Вы находитесь на странице: 1из 7

ВЕСТНИК ТОМСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

№ 364 Ноябрь 2012

ИСТОРИЯ
УДК 94(47+57)
В.Н. Кудряшев

ТРАНСФОРМАЦИЯ СЛАВЯНОФИЛЬСТВА В ПАНСЛАВИЗМ


КАК СМЕНА КОНЦЕПЦИИ РУССКОГО НАЦИОНАЛИЗМА

Исследуется постепенный переход славянофилов от идеи русской национальной идентичности к славянской идентичности.
Показана связь панславистской доктрины с подходами ранних славянофилов к пониманию русской нации и безусловному
включению в нее не только великорусского, но и белорусского и малорусского этносов. На материалах работ Н.Я. Данилев-
ского, В.И. Ламанского, А.А. Киреева доказывается абсолютизация идеи славянского объединения в качестве приоритетной
национальной идеи не только русского, но и других славянских народов. Одновременно отмечается сохранение классической
славянофильской линии, постепенно утратившей влияние.
Ключевые слова: славянофильство; панславизм; славянская федерация; национализм; культурно-исторические типы.

Славянофильский национализм носил рефлексивный народов [2. С. 28–29]. Говоря о славянском единстве,
характер, реагируя на вызовы времени. Интересы ран- И.С. Аксаков трактовал его как национальное, но не
них славянофилов были направлены на формирование государственное, т.е. субъектом данной общности вы-
русской нации на основе собственных духовных ценно- ступал русский народ, но не русское государство. Пуб-
стей и ограничение влияния чуждых европейских воз- лицист выступал за укрепление культурного, духовно-
зрений. Они считали важным обеспечить сохранение го, но не политического единства в рамках общесла-
России как русского национального государства, доми- вянского государства [3. С. 118–120].
нирование русского национального элемента. Для этого Отрицая стремление России к политическому до-
важно было обеспечить естественную ассимиляцию минированию в славянском мире, И.С. Аксаков болез-
других этнических групп и преодолеть конкуренцию ненно воспринимал выход славянских государств, об-
национальных проектов со стороны поляков и немцев. ретших независимость благодаря России, из-под ее
В начале 1870-х гг. в условиях активизации нацио- влияния и ориентацию их на Запад. Он неоднократно
нальных движений среди европейского славянства и упрекал политическую элиту Сербии и Болгарии в том,
резкого обострения ситуации на Балканах значительно что, установив союзнические отношения с западными
усилился интерес русских славянофилов к славянскому странами, они предают не Россию, но славянскую
движению. Было бы неверно говорить об обслужива- идею, будущее славянского мира: «Пусть наши братья
ющем по отношению к интересам внешней политики болгары и cербы спросят себя: хотят ли они продать
империи положении проектов славянофилов, но они это свое мировое призвание, свое сослужение во все-
реагировали на участие России в Восточном вопросе, ленско-историческом подвиге России – за блюдо чече-
чаще всего требуя усиления помощи освободительной вицы, предлагаемой им Западной Европой в виде “ев-
борьбе славян. Постепенно центр внимания славяно- ропейской цивилизации” и “европейского прогресса”»
фильской интеллигенции перемещается из России в [4. С. 681].
Восточную Европу. Славянофил считал, что для сохранения в качестве
Обращение И.С. Аксакова к вопросу о славянской самостоятельного народа славянам необходимо един-
принадлежности русского народа было регулярным. ство, которое недостижимо без обретения общего язы-
Признаки славянской идентичности, ее критерии Акса- ка. Публицист видел его не как замену национальным,
ковым практически не определялись. Речь шла о ду- но как язык межнационального общения [5. С. 161–
ховном родстве, единстве происхождения, но какие-то 162]. И.С. Аксаков писал о славянах как изгоях запад-
общие черты при этом не назывались [1. С. 4–6]. ного мира. Даже славяне-католики оставались «пасын-
Роль России в славянском мире выделялась как ками» для Рима. Поэтому славяне должны были по-
первенствующая в силу многочисленности русских, нять, что сохранение славянской идентичности требует
обладания ими государственностью. Однако за этим не от них освобождения из духовного плена латинства и
следовало требование доминирования России, какой- перехода в православие [6. С. 177]. Убеждение в ду-
либо подчиненности других славянских народов ее ховной чуждости и вредности католицизма для славян
интересам. Речь шла только о моральной ответственно- И.С. Аксаков сохранил и в работах 1880-х гг. Он
сти русских и Российского государства, которая долж- настаивал на торможении духовного развития славян-
на была выражаться в поддержке славянского освобо- ских народов, принявших католицизм. «Нет злейшего
дительного движения. врага для славянства, как папизм, ибо он противоречит
Между тем, как указывал славянофил, Россия не самому существу духовной славянской природы <…>
была в полной мере готова к роли лидера ввиду слабо- Латинствующий славянин только духовный прихво-
сти в русских национального духа, не дававшего им стень германо-романского Запада» [7. С. 559]. Поэтому
ощущения славянского единства. Русское правитель- будущее славянства связано с Россией, и ее лидерство
ство, идя за ложными целями, двигалось в русле определено сохранением православной духовности [7.
немецкой политики, предавая интересы славянских С. 566].

