Вы находитесь на странице: 1из 294
Бет Новек WIKI ПРАВИТЕЛЬСТВО Как технологии могут сделать
Бет Новек
WIKI
ПРАВИТЕЛЬСТВО
Как технологии могут сделать
власть лучше, демократию —
сильнее, а граждан — влиятельнее
КРАУДСОРСИНГ
ДЕМОКРАТИЯ
ТЕХНОЛОГИИ
ЗАКОНОТВОРЧЕСТВО
НАРОД

Beth Simone Noveck

WIKI

GOVERNMENT

How Technology Can Make Government Better, Democracy Stronger, and Citizens More Powerful

Brookings Institution Press Washington, D.C.

Бет Новек

WIKI

ПРАВИТЕЛЬСТВО

Как технологии могут сделать власть лучше, демократию — сильнее, а граждан — влиятельнее

Перевод с английского

сильнее, а граждан — влиятельнее Перевод с английского Москва 2012

Москва

2012

УДК 323.212:004.77

Издано при содействии «WikiVote!»

ББК 66.041.32

Н72

Переводчик А. Токтонов Научные редакторы П. Рабданов, Б. Ярмахов, В. Буров Редактор М. Савина

Н72

Новек Б.

Wiki-правительство: Как технологии могут сделать власть лучше, демократию — сильнее, а граждан — влиятельнее/Бет Новек; Пер. с англ. — М.: Альпина Паблишер, 2012. — 292 с.

ISBN 978-5-9614-1927-6

Появление Интернета и технологий совместной работы с информацией позволяет изменить работу существующих государственных институтов и создать новые механизмы решения задач как на местном, региональном, так и на общегосударственном уровне. Автор выдвигает идею создания wiki- правительства — новой культуры управления государством, заключающейся в привлечении к удаленной работе граждан, владеющих уникальными ком- петенциями и готовых предложить стране свои опыт и знания. Прообразом такой совместной работы выступает Peer-to-Patent — интерактивный проект, позволивший радикально изменить процесс патентования. В основе его — работа команд волонтеров, опирающаяся на технологии социальных сетей. Такой подход дает возможность за счет новой формы коллективных действий повысить эффективность государственных структур, укрепить и усовершен- ствовать демократию, создав, как утверждает автор, «правительство людей, для людей и с участием людей».

УДК 323.212:004.77

ISBN 978-5-9614-1927-6 (рус.) ISBN 978-0-8157-0275-7 (англ.)

ББК 66.041.32

Все права защищены. Никакая часть этой кни- ги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Ин- тернет и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или публич- ного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу органи- зации доступа к электронной библиотеке из- дательства обращайтесь по адресу lib@ alpinaboоk.ru.

© Beth Simone Noveck, 2009

© ООО «ВикиВот!», 2012

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина», 2012

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

7

Благодарности

15

Часть I Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

23

Глава 1. Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

25

Глава 2. Слабое звено

53

Часть II Peer-to-Patent и патентный вызов

79

Глава 3. Патенты и дефицит информации

81

Глава 4. Проект демократии совместной работы

109

Часть III Размышления в духе wiki

149

Глава 5.

Социальная жизнь информации

151

Глава 6.

История гражданского участия

177

Глава 7. Гражданское участие в демократии совместной работы

201

Глава 8. Полученные уроки

233

Примечания

259

ВВЕДЕНИЕ

В течение семидесяти семи дней, со дня выборов до инаугурации, Переходный комитет Обамы — Байдена работал в непримечатель- ном офисном здании на северо-западе Вашингтона. Большей ча- стью он занимался отправкой экспертов-добровольцев в федераль- ные агентства для подготовки инструктивных документов, которые вручаются вступающим в должность новым главам министерств. Кроме того, было сформировано еще семь групп по политическим вопросам — своего рода протокабинет, — который «накрывал стол», т. е. готовил программу действий в первые 100 дней ново- избранного президента. В дополнение к энергетике, образованию, здравоохранению, иммиграционной и внешней политике, эконо- мике в нее вошли и новые направления, такие как технологии, инновации и правительственная реформа. Мы ласково называли себя командой «ТИГР» (TIGR = Technology, Innovation, Government Reform) в честь героя сказки о Винни-Пухе. Полномочия новоизбранного президента Обамы в отношении правительственной реформы состояли в утверждении беспреце- дентной открытости и новаторства в работе правительства. Пере- смотр стиля управления в XXI в. не случайно оказался в президент- ском плане действий. В действительности, группа TIGR, в состав которой я входила с самого начала, первоначально называлась «Технологии и правительство». В свой первый рабочий день прези- дент Обама подписал Меморандум для глав министерств и ведомств с поручением Директору по технологиям и Административно-бюд- жетному управлению подготовить Директиву об открытом прави-

8

Wiki-правительство

тельстве с целью большей прозрачности, участия общественности и совместной работы в каждом ведомстве. Появление технологий совместной работы с информацией пре- жде всего дает возможность совершенствовать систему публика- ции правительственных данных и более оперативного их ком- ментирования. «Информация, которой располагает федеральное правительство, — это национальное достояние. Моя администра- ция предпримет надлежащие действия в соответствии с нашими законами и политикой, — гласит Меморандум, — для ее опера- тивной публикации в форме, удобной для поиска и открытой для публичного использования. Министерства и ведомства должны использовать новые технологии для размещения в Интернете све- дений о своих действиях и решениях в удобной и доступной для широкой публики форме». Образно говоря, Интернет позволяет создать версию общественно-политической кабельной телесети C-SPAN XXI в., которая сделают правительственные услуги более доступными. Большая прозрачность даст людям возможность эф- фективно пользоваться этой информацией и требовать отчета у правительства. Например, округ Колумбия обязывает каждое ведомство предоставлять подписку на обновление правительствен- ной информации, доступной с центрального веб-сайта. Директор по информационным технологиям округа организовал конкурс среди граждан, неправительственных организаций и компаний частного сектора на разработку новых программных приложе- ний, использующих эти данные. Такой подход округа Колумбия не просто направлен на обеспечение прозрачности правительства ради самой прозрачности, но и предполагает совместную работу граждан с правительством на постоянной основе с целью роста общественного благосостояния. Федеральное правительство запу- скает сайт recovery.gov для обеспечения большей информационной прозрачности экономических индикаторов и планирует в дальней- шем создавать другие хранилища данных. Новые информационные порталы упрощают для сообществ поиск и применение публичных документов с большей пользой для общества. Количество и ка- чество данных, выложенных в Сети, будет расти. Можно только догадываться, для каких целей люди станут использовать эту ин- формацию или какие новые действия они предпримут.

Введение

9

Меморандум также призывает к более широкому участию: «Уча- стие общества повышает эффективность правительства и улучшает

качество его решений. Знания рассредоточены в обществе повсюду,

и чиновникам полезно иметь доступ к этим знаниям. Министер-

ства и ведомства должны предложить американцам возможность более активного участия в выработке политических решений

и предоставить правительству свой коллективный опыт и знания.

Органы исполнительной власти также должны обратиться к обще- ству с призывом внести свой вклад в вопрос расширения и совер- шенствования возможностей участия общества в деятельности правительства». Привлечение специальных знаний (включающих в широком смысле как научную компетенцию, так и жизненный опыт) самовыбранных коллег-знатоков, работающих в группах че- рез Интернет, дает возможность дополнить сумму знаний штатных профессионалов. Общественность может помочь в сборе данных, оценке информации по контрольным показателям, распознавании моделей, принятии решений и оценке их соответствия. Но видение открытого правительства, представленное в мемо- рандуме, выходит за рамки усилий по расширению участия граж- дан страны в деятельности на благо государства. В отличие от про- стого участия, оно обращено к открывающимся возможностям совместной работы правительства с обществом на всех уровнях. Совместная работа служит катализатором разработки новых стра- тегий разрешения проблемных ситуаций. В рамках этих стратегий общественность, частные компании и отдельные лица коллективно

берутся за решение социальных проблем. Как сказал президент Обама: «Задачи, которые стоят перед нами сегодня, — от спасе- ния нашей планеты до борьбы с бедностью — слишком велики для того, чтобы правительство решало их в одиночку. Пора призвать всех к работе». Возможность использования информационных технологий для привлечения всех сил и создания более эффективных и рабо- тоспособных правительственных институтов — тема этой книги. Совместный труд необходим не сам по себе, а для того чтобы ге- нерировать творческие решения, совместными усилиями добиться большей подконтрольности и ответственности чиновников. «Со- вместный труд активно вовлекает американцев в работу прави-

10

Wiki-правительство

тельства. Министерства и ведомства должны использовать иннова- ционные инструменты, методы и системы для кооперации на всех уровнях управления государством, а также сотрудничества с не- коммерческими организациями, бизнесом и отдельными лицами в частном секторе. Министерства и ведомства должны опираться на общественное мнение для оценки и повышения уровня совмест- ной работы, а также для выявления новых возможностей такой

работы», — сказано в президентском меморандуме. Для совместной работы в сфере государственного управления возможностей еще слишком мало. Использование новых технологий позволит прави- тельству сформулировать проблему и в ходе публичного обсужде- ния скоординировать решение на всех уровнях правительственных учреждений, а также с некоммерческими организациями, бизнесом

и частными лицами. Вместо того чтобы просто обнародовать за-

кон или нормативные акты, требующие, например, обеспечения безопасности школьных лабораторий, теперь можно организовать группы добровольцев для обследования этих лабораторий и рас- пределить обязанности. Или вместо того чтобы причесывать всех под одну гребенку, принимая решение по внедрению широкополос- ной технологии, теперь картировать внедрение Интернета на ме- стах и разработать более адресные технические и юридические подходы. Вместо того чтобы предписывать выполнение решения сверху, правительство может предложить награду членам общества за разработку десяти новых решений. Мы достигли той точки во времени, когда растут и численность,

и разнообразие возможностей вовлечения общественности в ре-

шение наиболее сложных проблем, которые встают перед нами сегодня. Закон, политика и технологии могут стать основой для организации удаленной работы волонтеров, работающих над об- щими проблемами. Технологии, конечно, необходимы для выпол- нения эффективной и масштабной работы на совместной основе, но вопрос о создании более совершенных институтов управления не относится к технологиям. Скорее, структуры управления необ- ходимы для повышения эффективности этого процесса. Основная идея wiki-правительства заключается в том, что ле- гитимная демократия и эффективное управление в XXI в. требуют совместной работы. В начале технологической эры страна делеги-

Введение

11

ровала власть представительным структурам, в которых решения принимают профессионалы. Из-за высокой стоимости организа- ции процесса граждане принимали участие в управлении только раз в году — в ходе голосования, выбирая своих представителей. Граждане напоминают этим представителям об обязанностях пу- тем косвенного давления через прессу, лоббистов и влияние за- интересованных сторон. Реформаторы также внесли ряд новшеств в совещательную демократию, суть которой состоит в том, что жители района встречаются, обсуждают и оказывают влияние на работу правительственных чиновников. Обсуждение создает дополнительное преимущество, так как появляется возможность публичного обмена аргументированными мнениями, что помо- гает снять социальную напряженность и разрешить разногласия мирным путем. Но сегодня, когда информационные и коммуникационные тех- нологии создают возможность для совместной работы огромного числа людей, мы способны реформировать существующие инсти- туты и создать более разнообразные механизмы решения задач. С повсеместным распространением новых способов сотрудничества эти механизмы смогут изменить саму культуру управления. Такие перемены создадут новый тип демократической легитимности, эгалитаризм которой будут подпитывать множество сообществ, объединяющих огромное число людей. В книге рассмотрен опыт совместного управления на примере проекта Peer-to-Patent. В этом проекте был реализован метод ра- боты, базирующийся на принципе участия и совместной работы с людьми, научная экспертная квалификация которых давала воз- можность изменить процесс патентования. Надо сказать, что Па- тентное ведомство по-прежнему рассматривает заявки примерно так же, как во времена его основателя Томаса Джефферсона более 200 лет назад. Чиновник получает заявку, изучает соответствующую научную литературу, а затем принимает решение о патентоспособ- ности открытия. С ростом числа заявок, реформирование системы протекает в традиционном русле: увеличение штата сотрудников, изменение правовых стандартов при рассмотрении уже выданных патентов или запрос в конгресс о пересмотре рамок научных тем, которые могут претендовать на получение патента.

12

Wiki-правительство

Еще в 2005 г. слишком радикальной мерой считалось предло- жение о том, что Патентное ведомство должно изменить порядок принятия решений и использовать технологии социальных сетей

с целью создания команд волонтеров из числа ученых и техни-

ческих специалистов, которые изучали бы заявки и участвовали

в принятии решений. Поскольку традиционно участие граждан вы-

ражалось либо индивидуально в разовых акциях комментирования, либо через пожертвование в пользу заинтересованных групп, мысль о том, что мы могли бы формировать новые типы сообществ, объе- диненных совместной работой и подключенных к опыту и знаниям общества, была захватывающей. Для реализации идеи потребо- вался миллион долларов (сейчас это стоило бы в два раза меньше) и два года работы над проектом, созданием и запуском пилотной программы по подключению сети волонтеров — ученых и техниче- ских специалистов к процессу рассмотрения заявок — еще недавно закрытому и конфиденциальному процессу патентования. Оглядываясь назад, можно сказать, что Peer-to-Patent развивался поэтапно. Но, поскольку это был первый проект федерального пра- вительства в области социальных сетей, он привлек внимание как модель, на которую правительство может ориентироваться в бу- дущем. Эрик Шмидт, генеральный директор Google, даже открыто задал вопрос, касающийся проекта Peer-to-Patent: «Почему бы не применить это в каждом подразделении правительства?» Те- перь, заглядывая вперед, можно сказать, что необязательно уча- ствовать только в правительственных делах, поскольку на данный

момент это участие и так состоялось, но можно участвовать вместе

с правительством в новых совместных мероприятиях, причем не-

которые из них могут включать правительственные приоритеты

в области коммуникаций и ответные действия населения в граж-

данском обществе. В разгар экономического кризиса, когда страна стоит перед лицом беспрецедентного сокращения рабочих мест, усилия по на- лаживанию работы государственного механизма приобретают до- полнительную актуальность. Существующим институтам власти не удалось предотвратить катастрофу. Однако архитекторы новых общественных институтов в цифровом веке способны с помощью социальных и визуальных технологий спроектировать более совер-

Введение

13

шенные структуры. Однако для достижения этой цели необходимо не только разработать и адаптировать соответствующий инстру- ментарий, но и стимулировать политическую волю к изменениям институциональных процессов принятия решений и реализации властных полномочий. Киберпространство умерло. Или, говоря иначе, оно отступило на задний план и стало обычным атрибутом современной жизни. Все меньше различий между режимами онлайн и офлайн. Соци- альные технологии позволяют присоединиться к онлайн-группам для выполнения совместной работы или участия в играх. Влияние Интернета на «меня» уже стало темой множества общественных дискуссий и научных исследований, интересующихся, как отдель- ный человек воспринимает свое существование в виртуальном пространстве. Сегодня мы уже перешли к вопросу о том, как оно влияет на «нас», т. е. как общество организует себя и управляет собой через институты. В данных политических обстоятельствах будущее управления в цифровом веке — вопрос не риторический, а реальная возможность изменения государственных институтов. Если подходить к делу правильно, у нас сейчас появляется воз- можность достичь высокой компетентности в управлении, имея до- ступ к необходимой информации, повысить эффективность управ- ления, эффективно используя уже имеющиеся механизмы и новые формы коллективных действий, укреплять и углублять демократию, опираясь на правительство, созданное народом, из представителей народа и вместе с народом.

БЛАГОДАРНОСТИ

Если не упоминать о дипломах, то немалую долю «уроков» я по- лучила в венских кафе во время учебы в университете и после. Именно там я узнала, какое удовольствие дарят хороший кофе

и приятная беседа. Институт информационного права и политики

при Школе права Нью-Йоркского университета по праву гордится своим профессорско-преподавательским составом, искушенным в технологиях и приверженным демократическим ценностям, — это возврат к «кофейному» братству. За чашкой кофе, обедом, в атмосфере дружеских «заговоров»

и в пылу интеллектуальных баталий ковалась теория демократии

совместной работы, формировалось мое понимание того, как информационные технологий влияют на общественные инсти- туты. Никто не знает больше о праве в сфере ИT-технологий, чем «крестный отец Cybersoul» Джеймс Гриммельманн, кото- рый использовал свой потрясающий интеллект, чтобы объяс- нить, как через Интернет обеспечить обществу более широкий доступ к знаниям. Молли Бойтц, по образованию специалист по международному праву, исследует связь между технологией web 2.0 и правами человека в глобальном масштабе. Дэн Хантер, оторвавшись от флирта с девушками под предлогом изучения торговых марок и поддельных дамских сумочек, написал свои лучшие и первые статьи о взаимодействии информационных тех- нологий и демократии и их связи с технологиями виртуального мира. В один решающий год здесь появился Дэвид Пост и стал «давать непрошеные советы»: если уж он смог написать о Джеф-

16

Wiki-правительство

ферсоне и киберпространстве, то почему бы не написать о па- тентах и игре World of Warcraft* в одной работе. Руди Перитц, эксперт в области интеллектуальной собственности и антимоно- польного законодательства, начал первые разговоры, которые привели к появлению проекта Peer-to-Patent, а неподдельный интерес Ричарда Шервина к культурному влиянию социальных

и визуальных медиа пронизывает весь этот проект. Декан Ричард

Матазар, друг, наставник и «венчурный капиталист» в патентных делах, обеспечил идеальные условия для проведения научных изысканий. Его дальновидность свела нас вместе, а потом и он сам присоединился к нам, привнеся веселье, мудрость и энту- зиазм во все наши проекты и особенно в проект Peer-to-Patent. Наоми Аллен, менеджер института и наша «офисная мама», по- могала нам во всем (занимаясь организацией рабочего процесса, она успевала знакомить нас со всеми театральными новинками

и кулинарными изысками). Спасибо Джуди Джонсон за то, что она «предоставила» нам Дэвида Джонсона из Школы права Нью-Йоркского университета, отца киберправа. Дэвид — этот удивительный ум: — одновременно

и представитель эпохи классического Ренессанса, и человек буду- щего, живущий в Сети. Его способность генерировать новые идеи

может сравниться только с его тягой к знаниям. Важность сложных

и интересных форм групповых взаимодействий в совместных делах,

а также роль экрана в их организации — вот, о чем говорил Дэвид во время нашей первой встречи. Я рада, что у меня оказалось до- статочно времени, чтобы в полной мере оценить глубину его про- ницательности. Это стало поводом для замечательных совместных обедов и разговоров в течение всех этих лет. Я также в долгу перед студентами Школы права Нью-Йоркского университета и Стэнфордского университета, которые выбрали курс «Закон, технологии и демократии» и терпеливо позволяли мне убеждать их в том, что современный юрист, чтобы стать хорошим специалистом по решению проблем, должен в равной степени вла- деть программными кодами и инструментами права. Их способ- ность проникнуть в суть дела дала мне невероятно много.

* Многопользовательская ролевая онлайн-игра. — Прим. ред.

Благодарности

17

Студенты Школы права вложили много сил в разработку и со- провождение проекта Peer-to-Patent. Чем им только не пришлось заниматься: от обобщения заявок от непрофессиональных поль- зователей и поддержания связей с Бюро по регистрации патентов

и торговых марок США (USPTO) до тестирования сайта на ошибки!

Джозеф Меранте, Йин Там, Рахан Уддин и Кристофер Вонг без устали работали по ночам и в праздники, по пути на занятия и сидя на экзаменах. Если бы Марк Уэббинк, бывший главный юрискон- сульт и первый вице-президент софтверной компании Red Hat не оказался каким-то чудесным образом во главе Центра патент- ных инноваций и не взял бы на себя уверенное руководство про- ектом Peer-to-Patent, не было бы ни самого проекта, ни книги о нем. Сюзанн Дэвидсон помогла нам получить все наши гранты. Проект по экспертным оценкам на общественных началах процветает бла- годаря помощи Бриджит Джонсон, ее поддержке и советам. Особая благодарность — стипендиатам-исследователям института, кото- рые усердно и с большим юмором поработали над примечаниями к книге: это Стефани Фигероа, Марк Миллер, Брайан «Труженик» Пайн, Элизабет Райлли и Уилл Сток. Сотрудники Бюро по регистрации патентов и торговых марок США сознательно пошли на риск, соглашаясь на этот исторический эксперимент. Достопочтенный Джей Лукас, бывший тогда заме- стителем комиссара по патентной экспертизе, первым дал добро проекту при поддержке комиссара Джона Долла и директора Джона Дудаса. Джек Харви вместе со своей командой курировал проект

Peer-to-Patent от стадии предложения и пилотного проекта до полу- чения статуса официального проекта агентства. Школа права Нью-Йоркского университета и Бюро патентов — две стороны триумвирата в этом совместном предприятии. Я ни- когда не перестану восхищаться глубиной познаний и преданно-

стью, продемонстрированными нашими партнерами на протяже- нии всей работы над проектом. Еще в 2005 г., когда проект Peer- to-Patent был не более чем идеей, озвученной в блоге, Дэйв Каппос

и Мэнни Шектер из компании IBM разделяли наше убеждение, что

он может воплотиться в жизнь. Множество сотрудников IBM уде- лили свое время планированию проекта, среди них Марк Эрлих, Сюзан Мюррей и Мэриэн Ундервайзер. Каз Казенске из Microsoft

18

Wiki-правительство

и Кью Тодд Диккинсон, в те годы работавший в General Electric, оба

в свое время возглавляли Бюро патентов и использовали свой авто- ритет и знания ради успеха предприятия. Адам Аврунин из компа- нии Red Hat, Курт Роуз из Hewlett-Packard, Стив Клосински и Джим

Салиба из CE, Скотт Асмус и Пэт Патноуд из General Electric, а также Мэтт Рэйни из Intellectual Ventures вошли в наблюдательный совет

и не только вложили деньги в этот проект, но и, что еще более

ценно, тратили на него свое время. Как я рассказываю в книге, именно благодаря совместному ха- рактеру разработки проекта и его планирования самые блестящие

идеи нашли в нем место. Коллеги из Гарвардского, Стэнфордского, Мичиганского и Йельского университетов проводили у себя семи- нары, в которых участвовало огромное число специалистов в сфере патентного права, информационных технологий, социальных сетей

и дизайна. Их идеи нашли воплощение в проекте Peer-to-Patent и,

конечно же, описаны в этой книге. Спасибо Лорен Гелман, Колину

Маклэю, Эддану Катцу, Джону Полфри и Полу Реснику за органи-

зацию и продвижение проекта. Майкл Мессингер и Стивен Вайнер оказали особую помощь и участие, поделившись своим опытом

в проведении патентной экспертизы, Марк Лемли и Арти Раи пред-

ложили свои идеи в области патентного права, а Терри Виноград довел до ума дизайн. Эти имена, как и имена других участников консультативного совета, указаны на сайте проекта. Отдельно стоить упомянуть двух человек, внесших исключи- тельный вклад в Peer-to-Patent. То, что сегодня отражено и живет

в Интернете, по большей части, именно их работа. Художественное

мастерство Пабло Агуэро видно на каждой странице сайта. Он из- лечил меня от привычки использовать выражение ASAP* в своих электронных сообщениях своим неутомимым трудом и способно- стью выполнять работу в совершенно невозможные сроки с велико- лепными результатами. Эрик Хестенес — ведущий архитектор Peer- to-Patent. Мне трудно по достоинству оценить все, что он сделал. Но самое важное — он принял этот проект на веру. В соответствии с истинным духом этапа запуска проекта Эрик не только выполнял

* As Soon As Possible (англ.) — как только — так сразу, или как можно скорее. — Прим. ред.

