You are on page 1of 71

ЧАСТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

СВЯТО-ФИЛАРЕТОВСКИЙ ПРАВОСЛАВНО-ХРИСТИАНСКИЙ ИНСТИТУТ

Богословский факультет
Кафедра церковно-исторических дисциплин

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА


по направлению подготовки 48.03.01 Теология
(уровень бакалавриата)

Православная российская церковь в поисках оптимальной модели


государственно-церковных отношений в 1917-1925 гг.

Студентки
Кожуховской И. Г.
__________________
Рекомендована к защите на заседании Руководитель
кафедры «___» _______________ 20__ г. к. и. н. Обозный К. П.
Протокол № ___ ___________________
Зав. кафедрой ________________
к. и. н. Обозный К.П.

Москва
2017
Содержание
Введение………………………………………………………………………...…3
Глава 1. Влияние Декрета об отделении церкви от государства
и школы от церкви на формирование государственно-
церковных отношений в период 1917-1918 гг....................................................10
1.1 Формирование религиозной политики советского правительства
в 1917-1918 гг……………………………….........................................................10
1.2 Октябрьский переворот 1917 г. и Декрет об отделении церкви
от государства в восприятии «консервативной» части Российской
православной церкви…………………………………………………………….15
1.3 Октябрьский переворот 1917 г. и Декрет об отделении церкви
от государства в восприятии «прогрессивной» части Российской
православной церкви…………………………………………………………….22
Глава 2. Влияние обновленческого раскола 1922-1925 гг. на формирование
государственно-церковных отношений………………………………………..27
2.1 Особенности религиозной политики советского правительства
в 1922-1925 гг…………………………………………………………………….27
2.2 «Патриаршая» церковь и обновленческий раскол в контексте
государственно-церковных отношений……………………………………...36
2.3 Обновленчество и советская религиозная политика……………………...50
Заключение…………………………………………………………………..…...60
Список источников и литературы...................................……………………….64
Приложение. Сравнительный анализ Определения Священного Собора
Православной Российской Церкви о правовом положении Православной
Российской Церкви и Декрета Совета Народных Комиссаров
об отделении Церкви от государства и школы от Церкви……………………69

2
Введение
Природа и сущность взаимоотношений государственных структур и
религиозных организаций всегда была важным вопросом для России. Не
теряет актуальности этот вопрос и сегодня, так как, будучи относительно
самостоятельными, эти отношения находятся в тесной связи с социальными,
экономическими, политическими, правовыми, нравственными аспектами
жизни общества.
Формирование той или иной модели государственно-церковных
отношений обусловлено, прежде всего, целями и задачами государственного
управления. Не существует общепризнанной классификации
взаимоотношений государства и церкви. Например, можно использовать
типологию, предложенную М. И. Одинцовым, который выделяет три
основных типа церковно-государственных отношений: отделение церкви от
государства, отождествление государства и религиозного института и
религиозный плюрализм1. На основе этих правовых моделей существует
множество различных вариаций. Например, внутри первого типа может
существовать как модель с полным нейтралитетом государства по
отношению к церкви, так и антирелигиозная модель радикального отделения.
В рамках интеграционной модели существует три варианта церковно-
государственных отношений: папоцезаризм, цезарепапизм и симфония.
С начала XVIII в. господствовавшая в Российской империи
Православная церковь была частью государственного аппарата и фактически
выполняла не только социальные, но и государственные задачи, порой
непосредственно связанные с фискально-полицейскими функциями.
В советский период политика государства была направлена на
вытеснение церкви из всех сфер политической и общественной жизни, власти

1
Одинцов М. И. Двадцатый век в российской истории: государство и религиозные
организации // Вступая в третье тысячелетие: религиозная свобода в плюралистическом
обществе. Материалы международной конференции (Москва, 23-24 марта 1999 года). М.,
2000. С. 37-38.
3
использовали любые средства от антирелигиозной пропаганды до
формирования расколов в церкви, чтобы ослабить и, в конечном итоге,
разрушить Русскую церковь.
В настоящее время, согласно п. 14.1 Конституции РФ, Россия –
светское государство, где все религиозные организации от государства
отделены. Но на практике существует множество сфер общественной жизни,
где церковь и государство взаимодействуют между собой. При этом в
«Основах социальной концепции РПЦ» идеальной моделью
взаимоотношений церковь считает «симфонию властей»2, а государство свои
принципы этих взаимоотношений пока официально не сформулировало.
В связи с вышеизложенным, особый интерес представляет период
становления Советского государства и его первых декретов, когда церковь
испытала серьезное потрясение после многих веков стабильного и
определенного положения. Это время самоопределения церкви, время поиска
модели взаимоотношений церкви и государства.
Цель настоящей работы – проследить становление и изменение
церковно-государственных отношений в период 1917-1925 гг., выявить и
сравнить характерные принципы, особенности и тенденции развития
отношений советского государства с «патриаршей» церковью и
обновленческим течением.
Для достижения поставленной цели требуется решить следующие
задачи.
 Рассмотреть основные направления политики советского
руководства по отношению к церкви, в том числе радикально влияющие на
церковно-государственные отношения:
а) издание Декрета об отделении церкви от государства и школы от
церкви;
б) формирование обновленческого раскола.

2
Основы социальной концепции Русской православной церкви. М., 2000. С. 7
4
 Рассмотреть основные проблемы взаимоотношений государства
и церкви, возникшие в результате проводимой «церковной» политики, в
частности в области идеологии и права.
 Проанализировать основные подходы к решению основных
проблем церковно-государственных отношений со стороны «патриаршей»
церкви и обновленчества.
Работа состоит из введения, двух глав и заключения. Каждая глава
посвящена рассмотрению отношений государства с «патриаршей» и
«обновленческой» церковью по одному из ключевых периодов.
Хронологические рамки исследования: 1917-1925 гг. Этот период
является одним из самых трагических для церкви. Именно в это время возник
и развивался глубокий конфликт между церковью и государством, эти годы
были решающими для поиска модели взаимоотношений новой власти и
церкви, когда были заложены основные направления в развитии этих
отношений в будущем.
Нижняя граница этого исторического периода – 1917 г., первые
декреты советской власти, верхняя граница – 1925 г., начало нового этапа в
истории церкви: смерть патриарха Тихона (Беллавина), кризис Высшего
церковного управления и второй обновленческий собор (III Всероссийский
поместный собор Православной церкви на территории СССР), на котором
были окончательно сформулированы основные идеологические тезисы
оптимальной для обновленчества модели государственно-церковных
отношений.
Для удобства все даты в работе приводятся по новому стилю.
Следует сделать некоторые пояснения относительно используемой в
работе терминологии, так как необходимо четко определить, что есть
обновленчество, и что не является таковым. В настоящее время многие
исследователи, например, С. Л. Фирсов3 и О. Ю. Васильева4,

3
Фирсов С. Л. Уроки русского церковного обновления. К 80-летию обновленческого
5
придерживаются тезиса о том, что обновленчество как явление возникло в
результате раскола 1922 г., который был организован при поддержке и под
контролем ОГПУ. В связи с этим термины «консервативное» и
«прогрессивное» духовенство мы используем при изучении периода 1917-
1918 гг., поскольку в это время обновленчества еще не было. Здесь
необходимо сделать оговорку, что эту терминологию мы используем
условно, поскольку это не жесткая классификация. Известно, что среди
«прогрессивной» части духовенства были те, кто потом не поддержал
обновленческий раскол, а среди «консерваторов» были те, кто после 1922 г.
отделился от патриарха. Во второй главе настоящей работы применяются
термины «тихоновская», или «патриаршая», церковь и «обновленчество», так
как именно этот период связан с появлением обновленческого раскола. В
связи с этим термин «обновленцы» используется в отношении тех
церковнослужителей, которые идейно были на стороне большевиков в деле
организации раскола и захвата власти в церкви. Термин «патриаршая»
церковь или «тихоновцы» мы используем для обозначения той части церкви,
которая осталась верной патриарху Тихону во время обновленческого
раскола.
В работе использовались в основном документальные источники:
законодательные акты и постановления как государственной, так и
церковной власти, протоколы заседаний советских и партийных органов,
материалы следственных дел, статьи периодической печати, деяния и
определения соборов, архивные документы, а также опубликованные
документы из частных собраний. Анализ источников показывает, что
используемые документы представляют целостную картину
взаимоотношений государства и церкви в период 1917-1925 гг.,
следовательно, они являются достаточно репрезентативными для решения

раскола // НГ Религии. 15.05.2002. № 2(97).


4
Васильева О. Ю. Русская православная церковь и советская власть в 1917-1927 годах //
Вопросы истории. М., 1993. № 8. С. 45
6
поставленных в работе задач.
Помимо документальных источников в работе использованы
диссертации и монографии, учебные пособия, научные статьи и
публицистическая литература.
В советской историографии церковная политика государства априори
рассматривалась исследователями как положительная, а действия церкви как
контрреволюционные. В таком ключе писали свои работы партийные и
советские деятели, такие как В. Д. Бонч-Бруевич5, П. А. Красиков6,
А. В. Луначарский7. Этих авторов можно отнести к основоположникам
советской историографии по этой теме.
Впоследствии «партийный подход» вынуждал советских историков
рассматривать проблему не столько с научных позиций, сколько с
идеологических и политических, в итоге искажались реальные факты
взаимоотношения власти и церкви.
Несмотря на тенденциозность, следует выделить работу доктора
философских наук П. К. Курочкина, который считает, что только в лице
митрополита Сергия (Страгородского) церковь вынуждена была перейти на
позиции лояльности по отношению к государству, что предполагало
возможность политического вмешательства в церковную жизни со стороны
советской власти. Формула аполитичности патриарха Тихона этого не
подразумевала8.
Следует также отметить монографию А. А. Шишкина, в которой

5
Бонч-Бруевич В. Д. Избранные атеистические произведения. М.: «Мысль», 1973. 343 с.
6
Красиков П. А. Избранные атеистические произведения. – М.: «Мысль», 1970. 269 с.
(Научно-атеистическая библиотека)
7
Луначарский А. В. Почему нельзя верить в бога. Избранные атеистические
произведения. М.: Наука, 1965. 444 с. (Научно-атеистическая библиотека); Он же,
Христианство или коммунизм. Диспут А. В. Луначарского с митрополитом А.
Введенским. Л.: Ленинградский Гублит, 1926. 75 с.
8
Курочкин П.К. Социальная позиция русского православия. М.: Знание, 1969. С. 30
7
автор попытался восстановить полную картину истории обновленческого
раскола9.
Заметным явлением в религиоведческой литературе конца 1980-х гг.
стал сборник «На пути к свободе совести», в котором многие авторы
призывали к переосмыслению установившихся подходов к изучению
истории отношений власти и церкви. Впервые разгром церкви в СССР в
1920-е гг. объяснялся не контрреволюционностью церкви, как было принято
считать ранее, а уничтожением элитарного слоя интеллигенции, в том числе
в партии, и как следствие – отсутствием мировоззренческой терпимости10.
В постсоветский период возник новый подход к освоению
отечественной истории на основе открытия практически новой
источниковедческой базы, совершенно иной по сравнению с той, на которой
строилась историография истории советского периода. Это позволило
исследователям практически открыть новую страницу в истории государства
и церкви.
В этом ключе рассматривали основные проблемы взаимоотношений
государства и церкви в первое советское десятилетие такие авторы как
В. А. Алексеев11 и О. Ю. Васильева12. Также следует отметить появившиеся
за последнее время публикации М. И. Одинцова13, монографию

9
Шишкин А. А. Сущность и критическая оценка «обновленческого» раскола Русской
Православной Церкви. Казань, 1970. – 367 с.
10
На пути к свободе совести // Сост. и общ. ред. Фурмана Д.Е. и О. Марка – М.: Прогресс,
1989. С. 10
11
Алексеев В. А. Иллюзии и догмы: Взаимоотношения Советского государства и религии.
М.: Политиздат, 1991. 400 с.
12
Васильева О. Ю. Русская православная церковь и советская власть в 1917-1927 годах //
Вопросы истории. М., 1993. № 8. С. 40-54; Васильева О. Ю., Кнышевский П. Н. Красные
конкистадоры. М.: Соратник, 1994. 270 с.
13
Одинцов М. И. Государство и церковь. (История взаимоотношений. 1917-1938 гг.) М.:
Знание, 1991. 64 с. (Новое в жизни, науке. Сер. «Культура и религия»; №11); Он же.
Двадцатый век в российской истории: государство и религиозные организации // Вступая
8
А. Н. Кашеварова14, диссертации Н. А. Кривовой15 и Д. А. Головушкина16 и
другие работы.
Важной частью современной историографии проблемы отношений
власти и церкви стали труды церковных историков, таких как прот. Георгий
Митрофанов17 и прот. Владислав Цыпин18.
Работы «церковных диссидентов», таких как А. Э. Левитин и
В. М. Шавров19, Л. Л. Регельсон20 представляют интерес благодаря
собранным в них документальным материалам и воспоминаниям.
Таким образом, в настоящее время благодаря усилиям современных
историков создана основа для всестороннего изучения проблемы
государственно-церковных отношений.

