любопытно, что не только работники
низшего звена, но и высокооплачиваемые руководители корпораций теперь
боятся, что их потеснят соперники. Они могут появиться совершенно
неожиданно, откуда их совершенно не ждали, и предъявить рынку какой-
нибудь потрясающий продукт или новый источник столь же
квалифицированной, но низкооплачиваемой рабочей силы. Перебои с
ростом занятости и повышение социальных расходов стимулировали
подъем экономического национализма на Западе. Неспособность властей
многих европейских стран справиться с неизбежными диспропорциями
спровоцировала волну протекционистских требований со стороны
трудящихся. Сиюминутные политические соображения и популизм
правительств не способствовали принятию сложных решений по
сохранению открытости. В тех развивающихся государствах, которые
попытались интегрироваться в глобальную экономику, резко возросло
неравенство, увеличился разрыв между селом и городом. Городской сектор
и средний класс серьезно выгадали от подключения к глобальным
транспортным и коммуникационным сетям, а малоимущее сельское
население, не получившее образования, заметно отстало. По имеющейся
оценке, менее 0,5% китайских семей сейчас владеют более 60% личных
богатств страны. При этом свыше 150 млн рабочих-мигрантов, занятых в
строительстве сияющих китайских городов, плюс миллионы тружеников
обветшавших сельских фабрик влачат нищенское существование,
достойное пера Чарлза Диккенса. На фоне процветания, связанного с
глобализацией, также резко увеличился разрыв между богатыми и
бедными в Индии. История изобилует примерами того, как рост
международных связей и внедрение новых технологий способствовали
15
появлению немногих выигравших и множества проигравших. В прошлом
последствия глобализации часто вызывали негативную реакцию, но
разница между ростом международных связей тогда и теперь объясняется
высоким уровнем развития информации и коммуникации. В сегодняшней
глобальной сфере, где все в высшей степени взаимосвязаны, любая
негативная реакция возникает и распространяется быстрее, чем раньше. В
начале 2006-го телеканалы и интернет-блоги немедленно сообщали всем о
предполагаемых продажах компаний (имеется в виду, например, попытка
враждебного поглощения франко-люксембургского стального гиганта
Arcelor индийским мультимиллиардером Лакшми Митталом). Эти новости
разжигали пламя экономического национализма в Европе и в Соединенных
Штатах, заставляя правительства принимать срочные меры вопреки своим
убеждениям. В развивающемся мире коммуникационная революция также
накаляет социальную напряженность. Огни больших городов больше не
манят издалека. Зрители могут любоваться ими на маленьких экранах у
себя дома, будь то в деревенских хижинах, городских трущобах либо
самых отдаленных уголках периферии. Неимущим прекрасно известно, как
живут состоятельные люди. А любые проблемы становятся достоянием
всеобщей гласности намного раньше, чем удается выработать или
применить разумную политику по их разрешению. Мгновенная передача
новостей и изображений превратила представителей самых разных на свете
профессий и приверженцев любых верований в массовых потребителей
идей и информации. Картины стихийных бедствий и человеческого
страдания вызывают инстинктивное чувство сопереживания. Трансляции
Олимпийских игр и чемпионатов мира по футболу смотрит миллиард
телезрителей, что сближает народы. Однако социальный, культурный и
политический дискурс, свободно распространяемый с помощью
спутникового телевидения и Интернета, сбивает с толку и способствует
отчуждению людей, создавая почву для всякого рода предрассудков. Точно
так же, как спортивные каналы или телевизионные сериалы привлекают
16
болельщиков и фанатов по всему миру, эфир способен сеять неприязнь.
Международной системе явно недостает институционального потенциала
для того, чтобы противостоять современным проблемам. Неэффективность
Организации Объединенных Наций особенно ярко проявляется в
отсутствии адекватной реакции на крупные гуманитарные катастрофы.
Однако обвинять во всем ООН довольно бессмысленно. Глубинная
причина кроется скорее в нежелании (или неспособности) ключевых
действующих лиц мировой сцены привести эту организацию в
соответствие с сегодняшними и завтрашними требованиями. Итак,
существует ли реальная угроза полного краха глобализации? Аргументы о
том, что, дескать, мир слишком тесно переплетен бесчисленным
количеством связей, чтобы развалиться, проникнуты благодушием. Оно
неизбежно вызывает в памяти знаменитое предсказание британского
писателя Нормана Эйнджелла накануне первой мировой войны: этот
мировой конфликт «экономически невозможен». История изобилует
примерами того, как эмоции берут верх над соображениями разума и
экономического прагматизма. Будущее всегда таит в себе неожиданность и
сюрпризы, но опыт истории не подтверждает вероятность того, что
глобализация, эта форма интеграции, принявшая с течением времени
гигантские масштабы, когда-либо остановится. Сложный процесс,
тысячелетиями набиравший скорость, нельзя остановить в одночасье,
расплести составляющие его мириады нитей. Величайшие катаклизмы - от
падения Римской империи и эпидемии «черной смерти» до спада торговли
и миграции в межвоенный период XX века - замедляли это движение,
временно нарушая взаимосвязи. Экономическая интеграция, а с ней и
культурная глобализация намного опередили нашу ментальность, которая
все еще оперирует понятиями национализма. Мы с выгодой пользуемся
всем, что может предложить целый мир, но мыслим узкими категориями
национальных рубежей - границ, которые были установлены лишь в
современный период. Колючая проволока, сетчатые заграждения,
17
подразделения сил безопасности, иммиграционные и таможенные службы,
отделяющие нас от остального мира, не способны отменить тот факт, что
все мы связаны невидимыми нитями истории. Когда наши предки
приблизились к кромке Красного моря, чтобы начать тысячелетний путь,
их представление о мире простиралось лишь настолько, насколько хватало
глаз. Сегодня перед нами не только общая картина событий -- мы знаем,
откуда пришли и что может нас ждать впереди. Нам известно, что тенета
человеческих желаний, стремлений и страхов, связавшие воедино наши
судьбы, нельзя ни распутать, ни разорвать. И все же нам не дано
предвидеть, каким образом эта стихия сформирует будущее нашей
планеты. Но по сравнению с прошлым, когда все более плотные
глобальные связи приносили сюрпризы, сегодня мы лучше оснащены,
чтобы различить за горизонтом и опасности, и возможности. В нашем
распоряжении глобальные институты и десятки тысяч организаций
гражданского общества. Они позволяют избежать регресса общемировой
интеграции и полностью реализовать потенциал более светлого будущего
для тех, кто еще находится вне глобализированного сообщества.
Альтернативы тому, чтобы подняться над узкоэтническими интересами, у
нас нет: в предстоящие столетия судьбы всех живущих на земле будут по-
прежнему неразрывно связаны.

1.2 Западные концепции экономической глобализации.


Процесс глобализации носит объективный характер, являясь
неизбежным результатом развития мировой экономики, усиления
мирохозяйственных связей. Однако возможны различные альтернативные
модели глобализации. Последние в свою очередь тесно связаны с
геополитической структурой мира.
Переход к империалистической стадии развития капитализма в
западных странах сопровождался все большим подчинением государства в
18
первую очередь интересам монополистического капитала этих стран, в том
числе поддержке экспансии последнего на мировом рынке. По мере
формирования общемирового рынка, мировой системы капитализма и
установления господства в ней транснациональных корпораций
представители и идеологи ТНК выдвинули концепцию “отмирания”
национальных государств как участников экономического процесса,
предоставления полной свободы рынку, частному предпринимательству,
ТНК в мировом масштабе. Эта концепция глобализации, составляющая одну
из основ неоколониализма, обрекает слаборазвитые страны на
увековечивание их отсталости и роль зависимых аграрно-сырьевых
придатков развитых капиталистических стран.
В течение нескольких десятилетий западной модели глобализации,
осуществляемой под лозунгами “свободы торговли и предпринимательства”,
“невмешательства государств в экономику”, а фактически при господстве
ТНК и защищающих их интересы западных государств, противостояло
сотрудничество социалистических и освободившихся от колониальной и
полуколониальной зависимости стран (последние именовались
“освободившимися”, “развивающимися”, “неприсоединившимися”,
“странами Третьего Мира”). Это сотрудничество лежало в основе
существования сбалансированной геополитической системы “трех миров”
(развитых капиталистических, социалистических и развивающихся стран).
Сложившаяся система не допускала доминирования ни одного из них и
обеспечивала определенный баланс их интересов. Объединяющей идеей этой
системы, способствующей ее демократизации и гуманизации, было
устранение социально-экономической отсталости и нищеты во всем мире как
главной задачи мирового сообщества. Эта задача была поставлена во главу
угла его центральной организации - ООН и ее специализированных
организаций. Тем самым создавались предпосылки для гармонического
развития мирового сообщества, для ослабления противостояния богатого
“Севера” бедному “Югу”.С одной стороны, сотрудничество между
19
социалистическими и развивающимися странами облегчало реализацию
внутренних моделей социально-экономического развития, связанных с
активной ролью государства в экономике. С другой стороны, это
сотрудничество создавало благоприятные условия для борьбы за более
демократические, гуманистические и равноправные модели глобализации.
По инициативе развивающихся стран в мировом сообществе стал активно
обсуждаться вопрос об установлении Нового Мирового Экономического
Порядка, который бы устранил отношения неоколониализма, эксплуатации и
неравенства в международных экономических отношениях и способствовал
бы преодолению социально-экономической отсталости и нищеты в мире. В
апреле 1974 года по инициативе развивающихся стран VI специальная сессия
Генеральной Ассамблеи ООН приняла Декларацию и Программу действий
по установлению Нового Мирового Экономического Порядка. В качестве
органической составной части Нового Мирового Экономического Порядка
предусматривалось принятие Кодекса Поведения Транснациональных
Корпораций, направленного на устранение грабительских элементов их
деятельности, их диктата в области экономических отношений, их
монополистической практики, ограничений, налагаемых ими на партнеров по
финансовым и технологическим связям. Была создана специальная Комиссия
ООН по транснациональным корпорациям для разработки универсального
Кодекса Поведения Транснациональных Корпораций, охватывающего их
поведение в сфере политики, конкуренции, социальных отношений,
взаимоотношений с потребителями, бухгалтерского учета и отчетности и т.д.
Таким образом, началось движение в сторону такой модели
глобализации, которая бы находилась под контролем и регулирующим
воздействием мирового сообщества и всех государств, объединенных их
общим представительным органом - ООН - в целях максимального учета
интересов всех стран, преодоления социально-экономической отсталости и
нищеты , уменьшения неравенства и эксплуатации в мире.

20
У транснациональных корпораций и защищающих их интересы
государств появилась реальная возможность установить свое полное
экономическое и политическое господство в мире, подчинить его эволюцию
своим интересам. Это сопровождалось активизацией усилий, направленных
на ослабление роли национальных государств, ограничение их суверенитета.
При этом такое давление ныне оказывается не только на развивающиеся
страны, но также на Россию, страны СНГ и Восточной Европы под
лозунгами “интернационализации” их экономики, их “вхождения в
сообщество цивилизованных стран”, “приобщения к западным ценностям” и
т.п.
Соответственно изменилась и основная направленность деятельности
ООН. Распад социалистического содружества и ослабление позиций
развивающихся стран усилил влияние в этой организации
империалистических стран богатого “Севера”. Ее основной целью была
провозглашена ликвидация (в том числе и прежде всего - военным путем)
вооруженных конфликтов, - как межгосударственных, так и
внутригосударственных. При этом суверенитет и необходимость согласия
вовлеченных в конфликты стран все более игнорируются.
Иными словами, вместо организации, направляющей усилия мирового
сообщества на преодоление отсталости и нищеты, ООН пытаются превратить
в своего рода всемирного полицейского, который подавляет следствия
социальных конфликтов, вместо того, чтобы устранять их причины.
Существо этого превращения становится очевидным по мере
прогрессирующего оттеснения и падения влияния ООН - вследствие
выдвижения на первый план НАТО, все более подменяющей ООН в качестве
главного органа, определяющего мировой порядок. Соответственно еще
больше падает влияние в мировом сообществе развивающихся и бывших
социалистических стран при резком возрастании влияния США и наиболее
могущественных стран Западной Европы. Вместо геополитической системы,

21
базировавшейся на трех центрах силы, пытаются создать геополитическую
структуру с единым центром силы.
При этом фактически предпринимается попытка снять с повестки дня
мирового сообщества задачу преодоления экономической отсталости и
нищеты в бывших колониальных и полуколониальных странах, сокращения
разрывов в уровнях жизни и развития между ними и развитыми
капиталистическими странами.
Занимая в настоящее время господствующее положение в процессах
глобализации, ТНК и западные государства, защищающие их интересы,
навязывают всем странам неолиберальные модели развития, связанные с
отказом от активной роли государства в экономике.
Империалистическим моделям глобализации и радикального
либерализма противопоставляются модели развития, предусматривающие
широкое участие государства в экономике.
Особую роль такое противопоставление играет в переходных
обществах - обществах, находящихся в стадии перехода от одной социально-
экономической формации к другой. Модели, базирующиеся на концепциях
империалистической глобализации и радикального либерализма, в таких
странах могут задерживать модернизационный переход к более высокой
формации и отрицательно сказаться на их экономическом развитии.
Ключевое значение и этом противопоставлении имеет вопрос о роли
государства в экономике.
Мировая практика знает несколько моделей развития, характеризуемых
большой ролью государства в экономике.