Благодарности

19

функции технического директора, но и участвовал на всех этапах планирования, самостоятельно вникая во все нюансы патентного

законодательства и все процедуры. Он также исколесил всю страну ради реализации проекта Peer-to-Patent. Без неистощимой щедрости инвестиционной фирмы Omidyar Network и ее главного юрисконсульта Уилла Фитцпатрика у нас ничего бы не вышло. Хотя Фонд Макартуров и оказал значимую финансовую поддержку, все же самым ценным его вкладом были беседы с Джоном Брэккеном, Валери Чанг, Джули Сташ и Конни Йоуэлл. Именно на орбите Фонда Макартуров я магическим образом столкнулась с Джоном Сили Брауном, «повелителем заблуждений»

и экстраординарным молодым человеком, который перевернул мое

восприятие мира с ног на голову и запустил меня по неведомым направлениям в понимании забавного. Огромную пользу также мне принесли философские беседы с Джеком Балкином, во время кото-

рых за много лет были съедены сотни порций мороженого, а также знакомство со шведским шеф-поваром*. Моя работа по техноло- гиям для демократии началась в Йельской юридической школе под руководством Джека и с благословения Кэролл Стивенс. Йельская юридическая школа — мой второй дом, а Джек и Маргарет, Кэролл

и Либби — вторая семья. В ходе работы над этим проектом мне очень помогала кон- структивная критика. Я благодарю вас, Майк Ананни, Харви Ан- дерсон, Блез Акера-и-Аркас, Джеймс Ау, Ричард Бартл, Брайан Белендорф, Бен Барбер, Йохаи Бенклер, Доналд Бреннис, Герберт Беркерт, Сьюзан Кроуфорд, Джим Фишкин, Сита Гангадаран, Тед

Глассер, Сет Харрис, Тодд Хаффман, Митч Капор, Этан Катш, Джим Колинбергер, Дэниел Крайсс, Джерон Ланье, Стив Миджли, Эллен

и Ричард Миллер, Крэйг Ньюмарк, Кори Ондрейка, Энди Орам,

Томас Планкетт, Эндрю Расьей, Ховард Райнголд, Грэхем Ричард, Колин Рул, Клэй Ширки, Майка Сайфри, Ли Смолин, Фред Тернер

и Дарелл Уэст. Но многие принесли пользу и досужими разговорами: это Эн- дрю Берман, Маринн Карлсон, Лори Клаус, Кен Норц, Саид Ходери,

* Один из персонажей Маппет-шоу. — Прим. ред.

20

Wiki-правительство

Ларри Левин, Пол Марино (который к тому же создал оригиналь- ный логотип Peer-to-Patent), Брайан Мерфи, Эйлин Твиггз, София «Цыпленок» Ялираки. Спасибо всем интеллектуально щедрым участникам конференций Tim O’Reilly’s Foo Camps, конференций

«Соотношение сил» (State of Play), посвященных праву и виртуаль- ным мирам Школы права Нью-Йоркского университета. Эта книга росла на ваших историях как на дрожжах. Я должна отдать свой долг признательности президенту Бараку Обаме, который и на словах, и на деле является сторонником идеи открытого правительства, исповедующего принципы совместной работы, и который вдохновил движение, доказавшее, что люди могут и будут работать вместе ради перемен. Руководящая роль президента Обамы, более чем любое технологическое, культурное

или

правовое развитие — залог изменений в работе правительства

XXI

в. Спасибо Джулиусу Геначовски за то, что я имела честь уча-

ствовать в формировании стратегии новой администрации в сфере

инноваций и правительственной реформы. То, что он выбрал меня

как руководителя переходной группы информационных техноло-

гий, инноваций и правительственной реформы (TIGR) и позво-

лил воплотить идеи wiki-правительства в жизнь на национальном

уровне, отражает его искреннюю приверженность демократиче- ским идеалам как движущей силе инноваций в обществе. Спасибо Блэр Левин, что взял на себя руководство и дал мне возможность закончить эту книгу. Члены инновационной правительственной команды TIGR — Эмили Бокар, Марк Чендлер, Дэн Ченок, Аниш

Чопра, Джон Лейбовитц, Брюс Макконнелл, Том Фридман, Том Ка-

лил, Вивек Кундра, Эндрю Маклафлин, Картик Рагаван, Алек Росс, Дэн Сирокер, Сонал Шах, Ларри Стриклинг и Ирвинг Владавски- Бергер — также могли бы написать эту книгу. Многие из них сей-

час находятся на государственной службе, так что Америка может

с надеждой смотреть в будущее. Наш проект смог превратиться в книгу благодаря тщательной и прилежной работе необыкновенного редактора Мэри Квак и вер- стальщицы Дайан Хэммонд из издательства Brookings Institution Press. Настойчивые вопросы Клэя Райзена не позволили мне «свер- нуть с пути грамматической добродетели». Спасибо моему агенту Андре Абекассис, который верил в автора, как в самого себя, и пере-

Благодарности

21

жил бесконечные обсуждения вопросов лицензирования и автор- ского права. В течение последнего года не было более приятного события, чем обмен рукописями с Дэвидом Бут: роскошный роман на мой манускрипт. Набоков утверждает, что писатель должен обладать меткостью поэта и воображением ученого. Дэвид обладает этим особым даром визуализации и слушания, который происходит от любви и трепетного отношения к слову. Его внимание сделало эту книгу намного лучше. Моя семья никогда не роптала, когда я сидела дома, занимаясь книгой, вместо того чтобы проводить время с ними. Я задолжала своим племянникам множество прогулок. Моя мама принесла в дом пишущую машинку, когда мне было четыре, а затем приобрела для меня персональный компьютер IBM PC первого поколения. И, по- жалуй, она единственная из всех пожилых людей, которых я знаю, кто пользуется устройствами iPod, BlackBerry и плеером Roku с пря- мым выходом в Интернет. Мне хотелось бы походить на нее. Она служит для меня вдохновляющим примером. Но больше всего мне хотелось бы поблагодарить сообщество пользователей проекта Peer-to-Patent — тех волонтеров, которые посвятили ему свое время и приложили все усилия ради совершен- ствования нашего правительства и на благо всех нас. Монтень сказал, что, как только автор «вручает работу миру, с того момента он больше не имеет прав на нее». Учитывая по- мощь всех тех, кто помог мне сделать эту книгу, я не уверена, что вообще когда-либо имела на это право. Все хорошее, что есть в этой книге, — это их заслуга, за что я им бесконечно благодарна.

Часть I

ДЕМОКРАТИЯ СОВМЕСТНОЙ РАБОТЫ И МЕНЯЮЩАЯСЯ ПРИРОДА ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ЗНАНИЙ

ГЛАВА 1

Проект Peer-to-Patent:

скромное предложение

Делай то, что тебе кажется не по силам

Элеонора Рузвельт

Патентное право — самая нелюбимая студентами часть семестро-

вого курса «Введение в интеллектуальную собственность», который я читаю в Школе права Нью-Йоркского университета. В этом об- зорном курсе они узнают об официальной регистрации торговых марок и обеспечении авторских прав на песни. Они также пыта- ются понять, продираясь сквозь тернии профессионального языка, как изобретатели подают заявки в Бюро по регистрации патентов

и торговых марок США (USPTO) для обеспечения двадцатилетней

патентной охраны монопольных прав. Несмотря на то что патенты сигнализируют финансовым рынкам и инвесторам об инновациях

и стимулируют экономический рост в определенных отраслях про-

мышленности, многих страшит этот раздел курса 1 . Патентные за- явки пишутся на языке, который является членом особой семьи языков, — юридическом жаргоне, который понимают только первосвященники — профессионалы патентного дела. Патентные заявки даже на самые прозаические изобретения звучат круто. На- пример, патентная заявка на герметически упакованный сэндвич без корки (он же патент на сэндвич с арахисовым маслом и фрук- товым джемом), которая претендует на получение в пользу ком-

26

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

пании Smuckers монополии на процесс обрезания корок, выглядит следующим образом:

Формула изобретения: 1. Сэндвич, герметически упакованный, бескорковый, содержит: первый хлебный слой, имеющий первую периметральную поверхность, которая лежит в одной плоско- сти с контактной поверхностью; по крайней мере одна порция начинки из пригодных в пищу продуктов, накладывается на вы- шеупомянутую контактную поверхность; второй хлебный слой, накладывается на упомянутую минимум одну порцию начинки напротив первого хлебного слоя, при этом вышеупомянутый второй хлебный слой включает вторую периметральную по- верхность аналогично вышеупомянутой первой периметральной поверхности; загнутая кромка непосредственно между вышеу- помянутой первой периметральной поверхностью и вышеупо- мянутой второй периметральной поверхностью для запечаты- вания вышеупомянутой минимум одной порции начинки между вышеупомянутым первым хлебным слоем и вышеупомянутым вторым хлебным слоем; при этом корковая часть вышеупомяну- того первого хлебного слоя и вышеупомянутого второго хлебного слоя удаляется 2 .

Чтобы помочь студентам понять, как патенты способствуют продвижению конституционного мандата конгресса «обеспечи- вать прогресс наук и прикладных искусств», я начинаю с объяс- нения процесса, с помощью которого правительство принимает решение о выдаче патента 3 . Хотя этот процесс регулируется своими особыми правилами, решение выдать патент или отказать в его выдаче не отличается от тысячи других решений, принимаемых правительством каждый день, которые базируются на доступе к до- статочной информации и «чистой науке». Как и правительственный служащий Агентства по защите окружающей среды (EPA), который должен проконсультироваться со специалистами по эпидемиоло- гии, чтобы определить приемлемые уровни содержания асбеста или ртути в воздухе и воде, так и эксперт патентного ведомства должен обладать знаниями в области соответствующих технологи- ческих предшественников — ранее принятых патентов, — чтобы

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

27

судить о новизне изобретения по сравнению с тем, что ему пред- шествовало, для обоснования решения о выдаче патента. Патент- ный эксперт фактически определяет, кто будет обладать правами на следующую модель карманного компьютера BlackBerry, или новое лекарство от рака. В Бюро патентов работает 5500 патентных экспертов 4 . Хотя па- тентный эксперт может иметь степень бакалавра компьютерных наук, совсем не обязательно, чтобы он разбирался, например, в но- вейших объектно-ориентированных языках программирования. Он может не знать о последних новинках, разработанных в Азии. Возможно, он никогда прежде не видел ничего похожего на то, что указано в патентной заявке на биоинформатическое моделирова- ние генома человека или в заявке на компьютерную программу, сочиняющую стихи 5 . Он мог не посещать юридическую школу (нет необходимости в ученой степени по юриспруденции, чтобы сдать экзамен в коллегии патентных поверенных) 6 . Он может не иметь степени доктора наук, ведь его работа дает мало шансов на про- должение образования. Как специалист по патентной экспертизе он не является и не должен быть специалистом во всех инноваци- онных областях. Что еще хуже, закон не требует, чтобы изобретатель оказывал эксперту какую-либо помощь: например, представил исследование по истории вопроса 7 . Более того, изобретателю выгодно не сооб- щать Бюро патентов об известном уровне техники, поскольку экс- перт может использовать эти сведения для отказа в выдаче патента, если решит, что изобретение не обладает достаточной новизной 8 . Правда, иногда изобретатели заваливают эксперта громадным объ- емом информации по истории вопроса в надежде, что загружен- ного работой чиновника смутит тяжкий труд по «отделению зерен от плевел». Не секрет, что даже Томас Джефферсон, первый патент- ный эксперт, в 1791 г. обращался к внешней помощи, консультиру- ясь с профессором химии Университета Пенсильвании Джозефом Хатчинсоном, прежде чем выдать патент на алхимический процесс опреснения морской воды 9 . Сегодня современный патентный эксперт работает в одиночку (или в лучшем случае с супервайзером). Его главный источник ин- формации — базы данных USPTO (известные как «Восток» и «За-

28

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

пад») по старым и зарубежным патентам, патентным заявкам и спискам материалов по известному уровню техники, к которым

они апеллируют 10 . В среднем эксперт тратит от 15 до 20 часов на из- учение патентной заявки и формулировку заключения 11 . Все же плохо, что ему приходится торопиться: супервайзер дышит в за- тылок (а на горизонте маячит еще и конгресс), напоминая о том, что надо переходить к следующей из миллионов заявок, ждущих своей очереди 12 . Заявители ждут до трех лет (а в некоторых от- раслях и пять лет) до получения первого уведомления из Бюро патентов, и обычно это только начало переписки, которая будет продолжаться до тех пор, пока решение о выдаче патента не будет наконец принято или заявка будет отклонена. Но даже располагая большим временем, патентные ведомства во всем мире все равно не смогут получить доступ ко всей необходи- мой информации. Чтобы понять, является ли данный изобретатель настоящим автором химического состава или компьютерной про- граммы, эксперт должен проштудировать всю литературу по этому вопросу. Правительственные патентные бюро, естественно, имеют доступ к архиву патентов и к научным журналам, но необходимая информация не всегда может быть найдена в традиционных пра- вительственных или научных источниках. Изобретатели в самых передовых отраслях сейчас чаще обсуждают работу в Сети, чем

в печатных изданиях. Джон Долл, патентный комиссар США, жа-

луется на разрозненность баз данных и нестабильность поисковых

протоколов, которые затрудняют работу экспертов, решающих, яв- ляется ли очередная разработка новой, полезной и неочевидной,

т. е. патентоспособной 13 . В результате процесс оказывается нерабо- тоспособным и неточным: из двух миллионов патентов, выданных

в США, многие не выдержали бы более тщательной проверки 14 . Все это заставило меня задуматься. Что если патентный эксперт мог бы поработать с широким кругом специалистов? Что если обще- ственность могла бы подкрепить официальную экспертизу своими знаниями? Что если научно-технические знания аспирантов, про- мышленных исследователей, университетских профессоров и про- сто любителей можно было бы связать с юридическими познани- ями патентного эксперта для получения более точного патентного заключения? Что если вместо традиционной экспертной оценки

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

29

была бы внедрена процедура открытого рецензирования, в которой мог участвовать по своему выбору любой желающий, имеющий соответствующие знания? Что если вместо социальных сетей типа Facebook была бы создана экспертная научно-техническая социаль- ная сеть? Я назвала ее Peer-to-Patent. Сетевые инструменты, доступ- ные сегодня, могут быть использованы для установления контакта между правительственными институтами и открытым интернет-со- обществом для совместной работы на постоянной основе. Этот процесс уже идет, не затрагивая правительство. Некото- рые коммерческие и некоммерческие организации признают, что процессы, которые раньше находились в компетенции отдельных специалистов, имеет смысл открыть для участия большего числа людей. Раковые больные, например, делятся друг с другом меди- цинской информацией через веб-сайт Ассоциации интернет-ре- сурсов о раке (Association of Online Cancer Resources) и 159 рас- сылок электронных почтовых сообщений по связанной тематике. Сайт Patients Like Me позволяет больным рассказывать друг другу о своих симптомах и течении заболевания. Сайт Patients Like Me также помогает обмениваться информацией врачам, фармацевти- ческим компаниям, производителям медицинского оборудования, исследовательским и некоммерческим организациям, чтобы сти- мулировать пользователей предоставлять информацию тем, кто работает над разработкой лекарств. Таких примеров множество. Проект Mechanical Turk, на основе веб-сайта компании Amazon, передает на аутсорсинг работу по от- ветам на простые вопросы, такие как тегирование людей и мест на фотографиях, измерение размеров молекул на микроснимках, обнаружение провалов в почве на фотографиях и создания ссылок по картам Google. YouTube полагается на любителей для загрузки видеоконтента. Базу данных о фильмах Internet Movie Database (IMDb) наполняют добровольцы, и теперь она включает инфор- мацию почти о миллионе фильмов и более чем о двух миллионах специалистов в индустрии развлечений 15 . Почти 30 000 говорящих на корейском языке «народных» журналистов создают репортажи для сайта OhMyNews.com, на котором «каждый человек — репор- тер» 16 . Корейцы также дают ответы на запросы в поисковой системе Naver, который по популярности оставил далеко позади такие ал-

30

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

горитмические поисковые машины, как Google и Yahoo! 17 . А корпо- рация Mozilla, создатель браузера Firefox, заручилась поддержкой нескольких тысяч из своей 180-миллионной пользовательской ар- мии для работы на маркетинговые кампании, ответов на вопросы на форумах, создания и редактирования документации для разра- ботчиков и даже программного кода для браузера 18 . Более 9000 компаний участвуют в партнерской сети технологи- ческого гиганта SAP, а 1,2 млн человек — в его онлайновых дискус- сионных сообществах (форумах), которые созданы для генерирова- ния инновационных идей, а также для помощи членам сообщества выполнять более успешно свою работу. Вдохновленная этими примерами, по окончании весеннего се- местра 2005 г., я написала материал для своего блога и назвала его «Peer-to-Patent: скромное предложение» 19 . Мое предложение состояло в том, чтобы Бюро патентов изменило свою закрытую, централизованную процедуру и создало структуру открытого уча- стия, которая высвободила бы «познавательные резервы» научно- технического сообщества. Я призвала Бюро патентов обратиться к общественности за помощью в патентной экспертизе и в конеч- ном счете заручиться поддержкой небольших групп добровольцев, чтобы совместными усилиями решить вопрос о том, может ли быть выдан патент на конкретное изобретение. С помощью такой со- вместной работы, проведенной в Сети, агентство могло бы усилить свой интеллектуальный потенциал и улучшить качество выдавае- мых патентов. «Это скромное предложение использует технологии социальной репутации и фильтрования на базе совместной работы, чтобы создать систему коллегиальной экспертизы, проводимой на- учными экспертами, которые и дадут официальное заключение по инновациям, — писала я. — Идея комиссий «голубой ленты» или консультативных советов не нова. Но предложение использо- вать программные инструменты измерения социальной репутации (как рейтинг на Friendster, LinkedIn или eBay) при формировании комиссий, чтобы они были достаточно большими, разнообразными и демократическими по составу, способными заменить патентного эксперта». Едва я опубликовала свой мысленный эксперимент на блоге, как зазвонил телефон. Дэниэл Тердиман, репортер веб-сайта он-

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

31

лайновых технологических новостей Wired News, искал новые темы. «Не слышала ничего интересного?» — спросил он. Но одном дыха- нии я перечислила три или четыре инициативы своих коллег. «Это все очень хорошо, а сама-то что замышляешь?» — закинул удочку Дэниэл в надежде как-то раскрутить меня. «Пытаюсь не отстать от времени на блоге, делаю невероятные предложения по рево- люционной перестройке работы Бюро патентов, планирую усовер- шенствовать процедуру принятия решений правительством и пере- осмыслить природу демократии», — ответила я скромно. В результате, 14 июля 2005 г. в Wired News вышла статья, озаглав- ленная «Сеть может расчистить патентные завалы» 20 . Как репортер, пишущий о видеоиграх, а не о правительстве, Дэниэл нисколько не сомневался, стоит ли обращаться за комментарием к комиссару по патентам. Джон Долл ответил ему: «Это интересная идея и за- манчивая перспектива». Коллегиальная экспертиза, добавил он, «может быть осуществлена уже сейчас, и я немного удивлен, что никто еще не открыл блог» для этой цели.

Скромное предложение берет старт

В день выхода статьи Мэнни Шектер, первый помощник генераль- ного юрисконсульта и поверенный по вопросам интеллектуальной собственности в корпорации IBM, отправил мне письмо: «Я про- читал о Peer-to-Patent. Есть о чем поговорить». Мэнни Шектер, Мэриэн Ундервайзер и Марк Эрлих известны в юридическом от- деле корпорации как «три М» интеллектуальной собственности.

Отвечая в IBM за 42 000 патентов (28 000 только в США), эти трое старших юристов и их сотрудники непрерывно в течение 15 лет сохраняют за IBM статус крупнейшего держателя патентов в мире. Компания ежегодно получает от 3000 до 4000 патентов. В допол- нение к укреплению конкурентных позиций продуктов фирмы эти патенты приносят ей ежегодно миллиард долларов лицензионных сборов с производителей, желающих использовать изобретения IBM

в своих продуктах и услугах. Размер портфеля патентов IBM сиг-

нализирует рынкам о том, что компания является инновационной,

в чем, возможно, и кроется причина роста курсовой и биржевой стоимости ее акций 21 .