в третье тысячелетие: религиозная свобода в плюралистическом обществе. Материалы


международной конференции (Москва, 23-24 марта 1999 года). М., 2000. С. 36-46. Он же.
Русская православная церковь накануне и в эпоху сталинского социализма. 1917-1953 гг.
М.: РОССПЭН, 2014. 424 с. (История сталинизма).
14
Кашеваров А.Н. Православная Российская Церковь и Советское государство (1917-
1922). М.: Изд-во Крутицкого подворья, 2005. 437 с.
15
Кривова Н. А. Власть и Русская православная церковь в 1922-1925 гг.: Политика ЦК
РКП(б) по отношению к религии и церкви и ее осуществление ГПУ-ОГПУ: Дис… док.
ист. наук: ВАК 07.00.02: утв. 27.11.98. М., 1998. – 418 с.
16
Головушкин Д. А. Обновленческое движение в Русской православной церкви в 1905-
1925 гг. : Дис… канд. ист. наук: ВАК 07.00.02: Ярославль, 2002. 255 с.
17
Митрофанов Г., прот. История Русской Православной Церкви 1900-1927. СПб.: "Сатис",
2002. 442 с.
18
Цыпин В., прот. История Русской церкви. 1917-1997. М.: Издательство Спасо-
Преображенского Валаамского монастыря, 1997. 831 с.; Он же. Русская православная
церковь (1917 - 1925). М.: Издание Сретенского монастыря, 1996. 336 с.
19
Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. М.:
Крутицкое патриаршее подворье, 1996. 670 с.; Левитин-Краснов А. Э. Лихие годы, 1925-
1941. Воспоминания. Paris: YMCA-Press, 1977. 308 с.
20
Регельсон Л. Л. Трагедия Русской Церкви, 1917-1945. Изд. 3-е. М.: Издательство
Крутицкого подворья: Общество любителей церковной истории, 2007. 640 с.
9
Глава 1. Влияние Декрета об отделении церкви от государства и
школы от церкви на формирование государственно-церковных
отношений в период 1917-1918 гг.
1.1 Формирование религиозной политики советского
правительства в 1917-18 гг.
Рассматриваемый период явился определяющим в развитии
государственно-церковных отношений, поскольку именно в это короткое
время закладывались основы антирелигиозного законодательства. Кроме
того, в это же время были сформированы государственные структуры
советской власти и управления в центре страны и на местах.
Первые декреты большевиков были направлены на вытеснение церкви
из всех сфер общественной жизни: «О волостных земельных комитетах»,
«Об уничтожении сословий и гражданских чинов», «О расторжении брака»,
«О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния» и другие.
Особое внимание уделялось воспитанию нового поколения советских людей,
поэтому был издано постановление о передаче всей образовательной и
воспитательной базы из духовного ведомства Комиссариату по народному
просвещению21.
Такая политика СНК по отношению к церкви была основана на
идеологической несовместимости марксизма с христианской верой, а также
на отношении к духовенству как представителям класса эксплуататоров.
Первыми мероприятиями советской власти по осуществлению новой
церковной политики явились: реквизиция Народным комиссариатом
просвещения синодальной типографии в Петрограде, захват рабочими
Московского свечного завода, попытка захвата Александро-Невской Лавры,
а также другие случаи как «законной» экспроприации, так и откровенного

21
Постановление Комиссариата по народному просвещению «О передаче дела воспитания
и образования из духовного ведомства в ведение Комиссариата по народному
просвещению» (15.12.1917) // Собрание узаконений и распоряжений правительства за
1917-1918 гг. М., 1942. С. 129
10
грабежа приходов, храмов и монастырей, чему имеются многочисленные
свидетельства22.
Главным идеологом борьбы с церковью был В. И. Ленин, в
рассматриваемый период председатель СНК и глава РСДРП(б). Еще в 1905 г.
в своей статье «Социализм и религия» он писал о необходимости полного
отделения церкви от государства и идейной борьбы «с религиозным туманом
<…> против всякого религиозного одурачения рабочих»23.
Совет Народных Комиссаров РСФСР с момента своего создания
занимался законодательной деятельностью, хотя и был подконтролен съезду
Советов и ВЦИК, но с 4 ноября 1917 г., согласно резолюции ВЦИК, СНК
получил право единолично издавать декреты24.
По словам Я. М. Свердлова, главы ВЦИК 1917-1919 гг., СНК − «это
непосредственный орган власти как таковой: и законодательной, и
исполнительной, и административной»25, поэтому деятельность СНК
являлась ключевым звеном в формировании антицерковной политики
советского государства. На заседаниях СНК принимались соответствующие
декреты, формировались государственные органы для их осуществления,
определялись темпы и формы проведения в жизнь принятого
законодательства26.
Главным документом, который провозгласил антицерковную и

22
Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в Советской России. Октябрь
1917-1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б.
Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 24-25
23
Ленин В. И. Социализм и религия // Ленин В. И. Полное собрание сочинений. 5-е изд. В
55 т. М.: Издательство политической литературы, 1968. Т. 12. С. 145
24
Максимова О. Д. Законотворчество в Советском государстве в 1917-1936 годах: Дис...
док. юр. наук: ВАК 12.00.01: М., 2016. С. 30
25
Цит. по: Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в Советской России.
Октябрь 1917 – 1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв.
сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 9
26
Там же. С. 9-10
11
антирелигиозную политику государства на последующие десятилетия, стал
«Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви».
Этот законодательный акт начал готовиться еще в декабре 1917 г. В
газете «Правда» была опубликована статья свящ. Галкина, в которой он
обосновал и изложил схему мероприятий по отделению церкви от
государства27. Затем была создана специальная комиссия по разработке
проекта28, 20 января 1918 г. на заседании СНК проект был утвержден29, а 23
января 1918 г. Декрет был опубликован и вступил в законную силу.
Декрет провозглашал: полное отделение церкви от государства и
свободу совести; отмену религиозных обрядов, клятв и присяг при
совершении государственных действий; введение светской регистрации
актов гражданского состояния; отделение школы от церкви и запрет
преподавания религии в учебных заведениях; запрет религиозным обществам
владеть собственностью и иметь права юридического лица. Кроме того,
декрет объявлял все церковное имущество народным достоянием30.
Задача воплощения этого Декрета в жизнь была возложена на VIII
отдел Народного Комиссариата Юстиции РСФСР. Поскольку Декрет об
отделении носил больше декларативный характер и требовал разъяснений, в
августе 1918 г. Наркомюст издал инструкцию с подробным описанием
действий советской власти в отношении религиозных обществ, в том числе и

27
Статья священника М. Галкина в газете «Правда» с предложением о принятии мер по
отделению церкви от государства в Советской России (03.12.1917) // Отделение Церкви от
государства и школы от Церкви в Советской России. Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник
документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во
ПСТГУ, 2016. С. 94-97
28
Постановление СНК об ускорении процесса отделения церкви от государства. – Из
протокола заседания СНК № 24 (11.12.1917) // Там же. С. 107
29
Проект Декрета СНК РСФСР о свободе совести, церковных и религиозных обществах
(20.01.1918) // Там же. С. 128-130
30
Декрет СНК РСФСР об отделении церкви от государства и школы от церкви
(23.01.1918) // Там же. С. 131-133
12
Российской православной церкви. Кроме того, эта инструкция вводила
положение о так называемых «двадцатках» – минимальном числе граждан,
которые могли претендовать на пользование церковным имуществом в
богослужебных целях.
Необходимо отметить, что данная инструкция ужесточала положения
Декрета. Например, согласно п. 10, религиозные общества в государстве
имели право на существование в качестве частных союзов, а в п. 1.3
инструкции говорится, что все религиозные общества подлежат закрытию, а
их имущество – конфискации. Богослужебные здания и предметы, согласно
декрету, передавались в бесплатное пользование религиозным обществам (п.
13), инструкция же предписывала передачу подобного имущества группе
граждан, которые захотят его взять (п. 5), не зависимо от их отношения к
религии31.
Помимо юридических и имущественных вопросов, инструкция
подробно касалась метрических книг и записи актов гражданского состояния,
которые теперь целиком и полностью переходили в государственные
ведомства.

С самого начала существования советское государство строило свою


политику, в том числе и церковную, на основе партийной идеологии, которая
провозглашала несовместимость социализма и религии. Поэтому первые
декреты большевиков разрушали сложившиеся отношения церкви и
государства, а создание новых отношений происходило с позиции силы и
носило конфронтационный характер. Основные законодательные акты
молодой советской власти по отношению к церкви свидетельствуют о том,

31
Постановление НКЮ РСФСР о порядке проведения в жизнь декрета об отделении
церкви от государства и школы от церкви (инструкция) (30.08.1918) // Отделение Церкви
от государства и школы от Церкви в Советской России. Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник
документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во
ПСТГУ, 2016. С. 173-183
13
что для построения народного государства большевикам церковь была не
нужна, более того, ее рассматривали как чужеродный элемент, поэтому
предполагалось ее планомерное уничтожение.
Однако в рассматриваемый период декларируемая свобода совести,
тем не менее, сохраняла право церкви на существование, поскольку
провозглашалось равенство всех вероисповеданий, в том числе и
православия. Следует отметить, что советская власть подчеркнуто заявляла о
своем невмешательстве во внутрицерковную жизнь, а новое
законодательство не предусматривало прямой борьбы с церковью, а тем
более открытых на нее гонений.
Главным результатом первых мероприятий советской власти в
отношении церкви явилось разделение общества на верующих и
неверующих, с их намеренным противопоставлением друг другу вплоть до
враждебности. Кроме того, идейные разногласия с церковью переводились в
область политическую с использованием всех возможностей
государственного аппарата.

14
1.2 Октябрьский переворот 1917 г. и Декрет об отделении церкви
от государства в восприятии «консервативной» части Российской
православной церкви.
Октябрьская революция произошла во время работы Поместного
собора 1917-1918 гг., участники которого поначалу игнорировали
постановления советского правительства, считая новую власть незаконной и
ожидая созыва Учредительного собрания. Основной документ, касающийся
церковно-государственных отношений, – «Определение о правовом
положении Православной Российской Церкви» – был принят 2 декабря
1917 г. Таким образом, Поместный собор обозначал понимание того, что и
власть, и общественный строй в России претерпели изменения. Но, хотя в
нем и декларировалась независимость церкви от государственной власти,
совершенно не принимались во внимание готовящиеся и уже вступившие в
силу законы нового правительства. По этому соборному документу за
православием сохранялось «первенствующее среди других исповеданий»
положение, кроме того, государственная власть обязывалась согласовывать
свою законодательную деятельность с церковью, а прежние права и
привилегии объявлялись имеющими законную силу32.
Очевидно, что Декрет об отделении церкви от государства явился
ответом на Определение о правовом положении Православной Российской
Церкви. Каждому пункту соборного определения большевики
противопоставили раздел декрета, фактически отменяющий
соответствующее положение Определения33 (см. Приложение).
Проект Декрета об отделении церкви от государства был опубликован

32
Определение Священного Собора Православной Российской Церкви о правовом
положении Православной Российской Церкви (02.12.1917) // Русская Православная
Церковь и коммунистическое государство 1917-1941. Документы и фотоматериалы. М.,
1996. С. 13-15
33
Беглов А. Л. В поисках «безгрешных катакомб». Церковное подполье в СССР. М.:
Издательский Совет Русской Православной Церкви, «Арефа», 2008. С. 32
15
еще в конце декабря 1917 г. и вызвал бурю негодования среди духовенства.
Одним из первых с протестом выступил митр. Петроградский и Гдовский
Вениамин (Казанский)34. Позже со своим посланием обращается к верующим
избранный Поместным собором патриарх Тихон. В этом документе он
разъясняет происходящее с церковной точки зрения, выступает против
разрушения храмов и реквизиции церковного имущества. Кроме того,
патриарх отлучает от церкви «творящих беззакония» и призывает
духовенство организовывать союзы верующих для защиты церкви35. И, хотя
большевики в послании прямо не назывались, этот документ был однозначно
воспринят как анафематствование безбожной советской власти.
Патриаршее послание от 19 января 1918 г. фактически явилось
началом мирного противостояния церкви религиозной политике советского
государства, однако необходимо подчеркнуть, что это противостояние
явилось защитной реакцией на агрессивные действия властей.
На публикацию, собственно, Декрета от 23 января 1918 г. Поместный
собор также отреагировал немедленно. В постановлении Собора от 25 января
1918 г. говорится, что изданный Декрет представляет собой «злостное
покушение на весь строй жизни Православной Церкви и акт открытого на нее
гонения». Кроме того, Собор объявил всякое участие в проведении в жизнь
вышеупомянутого Декрета несовместимым с «принадлежностью к
Православной церкви», более того, за подобную деятельность следовало

34
Обращение митрополита Петроградского и Гдовского Вениамина (Казанского) в СНК
РСФСР в связи с опубликованием проекта Декрета об отделении Церкви от государства
(10.01.1918) // Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в Советской России.
Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв.
сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 123
35
Послание Патриарха Тихона об анафематствовании творящих беззаконие и гонителей
веры и Церкви Православной (19.01.1918) // Там же. С. 126-128
16
церковное наказание вплоть до отлучения от церкви36.
Еще через два дня Поместный собор опубликовал Воззвание к
православному народу, в котором призвал всех верующих встать на защиту
святынь, для чего предлагалось создавать особые церковные союзы37.
Еще одной формой протеста верующих против Декрета об отделении
стала организация крестных ходов, которые проходили во многих городах и
населенных пунктах и нередко сопровождались вооруженными
столкновениями с красногвардейцами38.
Сразу после выхода Декрета в адрес Собора и патриарха стали
поступать протоколы и постановления приходских и епархиальных
собраний, в которых выражалось отрицательное отношение верующих к
этому постановлению советского правительства. Необходимо отметить, что в
некоторых документах одобрялся сам «принцип отделения Церкви от
государства, как освобождающий наших духовных руководителей от
несвойственных им и тяжелых обязанностей, не совместимых со служением
Христу». Но верующие выступали против «неправомерного принятия» и
«чересчур поспешного издания декрета» как «акта величайшей важности для
положения Церкви»39.
События января – февраля 1918 г. показали, что бойкотирование
указов советского правительства, а также призывы к прямому
неповиновению не привели к каким-либо серьезным уступкам со стороны
36
Постановление Священного Собора о Декрете об отделении Церкви от государства
(25.01.1918) // Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в Советской России.
Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв.
сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 134-136
37
Воззвание Священного Собора к православному народу по поводу Декрета СНК об
отделении Церкви от государства (27.01.1918) // Там же. С. 136-137
38
Статья из «Церковных Ведомостей. Прибавления» о расстрелах крестных ходов в Туле,
Харькове и других городах (20.02.1918) // Там же. С. 144-145
39
Цит. по: Кашеваров А.Н. Православная Российская Церковь и Советское государство
(1917-1922). – М.: Изд-во Крутицкого подворья, 2005. – С. 131
17
большевиков, скорее наоборот, такие методы вызвали лишь новые репрессии
в отношении духовенства и верующих. В связи с этим церковная власть была
вынуждена от пассивного сопротивления перейти к поискам диалога.
В начале марта 1918 г. была сформирована делегация Священного
Собора во главе с А. Д. Самариным по контактам с СНК. Со стороны
правительства делегацию принимали народный комиссар юстиции
Д. И. Курский, народный комиссар страхования М. Т. Елизаров и
управляющий делами СНК В. Д. Бонч-Бруевич. В ходе переговоров
делегация потребовала от представителей Совнаркома отменить все
распоряжения правительства, посягающие на провозглашенные советской
властью свободу совести и принцип равноправия40.
Заявление делегации содержало конкретные предложения по замене
тех статей декрета, которые вызывали наибольшее возмущение. Например,
было предложено вместо полного запрета религиозного образования
ограничиться прекращением отпуска государственных субсидий на оплату
преподавания Закона Божьего в общеобразовательных учреждениях, но при
этом оставить за гражданами право обучать вероучению на собственные
средства и по своему желанию. Кроме того, делегация требовала вернуть
церкви право иметь движимое и недвижимое имущество и пользоваться
правами юридического лица. Также в заявлении содержалось требование о
возвращении церкви реквизированного имущества, в частности соборов
Московского Кремля и синодальных типографий41.
Ответом советского правительства было обещание создать