22
Глава2. Глобальные проблемы человечества и пути их решения
2.1 Экономическая глобализация и кризис мирового хозяйственного
порядка
Взаимосвязанность хозяйственной деятельности в настоящее время не
только проявляется намного сильнее, чем раньше, но и охватывает
практически все страны мира, становясь глобальной. Разумеется, в первую
очередь речь идет о переплетении экономик промышленно развитых стран,
но и остальной мир с разной скоростью и интенсивностью втягивается в
общемировые процессы. Бурное развитие компьютерной техники и
электронных телекоммуникаций, появление высокоскоростного и более
экономичного транспорта резко приблизили друг к другу все континенты и
государства, создали необходимые предпосылки для стремительного
нарастания трансграничных обменов. Переливающиеся из страны в страну
23
потоки товаров и услуг, капиталов и людей, глобальные системы
коммуникаций и информации, деятельность международных экономических
и финансовых организаций и корпораций образуют ткань глобальной
экономики, в которую в большей или меньшей степени вплетаются все без
исключения национальные экономики. Любые разрывы в этой ткани грозят
бедами. Один из признаков наступления эры экономического глобализма за-
ключается в беспрецедентной транснационализации производства, торговой
и банковской деятельности. Под этим термином понимается обрастание
национальных «родительских» компаний многочисленными дочерними
фирмами и филиалами в разных уголках мира. Транснациональные
корпорации (ТНК) превратились в главную движущую силу процесса
экономической глобализации, а такие ее субъекты, как национальные
государства, оказались во многих отношениях потесненными.
Лавинообразный рост ТНК в последнее время объясняется многими
причинами, среди которых на первом месте, пожалуй, находится
конкуренция, заставляющая снижать издержки, увеличивая масштабы
производства и вводя новейшие технологии, искать новые рынки, дешевую
рабочую силу, размещать производство там, где ниже налогообложение, и т.
д. Ужесточение конкурентной борьбы, стремление удешевить разработку и
использование новейших технологий побуждает крупнейшие ТНК идти на те
или иные формы слияния, что становится все более характерной тенденцией,
особенно в авиакосмической и автомобильной промышленности. Бесспорно,
что появление новых индустриальных государств и индустриализация
развивающегося мира во многом объясняются деятельностью ТНК, которые
способствовали размещению у них современных производств, в первую
очередь невысокой или средней технологической сложности. В 2003 г.
насчитывалось 63 тыс. транснациональных корпораций с 690 тыс.
иностранных филиалов. ТНК, таким образом, превратились в главный
элемент той соединительной ткани, которая образует глобальную экономику.
На них приходится свыше 50% мирового производства, более 60% мировой
24
торговли и около 80% рынка технологий. Основным инструментом
экспансии ТНК служат прямые иностранные инвестиции, позволяющие
создавать в других странах филиалы как путем строительства новых
предприятий, так и взятия под контроль и реконструкции существующих.
Экспорт капиталов в виде прямых инвестиций растет вдвое-втрое быстрее,
чем мировая торговля. Промышленно развитые страны экспортируют
капитал прежде всего друг другу, все более и более интегрируя тем самым
свои национальные экономики. В мировом объеме прямых зарубежных
инвестиций на долю промышленно развитых стран приходится более 70%, а
на долю развивающихся государств — менее 30%. Это говорит о том, что
интенсивность экономической глобализации в различных частях мира
неодинакова и прямо связана с уровнями экономического развития стран. В
пределах стран т. н. «золотого миллиарда» она приводит к особо заметным
результатам. Например, выявилась тенденция к развитию внутриотраслевой
торговли. В результате рост международного обмена становится менее
восприимчивым к конфликтам, чем в эру господства межотраслевого обмена,
когда экспортная экспансия определенных товаров из одних стран могла
привести к свертыванию соответствующих отраслей в других.
Роль ТНК отнюдь не столь однозначна, ибо они обостряют проти-
воречия между национальной и глобальной экономикой. Экспансия ТНК
была бы попросту невозможна без революционных достижений
современного технического прогресса, либерализации и открытости
национальных рынков. С одной стороны, им нужны рыночные свободы, а с
другой — возрастающая доля мировой торговли, осуществляемой в порядке
внутрифирменного оборота, фактически исключается из сферы
рыночного обмена и прямой конкуренции. Кроме того, укрупнение и
концентрация хозяйственной деятельности в рамках ТНК облегчает сговоры
между конкурентами, возникновение олигополии и монополий путем
слияний и поглощений. В результате выход новых производителей на

25
мировые товарные рынки сталкивается с серьезными преградами, а
конкуренция сводится, главным образом, к соперничеству гигантов.
Глобальное измерение приобретают не только экономические связи, но
и многие экономические проблемы, которые уже не поддаются решению си-
лами отдельных стран. И это второй признак наступления эры глобализма.
Ограниченность природных ресурсов, загрязнение окружающей среды,
опережающий рост численности населения по сравнению с ресурсными
возможностями планеты, не уменьшающийся, а порой даже уве-
личивающийся разрыв между бедными и богатыми странами — все это
превращается ныне в общечеловеческие заботы и тревоги. Правда, не все
политики готовы с этим считаться и идти на международную координацию
своих действий, чтобы предотвращать возникновение опасных кризисных
ситуаций и конфликтов. Пожалуй, только в области охраны окружающей
среды намечается такое взаимодействие. Достигнута, например,
договоренность о предельных уровнях выброса отдельными странами в
атмосферу углекислого газа, с чем, в частности, связана угроза глобального
потепления и изменения климата.
Сравнительно новый структурный элемент глобальной экономики—
региональные интеграционные группировки, особенно в Европе. Те
проблемы экономического взаимодействия, которые не удается
урегулировать на глобальном уровне, все чаще находят решение в рамках
региональной интеграции. Процесс регионализации хозяйственной жизни —
типичная черта современной глобальной экономики. Мировая экономика
никогда не отличалась однородностью структуры, регионализация ее еще
более усложняет, порождая известные противоречия между глобальными и
региональными процессами. Региональные экономические группировки
выступают одновременно и как проявление более широкого процесса
глобализации, и как инструмент защиты от неблагоприятных ее последствий.
Они служат целям создания более крупного экономического пространства,

26
ограждая в то же время участвующие в них страны от опасностей глобальной
конкуренции и экспансионизма, которым они не в состоянии противостоять.
Европа далее других продвинулась в углублении интеграционного
сотрудничества. В Европейском союзе, охватившем за небольшим ис-
ключением всю Западную Европу, не только создан единый внутренний
рынок без каких-либо межгосударственных перегородок, но и образован
Центральный банк ЕС и введена общая валюта. Не исключено, что ЕС
предвосхищает важнейшие тенденции развития региональной интеграции и в
других частях света. США, Канада и Мексика образовали зону свободной
торговли в Северной Америке — НАФТА, существует несколько
таможенных и торговых объединений в Латинской Америке, усиливаются
интеграционные тенденции в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Можно
ожидать углубления интеграционного сотрудничества и в рамках СНГ.
Преимущества экономической глобализации не реализуются авто-
матически, и не все страны в равной мере их ощущают. Нет убедительных
свидетельств и того, что этот процесс способствовал обеспечению
устойчивого экономического роста на нашей планете. Так, согласно данным,
приводимым А. Мэддисоном, среднегодовые темпы роста мирового ВВП,
составлявшие в первой четверти XX века 2,2%, в последние два десятилетия
практически сохранились на том же уровне в 2,2-2,5%. Разумеется, эти
обобщающие показатели не отражают ускорения экономического развития в
отдельных частях мира, как и продолжающегося застоя в других его частях.
Глобальные показатели зависят пока преимущественно от внутренних
условий и политики экономически наиболее сильных стран. Проблема
устойчивого, динамичного роста мировой экономики все еще ожидает
решения, и, видимо, потенциал экономической глобализации пока еще
недостаточно используется для этого. На 20% населения планеты, живущего
в богатых странах, приходится 86% мирового ВВП, а на беднейшие 20%—
всего 1%. Сохраняющееся неравенство — не только наследие колониализма
и исторической судьбы, но и результат далеко не справедливого и не
27
равноправного сотрудничества в наши дни. Односторонние преимущества
глобализации усугубляют неравенство условий, оставляя многие страны и
регионы на периферии прогресса и даже вне его сферы. Проблема более
справедливого распределения выгод и издержек процесса экономической
глобализации сохраняет актуальность и продолжает волновать
международное сообщество.
Возрастающая неспособность многих стран догнать высокоразвитый
мир, усиливающееся социальное неравенство внутри этих стран и не-
сбывшиеся ожидания масс в эру, когда средства массовой информации
демонстрируют стандарты благосостояния и потребления высокоразвитых
стран всему миру, становятся источником социального напряжения. Эти
явления, конечно, не новы, но при стихийном ходе глобализации они могут
выйти из-под контроля, дестабилизировать правительства и страны и даже
вылиться в воинственный национализм, политическую нестабильность,
волнения, терроризм, гражданские войны.
Широко пропагандируемым преимуществам глобализации сопутствуют
нежелательные последствия. Высокая степень экономической вза-
имозависимости стран, гигантские нерегулируемые потоки горячих
спекулятивных капиталов сделали глобальную экономику уязвимой. И
финансовый крах в Юго-Восточной Азии, а затем и бразильский и
аргентинский кризисы подтвердили реальность угрозы разрушительной
цепной реакции. Перед мировым сообществом встал вопрос: как ослабить
уязвимость национальных экономик, проистекающую из их возрастающей
взаимозависимости.
Становящиеся все более очевидными односторонность и несправед-
ливость в распределении благ экономической глобализации, неумеренная
пропаганда ее достоинств и игнорирование угроз вылились в последние годы
в массовые антиглобалистские выступления тех, кто испытал на себе ее
негативные последствия. Первые приуроченные к официальным
международным форумам демонстрации антиглобалистов, как, например, в
28
Сиэтле и Генуе, сопровождались эксцессами и схватками с полицией, что
вызвало осуждение властей и не позволило разглядеть истинную подоплеку
событий. В дальнейшем движение протеста разрасталось, получая поддержку
левых партий и организаций и одновременно переходя в более
цивилизованное русло. В этом отношении весьма показательны первый и
второй Всемирные социальные форумы, состоявшиеся в 2001 и 2002 гг. в
бразильском городе Порту-Алегри, в противовес давосскому Всемирному
экономическому форуму, собирающему мировой политический и бизнес-
истеблишмент.
Второй бразильский форум, собравший около 50 тыс. делегатов, в том
числе и видных политических деятелей из ряда стран, прошел под девизом
«Иной мир возможен». Он показал, что антиглобалистское движение — это
не сборище крикунов и дебоширов, а общественная сила, призывающая
отказаться от глобализации «по-американски» и считающая возможным
придать ей человеческое лицо. Пока нет настоящего диалога между теми, кто
убежден в превосходстве либеральной, основанной на свободе рыночных сил
модели глобализации, и теми, кто выступает за контролируемую
(обузданную) глобализацию, как, например, премьер-министр Франции. У
той и другой стороны мало конструктивных идей, как исправить изъяны
этого процесса. Но вопрос о назревающих переменах уже оказался в фокусе
внимания международной общественности.
То, что получило клеймо «антиглобализма», в действительности
представляет собой отнюдь не отрицание объективного процесса мирового
развития, а протест против его современных форм, сложившихся под
влиянием интересов ведущих индустриальных держав, прежде всего США, и
не учитывающих в должной мере проблем и трудностей остального мира.

2.2 Деятельность международных финансовых организаций по


преодолению экономической отсталости в развивающихся странах
29
Значительную часть иностранных ресурсов эти страны получают в
форме льготных кредитов и безвозвратных субсидий. Отбор стран, которые
могут претендовать на льготные кредиты и субсидии, осуществляется
преимущественно в зависимости от уровня экономического развития.
Наибольшими льготами пользуется категория наименее развитых стран, и,
наоборот, кредитование динамично развивающихся новых индустриальных
стран по своим условиям в гораздо меньшей степени отличается от
кредитования западных заемщиков. Однако льготные кредиты им также
предоставляются исходя из политических и военно-стратегических мотивов.
Во-вторых, нет универсальной системы международного кредитования
разнородных развивающихся государств. Для каждой страны формируется
механизм международного кредитования в зависимости от уровня ее
развития, экономической конъюнктуры (особенно платежеспособности) ,
отношений с ведущими странами-донорами и международными валютно-
кредитными и финансовыми институтами, репутации на мировом рынке
ссудных капиталов и т.п.
В-третьих, современная мировая кредитная система адаптирована к
специфическим условиям развивающихся стран, интегрированных в мировое
хозяйство. Это относится не только к официальному (двухстороннему и
многостороннему) кредитованию и субсидированию, но и кредитам частных
банков.
В-четвертых, основную массу кредитов и субсидий развивающиеся страны
получают непосредственно от промышленно развитых стран,
международных валютно-кредитных и финансовых институтов, где
главными донорами являются развитые государства, а также на мировом
рынке ссудных капиталов. По этому международное кредитование
развивающихся стран сводится преимущественно к отношениям между
центром и периферией мирового хозяйства.
Лишь небольшая часть международных кредитов и субсидий
предоставляется в рамках взаимного сотрудничества развивающихся стран.
30
Некоторое развитие получили также кредитные отношения развивающихся
стран с государствами, входившими ранее в СЭВ (Совет Экономической
Взаимопомощи.)
Формы кредитования развивающихся стран в основном определяются
схемой, принятой Комитетом содействия развитию стран, входящих в ОЭСР.
КСР координирует кредитную политику ведущих стран-доноров и
кредиторов в отношении развивающихся стран. Это организация
осуществляет сбор и публикацию статистических данных по
международному кредитованию развивающихся стран.
Классификация кредитов и субсидий развивающимся странам
I. Официальное финансирование развития (ОФР) .
1. Официальная помощь развитию (ОПР) , в том числе двухсторонняя и
многосторонняя.
2. Прочее ОФР, в том числе двухстороннее и многостороннее.
II. Экспортные кредиты.
III. Частные кредиты и субсидии.
1. Международное банковское кредитование.
2. Эмиссия ценных бумаг.
3. Безвозмездные субсидии неправительственных организаций.
Итого приток ресурсов (I + II + II) .
Обычно на ОПР приходится более 4/5 средств, выделяемых странами-до
норами по линии ОФР. Во всех странах - крупных кредиторах -
функционируют соответствующие институты, специализирующиеся на
политике ОПР. Средства на эти цели выделяются из бюджета и строго
контролируются парламентами стран-доноров. Кредиты, как правило, имеют
связанный характер, т.е. привязаны к поставкам заранее определенных
товаров. Это жестко ограничивает рамки использования кредита, сужает
маневренность страны-получателя. Цены на товары, поставляемые в рамках
ОПР, нередко завышаются.