32

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

Как крупнейший клиент USPTO, компания IBM как раз из числа тех фирм, которые могут получить наибольшую выгоду от работо- способной системы выдачи патентов. И понести большие потери, если патентный процесс сорвется. Когда темп патентной экспер- тизы сильно отстает от темпа инноваций, компании типа IBM вы- нуждены подолгу ждать получения патентов. И инновации, от ко- торых зависят стратегии их лицензирования, могут даже оказаться недействительными. К тому же критически настроенные наблюда- тели выдвигают обвинения, что выдача незаслуженных патентов вкупе с растущим недоверием к их качеству привела к увеличению числа дорогих судебных процессов. Патенты дают патентооблада- телю право подавать иски в отношении других лиц за ущерб, на- несенный использованием запатентованных изобретений. Богатые компании, такие как IBM, более подвержены судебным разбира- тельствам по искам о нарушении патентного законодательства, чем маленькие фирмы. А уж патенты в области компьютерных про- грамм, которые составляют большую часть портфеля IBM, в два раза чаще становятся предметом судебных исков, чем другие виды патентов 22 . Судебные издержки на ведение дела, даже если оно бу- дет выиграно, часто не стоят свеч, особенно когда альтернативой является выплата истцу пяти- или шестизначного штрафа. «Три М» сами выдвигали идеи патентной реформы, аналогичные Peer-to-Patent. В компании в течение длительного времени уже про- водились внутренние эксперименты с технологией распределенной совместной работы, а ее руководители видели путь спасения IBM от краха (компания принадлежит к тем 16% крупных предприятий, которым, по статистике, удалось выжить в 1962–1998 гг.) в движе- нии в сторону культуры совместной работы, подкрепленной циф- ровыми технологиями 23 . Юристов IBM заинтриговала простота и перспективность пред- ложения Peer-to-Patent и особенно то обстоятельство, что проект мог осуществляться, по крайней мере его пилотная фаза, без принятия соответствующего законодательного акта и решения Верховного суда. К весне 2006 г. они были готовы помочь в воплощении идеи в жизнь. По инициативе «трех М» IBM выделила грант Школе права Нью-Йоркского университета, чтобы я могла взять паузу в чтении курса (по иронии судьбы) «Введения в интеллектуальную собствен-

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

33

ность» и, наполнив блог дополнительным содержанием, превратила его в проект действующего прототипа. Я и не предполагала, что, поддавшись соблазну взять творческий отпуск на семестр, чтобы написать научную работу, я закончу запуском эксперимента по уве- личению скорости прохождения информационных потоков в Бюро патентов и руководством первым правительственным проектом в области открытых социальных сетей. Вскоре о Peer-to-Patent узнали патентные поверенные крупней- ших технологических корпораций. И к проекту присоединилась Microsoft, взяв на себя обязательство предоставлять свои патенты на общественную экспертизу, а также выступить столь необходи- мым дополнительным спонсором. Конечно, по большому счету, если бы крупнейший клиент Бюро патентов стал единственным сто- ронником, проектировщиком и спонсором плана реформы Бюро, это попахивало бы регулятивным захватом и потерей легитимности всей работы. Затем появилась корпорация Hewlett-Packard, а за ней последовали Red Hat, General Electric, CA (Computer Associates) и, наконец, Intellectual Ventures, инновационная компания, осно- ванная Натаном Мирволдом, бывшим директором по техноло- гиям корпорации Microsoft. Эти компании не только вызвались подавать свои патентные заявки через Peer-to-Patent, но и внесли деньги на развитие юридической и технической инфраструктуры. Кроме того, Школа права Нью-Йоркского университета получила поддержку от Фонда Макартуров и Omidyar Network, организации, через которую ведет свою благотворительную деятельность осно- ватель компании eBay Пьер Омидьяр. Десятки юристов, специалистов по технологиям и дизайнеров потратили массу времени и сил на доработку дизайна проекта. В ре- зультате в 2006–2007 гг. мы провели серию семинаров в Гарварде, Йеле, Стэнфорде, Университете Мичигана и в Школе права Нью- Йоркского университета. Разработка проекта Peer-to-Patent стала хорошей практикой для студентов Школы права Нью-Йоркского университета, занимающихся вопросами реформы права: они полу- чили новые профессиональные навыки, управляя проектом на всех его этапах. Они сняли образовательные видеоролики о патентном праве и известном уровне техники (своего рода сериал Schoolhouse Rock через призму патентной системы). И написали инструкции

34

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

для новых пользователей ко всем страницам сайта, объясняющие, как найти и загрузить историю известного уровня техники в свою

патентную заявку и как комментировать сведения об известном уровне техники, представленные в чужих заявках. Студенты также составляли проекты документов по принципам конфиденциаль- ности и охраны авторских прав, по условиям пользования сайтом

и обращения к изобретателям публиковать свои заявки. Но самое

главное, они учились работать в команде, опираясь на техниче- ские, юридические и коммуникационные инструменты для реше- ния сложной задачи в реальном мире. Однако важнее всего то, что, несмотря на первопроходческий характер плана, в конце 2006 г. к нему подключилось USPTO. Сра- ботала, во-первых, идея передачи большего объема информации с сайта перегруженным патентным экспертам, а во-вторых, сыграло роль наше обещание дать ход только десяти наиболее значимым ре- цензиям, сделанным по представлению общественности. Бюро па-

тентов согласилось запустить пилотную фазу «открытой» патентной экспертизы. Школа права Нью-Йоркского университета пригласила Эрика Хестенеса, бывшего вице-президента по технологиям одной крупной фирмы по оказанию финансовых услуг. Он возглавил ко- манду программистов, разрабатывавшую платформу стоимостью

в миллион долларов, которая должна была помочь в создании групп

научных и технических экспертов, желающих по собственному вы- бору предоставлять информацию в Бюро патентов в режиме он- лайн. (Сегодня не только резко упала стоимость этих инструментов,

но и стали доступны варианты, позволяющие обойтись без проекти-

рования сайта с нуля. Стратегии распределенной обработки данных

и совмещенных услуг позволяют многим совместным пилотным ме-

роприятиям функционировать в одной и той же инфраструктуре.) Руководящий комитет в составе экспертов по патентному праву из нескольких корпораций и консультативный совет, в который вошли ученые, журналисты и коллегиальные патентные эксперты,

в течение последующих шести месяцев разрабатывали стратегии

и процедуры, которые будут задействованы на сайте Peer-to-Patent. Затем USPTO создало команду из восьми руководителей для управления проектом со стороны агентства. Возглавляемая за- местителем комиссара по патентной экспертизе Джеем Лукасом

Рис. 1.1. Главная страница Peer-to-Patent (www.peertopatent.org)
Рис. 1.1. Главная страница Peer-to-Patent (www.peertopatent.org)

36

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

(чьим преемником затем стал Джон Лав) и Джеком Харви, дирек- тором по патентам в области компьютерных технологий, группа работала совместно с нами над проектом юридических требований к согласию между сторонами. Мы пришли к общему мнению, что пилотная фаза проекта будет включать не более 250 заявок (до- статочно, чтобы получить полезную информацию и не перегрузить агентство), относящихся к программному обеспечению и компью- терному аппаратному обеспечению (так называемые изобретения Технологического центра 2100), при этом от одной компании могло быть подано не более 15 заявок 24 . В USPTO отобрали и обучили экспертов, которые должны были принять участие в пилотной фазе проекта, разработали регламент трудового процесса для учета по- ступающей информации и реагирования на нее, а также направили отчеты заинтересованным официальным лицам. К 2007 г. в ожидании официального представления проекта Peer-to-Patent в прессе появилось множество публикаций. Журнал Fortune рассказал о проекте в августе 2006 г., а газета Washington Post посвятила ему первую полосу весной 25 . Наконец, 15 июня 2007 г., спустя 23 месяца после моего первого поста на блоге, Школа права Нью-Йоркского университета совместно с USPTO запустили сайт Peer-to-Patent 26 (скриншот главной страницы веб-сайта при- веден на рис. 1.1, а также по адресу www.peertopatent.org). Первые пять заявок пилотной фазы проекта поступили из HP, IBM, Intel и Red Hat. Заявки касались широкого спектра компьютерных техно- логий, связанных с эоловым земледелием, виртуальной совместной работой и социальными сетями. В качестве стимула для участия в процессе коллегиальной экспертизы USPTO предложило рассма- тривать заявки, поданные через Peer-to-Patent первыми; таким об- разом, эти компании еще и смогли опередить миллионы других заявок из очереди.

Значение для будущего: от Wikipedia до Wikilaw

Расскажу вкратце, как работает система совместной работы. Явля- ясь частью процедуры, в рамках которой патентный эксперт про- веряет патентную заявку на соответствие правовым стандартам, установленным Законом о патентах, сайт Peer-to-Patent предлагает

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

37

всем желающим публиковать информацию (о так называемом из- вестном уровне техники) имеющую значение для оценки заявки, находящейся в стадии рассмотрения. Поскольку участие в этом про- цессе требует не только желания, но и знаний, тех, кто откликается на приглашение Peer-to-Patent, мы называем самоизбранными до- бровольцами. Принять участие в обсуждении может любой, но уча- ствовать будет только эксперт. Участие подразумевает совместную работу над заявкой. Несколько участников команды могут рассмо- треть заявку, а также найти и загрузить актуальные публикации и предложения для дальнейшего исследования и представляющие пользу для патентного эксперта. Остальные члены могут оставлять комментарии, касающиеся актуальности предлагаемых единиц из- вестного уровня техники. После онлайн-дискуссии каждая команда проверяет представления, сделанные ее членами. Группа голосова- нием выбирает десять наиболее актуальных работ из числа пред- ложенных. Затем эта десятка и отправляется в Бюро патентов. За первый год работы пилотной фазы проекта изобретатели подали через Peer-to-Patent 84 заявки и более 2000 добровольцев зарегистрировалось на веб-сайте, чтобы поделиться своими знани- ями. Цифры были невелики, но результаты продемонстрировали, что общество действительно располагает информацией, которая труднодоступна для патентных экспертов, и что, несмотря на слож- ность процедуры патентной экспертизы, люди готовы тратить свое время, чтобы внести в эту работу свой вклад. В конце пилотной фазы проекта года 89% участвовавших в нем патентных экспертов сообщили, что материалы, которые они получали от общественно- сти, были полезны; 92% отметили, что приветствовали бы возмож- ность рассмотрения еще одной заявки с участием общественности; а 73% выразили пожелание, чтобы программа Peer-to-Patent осу- ществлялась в режиме штатной работы бюро 27 . (Последний резуль- тат достаточно высок, особенно учитывая тот факт, что эксперты не могли знать, не оставит ли их без работы официально утверж- денный институт общественного участия!) В июне 2008 г. USPTO продлило пилотную фазу проекта на вто- рой год и расширило тематику Peer-to-Patent — от программного обеспечения до так называемых методов деловой активности или патентных заявок, имеющих отношение к методам и процессам

38

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

ведения бизнеса в широком смысле (таким, например, как покупка за один клик). Поддержка этому эксперименту по совместному

управлению пришла от лиц, находящихся за рамками сообщества Peer-to-Patent. Упоминаемые нередко в средствах массовой инфор- мации Карл Шрамм, глава фонда Ewing Marion Kauffman Foundation

и вице-президент этой организации по исследованиям и политике

Боб Литан пишут в журнале The American буквально следующее:

«Учитывая, что этот эксперимент доказал свою перспективность, но- вый президент должен настоятельно рекомендовать Бюро патентов принять, а конгрессу — утвердить этот метод оценки патентов для более широкого применения» 28 . Джонатан Швартц, генеральный директор компании Sun Microsystems, назвал Peer-to-Patent одним из «ведущих институтов, продвигающих… патентную реформу» 29 . В технологической части своей предвыборной платформы прези- дент Барак Обама призвал к введению Peer-to-Patent в стандартную процедуру USPTO 30 . Торговая палата США тоже одобрила внедрение

Peer-to-Patent 31 . К тому же проект Peer-to-Patent был номинирован на приз международного конкурса в сфере киберискусств Prix Ars Electronica в области цифровых коммуникаций и награду Музея технологии Кремниевой долины за технологический вклад в раз- витие человечества. На волне стартового успеха Школа права Нью-Йоркского уни- верситета основала Центр патентных инноваций для продвиже- ния и содействия общественному участию в процессе патентова- ния по всему миру. Патентные бюро Соединенного Королевства

и Японии стали первыми из тех, кто последовал примеру USPTO,

адаптировав Peer-to-Patent для своих национальных патентных си- стем и запустив аналогичные сайты в 2008 и 2009 гг. Патентные бюро Австралии, Канады и Европы изучают возможность обще- ственного участия в режиме онлайн для своих процедур патентной экспертизы. Трехстороннее содружество (патентные бюро Европы, Японии и США) открыло обсуждение многоофисного совместного пилотного проекта для создания сети глобального научного со- общества для помощи национальным патентным бюро. Все на- ходящиеся на рассмотрении версии законопроекта о патентной реформе, оставшиеся от законодательного календаря 2007–2008 гг., включают положения, разрешающие комментарии третьих сторон.

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

39

Эти законопроекты также расширят регулирующие полномочия USPTO, что позволит агентству однозначно внедрять инновации типа Peer-to-Patent. Однако итоги апробации Peer-to-Patent вышли за пределы сферы интеллектуальной собственности. Недостатки патентной системы

далеко не уникальны, так что полученный опыт использования раз- розненных независимых знаний для улучшения процедуры приня- тия решений может быть применен к широкому диапазону проблем

в области защиты окружающей среды, образования и т. д. Техноло-

гические и социальные процессы, лежащие в основе Peer-to-Patent, могут быть использованы для привлечения общества к участию

в управлении государством на основе профессиональных навыков

и умений или знания местных условий и опыта каждого человека,

а также его готовности к исследованиям и сложной работе. На- пример, Сеть может быть использована для организации участия местных сообществ в принятии решений Агентством по охране окружающей среды (EPA), касающихся чистоты воды и воздуха.

Технологии способны наладить контакт экспертов на всех уров- нях правительства для более эффективного и квалифицированного решения проблем. Возможно создание интерактивного сетевого сообщества — интерактивного «мозгового треста» — коллегиаль- ных университетских экспертов для консультаций по различным вопросам. Для надзора за работой глав министерств и ведомств

и обеспечения строгой подотчетности могут быть назначены граж-

данские жюри. Местным сообществам могут быть переданы даже права на расходование денежных средств агентства с условием пре- доставления отчетов о том, что было сделано для решения конкрет- ных проблем, и тем самым право на дальнейшее финансирование. Вполне возможен такой объем инноваций. В обществе уже вовсю идут разговоры о могуществе социальных сетей. Такие книги, как «Морская звезда и паук»* (Starfish and the Spider), «Встречайте нас всех» (Here Comes Everyone), «Краудсор- синг» (Crowdsoursing) и «Моментум» (Momentum), рассказывают о том, как простые люди, опираясь на информационные техноло-

* Брафман О., Бекстрим Р. Морская звезда и паук. — М.: БэстБизнесБукс,

2011.

40

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

гии, собираются для совместной работы и приближают перемены. Но хотя сегодня в литературе можно найти множество вдохновля- ющих историй о силе социальных сетей, по-прежнему сохраняется необходимость в глубоком и серьезном осмыслении возможности использования вновь обретенных знаний о технологиях для совер- шенствования процесса принятия правительственных политиче- ских решений. Иными словами, речь идет о том, как придать новый импульс политическим институтам, используя социальные сети. Такое объединение энергии множества людей с работой еди- ниц в правительстве практически не имеет прецедентов, поэтому сложно представить себе, что это даст. Как отмечает профессор журналистики Нью-Йоркского университета и литературный кри- тик Джей Розен, «краудсорсинг не создаст ничего принципиально нового, пока люди не поймут, чего от них хотят» 32 . Пользователи Wikipedia знают, что делать, потому что понимают, как надо писать статью для энциклопедии. Все они имеют одно и то же представ- ление об общей цели. Но, несмотря на растущую популярность со- вместной работы в Сети, опыт такой работы достаточно невелик, когда речь заходит об участии в принятии решений на государ- ственном уровне. Для перехода от Wikipedia к Wikilaw существуют новые сетевые инструменты. Первым государственным ведомством, которое за- вело собственный блог, стало Агентство безопасности на транс- порте, но это произошло только в 2008 г.! 33 В то время как в Крем- ниевой долине и на автомагистрали 128 создаются все более мощные средства установления связей между людьми, политики всячески преуменьшают роль технологии в управлении. Они еще не столкнулись непосредственно с дезорганизацией, создаваемой этим новым способом работы. И в этом нет ничего удивитель- ного. Мало найдется институтов, призывающих к собственной ликвидации. Издатели «Британской энциклопедии» не создавали Wikipedia. А The New York Times не создавала Craigslist classifieds (сайт тематических объявлений). Да и звукозаписывающие ком- пании не создавали социальную сеть и музыкальный файлообмен- ник MySpace. Существующим институтам не хватает стимулов для пересмотра собственных бизнес-планов. Но что еще важнее, у них нет плана для осуществления этого. Если бы дело было только

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

41

в широком внедрении технологий и быстрого Интернета, методы управления на базе совместной работы давно применялись бы правительством.

Суть идеи

Выступая в фонде New America Foundation, генеральный директор Google Эрик Шмидт сказал о проекте Peer-to-Patent:

«В Бюро по регистрации патентов и торговых марок, как всегда заваленного заявками, сейчас проходит важный эксперимент, в ходе которого патентные заявки публикуются на ранней стадии рассмотрения для комментирования со стороны обще- ственности. И что бы вы думали? Все игроки, которым небез- различна наша странная и хитроумная патентная система, поддерживают его, потому что у патентных экспертов нет никаких шансов проникнуть настолько же глубоко в суть во- проса, как способна сделать это мудрость толпы. Почему же остальные ветви правительства не устроены так же? Более чем разумно прибегнуть к помощи людей, которых это страстно волнует и которые располагают массой свободного времени» 34 .

Президентская кампания спровоцировала беспрецедентную ак- тивность американского общества. Рекордное число избирателей участвовало в выборах, и было сделано все, чтобы эту явку обеспе- чить. Тысячи экспертов вошли в состав политических комитетов, чтобы консультировать кампанию Обамы через закрытые службы рассылок, а десятки тысяч «обычных» людей участвовали в онлай- новых политических дискуссиях через открытый сайт переходного периода (change.gov). Президент Обама поддержал волонтерство запуском своей инициативы служения интересам нации в честь дня рождения Мартина Лютера Кинга. Кампания вызвала массовый энтузиазм, желание почувствовать свою сопричастность событиям (или только привлекла к ним внимание) и сделала насущным во- прос «Что делать дальше?». Корпус мира (независимое федеральное агентство правительства США) и AmeriСorps (федеральная правительственная программа)

42

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

уже предлагают желающим работу на условиях полной занятости. Сегодня некоммерческая организация VolunteerMatch и другие се- тевые сервисы помогают подключиться к Интернету и упростить координационные расходы для огромного большинства людей, ко- торые хотели бы заняться общественной работой по совместитель-

ству. Хотя благодаря Интернету, может быть, и увеличилось число участников массовых кампаний, и даже появилась возможность ин- дивидуального участия в общественной жизни, но ни то ни другое никак не соотносится с управленческой деятельностью. В работе по управлению обществом слишком мало вариан- тов участия, как в традиционной правительственной практике, так и в инновационных технологических стратегиях, которые могли бы связать правительство с обществом, чтобы по-новому решать стоящие перед ним задачи. Люди могут быть заняты полный рабочий день в правительственных учреждениях, но для участия

в его деятельности нет ничего похожего на такие организации, как VolunteerMatch. Подобные организации могли бы, например, свя- зать сеть врачей с Министерством здравоохранения и социального обеспечения или привлечь группу ученых к оценке данных по из- менению климата для EPA, а экономистов и физиков — к участию

в составлении экономических прогнозов для Министерства финан-

сов. И, если говорить о сути проблемы, то правительство не уста- навливает четких приоритетов, которые позволяли бы венчурным капиталистам и предпринимателям создавать новые бизнесы. Можно назвать очень немного проектов, в которых правительство ставит проблему, а общественность координирует процесс поиска решений. Так поступила, например, некоммерческая организация NetDay, когда в 1990-х волонтеры участвовали в подключении школ Калифорнии к Интернету в ответ на просьбу и с санкции феде- рального правительства и правительства штата 35 . Хотя существует огромное число примеров государственно-частного партнерства, эти единичные случаи не ведут к устойчивой совместной работе и институциональным переменам. После выборов участники политической кампании 2008 г. имели возможность перейти на работу в правительство. Такие традици- онные формы общественного участия, как коллегиальные экспер- тизы или федеральные консультативные комитеты, подбирают

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

43

участников с помощью сложных отборочных процедур, которые проходят только единицы. Но за рамками правительства люди со- бираются каждый день с помощью интернет-технологий, чтобы работать ради общих целей. Шмидт был прав, когда спрашивал, почему людям не дают возможности участвовать в управлении. Давно пора пересмотреть легитимность неполного участия в не- многочисленных представительских институтах. В век Интернета следует пересмотреть теорию демократии и структуру управляю- щих институтов. Сегодня есть возможность двигаться в сторону демократии на принципах совместной работы (Peer-to-Patent — ее образец), согласно которой институты предоставляют обществен- ности возможность самостоятельно выбирать из всего разнообра- зия форму своего активного участия в их деятельности.

Демократия на основе совместной работы — это новый подход к использованию технологий для улучшения результатов деятельно- сти с помощью знаний (здесь термин «знания» понимается широко:

и как научная компетенция, и как жизненный опыт) групп равно-

правных коллегиальных экспертов, предлагающих свои услуги на основе самостоятельного выбора и совместно работающих в от-

крытых сетях. Делясь своими знаниями и увлеченностью, эксперты- волонтеры могут расширить познания штатного профессионала

и выработать собственные подходы. Воспользовавшись тем, что

технологии снижают затраты, иерархические системы могут быть трансформированы в экосистемы совместных знаний, которые радикально изменят культуру управления, базирующуюся на цен-

трализации знаний. В рамках новой культуры государственный

и частный сектор — правительственные организации и отдельные

лица — будут коллективно решать социальные задачи. Частный сектор раньше правительства понял, что для приня- тия более верных решений требуется выйти за пределы институ- циональных экспертных центров. Дон Тэпскотт и Энтони Уильямс в Wikinomics ведут хронику таких решений в частном секторе 36 . Когда в 2006 г. в рамках глобального исследования IBM у топ- менеджеров поинтересовались, где они ищут свежие идеи, они чаще ссылались на клиентов, партнеров по бизнесу и сотрудни- ков, чем на собственные научно-исследовательские лаборатории 37 . IBM проводит онлайн-сессии «мозгового штурма», известные как

44

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

World Jams (досл. джазовые импровизации), которые позволяют сотрудникам IBM по всему миру вносить и совместными усили-

ями обкатывать предложения по улучшению работы компании. World Jams — вовсе не рекламные онлайновые хэппенинги; их вос- принимают настолько серьезно, что генеральный директор IBM — компании, относящейся к числу «голубых фишек», учредил фонд

в размере $100 млн для реализации десяти лучших идей 38 . Горстка сотрудников организации — любой организации — не может владеть таким же объемом информации, как множество рассредоченных отдельных лиц, которые вместе образуют единое информационное поле. Вот почему Eli Lilly основала Innocentive Inc., позволяющую передавать задачи биологических компаний на суд сети из 160 000 «решателей». Кстати, одна такая компания недавно заплатила $1 млн премиальных за решение сложной химической задачи. Автор решения был не ученым, а юристом, интересую- щимся химией. И он нашел ответ на сложнейший вопрос меньше чем за 4 часа! В технологии этот эффект известен как закон Джоя:

«Не важно, кто ты, большинство умнейших людей работают на кого-то другого» 39 . Этот остроумное замечание, приписываемое Биллу Джою, соучредителю компании Sun Microsystems, указывает на суть проблемы, с которой сталкиваются в бурно растущей ин- формационной экосистеме все организации, включая правитель- ственные: большая часть знаний лежит за переделами организаций. Совместная работа отличается от краудсорсинга. Джефф Хоу, редактор журнала Wired, придумал термин «краудсорсинг» для описания нового набирающего силу феномена «передачи работы, традиционно выполняемой назначенным исполнителем (обычно сотрудником), на аутсорсинг неопределенной, обычно большой группе людей в форме открытого обращения» 40 . (И он ссылается на Peer-to-Patent как на пример из правительственного сектора 41 .) Если краудсорсинг в основном представляет собой агрегирование откликов отдельных лиц, включенных в сеть, то демократия со- вместной работы направлена на целеустремленную совместную работу масс и совместные усилия группы, как в случае Wikipedia, где добровольцы регистрируются для создания словарных статей

в составе группы. Если краудсорсинговые предприятия, например рынки предсказаний, собирают информацию об индивидуальных

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

45

предпочтениях, то совместная работа предполагает более устойчи- вые и разноплановые координирующие структуры, которые позво- ляют людям распределять между собой задачи и роли. Совместная работа заключается не столько в мобилизации людей на решение проблем, сколько в назначении правильных людей на правильные роли. Ролевые разделения не только помогают организовать уда- ленную работу, но и отражают сам смысл работы в команде. В от- личие от совместной работы масс, которая включает чисто граждан- скую деятельность, идущую снизу, демократия совместной работы делает акцент на распределенной работе (shared work) правитель- ственных институтов и сети участников. Совместное участие — это «наполненный дымом аквариум» (если использовать подслушанное определение), в котором открытое участие волонтеров сочетается с централизованной координацией их работы со стороны прави- тельственных институтов, формирующих вопросы и предоставля- ющих высокую трибуну для их обсуждения. Изложенные в нашей книге аргументы в пользу видения демо- кратической теории через призму совместной работы подкрепля- ются тремя положениями, вплетенными в ткань повествования:

совместная работа как особая форма демократического соучастия; визуальное обсуждение и равноправный самостоятельный выбор. Во-первых, совместная работа — это важное, но не всегда пра- вильно понимаемое требование демократического процесса. Бы- тует мнение, что общество не обладает таким же уровнем знаний, какой есть у правительственных специалистов. К тому же говорят, что раньше не было технологий для выполнения совместной ра- боты в широком масштабе. Эти обманчивые предположения соз- дали нежизнеспособную концепцию демократии прямого участия. Под участием чаще всего понимали ежегодное голосование или собрание населения, в рамках которого шел гражданский диалог и складывалось общественное мнение на местном уровне. Новые социальные и визуальные технологии (иногда называемые web 2.0) наглядно демонстрируют, что люди обладают знаниями во всех областях: от рака до софта, а сформировав группы в Сети, когда получают такую возможность, они способны реально решать про- блемы (а не только обсуждать их). Таким образом, мы должны ви- деть различие между обсуждением и совместной работой как двумя

