Вы находитесь на странице: 1из 221

Серия«Сказкиновоговремени»

Сергей Козлов

Проходимцы
криминальный роман

Калининград, 2011
УДК 000.000.0
ББК 00-00

ISBN 00-00-000

С.Козлов. «Проходимцы». Серия «Сказки нового вре-


мени». – Калининград, 2011, 148 стр. Криминальный
роман о современной жизни является первым в подготав-
ливаемой автором серии «Сказки нового времени». В
стремительном развитии сюжета есть все: любовь и пре-
ступления, верность и предательство, стяжательство и
благородство.

УДК 000.000.0
ББК 00-00

© Сергей Козлов
Дорогие мои читатели!

Криминальный роман о современной жизни «Прохо-


димцы» является первым в подготавливаемой автором
серии «Сказки нового времени». В стремительном разви-
тии сюжета есть все: любовь и преступления, верность и
предательство, стяжательство и благородство. Мягкая
ирония и жесткая сатира, отсутствие сюжетных аналогов,
при полной узнаваемости мест действия, не дают соску-
читься, а многообразие героев и происходящих с ними со-
бытий позволяют человеку каждого возраста найти в
произведении что-то свое, сугубо личное. Можно не со-
мневаться в одном: прочитав роман, Вы по-другому по-
смотрите на некоторых из окружающих Вас людей,
по-иному оцените их поступки.
Безусловно, любые совпадения имен и событий с ними
связанных, носят исключительно случайный характер.

С искренним уважением,
автор
Оглавление:

Часть I. Московский драйв


Глава I. «Блядовкин, на выход!» 5
Глава II. Москва на коленях 20
Глава III. «Потсдамский мальчик» 37
Глава IV. Блиц-криг 57
Глава V. Операция «Олигарх» 75

Часть II. Кёнигсбергская история


Глава VI. Start-up 96
Глава VII. Свора 119
Глава VIII. Афера 144
Глава IX. Банда 163
Глава X. Тварь 178
Глава XI. Бумеранг 198
Ловко пользуется, тать,
тем, что может он летать:
Зазеваешься – он хвать - и тикать!
В.Высоцкий

Часть I. Московский драйв

I. «Блядовкин, на выход!»

Пассажирский поезд Махачкала-Москва медленно


продирался через небольшие полустанки, бесконечно за-
стревая у редких светофоров. В вагонах было довольно
пусто. Последний всплеск рельсовой войны поубавил же-
лающих испытать судьбу. А те, кто всё-таки решился от-
правиться в путь, старались передвигаться по вагону
незаметно, и то больше по нужде. Тихо спрятавшись за
хлипкими дверями купе, они выкладывали на стол ку-
рицу, варёные яйца, помидоры, малосольные огурцы и от-
варную картошечку, и начинало казаться, что на Кавказе
идёт не 2005 год, а 1975 с его сытой определённостью и
еще честной милицией. Однако, мечты мечтами, а разва-
лины за окнами и сетка трещин на немытом стекле напо-
минали о том, что тот мир навсегда остался в прошлом.
Но самым сильным свидетельством новых времен были

5
люди в форме. Как за стеклом, так и в самом поезде.
В последнем купе последнего вагона, не удосуживая
себя выбором слов, шумно гуляла группа сержантов-дем-
белей. По блеску мишуры и количеству разномастных
значков они походили на царских генералов 100-летней
давности, а по поведению – на легендарного поручика
Ржевского. Правда, продемонстрировав провожавшим де-
вушкам такую «неземную красоту», в поезде они всё бы-
стро упаковали в заранее приготовленные пакеты и
переоделись в выцветшие тельники и видавшую виды ста-
рую камуфляжную форму. На столе быстро появились
фляжки, доверху наполненные кизлярским коньяком
«Лезгинка», домашние консервы, масло, банки тушенки,
многокилограммовый кусок осетрины и трехлитровая
стеклянная банка черной икры. Увидев такое богатство,
старый ворчун-проводник немедленно превратился в доб-
рого хозяина. Стремительно поднося свой домашний
лаваш и душистый горячий чай, вовремя вставляя слово
о героях-защитниках, он вскоре удостоился 100-баксовой
награды. Рейс, похоже, начинался удачно!
Опытному проводнику не надо было ничего объяснять
по поводу источников дембельского благополучия. «Че-
ловек с ружьем» на Кавказе, да еще в форме, всегда мог
рассчитывать на «добычу». Оружие, наркотики, дорогие
вещи, валюта, чего только не попадало в сети «добытчи-
ков». Хотя они и составляли явное меньшинство среди
возвращавшихся с Кавказа, жесткой оппозиции их дей-
ствия у общества не вызывали. В стране, где десятиле-
тиями процветала идеология передела собственности и
государственного грабежа, изъятие чего-нибудь у кого-
нибудь побогаче рассматривалось почти как норма. А
6
когда в дембельском пьяном базаре проводник услышал
слово нефть, то вообще все встало на свои места…
Нефть в России давно стала чем-то большим, чем по-
лезное ископаемое. Ещё при Ельцине она превратилась в
материальный эквивалент власти и благополучия. Близ-
кие к Борису Николаевичу люди забрали всё, оставив
другим право «кормиться» в процессе переработки, до-
ставки и реализации продукта, подворовывая в терпимых
для государства размерах. Для обнищавших в лихолетье
90-х народов Кавказа «изъятие» нефти из нефтепроводов
и её переработка на кустарных перегонных установках, да
ещё и на их родовых территориях, давно превратилась в
народный промысел, хорошо организованный и разумно
прикрываемый местной элитой, научившейся кормиться
из федерального бюджета.
Возникавшие время от времени конфликты между
охраной нефтепроводов и местным населением, перехо-
дившие в редких случаях в перестрелки, создавали иллю-
зию, что одни пытаются силой взять нефть, а другие – не
дают. На самом деле всё было проще. Стреляли от скуки
и не по людям. Приобрести кровника, даже по пьяному
делу, никто не хотел. Коррумпированные офицеры под-
разделения и их подчинённые, давно не верившие ни в
кого и ни во что, быстро встроились в эту систему крими-
нальных отношений, получая за прикрытие «черной до-
бычи» до трети получаемой прибыли. Сержантам хоть и
перепадали крохи с барского стола, они могли позволить
себе много больше офицеров из других частей. И, покидая
бригаду, каждый из них прятал в нижнем белье или в спе-
циальном поясе немалые суммы долларов, евро, а нередко
и валюты арабских стран. Исторический опыт подсказы-
7
вал – деньги не пахнут.
…Чем сильнее дембельские посиделки набирали обо-
роты, тем светлее казалось будущее. Двое рослых ребят
из-под Астрахани уже подсчитали, что будут работать на
пару: купят быстроходный катер и займутся добычей и
поставками черной икры в столицу. Тем более у одного из
них дядя был старший рыбинспектор и давно ждал род-
ственника, чтобы не отдавать сбыт в чужие руки. Да и
стрёмно становилось – охочие до хлебного места «кол-
леги и партнеры» могли и подставить. А родня есть родня!
Кирсан из Калмыкии, всегда гордившийся тем, что носит
имя первого президента Калмыкии Илюмжинова, хотел
просто хорошо жениться на богатой и красивой. «Не-
счастные люди», – глядя на них думал Алексей Глядов-
кин, – и мечты у них мелкие. Знали бы с кем едут в купе
– обоссались бы от удивления!». А видел себя Алексей
только в одном качестве – Президентом России!
Это не была случайная мысль. К ней он шёл с детства,
в котором, как ему казалось, всё было неправильным. Во-
первых, рос он без отца. Рассматривая себя в зеркало, он
так и не мог понять, почему его, такого красивого, мог
оставить этот глупый дядька. Правда, как-то посмотрев
на затурканную, рано постаревшую учительницу-маму, он
неожиданно пришел к окончательному выводу. Это она
была во всём виновата. Разве нормальному мужику такая
нужна?!
Второе нерадостное открытие дала его собственная фа-
милия. Оказалось, что легким полукруглым штрихом
даже самые полуграмотные придурки могут превратить
его – великого в будущем Глядовкина – во всеобщее по-
смешище – Блядовкина. Хуже того, как удалось выяснить
8
впоследствии, их родовая фамилия действительно была
Блядовкины, полученная в XIX веке от уездного писаря
в силу особого к их семье отношения. Спасибо ещё пра-
деду, сумевшему в первые годы после революции задоб-
рить нехилой взяткой новую власть и поменять первую
букву фамилии на «Г».
Когда несколько лет спустя он рассказал эту историю
знакомому политологу, то узнал от него, что в политике
такого рода фамилии действительно проблема. Как из-
вестно, на последних советских выборах в Верховный
Совет России конкурентом Бориса Ельцина от КПСС
был подобран известный хозяйственник, директор авто-
гиганта Браков. Увы, в ночь накануне выборов практиче-
ски на всех доступных человеческому росту плакатах
буква «Б» поменялась на «С». Конечно, не это решило
исход выборов, но грубая издёвка свою роль сыграла.
С другой стороны, родная фамилия никогда не мешала
достижению властных вершин. Ленин, Сталин, Троцкий,
Каменев и многие другие фамилии лидеров советского го-
сударства были не более чем красивыми псевдонимами,
скрывавшими национальные и родовые особенности их
носителей. Более того, партия не могла допустить, чтобы
коммунист был Дураковым или ещё хуже Мудаковым. В
результате руководство КПСС дало возможность менять
фамилии своим активистам, в первую очередь заслужи-
вающим право занимать руководящие должности. Благо-
даря этому мудрому решению замечательный ресторатор
Гнилозуб наконец смог стать Некрасовым, а руководитель
передового колхоза превратился из Сеногноева в Орлова.
Спасибо КПСС сегодня могут сказать десятки тысяч по-
томков носителей неблагозвучных фамилий, превращен-
9
ных партией в Ивановых, Петровых, Орловых и Коршу-
новых.
Всё, что касается фамилии, всегда волновало и трево-
жило Алексея. Ему хотелось найти дворянские корни –
не получилось. Обычные мещане – вот и всё, что удалось
выяснить. Не нашлось ни героев войны, ни жертв репрес-
сий, ни академиков. Казалось, история страны как бы
назло проходила мимо их фамилии. Однако эта незамет-
ность имела и свои плюсы. Учась благодаря маме в хоро-
шей школе, он заметил, что детей известных родителей
больше, чем других дёргают учителя. Это и понятно, с них
есть, что взять. А чего взять с его мамаши, живущей такой
же некрасивой жизнью, как и все, и только мечтающей о
щедрых родителях своих учеников. Из-за отсутствия
денег он избежал наркоты, давно поразившей благополуч-
ные школы родного города и богатых друзей, регулярно
попадавших в милицию. Этих зажравшихся уродов он не-
навидел, и никогда не считал для себя зазорным прихва-
тить у «богатенького буратины» какую-нибудь ценную
вещичку, а иногда и кошелек. Воровством сиё действо он
никогда не считал. Для него это было актом восстановле-
ния социальной справедливости.
Жизнь, наверное, так бы и катилась своим чередом,
если бы не первая серьёзная проблема. После поступле-
ния в главный инженерный вуз региона, он, как и многие
студенты, сделал удивительное открытие. В институте
можно было заниматься чем угодно – работать в десяти
местах, вовремя «сдавать» зачеты и экзамены и шаг за
шагом перебираться с курса на курс. Причем «сдавать»
предмет в действительности означало сдавать через ста-
росту деньги преподавателю и озвучивать ответ на подго-
10
товленный заранее вопрос. Знаний это не добавляло, но к
диплому приближало. Те немногие, кто хотел большего,
работали на кафедрах, писали научные работы, честно
сдавали экзамены и считались «ботаниками».
К сожалению, Алексей не сумел выбрать ни тот, ни дру-
гой путь. Незначительное, на первый взгляд, событие
определило весь жизненный путь молодого человека!
Первый свой компьютер он купил лишь в институте – за-
работав агентские в страховой компании, а не взяв, как
обычно, у мамы. Сказочный виртуальный мир мгновенно
завлек его в свои сети: игры до утра, порнуха, откровен-
ные чаты, новые друзья и подруги: новые соблазны бук-
вально захлестнули неокрепшую психику. Он даже не
заметил, как был отчислен из вуза, а полученная повестка
в армию лишь обрадовала маму, которая безумно устала
от прожорливого бездельника, нарушавшего тихий про-
винциальный уклад семьи. Что уж говорить о старшей се-
стре, перед которой забрезжил шанс поиметь собственную
комнату в двухкомнатной хрущевке. Словом, проводы в
армию были скорыми и без лишних слёз.
Два дня в сборном пункте военкомата, расположенном
в старинных казематах, потрясли Глядовкина больше, чем
все события предшествующей жизни. Оказалось, что он,
свободный серфер безграничного виртуального мира, на
самом деле в реальном мире ноль без палочки. Низкорос-
лый крепыш-прапорщик объяснил, что «дурь им армия
быстро повыбивает». Наткнувшись на фамилию Алексея,
он громко, на весь строй рявкнул: «Даже из Блядовкина
сделаем человека!». Кое-кто заржал и быстро услышал:
«Так и знал, мудаков среди вас больше, чем я думал. Ты,
ты и ты – шаг из строя». И группа хохотунчиков отпра-
11
вилась чистить засранные сортиры сборного пункта.
Животный страх за свое будущее, насытив адренали-
ном молодой организм, заставил думать быстро. Он вдруг
вспомнил, как вынырнув на мгновение из виртуального
полубредового угара, услышал разговор о какой-то сер-
жантской школе, куда брали недоучившихся студентов.
Полгода тебя мордуют, но затем до конца службы ты хоть
маленький, но уже начальник. Правда, мест там маловато,
но можно договориться. Вспомнив холеный вид майора,
встреченного на входе, он понял, что это тот, кто ему
нужен.
Быстро разодрав в туалете обложку Конституции Рос-
сии с маминым пожеланием, Глядовкин выковырнул от-
туда аккуратно спрятанные 500 долларов США, которые
«позаимствовал» у дуры-сестры. «Обойдется без заначки,
и так ей на халяву комната досталась», – подумал Алек-
сей. Хотя деньги он, мягко говоря, и спёр, но чувство до-
сады, что маловато взял, осталось. Сжав бумажки в
кулаке, он выскочил в коридор с рядом дверей. На одной
была табличка: «Майор Коршунов». Алексей аккурат-
ненько постучался и тут же был допущен к телу.
Просьба, похожая на крик отчаяния, в сочетании с пот-
ными от страха баксами, сработала безотказно. На сле-
дующий день в составе небольшой группы он уже ехал в
аэропорт для отправки в учебный центр. Всё это время
Алексей жил чувством восхищения самим собой. Глядя
на оставшихся на сборном пункте новобранцев, он поду-
мал: «Какой я молодец! Я их сделал! Я уже впереди!». Ис-
портить настроение ему не смогла даже очередная
оговорка вредного прапорщика, гаркнувшего на всю ка-
зарму: «Блядовкин, на выход!». В конце казавшегося бес-
12
конечным темного тоннеля явно забрезжил свет.
Правда, действительность оказалась не столь благост-
ной, как мечталось. Курс молодого бойца слился в один
непрерывный день: сильно болели мышцы, и всё время
хотелось есть. Мечталось о лазарете с его чистыми про-
стынями, миловидными сестричками и сытым питанием.
Увы, ни чирья, ни воспаления легких так и не удалось
подхватить. Потеряв 10 кг лишнего веса, Алексей принял
присягу. Но дикая муштра и постоянные унижения от
контрактников, считавших себя настоящими хозяевами
жизни, продолжали изводить будущего сержанта. Сло-
жившееся положение Глядовкина явно не соответство-
вало его пониманию будущего места в этом мире. Надо
было что-то делать, и решение пришло само собой.
Старшим завхозом в их учебке трудилась довольно
примечательная личность: «Петрович» – для командира
части и своих, старший прапорщик Иван Петрович Гене-
ралов – для всех остальных. В армии, где всегда чего-ни-
будь не хватает, он был незаменимым человеком.
Оперативно найти литровую бутылку «Белуги» со слезой
в разгар офицерской пьянки в лесу, подогнать пару тёлок
проверяющему из Москвы, да так, чтобы не пришлось бе-
жать наутро к венерологу, помочь купить почти новый ав-
томобиль по цене б/у, организовать евроремонт жилья и
найти редкую запчасть – всё умел легендарный Петрович.
Его авторитет был незыблем, а влияние превосходило
командирское.
Алексей давно искал пути, как подойти поближе к
этому «матерому человечищу». Он уже знал, что Петро-
вич большой любитель доброго пива под хорошую рыбу.
Но будучи вечно занят обслуживанием других, никак не
13
мог найти время для собственной радости. Глядовкин, на-
хлюпав несколько жалобных писем домой, наконец, рас-
крутил маму на посылку с рыбой. В ней были копченый
угорь из Балтийска, большой двухкилограммовый лещ,
малосольный лосось и прозрачный от жира вяленый
рыбец из Краснознаменска. Такого богатства даже Петро-
вич на одной тарелке давно не видел. Словом все срослось
быстро и без проблем. Первая серьёзная пьянка породила
что-то похожее на дружбу двух таких разных людей. А
после третьего «пивного дня» стала неотъемлемой частью
жизни обоих. Между тем выяснилось, что Алексей не-
плохо разбирается в компьютерах и уже вскоре, под идею
улучшения учета товарно-материальных ценностей, был
постоянно закреплен командиром учебки за Петровичем.
Жизнь не просто налаживалась, она стала приобретать
тот размеренно-сытый образ, о котором всегда мечталось.
Но самое интересное выяснилось довольно скоро. Одино-
кому Петровичу нужен был не столько помощник или со-
бутыльник, сколько человек, способный его слушать,
которому он мог бы передать свою мудрость понимания
бытия. Даже растущая жуликоватость Глядовкина его не
пугала. «А кто сегодня не жулик? Этот хоть умный, и, по-
хоже, не жлоб по жизни», – думал многоопытный специа-
лист по решению чужих проблем. Зато так слушать его,
как делал это Алексей, никто не умел. В свою очередь Гля-
довкин, выросший дома в женском коллективе, не мог не
потянуться к настоящему мужику, который быстро заглу-
шил ностальгию по эфемерному папаше.
Его мысли быстро западали в душу Алексея. Они были
удивительно близки его небольшому жизненному опыту
и созвучны порожденным им мыслям. «Если ситуация не-
14
понятна, а взять так хочется, возьми столько, чтобы это
можно было списать на кого-то или что-то. Не бери лиш-
него!», – учил мудрый Петрович. «Из пачки в сто купюр
можно брать не более одной: и человек, и машина так
могут ошибаться, но на две-три купюры – никогда!». Каж-
дые посиделки с Петровичем превращались в своеобраз-
ные курсы выживания, дополняя жизненной правдой
рутинное обучение сержантов. «Старайся всегда быть
ближе к большим деньгам, товарам, все равно к чему, но
чтобы все двигалось и менялось. Сделать свой ручеек –
дело техники, – вещал Петрович. – Хорошее место банк,
страховая компания. Сотни, а то и тысячи работающих
никогда полностью не проконтролируешь, а кредиты, вы-
платы идут каждый день. Есть где развернуться умному
человеку!».
Но особую любовь Петрович питал к строительству. И
это было неудивительно. Разумно распределяя материалы
между частью и ее руководством, к которому он, без-
условно, относил и себя, завхоз сумел за эти годы неплохо
обустроить жизнь и свою, и своего начальства. Правда,
были у Петровича и маленькие тайны, за которыми
стояли большие деньги. Это Алексей понял, побывав у
своего начальника на даче. По краске на заборах и штука-
турке все дома военных в дачном поселке выглядели
внешне одинаково, но его дом, стоявший на отшибе, все-
таки отличался какой-то особой ухоженностью террито-
рии, окруженной высоким забором, и обилием труб,
торчавших над домом и пристройками. Да и дорога к нему
почему-то была уложена практически новыми аэродром-
ными плитками.
Только оказавшись во дворе дома, Алексей понял, что
15
перед ним была небольшая, но очень комфортабельная го-
стиничка. В цокольном этаже размещалась замечательная
сауна с бильярдным залом. К ней снаружи дома при-
мыкала немалых размеров теплица, покрытая почему-то
матовым стеклом. На самом деле это был бассейн, окру-
женный зимним садом. На первом этаже размещался
большой зал с камином, довольно современная кухня и
гостевая комната. Наверху были два замечательных
люкса, доступ в которые был строго ограничен. В них лю-
били отдохнуть проверяющие из округа и Москвы.
Именно здесь нередко решались судьбы местных коман-
диров. И в том, что учебный центр процветал, а его на-
чальники впоследствии занимали высокие командные
посты в армии, была заметная доля участия незаметного
Петровича.
Конечно, старший прапорщик Генералов был небед-
ным человеком, но с такими-то связями, как считал Алек-
сей, он мог решать вопросы и поглобальнее. Отдавая дань
уважения мудрому Петровичу, он все больше считал по-
следнего лохом, отставшим от жизни. На этой почве они
даже один раз поругались. Петровича, только что прово-
дившего после гулянки с «девочками» одного из руково-
дителей министерства обороны, он спросил: «А не
осталось ли у него интересных фоток или видео генерала?
Можно было бы неплохо раскрутить начальника». Иван
Петрович от удивления даже поперхнулся – ему и в го-
лову не приходило, что так можно делать. Ученик пошел
явно дальше учителя. Поэтому к моменту распределения
по частям Генералов счел лучшим для себя вариантом
пристроить ушлого сержанта подальше и получше, чтобы
новое теплое место поубавило воспоминаний о тайной

16
жизни учебного центра.
Так судьба выдала Алексею билет на нефтепровод.
Прощаясь с Глядовкиным, Петрович, не жалея, отвалил
ему гостовских консервов, выделил лучшую форму из
личного резерва, богатый набор всяких полезных мелочей
и толстую книгу, которая, пожалуй, больше всего удивила
новоиспеченного сержанта. Это была полная и лучшая на
тот период биография действующего Президента России
и Главнокомандующего Владимира Владимировича Пу-
тина с аккуратно выписанными Петровичем словами:
«Плох солдат, не стремящийся стать генералом. Учись и
умней!» Старший прапорщик Генералов, так и не ставший
даже лейтенантом, в самый последний момент расстава-
ния вручил ее Глядовкину, словно передавая эстафетную
палочку.
Как это ни удивительно, но именно биография Путина
стала любимой и единственной книгой Алексея во время
службы на Кавказе. Читая и перечитывая ее, он пытался
понять, почему именно ВВП оказался тем избранным, ко-
торый возглавил великую Россию? И чем больше он ее
читал, тем увереннее становился вывод – не Боги горшки
обжигают, и я тоже могу когда-нибудь стать Президен-
том! Особенно его потряс один факт – родился Алексей в
Потсдаме, в Западной группе войск именно в те годы,
когда в Германии служил Владимир Владимирович.
Может, и отца его знал будущий Президент? Может, они
и сейчас дружат? Может, стоит только обратиться к бег-
лому папаше и… он уже при дворе! А дальше, чем черт не
шутит, окажись он, Алексей, в нужное время в нужном
месте?!
Мечты мечтами, но для их реализации нужны были
17
деньги, и служба в армии дала ему стартовый капитал.
Деньги, которые Алексей, как и его сослуживцы, вез из
Дагестана, наполняли сердце уверенностью в будущем.
Главное, быть осторожным и не высовываться раньше
времени. К сожалению, десять штук баксов для Москвы
маловато. Неплохо бы ещё хотя бы штук пять на житьё. А
за годик встать на ноги … и вперёд! Никто не догонит! С
каждым новым километром пути, приближавшим поезд
к Астрахани, с каждым выпитым стаканом сердце Глядов-
кина наполнялось уверенностью в безграничности своих
сил.
Однако пьяные бредни сослуживцев все сильнее раз-
дражали Алексея, разрушая его радужные грезы. Слава
Богу, вконец разгулявшиеся астраханцы пошли бродить
по поезду в поисках приключений. К этому времени ма-
лопьющий Кирсан после литрухи коньяка уже практиче-
ски не стоял на ногах. Увидев, что еще минута, и тот
начнет блевать, Алексей, подхватив его под руки, поволок
к соседнему туалету. Расстегнув штаны, он ловко посадил
калмыка на унитаз. В это время на пол вывалилась пачка
незнакомых денег в тонком целлофане. Упаковка разорва-
лась, и цветные бумажки начали медленно погружаться в
лужицу мочи, стоявшую в туалете. Алексей ловко подхва-
тил все находившиеся сверху купюры и быстро засунул
их в носок. Несколько листочков закружились в воздухе,
подхваченные потоком из окна. Другие продолжали путь
на дно мелководной лужицы. Вернувшись в пустое купе,
Алексей дёрнул ещё стаканчик коньячной бормотухи и с
чувством выполненного долга в полупьяной дрёме за-
былся на второй полке.
Добросовестный проводник в преддверии Астрахани
18
отловил, наконец, будущих «икорных олигархов» в сосед-
нем вагоне и вместе с начальником поезда помог до-
браться им до родного купе. Обнаружив в туалете, мягко
говоря, неприглядную картину, он раскрутил дембелей
ещё на 100 баксов, и через 15 минут передал им еле стоя-
щего на ногах, но аккуратно оттертого старыми полотен-
цами Кирсана. Жалкая стопочка выловленных на полу
незнакомых бумажек была переложена салфетками и за-
сунута пьяному сослуживцу в карман. Увы, слова «деньги
не пахнут» к этим купюрам не относились.
Прощание дембелей было бурным и стремительным. За
те минуты, что поезд полз по Астрахани, они успели ещё
трижды накатить «на посошок». Сдавая Кирсана род-
ственникам, Алексей, единственный способный говорить
из их четверки, объяснил, что тот еле успел на поезд с бое-
вого дежурства и нуждается в серьезном отдыхе. Поняли
те или нет, его особо не интересовало. Всё это было про-
шлое! Астраханцы, бурно встреченные обильной родней
на перроне, веселой толпой были быстро унесены в новую
жизнь. А довольный Глядовкин, почти удвоив свой капи-
тал, продолжил путь в столицу, где его, несомненно,
ждали успех и слава!

19
II. Москва на коленях

После астраханского исхода сослуживцев Алексей бы-


стро спрятал недоеденную банку черной икры, упаковал
осетрину в бумагу, чтобы дышала, и все аккуратненько
сложил в чемодан рядом с нетронутой двухлитровой фля-
гой «Лезгинки». Мужики так и не въехали, что в общий
котел он отправил местную самогонку, разбавленную де-
шевым коньячным спиртом. Новые же попутчики сразу
взялись откармливать худого солдатика домашними раз-
носолами. Поэтому в Москву Глядовкин подъезжал с пол-
ным желудком, абсолютно чистой головой и греющими
душу 18 000 долларов в разной валюте (спасибо Кир-
сану!).
Москва, где он был только один раз в детстве, поразила
его разнообразием… всего. Подвалившая к нему привок-
зальная проститутка сразу предложила солдатику
«отдых» с полной релаксацией за 50 баксов. А когда тот
отказался, почему-то вспомнив помятую жизнью мать, со-
гласилась на минет за 20 американских рублей. Эконом-
вариант устроил его больше. И уже через пять минут, в
грязной каптерке дорожников на Казанском вокзале, со-
стоялось первое сексуальное знакомство нашего героя с
Москвой. Выходя оттуда победителем, Алексей подумал:
«Вот так и вся Москва скоро будет стоять передо мной на
коленях!».
А сейчас предстояло заняться более скучными, но не-
20
обходимыми делами. В первую очередь надо было опре-
делиться с мобильником и жильем. К первому вопросу
Алексей начал готовиться еще в Дагестане. Помог случай.
Оказалось, что к трубе подогнали лишнюю цистерну, а
Алексей пошел на принцип, не давая ее заправлять. И
тогда из стоявшей с затемненными стеклами наворочен-
ной «Волги» вышел здоровенный, со страшным лицом
абрек. Когда тот подошел поближе, обалдевший от ужаса
сержант уже был готов отдать ему всё и вся, включая та-
бельное оружие и себя. Однако тот неожиданно улыб-
нулся золотыми зубами: «Хозяин просил передать.
Уверен, этого тебе достаточно!». В руках Алексея засвер-
кала золотая Vertu. Конечно, он понимал, что это краси-
вая подделка легендарного телефона. Но работа была
очень хорошая. Даже головки винтиков выглядели как на-
стоящие. Лохов разводить – то, что надо! Да и тёлкам
такие бирюльки нравятся.
Покупать симку на вокзале в лавках Алексей считал
ниже своего достоинства. Переодевшись в джинсу и крос-
совки, оставив в камере хранения чемодан и огромный ве-
щевой мешок с формой, едой и презентами, в том числе
ещё от Петровича, он отправился в центр Москвы. В са-
лоне, мило полюбезничав с продавщицей и взяв ее теле-
фончик, всего лишь за сто баксов сверху он получил
замечательный номер с тремя нулями на конце. Номер те-
лефона, как и сам аппарат, в России всегда значили мно-
гое. В государстве, где непреодолимая пропасть разделяет
богатых и бедных, где царит неограниченной моралью дух
наживы, а вездесущий золотой телец является единствен-
ным предметом преклонения, любое отличие в одежде,
прическе, машине, телефоне, месте проживания и т.д. ста-

21
новится критерием, определяющим твое место в обще-
стве. И если денег для достижения статусного места не
хватает, то их нередко оказывается достаточно, чтобы
хотя бы выглядеть как нувориш. А это хоть и слабый, но
всё же шанс попасть в нужную тусовку, просочиться в
правильный кабинет, и смотришь, зацепиться в более вы-
сокой социальной нише, хоть немного оказаться ближе к
месту, где делят и распределяют.
Часы себе Алексей тоже приобрел в Дагестане. Rolex,
собранный в Эмиратах, был, конечно, лучше своего со-
брата за 20 евро с Лазурного берега, где их тысячами пред-
лагают темнокожие дети Франции. Но в понимающее
общество в таких часах мог прийти только конченный
придурок. Это Алексей хорошо понимал. А вот в темноте
дискотек и в пьяном угаре элитных клубов они могли по-
работать неплохо. Особенно в сочетании с другими доро-
гими бирюльками и хорошей обувью. Рисковать с таким
Rolex в солидном кабинете было, безусловно, нельзя. На-
сквозь пропитанная понтами деловая Москва, тем не
менее, терпеть не могла самих понтовщиков. Устав от вза-
имных обманов, предприниматели видели опасность даже
в мелочах, и такие часы могли стать первым и последним
шагом в серьезном бизнесе.
Обзаведясь достойным номером телефона, Алексей
взялся решать квартирный вопрос. Набрав кучу газет и
газетенок, он принялся обзванивать счастливых облада-
телей московских квартир. Но уже вскоре понял, что его
звонки идут посредникам, которые передают информа-
цию в операционный центр, где решается только одна за-
дача – впарить залежалый товар неизвестному лоху и
побыстрее получить свою комиссию. Установив, что
22
центр Москвы контролируют пять риэлторских агентств,
Алексей решил пообщаться с их агентами напрямую.
Правда, пришлось сделать модную стрижку: очень уж не
хотелось выглядеть мальчиком из Пупырловки. Под мас-
саж головы Алексей даже задремал. Обладательница неж-
ных рук и мягкого голоса ему приглянулась. И после
солидных чаевых еще один телефонный номер пополнил
коллекцию будущего хозяина Москвы. Драйв нарастал, и
пугавшие утром вершины бытия казались все более до-
ступными. Поэтому он стремительно и гордо двинулся в
офис знаменитой компании.
У работавших в нем девушек были две мечты, отражав-
шие программы минимум и максимум. Первая предпола-
гала невероятно успешную сделку, которая позволит,
наконец, закрыть жилищный вопрос и послать всех,
включая родную компанию, подальше. Программа- мак-
симум была и красива и сложна, но в силу ежедневного
наблюдения тысяч шикарных авто, пролетавших перед
офисом, она казалось более реалистичной, чем про-
грамма-минимум. Все девушки мечтали встретить оли-
гарха, после очередного развода искавшего и новый дом,
и новую любовь. Проблема, к сожалению, заключалась в
том, что очередной развод, как правило, был результатом
новой любви, и вписаться в эту простую последователь-
ность было очень трудно. Тем не менее, девушки с надеж-
дой смотрели на каждого входящего. Но, увы, пока
подворачивались в основном мелкие предприниматели и
бандиты, искавшие варианты вложения денег.
Вновь вошедший не мог не привлечь их внимания: вы-
сокий, худой, с модной прической и поблескивавшими из-
под красивой рубашки золотыми часами на правой руке.
23
Шорох здорового интереса горячей волной прокатился по
офису, состоявшему из уютных стеклянных кабинок. В
них, как показалось Алексею, сидели, словно в зоомага-
зине, самые разнообразные представители мировой
фауны. Это во многом было правдой, поскольку хозяин
фирмы был большой гурман по женской части, и, с учетом
ее интернациональной клиентуры, внимательно следил,
чтобы в коллективе были лучшие представительницы
разных рас и национальностей. К сожалению, и запросы
у таких сотрудниц были немалые, но, слава Богу, вы-
ручало обилие вузов и ищущих заработок студенток.
Обалдев от такого обилия молодых и красивых, Алек-
сей в очередной раз с омерзеньем вспомнил утро на Ка-
занском вокзале: «Ну ладно, – подумалось – что было, то
было. Хватит об этом. В прошлое – ни на шаг! Только впе-
ред, в будущее!». Быстро обежав взглядом цветник, он об-
ратил внимание на удивительно милое лицо в ближайшей
кабинке. Выбор был сделан.
– Здравствуйте, меня зовут Алексей. В перспективе
хотел бы приобрести серьезное жилье, а сейчас хочу арен-
довать удобную однушку с мебелью внутри Садового, в
крайнем случае, третьего кольца, – выстрелил он заучен-
ную по пути фразу.
– Присаживайтесь, Алексей, – сказало милое личико,
– меня зовут Ирина. Давайте уточним, какое метро рядом
предпочтительнее, этаж, наличие паркинга и, возможно,
цена.
Алексей ясно понимал, что сейчас не до машины. Что
касается этажа, ему всегда хотелось жить наверху, чтобы
ни одна тварь над головой копытами не цокала. Да и при-
вычка жизни с мамой на последнем этаже хрущевки тоже
24
сказывалась…. После пятиминутного разговора консенсус
был найден. Более того, риэлтор согласилась показать
только что попавшую в листинг квартиру уже сегодня.
Оказалось, что она недалеко располагается от офиса ком-
пании и молодые люди под завистливые взгляды обита-
телей интернационального зоосада двинулись на
просмотр объекта.
Надо отметить, что сдача квартир в наем всегда была в
Москве процветающим бизнесом. Зачастую вторая квар-
тира семьи становилась главным ее кормильцем. Лучшей
защиты от временной потери работы, возникавшей в ре-
зультате очередного сокращения чиновников, не было.
Правда и настоящей безработицы в Москве давным-давно
тоже не было. На месте одного министерства возникало
два-три новых агентства, и все становилось на свои места.
Но той тысячи баксов, которую ежемесячно давала квар-
тира, даже не в центре города, всегда хватало, чтобы пере-
жить смутные времена.
Была у московских квартир и важная социальная роль.
Холостяки любили сдавать лишнюю комнату молодым
покорительницам Москвы, а одинокие женщины, в свою
очередь, искали «непьющего, некурящего, без вредных
привычек» постояльца. Конечно, это во многом была ру-
летка, но именно так образовывались тысячи московских
семей, и улучшался генофонд столицы. Риэлторы любили
эту привередливую, но благодарную публику, и нередко
гуляли на ее свадьбах.
Тем временем наш герой, направляемый опытной Ири-
ной, пройдя арку большого сталинского дома на Твер-
ской, оказался перед старинным доходным домом, уютно
расположившимся в небольшом переулке. Квартира ока-
25
залась чистенькой мансардой на шестом этаже. Стала по-
нятна и низкая для этих мест цена – всего лишь 500 зеле-
неньких в месяц. В доме, с потолками в 4 метра и без
лифта, забраться на шестой этаж было не по силам ни мо-
лодой маме с ребенком, ни пожилому человеку. Мебель
была довольно старой, но добротной. Особенно понрави-
лась кровать – широкая, двуспальная, два на два. «На-
стоящий траходром, – подумалось Алексею – не чета
моей сиротской койке в казарме». Заметив его восхищен-
ный взгляд, Ирина смутилась. Ей почему-то тоже понра-
вилось это поле любви. Однако, испугавшись этих
мыслей, она стала поторапливать Алексея. На улице уже
темнело. Идти ему никуда не хотелось. Кровать манила
своим уютом и иного решения, как подписать договор и
внести аванс, уже не было. К сожалению, эту работу надо
было завершить в том же выставочном зале риэлторской
компании, на глазах разномастных див, с любопытством
ожидающих возвращения сослуживицы.
По пути Алексей купил Ирине симпатичный букет
белых роз, внос которых в интернациональный цветник
произвел настоящий фурор. «Ну, прямо жених и неве-
ста!», – услышал он завистливый шепот. Быстро отдав
трехмесячный аванс и агентскую комиссию, он дружески
попрощался с Ириной, получив визитку со вписанным
рукой номером мобильника, и пожелание звонить, если
что-то будет не так. Ирина его, безусловно, привлекала
какой-то необычной для Москвы естественностью, но и
остальных красавиц он обижать не стал, громко попро-
щавшись со всем залом. Перевезя уже поздно вечером
вещи с вокзала, Алексей мгновенно заснул в полной уве-
ренности в правильности начатой жизни.