65
В поздних работах публициста заметно стремление должны были сохраняться как местные наречия и в
унифицировать русскую и славянскую национальную дальнейшем. По мнению ученого, подобная ситуация в
идентичность на основе православия. Он навязывал славянском мире делала возможным создание в буду-
православие представителям других славянских наро- щем единого этнополитического образования [9. С. 91].
дов как условие признания «настоящим славянином». В работах Ламанского очевиден сдвиг в направлении
Таким образом, не считая актуальной задачу создания признания славянства не просто как близкого по проис-
общеславянского государства, И.С. Аксаков разраба- хождению межнационального сообщества, но как фор-
тывал идею создания славянской нации [8. С. 4–5]. мирующейся единой нации. Это вносило коррективы и в
Данная тенденция смещения интереса от русской эт- представление о национальной идентичности.
ничности к общеславянской определила постепенную Наиболее решительный шаг в данном направлении
трансформацию славянофильства в панславизм. был сделан Н.Я. Данилевским. Контраст идей ученого
Обращаясь к этническим и этнополитическим про- с ранним славянофильством настолько значителен, что
цессам, В.И. Ламанский представил их как противосто- многие исследователи воспринимали его творчество не
яние и противоборство трех миров – романского, гер- как продолжение славянофильской традиции, а, скорее,
манского и славянского. В их рамках проходили про- как ее отрицание. Данилевский, определяя соотноше-
цессы этнической консолидации, находившиеся на раз- ние национального и общечеловеческого как видового
ной ступени завершенности, но позволявшие говорить (конкретного) и родового (общего), предлагал логиче-
о продолжавшемся формировании трех народностей: ское суждение о необходимости для определения родо-
романской, германской и славянской. Они становятся в вых признаков абстрагироваться от всех конкретных
работе Ламанского основными субъектами историче- черт данного вида. Однако при выходе на уровень рода
ской деятельности. По мнению ученого, объединение это приводило его к выводу о необходимости отказа от
народностей было прогрессивным процессом, так как всех важнейших черт или элементов, всех видов данно-
давало преимущества в конкурентной борьбе с други- го рода, а следовательно, к отказу от многообразия
ми мирами [9. С. 90]. Описывая общую этнополитиче- форм и максимальному упрощению. Тогда общечело-
скую картину современной ему Европы, Ламанский веческое не есть возвышение к совершенству или идеа-
отмечал как следствие интеграционных процессов об- лу, а наоборот, низведение до абсолютной простоты и
разование «политических видов», т.е. государств. примитивизма. Особые, отличные национальные черты
В германском мире – Англии и Германии, в роман- всегда являлись результатом многовекового развития
ском – Франции, Италии и Испании. Данные образова- народов, его культурного развития, духовных поисков.
ния видятся ему не как национальные государства, то Чем выше уровень развития народа, настаивал Дани-
есть политическая форма отдельной нации (народно- левский, тем более оригинальны и уникальны его
сти), а как сложившееся в результате определенных национальные черты. Следовательно, движение к об-
обстоятельств обособление части народности. Следо- щечеловеческому вело к деградации народа, прогресс
вательно, по логике Ламанского, чем меньше было гос- его возможен был только при национальном развитии
ударств в рамках мира – тем выше была степень его [10. С. 125, 128–129].
единства. Главным инструментом интеграции народно- Таким образом, ученый отрицал возможность даже
стей Ламанский видел формирование общего языка, идеального существования «общечеловеческой» циви-
который отграничивал «политические виды» в рамках лизации. Как некий идеал он соглашался бы принять
народностей [9. С. 14–15]. Таким образом, границы «всечеловеческую» цивилизацию, но ее черты должны
государств определялись пределами использования были слагаться из совокупности достижений всех су-
языка, и количество государств в рамках мира зависело ществовавших и будущих культурно-исторических
от количества языков [9. С. 17–18]. типов, что исключало ее даже абстрактное определение
Славянский мир позже других встал на путь консо- [10. С. 128–129].
лидации, он был более разобщен. Но его особенностью Предлагая теорию культурно-исторических типов,
было доминирование русского элемента. Только русские Данилевский сохранил свойственные гегелевской тра-
смогли создать устойчивое государственное образова- диции механизм исторического развития, принципы
ние, только русский язык мог претендовать на статус межнационального взаимодействия в исторической
всеславянского языка. Защищая данный тезис, Ламан- деятельности. Только сам процесс утратил всеобщ-
ский обращался к историческому опыту. Другие славян- ность и был заключен в границы отдельных типов. Те-
ские народы не смогли добиться успехов ни в государ- перь доминирование народов-творцов было ограничено
ственном строительстве, ни в литературе, поэтому их пределами родственных по языку и культуре этниче-
языки были обречены на статус локальных [9. С. 18]. ских групп. Также постулировалось существование
Кроме того, ученый настаивал на выходе русского языка неисторических народов, но ранее они вообще были
за рамки только великорусского: «…по своему проис- фоном деятельности исторических народов, теперь же,
хождению и образованию он есть общее достояние Ве- учитывая их большую вовлеченность в орбиту лидера
ликой, Белой и Малой Руси и по сильному в нем уча- культурно-исторического типа, а главное, наличие об-
стию древнеславянского элемента даже болгар и сербов» щих ценностей, данные народы также участвовали в
[9. С. 23]. Он полагал реальной перспективой превраще- прогрессе. Интересно и выделение «злых гениев»,
ние общерусского языка в общеславянский. Предвидя народов, так же как и творцы, неординарных, но спо-
сомнения других славянских народов, Ламанский под- собных только к разрушению.
черкивал добровольность использования русского языка Данилевский определял перспективы славянских
и длительность данного процесса. Славянские языки народов весьма категорично: либо они формируются

