Вы находитесь на странице: 1из 265

Оглавление:

Предисловие. .............................................................................................................................................................3
Об авторе. ..................................................................................................................................................................3
Часть 1. Детство Тины. ..........................................................................................................................................4
Глава 1. Рождество....................................................................................................................................................4
Глава 2. Тина и ее друзья. .........................................................................................................................................7
Глава 3. Избушка на холме. .................................................................................................................................... 11
Глава 4. Самая красивая прическа. ......................................................................................................................... 14
Глава 5. Камень. ...................................................................................................................................................... 16
Глава 6. Разговор под старой липой. ...................................................................................................................... 19
Глава 7. Вольготная жизнь. .................................................................................................................................... 22
Смерть папы ............................................................................................................................................................ 27
Булочки с орехами .................................................................................................................................................. 29
Завещание папы ...................................................................................................................................................... 31
Монастырь............................................................................................................................................................... 33
Знакомство .............................................................................................................................................................. 33
Монастырская жизнь .............................................................................................................................................. 36
Снова дома .............................................................................................................................................................. 41
Няня пришла в гости............................................................................................................................................... 44
Старый немец .......................................................................................................................................................... 47
Магда ....................................................................................................................................................................... 49
Хочу исполнить правду .......................................................................................................................................... 52
Часть 2. Юность Тины. ........................................................................................................................................ 56
Глава 1. Хлебная карточка. ..................................................................................................................................... 57
Глава 2. Экзамены. .................................................................................................................................................. 59
Глава 3. Смерть матери........................................................................................................................................... 61
Глава 4. Расставание с Машей. ............................................................................................................................... 63
Глава 5. Выпускной вечер. ..................................................................................................................................... 63
Глава 6. Распределение в Минзаг. .......................................................................................................................... 65
Часть 3. Молодость Тины. ................................................................................................................................... 76
Глава 1. Молодежный руководитель. ..................................................................................................................... 76
Глава 2. Сторож....................................................................................................................................................... 80
Глава 3. Парторг уходит на пенсию. ...................................................................................................................... 81
Глава 4. Возвращение Маши. ................................................................................................................................. 82
Глава 5. Перед лицом искушений. .......................................................................................................................... 85
Глава 6. Арест Тины. .............................................................................................................................................. 93
Глава 7. В следственном изоляторе. ....................................................................................................................... 95
Глава 8. Сон и свобода. ......................................................................................................................................... 101
Глава 8. Враг, поступающий хорошо ................................................................................................................... 104
Глава 10. Беседа с парторгом. ............................................................................................................................... 106
Глава 11. Встреча со старыми друзьями. ............................................................................................................. 107
Глава 12. Уполномоченный Совета по делам религий. ....................................................................................... 119
Глава 13. Под сенью крыл Всевышнего. .............................................................................................................. 121
Глава 14. Призванная к благовестию. .................................................................................................................. 123
Глава 15. Отвергнутый призыв. ............................................................................................................................ 133
Глава 16. Покаяние несостоявшегося убийцы. .................................................................................................... 136
Глава 17. Блажен, кто в смерти имеет надежду. .................................................................................................. 139
Глава 18. Великая сила Господня. ........................................................................................................................ 145
Глава 19. Изгнанная за веру. ................................................................................................................................. 149
Глава 20. В Киеве. ................................................................................................................................................. 158
Глава 21. Пойдем в дом Господень. ..................................................................................................................... 163
Глава 22. В Белой Церкви. .................................................................................................................................... 165
Глава 23. Новое приглашение к служению. ......................................................................................................... 171
Глава 24. Донбасс.................................................................................................................................................. 175
Глава 25. Наученный проповедовать. .................................................................................................................. 191
Глава 26. Семья Кацелей. ..................................................................................................................................... 196
Глава 27. Письмо Магды. ..................................................................................................................................... 204
Глава 29. Тина и Катя. .......................................................................................................................................... 220
Глава 30. В поисках новой работы. ...................................................................................................................... 227
Глава 31. Моя сестра не фанатичка. ..................................................................................................................... 231
Глава 32. Сапог нашелся. ...................................................................................................................................... 233
Глава 33. Новые опыты. ........................................................................................................................................ 235
Глава 34. Молодежь Донецка в Ростове. .............................................................................................................. 238
Глава 35. Благовестие на Кавказе. ........................................................................................................................ 241
Глава 36. Новые друзья - сотрудники................................................................................................................... 243
Глава 37. Сибирь. .................................................................................................................................................. 245
Послесловие. ........................................................................................................................................................ 251
Глава 38. Пожар в Твери. ...................................................................................................................................... 251
Глава 39. Запись в альбоме. .................................................................................................................................. 253
Постскриптум. ..................................................................................................................................................... 260

Предисловие.
В этой книге Тина берет нас с собой в свое путешествие по различным дорогам ее жизни, здесь сочетаются
воспоминания и тесные отношения с Богом. Цель этой повести состоит в том, чтобы донести драгоценные
картины жизни, уроки Божьей благодати и милости, явленные Августине Поляк, в замужестве Зозулиной.
Тина родилась 9 июня 1929 года в селе Поляна Свалявского района Закарпатской области. С самого детства
любовь к Иисусу побуждала ее делать добро, быть честной и справедливой, на протяжении всей ее жизни она
дарила радость и счастье всем ближним в ее окружении. Августина с молодости уже была библейским
работником, народ получал много познаний и наставлений через ее проповеди. В 1958 году она вышла замуж
за М. С. Зозулина и стала женой пастора. Их совместный труд приносил много благословений везде, где они
трудились. Тина для многих являлась опорой и своей чуткостью, добротой, пониманием, сочувствием и
заботой приобретала друзей для себя и церкви. В ее жизни было много трудностей, лишений и даже тюрьма,
но она могла быть крепче гранита, когда дело касалось принципов истины. Никто никогда не видел ее
унывающей. Господь всегда был ее лучшим Другом во всех обстоятельствах жизни, даже там, где другие
этого не видели. Мне выпало счастье быть больше чем ее подругой: и в радости, и в горе мы всегда были
вместе. Во время ее болезни я видела, с какой надеждой она уже предвкушает встречу со Спасителем, какой
наполняется радостью от того, что скоро снова увидит своих любимых. Она всегда могла разглядеть красоту и
надежду при всех обстоятельствах жизни.
Надежда Мацанова-Гончар, Белгород, 27 марта 2011 года

Об авторе.
Августина Ивановна Зозулина (1929-2005) являет пример одной из выдающихся женщин отечественной
истории, чье имя в силу объективных обстоятельств оставалось малоизвестным, ибо поприще, на котором она
совершала свой труд, было запрещенным в бывшем СССР. А ведь именно в этом поприще, поприще
духовного просвещения, как раз и нуждались жители нашей бывшей страны. Супруга крупного религиозного
деятеля ХХ столетия Михаила Семеновича Зозулина Августина Ивановна достойно прошла вместе с ним свой
жизненный путь. Она была не просто женой, а помощницей своего мужа. Обладая прекрасным эпистолярным
талантом, Августина Ивановна на протяжении многих лет являлась редактором замечательных
самиздатовских журналов «Бросаемая бурею», «Наш труд - Твое благословение», «Юность Христу». Помимо
общей редакции она писала для этих журналов статьи о семье, воспитании молодежи, нравственности,
влиянии музыки. От ее статей веет удивительной теплотой и глубиной. Очень многим они помогли в личной и
семейной жизни. Особое внимание Августина Ивановна уделяла воспитанию молодежи, и многие из живущих
сегодня до сих пор помнят ее добрые советы. Ее жизнь (как и жизнь ее супруга) была всегда неотделима от
служения и помощи людям. Простота, доброта, искренность, посвященность всегда шли вместе с этой парой.
За свою религиозную деятельность Августина Ивановна была судима и провела год в местах лишения
свободы, сумев и там облагородить и дать надежду тем, кто был рядом с ней.
В конце своей жизни она написала замечательную трилогию, в которой собраны ее воспом инания. Она
интересна не только любителям биографического жанра, ибо в ней содержится богатейший духовный и
просветительный материал. Трилогия написана очень просто, искренне и глубоко. Перед нами не
приукрашенная автобиография, а своеобразная духовная исповедь, подкупающая своей откровенностью и
глубиной. Она заставляет нас при прочтении пересмотреть свою собственную жизнь, свою систему
ценностей, и это не преувеличение. Смерть помешала Августине Ивановне завершить повесть своей жизни, но
ее дела, ее теплота, любовь продолжают жить в тех людях, которым она беззаветно дарила свою жизнь. Она
продолжает дарить ее и сегодня со страниц этой книги, которую вы, уважаемый читатель, держите в руках.
Профессор Алексей Опарин, Харьков, 3 апреля 2011 года

Часть 1. Детство Тины.

Глава 1. Рождество.

Тина с восторгом смотрела в окно и, хлопая в ладоши, звала няню:


- Няня, скорее иди сюда! Няня, скорее иди сюда! Смотри, какая белая пушистая вата падает! Няня, скорее иди
сюда!
Женщина с гладко зачесанными и собранными в пучок волосами сидела в кресле и вязала. Не переставая
работать спицами, она посмотрела на девочку. Тина повернулась к няне и, умоляюще глядя на нее, снова
позвала:
- Няня, иди же скорее, посмотри, как красиво!
Няня отложила вязание и подошла к окну. За окном стояла настоящая рождественская погода: освещенные
мягким светом уличного фонаря, в торжественной тишине медленно падали большие пушистые хлопья снега.
- Няня, я вижу белого ангела, - таинственным шепотом произнесла Тина. - Он летит по небу к нам!
- Где? - с удивлением глядя на улицу, спросила няня.
- Да вон там, на небе, - показывая пальчиком куда-то вверх, в наполненное белыми танцующими пушинками
небо, еще более таинственным шепотом сказала Тина. - Это мой ангел-хранитель, он несет мне пода рки на
Рождество!
- Вижу, вижу: он летит прямо к нам, - подтвердила няня. - Когда зазвонит колокольчик, мы пойдем и
посмотрим, что он тебе принес.
- А что он мне несет? - сгорая от любопытства, спросила Тина.
- Не знаю. А что бы ты больше всего хотела?
Тина мечтательно подняла вверх глаза и задумалась. У нее было так много желаний, что она даже
растерялась, какое же из желаний самое большое. И когда Тина обдумала примерно половину своих желаний,
за дверью комнаты весело зазвенел колокольчик. Няня поправ ила на голове Тины большой розовый бант, и
они вместе торжественно вошли в зал. В середине просторной комнаты, освещенной ярким светом
электрических ламп, стоял празднично накрытый стол с горящими свечами, а в углу у окна красовалась
наряженная елка, макушка которой была такой высокой, что доставала до самого потолка. Под елкой, там, где
обычно находятся рождественские подарки, сидела большая кукла в голубом в белых горошинах платье,
золотистые волосы ее были заплетены в две косички. Увидев ее, Тина даже пе рестала дышать от радости, ее
глаза заблестели, и она уже готова была броситься к кукле, как вдруг услышала голос папы:
- Тина, поблагодари Иисуса за куклу!
Тина быстро стала на колени и только успела прошептать два слова: «Отче наш», как снова вскочила и
бросилась к елке. Няня, папа и мама с улыбкой смотрели, как Тина осторожно взяла на руки куклу и стала ее
рассматривать, гладить по мягким волосам, наклонять ее так, чтобы открывались и закрывались глаза и чтобы
она издавала звук, похожий на мяуканье соседской кошки.
- Тина, поблагодари Иисуса за подарок, - поправляя на голове Тины большой розовый бант, ласково сказала
няня.
Тина, не выпуская куклу из рук, стала на колени, на мгновение закрыв глаза, снова открыла их и посмотрела
на куклу. Потом она опять закрыла глаза и сказала:
- Иисус, спасибо за куклу, за то, что она умеет говорить и открывать глаза. Аминь! - И, прижав к себе куклу,
уселась возле елки. А папа, мама и няня стали дарить друг другу подарки.
Потом все уселись за стол, выключили электрический свет и стали ужинать при горящих свечах. И когда
очередь дошла до сладкого, со двора донесся оживленный детский разговор и веселый смех, потом на
мгновение стало тихо и послышалось сначала неуверенное, потом все более дружное и громкое пение. За
столом все невольно смолкли и стали прислушиваться. Дети пели рождественскую песнь.
Это были дети рабочих с фабрики. Их родители не могли устроить такой же рождественский праздник, как у
Тины. У детей дома не было украшенной игрушками елки, а под елкой не был о подарков, потому что у
родителей не было денег. В первый раз в такой же рождественский вечер они пришли к двери этого дома
тогда, когда Тина еще не родилась. Теперь она встречала их как маленькая хозяйка.
Мама немного отодвинула бархатную штору, спадавшую волнами с высокого потолка, и посмотрела в окно.
Сквозь сплошную пелену кружащихся снежинок виднелись силуэты детей, толпившихся возле входной двери.
Детей было много, и мама попросила няню их пересчитать. Няня накинула платок и вышла к детям.
- Их сегодня как никогда - двадцать душ - стряхивая с себя блестящие снежинки, сообщила няня. Озабоченная
важностью события, Тина даже забыла о своей кукле. Няня вышла накрывать стол в холле, а мама и папа
пригласили детей и помогли им раздеться. Тина прыгала от радости.
Родителей Тины очень хорошо знали в городе: мама работала учительницей, и ее все любили и уважали, а
папа был известным инженером. Недавно горожане избрали его мэром города, потому что добрее и
справедливее его не было никого.
Когда детей приглас или в гостиную и все уселись, мама предложила: «Давайте вместе споем рождественский
гимн "Тихая ночь"». И по большому теплому дому разлил ась нежная мелодия, которую старательно
выводили детские голоса. Глаза детей сияли от восторга и благоговения, казалос ь, что и ангелы Божьи поют
вместе с ними и вспоминают тот чудный день Рождества, когда Спаситель пришел в наш мир.
И вот настал заветный час, которого дети с нетерпением ожидали целый долгий год. Глаза всех устремились
на зеленую красавицу елку. И чего же там только не было! На елке висели красные яблоки, ароматные
пряники, разноцветные конфеты, позолоченные орехи ... А под елкой притаилось множество корзинок и
свертков всевозможных форм и размеров, перевязанных красивыми атласными лентами. Дети замерли в
ожидании. Но вот прозвучал мамин голос:
- А теперь, дорогие гости, пришло время получать подарки. Мама взяла за руку самую маленькую девочку и
подвела ее к елке, а за ней подошли по очереди и остальные дети. Мама, няня и Тина снимали с елки игрушк и
и дарили детям. Из корзин доставали теплые пушистые кофточки - девочкам, а для мальчиков - яркие
расшитые свитера. А еще каждый получил красивый праздничный пакет с конфетами и шоколадками, с
большущим красным яблоком и оранжевым апельсином.
После того как раздали подарки, на елке совсем не осталось игрушек. Лишь одинокая свеча еще горела на
пушистой игольчатой ветке. Но Тине совсем не было жалко игрушек. Кругом слышался смех и было столько
счастливых лиц! Вот это праздник так праздник! А елка, освободившись от тяжести, как будто облегченно
вздохнула и стала пахнуть еще сильнее свежим смолистым елочным запахом.
Мама и няня повели гостей на террасу и усадили за праздничный стол. Тина, как и мама, хлопотала у стола,
следила, чтобы ни у кого из гостей ни в чем не было недостатка. Стол был полон сладостей, и все быстро
наелись. Вдруг Тина заметила, что один мальчик потихоньку сунул кусок пирога в карман. Тина подумала:
«Сейчас он придет домой, и ему еще захочется пирога, а дома ничего нет. Ведь они живут бедно». Пирога на
столе было еще много. Тина взяла с тарелки кусок побольше и тихонько подошла к мальчику, чтобы
незаметно положить ему пирог в другой карман. Тина подкралась, как мышка, и пирог уже наполовину был в
кармане, как вдруг мальчик обернулся ... Он очень смущенно посмотрел на Тину и сказал:
- Это я для сестренки. Она больна.
Когда дети уже одевались, чтобы уходить, Тина снова подошла к этому мальчику. Она решила отдать ему
свой подарок - пакет, красиво перевязанный ленточкой, полный самых лучших конфет и ш околадок, с
наливным яблоком и крупным сочным апельсином. - Возьми, - сказала Тина. - Отнеси это своей больной
сестренке.
- Хорошо, - ответил мальчик. Лицо у него было серьезным и грустным. - Спасибо тебе, добрая девочка.
Тина вернулась в зал и застала там папу. Он задумчиво смотрел в окно. Тина рассказала ему про мальчика и
его больную сестренку, про кусочек пирога и про свой рождественский подарок.
Папа внимательно посмотрел ей в лицо, ласково погладил по волосам и по щеке.
- Ты хорошо сделала, дочка, - сказал он. - Иисусу приятно, когда мы делаем добро. Ангел-хранитель уже
записал твой поступок в большую книгу добрых дел. В ней пока еще исписано мало страниц, но ты
совершишь в жизни много добрых поступков, и в такой большой книге хватит места, чтобы записать их все.
Папа ее похвалил! От радости Тина стала кружиться по комнате. А дети тем временем уже вышли на улицу,
где их ожидали родители. И все вместе - дети и взрослые - подошли к окну дома и на прощание запели
рождественскую песню. Все улыбались и приветливо махали руками Тине, няне, маме и папе, которые смогли
подарить этим людям в рождественский вечер столько радости и счастья.
И Тина тоже смеялась и все махала им в окно.
А на другой день все вместе пошли кататься с горки на санках. Тина кувырка лась в снегу, и, казалось, что
счастливее ее нет никого на свете. Раз, когда Тина съезжала вниз, какой-то мальчишка толкнул ее, и она на
всем ходу полетела вместе с санками в сугроб. Холодный снег обжег ей лицо, залепил глаза, набился в рукава.
Тина выбралась из снега и сразу побежала жаловаться родителям. Мама выслушала Тину и ответила:
- Иди разберись сама и никогда мне больше не жалуйся! Тина подошла к мальчику и сказала:
- Ты плохой, я с тобой больше никогда не буду играть.
- Да я же пошутил! - ответил мальчик.
- Нет, ты нарочно толкнул меня!
- Это была шутка, не обижайся на меня. Меня зовут Коля, я хожу в первый класс.
- Ладно, не обижаюсь, - ответила Тина и побежала к маме и папе.
- Помирились? - спросил папа.
- Да. Он просто пошутил!
Прошел второй день Рождества. Вечером пришли гости. Как сказал папа, это были его друзья. Они вместе ели
рождественский пирог и пели рождественские песни. Тину уложили в кровать и дали ей новую куклу. Когда
няня вошла в ее комнату, Тина, обняв свою куклу, мирно спала.
Во сне она видела, как за окном кружатся белые снежинки и как спешит к ней на Рождес тво белый ангел и
несет подарок-куклу в коробке, перевязанной атласной синей лентой.

Глава 2. Тина и ее друзья.


- Мама, посмотри, какое сегодня голубое небо! Я сегод ня надену голубое платье и повяжу на волосы
огромный голубой бант. А знаешь, почему? - спросила Тина свою маму.
- Нет, доченька, не знаю.
- Мой Иисус живет в голубом небе, и когда я пойду в Божий храм, то буду такого же цвета, как небо.
- Такого же цвета? - засмеялась мама. - Ладно, будешь, как небо, только стой спокойно, а то я не смогу
красиво завязать бант. у мамы было хорошее настроение. Она улыбалась и шутила.
И Тина решилась высказать свою заветную просьбу.
- Мамочка, милая, добрая, скажи, что разрешаешь! Ладно?
- Можно? Ну пожалуйста, разреши им прийти! Ведь они очень хорошие, такие милые! Они каждое
воскресенье приносят мне лесные орешки и ягоды. Они любят меня, и я их тоже. Ну, разреши!
- Что разрешить? Кому? - не понимала мама.
- Разреши сегодня пригласить к нам домой на праздничный обед моих друзей.
- Всех твоих друзей?
- Да нет же! Не всех, а только самых лучших, - взволнованно объясняла Тина.
- Кто же твои лучшие друзья? - спросила мама.
- Нищие! Николай - помнишь, тот, что хромает на одну ногу, Олег, слепой на один глаз, и Андрей.
- А Андрей тоже слепой или хромой?
- Нет, у него только с головой не в порядке.
- А у тебя с головой все в порядке? - вмешалась в разговор няня. - Где это видано, чтобы нищие приходили на
обед к мэру!
- Они мои лучшие друзья! - горячо вступилась Тина. - Еще у них есть рыжая собака Граф, ей всего-то нужно,
что немного супа и костей. Мамочка, пожалуйста, разреши им прийти, ведь это будет здорово!
- Хорошо, дочка. Пусть они придут, - ласково согласилась мама. - Накроем стол в саду, под нашей старой
липой. В гостиной нельзя, у нас сегодня гости.
- Ничего, - обрадовалась Тина. - Там места хватит всем. Три стула поставим для них, четвертый ...
- Четвертый - для собаки, - насмешливо перебила няня. - Пятый - для кошки, шестой - для мышки. Гости в
доме у мэра! Таких гостей я за гостей не считаю.
- Пусть тебе это не нравится, а я все равно буду сегодня обедать с моими милыми друзьями, - отчеканила
Тина. - Вот так-то, нянечка!
- Перестаньте спорить, - остановила обеих мама. - Иди, Тина, с папой в храм, а мы тут все приготовим для
твоих друзей. Иди, не волнуйся.
- Спасибо, милая мамочка! - Тина поцеловала маму и прижалась щекой к ее лицу. - Я всегда знала, что ты у
меня очень добрая!
Был теплый весенний день. Легко и приятно было идти под яркими лучами весеннего солнышка, подставляя
лицо теплому ветерку. Тина и ее папа вышли за город. Широкая тропа вела на вершину высокого зеленого
холма к сиявшему золотыми крестами храму. Они шли поклониться И помолиться Богу. По обеим сторонам
тропы сидели нищие: хромые, слепые, горбатые, бесноватые, юродивые. Для каждого из них находилась у
Тины мелкая монетка. Монетка покрупнее - для Николая, Олега и Андрея. И крупные бумажные деньги - в
храм. Так научил ее папа. С двух лет Тина ходит с папой в храм молиться. Сейчас ей шесть, и она по-
прежнему любит ходить в храм. Она знает все церковные молитвы, но в конце молитв всегда обращается к
Иисусу своими словами. Она просит Его за мать и сестренку, чтобы они тоже полюбили Его и ходили в храм
и чтобы Он сохранял их от зла и всех этих нищих, больных и бездомных. А уходя из храма, всегда говорила
Иисусу от всего сердца:
- Дорогой Иисус, Ты умер за меня, и я благодарна Тебе за это. Я очень, очень люблю Тебя!
Тина поднялась по ступеням храма и сразу увидела Олега, Николая и Андрея, сидевших прямо у входа. Их
морщинистые лица расплылись в радостных улыбках. Папа тоже улыбнулся им в ответ и взглянул на дочь.
Ловким движением фокусника Тина извлекла пирожки и конфеты, которые она спрятала в рукавах небесно-
голубой кофточки. «Как она успела собрать и спрятать все это?» - недоумевал отец. «Как они научились так
быстро есть?» - с удивлением думала Тина, глядя на своих друзей. Тина ласково погладила своих друзей по
седым, редеющим волосам и сказала:
- Сегодня после литургии вы пойдете к нам домой на праздничный обед вместе с Графом. Мама и папа
разрешили.
Нищие захлопали в ладоши и засмеялись от радости. Папа стоял рядом и улыбался. А затем они с Тиной
вошли в храм.
Стройно и звучно пел церковный хор, и Тине казалось, что это ангелы поют на небе. Потом началась большая
литургия. Ход литургии был хорошо знаком Тине; она уже наперед знала все, что будет делать и говорить
священник, что будет петь ему в ответ хор.
Когда служба закончилась, Тина, как всегда, подошла к распятому на кресте Христу, преклонила колени и
заговорила с Иисусом:
- Иисус, Ты все видишь. Ты знаешь, что на этой неделе я часто бывала нехорошей. Я не слушала маму,
грубила няне и дразнила сестренку. Пожалуйста, прости меня и помоги мне быть послушной и доброй.
Папа уже вышел из храма, он стоял и разговаривал со священником. Этот священник был его другом детства.
Они вместе учились в гимназии, а затем их пути разошлись. Папа стал инженером, а затем - мэром города, а
его друг - священником.
- А как твоя жена Агнесса? - спрашивал папин друг. - Давно ее не видел. Передавай ей привет.
- Ты же знаешь, Андрей, ее убеждения, - отвечал папа, - «человек должен любить Бога и творить добро». Вот
и вся ее религия. Заходи в гости, буду рад. - Папа обернулся, ища глазами Тину. Тина тихо стояла рядом,
прислушиваясь к разговору.
- Ну, нам пора, - продолжал отец. - Мы сегодня ждем важных гостей.
- Правда? Каких же гостей вы ждете? - полюбопытствовал священник.
- Это друзья моей доченьки, нищие.
- Прекрасно! - воскликнул священник. - Вы уже заслужили спасение. Кто заботится о нищих, тому обеспечено
место в Царствии Божием.
Он проникновенно заглянул в глаза Тины.
- Да благословит тебя Господь, милое дитя. Тина промолвила в ответ:
- Благодарю.
Глаза ее сияли. Она поцеловала руку священника, поклонилась и, словно бабочка, слетела вниз по склону
холма. Только замелькали белые туфельки из-под подола ее небесно-голубого платья. Папа проводил Тину
взглядом. Он не ошибся: там, внизу, уже стояли трое нищих и рыжая собака, готовые в путь. Тина
присоединилась к ним, теперь вся компания была в сборе.
- Пойду догонять, - улыбнулся мэр, прощаясь с другом. Мама, няня и маленькая Машенька поглядывали на
дорогу, ожидая гостей. Все было готово к праздничному обеду. Стол для хозяев дома был накрыт на уютной
террасе. Праздничной белизной на нем сияла скатерть. А в саду под липой стоял еще один стол - для Тининых
гостей; он был покрыт темной скатертью с вышитыми по краям цветами.
- Идут, идут! - крикнула Машенька и побежала навстречу.
Мама взглянула в окно и рассмеялась.
- Да, ничего не скажешь, необычная процессия. Наши соседи еще не видывали такой.
- Лично я не стала бы потакать всем Тининым капризам, - сказала няня.
- Это не капризы, Анна. Просто у нее доброе сердечко. И мы не должны запрещать ребенку делать добрые
дела. Пойдем встречать.
- Я никуда не пойду, - решительно заявила няня. - Этих голодранцев я не считаю за гостей.
Мама не ответила, спустилась по ступеням во двор. Она поцеловала мужа и Тину, а за тем поклонилась гостям
со словами:
- Добро пожаловать, дорогие гости!
Николай, Олег и Андрей также поклонились ей с почтением, а рыжая собака приветливо помахала хвостом.
Мама повела гостей в сад и усадила за стол, а Тина тем временем забежала в дом переодеться. Проходя через
террасу, она взглянула на белоснежный праздничный стол для семьи, а затем увидела тот, другой, под липой,
для своих друзей - и чуть не заплакала: они так сильно отличались.
Папа, мама и Машенька тем временем уже заняли свои места за столом.
- Иди обедать, - позвала мама Тину.
- Сегодня я буду есть с моими гостями, - ответила Тина, взяла стул и потащила его в сад. Тина была
маленькой и хрупкой, а стул - массивным и тяжелым, но она не сдавалась. Николай помог ей донести стул, и
Тина уселась на него с видом победителя. Украдкой Тина взглянула на отца. Он ласково кивнул ей. Няня
хмурилась.
Мама молчала. Но Тине было не до них: она сильно проголодалась. А что говорить про Андрея, Олега и
Николая!
Как чудесно, как ароматно пахла лапша с курицей, которую няня разливала по тарелкам! Тина не успела
съесть и двух ложек, как заметила, что тарелки гостей уже пусты. «Ну где же они научились так быстро есть? »
- подумала Тина и побежала сказать, чтобы принесли добавки. Тина быстро вернулась и с удивлением
заметила, что ее тарелка тоже пуста. Лапша и аппетитная куриная ножка бесследно исчезли...
На десерт был торт и вкусный фруктовый компот. Папа распорядился, чтобы гостям отрезали куски побольше
... Они мгновенно съели торт, залпом выпили компот , а затем вытерли руки о волосы на голове.
Это очень рассмешило Тину: так смешно они все делают!
На лицах Николая, Олега и Андрея появились довольные улыбки: наконец-то они поели вдоволь, и так
вкусно! Был ли еще когда-нибудь в их жизни хоть один такой обед?
Тина была счастлива. Но это было лишь началом. Николай взял свою сумку и загадочно проговорил: - А ну-
ка, Тина, закрой глаза! Тина закрыла глаза.
- А теперь открой!
Тина открыла и увидела в его руках живую белку! Тина замерла от восторга.
- Она твоя, - сказал Николай. - А знаешь, как мы ее ловили? И три старичка стали наперебой рассказывать
Тине об этой необычной охоте. Особенно отличился Андрей: он-то и поймал белку. Для этого ему пришлось
влезть на огромное дерево! До вершины он добрался благополучно, а когда стал слезать, то нечаянно взялся
руками за сухую надломленную ветку. Ветка обломилась, и Андрей с большой высоты полетел и упал в
глубокую яму. В яме было много листьев, и падение было мягким, словно в пуховую перину, но Андрей от
неожиданности сильно испугался. Он неистово кричал, пока Николай с Олегом не вытащили его. Белочка
была в целости и сохранности у него за пазухой.
Иметь дома свою собственную живую белку было давней мечтой Тины. И сегодня ее мечта исполнилась. С
переполненным восторгом сердцем она подошла к своим друзьям и по очереди поцеловал а всех: и Андрея, и
Олега, и Николая. Мама с няней с удивлением смотрели на нее, а папа рассмеялся. Няня сказала, брезгливо
передергиваясь:
- Фу, как она может целовать этих грязных старых нищих!
- Мама, папа, идите сюда, - позвала Тина и показала им свою чудесную белочку, а затем торжественно
произнесла, обращаясь к гостям:
- Дорогие мои друзья! Отныне каждое воскресенье наша семья приглашает вас на праздничный обед.
Три старичка поднялись из-за стола, горячо поблагодарили хозяев за их щедрое гостеприимство и ушли в лес,
в свою маленькую избушку.
Сразу после их ухода мама позвала Тину на террасу. Выражение ее лица было строгим, даже обиженным.
- Тина, зачем ты так сделала? От нашего имени пригласила этих людей на обед, да еще и каждое воскресенье?
Ты даже не посоветовалась со мной и папой!
- Не сердись, мамочка, моя милая, добрая, - отвечала Тина. - Я знала, что вы будете против. А им очень, очень
понравилось у нас. Они были счастливы, и я тоже. Я их люблю, мне с ними так весело, они очень хорошие и
смешные. Мама, не сердись, ведь они голодные, ты сама видела, а мне их так жалко.
При этих словах Тины по лицу мамы вдруг как бы разлился внутренний свет, глаза потеплели, но голос
оставался по-прежнему строгим.
- В другой раз без нашего разрешения никого не приглашай. - Нашлась хозяйка, - добавила няня.
Но Тина не слышала этих слов. Она в мыслях была уже далеко, в будущем, которое придет еще так не скоро.
Ей представлялось, что когда она вырастет, то всегда будет помогать бедным, нуждающимся людям.
- Иди, играй, - сказала мама. - Идут гости, я должна их встретить.
К дому приближались несколько мужчин и женщин - нарядно одетые, в веселом расположении духа. Это
были гости папы и мамы. Они не были голодными и нищими.
Тина, как обычно, вечером молилась, а потом еще долго беседовала с Иисусом. Она рассказала Ему обо всех
событиях минувшего дня и в заключение сделала вывод, что только папа ее понимает, один только папа, и
больше никто. С этой мыслью она и уснула.
И приснился ей сон.
Ей снилось, что она на небе идет по дорожке сада с яркими цветами; здесь так красиво - Тина не нашла бы
слов, чтобы описать эту неземную красоту. Она с восхищением смотрит по сторонам и видит ангелов. Ангелы
медленно пролетают мимо, улыбаются и приветствуют ее. Они поют нежными голосами, прославляя Господа.
Тина идет дальше и вдруг останавливается: прямо перед ней стоит Иисус в длинных белых одеждах. Тина
сразу узнала Его и воскликнула:
- Дорогой мой Господь Иисус! - и, падая на колени, поклонилась Ему.
Он поднял ее, погладил по голове и сказал с улыбкой:
- Ты очень хорошо сделала, Тина, что пригласила в свой дом нищих. Мы все очень радовались этому. Ангел-
хранитель записал в твою памятную книгу еще один добрый поступок. Всегда, всю свою жизнь поступай так
хорошо.
Тина снова поклонилась Иисусу и сказала:
- Дорогой мой Иисус, я люблю Тебя и обещаю, что всю мою жизнь буду делать добро!
И Тина проснулась.
За окном тихо шептались листья старой липы. Тина сразу вспомнила про Николая, Андрея и Олега. Вчера они
сидели за столом под этой самой липой. Как хочется есть! И они, должно быть, сейчас тоже очень голодны.
И Тина приняла важное решение: она будет кормить своих друзей каждый день.

Глава 3. Избушка на холме.


Неподалеку от храма был лес, а в том лесу - избушка. А в избушке жили уже знакомые нам Николай, Андрей
и Олег - три старичка-инвалида. Они не могли работать и каждый день просили милостыню возле храма.
Теперь все изменилось. Каждое утро Тина поднималась в гору с тяжелой сумкой, где лежали хлеб, сыр, сахар
и все, что оставалось в доме от обеда, ужина, завтрака ... Папа каждый день давал Тине деньги на шоколадку,
но вместо этого она покупала баранки и бублики и несла в избушку своим друзьям.
Дома никто не знал об этих ежедневных ее походах с содержимым сумки: Тина старалась все делать
незаметно.
Однажды, навестив друзей, Тина шла по лесной тропинке и встретила незнакомую девочку. Она заметила, что
девочка была очень худой, а платье на ней было все в заплатках и с овсем выцвело. «И эта девочка тоже очень
бедная», - подумала Тина и окликнула ее:
- Девочка, как тебя зовут? Та удивленно обернулась: - Оля.
- А где ты живешь? - продолжала спрашивать Тина. Оля показала рукой в сторону маленькой избушки на
холме: - Вон там.
- Можно к вам зайти?
- Конечно можно, -улыбнулась Оля, - пойдем.
Тина поднялась вслед за ней по ступенькам крылечка. В стареньком доме было чисто и уютно. Семья
собралась обедать. У стола хлопотала хозяйка - молодая красивая женщина. Она наливала детям в тарелк и
фасолевую похлебку. Всех детей, считая Олю, было семеро: четыре девочки, три мальчика. Оля обратилась к
матери:
- Мама, к нам в гости пришла девочка. Можно, она пообедает с нами?
Одна из девочек взглянула на Тину и сразу узнана ее:
- Да это же Тина, дочь нашей учительницы. А ее папа - мэр города.
- Вот как хорошо! - сказала мать. - Рада тебя видеть, Тина, садись, угощайся, чем Бог послал. Зови меня тетя
Лена.
Тетя Лена поставила перед Тиной тарелку, и Тина увидела, что кроме фасолинок и в оды в супе ничего нет. Не
было даже хлеба. Это было совсем не вкусно, но никто не жаловался, у всех были веселые, улыбчивые лица.
Братья и сестры о чем-то говорили друг с другом, а тетя Лена беседовала с Тиной:
- Видишь, дочка, семья у нас большая, а работает один отец.
Вот и получается, что частенько на хлеб не хватает. Но Бог любит нас и помогает нам. С Божьей помощью мы
еще ни разу не были голодными.
- Спасибо, тетя Лена, я поела, - сказала Тина. - Мне пора домой.
- Заходи к нам, Тиночка, - ласково ответила та. - Мы тебе всегда рады.
Неблизкий путь домой промелькнул незаметно. Тина не помнила, как спустилась с холма, вошла в город, шла
по переулкам ... Ее сердце было переполнено скорбью. Но ... нельзя, чтобы дома что-нибудь заметили. Тина
тихонько проскользнула в дверь, на цыпочках прошла по коридору и юркнула в свою комнату. Эта комната
была родной, уютной, самой ее любимой. Здесь большое окно, через него можно долго смотреть в ясное
голубое небо и говорить с Иисусом.
- Иисус, Иисус, - тихонько позвала Тина. - Ты слышишь, дорогой Иисус, я сегодня ходила в гости. Эти люди
живут в избушке на холме. Тетя Лена и ее дети - они очень, очень хорошие, но, знаешь, они так бедны! Иисус,
Ты сказал, что я хорошо сделала, что пригласила на обед нищих. А теперь я думаю: хорошо бы отдать этим
девочкам старые платья и туфельки - мои и моей сестры. Мы их уже не носим, а им бы очень пригодились. У
нас ведь всего так много!
Тина напряженно вглядывалась в голубую небесную высь, и ей казалось, что Иисус смотрит на нее и
одобрительно кивает.
На следующий день утром мама с папой ушли на работу, а няня на прогулку с маленькой Машей. Одним
словом, это был самый подходящий момент, чтобы взяться за дело. Тина отперла ключиком дверцы шкафа,
ящики комода и вытащила оттуда всю детскую обувь, платья, кофточки, шапочки ... За считанные минуты
набралась порядочная куча, которую Тина тут же запихнула в сумку. Укладывать пришлось очень плотно, а то
бы все не поместилось. Сумка стала почти неподъемной! И это еще не все. А продукты? Нужн о было
спешить. Заглянув в кухню, Тина увидела на столе свежую булку и завернутое в бумагу сливочное масло. Ну
что ж, хотя бы это ... Хлеб и масло быстро присоединились к кофточкам и туфлям, и Тина пустилась в путь.
По дороге она купила еще две булки (ведь одной мало на семерых детей!) и, сгибаясь под тяжелой ношей,
стала подниматься на вершину холма. Никогда ей еще не приходилось идти в гору с такой тяжелой сумкой.
Тина часто ставила сумку на землю, отдыхала несколько минут и шла дальше ...
Когда дети увидели Тину с целой сумкой подарков, радости их не было предела! Но тетя Лена их остановила:
- Спасибо, Тина, но я не могу это принять.
- Да? - огорчилась Тина и тут же нашлась: - А мама просила меня отнести вам все это! Она расстроится, если
вы не возьмете. - Правда? - смягчилась тетя Лена. - Ну, давай посмотрим, что прислала твоя мама.
Тина выложила на стол продукты и стала доставать туфельки, платьица, кофточки ... Девочки с восторгом
примерили наряды, и оказалось, что вся одежда сшита точь-в-точь на них, вот только мальчикам ничего не
досталось. Тетя Лена со слезами благодарила Тину и ее маму, а дети тем временем за минуту уничтожили все
три булки вместе с маслом.
С легким сердцем Тина побежала домой; она все сделала так, как обещала Иисусу: помогла бе дной семье. «А
теперь, - решила она, - надо будет взять у мамы какое-нибудь платье для тети Лены». С этими мыслями Тина
вошла в калитку своего дома.
Мы уже говорили, что возле Тининого дома росла старая липа. у нее был толстый-претолстый ствол и
длинные раскидистые ветви. Летом в жару хорошо было играть в ее прохладной тени, а когда шел дождик,
под липой было сухо: листья были так густы, что на землю не попадало ни одной капли. В мае -июне, когда
липа цвела, от нее шел сладкий аромат; он наполнял собой весь двор, весь сад, весь дом. Но это еще не все.
Старая липа была важным членом семьи. Летними вечерами вся семья усаживалась возле ее ствола, под ее
мощными ветвями, чтобы послушать интересные рассказы и сказки. Их читала мама, а иногда - папа, а Тина,
слушая, смотрела на темный ствол, и ей казалось, что все эти удивительные истории рассказывает старая липа
... Но было еще одно важное дело, ради которого семья собиралась под старой липой. Здесь родители
обсуждали добрые и недобрые поступки своих детей и вынос или им наказания или поощрения.
У Тины было доброе сердце, но она была слишком самостоятельной и часто принимала решения, не
посоветовавшись со старшими. А решения эти часто были неправильными .
... Тина вошла во двор и увидела, что вся семья в сборе ... под старой липой. У нее почему-то екнуло сердце, и
она невольно остановилась. Сейчас что-то будет. Папа увидел Тину и поманил ее пальцем со словами:
- Ждем тебя, доченька. Тина неуверенно подошла.
- Ну, садись с нами, - продолжал папа, - да расскажи нам, где ты была.
Тина молчала.
Ей не хотелось рассказывать правду, но и неправду говорить было нельзя - так ее учили. И как же нехорошо
получилось! Ведь она уже солгала тете Лене, сказав, что одежду и продукты прислала мама ...
Тогда заговорила мама. Как резко и неприятно сегодня звучит ее голос ...
- У нас в доме творится что-то невероятное. Кража! Уже несколько дней воры крадут хлеб, сахар, конфеты,
сыр, блины, пирожки - и никаких следов. Никаких!
«Это не воры, - хотела сказать Тина. - Это ... » И тут она подумала, что мама еще не знает про платья, туфли и
все остальное! - А сегодня, - продолжала мама с возмущением, - пропала самая свеженькая буханка белого
хлеба и целый килограмм масла!
Тина подумала: «Ну, о чем тут говорить? Ведь ни хлеба, ни масла уже нет: семеро детей все съели и спасибо
сказали!»
- И знаешь, кто мог все это сделать? - спросила мама.
- Кто? - неуверенно переспросила Тина.
- Только домашний вор.
- Только домашний вор, - повторил папа.
- Только домашний вор, - заключила няня.
Тина заплакала:
- Почему вор, ведь я все это брала для нищих и бедных!
- Ну, вот все и открылось! - сказал папа.
- Вот и нашлась воришка! - покачала головой мама.
- Вот именно: воришка, хоть и для бедных, - подвела итог няня.
- Никакая я не воришка, - плача, говорила Тина. Но папа серьезно сказал:
- Вор - это тот, кто втайне уносит что-то из дому. Куда? Неважно, но это называется воровством. Потом он
привыкает к этому и начинает воровать у других, и в результате такого мальчика или девочку ждет суд и
тюрьма.
- Нет, нет, я не воровка! - воскликнула Тина и все рассказала. Мамин голос звучал сурово, как у настоящего
судьи:
- За все, что ты сделала, ты должна понести наказание.
- Смягчись, жена, ведь наш «преступник» все осознал, - попробовал вступиться папа.
- Да, - подтвердила Тина. - Простите меня, я обещаю, что теперь во всем буду спрашивать у вас разрешения!
- Хорошее обещание, - сказала мама. - Но сейчас ты должна понести наказание за то, что уже сделала без
нашего разрешения. Наказание будет такое: пять ударов прутиком по мягкому месту.
Няня принесла прутик ...
Раньше, когда мама выносила подобные «приговоры», Тина визжала на весь двор. Но сейчас она молчала,
хотя ей было больно.
И никто из взрослых не мог представить себе, что в тот момент, когда мама поднимала и опускала свой
прутик, перед мысленным взором Тины стояли улыбающиеся счастливые лица бедняков, в чей дом она
принесла радость. Ради этого стоило терпеть боль ...
Утром следующего дня, встав с постели и выйдя из комнаты, Тина не поверила своим глазам: прихожая была
уставлена корзинами с едой, а мама собирала вещи.
- Что случилось, мама? Разве мы уезжаем?
- Нет, дочка. Я собираю вещи для твоих знакомых. Продукты - тоже для них, специально принесли из
магазина.
Тина заглянула в большой мешок: он почти доверху был набит вещами для детей и взрослых. К удивлению
Тины, кое-что принесла и няня, а ведь раньше она так плохо относилась к бедным ... - Сбегай, Тиночка, к тете
Лене, - попросила мама, - и пригласи ее вместе с мужем: пусть они придут и возьмут все, что мы им
приготовили.
Дважды просить не пришлось: Тина понеслась, как на крыльях.
Пулей влетела она в избушку на холме и выпалила: - Тетя Лена, мама приглашает вас к нам!
Но добрая мать семерых детей почему-то не обрадовалась, а заплака ла:
- Ах, чуяло мое сердце, что все это не к добру!
- Да нет же! - засмеялась Тина. - Вы должны забрать у нас вещи и продукты - вот столько! - она нарисовала в
воздухе руками два солнца, и все засмеялись.
- Так что приходите вместе с дядей Гришей, а то не унесете, - закончила Тина свою речь.
И снова тетя Лена заплакала - от радости, а Тина торжествовала. Ведь это она нашла эту бедную семью и
рассказала о ней родителям.
А какой радостью светились лица тети Лены и дяди Гриши, когда они, нагруженные тяжелыми корзинами и
мешками, выходили со двора дома! Мама стояла на крыльце и с улыбкой смотрела им вслед. И вдруг Тина
почувствовала, как все ее существо наполнилось нежной-нежной любовью к маме. Тина подошла к ней и
обняла ее.
- Что тебе, дочка?
Мама наклонилась, и Тина поцеловала ее в обе щеки и прошептала на ухо:
- Ты самая лучшая, добрая и красивая мама во всем мире. Я очень люблю тебя. Я буду всегда послушной и во
всем буду советоваться с тобой.
- А я с тобой, - ласково ответила мать. - Мы все будем делать вместе. Если ты узнаешь, кому нужно помочь, то
скажешь мне. И мы все вместе, на семейном совете, будем решать, как это лучше сделать. Летом - вот здесь,
под старой липой, а зимой - дома, у камина. Хорошо?
- Да, моя милая, добрая мамочка. А что сегодня творится у тети Лены! Там дети уплетают вкусную кашу,
хлеб, масло, сыр ... Ура!!! - И Тина на одной ноге поскакала во двор, где ее сестренка Маша играла с куклой.

Глава 4. Самая красивая прическа.


Маша любила играть в куклы. У нее их было много: большие и маленькие, одетые нарядно и скромно, мамы и
дочки. А вот Тине куклы перестали нравиться. Она не понимала: что Маша в них нашла? Тина любила читать
интересные книжки (мама научила ее читать и писать в пять лет). Еще она любила гулять одна, бродить в лесу
или возле речки, лазать по деревьям. Но маме не нравилось, когда Тина уходила гулять одна.
- Останься дома, - говорила она, - поиграй с Машей. Вот и сегодня пришлось остаться. Но Маша - маленькая.
как с ней играть, во что?
- Давай поиграем в магазин, - предложила Тина сестренке. - Я буду продавцом, а ты покупателем. Купи у меня
вот это яблоко.
Маша купила яблоко, затем карандаш, катушку ниток и три пуговицы. Но Тине уже надоело быть продавцом.
Ей пришла в голову новая мысль:
- Давай играть в парикмахерскую. Я буду парикмахером, а ты - клиентом. Сейчас я все приготовлю.
Тина принесла зеркало, расческу, ножницы и полотенце, отгородила стульями полкомнаты, а стулья завесила
пледом. Стало похоже на настоящую парикмахерскую.
- Машенька, входи!
Машенька вошла в «салон» и вежливо поздоровалась: - Здравствуйте.
- Здравствуйте, - важно ответила Тина. - Пожалуйста, садитесь. Какую прическу вам сделать?
- Самую красивую!
- Хорошо, сейчас. Сидите тихо, я начинаю, - и Тина взяла ножницы.
Машенька сидела очень тихо. Она верила, что Тина - ее старшая сестра - умеет буквально все и что сейчас она
сделает ей очень-очень-очень красивую прическу! И Тина действительно старалась.
- Как много кудряшек с этого боку, их нужно остричь. Поверните голову вправо, - сказала она. - Я говорю
вправо, а вы - влево!
Чик-чик-чик - и волосы посыпались на пол. Сколько у Маши волос - торчат в разные стороны. Чик-чик-чик ...
Маша устала сидеть и начала ерзать на стуле.
- Что-то вы долго делаете стрижку!
- Все, заканчиваю. Пожалуйста. С вас три рубля.
Тина положила ножницы, взглянула на Машеньку ... и ужаснулась.
- Дайте мне зеркало, - попросила Машенька. - Я хочу посмотреть.
- Не дам, - решительно запротестовала Тина. - У меня нет зеркала.
- Есть, есть, вот оно!
Машенька схватила зеркало, взглянула в него - и громко заревела от обиды, ударила Тину зеркалом и
побежала на кухню к маме жаловаться. Расстроенная Тина стала прибирать «парикмахерскую », бормоча:
- Ну и клиенты пошли, все какие-то нервные.
Что же теперь будет? Ну, конечно, - из кухни бежит мама с длинной поварешкой:
- Что ты сделала с ребенком? На кого она стала похожа? На обезьяну! Был ребенок как ребенок, а превратился
в обезьянку!
Тина не стала дожидаться, что еще скажет мама и что она сделает; у нее оставался один выход - бегство.
Недолго думая, она вылезла в открытое окно и спряталась за сараем. Через минуту Тина выглянула и увидела,
что мама, взяв за руку Машу, идет в сторону парикмахерской. Но что делать ей, Тине? Она знала, что есть
только один человек, который может все исправить, все наладить, всех успокоить и защитить ее от маминого
гнева. Это папа. Он сейчас на работе. Ну и пусть. Она пойдет к нему на работу и все расскажет.
И вот Тина в кабинете отца. Увидев печальное лицо дочери, он встревожился:
- Что случилось, доченька?
- Ой, папа, большая беда!
- Да что, что, скорее говори! - торопил папа Тину. - С мамой что-нибудь? Или с Машей? Заболели?
Тина опустила глаза и тихо проговорила: - Я боюсь идти домой.
- Но что все-таки случилось?
- Понимаешь, папа, я хотела сделать Машеньке красивую прическу, но сделала ее неудачно. И мама очень
рассердилась. Она сказала, что я сделала из нее обезьянку ...
Тина хорошо знала своего папу, но этого она не ожидала. Папа ... смеялся. Смеялся до слез. А потом сказал:
- Представляю. Значит, обезьянку? Ну, ничего. Посиди здесь, а через час мы вместе пойдем домой обедать, -
он подмигнул. - Я с мамой поговорю.
Наступило время обеденного перерыва. Папа взял Тину за руку и повел домой. Тина волновалась: как
встретит ее мама? А может быть, она уже обо всем забыла? Ничего подобного! Как только папа и Тина вошли
в калитку, из дома вышла мама с поварешкой в руке и Маша, остриженная «под мальчика». Настроение у
мамы было воинственное. Но папа, не дав ей произнести ни слова, со смехом загородил собой Тину.
- Ты только взгляни, жена, - сказал он, указывая на Машеньку, - кажется, у нас появился мальчишка? А я так
мечтал иметь сына! Да к тому же, - тут он вывел вперед Тину, - у нас в семье теперь свой парикмахер. А мы и
не знали. Мы просто богачи, жена!
Тут рассмеялась и мама. Что ни говори, а папа молодец. Ну почему взрослые всегда думают, что детям
хочется лишь безобразничать да бедокурить, творить хаос и беспорядок и переворачивать все вверх дном? А
ведь у Тины были самые лучшие намерения: сделать Маше красивую прическу.

Глава 5. Камень.
У Тины был крестный. Врач по профессии, весельчак по характеру, он нравился Тине. Она считала, что у них
много общего. Как-то раз он пришел в гости и, наслаждаясь тишиной теплого летнего вечера, пил д ушистый
чай, сидя за столиком под старой липой. Тина сидела напротив, подперев ладонями голову, глубоко
задумавшись, а крестный, удивленный ее непривычно долгим молчанием, уже хотел спросить, что с ней
случилось. Но Тина первой задала вопрос:
- Дядя Михаил, скажите, что такое подвиг?
- Подвиг - это героический поступок, - ответил крестный.
- Однажды я слышала, - продолжала Тина, - как один мальчик сказал: «Я совершил героический поступок. На
маленькую девочку напали мальчишки, а я ее защитил». Другой сказал: «Я бросил камень - и так точно попал
в соседнее окно!» Он считал это подвигом. А третий отказался от шоколадки, чтобы купить хлеб и отдать
нищему. Какой из этих поступков действительно подвиг?
- А почему ты спрашиваешь? - поинтересовался крестный.
- Я хочу совершить подвиг, - горячо сказала Тина. - Настоящий большой подвиг.
В эту минуту из дома вышел папа. Увидев своего старого друга, крестный широко улыбнулся и громко сказал:
- А ты выбей окно у соседей - совершишь великий подвиг! Ты будешь бить стекла, а папа - вставлять, денег-то
у него много!
Это была, конечно, шутка.
- Чему ты учишь мою дочь? - смеясь, спросил папа.
Он сел рядом с крестным и налил себе чаю. «Теперь они будут долго говорить о своих делах», - подумала
Тина. Ей очень хотелось, чтобы крестный ответил на ее вопрос серьезно, без шуток. Но тут ее позвала мама:
- Тина, иди заниматься. Пришла учительница музыки.
Тина и не узнала, что такое настоящий подвиг. Но шутливый ответ крестного, как выяснилось, имел для нее
самые серьезные последствия.
В тот день (это было послеобеденное, тихое и сонное время) Тина играла во дворе с камушками. А чем еще
заняться? Было жарко и скучно. Вдали чуть виднелись величественные цепи гор. Они всегда пленяли Тину
своей красотой. Но сегодня даже на горы смотреть не хотелось. Что на них смотреть? Они каждый день одни
и те же. Скорей бы в школу. Тине шесть лет, ей пора учиться. Учиться ... Какое хорошее слово! Учиться
трудно и интересно. А такая жизнь, как сейчас, - разве ж это жизнь? Одни и те же игры с ребятами с утра и до
вечера. Больше так продолжаться не может! «А интересно, - вдруг подумала Тина, взглянув мельком на окно
соседского дома, - смогу я с одного раза попасть камнем в среднее окно?» Она как раз держала в руке
небольшой острый камень. Камень - окно, окно - камень.
Между ними существовала таинственная связь. Окно притягивало. «Попаду или нет?» - эта мысль сверлила
голову Тины, пока не выросла до размеров прямо-таки героического поступка. Сейчас она совершит подвиг.
Тина прицелилась - и ...
Дзинь-нь-нь! - посыпались разбитые стекла.
- А-а-а! - раздался неистовый крик соседки, тети Поли.
Тина похолодела. Да это же не подвиг, а просто гадкий, хулиганский поступок. Как же она могла такое
совершить! Только бы никто не узнал ...
Тина вскочила, чтобы убежать, и вдруг почувствовала, что кто-то крепко взял ее за локоть. Это была сильная
рука отца. Тина подняла голову: перед ней стояли родители. Они все видели! И мелодичный мамин голос
прозвучал как гром среди ясного неба:
- Иди, извинись перед тетей Полей и скажи, что все убытки мы ей возместим.
- И постарайся, - прибавил папа, - рассказать все правдиво и честно. Не забывай: ангел уже все записал в
небесной книге. А вечерком под липой мы все обсудим.
Как мягко говорил папа! Лучше бы он кричал и топал ногами.
Мягкость родителей, именно тогда, когда Тина вела себя плохо, особенно ранила ее сердце.
- Хорошо, я пойду, - тихо ответила Тина.
А тетя Поля все еще стояла на крыльце, пытаясь заметить в изгибах переулка несуществующего хулигана.
- А, Тина, хорошо, что ты пришла, - обрадовалась она. - Представь: я сидела сейчас возле зеркала. Вдруг кто-
то бросил камень и разбил окно. Камень пролетел в сантиметре от моей головы и ударился в трюмо. Оно тоже
разбилось.
- И трюмо? - оторопела Тина.
- Да, милая. Ты не знаешь, кто это сделал?
- Это ... - Тина низко опустила голову. - Это я сделала, тетя Поля.
- Ты? - не поверила соседка. - Но как же так? Ты ведь такая добрая девочка. Должно быть, это вышло
нечаянно?
- Нет, тетя Поля, не нечаянно, - вздохнула Тина и честно рассказала обо всем. - Это сатана меня искушал, -
прибавила она в заключение. - И я послушалась сатану. Наверное, я нехорошая девочка.
Лицо Тины становилось все печальнее.
- Тетя Поля, мама и папа сказали, что заплатят вам за разбитые стекла. Все, что бы я ни сделала, всегда
становится известно моим родителям. Видимо, Иисус меня любит и хочет, чтобы я исправилась.
- Тина, я вижу, ты все поняла. Иди домой, успокойся и скажи родителям, чтобы они тебя не наказывали.
Скажи, что я простила тебя. И мне не нужно денег.
- Нет, что вы, тетя Поля! Они сделают то, что обещали, а я получу, что заслужила. Мне грустно от того, что я
огорчила Иисуса, папу, маму и вас, тетя Поля.
- Ну, иди, я тебя поцелую! - расчувствовалась добрая женщина. - Я ведь знаю, ты хорошая девочка.
- Нет, плохая. Хорошие девочки не огорчают других. До свидания, тетя Поля, мне пора.
И Тина вернулась домой.
Под старой липой все уже были в сборе. На столе красовались великолепный арбуз и большая дыня. Сладкая
и сочная золотая дыня - самое лучшее, самое любимое лакомство. Но сейчас Тина даже не взглянула на дыню.
Ей было не до лакомств.
- Расскажи, как это случилось?
Кажется, это сказал папа, хотя вопрос был написан на лицах всех. И Тина так же откровенно рассказала
родителям о том, как ей пришла мысль разбить соседки но окно.
- У тети Поли камень, который я кинула, разбил и трюмо. Он пролетел в сантиметре от ее головы, - прибавил
а она в заключение.
Ответом было долгое молчание. Тина ждала, что будет дальше. Молчание нарушил папа :
- Мы с мамой пойдем и посоветуемся, какое наказание ты должна понести.
Они ушли, а Тина осталась ждать. Как долго тянутся минуты!
Наконец родители вернулись, и папа сказал:
- Мы с мамой подсчитали убытки, которые с твоей помощью понесла тетя Поля. И выяснилось, что они равны
зимнему пальто и голубой шапочке с шарфом, которые мы собирались тебе купить.
Мама добавила:
- Мы застеклим окно шапочкой и шарфиком, а трюмо - зимним пальто.
И няня как всегда подлила масла в огонь:
- Проходишь зиму в обтрепа нном пальто и полинялой шапке, модница!
Вот так наказание! Лучше бы уж выпороли хорошенько, да и разом покончили на этом. Тина мечтала пойти в
этом году в первый класс, начать учиться. И конечно, эта новая школьная жизнь должна была начаться в
красивом новом пальто и прелестной голубой шапочке.
Но Тина не могла не признать и справедливости родительского решения. Кроме того, слово родителей в семье
- закон. Поэтому она промолчала и смирилась. А ночью, в своей комнате, долго не могла уснуть и горько
плакала от обиды на себя.
Да еще эта няня. Едкое слово у нее всегда наготове.
- Камень, который ты бросила, воротился к тебе и ударил тебя по сердцу. У тети Поли будет новое оконное
стекло и трюмо, а ты лишилась своей мечты, - говорила она.
Засыпая, Тина вздохнула и проговорила вслух:
- Няня права. Камень воротился ко мне и сделал свое черное дело.
Следующий день не принес перемен: настроение у Тины было неважное. С утра пораньше она отправилась на
прогулку. Долго бродила у речки, строила песчаные замки на берегу, разбрызгивала босыми ногами воду.
День был безоблачно-тихий, и вся природа, казалось, улыбалась ей, желая ободрить и успокоить. Потом
ребята позвали Тину играть, и домой она вернулась уже к вечеру, когда пришли с работы родители. Тина
вошла на террасу и увидела, что ее маленькая сестра Машенька, радуясь, примеряла новое зимнее пальто. Она
в нем была хороша, как куколка. А на столе ... на столе лежала Тинина мечта - голубая шапочка и шарфик, но
не для нее, а для Машеньки. Тина чуть не плакала. Она посм отрела кругом: все радовались покупкам,
смеялись и ласкали Машеньку. И Тине вдруг вспомнились слова отца: «Когда на душе горечь и обида,
попробуй обрадоваться счастью другого - и тебе станет легче, вот увидишь».
Тина подошла ближе и стала рассматривать ша почку, шарфик, пальто ... А ведь и правда хорошо, что
сестренка будет зимой тепло и нарядно одета! От этой мысли Тине стало легче. Но все же где -то в глубине
души она чувствовала горечь, которая жгла и просилась наружу.
Вечером снова вся семья собралась под старой липой. - Ну, о чем поговорим сегодня? - спросила мама. Папа
предложил:
- Сегодня каждый из нас расскажет что-то в наставление другим. Какой-нибудь случай из своей жизни.
- Ну что же, хорошо, - одобрила мама. - Я первая.
Мама рассказала, как од нажды она заблудилась в лесу. Со всех сторон ее обступала чаща, кругом не было ни
души, лишь только темный, густой, дремучий лес. Она долго ходила, искала выход, звала на помощь, но
никто не откликался, а лес становился все темнее и гуще.
Она думала, что погибнет ... Но маму спас Господь: Он послал ей человека, знавшего дорогу, и этот человек
вывел маму из леса.
А еще ей вспомнился случай, как в сильный дождь у нее развалились туфли. Домой с работы мама шла по
лужам в одних чулках. Она молилась Господу Иисусу, чтобы Он послал ей новые туфли. Маме хотелось
иметь туфельки красного цвета, из мягкой кожи, на небольшом каблучке. Дома ее встретил папа с загадочной
улыбкой, а на столе лежала коробка ...
- Как вы думаете, что было в коробке? - лучисто улыбаясь, спросила мама и посмотрела на свои ноги. И тут
только все заметили, что на ногах у нее - ее любимые красные туфли, очень мягкие, на небольшом каблучке.
- Моя история закончил ась, - сказала мама. - А что расскажешь нам ты, Тина?
Тина долго молчала и наконец решилась.
- Я хочу рассказать о горьком опыте моей жизни. Я назову свой рассказ «История о девочке, которая сама
себя наказала».
И старая липа вновь услышала грустную повесть о злополучном камне, насыщенную всеми мыслями и
переживаниями, которые переполняли душу Тины. Она говорила с таким чувством, что у мамы и папы из глаз
потекли слезы.
А закончила она так:
- К счастью, у девочки были хорошие родители. Они-то и помогли ей все осознать. И она решила, что никогда
в жизни не возьмет в руки камень, кот орый может принести столько бед. Она раскаялась в своем грехе и
обещает быть всегда послушной Господу Иисусу, не приносить Ему горя и слез своими дурными поступками.
И еще эта девочка очень любит своих родителей и никогда-никогда не будет их сердить и расстраивать!
Папа и мама обняли свою Тину и сказали:
- Изменить свое решение мы не можем, но девочку, которая так много пережила, выстрадала и все поняла, мы
можем только еще больше любить и будем горевать вместе с ней!
Из Тининых глаз полились слезы. Те благодатные слезы, которые приносят облегчение. С ними-то и вышла
вся горечь, что скопилась в самой глубине сердца Тины.
Папа ласково гладил ее по склоненной голове и говорил:
- Благодари Иисуса, дочка, что никто не пострадал. Если бы камень попал в голов у тети Поли и убил ее, то
уже ничего нельзя было бы поправить.
Тина содрогнулась от этой мысли и воскликнула: - Я даже с камушками никогда не буду играть!
После всего сказанного в тот день под липой надолго воцарился мир - и в семье, и в душе Тины.