46

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

самостоятельными формами прямого участия (о чем подробнее по- говорим в главе 2). В нашей книге приведено множество примеров объединения людей ради выполнения необычной работы скоорди- нированной с помощью Интернета. Peer-to-Patent — это хрестома- тийный пример того, как архитекторы баз данных и специалисты по эоловому земледелию работают вместе с профессиональными патентными экспертами ради поиска наилучшего решения. Во-вторых, имеют значение средства. Для проведения масштаб- ной совместной работы, необходимо спроектировать процессы управляемого и полезного участия, а затем воплотить их в жизнь с помощью информационных технологий. Хотя формы участия могут варьировать в зависимости от того, потребуется ли собрать информацию, определять приоритеты или выполнить анализ дан- ных, всегда должны быть предусмотрены соответствующие тех- нологии для визуального отображения работы группы с целью ориентации ее членов. Это должно делаться для того, чтобы люди понимали, какие роли они могут взять на себя и какие задачи вы- полнять. Этот второй пункт в понимании сути вопроса я называю «наглядным обсуждением». В традиционных формах публичного обсуждения существуют строгие процедуры, определяющие кому предоставить право голоса. Они и управляют ходом публичного дискурса. В отличие от них совместная работа зависит от исполь- зования инструментов, которые отражают структуру и правила лю- бого отдельно взятого случая совместной работы. Такой вид соци- ального отражения реализуется через программное обеспечение. В проекте Peer-to-Patent визуализации используются для управле- ния документооборотом, когда информация от правительственных институтов поступает адресатам в обществе, и наоборот. Веб-сайт помогает передать смысл рецензирования патентной заявки. Здесь применяются оценочные и репутационные техники, которые по- зволяют каждой группе работать в команде даже на расстоянии. Таким образом, проектирование новых демократических инсти- тутов включает в себя разработку соответствующих процедур для совместного действия и их встраивания в функционал компью- терной программы. В-третьих, совместная работа — это форма участия в демо- кратических процессах, основанного на принципе равноправия,

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

47

или эгалитаризма, но не в традиционном смысле этого понятия. Обычно такое массовое участие как голосование признается до- статочно демократичным, если каждый имеет право участвовать в нем на одинаковых условиях. В отличие от голосования проект

Peer-to-Patent требует не массового участия, а высокой технической компетентности каждого из участников. Успех возможен только при условии интереса к вопросам патентования и наличия соответ- ствующих знаний. Если бы Peer-to-Patent был единственным при- мером участия на основе совместной работы, то не соблюдался бы принцип равноправия. Но Peer-to-Patent, умноженный на тысячу, организационно был бы более разнообразен и сложен. Если бы

и патентный эксперт, и врач, и учитель располагали бы механизмом

для активного участия, то создались бы условия, в которых каждый из них обладал бы уникальными знаниями и смыслом. Другими словами, людям необязательно участвовать в одних

и тех же мероприятиях. Один хочет работать с Peer-to-Patent, дру- гой — поучаствовать в дебатах по проблемам здравоохранения. Третий, может быть, хотел бы поработать над энергетической по- литикой; другому, возможно, хочется организовать корпус энерге- тических «скаутов», для обхода квартир и оказания помощи сосе- дям в оптимизации их энергопотребления. Возможность самостоя- тельного выбора формы участия и есть равноправие в демократии совместной работы. Один является экспертом, поскольку имеет научную степень в области болотоведения, а другой знает о бо- лотах все, потому что живет рядом с ними. Возможно, это вопрос

уровня компетенции или желания потратить время на то, чтобы разобраться в новой проблеме. Для каждого проекта нужны разные виды знаний, и они могут быть найдены. Экспертов привлекают те вопросы, где востребованы их способности. В этом и заключается принцип равенства возможностей. Что представляет собой демократия совместной работы на прак- тике? Когда работали по-старому, бюрократ мог принять реше- ние отремонтировать мост по результатам опроса общественного мнения или голосования, при котором обратная связь имела про- извольный характер. Или чиновник мог опубликовать полностью проработанный план ремонта моста, лишь для вида спрашивая мнение общества относительно предполагаемого решения и про-

48

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

воцируя участие в обсуждении заинтересованных сторон и лобби- стов, но не простых граждан, у которых нет возможности получить такие же голос и влияние, как у корпораций. Группы активистов могут использовать Сеть для проталкивания проекта ремонта мо- ста, но шанс быть привлеченным к выработке детального решения у них невелик. Правительство или неправительственные органи- зации могут устраивать публичные обсуждения проекта ремонта моста в надежде, что событие повлечет за собой появление газетной публикации, которая и подтолкнет к принятию решения. Подобная дискуссия в Сети тоже может привлечь внимание, хотя и не всегда. В рамках же стратегии совместной работы чиновник иниции- рует процесс, затем устанавливает рамки и ставит вопросы, получая конкретную информацию от тех, кто пользуется мостом (водителя грузовика, постоянного пассажира), от инженера и информиро- ванного энтузиаста. Общественность может делиться своими на- блюдениями, сообщать данные, нужные для сбора информации по конкретной проблеме, анализировать эти сведения и распре- делять между собой работу по редактированию, формулированию и принятию внутренней документации. Или же, если в качестве приоритетной ставится проблема безопасности моста, они могут призывать предприятия частного сектора, некоммерческие органи- зации и частных лиц к выработке собственных подходов, например организовывать добровольные отряды инспекторов безопасности моста, которые отчитывались бы о своей работе на специальном сайте. Граждане больше не обсуждают действия властей, а дей- ствуют сами. Будущее государственных институтов требует от нас создания экосистемы,, основанной на принципах совместной работы, с воз- можностями участия тех, кто обладает конкретной компетенцией. Есть Plum Book («Сливовая книга»), справочник всех рабочих мест в правительственных ведомствах, и Prune Book («Книга черно- слива»), справочник лучших позиций в менеджменте. Но самая сладкая разновидность сливы — это предположительно плуот (ги- брид сливы с абрикосом). Так вот, нам нужен Pluot Book — каталог работ в правительстве на условиях частичной занятости! А его пока не существует. Когда демократия прямого участия будет по опреде- лению включать в себя различные формы совместной работы, когда

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

49

появятся эти тысячи рабочих мест для самостоятельного выбора, Pluot Book обязательно понадобится.

Обзор книги

Эта книга приглашает вас еще раз задуматься над значением де- мократии прямого участия в цифровом веке. В то же время она является практическим руководством по строительству демокра- тии совместной работы и практике управления на принципах сов- местной работы с использованием законодательных, политических

и технологических инструментов. Практический опыт работы

с программой Peer-to-Patent углубляет понимание сути проблемы:

неспособность понять изменчивую природу знания в цифровом веке и, как следствие, неправильное понимание как эффективной практики работы институтов, так и легитимной демократической теории. Глава 2 доказывает, что «слабое звено» в работе правительства может быть трансформировано для поиска знаний с помощью но- вых механизмов. Сегодня процесс принятия решения основывается на представлении о том, что правительственный чиновник всегда знает точно, как сделать лучше. В действительности, правитель- ственные организации каждый день принимают решения, не имея доступа к соответствующей информации или времени на оценку имеющейся информации. Гражданское участие традиционно со- средоточено на обсуждении, но в век Интернета эта форма не будет так успешна, как совместная работа ради ликвидации информаци- онного дефицита. Задача более широкого контекста — отказаться от устаревшей теории институциональной компетенции и, исполь- зуя ИT-технологии, заменить ее практиками совместной работы для сбора и оценки информации и превращения сырых данных

в востребованные знания. Главы 3 и 4 излагают историю пилотной фазы проекта Peer-to-

Patent. Глава 3 иллюстрирует проблему «слабого звена» на примере кризиса качества патентов — проблемы, для решения которой

и был создан проект Peer-to-Patent. Не важно, разбираетесь ли вы

в патентах и интересны ли вам эти вопросы, информационный де-

фицит, с которым столкнулось Бюро патентов, типичен для центра-

50

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

лизованной правительственной системы принятия решений. Цель главы 3 — представить детальный отчет о том, как Бюро патентов получает (или не получает) информацию, необходимую для при- нятия важных решений, и описать последствия.

В главе 4 я начинаю объяснять, как двигаться в сторону совмест-

ных решений задач в сфере управления, описанных в главе 3. В ней рассказывается о развитии сайта Peer-to-Patent: что это такое, как он работал и почему, чтобы проиллюстрировать этапы проекти- рования и внедрения инновационных процедур прямого участия. История Peer-to-Patent начинается с подробного рассмотрения инновационной роли технологического дизайна в обеспечении управляемости процессов гражданского участия. Вместо проек- тирования ради обсуждений (сплошные разговоры) я настаиваю на том, что назвала «наглядным обсуждением»: на использовании экрана компьютера для объединенной работы групп с тем, чтобы они могли организоваться и функционировать как группы сетевых сообществ. Продуктивное использование интерфейса, с помощью которого люди взаимодействуют между собой, делает информацию управляемой, доступной для понимания и уменьшает проблему ее избыточности. Начавшись с разговора о дизайне совместного проекта, глава заканчивается обсуждением процесса совместного проектирования, который привел к созданию проекта. Наверное, самые важные главы книги содержатся в ее третьей части — «Размышления в духе wiki». В этих главах обобщаются выводы из опыта Peer-to-Patent, которые могут быть использованы

в онлайновых проектах участия в других областях управления.

В главе 5 внимание фокусируется на роли информации в про-

цессе совместной работы, ратуя за такую информационную поли- тику правительства, которая позволила бы собирать и распреде- лять информацию методами, инициирующими участие. Данные принесут больше пользы, если будут результатом групповой ра- боты. Группы смогут не только помочь при визуализации инфор- мации в графические форматы, которые делают ее более понятной, но и использовать эти форматы при решении задач. Одно условие:

информация, пригодная для совместной работы, должна быть про- зрачной — доступной, с возможностью быстрого поиска, и при- менимой.

Глава 1.

Проект Peer-to-Patent: скромное предложение

51

Глава 6 исследует историю участия граждан в совместной работе и ее будущее. Эта глава рассматривает проект Peer-to-Patent в свете законодательных и нормативных актов, регулирующих прозрач- ность проектов и участие граждан. Ее цель — установить, почему, несмотря на попытки в прошлом ввести в практику администрации инновационные методы прямого участия, в том числе с использо- ванием интернет-технологий, ведомства не всегда имели доступ к информации в достаточном объеме, а граждане также не при- нимали значимого участия в принятии решений правительством. Глава 7 задается вопросом, что может привести к внедрению таких инноваций в работе правительства. Проект Peer-to-Patent продвигался сторонней организацией-посредником, которая до- бивалась гражданского участия, используя технологию web 2.0. Но, для того чтобы изменить культуру управления и достичь про- должительного эффекта, необходим «евангельский» настрой, ис- креннее желание, исходящее как изнутри, так и извне. Это должно стать заботой высшего руководства, в лице Директора по техно- логиям (СТО) — должности, учрежденной президентом Обамой. Топ-менеджеры правительства должны использовать эту высокую трибуну, чтобы убедить общественные институты в необходимо- сти претворить в жизнь демократию совместной работы. Директор по технологиям мог бы стать поборником инноваций, продвига- ющих прямое участие граждан, связывая государственные инсти- туты с наниями общества. Я предлагаю примеры таких инноваций, включая wiki и гражданские жюри, которые могут способствовать появлению более открытых и в конечном счете более легитимных способов управления. И, наконец, глава 8 знакомит с лучшими примерами привлече- ния общественности к управлению государством. Этот опыт мо- жет быть применен как в проектах типа Peer-to-Patent, основанных на сборе информации, так и в wiki-проектах, гражданских жюри, онлайновых «мозговых штурмах» и других инновационных ини- циативах прямого участия. В совокупности этот опыт формирует базис для науки о новых принципах построения правительства. Планирование новой демократии нуждается в законах, техноло- гиях и политической воле для создания более эффективных госу- дарственных институтов. Такой подход потенциально укрепляет

52

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

легитимность правительства и одновременно наделяет полномочи- ями участников процесса. Рядовые граждане способны предложить намного больше, чем только голосование или обсуждение. Они могут внести вклад в виде своих знаний и тем самым реализовать свое право на власть. Эта книга адресована трем категориям читателей: тем, кому интересна история проекта Peer-to-Patent как опыт патентной ре- формы; поклонникам web 2.0, которым интересно изучить кон- кретный пример внедрения практики совместной работы в прави- тельственную среду; реформаторам государственного управления, заинтересованным в улучшении процедуры принятия решений. Из главы в главу книга развивает доводы в пользу демократии со- вместной работы и рассказывает о роли социальных и визуальных технологий при реализации такой работы. Патентные эксперты могут пропустить главу 3, посвященную патентной проблеме, и со- средоточить свое внимание на особенностях проекта Peer-to-Patent в главе 4 и последующих главах, описывающих полученный опыт. Энтузиасты web 2.0, которые уже «освоили» принципы совместной работы, но не знают правительственного контекста, могут опустить объяснения в главе 2 и сразу обратиться к истории Peer-to-Patent (главы 3 и 4) и проблемам совместной работы на уровне прави- тельства (главы 5–8). Специалисты по правительственной реформе, не работающие с патентами, могут внимательно прочитать всту- пительные главы 1 и 2, чтобы понять разницу между обсуждением и совместной работой, а затем обратить свое внимание на опыт Peer-to-Patent в главах 5–8. Peer-to-Patent — это эксперимент. Но в этом-то и суть: лучшая стратегия — испытать в деле и понять, какие элементы стоит вне- дрять в практику гражданского общества. Peer-to-Patent демонстри- рует, как можно получить помощь от тех, кто обладает знаниями, верой и энтузиазмом.

ГЛАВА 2

Слабое звено

Мир полон любителями: одаренными любителями, увлеченными любителями. Почти всегда есть группа искренне интересующихся любым вопросом — от стрекоз и мокриц до пауков-кругопрядов. Лю- бой может раздобыть сведения об интересных местах, обнаружить новые виды или заново открыть те, что считались исчезнувшими, а также найти какой-нибудь факт об уже известных науке видах. Э. О. Уилсон

Патентная система — яркий пример, демонстрирующий, как прави- тельственные институты создают слабые звенья, концентрируя пол- номочия принятия решений в руках ограниченного числа людей, будь то законодатели в конгрессе или чиновники в министерствах и ведомствах. Административная практика строится на убеждении, что профессионалы в правительстве лучше знают, как перевести широкие законодательные акты в конкретные регламентирующие решения во имя интересов общества. Управление государством, со- гласно теории, лучше доверить аппарату чиновников, работающего на некотором отдалении от предвыборных кампаний и в целом не- объективного влияния общества.

Закрытая модель принятия решений

Логическое обоснование этой закрытой модели принятия реше- ний, как объясняют такие теоретики, как Макс Вебер и Уолтер

54

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

Липпманн, кроется в допущениях, сделанных в прежние века. Хотя граждане могут выражать собственное мнение, считается, что они не обладают способностью принимать взвешенные реше- ния по сложным политическим вопросам. Более того, пессимисты от демократии предупреждают, что правительственные чиновники должны быть защищены от разделенного на фракции общества,

которого четвертый президент США Джеймс Мэдисон так опасается

в очерке «Федералист-10» (Federalist 10). Для того чтобы предотвра- тить эту угрозу, централизованная власть сконцентрирована в ру- ках аполитичного профессионала или, по словам Вебера, «лично беспристрастного и сугубо объективного эксперта» 1 . Только про- фессиональные правительственные служащие обладают незави- симостью, компетентностью, ресурсами, дисциплиной и временем для принятия важных государственных решений. Или так принято считать. Это предположение не лишено смысла, поскольку раньше не было технологии, позволяющей легко организовать обществен- ное участие. В рамках представительной демократии участие граж- дан обычно ограничивается голосованием на выборах, вступлением

в группу интересов и присоединением к местной гражданской или

политической инициативе. Таким образом, патентный эксперт, как и его коллеги в прави- тельственных ведомствах, вынужден выступать как эксперт в об- ластях, выходящих далеко за пределы его круга знаний. Процесс определения, кто из изобретателей заслуживает патента, требует тщательного анализа и детального изучения обобщения научно- технической информации о самых последних инновациях, в ко- торых, возможно, он не слишком хорошо разбирается. В любой конкретной области можно найти ученых, инженеров и юристов, обладающих большей компетенцией, а также и любителей-не- специалистов с ценными идеями, но у патентного эксперта нет доступа к ним. В этом он не одинок. Например, согласно иссле- дованию, проведенному юристами, занимающимися проблемами окружающей среды, только 8% респондентов думают, что у EPA есть время на изучение соответствующих научных источников перед принятием решения в области экологии, и только 6% по-

лагают, что решения агентства основаны на результатах доста- точного анализа 2 . Чиновник из Вашингтона зачастую не имеет

Глава 2.

Слабое звено

55

доступа к нужным сведениям или специальным знаниям, чтобы разобраться в неразберихе имеющейся информации. Это может стать барьером для принятия правильных решений и поиска твор- ческих подходов к проблеме. Причиной слабого звена является не просто отсутствие вре- мени, ресурсов или технологии. Причина лежит гораздо глубже. Проще говоря, согласно наблюдениям социопсихолога Филипа Тетлока, профессионалы не обладают монополией на информа- цию или знания. В своей удостоенной наград книге «О политиче- ских решениях» (On Political Judgment) Тетлок анализирует про- гнозы профессиональных политических экспертов и сравнивает их со скромными контрольными показателями. Анализ не обна- ружил «существенных признаков трансформации профессиональ- ных знаний в повышенную способность делать “точные” либо “проницательные” прогнозы 3 . Хотя умные люди могут объяснить, но часто не обладают способностью предвидения, поэтому при- нимают решения, основанные на совершенно неверных предпо- ложениях.

«Пацифисты не провозглашают ложным мировоззрение Ма- хатмы Ганди лишь по причине возвышенной наивности его вы- сказывания в 1940 г. о том, что он не считает Адольфа Гит- лера столь плохим, как его “часто изображают”, и что тот, “похоже, одерживает свои победы без особого кровопролития”. Многие защитники окружающей среды защищают Пола Эрлиха, несмотря на откровенно плохие результаты его деятельности в 1970-х и 1980-х гг. (он предсказывал массовую нехватку про- довольствия, в то время как применение новых технологий привело к перепроизводству). Республиканцы не меняют своих взглядов на экономическую компетенцию администрации демо- кратов лишь потому, что Мартин Фелдстейн предсказал, что наследием клинтоновского бюджета 1993 г. станет стагнация до конца десятилетия. Социал-демократы не отказываются от своей точки зрения лишь потому, что Лестер Туроу пред- сказал, что в 1990-е мы станем свидетелями доминирования социально ориентированного капитализма Европы и Японии над американской моделью “каждый за себя”» 4 .

56

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

Выходит, что профессиональный статус имеет куда меньше зна- чения для качества информации, чем можно предположить, и что профессионалы, будь то в политике или в других областях, часто делают неточные предсказания. Или, как метко подмечает Скотт Пейдж из Университета Мичигана, автор книги «Различие» (The Difference): «Разнообразие берет верх над способностями». И это научный факт, а не мантра для хорошего самочувствия 5 . К тому же правительство и связанные с ним профессионалы также уязвимы перед политическим влиянием, как и охваченное волнением общество, которое бюрократы должны, по идее, держать на расстоянии. Зачастую ученые и сторонние эксперты, к которым правительство обращается за беспристрастным советом, являются лоббистами, прячущимися под чужими именами. Отраслевая орга- низация Национальный угледобывающий совет, состоящий почти исключительно из представителей угольной промышленности, вхо- дит в Федеральный консультативный комитет по вопросам угледо- бычи при Министерстве энергетики: и министерство одобряет 80% его рекомендаций 6 . Чиновники Белого дома регулярно заменяют экспертов в консультативных комитетах при правительственных организациях идеологическими и политическими союзниками (или вообще закрывают эти комитеты). Исследование, проведенное Ра- бочей группой по окружающей среде, обнаружило, что в состав семи групп при EPA, которые давали оценку безопасности уровня ежедневных выбросов промышленных химикатов в 2007 г., вхо- дило 17 человек, которые работали или получали финансирование от компаний, имевших финансовую заинтересованность от резуль- татов исследований 7. В открытом письме под названием «Восстановление научной честности при разработке политического курса» (Restoring Scientific Integrity in Policy Making) более 60 именитых ученых, включая но- белевских лауреатов и обладателей Национальной научной медали США, подвергли жесткой критике администрацию Джорджа Буша за «манипулирование процессом использования науки в принятии решений» 8 . Так, по данным за 2008 г., о вмешательстве политиков в работу ЕРА за последние пять лет сообщили 889 из примерно 1600 штатных научных сотрудников агентства 9 . Администрация Буша входит в число самых злостных нарушителей границы между

Глава 2.

Слабое звено

57

политикой и институциализированными знаниями, и ее действия только демонстрируют, с какой легкостью любой чиновник идет на злоупотребление своими полномочиями под прикрытием не- обходимости в специальных знаниях. Обратимся к истории. Журналист Крис Муни в книге «Война республиканцев с наукой» (The Republican War on Science) убеди- тельно показывает, как брак между большим бизнесом и правым религиозным крылом в эпоху Рейгана привел к систематическим злоупотреблениям наукой при принятии нормативных решений 10 . Тесная связь между наукой и политикой, начавшаяся во время Второй мировой войны и подпитывавшаяся соревновательной «подозрительностью» времен холодной войны и «ухаживаниями» интеллектуально продвинутой администрации Кеннеди, сегодня пришла в упадок. Рост консервативных настроений подстегнул соз- дание альтернативных источников научной информации. Политика борьбы с эволюцией и абортами, прячась за юбку науки, создает ложное представление о науке как о служанке политических целей. В то же время большой бизнес боится, что научные исследования могут повлечь принятие слишком серьезных экологических и по- требительских нормативных актов, что тоже провоцирует на лож- ное использование науки при выработке политического курса. Муни охотно признает, что и левые, и правые, принимая решения, чаще руководствуются политическими мотивами, а не фактами. Но если демократы, утверждает он, иногда строят свою политику вопреки науке, предпочитая забыть о ней в погоне за конечной целью, то республиканцы маскируют политику под науку и пыта- ются выдать ее за «науку созидания», пряча политику под фасадом научной легитимности. Ситуация, в которой мы полагаемся исключительно на профес- сионалов, усугубляется практикой конфиденциальности при при- нятии решений. В то время как федеральные правительственные учреждения обязаны по закону проводить собрания при открытых дверях (и многие правительства в штатах, кстати, имеют аналогич- ные законы), этот дух открытых дверей нарушается регулярными закулисными сделками с лоббистами 11 . При администрации Буша генеральный прокурор изменил презумпцию раскрытия информа- ции по запросу согласно Закону о свободе информации. Этот отход

58

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

от действующего стандарта осложняет разглашение информации правительственными организациями и позволяет им защитить ре-

шения о неразглашении содержания сделанных записей «только

в случае отсутствия у них законной юридической основы» 12 . Пре- зидент Обама отменил эту поправку. Нет ничего удивительного

в том, что американцы считают, будто управление государством

происходит за закрытыми дверями (три четверти взрослого насе- ления Америки, как показал опрос 2008 г., считает федеральное правительство скрытным; и цифра эта возросла по сравнению с 63% в 2006 г.) 13 . Массированные меры по спасению финансовой системы, предпринятые в конце 2008 г., вызвали озабоченность по причине отсутствия прозрачности или контролируемости про- грамм выкупа проблемных активов. Было отмечено огромное ко- личество случаев умышленного сокрытия информации. Администрация Буша пригрозила закрыть награжденный в свое время сайт экономических индикаторов, публикующий данные по ВВП, чистому импорту, экспорту и розничным продажам, что позволяло его посетителям реально оценивать состояние эконо- мики 14 . Она также объявила, что впредь не будет публиковать от- чет Бюро переписи о доходах и участии в программах, согласно которому можно определить, какие программы лучше всего по- могают семьям с низкими доходами, а также отказывается от пу- бликации отчетов по международному терроризму, что затруднит для граждан доступ к столь важной и нужной им информации 15 . Администрация Буша убрала с веб-сайта доклады о массовых увольнениях и правительственным постановлением ограничила публикации президентской документации 16 . Вплоть до 1999 г. USPTO не публиковало патентные заявки до момента выдачи па- тентов 17 . Даже сегодня Бюро с настороженно относится к идее ис- следований с помощью Интернета, опасаясь нарушения сохранно- сти тайны и конфиденциальности в процессе принятия решения 18 . Чем меньше знают за пределами правительства о его деятельности, тем очевиднее необходимость в опоре на внутренних экспертов. Когда общество не видит, как принимаются решения, оно не в со- стоянии определить конкретные проблемы и подвергнуть критике ошибки. Снижается не только подконтрольность правительства, но и его эффективность.