66
как культурно-исторический тип, достигая «высокого тических единиц», но смогли выстоять под давлением
смысла», либо они не будут иметь никакого смысла, и извне. У них уже сложилось «частнонародное и обще-
«…вся тысячелетняя этнографическая подготовка, вся славянское сознание» и при определенных обстоятель-
многовековая народно-государственная жизнь и борь- ствах они смогут создать свои государства [10. С. 130].
ба, все политическое могущество, достигнутое столь- Итак, Данилевский доводит до логического завер-
кими жертвами одного из славянских народов, есть шения эволюцию славянофильства в панславизм. Он
только мыльный пузырь, форма без содержания, бес- отказался от нации как самостоятельного историческо-
цельное существование, убитый морозом росток; ибо го субъекта. Нации у него – творцы истории и двигате-
цивилизация не передается (в едином истинном и пло- ли прогресса, но только в составе культурно-
дотворном значении этого слова) от народов одного исторических типов. Вне типов национальности утра-
культурного типа народам другого» [10. С. 130–131]. чивали способность к исторической деятельности и
Не сумев создать собственную цивилизацию и «стать становились объектом ассимиляции. Так и русский
на ступень развитого культурно-исторического типа – народ в его интерпретации должен был стать центром
живого и деятельного органа человечества», славяне славянского культурно-исторического типа, объединив
превратятся в этнографический материал, средство для все славянские народы. Альтернативой в условиях
достижения чужих целей для других народов, раство- продолжавшегося противостояния с германо-латин-
ряясь в них [10. С. 131]. Воздействие чужого культур- ским миром и очевидного усиления консолидации по-
но-исторического типа губительно для народа – он не следнего могло быть поглощение славянских народов.
может воспринять элементы иной сущности. Данилев- В результате русский народ как самостоятельный
ский считал основной чертой характера европейцев, участник исторических процессов исчезал в обоих слу-
«нравственным этнографическим признаком народа – чаях – растворившись в славянском мире либо погиб-
«насильственность», которую, в свою очередь, считал нув в германском.
результатом доминирования среди европейских наро- Центр тяжести национальных интересов переме-
дов чрезмерного индивидуализма, трактуемого ученым стился из самой России в Европу. Собственно и у ран-
как абсолютизация своего мнения и стремление навя- них славянофилов национализм был направлен на
зать его окружающим. Это сформировало чрезвычай- формирование ответа на вызов Европы, но как отраже-
ную агрессивность германо-романской цивилизации ние культурной экспансии в самой России. Теперь же
[10. С. 190–191, 197]. линия борьбы перемещалась на Балканы. Меняется и
Данилевский, отсылая к истории славянства, стре- характер противоборства. Вместо борьбы за сохране-
мится показать, как любое воздействие германо- ние национальных ценностей как основы будущего
романского типа деформирует природу славянских прогресса России речь идет о военном противостоянии