31
Большая часть ресурсов, выделенных в счет ОПР, привязана к
финансированию конкретных объектов. Это метод предполагает жесткий
контроль со стороны донора за использованием средств, что не устраивает
реципиентов.
Последние стремятся к увеличению программной помощи, которая дает
возможность более гибко применять ресурсы. Однако экономически это не
всегда оправдано, поскольку ослабление контроля со стороны доноров
нередко ведет к неэффективному использованию ресурсов развивающимися
странами. В то время США были единственной страной, которая могла
возложить на себя обязанность предоставления льготных кредитов и
субсидий развивающимся странам. Первоначально при проведении политики
ОПР в расчет брались прежде всего политические и военно-стратегические
принципы. Однако постепенно стратегия ОПР смещалась в сторону
воздействия на глубинные процессы социально-экономического развития
стран - получателей помощи. Стратегическими целями определяется
распределение ОПР по кредитованию отраслей и видов деятельности.
Традиционно значительная часть льготных кредитов и субсидий
направляется на кредитование строительства инфраструктурных объектов
(транспорт, связь, энергетика) . Обусловлено это тем, что развить эти
низкорентабельные отрасли может только государство.
Кроме того, при повышении цен на нефть многие развивающиеся страны
были вынуждены принять дорогостоящие программы развития энергетики.
Хотя инфраструктура остается основной сферой финансирования и
кредитования в рамках ОПР, все же акцент смещается в сторону решения
социальных проблем. К середине 80-х годов ассигнования на образование,
здравоохранение, другие социальные и управленческие нужды несколько
превысили расходы, связанные с льготным кредитованием инфраструктуры.
Возросли также кредиты и субсидии сельскому хозяйству, поскольку
основные очаги бедности сконцентрированы в сельской местности. Что
касается промышленности, то она всегда занимала скромное место в ОПР
32
(около 5% общей суммы) . Это соответствует стратегической линии ОПР,
заключающейся в том, что кредитование промышленности должно
осуществляться за счет средств, мобилизованных на мировом рынке
капиталов, поскольку использование льготных средств может отрицательно
повлиять на эффективность промышленного производства.
Важная роль принадлежит продовольственной помощи, которая обычно
направляется в наиболее нуждающиеся страны, где складывается
взрывоопасная социально-политическая обстановка. Продовольственная
помощь ныне оказывается преимущественно странам Африки. Принятие
этого закона было обусловлено не только продовольственными трудностями
развивающихся стран, но и громадными излишками зерна в США. Чтобы
сократить эти запасы, американское правительство стало закупать товары за
счет бюджета и сбывать их в развивающихся странах в кредит с оплатой в
местной валюте. Эти средства переводились на эквивалентные счета, с
которых выделялись кредиты и субсидии в местной валюте. Долгое время
США являлись по существу единственным донором программ
продовольственной помощи. В настоящее время ее потоки значительно
дифференцированы по странам-донорам. В оказании помощи
развивающимся странам принимают участие все промышленно развитые
страны. США остаются ведущим донором, но их доля снизилась с 1/2 в 50-х
годах до менее 1/5 в начале 90-х годов. Франция сохраняет за собой роль
одного из основных доноров, но ее кредитно-финансовые отношения в этой
сфере кон центрируются на группе африканских стран, входящих в зону
франка. Резко ослабли позиции Великобритании, поскольку она утратила
былые тесные связи со своими бывшими колониями, а стерлинговая зона
распалась. Одновременно на авансцену в качестве ведущих доноров
выдвинулись Япония и ФРГ.
Страны-доноры предоставляют льготные кредиты и субсидии за счет
бюджетных средств. Обычно на эти цели направляется от 1% до 3%
бюджетных расходов. Однако поскольку бюджетные системы стран-доноров
33
значительно различаются, то по этому показателю нельзя сравнить усилия
отдельных стран-доноров, направленные на оказание помощи. Для подобных
сопоставлений используется показатель ОПР/ВНП. В ряде международных
документов за фиксировано, что страны-доноры выделять на оказание
помощи средства в размере 0,7% ВНП. Однако у большинства ведущих
доноров (США, Японии, ФРГ, Великобритании) этот показатель колеблется в
среднем в пределах 0,25 - 0,35%. Только Франция, поддерживающая особые
валютные и кредитно-финансовые отношения в зоне франка, выделяет на
оказание помощи более 0,7% ВНП. Наибольшие усилия по оказанию помощи
развивающимся странам демонстрируют, руководствуясь гуманными
соображениями, Швеция, Норвегия, Дания. Они направляют на эти цели до
1% ВНП. В целом увеличение ресурсов, выделяемых на ОПР, происходит
примерно такими же темпами, как и рост ВНП. Вследствие этого доля ОПР в
ВНП стран ОЭСР находится на устойчивом уровне, составляя около 0,35%.
Динамика этого показателя обычно мало зависит от экономической
конъюнктуры страны-донора. Более существенное значение имеет внешняя,
в том числе экономическая, кредитно-финансовая политика в отношении
<<третьего мира >> в целом и отдельных стран.
Первоначально ОПР предоставлялась преимущественно странам
Дальнего Востока, Юго-Восточной и Южной Азии. В отношении одних
стран экономический эффект оказался невысоким. Но другие страны,
включая Южную Корею и Тайвань, опираясь на крупные льготные займы и
субсидии, сумели добиться социально-экономического прогресса. Достигнув
определенного уровня раз вития, страна, некогда получавшая крупные
средства в рамках ОПР, практически перестает пользоваться этим
источником и переключается на заимствование средств в международных
валютно-кредитных и финансовых институтах на рынке ссудных капиталов.
Получение помощи в существенных размерах может возобновиться в
кризисной ситуации. В качестве примера можно сослаться на некоторые
латиноамериканские страны.
34
Как заемщики развивающиеся страны делятся на три группы. К первой,
самой многочисленной, группе относится примерно 60 стран, у которых
государственные кредиты и субсидии составляют не менее 2/3 общей суммы
по лученных внешних ресурсов. Преимущественно это страны с низким
уровнем экономического развития. Во вторую группу входит около 30
среднеразвитых стран, которые привлекают не менее 2/3 денежных ресурсов
на рыночных условиях. К промежуточной группе принадлежат страны,
которые достаточно широко прибегают к кредитам мирового рынка ссудных
капиталов, но вместе с тем им удается по тем или иным причинам получать
также льготные кредиты. Состав этой группы, в отличие от первых двух,
неустойчив, так как постепенно некоторые из этих стран переходят во
вторую группу. Поскольку основным критерием при распределении ОПР
является уровень экономического развития страны-получателя, то
наибольшие средства в рас чете на душу населения получают страны Африки
южнее Сахары. На них приходится около 1/10 населения развивающихся
стран и примерно 1/3 общей суммы ОПР. Однако, например, Израиль
получает более 1/20 льготных кредитов и субсидий, хотя его население
составляет лишь 0,1% населения развивающихся стран. Это свидетельствует
о том, что критерии распределения ОПР по странам-получателям зависят не
только от экономических, но и политических факторов.
Таким образом, двухсторонняя ОПР - специфический финансово-
кредитный механизм перераспределения ресурсов в мировом масштабе,
сложившийся в послевоенный период и цементирующий отношения между
центром и периферией мирового хозяйства. Это финансирование не связано с
состоянием мирового рынка ссудных капиталов, поскольку средства
поступают из государственных бюджетов. При выделении их правительства
и парламенты руководствуются преимущественно не коммерческими, а
социально-экономическими, политическими и военно-стратегическими
соображениями. Однако они реализуется в рамках общей стратегии Запада,
которая разрабатывается Комитетом содействия развитию при ОЭСР.
35
Принципы распределения ОПР являются объектом противоречий между
странами-донорами и получателями (реципиентами) .
ОПР оказывает не однозначное, но в целом позитивное воздействие на
социально-экономические процессы в развивающихся странах, способствуя
преодолению экономической отсталости и смягчению острых кризисных
ситуаций.
Развивающиеся страны получают кредиты также в региональных
банках развития - Межамериканском банке развития, Африканском банке
развития и Азиатском банке развития. Эти банки уделяют особое внимание
региональному сотрудничеству, осуществляя первоочередное кредитование
региональных объектов; они разрабатывают стратегию развития с учетом
региональной специфики и дают развивающимся странам соответствующие
рекомендации.
МВФ выдает кредиты (сроком до 3 - 5 лет) на покрытие дефицитов
платежных балансов. Первоначально Фонд кредитовал преимущественно
западные страны. Этот поворот в значительной степени обусловлен тем, что
получение кредитов Фонда в основном связано с принятием определенных
обязательств в области макроэкономической политики. Поэтому западные
страны предпочитают заимствовать ресурсы на покрытие дефицита
платежного баланса на мировом рынке ссудных капиталов. Ни одна другая
международная организация не подверглась столь резкой критике со стороны
развивающихся стран, как МВФ. Фонд оказывает сильное воздействие на
социально-экономические процессы в этих регионах, особенно в условиях
долгового кризиса. Однако без активного вмешательства Фонда в долговой
кризис последствия его для развивающихся стран и мировой кредитной
системы были бы гораздо более серьезными.
В их числе преимущественно две группы стран - государства бывшего
социалистического содружества и страны ОПЕК предоставляли ОПР.
Максимальных размеров эта помощь достигла в середине 80-х годов,
составив около 1/5 общей суммы. Причем, эти обе группы стран
36
предоставляли примерно одинаковую ОПР. В последующие годы в связи с
экономическими и политическими преобразованиями в бывших
социалистических странах и падением цен на нефть эти потоки ресурсов в
развивающиеся страны значительно уменьшились.
Нефтедобывающие страны, главным образом арабские, значительно
увеличили кредиты и субсидии другим развивающимся странам в середине
70-х годов. Это было обусловлено резким повышением цен на нефть и
появлением нефть и появлением нефтедолларов. Большая часть
нефтедолларов была направлена на мировой рынок ссудных капиталов, но
одновременно возросли масштабы арабской ОПР. Эта помощь
сконцентрирована в основном на сосед них арабских государствах.
Предоставление ее зачастую определяется не столько экономическими,
сколько военно-политическими факторами. ОПР арабских стран,
обладающих избыточным капиталом, достигла в середине 80-х годов 1,8% их
ВНП, т. е в пять раз выше, чем у промышленно развитых стран. Эти средства
выделяются в несвязанной формы располагают денежными средствами и не
имеют товаров, которые они хотели бы продавать на внешних рынках.
Преобладающая часть средств выделяется на двухсторонней основе. Вместе
с тем функционирует большое число фондов, банков, через которые ресурсы
перераспределяются на многосторонней основе (Арабо-Африканский
международный банк, Арабский фонд экономического и социального
развития, Исламский банк развития и т.д.) .
Кредиторами других развивающихся стран являются также Республика
Корея, Ирак, Индия, Китай и некоторые другие государства. Однако
выделяемые ими ресурсы невелики, составляя примерно 1% общей суммы
ОПР.
Мировой рынок ссудных капиталов и развивающиеся страны
Развивающиеся страны участвуют в операциях мирового рынка
ссудных капиталов, заимствуя экспортные кредиты, банковские ссуды, кроме
того, они размещают свои ценные бумаги на мировом финансовом рынке.
37
Экспортные кредиты, предоставляемые экспортером импортеру, выделяются
в особый вид кредитования, который не относится ни к официальному, ни к
частному. Эти << смешанные >> кредиты формируются за счет частных и
государственных средств. Поскольку экспортные кредиты, как правило,
связаны с поставками машин и оборудования и имеют среднесрочный
характер, то они не могут быть предоставлены экспортером. Поэтому
источником экспортного кредита служат кредиты банков или
государственных фондов либо параллельно те и другие. Участие банков в
экспортных кредитах определяет зависимость их условий от тенденций на
мировом рынке ссудных капиталов. Но участие государства в экспортных
кредитах позволяет смягчать их условия, используя эти кредиты в качестве
средства завоевания рынков сбыта.
Чтобы избежать кредитной войны, ведущие страны-кредиторы
заключили джентльменское соглашение (консенсус) о допустимых пределах
льготного кредитования. В соответствии с тенденциями на мировом рынке
ссудных капиталов каждые полгода устанавливаются нижний предел
процентной ставки, максимальный срок кредита и максимальный льготный
период. Страны-получатели разделены на три группы-с низкими, средними и
высокими дохода ми. Наиболее льготные условия предоставляются странам с
низкими дохода ми, самые жесткие - странам с высокими доходами. Однако
уклонение от согласованных правил не является редкостью. Но
стабилизирующая роль данного джентльменского соглашения несомненна.
Объем экспортных кредитов непосредственно связан с инвестиционной
активностью стран-заемщиц.