Глава 2.

Слабое звено

59

Новые технологии и гражданское общество

Технологии делают реальностью возможность коллективных дей-

ствий в гражданском обществе и помогают людям обойти завалы, которые созданы слабым звеном. Огромное число групп граждан уже используют новые механизмы для связи и обмена инфор- мацией, для активизации политической деятельности, участия

в оппозиционных движениях и организации активных действий

на местном уровне. Управление на совместных началах надо отли- чать от гражданской деятельности, независимой от правительства:

это change.org, а не change.gov. Проект Carrotmob в Сан-Франциско использует слово «морковь» (carrot) как символ покупательной активности потребителей, для стимулирования малого бизнеса на действия по защите окружа-

ющей среды 19 . Для организации потребительских «флешмобов» (массовая спонтанная акция, лишенная всяких лозунгов и смысла), которые направляют покупателей в магазины, взявших на себя обязательство заботиться об окружающей среде, используются до- ступные сетевые инструменты. Организатор проекта «Кэрротмоб» Брент Шулкин обратился к местным бизнесменам с предложением организовать силами своих групп покупательский бум для их фирм,

если те изъявят желание вложить средства в экологию. Вот резуль- таты магазинчика-победителя из пригорода Сан-Франциско: суб- ботние продажи выросли в три раза, масса бесплатной рекламы, одобрение местных жителей и план инвестиций в экологию, что,

в свою очередь, поможет сэкономить деловые затраты предприятия

в длительной перспективе. Другой пример: группа инициативных волонтеров Obama Works («Дела Обамы»), не имевших никакого отношения к президентской кампании Барака Обамы, использовала интернет-технологии для организации субботников по уборке территории не только на ре- гиональном, но и на национальном уровне 20 . Так же действовал проект Tech for Obama («Технари за Обаму») стимулируя поддержку президентской кампании в техническом сообществе 21 . Сторонники Обамы, не примкнувшие к официальной кампании, дошли даже до того, что создали свои «офисы» для набора волонтеров и орга- низации избирателей. Самый крупный из них — в Кремниевой

60

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

долине в Калифорнии — начал работу 15 декабря 2007 г. 22 Проект Neighborhood Teams («Местные команды») зафиксировал в формате геокодов данные регистрации 1,5 млн избирателей и использовал их для того, чтобы свыше 40 000 человек могли найти друг друга

и собраться для проведения волонтерских акций в поддержку кам-

пании Обамы. Они выпускали листовки и ежедневно рассылали их 5000 подписчиков. В рамках сообщества технологическая ко- манда из 35 человек даже создала собственные инструменты для устранения слабых мест в организационном процессе. В рамках официальной кампании сторонников Обамы была организована летняя программа для стипендиатов Обамы: студенты и недавние выпускники, мобилизованные через Интернет, провели вместе

шесть недель, осваивая азы организаторского дела под управлением руководителей низшего звена. Сенатор Обама в своих публичных выступлениях говорил о создании стихийных низовых граждан- ских структур, которые могли бы продолжить свою общественную работу на местах и после выборов. Не ограничиваясь встречами

и беседами, добровольцы обратились к Интернету, используя его

для формирования групп, планирования работы и борьбы за со- циальные перемены. И Carrotmob, и кипучая деятельность вокруг избирательной кампании Обамы — это яркие примеры использования новых ме- дийных технологий для созыва и организационного объединения людей, которые, работая сообща, могут быть более эффективными, чем каждый человек, работающий сам по себе. Среди других при- меров — влиятельные сетевые организации политического акти- визма и блоги в диапазоне от ультралевого MoveOn.org до Red State на другом конце политического спектра. К тому же такие сообщества с помощью новых технологий про- ливают свет на деятельность правительства, добиваясь ее большей прозрачности. Эти внешние «брокеры» прозрачности помогают выявлять случаи, когда правительство не выполняет свою работу как надо. Джим Харпер из Института Катона запустил программу WashingtonWatch для отслеживания процесса прохождения за- конодательных актов, обсуждаемых в конгрессе, и оценки того, обернутся ли они выгодой или потерями в случае, если станут законами 23 . Центр оперативной политики дал старт OpenSecrets,

Глава 2.

Слабое звено

61

а нью-йоркская галерея Eyebeam запустила Fundrace (сегодня часть блога Hufftington Post), чтобы сделать базы данных Федеральной избирательной комиссии более ясными и удобными для поиска 24 . PublicMarkup.org использовал технологию совместного редактиро- вания контента, известную как wiki, для анализа и комментирова- ния Закона о прозрачности от 2008 г. и различных предложений по экономической стабилизации и выводу страны из финансового кризиса, появлявшихся осенью того же года 25 . MapLight.org стре- мится к прозрачности монетарной политики, предоставляя инфор- мацию о том, кто финансирует того или иного политика и как он потом голосует 26 . Хотя сегодня сетевые сообщества и предоставили людям воз- можность действовать всем вместе, а не поодиночке, это пока не повлияло на практику сбора и анализа информации правитель- ственными институтами. Пока что эти общественные программы никак не связаны с деятельностью и приоритетами правительства. Они вращаются вокруг политических вопросов и задач, но не во- влечены в официальные процессы и потому ограничены в своих возможностях. Но некоторые передовые программы, такие, напри- мер, как CityScan в Коннектикуте, предлагает формы, в которые могут вылиться перемены, если мы действительно займемся пере- стройкой работы правительства, а не поиском обходных путей 27 . Программа CityScan, созданная в середине 1990-х Политическим и экономическим советом Коннектикута помог городским властям Бриджпорта и другим муниципалитетам наладить совместную ра- боту с общественностью ради спасения заброшенных земельных участков. Организация заручилась обещанием общественности каждого города оказывать поддержку в очистке определенного числа участков. И стар и млад, вооружившись цифровыми фото- камерами и мобильными устройствами, делали снимки и отсле- живали продвижение работ в своем районе. Они создали карту состояния земель на сайте и сообщали данные о землепользовании, которые никак иначе правительство не могло бы получить. Люди работали бок о бок с правительственными чиновниками, требуя их полной подотчетности. Правительство, в свою очередь, работало с командами CityScan, предпринимая действия на основе их вклада и тем самым демон-

62

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

стрируя значимость работы волонтеров. Информационные техно- логии помогли обеим сторонам наладить совместную работу и при- дать ей зримые формы. Но инструментарий не был решающим фактором CityScan. То, что проект сумел достичь стадии здоровой совместной работы между группами граждан и местной админи- страцией, — его главная отличительная черта в сравнении с боль- шинством гражданских инициатив. Совместная работа и коллективная деятельность, конечно, по- нятия не новые. В начале XIX в. все члены августейшего Атеней- ского клуба на центральной улице Пэлл Мэл в Лондоне, в том числе Диккенс и Теккерей, письменно отвечали на вопросы из альбома, находившегося в гостиной клуба 28 . Эта книга и до сих пор там. Как объясняет Стивен Косслин, декан факультета психологии Гарварда, при совместной работе люди используют самые разные социальные инструменты. Он считает, что, поскольку мы «просто не располагаем достаточным количеством генов, чтобы заранее полностью запрограммировать свой мозг, нам необходимо допол- нять свой интеллект тем, что он называет “системами социальных протезов”» 29 . Проще говоря, мы должны объединить наши разноо- бразные знания и умения. Даже государственные институты нужда- ются в таких «протезах», чтобы действовать умнее и эффективнее. Фактически все проявления общественной жизни, включая демон- страции и организованные выступления масс, основаны на работе групп. Впрочем, до недавних пор группы в основном формирова- лись по признаку географического соседства. В эпоху до Интернета, когда удаленная работа была практически невозможна (чтобы присоединиться к тебе, необходимо было быть рядом с тобой), участие в управлении требовало намного больше времени и сил. В десятилетие, предшествовавшее Войне за неза- висимость, колонии создали Комитеты по переписке для передачи своего опыта самоуправления и координации действий в борьбе с англичанами 30 . Обмениваясь идеями об успешных способах ра- боты, они на расстоянии координировали действия разрозненных групп сопротивления. Но все они были преданы одному крайне важному делу. Будь их преданность не так сильна, мы до сих пор хо- дили бы на митинги ради достижения общих целей или, наоборот, должны были бы платить взносы организации, чтобы та работала

Глава 2.

Слабое звено

63

от нашего имени. Сегодня использование новых технологий сотруд- ничества работы дает возможность организовать групповую работу дистанционно поверх ведомственных границ. Технологии способны усилить чувство команды, воссоздав некоторые условия работы бок о бок, которые и рождают атмосферу доверия и причастности к общему делу. Коллективная деятельность придает больше силы каждому участнику, давая людям возможность самостоятельно фор- мировать группы вокруг неограниченного разнообразия целей, ин- тересов и умений. Технологии сделали возможным создание более крупных и сложных групп, чем это можно было представить ранее. Неудивительно, что сообщество программистов находится в пер- вых рядах кампании по использованию этих выгод. Харви Андерсон, главный юрисконсульт Mozilla Foundation, производителя браузера Firefox, говорит о программистах-добровольцах из сообщества Mozilla: «Много — это лучше, чем один». Он вторит убеждениям, принятым среди тех, кто работает над проблемой управления с от- крытым кодом: «Когда мы сталкиваемся с проблемой, мы прежде всего спрашиваем себя, как разложить ее на составляющие, чтобы предложить ее решение волонтерам, как создать контур управления с обратной связью и привлечь больше людей» 31 . Помощь добровольцев расширяет возможности штатных сотруд- ников Mozilla. Обращаясь к своему сообществу с просьбой о помощи в исправлении ошибок в программном обеспечении и переписы- вании кода, компания начинает все больше и больше полагаться на своих волонтеров, многие из которых не работают на нее полный день, и часто руководители проекта даже не знают их в лицо. Обозна- чая ряд общих целей, Mozilla Foundation собирает людей в группу для совместного решения конкретных задач 32 . Начатый как сбор инфор- мации, этот процесс набирает обороты и приводит к созданию куль- туры вовлечения. Между тем лишь специалисты Mozilla принимают окончательное решение о выпуске версии программы и сроках этого выпуска, тогда как централизованная организация не может принять такие решения без помощи сообщества добровольцев, на которых она опирается при выполнении работы. По мере того, как сообщество волонтеров все больше вовлекается в работу, процесс принятия ре- шений становится все более расплывчатым понятием, а контроль — рассотредотачивается. В Сети каждый оказывает влияние.

64

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

Таким же образом, когда стратегическая проблема делится на мелкие части и распределяется по группам для выполнения со- вместной работы, начинается движение к открытости и иннова- ционности. Эта открытость способна помочь правительству лучше исполнять свои обязанности благодаря более актуальной информа- ции, поступающей в его институты. Но она также и доводит офици- альные приоритеты до сведения большего числа людей, что может порождать конкуренцию среди предложенных решений. Частный сектор и гражданское общество, обязанные соблюдать правитель- ственные предписания, могут предложить собственные решения, развивая более разумные подходы к государственно-частным от- ношениям, которые могут придать правительству большую леги- тимность. Такой подход помогает решать сложные экономические и социальные проблемы быстрее и более эффективно. Новые сетевые технологии, использованные, в частности, в про- екте Peer-to-Patent, предоставляют возможность переосмысления закрытых процедур сбора информации и принятия решений в пра- вительственных агентствах. В 2007 г. конгресс США принял, а пре-

зидент подписал закон об окончательном переходе к 2014 г. от ламп накаливания к новым энергосберегающим лампам, которые, к со- жалению, содержат ртуть. Конгресс поручил EPA отразить закон

в нормативных актах. Однако агентство еще не имело плана ути-

лизации 300 млн новых ртутьсодержащих ламп, проданных в США

в 2007 г., к тому же их число должно было только увеличиться с при-

нятием нового положения 33 . EPA могло бы решить эту проблему це-

ной небольших дополнительных затрат, создав простую онлайновую платформу для привлечения граждан и организаций, озабоченных вопросами экологии, как к определению задач, поставленных новым законом, так и возможных путей их решения — ламповый инфор- мационный центр. Компании частного сектора могли бы внести предложения по программам утилизации ртути; благотворительные фонды — учредить награды для социально ориентированных пред- принимателей, нашедших эффективные решения; группы интересов провели бы конкурсы среди своих членов в области эффективных способов переработки; ученые могли бы сообщить о том, что рабо- тают над созданием «наноселеновой» ткани для удаления остатков ртути 34 . Новые каналы коммуникации не только улучшили бы про-

Глава 2.

Слабое звено

65

цесс сбора информации, но и благотворно отразились бы на при- нятых решениях и вовлеченности общества. Но политики не спешат использовать эти возможности. Вашинг- тон не излучает свет инноваций; наоборот, правительственные дей- ствия все более отдаляются от новых технологий и способов привле- чения гражданского участия, а следовательно, и объемов экспертной информации. Как минимум это означает, что правительственные

институты работают не так хорошо, как должны, и поэтому теряют доверие народа. (В 2008 г. рейтинг одобрения и конгресса, и прези- дента упал ниже 30 пунктов, а по некоторым опросам — даже ниже 10 пунктов) 35 . В худшем случае — нас ждет кризис легитимности. Очевидно, что делегирование прав принимать важные решения

в руки ограниченного числа официальных лиц — не единственный

и не лучший способ решения комплексных социальных проблем. Одно из объяснений несостоятельности правительства кроется

в невежестве в вопросах технологий, проявляемом многими по-

литиками, принимающими стратегические решения в этой обла- сти, включая и тех, кто отвечает за их регулирование. В ходе де- батов о нейтральности сети Тед Стивенс, бывший тогда сенатором от Аляски, заместитель председателя подкомиссии сената по науке

и инновациям, произнес печально знаменитую фразу о том, что Ин-

тернет — это «серия труб» 36 . И хотя можно поспорить, являются ли

трубы подходящей в данном случае метафорой, история была же- стока к сенатору Стивенсу — его высказывание стало символом (об этом есть статья в Wikipedia) невежества Вашингтона в вопро- сах технологий. Но нехватка технических знаний — не единствен- ная причина, почему правительство не торопится использовать перспективы, которые открывают сетевые онлайн-группы. Более фундаментальной причиной служат устаревшие теории демокра- тии прямого участия, которые приводят в движение всю структуру правительственных институтов.

Теория демократии прямого участия в сетевую эпоху

С началом эпохи Всемирной сети многие ожидали, что Интернет произведет революцию в деятельности правительства, предоста- вив массу возможностей для участия в политике, — революцию

66

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

в электронной демократии и революцию в электронной коммер- ции. Ученые мужи возвещали о приходе «Золотого века Перикла» и праздновали возникновение возможностей в сфере новых ком- муникационных и информационных технологий, открывающихся для граждан 37 . Плод размышлений людей различного происхож- дения и различных взглядов, дискутирующих и даже голосующих за то или иное решение, вот-вот должен был стать реальностью. Но этого не случилось 38 .

Несостоятельность прямой демократии

Сторонники прямой демократии (иногда ее также называют чистой демократией как таковой) надеялись, что Интернет обеспечит пу- бличное участие без посредничества политических представителей, позволяя гражданам чаще выражать свое мнение с помощью го- лосования (референдумов, законодательных инициатив, отзывов) по широкому кругу вопросов 39 . Они выступали за использование информационных технологий для укрепления таких форм прямого участия, как законодательная инициатива и референдум, с целью ускорения управленческих процессов. Во время своей президентской кампании Росс Перо превозно- сил идеал прямой демократии и отстаивал идею прямой связи пре- зидента с американским обществом посредством новых средств массовой информации, через которые тот призывал бы голосовать по различным вопросам регулярно и прямо из дома 40 . В Универси- тете Оберна находится центр, занимающийся теледемократией — широкомасштабной, использующей Интернет прямой демокра- тией 41 . Приверженцам голосования через представителей нравится идея использования Сети для делегирования своих голосов доверен- ной группе выборщиков, чтобы сделать прямое демократическое голосование более ценным с точки зрения управления 42 . В области политики пионером онлайнового голосования через представите- лей (обычная практика в корпоративной среде) выступила одна ныне не существующая шведская компания 43 . Однако проблемы с безопасностью и достоверностью досаж- дают процессу внедрения как технологии электронного голосо- вания на избирательных участках, так и технологии домашнего

Глава 2.

Слабое звено

67

интернет-голосования в США. Невозможно проводить ежегодные выборы, не опасаясь подтасовок и злоупотреблений. Однако но- вые сервисы, такие как Smartvote.ch в Швейцарии, используют Интернет для информационной поддержки голосования через из- бирательные участки. Smartvote позволяет пользователю форму- лировать свое мнение в ответ на предлагаемые вопросы. Затем программа определяет, какой кандидат или какая платформа более близки взглядам пользователя. Вокруг выборного процесса появи- лось огромное количество информационных сервисов, такие как рассылка Washington Post, сообщающая читателям, как голосует избранный ими чиновник, или одна из бесчисленных парламент- ских онлайн-трансляций, делающих политический процесс более подконтрольным и прозрачным 44 . Однако понятие широко распространенной «кнопочной» демо- кратии в любой форме не дает ответа на вопрос как институализи- ровать сложные решения в частных вопросах. Неудивительно, что участие в управлении посредством голосования по модели прямой демократии так и не стало реальностью.

Робость совещательной демократии

Совещательная демократия — доминирующий взгляд на участие в современной политической теории. В ее основе — идея немец- кого философа Хабермаса о том, что рассудочный обмен суждени- ями между индивидуумами, представляющими общество в целом, создает устойчивую политическую культуру и более здоровую де- мократию 45 . Уже стало общим местом представление о том, что люди с различными мнениями должны входить в публичный диа- лог в парламентском стиле (несмотря на тот факт, что недавние эмпирические исследования показали, что диалог между людьми, придерживающимися разных точек зрения, коррелирует с сокра- щением участия в жизни общества) 46 . Этот стандартный демокра- тический идеал самодостаточен и является средством для усиления легитимности в управлении. Со снижением затратности коммуникации в век Интернета по- явилась надежда, что новые информационные технологии приведут к более широкомасштабному участию общества. Ранние теоретики

68

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

электронной демократии (e-democracy) с оптимизмом ожидали движения к открытому диалогу, равному участию, здравой дис- куссии и учету разнообразных мнений. Предоставив людям возмож- ность объединяться вне зависимости от географических и времен- ных ограничений, Интернет помог преодолеть барьер шаблонного группового мышления — состояния, в котором люди со схожими взглядами не способны найти адекватные решения и становятся жертвами собственных систем убеждений 47 . Как и сторонники прямой демократии, приверженцы демократии совещательной также были разочарованы. Хотя социологических экспериментов, предусматривающих общественные обсуждения, становится все больше, совещательная теория не срабатывает в реальных условиях современного процесса принятия политических решений. На прак- тике такие обсуждения трудно реализуемы, особенно в большом масштабе 48 . Слабость совещательного подхода не в том, что он слишком ам- бициозен (как и прямая демократия), а в том, что недостаточно амбициозен. Превращая обсуждения в центральный элемент своих нормативных устремлений, сторонники совещательной демокра- тии, если честно, признают, что люди в целом бессильны и не спо- собны на что-то большее, чем обсуждать проблемы с соседями для формирования своего мнения или критиковать правительство. В теории объединение людей различных взглядов может оказать благоприятный эффект на политику при условии, что политическая система структурирована так, что возможен перевод этих точек зрения в осмысленное участие в процессе принятия решений 49 . Но на практике гражданские разговоры большей частью оторваны от возможности их реализации. Эта модель не принимает во внима- ние тот факт, что в мире, где есть web 2.0, люди способны работать на совместной основе и получать выдающиеся результаты. Антропология совещательного участия описывает практики представления законченной работы институциональных профес- сионалов на суд общества. Общество выдает в ответ искру своего мнения, и в результате среди людей, участвующих в гражданском диалоге, водворяется мир. При этом задача совершенствования процесса принятия решений не стоит, поскольку «не существует одного лучшего результата, а существует многоуважаемый комму-

Глава 2.

Слабое звено

69

никативный процесс» 50 . Стремление к цивилизованной дискуссии

и урегулированию споров требует демографически сбалансиро-

ванного представительства в диалоге. И хотя можно включить в него всех, чьи интересы затронуты, но, как говорит Александр Мейклджон, не факт, что в результате прозвучат идеи, которые стоит выслушать 51 . Совещательная демократия низводит роль граждан к участию в дискуссии, лишь опосредованно связанной с принятием решений и реальными действиями. Реальность об- суждений состоит в их беззубости. Возможно, как однажды сказал Шоу, «главная проблема общения заключается в иллюзии, что оно состоялось». Например, в 2002 г. Гражданский союз за реконструкцию центра Нью-Йорка (при поддержке AmericaSpeaks, группы, которая орга- низует общественные обсуждения, и спонсорстве Lower Manhattan Development Corporation) созвал ньюйоркцев на Городские слуша- ния — пример демографически репрезентативной политики — для обсуждения первого этапа проектирования площадки Всемирного торгового центра 52 . Пришло 4500 человек и еще 800 участвовали онлайн. После ознакомления с предложенными планами люди вы- сказывались очень критически. Резонансная, общественная при- рода события стала поводом для статьи на первой полосе The New York Times. Но чиновники свернули все планы и назначили второй этап проектирования. Народная власть — так мог бы назвать историк-популист Говард Зинн большое число людей, собравшихся в одном месте и создаю-

щих политическое давление 53 . Но людей не приглашали к участию

и от них не ждали советов и помощи в создании новых проектов.