народов. Чехи и поляки более других испытали данное за контроль над землями юго-западных славян, где
воздействие, расплачиваясь тяжелой исторической должна возникнуть славянская федерация. Культурно-
судьбой. Россия в эпоху Петра I также стала объектом религиозные проблемы отходят на второй план и ста-
принудительной европеизации, что усложнило ее са- новятся лишь средством доказательства противопо-
мобытное развитие, но не смогло уничтожить народной ложности германского и славянского типов.
сущности [10. С. 132]. По мнению ученого, Россия, как Главной действующей силой у Данилевского вы-
и другие славянские народы, вне славянского союза не ступало государство. Он отказался от славянофильской
имела исторических перспектив. Противостояние с идеи разделения государства и народа. Государство
Европой неизбежно приведет к истощению ее сил, тесно связано с национальностью и практически отож-
утрате исторического предназначения и превращению дествлялось с ней как сила по созданию славянского
в этнографический материал для германо-латинского единства. Определяя общие положения теории куль-
мира [10. С. 436–437]. турно-исторических типов, ученый отметил важность
Поэтому для любого славянина «идея Славянства», политической независимости составлявших его наро-
т.е. создания собственного культурно-исторического дов. Он подчеркивал, что само зарождение нового типа
типа, «…должна быть высшей идеей, выше свободы, возможно только при данном условии [10. С. 6]. И да-
выше науки, выше просвещения, выше всякого земного лее Данилевский еще раз возвратился к необходимости
блага, ибо ни одно из них для него не достижимо без ее политической автономности народов как фактору,
осуществления, – без духовно, народно и политически определявшему разнообразие форм развития народов
самобытного, независимого Славянства; а напротив то- данного культурно-исторического типа [10. С. 68–69].
го, все эти блага будут необходимыми последствиями Сторонники идеи общемировой цивилизации счи-
этой независимости и самобытности» [10. С. 133]. Дани- тали важным элементом ее развития духовное и куль-
левский предлагал в задачах строительства славянской турное разнообразие народов, осуществлявших про-
федерации отказаться от славянофильского идеализма – гресс. Собственно это разнообразие и было одной из
«начал нравственности» – в пользу прагматизма, за что причин возможности совершенствования человечества.
был раскритикован Миллером, посчитавшим такой от- Данилевский подтверждал ту же мысль, но в рамках
каз отрицанием самих основ славянофильства, постро- механизма функционирования культурно-исторических
енного на православных идеалах [10. С. 273]. Славяне типов, делая акцент на первичности политической ав-
имели все необходимые потенции для формирования тономности народов: «…цивилизация, то есть раскры-
культурно-исторического типа. Крупнейший славянский тие начал, лежащих в особенностях духовной природы
народ – русский – имел свое политическое лицо, осталь- народов, составляющих культурно-исторический тип
ные славяне не составили еще «самостоятельных поли- под влиянием своеобразных внешних условий, кото-