2.3 Анализ и оценка влияния ВТО, ЮНКТАД на уровень


экономического развития и специализацию развивающихся стран
Согласно информации, опубликованной Секретариатом ВТО 27 ноября
2001г., в период с 1 января по 30 июня 2001г. 18 стран-членов ВТО
38
инициировали 134 антидемпинговых расследования против эскпортеров из в
общей сложности 41 страны и таможенной территории. В течение
соответствующего периода прошлого года членами ВТО было инициировано
93 антидемпинговых расследования. В первой половине 2001 г. Соединенные
Штаты начали 39 расследований (за аналогичный период прошлого года их
было 9). За тот же период в Канаде было начато 23 расследования. Для обеих
стран - членов ВТО первое полугодие 2001 г. ознаменовалось необычно
высоким уровнем антидемпинговых действий. По количеству начатых
расследований на третьем месте оказалась Индия: 16. В странах
Европейского Сообщества начато 13 расследований. Эти цифры
свидетельствуют о снижении числа расследований, предпринятых
названными членами ВТО, по сравнению с первой половиной 2000 г.
Список стран, чей экспорт стал предметом антидемпингового расследования,
возглавляет Китай (22 случая); за ним следует Корея (10 случаев), Тайвань (9
случаев) и Индия (8 случаев). Десять случаев расследования в отношении
китайского экспорта были приходятся на долю двух стран - США и Индии
(по пять). Большинство расследований в первом семестре 2001г. были
инициированы индустриальными странами (88 случаев), в то время как
развивающиеся страны начали 46 расследований. Таким образом, по
сравнению с соответствующим периодом 2000г.ситуация в корне
изменилась, т.к. тогда развивающиеся страны инициировали 55
расследований, а на долю индустриальных членов ВТО приходилось 38
расследований. Экспорт из развивающихся стран в первой половине 2001 г.
становился предметом разбирательства в 60 случаях, экспорт из стран с
переходной экономикой (включая Китай) - в 39, а из развитых - в 35.
Большинство (65) расследований, инициированных в первом семестре 2001г.,
касались продукции сектора "цветные металлы" гармонизированного
системного классификатора тарифов, а именно железа, стали и алюминия.
Два других сектора, которые были наиболее затронуты антидемпинговыми
расследованиями, - пластмассы и текстиль. По ним было инициировано 17 и
39
10 расследований соответственно. Предметом разбирательства в европейских
странах и Канаде за описанный период времени во всех случаях, кроме
одного, была продукция, изготовленная из неблагородных металлов. В
Соединенных Штатах за тот же период на долю расследований по продукции
из неблагородных металлов приходилось свыше половины всех случаев.
За первое полугодие 2001 г. 16 стран - членов ВТО в совокупности
предприняли 85 конечных противодемпинговых мер в отношении экспорта
35 стран или таможенных территорий. (За аналогичный период 2000 г. было
всего 127 таких случаев.) За указанный период больше всего таких мер было
предпринято со стороны Индии: 18 ( в 2000 г. было 33). На втором месте
оказались Соединенные Штаты и Бразилия: по 12 случаев.
В первом полугодии 2001 г. экспорт из Кореи чаще всех (10 раз) становился
объектом конечных противодемпинговых мер; 9 раз аналогичная процедура
начиналась в отношении Китая. У обеих стран отмечено снижение
количества мер, предпринятых против их экспорта по сравнению с 2000 г.,
когда их было по 13. В первой половине 2001 г. развивающиеся страны -
члены ВТО в общей сложности 54 раза начинали процедуру принятия
конечных мер, развитые страны - 34. Против экспорта развивающихся стран
эти меры предпринимались 36 раз, против экспорта развитых стран - 26, а
против экспорта стран с переходной экономикой (включая Китай) - 23. Как и
в случае начала расследований, конечные противодемпинговые меры чаще
всего предпринимались в отношении продукции из неблагородных металлов:
таких случаев было 31. На втором месте оказалась продукция химической
промышленности (27) и текстиль (8). Все 12 мер, предпринятых
Соединенными Штатами в первом полугодии, приходились на продукцию из
этих металлов, а большая часть мер, предпринятых Индией, - на экспорт
продукции химической промышленности. Справочная информация о
Соглашении ВТО об антидемпинговых процедурах Соглашение ВТО об
антидемпинговых процедурах разрешает правительствам стран-членов ВТО
применять меры против товаров, ввозимых на территорию страны по
40
демпинговым ценам, в случаях, когда это наносит материальный ущерб
отечественным товаропроизводителям в данной отрасли. Перед применением
антидемпинговых мер правительство страны-импортера должно согласно
результатам расследования установить, что демпинг действительно имеет
место, оценить его масштабы (насколько ниже та цена, по которой страна-
экспортер поставляет данный товар, той цены, которая установлена на
внутреннем рынке страны-экспортера или "нормальной стоимости" товара) и
определить, что демпинг действительно наносит ущерб.
Статья VI Генерального соглашения о тарифах и торговле (ГАТТ-1994)
позволяет странам принимать меры против демпинга. Соглашение о
применении антидемпинговых мер разъясняет и расширяет рамки Статьи VI
ГАТТ-1994: оно четко определяет процедурные и качественные требования и
их соотношение в процессе проведения антидемпингового расследования и
применения антидемпинговых мер. В результате члены ВТО могут
применять такие меры, которые обычно бы считались нарушением
принципов ГАТТ о "связывании" уровня импортных пошлин и
недискриминации между торговыми партнерами: если случай демпинга
подтверждается, пострадавший участник спора может установить
дополнительные пошлины на импорт определенного вида продукции из
отдельной демпингующей страны, чтобы максимально приблизить цену этой
продукции к ее "нормальной стоимости" или же минимизировать ущерб,
наносимый демпингом внутренним производителям страны-импортера.
Представители 149 стран, входящих во Всемирную торговую
организацию, отгородились от мира в Женеве на шесть недель для
интенсивного обсуждения вопросов торговли сельскохозяйственными и
промышленными товарами в попытке спасти уже давно буксующие
переговоры о новом всемирном соглашении. Его цель – даль толчок мировой
экономике и вызволить из бедности миллионы людей. Переговоры по
аграрной тематике рассматриваются как ключ к договоренности более
широкого характера. Многие из тех стран, что победнее и полагаются
41
главным образом на экспорт сельскохозяйственной продукции, хотят, чтобы
богатые страны пообещали демонтировать механизмы защиты своих
фермеров, прежде чем бедные откроют свои новые рынки услуг и
промышленных товаров. Однако по причине размолвки между США и
Европейским Союзом всеобщее внимание было до настоящего момента
отвлечено от развивающихся стран. Тем не менее, во вторник группа из 33-х
развивающихся стран с крупными, но слабыми сельскохозяйственными
секторами выпустила заявление в поддержку своего же предложения о том,
что по меньшей мере 20% их тарифных позиций должны рассматриваться
как распространяющиеся на товары со статусом «особо значимых» и в силу
этого продлежат защите. Группа была рассержена расчетами, проведенными
по запросу Кроуфорда Фэлконера, председательствующего на
сельскохозяйственных переговорах. Он заявил, что, согласно расчетам,
данное предложение приведет к тому, что под защитой окажется 98%
сельскохозяйственной торговли этих стран. По утверждениям
развивающихся стран, мандат так называемого Доха раунда ВТО
предписывает содействовать преодолению бедности, ввиду чего любой пакт
должен делать поправку на молодость их рынков. Более благополучные
страны и некоторые экономисты говорят, что бедные извлекут пользу из
полного открытия своих рынков при более значительных объемах торговли.
Группа латиноамериканских государств и стран Азии, входящих в ВТО,
предложила 25 июня компромиссное соглашение в переговорах
относительно либерализации торговли промышленными товарами, что
может ослабить твердую позицию Бразилии и Индии, которые
сопротивляются большей открытости своих границ, сообщает Associated
Press. Предложение, подписанное Чили, Колумбией, Коста-Рикой,
Гонконгом, Мексикой, Перу, Сингапуром и Таиландом, позволит открыть
рынки развивающихся стран для более либеральной торговли
промышленными товарами из других стран. При этом предложение является
более глубоким, чем аналогичное со стороны Индии и Бразилии. Два
42
крупных развивающихся государства получили свою порцию критики со
стороны США и Евросоюза за свой отказ от новых возможностей для
торговли промышленными товарами. При этом Индия и Бразилия обвинили
США в несоразмерно огромных субсидиях, которые выдаются фермерам и
делают невозможным конкуренцию для сельскохозяйственных
производителей развивающихся стран. "Потери и недополученные
преимущества от провала или замораживания “процесса Doha” значительно
превосходят затраты от принятия неидеального соглашения, - говориться в
предложении развивающихся стран. – Пришло время для всех членов ВТО
показать свою гибкость необходимую для завершения переговорного
процесса непозднее начала 2008 года . Время уходит, поэтому мы призываем
других членов продемонстрировать собственную гибкость в ближайшие
дни". Невозможность достичь соглашения в ближайшие пять недель, по
мнению официальных торговых представителей, отложит решение еще на
три года или на неопределенный срок. Выборы в США, которые пройдут в
2008 году, а также Индии, запланированные на 2009 год, сделают
невозможным решение вопросов субсидий и таможенных тарифов.Среди
развивающихся регионов в сфере электронной коммерции особых успехов
достигли страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Он лидирует в освоении
широкополосных технологий, а правительство в этих странах играет
ключевую роль в привлечении инвестиций в этот сектор и подготовке
квалифицированной образованной рабочей силы, необходимой для
удовлетворения растущих потребностей иностранных фирм в передаче
бизнес-процессов на сторону. Их предприятия также в большей степени
встроены во внутрирегиональные и глобальные торговые потоки, чем
предприятия других развивающихся регионов. Сегодня на Азиатско-
Тихоокеанский регион приходится 46 проц цифровых абонентских линий во
всем мире, при этом каждый год здесь появляется 50 млн. новых абонентов
интернета. Ввиду большого демографического веса региона потенциал
дальнейшего роста очевиден, отмечается в докладе ЮНКАД.
43
В других районах мира страны с переходной экономикой также
демонстрируют значительный рост электронной торговли как в секторе В2В,
так и в секторе В2С, хотя ее общий объем остается весьма скромным и вряд
ли достигнет 1 проц глобальной электронной торговли до 2005 года.
Продвинувшиеся больше других по пути реформ центральноевропейские и
прибалтийские страны достигли относительно высоких показателей
"цифровой грамотности" по сравнению с Балканами, Закавказьем и
Центральной Азией. Однако "различия между этими двумя группами стран,
вероятно, усилятся, - предсказывает доклад, - по мере вступления более
развитых стран в Европейский союз". К числу благоприятных факторов
относится высокое число платформ торговли между предприятиями,
возникающих в России для реализации экспортных товаров, высокий
уровень общего образования, а также распространение не запатентованного
программного обеспечения Linux, позволяющего вновь создаваемым фирмам
снижать издержки.
Проанализировав перспективы и последствия электронной торговли в
каждом регионе, новый доклад ЮНКТАД делает заключение: "Наличие
местного ИТ-сектора или инвестиций от инфотехнологических
многонациональных корпораций могло бы способствовать развертыванию
электронного бизнеса в развивающихся странах, если оно содействует
пониманию преимуществ ИТ и развитию культуры ИТ в местном
предпринимательском секторе, если оно способствует росту ИТ-грамотности
рабочей силы и если оно придвигает технологию ближе к местному деловому
сообществу".

2.4. Роль ТНК в процессах глобализации


Один из признаков наступления эры экономического глобализма
заключается в беспрецедентной транснационализации производства,

44
торговой и банковской деятельности. Под этим термином понимается
обрастание национальных «родительских» компаний многочисленными
дочерними фирмами и филиалами в разных уголках мира.
Транснациональные корпорации (ТНК) превратились в главную движущую
силу процесса экономической глобализации, а такие ее субъекты, как
национальные государства, оказались во многих отношениях потесненными.
Лавинообразный рост ТНК в последнее время объясняется многими
причинами, среди которых на первом месте, пожалуй, находится
конкуренция, заставляющая снижать издержки, увеличивая масштабы
производства и вводя новейшие технологии, искать новые рынки, дешевую
рабочую силу, размещать производство там, где ниже налогообложение,
и т. д.
Используя современные системы планирования и
информационные технологии, транснациональные компании
извлекают выгоду из международных различий в экономической
политике, величины налогов и таможенных пошлин, темпов инфляции,
ставок заработной платы, производительности, технических стандартов
и т. д. Так, например, персональный компьютер собирается в России из
комплектующих, поставляемых странами Юго-Восточной Азии,
наполняется программным обеспечением, созданным российскими и
американскими специалистами.
Ужесточение конкурентной борьбы, стремление удешевить разработку
и использование новейших технологий побуждает крупнейшие ТНК идти на
те или иные формы слияния, что становится все более характерной
тенденцией, особенно в авиакосмической и автомобильной
промышленности. Бесспорно, что появление новых индустриальных
государств и индустриализация развивающегося мира во многом
объясняются деятельностью ТНК, которые способствовали размещению у
них современных производств, в первую очередь невысокой или средней
технологической сложности. В 2003 г. насчитывалось 63 тыс.
45
транснациональных корпораций с 690 тыс. иностранных филиалов. ТНК,
таким образом, превратились в главный элемент той соединительной ткани,
которая образует глобальную экономику. На них приходится свыше 50 %
мирового производства, более 60 % мировой торговли и около 80 % рынка
технологий.
Основным инструментом экспансии ТНК служат прямые иностранные
инвестиции, позволяющие создавать в других странах филиалы как путем
строительства новых предприятий, так и взятия под контроль и
реконструкции существующих. Экспорт капиталов в виде прямых
инвестиций растет вдвое-втрое быстрее, чем мировая торговля.
Промышленно развитые страны экспортируют капитал прежде всего друг
другу, все более и более интегрируя тем самым свои национальные
экономики. В мировом объеме прямых зарубежных инвестиций на долю
промышленно развитых стран приходится более 70 %, а на долю
развивающихся государств — менее 30 %. Это говорит о том, что
интенсивность экономической глобализации в различных частях мира
неодинакова и прямо связана с уровнями экономического развития стран. В
пределах стран так называемого «золотого миллиарда» она приводит к особо
заметным результатам. Например, выявилась тенденция к развитию
внутриотраслевой торговли. В результате рост международного обмена
становится менее восприимчивым к конфликтам, чем в эру господства
межотраслевого обмена, когда экспортная экспансия определенных товаров
из одних стран могла привести к свертыванию соответствующих отраслей в
других.В последнее время типичной тенденцией становится слияние крупных
компаний преимущественно однородного профиля, а также приобретение
транснациональными корпорациями в свою полную или частичную
собственность уже существующих иностранных предприятий.
Интегрируя рабочую силу разных стран и предъявляя ей повсеместно
одни и те же требования, ТНК играют важную роль в распространении
международных стандартов. Таким образом, потребители в странах с
46
менее развитой экономикой, в которых есть дочерние компании,
производят и потребляют товары с таким же уровнем качества, как и в
странах материнских компаний, но по более низкой цене.