Глава 6. Разговор под старой липой.


Наступила осень. Тина была уверена, что осень - самая лучшая пора года! В саду так много краснобоких
яблок и аппетитных желтых груш. Но главное - в первый день осени дети идут в школу. И вот наступил день,
когда Тина взяла свою первую школьную тетрадь, новый карандаш и пришла на свой первый урок. Вошла
учительница и сказала, что ее зовут Мария Михайловна. Тина ее хорошо знала, потому что ее мама работала в
этой же школе. Заметив Тину, Мария Михайловна очень удивилась.
- Сколько тебе лет? - с улыбкой глядя на Тину, спросила она.
- Шесть, - ответила Тина.
- А мама с папой знают, что ты будешь ходить в школу?
- Не знают ... я боялась, что меня не пустят. Они говорят, что я еще маленькая, а мне надоело играть с Машей
и все самой придумывать. И я решила, пусть учитель придумывает, а я буду все делать.
Учительница склонила голову набок, немного подумала и сказала: - Ладно, оставайся.
И Тина осталась. На этом первом уроке Тине было не особенно интересно, потому что она читала, с читала и
писала с пяти лет, тогда как остальные дети только начинали учить первую букву алфавита.
После урока Мария Михайловна рассказала Тининой маме о своей новой ученице. И мама согласилась, чтобы
Тина ходила в школу.
Скоро учительница и дети полюбили самую маленькую ученицу. Всю первую четверть она училась на одни
пятерки, а мама и папа Тины, ее няня и Маша только удивлялись, как она, такая маленькая, учится ничуть не
хуже других ребят.
Однажды вечером, когда Тина пришла из школы, папа позвал ее под старую липу, чтобы поговорить. Тина
знала, что на скамейке под старой липой всегда говорил ось о чем-то очень важном. И папа начал очень
серьезно: «Знаешь, Тина, я заболел тяжелой болезнью и, может быть, скоро умру».
Тина никак не ожидала услышать этого от папы, и в одно мгновение в ее маленькой голове пронеслись тысячи
мыслей, одна ужасней другой. Ей стало страшно, и она заплакала.
Папа немного помолчал и тихо продолжал:
- Не плачь, Тина. Я хочу, чтобы ты очень внимательно меня выслушала. Ты ведь больша я девочка, да? Ты же
ходишь в школу. Тина кивнула.
- Но ты вырастешь еще больше, у тебя будут разные друзья и подруги. Это ведь хорошо, когда много друзей и
подруг, правда?
Тине было жалко папу, и она еле сдерживалась, чтобы снова не заплакать. Папа прод олжал:
- Может, твои друзья станут учить тебя ругаться скверными словами, пить вино или курить сигареты.
Пожалуйста, никогда не соглашайся делать этого. Обещаешь?
Ожидая ответа, папа внимательно посмотрел Тине в глаза. Тина, сжав губы, утвердительно закивала в ответ.
- Я хочу, чтобы ты росла трезвой, умной и хорошей девочкой. В школе учатся разные дети. Кто-то из них
плохо воспитан, но, знаешь, не они должны влиять на тебя, а ты на них. Помни, что рядом с тобой всегда
находится ангел-хранитель и Иисус, Которого ты очень любишь. Иисус все видит, и если я когда-нибудь
умру, то и я все буду видеть. Знай, что на кладбище могильный крест поставят в изголовье моей могилы, и ты
сможешь приходить туда и все мне рассказывать. Я буду радоваться, если ты будешь приносить на могилу
мои любимые полевые цветы. Будь доброй девочкой, люби людей и слушайся маму, не обижай сестру и
старших уважай. Это мое завещание тебе, понимаешь? Ты ведь у меня умная девочка?
Тина опять молча закивала головой. Тогда папа прижал ее к себе и бодрым голосом сказал:
- А насчет того, что я умру, - это я так, на всякий случай, чтобы ты знала. Просто всегда помни этот наш
разговор. Я очень люблю и тебя, и Машу, и маму и хотел бы быть всегда с вами, но Бог знает, как лучше.
Потом папа немного помолчал и снова спросил Тину:
- Я слышал, ты сильно ударила мальчика из класса. Правда?
Я этого не ожидал от тебя. У нас во дворе всегда играли дети, и ты никогда с ними не дралась. Что же
случилось?
Услышав про недавний случай в школе, Тина быстро сбросила с себя состояние печальной задумчивости и,
выпрямив спину, начала свою защитную речь.
- Папочка, в нашем классе есть девочка Юля, такая худенькая, маленькая и бледная. А этот Коля, у него папа
директор мебельной фабрики, много воображает. Он обидел ее. Он толкнул ее, а она упала и разбила колено.
Я все это видела из окна нашего класса. И тогда я побежала туда. Мария Михайловна и Анна Ивановна стояли
рядом и ничего не видели, а когда они услышали, что Юля плачет, подбежали к ней. А Коля стал им говорит ь,
что она бежала, споткнулась и упала. Тогда я подошла и дала ему по одной щеке за Юлю и по другой за
неправду. А он начал громко кричать, что все расскажет папе и что тот разберется со мной. А я сказала ему,
что если твой папа умный человек, то он скажет мне: «Спасибо, Тина, за то, что ты так чудесно воспитала
моего сына». А потом все засмеялись.
Папа тоже улыбнулся, глядя на разволновавшуюся Тину.
- Потом Мария Михайловна и Анна Ивановна повели Юлю в класс, чтобы перевязать колено, - продолжала
Тина. - А дети начали кричать: «Молодец Тина, молодец Тина, ты наша царевна!»
А после перемены Коля пришел в класс с опозданием, но вместе с папой и дядей Васей. Дядя Вася спросил,
кто эта девочка, которая два раза смазала по Колиным щекам так, что они до сих по р горят. И вдруг вошел
директор школы и спросил меня: «Это ты ударила Колю?» Я встала и сказала, что я.
Тина перевела дыхание и, глядя на папу, с жаром продолжала рассказывать, как все было на самом деле.
- Тогда директор сказал: «А я и не знал, что ты драчунья». А я ответила, что я и не драчунья вовсе. Коля же
вам не сказал, за что я его ударила? Так пусть он сам расскажет, за что получил. Тогда Колин папа сказал: «А
ну-ка, Коля, расскажи все по порядку». А он не рассказал. Я потом сама рассказала и еще сказала, что третью
пощечину он должен получить от дяди Васи за то, что он и ему соврал, и это будет справедливо. А дядя Вася
сказал, что я правильно сделала и что Коля еще получит, когда они придут домой из школы. И еще он сказал:
«Спасибо, дочка, за воспитание».
Тут папа не выдержал, засмеялся и сквозь смех спросил: - А чем все это кончилось?
Лицо Тины вдруг сразу стало грустным, и она печально сказала: - Или я чего-то не понимаю, или эти
взрослые ничего не понимают. После уроков меня вызвал директор Василий Егорович, ты знаешь, он очень
строгий. Он сказал, что никому нельзя творить самосуд, что я должна была все рассказать Марии Михайловне
или ему. А я сказала, что я не ябеда, просто хотела Колю проучить, чтобы он больше не лез к этой бедной
девочке. А директор как гром загремел на меня: «Это самосуд! И ты завтра на первом уроке будешь стоять в
углу, чтобы весь класс знал, что в школе не разрешается самосуд!» Папочка, я плохо понимаю, что такое
самосуд, но я заступилась за девочку, а директор меня неправ ильно наказал.
- И что было дальше? - спросил папа.
- Сегодня на первом уроке был директор. Он опять говорил о самосуде, а Мария Михайловна защищала меня,
и все дети просили простить меня. Но директор громко сказал: «Иди, Тина, в угол и весь урок там буд ешь
стоять». И я стояла, а Юля плакала и шептала, что я стою из-за нее. А я повернулась и тихо ей сказала: «Не
плачь, мне легко стоять». А директор услышал и сказал, что я буду стоять и всю перемену. И я, папочка,
стояла и думала, почему взрослые не понимают детей. А потом я посмотрела на Колю, а он смеялся, и тогда я
показала ему кулак, а он, ябеда, встал и громко сказал, что я показала ему кулак и что я хочу его бить. А я и не
хотела его бить, а только напугать. И тогда директор сказал, что буду стоять еще один урок в углу. И я стояла
первый урок, перемену и второй урок. Скажи, папочка, разве правильно сделал директор?
- Дочка, - сказал папа, - директор не мог поступить иначе, а вдруг ты бы еще кого-нибудь ударила и выбила
бы глаз, или мальчик бы упал и умер? Директор хотел тебе добра, когда ставил в угол.
Но Тина продолжала стоять на своем:
- Папа, если бы я была учительницей или директором, я никогда бы так не поступила.
- А как? - спросил папа.
- Я вызвала бы к себе в кабинет девочку, которая заступилась за Юлю, и сказала бы: «Ты молодец, что
проучила Колю», а потом дала бы совет так больше не поступать, потому что это опасно. Ну, как ты мне
сказал. А потом вызвала бы Колю и хорошенько бы его напугала и на второй день поставила бы в угол.
Знаешь, папочка, директор пришел после второго урока и сказал, что я могу идти на перемену. И еще он
спросил: обещаю ли я больше не драться?
Тут Тина замолчала. Тогда папа спросил: - А ты что сказала?
- А я сказала, что я не дралась и драться не буду, но буду защищать тех, кого обижают у меня во дворе, а в
школе будете наказывать вы. Директор сказал, что наказал меня правильно, и еще сказал: иди и жалуйся маме
и папе. А я сказала, что мама и папа учили меня всегда говорить правду и не ябедничать, а самой разбираться .
И что нужно было поставить в угол Колю за то, что он так толкнул девочку, а то он сидит и смеется. А потом
добавила, что я стояла в углу спокойно, и мне не тяжело было стоять, потому о я стояла за то, что защитила
девочку.
- А что сказал директор? - спросил папа.
- Он сказал, что я слишком умная и что, даже если я учусь на пятерки, он все равно будет меня наказывать. Я
сказала ему: «До свида нья», и еще сказала, что мы, дети, тоже кое-что понимаем. А он сказал, что думал, что я
воспитанная девочка, а я, мол, невоспитанная. Я шла и думала: почему он не понял меня? Потом рассказала
обо всем Иисусу.
Внимательно выслушав всю речь Тины, папа сказал:
- Знаешь, Тина, правильно или нет поступил директор - это другой вопрос. Главное, что ты всегда должна
уважать старших и не спорить с ними.
Тина никак не могла успокоиться и стояла на своем:
- Хорошо, папа, я уважать его буду, а любить - никогда.
- А ты знаешь, дочка, что настоящий подвиг - это любить даже тех, кто нас не любит и поступает с нами
несправедливо. Ты ведь знаешь, что Иисус любит нас такими, какие мы есть. И мы должны любить, как и Он.
И тут они услышали радостный крик Маши: «Бабушка приехала! Бабушка приехала!»
Папа взял Тину за руку, и они побежали навстречу бабушке.
Вот так и закончился тот разговор под старой липой.

Глава 7. Вольготная жизнь.


Приезд бабушки всегда был настоящим праздником. Взрослые откладывали все свои дела, дети оставляли
игры, все собирались в гостиной, наперебой рассказывали бабушке самые важные новости и задавали ей
разные вопросы.
Бабушку усадили в большое мягкое кресло, мама с папой сидели на диване, няня - на стуле, а Маша и Тина
заняли самую выгодную позицию: на ковре рядом с бабушкой, чтобы она их лучше слышала.
- Бабушка, а как поживают дядя Миша и тетя Оля?
Дядя Миша - это младший брат папы, он священник, и у него большой приход.
- Хорошо, - отвечает бабушка, - и дети так выросли за год, что их не узнать.
- А мне не понравилось у них.
- Почему? - спросила бабушка, удивленно глядя сверху вниз на Тину.
Папа, чувствуя, что беседа начинает двигаться не в том направлении, прервал Тину:
- Тина, когда разговаривают взрослые, дети должны молчать. Но Тина уже не могла удержаться, чтобы не
сказать все, что она думает про дядю Мишу.
- Ладно, я сейчас уйду, но все-таки м не не понравилось у них.
Дядя Миша дома не священник, он обижал тетю Олю. И, помнишь, папочка, ты собрал наши вещи и сказал:
«Мы с Тиной уезжаем. Как ты можешь так поступать со своей женой, ты же священник!» А дядя Миша
просил, чтобы мы остались и его простили, и тогда ты сказал: «Если еще раз ты обидишь Олю, мы уедем».
После этих слов Тины все замолчали. Бабушка попыталась как-то исправить положение:
- Знаешь, Тина, он очень изменился, теперь он очень хороший и священник просто замечательный.
Но у Тины нашлось что ответить и на этот раз:
- А наш священник все равно лучше. И дядя Миша ...
И наверное, еще много чего наговорила бы Тина, но тут мама решительно прервала ее и сказала:
- Все. Хватит. Дети, идите на террасу и помогите няне накрыть на стол, а мы еще немного поговорим с
бабушкой.
Дети и няня вышли на террасу, и няня, расставляя тарелки, поглядывала на Тину и ворчала:
- Ну что, ты опять не могла помолчать? Умная очень, ни одна беседа без тебя не обойдется. Вот и конец твоим
умным речам - выгнали тебя из комнаты, потому что не умеешь себя вести.
- Няня, почему ты всегда такая ... ну всегда все про меня рассказываешь маме и папе?
- Очень ты любишь поучать, а ведь еще совсем глупенькая.
Вот теперь приехала бабушка, представляю, как она будет тебя защищать, ты же у нее любимица! Да,
вольготная жизнь у тебя начнется! - гремя посудой, заключила свои рассуждения няня.
Тина вышла во двор и все думала, пытаясь понять, что это - «вольготная жизнь»? На старой липе сидела
белка, которую Тине подарили друзья. Белка ловко спустилась вниз по морщинистому стволу дерева,
прыгнула Тине на плечо и быстро залезла ей за пазуху, так, что торчал только пушистый хвост. Неторопливо
подошел олененок, которого подарили Тине друзья-нищие. Тина подставляла ему свои ладони, и олененок
облизывал их шершавым языком. А Тина все думала: что такое «вольготная жизнь»?
Вечером, когда Тина и Маша улеглись в свои кровати, бабушка тихим убаюкивающим голосом стала
рассказывать сказку про Ивана-царевича. Маша, как всегда, быстро уснула. Тина лежала с широко открытыми
глазами и представляла, как Иван-царевич скачет на коне спасать свою невесту. Когда бабушка закончила
рассказывать сказку, Тина обняла ее и пожелала спокойной ночи. Но как только бабушка встала, чтобы уйти,
Тина быстро спрыгнула с кровати, встала на колени и начала читать молитвы: сначала "Отче наш", "Верую во
Единого Бога", и потом своими словами благодарила Иисуса за то, что приехала бабушка. А когда поднялась с
колен, то спросила удивленную бабушку, так и застывшую в дверном проеме:
– Бабушка, а ты молишься?
– Нет, – ответила бабушка.
– Ты как моя мама – она тоже не молится. А ты ходишь в храм?
– Нет.
– Моя мама тоже не ходит. Скажи, бабушка, а вы с мамой язычницы?
Наверное, язычницы, а вы с папой – христиане, – с улыбкой глядя на Тину, ответила бабушка.
– Тогда, бабушка, поезжай с моей мамой к язычникам жить. Папа туда для их обращения посылает много
денег, чтобы миссионеры научили их молиться Иисусу и ходить в храм. Может, миссионеры вас обратят, и вы
тоже будете христианами?
– Хорошо, мы с мамой посоветуемся, – смеясь, ответила бабушка. "Спокойной ночи", – сказала она на
прощание и тихо вышла из комнаты. А Тина сквозь щель между шторами смотрела на вечернее небо, на
котором тихо, одна за другой зажигались звезды.
Начались каникулы, и во дворе дома появились старые друзья Тины. Тине весело, а няня снова ворчит:
"Неужели тебе в школе не надоела эта детвора? Каникулы, самое время отдохнуть, как следует, так и дома
покоя нет!"
– Няня, – отвечает Тина, – это же так интересно, когда много- много друзей! А вот когда ты замуж выйдешь, и
у тебя будет много детей, ты тоже не будешь радоваться?
– Иди, играй! – сердито отвечает няня.
– Не сердись! Я тебя люблю!
– Иди, иди, – примирительно бурчит няня.
– Няня, знаешь, что про тебя говорят мои самые лучшие друзья – Олег, Николай и Андрей? – как бы между
прочим говорит Тина.
– Что-о-о?
– Что ты кислая, как огурец, маринованный в уксусе, а я тебя защищала. Я сказала, что ты добрая и сладкая! –
выпалила Тина и побежала к друзьям, которые с обрались под старой липой. Она любила, чтобы ее слово
всегда было последним, и уже не слушала няню. И няне ничего не оставалось сделать, как только рассмеяться
ей вслед от такого гастрономического сравнения.
Во дворе ждали друзья, и Тина на ходу придумала, что сегодня будет цирк. Она – Тина-циркачка – покажет
им смертельно опасный номер: взобравшись на липу, она пройдет по толстому суку, потом поймает ветку
соседнего орехового дерева, и, как на парашюте, к восторгу и ужасу зрителей, бросится вниз!
Зрители, задрав головы, с восторгом смотрят на Тину, которая, балансируя, смело идет по прямому суку. Вот
и ветка, с помощью которой она не раз проделывала этот опасный номер. Тина крепко хватается за ветку и
смело бросается вниз.
Раздается треск: ну, конечно, это новая юбка Тины, она ведь тоже должна рваться с треском – это
непременная часть "смертельного" номера. Теперь жди: будет вечером разговор с мамой. Зрители с
восхищением наблюдают за цирковым искусством бесстрашной Тины: она, как воздушный акробат,
перелетает с одной ветки на другую. И снова треск. Это уже посерьезней, чем юбка, это трещат ветки! И Тина,
не успев ничего сообразить, полетела вниз. "Публика" испуганно ахнула. А цирковая звезда мягко
приземлилась прямо на кучу золы. Поднялось большое серое обла ко. И когда облако разошлось, из золы
поднялась "красавица", которую невозможно было узнать! Тина невозмутимо раскланялась зрителям и
сообщила: "Цирк окончен!"
Публика с восторгом хлопает в ладоши и громко хохочет. Никто никогда не видел ничего подобного. "Звезда"
уверена, что зрители жаждут повторения номера. Но что скажут мама, бабушка и няня?
Неожиданно, как занавес в разгар выступления, из-за дерева появилась няня.
– На кого ты похожа? – с ужасом спрашивает она Тину.
–На клоуна! – с достоинством отвечает Тина.
Потом появляется бабушка.
– Тина, это ты?
– Я, бабушка, – спокойно отвечает ей Тина. – Жаль, зрителей уже нет, как только появилась няня, все
разбежались.
– Иди в дом, я тебя быстро вымою, пока нет родителей, – волнуется бабушка.
– Жаль, что они не увидят, в каком виде их драгоценная дочь, – с досадой добавляет няня.
Дома бабушка нагрела воды, вымыла Тину, платье спрятала и запретила няне рассказывать о происшествии
родителям. Натягивая новое платье, Тина как бы между прочим говорит няне:
– Бабушка добрая, очень добрая, она решила все сохранить в тайне, ведь это был несчастный случай.
– Так я и думала, что Тина теперь будет жить вольготно под бабушкиным крылом, – недовольно проворчала
няня.
Однажды мама вернулась домой с работы, и няня пожаловалась, что с Тиной невозможно справиться. Мама
наказала Тину и велела стать на полчаса в угол. Тина с печальным лицом поплелась в угол. Бабушка
попыталась заступиться:
– Она хорошая девочка, и не надо ее наказывать.
– Ничего, пусть постоит, это пойдет ей только на пользу, – не допускающим возражения тоном сказала мама.
Но как только мама и няня вышли из комнаты, бабушка, поглядывая на закрытую дверь, сказала Тине:
– Ты поиграй, деточка, а когда услышим, что идет мама или няня, – сразу становись в угол.
Тине это очень понравилось, и она так и делала: играла, когда никого не было, и со скорбным выражением
лица стояла в углу, когда кто-то входил.
Когда прошли полчаса наказания, Тина попросила у мамы прощения, и довольные собой Тина и бабушка
отправились на прогулку.
Но это был не последний раз, когда бабушка устраивала Тине, как говорила няня, "вольготную жизнь".
Как-то мама принесла конфеты. Тина тут же захотела попробовать и уже протянула руку.
– После обеда съешь одну! – твердо сказала мама, высыпая конфеты в вазу.
Бабушка, улучив подходящий момент, сунула Тине в рот запрещенную конфету и молча показала, чтобы Тина
вышла на террасу.
Однажды Тина вернулась из школы в порванном платье. Она, конечно, знала, чем это ей грозит. Но она так же
хорошо знала, у кого искать спасения. Тина незаметно проскользнула в комнату бабушки и попросила ее о
помощи. Бабушка быстро нашла другое платье, а порванное они вместе отнесли к речке и бросили в воду. Вот
такими находчивыми были бабушка и внучка. Конечно же, не любить такую бабушку б ыло просто
невозможно. Но послушайте, что было дальше.
Папа подарил бабушке большую теплую шаль и отрез на платье. Бабушке, конечно, очень понравились эти
подарки. На следующий день пришла портниха и сшила бабушке новое платье. Когда бабушка надела новое
платье, от нее невозможно было отвести глаз, и Тине казалось, что красивее ее милой, любимой бабушки на
свете никого нет.
Подумать только, из обычного куска ткани сшить такое платье! И Тина решила тоже попробовать. Удобный
момент настал: родители с бабушкой пошли в гости, няня тоже ушла к подруге, Маша играла с куклами. Но
где бы взять ткань? Ага, бабушкина шаль! Отличный кусок! Тина достала из бабушкиного чемодана шаль,
взяла в швейной машинке ножницы и стала разрезать ее на куски, а потом приступила к шитью. Но нитки
расползались, и ничего не получалось. Тина пробовала еще и еще, но опять ничего не получалось, и тогда
Тина быстро спрятала порезанную шаль на самое дно чемодана.
Спустя несколько дней Тина сидела у бабушки в комнате. Бабушка рассказывала ей оч ень интересную сказку
и перебирала вещи в своем чемодане. Вдруг бабушка замолчала, а потом заплакала. Тина подбежала и
спросила:
– Бабушка, почему ты плачешь?
– Тиночка, это ты сделала? – спросила бабушка и показала изрезанную шаль.
– Нет, бабушка, это не я, – ответила Тина. Бабушка продолжала:
– Это очень дорогой для меня подарок. Эту шаль подарил мне мой родной сын, твой отец. Я так берегла ее, и
вот, шаль вся изрезана. Кто же это мог сделать?
– Это сделала мама, – не задумываясь, сказала Тина.
– Мама? Твоя мама? Неужели от ревности? Надо же! – плакала бабушка.
Бабушка села в кресло и молчала. Тина подошла и сказала еще раз:
– Точно, точно мама порезала.
– Что же я ей такого сделала, что она так поступила?
– Наверное, что-то сделала, – ответила Тина.
В это время вернулась с работы мама. Она подошла и спросила бабушку:
– Мама, что случилось? Почему вы плачете?
– Милая моя Агнесса, что же я тебе сделала, что ты порезала мой дорогой подарок, мою шаль?
– Я?!! Я порезала вашу шаль?.. Я? Да что вы, мама, говорите? Я эту шаль вместе с Иваном покупала и так
хотела, чтобы она вам понравилась.
Тогда бабушка рассказала маме все по порядку, как она обнаружила изрезанную шаль, и что ей сказала Тина.
Но где-то глубоко в душе у нее зародилось подозрение, что это сделала все-таки Тина.
Мама позвала Тину, которая играла в углу и старательно делала вид. Что ничего не слышит.
– Тина, ты знаешь, что обманывать нельзя. Ты знаешь, что твой ангел-хранитель все записал в небесной книге.
Иисус, Которого ты любишь, тоже видит все. Кто порезал шаль? Я спрашиваю, кто порезал шаль?
Едва слышно Тина произнесла:
– Это я сделала!
– Кто научил тебя, такую маленькую, обманывать? Мама не обманывает, папа тоже не обманывает. Учили
тебя добру, справедливости... Да кто же тебя научил обманывать? – возмущенно сказала бабушка.
– Бабушка, ведь ты меня научила!
– Когда? Когда? Когда это я научила тебя обманывать? – задыхаясь от возмущения, спрашивала бабушка.
– А помнишь, когда меня мама поставила в угол. Ты разрешила мне играть, пока никого не было в комнате.
Помнишь, когда мама не разрешила есть конфеты, мы с тобой ее обманули: как только она отвернулась, ты
сунула мне в рот конфетку и велела выйти.
– Хватит, хватит! Сил моих больше нет слушать твои обвинения! – застонала бабушка. Мама тихо вышла,
закрыв за собой дверь. Тина продолжала:
– Не плачь, бабушка, ты ведь сама меня научила обманывать!
Ночью бабушка никак не могла заснуть. Она поняла, к чему может привести Тину "вольготная жизнь". Долго
не могла уснуть и Тина. Она молилась и просила Иисуса простить за этот обман. Когда родители ушли на
работу, бабушка позвала Тину и сказала:
– Прости меня, внучка, что я так плохо тебя воспитывала. Запомни, что обман – великий грех. С этого часа мы
будем всегда говорить правду и маме, и папе, и няне, и всем. Да, да, мы никогда больше не будем обманывать!
– Хорошо, бабушка, мы никогда не будем больше обманывать. Жаль только, что я больше не буду жить
вольготно и придется снова стоять в углу!
– Нет, Тина, лучше в углу стоять или не есть что-то вкусное, чем обманывать.
– Да, бабушка, придется. Ведь дети, которые обманывают, не попадут на небо. Хорошо, бабушка, я не буду
больше обманывать, буду говорить правду, но и ты тоже не обманывай. Хорошо? – заключила Тина,
подчеркнув последнее слово. Ведь Тина всегда старалась, что бы последнее слово было за ней.
Бабушка обняла Тину. И они долго молчали. Тина первая прервала тишину:
– Бабушка, милая моя, добрая бабушка! Когда я вырасту, я куплю тебе новую шаль, еще красивее! Хорошо?
– Хорошо! – улыбнулась бабушка и прижала к себе это нежное создание, которое так любила. Ей было больно
от одной только мысли, что своим потворством ее "вольготной жизни" она могла погубить ее. И бабушка тихо
прошептала Тине на ухо:
– Будем все вместе переносить, только никогда больше не обманывай! А теперь, Тина, собирайся в школу.
Тина подошла к столу, чтобы собрать тетради и вдруг радостно вскрикнула:
– Бабушка, бабушка, посмотри, какая красивая шаль!
Бабушка взяла в руки шаль. К ней был приколот листочек с надписью: "Любимой бабушке от внучки Тины" .
Они так были заняты беседой, что не заметили, как в комнату вошла мама и незаметно положила на стол
шаль. Радости бабушки и внучки не было конца!
Тина шла в школу и думала: "Меня следовало бы хорошенько выпороть за этот нехороший поступок". С
печалью посмотрела она на небо и сказала: "Иисус, помоги мне быть послушной, доброй, не обманывать и
говорить правду". А потом добавила: "У меня очень хорошие родители. Спасибо Тебе, Иисус!"
Первый класс она закончила за полгода, потом ее перевели во второй, и за один учебный год она закончила
два класса. Теперь она заканчивала третий.
В класс вошла Мария Михайловна. Стало тихо. Учительница положила на стол классный журнал и велела
всем садиться. И тут вдруг ее вызвали к директору. Как только учительница вышла, Юля, очень шустрая
девочка из бедной семьи, подошла к столу, чтобы посмотреть оценки в журнале. Нечаянно она задела
чернильницу, и чернила пролились на журнал. Юля побледнела, испуганно побежала и села на место. В этот
самый миг в класс вошли Мария Михайловна и директор.
Все встали, а потом сели. Мария Михайловна с ужасом вскрикнула: "Кто это сделал? Кто?" В классе стало так
тихо, что слышно было, как муха жужжит и бьется в окно. И в этой тишине прозвучал голос Тины: "Я".
– Я так и знал, – сказал директор. Директор стал подсчитывать убытки:
– Стол испачкан, журнал испорчен. Скажешь папе, чтобы внес в казну школы сумму, указанную в квитанции,
– сказал он ледяным голосом.
Тина подумала: "Ничего вы не знаете, хотя вы и директор. Юля бедная, ее родителям нечем платить . А я
расскажу все честно папе, он поймет меня и уплатит".
Директор сказал: "Все пойдут домой, а ты останешься в классе после уро-ков на два часа и обдумаешь свой
поступок".
На что Тина подумала: "Вот и хорошо, выполню все домашнее задание в классе и дома буду свободна".
Все дети стали расходиться, и каждый из них посылал Тине воздушный поцелуй. Тина сидела за партой и
делала домашнее задание. Подошла Мария Михайловна.
– Тина, кто пролил чернила? – спросила она.
– Не спрашивайте, Мария Михайловна. Я вас не хочу обманывать и не скажу вам. Не спрашивайте никого.
Знаете, я так хочу уважать нашего директора и не могу. А ведь это грех. Он какой-то... какой-то... ну, не такой,
как мой папа, как моя мама, как вы, Мария Михайловна. Он не любит нас, детей. Но почему?
– Тина, я расскажу тебе о нашем директоре. У него была прекрасная семья: жена, двое сыновей и дочь. Два
года тому назад они отправились во время каникул в путешествие, и все его любимые погибли в катастрофе. В
живых остался только он один. Когда он вернулся домой, но не смог жить в опустевшем доме. И тогда он
решил переехать в наш город, чтобы забыть свое горе. Но, похоже, забыть его он не сможет никогда. Вот
почему он такой. Раньше он не был таким. У Тины по лицу покатились слезы. Она уже все простила
директору и полюбила его. Она сказала:
– Мария Михайловна, мне его очень жалко. Я его уже полюбила.
– Вот и хорошо. Тина, ты девочка добрая и умная.
Тина поцеловала руку учительницы. Учительница поцеловала ее в лоб, и тогда Тина вспомнила, что у Марии
Михайловны тоже никого нет, и крепко обняла любимую учительницу и поцеловала. На глаза Марии
Михайловны навернулись слезы. Она сказала: "Тина, иди домой", и вышла из класса.

Смерть папы
Когда Тина пришла домой из школы, она увидела через открытую дверь, что папа лежал в кровати и около
него суетился доктор. Потом доктор сделал папе укол, и он заснул. Когда доктор уходил, то Тина услышала,
как он сказал маме: "Дайте телеграмму родственникам, пусть приедут повидаться с ним. Кто знает, сколько
выдержит сердце?" Мама смотрела на доктора и плакала.
Потом Тина пошла к старой липе и села на скамейку, где они так часто беседовали с папой. Она вспомнила и
тот разговор, когда он говорил ей о смерти и о цветах на могилу. От этих воспоминаний Тина заплакала.
Сидеть одной было тягостно, и она пошла в лес, к своим друзьям-нищим. Пройдя по знакомой тропинке, Тина
вошла в старый домик и снова заплакала. Друзья стали расспрашивать ее, что случилось, и Тина рассказала
им, что папа болен и скоро умрет. Друзья Тины, как могли, утешали ее:
– Не плачь, Тина, он поболеет и поправится. Он еще не скоро умрет!
Когда она возвращалась домой, то на тропинке встретила директора. Он очень удивился, когда увидел Тину
одну в лесу и всю в слезах.
– Что ты здесь делаешь? – спросил он и присел на пенек. Тина устроилась рядом и рассказала директору о
своем горе.
Директор обнял Тину и стал утешать ее. Он говорил ей, что нужно быть сильной и не показывать папе, что
она знает о его скорой смерти. Потом спросил:
– Тина, ты отдала папе квитанцию?
– Нет! Я маму попрошу уплатить.
– Не надо, ничего никому не говори. Я сам за все уплачу. Доченька, не плачь, все будет хорошо! – сказал
директор.
Тина улыбнулась ему и переспросила: "Все будет хорошо?"
– Да, – ответил с улыбкой директор, и Тина подумала: "Какой он добрый!" Так началась дружба Тины с
директором.
На следующий день приехали родственники и друзья папы. Тина слышала, как они шептались, плакали и,
глядя на Тину и Машу, говорили: "Бедные сиротки".
Тину позвал папа. Она подошла и обняла его: "Папочка, ты скоро будешь здоровым, и мы с тобой поедем
путешествовать". Папа улыбнулся, а потом сказал: "Тина, ты помнишь наш разговор под старой липой? В
этом году много полевых цветов. Знаешь, как они мне нравятся. Приноси их мне каждое воскресенье туда, на
кладбище". Тина заплакала. Папа погладил ее по голове и сказал: "Не плачь, я буду жить. Слушайся маму,
уважай старших, береги сестренку и не забывай папу". Тина совсем расплакалась, поцеловала папу. Потом
подошла мама, взяла ее за руку и увела из комнаты. За дверями стояла Маша.
– Тина, ты что плачешь? – спросила она.
– Папа умирает! – сквозь слезы ответила Тина.
– Зачем? – спросила Маша и тоже заплакала.
Тина с Машей вышли из дома, обнявшись, сели под старой липой и плакали. Взрослые были взволнованы, и
никому не было до них дела. Потом Тина и Маша пошли за город собирать полевые цветы. Там они набрали
большие букеты, чтобы порадовать папу, не зная, что принесут их уже на похороны.
Наступило утро. Последний день школьных занятий. Перед школой Тина хотела зайти к папе, но ее не
пустили к нему, сказали, что он спит.
Тина получила в тот день свидетельство об успешном окончании третьего класса, где не было ни одной
четверки, только пятерки. "Как хорошо – все пятерки! Вот папа обрадуется!" – думала Тина. В этот момент на
ее плечо легла рука директора: он улыбался и от души поздравлял Тину. Тина поблагодарила.
– Как там папа? – спросил он.
– Очень плохо. С самого утра нас с Машей все зовут маленькими сиротками.
На лицо директора легла тень. Он промолчал.
– Иди домой, – сказал он мягко.
"Что-то он не такой, как всегда", – подумала Тина.
Тина пришла домой и очень удивилась, что никто не обрадовался ее свидетельству с отличием об окончании
третьего класса. В доме был траур. Умер папа. Тина вошла в комнату. Никого не было. Она стала возле
возвышенности, где лежал папа, и стала говорить с ним: "Ты меня слышишь? Одни пятерки принесла! Сейчас
пойду, принесу большой букет цветов, как ты просил". Большой букет цветов Тина принесла папе и положила
в гроб.
В последний путь мэра города провожал весь город. Море людей, море венков и цветов видела Тина. В толпе
она слышала разговоры о том, что такого доброго, справедливого и чуткого человека, каким был ее папа,
больше никогда не будет. Тине казалось, что папа все слышит. Никто не произнес ни одного плохого слова.
Все вытирали слезы. У Тины они тоже лились потоком. Бедная Машенька от объявшего ее ужаса даже не
могла плакать, а когда гроб опускали в могилу, она упала в обморок.
На второй день дом опустел. Все разъехались. Вечером, когда мама, няня, Маша и Тина сидели под старой
липой и тихо разговаривали, они увидели, что кто-то идет по аллее к их дому. Это был директор школы.
– Я пришел разделить с вами горе, – просто сказал он. Его пригласили сесть рядом на скамейку под старой
липой. И здесь, под старым деревом, много чего повидавшем на своем веку, еще сильнее укрепилась дружба
директора и Тины. Их соединило горе.
Потом пришли Тинины друзья-нищие. Они спросили, не нужна ли какая помощь. Может быть, нужно
наколоть дров или принести щепок? После обеда, когда они ушли, Тина сказала:
– Как хорошо, что у нас есть такие хорошие друзья – нищие и директор!
Мама услышала эти слова и невольно улыбнулась...
Было очень тихо и грустно, все молчали, и каждый думай о своем и еще о том, что горе объединило их все х и
что хорошо, что у них есть этот дом и эта старая липа, под которой можно собираться всем вместе и подумать
о чем-то в тишине.
Тина осталась верна своему обещанию. Она каждый день убегала за город, на кладбище, и приносила папе на
могилу его любимые полевые цветы, которые собирали для нее нищие. Она рассказывала ему все-все, что с
ней происходило и о чем она думала. И еще Тина очень сильно переживала из-за того, что не знала, куда же
пошла папина душа после смерти: в рай или в чистилище? А может быть, в ад? И если в ад, то как ее оттуда
можно выкупить? Папа когда-то рассказывал, что нужно дать денег священнику, чтобы тот молился за него.
Поможет ли ей мама?
Однажды вечером Тина очень долго молилась и просила Иисуса взять папу в рай. На другой день она
выпросила у мамы денег, пошла к священнику и попросила его умолять Иисуса, чтобы папина душа была
взята в рай. Но тревога о папиной душе все же еще долгие годы мучила Тину. Об этом мы расскажем вам
позже.

Булочки с орехами
Прошел теплый летний дождь. Из-за туч выглянуло солнце, и все кругом заискрилось и заблагоухало. Тина,
мама, Маша и няня сидели на террасе, только папы не было с ними. И от этого всем было грустно. Погода
стала налаживаться, и Тина решила пойти в лес к своим друзьям. Когда она спускалась по лестнице во двор,
то услышала, как мама сказала:
– Если бы не дождь, можно было бы потрясти орех и испечь золотые булочки.
"Булочки с орехами! Как здорово!" – подумала Тина и тут же поменяла свои планы. Вместо того чтобы идти в
лес к друзьям, она полезла на ореховое дерево. После дождя дерево было очень скользкое, но Тину это совсем
не беспокоило. С ветки на ветку Тина забиралась все выше и выше. Потом остановилась и посмотрела вниз.
"А мне совсем не страшно, – подумала Тина, – ведь не первый же раз я лезу на этот орех!" Она вскарабкалась
до середины дерева, взялась за ветку, которая вся была усыпана орехами, и начала ее трясти. Орехи градом
полетели вниз и застучали по крыше сарая. Тина стала трясти ветку еще сильнее, но нога соскользнула с
мокрого сука, и она полетела вниз вместе с орехами. Сначала Тина упала на крышу сарая, проехала на спине
по мокрой крыше и свалилась на землю. Тина открыла глаза и посмотрела вокруг. Все произошло так быстро
и неожиданно, что она не успела сообразить, что же с ней случилось. Тина лежала, не шевелясь, и ей даже
показалось, что она умирает. Она представила себе, как будут плакать мама и ее друзья и как она будет лежать
на кладбище в могиле. Но тут послышался голос мамы:
– Няня, дай мне хороший прут! Я сейчас хорошенько задам Тине за то, что она никогда не прислушивается к
советам старших! Где этот герой?
Тина, забыв о том, что она умирает, мгновенно вскочила на ноги и через дыру в заборе выбралась на улицу и
побежала в сторону леса. В лесном домике ее встретил Николай.
– Что с тобой? – спросил он взволнованную Тину.
– Да вот, упала с дерева, - потирая ушибленное место, сказала Тина.
– Да, спина красная, – заключил Николай, посмотрев место ушиба. – Подожди-ка, я сейчас.
Он принес какую-то лечебную мазь и стал натирать Тине спину. Боль постепенно проходила. Тина лежала на
животе и рассуждала про себя: "Почему мама хотела меня выпороть? Ведь я делала доброе дело. Просто я не
подумала, что после дождя деревья такие скользкие. Разве это непослушание?" Тина лежала и думала о
случившемся, пока не уснула. Ровно через час она проснулась и сразу даже и не поняла, то с ней произошло.
Николай заметил, что Тина открыла глаза, и спросил:
– Не болит?
– Нет. Так, немного еще чувствуется. Надо идти домой, а то меня ищут. Посмотри, что там на спине, –
попросила Тина.
Николай посмотрел и сообщил, что ни красноты, ни синяков не видно.
– Беги домой, – весело сказал он. – Все в порядке!
Тина побежала домой. Мама с няней по всему двору искали Тину, но не нашли, хотя были уверены, что
слышали, как она падала. "Это точно были не орехи, а Тина! Но где же она?" – твердила мама, обходя сарай и
заглядывая через забор. Няня ходила следом за мамой и успокаивала ее: "Если убежала, значит, все в
порядке".
Потом они собрали упавшие орехи, накололи их и стали печь золотые булочки. В это время Тина, не спеша,
шла домой и думала, что с ней будет. С кухни доносился аромат пекущихся булочек. Но как зайти домой так,
чтобы никто не увидел? Тина решила, что лучше всего сделать вид, что ничего не произошло. Она вошла и
как ни в чем не бывало стала вместе со всеми пить чай с булочками. Все молчали. "А еще хотели выпороть!" –
подумала Тина. И тут няня спросила:
– Ты сильно ударилась, когда летела с ореха?
– Нет, – ответила Тина. – Немного было больно, а потом все прошло.
– Сразу?
– Почти. Николай помазал спину мазью, и боль прошла.
Все молча закончили чаепитие с булочками, а потом мама попросила Тину посидеть вместе с ней под липой.
Тина так и думала, что мама все просто так не оставит. Значит, будет "разбор". Но "разбора" на этот раз не
было. Мама была печальной и говорила очень тихо.
– Тина, – сказала мама, – сегодня я могла тебя потерять. Слава Богу, все обошлось... Но ведь ты могла бы
погибнуть... Сердце мое болит после смерти папы, а из-за тебя еще больше разболелось.
– Мамочка, – жалобным голосом сказала Тина, – я больше ни когда не буду лазить по мокрым деревьям,
только ты не болей.
Няня добавила, что лазить нельзя не только по мокрым деревьям, но и по сухим. И что вообще лазить по
деревьям некрасиво, особенно таким большим девочкам, как Тина. А Тина подумала, что няня опять
надоедает со своими поучениями. Все замолчали. Пели птицы, с ветки на ветку прыгала белка. Тина
посмотрела на маму, из ее глаз текли слезы. Тина обняла маму и сказала:
– Прости, мамочка. Больше никогда не буду лазить по деревьям, только не плачь!
– Ты старшая, и уже должна быть мне помощницей. Тем более что няня скоро уедет от нас. Она выходит
замуж.
У Тины замерло сердце. "Как же без няни? – с грустью подумала Тина. – Как же без ее поучений?" И на
ресницах Тины заблестели слезы.
– Чего ты? – спросила няня.
– Как же я буду жить без тебя?
– Я же недалеко уезжаю. Будем приезжать друг к другу в гости, мы же одна семья!
Так они и сидели под липой и молча грустили. Было грустно из-за того, что нет папы, было грустно из-за
случая с ореховым деревом, было грустно, что уезжает няня. Ах, как иногда грустно бывает в жизни даже
таким смелым и веселым девочкам, как Тина, которые не боятся лазить по деревьям, вступаться за слабых и
помогать всем, кто нуждается в помощи. Няня тоже расплакалась, она пообещала навещать Тину и маму, не
забывать их.
Ночью Тина все свои печали рассказала Иисусу. "Дорогой Иисус! Я очень огорчила маму. Излечи ее сердце,
чтобы она не умерла, как папа. Прости меня, Иисус. Я очень люблю свою няню. Раньше я этого не знала, а вот
сегодня, когда услышала, что она скоро уйдет от нас, поняла, что очень люблю ее. Мне так грустно. У мамы
сердце болит, няня уходит. Останься, Иисус, с нами, со мной. Хорошо, что Ты с нами. Я очень люблю Тебя,
мой Иисус, очень люблю маму, няню. Машу. Я всех людей хочу любить. Спасибо Тебе, что слышишь меня.
Папа всегда говорил, что хотя небо далеко-далеко, но Ты близко к тем, кто любит Тебя. Спасибо Тебе, Иисус,
что такую непослушную девочку, как я, Ты любишь. Спокойной ночи, дорогой Иисус!"
После беседы с Иисусом Тина успокоилась и уснула сладким сном.

Завещание папы
Перед своей смертью папа Тины составил завещание. Беспокоясь о Тине, он распорядился, чтобы ее отдали в
монастырский интернат. Там она могла получить не только хорошее образование, но и воспитание. Папа
хотел, чтобы Тина выучилась на врача-миссионера. Но Тине никак не хотелось уезжать из дома, и она
упросила маму оставить ее дома. Маме тоже было жалко отпускать Тину, и она решила оставить ее до девяти
лет.
Однажды Тина пришла домой и рассказала маме об одном происшествии. У одной девочки был день
рождения, и она пригласила всех своих друзей в лес. Родители приготовили для детей такие большие сумки с
едой, что мальчики еле дотащили их до леса. Когда все покушали, одна девочка объявила, что у нее есть для
всех сюрприз. Она принесла несколько бутылок вина и сигареты и предложила выпить за именинницу.
Тина тут же вспомнила разговор с папой под старой липой. Ни минуты не задумываясь, она встала и
решительно сказала:
– Я не буду пить вино и курить! Тогда старшие ребята сказали ей:
– А мы тебя заставим! Тебя будут держать, и мы вольем тебе в рот вино, а потом дадим закурить. Будешь, как
миленькая, и пить, и курить!
– Не буду! – ответила Тина. – Я обещала папе, что никогда не буду делать этого. Вы не сможете меня
заставить. Мой папа умер, я дала ему обещание, что выполню его волю. Он все видит с небес, и вы меня,
пожалуйста, не заставляйте.
– Но немного, всего каплю за именинницу! – настаивали друзья.
– Нет, ни капли! Папа мне говорил, что все начинают с капли. И вы тоже не пейте и не курите – это очень
вредно. Наш разум должен быть чистым.
Тогда один из мальчиков сказал:
– Отстаньте от нее. Она, как вам сказать... слишком правильная!
– И слишком умная, – добавил другой.
И тогда все засмеялись и стали говорить Тине:
– Уходи отсюда, больше мы с тобой не дружим!
Случайно недалеко от того места оказался директор школы и услышал весь этот разговор. Он вмешался,
забрал бутылки и сигареты и строго приказал детям, чтобы они на следующий день пришли в школу с
родителями. Потом директор обратился к Тине и сказал: "Ты, Тина, молодец! Всегда так поступай! Пойдем
отсюда, дочка". И они ушли.
– Больше не ходи на дни рождения, там хорошему не научат, – посоветовал директор.
– Хорошо, – ответила Тина. – Теперь вы мне за отца. Я буду вас слушаться.
Директор печально вздохнул и сказал:
– Моей дочке было бы сейчас столько же лет, как и тебе. Зайдем, я покажу тебе альбом!
Тина и директор долго беседовали, пили чай и рассматривали старые фотографии.
Когда мама Тины узнала о происшествии на дне рождения, она стала беспокоиться о том, чтобы Тина не
попала под плохое влияние друзей, и решила, что следующий учебный год Тина обязательно будет учиться в
монастырском интернате.
А Тина стала частым гостем у директора. Однажды, уходя домой, она обняла его, поцеловала и сказала:
"Считайте, что у вас снова есть дочка". Директор не мог удержаться от слез, его горе стало растворяться
детской любовью Тины. Она уважала его и любила как своего родного отца. Тина часто приносила директору
вкусные домашние пироги, и после уроков они вместе обедали, спорили о жизни, о которой Тина еще почти
ничего не знала. Однажды, когда он уехал, чтобы побывать на могилах своих родных, Тина решила сделать
ему сюрприз. В свою тайну она посвятила только любимую учительницу Марию Михайловну, которая была
классным руководителем Тины.
– Мария Михайловна, помогите мне, пожалуйста, навести порядок в квартире директора! – попросила ее
Тина.
–Тина, это неудобно!
– Удобно, пойдемте, он оставил мне ключи, чтобы проветривать квартиру, – настаивала Тина.
И Мария Михайловна согласилась. Они вместе сделали уборку и к приезду директора приготовили
великолепный праздничный обед. Когда директор вернулся, он застал их в квартире. И очень обрадовался
этому. Тина обняла его и сказала: "Это вам сюрприз!"
Они вместе пообедали. Директор все не мог нарадоваться тому, что они не только убрали квартиру, но и
создали домашний настоящий уют. С благодарностью глядя на Тину и Марию Михайловну, он сказал:
"Сегодня я понял, что я не одинок".
Потом Тина ушла, а Мария Михайловна осталась. Так началась ее дружба с директором.
Тина обо всем рассказала маме, и мама очень обрадовалась, что директор стал понемногу приходить в себя от
своего горя. "Благодаря тебе, доченька, и мне стало легче", – сказала как-то Тине мама. Тина очень старалась
сделать что-то доброе для своей мамы. Каждый номер она рассказывала ей что-нибудь веселое, старалась не
огорчать ее, была очень исполнительной. К тому времени няня уже вышла замуж и жила отдельно, и теперь
Тина сама убирала и готовила, только стирать ей еще было трудно. Тине было очень жалко маму, которая
много работала и каждый день допоздна сидела над тетрадями своих учеников.
Незаметно пришла осень. В один из теплых осенних дней состоялась свадьба директора, на которую были
приглашены все учителя и Тина. В тот день, после свадьбы, когда мама и Тина возвращались домой, мама
сказала:
– Завтра мы поедем в монастырь. Ты будешь учиться там, как завещал па па. Я должна выполнить это
завещание.
Тина ничего не ответила. Придя домой, она побежала на кладбище попрощаться со своим папой и в лес к
старой избушке проститься с друзьями-нищими. Конечно, на душе у нее было очень трев ожно, но Тина
решила ничего не говорить маме, чтобы не огорчать ее. И, вернувшись домой, она весело сказала:
– Завтра у меня начнется новая жизнь!
Монастырь
Тина и мама ехали на автобусе. Тина сидела рядом с мамой и смотрела в окно. "Скоро монастырь, – думала
она, – мама поедет по этой дороге назад, а я останусь". И чем ближе они подъезжали к монастырю, тем
тяжелее становилось на сердце у Тины. Она вспомнила, как Машенька со слезами упала ей на шею и все не
хотела отпускать ее. Но Тина решила держаться изо всех сил, чтобы не заплакать. "Я не покажу маме свои
слезы, – говорила себе Тина , – ведь у мамы болит сердце. И уж если она решила отдать меня в монастырский
интернат, ей лучше знать почему. Пусть будет так, как завещал папа. Пусть он на небесах порадуется, видя,
что его завещание выполняется". Мама обняла Тину и прижала ее к себе. Ка к сильно бьется мамино сердце!
Тина подняла голубые глаза и с улыбкой сказала:
– Мамочка, не беспокойся! Я буду хорошо учиться, слушаться старших и ждать твоего приезда.
– Хорошо, – бодрым голосом сказала мама. – Я рада, что ты у меня умная девочка и все понимаешь. А вот мы
уже и приехали, – добавила она, глядя в окно.
Автобус остановился. Тина и мама вышли и направились прямо в ворота монастыря, в ворота, за которыми
начиналась другая жизнь.
В приемной монастыря мама долго разговаривала с игуменьей – настоятельницей монастыря. Та приняла
документы, деньги и два чемодана с Тининой одеждой. Потом было очень короткое прощание с мамой. Потом
мама вышла, и дверь за ней закрылась. Тина долго смотрела ей вслед, а когда обернулась, то встретила
строгие, испытующие глаза игуменьи. Тине хотелось за плакать, но она пересилила себя и с улыбкой спросила:
– Скажите, пожалуйста, куда мне идти? – Пойдем, – строго сказала игуменья и повела ее коридорами, а потом
через чудесный сад в красивый домик.
Вокруг зеленели аккуратно подстриженные газоны, росли цветы, в ухоженном саду били фонтаны. Уютно,
чисто, красиво. Так было и в домике. Большая, уютная комната, большие окна, чистые, белоснежные
занавески, аккуратно заправленные кровати. Их в комнате было шесть. В каждом домике было по четыре
таких комнаты, а домиков на территории монастыря всего десять. Это и был монастырский интернат.
Игуменья показала Тине ее кровать и тумбочку и сказала, что каждую ночь с ними будет ночевать монахиня
Мария. Для нее был отделен угол тяжелыми белым и шторами.
Окна комнаты выходили в прекрасный сад, и, оказавшись в этом почти сказочном месте, Тина на мгновение
забыла, что находится в интернате. Но голос, строгий голос игуменьи вернул ее к действительности:
– Пойдем, Тина.
"Почему она не улыбается?" – подумала Тина.
– Пойдем, – снова сказала игуменья и направилась к выходу. Тина поплелась следом, ей сильно захотелось
домой. Настоятельница показала ей все монастырские помещения. В длинной комнате они должны были
каждое утро обливаться комнатной водой, а вечером теплой. К этой процедуре Тина привыкла еще дома.
Потом они зашли на кухню, куда дежурные по комнате приходили, чтобы забирать для всех готовую еду.
Затем игуменья повела Тину в светлую длинную столовую и показала, как сервировать стол в день дежурс тва.
Потом они опять прошли через сад посмотреть, где корпус монахинь. Девочкам туда входить не позволялось.
Игуменья показала Тине рабочую и учебную комнаты. Рассказала, что они будут учиться в светской гимназии
и что их всегда будет сопровождать монахиня Екатерина, а когда они будут идти по улице, то им нельзя
смотреть по сторонам и ни в коем случае нельзя разговаривать.
Потом она посмотрела на Тину, словно пытаясь понять, что на душе у этой задумчивой девочки, и, не задавая
никаких вопросов, подошла к двери одной из комнат. Тина тоже подошла к двери, и в ее голове вихрем
закружились разные мысли.