В этом тщательно заорганизованном обсуждении они не имели воз- можности принять участие ни в зачистке участка, ни в поиске ре- шений усугубляющихся экологических и экономических проблем. И даже не предусматривалась задача привлечь помощь частного сектора — ни как часть правительственных действий, ни как до- полнение к ним. Мероприятие никак не повлияло на работу пра- вительства. Возможно, Lower Manhattan Development Corporation использовала Городские слушания для того, чтобы показать себя ответственной корпорацией перед лицом озабоченных граждан, тогда как на самом деле скрывала за этой игрой реальные дви-

70

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

жущие силы и в итоге лишила ньюйоркцев шанса поучаствовать в решении вопроса, а не просто возмутиться 54 . Политический социолог Майкл Шадсон пишет о «замонито- ренном гражданине», слишком занятом для того, чтобы играть активную роль в управлении государством 55 . Хотя тот факт, что правительство откликается на запросы бдительного гражданина, сам по себе важен и полезен, но такое пассивное вИдение не при- знает за простыми людьми способности в полной мере делиться специальной информацией и своими усилиями с государством. Среди членов общества есть ученые, инженеры, врачи, юристы, студенты, учителя и непрофессионалы с огромным опытом и пол- ные энтузиазма, которые могут внести свой вклад, например, в по- нимание проблемы энергетической безопасности. Другие могут анализировать полученную информацию о вымирающих видах фа- уны и флоры или участвовать в составлении проектов документов о транспортной политике. Каждый день проходят научные конфе- ренции, в рамках которых лучшие умы страны могли бы вместо презентации не связанных друг с другом академических работ включиться в процесс решения насущных социальных проблем. К сожалению, эти потенциальные ресурсы общественного принятия решений неразумно растрачиваются.

Различия между совещательной демократией и демократией совместной работы

В рамках демократии прямого участия существуют различия между двумя родственными, но неидентичными понятиями коллективного обсуждения и совместной работы. Обсуждение фокусирует внима- ние на гражданской дискуссии вокруг взглядов и мнений о том, что государство должно или не должно делать. Возможность вести диалог на расстоянии способствует общественному обмену аргу- ментированными доводами. Но совещательные опросы, районные собрания, консенсусные советы, гражданские комиссии и другие, основанные на обсуждениях эксперименты, как онлайновые, так и офлайновые, не улучшают практику принятия решений. Лежа- щие в их основе инфраструктуры Интернета и телекоммуникаций важны для удаленного общения, но Интернет сам по себе не явля-

Глава 2.

Слабое звено

71

ется продуктом — «убийцей» предыдущих технологий. Если бы он был таковым, история гражданского участия в правительственных институтах, рассказанная в главе 6, выглядела бы совсем иначе. Хотя и обсуждение, и совместная работа подразумевают груп- повую работу, совещательная демократия страдает от недостатка воображения, она не осознает важности объединения в публичной политике различных умений, а также различных взглядов. Если не- схожие точки зрения важны для оживления разговора, то несхожие умения важны для совместной работы. Качество демократии соотносится с принципом совещательно- сти на основе процедурного единообразия и равенства вклада сто- рон. Совместная работа смещает фокус в сторону эффективности принятия решений и результатов на выходе. Совещательность требует плана для упорядоченной дискуссии. Совместная работа же требует разложения задачи на составляю- щие, которые могут быть распределены и закреплены за предста- вителями общества и официальными лицами. Совещательность означает либо обсуждение проблемы на аб- страктном уровне перед реализацией решения, либо решение взве- шивается уже после того, как было принято. Совместная работа на каждом этапе процесса принятия решения создает множество возможностей и точек приложения усилий для участия в управле- нии, что улучшает качество принятых правительством решений. Совещательность фокусирует внимание на формировании мне- ния и единой воли (или иногда на достижении консенсуса). Консен- сус сам по себе — уже цель 56 . Совместная работа — это средство для достижения цели. Следовательно, акцент делается не на участии ради участия, а на привлечении экспертов, свободно определяемых как специалисты, обладающими профессиональными знаниями по проблеме, для участия в сборе, оценке и измерении информа- ции и разработке конкретных решений для воплощения в жизнь. Обсуждение фокусирует внимание на самовыражении. Совмест- ная работа — на участии. Скрестить совещательную демократию с демократией прямого участия — значит загнать это участие в гра- ницы, которые технологии уже стерли. На самом деле различия обсуждения и совместной работы становятся даже более очевид- ными в сетевой среде, которая делает совместную работу все более

72

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

доступной 57 . Новые технологии позволяют присоединиться к не- ограниченному числу групп и команд. Такие знакомые всем сайты,

как Wikipedia, Facebook, и даже видеоигры типа World of Warcraft прививают принципы удаленной работы в составе распределенной группы, будь то написание энциклопедических статей или охота на монстров. Новые технологии делают возможным разделение заданий вну- три группы. Инструменты для публикации и оценки качества чу- жих публикаций, используемые Digg.com, уже стали общепринятым способом сортировки большого объема информации. Цифровая среда предлагает новые способы общественного обмена суждени- ями. С новыми механизмами люди могут «говорить» через карты

и диаграммы общего пользования, без личных встреч. С помощью

компьютерных алгоритмов и предсказаний могут развиваться кон- курирующие предложения. С помощью компьютерной графики могут быть созданы симуляторы стратегий. Инструменты соци- альных сетей позволяют делать, строить, планировать и создавать на основе принципов совместной работы. Но пока еще основное внимание на пересечении технологий и демократии приковано к тому, как наладить репрезентативный диалог 58 . Акцент дела-

ется на обсуждении, а не на совместной работе; на разговорах, а не на действиях; на информации, а не на принятии решений.

Задачи демократии совместной работы

Критики могут сказать, что основа для прямого участия уже су-

ществует и в ней задействован широкий спектр участников про- цесса принятия стратегии. Корпорации участвуют через лоббистов

и практику уведомлений и комментирования в нормотворческом

процессе. Неправительственные организации направляют инфор- мацию в правительство через «мозговые» исследовательские цен- тры, «белые книги» и публикации. Группы интересов занимаются лоббированием и участвуют через своих членов обычно с помощью писем-обращений или электронной почты в выработке норматив- ных и законотворческих актов. Ученые и лица других специаль- ностей приглашаются к участию в работе небольших групп феде- ральных совещательных консультативных комитетов, которые дают

Глава 2.

Слабое звено

73

советы чиновникам. А открытые обсуждения, если имеют место, помогают обществу сформировать свое мнение.

Но нет эффективных механизмов, заставляющих правительство реагировать на запросы общественности, а не соблюдать инте- ресы корпораций, крупных держателей акций и групп интересов. Эти стратегии гражданского участия страдают от проблемы «за- хвата» — чрезмерного политического влияния. Кандидаты на от- ветственные должности часто проходят идеологическую проверку. Лоббисты используют свои возможности для создания препятствий, а не для информирования регулятора и содействия нормативно- правовому процессу. Практика уведомлений и комментирова- ния (в ответ на нормативные акты, предложенные ведомствами) требует индивидуального участия, но к ней прибегают слишком поздно — на том этапе, когда документ уже разработан и его оста- лось только одобрить. А люди все-таки слишком заняты для того, чтобы делать работу за профессионалов из правительства. Именно то, что демократия на принципах совместной работы стремится создать множество небольших возможностей для от- крытости, не дает новой сетевой общественности закоснеть в куль- туре лоббизма, которая является причиной провалов сегодняш- ней политики. Агентству по охране окружающей среды не нужны 100 000 людей работающих над проблемой асбеста или ртути. Хотя для решения некоторых вопросов привлекается огромное количе- ство людей, в правительстве ежедневно принимаются невразуми- тельные (но, тем не менее, важные) решения, качество которых можно было бы улучшить, если бы применялись технологии, от- крывающие участие и контроль для нескольких десятков экспертов

и энтузиастов: тех, которых блоггер Энди Орам называет микро-

элитой, — 5, 10 или 100 человек, избирательно понимающих во- просы и увлеченных перспективой своего особого участия 59 . Смысл

демократии на принципах совместной работы заключается в том, чтобы помочь этим людям найти те области, где они хотят работать

и вносить свой вклад. Демократия совместной работы позволяет та- ким людям отыскать проблемы, над которыми они могут работать

и в успешное решение которых могут внести свой вклад. Кто-то, возможно, возразит, что более активное привлечение частных лиц к управлению может увеличить риск коррупции.

74

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

Что открытие каналов прямого участия создаст новый класс он- лайновых лоббистов, которые станут преследовать собственные финансовые интересы. Возможно. Но если деятельность прави- тельства XXI в. будет организована таким образом, чтобы задачи делились на множество мелких поручений по сбору фактов и при- нятию решений, то диверсификация обезопасит нас от этого риска. Сделать коррумпированной систему, состоящую из множества ча- стей, сложнее. Этот подход также сделает более доступным участие в управлении и занятых людей. К тому же, если правительственные решения будут готовиться различными сообществами, их члены будут следить за честностью друг друга и сигнализировать в случае выявления коррупции. Главная опасность при обсуждении — избегать захвата и кор- рупции со стороны тех, чья речь звучит сверхубедительно. В ус- ловиях совместной работы основная сложность для правитель- ства — организационная: наладить наиболее эффективный про- цесс использования знаний из внешних источников. У чиновников, занимающихся организацией совместной работы, может возник- нуть соблазн устроить работу таким образом, чтобы дать больше возможностей для участия одним в ущерб других. Однако открытые процедуры, позволяющие людям оценивать участие друг друга, по- могут предотвратить эти риски. К тому же информационные тех- нологии создают как минимум возможность организовать процесс принятия решения, который сможет преодолеть злоупотребления, известные нам из онлайнового мира. Если представить управле- ние как определенным образом сконфигурированную и фокусиро- ванную группу практических действий, то можно спроектировать способ делегирования гражданам больших полномочий по сбору фактов, расходованию денежных средств и участию в принятии решений. Предоставление обычным людям, а не корпорациям и группам интересов, прав и возможности прямого участия в решении госу- дарственных вопросов позволит им формировать группы в соот- ветствии с новыми проблемами. В одиночку человек не способен произвести серьезные перемены или принять существенное уча- стие в процессе принятия стратегического решения. Работая же вместе, люди могут многое. К тому же онлайновые группы могут

Глава 2.

Слабое звено

75

пересматривать свои задачи в ответ на возникновение новых про- блем быстрее традиционных организаций, ограниченных собствен- ными официальными рамками. Правительству не нужно (и не следует) бояться новых техно- логий и создаваемых ими возможностей для привлечения специ- алистов, обладающих компетенцией в конкретных областях зна- ния. Перестройка демократии как демократии совместной работы создаст работу для правительства. Ведение блога потребует от его автора ответов на комментарии. При публикации материалов в формате wiki необходимо вносить изменения по мере их посту- пления. Создание веб-формы для получении информации от обще- ства обязывает задавать правильные вопросы и выслушивать от- веты. Организация общественного участия потребует привлечения необходимого персонала и разработки технологий. Но в культуре совместной работы противостоять комплексным социальным про- блемам приходится не только правительству или только обществу. Наоборот, налаживая совместную работу, правительство помещает себя в центр процесса принятия решений в качестве нейтрального арбитра, действующего в интересах общества, и выигрывает от по- лучения внешней помощи. Джозеф Най так формулирует императив совместной работы для правительства:

«В современном нам независимом, глобализованном мире изме- нилась сама природа лидерства. В обществах информационного века сети приходят на место иерархий. И быть работником ум- ственного труда уже не так престижно. Бизнес меняется в на- правлении “общего” и “распределенного лидерства”, где лидеры находятся в центре круга, а не на вершине иерархии… Совре- менным лидерам нужно уметь использовать сети, заниматься совместной работой и привлекать участие со стороны. Они должны быть способны принимать решения в условиях быстро меняющегося контекста. Вовлекать последователей в новые образования, как индивидуальные, так и социальные, и нести смысл в разрушительный мир глобализации. Короче говоря, им нужно использовать мягкую силу привлекательности, и жест- кую мощь силы и угрозы как в стране, так и во внешней поли- тике 60 .

76

Часть I.

Демократия совместной работы и меняющаяся природа профессиональных знаний

Другим словами, совместная работа сулит огромную потенци- альную выгоду в форме более эффективного правительства. Эффек- тивное правительство, в свою очередь, означает принятие лучших решений и более активное рассмотрение проблем, что может под- стегнуть рост общества и экономики. Например, EPA хочет принять нормативный акт, защищающий определенные виды животных, находящихся в опасности. Сегодня общество подключается к этому процессу слишком поздно, и только лоббист имеет влияние в решение этого вопроса. Однако Интер- нет предоставляет возможность быстрее получить информацию от граждан. Или представьте, что Почтовая служба США хочет со- кратить свое энергопотребление на 30% в ближайшие три года. Передовой сайт предложит ей множество решений от огромного числа людей. В этой толпе могут оказаться самовыдвинутые экс- перты из федерального, региональных и местных правительств, а также мотивированные члены общества. Представьте, что серия событий в сфере экономики спровоцирует кризис доверия к эко- номической политике. Технологии помогут представить экономи- ческие показатели в более прозрачном и верифицируемом виде. Инновации в управлении государством требуют инвестиций. Но, если правительство сможет разработать эффективные меха- низмы — законы, стратегии и технологии — для связи между сво- ими институтами и сообществами, это повысит его легитимность и ценность. Посмотрите, что произошло с индустрией развлечений. В страхе потерять рекламные доходы из-за широкого распростра- нения аппаратов для домашнего просмотра киностудии и телеком- пании поначалу отвергали новые инструменты. Они (безуспешно) судились с производителями видеомагнитофонов формата Betamax (предшественников кассетных видеомагнитофонов и DVD), пыта- ясь изгнать бытовую технику с рынка 61 . Но люди хотели смотреть фильмы дома, и их невозможно было остановить. В конце концов, рынок видеопроката опроверг опасения руководителей этих ком- паний и расцвел, намного расширив для них рынки сбыта. Точно так же в ответ на появление цифровых технологий, сни- зивших стоимость изготовления и распространения почти иде- альных музыкальных записей, звукозаписывающие компании выступили с законопроектами, приравнивающими к уголовным

Глава 2.

Слабое звено

77

преступлениям новые формы нарушения авторских прав. Они на- чали подавать иски против двенадцатилетних детей и бабушек за распространение музыкальных файлов через пиринговые сети, а также против авторов этих новых цифровых технологий, пытаясь изгнать их из бизнеса 62 . Но закон отстает от новых способов потре- бления музыки обществом: в то время как традиционные модели умирают, появляются iTunes, eMusic и другие сайты, использующие инновационную мощь новых технологий. Вместо того чтобы об- манывать и обходить законодательство, эти новые игроки помо- гают изменить саму индустрию. Если государственные институты не работают с сетями, сети будут работать отдельно от них, делая правительственные процедуры все более оторванными от реаль- ности, неэффективными и непрочными.

Часть II

PEER-TO-PATENT И ПАТЕНТНЫЙ ВЫЗОВ

ГЛАВА 3

Патенты и дефицит информации

Я хорошо знаю, как сложно провести грань между тем, ради чего общество готово терпеть полную монополию, и тем, ради чего не готово.

Томас Джефферсон

Джек Харви поднялся по служебной лестнице USPTO до позиции ди- ректора Технологического центра 2100 (ТЦ-2100), одного из восьми групп должностных лиц, решающих судьбы патентов 1 . Родившийся и выросший в Нью-Йорке, Харви по ночам грузил прицепы, чтобы оплатить свое обучение в колледже (он хотел получить степень в электротехнике), пока не нашел применение своим техническим знаниям на должности эксперта USPTO в Александрии, штат Вир- джиния. Он работал с заявками, связанными с инновациями в об- ласти компьютерных сетей, хранилищ баз данных, новых компью- терных программ и устройств типа карт памяти и жестких дисков. Сегодня, двадцать лет спустя, будучи главой отделения USPTO, занимающегося компьютерным аппаратным и программным обе- спечением, Харви решает, кто монополизирует следующее высоко- технологичное изобретение — Google или, возможно, какой-нибудь неизвестный изобретатель, работающий в своем гараже и созда- ющий новый Google. Ничего удивительного, что в век Интернета компьютерные программы — одна из самых быстрорастущих об-

82

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

ластей патентной активности, а значит, Харви руководит одной из крупнейших экспертных групп в Бюро патентов, насчитываю- щей почти 1000 (из почти 5500) экспертов, которые рассматривают около 70 000 новых патентных заявок ежегодно (и еще 90 000 ждут своего часа) 2 . По патентному законодательству США в заявке, поданной в USPTO, изобретатель описывает изобретение, на которое хочет получить монопольные права сроком на двадцать лет 3 . Чтобы по- нять, заслуживает ли изобретение патента, эксперт должен опре- делить, является ли изобретение «новым», а заявитель — первым его изобретателем. Закон также требует, чтобы изобретение было «неочевидным» или достаточно продвинутым по сравнению с пред- шественниками, лишь тогда оно достойно исключительных прав, которые определяются патентом. Но хотя патент и дает эксклю- зивное право на эксплуатацию запатентованного изобретения, новатор должен раскрыть его суть достаточно подробно, чтобы следующий за ним изобретатель смог его воспроизвести. Несмотря на распространенное заблуждение, что патенты хранятся в секрете, по текущему законодательству заявка должна быть опубликована USPTO (за некоторыми исключениями) через 18 месяцев 4 . Таким образом, коммерческий секрет и патент — взаимоисключающие формы защиты интеллектуальной собственности. Решая, какие изобретения достойны такой монополии, Джек Харви сравнивает новизну и неочевидность изобретения с более ранними творениями, для чего изучает литературу — предыдущие патенты и патентные заявки, статьи в научных журналах и опи- сания продуктов, называемые известным уровнем техники. Его работа состоит не в определении коммерческой целесообразности или общественной пользе изобретения, а в том, чтобы установить, описывает ли патентная заявка ясно и четко функционирование оригинального изобретения, которое продвигает вперед состояние отрасли. Выдавая патент, он дает заявителю право не на производ- ство своего изобретения, а право не давать всем остальным делать это. Другими словами, он решает, должны ли другие предприятия или исследователи, которые хотят использовать запатентованное изобретение заявителя, даже если их цель — излечить рак или изо- брести следующий iPod, запросить у обладателя патента разреше-

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

83

ние на производство и заплатить ему за лицензию, если, конечно, он согласится на их предложение. В противном случае владелец патента может потребовать возмещения материального ущерба или через суд потребовать прекращения деятельности, связанной

с его патентом, даже если эта деятельность является некоммерче- ским научным исследованием 5 . Несмотря на то что он променял свою кепку грузчика на ко- стюм от братьев Брукс, Харви — по-прежнему типичный житель Нью-Йорка. И, пожалуй, именно прямота, которой он научился

в бытность грузчиком и бригадиром, а не технические навыки па-

тентного эксперта и инженера, особенно нужна в его работе. У экс- пертов есть все причины чувствовать себя несчастными. Сегодня становится все труднее принимать юридически оправданные реше-

ния в интересах общества, не имея на это ни достаточного времени, ни адекватной информации. Количество и сложность заявок растут

в геометрической прогрессии, вместе с ними растет и сложность

поиска и оценки соответствующей информации. В этой главе мы детально рассмотрим проблему информацион- ного дефицита, от которой страдает Бюро патентов, уделив особое внимание информации, которую бюро использует для проведения экспертизы заявок, и определим, как процесс экспертизы соотно-

сится с компетенцией 6 . При отсутствии времени и ограниченном доступе к нужной информации сложно получить необходимую квалификацию для принятия лучшего решения в интересах обще- ства, даже несмотря на самые лучшие намерения. Вообще ситуация

с патентами типична для процедур принятия решений в условиях

ограниченности ресурсов. Для того чтобы понять, чем открытая сеть вроде Peer-to-Patent может помочь Джеку Харви и его команде (и как такая система может применяться в других областях), надо сначала узнать кое-что о внутренних процедурах Бюро патентов. Как оно выдает патенты? Какая информация используется для при- нятия решения? Каким алгоритмам следует эксперт? Какие недо- четы могут привести к выдаче «низкокачественных» патентов? Большинство книг и статей о патентной системе акцентируют внимание на том, как получают патенты; нуждается ли индустрия программного обеспечения в патентах больше, чем фармацевтиче- ская; каково надлежащее возмещение ущерба в случае нарушения

84

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

патентных прав и т. п. Нам же, наоборот, нужно сосредоточиться на внутренней работе организации. Краткий экскурс в историю появления патентов поможет понять положение дел в современной патентной системе.

Зачем нужны патенты

Цель патентов — продвигать вперед технические и научные зна- ния с помощью стимулирования инвестиций в новые продукты, методики, концепты. Создавая барьеры для конкурентов, патенты увеличивают потенциальный доход от вложений в инновации. Как заметил Авраам Линкольн, «патентная система подливает масло заинтересованности в огонь гения» 7 . Считается, что это важно как для капиталоемких отраслей, где исследования и раз-

работка стоят дорого, так и для индивидуальных изобретателей, ко- торые рассчитывают, что патент даст им необходимый финансовый толчок на пути от изобретения к продукту. К тому же некоторые фирмы делают свои патенты общедоступными, выдавая лицензии на право использования изобретения конечными потребителями или другими предприятиями. Согласно Ассоциации менеджеров по образовательным технологиям, доходы от университетских ли- цензий взлетели с $186 млн в 1991 г. приблизительно до $1,4 млрд

в 2006 г., а ежегодное количество выдаваемых лицензий почти

утроилось 8 . Однако не все поддерживают патентную систему. Сторонники отмены требуют полного ее демонтажа. Эти критики нападают на все юридически обоснованные монополии, которые аккумули- руют контроль над значительными областями науки и технологий

в одних руках. Профессор права в Колумбийском университете Эбен

Моглен описывает точку зрения этих аболиционистов хлесткой ме- тафорой: «Если бы вы могли накормить всех одной буханкой хлеба, выпекая ее одним нажатием кнопки, в чем бы заключалось мо- ральное право, позволяющее цене хлеба быть выше, чем способен заплатить самый бедный из голодных?» 9 С точки зрения аболици-

онистов, патентная монополия отнимает хлеб информации, науки и знаний у голодного общества. Создавая стимулы для повышения цены и снижения объемов производства, патентные монополии

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

85

могут ограничивать доступ к жизненно необходимым продуктам

и лекарствам. Более того, нобелевский лауреат экономист Джозеф Стиглитц утверждает, что патенты часто не стимулируют инновации 10 . Во многих отраслях широкая патентная защита может даже за- блокировать инновации и замедлить техническое развитие. Изо- бретения не появляются в вакууме; обычно множество компаний работает над одной и той же идеей в одно и то же время, и когда одна из них получает патент, это может остановить или замедлить

ее конкурентов 11 . Изобретение Эдисоном лампы накаливания было, несомненно, инновационным, но, когда в 1880 г. Эдисон получил широкий патент, он в судебном порядке очистил рынок от кон- курентов 12 . Чем более успешным был Эдисон в получении запре- тительных предписаний и возмещений ущерба, тем медленнее развивались инновации. То же можно сказать и о братьях Райт

и их обширном патенте на конструкцию летательного аппарата.