26
Штурм Москвы продолжился следующим утром: глав-
ный вопрос – работа – постоянная, хорошо оплачиваемая
и не портящая имидж. Лучше всего с перспективой парт-
нерства. К сожалению, огромный минус в биографии тоже
напоминал о себе. Неполное высшее звучало уж больно
противно! Надо было что-то делать. Было три пути: деше-
вый, дорогой и правильный…Правильный предполагал
восстановление в вузе на третьем или, если повезет, чет-
вертом курсе, реальную учебу и в муках полученный дип-
лом. Увы, такого стремления не было. Дешевый путь
представлял собой покупку готового диплома вместе со
справкой о пройденных дисциплинах. В постсоветское
лихолетье этот метод получения образования приобрел
катастрофические для России размеры. Дипломы прода-
вались везде – от шикарных офисов до переходов в метро.
В условиях распада фискальной системы, стремительного
роста коррупции во всех органах власти стало важно не
быть, а выглядеть. Покупались степени и звания. Появи-
лась куча псевдоакадемий с шикарными наградами и дип-
ломами. Из индустриального государства Россия
превратилась в ярмарку тщеславия, где вместо Его Вели-
чества Товара стала царить ее величество упаковка.
В итоге, в первом десятилетии нового тысячелетия в
России бродило несколько миллионов обладателей липо-
вых дипломов. Нередко занимавших удивительно высо-
кие должности. Увы, эта версия вполне подходила для
небольших фирм и малых городов бескрайнего госу-
дарства, но явно вступала в противоречие с президент-
скими амбициями Глядовкина. Он хорошо помнил, что в
его родном городе первый вице-губернатор был с позором
изгнан с должности, когда выяснилось, что его диплом

27
был всего лишь красивой подделкой. Еще круче был ва-
риант с покупкой западного диплома, но он, как выясни-
лось, имел серьезный недостаток. Эти педантичные
придурки в странах развитого капитализма, как правило,
размещали списки выпускников в Интернете, давая воз-
можность быстрой проверки даже самым ленивым кадро-
викам. Алексей, конечно, мог решить вопрос в Дагестане,
но уж больно плохо воспринимались кавказские дипломы
в Москве. Надо было искать что-то другое.
Алексей вспомнил давний разговор с Петровичем. Тот
рассказывал, как в начале 90-х крупнейший частный банк
их региона возглавил молодой, и как всем казалось, не
очень образованный молодой человек. Однако тщатель-
ные проверки документов показали, что он экстерном за
год закончил экономический факультет главного вуза с
красным дипломом. Причем зачетная книжка содержала
настоящие оценки и подписи десятков преподавателей. В
1994 году в один из «черных» понедельников, банк рух-
нул, оставив под обломками десятки тысяч вкладчиков.
Прощаясь перед отбытием в Москву с соратниками по
борьбе за денежные знаки в гостевом домике «У Петро-
вича», павший банкир раскрыл свою тайну. Оказалось,
все зачеты и экзамены были куплены примерно за тысячу
долларов каждый. Для 1992 года – это были сумасшедшие
деньги. Да, процесс занял «целый месяц», но подкопаться
к таким документам было невозможно… Алексею остава-
лось подобрать вуз и соотнести его требования с собствен-
ными финансовыми возможностями, которые в
отсутствии работы стремительно убывали.
В результате скрупулезного сбора информации на
чатах и форумах был найден очно-заочный вариант зна-
28
менитого финансово-экономического вуза, входившего в
десятку наиболее востребованных учебных заведений
России. Оставалось уточнить условия приема и тариф. В
административном корпусе института, пообщавшись в
приемной комиссии, он узнал, что по команде сверху по-
явилась новая, но уже невостребованная, в силу развития
госкапитализма, специальность: «Экономист фермер-
ского хозяйства». Главное, брали на нее всех желающих,
и как выяснил Алексей, в самом дипломе, в силу отсут-
ствия должной регистрации специальности, оставалось
только одно слово «экономист», что вполне соответство-
вало его планам. «Михаил Горбачев тоже имел похожий
диплом, и стал Президентом СССР», – мелькнула при-
ятная сердцу мысль.
К сожалению, цена вопроса – по четыре штуки за се-
местр – и двухлетний срок обучения не радовали буду-
щего столпа общества. Взяв пару бутылок хорошего
шампанского и большую коробку дорогих конфет, Алек-
сей к концу рабочего дня направился к методистам вы-
бранного факультета. Как правило, именно эти
«девочки», нередко великовозрастные, и решали во всех
вузах нужные вопросы. Без методистов невозможно было
получить необходимый билет и сдать экзамен, подобрать
готовую курсовую работу и даже диплом. Ну а работа с
хвостами и их носителями вообще была любимым делом
этого авангарда вузовского бизнеса. Чем больше проблем
было у студента, тем милее он был методистам, помогав-
шим ему небескорыстно брать редуты науки.
Вливание на факультет состоялось успешно и весьма
стремительно. Правильная форма проставки резко повы-
сила статус новобранца. Вечер вскоре продолжился в со-
29
седнем кафе, где новые подруги, уже не стесняясь, объ-
яснили оптимальную схему решения вопроса о дипломе
за год и, как минимум, вдвое дешевле. Конечно, оформить
диплом можно было и быстрее, но именно год «обучения»
позволял обеспечить внешнюю законность документам и
неплохо сэкономить за счет участия в коллективных за-
четах и экзаменах. На том и сговорились. Хотя одна из де-
вушек явно набивалась на «вечерний кофе», Алексей
решил не спешить: мало ли как это отзовется в сплочен-
ном микро-коллективе. И как порядочный мужик, развез
всех по домам, одновременно подарив каждой надежду на
что-то большее.
И это, как выяснилось буквально через пару дней, было
действительно правильным решением. Донеся в пятницу
необходимые документы в деканат своей новой Alma
Mater, Алексей неожиданно лицо в лицо столкнулся со
вспоминавшимся не раз миленьким личиком Ирины.
– Здравствуйте, Алексей. Какими судьбами? – удив-
ленно спросила девушка.
– А вы, Ира? Неужели и в институте сдают приезжим
апартаменты? – пошутил Алексей.
– А вы, похоже, об этом мечтаете? – подхватила шут-
ливый тон Ирина.
– Конечно, все-таки я здесь уже прописался! Надо
только договориться о нескольких подписях!
И Алексей показал растерявшейся Ирине новенькую
зачетку студента четвертого курса очно-заочного отделе-
ния.
– Раз прописка есть, пойду договариваться!
Ирина уверенно двинулась к кабинету декана, но у
30
самой двери обернулась.
– Последний раз спрашиваю! Договариваться или нет,
а то папа не любит, когда люди слово не держат.
И тут только до Алексея дошло, что фамилия профес-
сора Вершинина, красовавшаяся на двери, странным об-
разом совпадала с Ириной фамилией на данной ему
визитке.
– Да нет, что вы, Ирочка! Не надо ничего! Вы так здо-
рово сделали свою работу, что мне грех жаловаться. Всего
несколько дней в Москве, а уже прорвался в верхи, – по-
шутил Алексей по поводу своего мансардного бытия, – и
продолжил. – Есть, правда, один серьезный недостаток.
По этому поводу я хотел поговорить с вами завтра. Но раз
сама судьба свела нас сегодня, видимо, придется столь
серьезное дело обсудить безотлагательно!
– Боже, что случилось? – Ирину испугал серьезный
тон Алексея.
– Вы же понимаете, разве может быть все хорошо в жи-
лище, которое даже не обмыли по-человечески.
Вдоволь посмеявшись над собой и над шутками, Ирина
вдруг почувствовала некое влечение к Алексею, не-
сколько большее, чем просто приязнь к приятному чело-
веку. Круг ее знакомых давно не обновлялся. Снимавшие
жилье клиенты скорее воспринимали ее как элемент си-
стемы, направленной на вытряхивание карманов. А оби-
лие своих собственных финансовых забот не позволяло
им, как правило, претендовать на внимание хорошо упа-
кованной москвички. В Алексее она увидела свежую
струю в своей жизни. Да и была в его разговоре и манерах
некая загадочность, что так влечет молодых женщин к
31
мужчинам. Поэтому она продолжила начатую Алексеем
игру:
– А что, были предложения? Что-то я не помню.
– Тогда, Ира, считайте это официальным предложе-
нием, – серьезно заметил Алексей и галантно сопроводил
на улицу.
Погода была замечательной. Портить настроение посе-
щением метро, тем более из-за двух остановок, не очень
хотелось. И молодые люди отправились пешком. Из
Алексея, как из рога изобилия, сыпались истории из ар-
мейской жизни, слегка облагороженные литературными
синонимами богатого на них русского языка. Анекдоты,
смех и шутки быстро сблизили Ирину и Алексея и они не-
заметно для себя перешли на ты. Проходя мимо знамени-
того Елисеевского гастронома, Глядовкин предложил
взять что-нибудь полезное. В результате короткого налета
на магазин в его руках появилась пара пакетов с фрук-
тами, мясной закуской, свежим французским багетом, со-
лидным набором итальянских конфет, бутылками сухого
белого и красного вина. Робкое предложение Ирины про-
вести ритуал обмывания в кафе было мягко отвергнуто,
поскольку традиция предполагала процесс именно в
жилье, которое и являлось основным участником меро-
приятия. Да и особой боязни у нее не было. За пару лет
работы в фирме, куда она попала по рекомендациям
собственного папы, Ира научилась понимать, от кого и
что следует ждать. В данном случае защитная система сиг-
нала тревоги упорно не выдавала.
Поднявшись в знакомую квартиру, Ирина с удивле-
нием отметила, что она не заросла грязью, окурками и бу-
тылками, характерными для холостяцкого образа жизни.
32
Большая кровать была аккуратно заправлена, что также
говорило об определенных качествах хозяина гнезда под
московской крышей. Пока она внимательно изучала тер-
риторию, долго мыла руки и приводила себя в порядок в
небольшом, но чистом санузле, на кухне происходили
стремительные перемены. Алексей действовал быстро и
четко. С ним так было всегда, когда хотелось чего-то до-
биться. А сегодня цель была достойная и, возможно, по-
лезная. Стол был покрыт только что приобретенной в
Елисеевском скатертью. На нем появилась оставшаяся от
прежних хозяев толстенная свеча. Из холодильника были
вытащены чудом сохраненные предметы былой роскоши:
черная икра, переложенная в большую чайную чашку, и
тонко нарезанная осетрина на блюде немалых размеров.
Купленные продукты дополнили стол, сделав его похо-
жим на те, что в российских посольствах накрывают на
День России для уважаемых гостей. Единственным, что
не успело найти достойной формы, был прекрасный киз-
лярский коньяк, так и оставшийся в видавшей виды ар-
мейской фляге.
Кухонная метаморфоза поразила Ирину. Она, привык-
шая иметь дело с жадными во всем молодыми моск-
вичами, была поражена открытостью и щедростью
приезжего. Если сверстник-москвич приглашал ее в ре-
сторан, то она знала, что надо быть готовой ко всему: и
кредитная карта вдруг не сработает, и кошелек куда-то де-
нется, и оплачивать счет надо почему-то как на Западе –
пополам. А если все-таки и карта сработает, и кошелек
окажется на месте, то претензии в стиле «кто девушку
ужинает, тот ее и танцует» становились неизбежны. По-
этому образ неиспорченного Москвой провинциала в ее

33
глазах представлялся идеалом чистоты и благородства.
Что касается стола, то и дома у Ирины особых разносолов
не было. Отец, если что-то и брал от благодарных студен-
тов и аспирантов, то не деньги, а подарки, лучшие из ко-
торых передаривались знакомым и начальству, создавая
иллюзию больших финансовых возможностей декана. В
отличие от Вершинина, его окружение давно ничего не
стеснялось, в чем успел лично убедиться Алексей, столк-
нувшись с ушлыми методистками.
Застолье развивалось неспешно и по-домашнему
уютно. За приятной болтовней и сытной пищей как-то не-
заметно ушли бутылочки сухого. Чувство эйфории посте-
пенно наполняло сердца молодых людей. Ирина была
счастлива оказаться в центре такого внимания и заботы,
которого ей не доводилось видеть никогда. Алексей, ис-
кавший и видевший в каждом событии своей короткой
жизни предзнаменования будущего богатства и властного
величия, был искренне рад тому, что вечер с Ириной
вполне укладывается в его представление о жизни и
самом себе. Как-то естественно и без проблем молодые
люди приступили к изучению армейской фляжки с за-
мечательным, как сказал Алексей, уникальным кавказ-
ским дижестивом. Коньячок с черной икрой, горкой
лежавшей на нарезанном багете с маслом, так сблизил мо-
лодых, что они как-то естественно перешли сначала к по-
целуям, а затем и к давно манившей их кровати…
Под утро, как и полагается джентльмену, Алексей до-
ставил Ирину домой, якобы с дискотеки, и договорился о
том, что они обязательно созвонятся вечером. При этом
Алексей мягко заметил, что может и не получиться, по-
скольку пару экзаменов по экономике ему надо срочно до-
34
сдать, чтобы уложиться в ускоренный график учебы,
предложенный методистами. Еще раз, у подъезда, закре-
пив успешное свидание долгим и глубоким поцелуем,
Алексей с ощущением приятно и полезно проведенного
времени отправился в свою, теперь уже отнюдь не мона-
стырскую обитель. «Кажется, судьба мне благоволит. Да
и я не промах», – была последняя мысль Алексея, закон-
чившего в обновленной постели самый длинный москов-
ский день.
Дальнейшие события подтвердили правильность по-
следних ходов начинающего комбинатора. Ирочка, потря-
сенная внезапной любовью, попросила папу о помощи в
экзаменах «одному очень хорошему знакомому». Профес-
сор, которого подобными просьбами регулярно доставали
сильные мира сего, был даже рад обращению дочери. Он
попросил дать перечень экзаменов и зачетку молодого че-
ловека, что и было Ириной доставлено уже через день. И
хотя, как выяснилось, список был намного длиннее Ири-
ной просьбы, профессор, привыкший держать свое слово,
оперативно взялся за дело, резко сокращая расходы Гля-
довкина на жадных до денег сотрудников факультета. В
свою очередь Алексей, как порядочный человек в его по-
нимании, честно и не без удовольствия «отрабатывал»
свой хлеб в гнездышке на шестом этаже.
Можно ли было назвать развившиеся отношения лю-
бовью? Вряд ли! Войдя в колею регулярного секса и со-
вместного времяпрепровождения, они стали вскоре очень
похожи на то, чем живут сотни тысяч молодых москвичей.
Удобно, малозатратно и основным делам сильно не ме-
шает. Главное, не надо тратить время и деньги на поиски
объекта удовлетворения страсти. Тем более что и в
35
Москве, как и во многих крупных городах России, отно-
шения между мужчинами и женщинами все чаще стали
строиться исключительно на материальной основе. Полу-
чение денег, вещей, путевок на отдых в благодарность за
секс стало практически нормой. Этому способствовало
продолжавшееся перераспределение национальных бо-
гатств страны в интересах самых богатых, что вело к об-
нищанию остального населения и увеличению пропасти
между псевдоэлитой и обществом. Даже право на мора-
лизаторство владевшие СМИ олигархи забрали себе,
оставив простым согражданам возможность за объедки с
барского стола прислуживать зажравшейся верхушке и
мечтать о том, что им когда-нибудь удастся туда попасть.
Алексей быстро пропитался духом Москвы, но в отличие
от миллионов, ждать подачек он не хотел. Себя он видел
в числе делящих и раздающих пирог.

36
III. «Потсдамский мальчик»

В течение двух месяцев окончив самые срочные


дела, Алексей, наконец, решил сообщить о себе маме и се-
стре, по-разному, но с волнением ждавших его возвраще-
ния в родовое гнездо на пятом этаже хрущевки. Сама
мысль о том, что он ещё чем-то связан с обшарпанным
домом в глухом закоулке родного города, была ему крайне
неприятна. Хотя для будущей биографии сюжет о про-
стом мальчике из бедной семьи ему очень нравился. Зво-
нить, однако, ни родным, ни знакомым он не любил. Для
общения существовали смс. И если на второй день пре-
бывания в Москве он отправил сестре смс со словами: «В
Москве. Занят серьёзными делами. Детали сообщу позже.
Целую, Алексей», то через пару месяцев появился повод
для новой информации: «Останусь надолго. Прохожу
спецподготовку. Целую, Алексей».
Глядовкину действительно нравилась такая форма об-
щения. В смс он видел себя лидером, всё знающим гуру,
передающим людям не слова, а заповеди, не говорившим,
а вещавшим важные истины. Смс были его скрижалями.
Именно поэтому он экономил слова на бесполезных род-
ных и девушек, упиваясь чёткостью текстов для нужных
знакомых. Кстати, Ирина, в силу обстоятельств, прохо-
дила у него по ВИП-классу и имела право на полноцен-
ные «письма». Все дела в смс у Глядовкина были
37
серьезные, встречи – деловые переговоры, а люди –
только «из-за стены» или просто «оттуда». Он умел так
подать информацию, что было ясно, речь идет если не о
Кремле или Белом Доме, то, как минимум, о ГРУ или
ФСБ.
Отрабатывая на женской половине умение покорять
сердца, Алексей понял, что в тех случаях, когда секс ис-
пользуется как средство решения отдельных экономиче-
ских вопросов, его навыков вполне достаточно. Для более
серьезного движения необходимы настоящие мужские
связи. Обаять эту среду было сложнее, приходилось опи-
раться на то, что есть. Небольшой студенческий опыт ра-
боты на FOREX сохранил в памяти несколько терминов,
которые он научился умело употреблять в разговоре. Осо-
бенно поражали дилетантов его рассуждения о волатиль-
ности рынка, колебании валютных курсов, эмиссии акций
и будущем выходе его создаваемой компании на IPO. В
душе Алексей эту технологию называл «засрать мозги» и
старался постоянно совершенствоваться в любимом деле.
Правда, для выработки необходимых навыков оболвани-
вания он старался выбирать далеких от экономики и фи-
нансов людей. Прочитанные днем в интернете свежие
комментарии известных специалистов позволяли ему не-
плохо выглядеть вечером. Если кто-то и обнаруживал
совпадение некоторых мыслей с известным автором, то
казалось, что тот лишь подтверждает глубокие мысли мо-
лодого таланта.
Естественно, мудрым мыслям должен был соответство-
вать и внешний вид. Методично изучая технологию мос-
ковских распродаж, Алексей понял, что одежда его
размера и роста – высокий и худой – мало востребована
38
сытой столичной публикой. Регулярно заходя в «Brioni»
и «Canali» в течение месяца он довел менеджеров до по-
нимания, что другого покупателя на эти размеры у них
нет и никогда не будет. Так, со скидкой 50 процентов, он
стал обладателем двух замечательных костюмов, пальто,
нескольких рубашек и ярких галстуков. Походка Алексея
тоже изменилась – она стала размеренной и солидной. В
компании предпринимателей про свой армейский опыт
воровства нефти он стал говорить: «Поработал в неф-
тянке. Неплохая школа». В среде, где ценилась только
сила, был предельно краток: «Два года по горячим точкам.
Дагестан, ваххабиты, Чечня под боком. Сами понимаете,
лучше бы этого не было. Но отец очень хотел, чтобы я хоть
немножко порох понюхал». Алексей легко подстраивался
к аудитории, постепенно расширяя свой ареал обитания.
Но кое-что в жизни Глядовкина не менялось вообще.
Его любимой книгой, почти Библией, по-прежнему оста-
валась академическая биография ВВП. И если на Кавказе
Путин был для него сверкающим в недостижимой дали
Эверестом, то сегодня он был земным, близким и почти
родным человеком. Когда тот летел через Новый Арбат в
Кремль, Алексею так и хотелось помахать рукой и закри-
чать: «Владимир Владимирович! Я здесь! Возьмите меня
с собой! Я пригожусь Вам!». Но тяжелые черные машины,
мгновенно пролетев мимо, уже исчезали между мощных
зданий «Приарбатского военного округа».
По мере чтения жизнь Путина и его близкого окруже-
ния становилась все более понятной и знакомой. А за-
писки его соратников Алексей стал покупать специально.
Теперь он помнил, кто и где родился, кем работал, что го-
ворит и думает сегодня. Постепенно эта среда стала столь
39
близкой, что Алексей и не заметил, как начал вставлять
полученные сведения в разговор. Оказалось, что замучен-
ные бытом и бесконечными проблемами москвичи мало
знают о российском лидере и всезнающий Алексей, кото-
рый умел придать некоторым фразам загадочность, в ин-
ституте и нескольких клубных компаниях стал
восприниматься как человек «оттуда». Даже опытные
швейцары популярного московского клуба, расположен-
ного рядом с домом, стали называть его по отчеству –
Алексеем Игоревичем, явно выделяя из обычных посети-
телей.
Но особенно красиво, подчеркнуто виртуозно, Алексею
удавалось соединять правду с фантазией. Да так, что через
некоторое время он сам начинал верить в сказанное. Факт
рождения в Потсдаме в его версии смог превратить оста-
вившего их папашу в сослуживца в близкого друга Пу-
тина. «Он и сейчас в деле», – говорил весомо Алексей,
отсекая попытки любопытных узнать детали. Фамилия у
«секретного» папы, естественно, была другая, и называть
ее он не имел права. То, что они с мамой оказались в Ка-
лининграде, он обосновывал другой классической фразой:
«Этот город Людмила Александровна всегда любила. Она
у нас и сейчас частенько бывает. Парк построила. Любит
встречаться со старыми друзьями». И тогда, как бы слу-
чайно, всплывали видавшие виды фото, где жена Прези-
дента стояла вместе с другими девушками, одной из
которых, естественно, была его мама. В результате бук-
вально за два-три месяца лицо Алексея примелькалось в
центре Москвы и к нему как-то случайно прилипла не-
плохая для злоязычной столицы кличка: «Наш потсдам-
ский мальчик».

40
Словом, в октябре, когда деловая жизнь Москвы дости-
гает пика своей активности, Алексей Игоревич Глядовкин
считал себя вполне состоявшимся москвичом. С героиче-
ским прошлым, загадочным настоящим и явно светлым
будущим. Единственное, что его смущало и даже пугало,
была быстро убывающая кучка долларов, заработанных
«на Кавказе». Элементарный анализ показывал, что при
таких темпах расходов и при отсутствии доходов Новый
год придется встречать на нуле. Пока же надо было зара-
ботанный опыт срочно трансформировать в денежные
знаки.
Конечно, внешний вид и отсутствие моральных пред-
рассудков позволяли Алексею быстро найти место про-
давца-консультанта в солидных бутиках,
ориентированных на силиконово-ботоксных блондинок с
Рублевки и подражающих им, менее богатых, но не менее
ботоксных московских дам. Но портить автобиографию,
особенно с учетом его грандиозных планов, Глядовкин не
мог. Запись этого периода в его трудовой биографии
должна была начинаться со слов: «руководил или воз-
главлял».
Помня совет Петровича «быть поближе к деньгам»,
Алексей сделал попытку банковской карьеры. Хотя полу-
ченная должность звучала неплохо – «ведущий менеджер
по работе с клиентами», по сути своей представляла она
собой рутинную работу операциониста по оформлению
депозитов граждан. Причем, наиболее интересные для на-
работки нужных связей ВИП-клиенты обслуживались в
другом, специальном офисе банка. А здесь, увы, были
обычные люди с улицы, с их повседневными проблемами
и болячками. Через месяц, нахватавшись терминов и ос-
41
воив московскую манеру общения, Алексей с чистой со-
вестью и 25 тысячами заработанных рублей отправился в
дальнейший поиск. Теперь ему очень хотелось попробо-
вать страховое дело.
Выбор компании не был простым делом – везде были
готовы брать молодых и энергичных бегунков, способных
опережать менее расторопных конкурентов. Оплата но-
сила сдельный характер, открывавший, как казалось, не-
ограниченные возможности для заработка. На практике,
прорваться со своими услугами в серьезные компании
было практически невозможно, а мелкий бизнес, устав-
ший от бесчисленных поборов, торговался за каждую ко-
пейку. Возиться с мелкими страховками физлиц было
тоже слишком рутинно. Исходя из этого, Алексей решил
искать более доходный и интересный способ заработка в
страховом бизнесе. Объектом особого внимания стали
для него иностранные страховые компании и их предста-
вительства в Москве. Именно к ним обращалась серьез-
ная российская клиентура, работавшая с западными
инвесторами. Именно в их недрах постоянно рождались
новые продукты, направляемые на удовлетворение бы-
стро растущих потребностей российской элиты и при-
мкнувшего к ней верхнего слоя среднего класса.
Особенно заинтересовали Глядовкина две компании:
американская, которая умело под видом страхования и
страховых случаев перегоняла средства на западные счета
клиентов, и немецко-швейцарская группа, занимавшаяся
медицинским страхованием и лечением за границей
ВИП-персон. Начав с последней, Глядовкин понял, что не
прогадал в выборе. Официальному представителю ком-
пании, посредственно говорившему по-русски, нужен был
42
именно такой говорливый, внешне здоровый, без проблем
в биографии и прыщей на лице молодой человек. Прода-
вая западный продукт, надо было и выглядеть по-запад-
ному. Алексей в «Canali» явно отвечал этим требованиям,
поэтому директор только что вышедшей на российский
рынок компании не стал откладывать с приемом нового
подчиненного. Глядовкину, как и мечталось, было пред-
ложено обслуживание ВИП-клиентуры.
Правда, уже в первый день он столкнулся с отсут-
ствием нормальной базы тех самых ВИП-клиентов. Ин-
формация о них по старинке собиралась в СМИ
референтом компании, а сам шеф проводил бесконечные
встречи и ланчи в поиске тех самых важных персон. Но
чаще всего натыкался на мелких предпринимателей, ис-
кавших халяву. Алексею сразу стало понятно, что нор-
мального результата с таким подходом ждать не
приходится. Поэтому для начала с помощью знакомого
компьютерщика он скачал хорошо известный на черном
рынке продукт – данные обо всех состоятельных вклад-
чиках московских банков. Рассортировав их по возрасту,
он, исходя из собственного понимания жизни, выделил
несколько категорий: старшую, которая в силу возраст-
ных обстоятельств уже предалась лечению; среднюю, в
которой преобладали бизнес-леди и жены богатых мужей,
старающиеся постоянно вносить в свой облик изменения,
опережающие процесс естественного старения; и, нако-
нец, потенциальных по возрасту мам, которые со страхом
думали о возможности родов в России, даже в столице,
превратившихся по своим результатам в «русскую ру-
летку».
Начался осторожный обзвон потенциальных клиентов.
43
И здесь Алексей сделал удивительное для себя открытие
– только зацепив первые 30 секунд внимание клиента,
можно было рассчитывать на успех! Особенно значимым
был голос обращения. С помощью Ирины был найден
преподаватель, поставивший Алексею за неделю мягкий
баритон, так любимый женской половиной человечества.
С раздражением следивший за манипуляциями Алексея
шеф вдруг заметил, что количество звонков потенциаль-
ных клиентов в офис начало быстро расти, а вместе с
ними пошли и договоры. Объяснять, откуда у него сведе-
ния, Алексей, естественно, не стал, сославшись, что под-
ключил влиятельных знакомых «оттуда», придав этим
себе дополнительной значимости. Насмотревшийся гол-
ливудской дребедени о России швейцарец решил не лезть
в детали, да и зачем: по мере роста заключенных догово-
ров и их сумм увеличивался его собственный бонус. В ре-
зультате к Рождеству, когда швейцарско-немецкая
составляющаяся офиса отправлялась домой, Алексей по-
лучил именно ту сумму, которая позволяла уверенно рас-
считывать на прекращение таяния кавказских долларов.
Естественно, он не стал ни перед кем отчитываться за
то, что помогая клиентам делать правильный выбор в
пользу той или иной клиники, того или иного хирурга, он
получал определенную сумму на счет в люксембургском
банке, открытом прямо в Москве его российским предста-
вителем. Найти таких представителей в центре столицы
оказалось крайне легко. Суммы, правда, были пока не-
большие, ну и работа заняла месячишко с хвостиком. Сло-
вом, поводов для оптимизма хватало. С Ириной и ее
папой тоже все обстояло замечательно – зачеты и экза-
мены были успешно проставлены. Начался активный

44
поиск незатертого дипломного проекта.
Правда, пришлось раскошелиться на примирение с
обидевшимися на него методистками. Он не хотел, чтобы
в движении к великой цели за его спиной оставались не-
довольные, хорошо информированные о его многоходов-
ках. В результате дружеский банкет закончился на
известном «поле любви» с двумя весьма симпатичными
сотрудницами вуза, так и не решившими, кому уходить, а
кому остаться. Делиться об этом событии никому из де-
вушек, естественно, не хотелось. И тайна умерла в узком
кругу лиц, проведших бурную ночь. С учетом предстоя-
щей в выходные встречи с Ириной, Алексею пришлось
сделать дома генеральную уборку, обработать все поме-
щения дезодорантами и тщательно исследовать каждый
уголок во избежание опасных находок.
Если честно говорить, случайная групповуха не была
первой изменой влюбленной в него Ирине. Работа по
страхованию охреневших от безделья рублевских леди,
особенно в такой интимной сфере как медицина, не могла
не сделать его любимцем богатеньких матрон. Особенно
им нравилось советоваться с Алексеем по поводу буду-
щих размеров груди и бедер. В результате одно из таких
обсуждений завершилось многочасовым обследованием
объекта спора в огромной мраморной ванне. Буквально
уползая от любвеобильной хозяйки и кляня себя на чем
свет стоял, Алексей неожиданно обнаружил что-то боль-
шое и тяжеленькое в кармане. Открыв в такси красивую
деревянную коробочку, он неожиданно увидел ROLEX,
отнюдь не в арабском исполнении. Как зачарованный он
смотрел на искрившиеся вокруг циферблата бриллиан-
тики, массивный золотой браслет. Теперь, в сиянии
45
ROLEX, вневозрастная матрона, недавно оставленная в
своем дворце, показалась ему настоящей красавицей.
«Главное – движение вперед, а мораль – это для допотоп-
ных старикашек!», – сказал себе Алексей, вспоминая
своего сорокалетнего, безумно преданного жене и детям
шефа-швейцарца. «И вообще, любовь выдумали русские,
чтобы не платить!», – вспоминалась расхожая, но такая
близкая ему мысль…
А в это время в России наступал любимый всеми, хотя
и изнурительный период новогодних елок и корпорати-
вов. Как правило, многодневный пьяный марафон стар-
товал в офисах западных компаний уже в середине
декабря. Перед отъездом на Christmas их зарубежные со-
трудники тепло прощались со своими московскими кол-
легами, друзьями и подругами, любовниками и
любовницами. Среди работавших в Москве иностранцев
всегда было много любителей приключений, аферистов,
авантюристов и просто непосед, уставших от однообраз-
ного благополучия своих сытых стран, повседневно рег-
ламентированной жизни и ханжества среды.
По-настоящему оторваться, как считали многие из них,
можно было только в России.
Если на западных корпоративах думали, как сделать
так, чтобы завтра не было стыдно за прошедшее застолье,
то российский офисный планктон гулял так, чтобы весь
год было, что вспомнить. Банкеты, фуршеты и просто до-
машнее застолья продолжались в России почти месяц, за-
канчиваясь лишь крещенской купелью. В то время, когда
миллионы рядовых трудящихся проводили время в похо-
дах с детьми по елкам и кино, публика побогаче тянулась
к южным морям и модным лыжным курортам. Грандиоз-
46
ность происходивших там гулянок российской элиты по-
рождала легенды о богатстве всех русских, а безудерж-
ность разгула и фантазийность его форм наполняли
сердца консервативных европейцев страхом перед жиз-
ненной силой великого соседа.
Сказать, что таким поведением отличаются только рос-
сияне, было бы неправдой. Уже два десятилетия в постто-
талитарной Европе можно наблюдать как немцы, тихие и
набожные пуритане у себя, в маленьких чистеньких го-
родках, переехав бывшую границу восточного блока,
мгновенно превращаются в отъявленных хулиганов и
шумных гуляк. Красные фонари созданных для них бор-
делей непрерывной цепочкой тянутся от пограничного
Хеба до столичной Праги. И по сей день часть из этих за-
ведений напоминает о специфике немецкой морали.
Небольшой опыт работы с иностранцами подсказывал
Алексею, что именно в этой среде полюбивших Россию
авантюристов и искателей приключений может быть най-
ден выход на большие деньги, о которых он давно мечтал.
Технология вхождения в необходимую мужскую компа-
нию, как впрочем, и в женскую, была отлажена до совер-
шенства. Он приходил в популярные для иностранцев
бары ближе к полуночи, когда градус настроения, в силу
выпитого, был уже достаточно высок, и занимал страте-
гическое место у барной стойки. Заказав для начала «ко-
фейку и сотку вискарика», Алексей внимательно
приглядывался к соседям. Под рюмку возникал разговор,
который позволял быстро оценить перспективность но-
вого знакомства.
В результате этого «стойкобарочного» общения у Гля-
довкина стремительно росла стопка карточек вице-консу-
47
лов, вторых и третьих секретарей, торгпредов и экономи-
ческих советников посольств ряда европейских и заокеан-
ских государств. Что уж говорить о представителях
торговых фирм, которые видели в каждом русском потен-
циального клиента. Они с удовольствием давали ему свои
визитки в надежде на серьезный опт. Тем более что внеш-
ний вид Алексея, который он поддерживал в безукориз-
ненном порядке, явно позволял на это рассчитывать. Ещё
одним из подтверждений значимости Глядовкина была
его визитная карточка, в которой Алексей представлялся
как руководитель департамента известной швейцарско-
немецкой страховой компании.
Однако серьезной отдачи от походов по барам пока не
было. Кроме того, они сильно раздражали Ирину, которая
хорошо знала, что в любом такого рода заведении всегда
полным-полно женских компаний, ищущих мужского
внимания и просто жриц любви, готовых за сходную цену
облагодетельствовать любого обладателя солидного ко-
шелька. И хотя Алексей убеждал ее, что речь идет о дело-
вых переговорах, Ирина настойчиво просила прекратить
эти хождения. Усиливалась ревность и тем, что любов-
ники по-прежнему жили раздельно.
Переубедить Ирину в ее оценках помог случай. Оказа-
лось, что отцу по поручению ректора надо было принять
участие в очень важной встрече в Лондоне. Однако никто
в вузе не брался сделать визу за два дня. Вечером этого же
дня в спортбаре на Арбате Алексей договорился с хорошо
знакомым вице-консулом Джеймсом о срочной визе «бу-
дущему тестю», как сказал Алексей. Договоренность по
русской традиции была тут же обмыта бутылкой люби-
мого Джеймсом шотландского виски…. А Ирина, и тем
48
более ее отец, были искренне поражены, когда по реко-
мендации Алексея вопрос был успешно решен. Есте-
ственно, индульгенция на посещение шумных баров,
«исключительно в деловых целях», была получена немед-
ленно.
Безусловно, главным днем с точки зрения обретения
нужных знакомых оставалась пятница. Это в стране бы-
вали катастрофы, пожары, кризисы, а пятничная Москва
жила своей особой жизнью: пила, гуляла, развлекалась.
Годами отлаженная система взяток, откатов, скрытого
участия в финансируемом государством бизнесе, привела
к тому, что основная масса денег столицу не покидала.
«Заработок» чиновников от инвестиционных проектов и
программ закладывался, как правило, в авансовый платеж
государства, который тут же попадал побеждавшим на
тендерах и «аукционах» своим компаниям. Но особенно
насквозь коррумпированная столица одного из самых
коррумпированных государств мира любила иностран-
цев. Полученный на зарубежный счет родственников пла-
теж делал ситуацию неподконтрольной российским
фискалам. В то время как лицемерное государство штра-
фовало граждан за лишние сто долларов на границе, от 10
до 30 процентов многомиллионных контрактов оседало в
карманах «бедных» чиновников министерств, федераль-
ных агентств и госкорпораций. Словом, в пятницу у
Москвы всегда был повод и средства для безудержного
веселья.
Именно в такой день, когда на улице январский мороз,
а в ресторанах и барах все шепчет «налей и выпей», Алек-
сей заприметил седовласого, дорого, но в то же время не-
сколько небрежно одетого мужчину. Если бы тот был
49
россиянином, то Алексей дал бы ему лет 50, но поскольку
тот говорил по-немецки, то ему могло быть и все 70-80.
Ещё в родном Калининграде Алексей, наблюдая аккурат-
неньких, сухеньких уроженцев Кёнигсберга, самым моло-
дым из которых было явно за 70, сделал неприятный для
родины вывод, что наш народ стареет, увы, быстрее, чем
на Западе. К сожалению, это со временем подтвердила и
статистика. Так и не определив возраст немца, Алексей
заметил, что к тому нагло подсели две ярко одетые про-
ститутки, классический second hand московских ночни-
ков. Было слышно, как на неплохом русском, но без мата,
немец объяснял залетным, что в их услугах не нуждается.
Но те, как назойливые мухи, не отлипали, что-то жужжа
о старом Новом годе. Было видно, что немец скорее уйдет
из ресторана, чем отдастся этим недоделанным гетерам.
Алексей решил помочь немцу: выяснив у охранника,
что это действительно залетные девицы, попросил его
оперативно разрулить ситуацию. И через две минуты, как
побитые собаки, внесистемные жрицы любви пошли ис-
кать другое, более отвечающее московской секс-иерархии
место. Немец, заметивший действия Алексея, широким
жестом пригласил к столу. При знакомстве Глядовкину
стало ясно, что чудо произошло! Это действительно был
крупный предприниматель Бернгхардт Штальк, форми-
рующий в Восточной Европе сеть своих соковых заводов.
Хорошо начавшийся контакт вскоре приобрел новое ка-
чество, когда выяснилось, что Бернгхардт, родившийся в
Кёнигсберге, откуда ребенком был вывезен в конце вто-
рой мировой войны, в последние годы живет в Потсдаме.
Он был буквально потрясен, узнав от Алексея, что тот, на-
оборот, родившись в Потстдаме, является постоянным

50
жителем Кёнигсберга, нынешнего Калининграда. Через
короткое время полного эмоций застолья господин
Штальк попросил звать его по-дружески Берни, а трудно
выговариваемое словосочетание «господин Глядовкин»
превратилось в Алекса.
Постепенно пьянка двух де-факто холостых мужчин
подошла к тому моменту, когда интерес друг к другу, при
правильной ориентации, стремительно меняется на инте-
рес к противоположному полу. Смышленый охранник ре-
сторана, по указанию Алексея, быстро подогнал именно
тот ассортимент женственных молодых «фрау», которые
особенно нравились немцам в силу абсолютной противо-
положности эмансипированным бесполым соотечествен-
ницам. Ехать в отель одному с девушкой Штальку не
хотелось, и он предложил Алексею, прихватив ее коллегу
по цеху, разместиться в его многокомнатном люксе. Со-
противляться Глядовкин не стал, хорошо понимая, что
расставшись с Берни сейчас, можно потерять ценный кон-
такт навсегда.
Ночь новые друзья провели в шикарном номере «Ритц-
Карлтон» не менее интересно, чем пятничный вечер.
Ближе к утру, поменявшись по инициативе Берни девуш-
ками, они стали практически родственниками друг другу.
Опохмелив утром сильно потрепанного Шталька рюмоч-
кой холодной «Белуги», богатым набором солений со ста-
канчиком замечательного огуречного рассола, Алексей
помог ему собраться в аэропорт. Все это так растрогало
старого немца, что прощаясь, он в приливе сентименталь-
ности обнял своего молодого земляка, пообещав обяза-
тельно встретиться в следующий прилет в Москву.
Неожиданный московский вечер запомнился Бернг-
51
хардту. Особенно ему вспоминался тот, кто его таким сде-
лал. Многое в Алексее приятно отличало от нанятых
Штальком московских сотрудников. Во-первых, и это
главное, Глядовкин не покушался на его деньги. Даже в
ресторане по-немецки скрупулезно отсчитав 50%
счета+чаевых, он внес свою половину затрат. И это в то
время как его собственные служащие в Москве уже не раз
были пойманы на походах в рестораны и покупках за счет
представительских расходов. Во-вторых, Алекс так нена-
вязчиво организовал их вечер и последующее времяпре-
провождение, что от него остались лишь приятные
воспоминания.
Надо заметить, что своего первого помощника в
Москве он был вынужден выгнать после того, как тот при-
волок пьяному хозяину первую попавшуюся дешевку с
Ленинградки. В результате чего ему, уважаемому бизнес-
мену, преодолевая стыд, пришлось идти к известному бер-
линскому венерологу. А это была катастрофа. Для
любвеобильного одинокого немца именно секс в разных
странах, особенно в России, был той радостью, без кото-
рой раскрутка бизнеса стала бы рутинной работой. Мысль
об Алексее как о возможном его представителе в России,
сама собой поселилась в голове старого жизнелюба.
Тем более, будучи мистиком по природе, Бернгхардт не
мог не задумываться о странном пересечении их жизнен-
ных путей на дороге Кёнигсберг-Потсдам. Поэтому поль-
зуясь визиткой Алексея, он дал команду референту своего
головного офиса в Берлине собрать всю имеющуюся ин-
формацию о Глядовкине. Доклад его порадовал: ни еди-
ного пятнышка обнаружено не было. Служба на Кавказе
и на Западе рассматривалась, как хорошая школа для на-
52
стоящих мужчин. А ожидаемый в ближайшее время дип-
лом престижного московского вуза говорил о стремлении
к самосовершенствованию. Да и аккуратно собранные
сведения в страховой компании говорили об инициатив-
ности ее сотрудника. Тем не менее, окончательное реше-
ние Штальк хотел сделать в Москве, ещё раз убедившись,
что не сделает поспешной ошибки.
Неделя после отлета «друга Берни», как звал его про
себя Алексей, была посвящена осмыслению ситуации и
шагов, необходимых для ее позитивного развития. Выход
на крупного западного промышленника окрылял. Еще
одним поводом для оптимизма стала информация о неких
звонках клиента из Берлина, интересовавшихся Алек-
сеем. Элементарная пробивка показала, что звонили из
головного офиса компании Шталька. Благодаря немец-
кому жлобству Глядовкин получил крайне ценную ин-
формацию, дававшую время на подготовку к встрече с
Бернгхардтом. Он тщательно проработал все данные, ко-
торые смог найти о Штальке и его компании в Интернете.
Под видом предложения услуг попросил коллег посмот-
реть ситуацию в его московском офисе и на заводе в Под-
московье. В итоге оценка специалистов была
однозначной: потенциал известной компании в России
реализуется слабо, один завод работал не на полную мощ-
ность, а предприятие под Питером вообще стоит. Сотруд-
ники представительства – в основном плохо
маскирующиеся бездельники, скорее имитирующие ра-
боту, чем продвигающие товары на рынок. Глядовкин
ясно понял, что в эту тему можно спокойно входить.
Перед вылетом в Москву Штальк напомнил о себе ко-
ротким звонком, пригласив Алексея в соседний с его офи-
53
сом ресторан. Было очевидно, что эта встреча имеет прин-
ципиальный характер и определит его судьбу. В этот раз
Алексей увидел другого Шталька, идеально одетого, со-
бранного и подтянутого. В свою очередь и Алексей был
не в любимой, хотя и дорогой джинсе, а в классическом
«Brioni», аккуратно подстрижен и выбрит. Ничего в нем
не напоминало веселого гуляку, с которым Штальк про-
вел почти сутки своей жизни. Эта метаморфоза того осо-
бенно порадовала. Дружба дружбой, а у серьезной фирмы
товарный вид представителя был обязателен.
– Кажется, вы несколько подросли, Алекс, – с доброй
иронией заметил Штальк.
– А Вы как-то сильно посвежели и помолодели, – отве-
тил Алексей.
– Ну, теперь, Алекс, я понимаю, в каком виде вы меня
провожали, если сегодня с вашей точки зрения я хорошо
выгляжу. Если бы не ваше уникальное средство реанима-
ции, мне было бы совсем плохо. Еще раз спасибо. И на-
деюсь, что у нас будет повод попробовать «Белугу» не
после, а вместо всего нами выпитого. Ну а теперь немного
о деле.
– Я весь внимание, Берни. Всегда рад помочь двойному
земляку.
– Не буду скрывать, Алекс, состояние дел в Москве и
Петербурге меня не устраивает. Много суеты. Количество
невыполненных поручений растет угрожающе. Если под-
московный завод за год кое-как сработал в «0», то вместе
московским офисом и практически готовым к запуску за-
водом под Петербургом мы имели серьезный убыток. Я
предлагаю вам пару недель поездить, посмотреть на ме-
стах и в головном офисе: мне очень важно мнение чело-
54
века со свежим взглядом и другим опытом работы. Мно-
гого не прошу. Сделайте оценку ситуации на уровне здра-
вого смысла. Вас я представлю в качестве своего
консультанта. Оплату за эту работу гарантирую вдвое
больше, чем то, что вы получаете в вашей фирме.
Конечно, Алексей рассчитывал на другое, более серьез-
ное предложение, но осторожный Штальк не хотел спе-
шить. Поэтому Глядовкин, в свою очередь, попросил
Бернгхардта дать ему денек на размышление.
– Вы же понимаете, Берни, неожиданный отпуск надо
объяснить чем-то. Да и предложение больно необычное,
далекое от моей специальности.
– Ничего, не Боги горшки обжигают. Получится – не
пожалеете! Если не возражаете, жду вас послезавтра здесь
в это же время.
Тепло пожав руки, земляки расстались…
А на следующий день «Потсдамский мальчик» быстро
согласовал 14-дневный отпуск с боявшимся потерять цен-
ного сотрудника швейцарцем. Причина была названа
вполне солидной – болезнь матери. В качестве подтвер-
ждения было предъявлено письмо, написанное им самим
от имени сестры и сброшенное для большей убедительно-
сти на его корпоративный ящик. А через день Берни и
Алекс уже сидели на прежнем месте в ресторане. После
ланча встреча продолжилась в кабинете уехавшего в от-
пуск руководителя представительства. Для удобства ра-
боты именно здесь Берни и предложил разместить
Алексея. Но тот твердо отказался, заявив, что не любит
занимать чужие места. Штальку это очень понравилось,
и он попросил секретаря отдать Алексею пустовавший на-
против кабинет его личного помощника.
55
В пятницу, представив Алексея коллективу и дав ему
возможность ознакомиться с документами, Берни пред-
ложил «другу Алексу» поужинать с ним в самом старом
и дорогом ночном клубе на Тверской. В этот раз про-
грамма по инициативе Глядовкина была обогащена за-
мечательной сауной с огромным бассейном, эротическим
массажем и прекрасным набором «русских красавиц», го-
воривших с явным украинским акцентом, узнаваемым
россиянами, но практически не распознаваемым ино-
странцами…Улетавший на следующий день Берни уже
жалел, что не сразу назначил Алексея на должность руко-
водителя представительства. Его организаторский талант,
отвечавший русским технологиям бизнеса, был несомне-
нен!