Знакомство
Когда Тина вошла в дверь комнаты, все ее обитатели были на месте.
– Это новенькая, ее зовут Тина, – сказала игуменья. Так началось знакомство. Потом она познакомила Тину со
всеми.
– Аня – самая старшая в этой комнате, ей скоро исполнится восемнадцать лет. Ее посвящение в монахини
произойдет через две недели. Она помощница наставницы. Катя, ей пятнадцать лет. Она уже пятый год
находится здесь. Это Мария. Вчера ей исполнилось шестнадцать. Она уже седьмой год в интернате. У нее нет
родителей. Это Катя. Ей тринадцать, четвертый год в монастыре. Тина, а тебе сколько лет?
– В июне исполнилось одиннадцать. – У нас дисциплина – царица интерната, – сказала игуменья. –
Привыкнешь к дисциплине, и тогда тебе все будет легко. Обязанности будут исполняться с радостью. Сначала
будет трудно, а потом легко.
В это время настоятельницу позвали. Привезли еще одну новенькую. Когда та ушла, Тина чуть было не
заплакала, но потом, как всегда, приказала себе: "Что распустилась, соберись!" Это всегда помогало ей
оставаться спокойной. И она глубоко вздохнула.
– У тебя есть родители? – спросила Аня, заметив, что Тина вот- вот расплачется.
– Мама. Папа умер. И еще есть сестра Мария, дома мы ее Маленькой зовем, – и Тина снова глубоко
вздохнула.
– У тебя что-то болит?
Тина посмотрела на Аню печальными голубыми глазами и сказала:
– Душа болит, понимаешь? Аня улыбнулась и сказала:
– Боль пройдет, привыкнешь. Ведь мы все здесь посвящены род ителями быть миссионерами в далеких
языческих странах. Я буду учиться в медико-миссионерском институте на врача. Скоро уйду туда учиться.
Буду еще ближе к Богу. С этим миром будет покончено. Боль ше не надо будет учиться в светской школе. Тебя
тоже посвятили родители?
– Мама нет, она у меня очень добрая, справедливая и умная. Но она только верит, что Бог существует, а в
храм не ходит. Она очень много милостыни творит, но кроме этого больше ничего не признает. Люби Бога и
делай людям добро – в этом заключается вся ее религия. Папа учил меня молиться, мы с ним ходили в храм.
Мне очень его недостает. Я волнуюсь, где его душа: в чистилище или в раю?
– Наверное, уже в раю, если он был верующим и творил милостыню.
– Я очень хочу знать, где его душа. Кого мне спросить?
– Успокойся, его душа уже в раю! – уверенно сказала Аня. Тина повеселела. Потом опять вздохнула.
– Что же еще тебя беспокоит? – спросила Аня.
– Наставница Мария целый час рассказывала мне распорядок дня, и у меня в голове все перепуталось.
– А ты об этом не думай, каждый день будешь выполнять свои обязанности и все запомнишь. Ты хорошо
училась?
– Да, отлично.
– Вот и нечего тебе беспокоиться, привыкнешь к дисциплине, и все будет в порядке.
Тина подумала: "К дисциплине-то я привыкну, но к этой клетке – никогда!" Но вслух не сказала ничего. В
этот момент дверь комнаты открылась, и вошла настоятельница с еще одной девочкой. Девочка была
светловолосая, кудрявая, с веснушками, в очках и вся в слезах.
– Эту девочку зовут Сарра, ей исполнилось в июле одиннадцать лет.
Сарра плюхнулась на первый попавшийся стул в рабочей комнате и растерянно стала рассматривать комнату.
Игуменья ушла. Тина села рядом с девочкой, обняла ее и стала шептать ей на ухо:
– Мы с тобой, Сарра, будем делить и горе, и радость, как сестры- близнецы.
Сарра перестала плакать и спросила:
– Ты серьезно? Мне столько же лет, только я на месяц старше. Меня тоже сегодня сдали в эту клетку, как и
тебя. У тебя папа есть?
– Нет.
– У меня тоже нет. Сестра у тебя есть?
– Нет, я была одна у родителей.
– А теперь будешь иметь сестру Тину. Сарра перестала плакать и обняла Тину.
– Как хорошо, что у меня будет сестра! Мне всегда так хотелось иметь сестру! Сегодня же напишу маме
письмо.
– Я тоже! – добавила Тина. Аня с улыбкой сказала:
– Ну вот, теперь вам будет легче вдвоем переносить все, и горе, и радость. Все будете делить пополам. Ваши
кровати, места в учебной комнате и в столовой будут тоже рядом. Я рада за вас! – весело глядя на девочек,
сказала Аня.
В это время девочек вместе с Аней позвали. Старшая наставница сказала Ане, чтобы она рассказала им все по
порядку, что, когда и как надо делать. Девочки вышли во двор и уселись на скамейке среди моря цветов.
Начался инструктаж:
–Утром в пять часов вы услышите один удар колокола. Вы на него не обращайте внимания. Это поднимаются
все монахини. Они с половины шестого до шести совершают утреннюю молитву. В шесть часов пробьет
колокол два раза и еще два раза, – это подъем для вас. Дежурная должна раскрыть все окна, а вы наденете
халат, тапочки, раскроете постель так, чтобы она проветрилась, и идете в большую умывальную комнату. Там
для каждого есть место, вы его найдете по своему имени на карточках. В тазах комнатная вода. Этой водой вы
обливаетесь с головы до ног.
У Сарры от таких порядков началась нервная дрожь. А Т ине было интересно. Ей даже нравилась эта
ежедневная процедура.
– Потом, – продолжала Аня, – вытираетесь насухо мокрым полотенцем, одеваетесь, чистите зубы и выходите
на зарядку. Потом бегом в спальную комнату. Дежурная закрывает окна осенью и зимой, а вы заправляете
кровати, каждая свою. Очень аккуратно. Очень. За вами наблюдают Матерь Божья Мария и ангел-хранитель.
– И наш дорогой Иисус, – вставила Тина.
– Да, и ангел-хранитель записывает целый день наши добрые и плохие поступки.
– И охраняет нас, – снова добавила Тина.
– Да. Потом дежурная протирает полы, а вы надеваете длинное светло-серое платье, которое специально
сшито для часовни. В его кармане должны лежать четки. Платье висит в шкафу. Все становятся парами и, не
разговаривая, готовясь к молитве, мы идем в часовню. В часовне вы будете молиться вначале хором, отвечая
на слова мессы, а молитву будет читать всегда другая монахиня. Вы этому научитесь. А потом она скажет,
сколько молиться на четках. Потом в тишине и благоговении мы вернемся в комнату пере одевания и оденемся
в школьную форму. Потом поверх формы надеваем фартук и идем в столовую завтракать. Кто-то из нас всегда
читает молитву за столом. Вы ее тоже выучите. Это благодарственная молитва. Потом все убираем и моем
свою посуду, складываем все на место и выходим в коридор. Там уже приготовлены пальто, шарф, обувь,
портфель. Одеваемся, проходим последнюю проверку, опять становимся парами. Впереди идут две
наставницы, а мы за ними, по дороге не смотрим по сторонам. Заключают наше шествие тоже две нас тавницы.
Так в тишине мы входим в гимназию. На уроках и переменах ведем себя тихо, достойно нашего призвания.
Мы должны быть добрым примером детям сего мира.
– Ой, как же это тяжело! – заплакала Сарра.
– Не плачь, – сказала Тина, – если Аня выдержала, почему не выдержим мы с тобой?
– Нет-нет, я всего этого не выдержу! – не унималась Сарра.
– Вам, – продолжала Аня, – каждый день классный руководитель будет за писывать в дневнике, как вы вели
себя, помните, что всегда вы должны вести себя абсолютно безупречно. Потом мы собираемся в холле
гимназии, где нас ожидают наставницы, и опять, той же дорогой и в таком же порядке, возвращаемся сюда.
– Я больше не выдержу, я не смогу этого перенести! – запричитала Сарра.
– Сможешь! – успокаивающе сказала Аня и продолжала: – В раздевалке мы переодеваемся в простые платья и
идем в столовую. Дежурные идут за обедом. Когда вы будете дежурными, вы пойдете на кухню и возьмете
обед на нашу группу – на шесть человек. В столовую идут шесть дежурных от 36 девочек. После обеда
каждый моет свою посуду, как и после завтрака и после ужина. После обеда полчаса отдых во дворе.
Разрешается сидеть на скамейке или ходить но дорожкам. Потом в учебной комнате мы делаем уроки. После
выполнения домашнего задания вы надеваете рабочий халат и выходите во двор или в сад, и вам дают работу
на сорок минут. Зимой чистить снег или подметать дорожки. Ни одной соринки не должно ни где оставаться
ни во дворе, ни на газонах, не говоря уже о помещениях. Потом кто занимается музыкой, идут на уроки по
музыке, а кто нет – в рабочую комнату. После урока музыки остальные тоже приходят в рабочую комнату.
Там мы будем вышивать, вязать, шить, в общем, здесь всегда есть работа.
Так и прошел первый день Тины в монастыре. Первый день новой жизни вдалеке от дома.

Монастырская жизнь
Прошло время, и случилось так, как и говорила игуменья: Тина и Сарра привыкли к монастырской
дисциплине. Им даже стало казаться, что они так всегда и жили, по этому расписанному по минутам
распорядку, который Сарра называла "гонка".
Единственное, к чему с трудом привыкали Тина и Сарра, так это к постоянному контролю: как ты сделала?
Что ты сделала? Почему не так сделала? Нельзя было проявить никакой инициативы, ничего нельзя было
сделать так, как хочется, но всегда только так, как говорят наставницы, всегда повиноваться, повиноваться и
повиноваться. Но постепенно они свыклись и с этим, и, кажется, все становилось на свои места.
В монастырском интернате девочки должны были всегда тщательно следить за своей одеждой и обувью.
Каждый день после обеда они тщательно начищали свою обувь и выставляли для проверки в один длинный
ряд.
Дома Тине всегда удавалось уговорить няню или за шоколадку, или за поцелуй, или просто за ласковое слово
почистить ее туфли. Но няни здесь не было, и Тине приходилось делать все самостоятельно.
Как-то раз приближалось время проверки, и Тина быстро навела блеск на носках своих туфель и поставила их
в общий ряд. Вошла строгая наставница и стала придирчиво осматривать туфли. Дошла очередь и до туфелек
Тины. Вдруг наставница подцепила палочкой Тинину туфельку и выбросила ее из ряда:
– Еще раз почистить туфли! Чьи? – испытующе глядя на девочек, спросила она.
– Мои, – ответила Тина.
– Зайдешь ко мне в рабочую комнату, – приказала строгая наставница.
– Хорошо, – еле вымолвила Тина и подумала про себя: "Мама бы так никогда не поступила, она никогда бы не
выставила виноватого на всеобщее посмешище!"
Тина еще раз почистила туфельки и понесла их в рабочую комнату. Наставница взяла туфли в руки,
повертела, разглядывая со всех сторон, потом строго посмотрела на Тину и сказала:
– Значит, можешь. Лень – мать всех пороков. Иди.
В дверях Тину ждала Сарра. Она слышала, как наставница разговаривала с Тиной, и шепнула Тине на ухо:
– От нее дует ледяным ветром.
–Я сама виновата, – так же шепотом ответила ей Тина. Сменяя друг друга, проходили дни однообразной
монастырской жизни. Наступила осень, и воспитанницы должны были собирать в саду яблоки. Наставница
велела сначала собрать все яблоки, затем рассортировать их и только после этого она разрешила съесть по
одному яблоку. В заключение она добавила: "И чтобы я не видела в саду никаких огрызков".
Девочки разошлись по всему саду и стали наполнять плетеные корзины спелыми, аппетитными яблоками.
Красные наливные бока яблок так и просились, чтобы их попробовать. Но Тина старалась не думать об этом.
Вот она подняла одно очень крупное и красивое яблоко и положила его в корзину. Сарра, которая работала
рядом, увидев это яблоко, тут же достала его из корзины и откусила большой кусок. А когда она его съела, то,
вытирая рот, сказала с улыбкой:
– Очень вкусно! Мне так хотелось пить!
И тут Тина увидела, что прямо на них идет наставница. Девочка стала лихорадочно соображать, куда спрятать
огрызок. У Сарры, когда она увидела наставницу, от испуга расширились глаза, и она з амерла в
растерянности. Наставница подошла, схватила Тину за ухо и стала его крутить и трепать, приговаривая:
"Сатана искусил тебя! Зачем ты испортила такое красивое яблоко?"
Ухо Тины, после того как побывало в руках наставницы, горело огнем. И в этот моме нт ей стало невыносимо
грустно. Она вспомнила свою мамочку. Конечно, она-то никогда бы так не поступила! И Тине очень
захотелось домой. Стоявшая рядом Сарра попыталась было заступиться за Тину:
– Зачем вы так сильно надергали уши Тины? Зачем? – с упреком глядя на наставницу, спросила она.
– Замолчи, а то хуже будет! – шепнула Тина, она знала, что с наставницей лучше не пререкаться. Но уже было
поздно.
– Пойдемте! – приказала наставница, и девочки пошли за ней в кабинет. – За непослушание и за грубость
отправляйтесь в часовню и отчитайте молитвы по четкам от на чала до конца.
– Хорошо, – сказала Тина.
– Это несправедливо! – выпалила Сарра. – Вы наказали Тину, надергав ей уши, а теперь еще и молиться по
четкам! Это двойное наказание! За что?
– Сарра, – спокойно ответила ей наставница, – ты два раза отчитаешь молитвы. Идите!
Девочки вышли, и когда дверь кабинета закрылась, Сарра в отместку показала в сторону наставницы язык и
продолжала с возмущением:
– Я не буду молиться по четкам. Я попрошу у Иисуса прощения за то, что не удержалась и откусила от
яблока, и за то, что ты понесла за меня наказание. Тина, прости меня!
– Прощаю, прощаю, – сказала Тина, а сама подумала: "Наверное, такая уж у меня участь – получать наказание
за проступки других".
В часовне Тина стояла у распятия и, обращаясь к Иисусу, говорила: "Дорогой Иисус! Ты страдал за мои грехи,
за мое непослушание. Я тоже сегодня капельку пострадала за Сарру, и я знаю, как Тебе это было больно. Я
очень хочу домой, к маме. Ты всегда помогал мне. И я прошу Тебя, помоги мне вернуться домой! Помоги,
Иисус! Я никак не могу полюбить нашу наставницу, помоги мне полюбить ее. Научи меня любить так, как Ты
любишь меня и всех людей!"
Потом Тина помолилась по четкам, честно перебрав все костяшки до одной. Когда она встала с колен, Сарра
уже стояла у дверей и ожидала ее.
– Отмолила?
– Да!
– А я нет. Знаешь, Тина, у меня на сердце камень лежит, я не могу простить.
– Знаешь, Сарра, лучше прощать, чем все время обижаться и злиться, лучше любить, чем ненавидеть, –
сказала Тина.
– Нет, и еще раз нет! – с горящими от ненависти глазами стояла на своем Сарра. – Знаешь. Тина, я решила: я
убегу отсюда домой.
Тина молчала. Эти слова "Я убегу отсюда домой!" в точности совпадали и с ее тайным желанием.
Когда девочки вернулись из часовни, их встретила наставница и сообщила: "Все уже поужинали, а вы
остались без ужина".
– За одно преступление – три наказания: дважды отмолить грехи, а теперь вы еще и ужина нас лишили! – с
обидой ответила Сарра
– Сарра, научись уважать старших! – сухо сказала наставница и ушла, закрыв за собою дверь.
Тина посмотрела на Сарру. Из ее красивых глаз, как горошины, катились слезы. Тина достала носовой платок
и бережно стала вытирать ее щеки:
– Не плачь! Мы с тобой обязательно убежим отсюда!
– Правда? – как бы очнувшись от сна, с улыбкой спросила Сарра
– Правда!
– Тина, я теряю веру в Бога. Я стану безбожницей. Давай мы с тобой убежим отсюда раз и навсегда! – Да, мы
с тобой уйдем отсюда, только потерпи. Я вот что думаю, нас же здесь плохому не учат! Но я не пойму, в че м
дело, почему так хочется отсюда уехать?
– Я знаю, – сказала Сарра. – Здесь всегда веет холодом, ледяным холодом. Я уже забыла, что такое смех. Нет,
если я здесь останусь, то стану безбожницей!
– Что ты, Сарра! – возразила Тина. – Ведь за нас умер Иисус, Он нас любит, как ты можешь так говорить?
– Причем здесь Иисус? – ответила Сарра. – Это люди такие холодные и злые. Ну ладно, договорились, я
постараюсь любить Иисуса! – примиряюще добавила она.
Вечером Тина, как всегда, беседовала с Иисусом. Она рассказала Ему, что Сарра не хочет молиться, что
наставница поступает несправедливо. Она просила помочь Сарре прощать и любить. И снова она просила
Иисуса помочь им вернуться домой. Ей – к маме и сестренке, а Сарре – к маме...
Девочки жили в монастыре уже два года. И все это время они никак не могли привыкнуть к постоянному
контролю. Им казалось, что наставницы следили за каждым их шагом.
Однажды в воскресенье после обеда все девочки сидели на лужайке. Вокруг благоухали цветы. Воспитанницы
рассказывали, как пречистая Дева Мария помогала им. Дошла очередь и до Тины. Тина рассказала, что она
очень часто молится Иисусу и что Он всегда посылает ей утешение в скорби, помогает в учебе, помогает быть
послушной и принимать верные решения.
– А ты что, никогда не обращаешься к Деве Марии, Матери Божьей? – спросила наставница.
– Как вам сказать? По четкам я молюсь и ей, но беседую только с Иисусом. Иисус в моей жизни – все. Когда я
бываю в часовне или в соборе, то могу часами смотреть на Него и беседовать с Ним. Я Его очень люблю, ведь
Он умер за меня на Голгофе, чтобы я могла жить с Ним на небесах. А это для меня самое главное.
– А кто твоя мама по вероисповеданию? – включилась в разговор главная настоятельница монастыря.
– Она – никто! Она признает, что Бог есть и что людям нужно делать добро, вот и вся ее религия. А папа был
греко-католиком, а я, наверное, – христианка.
– А ты, Сарра, кому молишься? Какие у тебя опыты? – спросила настоятельница монастыря.
— Никаких! Когда молюсь, а когда нет. Когда я была дома, я молилась Матер и Божьей. А здесь, в интернате,
я теряю веру все больше и больше.
— А почему? — допытывалась главная настоятельница.
— Не скажу!
Все замолчали. Тина сильно переживала за Сарру. Она сидела и думала: что же делать, как помочь Сарре? И
придумала: она попросит наставницу выслушать ее и расскажет ей, почему Сарра теряет веру, может, та
поможет ей.
Целую неделю Тина сильно молилась и обдумывала, что сказать настоятельнице. Тина уважала и любила ее
больше всех, а та часто брала Тину с собой в город, когда ей нужно было идти по разным делам, и по дороге
они беседовали и рассуждали обо всем как равные. И вот пришел день, когда Тина попросила игуменью
принять ее. Игуменья пригласила девочку сесть рядом и мягко сказала: "Ну, рассказывай все, что у тебя на
сердце!" И Тина начала рассказывать обо всем, что у нее наболело.
— На Сарру плохо действует сильный надзор, — начала она. — Наказания часто бывают несправедливые. На
нас постоянно давят, это унижает нас. Я не жалуюсь, дисциплина — это хорошо, мы научились многому
прекрасному и доброму. Нас научили хорошим манерам, как себя вести в любом месте. Но тяжело то, что
каждый день все одно и то же, одно и то же! Хотя даже не в этом дело, а совсем в другом.
— В чем? — спросила игуменья.
— Как-то Сарре захотелось посмотреться в зеркало, — продолжала Тина, — а зеркало держать в комнате не
положено. Сарра сказала, что без зеркала жить невозможно. И вот во дворе гимназии мы нашли небольшой
осколок стекла, замазали его чернилами и по утрам смотрелись в него. Мы с Саррой не находили в том ничего
греховного. Но од нажды утром наша наставница увидела зеркало и забрала его. А потом она наказала нас тем,
что после уроков мы должны были пойти в часовню, отмолить грехи и отчитать молитвы до половины четок.
Тогда мы спросили, какой же грех мы совершили, когда смотрелись в зеркало? А наставница сказала, что грех
самовлюбленности!
|— Грех самовлюбленности... — задумчиво произнесла игуменья. У — Тогда Сарра сказала, что мы не
любовались собой, а только смотрели, в порядке ли волосы и лицо. А настав ница сказала, что мы обманываем,
и прибавила еще половину четок, — с возмущением продолжала Тина.— Мы с Саррой пошли в часовню, и по
дороге она все говорила: "За что это наказание? Не буду молиться! Мне уже противно! Бормочешь и
бормочешь одно и то же!" А я ей сказала: "Не бормочи одно и то же, делай остановки и говори с Иисусом". А
Сарра сказала мне, чтобы я меньше говорила об Иисусе и больше о Матери Божьей и о святых, потому что
она слышала, как наставница сказала Кате, что во мне иногда звучат нотки ере тички. А я ей ответила, что
Иисус выше всех святых и Матери Божьей! Он Бог! Мне об этом говорил мой папа. Я Иисуса ни на кого не
променяю! Тогда Сарра сказала мне, что меня за это исключат из интерната!
— И что же ты думаешь? — медленно выговаривая слова, спросила игуменья.
— Я думаю, если я что-то буду делать не так, то вы научите меня! А Сарра сказала, что от всех этих переделок
она только больше унывает и падает в вере. Она даже иногда думает: а есть ли Бог вообще? И боится, что
станет язычницей. Знаете, Сарра очень справедливая и чувствительная девочка. На нее нельзя постоянно
давить. Наставница ее не любит, придирается к любой мелочи и высмеивает ее перед всеми: "Почему у всех
дырочки зашиты, а у тебя на чулке дырка? Не тем занимаешься, чем нужно!" А Са рра потом сказала мне, что
она так тщательно заштопала все дырочки, а одну случайно не заметила. У нее ведь зрение плохое. А я ей
сказала: "Почему же ты не сказала об этом наставнице?" А она ответила, что наставница никогда никому не
верит, а ей особенно.
Игуменья неподвижно сидела в своем кресле, и только едва шевелились ее пальцы, перебиравшие костяшк и
четок. Тина перевела дыхание и продолжала дальше.
– Наставницы нам не верят, они всегда думают, что мы обманываем. Один раз мы с Саррой подняли
сломанные цветочки и поставили их в вазу, нас обвинили, что мы их сорвали. Когда нашли сырой,
непропеченный хлеб, нас обвинили, что мы его выбросили, и так постоянно. Я долго молилась и думала, два
года думала. И поняла, что не в дисциплине дело, а в том, что наши наставницы не любят нас. Только и
слышишь: и то не так, и это не так.
Когда приближаются наставницы, Сарра всегда говорит: "Начал дуть ледяной ветер". А ведь когда дует
ледяной ветер, то цветы не распускаются, они погибают. Так и бедная Сарра. Когда она видит наставниц, то
говорит мне: "Наше воспитание – настоящая дрессировка животных. Им бы в цирк дрессировщицами идти
работать!"
Тина ненадолго замолчана. Игуменья тоже сидела и молча ждала, что еще скажет Тина.
– Я очень переживаю за Сарру, я не хочу, чтобы она стала язычницей, – с волнением продолжала Тина. – Я
хочу, чтобы вы меня поняли и помогли.
Потом Тина еще немного помолчала и добавила: "–Скоро нам исполняется по тринадцать лет. Я очень
благодарна вам за воспитание. Я многому научилась и всегда буду благодарна всем вам. Но наставницы
обращаются с нами как с какими-то вещами, которые можно по своему усмотрению переставить, выбросить и
вообще сделать, что им хочется. А наказание молитвами только убивает веру. Сарра – добрая девочка, как и
все другие, но они теряют уважение к старшим из -за несправедливости. Я вас очень уважаю, я считаю вас
очень духовной и всегда буду вспоминать о вас с любовью. Но только о вас. Я чувствую, что вы меня любите.
Я всегда буду молиться о вас".
Услышав эти слова, игуменья подалась немного вперед на своем кресле и спросила:
– Ты что, милая девочка, прощаешься со мной?
– Да нет, пока остаюсь, правда, не знаю, как надолго, ответила Тина.
– Твоя мама внесла в монастырь большую сумму денег на твое содержание, и, если ты уйдешь, деньги вам не
вернутся. Все останется монастырю. Вам не вернут ничего. Понимаешь, ничего. Ты об этом: подумала? –
испытующе глядя на Тину, спросила игуменья. – А теперь о Сарре. Я уже давно заметила, что это девочка
непослушная, непочтительная и грубая. Видишь, она и на тебя плохо влияет. Я думаю, мы скоро решим ее
вопрос, а затем напишем родителям, чтобы ее забрали домой.
Потом игуменья встала, положила свои морщинистые руки Тине на плечи и, глядя на нее с улыбкой, сказала:
– Мы все тебя любим. Ты умная девочка, послушная, из тебя обязательно получится хорошая миссионерка.
Знаешь, Тина, слушая тебя, я еще раз убедилась, что быть тебе педагогом. Это Божий дар. Когда -нибудь ты
поедешь в языческие страны учить и воспитывать детей. А Саррины капризы не бери близко к сердцу. Иди,
милая девочка, уже скоро ужин. Иди, да благословит тебя Господь и Матерь Божья!
Тина встала, поклонилась и вышла, но только один Господь знал, что творилось у нее в душе. За ужином глаза
Тины вдруг встретились с глазами наставницы – ее взгляд выражал насмешку. В этот момент она твердо
решила, что завтра с Саррой они сбегут домой. И сразу на сердце стало легко-легко. Как тяжелый груз,
свалилась томительная неопределенность, и впереди ясно обозначилась цель, цель, которая звала к себе.
Вечером, когда девочки вышли на прогулку, Тина шепнула Сарре: "Завтра бежим!"
Тина не хотела, чтобы Сарра из -за несправедливого к ней отношения стала безбожницей. Ведь она очень
любила свою подружку. И еще Тина подумала, что, когда приедет домой, сразу побежит на кладбище, сядет
на могиле папы и все ему расскажет. "Папа поймет меня, – думала Тина. – Иисус тоже поймет, ведь Он и за
Сарру умер. А если ее с позором исключат из монастырского интерната, она совсем потеряет веру".
К тому, чтобы вернуться домой, девочек подталкивало и то, что приближался фронт. Города были наполнены
немецкими войсками. А вдруг бои начнутся и в их краях, и тогда они останутся без родных и вообще без
всяких прав? Тине страшно было представить, что она больше никогда не увидит ни маму, ни Машеньку. И
она окончательно решила бежать, бежать домой. Тина закончила уже восьмой класс и получила свидетельство
с отличием, а на следующий день, 20 июня, они решили с Саррой навсегда покинуть неуютные стены
монастыря.
В тот день после обеда они, как обычно, надели рабочие платья и накинули на себя рабочие теплые
безрукавки. Все ушли на работу в сад, а Тина и Сарра, прячась за машиной, на которой привозили хлеб,
подошли к монастырским воротам, через которые два года назад они вошли в новую жизнь.
Совсем рядом была автобусная остановка, и как раз отходил автобус. Девочки побежали ему навстречу и
замахали руками. Автобус остановился, открылись двери, и через три часа пути девочки добрались до
Мукачево – городка, где жила Сарра. Когда автобус подъехал к дому Сарры, она попросила водителя
остановиться и побежала домой, чтобы взять деньги и заплатить за проезд. Так Тина оказалась дома у Сарры.
Тину пригласили к обеду. За столом девочки наперебой рассказывали маме и отчиму Сарры обо всем, что
случилось, и те согласились, что девочкам лучше оставаться дома. Затем Тина пересказала отчиму Сарры всю
свою беседу с игуменьей. Он был очень благодарен Тине и попросил ее погостить еще несколько дней.
Прошло два дня, и Тина решила, что пора ехать домой. Родные Сарры дали ей на дорогу денег, и Сарра
проводила ее на автобусную остановку.
За прошедшие два дня Тининой маме уже сообщили, что ее дочь убежала из монастыря и что скорее всего она
находится где-то в Мукачево. Тогда мама решила ехать в этот город и искать пропавшую дочь.
Мама Тины стояла на остановке и с тревогой озиралась по сторонам, думая, где же искать свою дочку. И
вдруг она услышала хорошо знакомый голос:
– Мамочка, мамочка! Милая моя мамочка!
Они обнялись. Рядом с мамой стояла девочка. Да это же Маша, ее сестрен-ка! Как она выросла! Они
обнимались и плакали от счастья. Через час Тина простилась с Саррой, и автобус, надрывно урча и
переваливаясь с боку на бок, медленно поехал по мощеным улицам города. Домой. По дороге мама сказала
Тине, что она поменяла квартиру и работу и что они переезжают в тот же город, где жила Сарра. Тина,
кажется, и не слышана, что говорила мама. Теперь ей было все равно. Мама и сестренка были рядом – а это
самое большое счастье!

Снова дома
Тина вошла во двор и осмотрелась. Старая липа, скамейка, дом, выложенная камнем дорожка, сад – все
осталось как прежде. Нахлынувшие воспоминания заставили сильно забиться ее сердце. Тина подошла к
дереву, погладила его шершавую кору и чуть слышно прошептана: ''Здравствуй, моя липа!" Мама открыла
дверь, и Тина медленно, как во сне, поднялась по ступеням наверх и вошла в дом. Она не могла удержаться,
чтобы сразу не заглянуть в каждую комнату и не проверить, все ли на месте. Ей хотелось подойти к каждой
вещи и потрогать ее, ей хотелось вдыхать знакомые запахи дома, слушать, как отстукивают время старые
часы, как шелестят листья в саду за окном. Тина ходила по дому, и ей казалось, что она никуда и не уезжала,
что монастырская жизнь была просто причудливым сном. "Тина, идем обедать!" – позвала мама и прервала
размышления Тины.
Мама видела, что Тина приехала не с пустыми руками: у нее с собой была сумка.
– Интересно, а что ты привезла с собой? – спросила она Тину, разглядывая стоявшую в углу сумку.
Тина открыла сумку и стала осторожно доставать из нее разные вещи и раск ладывать их на стуле.
– Мамочка, это иконы. А еще я набрала слезы Девы Марии, Матери Божьей, когда ездили в паломническую
поездку. Вот они в этом пузырьке. А это – кровь из сердца Христа, – показала Тина пузырек с какой-то
красноватой жид костью. – А это кусочек от креста Иисуса, – с благоговением сказала Тина и положила на
стул небольшую деревянную щепку.
Мама с грустной улыбкой посмотрела на сокровища Тины и сказала:
– Это все вместо тех больших денег, которые я отдала монастырю на твою жизнь и учебу? А ве дь их хватило
бы до конца твоего обучения: Хотя неважно! – продолжила она весело. – Главное, что теперь мы вместе. Мы
очень скучали по тебе, нам тебя не хватало. А теперь мы снова все вместе.
Потом Тина побежала на кладбище и рассказала папе все, что с ней произошло за это время. Вечером она
зашла к директору школы и к своей учительнице Марии Михайловне, которые не без помощи Тины стали
мужем и женой. За это время, пока они не виделись с Тиной, у них родился сын, и ему уже исполнился год.
Василий Егорович и Мария Михайловна очень обрадова лись, когда увидели Тину, и все вместе вспомнили,
как Тина и Мария Михайловна готовили сюрприз к приезду директора. На следующий день Тина пошла в
школу, чтобы снова встретиться и попрощаться со своими учителями. Через два д ня Тина, мама и Маша
должны были уехать в Мукачево. Было грустно снова расставаться со старыми друзьями. Но было и радостно,
потому что в том городе после замужества жили ее няня и ее подруга Сарра, по которой Тина уже очень
соскучилась.
Через несколько дней Тина, мама и Маша переехали в просторную четырехкомнатную квартиру. Грузчики
внесли мебель и вещи на второй этаж пятиэтажного дома, и новоселы принялись все расставлять,
распаковывать, мыть и развешивать. После нескольких дней работы, когда все стояло, лежало и висело на
своих местах, Тине показалось, что она живет здесь уже давным-давно, и никуда не переезжала. Квартира
была большой, и у каждого было по своей комнате, а одна, самая большая, стала гостиной. Между тем в
жизни города появлялись признаки надвигающихся грозных событий. Вторая мировая война была в самом
разгаре, шел 1943 год...
В 12 лет Тина закончила восьмой класс. Когда она вернулась домой из монастыря, ей исполнилось 13. И хотя
Тина была еще совсем небольшой, она привыкла планировать и решать многие вопросы самостоятельно. Тина
решила поступить в торговую академию и сдала трудные вступительные экзамены на "отлично". Учиться в
академии надо было долго, целых восемь лет. Но тут добавилась еще одна проблема: Тину не могл и принять
на первый курс по возрасту. И даже после того, как она прекрасно сдала вступительные экзамены, ее
зачислили только на подготовительный курс. В четырнадцать лет за один год она смогла окончить два курса
торговой академии, хотя учеба даже по обычному, неускоренному графику требовала очень больших усилий.
Но самой большой трудностью были не сложные предметы, а война. Негде было взять тетради, и Тина делала
их сама из больших листов бумаги. С каждым днем жизнь в городе становилась все более непредсказуемой, и
любой новый день занятий мог оказаться последним. Обычно до обеда Тина училась. После обеда она
работала на строительстве военных укреплений.
Однажды вечером раздался сигнал тревоги, потом в небе загудели самолеты и стали раздаваться взрывы бомб.
Это была первая бомбардировка. Тина, мама и Маша спустились в подвал, и Тина очень сильно просила
Иисуса сохранить их жизнь.
Каждый новый день стал приносить новые тревоги. Ко всем опасностям военного времени добавилось еще и
то, что у мамы стало болеть сердце. Врачи говорили, что ей нельзя так много работать, что нужно больше
отдыхать и хорошо питаться. И тогда Тина решила устроиться на работу. Ее приняли на овощную базу, и
Тина стала кормилицей всей семьи. В эти трудные дни она очень часто обращалась к Иисусу и благодарила
Его за помощь и охрану. Тогда ее дружба с Иисусом становилась все сильней и сильней.
Однажды Тина стала свидетелем таинственного явления. После переезда в новую квартиру она подружилась с
соседской девочкой Ирой. Как-то раз Ирина пригласила ее к себе домой, где должен был состояться, как она
сказала, "интересный сеанс". Ира провела Тину в гостиную, где та увидела, что в полутьме, при свете
нескольких свечей, за столом сидят незнакомые мужчины и женщины. Из всех, кто находился в комнате, она
знала только Иру и ее маму.
Мужчина в очках и с бородой объявил, что все могут стать свидетелями необъяснимого чуда, но, чтобы чудо
произошло, надо, чтобы все присутствующие поверили в существование духов. Тина сидела рядом с Ирой и,
нагнувшись к самому ее уху, взволнованным шепотом сказала: "Я ни в каких духов не верю, только в Иисуса
и добрых ангелов. Может быть, это злые духи?"
– Молчи, – тоже шепотом ответила Ирина.
Руководитель собрания выдержал небольшую паузу, оглядел присутствующих и спросил:
– Может быть, кто-то из присутствующих не верит в духов? – Я! – честно призналась Тина. – Постарайтесь
поверить, и тогда вы увидите чудо! Дух вам откроет будущее! – глядя прямо на Тину, сказал бородатый
мужчина. В стеклах его очков отражался огонь свечей, и казалось, что из его глаз вылетают искры.
Тина подумала, что, пожалуй, лучше не привлекать к себе общее внимание, сказать, что она верит, а как
только сеанс начнется – потихоньку уйти.
– Ладно, верю! – сказала Тина и стала напряженно ждать, что же будет дальше.
И сеанс начался. Все сели вокруг круглого стола и положили на него руки. Бородатый мужчина торжественно
произнес:
– Если ты присутствуешь среди нас – пусть поднимется стол!
И стол действительно немного оторвался от пола. Сначала в комнате воца рилась полная тишина, как будто в
нее неожиданно вошел какой-то знаменитый человек и все растерялись и не знали, что делать. Потом
руководитель сеанса попросил присутствующих задавать вопросы. И все стали обращаться к духу с самыми
разными вопросами. И ручка, которая лежала на столе, сама по себе поднималась и писала на чистом листке
бумаги. Тине стало страшно. Она повернулась к Ире и тихо сказала: "Я лучше пойду". Тогда Ирина крепко
взяла ее за руку и шепотом сказала: "Неудобно, пока сеанс не закончился". Потом бородач попросил принести
стакан с водой: все стали в него смотреть, и каждый видел в нем свое прошлое. Подошла очередь увидеть свое
прошлое и Тине. Но в стакане кроме воды она ничего не увидела. Потом бородатый мужчина объявил, что
каждый может вызвать души умерших родных. И хозяйка квартиры обратилась к Тине:
– Тина, хочешь, мы вызовем душу твоего папы ?
– Нет! Нет! Не надо! – отчаянно запротестовала Тина.
Тогда хозяйка попросила, чтобы вызвали ее мать. В дальнем углу появился какой-то неясный силуэт и
раздался голос. Услышав голос, женщина начала громко рыдать и, обращаясь к силуэту, спрашивала: "Мама,
мама, как ты там?"
– Не тревожь меня, мне тяжело! – прозвучал таинственный голос из темного угла.
Затем все решили вызвать одного знаменитого поэта. В темном углу опять появился неясный силуэт.
Обращаясь к силуэту, кто-то попросил его рассказать, где он обитает и как себя чувствует.
– Когда попадешь сюда, тогда сам узнаешь , где я нахожусь и как себя чувствую, – грубо ответил
таинственный силуэт.
Потом руководитель сеанса попросил духа прикоснуться краем стола к тому, кого он любит. И стол, немного
покачавшись, прикоснулся к хозяйке.
"А теперь погоняй по комнате того, кого не любишь", – снова попросил духа бородач. И стол начал медленно
наступать на Тину. У Тины от страха пробежал холод по спине, и она закричала: "Иисус, спаси меня!" И стол
замер.
Тина вскочила со своего места, дрожащими руками повернула ручку двери и стремглав бросилась вниз по
лестнице. Ей казалось, что нечистые духи преследуют ее и хотят схватить за ноги. Тина вбежала в свою
комнату и бросилась на диван. Но, к ее ужасу, диван вдруг стал медленно отрываться от пола. Тина в страхе
спрыгнула с него и побежала к маме. Она рассказала ей все, что с нею приключилось, и следующей ночью
спала рядом с ней. В своей вечерней молитве Тина со слезами просила у Иисуса прощения за то, что пошла на
сеанс, и просила защитить ее от злых духов.
Жизнь в городе становилась все тяжелее и тяжелее. Хлеб, как и другие продукты, давно выдавали только по
карточкам, но и этого было не достать даже на карточки. Тина, мама и Маша питались в основном картошкой,
морковью, капустой, которые приносила Тина с работы. Но, несмотря на все трудности, Тина продолжала
учиться трудной "купеческой науке" в торговой академии, и в 1944 году она успешно закончила третий курс.
В том году ей ис полнилось пятнадцать лет. Тина сильно уставала, потому что ей приходилось одновременно и
работать, и учиться, и делать все домашние дела.
Город, в котором жила Тина, оказался на перекрестке военных, дорог. По его улицам гнали пленных, шли
колонны солдат, лязгая гусеницами, проезжа ли танки. Когда вели пленных, то случалось, что многие из них
от усталости не могли идти дальше. Тогда конвоиры делали короткие привалы. И всякий раз, увидев этих
несчастных, Тина быстро бежала домой, а по дороге успевала договориться с соседями, чтобы они
приготовили что-нибудь поесть для пленных. Горожане быстро собирали все, что могли, и Тина шла просить
разрешения у немцев, чтобы покормить пленных. Как-то раз к Тине, держащей в руках котелок с супом,
подошел высокий, широкоплечий эсэсовец с черепом на фуражке и грозно спросил:
– Тебе что, их жалко?
– Иисус сказал, чтобы мы кормили голодных, – умоляюще глядя на него, ответила Тина.
– Ладно, корми! – смягчившись, разрешил эсэсовец.
И пленные с жадностью набросились на горячий суп. Им все наливали и наливали. Один из пленных солдат
спросил Тину:
– Какой ты нации?
– Славянка, – ответила Тина.
– Спасибо тебе, сестра, спасибо от всех твоих братьев и сестер, – вытирая грязной пилоткой потное лицо,
сказал он. Потом снова подошел грозный эсэсовец, приказал пленным встать, и солдаты, подгоняя пленных
криками и руганью, погнали дальше. Тине было страшно, но пленные подбадривали ее, говорили, что войне
скоро конец, и на прощание махали ей.
Глядя на уходящую колонну пленных. Тина вспомнила, как два года назад эсэсовцы искали по всему городу
евреев. Потом их выстраивали в такие же колонны и гнали на станцию, чтобы отправить в концентрационные
лагеря. В одной из таких колонн оказалась и ее подруга Лиля. Тина близко подошла к шеренге испуганных
людей, чтобы махнуть Лиле на прощание и сказать, что будет молиться за нее. Тина громко позвала Лилю,
Лиля в ответ подняла руку, и вдруг Тина над самым своим ухом услышала немецкую ругань и ощутила
сильный удар в грудь. Ей стало плохо. Люди, стоявшие на тротуаре, быстро втащили ее в толпу. Разъяренный
эсэсовец, угрожая автоматом, громко кричал: "Где девчонка? Она тоже еврейка? Где она?" Но Тину
проталкивали все дальше и дальше, потом кто-то подсказал ей, в какую сторону лучше бежать. И она
помчалась со всех ног. За домом она остановилась, чтобы отдышаться. В груди болело. Еле -еле добралась она
домой. Увидев Тину, мама громко запричитала:
– Доченька, милая, что это с тобой?
– Он ударил меня в грудь, – дрожащим голосом ответила Тина.
Мама приложила к ушибу холодное мокрое полотенце, и Тина уснула. Так она пролежала два дня, и иногда ей
казалось, что встать она больше не сможет. Все это время Тина горячо молилась, чтобы Иисус исцелил ее, и
Он услышал ее молитву. На четвертый день Тина стала чувствовать себя лучше и пошла в академию. Там
никого не было. В коридоре Тина встретила директора, который сказал, что всем четверокурсникам выдали
свидетельства об окончании курса, хотя на самом деле они еще не закончили своего обучения. Также каждом у
раздали учебный материал, чтобы все занимались дома, потому что после войны могут не признать это
свидетельство и, возможно, придется пересдавать экзамены.
Наступили очень тяжелые и голодные дни. Тина молилась Иисусу, чтобы Он послал им хлеба. Как-то раз по
квартирам прошел немецкий офицер, собирая всех девушек на разгрузку вагонов с хлебом. Он обещал, что
тот, кто будет хорошо работать, получит в награду хлеб. Когда приходили немцы и звали на работу, жители
города знали, что может случиться и так, что они больше никогда не увидятся со своими родными, потому что
их угонят в Германию. Но Иисус слышал молитвы Тины и хранил ее.
Тина с девочками перегружала хлеб в машины до самой ночи. Когда работа была закончена, дежурный –
пожилой немец – выдал всем по две буханки хлеба, а Тине дал целых четыре и сказал:"У меня дома осталась
дочь, она очень похожа на тебя". Тина, обхватив руками драгоценный хлеб и покачиваясь от усталости,
вернулась домой. На другой день немцы снова собирали всех на ту же работу и снова всем дали по две
буханки хлеба. На третий день опять всех собирали на работу, но от усталости Тина не смогла подняться.
Соседка Тины, Ира, тоже осталась дома. А те девочки, которые в тот день пошли на разгрузку, домой больше
не вернулись.

Няня пришла в гости


Шел 1944 год – самый тяжелый из военных лет для города, где жила Тина. Шли непрерывные бомбардировки,
и приходилось больше находиться в убежищах, чем в квартире. Однажды субботним утром в гости зашла
няня. Та неделя выдалась относительно спокойной, и гостью принимали в квартире. Все снова собрались
вместе и вспоминали о прежней жизни и делились новостями. Потом няня пригласила маму пойти куда -то
вместе с ней. Мама оделась, и они ушли. Когда мама вернулась, Тина заметила, что она чем -то сильно
взволнована. В руках у мамы была Библия. Потом она зашла в свою комнату и долго сидела там в
задумчивости.
После этого случая мама стала куда-то уходить каждую субботу по утрам и каждую пятницу по вечерам. Но
больше всего озадачивали девочек другие перемены. Мама, которая никогда прежде особенно не
интересовалась религией, вдруг превратилась в верующего человека. Она стала намного спокойней и
говорила, что нашла истину и что надо жить так, как написано в святой книге Библии. Мама как будто
воскресла к новой жизни, стала здоровой и энергичной. Однажды она сказала, что будет святить субботу, как
говорит об этом Божья заповедь. Теперь уборка квартиры, стирка и все другие домашние дела переносились
на пятницу или другие дни недели.
Тина продолжала ходить в свою церковь, к которой привыкла с детства, а мама все больше и больше
укреплялась в своем новом убеждении.
– Что же произошло с нашей мамой? – как-то в задумчивости спросила Маша, глядя, как она в очередной раз
куда-то уходит в субботу утром.
– Похоже, она перешла в еврейскую веру, стала еврейкой, – сделала вывод Тина.
– Ну и дела! Что же нам делать? – растерянно спросила Маша.
– Ничего, будем отдыхать и в субботу, и в воскресенье, – рассудительно заключила Тина. – Маму огорчать
нельзя: она болеет. А святое воскресенье остается святым.
– Но смотри, Тина, мама в субботу ничего не делает, – возразила Маша, – а ты, когда приходишь в
воскресенье из храма, то и штопаешь и варишь.
– А мы в монастыре всегда в воскресенье вязали и вышивали – это не грех, – возразила Тина.
– Все же у мамы религия сильнее, чем у тебя, – сделала вывод Маша.
Тина задумалась и решила: она должна найти доказательство в Библии, которую читает мама, что воскресенье
– это святой день. Тина решила, что, пока мама будет спать, она возьмет ее Библию и будет искать, искать,
пока не найдет, где написано о воскресенье.
Тина так и сделала. Только не надо было ждать, пока мама уснет, чтобы взять ее Библию. Мама, закончив
чтение, всегда оставляла ее на столе в гостиной. Перед сном Тина видела, как она преклоняла колени и
молилась. Тина была очень удивлена: что же произошло с мамой.
Когда мама ушла отдыхать, Тина взяла Библию и пошла в свою комнату. Прежде чем открыть ее, она
молилась: "Иисус, я открываю эту запрещенную книгу для того, чтобы доказать маме, что святой день – не
суббота, а воскресенье. Прости меня и помоги мне найти!" Открыв первую страницу, Тина начала читать о
творении земли и человека и о первом грехе Адама и Евы. Тина увлеклась чтением и незаметно для себя
переворачивала страницу за страницей. Потом она откинулась на спинку кресла и подумала: "А почему,
собственно, нельзя читать Библию? Ведь в большом катехизисе, который мы изучали в монастыре, все это
написано. Так почему же мирянам не разрешается читать Библию? Почему?"
Теперь каждый вечер Тина погружалась в чтение Библии. Постепенно, глава за главой, читая Святое Писание,
она дошла до Десяти Заповедей Закона Божьего в Книге Исход. Она перечитала их десять раз. Потом
вскочила, взяла с книжной полки катехизис, открыла главу, где приводился Закон Божий, и ст ала сравнивать
написанное в Библии и катехизисе. Ее поразило, что заповеди в катехизисе были изложены не так, как в
Библии!
Весь тот день она находилась под впечатлением своего открытия. И во время своей вечерней молитвы Тина
больше ни о чем не могла думать или просить, как только о том, чтобы Иисус помог ей разобраться, где же
правда. "Дорогой Иисус! – молилась Тина. – Я очень боюсь заблудиться и боюсь огорчить Тебя. Я никак не
пойму, где написано неправильно: в Библии или в катехизисе? Укажи мне, где правда! Кого мне слушать?
Господь, помилуй меня! Не оставь меня! Дай мне понять правду, не дай мне сбиться с пути! Помоги мне!
Сегодня я читала: "Помни день субботний, чтобы святить его". Там также написано, что Ты, Господи,
Создатель наш, благословил и освятил при сотворении мира седьмой день, субботу! А в катехизисе написано
просто: "День праздничный празднуй". А где же суббота, которую Бог освятил и благословил? Я сама не могу
разобраться. Что же мне делать?"
На следующий день Тина должна была пойти к директ ору академии, но по пути она стала свидетелем
страшного зрелища. Эсэсовцы опять куда-то гнали евреев – стариков, молодых женщин, детей. Тех, кто
спотыкался, солдаты били прикладами, чтобы они скорее поднимались и шли дальше. Стоял страшный шум,
люди кричали, дети плакали. Тина с ужасом смотрела на печальную процессию. Потом она видела, как
несчастных загнали в церковь, которая находилась на окраине города, и подожгли.
Тина вернулась домой вся в слезах.
– Что случилось? Тебя кто-то обидел? – взволнованно спросила мама. И тогда Тина рассказала обо всем, что
увидела.
– Мамочка, – плакала Тина, – маленькая девочка, лет пяти, упала, и эсэсовец забил ее прикладом до смерти.
Мама той девочки кричала, бросалась на солдата, но он оттолкнул ее. И, когда покончил с доч ерью, убил и ее.
Он выстрелил в нее, а потом страшно кричал: "Собаки, вас всех ждет эта же участь!"
Тина пошла в ванную, чтобы умыться, а когда вернулась в комнату, закончила свой страшный рассказ:
– Мамочка, мамочка! Эсэсовцы подожгли церковь! Там погибло множество народа.
Всю ночь Тина не могла уснуть: перед глазами стояли страшные картины смерти девочки и ее мамы, горящая
церковь.
А что же ожидает их семью? Тина вновь горячо молилась, чтобы Иисус сохранил их от варваров.
Вопрос о святости субботнего дня по-прежнему оставался без ответа. И тогда Тина решила пойти к
священнику. Он-то должен хорошо знать Библию и то, какой день святой. Священник хорошо знал Тину и
радушно ее принял. Они вышли во двор храма и сели на скамейке.
– Тина, что привело тебя ко мне? Может, что-то смущает твое сердце? – начал священник, ласково глядя на
Тину:
– Да! Очень смущает! Моя мама стала еретичкой, и я хочу ее переубедить. Она теперь считает, что святой
день не воскресенье, а суббота. Я решила доказать ей из Библии, что день Господень – воскресенье, но не
знаю, где это записано. Помогите мне, во имя спасения моей мамы! – с надеждой глядя на священника,
попросила Тина.
– Ты знаешь. Тина, такого места в Библии нет. Бог просто дал Церкви власть выделить любой день как святой,
и Церковь избрала воскресенье – первый день недели.
– А говорится ли где-нибудь в Библии о том, что именно воскресенье святой день, хотя бы где -нибудь? Я вас
очень прошу, хотя бы один стих! Мне нужно показать его маме!
– Церковь заменила субботу на воскресенье авторитетом, который дал ей Сам Иисус Христос, – твердо
выговаривая каждое слово, произнес священник.
– Но мне нужно хотя бы какое-нибудь подтверждение из Библии. Моя мама и те еретики, куда она ходит,
верят только тому, что записано в Библии.
– Тина, ты ее не переубедишь, потому что святость воскресного дня утверждается не на основании Библии, а
на авторитете Церкви. Тина, будь осторожна, я вижу, что твоя вера в опасности. Ходи в храм и повинуйся
тому, чему учит святая апостольская Церковь, – это и есть голос Божий!
– А я думала, вы мне поможете! Значит, ни одно слово в Библии не говорит о том, что Бог заменил заповедь о
субботе? – разочарованно глядя на священника, спросила Тина.
– Да, дочка, не говорит. Иди с миром, да сохранит тебя Господь от дьявольских сетей!
Тина в полной растерянности вышла со двора храма. Домой она шла очень медленно и все думала и думала
над словами священника: как же так? Господь говорит: "Помни день субботний", а священник говорит, что
Церковь учит праздновать воскресенье. Сомнения Тины после этой беседы еще больше усилились. Когда она
пришла домой, мама с беспокойством спросила:
– Где это ты так долго задержалась, доченька?
– Я была у священника, мы беседовали.
– У тебя есть какие-то духовные вопросы?
– Да!
– И он разрешил их?
– Нет!
– Может быть, наш проповедник ответит тебе? Он говорит так, как учит Святое Божье Слово, и так просто,
что понятно даже детям!
– Прости, мамочка, но я предпочитаю учиться у наставников своей Церкви, – твердо ответила Тина.
– Это хорошо, наставники ведь не научат плохому! – примирительным тоном ответила мама.
В тот вечер Тина, как обычно, взяла Библию и открыла последние главы Евангелия от Матфея. Там она нашла
описание всего пути страданий и воскресения Иисуса Христа. Тина вчитывалась в каждое слово, ее потрясли
страдания Господа и жестокость людей, которые Его распяли. Эти несколько глав Евангелия очень тронули
сердце Тины. Она стала на колени и просила Бога дать ей силы не огорчать своего Спасителя. Во время
молитвы Тина вдруг почувствовала облегчение, как будто с нее свалился тяжелый груз. Она нашла ответ на
свои волнения в простом решении быть послушной только Иисусу. В тот вечер она решила всю свою жизнь
без остатка посвятить следованию за своим Господом.

Старый немец
В те дни жизнь в городе, истерза нном войной, становилась просто невыносимой. Улицы были заполнены
военной техникой и солдатами, каждый новый день мог стать последним. Достать хотя бы какую-нибудь еду
было очень и очень трудно.
В один из таких тяжелых дней Тина стояла в очереди, чтобы по карточкам получить 600 граммов хлеба. На
своей худенькой спине она держала полмешка овощей, которые ей удалось достать на овощной базе. Тина
простояла в очереди три часа, но та так и не сдвинулась с места. Не получив ни кусочка хлеба, Тина медленно
поплелась домой. Дома в дверях ее встретила мама.
– Мама, хлеба нет, – устало сказала Тина.
– Ничего, поешь суп и отдохни. Обойдемся сегодня без хлеба, завтра сходишь.
Тине от усталости даже не хотелось есть; так и хотелось свалиться на кровать и уснуть. Но она пересилила
себя и, стараясь быть бодрой, сказала:
– Мамочка, все хорошо! Я сейчас еще раз сбегаю за хлебом и тог да отдохну.
Она быстро съела суп, взяла карточки и побежала за хлебом. И снова прошло три часа. Очередь понемногу
продвигалась вперед. Когда Тина подошла к дверям магазина, продавец объявила:
– Вот эта девочка последняя, и я закрыва ю, хлеба больше нет! Тина с благодарностью посмотрела на небо.
"Спасибо Тебе, мой Господь, что Ты позаботился обо мне", – прошептали ее губы. Тина зашла в магазин и
попросила продавщицу:
– Тетя Аня, вы не могли бы дать мне хлеба за два дня? Завтра мне разгружать вагоны, я не смогу прийти.
Продавщица молча выдала хлеб на два дня вперед – килограмм с четвертью. Тина от радости забыла об
усталости и весело побежала домой. И как только она вошла в подъезд дома, низко летевший самолет стал
обстреливать из пулемета улицу рядом с домом Тины. Погибли трое горожан и много немецких солдат. Тина
подумала: "Сейчас и я могла бы там лежать, если бы шла домой медленным шагом. Но, слава Богу, теперь у
нас есть и картошка, и морковь, и капуста, и хлеб. Достать бы для мамы хоть немного масла, но где его взять...
О масле можно только мечтать''.
Вечером все собрались вместе. Мама открыла Библию и стала читать ее вслух и объяснять. Машенька сидела
рядом и внимательно слушала. А Тина лежала на диване и, слушая маму, чувствовала, как в ее душе
поднимается волна противления. Она даже заткнула уши пальцами, чтобы не слышать маминых еретических
объяснений.
На другой день Тина пошла на базу разгружать вагоны с продуктами. Она, как всегда, работала
добросовестно, и во время работы к ней подошел старый немецкий офицер, следивший за разгрузкой. Он
хорошо знал Тину и, подозвав, спросил, где ее сумка. Когда Тина принесла свою сумку, он что-то положил в
нее. Офицер видел, что рабочие во время разгрузки всегда старались что-то спрятать за пазуху, а Тина
никогда этого не делала, поэтому он и решил дать ей сам. Рабочий день начался с семи утра, а было уже
десять вечера. Тина проработала уже пятнадцать часов. От множества коробок и мешков, которые переносила
Тина за это время, болела спина и руки, но конца работе не было видно.
Офицер через переводчика сказал, что надо быстрее разгрузить вагоны и что для этого придется поработать
до утра. Тем, кто останется работать на ночь, он обещал дать консервы и бутылку подсолнечного масла. Тина
решила остаться до утра, с ней остались и другие женщины. Всем разрешили отдохнуть один час и для того,
чтобы подкрепить силы, дали по большому куску хлеба и сыра. Тина отломала от своего куска половину и
вместе с сыром наложила в сумку. Оставшийся кусок хлеба она съела, запивая водой. Старый немец наблюдал
за ней и спросил:
– Ты это кому отложила?
– Маме и сестренке. Мама больная, а сестренка младше меня, она еще слабая.
– Ты хорошая, трудолюбивая девочка. Ты очень, очень напоминаешь мне мою младшую дочку. У меня пять
дочерей. Давно не получал от них писем и даже не знаю, что с ними. – Старый немец немного помолчал,
печально вздохнул и добавил: – Мы простые люди и не хотим войны. Мы хотим домой.
Вдруг немец резко оборвал разговор и стал громко кричать: "Работать, работать!" Тина посмотрела по
сторонам и увидела эсэсовцев, которые шли вдоль состава. Все вскочили, взялись за меш ки и коробки и снова
стали работать. Эсэсовцы прошли мимо и скрылись за вагонами. Тогда Тина поняла, что старый немец тоже
боялся эсэсовцев. Работу закончили только к восьми утра. Старый офицер всем дал по две банки консервов и
по бутылке масла. Тина подошла последней, и он бросил ей в сумку четыре банки консервов, бутылку масла и
что-то еще. Измученная тяжелой работой, Тина с благодарностью посмотрела на него. Теперь ей есть, что
принести домой. Расходились все очень медленно, еле переставляя ноги от усталост и. Никто ничего не
говорил. Карманы у всех были оттопырены и оттягивали одежду. Кроме того, что дал немец, каждая из
женщин что-то прихватила с собой. Когда женщины вышли за ворота базы, одна из них обратилась к Тине:
– В наши дни, поступая честно, не проживешь. Умной надо быть! Нашей побольше карманов в куртке и на
фартуке – будет куда положить. Смотри и учись!
Тина промолчала, но она уже для себя твердо решила, что никогда, никогда не будет воровать. У подъезда
своего дома она попрощалась со всеми женщинами и поднялась к себе на второй этаж. Дверь открыла мама.
– Доченька, а я думала, что с тобой что-то случилось! – с волнением заговорила она. – Рассказывай, почему
так долго?
Тина рассказана все с начала и по порядку, а потом высыпала содержимое сумки на стол. Мама, Тина и Маша
собрались вокруг стола и стали с уд ивлением рассматривать то, что набросал в сумку старый немец. Там были
четыре банки рыбных консервов, банка говяжьей тушенки, три пачки сыра по 200 граммов и полкило
сливочного масла, бутылка подсолнечного масла и буханка черного хлеба!
– А это еще что? – удивленно спросила мама, рассматривая не большие стеклянные баночки. – Яблочно-
виноградный сок, – прочитала она этикетку на немецком языке.
– Это тебе, мамочка, чтобы ты не болела! – радостно воскликнула Тина.
– Разделим на всех, – возразила мама.
– Я сока не хочу, я его не люблю! – сразу отказалась Машенька.
– А я тоже не хочу, я предпочитаю воду, – решительно заявила Тина.
Мама поняла хитрость своих дочерей и горько улыбнулась.
– Вы решили отказаться для больной мамы? Да как же я выпью это все сама? Я не смогу.
– Мамочка, представь себе, что это лекарство для тебя!
– Да, да, – повторила Маша, – пей, мамочка, это лекарство.
– Когда меня дома нет, то вы сварите суп с консервами или кушайте их просто с картошкой. Ведь на работе
мне всегда что-нибудь перепадает. Посмотрите на меня, какая я толстая, – сказала Тина и надула щеки. Все
весело рассмеялись.