Эти трое справедливо считаются техническими первопроходцами,

но то, что они опирались на патентную систему, скорее всего, за- держало развитие их отраслей 13 . Другие аналитики видят ценность патентов только в небольшом количестве отраслей с огромной стоимостью вхождения, например в фармацевтике и биотехнологиях 14 . Те, кто финансировал Biogen при разработке и клинических испытаниях альфа- и бета-интер- ферона и вакцины от гепатита B, полагали, что патент защитит их инвестиции от конкурентов. И это сработало: хотя Biogen ни- когда не производила лекарств, компания смогла с помощью за- щиты патента передать лицензию на свои открытия производи- телям. В целом же опыт показывает, что связь между патентами

и инновациями слаба. В небольшом количестве отраслей огром-

ная стоимость вхождения оправдывает барьеры для конкурентов. В других случаях дело не так очевидно. Джеймс Бессен и Майкл Мейрер приходят к выводу: «Факты, конечно, настойчиво говорят о том, что патенты помогают фармацевтическим исследованиям

и разработкам в Америке. Но, с другой стороны, сложно найти дока-

зательства, что патенты являются основным фактором, подстегива- ющим инвестиции в научные исследования, что они способствуют экономическому росту или даже что патентная система может стать

86

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

источником несметных богатств для изобретателей и новаторов (не считая нескольких отраслей вроде фармацевтической)» 15 . Споры о ценности патентов к тому же отягощены неопреде- ленностью вокруг текущей практики их выдачи. Процент заявок, становящихся патентами, неизвестен 16 . Некоторые заявляют, что патентами становятся 97% заявок 17 . Другие говорят о 75% с ва- рьированием в зависимости от отрасли (фармацевтические за- явки удовлетворяются чаще, чем высокотехнологичные), что мо- жет быть, хотя бы отчасти, результатом давления, оказываемого на USPTO из-за недовольства низкокачественными патентами. В этой главе я не принимаю ничью сторону в споре об отмене патентов, как и в споре о том, что может быть запатентовано. Вме- сто этого хочу обратить ваше внимание на недостаточную эффек- тивность администрирования патентной системы 18 .

Сложности патентной экспертизы

Претензионный суд так описывает сложность понимания сущности научной инновации, изложенной в словах и тексте:

«Изобретение существует в первую очередь как осязаемый объ- ект или набор изображений. Вербальное описание обычно явля- ется вторичным и создается для удовлетворения требованиям патентного законодательства. Перевод механизма в слова мо- жет стать причиной пропусков логических звеньев, которые не могут быть удовлетворительно заполнены. Часто изобре- тение является новаторским, и для его описания просто не су- ществует соответствующих слов. Словарь не всегда успевает за изобретателем. Он просто не может. Не вещи существуют для слов, а слова для вещей» 19 .

Ключевая работа по конвертации слов в механизмы ради пони- мания, действительно ли они являются достаточно новаторскими и заслуживают ли патента, ложится на плечи экспертов. Томас Джефферсон создал систему патентной экспертизы в США в 1791 г. 20 Через два года необходимость совмещать управление Бюро патентов с противостоянием Гамильтону в вопросах о по-

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

87

давлении волнений из-за налога на виски и о разумности учреж- дения национального банка в дополнение к попыткам принять

чью-нибудь сторону во Французской революции подсказала Джеф- ферсону мысль о переходе на регистрационную систему 21 . Однако

с целью улучшения качества патентов бюро вернулось к экспер-

тизам и изучению известного уровня техники в 1836 г. С тех пор ничего не менялось. Сегодня после проверки патентной заявки на полноту USPTO направляет ее, основываясь на тематике (производство, компью-

терные технологии, фармацевтика и т. д.), эксперту в одно из под- разделений, например в ТЦ-2100 Джека Харви. В обязанности эксперта входят принятие решения о выдаче патента (по причине новизны и неочевидности) и, если патент выдан, четкое и ясное объяснение границ получаемой заявителем монополии. В первую очередь эксперт должен прочитать и понять запутанный текст за- явки, чтобы определить релевантные предшествующие изобрете- ния. Она должен изучить предшественников — известный уровень техники, — чтобы сравнить предложения, выдвинутые в заявке,

с тем, что существовало раньше, и определить (с позиции человека,

специализирующегося в этой отрасли науки и техники), действи- тельно ли изобретение является новым, неочевидным и ясно из- ложенным. Утверждения излагаются компактно, в одном абзаце, описывают пределы изобретения и определяют масштаб искомого патента. Хотя патентная заявка также содержит объяснение преимуществ изобретения, описание возможного практического применения и иллюстрации, именно утверждения имеют основополагающее значение. И они редко раскрывают свои секреты с первого взгляда.

Например, патент 2004 г. «Настольная игра “Судебный иск”» опи- сывает изобретение как «обучающую, основанную на реальных за- конах игру и способ игры, использующий карту с клетками, по ко- торым ходят игроки. На клетках игроки видят подсказки о том, должны ли они возбудить воображаемый иск или действовать в соответствии с воображаемыми обстоятельствами, связанными

с юридической профессией» 22 . Однако эксперт должен проанализировать утверждения патент- ной заявки, первое из которых гласит:

88

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

«Способ игры в обучающую, основанную на юридической про- фессии настольную игру для множества игроков, включает:

игровую карту с последовательностью клеток, на которые каждый игрок может поместить фишку, где клетки вклю- чают первое множество клеток, сообщающих, что игрок дол- жен возбудить воображаемый иск, и второе множество клеток, сообщающих, как игрок должен действовать в соответствии с воображаемыми обстоятельствами, связанными с юридиче- ской профессией, причем второе множество клеток включает хотя бы одну клетку, связанную с воображаемыми обстоятель- ствами, требующими от игрока знания хотя бы одной вооб- ражаемой юридической профессии, воображаемой юридической подготовки и воображаемого права заниматься юридической деятельностью; фонд игровых денег; набор карт с судебными исками, каждая из которых содержит сценарий судебного иска, включая фактические обстоятельства дела и позитивный или негативный финансовый исход; количество клеток на игровой карте, на которое должен продвинуться игрок за ход, чтобы поместить свою фишку, определяется случайным образом; игрок, попадающий на одну из клеток первого множества, берет карту судебного иска и согласно ее предписаниям должен либо выплатить сумму в фонд игровых денег в случае негативного результата взятой карты судебного иска, либо получить сумму из фонда игровых денег в случае позитивного результата взятой карты судебного иска».

Работая с таким непроходимым многословием (и это только первая часть первого утверждения), эксперт должен определить и сравнить релевантные прецеденты, включая ранее изобретенные настольные игры и игры, связанные с юридической тематикой, та- кие как «Настольная игра в профессиональные злоупотребления», запатентованная в 1978 г., чтобы решить, заслуживает ли заявка выдачи патента 23 . Или возьмем другой пример. За $49,95 любой может приобрести Big Daddy Driver — клюшку для гольфа, совмещенную с газоноко- силкой. (Даже Опра Уинфри рекомендует ее.) Но хотя среднему потребителю суть продукта может быть сразу понятна, обязанность

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

89

эксперта — проанализировать шестнадцать специально составлен- ных патентных утверждений, которые начинаются так:

«Косящая траву клюшка для гольфа, включающая: рукоятку, оканчивающуюся крюком клюшки, где крюк клюшки — это полая часть с отверстием книзу; источник питания, находя- щийся в крюке клюшки или рукоятке; двигатель, находящийся внутри полой части и соединенный с источником питания; при- водной вал, продолжающийся от двигателя вниз через отвер- стие и заканчивающийся узлом; и режущие плоскости, выходя- щие из узла» 24 .

Перед тем как выписать патент, эксперт, возможно, должен бу- дет изучить 27 677 патентов на аксессуары для гольфа, выпущенных с 1976 г. (и более ранние, если необходимо), сравнивая утвержде- ния с их аналогами, — и все это в течение нескольких часов. Как постановил в 1892 г. Верховный суд, «спецификация и ут- верждения патента… представляют собой один из самых сложных юридических инструментов, которые следует составлять тща- тельно» 25 . Разница между двумя словами в патентной заявке мо- жет оказаться разницей между спорным и бесспорным патентами. В деле Senmed Inc. против Richard-Allan Medical Industries решение о нарушении патента на аппарат для сшивания кожи (хирургиче- ский степлер) — и потенциально о миллионах долларов ущерба — зависело от значения слова «на» в том фрагменте утверждения, где говорится о конкретном месте применения степлера; ключевым оказался вопрос, означает ли слово «на» физический контакт или близкое расположение к рабочей поверхности степлера 26 . Сталкиваясь с утверждениями, зачастую не поддающимися по- ниманию, эксперт должен, в определенном смысле, доказать не- доказуемое: что за всю историю в мире не было другого изобре- тателя с таким же изобретением. Как ни стара и очевидна сама задача, но найти и даже понять, где искать информацию по из- вестному уровню техники, позволяющую признать изобретение недействительным, достаточно сложно. Вспомните судебный про- цесс по BlackBerry, одной из самых востребованных и широкоис- пользуемых сегодня технологий. Держатель патента компания NTP

90

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

утверждала, что компания Research in Motion (RIM), производитель BlackBerry, нарушила патенты NTP на передачу электронной по- чты по радиочастотам. RIM потребовала от Бюро патентов пере- смотреть эти патенты, предоставив весомые факты по известному уровню техники. Эти документы содержали проект мобильной сети для передачи данных, являвшийся частью технической инструкции норвежской телефонной компании, которую можно было обнару- жить только в норвежской библиотеке. Инструкция датировалась 1986 г. Изобретение истца датировалось 1991 г. Едва ли стоит удив- ляться, что патентному эксперту ранее не удалось найти этот до- кумент и… последовал судебный иск 27 . Если у RIM был мощный стимул прочесать весь мир в поисках документов по известному уровню техники, то заявители патен- тов, напротив, далеко не всегда помогают экспертам в их поиске. Например, заявка Microsoft «Офлайновая экономия для цифровых средств информации», одна из первых заявок, ставших доступ- ными для общественного рецензирования на Peer-to-Patent, содер- жит 22 коротких утверждения, но ни одной ссылки или цитаты 28 . В случае с Microsoft в этом нет ничего необычного. В полученной путем случайного отбора подборке заявок, составленной USPTO в 2005 г., 3500 документов из примерно 12 000 не имели вообще ни- каких ссылок, а еще 2000 цитировали три источника или меньше. По оценке главного юрисконсульта USPTO Джеймса Тупина, более 50% новых патентных заявок либо не имеют отсылок к известному уровню техники, либо цитируют так много источников (более двад- цати), что прочесть их все просто невозможно 29 . И вот почему так происходит. По закону эксперт в первую оче- редь должен установить, не является ли изобретение очевидным, а значит, непатентоспособным. В помощь ему дан Кодекс феде- ральных постановлений США, который накладывает на заявителя «обязанность быть откровенным и добросовестным в отношениях с бюро, включая обязанность по раскрытию всей известной ему информации, которая может иметь отношение к патентоспособ- ности» 30 . Впрочем, это положение не обязывает заявителей активно раскрывать известный им уровень техники. На деле многие юристы советуют клиентам избегать изучения исторического контекста своих изобретений, чтобы не иметь информации, которую от них

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

91

могут затребовать, что потенциально может нанести вред их инте- ресам в получении широкого патента. В интересах своих клиентов адвокаты тоже не склонны собирать эти данные, потому что от них могут потребовать раскрыть информацию, которая может быть использована для атаки на конкурентов в будущих делах. Но, даже действуя со всей доброй волей, заявитель может просто не знать всех изобретений в данной области. В 1999 г. конгресс внес поправку в Закон о патентах, обязыва- ющую публиковать большинство заявок по истечении 18 месяцев и позволяющую третьим лицам предоставлять после этого содер- жащиеся в них данные по известному уровню техники без ссылок, комментариев или объяснений 31 . В случае предоставления такой информации положено заплатить сбор в размере $180 32 . Однако конкуренты, являющиеся единственными вероятными носите- лями информации о публикации патента и желающие выплатить эту сумму, впоследствии могут быть вынуждены покрыть ущерб в тройном размере, если выяснится, что они намеренно нарушили полученный патент 33 . Стороннее свидетельство станет уликой того, что они уже знали о патенте, когда он был подан. Поэтому неуди- вительно, что в 2007 г. Бюро патентов получило только 112 таких сторонних заявлений, содержащих 600 документов по известному уровню техники 34 . На данный момент нет сведений, был ли хоть один из них использован. Эксперты обязаны читать эти заявления, но время, за которое они должны это сделать, не регламентировано. Таким образом, патентные эксперты практически одиноки. По действующему закону предполагается, что они достаточно под- кованы в теории для выявления известного уровня техники. Однако они не могут ни задать вопрос в блоге или позвонить университет- скому специалисту по компьютерным наукам или деловому адми- нистрированию, чтобы обсудить заявку и значение ее утвержде- ний 35 . В Законе о патентах конгресс постановил, что USPTO должно так проводить свои процедуры, чтобы избежать «возражений или… опротестований до публикации» 36 . Фактически все, чем вынужден руководствоваться эксперт, это базы данных USPTO, где можно ис- кать выданные, опубликованные и ожидающие своей очереди па- тентные документы; эти базы данных известны как East, West и Plus. East (examiner’s automated search tool — автоматизированный по-

92

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

исковый механизм эксперта), клиентская программа под Windows, и West (web examiner’s search tool — сетевой поисковый механизм эксперта), имеющий интерфейс под браузер, — механизмы для по- иска истекших и действующих патентов, опубликованных патент- ных заявок и литературы, цитируемой в этих патентных докумен- тах. По сути West — это интернет-версия East. А Plus — поисковая система запросов по образцу, работающая с патентами США, вы- данными с 1971 г. Она должна формировать списки патентов, наи- более близких рассматриваемой заявке 37 . Когда в начале 1990-х эти базы данных были введены в обращение, Национальная ассоциация исследователей интеллектуальной собственности подала два иска с требованием остановить уничтожение бумажных документов, утверждая, что цельность патентных файлов сомнительна, а базы данных не являются полными 38 . USPTO использует и другие базы данных, не связанные с па- тентами, но, перефразируя известную басню об оксфордском про- фессоре, USPTO «знает все о чем-то конкретном и ничего обо всем остальном» 39 . Другими словами, бюро имеет превосходные ин- струменты для работы с патентами, но остальные ее базы данных не являются исчерпывающими источниками знаний о состоянии науки и техники. Джон Долл, патентный комиссар, утверждает, что «мы располагаем всем необходимым; у нас есть поисковые системы, обеспечивающие информацией о текущем состоянии на- уки и техники» 40 . Однако недостатки очевидны. Даже Долл при- знает, что хотя бюро ежегодно и тратит $60 млн на доступ к базе данных, эксперты должны пользоваться другими базами данных для поиска информации и другими поисковыми методиками без обязательной привязки к датам для выяснения, предшествует ли источник патентной заявке 41 . Так что в условиях ограниченного времени эксперту чрезвычайно сложно вести поиск по каждому документу. Более широкий поиск по научной литературе не ведется. Со- гласно недавнему исследованию ссылок, представленных изобрета- телями или найденных экспертами в 502 687 патентах, выяснилось, что 41% ссылок на патенты США исходит от экспертов, но ссылок на незапатентованный известный уровень техники они нашли всего 10%. Согласно исследованию, такая разница может объяс-

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

93

няться результатом недостаточных возможностей поиска по из- вестному уровню техники, не зафиксированному в патентах США 42 . «Количество жалоб растет по мере того, как компьютер выдает все больше и больше ссылок на журналы, недоступные бюро, — сказано в Patent Office Professional Association Newsletter 43 . — Среднее время возврата при межбиблиотечном обмене составляет четыре дня, а лишь в трех случаях из 1500 книги вернули через 60 дней». Исследование 1989 г. показало, что по межбиблиотечному обмену было заказано более 1000 журналов, из них 275 как минимум пять раз. USPTO решило приобрести копии этих 275 журналов в формате микрофильмов и подписаться на бумажные версии, «если частные компании дадут на это деньги». В конце 1990-х профсоюз экспер- тов все еще вел переговоры о включении в рабочие часы времени, необходимого на поход в библиотеку. Руководство выделило две минуты на поход туда и обратно, причем максимум затрачиваемого на это времени не должен превышать 13 часов в год. Патентные эксперты на собственном опыте знают, как трудно вести адекватные изыскания 44 . В то время как 89% экспертов, опрошенных в 2006 г., и 91% опрошенных в 2002-м выразили уверенность в важности своей работы, только около 40% были удовлетворены получаемой ими подготовкой в области методики информационного поиска 45 . Хотя компьютеризация и электрон- ное хранение документов облегчают выполнение некоторых за- дач, связанных с поиском документов, необходимость получения информации в короткие сроки до сих пор является самой острой проблемой. И в редком выпуске Patent Office Professional Association Newsletter нет статьи с упоминанием о недостатке системы авто- матизации USPTO. Жалобы варьируют от обеспокоенности вли- янием на здоровье радиации, получаемой в результате слишком продолжительного использования компьютера, до соображений о неадекватности поисковых ресурсов. Согласно статьям, «то, чем мы здесь располагаем, это коммуникативная неудача: грандиоз- ная система патентной экспертизы устанавливается специалистами по автоматизации, которые, похоже, отфутболивают информацию подальше от тех, для кого система вроде бы и создавалась… сводя шансы на создание программы, которая соответствовала бы нашим потребностям, к минимуму» 46 .

94

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

Это не кино, где героиня может спастись, отказавшись спу- скаться по темной лестнице и включив свет, — проблему нехватки информации не решить, например, подпиской на большее число журналов. Многие виды информации сложно найти даже с помо- щью лучших поисковых механизмов. Физики не публикуют в жур- налах материалы, которые могут опубликовать в Arxiv, онлайновом хранилище, содержащем 500 000 препринтов статей 47 . А в некото- рых областях знаний вообще не принято публиковаться ни в онлай- новых, ни в офлайновых изданиях. Например, компьютерные науки не разделяют универсальной академической культуры публикаций. И практики, и теоретики программирования публикуют свои репо- зитории компьютерных кодов в Сети, обычно в неиндексируемом, незадокументированном и открытом виде, предоставляя доступ к коду другим программистам, знакомым с проблемой, что сильно мешает экспертам в поиске материалов и их цитировании 48 . Во многих дисциплинах уходят годы на публикацию научных открытий в журналах. Изобретения, относящиеся к передовым ис- следованиям, скорее будут обсуждаться возле кулера в Microsoft или Genentech либо на вечеринке студентов-выпускников, чем в академическом журнале. Многие изобретения, которые могут оказаться релевантными для определения новизны и неочевидно- сти, часто вообще незадокументированы. Если некоторые програм- мисты приветствуют комментирование своих кодов, то для многих важно просто увидеть, что их коды работают, — они не ведут учет и не создают базу знаний патентной информации. Рост популяр- ности программ с открытым кодом, лицензированных для воспро- изведения и передачи, сделал известный уровень техники в этой области намного более доступным для публики, но усложнил задачу USPTO. Как пишет Кристофер Вонг, проект-менеджер Peer-to-Patent:

«Эксперт вряд ли владеет информацией об открытых или закрытых исходных кодах, продуктах, процессах, сайтах и предшествующих публикациях, с которыми члены сетевого сообщества обычно зна- комы по своему опыту» 49 . Приходит ли на помощь Интернет? Мировая библиотека сегодня всегда под рукой. Ее предоставляет нам Google. Но экспертам, вклю- чая группу Джека Харви, по-прежнему не разрешается пользоваться Интернетом. Бюро патентов опасается, что при открытом интер-

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

95

нет-поиске может быть нарушена приватность и секретность изо- бретений 50 . Поисковые запросы эксперта, если их отследить, могут раскрыть слишком много информации об изобретении, сведения о котором не должны быть опубликованы до истечения 18 меся- цев со дня выдачи патента. И даже если использовать технологии анонимного поиска (USPTO в настоящее время рассматривает такие возможности), они не решат проблему, связанную с неупо- рядоченной, плохо организованной и не поддающейся поиску на- учной информацией. Вот почему эксперты, часто втайне, являются основными пользователями Wayback Machine — интернет-архива и некоммерческого поисковика, предоставляющего возможность поиска по архивам Интернета 51 . Но, хотя это и превосходный ре- сурс, Wayback Machine пока еще несовершенен и нестабилен. Раньше в USPTO подумывали о передаче поиска частным фир- мам на аутсорсинг, т. е. хотели платить другим за нахождение информации 52 . Но, как с готовностью подтвердят эксперты, этот процесс трудно автоматизировать, да и нелегко выполнять поиск тем, кто не умеет интерпретировать патентные утверждения. Это не вопрос поиска ключевых слов в релевантных научных публика- циях, а вопрос понимания, что релевантно, а что нет.

Патентная экспертиза сегодня

За последние годы сложность задачи, стоящей перед патентным экспертом, лишь возросла. Расширение предметной области и уве- личение срока действия патентов, а также ужесточение патент- ного законодательства в пользу держателей патентов подстегнули беспрецедентный рост патентной активности. Это в свою очередь стало вызовом для Бюро патентов, вынужденного рассматривать все эти новые и разнородные патентные заявки.

Количество заявок

Количество заявок удвоилось как во времена Рейгана, так за по- следние 10 лет, с 1997 по 2007 г. 53 Патентная активность в мире растет на 4,7% каждый год 54 . USPTO сегодня получает до 420 000 за- явок ежегодно 55 . Очередь достигла неимоверных масштабов и уже

96

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

кусает себя за хвост: у патентного эксперта все меньше времени на рассмотрение заявки, и его рецензии стали менее тщательными. Чем проще процесс подачи заявки, тем больше их подается. В насто- ящий момент ожидает своей очереди 1 млн заявок, из них 120 000 «лежат на столе у Джека». Бюро патентов Японии (JPO) работает с такой же (если не с большей) нагрузкой, получая более 400 000 па- тентных заявок ежегодно, а в очереди еще 750 000. В JPO работает всего 1358 патентных экспертов — приблизительно треть от штата Бюро патентов США 56 . Усложняет задачу и то, что USPTO трудно удерживать наиболее опытных сотрудников — нет возможности платить им больше. Поэтому число экспертов на каждую тысячу заявок в бюро меньше, чем надо, минимум на 20%. Возможно, люди сегодня стали более изобретательными, чем раньше, или находятся под большим давлением со стороны ин- весторов и должны получить патент, чтобы отсечь конкурентов. А возможно, думают, что получить патент стало проще. Независимо от причины рост патентной активности не дает эксперту тратить много времени на поиск и оценку информации.