40
Заявление делегации Священного Собора по переговорам с СНК по вопросам церковно-
государственных отношений (27.03.1918) // Отделение Церкви от государства и школы от
Церкви в Советской России. Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот.
Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 154-155
41
Заявление делегации Священного Собора и совета объединенных приходов Москвы по
переговорам с СНК. – О Декрете об отделении церкви от государства и гонениях на
Православную Церковь (ранее 19.04.1918) // Там же. С. 157
18
специальную комиссию по разъяснению декрета42, никаких других
положительных откликов на заявление соборной делегации не было. Таким
образом, переговоры между делегацией Собора и СНК не привели ни к каким
реальным результатам и постепенно прекратились.
В это же время, 18 апреля 1918 г. Собор публикует документ43, в
котором подтверждается неизменность позиции церкви, изложенная в
Определении о правовом положении церкви в государстве. Кроме того, в нем
православное население призывается принимать меры по возвращению
отобранного церковного имущества и препятствовать его дальнейшей
реквизиции, а также оказывать помощь гонимым и их семьям.
Немного ранее Собор в своем «Определении» по поводу декретов о
расторжении брака и о гражданском браке осудил новое законодательство о
браке и разводе как несовместимое и с церковными канонами, и с
христианскими представлениями о нерушимости и святости брака. В этом
документе от имени Священного Собора Православной Российской Церкви
было открыто заявлено, что «декреты, направленные к ниспровержению
церковных законов, не могут быть приняты церковью» 44.
Также непримиримо Собор отреагировал на Инструкцию НКЮ о
порядке проведения в жизнь Декрета об отделении церкви от государства. На
заседании Соборной комиссии от 6 сентября 1918 г. был разработан проект
заявления в СНК по вопросу изданной Инструкции, в котором говорилось,
42
Статья из газеты «Свобода России» о заявлении представителя Священного Собора Н.Д.
Кузнецова управляющему делами СНК В.Д. Бонч-Бруевичу с критикой политики по
отношению к Православной Церкви (08.05.1918) // Отделение Церкви от государства и
школы от Церкви в Советской России. Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник документов / отв.
ред. прот. Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 164
43
Определение Священного Собора о мероприятиях, вызываемых происходящими
гонениями на Православную Церковь (18.04.1918) // Там же. С. 159-161
44
Определение Священного Собора Православной Российской Церкви по поводу декретов
о расторжении брака и о гражданском браке (19.02.1918) // Русская Православная Церковь
и коммунистическое государство 1917-1941. Документы и фотоматериалы. М., 1996. С. 17-18
19
что советская власть, вопреки своим обещаниям, в своей законотворческой
деятельности нисколько не считалась с религиозными интересами. Напротив,
в отношении церкви было организовано систематическое и упорное
преследование, а «последняя инструкция комиссара юстиции ставит
Православную Церковь пред лицом неизбежного исповедничества и
мученичества»45. Верующим было предписано препятствовать передаче
церковного имущества представителям власти согласно Инструкции НКЮ
под страхом церковного отлучения46.
Особое возмущение членов Соборной комиссии вызвало то, что в
инструкции была предусмотрена передача храмов не каноническому
приходу, а коллективу, в состав которого должен быть открыт доступ всем
желающим по их устному заявлению. Таким образом, в церковную общину
могли быть извне включены отлученные от церкви или вообще неверующие.
Одним из наиболее жестких документов Православной Российской
церкви в отношении власти большевиков в 1918 году можно назвать
обращение патриарха Тихона к СНК в связи с годовщиной Октябрьской
революции, в котором он прямо обличает советскую власть в нарушении
«свободы в делах веры» и «вмешательстве во внутреннее управление
Православной Церкви», в запрете на права граждан обучать своих детей вере,
развязывании братоубийственной войны, казнях и грабежах, а также в
богохульстве и кощунстве. В конце своего обращения патриарх призывает
большевиков прекратить кровопролитие и преследование за веру, иначе «от

45
Протокол 3-го заседания Соборной Комиссии по выработке проекта заявления об
Инструкции к декрету об отделении церкви от государства и школы от церкви
(06.09.1918) // Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в Советской России.
Октябрь 1917 - 1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот. Владимир Воробьев, отв.
сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 193
46
Протокол 3-го заседания Соборной Комиссии по выработке проекта заявления об
Инструкции к декрету об отделении церкви от государства и школы от церкви
(06.09.1918) // Там же. С. 194
20
меча погибнете сами вы, взявшие меч (Мф. 26, 52)»47.

Как видно из приведенных документов, в ранний период


установления советской власти и первых ее действий Православная церковь
оказывала сопротивление политике большевиков в религиозной области,
используя такие формы протеста, как публичное осуждение действий
советской власти, призывы к бойкотированию правительственных декретов и
постановлений, массовые крестные ходы, а также объединение верующих в
особые братства и союзы для охраны церковной собственности и святынь и
защиты духовенства от насилия и гонений. Православные клирики и
определенная часть мирян надеялись на то, что подобные действия приведут
к изменению или даже отмене антицерковного законодательства.
Очевидно, что церковное руководство не осознавало необратимости
изменений в государстве. На первых порах соборное большинство считало,
что советская власть нелегитимна, и рассчитывало на скорое прекращение
беспорядков и созыв Учредительного собрания. Кроме того, понимание
реально сложившейся ситуации осложнялось разгоравшейся Гражданской
войной, исход которой в период 1917-1918 гг. трудно было предугадать.
Вместе с тем, обращаясь в своих посланиях к пастве, и патриарх
Тихон, и Собор были уверены в том, что большинство населения, несмотря
на разворачивающуюся антирелигиозную пропаганду, по-прежнему остаются
православными и верующими, для которых отлучение от церкви является
действенным средством вразумления. Поэтому церковное руководство
рассчитывало, что основная масса верующего народа не станет оказывать
поддержку большевикам, и советской власти придется отменить все декреты
и постановления, направленные на серьезное ограничение интересов церкви.

47
Обращение Патриарха Тихона к СНК РСФСР в связи с первой годовщиной
Октябрьской революции (26.10.1918) // Отделение Церкви от государства и школы от
Церкви в Советской России. Октябрь 1917 – 1918 г.: Сборник документов / отв. ред. прот.
Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ, 2016. С. 202
21
1.3 Октябрьский переворот 1917 г. и Декрет об отделении церкви
от государства в восприятии «прогрессивной» части Российской
православной церкви.
Как видно из предыдущего параграфа, основная часть Российской
православной церкви была настроена категорически против ленинских
декретов. Исключение составляло так называемое «прогрессивное»
духовенство в лице представителей Всероссийского союза православного
демократического духовенства и мирян, который был создан 7 марта 1917 г.
в Петрограде48. Наиболее активные деятели Союза, такие как
А. И. Введенский и А. И. Боярский, впоследствии сыграли важную роль в
формировании «обновленческой» церкви.
С самого начала своей деятельности члены Союз выступали за
республиканскую форму правления как наиболее подходящую, по их
мнению, для России, а также отстаивали социально-экономические
принципы: борьба против капитализма и национализация средств
производства. Из церковных задач основными были реформа церкви и
отделение религиозного образования от светского49. Эти идеи Союз широко
пропагандировал через свой печатный орган – «Церковно-общественный
вестник» под руководством профессора Б. В. Титлинова. Наибольшую
активность в этой сфере проявлял священник Александр Введенский,
который публиковал статьи и брошюры, а также читал «публичные лекции о
согласованности идей социализма и идей христианства»50.
В своем отношении к Декрету об отделении церкви от государства
о. Александр Введенский последовательно проводил политику поддержки

48
Фёдоров В. А. Всероссийский союз демократического духовенства и мирян //
Православная энциклопедия : в 44 т. М.: Церковно-научный центр «Православная
энциклопедия», 2005. Т. 9. С. 686.
49
Введенский А. И. Церковь и государство (очерк взаимоотношений церкви и государства
в России 1918-1922 г.). М., 1923. С. 32
50
Там же. С. 35
22
новой власти. По его словам, Декрет был издан именно в защиту истинной
свободы совести и являл собой «подлинное религиозное благо»51. Кроме
того, Введенский утверждал, что до Октябрьского переворота церковь была
политической организацией, а революция и, впоследствии, Декрет спасли
религиозность церкви, уничтожив ее политичность52.
Оценивая политику советского государства по отношении к церкви,
Введенский уверенно стоял на позиции поддержки действий большевиков.
Он утверждал, что советская власть дифференцированно относится к
«антисоветским церковным деятелям» и церкви вообще, а репрессии против
врагов рабоче-крестьянской республики вполне оправданы. Более того,
Введенский утверждал, что репрессивные меры правительства имели для
церкви очистительный эффект, и государство, «задавив видимую церковную
контр-революцию, оставляет церковь в покое», оно «не теснит церковь»,
более того, придерживается принципа невмешательства и «предоставляет
церкви полноту раскрытия чисто-религиозных возможностей»53.
Свящ. Александр Введенский прямо обвинял Поместный собор и
патриарха Тихона в контрреволюционной деятельности, в том, что они не
понимают полезности Декрета и не принимают этот «дар» большевистского
правительства. В связи с этим «прогрессивное» духовенство должно взять на
себя функции по разъяснению декрета с целью его правильного принятия
церковью54.
Соратник Введенского по Союзу православного демократического
духовенства и мирян свящ. Иван Федорович Егоров энергично высказывался
за вовлечение духовенства в классовую борьбу на стороне социализма. Он

51
Введенский А. И. Церковь и государство (очерк взаимоотношений церкви и государства
в России 1918-1922 г.). М., 1923. С. 111
52
Там же. С. 112
53
Там же. С. 237-239
54
Фирсов С.Л. Власть и огонь. Церковь и советское государство: 1918 - нач. 1940-х гг.
Очерки истории. М.: ПСТГУ, 2014. С. 80
23
утверждал, что истинный пастырь не может оставаться в стороне от борьбы
угнетенного народа за справедливость55.
Еще один видный деятель Союза прот. Александр Боярский не только
положительно оценивал происшедшие в государстве перемены, но и
призывал церковь активно включаться в строительство нового государства56.
В своей брошюре «Церковь и демократия», изданной в 1918 г., он
отмечает, что церковь до революции была в угнетенном положении,
«изолированная от борьбы за интересы народных масс». В свете же новой
политической ситуации и нового церковного сознания «рабочий батюшка»
составил своего рода программу, которая выражала точку зрения основной
массы тогдашнего пролетариата. В частности, в ней утверждалось всеобщее
равенство, земля объявлялась общенародной собственностью и подлежала
реквизиции у землевладельцев, а наиболее приемлемой формой
собственности с точки зрения христианства признавалась общинная57.
Интересно отметить, что, наряду с поддержкой отделения церкви от
государства, прот. А. Боярский предупреждал о том, что при отсутствии
христианской основы государство окажется без духовной поддержки и, в
конце концов, погибнет. Церковь же, обретя независимость от государства,
только укрепится, а в условиях притеснений и гонений со стороны властей
еще больше окрепнет и обогатится новыми исповедниками и свидетелями
веры58.
Следует остановиться на работе еще одного идеолога обновленчества
бывшего профессора ПДА Бориса Васильевича Титлинова – «Церковь во

55
Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. М.:
Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 37
56
Головушкин Д. А. Обновленческое движение в Русской православной церкви в 1905-
1925 гг. : Дис… канд. ист. наук: ВАК 07.00.02: Ярославль, 2002. С. 160-161
57
Левитин А. Э., Шавров В. М. Указ. соч. С. 38-39
58
Фирсов С.Л. Власть и огонь. Церковь и советское государство: 1918 - нач. 1940-х гг.
Очерки истории. М.: ПСТГУ, 2014. С. 268
24
время революции», в которой он дал оценку Декрету об отделении церкви от
государства. С его точки зрения основные положения этого Декрета
логически вытекали из принципов революционного законодательства,
коренным образом изменяя отношения церкви и государства. И даже
сомнения по поводу правильности пунктов Декрета о лишении церкви
собственности и юридического лица Титлинов трактует в пользу советской
власти. Он объясняет эти мероприятия большевистского правительства тем,
что Октябрьская революция ниспровергла буржуазные понятия о
собственности и национализировала всё имущество частных учреждений, в
том числе и церковное. Более того, Титлинов обвиняет церковь в том, что
Декрет был якобы ответом на агрессивный выпад патриарха Тихона в его
послании от 19 января 1918 г., в котором он продемонстрировал
непримиримость позиции церкви в отношении большевиков59.

Итак, мы видим, что в первые месяцы после революции


«прогрессивное» духовенство занимало достаточно активную позицию и
открыто поддерживало законотворческую деятельность большевистской
власти, по сути, став на путь сотрудничества с советским государством. В
связи с этим, помимо политической поддержки, необходимо было находить
религиозные оправдания действиям новой власти, а также доказывать
соответствие социалистических идей христианским идеалам.

Октябрьская революция, идеи социализма и политика советского


государства по отношению к церкви по-разному воспринимались
различными церковными течениями того времени. Официальная церковь в
лице патриарха Тихона и Поместного собора категорически не принимали ни
новую власть, ни ее декреты и законы. С их точки зрения идеальная модель

59
Фирсов С.Л. Власть и огонь. Церковь и советское государство: 1918 - нач. 1940-х гг.
Очерки истории. М.: ПСТГУ, 2014. С. 80-81
25
церковно-государственных отношений, изложенная в «Определении о
правовом положении Православной Российской Церкви», состоит в полном
невмешательстве государства в дела Российской православной церкви с
признанием ее первенства, авторитета и привилегий. «Прогрессивная» часть
духовенства и мирян напротив, поддерживала большевистскую религиозную
политику. По их мнению, во взаимоотношениях церкви и государства
первенство, безусловно, должно принадлежать государству, а церковь со
своей стороны должна обеспечивать всестороннее сотрудничество, а также
оказывать идеологическую и политическую поддержку.
Основным итогом формирования государственно-церковных
отношений в рассматриваемый период явилась разработка большевиками
основных мероприятий, направленных на борьбу с церковью, главным из
которых стал Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви.
Для реализации этой политики была создана соответствующая
законодательная база. При этом никакие возражения или поправки со
стороны Российской православной церкви в расчет не принимались,
религиозная политика проводилась в жизнь твердо и последовательно, ни на
какие уступки советская власть не шла и от установления паритетных
отношений с церковью отказывалась.

26
Глава 2. Влияние обновленческого раскола 1922-1925 гг. на
формирование государственно-церковных отношений
2.1. Особенности религиозной политики советского
правительства в 1922-1925 гг.
В истории взаимоотношений государства и церкви период с 1922 по
1925 г. следует выделить особо. После окончания Гражданской войны и
подавления Белого движения начался переход от политики военного
коммунизма к новой экономической политике, этот этап характеризуется
ослаблением централизации в экономике и в монополизации власти со
стороны партийных структур при одновременном усилении идеологической
составляющей. На этот период приходится пик борьбы церкви не только за
сохранение своих организационных структур и внутреннего единства, но и за
существование Российской православной церкви как таковой. Окончанием
этого исторического периода можно считать смерть патриарха Тихона в 1925
г., а также свертывание НЭПа и усиление внутрипартийной борьбы после
смерти В. И. Ленина, когда закончился непродолжительный период
существования оппозиции в партии, и власть начала приобретать
диктаторский характер.
Главной особенностью советской религиозной политики в
рассматриваемый период является то, что в предшествующие годы борьбы с
церковью власти не смогли добиться полной её ликвидации и поэтому
вынуждены были искать альтернативные пути к достижению своей цели.
Кампания по изъятию церковных ценностей 1922 г., организованная
под предлогом сбора средств для оказания помощи голодающим, явилась
крупнейшей антирелигиозной кампанией, направленной на дискредитацию
церкви, уничтожение духовенства и на ослабление влияния религиозного
мировоззрения в общественном сознании. Кроме того, как указано в
знаменитом письме Ленина членам Политбюро, целью этой кампании было
также «обеспечить себе фонд в несколько сотен миллионов золотых

27
рублей»60.
О возможности использования обновленческого движения в планах по
расколу церкви еще в начале декабря 1921 г. говорил Ф. Э. Дзержинский.
Опираясь на разработки чекистов М. И. Лациса и Т. П. Самсонова,
председатель ВЧК сформулировал ближайшие задачи проводимой политики
по отношению к Православной церкви. В своей короткой записке он
заявляет, что нужно помочь церкви разрушиться, а не содействовать ее
возрождению в обновленном виде. Он также четко определил цели любых
контактов с духовенством – развал и разложение церкви, а также подтвердил
важнейший партийный принцип о непримиримости и враждебности
коммунизма к любой форме религии61.
Позже о своих видах на обновленческое движение написал
Л. Д. Троцкий в своей «Записке о политике по отношению к церкви» от 30
марта 1922 г. Суть его планов состояла в том, чтобы использовать
конфронтацию обновленчества и церковной иерархии, а также
амбициозность и непримиримость обновленческих лидеров. Предполагалось
сыграть на этих противоречиях, развить их и обратить в раскол церкви, затем
с помощью обновленцев отобрать у церкви золото и уничтожить старую
иерархию, при этом оказывать им поддержку до тех пор, пока большевики
будут нуждаться в их услугах. А после ликвидации одного крыла
духовенства − сторонников патриарха Тихона, расправиться со вторым
крылом − обновленцами62.