Магда
Через несколько дней мама познакомилась с женщиной по имени Магда. Они очень подружились, и как-то в
субботу после богослужения мама пригласила Магду к себе на обед.
– А твоя старшая дочь не будет против? - спросила Магда.
– Она очень добрая и гостеприимная, но и слушать меня не хочет, считает, что я стала еретичкой. Не знаю,
она сегодня на работе или дома. Правда, я заметила, что уже четыре субботы она была дома, говорит, что
работы нет. А я и рада, ведь она приносила домой с работы по субботам овощи, хотя я ее просила в субботу не
приносить. Тогда она сердилась и говорила, что будет отдавать Лене, у которой пятеро детей. И вот четыре
субботы она дома и говорит, что работы нет.
Когда мама и Магда пришли домой, то Тины дома не было. Машенька сказала, что она празднично оделась и
куда-то ушла.
Тина в это время сидела в парке у реки и размышляла: "Священник сказал, что нет стиха в Библии в пользу
празднования воскресенья. Я же нашла, что и на новой земле спасенные будут приходить каждую субботу на
поклонение Богу. А как понять слова Иисуса "Я пришел не нарушить закон" и утверждение священника, что
Церковь отменила субботу? Получается, что Церковь выше Иисуса Христ а? Выше Самого Бога? Зачем я
только читала Библию? Зачем я ходила к священнику? Зачем? Чтобы мучиться сомнениями? Господи! Научи
меня, что делать, как поступать?"
И вдруг с глаз Тины как бы спала пелена. Она поняла, что если Библия не говорит, что Сам Госп одь или
апостолы заменили субботу на воскресенье, значит, суббота остается святым днем. Но тут Тина испугалась
мысли, что теперь надо святить субботу. А что скажут родственники? Конечно, они будут смеяться. И
подруги будут смеяться. А что скажут соседи?
– Нет! Нет! – пытаясь заглушить собственные мысли, выкрикнула Тина. – Я не смогу! Не смогу!
Тина быстро встала и замерла, снова вслушиваясь в себя. И она услышала, что как будто кто-то ей говорил:
"Сможешь, Тина. Ведь Иисус прошел путь страданий и насмешек. Он поможет и тебе!"
"Не сможешь! Не сможешь! Не сможешь!" – как будто удары барабана, зазвучало у нее в голове.
И снова пытаясь перекричать этот барабанный бой, Тина громко и решительно выкрикнула:
– Смогу! Христос поможет!
Седой, благообразный старик, который с задумчивым видом прогуливался неподалеку, услышав этот крик,
остановился и, с удивлением глядя на Тину, спросил:
– Девушка, кому вы кричали? Что вы кричали? Здесь же никого нет!
Тина посмотрела на старика и с улыбкой, радуясь каким-то своим собственным мыслям, сказала ему: "Тот,
Кому я кричала, понял, что я Ему кричала!" И, вежливо поклонившись, ушла из парка. А старик еще долго
стоял на том же месте, где его остановил крик Тины, и пытался понять таинственные слова неизвестной
девушки в праздничном платье.
В тот день Тина твердо решила больше не нарушать субботний покой.
К большому удивлению мамы, Тина по пятницам стала приходить домой раньше, чтобы сделать в квартире
уборку до захода солнца. Когда мама уходила на богослужение, Тина надевала праздничное платье, брала
большую Библию, которую мама назвала семейной, и читала. Тина решила, что она по-прежнему будет
ходить в храм по воскресеньям и что своей вере она не изменит. Но она так же решила, что не будет работать
в субботу, а будет оставаться дома, чтобы читать Библию и размышлять над ней.
У мамы с одной женщиной, которая держала свиней, был договор, что та будет кормить одну свинью для
мамы, а мама обеспечит ее кормом. Тина каждый день носила для свиньи отходы. К тому времени свинья,
хотя еще и была молодой, но уже достаточно выросла, чтобы ее можно было резать, тем более что ее просто
могли забрать солдаты. Война есть война.
В одну из суббот, когда мама вернулась со своего богослужения, она сказала еще одну новость: Бог дал в
пищу людям только чистых животных, и свинью, которую должны зарезать, нужно похоронить. На
следующий день, в воскресенье, привезли разделанную свинью и оставили в коридоре. Соседка Анна сказала:
"Ой, как хорошо, теперь хоть немного подкрепитесь!" Мама промолчала, и когда Анна ушла, позвала Тину и
Машу. Они вместе уложили свинью в мешок, вынесли за город и там закопали. На обратном пути Тина шла и
возмущенно говорила:
– Мама, ты же больная, тебе нужно хорошо питаться! И что же ты сделала? Столько всего вкусного закопала?
Только не говори об этом никому, чтобы люди не смеялись!
Мама всю дорогу молчала, а когда зашли домой, то сказала Тине:
– Тина, важно не только читать, что говорит Господь, но и исполнять то, чему Он учит.
– Да нигде этого не написано! Нигде! – в ответ возмутилась Тина. – Это только еретики выдумали всякую
несуразицу, а ты их слушаешь. Наверное, ты одна такая честная и правильная. Да, ты во всем всегда была
честная и правильная, и неудивительно, что ты и здесь такая же!
Мама устало села на диван. Тина ласково посмотрела на нее, потом обняла и сказала:
– Прости, мамочка, прости за все. Ладно, раз предназначена свинье могила, путь так и будет!
Мама прилегла. А Машенька стала шептать Тине на ухо:
– Я не согласна с мамой, что с ней? У нее вообще все в порядке? Война, голод, а она угробила такую
вкуснятину!
Тина молчала, но в душе была согласна с Машей. Ей даже почудилось, что пахнет жареной картошкой со
шкварками. "Как бы это было вкусно! А сколько сала, жира, мяса? Нажарили бы и ели, а мама бы пусть и не
ела, но мы-то тут при чем?" – думала Тина.
В тот вечер Тина сидела в своей комнате и читала семейную Библию. К ней в гости зашла соседка Ирина с
подругой и, увидев Библию, воскликнула:
– Что ты читаешь? Ты что, хочешь помешаться?
Тина улыбнулась и ответила:
– Читаю. А все, что здесь написано, есть и в катехизисе, все, что мы учили на уроках религии. Не знаю,
почему говорят, что ее нельзя читать?
Потом девочки говорили о своем, но, прощаясь, уже в дверях Ирина как бы невзначай бросила:
– Все соседи говорят, что твоя мама изменила своей религии, пре дала веру отцов. Вроде образованная,
педагог, а поступает как неуч. Даже как-то странно для интеллигентной женщины.
– Они ошибаются, – ответила Тина. – Моя мама никогда не исповедовала никакую религию. Она всегда
говорила, что ее религия – это любить Бога и делать людям добро. Она и жила так, как говорила, и поэтому
она не изменила никакой церкви и ни от какой веры отцов не отреклась. Ты правильно говоришь, что она
образованная и интеллигентная женщина. Она достаточно умна, чтобы во всем разобраться самой.
Тина проводила подружек, а маме об этом разговоре ничего не сказала. Она не хотела огорчать больную маму
и уже начала привыкать к маминым причудам.
Тина снова открыла Библию и стала дочитывать Книгу пророка Исаи. И вдруг в последней главе она
прочитала: "Все погибнут, кто ест свиное мясо, и мерзость, и мышей, говорит Господь".
Тина от неожиданности захлопнула Библию. Потом снова открыла ее и прочла те же строчки. Потом снова
закрыла, отложила в сторону и в задумчивости походила по комнате. Потом опять открыла то же место в
Библии и снова стала перечитывать, вдумываясь в каждое слово. "Господи, – оторвавшись от книги и глядя
куда-то перед собой, тихо произнесла Тина, – ведь это говоришь Ты! Ты говоришь, что кто это ест, тот
погибнет. Я не хочу погибнуть. А если Ты говоришь, то мы, люди, должны слушаться Тебя! Что же мне
делать?"
Несколько дней Тина думала о том, как ей быть, и потом решила.
На овощной базе должны были выдать зарплату. И она придумала, что возьмет денег и пойдет в один магазин
в центре города, где, как говорят, продают колбасу, сало и разные мясные изделия. Она решила, что купит
всего понемногу, потом пойдет в парк и устроит себе прощальный ужин.
Так она и сделала. Тина нашла тот частный магазинчик. Здесь было много раз ных вкусных вещей, которые
она пробовала только в мирное время. Но все стоило очень дорого. Тина стояла у прилавка и подсчитывала:
сможет ли она купить всего хотя бы по 100 грамм? И вдруг в ее сознании ясно зазвучали слова: ''Все
погибнут, кто ест свиное мясо, и мерзость, и мышей, говорит Господь".
– Чего изволите? – с готовностью бросился к ней продавец, радуясь редкому покупателю. – Что вы желаете
купить? У нас есть все!
– То, чего я хочу, у вас нет, – ответила Тина и, вежливо попрощавшись, вышла из магазина. Хозяин с
удивлением смотрел ей в след. Интересно, чего же это такого не было в его магазине, и чего хотела эта
девочка?
Когда мама только начала ходить на свои богослужения, она приглашала Тину, но потом перестала. Мама
часто говаривала своим единоверцам: "Машенька придет к Богу. А Тина – страшная противница. Молчит, но
противится". А Тина между тем уже ждала, чтобы мама снова пригласила ее на богослужение. Теперь ей было
даже интересно посмотреть на еретиков: какие они?
Однажды, когда мамы не было дома, в дверь постучала женщина лет сорока. Когда Тина открыла и женщина
спросила маму, Тина пригласила ее войти и сказала, что мама скоро будет. Женщина представилась:
– Магда.
– Тина. Присаживайтесь, – пригласила Тина, показывая на диван.
Магда села. Тина придвинула стул и села напротив, чтобы как-то развлечь гостью. "А чем ты занимаешься?" –
поинтересовалась Магда. Тина стала рассказывать, что работает, а в свободное время изучает материалы
четвертого курса торговой академии, что все корпуса академии теперь превратились в казармы и что, хотя
дипломы им выдали, после войны все равно придется защищать этот диплом.
Глядя на Магду во время беседы, Тина подумала: "Таких подруг у мамы раньше не было, наверное, новая".
Тина взяла свой альбом и попросила Магду что-нибудь написать ей на память: мудрое изречение, стихи или
пожелание. В то время была такая хорошая традиция иметь альбом, в котором гости оставляли какие -нибудь
записи на память. Магда бережно взяла в руки альбом и задумалась. Потом взяла ручку и что-то написала.
Она закрыла альбом, встала и сказала, что ей надо идти. Тина проводила гостью до дверей и пригласила ее
заходить еще. Магда чем-то очень понравилась Тине. Потом Тина вернулась в комнату, открыла альбом и
прочитала:
"Помни Создателя твоего в дни юности твоей, доколе не пришли тяжелые дни и не наступили годы, о которых
ты будешь говорить: нет мне удовольствия в них (царь Израиля – Соломон). Искренне, Магда".
"Точно из еретиков, – подумала Тина, – но симпатичная и милая". И Тине захотелось пойти и посмотреть на
этих еретиков и послушать, о чем они могут говорить.
Шел 1945 год, последний год войны, и только Бог хранил их маленькую семью. Многие из знакомых и друзей
погибли, многие уехали из родных мест. От кого-то Тина услышала, что директор академии тоже собирается
уезжать, и она решила навестить его и попрощаться.
Директор очень обрадовался, когда увидел Тину. Он уселся в большое кожаное кресло и пригласил Тину сесть
в такое же напротив. Разговорились.
– Это правда, что вы уезжаете в Словакию? – выбрав подходящий момент, спросила Тина.
– Нет, куда мне ехать. Война заканчивается. Гитлеровцы всполошились, все увозят в Германию, наверное, и
сами скоро уйдут отсюда. А если придут русские, наверное, будет хорошо, ведь мы братья-славяне. Я хочу
жить здесь среди русинов. У русинов своя культура, свои поэты, писатели, свой язык. Этот язык, и эта земля
стала для меня родными.
– Да, – сказала Тина, – мы – славяне, и если придут наши братья русские, то мы, наверное, почувствуем себя
как дома. Интересно, а русские такие же простые и добрые, как и наш народ?
– Наверное, хотя война сделала всех зверями, – задумчиво глядя на Тину, ответил директор. – Но я здесь
родился, здесь я и умру, – твердо добавил он.
Директор немного помолчал и перевел разговор на другую тему: – Тина, я бы очень хотел, чтобы твой диплом
признали. Как у тебя с учебой?
– Я весь материал изучила: и математику, и товароведение, я бухгалтерский учет. Мне кажется, что я смогла
бы работать по специальности. Но, з наете, вы мне всегда были как отец, я мечтаю стать педагогом. Я
чувствую, что это мое призвание. Я иногда закрою глаза и представляю, что я среди студентов, – мечтательно
сказала Тина, глядя куда-то мимо директора.
– Знаешь, дорогая дочка, что я тебе скажу? Даст Бог, переживем войну, и тогда появятся новые возможности.
– Может, это смешно, – продолжала свою мысль Тина, – но у меня уже сейчас получается быть учителем. Ко
мне через день приходят наши студенты, и мы вместе разбираем учебный материал. Это Агнесса, Мари Анна,
Андрей, Иван и Тимур, вы их знаете, они из моей группы. Они каждый раз говорят, что я очень хорошо
объясняю. А мне очень нравится заниматься с ними.
– Молодец, дочка! – одобрил директор. – Значит, ты хочешь после войны поступить в Ужгородский
университет?
– Да, это моя мечта. Но учиться, наверное , я смогу только заочно или экстерном. У меня больная мама и
сестра еще совсем маленькая. На какой факультет вы мне посоветуете поступать?
– На физико-математический. Ведь тебе хорошо дается математика.
– Математику я очень люблю, и дается она м не легко, – согласилась Тина.
Их разговор прервала сирена. Она гудела долго и заунывно. Тина с директором спустились в бомбоубежище,
а когда вышли на улицу после отбоя, то увидели, что по улице были разбросаны трупы немецких солдат. Все
они были очень молодыми. Тина шла и думала, долго ли еще будет продолжаться война и сколько еще
материнских слез прольется по обе стороны фронта по погибшим сыновьям и дочерям.
Когда Тина уже направлялась домой, вдруг кто-то схватил ее за рукав пальто и потащил с тротуара в глубину
двора. Тина сначала испугалась, а потом услышала, как какой-то почтенного вида старик шепотом стал
объяснять ей, что немцы снова угоняют жителей города в Германию. Ходить по городу было опасно. Через
щель в заборе Тина увидела, как немцы гнали на станцию колонну мужчин и женщин. Когда колонна прошла,
Тина, оглядываясь по сторонам, вышла из своего укрытия и быстро побежала домой.

Хочу исполнить правду


Последний зимний месяц был очень спокойным. Линия фронта все дальше и дальше уходила на запад.
Жители города понемногу отходили от ужасов войны и думали, как жить дальше. В жизни Тины тоже
намечались перемены. Тина уже вполне осознанно соблюдала субботу. На работе она договорилась, что в этот
день не будет работать по семейным причинам. Вместо субботы Тина теперь ходила на работу по
воскресеньям, чем сильно удивила маму. Она также отказалась от нечистой пищи, потому что твердо решила
поступать так, как написано в святом Слове. А однажды, как бы между прочим, Тина спросила у мамы, где
находится ее церковь, и мама назвала ей адрес.
На неделе Тина пошла посмотреть, что же из себя представляет мамина церковь, или, как она говорила,
"молитвенный дом". На улице, которую назва ла мама, Тина быстро нашла молитвенный дом. В доме было два
входа: один парадный, с улицы, другой – со двора. Тина прошлась мимо дома несколько раз, пытаясь
представить, что же там внутри.
Вернувшись домой, Тина села читать Библию. Она в задумчивости открыла первую страницу и на титульном
листе прочитала: Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. И вдруг, как удар молнии, в
ее голове сверкнула мысль: Ветхий Завет – это обветшалые книги, он не нужен, а Новый Завет дан вместо
Ветхого, вот его-то и нужно соблюдать! С этой мыслью Тина и пошла спать. Ночью ей приснился сон: на небе
появилась большая книга, которую держали руки, выходившие откуда-то из облаков. На книге Тина
прочитала: "Библия – Слово Божье". Потом руки раскрыли книгу, и Тина прочитала: "Ветхий Завет". Потом
одна рука перевернула страницы, и Тина снова прочитала: "Нов ый Завет". Потом рука опять стала
переворачивать страницы и остановилась. Указательный палец руки стал водить по словам текста из Второго
послания к Тимофею, 3-й главы, 16 – 17-й стихи. Потом рука еще раз провела по этим же строкам, и Тина
прочитала: "Все Писание богодухновенно..." Потом руки с книгой стали удаляться, пока не скрылись в
облаках. Тина проснулась. Было шесть утра. Тина быстро встала, пошла в гостиную, взяла со стола Библию и
открыла то место, которое видела во сне. Здесь было написано именно то, что ей показывала рука. Тина
быстро умылась, оделась, причесалась и, войдя в свою комнату, стала на колени, перекрестилась и начала
благодарить Иисуса за то, что Он удержал ее от заблуждения и что открыл, что все Писание богодухновенно.
Этот стих из Библии Тина запомнила на всю жизнь. Была пятница. Тина стала готовиться к субботе.
Это, конечно же, не могла не заметить Маша.
–...Ты серьезно начала праздновать субботу? Ты стала еврейкой? – ехидно спросила она и засмеялась.
Тина ужасно рассердилась, подошла и ударила Машу. Маша дала сдачу. Тина умела защищать других, но
свои проблемы она никогда не решала при помощи силы, и ей стало стыдно за свой пос тупок. Ни Тине, ни
Маше не хотелось ссориться, и сестры помирились.
Маша хотя постоянно и поддакивала маме, но на самом деле вовсе не разделяла ее взгляды.
В субботу Тина осталась дома, а в воскресенье после обеда отправилась посмотреть, как проходит служба в
молитвенном доме. Чтобы не привлекать к себе внимания, Тина решила войти со двора. Дверь была открытой,
и она оказалась в небольшом коридоре. Тина сняла пальто и вошла в зал. Все стояли к ней спиной,
повернувшись лицом к кафедре. На кафедре было три человека. Посредине стоял мужчина лет пятидесяти, он
был в черном костюме, белой рубашке и черном галстуке. Справа от него стоял молодой человек в таком же
строгом костюме. Слева седой старичок, одетый так же, как и те двое. Играла фисгармония. Стоявшие, а их
было человек сто, пели: "Ближе, мой Бог, к Тебе, ближе к Тебе!" Тина сразу увидела маму, которая стояла в
первом ряду. Какая-то женщина средних лет дала Тине песенник. Тина молча следила за текстом и
рассматривала людей. "Что делать дальше? Как себя вести?" – думала она и решила, что будет делать то, что и
другие. Все стали на колени, и она тоже. Молодой человек, стоявший на кафедре, молился. Молился он
просто, своими словами. Это понравилось Тине. Она подумала: "В конце концов, они молятся Богу своими
словами, и это уже неплохо!"
Потом пел высокий и солидный мужчина, которого представили братом Антоном. У мужч ины был красивый
низкий голос. Песня так и лилась. "Ну и голосище, – подумала Тина, – как было бы хорошо, чтобы он пел
подольше".
Мужчина перестал петь, и началась проповедь. Проповедник говорил о воскресении мертвых и о том, что
душа умирает, Тина внимательно слушала, и вдруг на нее нахлынули волны возмущения. Она встала и,
задыхаясь от волнения, громко, на весь зал произнесла: "Как вы смеете говорить такую неправду, что душа
умирает? Она никогда не умирает, она бессмертна!" После неожиданных слов Тины в зале наступила такая
тишина, что казалось, будто здесь никого и не было, кроме проповедующего и Тины. Проповедник на
мгновение замолк, потом посмотрел на Тину и вежливо произнес:
– Девушка, пожалуйста, если у вас есть библейские свидетельства в пользу бессм ертия души, мы вас
выслушаем.
Тина на мгновение растерялась, так как она плохо знала Библию и не могла вспомнить никаких доказательств.
Потом Тина собралась с духом и, придавая солидность своему голосу, ответила:
– В Библии много мест в пользу бессмертия души.
– Не стесняйтесь, приведите хотя бы одно, – настаивал проповедник.
И вдруг Тина вспомнила, что вчера вечером что-то читала на эту тему. Это был случай с Саулом, описанный в
Книге Царств.
– А помните вы тот случай, когда царь Саул пошел к женщине-волшебнице, и она вызвана душу пророка
Самуила? – твердым голосом спросила она, обращаясь к проповеднику.
– Да, помню, – подтвердил проповедник. И, видя, что Тина готова продолжать спор прямо во время
богослужения, сказал ей: – Девушка, а вы не могли бы прийти в следующую субботу вечером, я приготовлю
проповедь и с Божьей помощью постараюсь дать ответ на ваш вопрос. А как вас зовут? – спросил он после
секундной паузы.
– Тина.
– Тина, вы обещаете прийти?
– Обязательно приду, – ответила она.
Проповедник продолжат проповедь, а Тина внимательно слушала и записывала стихи из Библии. Когда
проповедник закончил и все начали петь, Тина незаметно вышла через запасной выход. Дома она несколько
раз внимательно прочитала все записанные во время проповеди стихи и пришла к выв оду, что проповедник
прав – душа умирает! И в этот момент радость наполнила ее сердце, и она; подумала, как это хорошо, что папа
спит в могиле до Второго пришествия Иисуса Христа и что его душа не находится в чистилище или в аду. И
тут она вспомнила, как она мучилась и сколько пролила слез думая, как страдает папина душа в чистилище.
Сколько молитв послала она Иисусу, чтобы Он освободил папину душу и принял ее в рай. И как ей было
тогда обидно и непонятно, почему Бог так жесток, что спасенные всю вечность б удут находиться в раю и
блаженствовать, а души грешников должны вечно мучатся в аду. В церкви она видела картину с
изображением мучающихся в аду грешников, и это было очень страшно. Папа всегда говорил ей, что Бог
любит людей, что Он милостив и справедлив. Но если Бог милостив, то почему же тогда существует
чистилище, ад, где души корчатся в муках, думала тогда Тина. Теперь она поняла, что представление о
вечных муках ада было заблуждением. ''Прости меня, Иисус, за то, что я Тебя называла жестоким. Прости
меня за то, что я Тебя не знала, оказывается, чистилища нет и ада нет. Тебе неугодно и несвойственно
смотреть на муки и страдания. Будет справедливый суд, будет воскресение мертвых. Ты добрый
многомилостивый Бог", – мысленно обратилась к Богу Тина.
Вернулась домой мама.
– Тина, мне было очень неудобно, когда ты так дерзко выступила против проповедника. Мне хотелось сквозь
землю провалиться. Я прошу, следи за своими манерами и тоном голоса, а также не забывай, как следует
разговаривать со старшими! – с возмущением начала мама.
– Хорошо, мамочка, я больше не буду так поступать. Я знаю, что прерывать старших – это признак
невоспитанности. Я попрошу прощения у проповедника в следующую субботу.
Сказав это, Тина перенеслась в мыслях на богослужение в следующую субб оту: "Как же проповедник
объяснит это место, где говорится о душе Самуила?"
Тина всю неделю жила ожиданием вечернего богослужения в субботу. И вот она сидит в зале и ждет ответа на
волнующий ее вопрос. Началась проповедь, проповедник продолжал тему о том, что такое душа, потом он
стал говорить об опасности спиритизма и как пример привел случай с Саулом, который описан в Первой
книге Царств. Тина замерла в ожидании. Это был вопрос, который ее так волновал! И вдруг проповедник
обратился к ней с кафедры:
– Тина, у меня к вам несколько вопросов.
Тина встала и сказала:
– Я вас слушаю.
– Скажите, пожалуйста, пророк Самуил был Божьим пророком?
– Да, – подтвердила Тина.
– А где же тогда должна была находиться его душа?
– В раю, как и души всех праведников! – ответила Тина.
– А как, по-вашему, могла ли волшебница , которая противилась воле Божьей, вызвать из рая душу
праведника?
– Думаю, что нет.
– Откуда она вызвала Самуила?
Тина поняла, что совсем запуталась, но решила так просто не сдаваться.
– Из рая! – как можно увереннее сказала она.
– А вы прочитайте внимательно, – попросил проповедник. Тина прочитала. Проповедник снова спросил:
– Так откуда вышел Самуил?
– Из земли, – неуверенно ответила Тина.
– Значит, из ада? – переспросил проповедник.
– Да, получается, что из преисподней, – согласилась Тина.
– Но могла ли душа Самуила, пророка Божьего, выйти из преисподней, из ада? Конечно же, нет! – сделал
вывод проповедник.
Потом он поблагодарил Тину, попросил ее сесть и начал говорить об уловках сатаны и о спиритических
сеансах. Он сказал, что Саулу в облике Самуила явился бесовский дух. Тогда Тина снова попыталась
повернуть беседу в свою пользу и подняла руку, чтобы задать вопрос. Проповедник кивком головы пригласил
ее спрашивать. Тина встала и спросила:
– А кто же предсказал судьбу царю и его сыновьям? Мог ли дьявол так точно предсказать?
– Царь Саул не слушался Бога, и Бог оставил его. Саул полностью оказался во власти дьявола, и тот
приготовил и Саулу, и его сыновьям смерть на поле битвы. Поэтому дьявол так точно предска зал ему конец, –
ответил проповедник и, снова обратившись к Тине, спросил: – Вы согласны со мной?
Тина подумала: "Все это так, он прав, но сразу я не сдамся". И хотя в душе она радовалась, что нашла ответ на
вопрос, который всегда беспокоил ее, она сказал:
– Я должна хорошо все обдумать.
В этот вечер Тина окончательно убедилась, что чистилища и ада нет и что души умерших не мучаются, что
все – как праведники, так и нечестивые, – спят в своих могилах до Второго пришествия Иисуса Христа.
Мама готовилась, чтобы принять крещение. Тина радовалась, что мама станет христианкой. "Если бы папа
был жив, он бы тоже радовался, ведь это было его заветной мечтой!" – думала Тина. В одну из суббот она
услышала проповедь о крещении. Эта проповедь сильно взволновала ее. Проповедник говорил, что если кто
крестится, то будет спасен, и что креститься нужно в таком возрасте, чтобы человек сам все понима л, во что
он крестится. Как подтверждение своих слов он привел стихи из Евангелия от Матфея: "Научите все народы,
крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам".
Дома Тина несколько раз прочитала эти слова, думая о том, что когда ее крестили, она была крохотным
ребеночком и ничего не понимала. И, конечно, ее тогда нельзя было научить соблюдать т о, что повелел
Господь. "Поэтому я и заблуждалась, не зная воли Божьей", –думала Тина. Из проповеди Тина также узнала,
что крещение должно совершаться полным погружением в воду. Она вновь и вновь перечитала евангельский
рассказ о крещении Иисуса в Иордане. Она любила своего Господа и хотела во всем быть похожей на Него.
Она подумала, что если ее дорогой Спаситель принял крещение погружением в воду и этим исполнил правду
Божью, то и она должна последовать его примеру.
И хотя Тина была согласна со всем, что говорил проповедник, все же внут ри ее что-то противилось, и она
говорила себе: "Не спеши. Подожди немного".
Скоро должно было состояться крещение. Креститься должны были 27 человек. Накануне крещения
проповедник еще раз коротко изложил все основные моменты учения Церкви. В конце он прочитал текст из
Послания к Колоссянам о том, что крещение – это погребение прошлой греховной жизни и воскресение для
новой во Христе Иисусе.
И Тине тоже очень захотелось совершить это погребение, умереть для прошлого, для всего нехорошего, что
было в ее жизни, и стать другой, совсем другой. После проповеди она подошла к проповеднику и дала ему
лист бумаги, на котором было написано:
"Я с самого детства люблю Иисуса и хочу посвятить Ему всю свою жизнь. Я хочу принадлежать той Церкв и,
которая идет по Его стопам, исполняя всю правду и волю Божью. Хочу исполнять правду Божью, как
однажды исполнил ее мой Иисус, и принять водное крещение, погрузившись в наш Иордан. Прошу мне не
отказать, потому что я очень хочу принять крещение. Тина".
Проповедник прочитал и пригласил Тину присесть для беседы. Он начал с того, что сказал ей, что, следуя за
Иисусом, иногда приходится идти не только по ровной дороге. Часто путь бывает трудным, с рытвинами и
камнями. Тина на это ответила:
– Мой Иисус шел этим путем, и этот путь привел Его на Голгофу, а почему мы, Его дети, не должны испытать
хотя бы маленькую долю Его страданий?
– Тина, ты еще очень молода и не утверждена в учении. Подумай о своем решении, может быть, тебе не стоит
торопиться? – испытывающе глядя на Тину, спросил проповедник.
– Я сделала выбор и хочу служить Иисусу. Обратного пути для меня нет, – решительно сказала Тина. – И
потом, – призналась она, – если бы вы знали, как я люблю моего Иисуса, вы бы тогда не сомневались в моем
решении.
– Хорошо, – улыбнулся проповедник. – Завтра я жду тебя на берегу реки.
Стоял прекрасный июньский день. Солнце приветливо посылало свое тепло тем, кто стоял на берегу. Среди
них были 28 человек, которые готовились войти в бурные воды горной реки, с шумом катившей свои
холодные воды через громадные валуны. Карпатские горы, покрытые зелеными лесами, будто замерли,
наблюдая за происходящим на берегу. Они должны были стать молчаливыми свидетелями великой тайны
умирания для прежней, греховной жиз ни и воскресения для новой во Христе.
Тина с волнением входит в воду. Ступая по гладким камням, она медленно подходит к проповеднику. "Крещу
тебя во имя Отца и Сына, и Святого Духа!" – слышит она, и волны реки принимают Тину, чтобы через миг
снова отдать ее уже для новой жизни.
Так исполнилось самое горячее желание сердца Тины. Так она стала на путь, которому посвятит всю свою
жизнь. Когда Тина вышла из воды, все ее существо наполнилось горячим желанием идти к людям и говорить
им, чтобы и они приняли Иисуса в свое сердце и последовали за Ним.
Вечером Тина долго не могла заснуть. Глядя на вечернее небо, на котором тихо, одна за другой зажигались
звезды, она вспоминала старый дом, липу во дворе, скамейку, сидя на которой они часто беседовали с папой,
своих верных друзей детства, монастырь, тяжелые годы войны...
"Возвожу очи мои к горам, откуда придет помощь моя. Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю",
– прошептали губы Тины.
Завтра наступит новый день новой жизни Тины, которая стала уже совсем взрослой.

Часть 2. Юность Тины.


Глава 1. Хлебная карточка.
У повзрослевшей Тины началась новая жизнь. Кончилась война. Возобновилась учеба. Торговую академию
переименовали в торговый техникум. Курс обучения в ней сократился с восьми лет до четырех. А это значит,
что Тине и ее друзьям скоро сдавать экзамены, получать дипломы и распределения.
Каждое утро Тина ходила на дополнительные занятия по изучению сокращенного курса истории партии,
конституции СССР и торговли СССР. Вечерами она работала на овощной базе. Ей нужно было работать, т ак
как мама очень болела, а сестренка Маша ходила в школу.
И вот первое испытание в жизни Тины как христианки.
Мама и Машенька получили хлебные карточки, а Тине должны были дать ее в техникуме. Староста их курса
спросил перед всеми:
- Тина, это правда, что ты отреклась от веры наших отцов?
- Да ты что, Слава, я еще больше укрепилась в этой вере.
- В какой?
- В Божьей вере.
- Это правда? Да? Тебя не было на дополнительных занятиях по атеизму. Преподаватель из Киева доказал
нам, что никакого Бога не существует.
- И вы согласились с ним?
- Да. Все так просто. Священники одурманивали нас, говоря, что есть Бог. Доказано, что мы действительно
произошли от обезьяны. Мы с тобой изучали дарвинизм как лженауку, а оказывается - это настоящая наука.
- Да что ты, Слава, говоришь? Дарвинизм - это сплошные гипотезы, там никакой науки нет. Все в нем зыбко,
не доказано. - Доказано. Мы все вступили в Союз молодежи и тебя, Тина, записали. Вот тебе билет. Забудь
Бога и живи полной счастливой жизнью.
- Слава, как ты можешь так непочтительно отзываться о Боге?
Прошел крошечный отрезок времени, и ты, не разобравшись, хулишь Бога, Творца неба и земли.
- Ха-ха-ха, - смеялись ребята и девочки. - Мы теперь свободны, дышим полной грудью. Мы живем без страха.
Мы знаем, что никто за нами не подсматривает.
- Дорогие мои, - со слезами сказала Тина, - остановитесь и не огорчайте Бога. Бог, Которому я служу, -
любовь, и я не страшусь Его, я Его люблю. А что это за билет?
Тина прочитала: «Союз молодежи - школа коммунизма». Она отдала билет обратно Славе со словами:
- Я верю в Бога и поэтому не могу вступить в эту молодежную организацию.
- Ума нет - не добавишь, - сказал Слава и продолжил: - Так как Тина не желает вступить в Союз молодежи и
игнорирует все сказанное, я считаю, что нужно лишить ее хлебной карточки, и пусть Бог даст ей на каждый
день хлеб по молитве «Отче наш».
Аня со слезами сказала:
- Ребята, у Тины мама больная, и ей приходится много и тяжело работать. Давайте отдадим ей хлебную
карточку.
Ребята в один голос сказали:
- Пусть ей спустит с небес хлебную карточку ее Бог, а мы по-
смотрим.
Слава обратился ко всем: - Голосуем. Кто «за»?
Все как один подняли руки, даже Аня, ее самая лучшая подруга.
Стало тихо. Тина кротко сказала:
- Бог непременно позаботится обо мне. Он мне пошлет хлебную карточку. Он обещал, что Его детям «хлеб
будет дан ... вода у него не иссякнет» (Ис.33:16).
Ребята и девушки смеялись и запели новую песню: «Мы построим новый мир», а Слава добавил: «Нового
человека».
Директор, который стоял в фойе, все слышал через приоткрытую дверь. Тина сказала всем: «До свидания» и
вышла. Увидев директора, она поздоровалась и очень обрадовалась, что сможет поделиться с ним своими
горькими переживаниями. Они пошли вместе.
- Как ты будешь без хлебной карточки весь этот месяц? спросил Тину директор.
- Обо мне мой Бог уже позаботился. Он меня никогда не оставлял и впредь не оставит. Поверьте, все будет
хорошо,- сказала с улыбкой Тина.
А потом лицо ее стало очень печальным, и девушка, умоляюще спросила:
- Вы тоже перестали верить в Бога?
- Я верю в Бога, - ответил директор, - но хочу дать тебе совет. Наступила в нашей жизни новая эпоха - эпоха
неверия. И ты должна приспособиться к этому времени: исповедуй твоего Господа сердцем, а устами молчи о
Нем. Ввели экзамен по дарвинизму, по атеизму. Когда будешь их сдавать, то отвечай на вопросы так, как ты
изучала. Не вступай в прения. Комиссия приедет из Киева, а они все атеисты.
- Все преподаватели без исключения атеисты? - спросила Тина.
- Да! Будь умницей. Мое горячее желание, чтобы ты получила красный диплом.
- Ценой уступок? Ценой отречения от моего Господа, Которого я так люблю?
Директор молчал. Он смахнул слезу и сказал: «Да благословит тебя Господь, мое дитя». Затем резко
повернулся и ушел.
Тина задумалась. Мир ей показался очень темным и неприветливым. Ей нужно было собраться с мыслями,
побеседовать с Иисусом, и Тина повернула к реке. На берегу реки она нашла свое любимое место, села и
долго смотрела вдаль. Потом мысленно начала говорить с Иисусом, как и прежде, а закончив беседу, она
успокоилась и, утвердившись в вере, сказала: «Дорогой Иисус, помоги мне не предать Тебя, Моего Господа,
ни при каких обстоятельствах в жизни». Девушка встала и спокойно пошла на работу. Идя по дороге в
большой амбар, где происходила сортировка овощей, Тина встретилась с бригадиром. Они остановились.
Бригадир спросил:
- Тина, как у тебя дела? Как мама, сестренка?
- Мама очень больна. Сестренка учится, а после обеда ухаживает за мамой. Эта доля выпала Маше. Она очень
заботливая и любящая дочь.
- А ты - нет?
- Я то на дополнительных занятиях, то на заработках у вас. У меня нет времени ухаживать за мамой, и это
ложится тяжелым грузом на мое сердце. Ведь мама - это самое дорогое сокровище в нашем мире. Я даже не
могу себе представить, как это жить без нее.
Бригадир перевел беседу: - Скоро у тебя экзамен?
- Через две недели. И тогда я получу распределение и уйду от вас. Спасибо вам. Вы были, дядя Федя, очень
добры ко мне. Пусть благословит вас Бог и всех ваших близких.
- Да, что ты, Тина, приходи к нам в гости. Мы будем очень рады. Желаю тебе сдать экзамены на «отлично».
На новом месте трудись так прилежно и честно, как трудилась у нас.
Бригадир уже поворачивал в контору и вдруг остановился и спросил:
- Тина, а где ты получаешь хлебную карточку?
- Нигде.
Вышла секретарь, и он ее спросил:
- Алена, у нас остались хлебные карточки?
- Одна, последняя, - ответила Алена.
- Отдай ее Тине. Она осталась без карточки, - распорядился бригадир.
- Пойдем в контору, - пригласила любезно девушку секретарь. Тина вышла с хлебной карточкой в руках. Она
со слезами благодарила Бога за то, что Он позаботился о ней, говоря: «Нет больше такого доброго
заботящегося Господа, полного любви и милости, как Ты, Боже».
С работы она пришла домой в восемь часов вечера и рассказала маме все события дня. Заканчивая свой
рассказ, она с болью в душе сказала:
- Мамочка, за какой-то месяц все изменилось. Ведь недавно все были верующие, не сомневались, что есть Бог,
а сегодня кричали: «Нет Бога».
Она заплакала и продолжала:
- Это так ужасно, мрачно и очень больно. Даже директор сказал: «Тина, теперь время молчать о Боге. Веруй
сердцем, а уста твои пусть молчат».
Мама, выслушав Тину, сказала: - Тина, может быть, он прав?
- Мамочка, ведь мы с тобой христиане. Мы заключили через крещение завет с Богом, обещая служить Ему
доброй и чистой совестью. Мы читаем с тобой: «А кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я
пред Отцом Моим Небесным» (Мф.10:33).
- Это так, но, может быть, на экзаменах и надо промолчать?
Сдавай все по учебнику и не вступай в спор с комиссией.
- А если они спросят: «Веришь ли ты в Бога или нет? Веришь ли ты, что человек произошел от обезьяны?» Я
должна молчать? Сказать: «Да»?
- До этого не дойдет.
Тина не хотела расстраивать маму, но в сердце твердо решила остаться верной своему Господу - будь что
будет.
На второй день после работы она посетила Магду - библейского работника - и рассказала ей обо всем. Магда
внимательно выслушала ее и сказала:
- Решение твое правильное, но ты не думай о том, что и как тебе отвечать. Предай Господу твое дело. В
Библии записано обетование - в Евангелии от Луки в 21-й главе, с 12-го по 15-й стих. Прочитай.
Тина прочитала и воскликнула:
- Как все это здорово - не обдумывать заранее, что отвечать.
Я искренне признаюсь, что часто ловлю себя на том, что и как я отвечу комиссии на заданные мне вопросы.
Как же не благодарить такого чудесного Бога, Который позаботился о нас на всякое время, оставив нам Свои
советы и обещания. Как здорово сказано: «Ибо Я дам вам уста и премудрость, которой не возмогут
противоречить, ни противостоять все, противящиеся вам».
Они еще долго беседовали. Уходя, Тина поцеловала на прощание Магду и сказала: «Как Я благодарна и рада,
что ты есть на свете». И побежала домой.

Глава 2. Экзамены.
Все экзамены позади, остался один. Все-таки ввели дарвинизм.
Вот подошла очередь Тины. Слава, сидевший с ней рядом, шепнул: - Тина, будь очень осторожна в словах.
Комиссия знает, что ты убежденная христианка.
- Тем лучше, - сказала девушка.
Тина вышла, взяла билет: «Происхождение человека». Она сразу начала:
- По теории Дарвина, человек, произойдя от обезьяны, развивался до homo sapiens, поднимаясь по лестнице
эволюции.
Она взглянула на директора. Тот смотрел на нее умоляющим взглядом. Тина рассказала все о происхождении
человека по теории Дарвина. А потом посыпались вопросы от членов комиссии. Девушка мысленно
помолилась: «Господи, исполни Свое обетование, дай мне премудрости, чтобы они не возмогли победить
меня и Ты был прославлен».
- Вы верите в то, что рассказали нам о происхождении человека? Тина спокойно ответила:
- Нет. Я не верю в теорию Дарвина.
- А во что вы верите?
- Я верю в Бога как моего Творца и Создателя. Бог сотворил в шесть дней небо, и землю, и человека. Теория
эволюции не имеет под собой основания.
- Вы же не ученая, чтобы отвергать эволюцию Дарвина.
- Я верю в Библию - Слово Бога. А там ясно написано, что Бог - Творец нашей планеты и человека.
- Это сказка.
- Это мое твердое убеждение.
- Спорить с вами не будем, но хотим дать добрый совет. Вы отныне будете жить и работать в
коммунистическом обществе. Вы слушали лекции о коммунизме. Вам понравилась идея о коммунизме?
- Да, идея о коммунизме мне понравилась. Но мне не понравилось то, что в этой идее нет Бога. А без Бога мы,
люди, не сможем осуществить ни одну идею, какой бы хорошей она ни была.
- Вы вступили в Союз молодежи?
- Нет. Я же верю в Бога и не могу лицемерить.
Из членов комиссии кто-то другой подметил:
- Она умная девушка. Пройдет время, и она все поймет. Вот сегодня перед нами проходит молодежь, которая
вчера верила в Бога, а сегодня отрицает Его существование. Разве так быстро они смогли изменить свое
представление о Боге? Нет же. Они сегодня повторяли убеждения других. Она же говорит честно, как
понимает. И я уверена, когда она поймет, что Бога нет, она так же честно будет об этом говорить. Она будет
убежденной атеисткой.
- Никогда не стану. Бог мне поможет. Убеждение - это не вещь, чтобы ее менять. Убеждение остается на всю
жизнь, твердо сказала Тина.
Но что же это? Тина слышит, как ее зовет мама: «Тина, Тина ». «Она, наверно, умирает». Тина побелела и
взялась за край стола.
- Что с вами? - спросили ее.
- Моя мама очень больна. Я слышу, как она меня зовет. Она в больнице, наверно, умирает.
- Так бегите же!
Тина сказала: «До свидания » - и убежала. По дороге в больницу она встретила Машеньку. Увидев Тину, она
со слезами закричала:
- Мама наша умирает.
Сестры, взявшись за руки, побежали вместе.
Глава 3. Смерть матери
Перед входом в палату сестер встретил главврач - друг их папы. Он погладил по голове Машеньку и тихо
сказал: «Не плачьте. Вашей маме очень-очень плохо». Они вытерли слезы и все втроем вошли в палату. Мама,
увидев Тину, улыбнулась и тихо-тихо промолвила:
- Слава Богу, что ты пришла. Я с нетерпением ждала тебя и все время звала по имени.
- Мамочка, экзамены позади. Сдала я отлично. Мама улыбнулась своей доброй улыбкой и сказала:
- Я не сомневалась в этом.
Тина села у изголовья кровати и начала гладить мамины каштановые кудри. Она часто и дома гладила их
точно так же. Мама обратилась к старшей дочери:
- Доченька, пообещай мне, что ты никогда не оставишь Машеньку, как бы тяжело тебе ни было. Дели с ней
хлеб пополам, заботься о ней. Живите вместе, не бросай ее в этой жизни никогда. Обещаешь?
- Да, мамочка, обещаю, что будет так, как ты сказала.
В это время вошел пастор церкви. Он остановился напротив больной женщины. Маша сидела с другой
стороны койки у маминых ног. Мама продолжала:
- Я к тебе обращаюсь, Машенька.
- Мамочка, что м не делать, как мне быть без тебя? - рыдая, спрашивала младшая дочь.
- Не плачь. О тебе позаботится Тина, а о ней - Господь. Я имею последнее горячее желание встретить вас в
вечности. Прошу тебя, прими Иисуса Христа своим личным Спасителем и ходи в церковь. Ходи в ту церковь,
в которую мы ходили с Тиной, чтобы мне встретиться с тобой.
- Мама, милая мамочка, на кого ты меня оставляешь? Как мне жить, как мне быть?
- О Тине будет заботиться Иисус, а о тебе - она как старшая. У Тины доброе сердце, она не оставит тебя.
Потом она обратилась к персоналу, поблагодарила их за доброе отношение к ней и просила подумать их о
своем спасении.
Вдруг она внезапно спросила: - Где пастор? Он пришел?
- Я здесь, Агнесса, - ответил он.
Женщина, улыбнувшись, сказала ему:
- Я вижу Ангела моего, Он идет, чтобы успокоить меня. Я скоро уйду на покой. Я хочу молиться и прошу -
помолитесь и вы, пастор, обо мне.
Она молилась. О, что же это была за молитва: молитва раскаяния о прощении грехов, молитва благодарения за
попечительство и любовь Божью, просьба о спасении своих дочерей и о том, чтобы Господь вел их всю
жизнь, охраняя и заботясь о них, просьба о спасении тех, кто окружал ее на смертном одре. Она верою отдала
себя в руки Иисуса.
Тина наклонилась и поцеловала маму:
- Прости меня, мамочка за все, за все. Нет слов, чтобы выразить благодарность за твою материнскую любовь,
которой нет равной в мире.
Из глаз Тины капали крупные слезы. Машенька целовала мамины руки, говоря:
- Прости, прости.
Тина наклонилась и тоже поцеловал а нежную, заботливую, любящую мамину руку в последний раз. Стало
очень тихо. Все плакали. Пастор начал молиться. Перед тем, как он закончил молитву, Тина слышала тихий
спокойный выдох матери, и она успокоилась. Пастор встал с колен. Главврач подошел и взял руку матери,
сказав: «Какая блаженная смерть. За мою врачебную практику я не видел, чтобы так умирали». Все
потихоньку покинули палату. Тина и Маша стояли у больничной койки и тихо плакали. Они потеряли самое
дорогое сокровище в этой жизни - мать.
Пастор сказал им:
- Пойдем домой.
Сестры, обнявшись, пошли по жизненной дороге, не зная, что их ожидает впереди. Потом приехали
родственники. Были похороны. Были венки, цветы, сказано много добрых слов, а потом гроб опустили в
могилу. Обложили ее цветами, венками. Родственники приглашали к себе в гости, попрощались и уехали.
Тина и Маша долго стояли, обнявшись, у могилы матери. Вдруг они услышали песню соловья. Он выводил
свою арию прекраснее талантливого певца, как будто желал этим сиротам, оставшимся одиноким и в этом
мире, сказать: «Посмотрите вокруг. Жизнь продолжается». Тина, вслушиваясь в трель соловья, сказала:
«Пойдем, Машенька. Жизнь продолжается. У нас с тобой остался Иисус - наш самый лучший Друг, Который
никогда не оставит нас. У нас есть надежда, что мы встретимся с нашей мамочкой».
Вот и их улица, и квартира. Навстречу им идет Слава. Он возбужденно говорит:
- Тина, Тиночка. Не видать тебе красного диплома. Какая ты глупая, не могла придержать свои эмоции при
себе о своем убеждении?
- Слава, как ты не поймешь, что убеждение - это на всю жизнь. Промолчать о том, что Бог - Творец, было бы с
моей стороны предательством. Я одному удивляюсь - как вы могли отречься от Бога? Ведь вы с детства
верили в Него.
Слава вновь вернулся к прежней беседе, напомнив Тине:
- Ты понимаешь, что не получишь красный диплом, а ведь ты больше всех нас его достойна.
- Слава, я потеряла в жизни моей самое дорогое - мою мать.
Я ее сегодня похоронила. Красный диплом для меня после такой потери ничего не значит.
- Прости, Тина. Какой я невнимательный. Не заметил черные ленты на ваших руках. Прости еще раз и прими
мое искреннее соболезнование. Какое горе, - сокрушался Слава, - а я зарядил: красный диплом, красный
диплом. Тина, послезавтра будут вручать дипломы, не забудь, приходи. Тебя все ждут, все любят. Прости еще
раз.
- Я не обижаюсь на тебя, Слава. Ты прав - горе велико, но у меня есть надежда, которая меня утешает, что
придет славный день Второго пришествия нашего Господа - и я встречусь с моей мамочкой. Так написано в
Библии. Мы верим в то, что Иисус умер и воскрес, что через Иисуса Бог воскресит тех, кто умер с верой в
Него. Моя мама была глубоко верующим человеком, она прощалась с нами, своими детьми, в надежде
встретиться в первое воскресение праведников: «Потому что Сам Господь при возвещении, при гласе
Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде, потом мы, оставшиеся в
живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом
будем». Ты можешь об этом прочитать в Первом послании апостола Павла к Фессалоникийцам, 4-й главе, с
14-го по 17-й стих. Правда, чудесные слова утешения?
Слава смахнул слезу и сказал:
- Тина, ты самая счастливая из всех нас, потому что сохранила веру в Бога, а мы ее променяли на атеизм, на
безбожие. Слушая тебя, мне захотелось вновь верить, верить, но я уже не могу это сделать. Знаешь, Тина, у
меня в душе пустота, одна пустота. И он замолчал.
- Слава, ведь это страшно, когда в душе пустота. Пока не позд но, заполняй ее снова верой в Бога. Если она
останется пустой, сатана заполнит ее разными лжеучениями. Ты меня считаешь еретичкой, как будто бы я
продала веру своих отцов. Это не так, я нашла веру Божью вместо преданий человеческих. Несмотря на то,
что я принадлежу к христианской церкви, которая на высоту ставит Библию, Слово Божье, мерило всех
учений, я с любовью вспоминаю своих прежних наставников: монахинь и священников, которые учили меня
добру. Прошу тебя, сходи к настоятелю и расскажи ему, что ты потерял веру в Бога, и он раскроет тебе истину
о том, что Бог - это не выдумка, а реальность, и Дух Святой воскресит вновь твою веру в Бога, которую ты
потерял, через сказанное слово.
- Поздно, поздно Тина! Я пойду той дорогой, которую избрал.
Моя мечта стать ученым. В на ш перевернутый век - в новую эпоху безбожия невозможно будет совместить
науку и религию. Прости меня еще и еще раз за все.
- Слава, забудем все и останемся добрыми и честными друзьями, но мне страшно, что ты потерял веру в Бога.
Я не обижаюсь на тебя. До свидания.
Они разошлись. Войдя в свою комнату, Машенька начала ворчать: «Нашелся умник - "не получишь красного
диплома". Получишь, непременно получишь. Ты всегда училась на "отлично". Я уверена, что получишь, а он
говорит: "Тина, красного диплома тебе не видать"».
Тина улыбнулась. Машенька всегда любит поворчать, но она очень добрая, славная сестра. Вдруг по лицу
Тины прошла тень скорби. Она думала о том, что их не будет встречать мама и они уже никогда не увидят ее
добрую, ободряющую улыбку. Она больше не услышит слова «доченька», некому будет пожаловаться,
рассказать о своих радостях, получить добрый совет. Они остались одни. Хорошо, что есть Машенька и что ей
будет о ком заботиться. Тина не знала, что завтра ее ожидает сюрприз.

Глава 4. Расставание с Машей.


Утром после завтрака Машенька начала свой разговор. Тина слушала, и ей казалось, что это сон - плохой сон.
«Не может быть. Нет! Нет!» - протестовал ее разум. Она проснется от этого кошмарного сна и будет все, как
вчера. Они останутся вместе с Машенькой.
Машенька продолжала:
- С тетей Эммой мы договорились, что Я поживу у нее этот учебный год, а второй - у тети Марии. Не
обижайся, но мы разного духа. Я не смогу жить так, как мы жили с мамой. Я хочу быть свободной. Есть то,
что мне хочется. По субботам на богослужение не хочу ходить. Я буду приезжать к тебе в гости, любить тебя,
но я считаю веру своего папы наилучшей. Прошу тебя, не уговаривай меня остаться. Я хочу расстаться с
тобой в любви. Мы поживем с тобой до 27 августа, и я уеду.
Тина плакала. Это было для нее неожиданностью. Маша обняла се. Сестры сидели несколько минут молча,
потом Тина спросила:
- Когда ты успела договориться с тетками?
- На кладбище. Они мне предложили, чтобы я поехала к ним жить, сказали, что для меня это будет лучше.
Стало тихо. Тина думала о том, что Машенька через два месяца уедет и она останется одна. На сердце стало
тоскливо. Она тогда не понимала Божий план по отношению сестры. Тина обняла крепко-крепко Машеньку и
поцеловала, сказав:
- Если тебе не понравится у теток или будет тебе плохо, то приезжай обратно. Хорошо?
- Хорошо, - сказала Маша, - но я думаю, все будет хорошо.
Они начали заниматься домашними делами. Маша взяла сумку и пошла в магазин за продуктами. Так начался
день со скорбью в сердце, которую видел только Господь. Что же принесет ей вечер? Ведь сегодня
выпускной. И Тина начала готовиться к нему.

Глава 5. Выпускной вечер.


После войны не было шикарных платьев. Все пришли одетыми очень скромно. Когда Тина вошла в холл, ее
приветствовали с радостью друзья. Девушки обнимали: «Тина, нам так не хватает тебя. Мы не мыслим без
тебя дальнейшие наши встречи в кругу друзей».
Тина думала: «Какие они все славные, добрые. Я их должна любить такими, какие они есть, ведь Иисус любит
людей без исключения, без "если"».
Они вошли в зал. На сцене был накрыт стол красной скатертью, и в углу красовался флаг Советского Союза.
Директор, увидев 'Гину, подошел к ней и сказал:
- Дочка, прими мои соболезнования.
- Спасибо, - вздохнула Тина.
Началась торжественная часть вечера. Директор говорил в своей речи о том, что он хотел бы видеть всех
выпускников хорошими, честными гражданами страны и хорошими тружениками. Тина думала: «Правильно
он говорит, ведь мы все славяне и, наконец, будем принадлежать своей родине и созидать все д ля ее блага».
С ответной речью от всех выпускников выступила Тина. Но так как прежних преподавателей не было с ними -
кто погиб, кто уехал во время войны, она с теплыми словами вспомнила о них, а особенно о директоре,
который выстоял все тяготы с ними вместе. Она назвала его отцом всех студентов, подошла, от имени всех
пожала ему руку и передала картину, на которой был нарисован необыкновенно красивый пейзаж - на память
от всех.
Директор поблагодарил студентов и начал вручать дипломы.
Первую вызвал Тину. Он вручил ей красный диплом со словами наставления. Второго вызвал Славу, вручая
ему тоже красный диплом. Но что же придумал Слава? Он попросил дать ему слово и обратился к Тине :
«Спасибо тебе, Тина, ты мне помогла в учебе, и в этом красном дипломе и твоя заслуга». Он обнял ее и
сказал: «Благодарю, прости и все недоброе забудь». Все аплодировали.
Выпускники вошли во второй зал, где был накрыт стол. Зазвучала музыка, и все начали танцевать. Директор
предложил Тине сесть в углу и поговорить. Они сели под па льмой, и начался разговор:
- Тина, ты получила распределение в Министерство заготовок, будешь работать бухгалтером. Это большой
филиал от Киева. Все отчеты вы с директором будете сдавать каждый квартал в Киев. Директору 55 лет, он
полковник в отставке. Очень хороший человек, по национальности украинец, сам киевлянин, прошел всю
войну, был контужен, имеет заслуги и награждения. Там нет специалиста, да какие специалисты после войны
- кто уехал, кто погиб. Я рекомендовал тебя, когда он после экзаменов пришел просить направить ему
бухгалтера, я подумал, что ты справишься с работой. Не подведи меня, дочка.
Тина посмотрела на директора и сказала:
- Я верю, что Бог мне поможет, и что вы мне подскажете, когда я буду в затруднении.
- Конечно, помогу, в любое время заходи. Если даже все будет хорошо, заходи к нам домой. Моя жена всегда
рада, когда ты приходишь к нам. Но я хочу попросить тебя, чтобы ты была осторожна в словах, а особенно
меня волнует - как ты будешь отдыхать в субботу? Ведь послевоенный сталинский режим очень строгий.
Нужна дисциплина, чтобы восстановить все заново. За опоздание - выговор, за повторное - строгий, а я уже и
не знаю, что будет, если ты пропустишь субботу. Сначала - увольнение со статьей за прогулы, а потом нигде
не устроиться на работу, ведь ты прогульщица. А не будешь работать, будут судить как тунеядку. Я хотел
тебя просить, чтобы ты все это обдумала. Обстоятельства очень тяжелые, и Бог простит, если ты вначале
поработаешь, а потом, узнав, что ты честный, добросовестный сотрудник, теб я поощрят и разрешат отдыхать
в субботу.
Директор замолчал. На Тину навалилась неизвестность. На сердце стало жутко и тяжело. Она подумала, что
это с ней случилось. Страх перед неизвестностью, но ведь будущее в руках Божь их, и Он силен помочь, если
она решила остаться Ему верной. И вдруг уступила место надежде. Это ее лучший Друг Иисус послал ей луч
надежды, что Он будет с ней. Ей ярко-ярко вырисовался стих Священного Писания из Книги Исаии, 41-я
глава, 10-й стих: ,Не бойся, ибо Я с тобою; не смущайся, ибо Я Бог твой; Я укреплю тебя, и помогу тебе, и
поддержу тебя десницею правды Моей». Она посмотрела с улыбкой на директора и сказала:
- Не волнуйтесь, все будет хорошо. Я обещаю вам, что прежде, чем я что-то буду предпринимать, я буду
обращаться к Богу за советом, а потом только действовать.
Директор вздохнул и продолжил беседу:
- Да, хотя бы так поступай. Дай Бог, чтобы все было хорошо. Вечер закончился, и все расходились по домам.
Тине было по пути с директором, они пошли вместе. Каждый думал о том, что наступили тяжкие, непонятные
времена. Директор шел без надежды, не видя просвета. Тина шла, убежденная в том, что для Бога нет ничего
невозможного. Прощаясь, Тина с улыбкой сказала:
- Я хочу, чтобы вы запомнили слова Иисуса: «Невозможное человекам возможно Богу» (Лк.18:27).
- Спасибо тебе за добрые слова утешения, и пусть они исполнятся в твоей жизни.
Они распрощались. Тина стояла у подъезда и думала: «Что за назойливое чувство? Как будто я его вижу в
последний раз». Она обернулась. Директор стоял очень печальный и, помахав ей рукой, повернулся и ушел.
Тина не могла освободиться от какого-то гнетущего чувства. Войдя в комнату, пообщавшись с Гос подом, она
спокойно уснула.