56
IV. Блиц-криг

Задание, полученное Алексеем, открывало ему новые


перспективы. Однако простым оно не было. Глядовкин,
чей будущий диплом годился только для украшения
стены кабинета, понимал, что без настоящего специалиста
не обойтись. Пришлось ещё раз воспользоваться услугами
Вершинина-старшего, который оперативно подобрал
среди своих аспирантов энергичного парня, писавшего ра-
боту по экономике пищевых предприятий. С его помощью
за две тысячи зеленых был сделан достаточно глубокий и
нетривиальный анализ финансово-экономической ситуа-
ции на заводах в Ленинградской области и Подмосковье.
Как выяснилось позже, при минимальных усилиях, свя-
зав этот материал с сельским хозяйством, Глядовкин по-
лучил шикарную дипломную работу. В свою очередь
Алексей постарался разобраться, кто и за что отвечает в
головном офисе.
Стало очевидно, что под маркой запуска питерского
предприятия идет продуманное растаскивание выделяе-
мых Штальком средств. При закупках оборудования по-
всеместно присутствовали посредники, обеспечивавшие
откаты организаторам сделок. В инфраструктуру по доб-
рой российской традиции вообще зарывалось до поло-
вины средств, разлетавшихся затем по карманам
основных «участников» процесса. Неудивительно, что по
всей стране асфальт отваливался много раньше норматив-
57
ного времени, трубы сгнивали на третий год после уста-
новки, а фасады пугали своим странным видом уже после
первого сильного дождя. Кого это волновало, если «выта-
щенные» из строек деньги трансформировались в собст-
венные виллы и прекрасные автомобили, в доходные дома
и гостиницы на Лазурном берегу или в Майами, а жены и
дети скромных чиновников становились неожиданно
миллионерами и миллиардерами.
Естественно, что поскольку сотрудники представитель-
ства Шталька зарабатывали именно на «процессе рекон-
струкции», то и заканчивать перестройку старого
ладожского завода под новое производство им особо не
хотелось. Что касается маркетинговой политики в отно-
шении действующего бизнеса в Подмосковье, то ее во-
обще не существовало. Конечно, в документах и дорого
оформленных буклетах все было красиво расписано, но
де-факто это был лишь фантик, призванный скрыть пол-
ное отсутствие мысли. Как выяснил дотошный аспирант,
практически вся продукция подмосковного гиганта про-
давалась его директором генеральному дилеру с явно за-
вышенной по размеру скидкой. Элементарный запрос
через одного из «питейных» друзей помог Алексею уста-
новить, что учредителем компании, контролирующей
сбыт, является некая фирмушечка, единственным вла-
дельцем которой является сын директора завода.
Однако это не проясняло проблему: куда девается
товар. Пройдясь по крупным сетевым супермаркетам,
Глядовкин сразу понял, что к ритейлерам он вообще не
попадает. Установить истину помог случай. Алексей, ни-
когда не любивший подземные переходы еще со времен
Калининграда, где в центре был всего один, да и тот с дур-
58
ной славой, быстро пробегая грязный переход под Пуш-
кинской площадью, задержался взглядом на вывеске ки-
оска «Соки-воды». На витрине в разномастных упаковках
стояли до боли знакомые пакетики марки «Эльмен-
штальк». Поднявшись к стоявшей наверху палатке
фирмы «Твой хот-дог» он сразу увидел, что и здесь соки
завода Шталька явно доминировали и на витрине, и в
руках любителей фастфуда. Стало ясно, что основной
сбыт товара происходит через тысячи лавчонок, точек пи-
тания и мини-магазинчиков, наводнивших Москву в луж-
ковский период правления столицей. Расположенные в
проходных местах и вблизи магистралей, они вне сомне-
ний давали директору завода по производству соков ог-
ромный, неконтролируемый хозяином доход, явно
превышавший балансовую прибыль предприятия.
О торговых палатках, покрывших плотной паутиной
всю Россию, надо сказать особо. Именно эти точки, уро-
дующие облик российских городов, но работающие под
милицейской крышей, стали основной сбытовой сетью
для гигантских потоков контрафактной продукции. Через
них под видом хозяйственно-бытовых товаров, куритель-
ных смесей и благовоний, энергетических напитков и дру-
гой дряни активно распространялись по России новые
наркотики и близкие по их действию препараты. Гигант-
ский поток идущей здесь налички, распределяясь по кар-
манам «интересантов», сформировал мощное
криминально-коррупционное сообщество, конкурировав-
шее по масштабам с легальной экономикой страны.
Алексей сразу осознал серьезность опасности, связан-
ной с раскруткой подмосковной ситуации. Соваться в нее
самому не хотелось. В то же время было ясно, что такого
59
масштаба сбыт не мог происходить без прямого участия
или, как минимум, молчаливого согласия со стороны ру-
ководителя представительства. Здесь был нужен нетри-
виальный подход. Идея пришла, когда хитромудрый
Роман Михайлович Фишман, начинавший еще директо-
ром кооперативного заводика четверть века назад, сам
приехал пообщаться со слишком инициативным консуль-
тантом. То, что тот является близким к Штальку челове-
ком, он быстро разведал через получавших у него
регулярные «подарки» сотрудников представительства.
Наличие кавказской строчки в биографии Глядовкина и
«секретного папы» заставляло действовать предельно ак-
куратно. Ему ли было не знать, что хорошо организован-
ные ветераны необъявленных войн давно научились
давать отпор, нередко вооруженный, и рэкетирам, и за-
рвавшимся сотрудникам милиции.
Как ни удивительно, но в Алексее, разложившем перед
ним бумаги, он увидел скорее партнера, чем врага… Роман
Михайлович, несмотря на возраст, всегда умел и любил
учиться. Он понимал, что если один специалист нашел
прокол в его бизнесе, значит, это сможет сделать и другой.
Поэтому от поступившего предложения от «авторитет-
ного» партнера по сбыту «наказать мальчонку» он сразу
отказался…Боясь, что в офисе ведется скрытая видеоза-
пись, Глядовкин после ознакомления Фишмана с доку-
ментами предложил тому продолжить беседу за
обеденным столом. В свою очередь, Роман Михайлович
тут же подсказал хорошо известный ресторан на Чистых
прудах, где всегда можно было не только вкусно поесть,
но и спокойно поговорить.
Надо отметить, что ресторан, в который поехали Алек-
60
сей и его новый знакомый, был одним из первых заведе-
ний мирового уровня в Москве. Его хозяева приложили
огромные усилия, чтобы в течение десятилетия сохранить
высокое качество кухни и клубную атмосферу, сделав-
шую ресторан «своим» в деловой среде. В основе этого
было ежедневное присутствие одного из совладельцев на
работе. Потому как тепло, по-товарищески тот встретил
Фишмана, Алексей еще раз смог оценить значимость че-
ловека, с которым предстояло продолжить неформальное
общение.
Расположившись в тихом углу, подальше от окон, про-
ходов и дверей, Фишман и Глядовкин, выпив «для аппе-
тита» по стопке ледяной «Белуги» со слезой, начали
неспешную трапезу. Оба умели настолько виртуозно ком-
постировать мозги, аккуратно развешивая лапшу на уши
собеседнику, что уже вскоре стала ясна бесперспектив-
ность такого времяпрепровождения. Поэтому, как более
опытный в подобных делах, Роман Михайлович предло-
жил поднять тост за начало сотрудничества и приступить
к конкретным делам.
Роман Михайлович много видел на своем веку: и по-
садки соратников в советские годы, и бандитский отстрел
компаньонов в лихие 90-е, и ментовский беспредел 2000-
х. Он хорошо понимал, что для крупного бизнеса, как пра-
вило, «худой мир всегда лучше хорошей войны».
Представить, что рядом со Штальком мог обосноваться
«не свой», он не мог. Этот вариант даже не рассматри-
вался. В свою очередь, Алексей хорошо понимал, что по-
кажи он свою безродность, отсутствие серьезной крыши,
то и ждать ничего хорошего уже будет нельзя. Конечно,
ему хотелось взять с Романа Михайловича вполне достой-
61
ную сумму, но сделав это, он бы продемонстрировал свою
слабость. И скорее всего вместо портфеля с деньгами, по-
лучил бы пулю в затылок. Этот путь, не без колебаний
(деньги есть деньги!), был отвергнут.
Алексей решил играть по-крупному. Меньше, чем на
контроль над российским бизнесом Шталька он уже не
рассчитывал, но и от живых денег отказываться не хотел.
Он предложил Роману Михайловичу организовать псев-
дооткрытый тендер по определению основных дилеров
завода.
– Вместо одной вашей компании – пусть их будет пять,
– убеждал Алексей Фишмана. – При этом четыре будут
вашими, но уже с меньшей скидкой, чем было до этого.
Тем более на сбыте вы имеете 200 процентов. Зачем вам
мелочиться? А одна компания будет дружественная мне.
Ведь надо же вопросы правильно с Берни решать. Как вы
понимаете, дружба с ним отнюдь не дешевое дело.
– Алексей, как я понимаю, вы хотите, пятую часть
объема пустить через себя? Это серьезная ломка для дей-
ствующего бизнеса, – мягко проговорил Фишман.
– Ну что вы, Роман Михайлович! Сохранение и умно-
жение бизнеса – это святое! Дружественная мне компа-
ния будет, как и все ваши структуры, скидывать товар в
связанную с вами розницу. А чтобы не возникало вопро-
сов у ваших, как я знаю, очень авторитетных партнеров,
фирмочка вашего сына на процентов 20 войдет в состав
учредителей теперь уже дружественного не только мне,
но и вам общества. Конечно, директор будет мой, но эта
связка с вашей семьей снимет все вопросы у наших не-
формальных контролеров.
– Послушайте, Алексей, но ведь через несколько дней
62
из отпуска прилетит действующий руководитель предста-
вительства. Он многое знает…Да и жена у него из очень
серьезной семьи, близкой к нынешнему руководству
страны.
– Тем более, Роман Михайлович, вам легко будет дого-
вориться с ним. Тут я «случайно» выяснил, что на «столь
необходимое ему лечение» в Баден-Баден он вылетел с
одной из сотрудниц представительства. Мой товарищ там
тоже «случайно» оказался и сделал ряд любительских
снимков, – и Алексей легким движением руки, как опыт-
ный карточный игрок, придвинул Фишману стопочку фо-
тографий. – Я не думаю, что беременной жене и ее папе
это сильно понравится. Ну а выходное пособие, вы как
честный человек бывшему партнеру организуете.
Внимательно посмотрев на фото, Роман Михайлович
вдруг понял, что перед ним сидит не простой короед, как
он за глаза называл офисный планктон представитель-
ства, а молодой, жаждущий многого хищник. «Может,
всё-таки грохнуть? – мелькнула мысль. – Нет, пожалуй,
не стоит! Уж больно все продуманно. Похоже, слухи о
связях «за стеной» подтверждаются».
– А как воспримет всю ситуацию Штальк? Ему скандал
совсем не нужен! – спросил Фишман, все еще сомневав-
шийся в правильном выборе действий.
– Вы же сами знаете, Роман Михайлович, что Шталька
интересуют только деньги. Поэтому срочно проводим
«тендер». Скидка по дилерам уменьшается на 10 процен-
тов, и по этому месяцу вы показываете рост прибыли за-
вода. Свою фирму я дам завтра, но как порядочный
человек, в этом месяце готов обойтись даже без своей
доли прибыли.
63
«Да» Романа Михайловича коллеги закрепили тремя
тостами: «За успех начатого дела!», «За мудрого хозяй-
ственника!», «За молодых и творческих!» и, по-товарище-
ски, «посошком», закончили бутылку «Белуги»…. А на
следующий день, когда Фишман только начал знако-
миться с почтой, ему нарочным из представительства пе-
редали пакет документов на ООО. В нём учредителем на
80 процентов являлся люксембургский оффшор (на вся-
кий случай зарегистрированный Алексеем на «страхо-
вые» откаты) и на 20 процентов сын Романа
Михайловича. Здесь же находились типовые дилерские
договоры, уже подписанные со стороны нового общества.
«Так вот оно какое – поколение NEXT», – подумал Роман
Михайлович и отправил доверенного юриста регистриро-
вать созданное ООО в налоговой службе района, есте-
ственно, по срочному тарифу.
Алексей в свою очередь испытывал огромное удовле-
творение от всего происходящего. Его увлекал драйв
борьбы за денежные знаки. Люди с их слабостями были
для него лишь инструментом для решения глобальных
задач. Сотрудница компании, сдавшая ему начальника и
ненавистную коллегу по кабинету, была вознаграждена
походом в ресторан и весело проведенной ночью в ман-
сарде старинного дома. Фото в Баден-Бадене по-друже-
ски сделал русский сотрудник местной компании, с
которым Глядовкин поддерживал отношения, связанные
с направлением российских больных на лечение в элит-
ные клиники. За 500 евро, которыми его одарил Алексей
в связи с этой операцией, он перекинул еще парочку лю-
бопытных снимков известных представителей россий-
ской элиты, усиленно совмещавших лечение на водах с

64
профилактикой простатита. Их фото Алексей отправил в
соответствующее досье, которые он завел практически на
каждое значимое лицо в путинском окружении.
«Главное, чтобы ружье было заряжено, а вовремя вы-
стрелить я сумею», – подумал Алексей, глядя на ряды ак-
куратно расставленных папок. – Через 15-20 лет вас уже
никого не будет. Я буду всему хозяин!». Эта мысль грела
Алексею душу и заставляла крутиться еще быстрее, при-
ближая его – Глядовкина – время. А время действительно
работало на него. Наработанный за две недели пакет до-
кументов о работе представительства компании Шталька
в России с предложениями об улучшении работы заводов
и офиса был переведен и по экспресс-почте передан лично
Бернгхардту. Качество работы поразило опытного пред-
принимателя. Правда, скромная приписка о том, что со-
ответствующая работа с их руководителями уже
проведена, сначала возмутила Шталька. Ведь это его, вла-
дельца компании, обязанность! Однако неожиданный
рост прибыли по итогам месяца заставил по-иному по-
смотреть на усилия Алексея. А когда через несколько
дней по электронке пришло письмо вышедшего из от-
пуска директора представительства об увольнении по
собственному желанию, он не колеблясь ни секунды, его
согласовал, даже не поинтересовавшись о причинах.
Одновременно предложение возглавить российское на-
правление своей компании Штальк передал Алексею.
При этом «другу Алексу» был установлен более высокий,
чем у предшественника оклад, что убедило всех сотруд-
ников в действительно особых отношениях Берни и
Алекса. Случайно брошенная Штальком фраза «мой
потсдамский мальчик» лишь укрепила их в этой мысли.
65
Особенно доволен правильному выбору был Роман Ми-
хайлович, поскольку Алексей уговорил одну из современ-
ных линий направить не в Старую Ладогу, а на
«эффективно работающее предприятие в Подмосковье».
Рост объемов производства быстро закрыл временную
брешь в личном бюджете Фишмана, возникшую в связи
с предложенными Алексеем изменениями дилеров.
Новый директор представительства его, как и Шталька,
полностью устраивал. Да и Алексей, получив первые ди-
виденды за эту простенькую операцию, вдруг понял, что
он хоть и в рублях, но стал миллионером.
За оставшееся до очередного приезда Шталька время
Глядовкин провел прощальный вечер с коллегами по не-
мецко-швейцарской компании. К сохранению связей он
относился очень внимательно, а то, что они могли ему
пригодиться, особенно в сфере международного страхо-
вания, он не сомневался. Поэтому мероприятие, органи-
зованное в расположенном рядом с офисом популярном
пабе, надолго запомнилось бывшим коллегам. Хорошая
мясная закуска, отличное пиво, живая музыка и куча теп-
лых слов, подогретых алкоголем и самой атмосферой
праздника, оставили неплохой след в душе. «А ведь он
такая душечка, такой мальчик», – вздыхали упустившие
шанс леди неопределенных лет. «Грамотно сделал, – го-
ворили опытные страховщики мужского пола. – Блюдет
традицию». В России всегда высоко ценилось умение хо-
рошо выпить и вовремя проставиться. На непьющих все-
гда смотрели с подозрением: то ли хворый, то ли стукач!
Запойных и закодированных жалели, а непьющих стара-
лись избегать. «Какой уж тут бизнес, –говорили – не вы-
пить, не закусить». С этой точки зрения Алексей был

66
хорошо готов к любому развитию событий и российским
критериям бизнеса отвечал полностью!
Слава Богу, и с дипломом все складывалось как нельзя
лучше. Доплатив еще одну тысячу у.е. умному аспиранту,
Глядовкин получил замечательный дипломный проект по
теме: «Экономика производства соков на базе продукции
фермерских хозяйств», защитив который перед специ-
ально созданной ректором госкомиссией, он стал первым
дипломированным экономистом по новой специальности.
Хороший банкет для участников защиты и небольшая
спонсорская помощь институту за проявленное понима-
ние помогли уже на следующий день в удивительно ко-
роткий срок получить и диплом, и все необходимые
выписки. Как сказали Алексею, это до сих пор удавалось
только министрам и олигархам. Последние слова осо-
бенно обрадовали Глядовкина. Он в полной мере, нако-
нец, почувствовал себя причастным к избранным. Мечты
становились все более реальными.
Приезд Шталька Алексей решил обставить по-новому.
Задержка Берни из-за болезни на две недели дала воз-
можность провести необходимую зачистку в офисе. До-
верять финансовый контроль чужим Алексей не хотел.
Поэтому на должность финансового директора был при-
глашен проверенный в деле аспирант Андрей. Толковый,
но бедный, он постоянно нуждался в деньгах, которых не
хватало ни на издание монографии, ни на необходимые
подарки членам ученого Совета. А после защиты маячил
еще более жесткий вопрос: где, и главное, на что жить про-
винциалу? Понимая истинную цену Алексею, он, тем не
менее, готов был на него молиться: три тысячи долларов,
заработанных за три недели работы были для Андрея
67
самым большим доходом, полученным за 10 лет самостоя-
тельной жизни. Именно такой человек и был нужен Гля-
довкину: умный, образованный, но полностью зависимый
от него.
Поэтому же принципу на место секретаря-референта
вместо представительной матроны, знавшей всех и вся, но
абсолютно не умевшей держать язык за зубами, на удив-
ленье всем, была принята недавняя пассия ушедшего
босса. Брошенная начальником и ненавидимая коллекти-
вом, Алла была лишена какой-либо поддержки среди со-
трудников. Стремясь избежать позора публичного
изгнания, она сама пришла с заявлением на увольнение к
новому руководителю. Хотя прекрасно понимала, что
уходит в никуда. Но видимо сил удержать хорошую мину
при плохой игре ей не хватило. Нервы сдали, и она раз-
рыдалась так, как только может рыдать впервые обману-
тая девушка.
Слезы одинокой красавицы – это серьезное испытание
для любого мужчины и вдвойне для неопытного дирек-
тора. С одной стороны, Алексей не мог не понимать, что
она – жертва обстоятельств. В нищей стране многие жен-
щины рассматривали своего начальника в качестве потен-
циального любовника. Этот «социальный лифт», как
правило, действовал безотказно. С другой стороны, в
Москве без работы, одинокая и без связей девушка из рос-
сийской глубинки была обречена пойти по рукам. Испод-
воль, заглядевшись на длинные стройные ножки Аллы, ее
точеную фигурку и пушистые длинные волосы, Алексей
подумал, что его руки в этой ситуации могут быть не худ-
шими. Тем более первая боевая подруга Инна, сдавшая
ценную информацию о служебном романе шефа, с повы-
68
шением была отправлена к Роману Михайловичу в
службу сбыта. Свой человек, лично преданный Алексею
и прошедший столь разностороннюю проверку, там был
ох, как нужен! Хотя бы на этапе формирования финансо-
вых отношений с Фишманом.
Сама Алла решение Глядовкина оставить ее в качестве
референта восприняла как Божью благодать. Добрый, как
ей показалось, взгляд Алексея, она восприняла как про-
явление сочувствия, а решение о новом назначении – как
свидетельство редкого благородства молодого руководи-
теля. Словом, она и сама не заметила, как слепила себе
образ нового героя, и хуже того, начала в него постепенно
влюбляться. Что касается служебных обязанностей, то,
испытав весь ужас возможной безработицы, Алла стала
так работать, что буквально через несколько дней весь
офис и обслуживающий персонал оказались вынуждены
с ней считаться. Установив жесткое планирование меро-
приятий директора, она взяла на себя функции контроля
исполнения решений. И если кто-то что-то не успевал, до-
кладная записка об этом уже на следующий день появля-
лась у Глядовкина. Стало ясно: о старой жизни
оборзевшему от бесконтрольности коллективу придется
забыть. И еще. На самом видном месте в приемной появи-
лась найденная в Интернете фотография Шталька на от-
крытии завода с канцлером Германии и любимым ВВП.
Но более всего офисный народец потряс приказ о вве-
дении фирменного дресс-кода с цветами компании: жел-
тым, синим и белым. Как пошутил Алексей в первом
публичном спиче перед коллективом: «Солнце, небо и
вода – наши лучшие друзья!» При этом на чей-то тихий
вопрос, а кто за это будет платить, был дан немедленный
69
ответ: «Сегодня вы впервые за три года работы в компа-
нии получите солидную премию. Так высоко оценило ваш
труд за последний месяц руководство. А насколько вы це-
ните его отношение к себе, я надеюсь узнать, увидев вас в
следующий понедельник на рабочих местах. Кстати, жел-
тые платочки для ваших белых блузочек и синих юбочек,
дорогие женщины, я уже попросил подобрать в «Гер-
месе». Надеюсь, этот шаг Вы тоже оцените по достоин-
ству». Не выполнить такое указание, конечно, было уже
нельзя. И как в период подготовки новогоднего капуст-
ника закипела работа. Кто-то шил юбки и костюмы, кто-
то перепахивал аутлеты, а кто-то побогаче методично
исследовал фирменные бутики. Результат был один.
Офис фирмы стало не узнать. Поэтому, когда пришло
время прилета «друга Берни», «другу Алексу» уже было
что ему показать.
Тому, как надо встречать начальство, Глядовкин был
прекрасно обучен легендарным Петровичем. «Идет гене-
рал. Что надо делать? – любил говаривать он после оче-
редной банно-интимной победы. – Остановиться,
щелкнув каблуками. Вытянуться в струнку. И только
после этого отдать честь, с восхищением глядя на свер-
кающие погоны. А если на пятерочку отработать, то не
грех и гаркнуть: «Здравия желаю, товарищ генерал-
майор!». Тебя с этого не убудет, а тому радость-то какая!
В Москве генералов этих, как собак нерезаных. Смот-
ришь, офицеры мимо пробегают. Да так ладошкой махнут:
то ли «Привет» сказали, то ли на хер послали. Где уж тут
разберешь. А у нас полная уважуха и респект! Генерал
счастлив, начальство довольно, смотришь, и тебе за это
что-то обломится». По тому, как стремительно развива-

70
лось гостиничное хозяйство Петровича, прирастая ба-
нями, конюшнями и даже тиром, Алексей понял, что обла-
мывалось главному постельничему учебного центра
действительно немало!
Естественно, переосмыслив идеи наставника на новый
лад, Алексей сосредоточился на тех деталях, которые рус-
ских мало занимают, а немцам приятны. Во-первых, был
идеально вычищен, вымыт и натерт до зеркального блеска
представительский «Мерседес». От запаха сигарет и
пятен на внутренней отделке и следа не осталось. Кроме
того, автомобиль был затарен любимой шефом минераль-
ной водой, холодненьким пивом, 18-летним шотландским
виски и льдом в специальном мини-морозильнике. На не-
большом выдвижном столике разместился готовый к пре-
зентации ноутбук.
В соответствии с «Мерседесом» в должный порядок
был приведен и его водитель. Темно-синий костюм, голу-
бая рубашка в полосочку, довольно дорогой желтый гал-
стук и сверкающие туфли заставляли задуматься о
величии встречаемого. Сам Алексей тоже был на высоте.
Шаловливые ручки любимой с первого дня пребывания
в Москве парикмахерши сделали буквально чудо, не оста-
вив на голове ни одной раздолбайски торчащей воло-
синки. Увидев себя в зеркало, он даже вздрогнул: ни дать,
ни взять, молодой Путин, да и только! И опять в голову
полезла всякая дребедень… А вдруг? А почему бы и нет?
Надо бы маму пожестче поспрашивать: вдруг что-то вы-
лезет. Тем более в школе с Людмилой Александровной
мама действительно училась одной… Освободившись с
большими усилиями от вновь захвативших радужных
грез, Алексей вместе с водителем отправился встречать
71
Шталька в аэропорту.
…Старый немец, любивший погулять в России, тем не
менее, как и многие представители развитых стран, при-
летевших сюда в командировку, быстро уставали от царя-
щего в стране бардака, неопределенности событий,
неожиданностей в бизнесе и безудержной коррупции
представителей власти. Любить Россию и бояться ее –
давно стало нормой и для гостей страны, и экспатов, при-
нявших игру и веривших, что их усилиями закон и об-
щечеловеческие нравственные ценности всё-таки
восторжествуют в евразийском гиганте. Поэтому Бернг-
хардт Штальк испытал мощный культурологический
шок, когда увидел на выходе двух своих сотрудников, вы-
глядевших так, как он всегда мечтал видеть свой персонал
в странах присутствия бизнеса. Если Алексея он признал
сразу, то собственного водителя, всегда любившего рас-
тянутые свитера и трехдневную щетину, удалось признать
лишь поздоровавшись.
Очередным потрясением стал автомобиль, немало по-
видавший в дневной, но особенно в ночной жизни
Москвы. Он дышал свежестью и какой-то новой энергией,
заряжая хозяина чувством оптимизма и уверенности.
Стакан, наполненный любимой минералкой, и красочная,
но конкретная видео-презентация работы представитель-
ства (вместо прежних стопок разномастных бумажек с ма-
лопонятными цифрами) окончательно добили
немолодого бюргера. Неожиданно он почувствовал себя
не гостем, а настоящим хозяином, пусть и небольшой, но
вполне определенной части России, которая каким-то чу-
десным образом обрела черты его немецкой Родины.
Поэтому вместо традиционного антистрессового по-
72
хода в ресторан, он скорее интуитивно, чем осознанно,
предложил Алексею заехать в офис компании. Благо на-
ходился он в престижном билдинге в центре Москвы. Уже
на входе Бернгхардт заметил, что на информационной
стеле, украшавшей вход бизнес-центра, название компа-
нии и ее фирменный знак явно доминируют. Вместо блек-
лой вставки времен открытия офиса была использована
оригинальная дизайнерская работа. Штальку в душе даже
стало стыдно за своих маркетологов и дизайнеров, давно
предлагавших ребрендинг на явно более слабой основе,
чем то, что было сейчас перед его глазами.
Но еще более сильный удар ждал в его офисе, где, не-
смотря на поздний час, кипела работа. Первое, что ему по-
казалось, что они с Алексеем приехали не на свой этаж:
настолько новыми выглядели в фирменной одежде со-
трудники. Когда он входил в кабинеты, все вставали. Эту
фишку Алексей прихватил из банка, владевшие которым
представители Кавказа считали подобную форму привет-
ствия хозяина обязательной. Особенно тепло Берни стало
от того, что и Алексей, и все сотрудники приветствовали
его по-немецки. Здесь, в своем офисе, Штальк уже в пол-
ной мере ощутил себя совладельцем великой страны. Лю-
бимое фото с Путиным и Шредером в приемной в
сочетании с радостно улыбавшимся миловидным лицом
референта Аллочки заставило его окончательно растро-
гаться. Бернгхардту, много видевшему плохого и тяже-
лого в этой жизни, только и хватило сил, что крепко
пожать руку и по-старчески эмоционально обнять «друга
Алекса». Он, наконец, нашел человека, которому мог до-
верять, как самому себе!
На следующий день выяснилось, что прекрасно сре-
73
жиссированный Алексеем спектакль дал замечательные
плоды. Хорошо отдохнувший после перелета Берни энер-
гично взялся за дела. Рост показателей представительства
в целом и особенно завода в Подмосковье его искренне
порадовал. Особенно понравился исполняющий обязан-
ности финансового директора Андрей. По итогам обще-
ния со Штальком он был быстро утвержден в этой
должности. После детального обсуждения ситуации с за-
водом в Ленинградской области Алексей получил уни-
кальную, по сути, генеральную доверенность на решение
любых вопросов, связанных с деятельностью этого пред-
приятия сроком на целый год.
При этом доверенность была выдана от имени Совета
директоров, представляющего сто процентов капитала
концерна Шталька, являющегося единственным владель-
цем завода под Питером. Убедить сделать это было не-
трудно после прекрасных оценок Алексея со стороны
срочно вызванного Бернгхардтом директора подмосков-
ного предприятия Фишмана, которому осторожный
Штальк доверял больше других сотрудников московской
команды. Собственно, предварительное решение у
Шталька родилось еще вчера вечером, но ему обязательно
нужен был еще кто-то, кто смог бы подкрепить его личные
аргументы. Роман Михайлович свою роль исполнил бле-
стяще. А Алексей достиг очередной цели в непростом
пути к сияющим вершинам богатства и власти.

74
V. Операция «Олигарх»

Вместе со стремительными переменами в жизни Алек-


сея неожиданно пришла весна. Она напомнила о себе гро-
хотом сошедшей с крыши снежной лавины, повсеместной
слякотью и чувством какой-то непонятной неудовлетво-
ренности. Теплая кровать в сочетании с необычным для
воскресенья одиночеством явно располагали к поискам
смысла бытия. С одной стороны, Алексей понимал, что
может собой гордиться. Его биография полностью соот-
ветствовала великим целям, а финансовые возможности
закрепляли выбранный образ жизни. Но, с другой сто-
роны, именно это Алексея и не устраивало. Глядовкин па-
нически боялся застрять на средненькой, по его мнению,
ступеньке социальной лестницы.
С точки зрения миллионов москвичей Алексея можно
было считать удивительно успешным и очень перспектив-
ным бизнесменом. Отличный заработок, доходный биз-
нес, обеспечивавший стабильные накопления денег на
счету в западном банке, сотня полезных знакомых в раз-
ных сферах, богатая коллекция доступных дам: от рублев-
ских бизнес-леди до официанток близлежащих
ресторанов – все это делало жизнь довольно приятной.
Однако, Алексей, не мог не видеть, что есть и другая
Москва, в которую у него пропуска еще не было. Он по-
прежнему стоял в пробках, когда мимо пролетали каваль-
кады черных бронированных лимузинов, без него
75
уносились в волшебную даль шикарные джеты бизнес-
авиации. Даже респектабельные клубы, в которых
Штальк был многолетним членом, пока оставались недо-
ступны для молодого проныры. Для прорыва необходим
был качественный скачок от наемного работника до вла-
дельца серьезного бизнеса.
Конечно, хотелось посильнее запустить коготки в при-
быльное хозяйство Фишмана, но Алексей понимал, что и
так в этой операции прошел по лезвию бритвы. Сбытовая
система, контролируемая московскими ОПГ, при необхо-
димости в течение дня могла избавиться от нарушителя
спокойствия. Представив свое израненное тело в выгреб-
ной яме с известью, Алексей невольно содрогнулся.
Вывод был однозначен «Ловить в Подмосковье нечего!
Надо двигаться в Питер, в Старую Ладогу, где стоит без
дела будущий гигант производства российских соков».
Однако следовать путем своего предшественника, тихо
приворовывавшего с поставок оборудования, он не хотел.
Во-первых, девяносто процентов техники уже было опла-
чено и поставлено и находилось в стадии наладки. Во-вто-
рых, информация о воровстве, хоть и в усеченном объеме,
у Шталька уже была. Но главное, действовать по мелочам
Глядовкину уже не хотелось. В своих мечтах «потсдам-
ский мальчик» видел себя как минимум партнером
Шталька.
Постепенно в голове Алексея начал складываться
новый план, к реализации которого он и приступил в по-
недельник. С помощью своего финансового директора и
начальника юридической службы он начал подготовку к
перерегистрации питерского ООО в закрытое акционер-
ное общество с перспективой увеличения капитала и рас-
76
ширением числа акционеров. Обосновать эту работу
Штальку было нетрудно. Для него была подготовлена за-
мечательная по качеству записка, показывавшая эффек-
тивность создания акционерного общества и его
возможности последующего выхода на биржу. При этом
предлагался для консервативного Шталька шаг: предоста-
вить 25 процентов капитала руководителям предприятия,
в том числе 15 процентов Глядовкину.
Через несколько дней записка в составе большого па-
кета предложений, направленных на ввод в строй завода
в Старой Ладоге, была получена Бернгхардтом. Идеи
Алексея его вполне устраивали: они позволяли резко уси-
лить заинтересованность руководителей питерского пред-
приятия в его запуске без дополнительного
стимулирования их труда деньгами. В течение месяца ре-
шение было утверждено Советом директоров концерна, и
Алексей получил право на проведение акционирования
предприятия по собственной схеме. Внешне все выгля-
дело настолько естественно, что даже на мгновение ни-
кому не пришла в голову мысль об огромных, с учетом
ранее полученной доверенности, правах Глядовкина на
управление предприятием.
В ходе частых поездок в Питер Алексей не очень
утруждал себя работой в Старой Ладоге. Советских вре-
мен инженерный персонал, не имея в депрессивном рай-
оне особого выбора, и так был готов сделать все для
скорейшего запуска предприятия. Они с радостью
встречали молодого руководителя представительства,
прекратившего процесс внесения бесконечных изменений
в проект и, соответственно, замены технологического обо-
рудования. Освобожденные от московских коррупцион-
77
ных оков, специалисты завода были счастливы перейти
от имитации работы к полноценному производству. «Я в
Старой Ладоге – как луч света в темном царстве!», –
любил говаривать Глядовкин сотрудникам представи-
тельства в Москве. И это было в какой-то мере правдой,
поскольку именно с ним жители старинного села связы-
вали свои ожидания. А внушать их Алексей умел бле-
стяще.
Став руководителем представительства, а затем и по-
лучив права, связанные с управлением строящегося пред-
приятия в Старой Ладоге, Алексей стал активнее готовить
себя к новой жизни. Год, быстро прошедший в Москве,
убедил его в том, что в зависимости от ситуации выгодно
иметь несколько образов: консервативно-деловой, люби-
мый Штальком и не раз помогавший в обретении серьез-
ных деловых связей; молодежно-спортивный,
привлекавший рублевских матрон, и брутально-крими-
нальный, необходимый в общении с «реальными паца-
нами» и авторитетными рокерами. В соответствии с этим
были сформированы и гардеробы.
Два раза в неделю в офис компании к нему приходил
худощавый, профессорского вида человек. Будучи пред-
ставлен всем в качестве консультанта по информацион-
ным технологиям, мужичок на самом деле был обычным
врачом-логопедом. Он, по мнению Алексея, должен был
окончательно отрихтовать речь «будущего Президента»,
избавить ее от слов-паразитов, неправильных ударений,
научить четко выговаривать шипящие и убрать легкое
грассирование, напоминающее о многообразии нацио-
нальных корней Блядовкиных. В сочетании с ранее по-
ставленным баритоном это давало Алексею
78
дополнительные возможности.
Однако, не смотря на все усилия, Алексею не удавалось
прорваться в «высший свет». Чем больше он прилагал
усилий по приведению своего облика в соответствие с
требованиями той среды, тем острее становилось понима-
ние, что только огромные деньги, удачная женитьба или
высокая государственная должность способны обеспе-
чить качественный скачок в элитарную прослойку. Увы,
у него не было такого папы и таких связей, как у Ксении
Анатольевны Собчак. Его не ждало семейное или родовое
наследство. А о получении высокой государственной
должности даже не стоило и мечтать. Стремительное раз-
витие коррупции и семейственности во власти привели к
тому, что как и в Российской Империи, нижние этажи го-
сударственного управления замещались детьми высоко-
поставленных чиновников, которые со временем
добирались до родительских высот, не оставляя другим
никаких шансов. О чем бы ни мечтал Алексей, он ясно по-
нимал, что только выдрав кусок имущества у Шталька,
можно приблизиться к элитному рубежу. Именно на до-
стижение этой задачи и было решено бросить все силы.
Тем более что набор имевшихся у Глядовкина доверенно-
стей позволял сделать многое.
Операция «Олигарх» началась. Одновременно с пере-
регистрацией ООО в ЗАО, был запущен процесс эмиссии
акций, в котором было заложено право топ-менеджмента
и акционеров на выкуп крупных пакетов акций. Остава-
лось разработать такую схему, при которой в ходе реали-
зации ценных бумаг Алексей мог бы обеспечить
получение контрольного пакета. Очевидно, что Штальк в
этих условиях становился явной помехой. Мысль о том,
79
как его отодвинуть от дел, не раз возникала у Глядовкина.
Тем более пожилой немец все чаще болел. И «потсдам-
скому мальчику» не очень хотелось, чтобы бразды прав-
ления российским заводом по воле случая перешли в руки
педантичных немцев.
Жизнь, как часто бывает, сама подсказала решение. В
одну из разгульных ночей, весело проводимых Алексом с
другом Берни, Штальк почувствовал себя явно плохо.
Оперативно сделав необходимые уколы, врач, постоянно
обслуживавший отель, посоветовал Штальку поаккурат-
нее пользоваться виагрой. Оказалось, что любвеобильный
Бернгхардт уже попадал по этой причине к доктору. Тем
не менее, расставаться с вошедшей в привычку практикой
предприниматель и не думал: собираясь в Россию, он обя-
зательно брал с собой небольшую коробочку голубых таб-
леток Pfizer. Они придавали ему уверенность в себе и
были гарантией успешного исхода ночи.
Все последующее требовало самой тщательной подго-
товки. В Глядовкине боролись два чувства. С одной сто-
роны, он безумно хотел разбогатеть. Деньги, шикарные
машины, белоснежные яхты, рублевские дворцы, гости-
ницы на Лазурном берегу, длинноногие слегка одетые
красавицы яркими картинами наполняли его сознание.
Казалось, еще немного усилий, и сон станет явью. С дру-
гой стороны, он не мог не понимать, что любая, даже не-
большая ошибка может отбросить его от столь близкой и
желанной кормушки навсегда. Ради денег Алексей был
готов перейти любую грань, но он патологически боялся
попасть в тюрьму. Хотя и понимал, что с деньгами всегда
можно уйти и от сумы, и от тюрьмы.
Для начала была активизирована и без того бурная
80
деятельность по заводу в Старой Ладоге. На место и.о. ге-
нерального директора была направлена «доказавшая свою
личную преданность Инна». Ее опыт работы в Подмос-
ковье в сочетании с регулярными «отчетами» в легендар-
ной мансарде Алексея позволяли надеяться на успех
задуманного. Все документы по эмиссии были своевре-
менно подготовлены и направлены акционерам и менедж-
менту. В телефонном разговоре со Штальком Алексей
осторожно попросил детали выкупа акций уточнить во
время приезда в Россию. Остальных акционеров вопрос
инвестиций в Старую Ладогу вообще не интересовал. Это
вполне устраивало молодого комбинатора.
Но главной проблемой по-прежнему оставался сам
Штальк. Его «нейтрализация» при сохранении полного
контроля российского бизнеса со стороны Алексея не
были простой задачей. Он не боялся того, что могло слу-
читься с другом «Берни». Глядовкина тревожило время
операции. Все должно было произойти таким образом,
чтобы ни у кого не возникло сомнений в естественном
ходе событий. Поэтому всю долю менеджмента в акцио-
нерном обществе он сразу оформил на себя. Тем более что
преданные управленцы не возражали. Пора было начи-
нать подготовку к встрече самого «герра Шталька».
Самым сложным вопросом для Алексея оставалась
нейтрализация Бернгхардта. Его вполне устраивал слу-
чайный кирпич, упавший на голову друга. Или автоава-
рия на староладожской дороге. Но хотелось бы такого
набора событий, чтобы ни одна собака не докопалась до
его участия в деле. На пути к великой цели Алексею Иго-
ревичу не очень хотелось оставлять даже малейшие за-
цепки, бросающие тень на будущего столпа российского
81
общества. Но, о чем бы он не думал, мысли вновь и вновь
возвращались к словам гостиничного доктора о виагре. К
сожалению, и Штальк, прислушавшись к доктору, соби-
рался стать более аккуратным в реализации своих сексу-
альных желаний. Тем не менее, именно здесь, как
чувствовал Алексей, могло быть нужное решение его за-
дачи…
В тех случаях, когда советоваться было не с кем, Гля-
довкин всегда обращался к любимым книгам – биографии
ВВП и роману А.Дюма «Граф Монте-Кристо». Первая да-
вала ответы на стратегические вопросы, а вторая была со-
ветчиком в повседневной жизни. При этом ему особенно
нравилась именно та часть романа, где разбогатевший
Эдмон Дантес технично мочил предавших его друзей и
коллег. Про себя он называл ее «Разбор полетов» и мог
перечитывать бесчисленное количество раз.
Больше всего Глядовкину нравилось то, как чужими
руками новоявленный граф расправлялся со своими
обидчиками. «Вот молодец, – думал Алексей. – Ни под
одну статью УК не подгонишь!». Сейчас его особенно за-
интересовала ситуация, связанная с использованием ядов
в семье Вильфоров: «Попробуй, разберись, кто кого грох-
нул! Чистенькая работа!..» Постепенно, за чтением Алек-
сандра Дюма, план сложился сам собой. Правда,
пришлось провести над собой ряд экспериментов, но с
учетом возраста они не были неприятными…
Словом, к пятнице, когда ранним утром приземлился
самолет из Берлина, подготовка к операции «Олигарх»,
как ее назвал Алексей, была полностью завершена. Утвер-
жденный Штальком план пребывания в Москве носил
вполне традиционный характер: гостиница – работа –
82
ланч – работа – обед – культурно-развлекательная про-
грамма. Под последним пунктом скрывалось именно то,
ради чего германского жизнелюба больше всего тянуло в
российскую столицу. Ночные клубы Москвы с их без-
умно красивыми и невероятно разнообразными девуш-
ками не могли не привлекать одинокого ловеласа.
Скованный дома лютеранской моралью и бюргерскими
традициями, нередко скрывавшими патологическую жад-
ность соплеменников, Штальк лишь в Москве мог ото-
рваться на всю катушку, не думая о последствиях.
Именно этот стимул давал ему силы для дальнейшей ра-
боты, помогал забыть о рутинности повседневной жизни.
С появлением Алексея интерес к неспящей столице
еще более усилился радостью новизны, которую тот умел
давать много повидавшему немцу. Иногда у Бернгхардта
даже мелькала странная мысль, а не отписать ли в заве-
щании заводик молодому земляку из Восточной Пруссии.
Но сделать это он боялся: «Что подумают обо мне кол-
леги? А родственники? Хорошо, если объявят сумасшед-
шим! А то ведь навечно запишут в педерасты. И через
сотню лет, когда все забудут о том, что я сделал для своего
рода, мои же потомки будут краснеть, указывая на ве-
точку генеалогического дерева с именем Б. Шталька. А
еще хуже, сотрут к чертовой матери! Как будто бы и не
было никогда дедушки Берни!».
При таких мыслях у Бернгхардта всегда наворачива-
лась слеза, а сердце становилось настолько мягким, что
брать миллионера можно было голыми руками. Попав-
шего к Штальку в такую минуту пастора затем полдня от-
качивали в приемной, когда он увидел цифру
пожертвования в подписанном Бернгхардтом чеке. Чтобы
83
ни делал Штальк в своей жизни, в какие бы тяжкие ни
пускался, он не мог допустить, чтобы его имя, имя добро-
порядочного немца и верующего человека, оказалось за-
пятнано…
Поэтому надеяться на неожиданную благодать со сто-
роны шефа Алексею не стоило. Хотя у него не раз, осо-
бенно в последние дни, мелькала мысль: «Вот дурень!
Завещал бы мне свои гребаные заводы и ни у кого не было
бы проблем. Книжку ему, что ли, подложить про народ-
ный капитализм? Вдруг прозреет!». Но, увы, жизнь дик-
товала свои требования. Время стремительно летело
вперед: в России первоначальное накопление капитала
приближалось к своему апогею. Можно было опоздать на-
всегда! Поэтому операция «Олигарх», начатая Алексеем
весенним утром 2006 года, вполне соответствовала исто-
рическому моменту.
Еще в машине, как всегда быстро и четко ознакомив
Бернгхардта с ситуацией на заводах, Глядовкин не преми-
нул как бы вскользь заметить: «Последний день марта мы
отметим по-настоящему, по-русски, на природе!». За-
интригованный предложением Штальк отказываться не
стал. Он был уверен, что друг Алекс его действительно по-
радует чем-то особенным. Яркие образы русского кутежа,
возникавшие в голове Берни, явно перебивали цифры от-
чета и графики продаж. Но это было не страшно: из по-
ступавших в корпорацию «Эльменштальк» сведений
явственно следовало, что в российской ветке бизнеса дела
пошли на поправку.
С учетом вечерних планов рабочая программа стала
стремительно сокращаться. Чтобы ускорить процесс,
было решено ланч накрыть в кабинете Алексея, а не тра-
84
тить время на поездки, как это бывало ранее. Соленья по-
русски и по-корейски, пельмешки трех сортов со смета-
ной, домашний хрен и горчица как бы спрашивали: «Не
изволят ли господа хорошие по рюмочке принять для ап-
петита?». Поэтому у Шталька не возникло колебаний,
когда Алексей предложил попробовать «украинские
виски» из огромной фирменной бутылки «Red Label». Чу-
десно справленная горилка, налитая в небольшие гране-
ные стаканчики, практически мгновенно окрасила жизнь
радостными тонами. Поэтому рутинные операции по про-
верке финансов были поручены Андрею. Толстая пачка
«документов на подпись» практически без чтения полу-
чила замысловатые автографы Шталька и немедленно
была передана в работу.
Штальк даже не понял, что подписал свой приговор.
Среди документов лежало согласие на выкуп эмитирован-
ных акций староладожского завода третьими лицами и ре-
шение оставить полученную в России прибыль в
распоряжении дирекции представительства. Переданные
верному Андрею протоколы были творчески подрабо-
таны, и уже к концу рабочего дня документы по выкупу
Глядовкиным контрольного пакета компании по про-
изводству соков под Питером были готовы. Средства на
выкуп акций, оформленные в качестве долговременного
кредита лично Алексею ушли на счет завода. При этом за-
ранее подготовленный пакет документов о новом вла-
дельце предприятия был передан в регистрационные
органы, с обязательством довнесения подлинников. Ожи-
давшая документы Инна уже через несколько часов была
в Питере. Субботним утром заранее оплаченный реги-
стратор заменил сканы с электронки на подлинники и