ТНК также предъявляют повышенные требования к охране


окружающей среды со стороны своих дочерних компаний, что является
еще одним плюсом деятельности ТНК. Положительным можно считать и
влияние ТНК на ускорение научно-технического прогресса, потому что
они обладают большими финансовыми ресурсами. ТНК способны
охватить рынок научно-технических кадров и применить
технологические знания в глобальном масштабе. Для удержания лидерства
им необходимо постоянно наращивать и совершенствовать
инновационные возможности. Основной формой передачи технологии в
рамках системы ТНК является снабжение собственных аффилированных
компаний документацией из центра. Таким образом, ТНК положительно
влияют на рост производительности труда, улучшение его условий и
уровня жизни трудящихся, экономию на издержках производства и
развитие науки, технологии и коммуникаций. С другой стороны,
уменьшается количество рабочих мест в развитых странах, понижается
экономическая самостоятельность развивающихся стран. Но, несмотря
на это процесс глобализации продолжает активно развиваться.
Итак, роль ТНК в глобализационных процессах отнюдь не столь
однозначна, ибо они обостряют противоречия между национальной и
глобальной экономикой. Да к тому же нельзя упускать из виду и наличие
взаимозависимости глобализации и ТНК. Экспансия ТНК была бы
попросту невозможна без революционных достижений современного
технического прогресса, либерализации и открытости национальных
рынков. С одной стороны, им нужны рыночные свободы, а с другой —
возрастающая доля мировой торговли, осуществляемой в порядке
внутрифирменного оборота, фактически исключается из сферы рыночного

47
обмена и прямой конкуренции. Кроме того, укрупнение и концентрация
хозяйственной деятельности в рамках ТНК облегчает сговоры между
конкурентами, возникновение олигополии и монополий путем слияний и
поглощений. В результате выход новых производителей на мировые
товарные рынки сталкивается с серьезными преградами, а конкуренция
сводится, главным образом, к соперничеству гигантов.

Глава 3. Самоопределение России в условиях глобализации мировой


экономики

3.1 Место России в мировой экономике и ее участие в интеграционных


процессах

В настоящее время место России в мировой экономике весьма


скромное. Доля ВВП в мировом хозяйстве в 10 раз меньше, чем США, и в
48
5 раз меньше Китая, сопоставима с Южной Кореей, Турцией и Ираном.
Удельный вес инвестиций России в мировой экономике всего лишь 1 %,
что в 16 раз меньше США и Китая. Во внешней торговле Россия также
занимает скромное место – 1,4 %, что значительно меньше доли развитых
стран и почти в 2 раза меньше, чем Южной Кореи. Военные расходы в
стране почти в 16 раз меньше, чем в США. И почти в 4 раза меньше, чем в
Китае. Удельный вес внешней задолженности России находится на уровне
Китая и в 8 раз меньше, чем в США. Развитие мировой экономики
характеризуется снижением доли развитых стран Запада в мировом ВВП.
По прогнозам экспертов, она сократится к 2015 г. на 7,8%. В то же время
доля развивающихся стран увеличится на 3,5%, Китая — на 3,7%. Если до
2015 г. среднегодовые темпы экономического роста России будут
составлять 5%, то ее доля в мировом ВВП будет около 1,8%, что в 2 раза
ниже уровня 1990 г. По общему объему ВВП Россия сможет переместиться
с нынешнего 15-го на 13-е место в мире. По производству ВВП на душу
населения Россия будет замыкать шестую десятку среди всех стран мира.
Россия играет важную роль в минерально-сырьевом комплексе мира.
Валовая потенциальная ценность разведанных и предварительно
оцененных запасов составляет 28,6 трлн дол. Прогнозный потенциал
оценивается в 140 трлн дол. Из недр России извлекается 10% нефти, 30 —
газа, 10 — каменного угля, 14 — товарной железной руды, 15% цветных и
редких металлов от всего объема полезных ископаемых, добываемых
мировым сообществом. На долю России приходится примерно 85% запасов
нефти, 84 — газового конденсата и газа, 70 — угля, 66 — железной руды,
53 — меди, 95 — никеля, 78% бокситов от запасов СНГ. В России на душу
населения приходится 5 га леса (в Канаде — 8,6 га, в США — 0,8
га). Рассмотрим какова же стратегия и основные показатели российской
экономики на сегодняшний день. Летом 2007 года российская экономика
сохраняла высокие темпы роста при их некотором замедлении в августе по
сравнению маем-июлем. По оценке Минэкономразвития России, в августе
49
2007 г. прирост ВВП к соответствующему периоду 2006 года составил
6,4%, а в целом за январь-август 7,7% (против 6,2% в январе-августе
2006 года). Очищенный от сезонного и календарного факторов месячный
прирост ВВП оставался на высоком уровне (0,7% в среднем за месяц в
январе-августе 2007 года). Высокие темпы экономики обеспечивались
высокими темпами роста инвестиционного спроса, строительства, высоким
уровнем потребительского спроса, при увеличении вклада импорта в
удовлетворение внутреннего спроса на фоне замедления роста
обрабатывающих производств и экспорта.Прирост экспорта (в
стоимостном выражении) в августе 2007 г., по оценке Минэкономразвития
России, после июльского ускорения вновь оказался примерно на июньском
уровне, но продолжал существенно отставать от роста в 2006 году. В целом
в январе-августе 2007 г. относительно соответствующего периода 2006
года прирост составил 9,5% (в январе-августе 2006 г. - 29,5 процента).
Замедление роста экспорта в январе-августе 2007 года определялось
снижением мировых цен на нефть и металлы. В январе-августе 2007 г., по
оценке Минэкономразвития России, прирост импорта относительно
января-августа 2006 г. существенно ускорился и составил 37,5% (в январе-
августе 2006 г. – 27,7 процента). В январе-августе 2007 года существенную
роль в поддержке роста импорта играли как рост спроса населения, так и
высокий уровень инвестиционной активности. Кроме того, рост импорта
продолжал стимулироваться повышением реального курса рубля. В августе
2007 г. темпы прироста ВВП в сравнении с июнем и июлем несколько
замедлились, но сохранялись на высоком уровне и составили относительно
августа 2006 г., по оценке Минэкономразвития России, 6,4 процента.
Относительно января-августа 2006 г. прирост составил 7,7%, что заметно
выше прироста в январе-августе 2006 г. (6,2 процента). В августе
сохранились тенденции ослабления вклада экспорта в экономический рост,
усиление ориентации экономики на внутренний спрос, действовавшие в
течение всего I полугодия 2007 года. При этом рост импорта
50
характеризовался существенным ускорением, что позволяло удовлетворять
постоянно растущий спрос населения, сдерживать инфляцию на
потребительском рынке, поддерживать (наряду с ускорением роста
внутреннего производства) ускорение роста инвестиционной активности. В
августе в сравнении с июнем – июлем экономическое развитие
замедлилось в значительной мере в результате замедления роста
обрабатывающих отраслей. В течение января-августа 2007 г.
экономический рост обеспечивался ускорением роста инвестиций,
продукции строительства, устойчивым ростом потребительского спроса
населения, но осложнялся заметным замедлением темпов роста
обрабатывающих производств. В январе-августе 2007 г. прирост
инвестиций в основной капитал относительно января-августа 2006 г.
составил 22,1%, прирост в строительстве - 24,4%, прирост оборота
розничной торговли - 14,7%, прирост обрабатывающих производств –
10,9% (в августе 5,5 процента). Конъюнктура мирового рынка продолжает
оказывать благоприятное влияние на развитие российской внешней
торговли. В январе-августе 2007 г. внешнеторговый оборот, по оценке
Минэкономразвития России, составил 351,7 млрд. долларов США,
увеличившись на 18,8% (в январе-августе 2006 г. – на 28,9 процента).
Однако доля внешнеторгового оборота в ВВП России в последние годы
снижается в результате медленной диверсификации экспорта,
недостаточно сильных конкурентных позиций российских компаний. В
январе-июле 2007 года в сравнении с соответствующим периодом
прошлого года доля внешнеторгового оборота в ВВП несколько
сократилась, рис 2.1

51
Рис 2.1 Доля внешней торговли в ВВП России

Экспорт товаров, по оценке Минэкономразвития России, в январе-августе


2007 г. составил 216,9 млрд. долларов США и увеличился по сравнению с
соответствующим периодом прошлого года на 9,5% (в январе-августе 2006 г.
на 29,5%). Замедление темпов прироста экспорта происходило в результате
резкого замедления роста, а в ряде случаев – снижения экспортных цен на
большинство топливно-энергетических товаров за последний год.
Благоприятная конъюнктура мирового рынка, высокий платежеспособный
внутренний спрос способствовали сохранению положительной динамики
показателей внешней торговли.
Внешнеторговый оборот России, по оценке Минэкономразвития России (по
методологии платежного баланса), в январе-августе 2007 г. увеличился по
сравнению с соответствующим периодом прошлого года на 18,8% (в январе-
августе 2006 г. – на 28,9%), в том числе со странами дальнего зарубежья – на
17,5% (30,1%), со странами СНГ – на 26,3% (22,1%), рис 2.2

52
Рис 2.2 Внешняя торговля Российской Федерации
(в январе-августе 2005-2007 годах, млрд. долларов США)