Глава 6. Распределение в Минзаг*.


Тина вошла в здание, поднялась на первый этаж и остановилась у кабинета с вывеской «Управляющий». Она
мысленно просила Иисуса быть с ней в этот важный момент ее жизни и дать ей мудрости. Постучала, вошла,
поздоровалась. Управляющий ответил ей кивком головы и пригласил ее: «Проходи и садись, дочка».
Управляющий посмотрел на нее своим добрым взглядом и сказал: «Слушаю». Тина положила на стол диплом
и направление. Управляющий прочитал и несколько раз вздохнул. Тина с участием спросила:
- Вы больны, вам плохо? Он чуть улыбнулся, сказав:
- Да, дочка, плохо от того, как у нас идут дела. Она улыбнулась, сказав:
- Да это же поправимо.
Он рассмеялся и продолжил:
----------------------

* Министерство заготовок
- Отличница, красный диплом, направление, молодая специалистка, - и вновь вздохнул. - Я смотрю на тебя,
доченька, и мне кажется, что ты вот-вот переломишься. Ведь ты выглядишь, как тростиночка в поле.
Он замолчал, а Тина в это время вставила:
- Не смотрите на меня, что я тростиночка, я очень жилистая. Он вновь рассмеялся, и в это время незаметно в
кабинет вошли и сели заместитель управляющего и парторг - тоже пожилые люди. Все они недавно носили
военное звание полковников. Все были коммунисты и атеисты. Управляющий продолжал:
- Рассмешила ты меня, дочка. Видимо, оптимистка. Я все знаю о тебе. Мне твой директор сказал: «Повезло
тебе, Михаил Иванович, хотя она молодая, но пережила много горя. С тринадцати лет зарабатывала на хлеб
для больной матери и младшей сестренки, никогда не жаловалась. Училась на "отлично". Теперь сирота,
живет с сестренкой. Она очень серьезная и исполнительная. Тебе повезло». А я смотрю на тебя и думаю: «А
чем мне повезло?» Ведь эта девушка, хотя и молодой специалист, но на производстве ни разу не работала, не
вела самостоятельный учет, не сдавала отчеты и т. д. А у нас большой филиал от Киевского министерства
заготовок. К нам относятся колхозы, единоличные хозяйства, маслобойки, маслозаводы, птицехозяйства,
зверохозяйства - и ни одного настоящего специалиста. Мы работаем на ощупь. Главный бухгалтер, старый
вояка, как и я, до войны работал учителем, его партия прислала. Он поработал девять месяцев и заболел.
Врачи больше не разрешили ему вернуться на работу. Я, мой заместитель и парторг тоже не специалисты в
этой области. Нам партия приказала, так как везде разруха после войны, и мы под чинились ее зову. Мы все
вместе с ними запутались в этих директивах, и вот мне в это тупиковое время посоветовали молодого
специалиста. Не знаю, что и делать с тобой, отказать и поискать постарше? А где искать? Специалистов нет,
погибли на войне. Что делать?
Управляющий молча смотрел на Тину. Она с улыбкой сказала: - Зачем вам, Михаил Иванович, искать кого-то
другого, когда перед вами сидит специалист? Даст Бог, разберусь во всем, вы будете довольны мной и не
захотите со мной расстаться, если придет такое время. Что вам стоит взять меня с испытательным сроком на
три месяца?
- А почему на три? - перебил ее управляющий.
- Потому что объект работы большой. Нужно досконально разобраться. Я договорилась с моим директором
Андреем Григорьевичем, что он мне поможет, подскажет.
- Он тебе не поможет, - вздохнул управляющий, - его ночью арестовали, и никто не знает, где он.
Тине казалось, что ее сердце разорвется от боли. Она подумала: «Вот почему я чувствовала, когда мы
прощались, что я вижу его в последний раз».
Управляющий продолжал: - Так что будем делать?
Тина ответила, собравшись с духом: - У меня к вам просьба.
- Какая?
- Чтобы вы мне дали спокойно разобраться в делах, и когда я разберусь, сама подойду к вам.
- Скажи, дочка, так: «Не мешайте мне пока работать».
В эту минуту за спиной Тины раздался кашель. Тина повернулась и увидела, что двое пожилых мужчин сидят
за ее спиной.
Управляющий сказал:
- Это мой заместитель, а это парторг, он самый главный на нашем производстве.
Тина встала и поклонилась, они с улыбкой приветствовали ее.
Управляющий обратился к ним:
- Что же нам делать, принимать ее на работу или нет? Они вместе сказали:
- Пусть пишет заявление.
Тина написала, управляющий подписал и сказал:
- Иди к секретарю, пусть оформляет сегодняшним днем (тогда не было отдела кадров, все документы
хранились у секретаря).
Тина мысленно поблагодарила Господа за хороший исход и встала.
- Где секретарь и где мой кабинет? Парторг сказал:
- Пойдем ... - и запнулся, взглянув на нее.
Тина быстро сообразила:
- Вы все мне в отцы годитесь, зовите меня просто Тиной, - и, обратившись к управляющему, сказала: - А вы,
Михаил Иванович, зовите меня дочкой. Когда вы назвали меня дочкой, от вас повеяло чем -то родным,
близким. Мне было семь лет, когда умер мой отец.
- Идет, - сказал управляющий. - Прасковья Михайловна будет рада, что у нас появилась дочка. Наш
единственный сын погиб на фронте.
И он замолчал.
- Пойдем, - сказал парторг.
Они вошли в статистический отдел. В большой комнате было многолюдно: четырнадца ть женщин и один
мужчина лет тридцати пяти - начальник отдела. Он сидел за письменным столом у окна. В комнате было
много столов, шкафов, набитых квитанциями.
Тина поздоровалась, а парторг сказал: - Нашего полку прибыло.
Кто-то из женщин спросил:
- Новый статистик?
- Нет, не угадала, Анна Митрофановна. Это наша главная.
Все уныло замолчали. Тина всем им годилась в дочери. Начальник отдела сказал:
- Я больше не намерен работать бухгалтером. Тина спокойно сказала:
- Зовите меня Тиной.
На полках, на столе и небольшом столике в ее кабинете беспорядочно лежали бумаги.
Парторг спросил:
- Тина, тебе нравится кабинет? Она с улыбкой ответила:
- Приведу, с Божьей помощью, все в порядок и будет прекрасный кабинет.
- Молодец, начинай работать.
Парторг вышел, и Тина услышала, как возмущались женщины: «Кого нам прислали? Детский сад! То старого,
то молодую, не знающую производство. Ей еще нужна нянька».
Парторг вступился за Тину:
- Вам будет стыдно за свои высказывания. Тина - девушка крепкая.
Все рассмеялись, а Саша бросил реплику:
- Боюсь, что эта былиночка покачается, покачается, да сломается.
Парторг сказал строго:
- Вы еще ее не знаете, а уже вынесли ей приговор. Желаю вам успешной работы. И ушел.
Тина все слышала, она стояла у окна и просила Иисуса дать ей мудрости, какую дал некогда Даниилу, чтобы
разобраться в этих запутанных делах и чтобы она нашла благоволение у Него и у своих сотрудников.
После беседы с Иисусом стало легко. С чего начать? Как учила мама? Навести порядок, чтобы работалось
успешно. Разобрать всю документацию по порядку. Она вошла к статистикам и сказала:
- Я хочу с вами познакомиться.
Все назвали себя по имени и отчеству. Она продолжала:
- Я всем вам гожусь в дочери, и это так здорово, а Саша будет моим старшим братом.
Саша пробормотал что-то неудобовразумительное. Тина попросила у них две газеты, Саша ей подал. Она
вошла в кабинет и слышала, как Саша с ехидцей в голосе сказал: «Просвещаться решила по учету?» И все
дружно засмеялись. А Тина постелила на пол газеты и смела всю документацию со столов, села на пол и
начала разбирать все по порядку.
Она даже не слышала, когда открылась дверь , и вошел управляющий. Он удивился, что на столах пустота, на
полках все разложено по порядку.
Он сказал:
- Дочка, пора домой. Уже все ушли. А ты обедала?
Тогда Тина вспомнила, что она не обедала. Она встала и сказала:
- Сбегаю пообедать и вернусь, еще поработаю.
Она побежала домой, пообедала, сказала хозяйке, что не придет ночевать, так как работы много, и захватила
себе завтрак. Тина помолилась, чтобы Господь был с ней, и быстро побежала. Зайдя в контору, она встретила
сторожа. Он проверял помещения и закрывал их. Это был учитель -пенсионер. Пришла уборщица тетя Таня.
Она убирала помещения и коридор до восьми часов вечера.
Сторож спросил Тину:
- Кем будешь работать? Она ответила:
- Бухгалтером.
- А старик вернется на работу?
- Пока болеет.
- Ведь тебе одной будет тяжело.
- Бог поможет, все будет хорошо.
Сторож читал, а Тина до двух часов работала, потом помолилась и легла на матрац, который захватила из
дома, и накрылась байковым одеялом.
В пять утра она опять встала, молилась, просила мудрости и взялась за работу. Все, что было нагромождено
на столах, было разложено на полках. Тина решила ежедневно после работы оставаться на несколь ко часов
приводить в порядок документацию, чтобы легче было ее искать на полках, а во время работы заниматься
текущими делами. Когда статистики пришли на работу, Саша постучал.
- Войдите.
- Доброе утро, Тина. Ты всю ночь работала?
- Да нет, я успела и выспаться.
Он посмотрел, столы были чистыми, а на полках были разложены документы. После войны не было шкафов и
приходилось мириться с тем, что было. Саша вышел и сказал:
- Жаль девчонку, не спала ночь. Надолго ли хватит ее?
Тина начала разбирать текущие дела. После работы, когда все ушли, она сбегала домой за щеткой и за
единственной тюлевой занавеской. Вернувшись, она помыла окно, повесила занавеску, сделав небольшую
оборочку. Потом вымыла пол. Кабинет стал чистым.
Эту ночь она спала крепко, и за два часа до работы уже сидела за письменным столом, чтобы еще раз
просмотреть текущие дела. Она услышала голос управляющего, который вошел в кабинет и сказал:
- Дочка, доброе утро, ты ведь кудесница. Тина засмеялась и ответила:
- Меня мама учила, что пока нет порядка, не нужно начинать никакое дело. Порядок помогает в работе.
Управляющий позвал Тину в свой кабинет. Они говорили о текущих делах, а в это время в кабинете побывали
и заместитель управляющего, и парторг, и Саша, и его сотрудницы.
Парторг сказал:
- Порядок говорит о человеке, о его собранности, прилежности, о любви к делу.
Все молчали. Эти слова услышала Тина, когда возвращалась в свой кабинет, и она поблагодарила Бога, что Он
начал действовать. Пример Тины заразил и остальных, и статистики остал ись, чтобы помыть окна. Даже
секретарь по их примеру помыла окно. Тина попросила уборщицу тетю Таню, чтобы она постепенно все
кабинеты и коридоры привела в порядок. У тети Тани изменилось лицо. Тина, заметив это, сказала:
- За уборку добавочно получите. Тетя Таня преобразилась и сказала: - Все сделаю, как вы сказали.
А Господь помог Тине разобраться за месяц. И она начала готовиться к годовому отчету. Она оказалась очень
требовательной, и вначале это многим не понравилось, но потом все ее оценили и полюбили. Тина никогда не
повышала голос, и вскоре все почувствовали, что она добра, но и строга.
Вначале никто не заметил, что Тины нет по субботам. Начальство и сослуживцы думали, что она уехала на
маслозавод или по колхозам. Но через время разобрались, что почему-то всегда ее нет по субботам.
Спрашивали финагентов, которые привозили сведения и деньги, и они отвечали, что Тины не было в тех
местах. Начальство задумалось: «А где же бывает Тина по субботам?» Управляющий вдруг что-то вспомнил,
а потом сказал:
- Неужели она адвентистка седьмого дня?
- А что это такое? - спросил парторг.
- Это такая религия. Они в субботу, убей их, но работать не будут.
- А почему?
- Они живут по Библии, говорят, что Бог велел шесть дней работать, а седьмой отдыхать. Когда нас погнали
гитлеровцы и мы попали в одно село, нас спасли адвентисты. Они рисковали жизнью. Старик отвел нас через
неделю к партизанам. Оказывается, что они доставляли партизанам хлеб и продукты.
- А ты помнишь, где это было?
- Как же нет, это было в Бобовищах. Там была мельница, и мельник Антон помог нам выжить. Он и был
адвентист седьмого дня.
- А кто такие адвентисты седьмого дня?
- Они ожидают Второго пришествия Христа и празднуют седьмой день - субботу.
- Вот как, - сказал парторг, - значит, наша Тина верующая. Потом добавил:
- Что-то надо делать, чтобы у нее суббота была свободной.
- Сделать ненормированный выходной день, - сказал управляющий, так как она работает сверхурочно. А когда
сводку будут подавать, я буду дежурить в пятницу, мой заместитель в субботу, а Тина в воскресенье. Идет?
-Да, пожалуй, пойдет.
Тина в это время сидела в субботу после богослужения у Магды, библейского работника, и беседовала:
- На работе еще не знают, почему я в субботу не являюсь, - сказала Тина.
- Скоро узнают, и как ты поступишь?
- Я честно должна сказать им о субботе?
- А если тебе не разрешат отдыхать в субботу?
- Тогда подам заявление и уйду. Помолись обо мне, чтобы все было хорошо.
Через час после захода солнца Тина побежала на работу, даже и не подозрева я, что этот разговор состоится в
тот же вечер и что Господь уже позаботился о ней. Когда она вошла и увидела, что все начальство в сборе, у
нее на сердце стало очень тревожно. Она не знала: что случится с ней?
Тина сказала:
- Как хорошо, что вы все в сборе, я вам сейчас принесу свои планы, и мы обсудим их. Хорошо?
- Хорошо, - ответил начальник.
Она побежала в кабинет и принесла заготовленные приказы: «Перевести статистика Егоровну на должность
бухгалтера, на ее место принять нового статистика. Еще одног о статистика Нину Михайловну перевести на
должность кассира, на ее место принять нового статистика».
Начальник подписал заготовленные приказы. Заместитель спросил:
- Тебе всегда по вечерам в субботу приходят новые идеи?
- Да нет же, я их заготовила в пятницу.
- А где ты гуляешь по субботам? Управляющему две субботы назад, когда он спросил: «Дочка, ты заболела?»,
ты сказала: «Заболела».
Тина вспомнила, как она болела после этих слов целый месяц и сколько раз она порывалась пойти объяснить
управляющему, что сказала тогда неправду, и кто-то ей не давал переступить порог. Тина мысленно
помолилась и сказала:
- Я тогда вам, Михаил Иванович, машинально неправду сказала и страдала из-за этого. Порывалась
признаться, но мне было стыдно, и я оставляла это на другой раз. Простите меня за ту неправду.
- Прощаю, прощаю. Тина продолжала:
- Я верующая и по субботам не работаю. Шесть других дней честно работаю, да еще и сверх рабочего
времени. Если вы не можете мне пойти на уступку, то я подам заявление на увольнение .
- Придет время, - сказал парторг, - когда тебе нужно будет избрать: Бог и суббота или работа и полнота жизни,
свободной жизни. Давайте составим график, чтобы не было никаких толков. Управляющий - выходной
воскресенье, заместитель управляющего - пятница, главный бухгалтер - суббота.
Управляющий подписал приказ о выходных и сказал:
- Дочка, на работе о вере в Бога ни слова. На работе не проповедуют, а работают. Тебе понятно?
- Понятно, - ответила Тина и подумала: «Проповедовать не буду, но о моем добром Боге молчать тоже не
буду».
Тина работала теперь в воскресенье. Работы было много. Однажды постучал сторож:
- Кипяток готов, пойдем обедать.
Тина бросила все и пошла руки мыть. Вдруг сторож сказал:
- К вам Федор Ильич пожаловал.
Парторг вошел с улыбкой и с порога начал:
- Здравствуй, Тина. Говорят, что кого уважают, тот поспевает в гости к обеду.
- Заходите, Федор Ильич, гостем будете.
Тина налила три стакана кипятка, разложила на тарелку пирожки с капустой, картошкой и малиновое варенье
для чая. Мысленно помолилась и начала есть. Парторг специально пришел, чтобы познакомиться ближе с
Тиной. Он спросил:
- Кто стряпал эти вкусные пирожки, мама?
Тина рассказала, что она круглая сирота, но что Бог всегда заботится о ней. Она рассказала, как ее лишили
хлебной карточки и как чудно Бог позаботился о ней. Сторож вытирал слезы, парторг тихо сказал:
- Тина - это просто случайность.
- А это тоже случайность? Я шла по тротуару домой, напевая мои любимые песни, и вдруг кто-то схватил
меня за руку и потащил в чужой двор. Я очень испугалась и вдруг услышала, как в это время за моей спиной с
грохотом на тротуар заехал УАЗик. Если бы я в то время была там, он раздавил бы меня насмерть. Осознав,
что случилось, я повернулась, чтобы поблагодарить того, кто спас мою жизнь. Во дворе никого не было. На
тротуаре стоял молодой шофер - и тоже больше никого. Я спросила:
- Что случилось?
Он еле выговорил от страха:
- Я ... я сам не знаю. Я учусь - и вот въехал на тротуар и ударился в стену дома. Хорошо, что тебя потащил во
двор Мужчина, а то бы тебя сейчас не было в живых.
Я ушла, благодарила Бога, что Ангел-хранитель ополчается вокруг боящихся Его и избавляет их.
- Разве это тоже случайность?
Парторг молчал. Он Тине годился в отцы. Он помолчал, а потом сказал:
- Тебе показалось, что кто-то тащил тебя. Тина со скорбью сказала:
- Мне жаль, что вы не знаете живого Бога, Его всемогущества и любви.
- А мне тебя жалко! Что ты, как старушка, заладила: «Слава Богу».
- Если Бог не поможет, кто же поможет?
- Тина, да мы сами боги.
Тина ответила:
- Мы боги - это излюбленная поговорка дьявола. Он сказал Еве: «И будете как боги, знающие добро и зло». А
Господь говорит, может, я дословно вам не расскажу, но примерно так: «Боги, которые не сотворили неба и
земли, исчезнут из-под небес». Так говорите им: «Боги, которые не сотворили неба и земли, исчезнут с земли
и из-под небес. Он сотворил землю силою Своею, утвердил вселенную мудростью Своею и разумом Своим
распростер небеса. По гласу Его шумят воды на небесах, и Он возводит облака от краев земли, творит молнии
среди дождя и изводит ветер из хранилищ Своих. Безумствует всякий человек в своем знании» (Иеремия
10:11-14) «Скажите, что произойдет в будущем, и мы будем знать, что вы боги» (Исаия 41:23). Если бы вы
читали Библию - Божью книгу, вы бы никогда не говорили, что мы боги, что мы творцы.
- Тина, - сказал парторг, - я удивляюсь, что тебе «отлично» поставили по тем предметам, которые
противоречат твоей вере.
- Я их изучала на «отлично», но как христианка я не верю этим гипотезам. Когда мне в комиссии задали
вопрос, верю ли я всему сказанному мной, я честно ответила, что нет. Они поставили оценку по моему
знанию, а не по убеждению. Ведь это было бы несправедливо - ставить оценку по убеждению, такого
предмета не существует.
- Мы с тобой еще много-много будем беседовать, найдем время. Ты интересный собеседник.
- Если у вас в планах переубедить меня, я хочу разочаровать вас - это напрасная работа и трата времени. Если
вам интересно узнать о моих убеждениях, всегда готова вам рассказать о них. Я понимаю вас, что в вашу
обязанность входит переубедить меня. Более того, это ваша работа. А значит, это ваше право - вызывать меня
и беседовать со мною. И несмотря на все это, мое желание, чтобы вы не давили на мою совесть, на мое
убеждение своим авторитетом, чтобы и в дальнейшем я могла вас уважать, как старшего товарища, как отца.
Очень страшно, когда калечат душу. Если вы отнимите у меня веру в Бога, что вы можете мне предложить
взамен? Если вы не можете мне дать жизнь вечную, какую надежду вы дадите мне взамен?
- Тина, я как старший товарищ желаю тебе помочь освободиться от суеверия, от религиозного опиума, чтобы
ты дышала свободно. - И затем запел своим красивым баритоном:
Широка страна моя родная, Много в ней лесов, полей и рек. Я другой такой страны не знаю, Где так вольно
дышит человек.
Мы с тобой еще о многом поговорим. Спасибо за вкусные пирожки. Я пойду, меня ждет дома жена.
Тина взяла четыре пирожка и просила передать их Марии Прокофьевне. Он еще раз поблагодарил и,
попрощавшись, ушел. Сторож, закрыв за ним, вернулся и сказал:
- Тина, это он специально пришел, чтобы переубедить тебя.
Но ты, дочка, не сдавайся, будь тверда в своих убеждениях.
Тина начала собираться, ведь часы показывали 17 часов. Пора домой. Попрощавшись со стор ожем, она
побежала вниз по лестнице. Когда Тина вышла на улицу, она почувствовала на себе чей-то пристальный
взгляд. Она обернулась. Это был взгляд старого священника, ее бывшего наставника. Она подбежала к нему и
поздоровалась:
- Слава Иисусу Христу. Наставник тихо ответил:
- Слава Иисусу. Тина, ты не боишься на улице, где так многолюдно, приветствовать священника такими
словами? Ты еще веришь в Бога?
- Не боюсь. Верю ли в Бога? С того времени, как я начала углубленно изучать жизнь и деятельность Иисуса
Христа, план искупления человека, я все больше и больше люблю моего Господа. Я вас провожу до храма,
потому что хочу вам рассказать о боли моей души.
- Пойдем, - ответил наставник.
Они вошли во двор храма и сели на лавочку. Тина продолжала:
- Ведь все мои друзья, а ваши воспитанники и прихожане стали отрицать и Бога. Они мне поведали о том, что
не знают, есть ли Бог или нет Его. Я их просила, чтобы они пошли к вам и рассказали о смятении своих душ и
что вы поможете им выйти из духовного кризиса. Они ответили: «Мы избрали себе дорогу в науку. Мы
вступили в новую эру - эру безбожия». Вы должны как-то им помочь, без Бога они погибнут. Может быть, вас
они послушают.
- Тина, я был о тебе другого мнения. Я думал, что ты перечеркнула все прошлое и отреклась не только от
религии твоих отцов, но и от Иисуса Христа.
- Да нет же. Я ценю все доброе, я уважаю прежних своих наставников. Они меня учили добру. Как вам
сказать, я не хочу вас обидеть и прошу, поймите меня, будьте великодушны ко мне. Последнее время от
обрядов церкви я начала чувствовать духовную пустоту. Мне чего-то в духовной жизни недоставало. Я чего-
то не понимала. И я пламенно просила Господа, чтобы Он помог мне и не дал погаснуть моей вере. И во время
духовной тоски, нищеты духа Господь ответил мне через мою няню, которая пригласила меня в церковь
адвентистов седьмого дня. Они изучали Слово Божье, и я начала читать Библию, и начала моя вера
возрастать. Я стала понимать любвеобильного, милостивого и справедливого Бога. Чем больше я общалась с
Ним, тем больше ощущала Его близость. Когда мне было тяжело, я чувствовала, да, да, реально чувствовала,
как близко наклонилось ко мне небо и все больше возрастает моя любовь к моему Спасителю. Поэтому я не
переменила веру, а только расту от веры в веру, чтобы дорасти до полного доверия Богу.
- Слава Богу, что ты веришь в Иисуса Христа, что ты осталась верной Богу. Ведь ты веришь в единого Бога:
Отца, Сына и Святого Духа?
- А как же, ведь я христианка, а христиане верят в Троицу.
- Я очень рад, - со слезами сказал престарелый священник,
- что встретил тебя, и хочу предупредить, дочь моя, что теперь наступил век безбожия. Будь очень осторожна.
Исповедуй Бога душой, жизнью, а язык твой пусть молчит. Я хочу тебе поведать, что я каждый день жду
ареста.
- За что?
- За то, что я священник, а раз священник, значит враг народа. Может быть, мы с тобой видимся в последний
раз. Бог знает наше будущее, но я остаюсь с Богом. Я избрал этот путь не как профессию, а по убеждению.
- Я так рада слышать, что вы остаетесь верным Богу ни на что невзирая, даже на арест и тюрьму. Я буду
молиться о вас. Примерно месяц назад об этом мне рассказывал лютеранский епископ - друг моего отца, его
недавно арестовали. Наш старший проповедник рассказал нам, что многих наших проповедников тоже
арестовали и никто не знает, где они. А их семьи терпят большие лишения. Я вам тоже хочу поведать, что у
меня такое чувство, что меня не оставят в покое, потому что я открыто говорю о Боге. Я считаю, что молчать
о Господе равносильно предательству.
- Тина, ты очень молода и еще увидишь, что такое безбожие, что такое атеизм.
- А разве среди атеистов нет честных, справедливых и добрых людей?
- Не знаю, милая, может и есть. А на прощание сказал:
- Благослови тебя Господь, дочь моя, и пусть Он сохранит тебя от безбожия. Прощай.
- Да сохранит вас наш добрый Бог. Я всегда буду помнить о вас только доброе.
Он встал и, выпрямившись, пошел в храм. Тина поспешила домой, потом остановилась, подумала и повернула
к сестре Магде. Войдя, она поздоровалась и с порога начала ей все по порядку рассказывать. В это время -
стук в двери. Магда открыла, на пороге стоял взволнованный Иван Васильевич, он только что приехал из
Киева, куда ездил к старшему проповеднику, который рассказал ему, что многие проповедники испытывают
гонения. Тина сидела в глубоком раздумье: что же ожидает ее? Вдруг она услышала:
- Ведь проповедников и активистов без предупреждения забирают ночью на черном воронке. Будущее,
которое движется к нам темной-темной тучей, достигнет и нас, но это не должно нас страшить, ведь с нами
Господь, - закончил он уже очень спокойно.
Сестра Магда была женщиной глубокой веры, полного доверия Иисусу Христу. Она сказала:
- Бог лучше знает, что содействует нам ко благу. Он пошлет испытание, даст и силы перенести. Он обещал ,
что не покинет нас никогда-никогда. Я верю, что будет так, как сказал Господь. у Тины на сердце стало светло
и легко от этих слов. Она подумала: «Господи, что бы ни случилось со мной, прошу Тебя, помоги мне
остаться всегда христианкой, быть на Твоей стороне».
Они еще беседовали об обетованиях Божьих, потом проводили до остановки Ивана Васильевича и разошлись
по домам.
В пятницу утром, идя на работу, Тина встретила дочь священника. Она остановила Тину и сказала: «Ночью
забрали папу», тихо заплакала и ушла. Так тихо плачут люди, которых постигает великое горе.
Тина шла и думала: «Кому он мешал? Как он сказал? Безбожие - это нечто страшное». Она подумала: «В
какую бы прекрасную форму ни облекали любое учение, любой строй без Бога - это безумие, жестокость».
Она подумала: «Приду домой и все стихи пересмотрю в Священных Писаниях по этому поводу». Она так и
сделала, придя домой после работы. И вот что она прочитала: Псалом 13:1-3: «Сказал безумец в сердце своем:
"нет Бога". Они развратились, совершили гнусные дела; нет делающего добро. Господь с небес призрел на
сынов человеческих, чтобы видеть, есть ли разумеющий, ищущий Бога. Все уклонились, сделались равно
непотребными; нет делающего добро, нет ни одного». Псалом 52:2-4: «Сказал безумец в сердце своем "нет
Бога". Развратились они и совершили гнусные преступления; нет делающего добро. Бог с небес призрел на
сынов человеческих, чтобы видеть, есть ли разумеющий, ищущий Бога. Все уклонились, сделались равно
непотребными; нет делающего добро, нет ни одного».
Тина задумалась над этими словами: «Оказывается, те, которые отрицают Бога, развращаются и совершают
гнусные дела и не могут творить доброе. Почему? Потому что они отвергли источник добра, справедливости и
святости. Еще почему? Потому что в Книге Екклесиаста 8:11 написано: «Не скоро совершается суд над
худыми делами; от этого и не страшится сердце сынов человеческих делать зло». А какое утешение боящимся
Господа? Ответ она нашла в Еккл.8:12: «Хотя грешник сто раз делает зло и коснеет в нем, но я знаю, что благо
будет боящимся Бога, которые благоговеют пред лицом Его». И она с радостью повторила: Благо боящимся
Бога, которые благоговеют пред лицом Его». Она помолилась и пошла на богослужение. Она почти бежала, ей
составляло великую радость идти в молитвенный дом, чтобы там в тиши молиться, петь имени Его,
прославляя Того, Кто так возлюбил ее, что отдал Единородного Своего Сына на Голгофскую жертву именно
за нее, чтобы ей быть счастливой в этой жизни и в вечности. А потом изучение Слова Божьего, которое
возвышает душу, и в конце встреча с дорогими сердцу братьями и сестрами. А самое главное - чтобы в день
субботний вся суета осталась позади, а только предвкушение рая пребывало с ней, что придет время и
исчезнет все зло и останется только одна любовь.
После окончания субботы Тина побежала в контору. Поздоровавшись со сторожем дедушкой Костей, она села
за свой стол, чтобы просмотреть все, что накопилось у нее на столе за целый день. Просматривая почту, она
сделала себе пометки, на какие письма надо ответить и куда сходить в первую очередь. Посмотрела на часы,
они показывали девять вечера. Подумала: «Пора домой». И в эту же минуту постучали в дверь.
- Войдите.
Вошел управляющий.
- Не пора ли нам домой, дочка?
- Пора, пора, - засобиралась Тина.
Пока она собиралась, управляющий сел и вдруг спросил:
- Дочка, ты знаешь Антона-мельника?
Она ответила:
- Знаю, мы с ним вместе ходим на богослужение. А вы откуда его знаете? .
- Я его лично не знаю, но он спас жизнь мне и моим товарищам. Нас было всех 50 человек. Он, Ант он-
мельник, кормил нас, партизан.
- Я знаю, он мне рассказывал об этом. Он многих спас от голодной смерти. Он очень добрый человек, я у них
живу на квартире. Они выделили мне комнату - и без платы.
- Да, это похоже на Антона.
Вдруг сторож вошел и сказал:
- Внизу ждет вас Прасковья Михайловна, просит, чтобы вы не задерживались и спустились вниз.
- До свидания, побегу, а ты тоже иди домой.
Управляющий побежал, а на Тину нахлынули воспоминания о жизни Антона Пирчака. Она повернулась к
сторожу и спросила:
- Дедушка Костя, вы бы не хотели послушать одну очень интересную правдивую историю?
- С величайшим удовольствием, - ответил сторож.
Тина села и начала рассказывать историю жизни Антона Пирчака.
- Антону было шестнадцать лет, когда он был отдан родителями на работу к богатому хозяину. У этого
богатого человека была мельница в селе Бобовище Мукачевского района. Антон был прилежным и старался
работать честно. Этому учила его мать. Она всегда повторяла ему: «Сынок, мы христиане, а это значит, мы
своей жизнью должны везде отражать характер нашего Господа Иисуса Христа. Всегда помни, что око Божье
обозревает всю землю и видит нас, и поэтому старайся быть во всем примерным, честным, верным и добрым.
Будь послушен хозяину, но если он будет тебя склонять нарушать любую из десяти заповедей, останься верен
Богу. Запомни слова мудрого Соломона: «Сын мой, храни заповедь отца твоего, и не отвергай наставление
матери твоей. Навяжи их навсегда на сердце твое, обвяжи ими шею твою. Когда ты пойдешь, они будут
руководить т обой: когда ляжешь спать, будут охранять тебя: когда пробудишься, будут беседовать с тобой.
Ибо заповедь есть светильник, и наставление - свет, и назидательные поучения - путь к жизни».
- В какой книге это ты все читала и заучила наизусть?
- Это записано в Библии, в Книге Притчей, которые написал
Соломон - царь Израильский. А стихи я учу наизусть. Библию запрещают носить с собой, а если я не буду
знать наизусть стихи, как я смогу человеку рассказать о Боге, о пути, ведущем к спасению? Итак, Антон
работал годами, возмужал и стал мельником. Хозяин ему доверил мельницу, а сам уехал. Со всех сторон
каждый день, кроме субботы, приезжали люди на лошадях, чтобы помолоть пшеницу, рожь, кукурузу и чтобы
выбить масло из семечек. Антона любили люди, он был очень добрым и справедливым. Заботился о бедных
вдовах и сиротах. Те, которые оставались на субботу, спорили между собой, что отдыхать в субботу - это
какая-то блажь, но в конце приходили к заключению, что дедушка Андрей, которому 90 лет, в большой
старинной православной Библии читал: «Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай и
делай всякие дела твои, а день седьмой - суббота Господу, Богу твоему ... » И все умолкли. На этом спор и
кончался. Перед самой Великой Отечественной войной хозяин приехал и, так как у него не было наследника,
подарил Антону мельницу и уехал. Теперь Антон стал хозяином мельницы. Вдруг известие: «Война». Это
ужасное слово прокатилось по всей земле. Антон был в годах, и так как на правой руке не было у него
пальцев, его оставили дома. К сорока годам он не был еще женат. Когда его спрашивали: «Антон, а где твоя
половина?», он смиренно отвечал: «Я отдал свой вопрос на усмотрение Богу».
И так неожиданно пришла страшная и лютая война. У Антона были закрома зерна и семечек, а также скот.
Это был честно заработанный хлеб. Война продвигалась, и наступал голод. Многие люди были спасены в селе
Бобовище от голода. Как некогда Иосиф в Египте спас народ от голода, так и дядя Антон спас многих.
Однажды поздно ночью кто-то тихо постучал в окно комнаты. Антон проснулся. Опять кто-то настойчиво
тихо стучал. «Значит, свой», - подумал Антон, оделся и открыл дверь. На пороге стояли двое, одетые в
гражданскую одежду, с автоматами. Старший сказал: «Я начальник партизанского отряда. Нам сказали, что
ты добрый человек, помоги нам. Если не поможешь, умрем с голоду, нас пятьдесят человек». Антон сказал:
«Завтра ночью получите лепешки, масло, мясо. Будьте осмотрительны». Старший взял блокнот и спросил:
«Как твоя фамилия, имя?» «Антон Пирчак, но не записывайте, а то запись может попасть в руки полицаев, и
тогда меня расстреляют. Я же не из-за вознаграждения делаю добро, а просто по-человечески и по-
христиански». Они сказали: «Спасибо тебе, браток» и бесшумно ушли. Ночью увезли на повозке лепешки,
масло, мясо партизанам в лес. Он их кормил целый месяц, пока они не связались с советской армией.
Однажды Антон вновь услышал робкий стук. Он вышел, перед ним стояли две девушки-еврейки. Он
пригласил их в дом и быстро закрыл дверь. Они начали умолять: «Добрый человек, спаси нас », и начали
горько рыдать. Он растерялся, ведь если полицаи узнают и донесут эсэсовцам, ему неминуемо грозит
расстрел. Он молчал, они умоляли: «Спаси нас, спаси нас. Мы польские еврейки, нас эсэсовцы гнали в
Германию, но вдруг маршрут поменялся и мы оказались здесь, в этих краях. Нам неведомо, куда они нас
гнали. Недалеко отсюда разрешили нам отдохнуть, и мы легли под куст. Когда погнали всех, нас не заметили,
и мы остались. Уже десять дней прячемся. Голодные, усталые, несмотря на это, мы решил и, что Бог Израилев
спасет нас, чтобы нам остаться в живых. Все наши родственники погибли, сожгли их живьем. Мы очень
ослабели, спаси нас»). Антон позвал их в комнату, подогрел на кухне молоко, разлил в кружки, нарезал хлеба
и дал девушкам. Когда они поели, он начал собирать им продукты в дорогу в небольшую сумку. Увидев это,
они бросились К его ногам, умоляя его спасти их. Вдруг Антон вспомнил слова Господа, сказанные в Притчах
Соломона 24:11: «Спасай взятых на смерть, и неужели откажешься от обреченных на убиение». И вдруг после
этого пришла мысль, он подумал - это Господь мне ее послал. В старой мельнице был заброшенный широкий
дымоход, там можно их спрятать. И сказал вслух: «Садитесь И молчите,). А сам ушел, взяв с собой две
подушки, одеяла. Поднявшись вверх на чердак, нашел ржавые ключи, которыми десять лет никто не открывал
железную дверь в дымоход, и начал открывать ее. Дверь не открывалась. Тогда Антон помолился: «Дорогой
Отче, если Твоя воля, чтобы я спрятал этих несчастных девушек, помоги мне открыт ь дверь». После молитвы
повернул ключ, и дверь открылась. Он посмотрел: места много. Можно с одной и другой стороны поместить
узкую лавку. Он так и сделал. Сверху дымоход был закрыт. Он позвал девушек и принес им на целый день
еду: «Это ваше убежище, только ночью вы сможете выходить из него ненадолго». Он помолился с ними Богу
и сказал: «Молитесь и вы, время опасное. Только Бог может спасти всех нас ». Они ответили: «Мы будем
постоянно молиться Богу Авраама, Исаака и Иакова, чтобы Он спас нас от рук неприяте лей». Так у Марии и
Фриды появилось убежище. Антон снял ключ от двери в дымоход, а остальную связку ключей повесил у
двери на гвоздь.
На второй день к Антону зашли полицаи. Один из них и сказал: «Дядя Антон, вы не видели двух еврейских
девушек? Они ночью не заходили к вам? Нам приезжий, который поселился недалеко от мельницы, сказал,
что видел, как две девушки ночью подошли к мельнице, но так как луна запряталась за облака, не видел,
вышли они или нет. «Я крепко сплю ночью и не слыхал, ходил ли кто вокруг мельницы». «Мы тебя все очень
уважаем, ведь немало добра ты делал нашим мамам-вдовицам, а значит, и нам, и мы решили предупредить
тебя, что если ты их спрятал, пусть уйдут ночью в лес. Завтра после обеда эсэсовцы устроят облаву
повсеместно, твоя мельница у них на первом месте. Послушайся нас, ведь, если их найдут, расстреляют тебя
на месте. Мы решили уберечь тебя, за добро добром уплатить. Итак, мы уходим. У тебя еще есть время
сегодня ночью проводить их. Будь разумен, не рискуй. Запомни, незнакомец работае т на эсэсовцев».
«Спасибо, ребята, за ваше добро, будьте спокойны, у меня никого не найдут». Полицаи ушли.
Ночью Антон рассказал девушкам о том, что говорили полицаи. Он молился с ними, они все умоляли Бога
спасти их. О, что же это были за молитвы, им казалось, что небо склонилось к ним очень-очень близко. Он
вновь закрыл их и просил, чтобы они молились. Антон ночью не спал, молился. Девушки тоже молились. Он
взял ключ из кармана и бросил его в банку с мукой. Сам пошел работать в мельницу.
В шесть часов утра он услышал лай собак от соседних домов и через несколько минут громкий крик и
страшный стук в дверь. Он спросил: «Кто там?» Полицаи ответили: «Открой, проверка». Он открыл, и
эсэсовцы ворвались и начали бегать по новой мельнице, потом в комнату ворвались. Антон шел за ними
спокойно. Все проверили. Еще осталась старая мельница, они поднялись вверх по скрипучей лестнице.
Паутина, пыль садились на их шинели. Они ругались. И вдруг они обнаружили дверь. Ржавая железная дверь.
Они обрадовались, крикнув: «Открывай, они там, они там». Антон ответил: «Десять лет никто не открывал эту
дверь. Вот все ключи висят на проволоке, которая тоже ржавая». «Открывайте». Эсэсовец приказал полицаю:
«Открой». Тот не мог ключ подобрать. Послали за немцем-слесарем. Тот пришел со связкой ключей, но
открыть не смог. «Что делать?» - вопил эсэсовец. «Давайте навалимся на дверь все, и ты тоже, - приказал он
Антону, - и откроем ее. Они там, я убежден, они там». Все навалились, но дверь даже не скрипнула, она была
закрыта намертво. А там, за дверью девушки Мария и Фрида возносили молитвы к Богу о защите. У них
сердце билось не в груди, а пульсировало на шее, и они думали, что вот-вот оно выскочит.
Эсэсовец спросил Антона через незнакомца: «Там действительно никого нет?» Он спокойно отве тил: «Нет».
Они спросили слесаря-немца: «Как ты думаешь, когда последний раз открывали эту дверь?» Он немного
подумал, потом сказал: «Примерно десять лет тому назад». Антон мысленно просил Бога не позволить им
открыть дверь. Несмотря на это, эсэсовец еще раз сунул ключ в замок, и вдруг ключ сломался. И тогда все три
эсэсовца начали ругаться нецензурными словами на Бога, матерь Иисуса - Марию. И вдруг снизу раздался
свисток. Все побежали вниз. Им сообщили, что красная часть, состоящая из женщин, движется в этом
направлении. Эсэсовцы на прощание погрозили Антону: «Скоро мы вернемся и разберемся с тобой».
Последним шел пожилой немец-слесарь. Выходя, он повернулся и с доброй улыбкой подмигнул Антону.
Антон подумал: что бы это значило? Неужели он догадался, что т ам кто-то есть, и специально не открыл? Не
может быть. А потом подумал: «Господь услышал вопль нашей души, и немец делал сам, не ведая того, что
приказывал ему Господь». Антон все это время спокойно стоял, а эсэсовцы не знали, что для них наступил
последний час и что до конца войны остается всего полгода. В ту ночь немцы полегли, с ними и незнакомец.
Действительно их разбили молодые солдатки, и когда Антон их кормил, Фрида попросилась уйти с ними
вместе ... Мария решила остаться. Она сказала: «Ты спас мне ж изнь. Я останусь, чтобы быть служанкой тебе,
твой Бог будет моим Богом. Я за эти дни уверовала в Мессию Иисуса Христа и принимаю Его в свое сердце».
Антон согласился. Мария осталась.
Армии венгерская, югославская, чешская, польская объединились и пошли вм есте с советской армией
добивать врага.
Война кончилась. Мария была умной и талантливой женщиной, хорошо воспитанной в интеллигентной
еврейской семье. Мария приняла крещение, стала христианкой. Антон полюбил Марию и женился на ней.
Мария решила помочь своему мужу и посоветовала ему продать все, что можно было продать из мельницы.
Продав все, они на вырученные деньги купили большой дом в центре города Мукачево и в знак
благодарности разгородили комнаты, посвятив их для молитвенного дома, чтобы там славилось имя Того Бога
- Живого, Всемогущего, Вечносущного, Который спас ее от смерти. В этом доме дядя Антон и мне выделил
комнату, так как у нас во время войны разграбили все и выгнали нас с сестренкой из квартиры. Я живу у них
бесплатно, они даже не хотят слышать о плате. Самое интересное я расскажу в следующий раз. Это
продолжение их жизненного пути.
- Спасибо тебе, дочка. Ты всегда мне что-нибудь интересное расскажешь. У меня вера еле-еле теплится, а как
услышу, что ты стойко держишься, что еще есть и другие, которые любят Бога, вера моя начинает
укрепляться.
- А теперь я пойду домой, ведь уже десять часов, а вам спокойной ночи.
- Спокойной ночи, Тина.
Тина побежала домой, думая, что обязательно расскажет сторожу и вторую часть этой интересной истории
семьи Пирчак.

Часть 3. Молодость Тины.

Глава 1. Молодежный руководитель.


Тина единогласно была избрана молодежным руководителем.
Она благодарила собратьев за оказанное ей доверие и просила молиться, чтобы Господь дал ей мудрости в
руководстве, считая это избрание большой ответственностью и высокой честью, за что благодарила Бога в
заключительной молитве.
Был тихий летний вечер, когда она вернулась домой. Во дворе, присев на лавочку среди ароматных роз,
девушка думала о том, с чего начать занятие. Она мысленно просила Господа раскрыть ей ту тему, которая
необходима молодежи. Тина открыла сумку, достала блокнот и карандаш, и вдруг ее начали посещать мысли
одна за другой, как будто кто-то невидимый диктовал ей. Итогом такой работы стала интересная тема:
«Встреча Иисуса после воскресения с апостолом Петром». В ней раскрывалась всепрощающая любовь
Спасителя, Который не отвернулся от Своего ученика даже после отречения того. Ответом на эту
Божественную любовь стало глубокое и искреннее раскаяние Петра. С этого моме нта Иисус стал для апостола
все во всем. И если до этой поры он любил Его как Учителя и Наставника, то теперь любил как Своего
личного Спасителя, как всепрощающего и любящего Бога. Петр с этого момента готов был разделить с Ним
жертвенное служение и страдать, а если нужно, то и умереть за Его дело.
Лишь тот, кто пережил на личном опыте такую любовь Господа, сможет с бескорыстной любовью отдать себя
на служение Богу и людям.
В субботу вечером на молодежном собрании Тина говорила о всепрощающей любви и милости Христа. В
конце она сделала призыв: «Кто готов идти совершать жертвенное служение?» И все встали: четверо молодых
людей, восемь сестер, среди которых была и Магда, библейский работник. После молитв они решили, что
надо перенести молодежное служение на воскресный вечер, чтобы у друзей и родственников, которых они
пригласят, была возможность прийти.
В тот вечер Тина шла домой вместе с Магдой.
- Тина, у тебя чудесная тема, освети ее в субботу после обеда всему собранию.
- С великим удовольствием, - ответила девушка, внутренне волнуясь, что теперь ей надо будет обратиться к
большему числу людей.
Придя домой, Тина вспомнила о том, как восхищалась ею молодежь. «Молодец Тина! Какая она талантливая.
Разве это не здорово», - думала девушка. Она была очень дов ольна собой, решив сократить тему, чтобы
избежать повторов.
Всю неделю по вечерам она работала над своей первой проповедью. Дни летели быстро, и вскоре наступила
суббота. К этому особому дню Тина всегда относилась с благоговением, ведь это был день Божий.
Рано утром девушка поспешила на богослужение. Так получилось, что она всегда первой приходила в дом
молитвы. Но сегодня она выглядела особенно важной, ведь ей впервые предстоит участвовать в служении и
говорить к людям. И если время ожидания тянулось долго, то само служение прошло на одном дыхании.
Волнения и переживания позади. После богослужения к ней подходили люди и благодарили, говоря теплые
слова признания и похвалы. Улыбки и слова собратьев наполняли радостью сердце Тины. Ради этого стоило
всю неделю работать над проповедью. Вот и Магда подошла и, поцеловав, сказала: «Я рада за тебя. Растет
мне замена». Тина была очень счастлива. «Какая же она молодец, что все так хорошо подготовила. Наверное я
очень талантлива, что люди так благодарили меня», - думала девушка.
«Тина, разреши проводить тебя домой, мне нужно тебе сказать нечто очень-очень важное», - попросил
молодой пастор Иван, который часто приезжал на богослужения.
«Конечно», - без сомнения ответила Тина, уверенная в том, что пастор наверняка тоже заметил ее талант и
хочет поздравить с хорошей проповедью. Она была очень вдохновлена.
Провожая девушку через парк, Иван долго не мог начать разговор. Казалось, что он словно подбирает слова и
при этом сомневается, взвешивает каждое слово. Тина думала: «Что он хочет сказать, почему молчит?». Они
остановились перед клумбой, на которой росли розы, а рядом стояла скамейка.
- Посмотри на эту красоту, - сказал Иван, приглашая ее сесть, - все это сотворил наш Бог.
Они присели, и Тина ждала, что скажет Иван. Вдруг, словно отвечая, на ее вопросительный взгляд, он с
улыбкой и кротко спросил:
- Ты очень обидчива?
«Какое это имеет значение? Почему он спрашивает?» - подумала Тина. Но в эту минуту ей вспомнились
мамины слова: «Тина, ты должна научиться выслушивать замечания друзей и спокойно анализировать
услышанное. Если замечание правдивое, то прими его без обиды, хотя это и неприятно, и проси Господа дать
тебе мудрости понять и силы не повторять».
- Тина, почему молчишь, ты не ответила? - вопрос Ивана прервал ее раздумья.
- Говори, я слушаю. Каждое обличение не приятное, но полезное. Я слушаю.
- Тина, будь очень внимательной. Когда ты готовила проповедь, тебе никто не шептал на ухо: «Ты
талантливая, молодец»?
Иван словно прочитал мысли Тины.
- Таких слов я не слышала, но я гордилась своим талантом, когда мне на молодежном собрании говорили:
«Тина - талант», «Молодец». Когда Магда предложила мне перед всей церковью выступить, я еще больше
обрадовалась, подумав: «В субботу я скажу эту проповедь отлично, и представляю, как удивлю многих своим
выступлением. Все будут говорить, что я талантлива». Сегодня я слышала много лестных слов в свой адрес и
чувствовала большое удовлетворение. Я гордилась тем, что получилось очень хорошо. Вот. Я все сказала тебе
честно.
- Твоя проповедь действительно содержательная и хорошо подготовленная. Можно поставить отлично. Но я
хочу спросить тебя: «Кого ты хотела прославить - Иисуса Христа или себя?» Тина молчала. Вопрос Ивана был
сложный, попал в самую точку. А служитель продолжал:
- По твоему поведению и рассказу я понял, что ты прославила себя, а Иисус остался в тени. Сегодня была
видна только «талантливая Тина».
Сначала внутри у Тины поднялся протест, она хотела крикнуть: «Это неправда», но как будто кто-то ей не дал
вымолвить эт и слова.
- Во все времена среди последователей Иисуса широко был распространен грех самовозвышения. Поэтому
очень часто наше служение, наше общение друг с другом исполнено тайным желанием возвыситься. Мы
мысленно идем на поводу у дьявола, когда наши беседы, проповеди делаются на показ, желая заслужить
похвалу друзей, слушающих нас. Последователи Иисуса должны быть искренними в своем служении, ведь
таланты даются нам Святым Духом для прославления Бога. Если мы последователи Иисуса, то будем
поступать так, как Он поступал. Иисус не искал Себе славы. Он умножал Славу Отца Небесного, когда жил
здесь, на земле.
Тина не знала, что ответить. Немного помолчав, Иван продолжил:
- Чтобы победить себя, нужно много молиться. Ведь битва с самим собой - это самая великая битва из всех
битв, и ее можно выиграть только с Иисусом.
Девушка посмотрела на пастора:
- Спасибо тебе, что ты встретился мне на пути и был очень искренен со мной. Все, что ты сказал, все правда, и
я буду просить прощения и силы свыше, чтобы больше так не поступать. Я верю, что эта беседа - Божий
промысел, и мне хочется рыдать, как рыдал некогда Петр в Гефсимании за свое отступление. Ведь,
прославляя себя, я также предала своего Господа. Мне очень горько на душе, и я только надеюсь на
всепрощающую любовь Моего Господа. Молись обо мне, я нуждаюсь в этом.
- Тина, все это я пережил сам. Я благодарен пожилому пастору, который мне об этом сказал: «Запомни. Где
бы ты не выступала, на библейских курсах, за кафедрой - забудь себя. Говори с усердием, искренне, с
любовью, прося силу Святого Духа для прославления Господа. Давай помолимся о тебе».
Слова молитвы Ивана глубоко тронули душу Тины. По щекам девушки текли слезы. Когда она произнесла
«Аминь», то, вытерев глаза, подумала: «Как хорошо, что слезы смывают грязные следы с души».
Перед тем как попрощаться Тина сказала Ивану: «Спасибо за эту беседу. Ты настоящий друг». Она вошла к
себе во двор, села на лавочку среди роз и подумала: «Кажется, что продолжаются вечера под старой липой.
Они всегда приносили добрые плоды. Благодарю Тебя, мой Бог, за чудесное воспитание. Дай мне служить
Тебе нелицемерно». Свой первый день публичного служения в церкви Тина запомнит навсегда. Он оставил в
ее душе добрый след и добрый урок.
Через неделю девушка получила от Ивана письмо. «Здравствуй, Тина! - писал служитель, - так как я не все
сказал тебе, то решил написать. Твоя проповедь была рассчитана для ума, но сердца остались нетронутыми.
Проповедь, которая не достигает сердец слушателей, является продуктом только лишь ума человече ского. Но
слова должны достигать сердец. Такая проповедь продиктована Святым Духом, и в ней виден Христос. Я был
на занятии молодежного кружка, где ты рассказывала одну из библейских тем, и искренне восхищался твоими
способностями и красноречием. Но, несмотря на это, мне было тебя очень-очень жаль, так как действие
Святого Духа не ощущалось в ней. Не было рассказано ни одного личного опыта. Ты ничего не сказала о том,
как исполнялись в твоей жизни обетования Божьи, записанные в Его Слове, а ведь это придает силу влиянию
на человеческие сердца. Если твои проповеди будут лишены силы Святого Духа, будут лишь теорией, то ты
будешь блуждать по тропинкам человеческой философии и других вести в заблуждение. Слово, лишенное Его
силы, никогда не коснется сердец и не сможет сделать их другими, новыми людьми во Христе. Люди будут
слушать тебя, как забавного певца, восхищаться твоими талантами, красноречием, но останутся коснеть в
своем грехе. Я молюсь о тебе, чтобы Дух Святой коснулся твоего сердца и сделал тебя своим о рудием для
спасения многих душ. Внимательно прочитай 1 Коринфянам 2:1-5: «И когда я приходил к вам, братия,
приходил возвещать вам свидетельство Божье не в превосходстве слова или мудрости, ибо я рассудил быть у
вас не знающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого, и был я у вас в немо щи и в страхе и в
великом трепете. И слово мое и проповедь моя не в убедительных словах человеческой мудрости, но в
явлении духа и силы, чтобы вера ваша утверждалась не на мудрости человеческой, но на силе Божьей,).
Желаю обильных благословений. Будь хранима Богом. Искренне, Иван».
Прочитав письмо, Тина глубоко задумалась. Несмотря на то, что ей стало обидно, на душе скверно, все,
написанное Иваном, было написано верно. Тина помолилась, села за стол и написала ответ .
Здравствуй, Иван! Получила твое письмо и дважды прочитала его. Сначала в душе поднялась буря
негодования, ведь ты глубоко зацепил мое «я». После второго раза я еще раз обдумала написанное и пришла к
выводу, что ты прав. Составляя проповедь на этой неделе, я просила руководства Святого Духа. Потом
молитвенно просматривала все еще раз. Когда все было готово, провела самоанализ, чтобы ответить на
вопрос: что руководит мною: прославить Моего любвеобильного Бога или себя. Я буду молиться всю неделю,
чтобы через меня работал Святой Дух для спасения людей и для прославления Бога. Мысленно буду молиться
до тех пор об этом, пока не открою свои уста за кафедрой. Молись обо мне. Ведь я с первого класса выступала
на вечерах. Этот талант Бог дал мне с детства. Но мне говорили, и я так думала, что это я такая талантливая
сама по себе. А теперь я поняла и молюсь, чтобы талант, данный мне в детстве, являясь даром Святого Духа
был употреблен правильно. Я очень хочу этим даром прославить Бога, как и даром пения. Хочу расска зать
тебе свой горький опыт. Когда я впервые услышала, как после проповеди пела Магда, я подумала, что я спою
лучше. Если присутствующие плачут, слушая такое примитивное пение, как они будут рыдать, когда услышат
меня. Я сказала Магде, что в следующую субб оту после проповеди спою я. Она сказала: «Прекрасно. Подбери
песню». Я приходила в молитвенный дом и пела мою любимую песню: «Мой Иисус». В субботу спела ее, но
никто не проронил ни одной слезы. Я подумала: «Плохо спела?» Немного растерялась. В ту субботу в гостях
был Иван Васильевич - старший проповедник. И после того, как все ушли, он предложил мне: «Тина, Я хочу
попробовать спеть с тобой эту чудесную песню». «С большим удовольствием». Мы начали петь «Мой Иисус».
Он остановился и сказал: «Нет, не так. Давай петь от души, забывая себя». И вдруг полилась песня, наши
голоса слились. Я пела от души, чувствуя любовь Христову. Магда сказала: «Эта чудесная песнь восхитила
меня к Иисусу». Я молчала. Посмотрев на кроткое лицо пастора, я сделала тогда вывод: «Всегда буду петь,
забывая себя». Однажды вечером мы сидели в гостях у дяди Антона, беседовали на духовные темы, и вдруг он
сказал: «Некоторым Бог дал много талантов, но, если Он увидит, что какой-то из них служит во вред
духовному возрастанию, Он лишает нас этого дара». Я молчала, но тебе признаюсь, что не всегда забываю
себя, когда пою. Ведь мною восхищаются, и я так боюсь лишиться этого дара. Сейчас пришла мне мысль, что
ты ответил бы мне так: «Лучше лишиться дара, но не лишиться спасения». Верно? Я буду молить Господа
дать мне кротость говорить проповеди, прославляя Его, забывая себя. Будь храним Богом. Благодарна Богу и
тебе. Искренне, Тина».
С каждым днем Тина все больше и больше углублялась в Слово Божье. Она решила во всем подражать
Господу. Встав рано утром, девушка читала Слово Божье и молилась. Идя на работу, она размышляла о
прочитанном. Тина очень любила изучать уроки субботней школы и преподавать их. Бывает так, что,
прочитав урок утром, она в обеденный перерыв размышляла о нем, и таким образом к субб оте весь урок на
неделю уже был изучен досконально. Беседы с Магдой, ставшей для нее второй мамой, с дядей Антоном
стали для нее хорошим наставлением. Это были искренне верующие христиане, хорошо знающие Писание и
поступающие по написанному.