85
выдал ей весь пакет документов, подтверждающий, что
новым обладателем контрольного пакета предприятия в
Старой Ладоге является Глядовкин А.И. К ним тот при-
плюсовал и 25 процентов акций администрации.
В то время, когда люди Алексея Игоревича осуществ-
ляли разработанную им комбинацию, будущий олигарх
вместе со Штальком отправился в одну из закрытых ре-
зиденций, которыми столь богато Подмосковье. Создание
подобных заведений началось еще в девяностые, когда
крупные ОПГ, поделившие мегаполис, стали формиро-
вать своеобразные «площадки» для налаживания отноше-
ний с представителями власти и силовиками. Ничто так
не укрепляло эту «дружбу», как совместные банно-сексу-
альные развлечения и обильная жратва с дорогой выпив-
кой. В период экономического роста начала 2000-х годов
наряду с такого рода борделями в Подмосковье начинают
появляться и более изысканные заведения, рассчитанные
на коррумпированную элиту и легализовавшуюся вер-
хушку преступного мира. В проданных в ходе кризиса
дворцах организуется удовлетворение самых экзотиче-
ских потребностей извращенного московского бомонда.
Под крышей шикарных гостевых домов, псевдосанато-
риев и СПА – тайские красавицы, темпераментные ку-
бинки и афророссиянки, малолетние проститутки и
холеные мальчики вносят свежую струю в жизнь пресы-
щенной имперским развратом Москвы.
Выбранный Алексеем комплекс считался одним из
самых дорогих. Построенный на берегах Истры, он охва-
тывал большой участок замечательного соснового леса и
состоял из нескольких связанных переходами деревян-
ных домов. Строивший их «вор в законе» страдал тяже-
86
лейшим бронхитом и астмой, приобретенными еще в пер-
вых ходках. По совету докторов он выписал лучших ка-
надских мастеров, построивших главный дом, флигели и
огромный банный комплекс, прозванный в народе «Баня-
лэнд», из целебного красного кедра. К сожалению, нака-
нуне сдачи объекта его хозяин был убит, а наследники
решили сделать бизнес на канадском чуде. Установлен-
ный ими ценник и жесткий фейс-контроль сразу отсекли
случайных гостей. Уникальные русские бани, замечатель-
ный бассейн с гидромассажем, водопадами и бегущей вол-
ной, соляная пещера и снежная комната (в разгар лета!)
помогали забыть обо всем на свете. Но главной достопри-
мечательностью «Кедровой усадьбы» был, безусловно,
подобранный со всего мира женский персонал.
Для себя и Шталька Алексей снял два дома, которые
имели крытые переходы в главный корпус и «Баня-лэнд».
Быстро переодевшись, они отправились в каминный зал,
где стол буквально ломился от разного рода салатов, мяс-
ных закусок, пирогов и наливочек. Правда, Алексей суще-
ственно опередил Бернгхардта. Не смотря на
недовольство повара, он внимательно осмотрел все блюда,
а одно, особо любимое Штальком – нежное картофельное
пюре – даже попробовал. А затем аккуратно поправил
ложкой, чтобы не было видно следов. То же было сделано
и со специально приготовленным «Наполеоном». Не-
смотря на все запреты врачей, свой ужин в России Бернг-
хардт любил заканчивать кусочком именно этого торта и
рюмочкой хорошего портвейна. Ни повар, ни бегавшие с
посудой слегка одетые официантки, не заметили, как хо-
рошо отработанным движением Алексея, и пюре, и торт
были заправлены похожей на сахар пудрой. Снятая вти-

87
хомолку проба явно говорила, что вкуса блюд новая до-
бавка не портила.
После звонков Инне и Андрею Глядовкин уже пони-
мал, что начатая им операция приобрела необратимый ха-
рактер. С одной стороны, Алексей должен был
действовать предельно четко, с другой стороны, ему хоте-
лось как можно быстрее напиться, чтобы скорее закончи-
лось это, страшное, по сути, мероприятие. Поэтому
«застолье» разворачивалось стремительно: еда, наливки,
девушки, тосты, парилки, бассейны сменяли друг друга.
Что-то сатанинское было в этой череде тел и блюд…. На-
конец, выпив по рюмке портвейна, закусив «Наполеоном»
и взяв по паре свеженьких девиц, Алексей и Берни отпра-
вились по своим домикам.
Прощание наших героев было до удивления теплым.
«Береги себя, дорогой друг!», – сказал Алексей. Он до-
ждался, когда Бернгхардт скроется в переходе, и, при-
обняв двух смазливых афророссиянок, отправился в свой
канадский чудо-дом. Последовавшая за этим бурная ночь
поразила даже видавших виды проституток. Они и пред-
ставить не могли, каким количеством «Виагры» были за-
правлены вкусная пюрешечка и домашний «Наполеон».
Выпивка и секс чередовались с такой скоростью, что через
пару часов троица вырубилась тяжелым сном.
Однако долгим этот сон не был. Алексею оказалось, что
едва он коснулся подушки, как чьи-то сильные руки на-
чали трясти его за плечи. Это был встречавший приезжих
охранник. Выражение его лица представляло странную
смесь ужаса соединенного с искренним любопытством
врожденного дебила.
– Хозяин, хозяин, – горячо шептал он обалдевшему от
88
алкоголя Глядовкину. – Старичок твой концы отдал. Чего
делать-то будем?
Алексей мгновенно протрезвел. Поняв, что его план
сработал, он, тем не менее, сделал все, чтобы выглядеть
правильно.
– «Скорую», врача, немедленно! – заорал Алексей на
находившихся в прострации проституток и охранников.
– Шевелитесь! Вашу мать!
Не прошло и десяти минут, как «Кедровая усадьба» на-
чала наполняться врачами, милиционерами, какими-то
странными людьми в штатском. Но одним из первых на
шикарном «Ламборджини» прилетел сам хозяин рекреа-
ционного чуда.
«Братан, не суетись. Девочки мне сгрузили, что стари-
чок таблетки хрумкал, – сказал он быстро Алексею. – Вер-
сия одна: дедушка «Виагры» перекушал, вот сердечко и
накрылось. Врачи подтвердят, менты оформят и делу
конец! Сам лучше молчи, доктор скажет, что ты в шоке.
Будешь выглядеть идиотом, зато лишнего не вякнешь!
Все вопросы со СМИ я беру на себя. Рисковать таким биз-
несом, сам понимаешь, мы не можем!». Совет хозяина
Алексей выполнил на все сто. К вечеру формальности
были закончены: они подтвердили, что престарелый лю-
битель сладенького превысил допустимую для него дозу
«Виагры», за что и был наказан злой судьбой. Ночью
оплаченный хозяином усадьбы черный лимузин с тем, что
ещё вчера было другом «Берни», отбыл в сторону
Москвы, где его на следующий день ждал заказанный
Алексеем спецборт на Берлин…
Глядовкин не испытывал ни малейших угрызений со-
вести за содеянное преступление. «Если бы мне кто-то
89
помог так красиво уйти на тот свет, – утешал себя ново-
явленный убийца,– я ему только бы спасибо сказал! А то
жил бы старичок, мучаясь высоким давлением и страдая
от недержания мочи… Все-таки, какой я молодец: и зем-
ляку «помог», и себе нехилое богатство приписать сумел!
Ай да Алексей! Ай да сукин сын!». С каждым часом он все
сильнее наполнялся чувством гордости за свои поступки
и уверенностью, что теперь уж его – собственника боль-
шого завода – ничто не остановит в большом пути наверх.
Завалившись после длинной дороги на кровать в своем
московском гнезде, Алексей вдруг подумал: «Надо бы
узнать, сколько стоит самолет бизнес-класса. Может, най-
дется что-нибудь и для меня?» С этой сладкой мыслью
новорожденный олигарх заснул. И еще долго во сне розо-
вые лайнеры разрисовывали белыми кружевами синеву
небес. Жизнь продолжалась.
В воскресенье хлопоты по отправке «груза» продолжи-
лись. Алексей не жалел взяток менеджерам, таможенни-
кам, пограничникам, словом, всем, от кого зависел вылет
борта со Штальком на Берлин. В результате в понедель-
ник, когда персонал представительства только собирался
в офисе, спецрейс с грузом 200 вылетел на Родину Бернг-
хардта. Там его уже ждали родственники и члены Совета
директоров корпорации. О причинах трагической смерти
все старались говорить поменьше, поскольку на личную
почту всех заинтересованных лиц уже пришел техниче-
ский перевод предварительного медицинского заключе-
ния, вырванного Алексеем у экспертов. Тем не менее,
кто-то из близких друзей Шталька все-таки сказал на па-
нихиде понятые всеми слова: «Наш друг Бернгхардт был
настоящим мужчиной и жизнелюбом! Его путь не был

90
простым, но я счастлив, что покинул он этот мир в радо-
сти…»
Панихида и поминки прошли в московском представи-
тельстве компании. Все закончилось тяжелой пьянкой,
характерной для подобных мероприятий в России. В
конце поминального вечера прощание с покойным пере-
шло в поздравление Алексея с тем, что он стал совладель-
цем бизнеса Шталька в России. Инна и Андрей, прощаясь
с Бернгхардтом, не забыли сказать о мудром решении
шефа, связанном с привлечением Глядовкина в его биз-
нес. Тем более что документы, гарантировавшие им дол-
говременные контракты в «Эльменштальке», были также
согласованы с подачи Алексея в последний час пребыва-
ния Шталька в своем офисе. Кроме того, Алексей, пони-
мавший важность успешного завершения операции, не
пожалел 20 тыс. евро, чтобы вручить по десятке своим со-
ратникам.
Не успевшие еще зажраться Инна и Андрей были ис-
кренне благодарны Глядовкину, хотя они не могли не по-
нимать, что смерть одного и взлет другого уж как-то
странно совпали по времени. Эти же мысли посетили и
других сотрудников компании. Однако искренние слезы
Алексея (он блестяще умел это делать с детства), его стра-
дающее лицо, становившееся в момент вранья особенно
невинным, обилие водки и хорошей закуски быстро
смыли смутные тревоги. «Какой же он все-таки душечка,
наш потсдамский мальчик!», – были последней мыслью
расходившихся за полночь сотрудников представитель-
ства «Эльменштальк» в России.
К сожалению, состояние эйфории, в котором Алексей
жил последние дни, неожиданно заканчивалось. По про-
91
шествии десяти дней со дня исхода Берни, в его кабинете
появились двое средних лет штатских, чьи лица он мгно-
венно вспомнил по «Кедровой усадьбе». Один из них
остался в приемной, а другой, усевшись с видом хозяина
в кресле напротив Глядовкина, начал говорить: «Ну что,
Лешенька, День дурака 1 апреля ты неплохо отпраздно-
вал. Но если ты думаешь, что праздник продолжается, то
ты ошибаешься!».
Швырнув папку с бумагами потерявшему дар речи Гля-
довкину прямо на стол, да так, что часть лежавших перед
Алексеем бумаг слетела на пол, человек, наконец, пред-
ставился: «Майор Иванов, следственное управление
МВД. Прошу ознакомиться с документами». Глядовкин,
всегда считавший ментов конченными дебилами и нико-
гда этого не скрывавший, открыв папку, понял, что сильно
заблуждался. В то время, как он тратил деньги на то,
чтобы побыстрее вытолкнуть тело Шталька из России,
группа специалистов детально изучала содержание ки-
шечно-желудочного тракта и крови убиенного. Из мало-
понятного текста заключения следовало, что «Виагра»
была принята Штальком в двух видах: традиционном и в
виде порошка. Но главное было в другом: химический со-
став «Виагр» отличался кардинально. Употребленные
Штальком таблетки были фирменного исполнения и со-
ответствовали найденным у него в кармане экземплярам,
в то время как препарат, попавший к нему в форме по-
рошка, был явно подмосковного производства.
Надо отметить, что огромная Москва и набитое мигран-
тами Подмосковье давно уже жили по своим законам. Ты-
сячи подконтрольных милиции и криминалу заводов,
заводиков и цехов производили практически любой ходо-
92
вой товар, сбывавшийся миллионам жителей столицы и
пригородов. Особо эффективен был бизнес на лекарствах.
В зону риска попали все наиболее ходовые и дорогие пре-
параты. По отдельным видам контрафакт составлял до 80-
90 процентов. И, слава Богу, если это были плацебо, а не
какая-то подвернувшаяся под руку химическая хрень.
Алексей, к счастью, натолкнулся на качественную под-
делку, не оказавшуюся ядом, но, к сожалению, и не быв-
шую в полной мере тем препаратом, который употреблял
Бернгхардт.
Алексей начинал понимать, что он влетел. По мере того,
как перед ним появлялись экспертные документы, Гля-
довкина начал охватывать леденящий душу страх. Но это
еще не был конец. В течение предшествующей и после-
дующей за убийством недели были прослежены все дей-
ствия Алексея по установлению контроля над Питерским
заводом. Они, в сочетании с первым проколом с «Виаг-
рой», позволяли говорить, как минимум, о причастности
Глядовкина к быстрому уходу шефа.
– Ну что, придурок, влип? – продолжил наглый майор.
– Хочешь, предскажу, что будет дальше, или мозги вклю-
чишь?
Жесткость, откровенное хамство, прямое издеватель-
ство, которых он так всегда боялся, буквально ломали
Алексея. Ему хотелось убежать, спрятаться от наглого
майора, но, увы, сделать это было невозможно. Тем более
суровый напарник мента сидел в приемной. Алексей и не
заметил, как слеза, вызванная жалостью к себе, выкати-
лась из глаз и его, прежде уверенный голос, сорвался
практически в дискант:
– Господин майор, это все совпадения. Я понимаю, что
93
случившееся позволяет думать обо мне очень плохо. Но
я не виноват. Скажите, что я должен делать?
– Ладно, Блядовкин. Игры закончились! У тебя класс-
ный выбор: лет пятнадцать в зоне, где, таких как ты кра-
сивых, сильно любят или…
Перед Алексеем лег аккуратный листок бумаги с от-
печатанной на нем цифрой – 100 000 евро.
– Мы даем тебе срок три дня. Если захочешь по-
играться с нами, заяву накарябать куда-нибудь, то, скорее
всего, получишь вместо 15 лишь 10 и заточку на второй
день пребывания в зоне. Так что, подумай обо всем хо-
рошо, но поторапливаясь. Кстати, купюры ждем пятисот-
ками. И не вздумай куклу или фантики подсовывать, –
закончил свой монолог майор Иванов. – Ты же понима-
ешь, я простой исполнитель. У меня есть начальники.
Только к их звездам на погонах ещё и лампасы прила-
гаются. Звони!
И еще один листок, только с телефонным номером упал
перед Алексеем.
– И последнее. Я бы тебе не советовал застревать в
Москве. Сделал дело – гуляй смело. После расчета вали
отсюда, пока еще кто-нибудь умный в других ведомствах
не нашелся. А то ведь с такими бумажками, как ты читал,
и до греха недолго… Так когда приходить?
Вконец сломленный Алексей назвал время и дату, а
майор место и тип машины, где должна произойти пере-
дача денег. Ошеломленный Алексей долго приходил в
себя. Лишь выпив с Аллочкой в комнате отдыха и отымев
ее прямо на полу, он пришел в себя. Вывод был однозна-
чен: «Деньги отдать и валить из Москвы побыстрее!».
94
Стремительно передав исполнение обязанностей Андрею,
сгребя из всех заначек и отдав сволочному майору сотку,
Глядовкин начал оперативно свертывать московские
дела. Он не хотел потерять наработанное. Поэтому в кор-
порацию он отправил план развития производства соков
под Питером и в Особой экономической зоне в Калинин-
градской области. Друзья по барам получили информа-
цию о специальном задании в Европе. Девушкам он
говорил: «По родным местам в Германии пора прошвыр-
нуться…» Несколько дней прощальных банкетов закре-
пили сложившиеся связи.
Оставалась Ирина. С одной стороны, его периодически
к ней тянуло, с другой, Ира крепенько поднадоела ему.
Поэтому отдаляться от нее он начал заранее. Дело дошло
до того, что по пьянке финансовому директору Андрею,
явно неравнодушному к дочке своего профессора, он рас-
сказал о проблемах во взаимоотношениях с Ириной:
«Знаешь, Андрей. Ей нужен такой человек как ты – по-
нятный, спокойный, однолюб. А мы слишком разные
люди». Эта мысль явно понравилась Андрею, и он чуть ли
не ежедневно стал бывать у своего научного руководи-
теля. Отношения между Ирой и Андреем явно прогрес-
сировали. Это не оставляло сомнений в появлении нового
союза.
Что касается квартиры, то, оплатив вперед, Алексей
решил сохранить легендарное гнездышко за собой. Итак,
все было сделано: пришло время стартовать в сторону
родного Кёнига. Хотя до розовых лайнеров, бороздящих
голубизну небес, дело и не дошло, но некоторые мечты
все-таки сбылись. Вместо инфантильного студента-недо-
учки, бедного солдатика, в родной город возвращался на-
стоящий по местным масштабам олигарх.
95
«Лукоморья больше нет, от дубов простыл и след.
Дуб годится на паркет, - так ведь нет:
Выходили из избы здоровенные жлобы,
порубили те дубы на гробы»
В.Высоцкий

Часть II. Кенигсбергская история

VI. Start-up!

К маю 2006 года, когда Алексей Глядовкин был вынуж-


ден возвращаться в родные пенаты, простые граждане Ка-
лининградской области жили надеждами, связанными с
вступлением в силу нового закона об Особой экономиче-
ской зоне и началом работы нового губернатора Георгия
Бооса. С одной стороны, приход ГВБ, как его именовали
СМИ, сулил огромные инвестиции из Москвы, с руковод-
ством которых он был тесно связан по бизнесу, и из Гер-
мании, откуда, по слухам, тянулись его родовые корни. С
другой – местная элита, разделенная мелкими интриж-
ками, оказалась неспособной вести на равных разговор с
этим опытным бизнесменом и политиком.
Началось активное вытеснение калининградцев с
ключевых постов в руководстве региона. На места, свя-
занные с осуществлением контроля за использованием

96
денег и материальных ресурсов, ставились москвичи, до-
казавшие личную преданность «хозяину». Будучи в
Москве, как правило, рядовыми служащими и чиновни-
ками, они при поддержке Георгия Валентиновича стреми-
тельно поднимались на должности министров,
руководителей агентств и управлений.
Само правительство области приобрело ярко выражен-
ный олигархический характер. Если в России верхушка
прирастала отраслевыми специалистами, прошедшими
школу государственного управления, то в Калининград-
ской области в руководство вошли владельцы крупных
российских компаний или их топ-менеджеры. Как мрачно
шутили местные политики, Путин специально направил
Бооса в Калининградскую область, дабы создать на ее базе
заповедник олигархического капитализма, призванный
жадностью и аморальностью своих представителей под-
талкивать народ в сторону более цивилизованного госу-
дарственного капитализма. Как показали события
последующих лет, шутка оказалась очень похожей на
правду.
Вслед за Боосом в регион из Москвы потянулись
птицы и помельче. Если первый эшелон состоял в основ-
ном из соратников ГВБ по борьбе за денежные знаки, то
в последующих преобладали искатели легкой наживы,
аферисты и просто родственники своих родственников.
Тем не менее, устраиваться на теплые места им, прикрыв-
шись масками «московских специалистов» и «инвесто-
ров», было явно легче, чем коренным обитателям
олигархического заповедника, в одночасье ставшим с при-
ходом Бооса людьми второго сорта.
В этих условиях Алексей, уже ставший достаточно
97
опытным проходимцем, не мог не надеть маску «настоя-
щего москвича». Особый шарм ситуации придавал завод
под Питером, позволявший ему в определенных ситуа-
циях становиться своим и для «питерских» чиновников,
количество которых на федеральном уровне росло из года
в год. Поэтому заранее, за счет родного представитель-
ства, была изготовлена безумно дорогая визитка, отражав-
шая причастность своего хозяина к двум столицам.
Алексей не сомневался, что она неплохо поработает в Ка-
лининграде, где с уважением относились к владельцам по-
добных карточек.
Все это, конечно, были необходимые, но достаточно
мелкие детали организации нового бытия. Больше всего
Глядовкина интересовал вопрос выбора правильного
места жительства. О том, чтобы даже заночевать у мамы,
и речи не могло быть. Его передергивало при мысли об их
занюханной двушке на пятом этаже старого панельного
дома. Нет! Жилье, по мысли Алексея, должно было соот-
ветствовать его сегодняшнему положению и будущему
месту в этом мире. Поэтому через риэлторские агентства
он сначала уточнил, где живет губернатор, а затем дал за-
дание найти что-нибудь рядом. К его счастью, оказалось,
что хозяева соседнего с губернатором дома сдают поло-
вину меблированного особняка с отдельным выходом и
автостоянкой. Договор был немедленно согласован и под-
писан.
Оставалось подобрать достойный автомобиль. Как у
всех недоигравших в детстве мальчиков, у него была
мечта о большом черном или белом лимузине. Он сразу
вспомнил вертлявого черненького калининградца по
имени Артур Пачхунов, подогнавшего для нужд предста-
98
вительства парочку подержанных, но в прекрасном со-
стоянии машин. В офисе легко пробили, что Артур быв-
ший сотрудник отдела по борьбе с экономической
преступностью, изгнанный за крысятничество. Проще го-
воря, Пачхунов регулярно обманывал своих коллег, сбы-
вая конфискованную милицией автотехнику. Были и
более серьезные случаи – продажа служебной информа-
ции. Но за руку жулика в форме поймать не удалось. Его
начальники перекрестились, уволив Артура из органов по
несоответствию.
А вот с точки зрения Глядовкина именно такой человек
и нужен был ему для решения текущих вопросов в Кали-
нинграде. По сложившейся московской практике, он не
нуждался в сотруднике с чистенькой биографией. Управ-
лять всегда удобнее зависимыми людьми: ты для них бла-
годетель, без которого пришлось бы деньги на еду
добывать потом и кровью. Чего, естественно, людишки,
попадавшие в сети Алексея, как правило, не умели и не
хотели делать. Кроме того, его не могла не радовать опе-
ративность, с которой Пачхунов подогнал ему белый «Ка-
диллак», трех лет, но выглядевший, как новый. Более
того, Артур согласился при необходимости поработать у
Алексея ещё и водителем, что было крайне важно для по-
следнего, мечтавшего выглядеть по-богатому представи-
тельно.
В свою очередь, Артур рекомендовал Глядовкину здо-
ровенного охранника Володю, тоже недавно уволенного
из органов. Алексей всегда мечтал о телохранителе, кото-
рые в Москве давно стали статусным приложением к хо-
зяину, и поэтому не глядя взял Владимира на работу.
«Теперь у меня своя бригада, – гордо подумал Глядовкин.
99
– маловато бойцов, но ничего, остальных доберем со вре-
менем. Этот городишко надолго меня запомнит!».
Первое появление юного олигарха на улице Демьяна
Бедного в Калининграде было обставлено, как и поло-
жено, с помпой. Артур управлял «Кадиллаком», а Володя
ехал в «БМВ» «прикрытия», не столько защищая нового
хозяина, сколько демонстрируя его особый статус. Гля-
довкин хорошо понимал, что опытная охрана обязательно
доложит губернатору о новом соседе и поэтому делал все,
чтобы подтвердить свою значимость.
Володя, подъехав на полминуты раньше, услужливо от-
крыл дверь автомобиля и помог Глядовкину выйти. Ози-
раясь по сторонам, он, как и положено телохранителю,
довел Алексея до особняка, а затем вместе с Артуром за-
нялся переноской багажа. Эта процедура вызвала огром-
ный интерес обитателей особо охраняемой территории.
Все восемь чемоданов были покрыты дорогой крокодило-
вой кожей, которая, естественно, была не более чем искус-
ной имитацией роскоши. Однако выглядели они шикарно
и лишний раз убеждали окружающих, что в город приехал
действительно серьезный человек и с большими возмож-
ностями. Что, собственно говоря, и требовалось!
В доме его ждала приятного телосложения домохо-
зяйка Валюша, как ее представил Пачхунов. Она была до-
вольно интересна не только фигурой, но и лицом.
Определить количество лет с ходу было трудновато. Так
в России, в зависимости от образа жизни, могли выгля-
деть женщины и в сорок, и в тридцать, и даже двадцать
лет. Было ясно одно, перед Алексеем стояла действи-
тельно умелая во всех отношениях дама. А ее хитроватый
взгляд из-под слегка опущенных век говорил о явном ин-
100
тересе к московскому мигранту. «Не сомневайтесь, – тихо
шепнул Алексею Пачхунов. – Она «мастер – золотые
руки» во всем!». Эту тему, надо сказать, Артур неплохо
изучил в хозяйской спальне на втором этаже.
Единственный элемент мебели, который Глядовкин по-
менял в особняке, была кровать. По доброй привычке,
сложившейся еще в московской мансарде, в дом было до-
ставлено уникальное дубовое сооружение размером 220
на 220. Иметь ложе меньшего размера начинающий оли-
гарх считал ниже своего достоинства. На вопрос Пачху-
нова: «Зачем такая большая кровать?» новый хозяин
изволил игриво пошутить: «Жизнь, Артур, игра. Никогда
не знаешь, как карта ляжет!». При этом он невольно
вспомнил двух вузовских методисток, так удачно разде-
ливших с ним холостяцкое ложе.
Затем на память пришел потсдамский земляк Штальк
и их последний поход в баню. В парилке он не раз ловил
на себе странный взгляд «друга Берни», мало отличав-
шийся от того, что тот бросал на сидевших рядом с ними
жриц любви. Только сейчас до Алексея дошло, что де-
душка-то был не против укрепить их отношения нетради-
ционным способом. Представив сие событие в деталях,
Глядовкин, надо сказать, не испытал отрицательных эмо-
ций. Москва, с ее всеобщей педерастией давно приучила
его относиться к любым отклонениям в сексуальной
сфере как к норме. Раздавив с Артуром и Володей литро-
вую бутылочку заранее охлажденной «Белуги», изрядно
уставший Алексей завалился спать.
Первое утро кенигсбергской жизни разбудило его не-
привычным способом – поскрипыванием лестничных
ступенек. Чуткий слух Алексея свидетельствовал о том,
101
что в особняке он был явно не один. Прислушавшись, он
ясно понял, что шорох в доме не был мужского происхож-
дения. Методом исключения оставалась Валентина. Но
убеждаться в этом Алексей не торопился. Он, как мурена
в коралловом рифе, затаился в постели и стал ждать,
когда добыча сама окажется перед ним…. Долго мучиться
не пришлось. Беззвучно открыв дверь спальни, домработ-
ница двинулась в сторону ванной комнаты, по пути соби-
рая брошенные Алексеем вещи. Наблюдать оголявшиеся
при этом стройные ножки уже не было сил и Глядовкин,
ловко поймав Валюшу за руку, посадил ее на кровать.
– Извините, я, кажется, разбудила вас, – начала мгно-
венно покрасневшая Валентина.
– Ничего страшного. Наоборот, я хотел тебе сказать
спасибо за вчерашний ужин. Все было супер, – сказал
Алексей, приобняв женщину за талию.
Валя сделала робкую попытку встать, но только сдви-
нула одеяло, обнажившее ту часть тела, которая не остав-
ляла сомнений в желаниях нового хозяина. Рефлекс
опытной женщины сработал безотказно и через секунду
ее руки и рот оказались именно там, где их так хотел уви-
деть Алексей… Понятливость домохозяйки вполне оправ-
дала его ожидания. «Удобно, однако, – подумал
Глядовкин. – И платить дважды не надо. Все включено!»
Валюша, успешно решив «Проблему 1», как она назы-
вала традиционную прихоть своих хозяев, отправилась
дальше хлопотать по дому. А Алексей решил поспать еще
пару часиков.
Встав к обеду, новоиспеченный житель старого нового
города занялся планированием своей жизни. В первую
очередь предстояло изучить местный бомонд. Для этого
102
ему подобрали подшивку основных газет за прошлый и
текущий год. В центре внимания, безусловно, был губер-
натор и его окружение. Даже беглое изучение показало,
что налаживать отношения имеет смысл только с Самим
и его московскими выдвиженцами. А по возрасту на роль
«друзей» лучше всего подходили склонные к раздолбай-
ству помощники нового губернатора.
Несмотря на гигантские амбиции, Алексей понимал,
что вписаться в ближнее окружение ГВБ с помощью
имеющихся знаний он не сможет. Липовый диплом не
позволял надеяться на участие в управленческой команде
губернатора. Но иметь ее в качестве прикрытия, без-
условно, надо было. Поэтому Глядовкин разработку
плана боевых действий начал с вопроса выхода на первое
лицо.
Оказалось, что ларчик просто открывался. Одним из
хобби нового губернатора были хорошие мотоциклы, а
«Харлей-Дэвидсон» он просто обожал. Несколько мото-
циклов этой марки занимали почетное место в конюшне
своего хозяина. В хорошую погоду первое лицо региона
любило, оседлав своего железного друга, прокатиться к
морю в компании срочно полюбивших мотоциклы мест-
ных мини- и микроолигархов. Или совсем в узком кругу
завалиться в гости к двум-трем друзьям, более близким
ему по уровню понимания жизни и личному капиталу.
Ясно, что вписаться в узкий круг было невозможно, по-
скольку ГВБ предпочитал общаться с действительно не-
ординарными людьми, а вот войти в мотокоманду было
вполне возможно. Эту операцию Алексей не стал откла-
дывать надолго. Используя криминальные связи Артура,
он с огромной скидкой взял шикарный, весь в хроме
103
BMW. Хотя цена и схема продажи свидетельствовали, что
речь идет о явно ворованном мотоцикле, отказываться от
покупки Алексей не стал. Разъезжать по Европе не вхо-
дило в его планы. А для того, чтобы быть в тусе, и такой
«лошади» было достаточно. Чтобы не опозориться с пер-
вым выездом, многоопытный Володя целую неделю на-
таскивал своего хозяина на одном из заброшенных
аэродромов.
Когда необходимый уровень езды был обеспечен,
можно было идти и на сближение. В первую очередь Гля-
довкин обратил внимание на боевого помощника губер-
натора Васю. Рубаха-парень, любитель выпить и
погулять, он особенно привлекал Алексея. Сблизиться
помог случай. Возвращаясь поздним вечером с прогулки
на своем BMW, Глядовкин чуть не влетел в стоявшую на-
против его и губернаторского домов фигуру. Если бы не
открытые ворота особняка, его точно размазало бы по за-
бору. Фигура оказалась крепко поддатым Васей, который,
посмотрев на парковочный трюк Алексея, только и ска-
зал: «Ни хера себе, гоняло! Ты кто, брат?».
Алексей, сняв шлем, быстро представился, не забыв
при этом заметить, что по сравнению с ГВБ он вообще
ноль без палочки. «И вообще, когда Сам выезжает, в
нашем доме принято за его благополучие хоть немного,
но выпить», – произнес заготовленную фразу Алексей. В
делах обработки нужных людей он избегал экспромтов.
– Так в чем дело, Алексей? Тем более что я, по-моему,
благодаря твоему виражу, остался случайно жив. Не вижу
повода не выпить! – сказал Вася, ноги которого уже сами
собой направились к дверям глядовкинского особняка.
– Нет вопросов, Василий. Я еще по приезду хотел при-
104
гласить вас к себе. Местных порядков еще не знаю: тем
более, после Москвы все кажется другим, – быстро заго-
ворил Алексей, мягко направляя Васю в дом.
Такое обилие поводов не могло не привести к бурному
продолжению банкета. В результате через пару часов друг
Вася вырубился в гостевой комнате, а Алексей поставил
два будильника, чтобы не проспать ранний подъем губер-
наторского помощника… Уходя утром, уже протрезвев-
ший Василий как бы невзначай бросил: «Выезд в субботу
в 9 утра. Поедем в Янтарный. Держись за мной. Ты в
списке».
Алексей был на седьмом небе от радости. Большего ему
и не надо было. «Кому надо – теперь меня заметят! Хоро-
шие фотки с губером Артурчик сделает. Он мастер с фо-
тообъективом в замочную скважину заглянуть, а тут даже
напрягаться не надо. Все, чтобы лохов разводить, у меня
теперь есть», – подумал довольный собой Алексей. Он не
любил булгаковское «Собачье сердце», но фраза «Свезло
тебе, Шарик!» так и лезла в голову.
Теперь предстояло разобраться с так называемой «биз-
нес-элитой». Из представленных Артуром газет он понял,
что с приходом Бооса традиционное объединение про-
мышленников и предпринимателей развалилось. На
место сплоченного союза, реально влиявшего на власть и
ограничивавшего ее коррупционную активность, пришли
мелкие, подконтрольные правительству отраслевые ассо-
циации. Возможность «правильного» решения вопроса
стала напрямую зависеть от близости просителей к Пер-
вому. Поэтому особую ценность приобрели лица, вхожие
в ближний круг правителя. Чем больше Алексей читал
разномастную калининградскую прессу, тем яснее стано-
105
вилось понимание правильности выбранного им пути. Он
уже был там, куда тысячи деловых людей региона только
мечтали попасть.
Следуя завету незабвенного Петровича «быть поближе
к деньгам», Глядовкин стал искать сферу, где в это время
были наибольшие по размеру и наименее контролируе-
мые государством финансовые потоки. Этот поиск не был
долгим. После успешного празднования 750-летнего юби-
лея Калининграда-Кёнигсберга и принятия нового закона
об Особой зоне в Калининградской области резко возрос
интерес к местной недвижимости. Особенно активно мел-
кие и крупные инвесторы вкладывались в жилье. Как
грибы росли новостройки в Калининграде и на побережье
Балтийского моря. Другой сферой безудержного эконо-
мического роста была мобильная связь. Постоянно расту-
щий набор услуг при отсутствии эффективного контроля
государства позволил сформировать здесь огромные по-
токи неучтенной налички. В свою очередь, эффективным
инструментом их легализации являлось строительство.
При огромной разнице между сложившейся в 2006 году
цене реализации и фактической себестоимостью работ
крупные строительные проекты становились мощным от-
мывочным механизмом, выгодным и для инвесторов, и
для компаний-застройщиков. Как правило, проведение
этих операций хорошо прикрывалось органами внутрен-
них дел, имевшими с этого бизнеса немалый доход.
Изрядно поиздержавшись на обустройстве имиджевой
стороны жизни, Алексей начал активный поиск связей в
среде, инвестировавшей в крупные проекты. С помощью
жуликоватого Артура, давно собиравшего сведения на бо-
гатых калининградцев, он быстро составил список веду-
106
щих инвесторов. Из него они отсеяли тех, кто, по слухам,
был явно связан с бандитами или имел хорошую крышу
у силовиков. Особенно Глядовкина заинтересовал рассказ
всезнающего Пачхунова об одной семейной компании, су-
мевшей в свое время откусить огромный кусок государст-
венной инфраструктуры и сформировавшей свою
коммуникационную компанию.
Наиболее ценной была информация о том, что три
брата Морковкины, владеющие компанией, давно вкла-
дывают деньги в производство водки и других напитков
в одном из приграничных поселков. Водка на закрытых
стоянках, складах и просто в боксах, аккуратно размеща-
лась в обшивке польских автомобилей, запасках и специ-
альных бензобаках, и затем контрабандой доставлялась
на Родину. Каждый контрабандист давно имел свой лич-
ный «канал» из пограничников и таможенников, десяти-
летиями живших вместе в небольших городках
северо-восточных воеводств Польши. Тысячи ежеднев-
ных пересечений границы такими челноками обеспечи-
вали водочным королям миллионы долларов неучтенной
прибыли. Хотя было всем известно, но богатство братьев,
основанное на гигантских доходах, получаемых в связи,
строительстве и на водке, позволяло решить вопрос с
любым чиновником. Слишком любопытные просто исче-
зали. Доказать причастность к случившемуся хозяев биз-
неса, естественно, не удавалось.
Алексей понял, что нащупал золотоносную жилу. Те-
перь все силы были брошены на ее разработку. Дальней-
ший анализ «святой троицы», как прозвал про себя
братьев Глядовкин, выявил, что каждый из них ведет
свою часть «семейного бизнеса». Старший, много лет про-
107
работавший в «Электросвязи», был основным создателем
и двигателем бизнеса. Именно он обеспечивал доходную
часть бизнеса. Средний был своевременно делегирован в
региональную Думу и выполнял роль семейной обложки.
Его интеллигентное лицо здорово облагораживало кри-
минально-водочный образ семейного бизнеса. Для Алек-
сея наибольший интерес представлял младший брат,
который, как было установлено, ничего путного из себя
не представлял, и, имея хорошие криминальные связи,
предпочитал ростовщичество вместо системной работы
по развитию профильного бизнеса. Морковкину-млад-
шему нравились рискованные, но высокодоходные опера-
ции. Именно это качество и было на руку нашему
московскому проходимцу.
Прежде чем войти в ближний бой, Алексей тщательно
выстраивал психологический портрет противника и мно-
говариантную схему действий. Он никогда не шел в лоб.
Поэтому первым шагом стало «почти случайное» знаком-
ство с первым замом Виталия Алексеевича Морковкина
господином Абрамяном. Верный охранник Володя целый
день отслеживал момент, когда тот поедет на мойку дово-
дить до зеркального блеска и без того сверкающий джип.
Как только Феликс Абрамян въехал на сервис, растороп-
ный телохранитель позвонил шефу. Через пять минут
сверкающий хромом BMW уже был там же в соседнем с
Абрамяном боксе. Скрипя доспехами, Глядовкин прошёл
за соседний с Феликсом столик, слегка задев соседа. Его
нестандартный вид в сочетании с искренним извинением
не мог не привлечь любившего все блестящее армянина.
– Ну у вас и тачка, – заметил восхищенный Абрамян,
глядя на монитор соседнего с его машиной бокса.
108
–У вас тоже все круто. Тюнинг просто супер! – похва-
лил Алексей соседа. – Кстати, меня зовут Алексей.
– А меня Феликс. Садитесь поближе. Я смотрю, вы
лихо поездили. Где, если не секрет? – сказал Абрамян,
предложив Алексею тонкую сигару с довольно приятным
запахом.
– Да так. Как обычно, ездил с Георгием Валентинови-
чем в Янтарный. Проветриться, да и дела кое-какие обсу-
дить.
– Ничего себе. Хороший у вас дружбан. А вы что, с ним
вместе из Москвы приехали?
– Нет, что вы! Я приехал позже. Слава Богу, мне не
надо вставать с ним на вахту, как другим. Хотя, конечно,
можно было бы взять какое-нибудь министерство. Но я
решил, что лучше буду свой бизнес развивать. – И протя-
нул фирменную визитку завода по розливу соков «Эль-
менштальк – Санкт - Петербург», где под названием
фирмы стояло короткое слово «владелец».
Эта информация оказала столь сильное воздействие на
Феликса, что он немедленно предложил выпить коньячку
за знакомство. И через полчаса они уже расставались как
закадычные друзья, договорившись о том, что Алексей
обязательно навестит его в офисе.
– Я тебя обязательно познакомлю с генеральным. Наш
шеф давно вошел в схожую тему. Теперь думает о расши-
рении бизнеса. Возможно, вы найдете общий язык. Если
что срастется, я, думаю, вы меня не забудете.
– Конечно, Феликс! Я ведь жил когда-то в Кёниге. И
вернулся не для того, чтобы балду гонять. У меня серьез-
ные планы, связанные с моим заводом. Есть идеи по ин-
109
вестициям в строительство жилья и связь…Вы же пони-
маете, я здесь не просто так..., – Алексей не мог напосле-
док не напустить туману. По блестевшим от любопытства
глазам Феликса он понял, информация до Морковкина-
младшего дойдет в нужном виде.
И действительно, встреча с Виталием Алексеевичем
прошла на высшем уровне. Этому способствовал еще
один важный момент, который, обладая необходимой ин-
формацией, Алексей использовал в полной мере. Дело в
том, что братья Морковкины выросли в детском доме и
до сих пор крайне болезненно воспринимали эту часть
своей жизни. Глядовкин, всегда умевший находить и
умело эксплуатировать чужие комплексы, в ходе корот-
кого представления сумел вставить фразу о безотцов-
щине. Последовал трогательный рассказ «о секретном
папе, о дружбе последнего с Путиным, о помощи родного
человека в приобретении Староладожского завода и т.д.».
При этом Алексей так вдохновенно, так искренне врал,
что и сам поверил в сказанное. Его глаза влажно забле-
стели, окончательно добив сироту Морковкина.
В результате деловой союз начал складываться даже
быстрее, чем планировал Алексей. И дело, конечно, было
не только в выкатившейся из его глаза «мужской слезе».
Виталий Алексеевич давно хотел раскрутить водочную
тему поближе к русским северам, к Питеру и Карелии, где
и местных потребителей водки было больше, и возмож-
ности ее поставок в скандинавские страны выглядели
очень и очень оптимистично. Хотя Морковкин-младший
и был на пятнадцать лет старше Глядовкина, в нем он уви-
дел юношу, явно нуждающегося в старшем друге.
И вообще следует отметить, что чистенький москвич
110
привлекал его не только как возможный партнер по ра-
боте, но и в более широком смысле этого слова. Так случи-
лось, что в специальном детском доме, где ему пришлось
провести первые шестнадцать лет, были одни мальчики…
И как бы не следили воспитатели, первый опыт половой
жизни обитатели сиротского дома получали в результате
«тесного» общения друг с другом. Для кого-то со време-
нем это стало прикольным юношеским приключением, а
кто-то уже не мог по-другому. В любом случае интерес к
непротивоположному полу у некоторых сохранился на-
всегда. Поймав на себе его необычный взгляд, Глядовкин
опять вспомнил их последнюю банную встречу со Шталь-
ком. Он поймал себя на мысли, что и этот взгляд калинин-
градского олигарха не вызывает у него отрицательных
эмоций.
Наступил тот момент, когда ударивший в голову адре-
налин сильно искажает сознание делового человека. Не
воспользоваться ситуацией все понявший Алексей не мог.
– Среди проектов, которые могут быть интересны и
вам, есть ряд жилых комплексов с доходностью не менее
100 процентов и сроками реализации в пределах двух лет.
К сожалению, для начала работы мне надо вернуться в
Питер, оформить кредиты под залог предприятия. Думаю,
это, как минимум, пару месяцев займет. Если будет инте-
рес, то я буду рад, Виталий Алексеевич, видеть вас в со-
вместной работе.
– Алексей, а какой смысл тебе тратить время, ездить в
Питер, когда это сотрудничество можно начать сейчас? Я
даю тебе деньги под залог акций твоего предприятия…и
вперед! Причем деньги ты получишь без моего интереса,
но прибыль от проекта пополам.
111
От такого предложения, когда на текущем счету оста-
лись копейки, грех было отказываться! Но Глядовкин,
изобразив на лице мучительный поиск истины, дал хоро-
шую театральную паузу и лишь при повторении просьбы
Морковкина-младшего принял историческое решение.
Выпив по рюмке и по-особенному обнявшись, новые ком-
паньоны расстались, воодушевленные перспективами
«комплексного сотрудничества».
Однако заваливаться спать опытный московский гу-
ляка не собирался. Он ведь так и не сказал Виталию Алек-
сеевичу, что все радужные планы по строительству жилья
были пока только в его голове. Юный авантюрист был
уверен, что из любой ситуации сумеет выкрутиться. Тем
более что живые деньги Морковкина он не собирался за-
капывать в долгострой. Теперь главное было отловить
какой-нибудь проект, который можно было бы использо-
вать для намеченных целей. В том, что это удастся, Алек-
сей не сомневался. Было решено, что трудолюбивый
Володя перелопатит всю текущую прессу, а Глядовкин с
Пачхуновым поищут заинтересанта среди предпринима-
телей. По доброй московской традиции творческий поиск
было решено начать с ночных клубов региона, куда по вы-
ходным любил таскаться весь местный бизнес-люд, не ис-
ключая губернатора и его склонного к регулярным
банкетам окружения.
Ночные клубы города были наиболее удобным местом
для установления неформальных контактов между пред-
ставителями местного бизнеса и гостями региона, между
элитой и молодняком, стремящимся наверх. Только здесь
можно было, минуя охрану и секретарские заслоны, по-
общаться с малодоступными банкирами и просто по-
112
пулярными людьми, даже договориться об официальной
встрече. За хорошей выпивкой, в атмосфере веселья и
бурного отдыха завязывались тесные знакомства, нередко
переходившие из дружеско-питейных в рабоче-деловые.
Именно здесь зачастую решался вопрос: «С кем и против
кого дружить?» Сказать, что ради таких контактов и шли
все в ночной клуб, конечно, было нельзя. Но свою роль в
преодолении формальных границ между представите-
лями бизнеса они, безусловно, играли.
В Калининграде многие годы лидировал ночной клуб
«Планета». Добиться этого положения ему удалось бла-
годаря удачному расположению в самом центре города и
личному вниманию хозяев, предпочитавших именно в
нём проводить вечера в выходные дни. Высокий уровень
безопасности обеспечил появление в клубе в необходи-
мых количествах и тех, ради кого множество богатых лю-
бителей приключений отправлялось именно сюда. Среди
сотен девушек, посещавших клуб, можно было найти и на-
стоящих красавиц, с лицами и фигурами, не испорчен-
ными клубной жизнью, и ботоксно-силиконовых, мощно
заштукатуренных дам, из последних сил безнадежно бо-
рющихся с подрастающим длинноногим поколением. Но
найти что-то по своему вкусу, безусловно, мог каждый!
Ночной клуб, конечно, не то место, где можно фило-
софствовать о морали. Тем не менее, и здесь был выбор.
Кто хотел найти девушку на ночь, за деньги или просто за
удовольствие, мог быть уверен, что он свою задачу решит.
Как ни странно, но и те, кто хотел найти свою любовь,
свою единственную, тоже имели реальный шанс изменить
свою жизнь. Немало новых пар и в России, и за рубежом
в качестве места знакомства добрыми словами вспоми-
113
нали калининградскую «Планету». И что бы кто ни гово-
рил, в 2006 году самый солидный калининградский люд
собирался именно в этом легендарном заведении. По-
этому туда и направили свои стопы наши жуликоватые
герои.
Еще днем предусмотрительный Пачхунов заброниро-
вал большой столик на подиуме. С этого места можно
было видеть всех входящих в зал и пребывающих на танц-
поле. Кроме того, огороженное пространство подиума яв-
лялось тем местом, где чаще всего заказывали
«посиделки» наиболее активные представители местного
бизнеса. Да и сами хозяева заведения предпочитали эту
часть зала, отделенную деревянной балюстрадой от дале-
ких от трезвости посетителей. Заняв столик на шестерых
и приняв по 200 граммов виски, наши подельники начали
охоту на тех, ради кого они и пришли. Артур, аккуратно
обойдя зал и поздоровавшись с несколькими знакомыми,
отправился к барной стойке, где, как правило, концентри-
ровались наименее трезвые мужчины и наиболее доступ-
ные представительницы женского пола.
Не прошло и десяти минут, как Артур увидел компа-
нию радостно гудевших строителей. Один из них пока-
зался ему хорошо знакомым по старой службе в отделе по
борьбе с экономическими преступлениями. Но вспомнить
сходу имя строителя не удалось, и Артур хотел уже
пройти мимо, как услышал громкий голос: «Товарищ
Пачхунов, не проходите мимо клиентов! Народ вас
ждет!». Буквально через минуту перед ним стоял невысо-
кий краснолицый мужчина. Это был известный строитель
и не менее известный раздолбай Олег Зюзелько. Будучи
хорошим специалистом, он, тем не менее, отличался уни-
114
кальной способностью вляпываться в далекие от закона
дела. Причем это получалось всегда случайно, но порази-
тельно регулярно. Последний раз только благодаря Ар-
туру и кругленькой сумме в евро, ему удалось выскочить
из-под очередной милицейской электрички, готовой на
несколько лет доставить его на соответствующую стан-
цию пребывания.
Лучшего специалиста по части информации о строи-
тельных проектах было трудно найти. Олег Владимиро-
вич, невероятно словоохотливый и темпераментный
человек, «настоящая находка для шпионов», как говорили
раньше, довольно быстро рассказал, кто и какие участки
в Калининграде и на побережье выставил на продажу, о
каких суммах может идти речь. Особенно ему понравился
проект застройки элитного комплекса «Солнечная по-
ляна» в одном из старинных районов Калининграда.
Чтобы Олег не успел истратить эмоции вхолостую, Пач-
хунов быстро оттащил его в сторону напряженно ожидав-
шего Глядовкина. Рассказ Олега Владимировича о
прелестях нового проекта вдохновил Алексея Игоревича,
который понял, что такой проект и такой строитель ему и
нужны. Из своего личного опыта Глядовкин знал, что для
обработки инвестора, как правило, только обаятельный
говорун и требуется: хорошо знающий профессию и абсо-
лютно беспринципный в средствах достижения постав-
ленной цели.
Будучи большим любителем женщин и активным ту-
совщиком, Олег знал каждого, у кого были более и ли
менее значимые объемы финансовых средств. Как соеди-
нить капиталы и проекты, он отлично понимал, вот
только доверять их ему никто не спешил: уж слишком хо-
115
рошо была известна его склонность к авантюрам, да и
сильное пристрастие к алкоголю и игре в казино ситуа-
цию не улучшало. Поэтому такой человек, как Глядовкин,
с хорошей биографией и большими, со слов Артура, день-
гами, ему был просто необходим. Присев на минуточку к
Алексею Игоревичу, Зюзелько так и застрял за его сто-
лом. После бутылки вискаря они стали близкими друзь-
ями, а еще через полбутылки договорились о создании
совместной строительной компании, где Алексей получал
51 процент, а Зюзелько – остальные 49. Но при этом Олег
Владимирович становился генеральным директором
новой компании, получившей имя «Пластикон». От оби-
лия выпитого и радостных событий Олег так «устал», что
Артуру с Алексеем пришлось довести-донести умаявше-
гося строителя до ждавшего внизу водителя, который и
без команды знал, что в таком виде мужика может при-
нять только искренне любящая жена.
Удачно начатая охота на деловой ниве не могла не сти-
мулировать интерес к приключениям другого характера.
Обилие девушек, их повышенное внимание к новичку от-
крывали Алексею неплохие возможности для выбора
вполне достойного экземпляра местной «фауны». Однако
лучшее время было упущено, наиболее интересные пред-
ставительницы женского пола к трем часам утра уже сде-
лали свой выбор и отбыли в известном направлении. Тем
не менее, выпитого Алексеем и Артуром было вполне до-
статочно для того, чтобы большинство из оставшихся в
«Планете» в этот вечер показались если и не красавицами,
то вполне пригодными для тех целей, ради которых и ра-
ботают до утра ночные клубы. Среди оставшихся неожи-
данно обнаружились две подружки, знакомые Артуру по