67
рым они подвергаются в течение своей жизни, тем раз- ством. Да и сам ученый не скрывал, что федерация
нообразнее и богаче, чем разнообразнее, независимее должна быть на основе гегемонии России, при высокой
составные элементы, то есть народности, входящие в степени «сплоченности и единства» всех славянских
образование типа» [10. С. 106]. народов [10. С. 421].
Одновременно ученый предупреждал, что чрезмер- На уязвимость для критики идей русских панслави-
ное политическое раздробление могло стать негатив- стов обращал внимание О.Ф. Миллер, отмечая прева-
ным фактором, препятствуя консолидации сил данного лирование в их дискурсе позиции «старшего брата» по
типа. Критерием количества возможных государств отношению к другим славянским народам, которую
внутри типа он считал языковую близость. Если она не они не только не скрывали, но всячески старались до-
препятствовала свободному общению родственных казать как сторонникам, так и противникам [11. С. 80–
народов, они могли составить единое политическое 81, 93]. Сам Миллер постоянно подчеркивал необхо-
образование. Но Данилевский считал объединение в димость понимания и учета в высказываниях русских
одном государстве народов, относящихся к разным панславистов национальных чувств славян Австрии,
культурно-историческим типам, искусственным и Турции, обостренных политической зависимостью и
наносившим вред всем этническим составляющим та- угрозой полной ассимиляции. Поэтому единственным
кого объединения, поскольку оно неизбежно мешало вариантом сближения он видел равноправный диалог с
бы их стремлению реализовать сущности, определен- выработкой взаимоприемлемых форм межславянского
ные принадлежностью к своему типу [10. С. 108]. сотрудничества [11. С. 88–89].
Народности и национальности, как указывал Дани- Необходимо было избегать любой демонстрации
левский, составляли основу государственности, одно- превосходства русской национальности. Например, в
временно являясь причиной и целью его существова- вопросе о формировании единого языка Миллер не
ния. Защита народности составляла смысл государ- считал правильным подчеркивание безальтернативно-
ственной организации. Поскольку народность являлась сти выбора на эту роль русского языка. Он видел дан-
опорой государственности, Данилевский считал опти- ный процесс естественно-историческим, подобно рас-
мальным, когда одна народность составляла одно госу- пространению кириллицы как общеславянского алфа-
дарство. Но это не означало признание им права каж- вита, ставшего основой общеславянского литературно-
дой национальности на свое государство. го языка. Следовало смириться с длительностью и по-
Государство мог создать народ, осознавший себя са- степенностью реализации задачи языковой унифика-
мостоятельной личностью. Кроме того, историческая ции и избегать ее форсирования ради достижения по-
практика показывала важность необходимого стечения литических целей. Любое умышленное ускорение со-
благоприятных обстоятельств для реализации народом здания единого славянского литературного языка при-
своих государственных возможностей. Если в зону ис- ведет к разрыву с народными языками и превращению
торической деятельности вышедшего на стадию госу- его в искусственное образование.
дарственной организации народа попадали племена ме- Миллер называл абсолютно неверной и вредной по-
нее «зрелые», они входили составной частью в чужое зицию о нецелесообразности развития национальных
национальное государство и становились объектом ас- литератур, поскольку у них не будет сил подняться до
симиляции. Ассимиляция могла быть и обоюдной, если уровня мировых, в то время как уже имевшаяся русская
потенциал народов был сравним. В случае значительно- литература являлась таковой. Каждая народность
го превосходства в уровне развития народ мог включить должна была иметь возможность проявить свои спо-
в состав своего государства множество племен, ассими- собности и «возвыситься, если достанет сил, на степень
лируя их [10. С. 241]. Существование в рамках одного самостоятельного языка», но это не должно стать са-
государства нескольких осознавших себя народностей моцелью, ради которой растрачиваются напрасно силы
грозит неизбежными конфликтами и ослабляет его. народа [12. С. 410].
Определяя перспективы славянства, славянофилы Кроме того Миллер напоминал о приоритете, отда-
делали акцент на формировании этнокультурного вавшемся основоположниками славянофильства реше-
единства, не отрицая возможности каких-либо форм нию национального вопроса в самой России, прежде
политического единства, но не определяя его как реа- всего для русского народа. Между тем проблемы подъ-
лизуемое в близком будущем. Данилевский называл ема национальной культуры, образования, восстанов-
задачу создания славянской федерации актуальной и ления национальной духовности для русского народа
первостепенной. Всеславянская федерация должна бы- не утратили своей актуальности. Только решив их, он
ла включать не только славян, но и греков, румын, мог выступать интегрирующей силой в славянском
вхождение которых панславист считал спасением для сообществе [11. С. 89]. Ученый указывал на ошибоч-
этих народов. Также в будущее объединение должны ность использования термина «обрусение» по отноше-
были войти венгры [10. С. 395–397, 417]. нию к Западному краю и к славянам вообще. За этим,
Российская империя включалась в состав федера- по его мнению, могло скрываться навязывание русских
ции вместе с неславянскими народами, которых уче- национальных черт, поэтому следовало перейти к
ный рассматривал как «нейтральные единицы» и не принципу «славянизации», допускавшему естественное
ожидал какого-либо сопротивления с их стороны [10. влияние одного народа на другой. Также славянофил
С. 446–447]. Таким образом, за красивой вывеской сла- отрицал поиск каких-либо «старославянских начал»
вянской федерации в варианте Данилевского откровен- как универсальных черт, общих для всех славянских
но проглядывала Российская империя, выросшая в раз- народов. Их развитие должно было проистекать на сво-
мерах, но оставшаяся русским деспотическим государ- ей «национальной почве» [13. С. 75–76].