Диапазон патентов

Увеличение числа заявок отчасти вызвано и расширением пред- метной области, которую USPTO и суды считают сегодня патен- тоспособной. USPTO рассматривает заявки более чем 400 классов

и тысячах подклассов изобретений: от А-образных конструкций

и абаков до цитр, зоотехники и сухариков 57 . Среди наиболее по-

пулярных классов изобретений — чипы и аксессуары для гольфа 58 . Необходимость разбираться в столь разных видах науки и техники создает дополнительные трудности для экспертов. Конституция оставляет за конгрессом и судами право решать, что может быть запатентовано. В дополнение к традиционным «па- тентам на изобретения» в технической, производственной и био- химической сферах конгресс добавил средства защиты растений

и промышленный дизайн 59 . Из-за очевидной конкурентной и на- учной ценности патентов в 1980-х был расширен диапазон патенто- способных областей и увеличено время действия патента. В 1982 г. Верховный суд в так называемом постановлении Чакрабарти про-

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

97

возгласил, что «все под солнцем патентоспособно», включая бакте- рии. Расширение патентного поля стало основой для развития био- технологической промышленности 60 . Но как только Верховный суд открыл этот ящик Пандоры, суды низших инстанций дали дорогу патентированию компьютерных программ, деловых и финансовых методик, генных технологий 61 . Расширение патентного поля также подхлестнуло связанную с патентами исковую активность. К счастью, в том же году, когда начало действовать постанов- ление Чакрабарти, конгресс создал Апелляционный суд по феде- ральному округу (CAFC) — специализированный апелляционный суд, цель которого — разъяснение противоречий, возникающих

в результате решений окружных апелляционных судов 62 . Например, Апелляционный суд восьмого округа, находящийся в Сент-Луисе

и Сент-Поле, за последние десять лет не сохранил действующим

ни один оспоренный патент, тогда как суд пятого округа, базиру-

ющийся в Новом Орлеане, принимал решения в пользу держате-

лей патентов более чем в 80% случаев 63 . Создание CAFC привнесло

в процесс больше единообразия и, следовательно, определенности

и увеличило вероятность того, что в случае судебного разбира-

тельства патент будет сохранен 64 . Расширение патентоспособного предметного поля вызвало противоречивую реакцию: реформаторы утверждали, что различать идею (например, математическую фор- мулу), которую нельзя запатентовать, и практическое изобретение (использование формулы в компьютерной программе, которая дает результат), — это абсурд 65 . Решение Верховного суда, позволяющее понимать широко пред- мет патентоспособности и включить в него программное обеспе- чение и методы деловой деятельности, привело к росту числа за- явок. Это, конечно, оказало негативное воздействие на готовность USPTO их рассматривать. Программное обеспечение не было па- тентоспособным до начала 1980-х. Поэтому не существовало и раз- витой базы данных по известному уровню техники в этой области. Если механические изобретения могут быть проиллюстрированы изображениями, то методы деловой активности (например, ком- пьютерная программа для определения финансового риска, инве- стиций, хеджирования независимой отсроченной компенсации или пресловутая «покупка за один клик» для транзакций в Интернете)

98

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

часто не поддаются простому описанию. К тому же информация в этих областях слишком быстро меняется, что не позволяет Бюро патентов создавать архивы.

Продолжительность срока

В дополнение к расширению предметного поля конгресс также продлил продолжительность действия патентов к удовольствию их держателей. По Акту Хэтча — Ваксмана конгресс продлил дей- ствие патентов на новые лекарства (по причине отсрочек, вызван- ных необходимостью получить одобрение Управления по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов) 66 . Через десять с небольшим лет конгресс изменил продолжительность за- щитного действия патента с 17 лет со дня изобретения до 20 лет со дня подачи заявки, чтобы соответствовать Соглашению ВТО по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности 67 . Продление срока было встречено критикой со стороны тех, кто утверждал, что 20 лет — это много в мире, где технологии, осо- бенно в высокотехнологичных отраслях, меняются слишком бы- стро. Кроме искусственного завышения потребительских цен бо- лее длительный срок может подавлять стимулы для последующих инноваций со стороны конкурентов 68 .

Сложность патентов

Патентных заявок становится не просто больше, они становятся и более сложными, и более объемными 69 . Джон Долл, комиссар USPTO, жалуется на многословные и неясные формулировки ут- верждений. Подготавливаемые юристами формулировки, говорит он, часто не понимают сами изобретатели, не говоря уже об экс- пертах 70 . И здесь нет никакого злого умысла. Юристы просто делают все, что в их силах, чтобы обеспечить своим клиентам насколько возможно более сильные и обширные патенты. За последние 30 лет количество слов в патентных заявках, осо- бенно в письменных описаниях, почти удвоилось, как и число утверждений 71 . Если среди всех заявок среднее число утвержде- ний — около двух дюжин, то их количество в конкретных заявках

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

99

серьезно варьирует. Заявка может содержать и одно-единственное утверждение (например, «Элемент-95») 72 , и сотни и даже тысячи утверждений. Как правило, такие заявки относят к сложным изо- бретениям, особенно в области биотехнологий или фармацевтики. Shell Oil как-то подала заявку с 8958 утверждениями 73 . А об изобре- тателе Рональде Каце даже появилась статья в Wikipedia: его заявки обычно включали сотни страниц утверждений, составленных так, чтобы утомить и перехитрить эксперта 74 . Нагромождение утверж- дений и все более длинные заявки без соответствующего увеличе- ния времени по их изучение подтолкнули в конце 2007 г. USPTO к введению ограничения количества утверждений 25 пунктами, распространяющегося и на уже поданные заявки 75 . Изобретатель, желающий подать более длинную заявку, теперь был обязан выпла- тить существенный взнос и предоставить собственное исследование и анализ литературы. Однако федеральный суд Вирджинии постано- вил, что такое правило является превышением регламентирующих полномочий USPTO 76 .

Работа экспертов

Эксперты Джека Харви работают с закрытыми базами данных с ограниченным набором научной информации, и им отведено всего 20 часов на рассмотрение заявки, которая может быть плохо написана и часто содержит сотню пространных и непонятных утверждений о предмете, о котором они могут ничего не знать. К тому же изобретатель вправе не предоставлять никакой дополни- тельной поясняющей информации. И словно этого недостаточно, для эксперта существует и финансовый стимул — премия за более быструю выдачу патентов. В ходе недавнего исследования только 11% экспертов согласи- лись с утверждением, что «действующая система предоставляет достаточно времени для качественного выполнения работы» 77 . Основным недостатком, по их словам, является правило, согласно которому у них есть всего 20 часов на каждое задание 78 . Иными словами, у них всего 20 часов на чтение заявки, уяснение смысла утверждений, изучение релевантной литературы и применение правовых стандартов новизны и неочевидности к научным фак-

100

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

там. Эксперт должен еще подробно изложить в письменном виде свое решение. Нагрузка, ложащаяся на USPTO, указывает на слабые участки системы принятия решений о патентоспособности. И па- тентные эксперты несут основную ее тяжесть. Как отмечает глава профсоюза экспертов, «на древнюю поговорку о том, что меньше людей сделает меньше работы, руководство бюро отвечает: только пока вы не начнете стегать их сильнее» 79 . Вне стен USPTO этот стон недовольства сливается с криками про- изводителей, протестующих против того, что бюро выдает слишком много некачественных патентов. Комитет патентных апелляций и споров — апелляционное подразделение Бюро патентов — жа- луется, что получает от экспертов дела, которые «часто содержат процедурные ошибки, неадекватную мотивировку отказов и другие неясные вопросы и неучтенную информацию о рассмотренных па- тентных утверждениях» 80 . Хотя USPTO получает большие деньги в виде патентных сборов, бюро не нанимает дополнительных экспертов. Конгресс направляет прибыль в бюджет, несмотря на то что «нет другой альтернативы адекватному числу подготовленных сотрудников, располагающих достаточным временем для принятия взвешенных решений», как отмечает Национальная академия наук 81 . Более того, «даже если бы Бюро патентов смогло волшебным образом расшириться», пишет Джон Сквайрс, главный юрисконсульт по вопросам интеллектуаль- ной собственности Goldman Sachs, «оно по-прежнему стояло бы пе- ред серьезной проблемой подготовки, организации и просто поиска рабочих мест для увеличенного штата» 82 . А просто дать экспертам больше времени на подготовку решения — тоже не выход. Изо- бретателям и так приходится ждать слишком долго только начала процесса рассмотрения заявки. Среднее время ожидания оконча- тельного решения Бюро патентов сегодня составляет 31 месяц. Это больше, чем в 2001 г. (24 месяца), хотя Бюро патентов и работает над тем, чтобы сократить срок 83 . Наверное, дополнительные люди могли бы снизить нагрузку на каждого эксперта, но это не луч- ший выход во времена экономических проблем и не альтернатива улучшенным поисковым технологиям, более эффективной органи- зации рабочего процесса и получения релевантной информации из первых рук.

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

101

В отделе Джека Харви ожидание начала рассмотрения заявки в среднем составляет 31 месяц, а ожидание финального решения —

43 месяца. А если вам не повезло и вы подали заявку, имеющую

отношение к дистрибуции интерактивного видео, ждать придется

50 месяцев. Сроки в финансовой, банковской и бухгалтерской

сферах доходят до 52 месяцев 84 . Заявители рассказывают о том,

как им приходилось ждать отклика от Бюро патентов в течение семи лет, а технологии за это время так далеко шагнули вперед, что момент был упущен. Учитывая обычный жизненный цикл но- вой технологии, за три года теряется экономическая целесообраз- ность продукта в быстроразвивающихся отраслях. Усилия Бюро патентов по ускорению процесса с помощью создания процедуры срочного рассмотрения — так называемой «специальной заявки» — не решили проблемы. Сроки ожидания продолжают расти, а Бюро патентов предупреждает, что если не будут проведены реформы, то они удвоятся.

Следствия: рак пятится назад

Патентная схема, закрепленная в статье 1 Конституции США, была одной из немногих конституционных статей, принятых без обсуж- дения 85 . Делегаты Конституционного собрания, должно быть, чув- ствовали, как позже сформулировал Марк Твен, что «страна без бюро патентов и хороших патентных законов всего лишь рак, ко- торый не может двигаться никуда, кроме как в сторону и назад» 86 . В конце концов, похожая схема существовала в итальянской Ве- неции с XV в. и в Англии с начала XVIII в. 87 Дело было в том, что права частной собственности на изобретения (в отличие от таких альтернативных форм поощрения, как субсидия или премия) были недорогим способом продвижения новаторских идей для феде- рального правительства, обремененного долгами революционной войны. Впрочем, сегодня голоса все громче говорят о том, что краб движется назад. Один судья федерального округа мелодраматично описал кризис качества патентов как «похожий на перестановку стульев на палубе “Титаника” — оркестр играет, как если бы все было в порядке, но корабль по-прежнему направляется в пасть к морскому дьяволу» 88 .

102

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

О кризисе качества патентной системы говорят все политики, независимо от принадлежности к той или иной партии. По оценкам министра торговли, USPTO тратит «более 55% экспертных ресурсов на изучение заявок, которые не заслуживают патента» 89 . Было бы хорошо, если бы эксперты регулярно отвергали эти нападки. Но, продираясь сквозь очередь заявок, чиновники чуть ли не механи- чески проставляют печати на бумагах, проходящих через их столы. Существует множество примеров патентов, которые можно назвать как угодно, но только не «неочевидными». Выданный пятилетнему мальчику патент «Способ качания на качелях» — вот типичный при- мер такой ситуации 90 . Мальчик (и его отец-адвокат) заявили способ качания, «при котором пользователь, находящийся на обычных ка- челях, прикрепленных двумя цепями к горизонтальной в должной мере ветке дерева, вызывает движение из стороны в сторону с по- мощью поочередного натяжения то одной, то другой цепи». В ответ на публичные насмешки комиссар по патентам назначил пересмотр и отменил патент, но как много времени на это ушло. Выдача патента позволяет изобретателю подавать иск о наруше- нии прав против любого, кто «без разрешения производит, исполь- зует, предлагает на продажу или продает любое запатентованное изобретение», но не обязывает производить продукт самому. Вне зависимости от качества патенты основываются на презумпции действительности, что затрудняет их оспаривание в суде и, наобо- рот, дает некоторым держателям патентов возможность судиться. Адам Джаффе и Джош Лернер резюмируют проблему в книге «Инновации и недовольство ими» (Innovation and Its Discontents):

«Бюро выдает патенты на старые идеи, потому что располагает не- адекватными ресурсами экспертизы и не слишком хорошо умеет искать информацию о существующих технологиях, особенно в но- вых, быстроразвивающихся отраслях. А когда патенты выдаются идеям, которые не новы, у других компаний нет иных путей, чем рискованная и дорогая перспектива оспаривания патента в феде- ральном суде» 91 . Удвоение числа выданных патентов в 1990-е привело к сопут- ствующему удвоению числа связанных с ними судебных процессов. Например, Apple столкнулась с увеличением числа направленных против нее исков о нарушении патентов с семи в 2006 г. до двад-

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

103

цати одного в 2008-м 92 . Microsoft, по имеющимся сведениям, полу- чает в год в среднем 35–40 патентных исков стоимостью $100 млн 93 . К тому же агрессивные держатели патентов способны подрывать рынки одним только предположением о нарушении их прав и тре- бованием лицензионных выплат вместо дорогого судебного разби- рательства. И компании выплачивают миллионы долларов за ли- цензии держателям сомнительных патентов, которые угрожают судом. Закон об ущербе от нарушения патентных прав только поощ- ряет жадных истцов. Подающий иск производитель автомобиль- ных стеклоочистителей хочет получить компенсацию от цены всей машины; производитель поворотной петли взыскивает ущерб по цене ноутбука или пианино, в которых используется эта петля. В результате штрафы нередко превышают размеры ущерба. Канцелярия судов США подсчитала, что средний штраф, накладываемый федеральным судом, составляет $1 694 000 и яв- ляется третьим по величине после исков о нарушении антимоно- польных законов и законов об использовании асбеста 94 . По оцен- кам PricewaterhouseCoopers, в 2003 г. средний ущерб достигал $29 млн, а средний штраф — $3 млн 95 . Отдельные дела бывают более шокирующими. В 2006 г. Rambus Technologies присудили выплатить $307 млн по делу о динамической оперативной памяти (штраф впоследствии был сокращен до $133 млн) 96 . TiVo выиграла $74 млн в суде против EchoStar за нарушение технологии TiVo, по- зволяющей зрителям записывать одну телевизионную программу во время просмотра другой 97 . Более того, поскольку патентное законодательство позволяет (с некоторыми ограничениями) получать судебные запреты, истец может добиться полного прекращения использования изобретения ответчиком. Такая стратегия особенно эффективна для захвата биз- неса конкурента. Требование огромной компенсации или запрета может быть справедливым, но стоящие на кону суммы делают та- кие иски привлекательными и для тех, кто хочет нажиться на су- дебном процессе. Потенциальный размер компенсаций ущерба и презумпция действительности вкупе с благосклонными судами (такими как суд восьмого округа в Техасе, который выносит 78% решений в пользу патентных истцов в сравнении с 59% — средним

104

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

показателем по стране) поощряют тех, кто использует патенты для подобного извлечения выгоды 98 . Такие сутяжные компании неофициально называют патент- ными троллями — эти фирмы стремятся получить патент не для того, чтобы реально производить товар, а только с целью воз- буждения дел о нарушении прав или выбивания лицензионных выплат из конкурентов. Тролли и их адвокаты оправдывают свои действия, выдавая себя за поборников патентной системы. Неко- торые идут дальше и утверждают, что они помогают развиваться экономике, действуя как посредники, собирающие портфель па- тентов и тем самым снижающие стоимость их лицензий. Конечно, агрессивный судебный троллинг сам по себе не является индика- тором того, что речь идет о держателе патента, не соответствую- щего стандартам. И все же искушение возбудить иск в комбинации с некачественными патентами оказывает влияние на рост числа судебных процессов, с которыми нелегко справиться. В любом слу- чае судебный бум вне зависимости от причин наносит болезнен- ный удар, несоразмерный любому росту патентной активности. По оценке Американской ассоциации прав интеллектуальной соб- ственности, судебные издержки по делу, где на кону стоит более $25 млн, достигают $3 млн для каждой стороны только на этапе рассмотрения и $5 млн при доведении до вердикта 99 . Это $10 млн только на один суд! А в деле стоимостью менее $1 млн издержки при рассмотрении составляют $350 000 и доходят до $600 000 на финише 100 . И это в среднем! Хотя данные варьируют, тенденция ясна: патентные дела вле- тают в копеечку. Выплата держателю патента отчислений за лицен- зию зачастую является для ответчика более простым и дешевым ре- шением. Большие издержки, как правило, становятся препятствием для компаний или университетов, желающих оспорить действие несправедливых патентов в своей области. А для тех, кто хочет су- диться, чтобы получить компенсацию за нарушение патентного права (и не имеет других издержек, поскольку не имеет никакого производства), это просто цена ведения бизнеса. В конечном счете рост числа судебных процессов перенаправ- ляет денежные потоки из области исследований и разработок в непродуктивные разбирательства. Находящийся в Вашингтоне

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

105

и ориентированный на изучение свободного рынка Центр из- учения передовых правовых и экономических стратегий Phoenix подсчитал, что выдача патентов, не отвечающих стандартам, ежегодно обходится в $21 млрд, перенаправляемых из расходов на научные исследования, или 7% совокупного бюджета, выде- ленного на исследования и разработки, всех американских ком- паний. А если учесть еще и фактор судебных издержек, то потери составят $25,5 млрд 101 . Как пишет помощник главного юрискон- сульта IBM Мэнни Шектер: «До суда доходит менее 4% из при- мерно 3000 подаваемых ежегодно патентных исков. К тому же в эти 4% не входит огромное число мировых сделок, заключаемых до подачи иска. Таким образом, налог на инновации, накладыва- емый некорректными патентами, исчисляется буквально милли- ардами долларов каждый год» 102 . Экономисты Бессен и Мейрер указывают, что чем активнее компания ведет научные исследо- вания, тем более вероятен риск возбуждения иска против нее, по сути своеобразной научно-исследовательской пошлины 103 . Низкокачественные патенты, особенно в информационных от- раслях и там, где невысока цена входа, могут создать незаслу- женные монополии и риск неоправданного застоя. Разве Test. com изобрел онлайновое прохождение тестов? Но не имеющее достаточного времени и интеллектуальных ресурсов Бюро патен- тов по-прежнему не может найти информацию, доказывающую отсутствие новизны. А Test.com уже добрался до университетов, включая Университет Регис и Университет Тулсы, требуя от них лицензионных выплат. Некоторые новаторы сегодня предпочитают вовсе воздержи- ваться от защиты патента. Например, eBay построила свой много- миллиардный аукционный бизнес без единого патента. (Компания получила свой первый патент, только когда стала публичной) 104 . Если эта тенденция получит продолжение, процесс патентной экс- пертизы будет оторван от рыночных инноваций, что приведет к его коммерческой бесполезности (и по сути политической не- правомочности). Если патенты действительно должны продвигать инновации в конкретных секторах, то чем дольше изобретатели вынуждены ждать получения патентной защиты, тем больший вред наносится экономике.

106

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

Что на кону?

Патентная система не оставляет никого равнодушным. Мы живем в эпоху технологических инноваций и экономических трудностей

одновременно. Будущее патентной системы символично и для того,

и для другого. Оно сигнализирует о растущем взрывными темпами

уровне изобретательности и мастерства, обеспечивающем самый серьезный прорыв в научных знаниях за всю историю человечества. Противники реформы системы часто обращаются к таким амери- канским иконам, как Джефферсон, Франклин, Эдисон и братья Райт (хотя доля патентов США, выдаваемых неамериканским компа- ниям, тоже растет). Они заявляют, что реформа только увеличит цену получения патента и, таким образом, создаст препятствие для небольших предприятий, нуждающихся в патенте для привлече- ния инвестиций. Альянс профессиональных изобретателей даже разместил в The New York Times рекламу на целую полосу против патентной реформы: «Если позволить конгрессу уничтожить аме- риканский патент, конгресс уничтожит Америку» 105 .

В то же время Соединенные Штаты опасно балансируют на краю экономического спада. Изменения в геополитике, экономический упадок и экологическая неопределенность ведут к очевидному ис- тощению богатств Америки. Страна гадает, как долго она сможет оставаться доминирующей в мире, который отвергает ее политику

и смеется над ее валютой (но хочет получать ее новые технологии).

Когда-то Бюро патентов США было эталоном качественной экспер- тизы. Но сегодня институт, который должен отражать националь- ный научный и технический успех, все более увязает в проблемах. Подобно голому королю, он теряет свою легитимность, когда вы- дает патенты низкого качества, которые не соответствуют никаким стандартам. Хотя его основы крепки, Бюро патентов больше не вы- зывает того уважения, которым пользовалось раньше. Отдельные плохие патенты, даже патентная заявка на «Метод

и инструмент для осуществления брачного предложения индиви-

дууму» (свидания не являются необходимыми, как гласит заявка), не наносят вреда индустрии и не останавливают научные изыска- ния 106 . Но если Бюро патентов станет и дальше выдавать слишком много патентов, которые не соответствуют критерию новизны или

Глава 3.

Патенты и дефицит информации

107

неочевидности, возникнет сомнение, существуют ли инновации за пределами зала судебных заседаний. Реформаторы заявляют о «крахе» и «кризисе» патента, об аморальности системы, ото- рванной от реальных современных практик ведения инноваций. Система должна работать лучше, чтобы выполнить конституцион- ный наказ «продвигать прогресс науки и прикладных искусств». Если некачественная экспертиза приводит к некачественному результату (патент не несет существенной новизны или настолько широк и неточен, что реальные границы изобретения непонятны публике), то выдаваемый патент увеличивает неопределенность и издержки. Имея дело с некачественным патентом, конкурент с трудом может определить, что может считаться его нарушением. Помимо прочего, как заявил один аналитик, сегодня ведение элек- тронной онлайновой торговли связано с возможным нарушением 4319 различных патентов 107 . Настоящее минное поле. Есть и те, кто утверждает, что имеет значение только качество экономически важ- ных патентов, т. е. тех, которые способны стать основой судебного процесса, или тех, на которых построены жизнеспособные пред- приятия. Но есть и социальные издержки, связанные с выпуском низкокачественных патентов. Держатель патента рискует судом; остальной мир рискует тем, что патент может быть использован для блокирования инноваций. Инвесторы вынуждены тратить средства на проверку патентов, что повышает размер начального капитала, вкладываемого в бизнес. Так что если учитывать риски судебных процессов и лицензионных выплат, требование к патентным экс- пертам качественно выполнять свою работу с первого раза — эко- номический и моральный императив.

ГЛАВА 4

Проект демократии совместной работы

Американцы всех возрастов, призваний и положений всегда формируют союзы. Среди них… тысяча различных видов — религиозные, моральные, серьезные, бесполезные, очень общие и очень конкретные, огромные и крохотные.

Алексис де Токвиль

Peer-to-Patent превращает идею демократии совместной работы в конкретную стратегию борьбы с проблемой информационного дефицита в Бюро патентов. Трудности, с которыми встречаются патентные эксперты и которые были описаны в предыдущей главе, не могут быть разрешены только с помощью правовой или судебной реформы. Законопроекты, которые могли бы изменить стандарты патентоспособности, требуют жесткой политической воли. Судеб- ная реформа, которая должна повысить стандарты рассмотрения заявок и усложнить получение низкокачественных патентов, идет очень медленно и затрагивает слишком поздний этап патентного процесса, чтобы изменить что-либо для большинства патентов, ко- торые не стали предметом судебного разбирательства, но использу- ются для получения лицензионных сборов. Балансирование между потребностями крупных и малых изобретателей, держателей патен- тов и лицензиатов, законных истцов и несправедливо обвиненных ответчиков из различных отраслей в результате усложняет процесс

110

Часть II.

Peer-to-Patent и патентный вызов

достижения консенсуса в вопросе о том, как добиться, чтобы USPTO оставалось агентством гражданских инноваций, а не гражданских исков. Обсуждение этих традиционных правовых аспектов необходимо (задача по исправлению патентной системы не настолько проста, чтобы ее можно было решить одним законом, судебным решением или компьютерной программой), но только совместная работа, организованная с помощью программного обеспечения, может по- мочь в привлечении на этапе, предшествующем принятию реше- ния, большей компетенции в управляемой форме, способной улуч- шить и качество участия, и итоговые решения. После объяснения принципов работы Peer-to-Patent в этой главе мы поставим вопрос, почему работает наш проект, а затем рассмотрим технологии, с по- мощью которых группе добровольцев сообщается, как они должны выполнять свою работу. Я исследую два ключевых м