Глава 2. Сторож.
Однажды ранним утром Тина читала ежедневные чтения (утренний страж) и глубоко задумалась над
библейским стихом, который предлагался для размышления. Это были слова апостола Петра из 1Петр.2:21:
«Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по
следам Его».
Куда ведут следы Иисуса? Тина находила их у кровати больных, в домах нуждающихся в помощи, идя на
работу. Она думала: «Мой Иисус тоже заботился бы о дедушке Косте, который во время войны потерял жену
и детей». Теперь он одинок, и Тина каждую неделю посещала его дом, убирала, стирала и приносила всякий
раз что-то вкусненькое. А на работе каждый вечер оставляла что-нибудь к чаю. Дядя Костя слезно благодарил
ее, говоря: «Ты заботишься обо мне, как о родном отце. Благодарю тебя, дочка». А Тина лишь отвечала:
«Благодарите за все Бога. у нас самих ничего доброго нет. Доброта - это дар Божий, который Он изливает в
наши сердца, поэтому Ему честь и хвала».
Однажды дедушка Костя сказал Тине:
- Ко мне вчера после обеда приходил мой старый друг, бывший директор школы, с женой, и, увидев везде
порядок и уют, спросил: «Кто преобразил так твой домик и дворик?» Я ответил: «Моя дочка Тина». «А разве у
тебя есть дочь? Мы помним похороны твоей жены и знаем, что ты одинок». Нет, я не одинок, - возразил я.
Тина говорит, что обо мне позаботился Бог, прислав ее в нашу организацию на работу, чтобы через нее
помочь мне». «Можно познакомиться с твоей дочерью? Она что, верующая в это атеистическое время? А мы
потеряли Бога», - сказал с печалью в голосе директор. При этом его жена тихо добавила: «И мы очень
одиноки, очень одиноки». Я обещал познакомить их с тобой. Ты не против? Я думал, что ты с удовольствием
придешь с ними на встречу».
Все это дядя Костя рассказал Тине вечером на работе, и они решили на следующий вечер пригласить
директора с женой. С этого дня еженедельные встречи стали регулярными. Тина предложила им изучать
вместе Библию, и они открывали для себя Слово Божье. Девушка училась доверять Иисусу, быть послушной
Его слову, верить всем Его обетованиям и учила этому пожилую пару ...
Однажды Юлия Михайловна, жена директора, спросила:
- Тина, а ты сама никогда не сомневаешься в исполнении Божьих обещаний?
- Нет. Я не только верю в Бога, но и в Божье водительство и благословение.
- А если в твоей жизни наступит время, чтобы пострадать за Христа? Например, попросят с работы или
запишут такую статью в трудовую книжку, что нигде не сможешь устроиться на работу? А может быть,
посадят в тюрьму. Как поступишь тогда? Будешь ли верить, что это тоже водительство Божье и
благословение?
Тина несколько минут помолчала, потом ответила:
- Дорогие мои, во все времена дети Божьи подвергались поруганию, преследованию за распространение
евангельской вести. Страдать за Христа и быть в заточении за Него - это великая честь для христианина. Через
гонение и страдание детей Божьих прославляется Господь и спасаются другие души. Я часто думаю, как в
этот безбожный век, в наши дни может распространиться познание о Боге? И пришла к выводу - через
преследование и страдания. Я верю, что присутствие Божье будет со мной везде, куда бы меня Господь ни
послал. Написано, что Он сверх сил не дает испытаний и при этом дает облегчение их перенести. 1Кор.10:13:
«Вас постигло искушение не иное, как человеческое; и верен Бог, Который не попустит вам быть
искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести». Да зачем
беспокоиться о будущем, я полностью доверяю Богу. Доверять - это значит знать, что Он защищает меня,
бодрствуя надо мною, и дает мужество и силу перенести все.
Слова девушки произвели на слушающих большое впечатление. Перед лицом гонений свидетельствовать о
своей вере было очень мужественным поступком, на который решались далеко не все. Говоря о надежде и
вере в Господа, Тина заметила, как слезы навернулись на глаза Юлии Михайловны. Да и у нее самой тоже
голос дрогнул.
- Спасибо, Тина, - сказала Юлия Михайлона, - ты подарила нам надежду.
- Благодарите за все Бога, - ответила девушка.
Так они изучали Библию целый год. Однажды Тина пригласила дядю Костю на богослужение, и тот с
радостью пришел. Она познакомила его с Магдой, дядей Антоном. Ему на богослужении очень понравилось,
и он решил посещать их по субботам и воскресеньям. В пятницу вечером он ходил еще на дежурс тво. Там он
об этом рассказал и своим друзьям, они тоже пожелали посещать богослужения, видя, как изменился дядя
Костя, став лучше. Тина радовалась. Она верою видела тот день, когда они полностью отдадут свои сердца
Господу и заключат с Ним завет.

Глава 3. Парторг уходит на пенсию.


В тот вечер Тина шла с работы очень озадаченной и встревоженной. Она все думала об очередной беседе с
парторгом, который очень тепло относился к ней, как к дочери.
- Тина, ты у нас работаешь уже три года. Как специалист ты безупречная, честная, деловая. Мы все как-то
примирились с твоими религиозными причудами. Но я скоро уйду на пенсию, и меня очень, очень беспокоит
твое будущее. На мое место партия присылает молодого, энергичного парторга. Таково новое веяние. И он не
будет мириться с твоей религией, и если ты не оставишь свои убеждения, то тебе придется расстаться с
работой - и, может быть, навсегда. Зарплата у тебя приличная, и прогрессивки, и премии. Всего этого ты в
один день можешь лишиться, поэтому подумай обо всем, пока не поздно. Молчи и думай. Поняла, дочка? Я
хочу тебе добра и только добра.
Тина молчала, ведь она все эти три года каждую беседу заканчивала одной и той же фразой: «Я сделала свой
выбор, отдав свое сердце Иисусу безраздельно на всю жизнь».
- Тина, ты поняла меня, что ты должна сделать в наше сложное, или как ты его называешь - «безбожное»
время. Ты должна сделать новый выбор. Дочка, умоляю, сделай его. Верь в сердце, но пусть уста твои молчат.
Ходи в субботу, когда это потребуется, на работу. Ты же говорила, что твой Бог добрый, любвеобильный и
милостивый. Он поймет твою ситуацию и простит тебя. Станешь пенсионеркой, и тогда верь себе, как
хочешь.
Тина молчала. Парторг вздохнул и продолжил:
- Дочка, ты поняла меня? Скажи, что поняла. Девушка ответила:
- Простите меня, Федор Ильич, но мы с вами разного духа люди. И вы не можете меня понять. Я очень
уважаю вас, но на первом месте в моей жизни стоят не работа и деньги, не специальность, а только Бог. Если я
изменю Богу, я потеряю себя в бушующих потоках жиз ни. Я буду очень несчастной. Я думаю, что вы бы не
хотели видеть меня несчастной. Не так ли?
- Тина, я рассердился на тебя. Я кричу, потому что ты погибаешь, я спасаю тебя, а ты к моим крикам
равнодушна.
- Не сердитесь на меня, Федор Ильич. Вы же знаете, что это не прихоть, это мое убеждение, и я никогда не
откажусь от Иисуса и от моих убеждений. Я не смогу жить без Бога, без Его Церкви. Не смогу. Лучше
лишиться всего-всего, но остаться верной Ему и с Ним.
- Даже и жизни? - вставил парторг.
- Да, лучше лишиться и жизни, но до конца остаться с Ним.
- Ты меня поражаешь. Я думал, ты умная девушка и поймешь добрый совет старшего товарища. Я никогда не
видал такую фанатичку, как ты, а ведь прожил шестьдесят пять лет.
Он встал, хлопнул дверью, забыв сказать: «(До свидания». Он ушел, а Тина встала у окна и молилась за этого
доброго человека, который по-своему хотел ей добра, не зная Бога.
Доверив все заботы Богу, Тина поспешила домой. У нее сегодня была назначена встреча с одной вдовой и ее
детьми. Забежав домой, она взяла тяжелую сумку с крупами, маслом, яблоками и поспешила в дом Юлии, где
девушку ждали она и ее пятеро детишек. В этой семье ее встречали, как родную. Сегодня она получила
премию, а потому решила сходить вместе с Юлией и ее детьми в универмаг. Здесь они купили детишкам
обновки для субботы, а Юле новое летнее платье. Все были очень счастливы, но всех счастливее была Тина. У
сироток глаза светились от счастья. Маленький Игорек сказал:
- В субботу я буду сидеть возле тебя. Тина рассмеялась:
- Хорошо, - и поцеловала его.
Все дети обступили и целовали ее. Юлия, обняв ее, сказала:
- Тина, ты для меня, как родная сестра, больше того, ты для меня самый близкий человек.
Они обнялись.
- Да благословит тебя Господь! Тина ответила:
- Да прославится Иисус!
Идя домой, Тина думала: «Дарим людям радость, а сами вдвойне получаем». И вдруг вспомнились ей вновь
старая липа и разговор, состоявшейся под ней из-за ее неправильного поступка. Она подумала: «Ведь там, под
старой липой, я дала обещание, что когда Бог благословит меня и я буду зарабатывать деньги, то стану делать
людям добро. И как это здорово, когда ты делаешь добро и люди прославляют Отца Небесного! Ведь так
написано в Евангелии от Матфея 5: 1 б: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видел и ваши добрые
дела и прославляли Отца вашего Небесного». Вот как мы можем умножать славу Божью среди окружающих
нас людей. Об этом я расскажу в следующей своей проповеди».

Глава 4. Возвращение Маши.


Когда Тина вернулась домой, ее ждал сюрприз. Едва она переступила порог, то ей на ее шею бросилась
сестренка Машенька. Она приехала к Тине, чтобы проведать ее и рассказать о своем горе. Девушка от одной
радости еще не отошла, а здесь ее ожидала другая - встреча с сестрой. Она захлопотала, накормила Машу,
потом они сели на диван, и вдруг она горько-горько зарыдала.
- Что с тобой? Ты больна? - спросила Тина сестру, увидев перебинтованную ногу.
-Да.
Она развязала ногу, на ней была язва. Тина на миг подумала: «Вот какая жизнь, радость переплетается с
печалями и горем». Потом сказала:
- Не плачь. Завтра пойдем к профессору - и он вылечит ее.
А ты на все лето останешься со мной.
Маша вновь заплакала. - Что случилось?
- Тетя сказала, чтобы я уходила совсем. Она не намерена ухаживать за мной.
- Так оставайся со мной насовсем, - радостно сказала Тина. Три года назад Маша уехала к тете, и вот она
вернулась. Теперь сестры будут жить вместе.
На следующий день Тина ушла домой пораньше, чтобы вместе с Машей сходить к профессору. Вчера она
успела посмотреть одежду Маши, поняв, что сестре практически нечего носить, а впереди зима. «Хорошо, что
у меня скопилась некоторая сумма», - думала Тина. Она собирала деньги, чтобы купить себе плащ, осенние
сапоги и теплое шерстяное платье. Теперь все это она купит Машеньке, а себе с Божьей помощью еще
подкопит. Еще немного осталось с премии - это будет на лекарство и на продукты. Девушка улыбнулась
своим мыслям. Почти всегда, когда она мечтает купить себе что-то новое, в это время у кого-то случается
нужда. В прошлом году только скопила денег - Магда заболела. Врач сказала, что поможет только усиленное
питание. А Магда получала всего 300 рублей. Тине тогда хотелось приобрести красивое демисезонное пальто,
шарф и сумочку. Один миг она стояла перед выбором и сделала решение: «Обойдусь бе з всего этого, а Магде
помогу». Ей так ярко вспоминается счастливое лицо Магды, по которому катились слезы радости,
вспоминаются ее слова: «Этот час никогда не забудется, а добро на небе запишется». Они обнялись. Тина
представляла, как будет рада Машенька, когда она оденет ее во все новое и красивое. Теперь ей стали
понятными слова апостола Павла, записанные в Рим.12:15: «Радуйтесь с радующимися и плачьте с
плачущими». Благотворить людям, а потом вместе с ними радоваться, а также сочувствовать в горе другом у и
помочь ему, чем можешь, - это и значит следовать наставлению апостола.
С этими размышлениями она и пришла домой. Маша была уже готова. Они сразу поспешили в поликлинику
на прием к врачу. Профессор узнал их, поскольку был другом их папы. ОН спросил, ка к они живут, осмотрел
больную ногу, выписал мазь и сказал, чтобы Тина через неделю зашла к нему. Если эта мазь не снимет до
конца боли, он выпишет другую. Девушки поблагодарили его и ушли.
По дороге домой они, как и планировала Тина, зашли в универмаг и там купили Маше красивое демисезонное
пальто, платье, осенние сапоги, шерстяную кофточку, и осталось еще на летнее платьице, халатик и
босоножки. Маша была очень радостной. Рана перестала ныть. Мазь сняла боль. Придя домой, Маша легла на
диван и сказала:
- Как хорошо дома. У тети я чувствую себя чужой и ненужной.
Чаще всего обузой, хотя я старалась все делать по дому и помогала в огороде. А здесь совсем другое - я дома.
Пока Тина готовила ужин, Маша поднялась и перемеряла все обновки. Она еще раз поцелова ла сестру и
поблагодарила за ее доброту к ней. На следующий день профессор встретил Тину по дороге на работу и
попросил ее зайти к нему сегодня же.
Тина шла и думала: «Наверно, у Машеньки с ногой что-то серьезное, неужели язва неизлечима?»
Вечером она за шла в кабинет профессора. Он принял ее любезно. Выписал ей повторный рецепт и, посмотрев
на нее долгим взглядом, сказал:
- У Маши трофическая язва, она неизлечима. Эта мазь снимает только боли.
Тина помолчав, промолвила:
- Я с детства дружу с Великим Врачом. Он Врач врачей - это Иисус Христос. Я верю, что Он силен исцелить
любую болезнь. Я полностью доверяю Ему, моему Спасителю и Исцелителю.
Профессор продолжал:
- Я хорошо знал твоих родителей, и, если бы они были в живых, они бы сказали тебе то, что я тебе скажу. Я
неверующий профессор. Выслушай мою историю. Моя мама учила меня молиться и верить в Бога. Когда я
стал студентом, начал сомневаться, думая: «Может Бог есть, а может быть, Его и нет». Чудес никаких не
видел. Души тоже не видел. И в конце концов пришел к выводу, что Бог - это выдуманная личность. Его нет.
В наш новый век мы сами боги. И верить в Бога, и надеяться на Сущего на небесах - это наивно и глупо.
Тина встала и сказала:
- Вы боги, а мою сестру исцелить не в силах. А я знаю такие чудеса, где врачи были бессильны исцелить,
исцелил Господь. И я твердо верю, что мою сестру Он тоже исцелит. Я еще больше удивляюсь тому, что вы,
изучая сложный человеческий организм, который является шедевром всего творения Божьего, не увидели до
сих пор в этом Творца. Моя вера в Бога ничуть не поколебалась. Я твердо верю, что Он был, есть и вовек
будет. Он Вечносущий Бог, хотя это великая тайна благочестия. «Ибо Ты устроил внутренности мои, и соткал
меня во чреве матери моей. Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои, и душа моя вполне
сознает это». Псалом 138:13-14. Так верили праведники всех веков, так верю и я.
Тина замолчала. Профессор вздохнул и сказал:
- 3аверяю тебя, что ты можешь верить. Но тебе трудно будет идти против безбожного течен ия нашего
времени, очень трудно. Ты молода. Живи, как живут все люди, а Бог твой, если Он есть, примет тебя в
старости. Когда будешь старенькая, тогда и будешь Богу веровать и Ему служить.
- Спасибо за наставления, но я отдаю свою молодость Богу, пока я полна сил, а не остатки моей жизни. Он
достоин этого. У моего Бога, Которому я отдаю свое сердце, много -много благ. Так написано, и я доверяю
этому обетованию: «Как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для боящихся Тебя и которые Ты
приготовил уповающим на Тебя пред сынами человеческими», Псалом 30:20.
- Мы с тобой развели полемику о Боге. Это ни к чему, всего доброго. Заходи. Если с ногой будет плохо,
положу Машу в больницу.
- Спасибо. Простите, если чем огорчила вас, но я прошу вас, никогда не говорите, что нет Бога. Человеческая
мудрость и знание сбили вас с правильного пути. Обратитесь вновь к Богу Творцу и не убивайте веру в других
людских сердцах. Ведь безнадежному больному вы, кроме надежды на Бога, больше ничего не можете дать.
Кроме этой надежды у нас другой нет. Простите еще раз за беспокойство. До свидания.
Тина шла домой и думала, как обо всем рассказать Маше. Войдя во двор, она встретила ее сидящей на
лавочке. Сестра спросила: - Выписал мазь?
- Да. Садись возле меня, я тебе кое-что скажу.
- Я знаю все. Врач - друг нашего отца. Он сказал, что трофическая язва неизлечима.
Она смотрела вопросительно на Тину. Та продолжила:
- Профессор сказал, что, если нога будет болеть, он положит тебя в больницу и сам будет тебя лечить. Но
помни, Маша, что даже если человеку что-то невозможно, то Богу возможно все. Он силен исцелить любую
рану, исцелит и твою, мы с тобой будем вместе молиться об этом. Мое горячее желание, чтобы мы вместе
служили Богу, конечно, это должно быть и твоим выбором. Я всегда мечтала , что мы с тобой вместе будем
ходить на богослужение. Этого желала и мама, но ладно, как хочешь, так и поступай, самое главное, что
будем жить вместе и я смогу позаботиться о тебе с помощью Божьей, выполнить обещание, данное нашей
маме. Машенька, нам вдвоем будет очень-очень хорошо.
Но Маша не разделяла радость своей сестры:
- Тина, больше никогда не говори мне о своей религии, а то я завтра уеду к другой тете и буду жить у нее.
Пока у тебя живу, буду поступать по тем правилам, по каким живешь ты, но на б огослужение ходить не буду
и в твою веру никогда не пойду.
- Машенька, ты прими веру Божью, не мою.
- Я уже сделала выбор, договорились?
- Конечно. Я уважаю твой выбор, а чем смогу - помогу тебе.
Один Бог только знал, как в эти минуты рыдала душа Тины.
Да-да, внутри все болело и рыдало, но она не подала виду. Вместе они пошли ужинать в свою комнату. Пока
Тина мыла посуду, Маша твердо решила погостить еще два месяца, а затем вернуться к тете Марии.
Время пролетело незаметно. Своего решения Маша не изменила. Тина снабдила ее теплой одеждой и
деньгами. Проводила ее на автобус. Обняв Машу, она заплакала. Маша сказала ей:
- Не плачь Тина, я скоро приеду на зимние каникулы, а если я не смогу, приезжай ты в гости к тете. Она
передала, что хочет тебя повидать.
Глава 5. Перед лицом искушений.
Проводив Машу, Тина пошла к Maгдe. Сидя в сумерках, она рассказала ей, какая перемена произошла у них
на работе. Пожилой парторг ушел на пенсию и уехал на родину, а его место занял молодой мужчина. Она
рассказала про последние напутствия старого парторга. Позвав ее в свой кабинет, он сказал:
- Тина, не поминай меня лихом. Я уезжаю на родину, может быть, мы уже с тобой никогда не встретимся.
Помни, что я тебя люблю, как родную дочь. Мне тебя очень-очень жалко. Придет время, и это будет вскоре:
или ты смиришься и будешь жить, как все, или тебя уволят с работы и ты никогда больше не сумеешь
устроиться по своей специальности, а ты классный специалист. Более того, нам стало известно, что ты
экстерном сдаешь экзамены в Ужгородском университете и этот год последний. Я диву даюсь, как это тебе
удавалось до сих пор. Хочу тебя предупредить, что тебе диплом предложат выдать на условии: вера в Бога
или диплом. Готовься к этому. О чем ты думаешь, почему молчишь? Это не шутки.
Тина ответила:
- А мне и думать нечего, я же сделала выбор на всю жизнь.
Мой Бог лучше знает, что содействует мне ко благу.
- Дочка, не будь такой упорной и наивной. Одумайся. Мне тебя по -отцовски жалко. Я уверен, что ты все
поймешь и будешь верить в душе, ведь твой Бог, ты сама мне постоянно твердила, это Бог любви и
милосердия, доброты и долготерпения, Бог прощающий. Он простит и тебя в этот безбожный век.
Он смотрел на Тину умоляюще, и она сказала ему:
- Желаю вам, Федор Ильич, чтобы мой Бог, Которому я служ у, хранил вас от всяких бед и несчастий в вашем
пожилом возрасте. Я вас очень уважаю и всегда с любовью буду вспоминать. Я вас заверяю, что останусь
верной моему Богу до конца моей жизни, а также заверяю вас, на какой работе бы мне ни трудиться, я всегда
буду трудиться на благо нашей земной родины. Ведь меня Сам Бог учит через Библию, Свое Слово: «Усердно
стараться о том, чтобы жить спокойно, делать свое дело и работать своими собственными руками, жить так,
чтобы жизнь моя вызывала уважение окружающих и чтобы ни в чем не нуждаться, чтобы не быть зависимой
от других», 1Фес.4:11-12. Та цитата, которую Ленин приводит в своих книгах, заимствована из древней книг и
- Библии, из послания апостола Павла: «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь», 2Фес.З:10. И мног о
других наставлений. И последнее: Господь дает наставление через пророков и апостолов: «Заботьтесь о
благосостоянии города .... Ибо при благосостоянии его и вам будет мир», Иер.29:7. А также Господь
призывает нас молиться за всех людей, и за наших правителей, и за начальствующих. Правда здорово?
Парторг глубоко вздохнул и сказал:
- Тина, Тина, ты неисправимая и тебе придется много страдать.
- Мы с ним тепло расстались, - рассказывала Тина Магде. - А сегодня вызвал меня молодой парторг Андрей
Егорович. Он предложил мне сесть и с улыбкой сказал:
- Монашенка, давно веришь в Бога?
- С самого детства. Не только верю, но и люблю моего Бога.
- Родители твои были неграмотные?
- Да нет же. Папа инженер, мама педагог.
- Значит, с высшим образованием. А ты хотела бы закончить какой-нибудь вуз?
- Конечно. Я всегда любила учиться, познавать, хотя мне приходилось много работать, чтобы обеспечить
семью - маму, младшую сестренку.
- Я хочу тебе помочь поступить, если желаешь. Я молчала.
- Почему молчишь?
- Думаю, взвешиваю ваше предложение.
- О чем думаешь и что взвешиваешь?
- О том, что ваше предложение будет стоить мне очень дорого.
- За кого ты меня принимаешь? 3а аморального человека или взяточника?
- Да что вы! Не сердитесь, - сказала я. - Вы предложили мне учиться в университете, а я за это должна буду
уплатить своим убеждением - своей верой в Бога.
- А почему бы тебе не уплатить за знание верой в Бога? Бог это миф. Религия - это опиум. Ты не теряешь
ничего, а только приобретаешь. Это мое предложение, а ты поступай, как хочешь. Я тебя вызвал в самом
начале, чтобы тебя предупредить, если ты в продолжение года не оставишь свои религиозные причуды, мы с
тобой расстанемся. А теперь посмотри на этот плакат.
Он показал один из атеистических плакатов, которые привез с собой, и продолжил:
- Вот эта широкая полоса - светлое будущее человечества, которое нас ожидает впереди. А вот эта тоненькая
черная полоса - это вы, верующие, отмирающее христианство.
Потом взял второй плакат и с радостным восклицанием сказал: - Здесь уже нет узкой черной полосы. Есть
только светлая дорога в будущее - в коммунизм, ибо каждый гражданин этой великой страны освободился от
религиозного дурмана. Он свободен от суеверия и дышит радостно, зная, что нет Бога, стоящего над ним с
кнутом, следящего за всеми его поступками. Тебе сказанное понравилось?
Я ответила ему:
- Как мне может понравиться сказанное вами, если по дороге к светлому будущему нет Бога. Меня Господь
давно предупредил об этом в Своем Слове - Библии: «Входите тесными вратами, потому что широки ворота и
пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут по нему. Ворота же и путь, ведущий к жизни вечной,
узок, и немногие идут по нему», Мф.7:13-14. Хочу вам сказать, Андрей Егорович, что без Бога вы никогда не
построите светлое будущее.
Он искренно ответил мне: «Тина, ты эти слова больше нигде не повторяй. Ты идешь против всего
государственного строя. Ты меня поняла?»
- А разве нельзя честно высказывать свои мысли? Что в этом преступного, я так и не поняла? - спросила я.
- Когда ты поймешь, может быть уже поздно. Ты своими доводами разводишь антисоветчину. Все понимают
так, а ты одна умная идешь против всего строя. Никогда так не говори. Забудем эти слова. Я их не слышал.
Я встала и сказала:
- Пойду домой. Всего вам хорошего.
- Тина, - крикнул мне вслед парторг, - каждый вторник после работы я с тобой буду проводить отдельное
специальное занятие.
Я ушла, ничего не сказав. Только вошла во двор - и удивилась: меня ждал молодой начальник Саша, он был
очень-очень взволнован. Я с просила его:
- Что с тобой, Саша, какая-то беда случилась?
- Давай присядем здесь, во дворе, на лавочку, и я тебе все
расскажу по порядку.
Мы с ним сели, и он начал мне рассказывать свое «горе».
- Тина, у меня в семье плохо. Жаль только дочурку. Наташа меня не понимает. В доме постоянная ругань. Я
устал. И мне все это за десять лет надоело.
Я начала думать: «Почему все это он мне рассказывает?» Но молчала. Он продолжал:
- Мы с ней не сошлись характерами, и наш дом - это ад. Тебе этого не понять. Толь ко теперь я прозрел, что мы
с ней сошлись не по любви. Когда я тебя увидел, в моей душе потеплело, но я начал над собой шутить и
смеяться, чтобы возникшее чувство подавить.
Я подумала: «Вот куда он клонит».
- За эти четыре года я тебя полюбил. Полюбил так, как до сих пор никого не любил. Запоздалая первая
любовь. Ты можешь над моими чувствами смеяться, не верить мне, но это так. Я и в партию не вступил,
потому что сначала решил развестись и жениться, а потом уже с чистой совестью вступить в партию. Я реши л
подать на развод и одновременно сказать тебе, что я люблю тебя и что всеми силами буду добиваться, чтобы
ты полюбила меня, Тина, ты очень добрая девушка, я знаю, что ты не осудишь меня, и поймешь мое
состояние, и не отвергнешь моей любви.
Я все время молилась про себя: «Господь, избавь меня от искушения лукавого и дай мудрости дать ему
ответ».
- Тина, что ты молчишь? Я жду ответа, - настаивал он, Я начала говорить:
- Саша, у тебя жена, она так прекрасна и умна. У тебя прелестная девочка, она любит тебя . Связав жизнь с
другой женщиной, ты будешь обкрадывать счастливое детство своей дочери. Я всегда восхищалась вами как
семьей. Я никогда не вышла бы замуж за мужчину, который бросил свою семью. Наташа и Оксана тебя
любят. Ты знаешь, что я люблю моего дорого Спасителя Иисуса Христа, и я всегда спрашиваю Его: как бы Он
поступил на моем месте? Он сказал бы тебе, что я скажу: помирись с женой и полюби ее. Ты мужчина, и ты
должен создать крепкую семью, чтобы твоя дочь росла счастливой и жизнерадостной и была любима своими
родителями.
Саша прервал меня и сказал:
- Тина, ты себе не представляешь, как я люблю тебя, я же имею право быть счастливым. Не отвергай моей
любви, - и вдруг он неожиданно обнял меня.
Я вмиг освободилась из его объятий и с негодованием ответила:
- Как ты мог так обидеть меня, я от тебя этого не ожидала.
Твой поступок очень-очень подлый. Если бы я не была христианкой, то я тебе дала бы пощечину, да и не
одну.
В эту же минуту из-за гаража вышла Наташа и сказала:
- Я тоже от тебя этого не ожидала!
Она сняла тапок и начала бить его по щекам.
В это время я забежала к управляющему. Он стоял у окна и сильно хохотал, приговаривая: «Так тебе и надо.
Молодец, Тина. Молодец, Наташа».
Когда он услышал мой голос: «Михаил Иванович », - то повернулся ко мне, подозвал к себе, сел на стул и
продолжал смеяться, говоря: «Я такого веселого спектакля никогда не видал; а теперь вижу наяву». Я
подошла к окну и облегченно вздохнула. Управляющий спросил меня:
- Что там происходит?
- Наташа взяла под руку Сашу, и они вместе пошли домой.
- Садись, дочка, и расскажи, что этот умник Саша натворил?
Я ему все рассказала и попросила, чтобы он защитил меня от Саши, поговорив с ним, чтобы тот больше не
приставал ко мне. И вдруг я услышала голос парторга:
- Не бойся, Тина, мы защитим тебя.
Я продолжала говорить: что мы уже с ним более четырех лет вместе работаем, что я никакого повода не
давала ему так со мной поступать, что считаю его «признание » и поступок для меня оскорбительными. И
закончила:
- За кого он меня принимает? Управляющий сказал:
- Иди домой и спокойно отдыхай, а я завтра поговорю с ним.
- И вот я зашла к тебе, Магда, - подытожила Тина, - чтобы все рассказать и помолиться вместе, да и совет
получить.
Магда сказала:
- Будь очень осторожна, это дьявол тебе подстроил через этого человека западню. Он будет тебя изматывать
через него, чтобы довести тебя до падения.
- Молись обо мне, чтобы мне выдержать это испытание и с силой Иисуса победить все дьявольские напасти.
Они искренно молились, прося защиты Господа. Тина шла домой и просила мудрости, как ей поступить в этой
ситуации.
На следующий день Саша вошел в кабинет, положил молча документы на стол, а уходя, сказал:
- Тина, прости меня за мою невоздержанность, но знай, что я тебя люблю.
Девушка молчала, а он продолжал стоять. Наконец, она ответила:
- Можешь быть свободным.
Тина вновь просила Господа избавить ее от искушения лукавого. В обеденный перерыв бухгалтер ей сказала:
- Тина, о тебе ходят разные слухи. Говорят, что Саша влюбился в тебя и что Наташа вчера била тебя. А также
слышала еще и другое: что ты влюбилась в Сашу, а потому, мол, так тебе и надо.
И Тина вновь молчала. Она лишь просила Господа вывести ее из этой глупой ситуации, и Бог ответил на ее
просьбу. Перед окончанием рабочего дня Наташа с Оксаной пришли встречать Сашу. Наташа открыла
кабинет и с доброй улыбкой сказала:
- Здравствуй, Тина. Можно к тебе?
- Заходите.
Они вошли. Наташа оставила дверь открытой и продолжала: - Мы идем встречать Сашу, а Оксана говорит:
«Мамочка, зайдем к тете Тине, я ее очень люблю», - вот мы и зашли.
Тина угостила Оксану шоколадкой, которую ей подарили, а та обняла девушку и поцеловала.
- Наташа и Оксана, как хорошо, что вы зашли ко мне, заходите каждый вечер, я буду очень рада вашему
посещению.
Наташа весело ответила:
- Выполним ваше приказание, товарищ начальник.
Они ушли, а Тина радовалась, что сослуживцы теперь не будут судачить о ней.
Как-то вечером Наташа постучала в кабинет к Тине. Та открыла дверь и, увидев Наташу, с радостной улыбкой
пригласила ее войти. Едва Наташа села, то горько заплакала.
- Что случилось, Наташенька?
- Саша каждый вечер твердит, что любит тебя. Я не знаю, что мне делать? Мне двадцать девять лет, а тебе
двадцать два, и я пришла к тебе за советом. Ты девушка, а я женщина замужняя, в этом году исполнится
десять лет, как мы поженились с Сашей. Несмотря на это, я пришла поговорить с тобой. Что мне делать?
- Наташа, успокойся. Не расстраивайся и не реагируй на то, что говорит Саша. У меня, слава Богу, нет
ответного чувства, да и не может быть, ведь я христианка, люблю Бога и стараюсь быть послушной Ему,
соблюдая Его закон, Десять Заповедей. Седьмая заповедь охраняет семью, и она гласит: «Не
прелюбодействуй», так что с моей стороны исключена дружба с Сашей. Если ответного чувст ва любви не
будет, то оно потухнет в его сердце. Выслушай мой совет: постарайся любить Сашу и заботься о нем. Ты всю
свою любовь изливаешь на дочку. Оставь и для Саши любви, ласки, доброты. Будь жизнерадостней, не кисни,
не кричи, не командуй. Измени свое отношение к нему. Когда приходишь, чтобы вместе с ним идти домой, не
кричи на всю контору, что ты пришла его встречать. Прилагай все усилия, чтобы сохранить брачные
взаимоотношения. Больше времени уделяй ему. Если ты не будешь поступать так, то найдется др угая
женщина, которая подойдет к нему с лаской, и тогда ты потеряешь Сашу.
- Откуда ты все это знаешь?
- В церкви, которую я посещаю, наш пастор в воскресенье проводит серию лекций на тему: «Как сохранить
добрые взаимоотношения в семье». Это очень интересные лекции, если ты пожелаешь, я в дальнейшем буду
узнавать, как тебе поступать. Приходи раз в неделю ко мне, и я буду тебе пересказывать эти лекции. Ты
согласна приходить и слушать и так поступать, чтобы вам с Сашей и дочуркой быть счастливыми?
Наташа, обняв Тину, сказала:
- Спасибо тебе, Тина. Сегодня в тебе я обрела сестру, друга и союзника. Я постараюсь делать все так, как учит
ваш проповедник. У Саши в воскресенье день рождения, ему исполнится тридцать два. Я постараюсь испечь
ему его любимый пирог и приготовить любимые блюда.
- А вечером сходите в парк все вместе и погуляйте, - посоветовала Тина.
Они сердечно распрощались.
Тина, узнав, что у Саши день рождения, в воскресенье не вышла на работу. В понедельник утром на столе в ее
кабинете красовался большой букет красных роз и записка: «В день моего рождения дарю этот букет той
девушке, которую нежно-нежно люблю». Тина порвала записку, а букет красных роз вынесла и поставила на
стол, за которым работал Саша, дав ему знать, что букет и его признание не приняты.
Позже Наташа рассказала, что было в тот день:
- В воскресенье Саша куда-то рано ушел, потом пришел подавленный. Однако он был приятно удивлен, что на
столе его любимые блюда и его любимый пирог. «Спасибо, Наташа. Кажется, прошло с того времен и почти
восемь лет, как я ел мой любимый пирог». Я обняла его и нежно сказала: «Теперь всегда будет так, как тебе
нравится. Прости меня, что я все эти годы только от тебя ждала любви, ласки, добра, а сама плохо относилась
к тебе. Я люблю тебя. Мы часто этого не понимаем, а когда теряем, становится все ясным. Я не хочу тебя
потерять, ты нам нужен». Он сказал: «Наташа, ты сегодня необыкновенная, вся одна нежность. Спасибо тебе
за сюрприз». Он обнял меня и поцеловал.
- Я радуюсь вашим новым отношениям.
- А теперь рассказывай, что еще твой Бог говорит относительно моих обязанностей?
- На семинаре проповедник читал лекцию на тему «Маленькие лисенята портят наши семейные виноградники,
которые во цвете». В Библии написано: «Непрестанная капель в дождливый день и сварливая жена равны»,
Притч.27:15. Жена не должна постоянно ворчать. Она должна быть жизнерадостной, настроенной
положительно, видящей хорошее, а не плохое. Ведь жены наблюдательны и всегда находят то, что нуждается
в улучшении, и поэтому они смотрят на все с критичностью. Они ворчливы и хотят, чтобы их требования
всегда были выполнены в кратчайший срок, невзирая на обстоятельства. Если им не удается, они начинают
упрекать своих мужей. «Да что ты такой неповоротливый. Мне приходится все делать самой. Работаю на
производстве наравне с тобой, да еще дома все сама делаю: мусор выношу, в магазин бегаю, готовлю, стираю,
мою полы, какая я несчастная женщина. У других мужья внимательны, настоящие помощники, а ты - одно
недоразумение ». Все это сказывается отрицательно на взаимоотношениях. «При многословии не миновать
греха, а сдерживающий уста свои – разумен» Притч.10:19. «Кто широко раскрывает рот, тому беда»,
Притч.13:5.
Тина быстро вспоминала библейские тексты, говорящие о семейных отношениях.
- Остановись, Тина. У меня такое ощущение, как будто проповедник знает мою жизнь и обо мне все это
говорит. Я всегда все это, может только другими словами, ставлю на вид, а он сердится. Потом начинаем
ругаться, он начинает упрекать меня, что я невозможная, и впоследствии мы расходимся по углам.
- Наташа, знаешь, почему тебе кажется, что проповедник листает твою жизнь?
- Нет, не знаю, - ответила Наташа.
- Потому что через него говорит Сам Бог, а Бог знает все наши поступки и желает нам помочь. Если бы и ты
поверила, что Бог есть, и обращалась к Нему ежедневно, ты могла бы стать другим человеком.
- Тина, я же не знаю Бога, и как могу верить Ему? Есть Он или Его нет?
- Наташа, молись: «Господи, откройся мне». Обращайся к Неведомому Богу и проси, чтобы Он услышал тебя
и дал тебе силы быть другой, помог оставить раздражение, крик, придирки, чтобы вновь обратил сердце Саши
к тебе и отвратил его от меня. Я тоже молюсь о вас ежедневно; и ты увидишь, какое чудо совершится в вашей
семейной жизни.
Наташа долго молчала, потом тихо сказала:
- Я попробую поступать так, как ты мне советуешь.
Три месяца Тина еженедельно рассказывала Наташе все лекции, на одной из них они остановились.
- Мы не должны переделывать друг друга, но уважать и любить такими, какими мы есть.
Наташа, выслушав, начала противоречить.
- Как же он станет другим, если ему не говорить, что он делает то или другое плохо?
- Наташа, ты желаешь, чтобы все было по-твоему. Ты желаешь Сашу сделать своим рабом. Ты мысленно
постоянно перекраиваешь его, он должен быть вот таким, каким мне нравится. Ты всегда хочешь, чтобы было
все по-твоему и только по-твоему. Не так ли?
- Так, так, Тина. А что надо делать?
- В первую очередь - изменить себя.
- Но это так трудно, когда муж приходит домой и бросает на стул пиджак. Или та почки разбросал ... Или
носки ...
- Здесь нельзя быть очень чувствительной к себе, надо переносить спокойно его слабости. Не унижать мужа
ни в семье, ни в обществе. Научиться прощать и просить прощения от всего сердца.
Это была последняя лекция проповедника, и Тина сказала:
- Наташа, ты сегодня вечером попроси прощения у Саши.
- Я? Прощения у Саши? Никогда! Это он должен просить у меня прощения за все эти годы!
- Не горячись. В тот вечер, когда он признался мне в любви, в его поступке ты была не меньше виновата, так
как ты все дальше от себя удаляла его своим ворчанием, недовольством, колкими словами, упреками. Это
сделать нелегко. Просить прощения, признать себя виновной - это умерщвляет наше «я», а это самое уязвимое
место у каждого из нас. Ты сама мне говорила, что Саша сильно изменился, стал внимательным, ласковым,
добрым. Как ты думаешь, почему?
- Во-первых, мое отношение изменилось к нему коренным образом, потому что я молюсь твоему Богу, как ты
меня научила, чтобы Он повернул сердце моего мужа вновь ко мне. Я знаю, что ты тоже молишься об этом. За
это время я ловлю себя на том, что я стала совсем, совсем другой.
- Как ты думаешь, кто произвел в тебе эту перемену?
- Конечно твой Бог.
- Чтобы у вас до конца наладилось все в семье и чтобы ты стала счастливой, Бог предлагает тебе: попроси
прощения у Саши за все твои прежние придирки, ворчания, нетерпение и грубости. - Я подумаю, - ответила
Наташа скрепя сердце и не желая огорчать Тину.
Наташа ушла домой, а Тина на коленях умоляла Господа дать силы попросить прощения у Саши, а Саше
ответить тем же.
На второй день Наташа прибежала счастливая и с порога начала:
- Тина, милая моя Тина! Совершилось великое чудо. Я вечером попросила искренно прощения у Саши, а он у
меня - за то предательство, которое совершил, объясняясь тебе в любви. Твой Бог - Чудный, Дивный Бог, и
религия твоя чудесная, а ты мой ангел. Я люблю твоего Бога, твою религию и тебя. Как не верить в такого
Бога, Который совершил такое великое чудо в моей семье.
- Разреши вместе с тобой поблагодарить теперь уже нашего Бога за сотворенное чудо.
- Я очень хочу этого! А также помолись на дорогу: мы послезавтра полетим на юг, в Сочи, вместе. Все мы:
Саша, Оксана и я. Ты понимаешь, Тина, мы все вместе летим. Это так здорово. Слава Богу. Приеду, в се тебе
расскажу. Вечером Саша спросил меня: «Наташа, Я задумывался над тем, кто же тебе помог наладить наши
семейные отношения, кто вел тебя так мудро шаг за шагом к перемене жизни. Ты же стала совсем другая, кто
мог изменить твой характер? Кто?»
Я немного помолчала, а потом решила все по порядку рассказать ему. Он слушал с интересом, а в конце со
слезами сказал: «А я все думал, кто тот добрый ангел, который наставляет тебя, - оказывается, это была Тина.
Знаешь, Наташа, хорошо, что тогда, когда мне казалось, что наши взаимоотношения невозможно наладить, я
потянулся именно к Тине, а не к другой девушке или женщине, и произошло чудо, великое чудо». И мы вчера
вечером решили преподнести тебе памятный подарок в день нашего примирения, в котором ты между Богом и
нами была связующим звеном.
- Да что ты, Наташенька, я здесь ни при чем. Вся слава принадлежит Господу.
- Я это понимаю, но Саша этого не понимает, и поэтому прошу - прими наш подарок, который он тебе
преподнесет. Обещаешь?
- Хорошо. Я прошу тебя, молись постоянно Господу. Без Господа ты не сможешь побеждать. Я тоже буду
молиться.
Они молились вместе. Наташа молилась словами веры и благодарности. Она ушла очень счастливой. И Тина
была тоже очень рада, она даже спела песнь благодарности.
На второй день в кабинет Тины вошел Саша, положил отчет на стол и сел на стул против нее.
- Тина, - сказал он, - я с семьей уезжаю в Сочи, а потом поедем в Киев к родителям. Не обижайся на меня,
прости, забудь. За все тебе большое спасибо. Я очень рад, что встретил те бя в жизни, ты скажешь, что это по
воле Божьей, я скажу, что так распорядилась судьба, что через тебя пришло счастье в нашу семью. Останемся
добрыми друзьями. Вот от нашей семьи тебе подарок - подарок примирения, дружбы и чистой любви.
Он подал ей коробку и букет белых роз. Тина встала и приняла подарок от Саши, сказав:
- Саша, я не обижаюсь на тебя, и я очень рада, что вы с Наташей счастливы. Сохрани до конца счастье семьи.
Пообещай мне, что ты всегда будешь на страже своей семьи, что будешь их любить до конца жизни.
Обещаешь?
- Обещаю, - сказал с улыбкой Саша.
- Тина, еще и еще раз тебе большое спасибо за все: за чистую дружбу, за твою чистую любовь к Наташе,
Оксане и ко мне. Мое желание, чтобы ты была такой чистой, доброй до конца своей жизни.
Тина подала Саше руку.
- Будьте хранимы Богом, и особенно от третьего лица, кто бы - он или она - ни встали на вашем пути.
Саша крепко пожал Тинину руку, сказав:
- Так легко стало на душе, и я еще раз благодарен судьбе, что она послала тебя, а не другую женщи ну в тот
роковой момент на моем пути. Приедем домой, и тогда пригласим тебя в гости на наше десятилетие, только
тебя. Так пожелала Наташа.
- Если Богу будет угодно, - с большим удовольствием.
Саша ушел. Тина поставила прекрасный букет в вазу и раскрыла к оробку, где лежала красивая ваза, на
которой было выгравировано: «Нашему доброму ангелу в день примирения. Саша, Наташа».
Вошел парторг и с восхищением сказал:
- Какие чудесные розы. У тебя день рождения?
- Да нет же, Василий Петрович, сегодня день прим ирения.
Саша с Наташей подарили мне букет и вазу, читайте.
Он прочитал и сказал:
- Здорово. Я рад и за них и за тебя. Оказывается, твоему парторгу нужно поучиться у тебя, как примирять
семьи. Ведь это входит в план моей работы, в мои обязанности. Ты мне расскажешь? - Пока не обещаю, а
потом будет видно.
- Тина, я зашел отдать тебе подписанное заявление на отпуск.
Сделай мне расчет сегодня вечером, хотя это не твоя работа, но я прошу тебя. Я завтра с семьей уезжаю в
Умань, в Киевскую область к родителям.
- Хорошо, - зайдите через час, - я кассира вызову, она ведь рядом живет.
Через час парторг получил зарплату и отпускные. Он благодарил Тину, а она пожелала ему счастливого пути
и хорошего отдыха. Она шла домой и благодарила Бога, что Он избавил ее от искушения дьявола. Она зашла к
Магде и все ей рассказала. Магда вместе с ней помолилась за этот чудесный опыт. Тина сказала:
- Тетя Магда, у меня такая вера, что Саша и Наташа станут последователями Иисуса Христа.
- Да будет по твоей вере.
Через две недели приехали Саша и Наташа. Их постигло горе.
Умер отец Наташи, мать осталась одна. Она - инвалид войны. Квартира двухкомнатная в Киеве, и мать
пригласила Наташу с семьей жить вместе. Они решили уехать. Саша и Наташа уже договорились работать в
Минзаге. Все это рассказал ей Саша, придя за расчетом. Уходя, он добавил:
- Есть надежда, что, когда приедешь с отчетом, мы встретимся с тобой. Наташа просила передать тебе, что
зайдет к тебе вечером.
Наташа вечером посетила Тину. Они обнялись. Тина сказала:
- Прими мое искреннее соболезнование.
Наташа заплакала, сказав:
- Так с папой я и не попрощалась, мы прилетели, а он был уже мертв.
Они долго разговаривали. Тина попросила Наташу посетить богослужение в Киеве, на Ямской, 70. Наташа
пообещала, сказав:
- Как я буду без тебя? Ты для меня родной человек. Буду ждать тебя с отчетом, и тогда вновь увидимся, и я
тебе расскажу обо всем. А в церковь я обязательно схожу, ведь без Бога я уже не смогу жить.
Прощание было очень трогательным. Тина провожала их на вокзал и долго-долго махала уходящему поезду,
до тех пор, пока дежурный ей не сказал: «Дочка, иди домой. Ведь поезда уже не видно». Тина очнулась от
своих дум и, идя домой, думала: «Встретимся ли мы вновь? Ведь в жизни так много неожиданностей». Она
спешила. Теперь она была очень занята не только государственной работой, но и духовной. Совсем недавно
Тина стала зарегистрированным библейским инструктором и получила справку от Всесоюзного духовного
центра Москвы. Теперь она могла про водить служение в церкви, что и делала и по пятницам (вела серию
проповедей), и в субботу по графику. А помимо этого были еще молодежные собрания, посещение больных,
престарелых и семей верующих, про ведение библейских уроков с интересующимися, подготовка их ко
крещению.
В один из вечеров Тина уже собралась с работы домой и очень удивилась тому, что сторож, дядя Костя, так
рано пришел. Он зашел в кабинет Тины и тихо сказал:
- В воскресенье приди ко мне. Мне нужно тебе сообщить кое-что важное.
Глава 6. Арест Тины.
В воскресенье утром Тина побежала к дяде Косте, который уже ждал ее. Они вышли в сад. Дядя Костя
говорил очень-очень тихо.
- Тина, в пятницу вечером я пришел рано на работу, чтобы никому не мешать. Я вошел в боковую комнату
возле кабинета управляющего, лег на диван и уснул. Я проснулся от разговора. Управляющий защищал тебя
перед каким-то незнакомцем. Он говорил:
- Тина хороший специалист. Это правда, что она наполнена религиозным дурманом. Но этот дурман никому
не грозит на нашем производстве. Она работает день и ночь. Да, мол ится Богу, ну и пусть себе молится.
Незнакомец спросил управляющего, голос был сочным, молодым:
- Михаил Иванович, а чем ваша Тина занимается после работы, вы знаете об этом?
- Тем, что и все. Домашних хлопот полон рот, а у нее на это мало времени.
- Плохо вы знаете вашу «дочку». Она успевает по воскресеньям вести молодежный кружок. В пятницу читает
очень интересные лекции, да часто и в субботу - выезжая в другие общины, в другие города, а после субботы
успевает на работу, и я сам удивляюсь, как все это у нее ловко получается. Да, ваш сторож и его друг -
бывший директор школы и его жена сначала по вторникам собирались в домике сторожа, где ваша Тина
навела образцовый порядок, а потом начала изучать с ними Библию.
- Бросьте вы все это, наш сторож атеист, коммунист. Это неправда.
- На отсечение даю голову, что правда. Каждую субботу он ходит со своим другом и его женой на
богослужения.
- Не может быть.
Я лежал тихо, боясь пошевелиться.
- Жаль, что он придет через час, а у меня сегодня у Прасковьи Михайловны день рождения, и мне надо
спешить домой. Я было забыл, но Тина очень внимательная девушка, и она приготовила подарок - сама
пошила новую рубашку и написала сердечную открытку, а вот, уходя, оставила записку: «Михаил Иванович,
не забудьте от меня позд равить Прасковью Михайловну с днем рождения. Спасибо. Тина».
- Вот-вот, очень добрая, внимательная. В этом заключается ее миссия - приводить таким образом людей в
свою веру.
- Вы преувеличиваете. Ее все у нас любят, она утешит, поможет. Она много пережил а в войну, но сердце у
нее осталось ко всем открыто. Я часто сам удивляюсь - какая широкая душа у этой девушки.
- Любящая, она всех вас, коммунистов, сделает верующими!
- Да нет же. Она сама говорит, если бы я могла вам вложить в сердце истину о Боге, я бы непременно
вложила, но это не моя работа, а работа Святого Духа. А мы Его не знаем - и опасности здесь нет никакой.
- Михаил Иванович, готовь себе нового главного бухгалтера, а ее придется уволить с работы, пока она не
натворила «дел».
- О, нет, если ее уволить - и я уйду. Ведь мы не вытянем годовой отчет. Саша уехал в Киев. Он - начальник
статистического отдела ... А на его место назначен просто статистик, которого Тина учит. Уволить Тину -
значит закрыть контору.
- Ладно. Я говорил с парторгом, чтобы он ею вплотную занялся. Диплом в университете она не получит. Она
экстерном сдает. Скоро диплом будет защищать, там мы договорились, чтобы выдачу диплома назначить на
субботу, а она не придет, потому и не получит.
- Жаль Тину, от души жаль. Она не заслуживает этого. Она любит родину. Она сказала бывшему парторгу:
«Заверяю вас, Федор Ильич, что бы мне ни довелось пережить в этой жизни, я останусь всегда верной моему
Богу, а также родине». Вот она какая.
Я быстро соскочил с дивана и открыл дверь в коридор, как будто только пришел и начал делать проверку
помещения. Когда открыл дверь в кабинет управляющего, там никого не было. Вот я тебе все рассказал, что
слышал...
Тина молчала. Ее сердце сжималось, она думала о том, что подули ледяные ветры испытаний. Е й очень
хотелось получить диплом, но теперь нужно готовиться к худшему. С работы ее снимут - не теперь, так
немного позже. К этому тоже нужно готовиться.
Дядя Костя попробовал вывести ее из глубокого раздумья. - Тина, тебе страшно?
- Да нет, дядя Костя, я буду молиться, чтобы достойно пройти
узкий путь, приготовленный для меня Господом. Я знаю и верю, что Иисус будет идти впереди меня и в моей
жизни будет все хорошо. Я так поняла, что тот человек, беседовавший с управляющим, был из КГБ.
-Да.
- А вы не испугались? Вы свое решение не измените, отдав свое сердце Иисусу, будете посещать
богослужения и заключите завет с Богом?
Дядя Костя долго молчал, потом ответил:
- Мне жаль тебя. За меня, за директора и его жену отыграются на тебе. Я еще не решил, как поступить.
- Дядя Костя, настоящий друг - это тот, кто готов отдать свою жизнь за других. Я вас всех очень люблю, и вы
поймите меня, ходите на богослужение открыто, ведь меня все равно снимут с работы, не дадут диплом, а
ваше непосещение - мне ничего хорошего не даст...
Дядя Костя засмеялся:
- Хорошо, будем ходить. Ты права, непосещением мы тебе не поможем.
- Вы знаете, в Священном Писании много обетований, одно из них гласит: Иер.15:11: «Господь сказал: конец
твой будет хорош, и Я заставлю врага поступать с тобою хорошо во время бедствия и во время скорби».
Они помолились, и Тина побежала к Магде, чтобы рассказать ей все услышанное, а потом решила побежать
на работу. Идя по дороге, она посмотрела на голубое небо, ей казалось, что оттуда пробивался луч надежды:
«Не бойся, ибо Я с тобою. Будешь ли переходить через воды, Я с тобою, - через реки ли, они не потопят тебя;
пойдешь ли через огонь, не обожжешься, и пламя не опалит тебя». Она напрягала разум, но не могла
вспомнить, где это написано. Потом вспомнила: в Ис.43:2.
В воскресенье дядя Костя дежурил вместе с Тиной. После одиннадцати часов Тина сказала ему:
- Мне что-то очень тревожно на душе, очень-очень. Как будто душа болит.
Дядя Костя ответил:
- Тина, это недоброе предчувствие.
- Может, что-то с Машенькой случилось?
Она стала у окна и молилась, чтобы Господь дал ей покой. Она успокоилась. Села и начала работать,
посмотрела на часы. Был час ночи, и вдруг сильный стук. Да, она слышала, как будто машина остановилась.
Сначала она напряглась, а потом расслабилась сказав: «Спокойно, Тина», - и писала дальше.
- Кто там?
- Открой, милиция.
Дядя Костя ответил:
- Сейчас, иду за ключами, - и вошел в кабинет Тины, сказав:
- Тина, готовься, это за тобой.
Побежал, открыл. В кабинет Тины ворвались трое в гражданском, грубо скомандовав:
- Собирайтесь! Поедете с нами!
Тина спокойно спросила:
- С кем имею дело?
Один из них показал удостоверение: - Майор КГБ. Побыстрее собирайся.
Тина спокойно встала, накинула на себя кофточку и сказала:
- Дядя Костя, скажите управляющему, что меня ночью забрали.
- Быстрее! - закричал майор.
- Спокойной ночи, - сказала дяде Косте Тина, улыбаясь ему на прощание.
У дяди Кости покатились слезы. Тину затолкнули в «черный ворон». По пути завернули в один из домов, - к
удивлению Тины, рядом с ней оказался бывший диакон греко-католической церкви, о нем ходила молва, что
он предатель, многих предал на мученическую смерть. У него был несчастный вид. Тина подумала: «Всем
предателям такой конец». Вдруг он остановил свой взгляд на Тине, это был взгляд, полный страха и
безнадежности. Тина думала: «Куда нас везут?» Потом она поняла: в Ужгородский следственный изолятор.

Глава 7. В следственном изоляторе.