В общем объеме товарооборота на долю экспорта приходилось 61,7%,


импорта – 38,3%, что предопределило замедление темпов роста
товарооборота России в результате существенного снижения темпов роста
экспорта России (109,5%). Однако высокие темпы роста импорта (137,5%)
предотвратили резкое замедление роста внешней торговли России.
Сокращение положительного сальдо торгового баланса на 17,9% в январе-
августе 2007 г. по сравнению с аналогичным периодом прошлого года
произошло за счет опережающих темпов роста импорта над темпами роста
экспорта. При этом со странами дальнего зарубежья сальдо торгового
баланса снизилось на 20,8%, со странами СНГ – увеличилось на 2 процента.
Существует два принципиальных пути развития и экономического роста –
сырьевой экспортноориентированный и наукоемкий технически
прогрессивный. Первому пути по своему характеру больше соответствует
экстенсивный способ экономического развития, второму – интенсивный.
Известно, что Россия – ведущая страна по своему энергетическому
потенциалу. Она устойчиво занимает первое место в мире по добыче и
экспорту газа и второе – по добыче и экспорту нефти. Это во многом
предопределяет ее роль в мировой экономике. Не рискуя впасть в
излишнее преувеличение, можно сказать, что экономику России в
53
последние 15 лет спасли по сути дела экспорт нефти, газа, леса, черных и
цветных металлов, минеральных удобрений. Не будь этого, усилиями
радикал-монетаристов наступил бы просто коллапс.
В то же время, экономическое развитие и рост за счет широкого
использования технически прогрессивных наукоемких производств
фактически прекратился и лишь сейчас намечаются робкие попытки его
восстановления. За это время мировое научно-техническое развитие ушло
далеко вперед и догнать его нам в стратегической перспективе 20-30 лет
вряд ли удастся. Видимо поэтому властями сделан выбор стратегии
развития в пользу экспортноориентированного пути через наращивание
прежде всего поставок газа и нефти как на Запад, так и на Восток. Как
оценить этот выбор и что он сулит России в перспективе?
В зависимости от идеологических пристрастий возможна двоякая
трактовка экспортноориентированной стратегии:
а) как закрепление России в качестве сырьевого придатка
высокоразвитых зарубежных экономик;
б) как занятие Россией своего места, или ниши, в мировом разделении
труда.
Так или иначе, такая стратегия может обеспечить более или менее
устойчивое развитие и экономический рост в течение ближайших 15-20
лет, но по мере истощения невосполнимых природных ресурсов она
исчерпает себя. И тогда придется менять стратегию на преимущественное
развитие высокотехнологичных наукоемких производств. Но чтобы к тому
времени совсем уж безнадежно не отстать, неплохо бы уже сейчас начать
одновременное активное движение по двум стратегическим направлениям
– сырьевому экспортноориентированному и высокотехнологичному
наукоемкому.
Существуют две основные точки зрения на отношения России с ЕС.
Сторонники одной считают вполне необходимым и возможным курс на
всемерное сближение с ЕС для того, чтобы в перспективе вступить в тесный
54
экономический союз. Согласно ст. 237 Римского договора и ст. «О»
Маастрихтского договора любая европейская страна может претендовать на
членство в Европейском Союзе. Представители другой позиции полагают,
что присоединение России к ЕС будет означать для неё «гибель, потерю
управляемости, растворение». Думается, что в ближайшей перспективе
вопрос о возможности присоединения России к ЕС не актуален. Гораздо
более насущны вопросы выполнения соглашения о партнерстве и
сотрудничестве между Россией и ЕС, подписанного в середине 1994 г. и
ратифицированного в конце 1996 г. Соглашение о партнерстве и
сотрудничестве (СПС) создает устойчивый, построенный на основе
международного права, режим экономического взаимодействия,
охватывающий, в основном, всю торговлю товарами между Россией и ЕС,
трансграничную торговлю услугами, движение капиталов, учреждение и
деятельность компаний. Значение СПС заключается в том, что в последние
годы ЕС превратился в главного партнера России в международном
сотрудничестве. В стратегическом плане ЕС, располагающий мощным
торгово-промышленным и финансовым потенциалом, будет и впредь играть
ведущую роль в российских внешнеэкономических связях. ЕС выступает
как серьезный импортер энергетических и сырьевых товаров, составляющих
основу современного российского экспорта. На его долю приходится 40%
товарооборота России, против 5% - с США. При таком соотношении
долларизация внешнеэкономических связей России не вполне оправдана и в
перспективе евро может потеснить доллар с его определяющих позиций в
экономических отношениях России с ЕС. Допуск евро во внутрироссийский
валютный оборот может способствовать дальнейшему развитию
внешнеэкономических связей России с Евросоюзом.
В соответствии с Соглашением о партнерстве и Сотрудничестве для
товаров ЕС и России устанавливается национальный режим. Это означает,
что российские товары на рынке ЕС и товары ЕС на рынке России не могут
облагаться налогами и сборами более высокими, чем отечественные товары.
55
В соответствии с Соглашением отменяются количественные ограничения
(квоты) на ввоз в европейские страны российских товаров, за исключением
текстиля, стали, ядерных материалов, торговля которыми должна
регулироваться отдельными соглашениями. Соглашение обязывает Россию
и ЕС обеспечивать адекватную и эффективную защиту прав на
интеллектуальную и промышленную собственность. В целом Соглашение
открывает широкие возможности по сближению России и ЕС, и ее
включению в мировое хозяйство. Однако потребуется немало обоюдных
усилий, чтобы в полном объеме реализовать эти возможности. ЕС,
формируя свою политику по отношению к России, рассматривает ее как
важную и самостоятельную силу в будущей архитектуре Европы. ЕС
обязуется способствовать необратимости экономических реформ в России,
ее интеграции в мировую экономику на основе рыночных законов,
скорейшему принятию в ВТО и другие международные экономические
организации. Направления и особенности этого сотрудничества будут во
многом зависеть как от развития и трансформации самого ЕС, так и от
развертывания процессов интеграции в рамках СНГ. В ближайшие годы
главной задачей в отношениях с ЕС будет реализация СПС и решение
конкретных спорных вопросов в сфере торговли, в частности, по
антидемпинговой политике, проводимой в отношении России.
Шанхайская Организация Сотрудничества, ШОС – субрегиональная
международная организация, в которую входят 6 государств – Казахстан,
Китай, Кыргызстан, Россия, Таджикистан и Узбекистан. Общая территория
входящих в ШОС государств составляет 61% территории Евразии, ее
совокупный демографический потенциал – четвертую часть населения земли,
а экономический потенциал включает в себя самую мощную после США
китайскую экономику. Официальные рабочие языки – русский и китайский.
Штаб-квартира в Пекине.
Пессимистично настроенные эксперты отмечают в качестве двух наиболее
очевидных проблем ШОС слишком большие расхождения интересов между
56
ее членами и неопределенность в вопросе о ее статусе из-за дублирования
многих функций ШОС Организацией договора о коллективной
безопасности (ОДКБ), в которую входят четыре из шести членов ШОС. К
тому же Казахстан, Узбекистан и Киргизия пока не ратифицировали хартию
ШОС, принятую в 2002. Это тормозит регистрацию ШОС в ООН и, как
следствие, международное признание ее субъектности. Вместе с тем, такие
страны как Иран, Монголия, Индия, Пакистан, Шри-Ланка, США и
региональные организации в лице АСЕАН и ЕС проявляют интерес к
сотрудничеству.
Вопрос о внешнеполитической ориентации стран-участниц остается одним
из ключевых при оценке перспектив развития этой организации. Аналитики
отмечают, что такие инициативы, как проект транспортного коридора от
Шанхая до Санкт-Петербурга – прообраза возрожденного «Великого
шелкового пути» – был принят ШОС как альтернативный после того, как
ЕС и США поддержали проект транспортного коридора из Европы в Азию
ТРАСЕКА (TRACECA, Transport Corridor Europe Caucasus Asia).
Наиболее четко расхождения между странами ШОС обозначились в
отношении войны в Ираке в 2003. Тогда Россия вместе с Францией и
Германией пыталась предотвратить начало войны, Китай на словах осудил
действия антииракской коалиции, Казахстан, Киргизия и Таджикистан
заняли в целом нейтральную позицию, а Узбекистан безоговорочно
поддержал военную кампанию. Вместе с тем, тот факт, что Узбекистан
вышел в 2002 из образованной в 1997 региональной организации ГУУАМ
(Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан, Молдова) и заблаговременно
вступил в 2001 в ШОС, говорит о растущем весе и привлекательности этой
организации для стран региона.
Дальнейшему усилению роли ШОС могут способствовать следующие меры:
1. Вступление Индии. Подключение такого крупного и авторитетного
государства превратило бы ШОС в одну из наиболее влиятельных
международных организаций. Удалось бы значительно стимулировать
57
экономическую кооперацию за счет индийского потенциала, а также
расширить вовлеченность Дели в политическое сотрудничество на
восточном и северном направлениях.
2. Принятие Монголии, наряду с закрытием территориальной «бреши» в
ШОС и стимулированием экономического сотрудничества за счет
потенциала (в первую очередь ресурсного) этой страны, имело бы большой
демонстрационный эффект, поскольку в настоящее время основным
торговым партнером Монголии является США, что вполне характерно для
посткоммунистической экономики азиатского государства.
3. Афганистан можно вовлечь в работу Шанхайской организации
сотрудничества, предоставив ему статус наблюдателя и активизировав роль
ШОС в борьбе с наркоторговлей и в усилиях по стабилизации положения в
этой стране.
4. Значительная активизация экономического сотрудничества в рамках
ШОС за счет государственного финансирования многосторонних проектов.
Наилучшим вариантом было бы создание программы или фонда развития
ШОС, которые бы финансировались из госбюджетов стран-членов.
5. Направление экономической активности Китая в рамках ШОС в более
конструктивное русло, разъясняя преимущества широкого и комплексного
подхода к экономическому сотрудничеству, который в большей степени
отвечал бы общим интересам.
6. Учреждение на базе экспертного Форума Шанхайской организации
сотрудничества, Международного института, призванного исследовать
политическое и экономическое развитие региона охвата ШОС.
Осуществление вышеуказанных мер способствовало бы выходу
Шанхайской организации сотрудничества на новый этап развития,
поставило бы ее в ряд наиболее влиятельных международных институтов и
способствовало бы продвижению российских интересов в Азии.
Ассоциация Стран Юго-Восточной Азии, АСЕАН (Association of South East
Nations, ASEAN) – региональная организация стран Юго-Восточной Азии.
58
Образована в 1967. Включает 10 стран (Индонезия, Малайзия, Сингапур,
Таиланд, Филиппины, Бруней (1984), Вьетнам (1995), Лаос (1997), Мьянма
(1997), Камбоджа (1999)).
Основные цели АСЕАН:
– ускорение экономического развития, социального и культурного
прогресса стран Юго-Восточной Азии (ЮВА);
– укрепление мира и региональной стабильности;
– расширение активного сотрудничества и взаимопомощи в области
экономики, культуры, науки, техники и подготовки кадров;
– развитие более эффективного сотрудничества в сфере промышленности и
сельского хозяйства;
– расширение взаимной торговли и повышение жизненного уровня граждан
стран-участниц;
– установление прочного и взаимовыгодного сотрудничества с другими
международными и региональными организациями.
В странах Ассоциации считают, что Россия является, и будет оставаться
великой евроазиатской державой, что региональная безопасность выиграет
от вовлечения ее в важнейшие политические и мирохозяйственные
процессы, идущие в АТР и ЮВА. По инициативе РФ в документах Форума
нашла место идея постепенного продвижения от налаживания мер доверия
через этап превентивной дипломатии к созданию системы региональной
безопасности, охватывающей тихоокеанскую Азию.
С середины 1997 начал действовать Совместный комитет сотрудничества
АСЕАН – Россия, заседания которого периодически проходят в Москве или
в одной из асеановской столиц. Создан и действует предусмотренный
диалоговыми отношениями Фонд Россия – АСЕАН, занимающийся
проблемами двустороннего экономического, торгового и научно-
технического взаимодействия. В его деятельности участвуют представители
как официальных, так деловых и академических кругов.

59
Успешно развиваются торговые связи России со странами АСЕАН,
лидирующих в системе двусторонних экономических отношении.
Заметное место в отношениях с такими странами АСЕАН, как Вьетнам,
Индонезия, Малайзия занимает военно-техническое сотрудничество. За счет
военной техники российского производства полностью осуществляется
модернизация стратегических ракетных войск, малайзийские ВВС оснащены
самолетами российского производства.
Вполне благополучно складывается положение с финансовыми интересами
России в странах АСЕАН. Индонезия досрочно рассчиталась по своему
крупному долгу, восходившему к 1960-м годам. В 2000 подписано
соглашение об урегулировании крупной задолженности Вьетнама.
Реализуется аналогичная договоренность с Лаосом. Единственная проблема
– задолженность Камбоджи, размеры которой, однако, относительно
невелики.
С учетом того, что государства Юго-Восточной Азии в последнее время все
более наращивают торговые связи с Россией, причем особое внимание
уделяется в первую очередь не сырьевой стороне экономики, а ВПК, можно
предположить, что в ближайшем будущем Россия вступит в АСЕАН. Такое
решение могло бы поспособствовать ещё более тесным контактам между
государствами-членами АСЕАН и Россией.

60
3.2 Переход России к постиндустриальной экономике как механизм
перераспределения выигрыша от участия страны в МРТ
Анализ последствий, вызванных третьей НТР, лег в основу теорий "нового
индустриального" и постиндустриального обществ, разработанных
западными учеными во второй половине XX в. К сожалению, подавляющее
большинство советских теоретиков в основном критически относилось к
концепциям Р. Арона, Д. Белла, Дж. Гелбрейта, У. Ростоу, Е. Жака, Ж.
Фурастье, П. Драккера и многих других западных ученых по вполне
объективным и ряду субъективных причин. Несмотря на всеобщий характер
НТР, в СССР и странах социалистического содружества она длительное
время развивалась в ограниченной, преимущественно военной сфере, что
существенно не влияло на совокупность социально-экономических
отношений, духовную жизнь общества, как это было в западном мире.
Недостаточность или отсутствие необходимого материала в связи с этим в
сочетании с крайней идеологизацией, партийной регламентацией
исследовательской деятельности (особенно в области общественных наук)
сдерживали работу ученых в СССР и социалистических странах в этом
направлении. Однако по мере развития НТР в нашей стране, а также с
началом процесса кардинальных политических изменений на рубеже 80 —
90-х гг. данные концепции стали находить все большее число сторонников в
России.
Создатели концепции "нового индустриального" и
постиндустриального обществ исходят из посылки, что научно-техническая
революция является ведущим фактором трансформации современного
общества. Так, технологический прогресс существенно модифицировал
социальные отношения, вызвал массовые потребности и одновременно
создал средства их удовлетворения. При этом произошел отказ от развития
унифицированных производства и потребления, т.е. активизировался процесс
индивидуализации как производства, так и потребления, что прежде всего
получило выражение в небывалых сдвигах в структуре рабочей силы,
61
обусловив ее дрейф из сферы производства в сферу услуг и информации.
Таким образом, труд стал терять ярко выраженный общественный характер
(форму), ибо значительная часть людей получила возможность
самовыражения и само совершенствования на основе индивидуального
выбора рода занятий. Иными словами — трудовая деятельность в
постиндустриальном обществе все менее мотивируется осознанием
материальной необходимости (в силу достаточной насыщенности рынка
товаров и услуг, развитой системы социального обеспечения и т. д.),
модифицируясь в более высокий тип деятельности — творчество.
Именно это снимает, казалось бы, неразрешимое (по Марксу) социальное
противоречие между все более приобретающим общественный характер
производством и частным присвоением его результатов, а человек из
придатка машины все более превращается в творца, о чем свидетельствует
интенсивный рост уровня квалификации, профессионализма работников,
уровня образования в целом. По этой причине наука в постиндустриальный
период стала ведущим фактором развития общества в целом и
совершенствования индивида в частности.
Таким образом, уже б рамках постиндустриального общества решаются
многие социальные проблемы западной цивилизации на основе обеспечения
достойного уровня жизни большинства индивидов в развитых странах.
Одновременно постиндустриальная концепция в известной степени
обоснованно показывает возможные пути дальнейшего развития
цивилизации.
Однако нельзя не учитывать то обстоятельство, что постиндустриальная
западноцивилизационная система, несмотря на лидерство в современном
мире, не может претендовать, тем не менее, на всеобщность. Ее техногенный
характер не совпадает в принципе с основами параллельно развивающихся
цивилизаций Востока, с их отрицанием индивидуализма, культом
традиционной иерархии власти, коллективизмом и т. д. Помимо этого
огромное число народов планеты (в основном не англосаксонских) едва ли
62
сталкивается с проблемами жизни в постиндустриальном мире, зачастую
борясь за простое биологическое выживание (большинство народов Азии,
Африки, частично Латинской Америки).
На наш взгляд, с учетом этих замечаний, мы можем рассматривать
постиндустриальную цивилизацию в качестве нового этапа в развитии
западноевропейской цивилизации, включая отдельные. наиболее передовые
страны Востока (Японии, новые индустриальные страны), и на этом
основании трактовать ее как одну из возможных моделей общественного
прогресса.
Место и роль любой страны в мировом хозяйстве, международном раз-
делении труда и в интернационализации хозяйственной жизни зависят от
многих факторов. Однако, основными из них являются следующие:
уровень и динамика движения национальной экономики,
степень ее открытости и вовлеченности в МРТ,
прогрессивность и развитость ВЭС,
умение национальной экономики адаптироваться к условиям международной
хозяйственной жизни и одновременно воздействовать на них в желаемом
направлении.
Следует отметить, что Россия оказывает недостаточное воздействие на МРТ
и на интеграционные процессы в международной хозяйственной жизни,
поскольку оставалась в течение значительного периода времени, по
существу, в стороне от главных мирохозяйственных процессов. В новых
условиях, когда отброшены или изжили себя многие идеологические догмы,
а переход к открытой экономике стал составной частью процесса перехода
России к рыночной экономике, страна начинает снимать многие препятствия,
которые мешали активному и масштабному ее вовлечению в интеграционные
процессы.