60
Письмо В. И. Ленина членам Политбюро о событиях в г. Шуе и политике в отношении
церкви (19.03.1922) // Русская Православная Церковь и коммунистическое государство
1917-1941. Документы и фотоматериалы. М., 1996. С. 89.
61
Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М.: Издательство Март, 1996. С. 158-159
62
Записка Л. Д. Троцкого в Политбюро ЦК РКП(б) о политике по отношению к церкви
(30.03.1922) // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1. Архивы Кремля : Политбюро и церковь.
1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г. Петров. Новосибирск ; М. : Сибирский
хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 161-164.
28
Кампания по изъятию церковных ценностей началась 23 февраля
1922 г. с выходом декрета ВЦИК «Об изъятии церковных ценностей для
реализации на помощь голодающим». Декретом предписывалось местным
советам «изъять из церковных имуществ, переданных в пользование групп
верующих всех религий по описям и договорам все драгоценные предметы
из золота, серебра и камней, изъятие коих не может существенно затронуть
интересы самого культа, и передать в органы Народного Комиссариата
Финансов со специальным назначением в фонд Центральной Комиссии
помощи голодающим»63.
Под видом участия духовенства в работе по учету церковного
богатства было решено привлечь лояльного еп. Антонина (Грановского) «как
спеца» и придать это назначение широкой огласке64. Фигура епископа была
подобрана удачно и не случайно, он играл одну из ключевых ролей в
обновленческом расколе. Официально было объявлено, что по вопросу
изъятия ценностей духовенство разбивается на две группы. Первая,
«обновленческая», лояльная властям, считает необходимым оказать
голодающему народу помощь из церковных средств, а вот вторая заняла
враждебную позицию по отношению к голодающему крестьянству и к
советской власти. Попытками опорочить российское духовенство в отказе
помочь голодающим и объявить его преступным в контрреволюционной
агитации против советской власти Л. Д. Троцкий рассчитывал
поспособствовать расколу, восстановить против духовенства народные
массы и в конечном итоге добиться ликвидации церкви.

63
Декрет ВЦИК о порядке изъятия церковных ценностей, находящихся в пользовании
групп верующих (23.02.1922) // Собрание узаконений и распоряжений правительства за
1922 г. М., 1950. С.381-382.
64
Письмо Л. Д. Троцкого в Политбюро ЦК РКП(б) с предложениями о мероприятиях по
изъятию церковных ценностей, принятыми Политбюро (23.03.1922) // Архивы Кремля: В
2-х кн. Т. 1. Архивы Кремля : Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский,
С.Г. Петров. Новосибирск ; М. : Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 153-155.
29
Особое место в борьбе большевиков против церкви занимает
судебный процесс по делу патриарха Тихона, целью которого было не просто
устранение патриарха с политической арены и отстранение его от церковного
руководства, но также его нравственная и духовная дискредитация. Для этого
был организован сбор документов и свидетельских показаний, которые
доказывали, что цель действий патриарха – организация
контрреволюционного заговора в Советской России и свержение советской
власти65.
Осенью 1922 г. при ЦК РКП(б) была создана Комиссия по
проведению отделения церкви от государства, сокращенно –
Антирелигиозная комиссия (АРК). Ее секретарем был назначен Е. А. Тучков,
руководитель 6-го «церковного» отделения ОГПУ. На заседании комиссии 31
октября 1922 г. в своем докладе Тучков сообщил о целях и методах работы
Комиссии. По его словам, для разжигания вражды между священниками и
епископами была образована группа «Живая Церковь», состоявшая в
основном из белого духовенства. При помощи ГПУ была осуществлена
замена почти половины тихоновских архиереев на обновленческих. Далее в
планах Е. А. Тучкова было образование обновленческих мирянских групп и
раскол среди верующих. Окончательная победа над церковью должна была
произойти на Соборе, который должен был расколоть духовенство на
несколько враждующих групп66.

65
Обвинительное заключение Верховного Суда РСФСР по делу Патриарха Тихона,
митрополита Арсения (Стадницкого), архиепископа Никандра (Феноменова) и П. В.
Гурьева по 62-й и 119-й статьям Уголовного кодекса РСФСР (не позднее 17.04.1923) //
Следственное дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального
архива ФСБ РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М.:
Памятники исторической мысли, 2000. С. 324.
66
Кривова Н. А. Власть и Русская православная церковь в 1922-1925 гг.: Политика ЦК
РКП(б) по отношению к религии и церкви и ее осуществление ГПУ-ОГПУ: Дис… док.
ист. наук: ВАК 07.00.02: утв. 27.11.98. М., 1998. С. 300-301
30
Весной 1923 г. под давлением мировой общественности, а также из-за
перегруппировки сил внутри РКП(б) запланированный расстрельный
приговор патриарху пришлось отменить, а громкий судебный процесс
отложить на неопределённое время67.
Так называемый «обновленческий» Собор, который открылся 2 мая
1923 г. в Москве, по плану большевиков должен был продемонстрировать
признание духовенством советской власти, полностью одобрить Декрет об
отделении церкви от государства и лишить сана патриарха.
В это же время ГПУ, во внутренней тюрьме которого содержался в
это время патриарх, проводит с ним определенную работу для того, чтобы
добиться от него публичного раскаяния и заверения в своей лояльности по
отношению к советской власти. В результате 16 июня 1923 г. патриарх Тихон
написал свое так называемое «покаянное» заявление68. После публикации
этого заявления патриарх Тихон был освобожден из-под ареста, но с
условием, что он подготовит еще несколько воззваний к верующим,
составленных также в духе восхваления советской власти69.
Освобождение патриарха Тихона на таких условиях, по мнению
председателя Антирелигиозной комиссии Е. Ярославского, должно было
иметь огромное политическое значение: патриарх окажется
скомпрометирован связью с ГПУ, что станет ударом для всех его
сторонников, в том числе среди эмиграции и в международных кругах, кроме
того освобождение патриарха явится гарантией против усиления влияния

67
Кривова Н. А. Власть и Русская православная церковь в 1922-1925 гг.: Политика ЦК
РКП(б) по отношению к религии и церкви и ее осуществление ГПУ-ОГПУ: Дис… док.
ист. наук: ВАК 07.00.02: утв. 27.11.98. М., 1998. С. 313-314
68
Заявление Патриарха Тихона в Верховный Суд РСФСР (16.06.1923) // Следственное
дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ
РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М.: Памятники
исторической мысли, 2000. С. 357
69
Кривова Н. А. Указ. соч. С. 322-323
31
обновленческого ВЦУ70.
Одним из условий освобождения патриарха, предъявленных ГПУ, был
вопрос о переходе на григорианский календарь. Зная консерватизм
православных и их отрицательное отношение к любого рода нововведениям,
введение нового стиля летосчисления, по замыслу властей, должна была
скомпрометировать патриарха в глазах верующих, так как «согласие его хотя
бы с какой-нибудь реформой <…> делает его «еретиком» − новатором в
глазах истинно православных»71.
Период с лета 1923 г. до конца 1925 г. характеризовался некоторым
ослаблением давления государственной власти на церковь и верующих,
причиной которого была политическая борьба в высших эшелонах власти.
Так, 16 августа 1923 г. Политбюро ЦК РКП(б) на своем заседании утвердило
циркулярное письмо, в котором критиковались насильственные методы
ведения религиозной политики как наносящие вред советской власти. В этом
письме разъяснялось, что гонения только усиливают религиозные
предрассудки, также были даны рекомендации тактично относиться к
верующим при терпеливой и вдумчивой критике их вероучения72.
Большевики также приняли решение по вопросу легализации
религиозных общин. Так, 26 февраля 1924 г. Политбюро ЦК РКП(б)

70
Записка председателя Антирелигиозной комиссии ЦК РКП(б) Е. М. Ярославского с
мотивировкой предложений об условиях освобождения из-под ареста патриарха Тихона
(11.06.1923) // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1. Архивы Кремля : Политбюро и церковь.
1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г. Петров. Новосибирск ; М. : Сибирский
хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 283-284
71
Записка председателя Антирелигиозной комиссии ЦК РКП(б) Е. М. Ярославского с
мотивировкой предложений об условиях освобождения из-под ареста патриарха Тихона
(11.06.1923) // Там же. С. 284
72
Циркулярное письмо ЦК РКП(б) № 30 «об отношении к религиозным организациям»
(16.08.1923) // Там же. С. 414-418
32
утвердило инструкцию73 по проведению такой регистрации, где была
закреплена норма числа членов религиозного общества – «двадцатка» – при
которой эта регистрация была возможна74.
Следует уделить особое внимание последнему воззванию патриарха
Тихона от 7 апреля 1925 г., известному как «предсмертное завещание», в
котором он осудил «всякое сообщество с врагами Советской власти и явную
или тайную агитацию против нее», назвал деятельность некоторых
представителей церкви в эмиграции «вредной и контрреволюционной», а
также объявил ложью и соблазном «все измышления о несвободе» как лично
его, так и церкви в советском государстве. В заключении он призвал всех
верующих «подчиняться Советской власти не за страх, а за совесть»75.
Множество обстоятельств свидетельствуют о причастности ОГПУ к
созданию этого завещания, например, отсутствие подлинника, написанного
рукой патриарха Тихона, а также наличие в материалах следственного дела
нескольких вариантов этого текста, правленых рукой Е. А. Тучкова76. Этот
документ был составлен и опубликован для того, чтобы спровоцировать
раскол среди епископата, так как Тучков знал, что часть архиереев не

73
Постановление Политбюро ЦК РКП(б) об утверждении инструкции о регистрации
православных религиозных обществ. Из протокола заседания Политбюро № 73, п. 23 от 26
февраля 1924 г. ) // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1. Архивы Кремля : Политбюро и
церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г. Петров. Новосибирск ; М.:
Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 443
74
Проект инструкции о регистрации православных религиозных обществ [Не позднее 26
февраля 1924 г.] // Там же. С. 436-443
75
Послание патриарха Тихона («Предсмертное завещание») (07.04.1925) // Следственное
дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ
РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М. : Памятники
исторической мысли, 2000. С. 409-413
76
Кривова Н. А. Власть и Русская православная церковь в 1922-1925 гг.: Политика ЦК
РКП(б) по отношению к религии и церкви и ее осуществление ГПУ-ОГПУ: Дис… док.
ист. наук: ВАК 07.00.02: утв. 27.11.98. М., 1998. С. 355-356
33
признает подлинность этого послания. Кроме того, Тучков рассчитывал на
то, что патриарший местоблюститель митр. Петр (Полянский) лишится
поддержки этой авторитетной группы иерархов, так как должен будет
проводить в жизнь волю почившего патриарха77, который завещал «принять
все происшедшее как выражение воли Божией»78.

Таким образом, хорошо видно, что с начала 1922 г. власть начала


проводить жесткий курс, направленный на ликвидацию церкви. Для этого
использовались такие средства как организация кампании по изъятию
церковных ценностей, раскол церкви изнутри, репрессии и террор против
духовенства, в том числе арест, следствие и длительное содержание под
стражей патриарха Тихона. Одним из путей для достижения поставленных
целей явилась работа властей с обновленческим движением по
использованию его в целях инициирования и стимулирования церковного
раскола для дальнейшего разрушения церкви изнутри.
Весной-летом 1923 г. в государственно-церковных отношениях
наметились тенденции к смягчению, что выразилось в освобождении
патриарха Тихона, а также в попытке властей строить свои отношения с
церковью более сдержанно и тактично, но при этом не менять сути этих
взаимоотношений. С этого момента большевики направили свои усилия на
главу церкви – патриарха Тихона, который должен был по их планам
объявить курс на лояльность по отношению к власти.
Интересно отметить, что еще в 1922 г. Л. Д. Троцкий считал наиболее
выгодной для государства ситуацию, «когда часть церкви сохраняет

77
Сафонов Д. В. К вопросу о подлинности «завещательного послания» св. Патриарха
Тихона // Богословский вестник. №4. 2004. Сергиев Посад, 2004. С. 286
78
Послание патриарха Тихона («Предсмертное завещание») (07.04.1925) // Следственное
дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ
РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М. : Памятники
исторической мысли, 2000. С. 410
34
лояльного патриарха, которого не признает другая часть церкви,
организующаяся под знаменем синода»79, т. е. обновленческого ВЦУ.