В тот же день дядя Костя зашел к Магде. Едва сев, он горько зарыдал, еле выговарива я:
- Нашу Тину ночью увезли на «черном вороне». Никому она плохого слова никогда не сказала. Всегда всем
поможет, уважит. За что же ее забрали?
Магда слушала его и думала: «За что, за что? Тина активная молодая девушка. Занимается с молодежью,
проповедует, открыто говорит о том, что она христианка. Может, кто-то написал о ней кляузу и послал в
КГБ?» Она обратилась к дяде Косте:
- у вас в конторе нет такого человека, который бы завидовал Тине или вынашивал против нее зло?
- Нет, нет. У нас Тину все уважа ют и любят. Нет такого человека.
- Тогда будем ждать и не будем гадать, почему это случилось.
Будем молиться, чтобы Господь защитил ее.
- Мы однажды беседовали с Тиной, и она мне сказала: «Дядя Костя, Я слышала, что на допросах сильно бьют.
Я с детства боялась наказания прутиком, но когда меня наказывала мама, а это было редко, то знаете, что мне
помогало? Я все время твердила: «А мне не больно»,- и мне не было больно. А недавно посетила меня мысль:
а если когда-нибудь на допросах будут меня бить, о чем я буду думать? Об Иисусе, моем дорогом Господе,
Которого бичевали за мои грехи несправедливо, Ему было очень-очень больно, но Он терпел ради меня,
чтобы спасти меня. И я решила, что, идя по Его следам, я должна тоже терпеть несправедливости. Мой Иисус
воспитывал меня заранее. Мне всегда приходилось улыбаться, как бы ни было тяжело в жизни. Своим
нытьем, жалобами я не хотела омрачать жизнь близких. Недавно моя сестренка категорично заявила, что
вместе со мной никогда не будет служить Богу. «У нас,- сказала она, - разные дороги». Я думала, что сердце
мое разорвется на куски от боли, которую я испытывала, но я с улыбкой сказала: «Я уважаю твой выбор».
Видимо, Господь готовил меня к большим испытаниям и учил меня терпению, чтобы устоять в них», - И
замолчала. А вчера вечером она мне говорила: «Дядя Костя, у меня на душе очень тревожно, как будто душа
болит». Ночью забрали, увезли.
Магда с дядей Костей молились, чтобы Господь дал Тине мужество, терпение устоять и остаться на стороне
Иисуса и Его истины. Дядя Костя ушел домой. Дорогой он размышлял о том, что сказал парторг
управляющему, когда передал ему, что Тину ночью увез «черный ворон». Управляющий тут же вынес
решение: «Тину немедленно уволить с работы. На ее место назначить бухгалтера, а на место бухгалтера –
статистика». Так участь Тины на работе была решена. Все сделали очень оперативно. Расчетные деньги
честно положили в сейф - до ее прихода. Дядя Костя думал: «Бедная Тина, одна беда идет за другой».
А в следственном изоляторе уже шел допрос Тины. Следователь заполнил анкету, спросив про возраст. Узнав,
что Тине 22, он распорядился определить ее в десятую камеру.
Тина вошла в мрак камеры, где не было ни души. Но ей казалось, что за ней кто-то следит. Она громко
сказала:
- Тина, твое новое жилище - десятая камера, не очень привлекательная, но ты должна быть довольной и
благодарной Господу за это. Который сейчас час? Мы ехали примерно два часа, у следователя - час, значит -
около четырех утра. Спать хочется, нужно отдохнуть.
Потом Тина стала на колени и начала громко молиться:
- Дорогой Отец Небесный, благодарю Тебя за все благословения и охрану, за это испытание. Верю, что оно
мне содействует ко благу. Дай силы перенести все то, что ожидает меня впереди, в кротости и терпении,
помоги мне наследовать образ Сына Твоего - моего дорогого Спасителя Иисуса Христа. Все это я прошу во
имя Христа и благодарю, что Ты услышал меня, Отче. Аминь.
Она спела песню «Мой Иисус» И легла на голые нары, накрылась курткой, которую взяла с собой. Она спала
мирно, так как на сон никогда не жаловалась. Ее разбудил лязг дверей и грубый мужской голос:
- Вставай и ешь.
Она вскочила и сказала:
- Благодарю за завтрак.
Насмешливое лицо конвоира вновь скрылось за скрипучими дверями. Она вслед крикнула ему:
- Скажите, который час?
- Не положено спрашивать и не положено отвечать, - грубо ответил тот.
Она помолилась и спела песнь, поблагодарив Господа за пробуждение и новый день жизни. Ей вновь
почудилось, что за ней кто-то наблюдает. Она взяла миску в руки. В воде что-то плавало. Она отложила
похлебку возле дверей на прикрепленную дощечку к стене, взяла кусочек хлеба, поблагодарила за него
Господа и начала медленно жевать его так же, как это приходилось ей делать во время войны. Потом она
запила его теплой водой и вновь поблагодарила Бога за Его чудесное обетование: «Хлеб будет дан; вода не
иссякнет». Потом вспомнила стихи из Библии, которые учила наизусть. Вдруг ей показалось, что кто-то вновь
начал следить за ней. После этого прилегла на нары и вновь провалилась в сон.
Во второй раз ее разбудил крик и вой женщины. Вдруг открылась дверь и охранник втолкнул в камеру
молодую девушку. Она села на нары и стала ругать советскую власть. При этом она неистово плакала и
кричала, что ее эти изверги избили. Тина принялась ее успокаивать и спрос ила:
- Как тебя зовут?
-Аня.
- А меня - Тина.
Аня плакала и сквозь слезы спрашивала:
- За что тебя, такую молодую, посадили? Сколько тебе лет?
- Двадцать два года
- А мне тридцать пять лет.
- А за какую вину тебя избили?
- Знаешь профессора Фединца? Все его знают в нашем городе, ведь он знаменитая личность. Ты его знаешь?
Тина молчала, как будто ей неведомая сила закрыла уста.
- Но это неважно, знаешь ты его или нет. Я - операционная сестра, вместе с ним работала. На него кто-то
донес, будто он с реди сотрудников сказал, что американский скальпель лучше советского. Его забрали, он
тоже сидит где-то в этом следственном изоляторе. А также донесли, что я слышала, как он говорил это, - и
забрали меня. Я как раз дежурила в тот вечер. Сегодня избили меня за то, что не подписала, что слышала, как
он говорил эти слова.
Тина молчала. Ее поразил этот рассказ. Действительно, профессора забрали за вышесказанные слова и
содержали в этом же следственном изоляторе. В это время заболел высокопоставленный чиновник. Нужно
было сделать операцию. Никто из хирургов не взялся ее делать, и тогда освободили профессора, который
успешно со всем справился. И он остался на свободе. Прошло уже два месяца, как тот был на свободе. Но
тогда почему эта женщина говорит неправду?
Но Тина не могла вымолвить ни одного противоречащего слова. Она спросила:
- Тебе сильно больно?
- Очень больно.
- Сейчас ночь?
- Глубокая ночь. Они вызывают только ночью на допрос.
- А меня никто не вызывает на допрос. Почему?
- Вызовут. А за что тебя забрали? Наверно, кто-то написал на тебя донос?
- Я верую в Бога.
- Может быть, поэтому? - спросила Аня.
- Не может быть, ведь в конституции записано, что я имею право верить или не верить. Наши законы
справедливы, и я верю, что справедливость восторжествует.
- Какая ты наивная, - сказала Аня. - Завтра после допроса у тебя мнение изменится. Я уверена, - утверждала
Аня, - тебя забрали, потому что верующие - это враги советской власти. Да и правильно, что вы враги этой
безбожной власти. Только жаль, что тебе придется пострадать.
- Я не являюсь врагом советской власти, - ответила Тина. Также и церковь, к которой я принадлежу. Библия -
это Слово Божье, она учит, чтобы мы уважали власть, и я всегда с уважением отношусь к нашей власти.
Значит, я не враг.
В это время по коридору вели еще одну жертву допроса. До них вновь донесся неистовый крик. Тина
почувствовала, что по ее спине прокатился холодок и в области сердца стало тяжело. Страх все больше
овладевал ею. Тина мысленно молилась, чтобы Господь помог ей избавиться от него. Соседняя камера
закрылась, и стало тихо. Аня легла на нары и стала кричать:
- Больно, больно! Сильно больно!
Тина присела на нары, чтобы утешить Аню, вдруг дверь лязгнула, и Тина увидела перед собой высокого
молодого человека. Он махнул ей:
- Пойдем со мной.
Тина молча пошла за ним. Они шли длинным коридором, потом направо, налево. Тина подумала:
«Запутаешься, как в каком-то лабиринте. Вот и кабинет следователя». Они вошли, и Тина поздоровалась.
Молодой человек доложил:
- Из десятой камеры.
Начальник кивнул головой, и конвоир исчез. Везде горел свет - значит, ночь.
- О чем ты сейчас думаешь? - спросил следователь с улыбкой.
- О том, что сейчас ночь. Ведь сидишь в камере и не знаешь - ночь или день и какое число сегодня.
- А разве тебе Бог не открывает, какое число? Он тебе не поведал - почему ты здесь, а не на свободе? Разве Он
тебе не открыл, что это следственный изолятор для политических и здесь обвиняются люди по пятьдесят
восьмой статье? Вот я тебе все и открыл. Почему молчишь?
- Бог так устроил нашу жизнь, чтобы нам не было известно, что будет с нами происходить в следующую
минуту. И это великая милость Божья, и нам на сердце спокойно. Верующий человек доверяет своему Богу,
зная, что самый лучший путь для него тот, которым Он ведет его. Если бы человек видел, как видит Господь,
свой жизненный путь от начала и до конца, то он бы не избрал себе другого пути. Я свою жизнь и путь
доверила Богу, и мне нет надобности беспокоиться.
- Если тебе Бог не открыл, то я открою, что тебя ожидает в недалеком будущем, если ты сегодня не ответишь
честно на несколько вопросов. Тебя ожидают пытки, и если ты их не выдержишь, то никто тебя не найдет
больше среди живых.
Тина смотрела на него без страха, сказав:
- Если я смогу вам помочь в каком-то важном деле, то я честно скажу об этом. Если же я ничего не буду знать
о том, что вы будете мне говорить, мне бы хотелось, чтобы вы тоже поверили мне в этом. Я христианка и буду
говорить правду. Если моя совесть не разрешит мне ответить, я промолчу.
- Дело так не пойдет. Нам известно, что ты хорошо знаешь тех людей, о которых пойдет речь, и должна дать
показания на них, на их семьи. От этого зависит их дальнейшая судьба, да и твоя судьба тоже, Тина.
Он взял одну из фотографий и спросил: - Знаешь эту семью?
- Да, знаю. Это очень порядочная рабочая семья. Все до самого юного трудятся. Они христиане, я никогда не
слышала, чтобы у них в доме, кроме молитвы и пения - семейного богослужения, обсуждался какой-то
политический вопрос или с неуважением говорили о нашем правительстве.
- Хорошо, поверю. А вот эту семью знаешь?
- Да, знаю. Это бывший наш областной проповедник, у которого было удостоверение из Москвы,
разрешающее обслуживать всех верующих в Закарпатской области.
- Хорошо. А куда он со своей семьей уехал?
- Он получил разрешение уехать на родину, в Словакию.
- Что он с собой увез?
- Это мне неизвестно. Наверное, свои вещи.
- Этот проповедник оказался шпион.
- Да что вы говорите. Верующие этим не занимаются. Члены нашей церкви никогда не будут шпио нами.
- Да-да. Он оказался американским шпионом. Более того, у него нашли американский передатчик. Он
передавал, где находятся наши военные заводы, военные части и разные другие секреты. Ведь вы все живете в
запретной зоне.
- Этому я никогда не поверю. Кто-то оклеветал его. Это очень порядочная христианская семья. Никогда не
поверю ...
- Советская разведка доказала.
- Не может быть. Это клевета.
- Сейчас он сидит в тюрьме в Словакии и ждет расстрела.
- Я вас уверяю, что это клевета.
Следователь резко поднялся и ударил ладонью Тину по правой щеке, строго говоря:
- Советская разведка не ошибается и не клевещет. Поняла, барышня?
Тина чуть не свалилась со стула от неожиданного удара. Правая сторона головы сильно заболела. Следователь
сидел на своем месте и смотрел на нее своими стеклянными глазами. Она взглянула на него в недоумении и
спросила:
- За что вы меня так сильно ударили? Я не совершила ничего противозаконного.
Следователь расхохотался. От его смеха по телу начали бегать мурашки. Потом он резко сказал, глядя в глаза:
- Здесь вопросов подследственные не задают!
Тина молчала и плакала. Из ее глаз текли слезы от сильной физической и душевной боли. Ведь с ней
поступили несправедливо.
Она не издала ни единого звука, она думала о том, что Иисуса, дорогого ее Спасителя, били тоже безвинно.
Он страдал молча, не жалуясь.
Следователь посмотрел на нее, потом нажал кнопку. Вошел молодой человек крепкого телосложения.
- Отведите ее в десятую камеру.
Тина не могла встать. Парень взял ее под руку и повел в камеру, так как она теряла равновесие. Открылась
камера, Тина вошла. Когда закрылась дверь, Аня спрыгнула с нар и завопила:
- Что с тобой?
- Я еле держусь на ногах. У меня сильно болит голова,- сказала Тина.
- Изверги, управы на них нет. Чем тебя били? - кричала Аня.
- Меня тоже сильно били, наверно, все внутри отбили. А чем тебя били?
- Меня следователь ударил. На руке у него была какая-то перчатка. Бог ему судья.
- Тебя во второй комнате били?
- Да нет же, меня сам следователь ударил. Знаешь, Аня, мне очень жаль его, ведь он сам не ведает, что делает.
А за жестокость, несправедливость он ответит пред Вечным Судьей. Не руга йся. Не пачкай свою душу.
- Тебе их жаль, да что ты за девушка. Таких не жалеют. Пусть им ...
- Не надо плохого желать даже врагам своим.
- Ладно. Буду молчать ради тебя.
- Знаешь, Аня, я очень любила по вечерам читать книгу Псалтирь. Это из Библии. Там есть множество
обетований на всякое время. Лучше я тебе процитирую, насколько вспомню их. «И призови Меня в день
скорби; Я избавлю тебя, и ты прославишь Меня». « Уповай на Господа и делай добро; живи на земле и храни
истину. Утешайся Господом, и Он исполнит желание сердца твоего. Предай Господу путь твой, и уповай на
Него, и Он совершит, и выведет, как свет, правду твою и справедливость твою, как полдень».
- И ты всему этому веришь? Я нет. Я не верю тому, что ты говорила.
- А я, Аня, твердо верю всему написанному в Божьей книге.
- Не будем спорить. Лучше я скажу тебе свое решение. Я решила подписать то, что завтра мне предъяв ят. Не
подпишу я, подпишет кто-нибудь другой. Я не намерена здесь умирать. Ведь меня обещали на сутки
поместить в камеру, где буду стоять, а на голову будет капать вода. Не хочу сойти с ума. Хочу вернуться к
своей семье. Ведь я медик, и понимаю, к чему все это приведет ... Тина, ты так молода, подпиши завтра
показания на проповедника. Бог милостив, простит тебе, видя эти страдания.
Она замолчала и очень внимательно смотрела на Тину. Тина закрыла глаза, чтобы себя не выдать, она
подумала: «Кто же эта женщина, которая, не спросив меня, знает, по какому делу меня вызывал следователь,
ведь я об этом ей не говорила». Она открыла глаза и сделала безразличное лицо. Аня спросила с участием:
- Очень больно?
- Больно.
- Может, после этого ты поймешь, что такое эта безбожная советская власть.
- Не надо, Аня. Остановись. Я изучала коммунизм, а также конституцию. Если бы придерживались этих
прекрасных законов, то произвола бы не было. Законы наши прекрасны, но некоторые люди разрешают себе
нарушать их, и вот результат: мы с тобой страдаем.
- Что ты решила? Подпишешь донос на проповедника?
- Аня, - ответила Тина, - поступай, как знаешь. Тебе виднее.
Я всегда свои проблемы отдаю Господу, зная, что Он их всегда решает наилучшим образом. «Господь за меня,
не устрашусь, что сделает мне человек? Господь мне Помощник. Лучше уповать на Господа, нежели
надеяться на человека. Славлю Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его».
- Как знаешь, так поступай. Я больше не намерена терпеть, страдать. Ты осуждаешь меня?
- Кто я, чтобы осуждать тебя? Я не знаю, что в твоем сердце.
Знает один Бог, поэтому Он наш Судья, - ответила Тина.
- Ты не думай, что я сразу сдамся, когда будет невыносимо тяжело, тогда пойду на все, и пусть эти изверги
отвечают пред Богом, - заключила Аня. Помолчав, снова заговорила:
- Тина, милая девочка, что ты решила? Неужели покалеченной уйдешь отсюда? А может, и не уйдешь? Разве
тебе не страшно? Не противься, я говорю из жалости к тебе. Откуда ты знаешь, что ваш проповедник не был
шпионом? Откуда? Он мог быть им, а ты из-за того, что не можешь поверить в это, погубишь свою жизнь?
Тина вновь закрыла глаза, чтобы себя не выдать, спросила Господа: «Кто же эта Аня?» И как будто кто-то ей
ответил: «Это их работник». После этого она зевнула, открыла глаза и сказала:
- Аня, я очень устала, давай спать.
Она ответила:
- Скоро утро. Днем нас никто не будет беспокоить, выспимся. Тина мысленно помолилась, легла спать и
вскоре уснула. Когда она проснулась, в камере никого не было. Кругом тихо. Она подумала: «Аня точн о их
работник, которого ко мне подсылали, чтобы что-то узнать от меня. Почему они не верят мне, что я ничего не
знаю, кроме хорошего, о нашем проповеднике, а что он шпион - это абсурд».
Она теперь осталась одна в десятой камере. Ночью вызвали на допрос и предложили ей подписать бумагу, что
проповедник занимался шпионажем. Она отказалась. Следователь пригласил верзилу и сказал ему что-то.
Верзила повел ее в отдельную комнату. Тина была тоненькая, как былиночка. Она просила Господа дать ей
терпение и смягчить удары. Верзила в это время приказал повернуться к стене и чем -то два раза ударил выше
лопаток, Тина еле удержалась, чтобы не закричать. В голове и в ушах звенело. Она, не замечая, повернулась и
тихо по стене стала спускаться вниз и села на пол. Ее тошнило. Ей казалось, что она больше не встанет. В
комнате не было никого. Она закрыла глаза, подумав, что умирает, и тихо сказала: «Господи, прости мне все
мои согрешения и не лиши меня спасения». Сколько она так сидела в забытьи, она не знала. Потом другой
молодой мужчина помог ей подняться и сказал:
- Пойдем.
Она шла с трудом. Вот вновь в кабинете следователя, но теперь их уже трое. Ей указали на стул. Она села. Ей
следователь вновь подсунул лист:
- Подписывай.
Она чуть слышно сказала:
- Я о нем ничего не знаю, кроме того, что он был проповедником и христианином. Я никогда не поверю, что
он шпион и что ...
Она больше ничего не помнила. Она пробудилась на нарах в десятой камере. Она вновь почувствовала, что
кто-то за ней тщательно следит, хотя в камере никого не было. Спина горела. Тошнило. Боль невыносимая.
Она легла на живот. Боль немного утихла. Тина начала громко молиться:
- Господи Боже, Ты защита моя во время скорби. Ты видишь, что я ничего не знаю о том, о чем меня
спрашивают. Я дышать не могу. Я возлагаю на Тебя всю свою надежду. Обращаюсь за помощью к Тебе,
моему Богу. Не дай мне уклониться и искать помощи у гордых и преданных лжи.
И вдруг вспомнились ей слова псалмопевца: «Восстали на меня свидетели неправедные; чего я не знаю, о том
допрашивают меня, Господи. Долго ли будешь смотреть на это? Отведи душу мою от злодейства и львов -
одинокую мою». Боль немного утихла, и она вновь уснула. Ей приснился сон.
Глава 8. Сон и свобода.
Она видела во сне, что к ней пришел Иисус. Он был в светлой одежде, о круженный светом. Он сказал ей с
ободряющей улыбкой: «Тина, не бойся, ибо Я с тобою». Она спросила Его: «Господи, долго ли будут меня
пытать? Я очень устала». Он ответил: «Смотри И считай». Она увидела большой терновый венец с огромными
шипами, и он, как перекати-поле, начал двигаться по камере. Из него начали отрываться большие шипы. Она
вновь услышала: «Считай». Она начала считать: «Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь». Терновый венец
остановился. Она проснулась, но с трудом могла повернуться. Тина думала о том, что бы это значило. В
раздумье она вновь уснула и увидела повторение сна. Когда она вновь проснулась и встала, то удивилась, что
спина больше не болела. Тина тихо поблагодарила Господа, что Он исцелил ее и влил в сердце надежду. Она
теперь без страха подумала: «Надо готовиться к самому худшему. Или к семи месяцам пыток, или к семи
годам лишения свободы. И в этот миг она вспомнила слова Иисуса, сказанные ей лично: «Не бойся, ибо Я с
тобою». Она не знала, сколько она здесь времени, ей казалось, что годы прошли за это короткое время. Ночью
ее повели на допрос. Следователь ей грозил и сказал, что, несмотря на то, что время ее жизни коротенькое,
ему о ней стало все известно и придется предстать перед правосудием и ответить за молодых девушек и
парней, которых она «покалечила религиозным дурманом».
- Молодежные кружки запрещены законом. Открытые беседы с людьми, или как это у вас называется,
миссионерская работа, также запрещены. Детские кружки запрещены. Добродетель может оказывать только
государство. Церковь не имеет на это права. За то, что ты покалечила душу комсомолки Тани и комсомольца
Игоря, придется тоже ответить. Лучше всего для тебя подписать бумагу на проповедника, и тогда мы простим
тебе твои погрешности. Подпиши.
Тина сидела молча. Она вновь и вновь слышала слова Спасителя: «Не бойся, ибо Я с тобою».
- Что молчишь? Подписывай.
Она отказалась. Следователь разозлился:
- Больше я тебя вызывать не буду, но ты сгниешь в этой тюрьме, и никто никогда не узнает об этом.
- Об этом знает и все видит Господь. А этого для меня достаточно. И пусть меня хотят умертвить, Бог мой не
отдаст и не допустит обвинить меня ни в чем, потому что нет у меня вины против советской власти. Он
обещал защитить Своих детей на допросах и судах.
- Запомни, здесь мы боги, - разъяренно сказал следователь.
- Что хотим, то и делаем, и нет никакого Бога, и поэтому никто не может вырвать тебя из наших рук, не
надейся. Это напрасно.
- Я свидетельствую перед вами, что Бог обещал укротить человеческий гнев, ибо Он Бог, творя щий великие
чудеса, и нет равного Ему.
- Чтобы ты убедилась, что никакой Бог тебе не поможет, я тебя отошлю в водную баню. Может, она тебя
облагоразумит и поможет тебе понять, что нет никого, кто освободил бы тебя от рук наших.
Появился молодой человек, и следователь сказал:
- На сутки в водную баню.
Тина шла за ним и сказала:
- Мне вас жаль. Однажды вам придется ответить за ваши неправедные и жестокие поступки пред Вечным
Судьей.
- Не пугай, иди.
Тину вел молодой человек. У него были необыкновенно к расивые голубые глаза. Он смотрел на нее с
жалостью, как будто говоря: «Подчинись, подпиши». Тина думала: «Что меня ожидает?» Вот и камера - узкая,
негде повернуться. Она разделась и осталась в нижнем белье. Она вошла в нее и стала, как ей приказано было:
«Стой смирно». На ее голову падали капли воды. Как бы она ни поворачивалась - они капали. Через некоторое
время она почувствовала, что начали болеть все мышцы в теле. Она молилась, чтобы Господь дал ей силы
устоять. Вот о чем ей говорила Аня, вспомнила она. Вдруг ей показалось, что она куда-то падает...
Она проснулась в десятой камере. Лежала на нарах. На нее была брошена ее одежда и куртка. Встала, было
очень-очень плохо. Почувствовала холод и голод. Оделась, села и машинально взяла хлеб, который лежал на
столике, и начала жевать, как когда-то в войну. Через некоторое время почувствовала, что голод отступил.
Очень болела голова, и болело все тело.
Вдруг открылась дверь, и она услышала:
- Пойдем со мной.
Она встала и последовала за молодым человеком. Тот привел ее в один из кабинетов. За столом сидел
пожилой следователь. Он спросил:
- Так что мы решили?
- Я не буду напраслину писать на человека, я считаю это грехом. Вы мне в отцы годитесь, поймите меня, что я
ничего плохого об этом проповеднике не знаю. Он просто христианин - верующий человек. Моя рука никогда
не поднимется для зла.
- Ты очень молодая. Вся жизнь впереди. Тебя зовет к себе светлое будущее. Я советую тебе пересмотреть свое
мировоззрение. Никакого Бога нет. Это сказка, выдумка. Иди в ногу со всей молодежью.
- Для вас Бог выдумка, миф, а для меня это реальная личность.
Поймите меня. Я с детства верю и люблю Бога. У меня многочисленные опыты веры с Ним. Я без Бога не
могу делать ни шага.
- Жаль, что расформировали монастыри, ты бы была прекрасной монашкой.
- Вы меня не поймете. Моя вера зиждется не на обрядах, а на живом Боге. Он везде со мной. Я могла с Ним
говорить в десятой камере и мысленно в кабинете следователя и на пытках.
- Слушай! Никто тебя не пытал. Здесь не гестапо. Никому об этом не говори, а то могут тебя за это вновь
наказать.
- Не беспокойтесь, никому я не буду об этом рассказывать. Кому это нужно? Я все рассказываю только
Иисусу. Он Единый может мне сострадать, потому что Сам Он страдал несправедливо.
- Я еще таких молодых фанатичек не видел. Простительно старушке, но тебе... Ты себя чувствуешь очень
обиженной?
- Да что вы! Я не обижаюсь. Христос заповедал нам любить своих врагов.
- Тебе трудно будет жить в этом для тебя новом мире, в этой новой эре. Мне жаль тебя.
Он обратился к молодому человеку:
- Уведите ее.
Она вновь шла новыми незнакомыми коридорами, и вдруг внезапно открылась дверь, и она почувствовала,
как кто-то ее легко вытолкнул. Тина очутилась на площадке. Она по инерции пошла вниз по ступенькам и
очутилась на тротуаре в тихой улочке. Ее отпустили на свободу.
Она подошла к лавочке, где сидел какой-то старичок. Она спросила его:
- Как мне попасть на автобусную станцию? Старичок ответил:
- Я проведу вас. Я каждый день здесь сижу и ожидаю, - может, какой-то несчастной жертве смогу помочь.
Они пошли. Тина спросила: - Какой день сегодня?
- Воскресенье, десять часов утра.
Ровно семь дней прошло, а Тине показалось - вечность. Она улыбнулась старику и сказала:
- Семь дней прошли, как вечность.
- Так говорят все, кому удается выйти оттуда. Их очень мало.
Вот и автобусная станция. Храни тебя Господь.
- Огромное вам спасибо за вашу любовь. Да воздаст вам за все Господь.
У нее не было денег. Она с трудом прочитала на автобусе: «Ужгород - Мукачево». Подошла к пожилому
шоферу и попросила довезти ее в Мукачево, а деньги за билет она принесет завтра. Тот посмотрел на нее с
жалостью и сказал:
- Садись сюда. Не нужно платить.
Она села на указанное ей место, сказав:
- Спасибо вам. Если у вас есть кусочек хлеба, дайте мне поесть. В первом ряду седая женщина наблюдала за
ней, и, когда она попросила хлеба, она протянула ей булочку, сказав:
- Кушай на здоровье.
Тина не могла даже представить, как выглядит. Она лишь мысленно благодарила Господа и начала медленно
жевать булочку. Автобус двинулся. За ней следили пассажиры. Когда она доела булочку, к ней потянул ось
много рук. Предлагали - кто бутерброд, кто булочку. Она благодарила всех за доброту, сказав, что уже
насытилась. Шофер протянул ей большое яблоко, сказав:
- Вместо воды.
Она с благодарностью кивнула головой. Все молчали. Некоторые женщины вытирали слезы. Потом она
уснула. Когда приехали, шофер разбудил ее. В автобусе уже никого не было. Он тихо спросил:
- Ты из допросной?
-Да.
- Я сразу догадался. Иди с Богом.
Она постояла, думая, где ее улица и где ее дом. Он спросил: - Забыла, где живешь?
- Да.
- Скажи улицу.
- Калинина, 12.
- Так вот она.
- Спасибо, до свидания.
Тина хотела побежать, но у нее не было сил. Она решила зайти к Магде. Это единственный человек, которому
она могла доверить свои тайны. Она дошла, постучала в дверь. Ей открыла дверь Магда. Она смутно слышала
слова:
- Что с тобой? - спросила Магда.
Тина взялась за вешалку и в бессилии сползла на пол, теряя сознание. Магда ее поддерживала, чтобы она не
ударилась. Когда проснулась, то лежала уже на диване. Ей было очень плохо. Магда стояла на коленях и
молилась. Тина изо всех сил пыталась вспомнить: «Кто эта женщина? Почему я здесь?» И попросила: «Дайте
мне пить».
Магда напоила ее, села и начала гладить ее волосы. Тина опять уснула. Она спала двое суток. Проснувшись,
узнала комнату и успокоилась. Магды не было. И она вновь уснула. Когда проснулась, увидела Магду и
профессора. Это он ей делал уколы. Сердечко начало барахлить. Тина очень удивилась, что видит его, и
вспомнила Аню - медсестру. Он сел возле нее, взял ее руку и, слушая пульс, сказал:
- Прекрасно. Все ритмично.
Она спросила:
- Вы давно дома?
- Да.
- Вас вторично не забирали?
- Нет.
- С вами работает медсестра Аня?
- Нет, и никогда не работала.
- Ясно, - сказала Тина, - все ясно.
- Что тебе ясно?
- Когда-нибудь расскажу.
- Выздоравливай.
- Спасибо.
Он ушел. Магда предложила:
- Встань и поешь.
Тина, улыбнувшись, сказала:
- Я хочу помыться.
Она помылась, Магда принесла ей белье и чистое платье, кофточку, плащ. Тина одела все чистое. Потом они
поели супа. Тина сказала:
- Когда я сегодня впервые за много дней посмотрела в зеркало, я увидела скелет. Вот теперь я понимаю,
почему с такой жалостью в автобусе пассажиры смотрели на меня.
Магда заплакала, сказав:
- Сегодня уже лучше выглядишь, а три дня назад была, как мертвец.
- Не плачь. Слава Богу, все позади. Я дома, - но почему я так тихо говорю? Я потеряла голос. Наверно, я
никогда не буду больше петь. Но не беда. Зато в вечности буду вновь петь, прославляя Иисуса. Магда, не
спрашивай меня ни о чем. Когда я наберусь сил, все тебе расскажу. И, может быть, кроме тебя никто об этом
не узнает. Хорошо?
- Хорошо, хорошо. Отдохни еще пару дней, приди в себя, а потом будем решат ь, что делать.
Прошла неделя, и Тина попросила Marдy, чтобы она пригласила дядю Костю прийти к ней и рассказать, что
ожидает ее на работе.

Глава 8. Враг, поступающий хорошо


Дядя Костя сразу пришел к Магде и, увидев Тину, заплакал. Она же, улыбнувшись, с казала ему:
- Не плачьте, дядя Костя. Я чувствую себя очень хорошо, ведь со мной был мой дорогой Иисус. Он хранил
меня и невредимой привел домой. А что я немного похудела, это само собой разумеется, ведь там строгая
диета.
- Били тебя? Как относились к тебе?
- Все было хорошо. Ведь нам, верующим, все содействует ко благу. А теперь уже все позади. Расскажите, как
отнеслось начальство к моему аресту?
- Управляющий жалеет тебя. Однажды пришел ко мне вечером и долго вздыхал, вздыхал, а потом с печалью в
голосе промолвил:
- Где же наша дочка? Что с ней? Звонил, узнавал - никакого ответа. Жаль, что мы ее потеряли, а если и
вернется домой - не работать ей долго у нас. Я просил парторга, чтобы она сделала годовой отчет, а потом уже
уволил ее. Он согласился, а я подумал, что тогда она получит не только жалование, но и годовую премию. Так
и решили. А может быть, все наладится, и она будет работать ... Вы в хороших отношениях с ней, может быть,
могли бы ее уговорить сердцем веровать, а пока жить так, как живут друг ие?
Я ответил:
- Вы же знаете Тину, что она лучше умрет, чем откажется от Христа.
- Вы правы, я не могу понять, кто ее так оболванил.
- Никто. Это ее убеждения.
«Он попросил меня узнать, что с тобой. Завтра я схожу и расскажу ему, что видел тебя. То-то он обрадуется.
А ты эту неделю побудь дома, набирайся сил», - сказал сторож.
- Дядя Костя, а как отнесся к моему аресту парторг?
- Он был очень взволнован, переживал, что ему попадет по партийной линии за тебя, но пока все тихо.
- А вы и ваши друзья после моего ареста посещали богослужения?
- Нет, мы любим тебя и жалеем и не хотим, чтобы ты за нас страдала.
- Да что вы, мои милые, ходите на богослужение. Будет все хорошо. О вас меня никто не спрашивал. Ведь вы
уже пожилые люди, а они переживают за молодых.
- Хорошо, Тина, тогда мы вновь будем посещать богослужения.
Они расстались, и дядя Костя пообещал, что скажет управляющему, что она дома. На второй день дядя Костя
пришел сообщить: управляющий и парторг договорились, что она сделает годичный отчет , научит всему
бухгалтера и что завтра надо выходить на работу.
«Завтра четверг», - подумала Тина, а потом ответила:
- Хорошо. Завтра выхожу на работу.
В четверг в семь часов Тина пришла на работу. На ее столе лежало много писем и бумаг. Она начала их
сортировать. Только стала делать пометки, как открылась дверь и вошла Анна Егоровна - бухгалтер, ее
ученица. Она с радостью и со слезами кинулась к ней. Анна Егоровна быстро заговорила:
- Тина, кроме начальства и меня, так как я стала партийной, никто не з нает о твоем аресте. Все знают только
одно - что ты болела ...
Едва она только промолвила, как вошла Юля, старший статистик, и вскрикнула:
- Тина! Девочки, Тина вышла на работу.
Тина встала и вышла к статистикам, чтобы поздороваться. Ее обнимали и наперебой говорили:
- Мы по тебе скучали, еле дождались. Как хорошо, что ты приехала.
- Ты очень болела? - спросила с участием Мария.
- Все позади. Чувствую себя прекрасно. А что похудела - так болезнь не красит никого.
Подошла Наташа - начальник статистического отдела. Она была партийной и тоже обняла ее и поцеловала,
сказав:
- Плохо идут дела без тебя. Ты нам очень нужна. Зашел управляющий и громко сказал:
- Дочка, рады вновь тебя видеть.
- Я тоже рада всех вас видеть. Я очень соскучилась, но, так как начался рабочий день, прошу всех разойтись
по своим местам.
- Правильно, - с улыбкой сказал парторг.
Так начался первый рабочий день, и казалось, что ничего не произошло. Тина готовилась к годовому отчету и
все тщательно объясняла Анне Егоровне. Однажды, когда все ушли, а они работали вдвоем, Анна Егоровна
спросила:
- Тина, ты мне все так объясняешь, как будто готовишь меня на свое место.
- Да. Это так. У меня такое чувство, что после того, как я сдам отчет, я закончу в Минзаге свою работу.
- А может, все наладится?
- Нет. Я не смогу пойти на уступки, на компромисс со своей совестью, и меня прикажут уволить с работы.
- Ты знаешь, что я за это короткое время вступила в партию и слышала, как наш парторг защищал тебя перед
каким-то высшим начальством по телефону, он говорил: «Да что вы, она верующая фанатичка, но даже
малейшего настроя у нее нет против советской власти. Это честнейшая душа. Нет -нет, я не ошибаюсь. Она не
ведет агитацию среди сотрудников. Она погружена полностью в работу. Объем работы больш ой, очень
большой. А за что уволить ее с работы, она очень добросовестный и классный специалист. Я прошу вас
отпустить ее, ведь у нас горит годовой отчет. Хорошо. После сдачи отчета мы уволим ее. Я постараюсь с ней
поработать. Упорная? Нужно время, чтобы переубедить ее. Сразу это невозможно. Заверяю вас, что никакой
агитации она не ведет на работе, и уверяю, что не будет вести и в дальнейшем. Когда можно ожидать ее на
работу? Через неделю? Раньше нельзя? Спасибо!» Он обратился ко мне и сказал: «Тина скоро вернется на
работу. Я все сделал, что от меня зависело. О нашем разговоре никому не говорите».
Тина задумалась: «Ведь парторг - мой самый первый враг, и Бог заставил его в день бедствия поступить со
мной хорошо. Как велики и чудны дела Божьи, как непостижимы Его пути».
- Тина, никому не говори о том, что я тебе сказала.
- Да что ты, Анна Егоровна, я никогда никому не говорю о таких секретных вещах, - улыбнулась Тина.
Они снова взялись за работу. Зашел парторг. Обратившись к Тине, сказал:
- Завтра в три часа зайдешь ко мне в кабинет.
- Хорошо, Андрей Егорович.
Рабочий день пролетел быстро, и, уже когда он закончился, по дороге домой Тина зашла к Магде и рассказала
ей обо всем. Магда ответила:
- Все Божьи обетования с большой точностью исполняются и всегда вовремя. Так и в твоей жизни исполнил
ось обетование Божье, Иер.15:11: «Господь сказал: конец твой будет хорош, и Я заставлю врага поступать с
тобою хорошо во время бедствия и во время скорби».

Глава 10. Беседа с парторгом.


Тина в три часа дня вошла в кабинет парторга. Он пригласил ее сесть.
- Рассказывай Тина, где ты была все эти дни?
- В следственном изоляторе.
- Расскажи, в чем тебя обвиняли и как относились к тебе?
- Андрей Егорович, не спрашивайте меня. Я пообещала никому ничего об этом не говорить. Вы знаете, что я
человек слова и не могу его нарушить.
- Но парторгу ты можешь рассказать.
- Мне велели никому об этом не говорить.
- Может, я мог бы в чем-то тебе помочь?
- Думаю, что нет. Придет день, вам прикажут уволить меня с работы, и вы это сделаете. Не думайте, что я
обижусь на вас. Я много думала и пришла к выводу, что в этой новой для меня идеологии я никак не смогу
найти себя. Это безбожная идеология, а я человек верующий, в ней меня считают человеком с извращенным
мышлением. Я попала в колесо, где идет борьба, где борются, по их мнению, с идеологическими
извращениями, а значит, и с теми, которые не принимают эту безбожную идеологию. И поэтому должна быть
гонимой, это закономерно сегодня ... Вчера я открыла Евангелие и нашла там, что уч ение Христа шло вразрез
с верованиями партии фарисеев и саддукеев, не подходило под их идеологию. И Он - Христос - был ими
гоним и распят на Голгофе. Иисус - это мой Спаситель, учению Которого я следую. Он сказал: «Если Меня
гнали, будут гнать и вас» ... П оэтому на сегодня это естественный процесс для христианина. Я твердо решила
остаться христианкой, что бы меня ни ожидало впереди. Я одного не могу понять: если конституция
гарантирует свободу верующим, то почему покушаются ее отнять у меня? Почему я не име ю права говорить о
своих убеждениях? Почему?
Парторг молчал. Потом начал говорить:
- Тина, ты должна понять, что у нас одна правящая партия, и мы ей все должны подчиняться. Мы хотим вас
сделать свободными от буржуазной идеологии. Карл Маркс хорошо охарактеризовал религию: «Религия
является продуктом общества. Религия - это опиум». Я слушаю тебя и убеждаюсь, что действительно для тебя
религия опиум: ты не можешь без Бога жить ни одной минуты, ни одной секунды ... Неужели ты это никогда
не поймешь?
- Никогда. Время - хороший учитель, и, может, мы с вами доживем до того дня, когда и наша страна вернется
к Богу, признав свое заблуждение.
- Даже не думай. Не жди, это время никогда не наступит. Напротив, в нашей стране будет райская жизнь, мы
ее создадим, создадим без Бога. Мы - это наша партия и народ. Тогда ты забудешь своего Бога-Творца и
будешь смеяться над теми сказками, которыми одурманили тебя. Мое горячее желание, чтобы ты закончила
университет, вступила в партию, чтобы перед тобой открылись двери, и ты могла бы подняться выше,
получив ученую степень, более того - подниматься выше и выше, выполняя партийные задания, приносить
пользу нашей могучей родине, чтобы увековечилось твое имя в народе. Разве это не заманчиво? Вот это
настоящая жизнь, вот за это стоит бороться. Подумай, Тина. Я тебя очень уважаю. Партии нужны честные,
принципиальные, твердые духом люди. В моем лице партия зовет тебя помочь родине.
- Я никогда не откажусь работать для процветания родины, но только оставаясь со своими убеждениями.
Раздался телефонный звонок. Парторг сказал:
- Мы еще с тобой продолжим беседу. Счастливо.
Тина ушла. В этот вечер она вновь все рассказала Магде. Та, выслушав ее, посоветовала: «Может быть, лучше
молчать, а то что-то не так скажешь - и пришьют политическое дело. Злое нынче время. Написано у пророка
Амоса 5:13: «Поэтому разумный безмолвствует в это время, ибо злое это время». Тина молчала, она думала,
как трудно молчать, когда люди говорят, что Бога нет, что они построят счастливую жизнь без Него. Неужели
это относится к тому, чтобы молчать о своих убеждениях?
Они ужинали вместе, а потом читали Откровение и книгу «Великая борьба», говорили о том, что придет
время, когда они достигнут вечности и, живя на новой земле, не будут знать насилия, слез, болезней,
страдания и смерти, а самое главное - с ними вечно будет дорогой для них Иисус Христос и всегда будут
среди Его народа царствовать любовь и мир. Тина собралась домой и на прощание сказала:
- Как было бы хорошо завтра утром пробудиться на новой земле.

Глава 11. Встреча со старыми друзьями.