116
прежней работе. В отличие от него, Маша и Катя так и за-
стряли в райотделе, упустив время и для карьерного
роста, и для личной жизни…
С лозунгом «Милиции надо помогать!» молодые люди
начали новый этап ночного «родео». Не избалованные
вниманием бывшие коллеги Пачхунова были искренне
счастливы! Мужикам после такого количества выпитого
и съеденного они тоже стали настолько интересны, что
компания, разбившись по парам, вскоре тронулась по
домам. Доставшаяся Глядовкину Катя была несколько
старше его, но это для него особой роли не играло: у нее
было подтянутое, спортивное тело и неплохие ноги. Когда
они оказались, наконец, на дубовом чуде глядовкинской
спальни, Алексей в полной мере понял правоту своего вы-
бора. Объем неистраченной Катей энергии оказался так
велик, что через час Алексей почувствовал себя не
столько мужиком, сколько женщиной, которую поимела
группа дембелей. Такого сексуального фейерверка, не-
смотря на богатый опыт, у него еще не было. Ранним
утром, еле способный к движению, Алексей впервые в
жизни не отвез девушку сам, а отправил на такси. Но и
этого истосковавшейся по мужскому вниманию и полу-
чившей ночью свое Кате показалось вполне достаточно.
Прощание с Алексеем было по-товарищески теплым: осо-
бых надежд на будущее она не строила, но телефон на вся-
кий случай дала. Прагматичный Глядовкин, в свою
очередь, был по-своему горд знакомством с двумя сотруд-
ницами следственного отдела. Занимаясь анальным сек-
сом с Катериной, он вдруг представил, как трахает в
задницу ненавистного майора Иванова из МВД. И эта
мысль доставила ему неподдельное удовольствие. «Хоть

117
так, но милицию я все-таки отымел!», – думал Алексей, и
ноющее чувство обиды от московского унижения стало
хоть немного, но меньше!

118
VII. Свора

На следующий день, опохмелив к обеду знатного


строителя Зюзелько, Артур получил всю необходимую
информацию о продавцах «Солнечной Поляны». Это ока-
зались довольно «авторитетные» граждане Литвы, давно
промышлявшие в строительном бизнесе региона. Обла-
дая хорошими связями во власти и серьезным криминаль-
ным ресурсом, они сумели выбить за вполне уместную
сумму великолепный участок в центре города под группу
многоквартирных жилых домов. Естественно, на продажу
он выставлялся в несколько раз дороже. Для предвари-
тельных переговоров по условиям сделки Алексей к ли-
товцам направил доказавшего высокий уровень
проходимости Пачхунова и легко вписавшегося в
команду жуликоватого Зюзелько. Они, в свою, очередь,
зомбированные мнимым величием Глядовкина, его рас-
сказами о папе-соратнике Путина, о гигантском соковом
заводе под Питером, «Кадиллаком», золотыми «Rolex» и
«Vertu», легко убедили недоверчивых литовцев в дееспо-
собности своего хозяина. Цена в два миллиона евро за два
гектара вполне отвечала рыночной ситуации.
Внешний вид Алексея, подъехавшего на подписание
договора, окончательно убедил продавцов в правильности
сделанного выбора. Литовцы взяли на себя обязательство
подготовить документы на землю и полностью согласо-
вать рабочий проект. В свою очередь, Алексей предложил,
119
во избежание простоя, начать отсыпку строительной пло-
щадки. Естественно, за его собственный счет. При этом,
пока решаются технические вопросы, Алексей предложил
оформить его директором самой фирмы, владевшей уча-
стком под застройку. Естественно, без права отчуждения
земли и будущих действий, способных нанести ущерб
компании-застройщику. Таким образом, Глядовкин стал
генеральным директором ООО «Орликом» и получил в
руки вожделенную печать предприятия с правом первой
подписи (естественно, в обусловленных продавцами гра-
ницах).
С такими документами уже можно было двинуться и к
Морковкину-младшему. Тем более что он уже несколько
раз звонил Алексею, напоминая о необходимости встречи.
Зарегистрировав в ускоренном порядке все изменения в
ООО «Орликом», Глядовкин пришел к нему в качестве
генерального директора общества. Рассказав Виталию
Алексеевичу массу свежих деталей о проекте, Алексей
забыл упомянуть только один факт, что так и не стал
собственником фирмы. Но его предельно уверенная речь
со словами «моя компания», «моя земля» не оставляли
сомнений в том, кто хозяин проекта. Быстро оформив до-
говор о беспроцентном кредитовании А.И. Глядовкина
под залог части акций Староладожского предприятия,
Виталий Алексеевич дал команду на перевод денег на
личный счет заемщика. Быстрота прошедших операций
потрясла видавших виды Пачхунова и Зюзелько, ис-
кренне уверовавших в особые возможности своего нового
хозяина.
Теперь предстояла самая сложная часть операции,
ошибиться в которой было недопустимо. Необходимо
120
было найти покупателя на часть фирмы с проектом, кото-
рая Алексею не принадлежала, но при этом деньги
должны были поступить именно на его счет. Одновре-
менно литовцы, один из которых постоянно находился в
городе, должны были видеть его усилия по реализации
проекта и подготовке своевременной оплаты покупки
компании. По предложению Алексея ход выполнения
предварительного соглашения стал актироваться. В ре-
зультате на каждый текущий момент появлялся акт вы-
полнения обязательств по предпродажной подготовке,
выглядевший как вполне законченный документ, под-
тверждающий права Алексея на владение компанией.
Если для литовцев это был рабочий документ, то для Гля-
довкина он был эффективным инструментом манипуля-
ции правами собственности на фирму: акт в сочетании с
договором купли-продажи долей в ООО создавал иллю-
зию завершенного процесса. В свою очередь, являясь ге-
неральным директором компании, Алексей Игоревич
выглядел вполне как ее собственник.
Следующий вопрос был намного сложнее: ему надо
было получить деньги на свой счет таким образом, чтобы
литовцы не видели их источника. В свою очередь, поку-
патель половины общества не должен был никаким обра-
зом встретиться с литовцами. Иначе афера мгновенно
раскрылась бы с трудно предсказуемыми для Алексея по-
следствиями. По всем признакам она подходила под ста-
тью 159, часть 4 Уголовного кодекса России –
мошенничество в особо крупном размере. С этой точки
зрения нужен был не просто покупатель, а именно такой,
которому не удалось бы вникнуть в детали сделки. Беше-
ный рост цен на калининградском рынке недвижимости

121
в 2006 году в принципе такую возможность давал. Наблю-
дался явный избыток ресурсов и инвесторов при отсут-
ствии проектов с согласованной рабочей документацией
и правильно оформленной землей под застройку.
В это время в зоне будущего строительства «Солнечной
Поляны» вовсю кипела работа. Быстро сбитая под руко-
водством Зюзелько команда загоняла в трубу проходя-
щий через участок ручей и тут же засыпала его
ворованным песком из расплодившихся вокруг Калинин-
града полулегальных карьеров. Естественно, из взятых у
связистов 37 миллионов лишь пять реально пошли на
стройку, а остальные были направлены на дальнейшую
демонстрацию олигархических «возможностей» юного
миллионера. Алексей, следуя еще одной классической за-
поведи Петровича «Не важно, что ты делаешь на самом
деле, важно, что о тебе думают другие!», занялся обу-
стройством достойного себя офиса. Для этого в старин-
ном здании в центре, где раньше продавали самые дорогие
в области унитазы (магазин закрылся, как шутили сосед-
них домов, из-за отсутствия большого числа желающих
задорого посрать), начался ремонт, призванный своим
видом утверждать могущество хозяина.
Особое внимание было уделено безопасности генераль-
ного директора. Попасть к нему можно было только через
плотный фильтр охранников и секретарей. На здании сна-
ружи и во внутренних помещениях были размещены ка-
меры непрерывного наблюдения. В ряде кабинетов, в том
числе у генерального директора и бухгалтера были уста-
новлены хорошо замаскированные камеры, способные
вести качественную запись всего происходящего в поме-
щениях, причем даже ночью. В отдельной комнате была
122
оборудована самая современная станция перехвата теле-
фонных разговоров, включая частоты, используемые
УВД и ФСБ. Одновременно была приобретена аппара-
тура скрытого наблюдения и видеозаписей, позволяющая
вести записи разговоров и встреч даже в самых неудобных
местах. Кроме того, и об этом знал только сам Алексей, в
полу его кабинета был обустроен специальный сейф для
хранения денег, оружия и некоторых психотропных пре-
паратов. Последние, в сочетании с видеоаппаратурой
могли позволить, наконец, реализоваться мечте, которая
так испугала его учителя по жизни Петровича. А мечтал
Глядовкин, еще в учебке, о времени, когда у него будут ви-
деодосье на десятки известных людей и они по манове-
нию его руки будут делать все, что он захочет. Словом,
подготовка к завершающей стадии операции «Лох», как
ее условно назвал Алексей, была к осени закончена.
При этом поиск возможного покупателя доли в компа-
нии не останавливался ни на минуту. Хорошо сработав-
шаяся в силу криминального опыта троица – Пачхунов,
Зюзелько и Володя – отобрала сначала около двух сотен
предпринимателей, наиболее часто мелькавших в прессе.
Их число после проверки финансовых возможностей со-
кратилось до полусотни. Для Алексея стало открытием,
что понтов в Калининграде было еще больше, чем в
Москве. Ездившие на шикарных авто, как и он сам, не-
редко жили на съемных квартирах. От поддельных Vertu
и Rolex рябило в глазах, а б/у «Бентли» регулярно заво-
зились из Арабских Эмиратов. Словом, за блеском хрома
и лака дорогих автомобилей частенько скрывалась тяже-
лая проза жизни мелких предпринимателей и просто про-
ходимцев. К очень богатым и сильным тоже особо

123
подходить не хотелось. Ошибка могла стоить жизни: в Ка-
лининграде со времен «табачных» и «водочных» войн
сложилась традиция: мочить конкурентов и кидал отнюдь
не в сортирах. Убивали везде: на стадионе, у здания мэрии
и просто на Центральной площади. Время шло, но нужная
рыба в сети так и не попадалась…
Но, как говорится, кто ищет, тот всегда найдет. В хо-
лодный ноябрьский день, когда срок первого платежа ли-
товцам стал стремительно приближаться к Алексею,
раздался звонок Пачхунова.
– Алексей Игоревич, есть инвестор. Зюзелько нашел по
своим старым каналам. Деньги есть и интерес тоже, но
придется поработать!
– Артур, быстро тащи Олега в офис! Не будем терять
время. Бросим все ресурсы, если надо! У нас уже нет вре-
мени на ошибку.
– Все сделано. Я уже еду за Олегом. Только бы на ра-
достях он не принял на грудь лишнего.
– Тем более, Артур, поторапливайся! Жду! – закончил
Алексей короткий диалог.
Его даже зазнобило от мысли, что вдруг что-то со-
рвется. Налив немного мягкого канадского виски, он
одним глотком, как водку, влил его в горло. Стало легче.
Захотелось добавить, но со льдом. Однако понимание
того, что есть более важное дело, пересилило. «Напьюсь,
если все получится! – подумал Алексей. – А если не по-
лучится, то вообще упьюсь насмерть»…Подъехавший
вскоре Олег рассказал прелюбопытнейшую историю.
Один серьезный девелопер после успешного завершения
ряда проектов в сфере коммерческого строительства
124
хотел бы вложить деньги в жилье. У него есть несколько
предложений, но окончательного решения не принято. В
роли инвестора выступает впервые, поэтому и колеблется.
Явно не хватает соответствующего интересного проекта
и «правильной» команды к его реализации.
– Понимаете, Алексей Игоревич, Дмитрий Сергеевич
Овечкин – исключительно занятый человек, – продолжил
свой рассказ Зюзелько. – Он уже несколько созывов де-
путат областной Думы, в свое время был замом и у губер-
натора, и у спикера. Возглавляет несколько
инвестиционных компаний, советник президента круп-
ного российского банка. Да еще и в университете препо-
дает, профессор. Книжки по науке пишет.
– Ни хера себе, больной на голову какой-то! С таким,
наверное, кашу не сваришь. Слишком опытен, зараза, –
засомневался Глядовкин. – Может у него склероз какой-
нибудь завалялся? Или еще лучше прогрессирующий ма-
разм? Опыт работы со старичками у меня неплохой!
Алексей так сказал эти слова, что Пачхунов и Зюзелько
аж вздрогнули. Между собой они не раз шушукались по
поводу появления капитала у Алексея, сопровождавше-
гося странной кончиной его прямого начальника и вла-
дельца бизнеса Шталька. Эти сведения Зюзелько
случайно получил от одного знакомого майора из МВД,
на днях ставшего подполковником. Случайно оказавшись
в Москве, Олег принял самое живое участие в обмывании
новых погон и заодно узнал немало интересного о своем
шефе. К сожалению, даже в сильно пьяном виде милицио-
нер по данному поводу не очень хотел распространяться.
Но что дело было темное, сомнений не оставалось. Оче-
видно, что за ангельским, даже несколько наивным выра-
125
жением, которое Алексей, как мановению волшебной па-
лочки, умел надеть на лицо, скрывался совершенно иной
лик: жесткого, расчетливого бизнесмена и, несомненно,
опасного человека. Прошедшие огонь, воду и медные
трубы Олег и Артур не могли не чувствовать, что перед
ними настоящий волк в овечьей шкуре.
– Шутите, Алексей Игоревич! Какой там маразм! Со
своей второй он год как разводится, так молодые телки,
хотя ему за пятьдесят, за него друг друга горло готовы пе-
регрызть. Когда с женой поругался, стал в кабаках зави-
сать. Явно со стрессом борется. Сейчас его можно голыми
руками брать, – вкрадчиво начал Артур.
– Да и у меня с ним вроде неплохие отношения. Один
объект вместе строили. И хотя меня хозяин фирмы со
стройки выжил, Овечкину камень в мой огород бросить
не за что, – продолжил Олег. – Но лучше бы попробовать
закатить пробный шар через кого-то третьего. А я бы
потом почву дальше разрыхлил.
– Ладно, Олег, не темни. Что предлагаешь?
– Знаете, Алексей Игоревич, есть у меня одна знакомая,
сейчас в мэрии обретается. Овечкин с ней в начале 90-х в
инвестиционной компании работал. Ушлая дамочка. За
малую денежку любой хлам втюрить умеет, а уж здесь,
если вы ей еще жилье пообещаете, она все сделает в луч-
шем виде. Сам денежки принесет на блюдечке с голубой
каемочкой, – слегка юродствуя, закончил монолог Зю-
зелько.
– Ладно, ладно, - сказал Алексей. – Тащи свою подругу,
бабник! Посмотрим, какие продукты в мэрии произрас-
тают.

126
Уже на следующий день тщательно проинструктиро-
ванная Людмила была в приемной Дмитрия Сергеевича
с предложением завести в банк очень перспективного
клиента. Калининградский филиал, долгое время специа-
лизировавшийся на мелком и среднем бизнесе, был
крайне заинтересован в новых, особенно крупных пред-
приятиях…Ловушка сработала безотказно. Овечкин, пом-
нивший их успешную работу в компании, с интересом
выслушал рассказ о переехавшем в регион владельце
крупного бизнеса по производству соков и строительству
жилья. Со слов Людмилы было ясно, что клиент мог дать
неплохой прирост по комиссионным доходам и в Питере,
и в Калининграде. Более того, можно было и самому не-
плохо вложиться в строительство жилья. Уж больно ве-
лика была расчетная доходность проекта. Однако делать
выводы Дмитрий Сергеевич сразу не стал, решив сначала
посмотреть на клиента. Слишком сильно смущал его воз-
раст – всего 26 лет! С другой стороны, он видел, как не-
которые из руководителей банка, где он работает, уже к
30 годам становились долларовыми мультимиллионе-
рами, раскручивая собственный бизнес.
– Люда, передайте Глядовкину, что я его жду в ближай-
шие дни. Время уточните у секретаря, – это были первые
слова Дмитрия Сергеевича, в которых прозвучало имя
молодого комбинатора. – Очень надеюсь, что мы найдем
общий язык.
– Не сомневайтесь, Дмитрий Сергеевич. Все будет хо-
рошо. Да и команда у Алексея собирается неплохая. В
числе строителей немало тех, с кем вы уже работали, на-
пример, Зюзелько и Вышицкий. Они очень хорошо о вас
отзываются, – не забыла выдать комплимент напоследок
127
опытная Людмила. Закончив на приятной ноте, энергич-
ная посредница пулей полетела докладывать проходим-
цам о достигнутом результате.
Для подработки ситуации в правильном направлении
Алексей решил сделать еще один ход. Через пару дней
Зюзелько «случайно» встретил Овечкина в банковском
коридоре. Выяснилось, что Олег Владимирович пришел
открывать в филиале счет нового ООО «Пластикон». На
вопрос о том, чем будет заниматься предприятие, Олег
взорвался длинным рассказом о «замечательном, уни-
кальном, бесподобном», и так далее, проекте «Солнечная
Поляна», хозяином которого является Алексей Глядов-
кин.
– Вы не представляете себе, насколько это хороший
проект, Дмитрий Сергеевич! Я бы назвал его «Золотая
Поляна», поскольку при такой доходности всю террито-
рию вместо плитки можно за счет прибыли сусальным зо-
лотом покрыть, – восторгался Олег Владимирович.
– Посмотрим – увидим, – сказал осторожный Овечкин.
– Так и давайте, увидите, – предложил настырный Зю-
зелько. – Здесь ехать-то десять минут. Я и отвезу, и при-
везу на площадку, и сам все расскажу…
– Ладно, Олег, поехали, – согласился Дмитрий Серге-
евич.
Они действительно через десять минут были на строи-
тельной площадке. Здесь действительно вовсю кипела ра-
бота: из самосвалов ссыпался песок, рычали
выравнивавшие площадку бульдозеры, озабоченно бегал
старый знакомый – прораб Вышицкий. Словом, все было
так, как любил Овечкин. В начале любой стройки изме-
128
нения происходят быстро, стройплощадка меняется каж-
дый день и вместе с изменениями в душу приходит чув-
ство оптимизма. Он любил радость созидания и не мог
жить без новых идей и новых проектов. Чем дольше
Дмитрий Сергеевич находился на стройке, тем сильнее
укреплялось его желание стать ее участником и органи-
затором. Он никогда не дрожал над своими деньгами: они
всегда были лишь средством вхождения в увлекательное
дело. И не их обретение, а именно завершенная стройка
давали то редкое ощущение счастья, которое часто те-
ряется в ежедневной битве за жизненные блага. Словом,
внутреннее «да» им было сказано еще до встречи с Гля-
довкиным. Зюзелько, хорошо знавший Овечкина, понял,
что свою работу рыхлителя почвы он выполнил на от-
лично. Оставалась последняя подача, которую предстояло
сделать уже самому Алексею Игоревичу.
В то время как «группа товарищей» занималась обра-
боткой Овечкина, подвигая его к мысли о вхождении в
проект, Глядовкин вместе с верным оруженосцем Арту-
ром осваивал другие коммуникативные площадки, а по-
просту говоря, рестораны и ночные клубы редко спящего
Калининграда. Явные бордели Алексей отвергал: ему не
хотелось портить формируемый имидж хотя и молодого,
но серьезного предпринимателя. Хотя его, конечно, тя-
нуло к молоденьким девочкам обдолбанных дискотек, ко-
торых в нестареющем Кенигсберге хоть пруд пруди. Тем
не менее, Алексей понимал, что именно там легко попасть
под колпак криминала или еще более криминальных мен-
тов. Он хорошо знал, как даже очень солидным людям
подкладывали или малолеток, или наркоту, или все вме-
сте, разводя затем на серьезные бабки. Для человека, ме-

129
тившего как минимум в преемники Президента, такой
путь представлялся недопустимым.
Поэтому в очередной вечер выбор пал на новомодный
клуб «Платинум». Это заведение привлекало более моло-
дой, чем «Планета», контингент, сохраняя, тем не менее,
необходимый для серьезных людей уровень безопасности.
Было видно, что часть посетителей явно кочевала между
этими клубами. Дискотека здесь была поживее, а жеман-
ных и закомплексованных девиц не наблюдалось вообще.
Она напоминала набирающий скорость локомотив, с гро-
хотом уносящийся в ночь, в известном всем направлении.
«Вот так и живем: от заката до постели, от постели до за-
ката!», – невольно вспомнилось Алексею любимое выра-
жение одной знакомой сторонницы свободной любви.
Двигаясь по периметру к своему дивану, молодые люди
не могли не заметить обилие в зале худощавых, тонконо-
гих фигур. На вопрос к официанту: «Откуда дровишки?»
услышали: «Хозяйка модельного агентства «своих» на об-
катку привела».
Что такое «обкатка», Алексей хорошо знал. Владельцы
и владелицы такого рода модельных агентств неплохо за-
рабатывали, украшая корпоративные вечера и простран-
ство модных клубов незатасканными лицами и фигурами
юных красавиц. Те, в свою очередь, тоже в накладе не
оставались. Для девочек с городских окраин без образо-
вания, средств к существованию и будущего, появлялся
уникальный шанс, минуя мучительные годы борьбы за
выживание, сразу попасть в мир богатства и роскоши.
Правда, случалось это далеко не со всеми. Но немногие
примеры удачно сложившихся пар в сочетании с регуляр-
ными проповедями умелых наставниц заставляли моло-
130
дых девушек всеми доступными и недоступными сред-
ствами бороться за свое светлое будущее. «Моделью мо-
жешь ты не быть, но мужика всегда отхватишь!», – была
любимая поговорка известной калининградки, по не-
сколько раз в году делавшей наборы в свою школу моде-
лей. Умело подкладывая еще невинных девушек богачам,
она довольно быстро сколотила серьезный капитал, поз-
воливший вскоре перенести свой бизнес в столицу.
Проходя мимо окружавшего танцпол многоцветья, об-
разованного десятками таких моделек и моделюшек, Гля-
довкин не мог не чувствовать любопытных взглядов,
буквально ощупывающих его со всех сторон и во всех ме-
стах. «Ну что же, видимо, пора начинать шоу», – подумал
Алексей. Отработанным движением правой руки опыт-
ный ловелас начал медленно поправлять волосы. Из под
отъехавшей манжеты рубашки гордо показался сверкаю-
щий брюликами «Rolex». Падавший на него свет диско-
течных прожекторов высекал мириады искорок, которые,
как осколки зеркала Снежной королевы, влетали в глазки
и сердца молодых искательниц сказочного богатства.
Затем левой рукой Алексей доставал якобы звонивший
телефон. Отраженные от полированного золота Vertu
лучи окончательно добивали даже самых непонятливых
самочек: в их гарем зашел господин! Знаковые вещи века,
которые они видели только в модных журналах, быстро
стирали грани реальности. Сказка начинала казаться
былью, а счастье близким. Добившись нужного эффекта,
Алексей с Артуром заняли лучший диван ночного заведе-
ния. Обустроившись в этом наблюдательном пункте, они
продолжили экскурсию по бизнес-среде региона, начатую
в «Планете». Девицы, как всегда, были оставлены на за-

131
куску. «Первым делом, первым делом – самолеты, ну а де-
вушки, а девушки – потом!» – давно стало лозунгом про-
хиндея, безумно любившего трахать все, что шевелится,
но деньги любившего еще больше.
В «Платинуме» контингент предпринимателей дей-
ствительно отличался от ставшей классической «Пла-
неты». Молодых и оторванных было явно больше.
Остатки поколения «Next», дружно свалившего за гра-
ницу, практически растворялись в обилие «ДухLess». По-
следние, приняв общество, каким оно есть, воспитанные
на всепроникающем беспределе и коррупции последнего
двадцатилетия, вообще не заморачивались на такие стран-
ные вещи, как мораль и совесть. Как и для Алексея, их
верой был золотой идол, ставшей не только внешней
целью, но и внутренним убеждением. В такой среде Алек-
сей был не просто своим, он был ее неотъемлемой частью.
Она создавала ему чувство комфорта и удовлетворения,
похожее на то, которое самец испытывает внутри своей
своры. Если в «Планете» он искал инвесторов и партне-
ров, то здесь лучше было подбирать напарников, подель-
ников и подельниц. «Планета» ему напоминала
неспешный и солидный «Восточный экспресс», в то время
как «Платинум» был похож на «Сапсан», не дающий вре-
мени приглядеться к окружающему миру.
– Алексей Игоревич, – прервал его размышления
Артур, – я тут одного любопытного человека заприметил.
– Банкир, однако, и нашей масти, кажется!
– Что ты имеешь в виду? – удивился Алексей.
– Видите, через столик длинноволосого, в яркой ру-
башке парня, похожего то ли на хиппи, то ли на Эрнста.
Так это руководитель созданного недавно в городе фи-
132
лиала Москазахбанка. Я с его руководителем службы без-
опасности давно знаком. Вон он, кстати, невдалеке болта-
ется. Так что, идем на стыковку?
– Действуй. Загрузи своего знакомого по полной. Так,
чтобы его шеф сам подкатил ко мне, а я уж по ушам про-
едусь как надо.
Рассказ о перспективном клиенте всегда интересен для
руководителей банков, особенно начинающих. Как и
Алексей, Евгений Николаевич Слипченко хорошо пони-
мал, где могут складываться дружеские контакты, дающие
толчок бизнесу и привлекающие клиентов. Неслучайно
он частенько появлялся в модных ресторанах и клубах, на
презентациях и просто крутых тусовках. Естественно,
Алексей его заинтересовал… Уже вскоре, после несколь-
ких бокалов хорошего виски понравившиеся друг другу
молодые люди договорились о возможном направлении
сотрудничества. Последние слова Евгения, что похожие
на «Солнечную Поляну» проекты банк финансирует,
окончательно закрепили дружеское отношение Глядов-
кина к молодому управляющему. Взяв в течение двух
часов на карандаш еще ряд интересных кадров, выпив и
обменявшись с ними телефонами, Алексей пришел к вы-
воду, что эта тусовка ему вполне подходит. Тем более что
среди гуляющих было немало быстро выросшего на взят-
ках и откатах административного молодняка. Зримым вы-
ражением быстро жиреющей власти в Калининграде
стала ежедневная выставка дорогих иномарок, которая за-
полняла длинный ряд «Стоянки номер 1» напротив ре-
гионального правительства. В этом наборе «Лексусов»,
«Кадиллаков», «Порше», «Инфинити», «Мерседесов» и
«БМВ» случайно залетевшая откуда-то «Волга», даже
133
ручной сборки и при всех наворотах, смотрелась как му-
зейный экспонат, взятый киношниками напрокат для съе-
мок сериала времен СССР.
Все время, пока Глядовкин выстраивал свою среду оби-
тания, он то и дело ловил на себе какой-то странный, ца-
рапающий взгляд темных глаз девушки, танцующей в
небольшой компании таких же, как она, худосочных
девиц. Приглядевшись, Алексей вдруг понял, что та дей-
ствительно, как бы исподтишка, регулярно бросает
взгляды в его сторону. При более внимательном рассмот-
рении Глядовкин обнаружил немало интересного в этом
достойном внимания объекте наблюдения. Девушка пред-
ставляла собой какую-то странную смесь юности, выра-
женную в хрупкой фигуре и мелких, достаточно свежих
чертах лица, и законченного блядства, выдаваемого цеп-
ким взглядом умудренных опытом глаз и уверенными
движениями таза, характерными для способной удовле-
творить любой мужской запрос проститутки. Глядя на
нее, он начинал понимать смысл выражения: «Танцы –
это вертикальная форма секса».
Артур, хорошо знавший Женечку Зимнякову-Собо-
левскую, как, впрочем, и большинство богатых холостя-
ков и полуженатых мужчин города, хотел было
немедленно выложить все свои знания об объекте, но во-
время остановился. Такого живого, неподдельного инте-
реса к женской особи со стороны хозяина он еще не видел.
Придержав язык, Артур понял, что Глядовкин начинает
попадать под обаяние опытной охотницы на мужчин. Но
останавливать его он не хотел. В голове прирожденного
афериста зародилась любопытнейшая идея… Вполне на-
трахавшись визуально, Алексей мягко толкнул Пачху-
134
нова.
– Артур, не спи, замерзнешь. А не испить ли нам по гра-
мульке, – предложил повеселевший Глядовкин.
– Без проблем, шеф. А то и вы что-то застоялись, –
начал с откровенных намеков осознавший ситуацию
Артур.
– Да и ты, братишка, вижу, засиделся, – отшутился
Алексей, чокнувшись с Артуром бокалом виски. – Пошел
бы вон к той компашке, потерся, узнал, кто и что. Да чего
там объяснять, моя – черненькая, а тебе в силу армян-
ского происхождения полагаются блондинки. Действуй,
и побыстрее.
Пока они выпивали, стайка молодых искательниц ноч-
ных приключений отправилась в сторону chill-out. Ар-
туру не пришлось долго искать Женечку. Та сама с
нетерпением его поджидала.
– Привет, Артур! И что это за красивый мальчик с
тобой? – ее говор легко выдавал уроженку Кубани. – На-
деюсь, ты не натрепал какой-нибудь быдлятины обо мне?
– Побойся Бога, Женька. Я что, придурок? Хозяин на
тебя глаз положил, я ему что, кайф буду обламывать?
Хотя, как ты понимаешь, это сделать, как два пальца об-
оссать. Да и влететь, как ты понимаешь, можно сильно,
если не стукану все как есть. Обман Глядовкин мне не
простит. Ты что, забыла, как на Трупникова по вызову
еще малолеткой работала? Хорошо, что с Кубани ты тол-
стенькой блондинкой приехала. Да и пластику неплохо
сделали: этот педераст, столкнувшись с тобой в кабаке,
даже не узнал. Сам видел. Но у меня в отличие от этого
урода Трупникова с памятью и зрением всё хорошо. Не-
135
даром ведь в ментовке горбился.
– Ладно, Артур, хватит быковать! Я все поняла. Чего
ты хочешь за содействие, – быстро предложила хваткая
собеседница. Ты мне только ясно скажи, бабки есть или
понты разводим?
– Дура, какие на хер понты? Его котлов и мобилы тебе
на целую хату хватит! А бабла вообще навалом. Да и завод
под Питером по производству соков недавно прикупил.
Говорит, самый крупный будет в России, – разгорячился
Артур. – Мои условия просты: ты помогаешь мне, я –
тебе. В тему входим вместе, а там разберемся. Кэш делим
пополам. Будешь выёживаться или крысятничать – сдам
с потрохами. У меня несколько фоток застряло, как ты с
мужиками в бане шарахалась. Конечно, я понимаю, это из
прошлой жизни, но меня лично до сих пор возбуждают. А
вот у кого-то, я, думаю, все опустится, когда он детали раз-
глядит.
– Какая же ты сволочь, Артур. Убила бы, если бы сама
такой не была, – со смехом разрядила обстановку Женя.
– Ладно, я согласна. Но биографию излагаем официаль-
ную, в основном, и без художеств!
Договорившись, что ровно через пять минут она вместе
с подружкой подойдет к их столу, Артур пошел доклады-
вать согласованный с Женькой вариант ее непростой био-
графии. В устах опытного специалиста по словоблудию
она из блядской трансформировалась почти в героичес-
кую.
– Постараюсь, Алексей Игоревич, быть кратким, –
начал Артур. – Девочки носик подпудрят и подойдут. Же-
нечка, которая Вам понравилась, это настоящая калинин-
градская элита. Правда, жизнь ее по головке особо не
136
гладила. После школы переехала в Кёниг с родителями.
Влюбилась в одного из самых авторитетных мужиков –
Покаревича Олега. Он тут одну мощную организацию из
боевых ребят сколотил. Стала с ним жить. Но в позапро-
шлом году его из двух стволов прямо в центре города по-
крошили. До сих пор никого не нашли. Трудно
переживала случившееся, да и утешителей лезло немало.
Но подвернулся вроде неплохой парень, сын крупного
нефтяника, поженились. Однако тот оказался не без про-
блем. Одним словом, золотая молодёжь. Загулял, вот и
расстались. Сейчас одна, и, по-моему, давно. В Кениге, вы
же видите, с нормальными мужиками типа вас, проблема.
Артур, как всегда, закончил мягким поглаживанием
шефа.. Он, конечно, понимал, что все сказанное неверо-
ятно далеко от действительности, но вдохновленный пя-
тьюдесятью процентами будущего Женечкиного кэша, он
и не такое был готов рассказать. Жизнь была на порядок
прозаичнее. Истинная биография юной страдалицы вы-
глядела иначе. Половую жизнь она начала случайно, лет
в четырнадцать. Обнюхавшись хлорэтила с одноклассни-
ками на даче, она даже не поняла, кто и как ее поимел. Об-
радовавшись через месяц, что не забеременела, Женечка
быстро втянулась в регулярную сексуальную жизнь с не-
регулярными партнерами. Сначала подсев к шестнадцати
годам на травку, столь любимую молодежью в Красно-
даре, она вскоре перепробовала все – от экстази до ге-
роина. Ситуация складывалась настолько плохо, что
родители сделали все, чтобы скорее покинуть богатую на
марихуану и другие радости жизни Кубань.
В Кёниге, куда переехала семья, наркоты было меньше,
а вот блядства намного больше. Город рыбаков, моряков,
137
словом, постоянно отсутствующих мужиков, с советских
времен высокой моралью не отличался. И вскоре жизнь
Зимняковой вернулась в прежнее русло. Работать Же-
нечка не умела и не хотела. Правда, ума оплатить поступ-
ление в местный университет ей хватило. Деньги
имелись, поскольку она легко нашла работу в одном из
элитных эскорт-агентств города. Оно входило в сеть зна-
менитого местного сутенера и педераста Трупникова,
умело скрывавшего основную деятельность под вывеской
главного редактора еженедельника «Грязные колеса» и
депутата областной Думы. Естественно, никакой граж-
данской женой Покаревича она не была, а работала типич-
ной шлюхой на подхвате, которую в качестве презента
полезному гостю или хорошему другу можно подбросить.
Богатенький мальчик, за которого она вышла, прикинув-
шись невинной студенткой, был поражен, застукав ее с па-
пиным охранником. А узнав с помощью влиятельного
папы ее биографию поподробнее, быстренько развелся.
Всё сделали так, чтобы склонная к инфаркту мама быв-
шего мужа ничего не узнала. А Женечка, получив круг-
ленькую сумму отступных, начала новую жизнь.
Уехав в родной Краснодар и оторвавшись там вволю,
Зимнякова-Соболевская за три месяца сильно похудела,
сделала пластику лица, перекрасилась в черный цвет. И
главное, завязала с явной наркотой. Набрав по совету
остепенившихся подруг популярных в то время книжек,
она вдруг выяснила, что зря теряла дни и ночи своей дра-
гоценной жизни, отдаваясь кому попало и за смешные
деньги. Такие же, как она, в это время делали стремитель-
ную карьеру в Москве: соблазняли олигархов, спали с по-
литиками, писали об этом книги, становились