79
Письмо Л. Д. Троцкого в Политбюро ЦК РКП(б) с предложениями о политике по
отношению к церкви, принятыми Политбюро (24.05.1922) // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т.
1. Архивы Кремля : Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г.
Петров. Новосибирск ; М. : Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 181
35
2.2 «Патриаршая» церковь и обновленческий раскол в контексте
государственно-церковных отношений
В июне 1921 г., когда закончился срок полномочий Синода,
избранного Собором 1917-1918 гг., патриарх Тихон назначил его новый
состав, но из-за постоянных арестов его членов он не мог полноценно
работать. Более того, Синод был объявлен советской властью нелегальной
организацией и в мае 1922 г. прекратил свое существование80. Таким
образом, патриарх Тихон вынужден был практически единолично от имени
церкви выстраивать отношения с государством.
В разгар голода 1921 г. патриарх обратился к верующим всего мира с
призывом о помощи голодающим81, в том числе к православным США82.
Также необходимо отметить, что по инициативе патриарха Тихона был
образован Всероссийский церковный комитет помощи голодающим83,
благодаря которому к февралю 1922 г. было собрано около 9 млн руб., не
считая ювелирных изделий, золотых монет и продовольственной помощи84.
80
Мазырин А., свящ. Вопрос о патриаршем синоде в «межсинодский» период 1925-1927
гг. // Вестник ПСТГУ II: История. История Русской Православной Церкви. М., 2010. Вып.
II:2 (35). С. 62-73
81
Воззвание Святейшего Патриарха Тихона «К народам мира и к православному
человеку» по поводу голода в России (лето 1921) // Русская Православная Церковь в
советское время: (1917–1991). Материалы и документы по истории отношений между
государством и Церковью: В 2-х кн. Кн. 1 / Составитель Г. Штриккер. М.: «Пропилеи»,
1995. С. 144-145
82
Телеграмма Патриарха Тихона епископу Нью-Йоркскому с обращением к народу США
о помощи голодающим в России (август 1921) // Следственное дело патриарха Тихона:
Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ РФ / Отв. сост. Кривова
Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М. : Памятники исторической мысли, 2000. С.
113.
83
Письмо Патриарха Тихона в президиум Всероссийского комитета по оказанию помощи
голодающим (22.08.1921) // Русская Православная Церковь в советское время: (1917–1991)
... С. 146-147
84
Васильева О. Ю., Кнышевский П. Н. Красные конкистадоры. М.: Соратник, 1994. С. 157.
36
Летом 1921 г. при ВЦИК был создан ЦК Помгола, который с декабря
1921 г. вел переговоры с патриархом о возможности пожертвования
церковных ценностей на нужды голодающих. 6 февраля 1922 г. патриарх
обратился с воззванием об усилении помощи голодающим (с разрешением
сдачи в Помгол церковных ценностей, не имеющих богослужебного
употребления)85.
О попытках церкви оказать реальную помощь голодающим и
взаимоотношениях с властью по этому вопросу красноречиво говорится в
письме патриарха Тихона к М. И. Калинину от 25 февраля 1922 г. Из этого
текста мы узнаем, что «Православная Церковь еще с июля месяца прошлого
года усиленно стремилась на работу для помощи голодающим, испрашивая
разрешения Правительства на эту работу, и, если бы ей дано было развить
свою деятельность, может быть, мы не были бы свидетелями переживаемых
ныне ужасов голода»86. Как видно из письма, благотворительная
деятельность церкви продолжалась уже около полугода, хотя была
ограничена и строго регламентирована.
Ситуация изменилась, когда большевики решили использовать
народное бедствие для борьбы с церковью и развернули кампанию по
изъятию всех без исключения церковных ценностей.
Декрет от 23 февраля 1922 г. вызвал замешательство в Российской
православной церкви. 28 февраля 1922 г. патриарх Тихон обратился к
духовенству и верующим с посланием, в котором в частности говорилось:
«Мы допустили, в виду чрезвычайно тяжких обстоятельств, возможность
пожертвования церковных предметов, не священных и не имеющих
богослужебного употребления. <…> Но мы не можем одобрить изъятие из

85
Воззвание патриарха Тихона к верующим (06.02.1922) // Одинцов, М. И. Русские
патриархи XX века Судьбы Отечества и Церкви на страницах архивных документов. Ч. 1:
Дело патриарха Тихона; Крестный путь патриарха Сергия. М.: Изд-во РАГС, 1999. С. 58-59.
86
Письмо Патриарха Тихона председателю ВЦИК М. И. Калинину. 25 февраля 1922 г. //
Там же. С. 60.
37
храмов, хотя бы и через добровольное пожертвование, священных
предметов, употребление коих не для богослужебных целей воспрещается
канонами вселенской церкви и карается ею, как святотатство»87.
Послание патриарха Тихона получила одобрение среди большинства
иерархов РПЦ. В частности, в своем письме в Петроградский губисполком
митр. Вениамин (Казанский) уточняет позицию духовенства в этом вопросе:
церковь готова пожертвовать любые ценности, но только в случае, если все
другие средства помощи исчерпаны. Кроме того, в деле помощи голодающим
церковь должна выступать как самостоятельная организация, чтобы
собранные средства действительно пошли на помощь голодающим. В
противном случае действия властей по изъятию церковных ценностей
митр. Вениамин рассматривает как акт «кощунственно-святотатственный, за
участие в котором миряне <…> подлежат отлучению от церкви, а
священнослужители – извержению из сана»88.
В разгар кампании, когда в ходе насильственного изъятия церковных
ценностей повсеместно происходили столкновения верующих с властями,
стало очевидно, что церковному руководству необходимо пересмотреть и
смягчить свою позицию ради спасения церковного народа.
В своем воззвании от 10 апреля 1922 г. митр. Петроградский
Вениамин (Казанский) призвал верующих подчиниться декрету советской
власти и не препятствовать изъятию любых предметов культа, в том числе и
святынь. Митрополит заявил, что церковь должна быть вне политики, и уж
тем более не должна участвовать в вооруженных конфликтах с властями. А

87
Обращение патриарха Московского и всея России Тихона к православным (28.02.1922)
// Русская Православная Церковь и коммунистическое государство 1917-1941. Документы
и фотоматериалы. М., 1996. С. 74-75.
88
Письмо митрополита Вениамина в Петроградский Губисполком об условиях передачи
церковных ценностей (12.03.1922) ) // Русская Православная Церковь в советское время:
(1917–1991). Материалы и документы по истории отношений между государством и
Церковью: В 2-х кн. Кн. 1 / Составитель Г. Штриккер. М.: «Пропилеи», 1995. С. 152
38
изъятые ценности он призвал проводить «с молитвенным пожеланием, чтобы
они достигли своего назначения и помогли голодающим»89. Примерно такого
же содержания послание было составлено митр. Новгородским Арсением
(Стадницким)90.
Арест патриарха состоялся 19 мая 1922 г., в результате чего глава
церкви оказался изолирован в Донском монастыре. К патриарху не пускали
посетителей, он не получал информации извне, не мог влиять на
внутрицерковную жизнь, и церковь осталась фактически без руководства. В
этих условиях патриарх Тихон принимает решение о передаче власти
митр. Агафангелу (Преображенскому), о чем он официально известил
Председателя ВЦИК М. И. Калинина91.
Воспользовавшись этим обстоятельством, группа «прогрессивного»
духовенства из Петрограда в лице свящ. А. Введенского, протопр.
А. Красницкого и свящ. Е. Белкова объявила об образовании Высшего
Церковного Управления во главе с еп. Антонином (Грановским)92.

89
Воззвание к петроградской православной пастве (10.04.1922) // Русская Православная
Церковь в советское время: (1917–1991). Материалы и документы по истории отношений
между государством и Церковью: В 2-х кн. Кн. 1 / Составитель Г. Штриккер. М.:
«Пропилеи», 1995. С. 170
90
Воззвание митрополита Новгородского Арсения (Стадницкого) к пастве о помощи
голодающим и об изъятии церковных ценностей (19.04.1922) // Следственное дело
патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ РФ /
Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М. : Памятники исторической
мысли, 2000. С. 125-127
91
Заявление Патриарха Тихона Председателю ВЦИК М. И. Калинину о временной
передаче руководства церковного управления митрополиту Агафангелу
(Преображенскому) или митрополиту Вениамину (Казанскому) (12.05.1922) // Там же. С.
162
92
Докладная записка «Инициативной группы прогрессивного духовенства «Живая
церковь»» Патриарху Тихону о открытии канцелярии Святейшего Патриарха (18.05.1922)
// Там же. С. 165-166
39
Отношение к захвату власти обновленцами и объявлению нового
состава ВЦУ среди церковной иерархии Российской православной церкви
было различным. Митрополит Петроградский Вениамин (Казанский)
категорически отказался признавать самочинное ВЦУ, о чем он заявил в
своем послании от 28 мая 1922 г.93
Прямо противоположная реакция последовала от авторов так
называемого «Меморандума трех», митр. Сергия (Страгородского),
архиепископов Евдокима (Мещерского) и Серафима (Мещерякова). В своем
воззвании эти три иерарха признали обновленческое ВЦУ «единственно
канонической церковной властью»94.
В ответ на это воззвание написал свое послание к верующим
митр. Агафангел (Преображенский), в котором не признал законность
обновленческого ВЦУ. Кроме того, митрополит отказался от предложения
Е. А. Тучкова возглавить церковное руководство при условии отстранения от
власти патриарха Тихона. В сложившейся ситуации митр. Агафангел призвал
местных епископов к самоуправлению, «сообразуясь с Писанием,
церковными канонами и обычным церковным правом, по совести и
архиерейской присяге, впредь до восстановления Высшей Церковной
Власти»95.
Следует отметить, что многие епископы последовали призыву авторов
меморандума. По данным на июль 1922 г., из семидесяти трех епархиальных

93
Головушкин Д. А. Обновленческое движение в Русской православной церкви в 1905-
1925 гг. : Дис… канд. ист. наук: ВАК 07.00.02: Ярославль, 2002. С. 193
94
Сергий (Страгородский), митр., Евдоким (Мещерский), архиеп., Серафим (Мещеряков),
архиеп. Воззвание. // Живая церковь. 1922. № 4-5. С. 1
95
Послание Заместителя Святейшего Патриарха Московского и всея Руси, митрополита
Ярославского Агафангела (Преображенского) к архипастырям, пастырям и всем чадам
Православной Русской (18.06.1922) // Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского
и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей
церковной власти. 1917-1943 гг. / Сост. М. Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. С. 220
40
архиереев тридцать семь присоединились к обновленческому ВЦУ, а
тридцать шесть из них остались верными патриарху Тихону и перешли на
самоуправление96. Наиболее известной является Петроградская автокефалия,
которую возглавлял епископ Петергофский Николай (Ярушевич)97.
В этой связи необходимо напомнить, что в ноябре 1920 года Высшее
церковное управление во главе с патриархом Тихоном издало постановление,
известное как «Постановление о децентрализации», по смыслу которого, в
случае отсутствия связи епархии с органами ВЦУ или прекращении
деятельности последнего, правящий архиерей «воспринимает на себя всю
полноту власти, предоставленной ему церковными канонами»98.
Заключение патриарха Тихона под арестом продолжалось почти год, и
за время следствия прежде непримиримая позиция патриарха в отношении
советской власти претерпела значительные изменения.
На допросе 2 января 1923 г. патриарх признал себя «виновным перед
советской властью» в том, что в своем послании от 28 февраля 1922 г.
объявил изъятие церковных ценностей святотатством, которое наказывается
отлучением от церкви. Также патриарх признал себя виновным в том, что это
его послание явилось причиной множества столкновений верующих с
властями, в том числе и кровавых99.

96
Шишкин А. А. Сущность и критическая оценка «обновленческого» раскола Русской
Православной Церкви. Казань, 1970. С. 101
97
Шкаровский М. В. Русская Православная Церковь в XX веке. М.: Вече, Лепта, 2010. С.
96-97
98
Постановление Св. Патриарха, Св. Синода и Высш. Церк. Совета по поводу
самоуправления епархий в случае отсутствия канонического центра или невозможности
связи с ним (20.11.1920) // Регельсон Л. Л. Трагедия Русской Церкви, 1917-1945. Изд. 3-е.
М.: Издательство Крутицкого подворья: Общество любителей церковной истории, 2007.
С. 269.
99
Протокол допроса Патриарха Тихона (02.01.1923) // Следственное дело патриарха
Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ РФ / Отв. сост.
41
Позже патриарх признал свою вину и за послания, написанные им
ранее. На допросе 16 февраля 1923 г. патриарх Тихон заявил, что в своих
посланиях 1918-1919 гг. он, как глава Русской церкви, стоял на позиции
решений Поместного собора 1917-1918 гг. – «непримиримой и активной
борьбы против советской власти» – и продолжал линию, намеченную
Собором. Патриарх Тихон признал свою вину пред советской властью за
«ряд посланий контр-революционного характера», направленных против неё,
в частности за послание от 19 января 1918 г., которое «заключало в себе
анафематствование советской власти и призывало верующих сплотиться и
сорганизоваться в духовные союзы для отпора всяким покушениям на
церковь и политике советской власти в отношении церкви»100.
Следует отметить, что отношение патриарха к обновленческому ВЦУ
как к незаконному было вполне определенным. Постановление так
называемого «Второго поместного собора» о лишении его патриаршего
звания и монашеского сана патриарх Тихон не признал и требование снять
священнические облачения отклонил. Неканоничность этого соборного
решения патриарх объяснил тем, что более половины епископов,
подписавших этот документ, были ему неизвестны, кроме того, заседания
собора епископов проходили без личного участия главы церкви, причем
вопрос приглашения патриарха на эти заседания епископами даже не
рассматривался101.

Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М. : Памятники исторической мысли,
2000. С. 188
100
Протокол допроса Патриарха Тихона (16.02.1923) // Следственное дело патриарха
Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ РФ / Отв. сост.
Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М.: Памятники исторической мысли,
2000. С. 201-202
101
Рапорт секретаря Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР С.
С. Быкова председателю суда А. В. Галкину о посещении Патриарха Тихона делегацией I
обновленческого «собора» (08.05.1923) // Там же. С. 353-355
42
В начале лета 1923 г. патриарх Тихон написал в Верховный Суд
РСФСР заявление, известное как «покаянное», в котором глава церкви
объяснял свою враждебность в отношении советской власти воспитанием в
монархическом обществе и влиянием антисоветских лиц. Патриарх признал
справедливым и суд над ним, и решение суда о привлечении его к уголовной
ответственности по предъявленным обвинениям за антисоветскую
деятельность. Кроме того, патриарх провозгласил свое лояльное отношение к
большевистской власти и попросил изменить ему меру пресечения. Он также
заявил о своем решительном отмежевании «как от зарубежной, так и
внутренней монархическо-белогвардейской контрреволюции»102.
После освобождения из-под стражи деятельность главы церкви была
направлена в основном на восстановление церкви и преодоление
последствий обновленческого раскола. В июле-августе 1923 г. патриархом
было написано несколько посланий103, в которых он снова выражает свою
лояльность советской власти, заявляет об абсолютной аполитичности
Российской православной церкви, осуждает обновленцев как сектантов и
раскольников и подтверждает полный разрыв с деятельностью зарубежной
церковной иерархии.
Особые усилия патриарх Тихон прилагал для возвращения легального
положения церковным институтам, в том числе Синоду. В феврале 1924 г.
Антирелигиозная комиссия ЦК РКП(б) на его просьбу о легализации Синода
выдвинула условие, что в состав Синода должен быть введен протопр.
В. Д. Красницкий, который был главой «Живой церкви» и негласным

102
Заявление Патриарха Тихона в Верховный Суд РСФСР (16.06.1923) // Следственное
дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ
РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М.: Памятники
исторической мысли, 2000. С. 357
103
Русская Православная Церковь в советское время: (1917–1991). Материалы и
документы по истории отношений между государством и Церковью: В 2-х кн. Кн. 1 /
Составитель Г. Штриккер. М.: «Пропилеи», 1995. С. 225-234
43
осведомителем ОГПУ104. Несмотря на это обстоятельство патриарх Тихон в
своей резолюции от 19 мая 1924 г. согласился принять в общение протопр. В.
Д. Красницкого «ради мира и блага церковного»105. Через два дня день
патриарх издал постановление об образовании Священного Синода и
Высшего Церковного Совета, в который был включен
протопр. Красницкий106, а также несколько представителей «Живой Церкви»:
прот. В. Архангельский, прот. В. Немов, мирянин Василий Белоликов107. Но
личность Красницкого была слишком одиозна, чтобы церковный народ
признал его своим руководителем. С Красницким отказывались вступать в
общение, его не допускали в храмы, а патриарх получил множество
негодующих писем108. Среди церковной иерархии было также немало
противников Красницкого, например, митр. Кирилл (Смирнов)109, еп.