63
3.3Участие России в процессах глобальной энергетической безопасности
Первый из глобальных сюжетов, который нужно поставить во главу
угла, связан с нарастающей дестабилизацией мировой финансовой системы,
в основе которой, как известно, лежит финансовая пирамида долларовых
обязательств, без ограничений эмитируемых денежными властями США.
Еще почти пять лет назад обратив внимание общественности
на соответствующие кризисные симптомы, Комитет по экономической
политике и предпринимательству Госдумы прошлого созыва сформулировал
принципиальный тезис: Россия, являясь крупнейшим донором мировой
финансовой системы, может и должна поставить вопрос о переходе к новой
архитектуре международных валютных отношений, базируемой
на принципах взаимовыгодности, ответственности и прозрачности
сотрудничества*. Сегодня актуальность такой инициативы резко возрастает,
на чем далее хотелось бы остановиться специально.
Второй по счету, но, пожалуй, первый по стратегической значимости
сюжет — устранение барьеров в доступе к достижениям научно-
технического, технологического прогресса и создание условий для перехода
к «экономике знаний». Это единственный путь к устойчивому
и благополучному глобальному развитию в интересах всего человечества.
Наша страна, давшая миру немало научных открытий, первой шагнувшая
в Космос и укротившая в мирных целях энергию атома, может и обязана
потребовать устранения дискриминации со стороны «Семерки» в доступе
других государств к достижениям, о которых идет речь, в выходе
на международные рынки информационных и образовательных услуг.
А вот третьим сюжетом конструктивной дискуссии на высшем уровне
может стать как раз проблема энергетической безопасности. Только
не в нынешней примитивной и, думается, неприемлемой трактовке, согласно
коей предстоит-де любой ценой «застолбить» за Россией роль критически
важного поставщика энергоносителей на мировой рынок, а совсем в другом
ракурсе. Речь идет о необходимости координации усилий ведущих стран
64
мира в освоении альтернативных источников энергии, без чего развитие
человечества очень скоро натолкнется на непреодолимый барьер
«энергетического голода». Брать же на себя односторонние обязательства
по широкомасштабным поставкам энергоресурсов в условиях нарастания
их дефицита, мягко говоря, алогично. Если уж какие-либо подобного рода
обязательства и принимать, то исключительно в ответ на серьезные
встречные уступки со стороны «Семерки» по решению интересующих нас
вопросов, включая условия присоединения России к ВТО. Например, в ответ
на снятие требования привести наши внутренние цены на энергоносители
«в соответствие с мировыми ценами». Ясно ведь, что реализация данного
требования в ходе форсирования «присоединительных» процессов, на что,
к глубокому сожалению, твердо нацелилось российское политическое
руководство, нанесет очередной сокрушительный удар по несырьевым,
прежде всего наукоемким и высокотехнологичным, отраслям народного
хозяйства и резко ухудшит социально-экономическую обстановку в стране.
Конституирование России в роли «нефтегазового донора», кстати
сказать, предлагалось еще десять лет назад, когда нас убеждали
присоединиться к «Энергетической хартии», разработанной в интересах
стран-импортеров энергоносителей. Тогдашнее российское руководство,
сначала «не глядя подмахнув» сей документ, позже одумалось, сообразив,
что ничего, кроме дополнительных односторонних обязательств, участие
в этом международном договоре стране не сулит. «Хартия» так и не была
вынесена на ратификацию: вопрос «тихо замяли». Нынешние же российские
руководители сами «суют голову в петлю», выдвигая его в центр повестки
дня предстоящих встреч глав ведущих мировых держав.
В понимании их лидеров «энергетическая безопасность» это, во-
первых, беспрепятственный для компаний, базирующихся в развитых
странах, доступ к энергетическим ресурсам планеты вне зависимости
от национальной принадлежности последних. Иными словами, нам

65
предписывается гарантировать ТНК «Семерки» как минимум «свободный»
доступ к российским недрам.
Во-вторых, стабильность цен на энергоносители, «исключение
злоупотреблений монопольным положением в целях завышения цен». Иначе
говоря, мы должны сдерживать рост мировых цен на нефтегазовые ресурсы,
т.е. отказаться от части своих прибылей в пользу зарубежных потребителей.
В-третьих, стабильность и рост поставок в страны «Семерки»
энергоносителей, соответственно беспрепятственность их транзита. Но если
в обеспечении последней мы тоже реально заинтересованы, постоянно
страдая, в частности, от эксцессов прохождения через территорию Украины
потоков российских нефти и особенно газа, то в стабилизации
и наращивании экспорта углеводородов заинтересованы «с точностью
до наоборот».
Выдвигая тезис о том, что стабилизация роли России как ведущего
мирового поставщика энергоносителей противоречит нашим национальным
интересам, я должен дать анализ нынешней российской экономической
политики, в первую очередь, денежно-кредитной. Прежде всего,
представляется уместным напомнить в данном контексте хрестоматийно
известное образное выражение Д.И.Менделеева: «сжигать нефть все равно,
что топить печь ассигнациями». Спустя столетие с лишним после
афористичного высказывания гениального ученого Россия весьма
преуспевает в этом разорительном для нее бизнесе, используя значительную
часть добываемого черного золота в качестве топлива. Однако еще большую
основную часть сырой нефти мы вывозим за рубеж, хотя каждому
старшекласснику должно быть известно, что углеводороды суть важнейшее
химическое сырье, включающее множество элементов менделеевской
периодической таблицы. Из тонны нефти, которая ныне стоит на мировом
рынке 420 «зеленых», можно произвести готовой продукции на десятки
их тысяч.

66
Игнорируя эту ценность нефти, равно как и ценность природного газа,
руководство страны предпочитает обменивать соответствующие
невосполнимые запасы на наличные доллары. Причем в отличие
от советских лидеров, считавших, что экспортировать нефтегазовые ресурсы
следует ради целевого импорта критически важных для страны товаров
народного потребления, оборудования и технологий, лидеры нынешние
проявляют интерес главным, если не единственным, образом к чистому
накоплению «нефтедолларов» и «газодолларов» на счетах зарубежных,
прежде всего американских, банков. Именно там оседает, обесцениваясь
по мере прогрессирующей долларовой инфляции, валютная выручка
от экспорта отечественных углеводородов. Хуже того, как мне уже
многократно, в том числе в последнее время, доводилось писать
на страницах «Российского экономического журнала»**, из-за
искусственной, на манер печально известного «валютного правления»,
привязки денежными властями России эмиссии рублей к приросту валютных
резервов возникает следующая деструктивная зависимость: чем больше
валюты поступает в страну от экспорта энергоносителей, тем меньше
денежных ресурсов предлагается для ориентированных на внутренний рынок
отраслей и для социальной сферы.
Понятно что, если бы монетарная политика велась не по примитивным
радикально-либералистским алгоритмам, приток «нефте»- и «газодолларов»
мог бы стать мощным фактором социально-экономического прогресса
в России, как это имеет место во многих нефтедобывающих странах. Однако
в арсенале нынешней правительственной команды нет других способов
использования поступающей валюты, кроме ее оставления на счетах
иностранных банков и вложения в низкодоходные надежные категории
западных ценных бумаг, что, конечно, тождественно льготному
кредитованию экономического роста наших стратегических конкурентов
в ущерб собственной стране. При такой политике не только рост, но даже
и стабилизация уровня экспорта энергоносителей, как ни парадоксально,
67
сдерживают народнохозяйственный рост и затрудняют решение социальных
проблем.
В общем, в любом случае нет, мягко говоря, никакого положительного
смысла добиваться увеличения или даже стабилизации российской квоты
на мировом рынке энергоносителей. Нам никто этот экспорт извне
не ограничивает. Наоборот, исходя из своих долгосрочных национальных
интересов Россия сама должна была бы его ограничить, или, применяя
модное ныне слово, «оптимизировать». Приняв же на себя какие-либо
дополнительные обязательства по нефтегазовым поставкам, мы эту
«оптимизационную» задачу, естественно, не решим, а будем вынуждены
за свой счет обеспечивать энергетическую безопасность США, стран
ЕС и Японии.
Мало сказать, что выход России на первое место в мире по экспорту
углеводородов не стал фактором ее социально-экономического прогресса:
усиливающийся в рамках упорно проводимой радикально-либералистской
монетарной политики перекос денежного предложения в сторону
энергосырьевых отраслей превращает нынешнюю формально благополучную
макродинамику в «рост с антиразвитием», т.е. рост, сопровождаемый
деградацией научно-производственного и человеческого потенциалов
страны. В основе перевода экономики в режим быстрого, устойчивого
и высококачественного роста, как известно, лежат научно-технический
прогресс, способность страны создавать, осваивать и тиражировать новые
технологии, продуцируемые наукоемкими отраслями, наукой
и образованием. Сырьевая же специализация народного хозяйства России
обрекает нас на дальнейшее и убыстряющееся социально-экономическое
отставание, на окончательную утрату основных внутренних источников
современного роста.
Элементарно понятно, что экспорт энергоносителей с этой точки
зрения ни в коей мере не способен заменить производство
высокотехнологичных продуктов со значительной добавленной стоимостью.
68
К примеру, в расчете на единицу веса выпускаемой продукции
экономический эффект от производства экспортной нефти в 10 тыс. раз
меньше, чем от выпуска авиатехники. Неудивительно, что развитые страны
специализируются на наукоемкой продукции, а соответствующей
получаемой «интеллектуальной ренты» с лихвой хватает на импорт
необходимых сырья и энергоносителей. Лидерство США и других стран
«Семерки» обеспечивает им монополию на производство современных
изделий с высокой добавленной стоимостью, а значит, возможность
завышения цен на них.
Чтобы выйти на траекторию быстрого, устойчивого
и высококачественного экономического роста, Россия должна занять
в координатах глобального научно-технического процесса достойное место,
обеспечивающее «интеллектуальную ренту», достаточную для расширенного
воспроизводства своего научно-производственного потенциала. А для этого
надо обрести лидерство хотя бы на нескольких векторах развития
современного технологического уклада. Среди последних есть такие,
в отношении которых Россия еще сохраняет конкурентные преимущества -
реальные или теперь уже в большей мере потенциальные. Кроме газового
промышленного комплекса, производственно-экспортный потенциал коего
подлежит радикальной диверсификации, эти оставшиеся преимущества
сопряжены, в частности, с ракетно-космической и атомной отраслями
и с авиапромом, а также с отдельными направлениями в биотехнологиях
и генной инженерии, лазерных технологиях, производстве вооружений,
судостроении и электротехнике.
Особый вопрос связан со сферой образовательных услуг:
на их мировом рынке Россия, еще недавно обладавшая одной из лучших
в мире систем образования, имеет ничтожно малую долю. Стремясь и здесь
утвердить свою монополию, США и ЕС навязывают всем странам, включая
нашу, свои образовательные стандарты, что обедняет глобальные
возможности развития человеческого потенциала, нивелирует его
69
многообразие. Опираясь на свой авторитет одного из интеллектуальных
лидеров человечества, Россия могла бы инициировать обсуждение вопроса
о новой организации мирового рынка образовательных и информационных
услуг, нацеливаемой на максимально полное использование имеющихся
в разных странах научно-образовательных возможностей.
Коль скоро стратегия социально-экономического развития страны
должна связываться прежде всего с максимальной реализацией
и наращиванием конкурентных преимуществ в наукоемких отраслях,
«категорический императив» российской геоэкономической активности
преодоление барьеров, выстроенных на мировом рынке
высокотехнологичной продукции. Между тем первое должностное лицо
государства заявляет, что стратегическая миссия России заключается
в обеспечении глобальной энергетической безопасности, тем самым
сигнализируя миру о своем согласии с сугубо «придаточной» вторичной
и пассивной — ролью, изначально отводимой нашей стране членами
«Семерки».
Позиция последних понятна и имеет свою логику: ведущие державы
не собираются ни с кем делиться своим монопольным положением
в генерировании научно-технического прогресса, обеспечивающим
им финансовое, интеллектуальное и военное превосходство. Они,
в частности, хотели бы прочно «законсервировать» исключительную роль
России как их сырьевого источника и рынка сбыта их готовой продукции,
а потому всячески поощряют политику самоустранения российского
государства от решения задач обеспечения структурных сдвигов
и инновационных прорывов в экономике, развития науки и образования.
Неудивительно, что мировой рынок остается закрытым для отечественной
наукоемкой продукции за исключением отдельных ниш, куда западные
корпорации разрешают «встраиваться» российским предприятиям в качестве
поставщиков тех или иных комплектующих.