138
телеведущими. Их блядские рожи заполнили экран. По-
тертые, с ботоксными губами и мешками под глазами, они
объявляли друг друга красавицами и Мисс чего-то. Хотя
без фотошопа, кроме рвоты, иных чувств давно не вызы-
вали. Тупо кочуя из-под одного мужика с деньгами к дру-
гому, они по очереди становились секс-символами
России. Получая мыслимые и немыслимые награды от
имевших их олигархов и чиновников, они ползли по тра-
ходрому жизни все выше и выше. И еще пытались с теле-
экранов и страниц газет учить затурканный жизнью народ
морали.
Начитавшись вымороченного бреда Оксаны Робски в
стиле «Casual» и сексуальной паранойи Не Робкой Ок-
саны «Будет больно», Женя, наконец, натолкнулась на
«замечательную» работу своей тезки – Жени Шацкой –
«Стерва в большом городе». В ней четко было расписано,
что и как надо делать с мужиками и на улице, и в постели,
чтобы они стали эффективным средством продвижения в
жизни, причем с хорошим КПД. Среди 30 правил любов-
ницы экстра-класса ей особенно приглянулось седьмое
правило, которое она сразу запомнила наизусть. «Главное
в отношениях с мужчиной – сначала дать все, что у тебя
есть, не думая о себе, без эгоизма и просчетов того, что
будет дальше, не боясь разбаловать, а потом получить за
это втройне». В Женечкином варианте, с учетом ее собст-
венного, а не Шацкой опыта, эта мысль трансформирова-
лась в лозунг всей ее последующей жизни: «Главное в
отношениях с мужчиной – сначала дать все, что у тебя
есть, а потом забрать все, что есть у него!». Хотя Женечка
и не знала, но это был всего лишь доведенный до верхней
грани жадности лозунг поколения «ДухLess»: «Давать,

139
чтобы брать больше!» Поэтому, вернувшись в Кёниг, она
начала новый этап восхождения к «зияющим высотам»,
отдаваясь только по расчету и за серьезные деньги. Для
придания лоска немного позанималась в модельном
агентстве и, подружившись с хозяйкой, стала участницей
ее мероприятий, где как раз и бывали те самые, ради кого
она так старалась … Именно в это время Алексей и встре-
тился на ее славном пути.
Когда, наконец, Женя дошла до Алексея, то тот, растро-
ганный рассказанной Артуром историей, уже чувствовал
себя благородным рыцарем, спасающим невинную стра-
далицу от злобных поклонников.
– Садитесь, Женечка, – быстро встав из-за стола, пред-
ложил Алексей.
– Спасибо, Леша, – как-то по домашнему тепло сказала
Женя, отправив Глядовкина в легкий нокдаун, и хотела
занять место напротив.
– А вы, Женечка, не могли бы сесть рядом. Музыка так
грохочет, а хотелось бы слышать и быть услышанным, –
запротестовал Алексей.
– Не возражаю, – ответила девушка, для которой тоже
было важно быть услышанной. Как человек, выросший на
тусовках, она понимала, что для нахождения партнера на
ночь достаточно было и простых движений, а вот для
установления более длительного контакта без разговора
по душам было не обойтись.
Хорошо выпивший Алексей и вовсе разомлел, когда
лучшая, по словам Артура, представительница местной
элиты приземлилась рядом, случайно задев его хрупкой
коленкой и обдав запахом сильного афродизиака. Это уже
140
был настоящий, профессиональный нокаут. Естественно,
опытная и начитанная покорительница мужских сердец
и кошельков знала, что делает. Она любила работать в full-
contact, доводя мужиков до сексуальной истерии. Опра-
вившись от удара, Алексей тут же предложил выпить. К
его радости, Женечка от виски не отказалась, лишь по-
больше добавила льда. Крепко выпивший Алексей без
особых подталкиваний с ее стороны стал рассказывать ис-
торию своей жизни в отработанном еще в Москве стиле.
Каждое его слово убеждало, что перед ней сидит, как ми-
нимум, растущий олигарх с безграничными амбициями и
реальными деньгами. Но главное, и это было самое боль-
шое чудо, объект вожделений был холост, в отличие от
«частично» женатых, но со штампом в паспорте, посети-
телей ночных клубов. Для Женечки стало ясно, что обыч-
ная тактика «засос-отсос» на заднем сидении авто не
пройдет. Посадка на крючок такой рыбины требовала
более аккуратных усилий.
В своей истории Женечка, в 21 год прошедшая столько,
сколько хватило бы ни на один десяток остепенившихся
с годами матрон, так ловко обходила острые углы, что
перед Алексеем предстал образ, с одной стороны, вполне
состоявшейся женщины, а с другой – много настрадавше-
гося человека, готового дать достойному мужчине все, что
только имеет. Жизнь с Покаревичем его особо заинтере-
совала. Как выяснилось, та была знакома со многими ав-
торитетами и сотрудниками милиции, тесно
работавшими с убитым, что еще более привлекало к ней
Алексея, искавшего прямые контакты с уголовным
миром. Его дагестанско-московский опыт говорил, что в
экстремальных ситуациях, в такой бандитской стране как

141
Россия, подобные связи – необходимость. Слово за сло-
вом молодые люди дошли до той стадии, когда принима-
ется решение: «Что дальше?».
Женечка, следуя выработанной тактике «В первый
день не давать», несмотря на настойчивые предложения
Алексея заехать к нему на кофе, сообщила, что сегодня ей
обязательно надо домой. Тем более «папочка и мамочка
не были предупреждены о столь позднем возвращении».
– Но Вы не расстраивайтесь, Алексей, – сказала хитро-
умная соблазнительница. – Завтра у нас в универе легкий
день, и мы можем вечером встретиться пораньше. Вы же
видите, я люблю хороший кофе и мягкие сигареты.
Слегка легкомысленно поднесенная к губам сигарета
не оставляла сомнений, что следующий вечер будет на-
много интереснее прошедшего. Воодушевленный пер-
спективой предстоящего дня и довольный, что наконец
ему попалась серьезная девушка, Алексей отправился
домой. Традиционную утреннюю нужду ему помогла
справить привычная к запросам хозяина Валюшка…Вече-
ром Алексей, надев самый лучший костюм и дорогие по-
брякушки, уже ждал избранницу в самом модном
ресторане на площади Победы. В этот раз Женечка уже
не отказалась попить кофеек в особняке Глядовкина.
Сытые, хорошо выпившие и довольные собой, молодые
люди не стали тратить много времени на кофейную про-
цедуру. И перебравшись на второй этаж, быстро перешли
к освоению дубового чуда площадью под пять квадратных
метров. В отличие от Кати, показавшей ему силу спортив-
ного секса, Женя делала все, чтобы именно Алексей по-
чувствовал себя хозяином в постели. Следуя Евгении
Шацкой, она, то в соответствии с правилом 23 сжимала
142
мышцы влагалища, ускоряя процесс совокупления, то в
соответствии с правилом 27 их разжимала, продляя удо-
вольствие. При этом она не забывала вставлять на глубо-
ком выдохе «Ты чудо!», «Боже, как хорошо!» и
сакральное «Такое со мной впервые!». Проснувшись
утром, Алексей понял, что нашел то, к чему стремился, а
отработавшая на все сто проходимка ясно осознала, что
из этого гнезда она никуда уже не выйдет: путь в столицу
был, наконец, открыт! В результате этого прибавления
свора имени Глядовкина, собравшего немаленькую
группу подчиненных, которых, как считал Алексей, он
может иметь, когда и где захочет, приобрела вполне за-
конченный вид. С такой стаей вполне можно было при-
ступать к решающей стадии операции «Лох». Что и было
сделано.

143
VII. Афера

В серый декабрьский день, когда за окном балтийская


зима демонстрирует чудеса разнообразия от проливного
дождя до мокрого противного снега, и состоялась знаме-
нательная встреча быстро набирающего обороты прохо-
димца Глядовкина и начинающего инвестора Овечкина.
Идя по взрыхленной Людмилой и Зюзелько почве, Алек-
сей начал посадку семян, призванных уже вскоре дать зо-
лотые плоды. Никогда не говоривший правду Глядовкин
давно рассматривал жизнь как поле Страны Дураков, где
давая по минимуму можно брать по максимуму. Недаром
его любимая присказка была: «За что люблю Россию –
мать? За то, что можно в ней всё брать!». Вдохновленный
близким получением денег, натянув на себя очередную
маску – «юного энтузиаста», Алексей начал излагать
перед Дмитрием Сергеевичем и рисовать вдохновенные
полотна будущих побед. Все было ярко и логично. Да и
сам Овечкин, видевший стройку, не сомневался в возмож-
ности успеха. Еще раз посмотрев все документы, не остав-
лявшие сомнений, что перед ним владелец и
единственный хозяин ООО «Орликом», попавший под
обаяние молодого задора и энергии инвестор легко согла-
сился на вхождение в проект. А еще через несколько дней,
накануне Нового года, передал махинатору треть мил-
лиона евро, честно заработанных за 20 лет на «стройках
века», и даже задекларированных, в отличие от многих
144
бизнесменов, в налоговой инспекции.
Охреневший от такого счастья Алексей, кинув по долж-
ному куску своей своре и захватив переехавшую к нему
на ПМЖ Женьку, «для снятия стресса» отправился отды-
хать на Маврикий. «Вот это – жизнь! А остальное – бляд-
ство!», – думала сладкая парочка, катаясь на вертолете
вдоль фантастически красивого побережья. Быстро опе-
рившаяся проститутка и постепенно входивший в силу
махинатор действительно нашли друг друга. Они не раз
ловили себя на мысли, что их подходы к жизни совпа-
дают, а идеи по извлечению незаработанной прибыли пре-
красно дополняют друг друга. Расслабленный гармонией
сытого бытия Алексей и не заметил, как Женечка, имев-
шая богатый опыт по части сокращения мужских капита-
лов, придала новый смысл известной среди ночных
тружениц формуле «засос-отсос». Теперь она отсасывала
не столько то, что ей изрядно надоело, сколько то, что
очень любила – драгоценности и деньги. Поэтому к воз-
вращению с острова на ней красовались симпатичные ко-
лечки, браслеты и замечательное бриллиантовое колье
стоимостью 50 000 евро. «Совсем как у Волочковой,
только получше!», – говорила Евгения в Кёниге, выпав-
шим в осадок от зависти таким же, как она, псевдомоде-
лям.
Январские праздники пролетели как всегда быстро, за-
кончившись крещенской купелью. Уставшая от пьянки и
безденежья Россия постепенно выходила на работу. И
прилетевшие с отдыха Алексей и Женя занялись люби-
мым делом: он – получением незаработанных денег, а она
– их умелым перераспределением в собственных интере-
сах… Разведка боем показала, что у Дмитрия Сергеевича
145
Овечкина и без Глядовкина хватает проблем. Доверив-
шись после развода со второй женой новой пассии, он ока-
зался опять жестоко обманут. Наконец, изрядно попив
крови и выгребя все, что только вошло в 600-ый «Мерсе-
дес», она отбыла в сторону предшествующего любовника.
В принципе, в этом не было ничего удивительного: она
действовала, как и многие калининградки ее поколения.
Понятие «любовь» им было неведомо, а секс они считали
работой, за которую мужик должен платить, и чем
больше, тем лучше! Устроив после очередного мужа или
любовника техническую передышку, они перебирались в
постель следующего благодетеля. В результате чего в Ка-
лининграде даже появилась расхожая среди мужской
части населения фраза «Мы все здесь под одним одеялом
спим!»…Словом, у Глядовкина, оставшегося без должного
контроля, появилось достаточно времени для дальнейшей
разводки попавших в его сети партнеров.
Поскольку наличка, полученная от Овечкина и Мор-
ковкина, не без помощи жадной до денег Женечки быстро
таяла, Алексей обратил внимание в сторону совместной с
Дмитрием Сергеевичем инвестиционной компании «Гео-
росс». Именно через нее в виде беспроцентных займов по-
ступали деньги на стройку, которые Глядовкин
втихомолку от наивного инвестора воровал, предполагая
отдать долги Морковкину-младшему и литовцам. Для
проведения новой операции, призванной ускорить про-
цесс личного обогащения, хитроумный аферист зареги-
стрировал новую фирму ЗАО «Группа компаний
«Георосс». Получив на нее документы, Глядовкин в тот
же день встретился с Морковкиным. Он мягко предложил
ему переоформить договор своего личного займа на ООО

146
«Георосс», зарегистрированное, по его словам, «специ-
ально для инвестиций в «Солнечную Поляну». Обороты
через это ООО шли хорошие, поэтому Виталий Алексе-
евич возражать не стал. Доводить информацию о том, что
половиной этой компании с момента вхождения в проект
владеет Овечкин, и тем более, что деньги идут в форме
займов, Глядовкин не стал. В результате той же догово-
ренности, вместо Морковкина заимодавцами стали его
компании. Без остановки расхваливая проект, под кофе и
хороший коньячок, любителем которого был Виталий
Алексеевич, Глядовкин, не отходя от кассы, приступил ко
второму этапу задуманного. Он предложил с обожанием
смотревшему на него местному олигарху «еще более вы-
годную финансовую операцию».
– Уважаемый Виталий Алексеевич! Я понимаю, что
для вашего огромного холдинга наш с вами строительный
проект – это песчинка, – начал Алексей. – Тем не менее,
есть варианты, как повысить его доходность для вас. Я
уверен, что мы формируем сотрудничество, особенно с
учетом моих московских и питерских возможностей, на-
долго. Поэтому, если не возражаете, я детально прорисую
схему действий.
– Алексей, с радостью приму любые взаимовыгодные
предложения, – сказал разомлевший от коньяка и теплого
общения обычно сухой в отношениях с людьми предпри-
ниматель.
– Итак, дорогой Виталий Алексеевич, – по-домашнему
тепло обратился к начавшему плыть Морковкину Глядов-
кин. – Ряд ваших компаний дают заем ЗАО «ГК «Гео-
росс» в сумме 37 миллионов рублей. То, в свою очередь,
дает в том же размере заем ООО «Георосс». А уже оно
147
возвращает другим вашим компаниям указанные сред-
ства, полученные ранее мною, но переоформленные как
долг перед ними, ООО «Георосс». В результате этой про-
стенькой для вас операции вы спасаете от налогов часть
прибыли! И можно было бы на этом остановиться, и, воз-
вратив взятые мной деньги, завершить совместные дела!
– Алексей, как хороший артист, сделал необходимую
паузу. – Но я хотел бы вам предложить более выгодный
вариант.
Разглядывавший исподтишка Алексея Морковкин бы-
стро встряхнулся. Несмотря на все свои особенности, свя-
занные с детдомовским бытием, он тоже, как и Глядовкин,
больше всего любил деньги. И у него тоже была мечта.
Продав бизнес, купить когда-нибудь остров в Адриатике,
где у одного его близко знакомого журналиста уже давно
была приличная вилла и белоснежная яхта. Да и глядя на
местного губернатора Георгия Валентиновича Бооса, ле-
тавшего в Монако на личном самолете и державшего на
Средиземноморье огромную суперсовременную яхту, Ви-
талию Алексеевичу хотелось так же организовать и свою
жизнь. Поэтому предложения, позволявшие приблизить
это счастье, он воспринимал с самым живым интересом.
– А не стать ли вам, наш дорогой Виталий Алексеевич,
хозяином или хотя бы совладельцем ЗАО «Группа ком-
паний «Георосс». Ведь в этом случае, имеющий перед
ЗАО задолженность ООО «Георосс», в силу инвести-
ционного договора между ООО «Георосс» и застройщи-
ком «Солнечной Поляны» вынужден будет
рассчитываться с вами правами на строящиеся квартиры.
Мы можем это сделать по тысяче евро за квадрат, в то
время как реализация через год планируется на уровне не
148
ниже двух тысяч! Оформить это – дело техники.
Охочий до быстрых денег, Виталий Алексеевич не
видел смысла отказываться от подобного предложения. В
итоге дружеских посиделок, закончившихся за полночь,
Морковкин-младший подписал и эти, заранее подготов-
ленные Алексеем документы. А ушлый Глядовкин полу-
чил в собственность 37 миллионов рублей, из которых, за
вычетом затрат на отсыпку площадки и оплаты сотрудни-
ков, 30 миллионов стали его чистой, никем не учтенной
прибылью. Да еще в любимом наличном виде!
Единственной ошибкой, которую допустил прохиндей,
было то, что о случившемся рассказал Женьке. Опытная
в разводках девица, умело сочетая демонстрацию предан-
ности с бурным и довольно фантазийным сексом, в тече-
ние нескольких дней подготовила почву для
выколачивания себе нового блага. Со ссылкой на возмож-
ную после Маврикия беременность, что сопровождалось
соответствующими ситуации слезами и забегами между
столом и туалетом, она все-таки получила, что хотела.
Вскоре, нагоняя тоску на таких же, как она, блядей,
Женька летала между популярными в Кёниге SPA-сало-
нами и бутиками, демонстрируя новый кабриолет БМВ
стоимостью «пять миллионов сто семьдесят восемь тысяч
рублей». Она любила медленно произносить эту цифру,
наблюдая состояние шока, в которое впадали богатенькие
матрешки калининградского бомонда. Это доставляло ей
невообразимый кайф, несопоставимый ни с каким по-
стельным оргазмом.
В это время деньги, в форме займов для строительства,
продолжали поступать на ООО «Георосс»: сформировав
небольшой пул инвесторов из друзей и взяв кредит в род-
149
ном банке, Овечкин полностью выполнял взятые на себя
обязательства. Что касается Алексея, то он, пользуясь
контролем над «Геороссом» и генеральным подрядчиком,
методично продолжал выводить и обналичивать посту-
павшие с объекта ресурсы. Правда, при этом ему хватало
ума обеспечивать минимальные закупки стройматериа-
лов и оплату труда сотрудникам, создавая хотя бы види-
мость успешного строительства жилого комплекса. Но
чем больше становилась собранная Алексеем сумма, тем
меньше хотелось отдавать ее литовцам. Тем более что
рынок недвижимости продолжал стремительно расти,
создавая уверенность в том, что жилье в хорошем месте
всегда уйдет за высокую цену. Темпы его роста были та-
ковы, что начинало казаться, что, сколько бы не было
украдено с объекта, реализация оставшихся готовых квар-
тир скроет любые издержки.
Как и все жулики его поколения, Алексей предпочитал
живые деньги «сегодня и сейчас!». «Стариков» типа
Овечкина он мог терпеть, пока они давали деньги. Ненуж-
ных и бесполезных лично для него людей он презирал, а
бедных вообще считал придурками, говоря: «Все равно те-
рять нечего, пошли бы – ограбили кого! А то сидят, ноют,
уроды!». Его образ мыслей был основан на своеобразном
опыте, полученном в первое постсоветское десятилетие.
Великий обман приватизаторов, циничный захват груп-
пой чиновников через беззалоговые аукционы сырьевого
богатства страны, беспредел рэкетиров и последующая ле-
гализация преступного мира: вот что Глядовкин наблю-
дал с десяти до восемнадцати. Получив некий жизненный
опыт, он понял, что именно те, кто меньше всего соблюдал
закон, поднялись выше всех. Они первыми осознали, что

150
с деньгами, неважно откуда и у кого взятыми, если не
лезть в политику, можно откупиться от какого угодно
преследования. Поэтому, чем больше украденных денег
набивалось у Глядовкина по сусекам, тем больше росла
уверенность нувориша, что в продажной стране с такими
деньгами ему ничто не угрожает.
По мере приближения ко дню окончательного расчета
с литовцами, Алексею все невыносимее представлялась
мысль о прощании с такой кругленькой суммой. Верный
Артур, видя муки хозяина и, в принципе догадываясь об
их происхождении, предложил самый простой вариант.
– Алексей Игоревич, может, их дешевле грохнуть, чем
так мучаться. Вон ведь нашего Сашу-литовца завалили в
Литве. И что? Ни литовца, ни убийц. Тишина. Да и кто о
нем помнит? Вдова да несколько друзей…
– Так, не будем упрощать, – прервал его Алексей. – Мы
имеем дело с серьезными людьми. У них свои завязки с
ментами, и здесь, и в Москве. Дернуться не успеем, как
повяжут. Тем более, что настоящие документы еще не
подписаны, а после подписания рыпаться будет поздно.
Действовать будем в рамках закона. Пока. А там посмот-
рим.
Поразмыслив, взвесив все «за» и «против», Алексей
решил пойти по похожему с Морковкиным варианту. Гля-
довкин, еще в Москве блестяще доказавший свое умение
создавать показуху, приступил к строительству новой по-
темкинской деревни с особой тщательностью. Поэтому
встретиться литовцам было предложено не где-то, а
прямо на стройке. Ко дню встречи ни шатко ни валко шед-
шее строительство совершенно преобразилось. Был под-
новлен забор, установлена проходная со шлагбаумом,
151
прекрасно оформлен штабной вагончик. И хотя у ООО
«Орликом» разрешения на строительство еще не было,
авторитетный Зюзелько договорился с мэрией на забивку
свай в рамках постановления на подготовку площадки.
Причем для пущего эффекта уговорили две привлечен-
ные компании стартануть сразу на четырех фундаментах.
Огромными усилиями, с матом и мордобоем, Олег Вла-
димирович обеспечил поставленную задачу. И когда в
районе одиннадцати часов дня литовские бизнесмены
оказались на месте застройки, они были потрясены. Все
кипело и двигалось. Въезжали и выезжали длинномеры
со сваями, гудели буронабивные установки, а от ударов
копров сотрясались соседние дома. Среди этого фантасти-
ческого зрелища мелькала группа белых начальственных
касок, ведомых Алексеем. Все говорило о том, что с таким
партнером заработать деньги можно. Одновременно к во-
ротам то и дело подъезжали довольно приличные ма-
шины: люди подходили к охране, что-то обсуждали,
смотрели рекламные щиты.
– А что это за народ у ворот толчется? – спросил подо-
шедшего Алексея старший из приехавших.
– Это клиенты наши потенциальные. Увидели, что
стройка развернулась, ну и двинулись продавцов искать,
– авторитетно заявил Алексей, прекрасно зная, что у
ворот крутятся специально проинструктированные люди.
– Сейчас в центре, кроме нас, никто ничего хорошего и не
строит. Уже сейчас по две штуки евро предлагают.
– Алексей Игоревич, а забронировать трёшечку
можно? – спросила подошедшая к руководству женщина.
– Я тут живу рядом. Площадей не хватает, а уезжать не
хочется. Спасибо, что вы стройку начали.
152
– Да ради Бога, вот мой телефон. Звоните в любое
время. Все решим, – быстро ответил Алексей. И уже об-
ращаясь к литовцам, добавил. – Видите, как народ пошел.
Надо определяться по цене, но думаю, что действительно
ниже двух тысяч евро продавать не будем!
Алексей с гостями прошел в вагончик, где скромно, но
со вкусом был накрыт сытный чайный стол и радостно пу-
зырился настоящий русский самовар. Стены были укра-
шены прекрасно выполненными эскизами комплекса и
метровыми графиками строительно-монтажных работ.
Все буквально светилось деловитостью и ожиданием
предстоящего богатства.
– Не буду скрывать, коллеги, – начал Алексей. – Я тут
с одной дилеммой столкнулся. С одной стороны, народ на
стройку толпами идет. И чем быстрее строишь, тем поку-
пателей больше и цена растет быстрее. Приходится са-
мому вкладываться, форсируя строительство. Но пока
разрешения нет, вроде законно и долевку собирать нельзя.
С другой стороны – притормози мы стройку из-за отсут-
ствия денег и всё вообще станет мертво. Поэтому у меня
есть для вас суперпредложение, позволяющее вместо двух
миллионов евро уже в следующем году заработать четыре.
Предлагаю две тысячи метров жилья оформить по штуке
за квадрат. Тогда я смогу сохранить темп строительства,
а вы –удвоить свой капитал.
Повозмущавшись для порядка над изменением правил
игры и настояв, чтобы десять процентов от суммы все-
таки были возвращены наличкой, необходимой для мест-
ных нужд, бывшие хозяева фирмы завершили её продажу
Глядовкину.
Оформив вместе с Алексеем разрешение на строитель-
153
ство, они добились, чтобы тот по каждой оплаченной ими
квартире выписал приходный кассовый ордер, поставил
свою подпись и печать фирмы. Забрав свою часть налички
и документы на восемнадцать квартир, но оставив при
этом счастливому Алексею 1,8 миллиона евро, литовцы
отбыли по своим делам. А Алексей еще долго сидел в кап-
тёрке строителей, размышляя об особенностях россий-
ского жития-бытия. Вновь и вновь пересчитывая в уме и
на бумаге деньги, он ясно осознал, что всего лишь через
два года после армии, в свои 27 лет он стал настоящим
долларовым мультимиллионером. Что-то новое стало бы-
стро расти в нем: «Я действительно не такой, как все!
Люди умные, сильные, много видевшие готовы сами доб-
ровольно расставаться со своими деньгами! Значит, я на
верном пути! Главное не останавливаться: брать, брать и
брать! С такими деньгами я смогу купить любого чинов-
ника, мента, судью и прокурора! Теперь я не подвластен
человеческому суду и праву! Я выше этого быдла, я над
ним!». Только стук в дверь обеспокоенных долгим отсут-
ствием хозяина соратников остановил ход мыслей. Но
стремительно выросшее в нем и наполнившее сознание
новыми ощущениями чувство вседозволенности оста-
лось: «Меня, великого Глядовкина, никто и ничто не оста-
новит!».
Но действительность была сложнее. Неожиданно при-
шедший в себя к концу апреля Овечкин потребовал от
Глядовкина отчета, что немыслимо разозлило привык-
шего к собственному величию афериста. Но Дмитрий
Сергеевич настаивал на официальном оформлении своей
доли в компании-застройщике и финансовом отчете. Ко-
нечно, огромное желание избавиться от вредного «стари-

154
кашки» у Алексея было, но слишком велик был авторитет
обираемого на тот момент, чтобы можно было его кинуть
безнаказанно. Под страхом неизбежного разоблачения
Алексей подписал официальные документы о вхождении
Дмитрия Сергеевича в компанию-застройщик. Глядов-
кин, конечно, понимал, что заманил Овечкина в проект
чисто мошенническими действиями и что обобрал его по
полной, выведя большую часть его денег себе в карман и
присвоив почти три миллиона евро за проданные наперед
литовцам и Морковкину квартиры. Однако остановиться
наглеющий мошенник уже не мог.
Являясь одновременно генеральным директором ООО
«Орликом» и ООО «Георосс», обладая контрольным па-
кетом генерального подрядчика ООО «Пластикон», Гля-
довкин выработал замечательную схему. Входившие на
стройку от Дмитрия Сергеевича деньги, поступая через
заказчика-застройщика генеральному подрядчику, обна-
личивались проверенным субподрядчиком и уже вновь
заводились через ЗАО «ГК «Георосс» как собственные
инвестиции Глядовкина. При этом, естественно, стои-
мость работ завышалась, демонстрируя высочайшие
темпы освоения капитала при скромных достижениях.
Объяснять происходящее непредвиденными расходами
на сети, удорожание материалов становилось все труднее.
Тем более, что сняв с объекта всю возможную прибыль,
Алексей быстро терял к объекту интерес. Понимая, что
чем быстрее стройка подойдет к концу, тем больше выле-
зет проблем, он решил сделать нестандартный ход: не-
сколько опасный с точки зрения контроля управления, но
безукоризненный с точки зрения возможности ухода от
ответственности. Особенно при неблагоприятном разви-

155
тии событий, когда мог возникнуть вопрос об украденных
миллионах.
Тщательно взвесив ситуацию и хорошо понимая, что
именно он сам полностью управляет сотрудниками всех
компаний, участвующих в строительстве, Алексей пред-
ложил Дмитрию Сергеевичу занять, по совместительству
с основной работой, пост исполнительного директора
ООО «Орликом», отвечающего за реализацию строяще-
гося жилья. Глядовкин обставил ситуацию с присущим
ему артистизмом. Объявив это решение высшим актом
доверия старшему коллеге, юный проходимец передал
Овечкину и права, связанные с продажей жилья, получе-
нием и сохранением денег дольщиков. И более того, со-
гласовал право второй подписи в банке, забрав его у
главного бухгалтера. Внешне все выглядело красиво, хотя
ловушка была расставлена профессионально. Особая
роль в этом отводилась главному бухгалтеру Ольге Алек-
сандровне Пельмешкиной. Она была, несмотря на свой
вид «божьего одуванчика», отъявленной мошенницей,
способной на любое, самое ужасное действие, если его
можно было списать на другого. Обобрав несколько пред-
приятий и умело подставив их начальников на серьезные
деньги, Пельмешкина искренне обрадовалась, натолкнув-
шись на милого мальчика, создававшего свой бизнес в Ка-
лининграде. Ее особенно привлекли в Алексее две
особенности: «лицо доброго юноши», которое Глядовкин
любил носить на этапе знакомства, и реальные деньги, ко-
торыми он располагал в больших, по калининградским
меркам, размерах. Мелкая воровка даже не поняла, куда
она попала, пока не была профессионально схвачена за
руку на элементарном хищении корпоративных денег.

156
Алексей с помощью Артура заактировал все, оставив, тем
не менее «божьего одуванчика» на своем месте.
– Запомните, Ольга Александровна, тырить у своих –
это грех, а у чужих – бизнес! Песню слышали «Владимир-
ский централ»? Нет? Послушайте! Если только дернитесь
что-то сделать не по-моему, на практике узнаете, о чем в
ней поется.
Запугав насмерть «старушку», которой на самом деле
и пятидесяти не было, Глядовкин спрятал компромат на
Пельмешкину в личный сейф, а она стала его сильным на-
дежным инструментом в финансовых разборках с клиен-
тами и партнерами. Заканчивая воспитательный процесс,
но не желая подавлять криминальный талант мошен-
ницы, Алексей Игоревич предложил Ольге Алексан-
дровне вполне приемлемый вариант.
– Ольга Александровна! Перестаньте искать топор под
лавкой: у своих брать не дадим! А вот если вы отработаете
ряд схем, как это сделать с чужими ресурсами, гаранти-
рую, что никто вам башку не проломит. А наоборот, бу-
дете все в шоколаде. О процентах мы всегда договоримся.
Такой расклад «божьего одуванчика» сильно обрадо-
вал. Спрятавшись за спиной начальника, она получила
уникальный шанс заниматься мелким жульничеством
вполне официально. Сказать, что она его за это любила,
было бы смешно. Она относилась к Алексею, как в тюрьме
относятся к надзирателю: ненавидят, но лебезят ради мел-
ких благ.
С появлением в фирме «чужого», как сказал ей Алексей
Игоревич, у Ольги Александровны появились и новые
возможности. Понимая, что ей надо методично формиро-
вать компромат на опасного партнера шефа, она, как
157
опытный бухгалтер, не могла не сделать вывод об откры-
вающихся финансовых перспективах для себя. Выводить
деньги с фирмы незаметно для ее руководства было лю-
бимым занятием жуликоватого бухгалтера, а в условиях,
когда еще и списать было на кого, это дело становилось
увлекательным и довольно прибыльным развлечением.
Поэтому она изначально так рассказала Дмитрию Серге-
евичу об особенностях работы со средствами дольщиков,
что необходимые с его стороны ошибки были гарантиро-
ваны. Ловушка захлопнулась!
Будучи уверен, что Глядовкин изо всех сил занимается
самой стройкой, Дмитрий Сергеевич с энергией засто-
явшегося профессионала взялся за организацию сбыта
строящегося жилья. Тем более что это помогало увеличи-
вать и объемные показатели банка, в котором он трудился.
Быстро соединив разнообразные сведения о районе за-
стройки с информацией о технологии строительства жи-
лого комплекса, он в кратчайший срок запустил в печать
целую серию рекламных материалов. Интересная, содер-
жательная реклама быстро привлекла поток покупателей
и инвесторов, вошедших в долевое строительство. Дей-
ствуя в строгом соответствии с указаниями Ольги Алек-
сандровны, Дмитрий Сергеевич принимал покупателей,
а иногда и деньги, которые ряд из них, не очень доверяя
малоизвестному и редко бывающему в офисе мальчику из
Москвы, передавали в кассу предприятия именно через
Овечкина. Поступившие подобным образом деньги Ольга
Александровна оформляла различными, только ей из-
вестными, путями, раскладывая так по различным
статьям, что даже опытный специалист не всегда мог по-
нять, о чем идет речь.

158
По заданию Глядовкина, организовавшего ведение ос-
новного бухгалтерского учета на сервере в Англии, Пель-
мешкина сформировала сразу несколько вариантов
бухгалтерии, которые в зависимости от ситуации исполь-
зовались для внутреннего и внешнего учета. При этом ни
она, ни Глядовкин не стеснялись заглядывать в кассу
предприятия. Взяв деньги дольщиков, Алексей обычно
бросал фразу: «Оформите должным образом, но так,
чтобы я не возвращался к этой теме». Поскольку бросать
эту фразу Ольге Александровне было некому, то она сама
поступала также, аккуратно «пакуя» изъятые деньги в за-
тратах шефа и фирмы. Хуже того, уничтожая, или выда-
вая не вовремя необходимые документы Дмитрию
Сергеевичу, она методично делала его должником банды.
Конечно, при очных ставках свидетелей такие детали
могли легко выявиться, а на суде стать основанием серь-
езного обвинения. Но опытная мошенница была уверена,
что нахапавший миллионы евро Глядовкин всегда сам от-
купится от любых наездов силовиков и ее не даст в обиду.
В то время как Овечкин раскручивал маховик реализа-
ции, Алексей продолжал раскручивать Морковкина-
младшего. Став совладельцем ЗАО «Группа компаний
«Георосс», тот думал, что финансирует строительство, в
то время как его деньги по отработанной схеме пройдя
через организации Алексея, оседали в карманах мошен-
ника. Тем не менее, не дошедшие до стройки миллионы
продолжали создавать искусственную задолженность
ООО «Орликом» и «Георосс» перед ЗАО, увеличивая
личную долю Морковкина в правах на жилье комплекса.
Фактически единственным реальным источником, более
или менее регулярно доходившим до стройки, оставались

159
деньги привлеченных Овечкиным покупателей. Огром-
ными усилиями команды Зюзелько, осознававшего всю
опасность для себя творимого бандой Глядовкина беспре-
дела, к поздней осени 2007 года удалось по всем домам
выйти на уровень вторых-третьих этажей. Это уже позво-
ляло обратиться к банкам за кредитом. Строители хорошо
понимали, что при таких темпах растаскивания квартир-
ного ресурса Алексеем и его жуликоватой кодлой вести
стройку будет не на что. Только банковское кредитование,
с его более или менее серьезным контролем, могло спасти
проект от краха.
Самое трудное заключалось в том, чтобы убедить в
этом Алексея. Привыкший к полной бесконтрольности,
уверенный, что и дальше покупатели, клюнувшие на хо-
рошую рекламу и имя Овечкина, будут нести дешевые
деньги, Глядовкин и слышать не хотел о кредите. Тем не
менее, очередной раз тусуясь с подружившимся с ним
Морковкиным, он все-таки спросил Виталия Алексеевича
о банках, выдающих кредиты на строительство. Неожи-
данно выяснилось, что Морковкин-младший тесно рабо-
тает с «Москазахбанком», постоянно держа там большой
депозит и поддерживая неформальные отношения с
управляющим его филиалом Николаенко. Как только Ви-
талий Алексеевич назвал фамилию руководителя кали-
нинградского подразделения, Глядовкин мгновенно
вспомнил так понравившегося ему длинноволосого бан-
кира.
В этой связи на разведку в банк был отправлен знав-
ший всех и вся в городе Зюзелько и его опытный финан-
совый директор. Им удалось быстро выяснить, что
обладая мало контролируемыми из Казахстана ресур-
160
сами, московский банк довольно легко дает деньги под
крупные проекты, но договариваться, как правило, надо
не в Калининграде, а лично с первым лицом в Москве. О
том, что решать вопрос необходимо, Алексей оконча-
тельно понял к октябрю-ноябрю 2007 года. Не дошедшие
до стройки 150 миллионов рублей требовали немедлен-
ного и еще более масштабного источника, способного в за-
вышенном объеме строительных работ скрыть гигантский
вывод денег. Их явная недостача все сильнее сказывалась
на темпах стройки, вызывая растущую подозрительность
Дмитрия Сергеевича и тревогу наиболее продвинутых
дольщиков. Обсудив тему со своими и отдельно с Овеч-
киным, Алексей через авторитетного Морковкина быстро
договорился о встрече с председателем Правления банка
Голдманом непосредственно в головном офисе.
Надо сказать, что быстро разбогатевшего Глядовкина
особо в Москву и не тянуло. Бывшая подруга Ирочка
стала женой своевременно поддержанного им Андрея.
Встав после отъезда Алексея во главе представительства,
тот быстро раскручивал создание сети мини-заводов по-
ближе к сырьевой базе. По слухам, именно ему правление
корпорации «Эльменштальк» и планировало передать
управление дочерней компанией, создаваемой на этой ос-
нове. Деньги от Романа Михайловича, командовавшего
подмосковным заводом, продолжали неизменно посту-
пать на зарубежный счет Глядовкина. Однако неменяю-
щийся размер суммы свидетельствовал о том, что она уже
не является частью прибыли, а скорее служит свидетель-
ством выполняемых Фишманом обязательств. Глядов-
кину, конечно, хотелось пройтись по местам своей боевой
славы, но садившаяся ему на хвост Женечка вполне могла

161
обломать кайф своим присутствием. Тем более что его
сильно раздражали ее растущие запросы и затраты. Как-
то в офисе, изрядно приняв на грудь, Алексей показал Ар-
туру с Олегом расчет, в котором он попытался методом
простого сравнения выявить, что выгоднее: давать Же-
нечке деньги на расходы или пользоваться проститут-
ками. Оказалось, что последний вариант намного
выгоднее.
Тем не менее, лететь в Москву надо было. Поэтому,
оставив Женьку на хозяйстве, и хорошо затарившись на-
личкой, Алексей первым рейсом следующего дня вылетел
в столицу.