104
Кривова Н. А. Власть и Русская православная церковь в 1922-1925 гг.: Политика ЦК
РКП(б) по отношению к религии и церкви и ее осуществление ГПУ-ОГПУ: Дис… док.
ист. наук: ВАК 07.00.02: утв. 27.11.98. М., 1998. С. 346
105
Резолюция Святейшего Патриарха Тихона на покаянном заявлении лидера «Живой
Церкви» протопресвитера В. Д. Красницкого (19.05.1924) // Акты Святейшего Тихона,
Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о
каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917-1943 гг. / Сост. М. Е. Губонин.
М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. С. 317
106
Постановление Святейшего Патриарха Тихона и Священного Синода об образовании
высших органов церковного управления: Священного Синода и Высшего Церковного
Совета – со включением в состав последнего протопресвитера В. Д. Красницкого и др.
(21.05.1924) // Там же. С. 318-319
107
Русская Православная Церковь. XX век / Беглов А. Л., Васильева О. Ю., Журавский А.
В. и др. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2008. С. 189
108
Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. М.:
Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 391
109
Данилушкин М. и др. История Русской Православной Церкви. Новый патриарший
период. Том 1. 1917-1970. СПб.: Воскресение, 1997. С. 194
44
Венедикт (Плотников)110. В результате этих протестов патриарх разорвал
соглашение с Красницким, а регистрация ВЦУ была аннулирована111.
Исполняя требование ГПУ, патриарх Тихон сделал попытку провести
в РПЦ реформу календаря, но это, по его словам, вызвало тревогу и
сопротивление верующих. Поэтому патриарх вынужден был приостановить
реформу, поскольку, помимо недовольства верующих, еще два
обстоятельства затрудняли ее проведение. Во-первых, введение нового стиля
ассоциировалось с обновленческим расколом, а во-вторых, существовало
всеобщее убеждение, что новый стиль вводится под давлением советского
государства. В связи с этим патриарх Тихон прямо заявляет, что
осуществлению перехода на новый стиль «содействовало бы
невмешательство в течение реформы со стороны гражданской власти»112.
Последним важным деянием патриарха Тихона в контексте поиска
новой модели государственно-церковных отношений стало так называемое
«предсмертное завещание»113, которое в смысловом отношении было

110
Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. М.:
Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 391
111
Резолюция Святейшего Патриарха Тихона о прекращении организации при нем
Высшего Церковного Управления, положенная на адресе Елисаветградского духовенства
(26.06.1924) // Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России,
позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти.
1917-1943 гг. / Сост. М. Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. С. 325-326
112
Заявление Святейшего Патриарха Тихона во Всероссийский Центральный
Исполнительный Комитет [относительно реформы календаря] (30.09.1924) // Русская
Православная Церковь в советское время: (1917–1991). Материалы и документы по
истории отношений между государством и Церковью: В 2-х кн. Кн. 1 / Составитель Г.
Штриккер. М.: «Пропилеи», 1995. С. 237-241
113
Послание патриарха Тихона («Предсмертное завещание») (07.04.1925) // Следственное
дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ
РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М.: Памятники
исторической мысли, 2000. С. 409-413
45
продолжением его предыдущих посланий.
Необходимо напомнить, что еще в 1919 г., до окончания Гражданской
войны, в своем послании от 8 октября 1919 г. патриарх Тихон призвал свою
паству и клир не подавать «поводов, оправдывающих подозрения советской
власти», а подчиняться ее «велениям», если «они не противоречат вере и
благочестию». В этом же послании патриарх напоминает важный
христианский принцип, который впоследствии лег в основу его формулы
аполитичности: «Церковь не связывает себя никаким определенным образом
правления, ибо таковая имеет лишь относительное историческое
значение»114.
В своем Завещании от 7 апреля 1925 г. патриарх Тихон вновь
призывает верующих признать существующий государственный строй, он
также осуждает сектантов и раскольников, а также и подвергает критике
церковно-политическую деятельность представителей Российской церкви за
рубежом. Патриарх Тихон завещал церкви после его смерти не заниматься
политиканством, а направить все свои силы на укрепление веры и единства.
Наряду с одобрением декрета «о полной свободе граждан веровать во
что угодно и по этой вере жить», патриарх Тихон выразил надежду, что
установление «чистых и искренних отношений» с существующей властью
поможет в деле возобновления религиозного образования и издательства
православной литературы115. Этот вопрос был особенно важен, поскольку
обновленцы имели свои печатные органы, например, журнал «Живая
Церковь» и «Вестник Священного Синода Православной Российской

114
Четвертое послание Патриарха Тихона верующим Православной Русской Церкви
(08.10.1919) // Русская Православная Церковь и коммунистическое государство 1917-1941.
Документы и фотоматериалы. М., 1996. С. 45-46.
115
Послание патриарха Тихона («Предсмертное завещание») (07.04.1925) // Следственное
дело патриарха Тихона: Сборник документов по материалам Центрального архива ФСБ
РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред. прот. Владимир Воробьев. М.: Памятники
исторической мысли, 2000. С. 412
46
Церкви», а также образовательные учреждения, такие как Московская
богословская академия и Ленинградский высший богословский институт.
По смерти патриарха управление церковью воспринял
местоблюститель Петр (Полянский), митрополит Крутицкий, с которым
немедленно начал вести переговоры Е. А. Тучков по вопросу легализации
церковного управления. Для этого митр. Петр должен был выполнить ряд
условий, основная суть которых состояла в том, чтобы всю свою
деятельность на посту местоблюстителя согласовывать с ГПУ в лице
Тучкова, но митр. Петр оказался человеком принципиальным и
бесстрашным, и принять предложенные Тучковым условия легализации
отказался116.
Особенно непримиримую позицию местоблюститель патриаршего
престола занимал по отношению к обновленцам. В своем послании он прямо
называет обновленческий собор 1923 г. самочинным, а его постановления –
незаконными. Кроме того, митр. Петр предостерегает верующих от участия в
готовящемся «лжесоборе» осенью 1925 г. и призывает обновленцев
присоединиться к церкви, принеся покаяние117.
В конце 1925 г. митр. Петр, твердо стоявший против сотрудничества с
обновленцами и поддерживающей их советской властью, был арестован.

Таким образом, хорошо видно, что в период 1922-25 гг. основное


содержание церковно-государственных отношений для церкви состояло в
поиске возможных путей сохранения своей структуры и органов управления
и получении государственной регистрации в органах советской власти.

116
Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие
документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917-1943
гг. / Сост. М. Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. – С. 402
117
Послание Патриаршего Местоблюстителя митрополита Крутицкого Петра
(Полянского) об отношении к обновленчеству (28.07.1925) // Акты Святейшего Тихона …
С. 418-421
47
Советское правительство постепенно от «кавалерийских атак» и массовых
репрессий в отношении «тихоновской» церкви перешло к тактике
внутреннего разрушения церкви и ее дискредитации в глазах советских
граждан, активно используя при этом обновленческое течение. В связи с
этим, одной из основных задач «патриаршей» церкви в рассматриваемый
период было противостояние обновленческому расколу, который
инициирован ГПУ и пользовался действенной поддержкой органов советской
власти.
Объявив о лояльном отношении церкви к советской власти, патриарху
Тихону пришлось пойти на определенный компромисс. Вынужденно идя на
уступки советской власти, патриарх стремился сохранить единство церкви не
в союзе с большевистским государством, а на основе принципа
аполитичности. Ему удалось не допустить раскол в церкви, а также
противостоять давлению ГПУ в лице Е. А. Тучкова, который пытался
навязать патриарху союз с обновленцами. Однако попытки навязать
«патриаршей» церкви союз с обновленческими лидерами в 1924-25 гг. так и
остался нереализованным, что, пожалуй, является самым главным
достижением в церковной политики патриарха Тихона и верных ему
епископата, клира и мирян.
Также патриарх Тихон проявил твердость в вопросе реформы
церковного календаря. Поскольку введение нового стиля летосчисления
навязывала советская власть, но не был готов принять православный народ,
Святейший патриарх отложил решение этого вопроса до более
благоприятных времен .
Благодаря гибкой политике, патриарху Тихону удалось сохранить
церковь как структуру, вернуть из обновленчества под свой омофор
основную массу приходов и духовенства, тем самым предотвратив
поглощение «тихоновской» церкви обновленческим течением.
После смерти патриарха Тихона церковь снова продолжила поиск
наиболее приемлемой модели церковно-государственных отношений.
48
Патриарший местоблюститель митрополит Петр занимал в отношении
большевистского государства более жесткую позицию, чем покойный
патриарх, и вскоре после ареста ему на смену пришли более уступчивые
церковные иерархи.

49
2.3 Обновленчество и советская религиозная политика
Период с начала революционных событий до 1922 г. был временем
достаточно мирного сосуществования так называемого «прогрессивного»
духовенства и патриаршей церкви. Например, прот. Михаил Чельцов в своих
воспоминаниях писал, что духовенство с обеих сторон полностью осознавало
серьезность положения, проявив настоящую церковную солидарность. В этот
период «не было ни одного случая, за который бы приходилось краснеть и
который бы причинял вред Церкви»118. Но, следуя проводимой политике по
организации раскола в Российской православной церкви, государство начало
открыто поддерживать обновленцев, вследствие чего обновленческое
движение оживилось и активизировалось.
В мае 1922 г. получает свое оформление группа «Живая церковь»,
наиболее масштабное обновленческое объединение во главе с
свящ. В. Д. Красницким. Тогда же выходит первый номер журнала с
одноименным названием, в котором призывается пересмотреть
взаимоотношения церкви и государства, «протянуть руку русской
Революции, геройски борющейся со всем мировым капитализмом за
экономическое возрождение России»119, для чего необходимо созвать новый
поместный Собор.
При содействии властей руками обновленцев патриарх Тихон был
отстранен от престола, а власть в церкви была захвачена лояльным советской
власти обновленческим духовенством. Указание патриарха Тихона о
принятии обновленцами синодских дел для последующей передачи их
митр. Агафангелу120 они представили как акт передачи им церковной власти,

118
Чельцов М., прот. В чем причина церковной разрухи в 1920–1930-х годах //
Православная община. 1997. № 40. С. 93.
119
Красницкий В., свящ. Православная Церковь и Советская Россия // Живая Церковь.
1922. № 1. С. 2
120
Резолюция Патриарха Тихона на обращении обновленцев (18.05.1922) // Акты
Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и
50
после чего объявили об образовании Высшего Церковного Управления121.
Программным документом обновленцев стало воззвание «Верующим
сынам православной Церкви Российской», в котором приверженцы
официальной церкви объявлялись классовыми врагами. Авторы воззвания
призывали верующих содействовать им в установлении нормальных
отношений с государством, а также осудить тех иерархов, которые
отказывались от сотрудничества с советской властью122.
В августе 1922 г. состоялся Всероссийский съезд белого духовенства
и мирян «Живая Церковь», на котором была принята резолюция о созыве
нового Поместного собора, на котором предполагался суд над патриархом
Тихоном с последующим снятием с него сана. Также было предложено
прекратить возношение имени патриарха за богослужением. Кроме того,
Съезд призвал обновленческие органы церковной власти «принимать самые
решительные меры в отношении противников обновления церкви вплоть до
увольнения от должностей и высылки из пределов епархии»123.
На самом съезде и вскоре после него обновленческое движение,
которое и так не было единым, стало распадаться на ряд отдельных

переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917-1943 гг. / Сост. М.


Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. С. 217
121
Письмо «Инициативной группы прогрессивного духовенства «Живая церковь»
Председателю ВЦИК М. И. Калинину // Акты Святейшего Тихона, Патриарха
Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом
преемстве высшей церковной власти. 1917-1943 гг. / Сост. М. Е. Губонин. М.: Изд-во
ПСТБИ, 1994. С. 216
122
Воззвание группы представителей петроградского, саратовского и московского
«прогрессивного духовенства» к верующим Российской Православной Церкви
первоначальная редакция) 10 мая 1922 г. // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1. Архивы Кремля
: Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г. Петров.
Новосибирск ; М. : Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 307-309
123
Цит. по: Шишкин А. А. Сущность и критическая оценка «обновленческого» раскола
Русской Православной Церкви. Казань, 1970. С. 99
51
группировок, которые соперничали между собой.
Епископ Антонин (Грановский), сохраняя свой пост председателя
обновленческого ВЦУ, отделился от «Живой церкви» и создал свою группу,
которая называлась «Союз церковного возрождения», 12 сентября 1922 г.
состоялся первый съезд этой группы.
Протоиерей Александр Введенский поначалу был на стороне
Грановского и входил в его группу, но вскоре между ними возник конфликт.
Осенью Введенский возглавляет «Союз общин Древле-Апостольской
церкви», вскоре к нему присоединяется прот. А. Боярский со своими
сторонниками, что значительно усилило СОДАЦ.
Период до весны 1923 г. характеризовался предсоборной борьбой
различных группировок. Нужно отметить, что Красницкий и Введенский,
несмотря на принадлежность к разным партиям, вполне сходились в части
приспособленчества к новой власти, чем заслужили доверие Тучкова.
В итоге состав так называемого «обновленческого» собора 1923 г. был
следующий: «Живая церковь» – 200 человек, СОДАЦ – 116 человек, СЦВ –
10 человек, беспартийных – 69 человек124. Как видно из представленной
статистики, большинство делегатов были подобраны с подачи советской
власти в лице Тучкова.
На соборе говорилось, что Октябрьская революция «проводит в жизнь
великие начала равенства и труда, имеющиеся и в христианском учении», а
советская власть «одна во всем мире имеет цель осуществить идеалы Царства
Божия»125. Патриарх Тихон был лишен сана, а его анафематствование
советской власти было признано не имеющим силы, кроме того, собор

124
Данилушкин М. и др. История Русской Православной Церкви. Новый патриарший
период. Том 1. 1917-1970. СПб.: Воскресение, 1997. С. 249
125
Резолюция Собора 1923 г. [о Православной Церкви, социальной революции, Советской
власти и Патриархе Тихоне] (03.05.1923) // Русская Православная Церковь в советское
время: (1917–1991). Материалы и документы по истории отношений между государством
и Церковью / Составитель Г. Штриккер. Кн. 1. М., 1995. С. 201-203
52
отменил восстановление патриаршества. Также была осуждена
контрреволюция в церкви, а декрет об отделении церкви от государства
объявлен обеспечивающим подлинную религиозную свободу.
Собор поддержал распоряжения СНК о введении в России «нового
стиля» летоисчисления126, на заседании 5 мая 1923 г. вынеся резолюцию о
переходе на Григорианский календарь127. Вопрос о переходе на новый стиль
был также вопросом политическим, новая власть стремилась ввести новый
календарь, чтобы порвать с прошлым. Старого, юлианского календаря
продолжала придерживаться патриаршая церковь, поэтому обновленцы в
этом вопросе продемонстрировали согласие идти на духовный компромисс с
советской властью.
Собор отлучил от церкви членов Карловацкого Синода «за измену
своему народу, за предательство его в тягчайшую годину испытаний, за
стремление использовать его смертельную опасность для своих корыстных
целей, за провокацию и возбуждение новой гражданской войны»128.
Освобождение из-под стражи патриарха явилось для обновленцев
полной неожиданностью. Несмотря на антирелигиозную агитацию со
стороны государства, патриарх Тихон был очень популярен среди верующих.
Летом 1923 г. обновленчество переживало определенный спад: духовенство
массово переходило под омофор святейшего патриарха, обновленцев
изгоняли из храмов, нередко происходили столкновения «тихоновцев» с
представителями обновленческих течений 129.