70
А вот нынешняя позиция России, рассматриваемая через призму
наших коренных национальных интересов, и непонятна, и нелогична.
С точки зрения их обеспечения следовало бы, исключив абсурдную
«претензию» на роль «глобального энергетического гаранта», по сути
тождественную функции энергетического придатка «Семерки», поставить
в качестве приоритетных вопросы о равноправном и конструктивном
международном сотрудничестве в ряде наукоемких областей деятельности.
Речь идет, в частности, об освоении космического пространства, где следует
добиваться снятия дискриминационных ограничений на рынке запусков.
О мирном использовании атомной энергии: для расширения
и диверсификации поставок российского ядерного топлива, равно как
и развертывания зарубежного строительства АЭС, крайне значимо открытие
соответствующих рынков Европы, США и Японии. О молекулярной
биологии: мы заинтересованы в доступе к новейшим результатам
исследований генома человека и к другим достижениям генной инженерии,
в постановке их практического применения под надежный международный
контроль. Данный перечень может быть продолжен.
Кроме монополии на научно-технический прогресс, для участия
в которой у России, как уже отмечалось, есть веские реальные основания,
государства «Семерки» обладают еще одной глобальной монополией,
обеспечивающей им колоссальные преимущества, - на эмиссию резервных
мировых валют.
С момента отказа США от выполнения своих обязательств
по свободному обмену доллара на золото американская валюта была
навязана всему капиталистическому миру в качестве заменителя желтого
металла в международных расчетах. С 1971 г. ФРС начала эмитировать
мировую валюту, а бюджет Соединенных Штатов стал присваивать
соответствующий эмиссионный доход. Эта уникальная функция доллара
позволила «цитадели мирового капитализма» получать со всех континентов
триллионы долларов беспроцентных кредитов. Они использовались
71
и используются для финансирования дефицита бюджета американского
государства, превратившегося при помощи печатного станка в самое
могущественное на планете. Под политической крышей США центр эмиссии
международной валюты для Юго-Восточной Азии создала Япония, получив
тем самым мощный рычаг наращивания экспорта и приобретения
зарубежных активов. В своей решающей части эмиссия иены тоже
направлялась на цели финансирования дефицита государственного бюджета.
Последними в аналогичном плане выступили государства
континентальной Европы, добившиеся введения евро. Соответствующий
эмиссионный доход они в значительной мере аккумулируют за счет России
и иных постсоветских республик, наряду с долларом использующих
евровалюту в качестве резервной.
Присвоение Соединенными Штатами и другими государствами
«Семерки» функции эмитентов резервных валют не только дискриминирует
все остальные страны, но и создает угрозу дестабилизации мировой
финансовой системы. В настоящее время обеспеченность доллара
золотовалютными резервами США не превышает 4%, а процесс его
эмитирования приобрел характер строительства финансовой пирамиды. ФРС
вынуждена интенсифицировать этот процесс в целях финансирования
бюджетного и торгового дефицитов, и растущая пирамида уже превысила
30 трлн долларов, около трети которых составляет госдолг. Она вышла
за пределы устойчивости и обнаруживает признаки саморазрушения:
периодические волны девальвации доллара, локальные катастрофы на рынке
американских ценных бумаг, а также беспрецедентно растущие цены
на нефть. Едва ли не последней точкой опоры доллароцентричной мировой
финансовой системы стали спекуляции сырьем: спекулятивный капитал
«побежал» с утрачивающих стабильность рынков на рынки сырьевые, где
он играет на повышение цен нефтяных фьючерсов. Американская военно-
политическая машина сегодня мощно прессингует страны-нефтеэкспортеры,
стремясь сохранить привязку их платежных систем к валюте США. Именно
72
с этим во многом связаны кувейтская и иранская военные авантюры, равно
как и нынешний шантаж Ирана, осмелившегося заявить об открытии
собственной нефтяной биржи и о намерениях отказаться продавать нефть
за доллары.
В последнее десятилетие Россия стала крупнейшим донором мировой
экономики, вывезя за свои границы сотни миллиардов долларов капитала,
вырученного от экспорта энергоносителей. Эти деньги вложены главным
образом в долларовые же активы и «работают» на воспроизводство
глобальной финансовой пирамиды. Впрочем, российское руководство
и непосредственно осуществляет заведомо противоречащие интересам
страны вышеупомянутые операции по размещению огромных валютных
резервов и средств Стабилизационного фонда в американские долговые
обязательства. Потери только от элементарного инфляционного обеспечения
этих «инвестиций» уже сегодня достигли десятков миллиардов долларов,
выведенных из воспроизводственных процессов и недоплаченных
«бюджетникам».
Сегодня российские вложения в долларовую пирамиду втрое
превышают объем денег, эмитированных Банком России для обслуживания
потребностей народного хозяйства. Имея таким образом трехкратный запас
прочности, рубль оказывается в этом смысле едва ли не самой устойчивой,
хотя и остающейся неконвертируемой, валютой. Как уже отмечалось, Банк
России, привязав эмиссию рублей к приобретению в свои международные
валютные резервы долларов и отказавшись тем самым от проведения
самостоятельной денежной политики, низвел нашу национальную валюту
до разновидности долларового суррогата. Парадокс, однако, в том, что эта
порочная монетарная политика дала некий «побочный» позитивный
результат, как раз и состоящий в том, что рубль объективно превратился
в валюту, наиболее обеспеченную резервами. На фоне прогрессирующей
дестабилизации доллара и связанных с ним других мировых резервных
валют это создает объективные условия для включения в их число и рубля.
73
Российскому руководству пора, наконец, поставить данный вопрос
и начать добиваться признания денежными властями США и стран
Евросоюза возможности выполнения рублем функции международной
резервной валюты. Предпосылки для соответствующих инициатив
и действий налицо: отмеченный запас прочности в виде резервирования
рубля в долларах и евро, устойчивое положительное сальдо российского
платежного баланса, наше фактическое донорство в отношении мировой
финансовой системы и репутация России как одного из крупнейших
кредиторов, списавшего рекордную сумму долгов развивающимся странам.
Поставив перед «Семеркой» проблему придания отечественной валюте
статуса одной из мировых резервных валют, было бы логичным «вписать»
в данный контекст и все тот же сюжет об энергетической безопасности:
дополнительные обязательства России в этой сфере могут быть разменяны
на признание такого статуса рубля партнерами по «Восьмерке». Именно
торговля нефтью и газом сегодня, стоит повторить, демпфирует разрушение
долларовой финансовой пирамиды, и если уж брать на себя крайне
сомнительную с точки зрения национальных интересов миссию отвечать
за глобальную энергетическую безопасность российскими углеводородами,
следует хотя бы продавать их исключительно за отечественную валюту.
Признание ее в качестве одной из мировых валют позволило бы резко
расширить масштаб кредитования народнохозяйственного роста России
и существенно способствовало бы реинтеграции постсоветского
экономического пространства; в значительной мере облегчалось бы решение
проблемы «убегающего» капитала, мотивации субъектов которого при его
переводе в рублевую зону, очевидно, изменятся в благоприятном для страны
направлении. Одновременно такое признание стало бы фактором
стабилизации мировой финансовой системы, ибо она получила бы
дополнительную серьезную опору: рубль, хотелось бы еще раз подчеркнуть,
не только имеет трехкратный масштаб резервирования, но и обеспечен
экспортом энергосырьевых товаров, торговля которыми стала последним
74
«якорем» для нынешних резервных валют. Эволюция организации
международных расчетов в сторону поливалютности, предполагающая также
повышение статуса китайского юаня и индийской рупии, создавала бы
реальные возможности предотвращения краха глобальной финансовой
системы.
Еще один вопрос, который предстоит решить в процессе становления
новой «архитектуры» последней, касается ликвидации или хотя бы изоляции
оффшорных зон. Их функционирование, как известно, подрывает
устойчивость национальных валютно-финансовых систем, предоставляя
широкие возможности не только для ухода хозяйствующих субъектов
конкретных стран от налогообложения, отмывания денег и их нелегального
движения через границы, но и для концентрации спекулятивного капитала
при подготовке атак на национальные валюты. Более многих других стран
пострадав от «теневого» вывоза капитала в оффшоры, Россия имеет весомые
аргументы для постановки вопроса об их нейтрализации, в решении которого
объективно заинтересованы все члены «Восьмерки».
Разумеется, наши партнеры по участию в ней, особенно США,
по возможности блокировали бы постановку и открытое обсуждение
вопросов, о которых шла речь. Однако по разным причинам ни одно
государство, кроме России, сегодня поставить их не в состоянии. Упуская же
соответствующий шанс, мы рискуем остаться «шестеркой», обслуживающей
энергетические нужды «Семерки». А в заключение хотелось бы снова
подчеркнуть: в контексте нынешней социально-экономической стратегии
российских властей их попытка перспективно идентифицировать Россию как
«великую энергетическую державу» не более чем исполненная ложным
пафосом мифология, затемняющая печальную перспективу окончательного
превращения страны в большую сырьевую колонию.

75
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В заключении хотелось бы отметить: не стоит рассматривать процесс


глобализации однобоко, говорить о нем, только как об источнике многих бед
и конфликтов внутри государств, но также, нельзя и восхвалять, подчеркивая
значимость его, как важного источника новых возможностей. Глобализация
требует объединения усилий всех государств в решении назревших
(рассмотренных в работе) проблем. В такой ситуации возрастает роль ООН и
других международных организаций в разработке программ развития мира,
но возможно и возникновение принципиально новых международных
структур, способных решить эти проблемы. Глобализация нивелирует
различия между внутренней и внешней политикой государства, заставляя
политическую элиту более тщательно просчитывать выгоды и недостатки
участия страны в глобальной политической и экономических системах.
Глобализация предъявляет повышенные требования и к управленческим
кадрам: знание языков, овладение компьютерными технологиями,
информацией о быстро меняющейся ситуации на мировых рынках,
готовностью к новациям и рискам.
К настоящему времени аналитическое изучение процессов глобализации
позволяет выделить несколько принципиальных форм их проявления, на
которые чаще всего обращают внимание исследователи и изучение которых
дает возможность лучше понять суть феномена. Взаимосвязанность
хозяйственной деятельности в настоящее время не только проявляется
намного сильнее, чем раньше, но и охватывает практически все страны мира,
становясь глобальной. Разумеется, в первую очередь речь идет о
переплетении экономик промышленно развитых стран, но и остальной мир с
разной скоростью и интенсивностью втягивается в общемировые процессы.
Итак, роль ТНК в глобализационных процессах отнюдь не столь однозначна,
ибо они обостряют противоречия между национальной и глобальной
экономикой. Да к тому же нельзя упускать из виду и наличие
76
взаимозависимости глобализации и ТНК. Сегодня российские вложения
в долларовую пирамиду втрое превышают объем денег, эмитированных
Банком России для обслуживания потребностей народного хозяйства. Имея
таким образом трехкратный запас прочности, рубль оказывается в этом
смысле едва ли не самой устойчивой, хотя и остающейся неконвертируемой,
валютой. Как уже отмечалось, Банк России, привязав эмиссию рублей
к приобретению в свои международные валютные резервы долларов
и отказавшись тем самым от проведения самостоятельной денежной
политики, низвел нашу национальную валюту до разновидности долларового
суррогата. Парадокс, однако, в том, что эта порочная монетарная политика
дала некий «побочный» позитивный результат, как раз и состоящий в том,
что рубль объективно превратился в валюту, наиболее обеспеченную
резервами.

77
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Бельчук А.И. Будущее глобализации и межцивилизационные отношения. //


Внешнеэкономический бюллетень. – 2004 - №7. – с. 16
2. Богомолов Б.А. Глобализация: некоторые подходы к осмыслению
феномена. // Вестник Московского университета; серия 12: политические
науки. – 2004 - №3. – с. 109
3. Бауман З. Глобализация. Последствия для человека и общества: Пер. с
англ. – М.: Весь Мир, 2004 – с. 73
4. Зуев А.Г., Мясникова Л.А. Глобализация: аспекты, о которых мало
говорят. // Мировая экономика и международные отношения – 2004 - №8. – с.
58
5. Иванов Н. Глобализация и общество: проблемы управления//МЭ и МО
-2008 - №12 – с.11 -14
6. Ковалев Е. Глобальная продовольственная проблема//МЭ иМО – 2004 -
№10- с.26-34
7.Кузнецов В. Экологическая безопасность человека// Основы
безопасности жизни. №1. 2000.- С.41-43.
8. Либман А. Конкуренция юрисдикций и преодоление неэффективного
равновесия в условиях глобализации. // Общество и экономика. – 2004 -
№5-6 – с. 265.
9. Максимов Н. Прогноз роста населения Земли.//Знание-сила. № 9-10. 1999.-
С.34-35.
10. Медведев В.А. Глобализация экономики: тенденции и противоречия. //
Мировая экономика и международные отношения. – 2004 - №2. – с. 8
11. Мовсеян А, Огнивцев С. Транснациональный капитал и национальные
государства.//МЭ и МО-1999-№6-с.56-57
12. Назаренко Н. Шмелев Г. Государственная политика в аграрной
сфере//Вопросы экономики – 1996 - №9
78
13. Нухович Э.С., Смитиенко Б. М., Эскиндаров М. А.
Мировая экономика на рубеже XX –XXI веков. Москва, 2000.

14. Обоснованный прогноз мирового развития//МЭ и МО –


2007 -№11 –с.107-110

15. Семёнов К. А. Принципы развития международного


разделения труда. Москва, Гуманитарное знание, 2000.

16.Соколинский В.М. Феномен глобализации: надежда и сомнения. //


Финансовый бизнес. – 2004 - №3. – с. 57 Фаминский И.П. Глобализация
экономики и внешнеэкономические связи России. –М.: Республика. – 2004 –
с. 102
17. Фаминский И.П. Глобализация экономики и внешнеэкономические связи
России. –М.: Республика. – 2004 –с. 124
18. Эльянов А.Развивающиеся страны ассиметрия глобализации//Восток –
2006-№6-с.64-82

79

Оценить