162
IX. Банда

В «Москазахбанке» Глядовкина встретили на удивле-


ние приветливо и достаточно быстро провели к председа-
телю правления. По сравнению с Алексеем, его тезка
Голдман выглядел неоперившимся птенцом. Лишь огром-
ный кабинет и подвижное хитроватое лицо совсем моло-
дого председателя правления банка свидетельствовали,
что перед Алексеем находится никто иной как первое
лицо большого финансового учреждения страны. Разго-
вор был предельно краток.
– О вас, Алексей, нам в принципе известно все. Как за-
емщик, по формальным признакам вы нам подходите, а
как москвич, надеюсь, понимаете, что бесплатный сыр бы-
вает только в мышеловках, – начал с дела Голдман.
– Конечно, тезка, – несколько фамильярно, но вполне
естественно, с учетом ситуации и возраста юного руково-
дителя банка, сказал Алексей. – Сколько?
– Полтора процента налом от общей суммы при по-
ступлении первого транша. За ними заедут. Надеюсь, это
не обременит такую крупную компанию? – продолжил
предправления.
– Конечно, условия вполне приличные, – согласился
Алексей.
– Тогда создаем компанию проектного финансирова-
ния, которая и получит деньги для долевого строитель-
163
ства. Наших 51 процент. Ваших – 49. Директор, конечно,
наш, – изложил условия Голдман.
– У меня есть встречное предложение, – неожиданно
начал уже привыкший к кабинету проходимец. – Вы же
понимаете, всегда удобнее решать вопрос, когда процес-
сом управляет свой и на месте. Поэтому вы назначаете
меня директором компании, а я удваиваю ваши комис-
сионные. Верхушку могу выдать авансом и сейчас. Тем
более, что указания по сделке вы, как я знаю, уже готовы
направить Николаенко в Калининград.
– Ок, – быстро согласился хозяин кабинета со столь
«конкретным» изменением в сложившейся практике. И,
быстро подправив в нужном виде распоряжение в регио-
нальный филиал, отдал секретарю.
Затем два Алексея перешли в так называемую комнату
отдыха, где всегда все было готово для приема дорогих
гостей. На немой вопрос Алексея: «А говорить-то
можно?» последовал незамедлительный, но уже вслух
ответ: «А то нет!? Каждый день с утра СБ чистит!». После
этого уже окончательно успокоившийся Алексей начал
отсчитывать полтора процента от 250 запрошенных мил-
лионов рублей. Конечно, банкир понимал, что подстав-
ляется, но как и многие москвичи, он был убежден, что
«лучше денег могут быть только большие деньги!». Полу-
чая от Алексея деньги, он испытывал даже некоторое удо-
вольствие, что обвел вокруг пальца не давших ему доли в
банке глупых хозяев. Выпив и закусив по маленькой, два
Алексея расставались практически как друзья. Но если
быть точнее, то скорее как подельники.
По победоносному возвращению Алексея домой его
ждала еще одна интересная новость. Хитромудрая
164
Женька, несмотря на немереное количество абортов в
раннем возрасте, наконец забеременела. И перед Алек-
сеем, не раз по пьянке дававшим обещание любовнице же-
ниться, если та родит, встал вопрос о выполнении
обязательства. В принципе, он уже и сам дозрел до такого
решения, но не хватало внешнего толчка. Получив его,
Алексей хотел заняться подготовкой свадьбы, но был во-
время остановлен будущей женой. Опасаясь шумной
свадьбы, при которой могли бы случайно вылезти неко-
торые факты ее богатой биографии, она начала реализа-
цию давно задуманного плана. Прикинувшись
бережливой домохозяйкой и сославшись на ранний ток-
сикоз, Женя уговорила Алексея просто зарегистрировать
брак. А затем, ссылаясь на отсутствие в Калининграде
нормальных специалистов, заявила о необходимости ро-
жать или за рубежом, или в Москве.
Как и многие опытные известной профессии, она пони-
мала, что, находясь в местах своей бурной молодости, она
ходит по минному полю. Неслучайно многие из ее коллег,
нагулявшись на исторической Родине, стремились сва-
лить в дальнее зарубежье, где вероятность встречи с по-
стоянными клиентами практически отсутствовала. Не
освоенная ею Москва вполне могла быть альтернативой
непонятному «заграничью». Верная ученица Шацкой, она
всегда была готова к любому развитию событий, с Алек-
сеем или без! Но сейчас было, безусловно, выгоднее с
Алексеем. Попытки последнего предложить съемную
квартиру были предельно жестко отвергнуты. «Ребенку
нужен воздух, а в московских трущобах только мутанты
и выживают!», – ныла она каждый день, подсовывая
Алексею распечатки о проблемах, вызываемых экологией

165
большого города. В результате выбор Алексея пал на
элитную Барвиху, где вскоре и был приобретен «до-
мишко», сожравший большую часть украденных Глядов-
киным денег. Чтобы не порождать новых завистников, он
был оформлен как аренда с правом выкупа, хотя выкуп и
был полностью оплачен. Это давало право в любой мо-
мент завершить оформление сделки, но пока находиться
в тени, не привлекая внимание ни калининградских, ни
московских силовиков. Грозный облик майора Иванова,
к большому сожалению Алексея, по-прежнему напоминал
о возможных страданиях.
Оформив в конце стремительно шедшего на убыль
2007 года кредит в «Москазахбанке», Глядовкин с Овеч-
киным начали новый этап строительства комплекса «Сол-
нечная Поляна». Конечно, последний был поражен, узнав
о предложении банка назначить представителя минори-
тария директором компании проектного финансирова-
ния. С точки зрения банковского служащего это
выглядело дико. Но, как всегда умеющий повернуть дело
себе на пользу Алексей объяснил это просто: «Мой папа
был тут случайно в Москве, шепнул кому следует, вот они
на цирлах и забегали!». Проработавший полтора десятка
лет в банке, Дмитрий Сергеевич в душе был вынужден со-
гласиться с Алексеем. Он и в страшном сне не мог пред-
ставить себе, что финансовое учреждение, давая заем в
четверть миллиарда рублей компании проектного финан-
сирования, полностью передаст права управления ею са-
мому же заемщику. Еще более Овечкин был поражен,
когда впоследствии узнал, что именно он и является един-
ственно правильно оформленным поручителем за кредит.
С помощью подкупленного Алексеем сотрудника фи-

166
лиала «Москазахбанка» Топоркова его личное поручи-
тельство и соответствующие документы других его струк-
тур были оформлены с такими нарушениями, которые
легко позволяли в суде признать взятые обязательства
ничтожными.
Блестяще завершив все операции и обеспечив себе за-
пасной аэродром в элитном Подмосковье, семья Глядов-
киных радостно встречала наступающий 2008 год. Все
складывалось как нельзя лучше. Стройка, получившая
деньги «Москазахбанка», росла вполне приличными тем-
пами, позволяющими рассчитывать на сдачу объекта
предстоящей осенью. Деньги под руководством Ольги
Александровны Пельмешкиной, привыкавшей к собст-
венному растущему благополучию, умело выводились со
строительства всеми доступными и недоступными сред-
ствами, оседая в карманах быстро богатевших проходим-
цев. Компромат на Дмитрия Сергеевича продолжал
нарабатываться, «на всякий случай», как говорил Алексей
Игоревич. И все бы так и шло, если бы не пришедший, как
всегда неожиданно, экономический кризис. Его первые
признаки явственно проявились летом, заставив притор-
мозить дольщиков. А к осени 2008 года их поток совсем
замедлился. Это, конечно, мало волновало переехавшую
рожать в Москву мадам Глядовкину или ее мужа, давно
выведшего на себя всю ожидаемую прибыль.
Но вот Дмитрия Сергеевича Овечкина ситуация не
могла не взволновать. Понимая, что с возвратом вложен-
ных в проект денег предстоят серьезные проблемы, он по-
пробовал сам разобраться в сложившейся ситуации. Все
лето и осень 2008 года прошли в поисках ответа на сокро-
венный вопрос: «Где деньги, Зин?». Отправляя свои и за-
167
емные суммы с личного счета в инвестиционную компа-
нию, он лишь частично смог выявить их судьбу. В это
время Глядовкин, понимая, что тайна воровства миллио-
нов вот-вот вскроется, занялся обработкой Виталия Алек-
сеевича Морковкина. Обладая гипнотической силой
воздействия на последнего, он попросил его об официаль-
ном вхождении в успешно развивающийся проект в каче-
стве совладельца вместо надоевшего, обобранного, а
значит и бесполезного Дмитрия Сергеевича. Уговорить
последнего о выходе из ООО «Орликом» и «Георосс»
было нетрудно. Но нарывший ряд серьезных документов
Овечкин потребовал гарантийных обязательств. Курси-
руя между двумя инвесторами, Глядовкин мучительно
решал вопрос о том, как же обобрать обоих.
Решение пришло само собой. Состроив рожу «унижен-
ного и оскорбленного», слегка растерев глаза, чтобы при-
дать им подобающий ситуации вид, Алексей помчался к
Дмитрию Сергеевичу. Тот быстро согласился подписать
требуемые документы о выходе, но только с гарантий-
ными обязательствами. Причем сделать это надо было в
присутствии двух свидетелей и в соответствующей юри-
дической форме. Алексей, изображая страдания по по-
воду недоверия, тем не менее пошел на соглашение,
настояв одновременно на передаче компаний, закреплен-
ных за Овечкиным, для последующего выкупа площадей.
Тот согласился с предложением Алексея при условии уве-
личения размера гарантийных обязательств. Торже-
ственно подписав документы, Глядовкин пулей полетел к
Морковкину, чтобы оформить закрытие израсходован-
ных им денег высвобожденными от Овечкина кварти-
рами. Сами деньги, несколько раз прокрученные через

168
стройку, давно лежали у него в депозитной ячейке одного
из банков. Хранить их на счету опытный аферист уже бо-
ялся.
Что касается обязательств перед Овечкиным, то даже
мысли выполнить их у Глядовкина не возникло. Через не-
сколько дней, когда выяснилось, что никаких движений
по счету не проходит, Дмитрий Сергеевич потребовал от
проходимца ответа о причинах задержки. Тот, будучи хо-
рошо оснащен жуликоватой Пельмешкиной специально
подобранными документами, стал доказывать, что по
вине Дмитрия Сергеевича всё и срывается. И что именно
он – честный Глядовкин, отстаивая интересы дольщиков,
борется за завершение строительства. На свет опять вы-
таскивались документы ЗАО «Группа компаний «Гео-
росс», показывающие, что только она и инвестирует в
строительство. По бумагам все выглядело по-глядовкин-
ски гладко, в то время как именно деньги Овечкина, мно-
гократно прокрученные аферистами, и создавали
иллюзию их собственного участия в финансировании
«Солнечной Поляны». При этом, именно в силу много-
кратной прокрутки, как бы ни старался Дмитрий Серге-
евич поддержать строительство, он отставал от
инвестиций, якобы входивших от «ГК «Георосс». В ре-
зультате давно «освоив» по восемьсот евро на квадратный
метр, генеральный подрядчик заявлял о необходимости
дофинансирования еще по 200 евро на каждый квадрат. В
конец загнанная великим махинатором, стройка летом
2009-го окончательно забуксовала и встала.
Понимая, что время ответных действий дольщиков и
озлобленного откровенным воровством Овечкина при-
ближается, оставив все-таки родившую сына Женю в бар-
169
вихинском дворце, Глядовкин начал заниматься строи-
тельством оборонительных сооружений своего преступ-
ного холдинга. Конечно, проще всего было набрать
бандитов и убрать ненужных свидетелей его «подвигов».
Но тогда, и это понимал окончательно повзрослевший ма-
хинатор, всплывет старое московское дело с ужасающим
ликом майора Иванова. Алексей свой лимит уголовных
преступлений уже выбрал. Да и свалить быстро из Кёнига
стало труднее. Если раньше и был шанс выезда за гра-
ницу, то в последнее время использовать его в Евросоюзе
стало невозможно. Немецкая полиция обнаружила не-
сколько операций по уходу от налогов фирмы Алексея,
зарегистрированной в Германии. В сочетании с запоздало
организованным немцами дополнительным расследова-
нием обстоятельств гибели Шталька становилось ясно,
что «деятельность господина Глядовкина Алексея, извест-
ного как «Потсдамский мальчик» или «Алекс», нуждается
в тщательной проверке соответствующих служб Интер-
пола». Быстро осложнялась ситуация и в самом Калинин-
граде. Недовольство дольщиков возрастало. Для борьбы
с ними нужны были другие люди. Настало время расши-
рения своры.
Хорошо осознавая силу «человека с ружьем», Глядов-
кин обратил все свои силы на формирование профессио-
нальной преступной группы, способной заткнуть рот
любому «крикуну». С помощью Артура он стал мето-
дично к себе в команду подбирать изгнанных или осуж-
денных сотрудников милиции, прокуратуры и даже
УИНа. Эти озлобленные, не имеющие моральных устоев
люди прекрасно знали, как работают механизмы корруп-
ции в правоохранительных органах, кто и сколько берет.

170
Особенно выделялся среди них бывший работник След-
ственного комитета прокуратуры Вячеслав Викторович
Романьков. Схваченный сотрудниками ФСБ на получе-
нии взятки с поличным, он, благодаря найденным Арту-
ром армянским связям в кассационном суде и заносу
полусотни тысяч зеленых, сумел изменить первоначаль-
ную отсидку на условное отбытие наказания. Именно В.В.
по кличке «Борзой» и возглавил новую команду волков,
призванных прижучить дольщиков «Орликома». Пачху-
нов, не осознавший вовремя ветра перемен, был отправ-
лен руководить московским представительством группы
компаний «Георосс» и сокового завода, а на самом деле за
большие деньги выполнял роль универсального слуги
уставшей от ребенка и бесившейся от жиру Женечки.
Став генеральным директором ООО «Орликом»,
условно осужденный Романьков предложил Алексею ко-
ренным образом изменить тактику действий. Убедившись
в надежности прикрытия в городском управлении УВД,
оговорив возможности и вознаграждение оставшихся со-
ратников в прокуратуре, Вячеслав Викторович начал на-
ступление на дольщиков. Десятки заявлений,
подписанных преступником, полетели в правоохрани-
тельные органы региона. Одних обвиняли в подделке до-
кументов, других – в недоплате, благодаря
уничтоженным Ольгой Александровной документам,
третьих заставляли подписывать новые договоры, оформ-
ленные с незаметными для дилетантов нарушениями, но
делающими их непригодными для судебных разбира-
тельств. Одновременно юридически обоснованные доку-
менты уничтожались, сделав ряд дольщиков
заложниками воли профессионального преступника.

171
По договоренности с райотделом было запущено дело
по хищению неустановленным лицом средств из офиса
«Орликома». Выбивая нужные показания из попавших на
крючок дольщиков, Романьков при помощи стародавних,
но верных Алексею милицейских подружек, сам форми-
ровал дело на Овечкина. Миловидные следачки по его
указке бегали по домам бывших сотрудников Дмитрия
Сергеевича, фабрикуя нужные показания. При этом вся
информация стекалась в руки возглавлявшей службу под-
полковнице, которая творчески перерабатывала доку-
менты, стопками выкидывая те, что не укладывались в
оплаченное мошенниками поручение. Уставшая от
жизни, предпенсионного возраста женщина, понимала,
что совершает должностное преступление. Но росший на
глазах дом, возводимый глядовкинскими строителями,
заставлял прятать подальше неприятные мысли. Одно-
временно в подразделении, из которого Романьков был
изгнан с позором, его бывший подельник, успешно
ускользнувший от оперов ФСБ, готовил операцию по
окончательному устранению Овечкина. Когда кредит до-
верия последнего к словам Алексея о скорой выплате га-
рантийных обязательств и возврате личных долгов
закончился, и он попытался, наконец, действовать, было
уже поздно. Банда Романькова, хорошо финансируемая
украденными у дольщиков и инвестора деньгами, начала
работать на опережение.
Дмитрий Сергеевич, будучи человеком старой закалки,
искренне верил в силу государственной машины, частью
которой сам многие годы являлся. К сожалению, в полной
мере он не смог своевременно оценить масштаб раковой
опухоли коррупции, которая давно выдавила из аппарата

172
управления многих порядочных людей. Если среди руко-
водителей силовых структур еще оставались реально бо-
леющие за дело сотрудники, то в низовом звене уже
преобладали представители нового поколения «Духless»,
мечтавшие взять реванш за пропущенный период первич-
ной приватизации. Кого обирать, им было все равно!
Лишь бы деньги вовремя несли. Сказать, что этого никто
не замечал, было нельзя. По настоянию дуумвирата, пра-
вившего страной, принимались правильные законы, регу-
лярно сажались взяточники, но погрязшее в нищете и
безнравственности общество вновь и вновь массово по-
рождало мздоимцев. В этом отношении самый западный
регион мало чем отличался от других субъектов федера-
ции.
Овечкин, много видевший в этой жизни и много сде-
лавший за треть века для развития Калининградской
области, в первую очередь попытался уговорить Глядов-
кина найти достойное решение для дольщиков. Будучи
приглашен к последнему в офис и неожиданно радушно
принят, он чуть не отправился на тот свет, попив с опыт-
ным в химии преступником кофейку. Наработками этого
рода тот всегда увлекался, особенно после известного про-
кола с ликвидацией немецкого партнера. В результате у
него собрался неплохой набор быстро улетучивавшихся
и легко разлагавшихся ядовитых препаратов, неизвест-
ных криминалистам и неподвластных медикам. Человек,
принявший их, не умирал, но начинал долго и мучительно
болеть, доставляя изуверу искренне наслаждение.
Но это наслаждение было несравнимо с тем, которое
подонок получал, добавляя в напитки и десерт гостей пси-
хотропные вещества. Потерявшие над собой контроль
173
люди записывались скрытыми видеокамерами, после чего
опытные компьютерщики формировали на них компро-
мат. На видео-крючок банды было посажено огромное ко-
личество чиновников, даже высокого уровня. И конечно,
апофеозом работы Алексея были скрытые видеозаписи
реальных и потенциальных получателей взяток. Даже не
взяв денег, но показав в движениях или на словах свое со-
гласие, они становились заложниками самоуверенного
шантажиста. Поставив под контроль ответственных со-
трудников милиции, прокуратуры и даже регионального
Правительства, Глядовкин реально управлял регионом,
хозяином которого он стал себя чувствовать. Вскоре по
обилию шикарных авто, стоящих перед офисом, с ним
конкурировать могла только стоянка Правительства
области на Дмитрия Донского, 1.
Поэтому, чтобы ни делал Овечкин, в какие бы колокола
ни бил, он ударялся о глухоту продажной власти. Как де-
путат региональной Думы, он выступал с заявлениями на
заседаниях, давал интервью в печати, писал десятки за-
явлений в правоохранительные органы, прилагая сотни
документов, подтверждающих факт разворовывания
денег дольщиков. Но в ответ все документы оказывались
у «очень близко» знакомой Глядовкину сотрудницы
РОВД, усиленно штамповавшей под его диктовку отказ-
ные постановления.
Чтобы окончательно добить мастодонта, в жаркий лет-
ний день, когда все первые лица силовых органов разъ-
ехались по отпускам, подконтрольные Романькову
службисты провели операцию устрашения негнущегося
бизнесмена. Записав его в подозреваемые по заказанному
Глядовкиным делу, они организовали обыски и изъятие
174
документов во всех офисах, где работал Дмитрий Серге-
евич. Если в банке ситуацию успела подстраховать
служба безопасности, хотя несколько фальсифицирован-
ных документов и были явно подброшены, то в ходе
обыска в офисе, занимавшимся реализацией, о котором
из сотрудников никто не знал, наоборот, были изъяты и
вскоре уничтожены десятки улик, вскрывающих преступ-
ную деятельность группировки Глядовкина. А многие из
документов уже цитировались им через день. Издеваясь
над Овечкиным, он даже упоминал в посылаемых Дмит-
рию Сергеевичу смс- содержание его личных бумаг, изъя-
тых «честными» ментами в ходе обыска.
Но загнанный в угол ветеран не сдавался. Пройдя путь
от инструктора до секретаря райкома партии, а с 91-го
года занимаясь строительством, имея правительственные
награды и по-прежнему веря в высшую справедливость,
он настойчиво продолжал бороться с подонками. В конце
концов и те, кто знал и верил Дмитрию Сергеевичу, нако-
нец, забеспокоились. Им не нравилось, что молодая
группа хищников постепенно подгребает областную
власть, целенаправленно формируя новое преступное со-
общество и вытесняя проверенное на деле старшее поко-
ление. Распространяемая ОПГ гниль так быстро
поражала региональные силовые структуры, что это стало
опасно для интересов государства. В результате вмеша-
тельства представительства Президента в регионе, пол-
ностью осознавшего опасность кроящих под себя область
преступников, было, наконец, начато объективное рассле-
дование ситуации с хищениями на строительстве «Сол-
нечной Поляны».
Когда взволнованный муж рассказал Глядовкиной о
175
том, что блицкриг в отношении обобранного ими лоха со-
рвался, имеющая богатый криминальный опыт Женечка
предложила Алексею поискать новых союзников в абсо-
лютно другой среде. Она сразу вспомнила своего первого
сутенера Игоря Петровича Трупникова, умело прикры-
вавшегося депутатским мандатом и должностью главного
редактора «Грязных колес».
И вскоре после ее звонка близким знакомым Трупни-
кова Глядовкину была назначена встреча с Игорем Пет-
ровичем в любимом им клубе «Голубой Амстердам».
Надо заметить, что звонка от Блядовкиных, которых
только так и называли в городе за отношение к дольщи-
кам и прошлое лучшей половины криминального дуэта,
давно ждали. Поскольку Овечкин категорически отка-
зался на оплату заказухи в отношении проходимца, все
еще наивно рассчитывая на наличие у последнего хоть
каких-то ростков совести, Трупников мог рассчитывать
только на обратное действо, способное, как он рассчиты-
вал, принести не одну сотню штук любимых евриков. Из-
вестный педераст и извращенец, искренне ненавидевший
и не понимавший нормальных людей, он был готов за
деньги уничтожить любого. Естественно, жертвой его
публикаций становились, как правило, порядочные люди,
поскольку других, с криминальными возможностями, он
обходил за километр. Бывшая проститутка, хоть и нена-
видела мерзавца, в оргиях с которым ей довелось участво-
вать, однако не использовать такой ресурс не могла. В
свою очередь, Глядовкин понимал, к какому монстру на
встречу он собирается. Ему, конечно, было наплевать, что
Игоря Петровича в народе иначе как Шариковым не на-
зывают. А вот в криминальной среде погоняло Гоблин

176
имело некоторый вес. Поэтому он попросил срочно со-
брать всю имеющуюся о Трупникове официальную и со-
всем неофициальную информацию. Прочитанное
настолько потрясло даже такого первостатейного мер-
завца и проходимца как Алексей, что, безусловно, заслу-
живает отдельного рассказа.

177
X. Тварь

Игорь Петрович был редкостной Тварью. Его лысая


рожа с большими ушами и щербатыми зубами давно стала
антибрендом развивающегося региона. Любой серьезный
инвестор, любой нормальный предприниматель, имевший
свое дело в особой экономической зоне в Калининград-
ской области, неизбежно попадал под пресс владельца
«Грязных колес». Умело состряпанная им ложь вызывала
живой интерес уставших от прозы жизни обывателей. На-
блюдавшие разного рода мерзости повседневного бытия,
люди были склонны скорее верить галиматье пишущего
подонка, чем доверять собственным нравственным ори-
ентирам. Опускаясь до чтения бульварного издания, они
неизбежно теряли понимание, где черное, а где белое, все
больше привыкая к ядовитому пойлу.
Обляпывая грязью порядочных людей и всячески при-
украшивая за деньги настоящих мерзавцев – воров, на-
сильников и убийц, Игорь Петрович не только разрушал
традиционные представления о добре и справедливости,
честности и любви. Он строил свой перевернутый мир, в
котором инициативные работающие люди превращались
в изгоев, а настоящие подонки, такие как он сам, станови-
лись хозяевами этой жизни. Чем больше вони испускал
калининградский скунс, тем труднее становилось жить и
работать в этой области нормальным людям. Пропитан-
178
ный трупным смрадом «Грязных колес» воздух Особой
зоны душил все живое и светлое, превращая дерьмоносца
и окружающую его гниль в вершителей судеб и настоя-
щих хозяев этой жизни.
Особое понимание Игорь Петрович находил у коррум-
пированных чиновников города и области. Запуганные
возможным разоблачением «Грязных колес», они высту-
пали покорными исполнителями его воли. Стоило только
мерзавцу состряпать какую-нибудь гадость о нежелаю-
щем заплатить отступного предпринимателе, как к тому
направлялись разного рода проверки, парализующие
любую созидательную деятельность предприятия, разру-
шая и без того хрупкую экономику отделённой части Рос-
сии.
Но это владельца желтого еженедельника не волно-
вало. Кроме евро в собственном кармане, других интере-
сов у него не было. Аккуратно, вкладывая через
подставных лиц деньги в недвижимость на Адриатике, он
давно стал долларовым миллионером и уже ничего, кроме
потери источника своих доходов – «Грязных колес» – не
боялся. Катаясь на собственной яхте по лазурным водам
теплого моря, он откровенно издевался над «придурками-
калининградцами», так и не сумевшими остановить вы-
даивающего их паразита.
Более того, ему доставляло огромное удовольствие на-
блюдать, как, поддавшись его искушению, внешне поря-
дочные люди за небольшую плату, а часто просто из-за
зависти к коллегам и партнерам, «сливали» собранный на
них компромат. Кому-то это помогало подсидеть началь-
ника, кому-то задушить партнера, а кому-то убрать кон-
курента, которого невозможно было победить в честной
179
борьбе. Число новообращенных росло, радуя их «крест-
ного отца».
Таким образом, в Калининградской области, всегда от-
личавшейся от других регионов России, благодаря вла-
дельцу «Грязных колес» был создан уникальный
механизм общественного разложения, в основе которого
лежала перевернутая с ног на голову информационная си-
стема. Конечно, врать все время было нельзя, поэтому в
издании иногда появлялись официальные информацион-
ные сводки или сообщения о действительно имевших
место событиях.
Но главное, безусловно, было другое. Сфабрикованный
компромат, хорошо оплаченный и имеющий огромную
сетку распространения, проникал во все звенья регио-
нального организма, разъедая, как раковая опухоль,
остатки нравственности и духовности, заставляя ожесто-
чаться сердца пострадавших и невинно оскорбленных
людей. Из «российского Гонконга» ОЭЗ – Особая эконо-
мическая зона – медленно, но верно превращалась в ЦУП
– Царство Ушастого Педераста – абсолютно неинтерес-
ное психически здоровому инвестору.
Для любого серьезного предпринимателя наличие над
властью и во власти такого подонка означает полное бес-
силие исполнительной власти и слабость силовиков, не-
способных и самим защититься, и других защитить от
потоков разрушающей нравственность лжи откровенного
преступника и негодяя. Один из губернаторов попробовал
поставить на место регулярно оскорблявшего его мер-
завца, но дело до конца так и не было доведено. Получив-
ший пару раз в морду, уродец героем вернулся из СИЗО,
продолжая поливать всех грязью, кроме, конечно, поимев-
180
шего его руководителя. Более того, еще долгое время
после заключения насмерть напуганный Игорь Петрович
продолжал вылизывать ему одно место, восхищаясь «мас-
штабом личности и профессионализмом регионального
лидера».
Прикрываясь журналистикой, преступник сформиро-
вал беспрецедентную по масштабам и эффективности
криминальную схему рэкета калининградцев.
Если рэкетиры 90-х собирали дань с предпринимателей
«за охрану», нещадно лупя несогласных, и, как правило,
в конце концов попадали в тюрьму или становились оли-
гархами, то наш мерзавец не бил, а убивал и людей, и соз-
данный в муках бизнес. Одни давали деньги и
становились, как и сам Гоблин, опущенными, а другие
оболганные, оскорбленные – умирали от инфарктов и ин-
сультов, не выдержав издевательств и унижений подонка.
Он никогда не переживал о случившемся, жалея лишь о
недополученном доходе: «Вот скотина! Дал бы денег и
жил спокойно! На нет и суда нет! Туда ему и дорога!»
Свою работу первого дерьмоносца региона Игорь Пет-
рович обожал за возможность унижать уважаемых людей.
«Чистенький, говоришь? А мы тебя дерьмецом, дерьме-
цом! И еще размажем», – любил приговаривать наслаж-
давшийся чувством унижения других подонок. Будучи
конченым эгоистом, давно поставившим себя в центр ми-
роздания, Игорь Петрович ненавидел всех, кто не хотел
признать его могущества или считаться с ним, так или
иначе оплачивая его услуги или удовлетворяя его низмен-
ные потребности. Ненависть была его обычным чувством,
которое он умело трансформировал в энтузиазм создания
очередного параноидального опуса.
181
Судебного преследования Игорь Петрович не боялся.
Зная тупую гуманность законов о прессе, он спокойно
сотнями проигрывал иски, которые подавали на него жа-
лобщики. Наложение арестов на мизерную зарплату, с ко-
торой он еще платил и алименты обманутым женщинам
за его собственных брошенных детей, никак не влияло на
нескончаемые потоки миллионов наличных рублей, еже-
месячно вливаемых в его карманы подданными ЦУПа.
Зарвавшийся негодяй любил издеваться над возмущав-
шимися жертвами его грязных инсинуаций. «А вы в суд
иск подайте! В самый справедливый в мире суд!», – было
его любимое выражение.
По мере роста богатства росли и возможности рэке-
тира. Десятки работников правоохранительных органов
за небольшое вознаграждение передавали ему копии слу-
жебных документов, помогали фабриковать компромат,
совершая должностные преступления. Лица более высо-
кого уровня иногда использовали его для наезда на кон-
курирующую структуру, тем самым давая «крышу»
преступнику. Что касается милицейской базы данных, со-
бранной на десятки тысяч калининградцев, то хранимая
Игорем Петровичем в надежном месте, она регулярно об-
новлялась силами уволенных из органов таких же, как он,
продажных негодяев.
Граждан с убеждениями Гоблин особенно ненавидел.
Они мешали ему искушать и порабощать души людей,
призванных доставлять ему богатство. Но особенно
Игорь Петрович ненавидел служителей Православной
Церкви. Именно они в условиях полной деиделогизации
государства становились особо опасны для разлагающего
общество дьявольского отродья. Борясь за души людей,
182
священники шаг за шагом восстанавливали разрушенные
жизнью идеалы, возвращая людям утерянную опору.
Ненависть к созидательной работе церкви была столь
велика, что даже на заседаниях Думы Игорь Петрович
делал все, чтобы не допустить ее усиления в регионе. Он
изо всех сил бился против передачи культовых зданий и
сооружений в местную епархию, поскольку расширение
количества приходов неизбежно уменьшало численность
его собственной паствы. Ему не нужно было сильное об-
щество с верой и нравственными принципами, потому что
питательной средой его мерзкого существования была
грязь бездуховности, наполненная ненавистью, завистью
и прелюбодеянием.
Никогда и ничего хорошего не сделавший своими ру-
ками, завистливый Гоблин терпеть не мог людей умелых
и состоявшихся. Особенно его раздражали созидатели,
способные предъявить что-то в качестве плодов своих
трудов: дома, предприятия, литературные или музыкаль-
ные произведения. В каждом журналисте он видел кон-
курента, в каждом писателе – врага. Но, конечно, особую
неприязнь он питал к строителям и архитекторам, пре-
ображавшим убогие лики советской застройки и много-
численные пустыри, оставленные тяжелой историей
Кенигсберга.
Его ненависть к ним имела вполне экономический
смысл. Чем лучше и красивее становился город, тем менее
интересен был Гоблин калининградцам. Новые предприя-
тия, гостиницы, торговые центры сокращали количество
обиженных жизнью читателей, составлявших политиче-
ский оплот его грязного еженедельника. Поэтому, как бы
в противовес растущей гордости калининградцев за об-
183
новляющийся город, он из номера в номер печатал статьи
о старом Кенигсберге, идеализируя его немецкое про-
шлое. И целенаправленно находил изъяны в созидатель-
ной деятельности обновляющих город людей.
Какая бы стройка ни начиналась, кровосос был тут как
тут. Как шакал набрасываясь на застройщиков, пытаю-
щихся созидать новое, он начинал обвинять их во всех
смертных грехах: отсутствии разрешений, взятках чинов-
никам, нарушении правил строительства. А если не помо-
гало, то просто объявлял всех бандитами и убийцами,
действуя по принципу: «Чем безумнее ложь, тем сильнее
потрясет она читателей! Если такое пишут, то значит, что-
то все-таки есть!».
Психологическое давление было столь сильно, что мно-
гие, не выдержав, заносили псевдожурналисту вымогае-
мые деньги. Тогда, как по мановению волшебной палочки,
любая критика прекращалась до следующего проекта.
Единственный недостаток схемы был в том, что она рабо-
тала исключительно в отношении порядочных людей, не
готовых к заказным преступлениям и насилию в отноше-
нии даже такого конченного мерзавца, как Игорь Петро-
вич. Но, к огромному сожалению последнего, проектов с
такими миролюбивыми хозяевами становилось все
меньше и меньше. На смену им приходило новое, более
жесткое поколение, многие из которого и тюрьмы про-
шли, и школу первых бандитских бригад.
Стоило один раз зарвавшемуся борзописцу вякнуть на
сильных мира сего, как он был немедленно избит и по-
зорно опущен. Правда, для педераста последнее особого
значения не имело. Но к своему сожалению, рассказать об
этом, кроме узкого круга таких же, как он, уродов, Игорь
184
Петрович никому не смел. Боялся, как бы за базар еще
разок не пришлось зад подставлять. А этого ушастый го-
мосек за бесплатно совсем не любил! В отличие от Бори
Моисеева, не раз заявлявшего на своих концертах, что он
«не педераст по жизни», Гоблин-Петрович был кончен-
ным педерастом во всем! И особенно по жизни!
Игорь с детства рос приспособленцем. Он умел без
мыла влезть в любое дело и дельце. Если надо было что-
то провернуть или стырить, Игорек был тут как тут. Уме-
ние вешать лапшу на уши было вовремя замечено
занимавшим командные посты папашей. Используя
связи, он легко пристроил не любившего настоящей
службы сынка в элитное военно-политическое училище.
К сожалению, оно помогло развиться не только журна-
листским навыкам прирожденного болтуна, но и вскрыло
его педерастические наклонности.
Став педерастом по зову природы, Игорь вскоре рас-
крылся и как педераст по жизни. Методично стуча на од-
нокурсников и пользуясь покровительством начальства,
он успешно закончил училище и был направлен в лучший
флотский экипаж на Балтику. Здесь, будучи скорее би-
сексуалом, чем настоящим педерастом, он, наконец, смог
в полной мере удовлетворить свои сексуальные потреб-
ности. Хищный до новых впечатлений, Игорь Петрович
успешно сочетал получение интервью с минетом, товари-
щеский банкет сослуживцев с банной групповухой.
Вскоре ушлый журналист понял, что при всех своих не-
достатках, в армии есть кое-что и хорошее, а именно ши-
карное полиграфическое оборудование, на котором
вполне можно было построить халявный бизнес. Быстро
распрощавшись с флотом, но не с его имуществом, про-
185
хиндей зарегистрировал свои первые «Колеса».
Быстро подмяв под себя авторынок, договорившись с
его наиболее крупными игроками и бандитами, Игорь
Петрович начал стремительно набивать карманы. Под-
кармливая понемногу военное начальство, он продолжал
практически бесплатно пользоваться флотским комплек-
сом. Обилие денег, первые рэкетирские успехи на ниве
информационного шантажа не могли не толкнуть амби-
циозного прохиндея во власть. И уже через год после вы-
хода на вольные хлеба, поддержанный авторыночным
бизнесом, он становится депутатом Горсовета.
Именно в этот период набравшийся опыта в автотранс-
портном посредничестве прохиндей начинает раскрутку
нового, но еще более доходного бизнеса. Он хорошо по-
нимает, что сочетать реальный бизнес – производство,
строительство, торговлю – с рэкетом явно опасно. Зани-
маясь вымогательством, нельзя иметь легальное имуще-
ство: то ли на разборках отберут, то ли суды арест
наложат. Поэтому в изощренном уме набравшегося опыта
Гоблина возникла идея перейти от посредничества авто-
мобильного к бордельному. Сказано – сделано.
В короткий срок по липовым паспортам были сняты в
удобных местах с отдельными выходами квартиры. С по-
мощью известного сутенера Сереги Ржавого набран неза-
тасканный контингент приезжих девчонок без
комплексов. Наняты несколько говорливых теток с теле-
фонами и молчаливых бритоголовых водителей-охранни-
ков. Естественно, свою доляну получили и
территориальщики, прикрывавшие интим-сервис. А га-
зета запестрела рекламой VIP-саун, эскорт-услуг, элит-
ного массажа, которые, несмотря на все разнообразие
186
форм, имели одного и того же хозяина. С маленькой зар-
платой и полным отсутствием зарегистрированного на
себя имущества, Игорь Петрович, тем не менее, превра-
тился в одного из богатейших людей города.
Теперь можно было делать следующий шаг. Опираясь
на огромный и мало контролируемый обществом ресурс,
он меняет мандат городского депутата на депутата област-
ной Думы. Его известность настолько стремительно рас-
тет, что он пытается на гребне популярности заскочить в
кресло мэра Калининграда. Но увы, настоящий бизнес,
понимающий опасность прихода рэкетира в исполнитель-
ную власть, блокирует его поползновения.
Другим идущим на выборы кандидатам от этого не ста-
новится легче. Они по-прежнему вынуждены откупаться
от Петровича. Теперь уже целая команда сотрудников
«Колес», переехав в новый шикарный офис в центре го-
рода, занимается сбором и разработкой компромата на
сотни ведущих политиков и предпринимателей региона.
При этом особое внимание уделяется личным фото жертв.
Работающие с фотообъективами сотрудники уже не стес-
няются буквально вести охоту за очередной жертвой рэ-
кета.
Понимая, что нарастающее недоверие к все обещаю-
щему и постоянно врущему журналисту, грабящему биз-
нес бандиту и сутенеру, ведет к потере политических
позиций, владелец «заводов, газет, пароходов…» предпри-
нимает необычный, но до деталей выверенный шаг. Он
имитирует нападение на себя неизвестных лиц. И, хотя
страх душил прохиндея, он понимал, что «игра стоит
свеч».
Договорившись с опытным в таких делах специали-
187
стом, после обработки головы хлорэтилом, ему несколь-
кими выверенными ударами стального хлыста рассекли
кожу головы. Кровь, как и положено, хлещет рекой, «слу-
чайно» подвернувшиеся друзья везут раненого и фотогра-
фируют в больнице скорой помощи. А не менее
«случайно» оказавшийся под рукой знакомый хирург за-
шивает героически полученные травмы. Пресса, телеви-
дение, голубоватые друзья немедленно превозносят
«пострадавшего за правду журналиста и депутата», делая
из конченого подонка борца за справедливость.
Надо заметить, что хорошо учившему биографии клас-
сиков марксизма-ленинизма выпускнику военно-полити-
ческого училища мысль о шрамах пришла не случайно.
Игорь Петрович знал, что регулярно происходившие в
университете пьянки и дуэли на шпагах, в которых при-
нимал участие и будущий великий Карл Маркс, остав-
ляли шрамы, являвшиеся предметом гордости имевшего
их студента. И нередко те, кто боялся быть заколотым,
сами наносили себе ранения, следы от которых подни-
мали их авторитет в глазах друзей и собутыльников.
Можно сказать, что жадный до денег и власти, прино-
сящей еще большие деньги, бизнесмен от пера, просто
пошел по «марксистскому» пути. Однако, как и полтора-
ста лет назад, жульнический трюк свой эффект дал. С
этого времени Игорь Петрович стал брить голову, «чтобы
покрытая шрамами в боях за справедливость» голова на-
поминала каждому о героическом прошлом педераста-
правдолюбца.
Придя в региональную Думу, Игорь Петрович получил
и новые возможности для расширения своего рэкетир-
ского бизнеса. Теперь он стал действовать хитрее. Под
188
крышей депутатской приемной был создан механизм
сбора компромата на всех политически неугодных ковар-
ному депутату людей, успешных руководителей и состо-
явшихся предпринимателей. Умело разжигая
недовольство людей, уставших от беспредела и корруп-
ции, им же самим вскормленных, и помогая жалобщикам
формальными и, как правило, бесполезными челобит-
ными, прохиндей насыщал собранные на потенциальных
жертв досье лицами, именами, событиями, придавая вид
реальности.
При этом своим заявителям вбивалась одна и та же
мысль: «Вот если бы Петрович был у власти, проблем у
вас не было!». И хотя Петрович и был той самой властью,
избиратели уходили от провокатора с ненавистью ко всем
начальникам и любовью к своему вожаку.
А циничный Гоблин быстро трансформировал их слезы
и страдания в денежные знаки, заставляя попавших в соз-
данный им капкан руководителей и чиновников рас-
плачиваться реальными деньгами и услугами. «Народ
меня любит! Как говорится: «Чем ниже любовь – тем
выше наслаждение!» – напевал бритоголовый депутат,
размахивая очередной пачкой выбитого у предпринима-
телей бабла.
Массово пользуя наивных сограждан, Игорь Петрович
особое внимание все-таки уделял наиболее перспектив-
ной клиентуре –профессиональным, как он сам, мошен-
никам. Будучи опытным журналистом, он понимал, что
эти трутни, как правило, ничего не создавшие сами, нико-
гда не пойдут в нормальные газеты и журналы. Как бы
они себя не пиарили, «король-то был голый», предъявить
значимых для людей дел, построенных объектов они не
189
могли. А вот на ворованные деньги «замочить» реальных
или потенциальных противников они могли.
Такие прохиндеи для Игоря Петровича были скорее
партнерами и коллегами. Объединенные с Гоблином
общей идеологией массового изъятия денег все равно у
кого: населения, коллег, сотрудников, даже родственни-
ков, они в борьбе за сохранение незаработанных ресурсов
давали ему самый большой и стабильный доход. Чем
острее были у них проблемы с законом, тем больше тре-
бовалось статей, чернящих судей, порядочных оперов и,
конечно, заявителей. В перевернутом Царстве Ушастого
Педераста все ставилось с ног на голову: честные люди
превращались в преступников, а воры и насильники ста-
новились несчастными жертвами. Но именно за это и
брал с последних огромные деньги щербатый упырь.
Его список золотоносного дерьма постоянно обнов-
лялся, будучи похож на форбсовские рейтинги. Но по-
следние пару лет в TOP-3 неизменно входил молодой и
крайне агрессивный владелец проекта строительства
элитного жилого комплекса в одном из старинных рай-
онов Кенигсберга-Калининграда. Тридцатилетний хищ-
ник, прошедший неплохую криминальную школу в
Москве и Питере, спокойно, на глазах обленившихся и
прикупленных правоохранителей, создал мощное пре-
ступное сообщество, безнаказанно сотнями миллионов
выводившее себе в карман деньги инвесторов и дольщи-
ков.
Объединив вокруг себя свору изгнанных из милиции и
прокуратуры сотрудников, в том числе судимых за серь-
езные преступления, молодой глава криминальной семьи
эффективно подминал под себя представителей среднего
190
звена милиции и прокуратуры, деньгами и шантажом
формируя непробиваемую защиту своей преступной дея-
тельности. Его методы подавления и шантажа мало чем
отличались от технологии владельца «Грязных колес». Но
у него не было главного – собственного СМИ, которое
было у Игоря Петровича.
Алексей Игоревич, как уважительно звали молодого
афериста прихлебатели, в ироничном интернете за дикое
хамство и откровенное издевательство над сообществом
давно был известен, по созвучию с родной фамилией, как
Блядовкин. Это народное клеймо настолько прижилось в
общении, что даже близкие сотрудники иногда его ис-
пользовали. «И в этом у нас столько общего», – сопере-
живал ему Игорь Петрович, давно ставший Гоблином с
легкой руки одного бородатого коллеги по Думе. Прочи-
тав очередной бред Петровича, называемый репортажем
с заседания, он шумно возмутился, и, хлопнув газетой об
стол прямо в зале, громко выругался: «Вот блин – Гоб-
лин!» Гоблин стало самым мягким прозвищем владельца
«Грязных колес». Для тысяч обиженных им калининград-
цев он был просто Тварь!
Естественно, союз двух мерзавцев не мог не состояться.
Встретившись в старинных стенах «Голубого Амстер-
дама», Гоблин и Блядовкин наконец смогли соединиться
в таком душевном экстазе, на какой только способны ис-
кренне любящие золотого тельца и себя педерасты.
Не помочь Блядовкину любящий симпатичных маль-
чиков и малолетних девочек всеядный Игорь Петрович,
конечно, не мог. Но больше всего его радовало не это. Он
хорошо понимал, что приходящий к нему псевдострои-
тель элитного комплекса – сам конченый мерзавец, огра-
191
бивший огромное количество людей, а значит способный
в прямом и переносном смысле богато оплатить его гряз-
ные услуги. А цена так называемых материалов, когда
речь шла о качественном «мочении» уважаемых людей,
как правило, удваивалась, а то и утраивалась. Ушастый
Гоблин в таких ситуациях умел раздаивать клиента.
Он брал надбавки за депутатство оскорбляемого, мас-
штабность лжи и качественный фотошоп. И хотя «мо-
чить» Игорь Петрович брался, как правило, порядочных,
не умеющих дать сдачи лиц, обязательно требовал доба-
вить оплату за физические риски. При этом, наклонив го-
лову, он показывал шрамы на голове.
Особенно ему нравилось разводить клиента россказ-
нями о сложностях сбора материала, покупки информа-
ции. Хотя он и его сотрудники давно стряпали ложь, не
выходя из редакции. Метод фальсификации был прост.
Если, например, есть фотография, где судья с цветами по-
здравляет коллегу с юбилеем, то в «Грязных колесах» это
событие будет «вручением цветов любовнице на тайном
свидании». И опять деньги, деньги, нескончаемой рекой
текущие в карман владельцу и главному редактору регио-
нальной говноройки.
Но не только деньги, хоть и огромные, влекли Гоблина
к Блядовкину. Их объединяла ненависть к одному и тому
же человеку – депутату и строителю. Он в свое время сло-
вом и делом поддержал противника Игоря Петровича на
выборах мэра Калининграда. И хотя таких было немало,
этого, за открытость и порядочность, он особенно сильно
ненавидел. Мстительный Гоблин хорошо помнил, как
перед самым началом очередного заседания Думы на во-
прос «Почему никак не сядет?» тот, выразительно по-
192
смотрев то на Игоря Петровича, то на его коллегу Боре-
зовского, то на бывшего соратника Гоблина Костю Круж-
кова, громко на весь зал сказал: «Ищу безопасное от
педерастов место. Того и гляди, какая-нибудь тварь при-
строится».
У Блядовкина к бывшему партнеру был свой счет. Он
не мог простить, что «вредный старикашка», как он звал
бывшего 55-летнего партнера, детально прорисовал
структуру преступного сообщества, вскрыл основные тех-
нологии вывода сотен миллионов рублей со стройки, и
еще хуже того, публично объявил его мошенником на за-
седании областной Думы. Алексей Игоревич, видевший
себя, как минимум, следующим губернатором региона, а
в перспективе и Президентом страны, такого удара по
своему светлому облику перенести не мог. Для дискреди-
тации противника ему очень нужна была такая газета, как
«Грязные колеса» и такой соратник, как Гоблин.
Два подонка быстро договорились о проекте дискреди-
тации своего общего врага. На фоне звучавшей в клубе
песни Селин Дион было решено назвать эту операцию
«Гибель «Титаника». А самого «Титаника», определен-
ного на заклание, согласились для конспирации обозна-
чить инициалами «СД», что и было сделано.
Единственной неприятной неожиданностью для Алексея,
быстро сдружившегося с Петровичем, стала названная
новым партнером сумма. Десять миллионов рублей пора-
зили его, но хитрый Гоблин опередил.
– Поверьте, уважаемый Алексей Игоревич! Ничего
личного! Только бизнес! Да и сами подумайте, несколько
месяцев коллектив будет работать только на вас. Пред-
ставьте, в каждом номере по пять- шесть эксклюзивных
193
интервью. Вы что думаете, люди за бесплатно подстав-
ляться будут. Мне один такой жулик, продавец липовых
раритетов Сабелькин уже одну историю подогнал. Так,
мерзавец, пятерку евро за это запросил, и еще свою мазню
пытается пристроить. Вот уже десяточки, как не бывало!
А еще тексты, печать, тираж. Так миллиончик за номер
набегает!
– Ну, не десять же, – попробовал повозмущаться Бля-
довкин, понимая, что для него, при украденных к лету
2010 года четверти миллиарда рублей, это в принципе не-
много.
– Подумайте, дорогой Алексей Игоревич! Несколько
номерочков мы «СД» будем еженедельно дерьмом поли-
вать. Креативщиков привлечем. Непросто же заслужен-
ного человека опустить! Он ведь полгорода отстроил и
неплохо сделал. Дом Техники чего стоит: 60 лет разва-
лины стояли, а он взялся за объект и довел до ума. Он
сколько свою жизнь складывал, а наша задача за полгода
все развалить. Так что еще и немного с вас прошу. И не
забывайте, что в конце все наше дерьмецо в одну большую
какашку слепим и тиражиком тысяч триста по квартир-
кам аборигенов и запустим. Хана «Титанику», Аллилуя!
– с пафосом закончил горящий от ожидания больших
денег Игорь Петрович.
– Ок, – согласился воодушевленный масштабом сози-
даемой мерзости Блядовкин. – Только по семье ударьте
побольнее. А то у них с женой такая любовь! Как пионеры
под ручку ходят, на людях обнимаются. Смотреть тошно!
– Не волнуйся, родной! Отфотошопим, как надо! Мы
этих чистюль по стенке размажем. А то ишь, педерасты
ему везде мерещатся. Не понимает, сволочь, что такое на-
194
стоящая свобода и демократия, – закончил перевозбудив-
шийся защитник меньшинств, еле заметным движением
придвинувшись к Алексею...
Союз двух мерзавцев оказался на редкость продуктив-
ным. После полученного аванса верные нукеры Гоблина
быстро обежали продажную шваль, типа жуликоватого
Сабелькина, скомпоновали старые выдумки «Грязных
колес» и запустили дерьмопровод на всю катушку. Из но-
мера в номер вбивая в голову уставших от тяжелых мыс-
лей жителей города стопроцентный бред
параноидального педераста, они все-таки смогли кое-что
вложить в их утомленное бытом сознание.
Но главный эффект проявился в действиях чиновни-
чества. Недавно поддерживавшие «СД» сотрудники пра-
воохранительных органов заколебались, «вдруг там
действительно что-то есть?». А коррумпированные чи-
новники, привыкшие судить обо всех по себе, быстренько
отшатнулись, боясь, в силу опасной близости, попасть под
струи льющегося из «Грязных колес» дерьма.
И как всегда в подобных ситуациях, количество верно-
подданных в Царстве Ушастого Педераста выросло.
Более того, наиболее преданные поклонники и последо-
ватели «великого Петровича» стали различать уши Гоб-
лина даже у Солнца. Правда, скептики считали, что это
всего лишь протуберанцы, а видения – следствие магнит-
ных бурь, ими вызываемых. Но некоторые больные на го-
лову калининградцы продолжали разглядывать Солнце,
ища на нем лик своего вожака. Перегревшихся санитары
развозили по палатам: электорат солнцеликого дерьмо-
носца к выборам был готов. Тьма сгущалась, наполняя
воздух некогда янтарного побережья отвратительными
195
миазмами Твари.
Тем не менее и в этом, замордованном вороватыми пра-
вителями и словоблудными мерзавцами краю, на отшибе
у матушки-России, все больше находилось людей, не же-
лавших возвращаться в темное средневековье. Устав от
охоты на ведьм, они тянулись ко всему чистому и свет-
лому, не похожему на перевернутый мир торжествующей
Твари. Единицами и группами они выходили из тьмы
страха, находя силы в объединении. Отвергая блудливый
треп одних и грязные поступки других, они постепенно
начинали строить свой, простой, но чистый мир нормаль-
ных людей. Без жадных нуворишей и угодливых педера-
стов, без продажных чиновников и лживых политиков.
Чем больше лютовала мразь, тем больше людей не хотело
с ней мириться, возрождая мир добра и справедливости.
Чем чернее становились краски «Грязных колес», тем
сильнее понимало большинство жителей Земландского
полуострова безумие происходящего. Тем меньше верили
параноидальному бреду разлагающего общество негодяя,
отказываясь от его ядовитого пойла. Противостоящая
грязи верность и любовь постепенно побеждала мерзость
всепронизывающей лжи газетного проходимца. Неудиви-
тельно, что грубый наезд Гоблина и Блядовкина на «Ти-
таник» не только не потопил семейный корабль, но
наоборот, еще больше объединил его экипаж в борьбе за
справедливость. Переживающие за «СД» друзья словом
и делом поддержали попавшего в беду товарища. Одно-
временно стало понятно, кто из них действительно
друзья, а кто –так, попутчики. Такие открытия не всегда
приятны, зато укрепляют дух, делая человека способным
к росту и обновлению.
196
Наконец, и в силовых структурах, оказавшихся под
контролем преступного сообщества, заволновались пер-
вые лица. Начальники, обеспокоенные тем, что не они, а
их некоторые, в конец оборзевшие сотрудники, заправ-
ляют всеми делами, возобновили приостановленное рас-
следование преступлений «великого строителя», а по
совместительству «крестного отца», созданного им пре-
ступного сообщества. В сложном положении в преддве-
рии местных выборов оказался и продажный Гоблин,
отсосавший у Блядовкина десять миллионов. Очерняя
честных людей и выгораживая преступников за ворован-
ные у дольщиков деньги, Игорь Петрович сам превра-
тился в сообщника криминального мира. Все больше
людей стали понимать, что никакой он не правдолюбец, а
обычный скупщик краденого, живущий наворованным. И
если бы не было таких, как он, то и самих жуликов, бан-
дитов и убийц было бы намного меньше! Болезненно, с
огромным трудом, но жители янтарного побережья всё-
таки начали освобождаться от невидимых оков Твари.