126
Декрет о введении в Российской республике западноевропейского календаря. 26 января 1918
г. // Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1917-1918 гг. М., 1942. С. 300
127
Протокол заседания второго Всероссийского Поместного Церковного Собора от 5 мая
1923 г. // Данилушкин М. и др. История Русской Православной Церкви. Новый
патриарший период. Том 1. 1917-1970. СПб.: Воскресение, 1997. С. 860
128
Там же. С. 863
129
«Краткий информационный отчет Антирелигиозной комиссии ЦК РКП(б)» Пленуму
ЦК РКП(б) о проделанной работе (15…25.09.1923) // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1.
53
Но такое положение дел не устраивало советское партийное
руководство. По инициативе Е. А. Тучкова, в планы которого теперь входило
объединить противоборствующие церковные силы под главенством лояльной
иерархии, еп. Антонин (Грановский) был отстранен от должности
председателя ВЦС, а на его место был выдвинут митр. Евдоким
(Мещерский). Под председательством последнего ВЦС был преобразован в
Священный Синод Российской Православной Церкви, который предпринял
ряд шагов для упрочения позиций обновленчества, в том числе объединение
различных течений обновленцев в единую группу под названием Единой
Православной Обновленческой Российской Церкви130.
Весь август 1923 г. между представителями патриарха и лидером
обновленцев митр. Евдокимом велись переговоры о предстоящем соборе, где
патриарх Тихон должен был бы публично сложить с себя полномочия по
управлению церковью и уйти на покой, но патриарх выполнять эти условия
отказался, и проект примирения был сорван131.
Следующий шаг к объединению был предпринят в мае 1924 г. По
условиям Е. А. Тучкова вновь образованному Патриаршему Священному
Синоду и ВЦС было предложено ввести В. Д. Красницкого в свой состав в
качестве заместителя председателя132. На такой шаг патриарх не пошел,
поэтому он отозвал свою резолюцию от 21 мая 1924 г. о примирении с
Красницким, мотивируя свой отказ отрицательным отношением верующих к

Архивы Кремля : Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г.
Петров. Новосибирск ; М. : Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 421
130
«Краткий информационный отчет Антирелигиозной комиссии ЦК РКП(б)» Пленуму
ЦК РКП(б) о проделанной работе (15…25.09.1923) // Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1.
Архивы Кремля : Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н.Н. Покровский, С.Г.
Петров. Новосибирск ; М. : Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. С. 422
131
Головушкин Д. А. Обновленческое движение в Русской православной церкви в 1905-
1925 гг. : Дис… канд. ист. наук: ВАК 07.00.02: Ярославль, 2002. С. 209-210
132
Там же. С. 211
54
этому соглашению133.
Следует признать, что особую роль в поддержке обновленческого
раскола сыграл Вселенский Патриархат. Весной 1924 г. Вселенский патриарх
Григорий VII, выражая озабоченность церковными нестроениями в СССР,
признал «необходимым, чтобы Святейший патриарх Тихон ради единения
расколовшихся и ради паствы пожертвовал собою немедленно удалившись
от Церковного Управления, <…> и чтобы, одновременно упразднилось, хотя
бы временно, патриаршество, как родившееся во всецело ненормальных
обстоятельствах в начале гражданской войны, и как считающееся
значительным препятствием к восстановлению мира и единения»134. В этом
же документе Константинопольский патриарх четко дал понять, что и в
будущем в своих контактах с Православной церковью в Советской России
будет опираться на «церковные течения, которые верны Правительству
СССР»135.
В ответ на это патриарх Тихон в своем послании выразил недоумение
по поводу вмешательства Вселенского Патриархата «во внутреннюю жизнь и
дела автокефальной Русской Церкви»136. Но, несмотря на это, Вселенский

133
Резолюция Святейшего Патриарха Тихона о прекращении организации при нем
Высшего Церковного Управления, положенная на адресе Елисаветградского духовенства
(09.07.1924) // Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России,
позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти.
1917-1943 гг. / Сост. М. Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. С. 325
134
Выписка из протокола заседания Святейшего Синода в Константинополе об основах
работы Патриаршей комиссии в СССР (06.05.1924) // Русская Православная Церковь и
коммунистическое государство 1917-1941. Документы и фотоматериалы. М., 1996. С. 194
135
Выписка из протокола заседания Святейшего Синода в Константинополе об основах
работы Патриаршей комиссии в СССР (06.05.1924) // Там же. С. 193
136
Ответное послание Святейшего Патриарха Тихона Константинопольскому Патриарху
Григорию VII по вопросу о внутрицерковных делах в России (06.1924) // Акты
Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и
55
Патриархат и далее поддерживал официальные отношения именно с
обновленческим ВЦУ как с единственной легальной церковной организацией
на территории Советской России. Поддержку Вселенского Патриархата по
достоинству оценили лидеры обновленчества и свою подготовку собора 1925
г. проводили в перспективе укрепления отношений с Константинополем.
Для подготовки к Собору, запланированному на октябрь следующего
года, 10-18 июня 1924 г. обновленцами было проведено Великое
Всероссийское Предсоборное совещание, на котором звучали неприкрытые
обвинения в адрес тихоновцев в том, что они – «скрытые враги Советской
власти, представляющие угрозу для нового церковно-политического
взрыва»137.
Предсоборное совещание также обратилось с петицией в СНК о
законодательном изменении церковно-государственных отношений. Петиция
содержала следующие требования: предоставление священнослужителям
прав членов профсоюзов и отмена лишения гражданских прав,
корректировка налогообложения служителей культа, разрешение
религиозного образования, ведение актов гражданского состояния,
возвращение конфискованных чудотворных икон и мощей, а также другие
требования138. Сразу после окончания Предсоборного совещания
митр. Евдоким был отправлен в долгосрочный отпуск, т.е. фактически
отстранен от должности председателя Синода, и на его место был назначен
митр. Вениамин (Муратовский)139.
В конце января 1925 г. состоялся расширенный Пленум Священного

переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917-1943 гг. / Сост. М.


Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ,1994. С. 322
137
Шишкин А. А. Сущность и критическая оценка «обновленческого» раскола Русской
Православной Церкви. Казань, 1970. С. 257
138
Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. М.:
Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 428-431
139
Там же. С. 468
56
Синода, на котором подтвердилась позиция непримиримого противостояния
с «патриаршей» церковью. Также было принято обращение к правительству
СССР, в котором были практически повторены просьбы петиции
Предсоборного совещания140. После Пленума с аналогичными просьбами к
председателю правительства СССР А. И. Рыкову уже лично обратилась
депутация Синода. В своем ответном коммюнике Рыков, в частности, заявил,
что правительство считает ненормальным такое положение вещей, когда
храмы беспрепятственно передаются «тихоновцам», а обновленцы своих
храмов не имеют. Также председатель правительства подчеркнул, что
«теперь в духовенстве могут быть деятельными только люди идейные»141.
Большие надежды возлагались на предстоящий Собор, главной
задачей которого было примирение враждующих сторон и воссоединение
церкви. Но жесткая позиция патриаршего местоблюстителя привела к тому,
что представители «тихоновской» церкви в Соборе участвовать отказались.
Раскол преодолен не был, более того, на Соборе восторжествовала крайне
левая обновленческая партия во главе с А. И. Введенским, «которая вступила
на путь политических доносов»142. На Соборе был зачитан документ,
известный как «письмо епископа Николая Соловья». В результате этой
провокации был арестован митр. Петр (Полянский) и другие сторонники
«патриаршей» церкви143. Собор вновь подтвердил свою лояльность советской
власти, назвал «тихоновскую» иерархию контрреволюционной и
антисоветской, поддерживающей связь с монархически настроенной
эмиграцией144.

140
Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной смуты. М.:
Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 488-490
141
Цит. по: Левитин А. Э., Шавров В. М. Указ. соч. С. 491
142
Там же. С. 512
143
Там же. С. 513-514
144
Шишкин А. А. Сущность и критическая оценка «обновленческого» раскола Русской
Православной Церкви. Казань, 1970. С. 284
57
Говоря о Соборе 1925 г. стоит отметить приостановку наиболее
скандальных постановлений Собора 1923 г. Это было сделано для того,
чтобы попытаться привлечь в свои приходы тех верующих, которые не
принимали обновленческие реформы. Принятые ранее решения о брачном
епископате, второбрачии духовенства и новом календарном стиле
обновленческий Собор теперь не требовал к безусловному принятию и
исполнению. В Постановлении Собора было предложено окончательное
решение оставить «на благорассуждение предстоящего Вселенского Собора»
и выражена готовность «подчиниться решению сего собора, поскольку оно
будет обязательным для всех Православных Церквей»145.
Главная внутрицерковная задача Собора – примирение с патриаршей
церковью – не была достигнута. В резолюции Собора говорилось, что
причиной вражды тихоновской иерархии к обновленцам были не церковно-
канонические основания, а «стремление навязать Церкви политическую роль
хранительницы монархического начала, тайного оплота реакционных
государственно-политических вожделений»146. Поэтому Собор провозгласил,
что все меры церковного убеждения по отношению к церковноначалию
патриаршей церкви исчерпаны, и призвал верующих, не разделяющих или не
знающих истинные мотивы поступков своих вождей, присоединиться к
обновленческой части церкви.

Рассматриваемый период обновленческое ВЦУ (впоследствии Синод)


было единственной официально признаваемой государственными властями
РСФСР православной церковной организацией, которая изначально
создавалась как советская альтернатива «черносотенной», «тихоновской»
Церкви. Общее руководство над ней осуществляла Антирелигиозная
комиссия при ЦК РКП(б), поэтому все изменения в политике государства
145
Цит. по: Левитин-Краснов А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской церковной
смуты. М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 524
146
Там же. С. 520
58
отражались на деятельности обновленцев. Отказавшись от идеи
действительного церковного обновления, они вели борьбу за власть с
«патриаршей» церковью, используя поддержку государства.

Таким образом, в период 1922-1925 гг. стало очевидным, что в


церковно-государственных отношениях в СССР наметились изменения.
Вначале патриарх Тихон пытается продолжить принципиальную
линию, намеченную Собором 1917-1918 гг., призывая верующих к
неисполнению декретов советской власти (кампания по изъятию церковных
ценностей в 1922 г.). Однако государство к этому времени имело уже
развитый аппарат принуждения, поэтому стало очевидно, что сопротивление
только ухудшает положение вещей. Кроме того, организованный советской
властью церковный раскол был мощным средством давления на патриарха
Тихона, а также основной формой антирелигиозной политики государства.
Эти обстоятельства вынудили патриарха довольно резко изменить свое
отношение к большевистскому государственному строю и провозгласить
новый курс церкви по отношению к власти – гражданскую лояльность.
Поиски путей мирного сосуществования «тихоновской» церкви с
советским государством выбили почву из-под ног обновленческого
движения, так как подрывалась сама идейная основа существования
обновленчества и смысл его деструктивных действий. В результате этого
кризиса обновленческое движение пошло на спад, но в 1924 г., благодаря
вмешательству властей, было поддержано государством, в нем были
произведены кадровые перестановки, и обновленческий раскол получил
новый импульс развития.

59
Заключение
В настоящей работе были рассмотрены два исторических периода, в
которые происходило закладывание основ взаимоотношений церкви и
государства после смены политического строя в России: первый из них –
издание Декрета об отделении церкви от государства, второй –
возникновение обновленческого раскола.
По каждому из периодов был проведен анализ документального
материала для получения объемного и всестороннего понимания тех моделей
взаимоотношений, которые складывались у советского государства с двумя
основными течениями в церкви.
В ходе проведенного исследования удалось установить следующее.
1. Социально-политические изменения, происшедшие в Российском
государстве после октября 1917 г., отразились в декретах советской власти и
поставили Православную Российскую Церковь в новые условия, к которым
она была не готова. Поместный Собор и святейший патриарх Тихон в 1917-
1918 гг. активно критиковали политику большевиков, пытаясь отстоять права
церкви. В силу исторической инертности и сомнений в долгосрочности
большевистского строя в России, представители «консервативной» части
духовенства и мирян не признавали законную силу декретов СНК, настаивая
на внутренней свободе от государственной опеки и сохранении привилегий
Православной Церкви в рамках Российского государства. Концептуальным
документом этой парадигмы стало Соборное Определение «О правовом
положении церкви». По мнению некоторых исследователей именно этот
церковный документ послужил поводом для издания Декрета об отделении
церкви от государства, который на долгие годы определил
конфессиональный курс советского правительства, направленный на
подавление религии и разрушение церковной организации.
2. Другая часть Православной Российской Церкви, которую условно
можно назвать «прогрессивной», с воодушевлением принимала
преобразования, происходившие после октябрьского переворота, утверждая
60
полное соответствие социалистических учений и ранне-христианских
идеалов. Кроме того, «прогрессивное» духовенство открыто поддержало
подготовку, издание и проведение в жизнь Декрета об отделении церкви от
государства, воспринимая его в качестве гаранта защиты совести и средства
освобождения церкви от несвойственных ей государственных функций,
которые накопились за долгий период «эксплуататорского» строя. Некоторые
представители «прогрессивного» духовенства призывали христиан к участию
в классовой борьбе и строительстве нового общества, критиковали иерархию
и патриарха за консервативную приверженность к устоям монархического
строя.
3. Завершение активной фазы гражданской войны и «красного»
террора привели к изменению внутренней политики советского
правительства, в том числе по отношению к церкви. В начале 1920-х гг.
большевики разработали план по расколу церкви на противоборствующие
группировки, при этом используя представителей «прогрессивного»
духовенства, часть которых в мае 1922 г. организационно оформилась в
группу «Живая Церковь» и позиционировала себя активным борцом с
«патриаршей» церковью. Возникновение обновленческого раскола
произошло на фоне стремительно разворачивающейся кампании по изъятию
церковных ценностей. Обновленческие лидеры полностью поддержали
правительственные акции, тем самым выражая свою лояльность советскому
строю. При этом позиция патриарха Тихон, который, основываясь на
канонах, предупреждал паству о недопустимости выдачи комиссиям Помгола
церковных предметов сакрального предназначения, и советской властью, и
их союзниками в лице обновленческих течений расценивалась как
контрреволюционная, направленная на возмущение народа и организацию
антиправительственных выступлений.
4. Репрессии советской власти и захват церковной инициативы
обновленческими лидерами, имевшими поддержку органов ГПУ, вынудили
«патриаршую» церковь пойти на уступки и продолжить поиск оптимальной
61
модели церковно-государственных отношений, принимая условия правящего
режима. Один из первых призывов патриарха Тихона к признанию советской
власти прозвучал еще осенью 1919 года, но еще более конкретно и
недвусмысленно эта парадигма аполитичности в отношении к
большевистскому государству была обозначена патриархом в его
«покаянном» заявлении в Верховный суд РСФСР (в 1923 г.) и
«предсмертном» завещании (в 1925 г.). В этих документах недвусмысленно
присутствует стремление к установлению «мирных» отношений с безбожной
властью, на которые «тихоновская» церковь была вынуждена пойти ради
сохранения церковного народа от уничтожения, а главное – для того, чтобы
остановить обновленческую экспансию, угрожающую поглотить
православную церковь в СССР.
5. Несмотря на вынужденную политику компромиссов, патриарх
Тихон не переходил определенных границ уступок и сохранял дистанцию в
отношениях с обновленческим течением, несмотря на активное давление
советских органов. Вместе с тем в своем «предсмертном» завещании
патриарх Тихон высказал пожелания о восстановлении духовных школ,
религиозного образования детей и церковной печати в СССР, тем самым
сохраняя надежду на возможные изменения в области религиозной политики
советского правительства.
6. К 1925 году становится все более очевидным, что взаимоотношения
«обновленцев» и «тихоновцев» с советским государством постепенно
приобретают сходный характер, основываясь на признании нового строя,
критике заграничной и внутренней «контрреволюции» и исполнении
декретов СНК, регулирующих общественную и церковную жизнь.
Подводя итог исследованию о поисках оптимальной модели
отношений церкви и государства в России в 1917-25 гг, невозможно обойти
вниманием такое ключевое событие в отношениях государства и церкви, как
издание Декларации митр. Сергия (Страгородского) 1927 г. (Послание
Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского
62
Сергия и Временного при нем Патриаршего Священного Синода «Об
отношении Православной Российской Церкви к существующей гражданской
власти») о лояльности советскому правительству. Важно отметить, что это
событие явилось точкой слияния двух моделей государственно-церковных
отношений – «обновленческой» и «патриаршей» церкви, после чего
существование обновленчества потеряло всякие основания, а с точки зрения
советской власти и целесообразность.