Тина сдала годовой отчет. Вот и все, завтра она получит зарплату и премию - и на этом ее работа в Минзаге
закончится. Она попросила управляющего дать ей очередной отпуск - в феврале. Тот согласился, спросив ее:
- А потом?
- А потом, что решите, то и будет.
- Я пока останусь в Киеве у родственников до вторника.
- Разрешите мне остаться, а потом вместе с вами поехать домой. Я хотела бы за эти дни проведать своих
друзей.
- Хорошо. Только прошу, не ходи на богослужение, чтобы тебя не заметили там.
- Я поеду за билетами в городскую кассу. Дайте ваш телефон, я позвоню вам сообщить, каким поездом поедем
во вторник.
Он дал ей номер телефона, а потом сказал:
- Возьми на среду. Тебе отдохнуть надо после сдачи отчета. Тина купила билеты, позвонила управляющему,
потом позвонила Наташе и Саше. Никто не взял трубку. Тогда она позвонила секретарше в Минзаг, и та
ответила, что они уехали в Умань, на родину Саши, после того как ему дали инвалидность. Она дала их
телефон и адрес. Тина твердо решила поехать в Умань, проведать своих друзей. Известие о том, что Саша стал
инвалидом, встревожило ее. Почему? Что произошло?
Она отправилась на автовокзал и через час уже ехала в автобусе из Киева. Вот и Умань - небольшой
городишко. Вот и нужная улица. Она постучала в окно. Наташа, увидев ее, побежала навстречу. Они
обнялись. Вдруг Наташа заплакала и сказала:
- Саша скоро умрет. Он смертельно болен. У него туберкулез, и он очень изменился. Ты просто не узнаешь
его.
Тина собралась с силами и настроила себя на радостную волну, точно так, как когда-то она это делала, заходя
к больной маме. Она подошла к Саше и поздоровалась. Со слезами на глазах и радостью он ответил:
- Тина, это ты? Я думал, что уже никогда не увижу тебя. Как я рад видеть тебя вновь. Ты такая же, как и была,
ничуть не изменилась. А я - посмотри на меня - скелет.
- Я бы не сказала, что ты скелет. Немного изменился, а так - выглядишь неплохо.
Он вновь улыбнулся и сказал:
- Иди, поешь, потом поговорим. Спасибо за ободряющие слова. Наташа позвала Тину обедать и за столом
рассказала ей, что Саша перенес грипп, который дал сильное осложнение на легкие, а затем уже развился и
туберкулез. Уже целый год он на инвалидности. Домик, в котором они живут, отцовский, достался в
наследство пос ле смерти родителей. В Киеве Саша совсем задыхался, и тогда они решили переехать в Умань.
Вот и живут здесь.
В это время пришла из школы Оксана. Увидев Тину, она бросилась к ней:
- Тетя Тина, тетя Тина, ты моя милая, любимая. Откуда ты?
- Очень соскучилась и решила навестить вас.
- Надолго?
- Во вторник рано утром уеду, если Богу будет угодно, а вечером поездом из Киева домой.
- Как хорошо. Пятницу, субботу, воскресенье, понедельник будешь у нас. Как это здорово.
Тина поблагодарила Наташу за обед и пошла в комнату, чтобы поговорить с Сашей.
- Садись, и если не устала, то выслушай мою печальную и радостную историю. Ты себе не представляешь, как
мне хотелось увидеть тебя перед моей смертью, чтобы рассказать тебе о том, что совершил со мной Господь.
Я очень ждал этого момента, просил об этом Господа и благодарен, что Он услышал меня. Туберкулез
погубил меня. Но я не об этом, я стал христианином, я теперь твой брат по вере. Я принял крещение полгода
тому назад. И теперь очень спокойно отношусь к смерти, з ная, что мой дорогой Иисус воскресит меня в
воскресение спасенных, когда придет во второй раз «не для очищения греха, а для ожидающих Его во
спасение». Если память не изменяет, это написано в Послании к Евреям, 9:28. Ты не представляешь, что
значит для меня эта надежда. Это для меня все - спасение, вечность со Христом. Я очень люблю Спасителя.
Теперь мне понятно то, что меня удивляло, когда ты говорила, что очень любишь Спасителя Иисуса Христа,
Который прежде возлюбил тебя и отдал Себя на крестные муки, чтобы спасти всякого верующего в Него.
Тина слушала и удивлялась тому, какая огромная перемена произошла в Саше. А Саша продолжал:
- Наташа тоже верит в Иисуса Христа, но не принимает крещение. Она боится, если я умру и ей придется
вновь работать на производстве, она не сможет устоять. Она все время меня утешает: «Укреплюсь в вере и
приму крещение, непременно приму». Так это или нет - Бог только знает сердце человеческое. Пока у нас
пенсия, нам хватает. У нас огород и сад. Я ее утешаю, что если я умру, то Господь позаботится о них, не
оставит их. Мое горячее желание, чтобы она приняла крещение, тогда бы я мог умереть с надеждой, что мы
встретимся с ней в вечности.
В это время вошла Наташа. Она принесла Саше на подносе обед. Тина вышла в кухню, потом прошлась по
дому и с Оксаной вышла во двор. Оксана прижалась к Тине и спросила:
- Тетя Тина, а мой папа умрет?
Тина гладила ее по головке и молчала. Оксана беззвучно плакала. У Тины тоже полились слезы. Она
вспомнила свое детство, своего отца, и разговор, когда отец сказал ей, что может вскоре умереть, свое
сиротство, и Тина еще крепче прижала к себе Оксану. Потом девочка подняла свои красивые глаза на Тину и
спросила:
- Это правда, что если я буду любить Иисуса и молиться, то мы с папой встретимся во время Втор ого
пришествия Иисуса?
- Правда, - сказала Тина, гладя Оксану по голове, - мы там все встретимся и будем очень счастливы. Там не
будет слез, страданий, болезней, смерти. Там будет вечная радость.
- Папа мне каждый вечер говорит о том, как мы будем жить с Иисусом вечно на новой земле. Это так здорово.
Жаль, что об этом нельзя говорить другим детям, чтобы все дети могли бы любить Иисуса и жить с Ним
вечно. На днях учительница спросила: «Как вы думаете, дети, существует ли Бог?» Все закричали: «Бога нет,
Бога нет». Я молчала. Учительница обратилась ко мне и спросила: «А ты, Оксана, как думаешь?» Я ответила:
«Трудно сказать, что Бога нет». «Почему?» - удивилась та.
- Потому что наш мир и нас, людей, кто-то должен был создать.
- Природа сама создала все - и человека тоже.
- Я пока не могу разобраться, а поэтому лучше буду молчать.
Она промолчала, потом вызвала меня в учительскую, сказав:
- Садись, поговорим. Оксана, твои родители - члены партии, ты - октябренок, и ты своими рассуждениями
позоришь нашу партию.
Я ответила:
- А разве нельзя все взвешивать - за и против? Вы задали вопрос, я начала думать: а может быть, Бог и есть.
- Больше об этом не думай. Этим ты огорчаешь Ленина, партию, папу и маму. Ты девочка хорошая. Я думаю,
что ты сидишь вместе с девочкой из сектантской семьи и она плохо действует на тебя, не так ли? Она,
наверно, говорит тебе о своем Боге.
- Настя всегда молчит. Она очень хорошая девочка. Она отличница. Я с ней дружу, но она мне никогда не
говорит о Боге. Она очень чуткая, добрая девочка.
- Да, да. Она добрая, чуткая, а потом уведет тебя в секту. У них здесь молитвенный дом. Если она тебя
пригласит - не вздумай с ней пойти на молебен. Знай, что они приносят детей в жертву, именно таких, как ты,
детей партийных родителей и октябрят. Пообещай, что ты туда не пойдешь.
- Не беспокойтесь, никуда я не хожу и не пойду.
Она успокоилась. Я чуть не проговорилась. Хотела защитить Настю и сказать, что Богу неугодно и это
мерзость пред Ним приносить детей в жертву. Это делали и делают язычники, но как будто кто-то меня
остановил. И хорошо, что я не сказала. Она подумала бы, что мне об этом сказала Настя, а ведь мне об этом
рассказал папа.
У Тины сжималось сердце, слушая рассказ Оксаны. Безбожие наносило удары и по детям, не щадя никого.
Наташа позвала их в дом. Оксана пошла делать домашнее задание, а Наташа и Тина беседовать.
- Расскажи, Наташа, как такая важная перемена произошла в Саше?
- Пусть он тебе сам расскажет.
- Хорошо. Я очень рада, что вы приняли Иисуса Христа и Его учение.
- Тина, что мне делать? Я верю и принимаю все учение, но я очень боюсь принять крещение. Посоветуй, что
мне делать.
- Наташа, принять крещение, заключить завет с Господом -это должно быть твоим личным выбором. Каждый
человек лично должен избрать, на чью сторону ему стать.
- Молись обо мне, чтобы Господь дал мне силы решиться стать Его дочерью. Мы читаем Библию с Сашей.
Нам ясно все учение Христа. Сомнений у нас нет, но меня одолевает человеческий страх. Что будет? Как
будет? Это мучительно. Саша позвал меня и попросил прочитать стих, записанный в 1 Иоанна 4:18: «В любви
нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение». Господь прав, я не
обладаю той сильной любовью к Нему, которая изгоняет страх. Я сегодня решила, что заключу за вет с
Господом и сделаю это, пока Саша жив. Но у меня есть еще одна скорбь на сердце. Об этом я только тебе
поведаю. Оксану проверил врач и сказал, что она должна лечь в больницу. У нее обнаружили тоже
туберкулез, да и у меня сильное недомогание. Наверно, мы все заразились друг от друга. И знает только Бог,
ибо Ему все ведомо, сколько нам жить на этой земле.
- Слава Богу, - сказала Тина, - что мы не одиноки, что у нас есть заботящийся Отец. Он знает, что для нас
лучше, а лучше -это вечная жизнь с Ним, нашим Господом Иисусом Христом. Господь для каждого определил
отрезок в этой жизни, и кто знает, кто счастливее - тот, кто упокоится до Его славного пришествия, или тот,
кто останется в живых?
- Я думаю, что нам всем лучше упокоиться до Его пришествия, приготовившись к встрече с Ним.
- Почему ты так думаешь?
- Потому что мы партийные, и нас ожидают сильные страдания. И если Господь видит, что мы их не можем
перенести, то Он по Своей великой милости и любви усыпит нас на время.
- Ты веришь в воскресение мертвых?
- Верю. Меня убедил Иов, когда он был на краю могилы, - его надежда стала моей. В Книге Иова 19:25-27
записано: «А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу
мою сию; и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Ег о сам: мои глаза, не глаза другого, увидят Его». Я знаю этот
стих наизусть. Мы читаем вечером все вместе, с нами и Оксанка. Она однажды, выслушав историю Иова и эту
чудесную надежду, сказала: «Вот почему для папы смерть не страшна. Теперь она и для меня не страшна. А
для тебя мамочка?» «И для меня нет». Да, сегодня вечером после этих слов я решила принять крещение, ведь
смерть для верующего человека - это приобретение.
В это время проснулся Саша и позвал жену, а потом Тину. Наташе надо было отлучиться, Тина села у окна,
чтобы побыть с больным. Ей было очень интересно, кто его крестил, кто его готовил к крещению.
- Тебе, Тина, наверное, интересно будет выслушать мою историю обращения.
- Очень я хотела об этом тебя попросить, чтобы ты мне подробно рассказал.
- Итак, слушай. Ты знаешь, как далек я был от Бога, каким эгоистичным был и тщеславным. Вступил в
партию. Передо мной открылись многие двери. Я подумал: «Теперь стану большим человеком». И среди этих
размышлений вдруг невольно вспомнились мне твои слова нашему старому парторгу, который агитировал
тебя приобрести знания, значимость в этом мире. «Что В сравнении с земной славой и знанием небесная
слава? Она вечная, непреходящая. И я никогда не поменяю ее на преходящую, тленную, земную». Я
улыбнулся, вспомнив об этом, а потом задумался: что бы это значило?
Учился, работал. Забыл обо всем. О тебе мы с Наташей и Оксаной часто вспоминали. Вдруг на работе
появилась верующая девушка. Она была комсомолкой, и, узнав, что она ходит на собрания по улице Ямской,
дом 70, ее вызвали на комсомольское собрание. Она держалась мужественно, не отрицая, что посещает эти
собрания верующих. Ее переубеждали, потом грозили. Она молчала. Вынесли ей порицание и грозились
исключить из комсомола, выгнать с работы. Звали ее Люба. Мне ее стало очень жалко.
Потом мы получили с Наташей партийное задание - посещать собрания по субботам на Ямской и выявлять
тех комсомольцев и партийных, которые тайно посещают эти собрания. Мы с Наташей начали делать это.
Потом нас начали приглашать на подпольные молодежные собрания. Там мы встретили многих из
комсомольцев. Но мы все больше убеждались, особенно я, что Бог существует. Я не знал, что Наташа давно
верит в Бога и молится. Это было вашей тайной. Я пришел домой и решил составить список всех
комсомольцев, посещающих собрание. Наташа сидела и спросила: «Если бы наша Тина узнала, до чего мы с
тобою докатились, что предаем ее единоверцев, что бы она нам сказала?» Я ответил: «Она бы молчала, но
сильно опечалилась бы». Я отложил ручку и лист бумаги. «Саша, скажем, что нас разоблачили и что от нас
все скрывают». «Да, пожалуй, это будет лучшим выходом из этого положения». Мы так и сделали. Нам
поверили.
Через некоторое время Любу исключили и уволили с работы.
Ей дали сказать на комсомольском собрании последние слова в свою защиту или произнести покаяние. Она
сказала: «Я очень рада, что могу хотя бы немного пострадать за имя Иисуса Христа. Так написано в
Евангелии, это слова Иисуса Христа Спасителя: «За имя Мое будут отдавать вас в судилище, поведут вас к
правителя м за Меня, будут предавать вас и будете ненавидимы всеми за имя Мое: претерпевший же до конца
спасется». Я сегодня призываю вас всех уверовать в Бога Спасителя, чтобы вам не погибнуть, но иметь жизнь
вечную». После этого такое началось! Я встал и сказал: «Оставьте ее в покое, ведь она еще молода и не
виновата в том, что ее одурманили». Страсти улеглись. «Чем еще защитить ее?» - подумал я и продолжил: «
Ее нужно воспитывать, а наказывать тех, кто ее сбил с праведной дороги». Все замолчали. А в это в ремя Люба
тихо удалилась. Разгорелась полемика. Набросились на меня. Я им ответил: «Так вы никого не переубедите».
Председатель организации сказал: «попробуй ее переубедить. У нее все написано в Библии, она хорошо знает
Писания, а я никогда не читал их. Я ей говорю то, что слышал или что читал в нашей атеистической
литературе, а она мне в ответ: "Ты, Коля, ошибаешься, потому что не читал саму Библию. Там написано это
место так и так". Вот и выглядишь как профан перед ней ... Вы бы, Александр Иванович, - обратился он ко
мне, - побеседовали с ней - сразу бы почувствовали себя таким же профаном». Все замолчали. Парторг сказал:
«Я обещаю побеседовать с ней, чтобы с нашей стороны все было сделано честно». Коля продолжил: «Люба
для вас будет трудным орешком, ведь вы тоже никогда не держали в руках Библию. А на ваши доводы, что
природа создала все, у нее есть опровержение, и разумное. обоснованное. Ведь я с ней много встречался и
беседовал». Парторг подметил: «И она одержала над тобой победу. И мне так кажется, что ты начал
колебаться -есть Бог или нет Его. Скоро Люба переубедит тебя, и ты тоже будешь стоять, как и она, перед
мертвой иконкой и молиться». Все засмеялись. А Коля продолжил: «Как вы будете с ней беседовать, если вы
даже не знаете - во что она верит, кому молится. У Любы религия разумная, и вы должны хорошо
подготовиться, чтобы переубедить ее». «Закончим полемику, - в заключение сказал парторг, - и будем
бдительными в наших рядах, чтобы не терять таких хороших, умных девушек, как Любовь». Все разошлись.
Мы с Колей пошли вместе. Он сокрушался: «Знаешь, Саша, как мы глупо выглядим перед этими верующими
с нашими заученными фразами: «Религия - опиум для народа» и т. д. Мне стыдно перед Любой. Ты можешь
без передачи выслушать меня? Да все равно: предашь - так предашь! Она меня уже чуть не убедила, что
существует Бог».
- Ты прав, чтобы бороться с религией, нужно хорошо знать, во что верит твой собеседник.
Мы разошлись, но я твердо решил достать Библию и прочитать ее. Но где ее купить? Вспомнил тебя, но ведь
ты далеко.
А потом я заболел, и меня поместили в тубдиспансер. Я был в отчаянии. Меня обслуживала милая
санитарочка. Это была всеми любимая и уважаемая девушка. Она отличалась от всех других. Однажды я
сидел во дворе, было уже прохладно. Вдруг кто-то набросил на мои плечи теплый больничный халат. Я
повернулся - это была наша нянечка Ирина. Она сказала: «Саша, уже прохладно, а тебе нельзя простужаться».
- Спасибо, Ира, но мне все равно. Лучше умереть, чем так жить.
- Говоришь, умереть, а потом что?
- А потом вечная память.
- Нет же, а потом однажды будет суд Божий, и за все наши дела дадим отчет Богу, нашему Творцу, поэтому не
все равно -жить или умереть. Если уже умереть, то с надеждой на спасение. - Ира, ты ходишь в молитвенный
дом на Ямскую, 70?
- Да. Откуда вы знаете?
- По твоим словам и поведению. Я когда-то работал с одной очень хорошей девушкой. Она много говорила о
Боге и не боялась никого и ничего. Звали ее Тина. И ты своим поведением и речью похожа на нее, а также на
Любу, с которой я работал в Минзаге. Ее уволили с работы, она теперь домработница.
- Меня тоже несколько раз хотели уволить, но больные писали прошения главврачу оставить меня, и пока
работаю. Я окончила пединститут, но мне не разрешили работать в школе, чтобы не заражать детей
«дурманом веры». Я сначала доказывала, спорила, мне было жаль, что калечатся детские души, но все это
было напрасно. Я едва устроил ась на работу нянечкой в больнице. Саша, я научу тебя молиться Богу. Когда
тебе будет тяжело, обратись к Нему. Скажи Ему, что ты не знаешь Его, но если Он есть, пусть откроется тебе
и даст тебе облегчение.
- Ира, - сказал я, - я же член партии. Как я могу обращаться к Богу, в Которого не верю?
- Ты же для Бога- как все люди этого мира - Его Творение, которое Он любит. Ведь, любя Свое падшее
творение, Он послал Своего Единородного Сына Иисуса Христа, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но
имел жизнь вечную. Он любит и тебя, Саша, Он желает дать тебе то, что никто не сможет дать тебе в этом
мире, - жизнь вечную.
Ее позвали. Она сказала мне, чтобы я шел в палату. Я лишь тихо повиновался ей, как послушный мальчик, а
той ночью долго не мог уснуть. Мучил меня кашель, и я решил молиться неведомому Богу. После молитвы
своими словами я спокойно уснул. Ирина подарила мне Евангелие от Иоанна, сказав: «Читай, это настоящая
истина». Я читал, и через две недели уже знал наизусть все Евангелие. Я познакомился с Иисусом Христом.
Мне дали инвалидность и порекомендовали уехать из Киева на периферию, чтобы не рисковать здоровьем. И
тогда мы решили с Наташей уехать в Умань в отцовский дом. Наташа уехала, чтобы привести его в порядок, а
мы с Оксанкой остались дома. Меня часто в больнице посещал Коля. Узнав, что я получил инвалидность,
позвонил мне. Я его пригласил к себе в гости. Мы с ним беседовали, как всегда, обо всем. Вдруг он сказал:
- Саша, может, ты будешь смеяться, но я уверовал в Бога.
- Очень хорошо. Ничего смешного в этом нет, - ответил я, чем очень удивил собеседника. - Ты серьезно
говоришь?
- Конечно.
- Саша, я не только уверовал, но хочу стать Его последователем.
- Слава Богу, - ответил я.
- Ты рад, ты тоже веришь?
Я лишь кивнул.
- Слава Богу, - он подскочил и обнял меня, со слезами говоря: - Как я рад, брат мой дорогой.
Мы плакали от радости вместе, что нашли спасение во Христе. Я ему сказал, что очень мало знаю. Показал
подаренное мне Евангелие от Иоанна.
- За месяц я выучил его почти наизусть. Оно принесло покой моей душе. Ведь я почти все нашел в нем для
спасения. Теперь мне не страшна смерть, ибо «верующий в Сына имеет жизнь вечную». Я молюсь О том,
чтобы Господь научил меня творить волю Его, ведь я прочитал в этом Евангелии: «Кто хочет творить волю
Его, тот узнает о сем учении», об учении Иисуса Христа, а я верю, что Он откроет мне, как следовать по Его
стопам.
Я замолчал, Коля взял сумочку, извлек из нее Новый Завет и с радостью сказал: «Вот тебе, Саша, все учение
Иисуса Христа и Его апостолов. В нем твое спасение. Это на память от меня. Оно не новое, потому что новое
не издают. Это достала Люба и сказала: «Ты просила Евангелие, и я принесла тебе. Кому ты хочешь
подарить?» Я ей ответил: «Если этот человек примет от меня такой подарок, тогда скажу тебе». Передай Любе
привет от меня. На прощание Коля помолился за меня, за мою семью, а прощаясь, сказал: «Я навещу тебя в
Умани при первой возможности».
Мы распрощались, как самые близкие люди, как братья. Он ушел, а я еще долго сидел под впечатлением того,
что услышал. Потом мы переехали в Умань. Прошла неделя, и однажды вечером кто-то тихо постучал в окно.
Наташа вышла и вернулась с очень приятным человеком средних лет. На нем была рабочая фуфайка. Он снял
ее и вошел ко мне в комнату. Он сказал, что зашел к нам по рекомендации Коли. Он проповедник, но за то,
что крестил молодежь, власти забрали у него справку и запретили ему продол жать проповедническую
деятельность. Ему пришлось устроиться рабочим в Богуславе. Его работа заключалась в собирании семян для
посадки деревьев. Приходится каждый день проходить несколько километров и нести на спине до 30
килограммов. А вечерами - проповедовать, совершать Вечерю Господню, а порой и крещение. Он оставался у
нас два дня, не выходя из дома, чтобы его никто не заметил. За эти дни он делился с нами истиной. Мы с
Наташей приняли Иисуса и Его учение полностью. Это были незабываемые дни. Мы попросил и остаться еще
на третий день, чтобы он ночью совершил крещение. Я очень хотел заключить с Богом завет, и он согласился.
В конце нашего огорода был пруд, и мы после часа ночи вошли с ним в воду, и он крестил меня. Я был очень
счастлив, что теперь принадлежу Иисусу.
- Какая фамилия проповедника? - спросила Тина.
- Васюков.
- Не знаю такого. Да я мало кого знаю на большой Украине.
- Я его очень полюбил. Это глубоко верующий человек и хорошо знающий Писание. Когда я ему сказал, что я
член партии, он мне сказал: «Пока никому не говори, что я тебя крестил. Посещать буду тебя раз в три месяца,
когда буду приезжать совершать Вечерю Господню. А если буду где-то близко, зайду навестить». Мы С ним
распрощались, и он ночью ушел. Через неделю приехал Коля. Он был рад, что я принял крещение, и сказал,
что ему в Киеве боятся дать крещение, а также и Любе, но он разыщет в Богуславе проповедника Васюкова и
попросит, чтобы он их крестил. Я спросил: «Ты его лично знаешь?» «Да нет же. Это Люба откуда -то узнала и
передала через кого-то, чтобы он зашел к тебе, что ты нуждаешься в нем». Коля пожил у нас неделю. Мы
вместе провели субботу. Он не пошел на богослужение, чтобы его не заметили. И тебе придется с нами
провести субботу. Ведь здесь на учете каждый человек.
Тина сказала :
- Хорошо, вместе проведем святой день.
- Хочу тебя обрадовать, что Коля и Люба приняли крещение, потом они поженились и уехали в Россию. А
наш проповедник посещает нас и наставляет в истине. Он для нас, как отец. Мы очень любим его. На прошлой
неделе он посещал нас. Жаль, что ты не сможешь с ним познакомиться.
Наташа вернулась домой с покупками и сказала, что секретарь партийной организации придет проведать
Сашу.
Саша продолжал:
- Мы каждый вечер молимся о тебе, Тина, чтобы Бог дал тебе силу устоять в испытаниях.
- Дорогие мои, я это всегда чувствовала, что кто-то обо мне усиленно молится. Я очень рада, что вы нашли
Иисуса, а это -самое главное в жизни. И мы теперь не только друзья, но в лице Саши я имею дорогого брата, а
в лице Наташи - сестру. Как хорошо, что мы знаем Бога, что мы лично знакомы с Ним. Наш Господь имеет
особый план для каждого из нас. Его цель - чтобы мы, соблюдающие Его заповеди, были особенным народом
и прославили Его в испытаниях.
- И в болезни, - добавил Саша. - Знаешь, Тина, я возложил на Господа свое тяжелое бремя и доверил себя и
мою семью в руки Иисуса. На протяжении всей моей болезни Он заботился обо мне, слабом, больном. Я
вспоминаю, каким далеким был я к Богу и каким эгоистичным. Думал о мирской славе, обо всем преходящем,
земном, а религия Христа преобразила мое сердце. Он - мой Спаситель - преобразил меня, мирского человека,
в мыслящего по небесному образцу. Я, нечестивый человек, стал благородным. Вместо безнравственности
проявилась новая черта: чистота, непорочность. И это благодаря тому, что Христос через Евангелие стал для
меня самым главным в моей жизни. Образцом для меня стал Иисус Христос. Бог простил мне все мои грехи,
соделанные прежде, ради пролитой крови Сына Своего на Голгофе. Я все больше и больше восхищаюсь Его
неизмеримой любовью к падшему грешнику. И хотя я чувствую, что ухожу из жизни, я радуюсь, что нашел
самое дорогое - Иисуса Христа, Спасителя, и вечную жизнь.
Забежала Оксанка и сообщила, что секретарь партийной организации зашел во двор. Тина удалилась в другую
комнату. Она лежала на диване и думала: «Какая громадная перемена произошла с Сашей! Иисус изменил его,
сделав новым человеком». Она слышала, как вошел секретарь, а потом незаметно уснула. Ее разбудила
Наташа и сказала:
- Пойдем, Тина, ужинать.
В комнатах было тихо. После посещения секретаря Саша уснул.
Они втроем на кухне поужинали. Еще часок посидели, и Тина рассказала ей о том, что, наверно, скоро ее
уволят с работы и ей придется менять специальность. Наташа выслушала и спросила:
- Тебе не страшно?
- Нет, Бог обещал заботиться обо мне. Я боюсь, Наташенька, только одного - чтобы не согрешить, я хочу
остаться верной Богу при всех обстоятельствах. Об этом всегда прошу Его.
Наташа постелила Тине и сама с Оксаной пошла в спальню.
В ту ночь Тина лежала и думала: «Наташа тоже выросла духовно. Об этом свидетельствуют ее молитвы».
В пятницу Тина помогала Наташе приготовиться к субботе.
Они сходили в баню. Соседи посчитали Тину младшей сестрой Наташи. Субботу провели в изучении Слова.
Это был прекрасный субботний покой, принесший Тине большую радость.
В воскресенье девушка пошла на рынок с Наташей и накупила всего для их семьи. Они еле дотащили сумку.
Потом сходили в магазин и тоже купили разные вещи. Тина оставила денег, чтобы Наташа купила Оксан ке
пальто, ботинки и теплое платьице. Наташа не хотела брать:
- Приедешь домой, выгонят с работы - и останешься без денег.
- Не переживай, Наташа, еще получка и премия впереди.
Пусть это будет моим подарком для Оксанки.
- Спасибо тебе. Пусть Господь воздаст тебе во сто крат. Наша Оксанка выглядит в школе самой бедной. На
пенсию, да еще инвалидскую, не разгонишься.
Вот и вновь вечер. Наташа устала и легла на диван. А Тина села у окна, чтобы поговорить с Сашей. Оксанка
ушла играть во двор. Саша начал беседу:
- Каждый из нас должен проложить личный путь через огонь борьбы. Может, кто-то пройдет через
разочарование, кто-то через болезнь, а кто-то через огненные испытания, чтобы приобрести радость победы ...
А теперь расскажи о себе, я буду внимательно слушать.
Тина рассказала о своем огненном испытании в тюрьме. Она закончила:
- Саша, там, в камере, я реально чувствовала, что Иисус страдает вместе со мной. Я никогда не забуду, как Он
мне сказал во сне: «Не бойся, ибо Я с тобою». Когда я проснулась, мое се рдце наполнилось счастьем,
сознавая, что Иисус всегда со мной, что с Ним никто и ничто не может меня разделить. И теперь, когда я стою
вновь перед неизвестностью, я четко слышу: «Не бойся, ибо Я с тобою».
- Тина! Я тоже чувствую близость Иисуса, что Он со мной.
Сначала я боялся смерти. Но когда поверил, что Он победил на Голгофском кресте и разорвал узы смерти и
что у Него ключи от могилы и Он силен воскресить меня во Второе Свое пришествие, для меня смерть стала
приобретением. То, что скрываю от Наташи, расскажу тебе. Я очень страдаю. Все тело болит. Я каждый вечер
читаю с того места, где начинается Гефсимания, суд над Христом и Голгофа. Это придает мне всегда силу
терпеть.
- Как я рада, - сказала Тина, - что ты, Саша, такой сильный и непоколебимый в вере. Будем ждать того дня,
когда встретимся в вечности.
- Да, Тина, в твоем венце звездочками будем и мы: я, Наташа и Оксана. Ведь первое доброе семя в наши
сердца посеяно тобой. Мы свои дома на Новой Земле построим рядом.
- Знаешь, что я подумала, - перебила Тина, - если бы тебя услышало наше начальство, не поверило бы этой
великой перемене: атеист стал верующим в Бога. Какие чудеса совершает наш Господь! - А тебе бы не
поздоровилось. За нас бы тебя не только уволили с работы, но выгнали бы из области на все четыре стороны.
- Саша, я тебе еще не рассказала о том, что дядя Костя и директор школы с супругой посещают богослужения.
Они приняли Иисуса Христа, верят в Него. Они перестали ходить на богослужения, пока меня не было, боясь,
что повредят мне. Но я их убедила, что это мне не поможет остаться на работе.
- Я бы тебе хотел по-человечески сказать, посоветовать: Тина, будь осторожной, но знаю, что ты не
послушаешься меня. Ты избрала путь и правильно идешь к цели, ни на что и ни на кого невзирая. Да
благословит тебя, дорогая сестра, Господь. А я все думаю о том, что я должен сказать секретарю: я -
христианин. Меня беспокоит, что я молчу. В то же время они ведь будут искать того, кто меня крестил, и я
могу повредить не только брату, но и делу Божьему. Не знаю, что и делать. Посоветуй.
- Не переживай, молись, и Господь даст мудрости тебе, научит, как поступить.
- Хорошо, так и сделаю. Проснулась Наташа:
- Друзья мои, три часа ночи, а вы еще не спите.
Они вместе помолились и ушли, чтобы немного отдохнуть. Наташа обняла Тину и заплакала:
- Тина, милая моя сестра, я скоро останусь одна с Оксанкой.
Саша уйдет от нас. Я уже говорила тебе о своих переживаниях, ведь и у меня, и у Оксаны тоже обнаружили
туберкулез. Мы заразились. Что делать - принимать крещение или нет? Ведь мне придется работать.
- Наташа, научись вновь доверять Иисусу, как вначале, когда в семье было плохо. Ты имеешь опыт того, как
Господь чудно вел вашу семью. Помни: Господь посылает каждому из нас столько испытаний, сколько мы
можем вынести, ни капельки больше. Поэтому бояться нечего. Давай прочитаем из Библии одно чудесное
обетование, которое придает сил, - Книга пророка Исаии, 41:10,11,13.
Наташа прочитала:
- «Не бойся, ибо Я с тобою, не смущайся, ибо Я - Бог твой: Я укреплю тебя, и помогу тебе, и поддержу тебя
десницею правды Моей. Вот, в стыде и посрамлении останутся все, раздраженные против тебя, будут как
ничто и погибнут препирающиеся с тобою. Ибо Я - Господь Бог твой; держу тебя за правую руку твою,
говорю тебе: «Не бойся, Я помогаю тебе». Бог не человек, чтобы лгать. Он сказал и исполнит Свое обещание,
непременно исполнит». Как бы хорошо было, если бы ты была рядом, - мы бы с тобой советовались,
разделили бы горе пополам.
- Кто знает, может, твои слова дойдут до неба и будет так.
- Ты дала мне надежду. Пойдем спать.
Она пошла посмотреть, что делает Саша. Он мирно спал. Наташа вышла в комнату и сообщила Тине:
- Мирно спит, и что-то, видимо, приятное снится ему, улыбается. Уже давно так мирно не спал, как в эти дни
твоего пребывания у нас.
Пришел день расставания. Тина попрощалась с друзьями.
- «Блажен народ, у которого Господь есть Бог». Мы счастливы, что имеем любящего Отца и что Иисус живой,
воскресший Спаситель, является нашим личным Спасителем, воссоздающим в нас образ Божий. Он любит
нас, потому что искупил нас дорогою ценою на кресте, и пребывать в Его любви лучше, чем купаться в славе
мира сего, лучше, чем иметь богатство, деньги, земное благополучие и быть отчужденными от Него. Я
уезжаю, а вы помните, что во всех испытаниях у вас есть верный Друг, Который заверяет вас: «Не бойся, ибо
Я с тобою».
Саша сказал:
- Тина, я уйду скоро, но прошу тебя, не оставь Наташу и Оксану. Ведь, кроме Иисуса и тебя, у них нет никого.
А тебя пусть благословит и сохранит Господь. Спасибо тебе за все.
Они попрощались. Наташа и Оксана проводили Тину на автобус. Они несколько раз обнялись, теперь уже
молча, утирая слезы. И пока автобус не скрылся за поворотом, они махали ей. Тина сидела и смотрела вдаль.
Слезы текли по ее щекам. Она подумала, что действительно земля - это долина плача и скорби. Потом она на
себе поймала внимательный взгляд человека средних лет. Она подумала: «Где же я видела его, где же я видела
его?»
И вспомнила, что это секретарь, который приходил к Саше. Она видела его через окно. Они не были знакомы,
но, увидев, как они обнимаются с Наташей и Оксаной, он понял, что она у них гостила. Потом она уснула и
проснулась уже в Киеве. Позвонила управляющему и назначила место, где они встретятся на вокзале.
Поскольку до поезда еще оставалось время, то она пошла погулять по Киеву и заглянула на знакомый ей адрес
- улица Ямская, 70.
Тина позвонила в дверь. Вышла миловидная женщина, спросила, кого она ищет. Девушка сказала, что она
просто хотела посмотреть молитвенный дом. Женщина пригласила ее. Это был большой зал, приземистый, но
очень уютный. Тина, переводя дыхание от волнения, спросила женщину:
- Можно помолиться?
- Пожалуйста.
Девушка склонила в благоговении колени и обратилась к Богу, а потом, встав, сказала с улыбкой:
- Да благословит вас Господь и народ Свой в этом городе и доме и защитит вас от всякого зла. До свидания.
На лице у собеседницы Тина прочитала недоумение. Когда она выходила, та сказала ей:
- Зайдем, поешь. Тебе, наверно, уезжать.
- Не беспокойтесь, я не голодна. Для меня большое удовольствие, что смогла побывать в доме Господнем в
этом городе хотя бы несколько минут. До свидания.
Она пошла по улице, а потом оглянулась. Женщина так и стояла у ворот, как вкопанная, думая о том, кто
могла быть эта молодая девушка. Тина же подумала, что этот адрес ей никогда не забыть - Ямская, 70.
На вокзале ее уже ждал управляющий. Они вместе прошли в вагон и заняли свои места. Завязалась беседа.
- Тина, где ты была все эти дни?
- Я проведала Сашу и Наташу. Саша очень больной, скоро умрет.
- Да что ты, дочка! Какая ты молодец! А я даже не вспомнил о них.
- Но это же мои друзья. Вы же знаете, при каких обстоятельствах мы стали друзьями?
Он засмеялся:
- Помню, помню. А что с ним, что за болезнь?
- Туберкулез. От Саши остались только кожа да кости. Но он очень обрадовался, что я посетила их. Я от всех
вас передала им привет.
- Молодец, дочка. У тебя доброе сердце, - и вздохнул. Она ответила ему:
- Бог мне дал доброту в сердце, мы люди сами по себе эгоистичны. Михаил Иванович, вы не рассердитесь на
меня, если я вам что-то такое скажу, с чем вы не согласны?
- Говори.
- Громадная разница между верующими и неверующими состоит в том, что верующий имеет надежду на Бога,
на то, что если умрет, воскреснет во Второе пришествие Иисуса, чт о Иисус оправдает его и даст ему вечную
жизнь. У неверующего - сильные страдания. Он видит только до могилы. Умер, и на этом его
кратковременная жизнь кончилась. А надежда, она видит через могилу, переступает из смерти в жизнь
вечную.
- Тина, Саше очень плохо?
- Он скоро умрет.
- А почему ты ему не дала хотя бы капельку надежды, чтобы ему не было так тяжело?
Тина молчала. Кто-то ей не дал дальше говорить. В это время ввалились почти опоздавшие пассажиры,
занимая места в купе, и поезд тронулся с места. Тина подумала: «Господь запретил мне рассказать о Саше, что
он стал глубоко верующим человеком».
Они приехали утром домой. Попрощались до завтра. Тина шла и думала, что ее ожидает завтра. Сначала
побежала к дяде Косте, рассказала ему о Саше. Он вытирал слезы, услышав, какое чудо сотворил Господь,
потом рассказал Тине, что происходило здесь в ее отсутствие.
- Приходил дважды - в гражданском, лет сорока - мужчина в черных очках. После работы. Парторг ждал его,
ходил взад и вперед и очень волновался. Я незаметно вошел в боковушку, где ночью сторожу, и слышал, как
он строго приказал тебя немедленно снять с работы. Парторг ему доказывал, что для этого потребуется месяц
после твоего приезда. Он с трудом согласился и сказал: «Вот вам последняя дата - десятого февраля. Расчет, и
на все четыре стороны. Ни одно производство ей не даст работу. С нами считаются, я обзвонил кругом. Более
того, и в области не устроится, мы уж позаботимся...»
- Хорошая она девушка, никому ничего плохого не делает, вреда на производстве не приносит, только пользу.
Может, время перевоспитает ее?» - попытался защищать парторг.
- Никто не перевоспитает эту фанатичку. Она проводит собрания с молодежью, выступает с лекциями на
богослужениях, ходит на беседы к разным людям. Вот директор школы и его жена учительница - пенсионеры
- уже попались на крючок. Да и ваш сторож души не чает в религии».
- Да вы что, наш сторож очень уважает ее, но исповедовать ее религию? Это исключено, исключено.
- Вы, Андрей Егорович, ошибаетесь. Чем она вас купила, вы не видите, что делается вокруг вас. Будьте
бдительны. Наша разведка все видит и все знает.
Парторг молчал. «Итак, - повторил мужчина в гражданском, - до десятого февраля найдете причину, чтобы ее
уволить с работы».
- Спасибо вам, дядя Костя. Слава Богу, еще на месяц у меня работа есть и двадцать четыре дня отпуска. Почти
уже март, а там весна.
- Это не все. Мужчина ушел. Парторг проводил его и вернулся.
Я проверял комнаты. Он позвал меня, я подошел. Он был сердит: «Константин Андреевич, садись и отвеча й
откровенно, что тебя связывает с Тиной».
- Вместе работаем. Тина сирота, никого у нее нет, и она привязалась ко мне. С ней очень интересно
беседовать.
- О чем?
- Обо всем.
- А о Боге она тебе рассказывает?
- Да, она всем рассказывает, и в этом нет ничего плохого.
- А вы ходите на богослужение с директором и его женой, с вашим прежним другом?
- Да что вы, что нам там делать?
- Тина, я сказал неправду, чтобы спасти тебя.
- Не говорите никогда неправду. Лучше промолчите. Господь меня защитит, ведь я ничего плохого не делаю,
не говорю. И о Саше и Наташе никому не говорите. Хорошо?
- Да что ты, дочка, я ни одним словом не обмолвлюсь, ведь это значит навлечь на больного человека гонения
со стороны партии.
- Спасибо вам, дядя Костя, за всю информацию. До свидания.
Побегу к Магде.
Тина побежала, а дядя Костя решил, что богослужение они посещать не будут. Лучше дома почитать, чтобы
хоть месяц Тина спокойно доработала.
Наутро только вошла Тина в кабинет, как услышала голос парторга:
- Тина, доброе утро, зайди ко мне!
Она собралась с духом и вошла. На нее смотрели очень злые глаза парторга. Тина сказала то, что думала:
- Андрей Егорович, я вас таким злым еще никогда не видела. Он ответил:
- Так теперь увидишь.
Он встал перед ней и начал кричать:
- Пролетарии всех стран создадут идеальное бесклассовое общество! Человек должен верить в себя, в свои
силы, а не в религию, которая отвлекает его от истинного положения дел и от выполнения своего долга!
Тина добавила:
- Так поведал Карл Маркс, который является подобным нам человеком и может ошибаться, как и все люди.
Только Единый Бог не ошибается.
- Слушай дальше. Религия - это детская иллюзия, создаваемая невротическими фантазиями. Человек
чувствует необходимость в защите богов, присваивает им отцовские качества и просит у них защиты. Только
невежды могут верить в религию, которая строится на страхах, тревогах и надеждах, но не имеет никакого
логического, разумного основания.
- Кто сказал эти слова?
- Не знаю.
- Это сказал Зигмунд Фрейд, который умер в 1929 году, тогда, когда я родилась, - сказала Тина.
- Слушай до конца: «Религия мешает общему развитию». Человек должен быть свободен. Бог мешает
улучшить твое материальное положение и подняться тебе на более высокий уровень. Неужели ты не
поймешь?
- Все слова, которые вы цитировали, сказали люди, о которых в Евангелии сказано: «С небес изливается гнев
Божий на безбожие и грех людей, которые злом попирают истину». Истина о Боге известна им, потому что
еще от создания мира невидимые качества Бога, Его вечная сила и Божественная природа видимы и могут
быть поняты В Его делах и творении. И людям неверующим нет извинения: они знали Бога, но не прославили
Его как Бога и не были благодарны Ему, потому запутались в умствованиях своих и омрачилось
несмысленное их сердце.
Тина недавно учила памятный стих субботнего урока, но, волнуясь, В конце привела только смысл этого
стиха (Р им.1:20-21).
- Я во всем доверяю Богу.
- Пусть тебе твой Бог помогает, а ты готовься к увольнению.
Десятого февраля передашь все дела бухгалтеру. Она будет главной. Мы ее назначаем по партийной линии.
Ясно?
- Мне еще полагается отпуск за весь рабочий год. Поэтому я напишу заявление на отпуск с последующим
увольнением.
- Хорошо. Больше я с тобой, фанатичкой, разговаривать не хочу. Зашел управляющий:
- Андрей Егорович, успокойся. Не кричи. А то все развесили уши.
- Ну и пусть. У меня лопнуло терпение.
- Андрей Егорович, простите меня, что я вам доставляю так много неприятностей, но я не могу идти на
компромисс с совестью. Не обижайтесь на меня. Хотя ваши доводы относительно Бога и религии
неубедительны, я вас как человека и начальника очень уважаю. Я понимаю, что вам тяжело со мной. Простите
меня, я десятого февраля уйду от вас, и вам будет тихо и спокойно.
Парторг молчал. Тина вышла из кабинета, чтобы начать свой рабочий день. Все были на местах и смотрели на
нее с сочувствием. Она поздоровалась и улыбнулась им. Все поприветствовали ее. Войдя в кабинет, Тина
сказала:
- Анна Егоровна, сегодня начинаю передачу дел. С десятого февраля или с первого марта вы будете
назначены на мое место. Так приказала партия.
- Тина, не надо.
- Делайте то, что приказано. Из вас будет хороший главный бухгалтер, а когда понадобится помощь, придете
ко мне, я всегда помогу.
Она начала работать.

Глава 12. Уполномоченный Совета по делам религий.


Тину вызвал уполномоченный Совета по делам религий. Она вошла, поздоровалась. Мужчина лет сорока пяти
пригласил ее сесть. Это был очень симпатичный и располагающий к себе человек, который спросил:
- Как у вас дела на производстве? Вас не обижает начальство из-за того, что вы верите в Бога?
- Как вам сказать? Меня увольняют с работы с третьего марта, а с десятого февраля я уже не буду работать.
Это через неделю. Я сдаю дела, а потом отпуск.
- А дальше что?
- Не знаю. Верю, что все будет хорошо.
- Я звонил вашему управляющему и парторгу. О ни вами как специалистом очень довольны и дорожат вами,
они просили меня посодействовать и убедить вас остаться на работе с одним условием.
Он посмотрел на Тину долгим взглядом и продолжил:
- Одну субботу в месяц дежурить на работе. Как вы на это смотрите?
- Я не могу нарушать Закон Божий. Не только субботу, но и остальные заповеди Закона Божьего. Благодарю
вас, но это предложение не могу принять.
- Хорошо, давайте рассмотрим следующий вариант. Я могу походатайствовать перед начальством, чтобы
утром в субботу вы приходили на работу и проверяли, все ли на местах, и после этого уходили на
богослужение. Я думаю, это один из лучших вариантов.
- Это в очах Моего Бога тоже нарушение за поведи.
- А нарушать законы страны верующему человеку позволительно?
- Нет. Но я и не нарушаю законы страны, в частности на производстве. У меня ненормированный рабочий
день...
- Чем вам помочь, право, не знаю. Я еще буду думать, как вам помочь.
- Спасибо за вашу заботу, но вы, наверное, ничем не сможете мне помочь.
- Почему?
- Мы с вами люди разного духа, и вы меня не сможете понять, а поэтому и не сможете помочь.
- Почему вы так думаете? Я лично читаю Библию - и нашел там много противоречий. Например, о сотворении
нашей земли и человека - это настоящий абсурд. Детская сказка! Дарвинизм ясно раскрывает перед нами
происхождение видов и человека. Вы изучали дарвинизм?
- Да. Но я не верю этим гипотезам, а верю Богу и Его Слову.
Ведь Библию писали десятки людей на протяжении нескольких столетий, и, несмотря на это, ей присуща
замечательная согласованность и последовательность. Для меня единственный авторитет в измерении истины
- это Библия, Божественное Слово. Я всегда обращаюсь к Библии как к своему путеводителю в жизни. В этой
книге я нашла, откуда мы произошли. Исследуя ее, я увидела, как дивно человек устроен. Я узнала, что очи
Господа видели мой зародыш и что в Его книге на небесах записаны все дни моей жизни, которые для меня
назначены, когда ни од ного из них еще не было. Не сокрыты были от Господа кости мои, когда я была в тайне
образуемая в утробе моей матери. А также я узнала, что в небесной книге записано рождение каждого
человека, и даже где он родился. Потом я узнала, что Он сотворил не только мир и человека, но что мы Им
живем, Им движемся и существуем. А также узнала, что от одной крови Бог про извел весь род человеческий
для обитания по всему лицу земли и что все люди братья. Я убеждена в этих истинах, и переубеждать меня
нет смысла. Это будет пустая трата времени.
- Пожалуйста, верьте, это ваше право. Свобода вероисповедания у нас гарантируется конституцией. Сегодня я
хочу вас познакомить с законами о культах. Вы имеете право верить, но не имеете права организовывать
детские и молодежные кружки, а также добродетельные и миссионерские, не имеете права проводить в
субботних школах плановое изучение Библии по урочникам. Вы не имеете права говорить в ваших
проповедях о Божьем суде, пугая людей, а также о Втором пришествии Христа и об истреблении грешников.
Вы не имеете права проповедовать на работе, в транспорте, вообще в общественных местах и ходить по
домам. Это все запрещается нашими законами.
- А где опубликованы эти законы?
- Вот здесь, - указал уполномоченный на книгу. - Я вкратце вас познакомил, и вы подпишете бумагу, что вы
ознакомились с ними.
- Я не подпишу, потому что я их лично не читала.
- Ваше дело, но знайте, нарушая их, вы подлежите штрафам, суду и т. д.
Тина подумала: «Вот для чего он меня вызвал. Сначала показал мне пряник, а потом кнут».
- Я вас ознакомил, - продолжал уполномоченный, - а вы хорошенько подумайте и сделайте соответствующий
для себя вывод. Вы являетесь гражданкой Советского Союза, и вы должны проявить уважение к законам
страны и подчиниться им, тогда у нас с вами не будет никаких проблем. Я стою на страже не только
интересов верующих, но также и на страже законов нашей страны. Я рад был с вами познакомиться и уважаю
ваше мнение, но советую вам оставить детские сказки и заняться изучением более серьезного мировоззрения -
наукой. Мне доложили из университета, что вас не допустили к госэкзаменам. Они удивляются, что вы
учились экстерном на отлично. Они клянут тех, кто вас затянул в путы религиозного дурмана. Они не могут
выдать вам диплом, чтобы вы преподавали в школах, так как им поступила характеристика, что вы
нафаршированы религиозным опиумом. Здесь я бессилен вам помочь. Была бы это другая специальность, я
защитил бы вас. Но вы - и школа? В наших условиях это невозможно. Вы умная девушка, из вас может выйти
хороший ученый, а парторг поведал, что и хороший политик. Я смотрю на вас с жалостью. Мне хочется вам
помочь. Поверьте, что я искренно говорю все это. Я желаю вам успеха. Подумайте о моем предложении,
чтобы остаться на работе. Поверьте, вам придется очень трудно, ведь город небольшой и может так случиться,
что ни один начальник не примет вас на работу, а это значит, что вы останетесь без куска хлеба или же будете
работать уборщицей или дворником. Вот до чего может довести ваша религия. В конце вы разочаруетесь в
вашем выдуманном Боге и в Библии. Я желаю вам добра и хочу вас видеть полноценным, счастливым
человеком в нашем обществе.
Тина встала и сказала:
- Я благодарю вас, что вы терпеливо выслушали мою точку зрения. Желаю, чтобы вы были по отношению к
верующим всегда справедливы и честны. Желаю вам Божьих благословений и Его охраны.
- Спасибо за хорошие пожелания. Я верю, что мы вместе будем радоваться с вами жизни. До свидания.
Тина вышла. Ей почему-то стало ясно, что с этого момента она вступила на путь страдания и скорби. Страха в
сердце не было. Она подумала: «Приду домой и почитаю 36-й псалом».
Придя домой, она так и сделала. Она остановилась и прочитала несколько раз стихи с 3 по 7: «Уповай на
Господа и делай добро; живи на земле и храни истину. Утеша йся Господом, и Он исполнит желания сердца
твоего. Предай Господу путь твой и уповай на Него, и Он совершит, и выведет, как свет, правду твою и
справедливость твою, как полдень. Покорись Господу и надейся на Него. Не ревнуй успевающему в пути
своем, человеку лукавствующему». И остановилась на стихах 25 и 26: «Я был молод и состарился, и не видал
праведника оставленным и потомков его просящими хлеба: Он всякий день милует и взаймы дает, и
потомство его в благословение будет». Потом на 32-34: «Нечестивый подсматривает за праведником и ищет
умертвить его; но Господь не отдаст его в руки его и не допустит обвинить его, когда он будет судим. Уповай
на Господа и держись пути Его: и Он вознесет тебя, чтобы ты наследовал землю; и когда будут истребляемы
нечестивые, ты увидишь». И 39 и 40 стихи: «От Господа спасение праведникам, Он - защита их во время
скорби; и поможет им Господь и избавит их; избавит их от нечестивых и спасет их, ибо они на Него уповают».
Прочитав несколько раз, она почувствовала глубокий мир и покой. Она знала, в Кого уверовала, она твердо
знала, что с этого пути никогда не сойдет, что бы ее ни ожидало. Она предала в этот день путь своей жизни
снова Господу, веря, что, идя за Ним, однажды она встретится с Ним в вечности. Эта надежда окрылила ее и
дала ей новые силы.

Глава 13. Под сенью крыл Всевышнего.


Тина со всеми распрощалась до пятого марта, до того дня, когда она окончательно уйдет с производства.
Кроме партийных работников, никто не знал, что Тина потихоньку прощается с ними надолго, а может б ыть,
и навсегда. Зашла жена управляющего, Прасковья Михайловна. Она обняла Тину, прижала к себе и сказала:
- Дочка, мы будем очень скучать по тебе. Тина посмотрела на нее с улыбкой:
- Я к вам буду заходить. Вы с Михаилом Ивановичем были ко мне очень добр ы, и я всегда об этом буду
помнить. Спасибо вам большое за все.
- Что ты, дочка, мы просто любим тебя, как родную. Зашел парторг Андрей Егорович и сказал:
- Тина, третьего марта зайдешь за расчетом и, может быть, поможешь сделать Анне Егоровне отчет, а м ы
уплатим тебе, как придумаем.
- Хорошо, Андрей Егорович, если нужно будет, то всегда помогу. Парторг и Прасковья Михайловна вышли.
Анна Егоровна обняла Тину и заплакала.
- Тина, милая дочка, это ужасно, что тебя так несправедливо увольняют с работы. За что? Только за то, что ты
верующая? Как это несправедливо!
- Не плачьте, Анна Егоровна, но на этой сатаной заколдованной грехом земле лучшего нельзя ожидать. Я вам
все рассказала о Боге. Вы знаете всю истину. Если когда-то вы пожелаете отдать свое сердце Иисусу, сделайте
это. Вы знаете, за это стоит страдать, бороться, а если нужно, то отдать и свою жизнь.
- Тина, я такая трусиха. Я так боюсь. Я даже содрогаюсь, когда вспоминаю о том, что ты была в следственной
тюрьме. Хотя ты ничего не рассказывала об эт ом, но моего соседа забрали ночью, как и тебя, и до сего дня его
нет. Может быть, нет его уже и в живых. Это так страшно! Так страшно! Я часто думаю о тебе и содрогаюсь:
что ожидает тебя? Ведь в городе и в области ты нигде не устроишься.
Кто-то постучался. Это дядя Костя пришел на работу. Он шепотом сказал:
- Тина, Анна Егоровна, уходите! К парторгу вновь пришел человек в гражданском, в темных очках.
Они быстро собрались и через пожарную дверь, которую им открыл дядя Костя, вышли и разошлись по
домам.
Тина зашла к Магде. Она ей рассказала, что десятого февраля человек в гражданском проверил, уволили ли ее
с работы, потом рассказала, что не только в городе, но и по всей Закарпатской области ни один начальник не
примет ее на работу. Магда выслушала и сказа ла:
- Милая моя доченька, забудем все и посвятим это время работе Божьей.
- Это самое лучшее.
- Нужно поехать в горы и проведать одну престарелую семью.
- С большим удовольствием. Сегодня вторник. После субботы поеду. Что им отвезти?
- Немного продукт ов и духовную литературу.
- Хорошо.
Они расстались.
На второй день, в среду, Тина обошла несколько производств.
Везде нуждались в бухгалтере, но, когда она говорила, где работала, и свою фамилию, ей отвечали: «Придите
завтра». Она обошла на завтра все производства, и ей везде отказали, говоря примерно так: «Вчера,
оказывается, до вас директор уже принял бухгалтера. Простите». И с любопытством рассматривали ее. Тина
везде свидетельствовала о своей вере: «Я знала, что мне откажут в работе, потому что я ве рующая». «Садись,
расскажи, во что ты веришь». И Тина начинала рассказывать. Они удивлялись и говорили: «Такая молодая, а
так хорошо знает Библию. Кто тебя научил?» Тина отвечала: «Господь через Духа Святого учит тех, кто
читает Библию, ведь это Его Божественное Слово». И уходила.
В пятницу произнесла проповедь. В субботу - тоже, утром и после обеда, так как Магда уехала посетить
группу. В воскресенье собралась в путь - в горы. Придя на остановку, искала грузовую машину, чтобы
поехать в далекое горное село. Туда автобус не ходил. Вот и нашла. В кузове, нагруженном мануфактурой,
было сделано углубление. В этом углублении сидело шесть человек - мужчины и женщины. Она попросилась
у шофера, чтобы тот ее взял. Он посмотрел на нее и сказал: «Не возьму. Машина перегружена». Тина начала
его просить и упросила, она быстро залезла в грузовик и присела. Шофер опустил брезент.
Когда уже ехали по горным дорогам, попутчики начали спорить, что-то разбирать и сильно ругать Бога. Тина
их умоляла не ругаться. Один сказал: «В от какая святая. Можем тебя спустить в пропасть, когда поднимемся
по серпантину». Тина замолчала и молилась. Потом открыла брезент, потому что было жарко, она любовалась
прекрасными зелеными горами и горными цветами. И вдруг слышит голос, как раз в тот мом ент, когда
медленно на самый подъем поднялась машина, чтобы в следующую минуту спускаться вниз. Тина встала,
взялась за борт и посмотрела. Направо было углубление в скалу, стоянка, чтобы пропустить машину снизу, но
что же это? - они понеслись вниз, а снизу вверх полз грузовик. Она вновь четко услышала: «Прыгай».
Подумала: «Куда прыгать - в пропасть, на смерть?» Она вновь услышала: «Прыгай». И кто-то ее вытолкнул из
машины. Она падала вниз. Когда приземлилась, думала, что мертва или что это сон. Она смирно лежала,
крепко держа в руках сумку. Потом ущипнула себя. «Жива. Не сон. А что бы это значило? Что там наверху?»
Она потихоньку повернулась. У изголовья лежал острый камень. Встала на ноги. Они были как ватные.
Ничего не могла разобрать. «Так что же случилось?» Слава Богу, жива. Она начала благодарить Бога,
Который послал Ангела Своего для ее спасения. Она посмотрела вверх. Ей туда не вскарабкаться. Села и
подумала: «Если Господь меня спас, то Он позаботится обо мне и дальше». Она в детстве со школой каникулы
проводила в горах, часто видела, как спасатели с такой глубины веревкой вытаскивали людей. Подумала:
будут искать живых, если вверху авария.
«А если нет?» - зудил ей на ухо дьявол. «А если тебя выбросили из машины, то ты здесь погибнешь». Она
ответила невидимому: «Нет, не погибну. Меня спасет Господь из этого рва». Она стала ожидать. И вдруг
увидела, что сверху болтается спасительная веревка и виднеется свет фонаря. Она поймала веревку, закрепила
ее вокруг себя и почувствовала, что ее потянули медленно вверх. Она знала, как вести себя, когда ее тянули
вверх. Их этому физрук учил в горах, когда они отдыхали. И вот она наверху. Какой ужас. Кругом мертвые
тела из их машины, восемь человек, а второй грузовик в пропасти. Никто в живых не остался, кроме нее. Она
стоит, кругом нее спасатели и милиция. Тина смотрит на них и говорит:
- Меня спас Господь через моего Ангела Хранителя. Начальник милиции снял свой головной убор и сказал: -
Воистину вас спас только Бог.
Ее увезли в маленькую горную больничку. Пожилой в рач обследовал ее и сказал, что все в порядке, но нужно
хотя бы два дня полежать. А сенсационная весть неслась о том по всей области, в газетах писали, что молодая
девушка Тина одна спаслась в большой аварии в горах. Корреспондент в кавычки взял: «Она сказ ала, что ее
спас Бог». Тину ждали домой. Она вышла через день из больницы и пять километров шла пешком до горного
села, где жили старенькие муж с женой. Она проведала их, рассказала о том, как спас ее Господь, а также о
жизни церкви. Передала привет, гостинцы, литературу. Гостила у них три дня - и снова в путь. Они ее вывели
на горную дорогу, которая через десять километров доведет ее до горного селения, откуда много машин едет в
Мукачево.
Попрощались, и Тина скрылась за деревьями. Идя по горной лесной тро пе, вспомнила свое детство и не
заметила, как вошла в большое селение. Вот и машины. Она ждала автобуса и решила, что никогда не будет
упорно настаивать на том, чтобы ее взяли на машину, если шофер будет отказывать ей. Если бы она тогда
упорно не настаивала на том, чтобы он ее взял, то не пережила бы такого кошмара. А потом подумала: «(Но
не пережила бы и такого чудесного опыта спасения от смерти». Ей вспомнились слова 90-го псалма:
«(Господь - упование мое, Всевышнего избрал ты прибежищем твоим. Не приключ ится тебе зло, и язва не
приблизится к жилищу твоему. Ибо Ангелам Своим заповедает о тебе - охранять тебя на всех путях твоих ... »
Вот уже и город, пока она размышляла. Она сразу побежала к Магде, дяде Антону и Марии. Теперь Магда
жила у них на квартире. Тина рассказала, что сотворил Господь, как чудесно она была спасена. Все
благодарили за чудесное избавление Господа Сил.

Глава 14. Призванная к благовестию.


На второй день Тина пошла устраиваться на работу по объявлениям, где требовались уборщицы. Но и зд есь
ей везде отказали. И вновь по дороге домой она зашла к Магде. Приехал областной пастор Иван Васильевич.
Он предложил Тине, чтобы та поехала в Берегово и Мужиево, - работать с общинами там. Он сказал:
- У тебя есть справка от Всесоюзного Совета Адвентистов Седьмого Дня, и ты имеешь право в любой части
области работать библейским инструктором. Ты всю работу хорошо знаешь, и мы решили тебе предложить
поработать.
Тина с радостью приняла предложение. Уже на следующий день она поехала в Берегово. Здесь жило много
венгров. Так как Тина хорошо владела не только русским, но и украинским, чешским и венгерским языками,
она без труда смогла общаться на этой территории. Кроме того, девушка хорошо знала обычаи и нравы
венгерского народа. В Берегово, недалеко от города, жили две пожилые семьи.
Тина искала себе комнату и к вечеру очень устала, поскольку все ее поиски не увенчались успехом. Она
решила отдохнуть и села на лавочку на автобусной остановке. Вдруг возле нее присела рыдающая женщина.
Тина с участием спросила :
- Что с вами? Чем вам помочь?
- Ничем. Мне никто не может помочь. Я недавно похоронила единственную дочь, а теперь вот иду с
кладбища. Ей было всего двенадцать лет. Я не хочу идти домой. А вы куда едете?
- Никуда. Искала комнату и нигде не нашла. Решила сесть и отдохнуть.
- Так пойдем ко мне. Переночуешь у меня. Как тебя зовут?
- Тина.
- А меня зови тетя Катя. Мне сорок два года. А тебе сколько?
- Двадцать два, в июне будет двадцать три.
- Вот и зови меня тетя Катя.
- Пойдем, тетя Катя, домой.
- Пойдем, пойдем, - ответила та, утирая слезы.
Вскоре они пришли в очень уютный домик с тремя комнатами.
Вдруг тетя Катя вновь начала рыдать. Тина села возле нее, погладила по руке.
- Останься со мной жить, - неожиданно предложила тетя Катя, - Будешь мне за дочь. А то я вскоре сама,
наверное, пойду за дочерью.
- Останусь. Я вам буду платить за квартиру.
- Да что ты, дочка, даже не говори об этом. Только не покидай меня.
- Хорошо. Успокойтесь, тетя Катя, ложитесь и отдохните.
Она встала, постелила себе в комнате постель, а Тине в зале на диване. Так Тина устроилась на квартиру у
этой скорбящей матери. На следующий день Тина рассказала ей, во что она верит. Тетя Катя внимательно
слушала, потом сказала:
- Тина, ты каждый вечер будешь со мной читать и помогать мне изучать Библию. Я хочу больше узнать о
Боге, о спасении.
Тина с радостью пообещала ей ежедневно изучать Слово Божье. И пока тетя Катя была на работе, Тина все ей
перестирала, кругом убрала, во дворе подмела. Тетя Катя пришла домой, увидев порядо к, воскликнула:
- Спасибо тебе, дочка, за все.
В это время постучали в дверь. Пришли знакомые женщины, а также следом зашла ее сестра. Тетя Катя
представила их Тине. - Это моя старшая сестра - Лина. А это мои подруги - тетя Лена и тетя Юля. А это -
Тина. Она будет жить у меня на квартире.
Пока они в зале беседовали, тетя Катя попросила Тину сварить макароны и к ним чесночный соус. Тина все
приготовила, накрыла стол и пригласила гостей.
Через какое-то время сестра и знакомая ушли, осталась лишь тетя Лена. Женщины позвали Тину, чтобы та
сказала им что-то «Божественное». Девушка начала рассказывать им о чудесной Божьей книге Библии. Тетя
Лена со слезами слушала и в конце сказала:
- Давайте каждый вечер изучать эту чудесную книгу.
И теперь каждый вечер они втроем изучали Божественные истины. Через три месяца было первое крещение -
тетя Лена и тетя Катя заключили завет с Богом. Теперь в самом городе стало их трое, да еще в пригороде -
четверо. А на субботнем собрании присутствовало пятнадцать человек.
Тине прибавилось работы. Через шесть километров находилась небольшая церковь в Мужиево. Она начала ее
посещать через субботу. Там числилось пятнадцать человек. Небольшой молитвенный дом, фисгармония, на
которой никто не играл. Тина и проповедовала, и играла на фисгармонии. И так было через каждую субботу.
Многие приходили послушать проповеди девушки. Это было необычно, ведь в церквах проповедовали
мужчины. Для того, чтобы попасть из Берегово до Мужиево, надо было одолеть небольшую гору и проехать
еще некоторое расстояние. С двух ее сторон был насажен виноградник, а внизу сад. Иногда Тина встречала
извозчика, и тот довозил ее до места на телеге. В такое время она рассказывала ему об Иисусе и других
истинах Библии. Однажды на проповеди появился секретарь райкома, м ужчина лет тридцати пяти. После
богослужения он пригласил Тину на беседу.
В понедельник Тина пошла на прием. Секретарь спросил ее:
- На основании чего вы приезжаете и проводите богослужения в нашем районном городке?
Тина подала ему справку. Он прочитал, отдал ей обратно, потом сказал:
- Вы должны переехать сюда и прописаться у нас, и тогда вы сможете свободно работать в маленькой церкви.
- Хорошо, - сказала Тина, - Я передам ваши слова областному проповеднику.
- Вы действительно верите в Бога?
- Конечно верю. Я не только верю, я люблю Бога и во всем доверяю Ему.
- Я тоже с детства был научен верить в Бога. Но когда я осмыслил все, я перестал верить в какого -то
«невидимого Бога».
- Жаль, - ответила Тина, - ведь без веры в Бога в сердце одна пустота.
- Но ведь этот вакуум в моем сердце заполнило неверие.
- А разве может заменить неверие моральную пустоту?
- Пока я чувствую себя великолепно. Ведь я молод и силен.
Конечно, не знаю, как это отразится на мне в старости. Думаю, что будет все нормально. Попробуйте и вы
сделать такой выбор. Вы молоды, и зачем вам рисковать свободой? Придет время, когда не потерпит наша
власть, чтобы молодые люди занимались такими нелепостями, какими занимаетесь вы.
- Меня все время пугают. Что это за свобода вероисповедания, если я не имею права исповедовать то, чему
верю?
- Пожалуйста, исповедуйте. Вам никто не запрещает, но вы являетесь гражданкой СССР и должны выполнять
законы, правдивые законы нашей страны. Ладно, идите с Богом, договаривайтесь со своим проповедником -
переезжайте и работайте.
- Спасибо. До свидания.
Тина сразу поехала к областному проповеднику, и Иван Васильевич , подумав, сказал:
- Езжай в Мужиево, а в Берегово пошлем кого-то другого. Так попала Тина в Мужиево. И тогда она решила
проповедовать в разных селах. Она себе сделала график. Каждое воскресенье садилась на велосипед и
проезжала по восемь-десять километров. Заезжая в деревню, останавливалась у дома, где на лавочке по-
праздничному одетые люди сидели и беседовали. Она просила разрешения отдохнуть, и ей приносили
табуретку.
Отдыхая вместе с ними, она начинала говорить им об Иисусе. Беседа длилась часто от часу до двух.
Однажды она поехала в дальнюю деревню, за горным хребтом, в Боржаву. При въезде в деревню на пригорке
стояли две женщины. Когда Тина сошла с велосипеда, они подошли к ней и с радостью сказали:
- Мы ждем вас, зайдете к нам, умоетесь - и сразу на богослужение.
Тина очень удивилась этому, но послушалась их. Ведь она молилась: если в этой местности есть те, кто ищет
спасения, то чтобы Господь позаботился о встрече с ними. Они ей рассказали о том, что им пришло письмо,
что молодая женщина в белом приедет к ним в воскресенье в девять часов утра и им необходимо ее встретить.
Они продолжали:
- И точно, мы встретили вас в девять часов. Тина молчала. Потом спросила:
- Как ваша церковь называется?
Они ответили с улыбкой:
- Мы методисты, нас здесь восемьдесят человек. Церквушка небольшая. Здесь есть еще лютеране, их больше.
Вот они уже в церкви. Тину здесь ждали. Она проповедовала здесь, говоря о любви Божьей, о Его Слове. Ее
слушателями были в основном старики и лишь несколько людей среднего возраста. Проповедь никого не
оставила равнодушным, некоторые даже утирали слезы. После проповеди Тина спела еще несколько гимнов и
уже хотела уходить, но женщины, которые ее встречали, пригласили ее на обед. Девушка согласилась. Она им
сказала, что вегетарианка и что с удовольствием поест их вкусного домашнего хлеба и слив. Они так и
сделали. Через час к ним присоединились еще две женщины и пожилой ч еловек, дядя Данило, как он себя
называл. Он и сказал:
- Принеси книгу, которую мы тайно читаем.
- Которую? - спросила хозяйка.
- Давай, принеси обе книги.
Тина очень удивилась, увидев, что это за книги - «Великая борьба» и «Желание веков» Елены Уайт.
Дядя Данило спросил:
- Дочка, ты сегодня говорила о Христе, а нам казалось, что мы нечто подобное читали. И тогда мы решили
тебя спросить, читала ли ты эти книги?
- Да, читала.
- Значит, это провидение Божье. Мы решили просить тебя остаться с нами и ра ссказать нам всю истину.
Тина согласилась. Она до двенадцати часов ночи рассказала им вкратце библейские истины. Было очень
трогательно, когда все склонились и молились, благодаря за чудесное провидение Божье. Во время войны они
купили эти книги у одного юного миссионера, а теперь получили объяснение того, чего недопонимали. Утром
Тина уехала, а в следующую субботу на богослужение в Мужиево приехало пять человек из этой деревни.
Через некоторое время они присоединились к церкви. Тина радовалась, что Господ ь послал ее в эту деревню.
Она спрашивала их о том, были ли у них миссионеры раньше?
Но они ответили, что нет. Это было явно Божье провидение. «Мы сами задумались: что бы это значило?» -
говорили люди. Тина ответила:
- Это было явное провидение Божье, и мне вспоминается стих из Священного Писания, Притчи 16:9: «Сердце
человека обдумывает свой путь, но Господь управляет шествием его». В то утро я думала, какую деревню мне
посетить, во что одеться. И вдруг Господь положил мне на сердце ехать в вашу сторону и именно к девяти
утра, хотя я думала, что это рановато. Когда одевалась, хотела надеть черную юбку и голубую блузку, потом
вдруг решила, что надену белое платье. Разве моими мыслями и моим путем не руководил Господь?
- А мы об этом и не знали, - ответили они все вместе, - как это чудесно!
И вместе они прославили Бога пением, удивляясь мудрости и любви Творца. Этот опыт вдохновил Тину вновь
идти, но теперь уже в другую деревню. И вновь воскресенье, и вновь в пути. Тина пришла пешком в большое
село, которое располагалось среди прекрасных Карпатских гор. Ее пленила окружавшая красота. От свежести,
исходившей от лесов, которые покрывали горы, от ароматов цветов и от красоты вокруг Тина остановилась
как вкопанная. Она воскликнула: «Господи Боже, как величественно имя Твое по всей земле».
Она не заметила, что недалеко от нее стоял, опершись на палку, дедушка, смотревший вдаль. Он вздрогнул от
ее восклицания и спросил:
- Ты кто такая, что нарушаешь покой?
Тина перевела дыхание, подошла к нему и поздоровалась:
- Здравствуйте.
Он, прищурив глаз, оглядел ее недружелюбно и сказал:
- Здравствуй, здравствуй!
И наступила тишина. Потом дедушка спросил:
- Далеко держишь путь?
Тина ответила:
- К вам лично.
- Ко мне? Я не знаю тебя. Кто ты, откуда пришла? Кто пос лал тебя ко мне? - спросил он с удивлением.
- Меня прислал к вам Некто Великий с очень важной вестью.
- Кто именно?
- Спаситель Иисус Христос, наш дивный Творец.
Дедушка с любопытством посмотрел на Тину, потом улыбнулся и сказал:
- Присядем на травку и поговорим. Рассказывай, какую весть прислал мне Иисус Христос?
- Весть, которую прислал Иисус, несет в себе вечное спасение, вечную жизнь. Весть о спасении - это длинная
цепь, состоящая из отдельных частей, которые нужно разобрать постепенно. Они очень интересные, и вы не
пожалеете, если мы с вами каждое воскресенье будем их изучать на основании Библии.
- Заинтересовала ты меня, дочка. У меня есть много друзей.
Я думаю, что они с удовольствием послушают эти чудесные вести. Вставай. Пойдем ко мне домой.
Они встали с зеленого шелкового ковра. Потом шли молча огородами. Вошли в дом, их приветливо встретила
старушка. Выслушав дедушку Андрея, сказала:
- Посидите, я пойду приглашу своих подруг, твоих друзей и наших знакомых.
Она ушла. Дедушка Андрей посмотрел строго на Тину и сказал: - Готовься, чтобы рассказывала все дельно и
понятно.
Тина мысленно молилась, чтобы все преподать верно. Она просила Бога дать ей мудрость и знания.
Вскоре вернулась бабушка Соня с двумя пожилыми женщинами и молодой девушкой. Дедушка Андрей ткнул
в пол палкой и сказал властно:
- Рассказывай.
- Сегодня, - начала Тина, - познакомлю вас с вестями, которые будут предложены вам одна за другой. Это
весть об истинной Троице - Боге Отце, Боге Сыне и Боге Духе Святом. Потом поговорим о Божественном
Слове. Будем также говорить, откуда мы произошли, где находимся в потоке времени и куда идем, о
происхождении зла, о признаках последнего времени, о том, что ожидает человечество, о суде Божьем и
справедливости Его судов, о том, что Иисус Христос придет во второй раз, о великой любви Бога, о жизни
вечной и о Его Царствии. А теперь можете задавать вопросы, которые вас волнуют.
Дедушка Андрей спросил:
- Есть ли путь избавления от трудностей, несчастья, несправедливости? Где этот путь, ты знае шь? Расскажи.
Если сумеешь ответить, то станем тебя слушать.
Тина вспомнила о книге, которую недавно читала. Это была прекрасная иллюстрация того, где находится
выход из затруднений. И она сказала:
- Иногда буря повергает альпийского орла на землю в узкие ущелья гор. Грозные облака окружают эту
могучую птицу. Темные массы облаков отделяют орла от солнечных высот, где он устроил свое гнездо. Его
усилия освободиться от грозной стихии кажутся безуспешными. Он мечется туда и сюда, крича, и наконец
взмывает вверх, рассекая темные облака. Снова перед ним яркий солнечный свет, а тьма и буря остаются
далеко внизу. Мы можем быть окружены трудностями, малодушием и тьмой. Нас окружают лукавство,
несчастья, несправедливость, нас окружают облака трудностей, которые мы не можем рассеять. Непрерывно
мы боремся с обстоятельствами, но имеется один и только один путь избавления. Туман покрывает землю. За
облаками есть Божий свет. На крыльях могучей веры мы можем вознестись к солнечному свету Божьего
присутствия. В присутствие Того, Кто силен рассеять тьму, - печали, трудности, несправедливости и
страдания. Давайте прочитаем об этом в Библии, Слове Божьем. Тина открыла Псалом 35:5-10 и прочитала
следующие слова: «На ложе своем замышляет беззаконие, становится на путь недобрый, не гнушается злом.
Господи! милость Твоя до небес, истина Твоя до облаков! Правда Твоя, как горы Божии, и судьбы Твои -
бездна великая! Человеков и скотов хранишь Ты, Господи! Как драгоценна милость Твоя, Боже! Сыны
человеческие в тени крыл Твоих покойны: насыщают