197
XI. Бумеранг

Весы правосудия, качнувшись в правильном направле-


нии, однако быстро вернулись в равновесие, так и не опре-
делившись, на чью сторону окончательно склониться. С
одной стороны, силовикам было давно понятно, что Овеч-
кин прав. Действительно, группа профессиональных, су-
димых и несудимых мошенников ограбила предприятие,
инвесторов и дольщиков, участвующих в проекте «Сол-
нечная поляна», и раскидала сотни миллионов рублей по
своим карманам. С другой стороны, именно эти огромные
деньги позволили преступникам нанять политиков, адво-
катов, журналистов, прикупить некоторых сотрудников
милиции, прокуратуры и даже районных судов, сформи-
ровавших оборонительный щит криминального сообще-
ства. Организованная преступность не просто
оборонялась. Окрепнув, она постепенно брала бразды ре-
гионального управления в свои руки, подтягивая к себе
все новых и новых рекрутов.
Тем не менее и обобранные Блядовкиным и К люди
стали, наконец, объединяться. Не дождавшись выполне-
ния обязательств по достройке комплекса, они создали
партнерство по понуждению застройщика к этому. И те-
перь уже коллективно отправились пробивать стену из
прикормленных бандой чиновников. Чем больше послед-
ние сопротивлялись здравому смыслу, тем прочнее объ-
198
единялись борющиеся за справедливость люди, тем не-
примиримее становилась их позиция в отношении пре-
ступного сообщества. Период одиночного
противостояния Овечкина преступникам явно заканчи-
вался.
Однако сдаваться у последних желания тоже не было.
Слишком большие деньги были на кону. Особую тревогу
происходящее вызывало у Артура Пачхунова. Находясь
в Москве, он отчетливее, чем кто бы то ни было, видел,
как многоопытный Романьков методично оттесняет Алек-
сея Игоревича от управления бизнесом. Еще более тре-
вожную информацию ему сливала Женечка, как-то
незаметно ставшая употреблять Артура не только как во-
дителя и помощника. По ее словам, со счетов, где храни-
лись семейные деньги, стали идти слишком крупные
платежи. И если раньше счета только прирастали нулями,
теперь наблюдалась обратная картина. Последнее совсем
не понравилось Артуру, давно считавшего деньги патрона
своим достоянием.
– Все, Женька, похоже, нам пора подключаться. Славка
совсем оборзел. Все под себя отжимает. Его твой уже и
гендиректором «Орликома» вместо себя назначил. Не
ровен час и имущество отпишет.
– Так может, мне самой его накачать. Слетаю быстро в
Кёниг, – начала супруга криминального олигарха.
– Не-е, так дело не пойдет. Леха сразу заподозрит не-
ладное. Да и с этим чмошником Романьковым пора разо-
браться. Раньше, сука, только показания умел выбивать
мордобоем, а теперь, ишь, все под себя подмять норовит.
Лечу я сам! А вот парочку жалостливых писем нарисуй.
На слюни не скупись. И фоток с сынком положи. Мне
199
клиент мягкий, отзывчивый нужен, – закончил Пачхунов.
У Артура давно был свой план. Но реализовать его он
не торопился. Пока деньги в Москву текли рекой, дер-
гаться смысла не имело. Теперь другое дело. «Пацан, ви-
димо, совсем зарвался. Того гляди и завалится. Мандраж
появился. Это опасно. Славик, видать, все мои наработки
просрал, раз Овечкин опять голову задрал, – размышлял
Пачхунов. – Ладно, попробуем Блядовкина приподнять,
а не получится, так и хер с ним. Лишь бы не опоздать к де-
лежу». И уже на следующий день, удовлетворив по-
дружку «на посошок», Артур отбыл в Кениг, якобы с
отчетом о проделанной работе по будущему сбыту про-
дукции так и не заработавшего предприятия.
Обстановка в Калининграде действительно была не-
простой. Мобилизовавший хорошую команду адвокатов
Овечкин начал наносить все более чувствительные удары
по ограбившим его подонкам. Одно за другим выигрыва-
лись дела по личным долгам Алексея инвестору. Осме-
лели и дольщики. Попытки отжать у них квартиры через
суды провалились. По мере усиления давления преступ-
ников на покупателей, те все активнее выступали в
печати. В популярном и не менее оторванном, чем «Гряз-
ные колеса», «Тридевятом царстве», появилось жесткое
интервью известного девелопера и политика, также ока-
завшегося жертвой разводок «великого махинатора». Для
Артура все очевиднее становилось, что «Титаник» спо-
койно войдет в порт, а действовавшие как сомалийские
пираты бандиты попадут под огонь сил объединенной
коалиции пострадавших.
Научившись от Алексея натягивать те или иные маски
в зависимости от ситуации к Блядовкину Артур пришел
200
с лицом «глубокой озабоченности и великой печали». Пе-
редав Алексею письменные приветы от Жени и трогатель-
ные до слез фотки малыша, Пачхунов приступил к
реализации заготовленного плана. Он рассказал Алексею,
что встретил своего старого знакомого по МВД, который
случайно оказался в курсе дел калининградского застрой-
щика. И по-дружески предупредил Артура о возможности
скорого ареста имущества его начальника. Реакция Алек-
сея, ежедневно думавшего о такой возможности, была бы-
строй. Ему просто не хватало внешнего толчка и
организатора процесса, чтобы начать действовать.
– Ладно, ладно, Артур. Не суетись под клиентом. При-
ставы в нашем районе проплачены навсегда, без отмашки
не дернутся. Но все равно надо поторапливаться. Вдруг
областникам дела передадут!
– А что тут думать? Надо так раскидать добро, чтобы
враги достать не смогли. Удобнее всего местный ваш
домик оформить на сына, а пока не подрастет, родителей
в опекуны запишем. Лизинговый договор на барвихин-
скую усадьбу, пока она не зарегистрирована в собствен-
ность, можно переписать на Евгению. Преданнее ее у вас
всё равно никого нет. А когда конфликт уляжется, все
назад прокрутите и оформите уже на себя, как положено.
Вы же не в собственность ей отдаете! Машинки вы,
смотрю, по родне раскидали. Думаю, это не лучший вари-
ант. Переоформите их на кого угодно, только не на род-
ственников, на Пельмешкину или Зюзелько, например.
Правда, у них хвостов по ментуре тоже много. В конце
концов, и мы с Романьковым сгодиться можем. В свою
очередь у вас сейчас будет лежать безотзывная генераль-
ная доверенность, позволяющая с этими машинами что
201
угодно делать, – Пачхунов, конечно, понимал, что с без-
отзывной доверенностью он перегнул, но уж больно хоте-
лось сесть за руль большого черного «Hummer». Тем
более, что эта сука Романьков, каким-то образом один из
них под себя уже подгреб.
– Да и я сам понимаю, что деться некуда, - согласился
озабоченный Алексей. – С учетом твоего автоопыта,
думаю, ты это быстрее Славика сделаешь.
– Так у меня и с нотариусами, с тех пор как машины в
Москву пригонял, все схвачено, – напомнив о безоблач-
ном прошлом, сказал Артур.
– Ну, тогда и недвижкой займись. Все документы я тебе
дам, – закончил опустошенный в конец олигарх.
Грузить его дальше было бесполезно. Это Артур хо-
рошо знал. Раздобревший и разучившийся долго рабо-
тать, Алексей быстро выдыхался. От нервных
переживаний к вечеру его тянуло снять стресс. Выпивка,
как он сам выяснил, «загоняла в полную депрессуху».
Лучше всего помогала травка, на которую он как-то неза-
метно для себя подсел. Хотя, если бы напряг память, то,
наверное, вспомнил, как однажды, в отсутствие нормаль-
ных сигарет, Пачхунов дал попробовать интересные па-
пироски «Made in Чуйская долина». Депрессуха быстро
отвалила. Стало весело и счастливо. Дурь к утру сошла,
оставив желание повторить. Под это дело вскоре и ком-
пания молодняка, оборзевшего от обилия родительских
бабок, сложилась. Теперь уже верному водителю Во-
лодьке приходилось иногда до утра крутиться, добывая
для шефа и его нагловатых «друзей» качественный про-
дукт.
Ситуация усугублялась тем, что не выйдя из пьяно-
202
эйфорического состояния, Алексею Игоревичу всегда
очень хотелось общаться. И тогда начиналось самое гнус-
ное. Он десятками посылал СМС «вредному старикашке»
Овечкину. Но поскольку тот никогда не отвечал, обидев-
шийся на него наркоман начинал безудержно ругаться.
«Чтоб ты сдох, кусок мяса», – было самым мягким из его
лексикона. Когда охамевший от безнаказанности приду-
рок переходил на мат, родные Овечкина и знакомые, ко-
торых он развлекал, пересылая лучшие образцы
эпистолярного жанра Алексея Игоревича, делали вывод,
что Блядовкин окончательно обкурился. В УВД над смс
посмеялись, но к делу прикладывать не стали. И так грязи
хватает!
Но хуже всего было то, что лишенный нормального об-
щения, проходимец в таком состоянии лез в Интернет.
Причем делая это, как правило, забив свежий косячок.
Кстати, правильно «забивать косяки» его научила Женя,
якобы видевшая в детстве, как мальчики балуются. Есте-
ственно, обдолбанный словоблуд искал форумы, где хоть
иногда упоминалось его имя. И тогда начиналось!
Сначала он изрыгал длинные проповеди о том, кто в этом
мире есть добро, а кто – зло. Никого не убедив, в том что
он, «великий предприниматель», и есть «ум, честь и со-
весть нашей эпохи», Алексей Игоревич начинал психо-
вать. Особенно доставалось «сволочным дольщикам»,
которые отдав ему деньги, еще и квартиры хотели полу-
чить. Ирония переходила в издевательства, ругань – в
мат. А Глядовкин действительно превращался в Блядов-
кина, навсегда закрепляя за собой цепкое сетевое пого-
няло.
Чем больше Алексей уходил в мир бредовых ощуще-
203
ний, тем больше Романьков и Пачхунов ощущали себя хо-
зяевами ситуации. Вернувшийся из Москвы Артур, бы-
стро оценив общую ситуацию и тупую ограниченность
своего коллеги, начал предельно методично перехваты-
вать рычаги управления в преступном холдинге. Чтобы
Романьков со своими бандитами не мешались под ногами,
он озадачил их необходимой работой по профилю. В пер-
вую очередь ему, естественно, хотелось избавиться от
Дмитрия Сергеевича. Но детальный анализ показал, что
ликвидировать Овечкина уже поздно. Вокруг того сложи-
лась своя команда, которая и без него, в случае чего, могла
довести дело до конца.
Во главе ее стоял настоящий профессионал, полковник
милиции и однофамилец пострадавшего – Леонид Серге-
евич Овечкин. Бывший начальник управления внутрен-
них дел, не раз смотревший вооруженным преступникам
в глаза, он искренне ненавидел бандитов и презирал таких
подонков, как Блядовкин. Подчиненные, для которых он
стремился создать хорошие условия, любили своего за-
ботливого шефа, а отдельные лица, все-таки бравшие с
преступников деньги, знали, что гарантированно вылетят
с работы, если малейший шорох взятых купюр долетит до
верного долгу начальника. Жесткий и бескомпромиссный
в работе, добрый и преданный друзьям, он не смог впи-
саться в перемены конца девяностых, ставшие началом
краха милицейской системы, окончательно дискредити-
ровавшей себя в течение последних десяти лет. Он был
настоящим ментом в хорошем смысле этого слова, хотя и
не любил, когда его так называли.
Еще раз оценив ситуацию, Артур решил сосредото-
читься на адвокатах Овечкина. Особое раздражение пре-
204
ступников, а главное, самого Блядовкина, вызывала Га-
лина Козак. Выигранные ею дела по долгам Алексея Иго-
ревича Овечкину поставили махинатора в особо сложное
положение. Именно благодаря ее профессиональным по-
бедам приходилось тщательно прятать по темным углам
и непредсказуемым соратникам в таких муках наворован-
ное добро. Этого озлобленный мерзавец простить не мог!
Четко зная порядок действий убойного отдела и
следаков СКП, Артур с Вячеславом договорились имити-
ровать ограбление.
– Ты должен так все организовать, – убеждал Артур
Романькова, – чтобы дело попало к территориальщикам.
Там одни первоклашки. Им его не вытянуть: как и вся за-
казуха в городе, пойдёт глухарем. А потом смотришь,
каким-нибудь наркошей дело и закроют.
– Да что ты все учишь, Артур. Самого ведь из ментуры
за крысятничество выкинули, а все под профессора ко-
сишь, – не выдержал Романьков.
– Господи, Слава, кто бы вякал, самого эфэсбешные
опера по земле мордой, как фраера, возили. Пятьдесят
штук рублей и то по-человечески взять не смог, - быстро
отбрил его обидевшийся Артур.
– Ладно, давай по делу, – успокоившись, но, тем не
менее, затаив на Пачхунова злобу, сказал Вячеслав.
– Я очень прошу, не бери кого попало. Знаю, у тебя
есть пара чистеньких ребят. С умненьким договоришься
тет-а-тет, он же и бабки за работу и получит. Понимаю,
что опыта нет. Ничего, на куклах потренируются. У нас
глухих мест хватает. Маршруты, подходы, отходы, отра-
ботает твой «подельник». Смотришь, к нему же дело и
205
прикатит. Всем даём по пятерке евро, а в отчете шефу до-
ложишь, что еле в пятьдесят уложились. Крышку – попо-
лам. По-братски! – закончил с деловым оптимизмом
Артур.
– А добавить кое-что от себя можно? – спросил, нагло
улыбаясь Романьков.
– Можно, – согласился Артур, довольный, что все так
быстро и с выгодой для него сладилось.
– Я так понимаю, что мы в это самое время проводим
у шефа многочасовое совещание и даже писать не выхо-
дим, чтобы алиби было? – добавил, хитро улыбаясь, Вя-
чеслав.
– Все точно! Кроме одного! Шефа вообще не будет.
Он решил с утречка, от греха подальше, к себе на Руб-
левку свалить. Там даже камера есть с таймером, чтобы
ни одна ментовская сука его не заподозрила.
После недельной подготовки, отработав на манекенах
удары, преступники приступили к делу. Галина Владими-
ровна, как всегда, с сумкой, полной документов и продук-
тов, не обращая ни на кого внимания, летела к дочке
домой. Она даже не поняла, как и откуда на ее голову об-
рушилось страшная тяжесть. Затухающее сознание лишь
фиксировало, как что-то острое, раз за разом, входит ей в
спину, разрывая теряющие чувствительность ткани.
Спасла известного адвоката неопытность убийцы.
Привыкший к ударам в неподвижный манекен, он ока-
зался не готов наносить удары по падающему телу. Пре-
ступник, выполнявший удар битой по голове, в это время
был занят другой операцией. Он выдирал из рук бедной
женщины сумку, которая должна была свидетельствовать
206
не о попытке убийства, а о банальном ограблении. Эти
действия еще более осложнили возможность попадания
киллером заточкой в сердце, дав шанс на выживание. Но
главное везение заключалось в том, что обеспокоенные
прохожие, увидев лежащую в крови хорошо одетую жен-
щину, быстро доставили её в больницу скорой помощи,
где лучшими хирургами области были сделаны одна за
другой сложнейшие операции, в том числе и на сердце.
В то время как врачи спасали жизнь адвокату, преступ-
ники в Калининграде, по-прежнему не покидая офис, на-
чали праздновать победу. Блядовкин в Москве,
накурившийся травки вместе с матерью своего ребенка
Женей, все-таки не выдержал и с одного из номеров, взя-
тых по утерянному паспорту, отправил коллеге-адвокату
Галины Козак смс: «Как здоровье, Серега? Еще работа-
ешь?». Он радовался очередной «победе» и не мог этого
скрыть.
Наблюдавшая его поведение Женя постепенно начи-
нала понимать, что по сравнению с этим монстром она
просто ангел во плоти. Утренний отходняк, в сочетании с
засевшим в памяти безумными глазами Алексея, все силь-
нее наполняли страхом ее сердце: «Ради бабла он и меня,
если что! И не вспомнит, что я мать его сына!». Стучавшее
учащенно ее сердце говорило: «Пора выбираться! Пора
выбираться!». И лишь дождавшись отлёта мужа, она не-
сколько успокоилась. А когда через несколько дней из ин-
тернета узнала, что Козак выжила, даже обрадовалась.
Женька, при всем ее сложном прошлом, не хотела счастья
на крови.
Заняв Романькова и его бригаду подготовкой ликви-
дации опасного адвоката, Артур все силы бросил на уста-
207
новление близких контактов с Морковкиным-младшим.
Тот начинал понимать масштаб махинации, в которой он
оказался. Его особенно пугало то, что в глазах многих он
все больше выглядел соучастником преступлений своего
партнера по группе компаний «Георосс». Что касается
староладожского сокового завода, на котором Виталий
Алексеевич мечтал разливать водку на экспорт, то стало
ясно, что в существующем виде предприятие легче снести.
Сто раз переделывавшееся и разворовывавшееся завод-
ское оборудование требовало таких вложений, что делало
бессмысленным любое новое производство.
Общаться по делу с постоянно врущим Алексеем ему
давно надоело. Блядовкин при каждой встрече говорил
только об Овечкине, при этом цифры потерь, в зависимо-
сти от количества вчерашних косяков, варьировали от
двадцати до пятисот миллионов, заставляя умного связи-
ста задуматься о психологическом состоянии молодого
компаньона. Когда же дело доходило до «Солнечной по-
ляны» и отчета об использованных вложениях, то Алек-
сей Игоревич начинал обижаться, как девочка, надувая
губы. При этом он плел такую ахинею, что мысль об осви-
детельствовании прохиндея все чаще приходила в голову
к опытному Морковкину.
Особенно неуютно чувствовал себя в той ситуации фи-
нансовый директор «Электросвязи» Феликс Абрамян,
вольно или невольно подставивший своего шефа. По-
этому, когда Артур пригласил соплеменника поговорить
о строительстве «Солнечной поляны» тот с радостью со-
гласился. Артур решил пойти ва-банк.
– Не хило вы с Алексеем поработали. С Виталия
Алексеевича уже миллионов двести пятьдесят качнули?
208
Или триста? – начал с неожиданного наезда Артур. – Еще
банк дал столько же! Овечкин с дольщиками закатили под
триста! Сам Алексей на двести миллионов наторговал.
Миллиард получается, а генподрядчик половину освоил
и стоит без денег: говорит, соточки до финиша не хватает.
А вот куда полярдика делось, непонятно! Вы случайно не
в курсе этой арифметики, уважаемый финансист?
– Да вы что, Артур! Откуда? Я впервые о таких ци-
фрах слышу. Ведь все деньги только сам Алексей и полу-
чал. Куда остальное девалось, понятия не имею. От этого
прохиндея мне, кроме обещаний, ничего не перепало. Я
как-то заикнулся ему про квартиру за связочку с шефом,
так он мне столь жалостную историю загнул, что в пору
денег было давать.
– Феликс, вы умный человек. Когда ваш шеф поймет
реальный масштаб кидалова, никому не сдобровать, и вам
– в первую очередь... Ладно, будет вам квартира, – сказал
Артур, посмотрев с сочувствием на скисшего Абрамяна.
– А вот договор на ваше имя с ГК «Георосс» и моей под-
писью в качестве генерального. Дело за небольшим. Вы
добиваетесь моего назначения на это место, а подписан-
ный документ у вас уже есть. Справочку с сомнениями по
поводу Алексея я вам дам. Останется только своими сло-
вами Виталию Алексеевичу все рассказать. А вот, для про-
стоты обсуждения фигуры сменщика, моя объективка.
Здесь все подробно рассказано. Не так и много работы вам
надо сделать, чтобы двести тысяч евро в близкой перспек-
тиве заработать.
Безошибочно выбранное Артуром направление удара
довольно быстро дало плоды. Окончательно уставший от
старого партнера, Морковкин начал конфиденциально
209
общаться с Пачхуновым. И хотя он понимал, что имеет
дело не с мошенником, а с настоящим бандитом, это его
не пугало: «Что поделаешь? Времена не выбирают! Сей-
час только такие и выживают! А Алексей оказался, к со-
жалению, слишком жаден до денег. Похоже, и у меня, гад,
в кармане поковырялся. Надо быстрее выводить завод и
квартиры на себя. Только делать все, как и советует
Артур, осторожно. А то взбрыкнет, обдолбанный сучё-
ныш, и ищи его где-нибудь в Эквадоре». Поэтому вскоре,
мягко поговорив с Алексеем, Морковкин убедил послед-
него, в связи с опасностью возбуждения уголовного дела,
передать бразды правления в группе компаний «Георосс»
Пачхунову.
Оставалась одна, но самая важная позиция, забрав ко-
торую на себя, Пачхунов окончательно становился хозяи-
ном имущества преступного синдиката. Это была
компания проектного финансирования, отданная Алек-
сею на растерзание корыстолюбивым, теперь уже быв-
шим, руководителем «Москазахбанка». Здесь надо было
не начинать новую операцию, а продолжить старую, на-
чатую в конце 2007 года Алексеем Игоревичем. Возглавив
ЗАО «Солнечная поляна», созданную «Москазахбан-
ком» и ООО «Орликом», мошенник, естественно, не
оформил оплату пятидесяти одного процента уставного
капитала, принадлежащего банковской структуре. Попро-
бовав признать все сделки ЗАО, через которую прошел
заем «Москазахбанка» в двести пятьдесят миллионов
рублей, ничтожными, Алексей остановился. Причина
облома была проста. Увидев опасность для себя, Овечкин
вошел в процесс третьим лицом, сделав невозможным его
успешное завершение.

210
Однако возможности для дальнейшего развития махи-
наций с компанией, на которую под заем «Москазах-
банка» было оформлено около 10 тысяч квадратных
метров практически построенного жилья, по цене 28 000
рублей за квадратный метр, было немало. Этим и решил
воспользоваться Артур. Осторожно, не возбуждая инте-
реса обложенного со всех сторон шефа, Пачхунов предло-
жил в преддверии разборок, предстоящих с
«Москазахбанком», куда пришло новое энергичное руко-
водство, привести в порядок дела компании проектного
финансирования. «Ты посмотри, что там еще можно вы-
крутить», – попросил Алексей. На что хитрый Артур,
молча кивнув головой, про себя подумал: «Ага, так я тебе
все и выложу, чтобы ты на дурацкие понты и это проса-
дил!».
Его искренне бесило, что Леша, давно отучившийся
считать деньги, везде летал только первым классом, пред-
почитал пятизвездочные отели, номера-люксы и лучшие
рестораны. Счета на 150-200 тысяч рублей для трехднев-
ных поездок были нормой. Алексей вел себя как хозяин
своих денег, не понимая, что они давно стали «семей-
ными».
Завершив перехват управления, Артур приступил к
очередному акту своего спектакля. Его жертвой должны
были пасть казахские банкиры. Втихомолку от банка,
давно прекратившего контроль аферистов, Артур через
налоговую службу оформил 51 процент компании про-
ектного финансирования, не проплаченных банковской
структурой, на само ЗАО, полноправным директором ко-
торого, по согласию акционеров, то бишь самого общества
и руководимого Славиком ООО «Орликом», он тут же и
211
стал. Затем оба жулика, договорившихся о временном
союзе, быстро за копейки раскидали и зарегистрировали
квартиры на себя, и, создав искусственным образом через
суд задолженность ЗАО «Солнечная поляна» перед ООО
«Орликом», а «Орликома» перед дольщиками, запустили
механизм банкротства всех структур холдинга, в том
числе и ООО «Георосс», на которое еще Блядовкин с
Морковкиным посадили почти сорокамиллионный долг.
При этом интересы Виталия Алексеевича Артур строго
соблюдал: война на два фронта ему была не нужна.
То, о чем всех предупреждал Овечкин, начало сбы-
ваться. Механизм, созданный изощренным умом выдаю-
щегося проходимца Алексея Игоревича, оказалось,
вполне может работать и без него. Причем еще более эф-
фективно. При этом и Артуру, и туповатому Романькову
становилось все ясней, что Блядовкин-то ой как нужен
поблизости. Поэтому, когда Алексей начинал качать
права по поводу того, что именно он реальный владелец
всего, они тут же соглашались. А выйдя из офиса, шутили
по-ментовски жутко: «Сегодня - владелец, а завтра – си-
делец!». И хотя Артур с Вячеславом недолюбливали друг
друга, в эти минуты у них была полная гармония и един-
ство душ. Виноватый во всем Алексей им стал необходим.
Было ясно, что бумеранг преступлений, когда-то запу-
щенный Глядовкиным, уже вышел на траекторию обрат-
ного полета.
Разъяренные руководители «Москазахбанка, его мос-
ковские и алма-атинские совладельцы, наконец, осознали,
что группа тридцатилетних сопляков кидает их на треть
миллиарда рублей и делает это в особо хамском виде.
Более того, выяснилось, что и сроки подачи претензий
212
были почему-то пропущены, и лица, ответственные за это,
давно по другим банкам рассосались. А Голдман, оправ-
дывая свою фамилию, прикупил сеть гостиниц в Испании
и, переехав туда, успешно осваивает добычу золота хо-
тельерством. И российским, и казахским банкирам стало
ясно, что без объединения усилий всех пострадавших дви-
гаться нельзя.
Опытный девелопер Павел Николаев и ведомое им
партнерство дольщиков, первым попавший под мошенни-
ков и «Грязные колеса» Дмитрий Сергеевич Овечкин,
бескомпромиссная команда полковника Овечкина и
группа адвокатов во главе с выжившей Галиной Козак, де-
сятки порядочных сотрудников судов, милиции, проку-
ратуры, службы судебных приставов и «Москазахбанка»,
наконец, медленно и с запозданием начали выстраивать
схему совместного противостояния преступникам. Но
упущенное благодаря коррумпированным чиновникам
время давало себя знать. И, наверное, так бы и соскочили
Блядовкин и Ко, Пачхунов и Ко, и другие Ко с милицей-
ского крючка, если бы не очередные выборы в местную
Думу и городской совет.
Выборы в России в последние годы превратились в
своеобразные «дни советской власти», как это было в глу-
боко застойные времена на Кавказе. Тогда, раз в не-
сколько лет, каждый районный центр Чечено-Ингушской
и ряда других республик становились объектом сплошной
проверки паспортного режима.
В окруженных милицией городах и селах тщательно
проверялись каждый человек и его документы, отлавли-
вались преступники, выявлялась наркота и оружие. Все
потенциально опасные лица фиксировались и попадали в
213
работу соответствующих органов. Так и в ходе подготовки
выборов медлительная обычно бюрократия, подгоняемая
пинками Президентской администрации, московских и
местных руководителей, заинтересованных в правильных
результатах выборов, начинала стремительно разгребать
образовавшиеся за пять лет завалы.
При этом мартовские выборы 2011 года в Калинин-
градской и ряде других областей имели особое значение.
По их результатам лидирующая партия могла оценить,
насколько правилен, а главное, поддерживаем народом ее
курс. Более мелкие партии по полученным процентам
«За» формировали опционы на привлечение инвесторов,
желающих стать депутатами Государственной Думы по
партийным спискам осенью этого же года. Любой кон-
фликт с массой обиженных избирателей становился пред-
метом политической борьбы. Правящая партия
стремилась оперативно разрешить проблему, а оппозиция
на этом же примере показать неспособность правителей к
исполнению своих обязанностей и оторвать как можно
больше голосов избирателей. Поэтому команда лидеров
партии и государства была однозначна: проблему с доль-
щиками разгрести, а мешающих процессу – привлечь к
ответственности. Пущенный Глядовкиным когда-то бу-
меранг, наконец, врезался в дурную башку Блядовкина:
набравшее необходимые материалы УВД возбудило пер-
вые дела по фактам хищения средств дольщиков и инве-
сторов «Солнечной поляны».
В криминальном сообществе настали своеобразные
дни. Все засуетились, но по-разному. Еще год назад начав-
ший скупать всякие псевдонаграды типа «Почетного эко-
номиста», «Международного академика», победителя
214
конкурса «Звезда наций» и «Лучшего предпринимателя
России» Алексей Игоревич, окончательно потеряв чув-
ство реальности, находил себе всё новые и новые побря-
кушки. Теперь на вопрос: «Как дело?», отвечал: «Это у
ментов дело, а меня с Владимиром Владимировичем на
днях победителями Национального конкурса «Человек
года» признали. Медведев хотел сам знаки вручать, но
пришлось с Путиным внеочередной Совет безопасности
проводить, так что не смог подъехать. Но награду передал.
Да, кстати, она у меня случайно с собой!». И из бархатной
коробочки аккуратно доставалась очередная бирюлька,
способная обмануть лишь сильно ушибленного на голову
человека или совсем обдолбанного тинэйджера.
Спрятавшись за оградой выкупленного на деньги Мор-
ковкина дома, он выезжал только на редкие допросы. Об-
щение с соратниками шло в основном по скайпу.
Единственно, от чего не мог отказаться Блядовкин, став-
ший, как смеялись в сети: «Почетным экономистом, а по
нечетным еще больше придурком», было интернетовское
общение. Здесь он давно превратился в обычного город-
ского сумасшедшего. Наполнявший его страх делал по-
ступки всё более неадекватными: всё чаще на допросах
одни подделанные документы противоречили другим, а
все новые свидетельства подтверждали хищение таких
денег, что он сам был потрясен. Уведя летом прошлого
года последние пятьдесят миллионов у дольщиков и
оформив их по совету Пельмешкиной как затраты на рек-
ламу, он так и не понял, что при подписании огромного
количества бумаг та просто закрыла свои собственные хи-
щения, повесив дополнительный груз на уже ненужного
начальника. Не выдержав напряжения, Алексей попробо-

215
вал ночным Sky Express’ом свалить в Москву, но, к его ог-
ромному сожалению, был задержан и доставлен в СИЗО.
Артур с Романьковым не дремали, но этого дававший им
регулярного нагоняя по скайпу Алексей и в страшном сне
представить не мог.
Запаковав предводителя, Артур вдруг в полной мере
осознал, что теперь он остался наедине с Романьковым и
его бригадой. При всех дружеских связях с Виталием
Алексеевичем, которому он помог переоформить Старо-
ладожский завод и часть квартир ГК «Георосс», защитить,
в случае чего, от отморозков тот тоже не мог. Очень осто-
рожно, через третьи лица, он сгрузил в убойный отдел ин-
формацию о «сотрудниках» Романькова. И уже через
несколько дней один из чистеньких, тот, который «по-
умнее», был задержан и уже вскоре давал показания. Ро-
маньков, пытавшийся отлежаться у знакомых, был не
спеша вычислен и тоже взят под стражу. Поняв, откуда
ветер дует, он попробовал навести след на Артура, но тот
был «чист, аки слеза», а слова Вячеслава отнесены «к не-
нависти», которую тот всегда питал к Артуру, что и под-
твердили допросы сотрудников.
Пачхунов был счастлив, и хотя суд с «Москазахбан-
ком» только разгорался, он был уверен, что, пройдя столь
трудный путь к богатству, его уже никто и ничто не может
остановить. Послав смс Жене о предстоящем вылете и по-
лучив ответный «Ок», Артур отправился в аэропорт. Без
задержек вылетевший рейс нес его на крыльях любви к
той, которая так нежно и трогательно провожала его всего
лишь пару месяцев назад в родной Кёниг. Воодушевлен-
ный воспоминаниями, он уже представил, как они зажи-
вут на Рублевке в стопятидесятимиллионном домике, с
216
деньгами, с бизнесом. Словом, «молодые и богатые»,
элита новой России. За мечтами и коньячком быстро про-
летело время. И уже вскоре он шел к выходу…
Но к удивлению Артура никто не встречал. Быстро
взяв машину поприличнее не на такси же ехать в Бар-
виху, Артур полетел на Рублевку. Этот маршрут и все ка-
баки в радиусе 50 км ему были прекрасно знакомы. И
практически за каждым из пролетавших за окнами ресто-
ранов и клубов следовали приятные воспоминания. На-
конец, подъехав к огромному забору, закрывавшему
скромный дворец калининградского олигарха и нехило
расплатившись с бомбилой на «Lexus»’е, Артур быстро
нажал кнопку домофона. Неожиданно вместо г Женьки
или кого-то из прислуги, он услышал четкий с металлом
голос, характерный только для профессионалов.
Добрый вечер, сообщите, пожалуйста, имя и причину
вашего здесь появления.
Я Артур Пачхунов, из Калининграда, сотрудник Евге-
нии Глядовкиной.
Понятно, ответил тот же жесткий голос. – Для вас есть
конверт. Его сейчас передадут.
Через пару минут дверь открылась и крепкий, не-
известный Артуру мужчина в черном костюме, с харак-
терным для спецслужб видом, передал конверт.
Хозяйка предупредила, что у вас могут быть проблемы
с транспортом. Такси я уже заказал. Подойдет через 10
минут. Всего хорошего, по-военному четко закончил кре-
пыш, и, не дожидаясь ответа, закрыл дверь в заборе.
Ошарашенный Артур разорвал конверт, еще не веря в
самое худшее. Текст его добил окончательно. Ему показа-
217
лось, что пятиметровый забор упал и раздавил его как
муху. Писать Женечка не любила, но то, что она написала,
поразило невероятно.
«Дорогой Артурчик! Пока ты воевал с моим бывшим
придурком, в соседнем доме сменился хозяин. Вместо от-
ставной шлюшки известного тебе олигарха въехал новый
шеф одной структуры. По интернету сам поймешь кто. В
общем, мы с ним так сдружились, что решили не расста-
ваться, по крайней мере, в ближайшее время. На weekend
улетели в Монако. Тебе большое спасибо за советы: дом я
уже оформила на себя. Деньги с общих и корпоративных
счетов, от греха подальше, перегнала к себе. Твою зар-
плату, двадцать штук, я по-честному оставила на счете
фирмы. Можешь пользоваться.
А теперь главное. ОН обо мне, в силу своей профессии,
знает все. И о тебе, кстати, тоже. Так что можешь из-
вестные фотки засунуть себе в жопу. А если ты когда-ни-
будь их оттуда вытащишь или даже заикнешься по этому
поводу, то тебе их в твое поганое горло и засунут!
Всего хорошего, Артурчик!
Евгения Соболевская.
P.S. Забыла сказать. С Блядовкиным меня заочно раз-
вели и по паспорту теперь я – Соболевская. Будь осторо-
жен с партнерами, Артурчик!»
Ошарашенный Артур сел в подъехавшее такси и дви-
нулся в центр. Он почувствовал безумную усталость от
пережитого. А еще надо было устраиваться на ночь в го-
стинице. И вообще хотелось напиться и забыться! И тут
он вспомнил, что когда он только начинал мотаться в
Москву по делам шефа, тот дал ему ключ от мансарды в
218
старинном доме, где когда-то начинал свой поход к богат-
ству. Алексей любил это место, и компания всегда опла-
чивала ее на год вперед. Раскопав в электронке адрес,
Артур передал его таксисту…
Преодолев, наконец, бесконечную крутую лестницу, он
открыл квартиру. В ней было до странного чисто и даже
уютно. Полазив на кухне по шкафам, Артур обнаружил
воду, консервы, баночку огурчиков и какую-то старую, но
довольно большую солдатскую флягу. Открыв ее, он по-
чувствовал запах настоящего, но неармянского коньяка.
Это была легендарная «Лезгинка», так когда-то и недопи-
тая Алексеем и Ириной.
Разложив продукты, наполнив красивый коньячный
бокал содержимым фляги, Артур, смакуя, неспешными
глотками его выпил. Завалившись под утро на столь лю-
бимый Алексеем траходром, подумал: «Вот ведь как в
жизни бывает! Теперь он там, в вонючем СИЗО, манда-
вошек гоняет, а я здесь, в уютной кровати, допиваю его ле-
гендарный коньячок! Чтобы ни случилось, жить теперь у
меня есть где, бабки тоже. С Кёнигом разберемся. Там
бабла можно ещё выкрутить немерено. И что это я рас-
строился из-за какой-то тёлки! Все хорошо, жизнь пре-
красна!»…
«Боже, как прекрасна эта жизнь!», ¬- думала Женечка,
наблюдая нежный рассвет, осветивший старинные камни
замка Гримальди. Старый и вечно молодой Монте-Карло
оживал, как оживало новыми надеждами и ее сердце. Где-
то в невообразимой дали, в прошлой жизни, осталась
затхлая атмосфера Кенигсберга с его Блядовкиными и
Гоблинами, Пачхуновыми и Романьковыми, депутатами
и губернаторами, бандитами и проститутками.
219
Жизнь давала ей новый шанс, новые возможности. И
только от нее теперь зависело, использовать их или нет!
…Свой рассвет так и не заснувший в душной камере
Алексей встречал с тяжелыми мыслями. Он, еще не-
сколько лет назад такой хороший, такой умный, такой
красивый, и представить себе не мог, где окажется в это
холодное, вонючее утро. Вновь и вновь прокручивая
пленку своей жизни, он искал, но так и не находил ту
точку, в которой еще можно было сделать другой шаг. В
распухшей от неожиданных страданий голове лишь на-
зойливо бились строки Высоцкого:
«Ты уймись, уймись, тоска
У меня в груди!
Это только присказка-
Сказка впереди».

220