63
Список источников и литературы
Источники
1. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея
России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве
высшей церковной власти. 1917-1943 гг. / Сост. М. Е. Губонин. М.: Изд-во
ПСТБИ,1994. 1064 с.: илл.
2. Архивы Кремля: В 2-х кн. Т. 1. Архивы Кремля : Политбюро и
церковь. 1922-1925 гг. / Подгот. Н. Н. Покровский, С. Г. Петров.
Новосибирск ; М. : Сибирский хронограф, РОССПЭН, 1997. 594 с.
3. Одинцов М. И. Русские патриархи XX века. Судьбы Отечества и
Церкви на страницах архивных документов. Ч. 1: Дело патриарха Тихона;
Крестный путь патриарха Сергия. М.: Изд-во РАГС, 1999. 334 с.
4. Основы социальной концепции Русской православной церкви.
М., 2000. 57 с.
5. Отделение Церкви от государства и школы от Церкви в
Советской России. Октябрь 1917 – 1918 г.: Сборник документов / отв. ред.
прот. Владимир Воробьев, отв. сост. Л. Б. Милякова. М.: изд-во ПСТГУ,
2016. 944 с.
6. Русская Православная Церковь в советское время: (1917–1991).
Материалы и документы по истории отношений между государством и
Церковью: В 2-х кн. Кн. 1 / Составитель Г. Штриккер. М.: «Пропилеи», 1995.
400 с.
7. Русская Православная Церковь и коммунистическое государство
1917-1941. Документы и фотоматериалы. М., 1996. 352 с.
8. Священный собор Православной Российской Церкви. Собрание
Определений и Постановлений. Вып. 1-4. М., 1918 (репринт: М., 1994).
9. Следственное дело патриарха Тихона: Сборник документов по
материалам Центрального архива ФСБ РФ / Отв. сост. Кривова Н.А.; Гл. ред.
прот. Владимир Воробьев. М. : Памятники исторической мысли, 2000. 1016 с.
10. Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1917-
64
1918 гг. М., 1942. 1483 с.
11. Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1922 г.
М., 1950. 1932 с.
Периодические издания
1. Живая церковь : правосл.-христ. журн. под ред. свящ. С. В.
Калиновского. М., 1922.
Литература
1. Алексеев В. А. Иллюзии и догмы: Взаимоотношения Советского
государства и религии. М.: Политиздат, 1991. 400 с.
2. Беглов А. Л. В поисках «безгрешных катакомб». Церковное
подполье в СССР. М.: Издательский Совет Русской Православной Церкви,
«Арефа», 2008. 352 с., илл.
3. Беглов А. Л. От соборного Определения – к Декрету СНК. К
вопросу о генезисе государственно-церковных отношений советского
периода // Альфа и Омега. 2007. № 1(48). С. 146-170.
4. Беглов А. Л. Советское законодательство в отношении Русской
Православной Церкви 1920-1940-х гг.: колебания границы легальности //
Религии мира. 2004. М., 2004. С. 211-218.
5. Бонч-Бруевич В. Д. Избранные атеистические произведения. М.:
«Мысль», 1973. 343 с.
6. Бычков С. Большевики против Русской Церкви. Очерки по
истории Русской Церкви (1917 – 1941 гг.). Т. II. М., 2006. 429 с.
7. Васильева О. Ю., Кнышевский П. Н. Красные конкистадоры. М.:
Соратник, 1994. 270 с.
8. Васильева О. Ю. Русская православная церковь и советская
власть в 1917-1927 годах // Вопросы истории. М., 1993. № 8. С. 40-54.
9. Введенский А. И. Церковь и государство (очерк взаимо-
отношений церкви и государства в России 1918-1922 г.) М., 1923. 252 с.
10. Головушкин Д. А. Обновленческое движение в Русской
православной церкви в 1905-1925 гг. : Дис… канд. ист. наук: ВАК 07.00.02:
65
Ярославль, 2002. 255 с.
11. Данилушкин М. и др. История Русской Православной Церкви.
Новый патриарший период. Том 1. 1917-1970. СПб.: Воскресение, 1997. 1020 с.
12. Журавский А. В. Во имя правды и достоинства Церкви. М.:
Сретенский монастырь, 2004. 864 с.
13. Кашеваров А.Н. Высшее церковное управление в 1918-1922 гг. //
История русской православной церкви в ХХ веке (1917-1933). Материалы
конференции. Петрозаводск, 2002. С. 16-69.
14. Кашеваров А.Н. Православная Российская Церковь и Советское
государство (1917-1922). М.: Изд-во Крутицкого подворья, 2005. 437 с.
15. Красиков П. А. Избранные атеистические произведения. М.:
«Мысль», 1970. 269 с. (Научно-атеистическая библиотека)
16. Кривова Н. А. Власть и Русская православная церковь в 1922-
1925 гг.: Политика ЦК РКП(б) по отношению к религии и церкви и ее
осуществление ГПУ-ОГПУ: Дис… док. ист. наук: ВАК 07.00.02: утв.
27.11.98. М., 1998. 418 с.
17. Курочкин П.К. Социальная позиция русского православия. М.:
Знание, 1969. 48 с.
18. Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М.: Издательство Март,
1996. 336 с. илл.
19. Лавринов В. В. Обновленческий раскол в Русской православной
церкви в 1920-е 1940-е годы (на материалах Урала) : Дис… канд. ист. наук:
ВАК 07.00.02: Екатеринбург, 2009. 198 с.
20. Левитин-Краснов А. Э. Лихие годы, 1925-1941. Воспоминания.
Paris: YMCA-Press, 1977. 308 с.
21. Левитин А. Э., Шавров В. М. Очерки по истории русской
церковной смуты. М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1996. 670 с.
22. Ленин В. И. Социализм и религия // Ленин В. И. Полное
собрание сочинений. 5-е изд. В 55 т. М.: Издательство политической
литературы, 1968. Т. 12. С. 142-147.
66
23. Луначарский А. В. Почему нельзя верить в бога. Избранные
атеистические произведения. М.: Наука, 1965. 444 с. (Научно-атеистическая
библиотека)
24. Луначарский А. В. Христианство или коммунизм. Диспут А. В.
Луначарского с митрополитом А. Введенским. Л.: Ленинградский Гублит,
1926. 75 с.
25. Мазырин А., свящ. Вопрос о патриаршем синоде в
«межсинодский» период 1925–1927 гг. // Вестник ПСТГУ II: История.
История Русской Православной Церкви. М., 2010. Вып. II:2 (35). С. 62-73.
26. Мазырин А., свящ. Высшие иерархи о преемстве власти в
Русской Православной Церкви в 1920-х - 1930-х годах / Науч. ред. прот.
Владимир Воробьев М.: Изд-во ПСТГУ, 2006. 444 с: ил., [16] с. ил.
27. Максимова О. Д. Законотворчество в Советском государстве в
1917-1936 годах: Дис... док. юр. наук: ВАК 12.00.01: М., 2016. 484 с.
28. Митрофанов Г., прот. История Русской Православной Церкви
1900-1927. СПб.: "Сатис", 2002. 442 с.
29. На пути к свободе совести // Сост. и общ. ред. Фурмана Д. Е. и
О. Марка. М.: Прогресс, 1989 494 с.
30. Одинцов М. И. Государство и церковь. (История
взаимоотношений. 1917-1938 гг.). М.: Знание, 1991. 64 с. (Новое в жизни,
науке. Сер. «Культура и религия»; №11).
31. Одинцов М. И. Двадцатый век в российской истории:
государство и религиозные организации // Вступая в третье тысячелетие:
религиозная свобода в плюралистическом обществе. Материалы между-
народной конференции (Москва, 23-24 марта 1999 года). М., 2000. С. 36-46.
32. Одинцов М. И. Русская православная церковь накануне и в
эпоху сталинского социализма. 1917-1953 гг. М.: РОССПЭН. 424 с. (История
сталинизма).
33. Поспеловский Д. В. Русская Православная Церковь в XX веке.
М.: Республика, 1995. 511 с.
67
34. Регельсон Л. Л. Трагедия Русской Церкви, 1917-1945. Изд. 3-е.
М.: Издательство Крутицкого подворья: Общество любителей церковной
истории, 2007. 640 с.
35. Русская Православная Церковь. XX век / Беглов А. Л., Васильева
О. Ю., Журавский А. В. и др. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2008. 802 с.
36. Сафонов Д. В. К вопросу о подлинности «завещательного
послания» св. Патриарха Тихона // Богословский вестник. №4. 2004. Сергиев
Посад, 2004. С. 265-311.
37. Фёдоров В. А. Всероссийский союз демократического
духовенства и мирян // Православная энциклопедия : в 44 т. М.: Церковно-
научный центр «Православная энциклопедия», 2005. Т. 9. С. 686.
38. Фирсов С. Л. Власть и огонь. Церковь и советское государство:
1918 - нач. 1940-х гг. Очерки истории. М.: ПСТГУ, 2014. 474 с.
39. Фирсов С. Л. Время в судьбе: Святейший Патриарх Московский
и всея Руси Сергий (Страгородский). СПб.: «Сатисъ», 2005. 396 с.
40. Фирсов С. Л. Уроки русского церковного обновления. К 80-
летию обновленческого раскола // НГ Религии. 15.05.2002. № 2(97).
41. Цыпин В., прот. История Русской церкви. 1917–1997. М.:
Издательство Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1997. 831 с.
42. Цыпин В., прот. Русская православная церковь (1917 – 1925). М.:
Издание Сретенского монастыря, 1996. 336 с.
43. Чельцов М., прот. В чем причина церковной разрухи в 1920-
1930-х годах // Православная община. М., 1997. № 40. С. 87-93.
44. Шишкин А. А. Сущность и критическая оценка «обновлен-
ческого» раскола Русской Православной Церкви. Казань, 1970. 367 с.
45. Шкаровский М. В. Обновленческое движение в Русской
православной церкви. Спб.: Нестор, 1999. 100 с.
46. Шкаровский М. В. Русская Православная Церковь в XX веке. –
М.: Вече, Лепта, 2010. 480 с. : ил.

68
Приложение.
Сравнительный анализ Определения Священного Собора
Православной Российской Церкви о правовом положении Православной
Российской Церкви147 и Декрета Совета Народных Комиссаров об отделении
Церкви от государства и школы от Церкви148.
Определение Священного Собора Декрет Совета Народных
Православной Российской Церкви о Комиссаров об отделении Церкви от
правовом положении Православной государства и школы от Церкви
Российской Церкви
1. Православная Российская Церковь 1. Церковь отделяется от
<...> занимает в Российском государ- государства.
стве первенствующее среди других
исповеданий публично-правовое
положение.
7. Глава Российского государства, 3. Прим. Из всех официальных актов
министр исповеданий и министр всякое указание на религиозную при-
народного просвещения и товарищи надлежность и непринадлежность
их должны быть православными. граждан устраняется.
8. Во всех случаях государственной 2. В пределах Республики запрещает-
жизни, в которых государство ся издавать какие-либо местные
обращается к религии, законы или постановления, которые
преимуществом пользуется бы <...> устанавливали какие бы то
Православная Церковь. ни было преимущества или

147
Определение Священного Собора Православной Российской Церкви о правовом
положении Православной Российской Церкви (2.12.1917) // Русская Православная
Церковь и коммунистическое государство 1917-1941. Документы и фотоматериалы. М.,
1996. С. 13-15
148
Декрет Совета Народных Комиссаров об отделении Церкви от государства и школы от
Церкви (23.01.1918) // Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1917-1918
гг. М., 1942. С. 286-287
69
привилегии на основании
вероисповедной принадлежности
граждан.
11. Свобода исповедания <...>, равно 5. Свободное исполнение
и свобода православного религиозных обрядов обезпечивается
богослужения ограждаются постольку, поскольку они не
государственною властью. нарушают общественного порядка.
12. Добровольный выход из 3. Каждый гражданин может
Православия допускается не ранее исповедовать любую религию или не
достижения возраста, установ- исповедовать никакой.
ленного для вступления в брак.
15. Церковное венчание по 8. Акты гражданского состояния
православному чину признается ведутся исключительно гражданской
законною формой заключения брака. властью: отделами записи браков и
17. Церковные метрические книги рождений.
ведутся согласно государственным
законам и имеют значение актов
гражданского состояния.
19. Во всех светских 9. Преподавание религиозных
государственных и частных школах вероучений во всех государственных
воспитание православных детей и общественных, а также частных
должно соответствовать духу учебных заведениях, где
Православной Церкви. преподаются общеобразовательные
предметы, не допускается.
21. Священнослужители, монашест- 6. Никто не может, ссылаясь на свои
вующие и штатные псаломщики сво- религиозные воззрения, уклоняться
бодны от воинской и других личных от исполнения своих гражданских
натуральных повинностей. обязанностей.

70
22. Имущество, принадлежащее ус- 12. Никакие церковные и
тановлениям Православной Церкви, религиозные общества не имеют
не подлежит конфискации или ото- права владеть собственностью. Прав
бранию, а самые установления не юридического лица они не имеют.
могут быть упраздняемы без согла-
сия церковной власти.
24. Православная Церковь получает 10. Все церковные и религиозные об-
из средств государственного щества <...> не пользуются никакими
казначейства по особой смете, преимуществами и субсидиями ни от
ежегодные ассигнования в пределах государства, ни от его местных
её потребностей. автономных и самоуправляющихся
установлений.

71