68
В славянофильской литературе 1870-х гг. очевидно В этом плане очень показательны труды А.А. Кире-
смещение акцента в вопросе о соотношении участия ева, взявшего на себя смелость изложить основные по-
Российского государства и общества в славянском зиции славянофильской доктрины в свете изменившей-
движении. Ламанский по-прежнему много внимания ся к концу 1870-х – началу 1880-х гг. внешне- и внут-
уделял необходимости развития в русском народе риполитической ситуации России. Киреев раскрывал
национального (теперь уже славянского) самосознания свое видение славянофильского учения посредством
для его превращения в лидера славянского движения. известной триады «православие – самодержавие –
Но основным субъектом в его статьях, и особенно в ста- народность». Уже само регулярное обращение к ней
тьях Данилевского, выступала Россия как государство. отличало его от ранних славянофилов, которые напря-
Требование сделать политику государства национальной мую не употребляли ее как формулу своей доктрины.
у ранних славянофилов означало необходимость внут- Кроме того, Киреев заметно сместил акценты в соот-
ренних реформ, теперь же оно относилось к внешней ношении элементов. Классическое славянофильство
политике Российской империи, приоритетом которой шло в выстраивании доктрины от понятия «народ-
должна была стать борьба за освобождение славянских ность», бывшего центром их внимания. При выделении
народов и их консолидацию. Корректировка интересов важнейшей роли православия они видели его именно
славянофилов в направлении панславизма и выход их за доминантой народности. Государство рассматривалось
рамки государства объективно изменили роль государ- автономным и зачастую противостоящим народности
ства в их планах и превратили его в главный инструмент элементом. Даже подчеркивая важность взаимодей-
создания общеславянского сообщества. ствия народности и государственности, славянофилы
Это вызывало тревогу не только у противников, но настаивали на первичности интересов нации, которые
и среди сторонников славянского движения. Пансла- государство должно было ставить во главу угла.
визм все более воспринимался ими как движение, под- Киреев выделял православие как самостоятельный,
чиненное экспансионизму Российской империи и са- автономный от народности и абсолютно главенствую-
модержавия. А.Ф. Гильфердинг, видя подобные щий элемент русской идентичности. Православие у
настроения, старался дистанцироваться от политиче- Хомякова не было связано с русской этничностью, но
ских целей в славянофильском движении и предста- оно было элементом духовности русского народа. Уни-
вить его как народное, общественное. Он настаивал на кальность русского народа заключалась в его миссии
предложении помощи европейским славянам от имени как носителя православия. У Киреева православие – это
русского народа, но не государства. Это было важно, религиозная общность, включавшая православную
поскольку славянофил осознавал неприятие большин- церковь и все православные народы, в том числе не-
ством славян русской государственно-правовой систе- славянские. Он неоднократно подчеркивал приоритет
мы как не соответствующей их пониманию об идеале православия над этническим и государственным един-
общеславянского государства [14. С. 143–144]. ством: «Мы, во-первых, сыны православной церкви, а
Ученый считал причиной ошибочного представле- затем уже русские и славяне…» [16. С. 52]. Греки-
ния о славянофилах как о политической партии, борю- православные были ему ближе, чем сограждане сла-
щейся за влияние на политику государства, прямую вяне, но католики (поляки) [17. С. 5].
экстраполяцию на российскую действительность евро- Государство у Киреева также обретает самодоста-
пейской общественной организации. Славяне, будучи точность по отношению к народности. Славянофилы
европейскими обывателями, не представляли, что воз- считали, что Россия возникла как духовно-религиозное
можно народное, общественное движение, обязанное единство, дополненное государственностью. Киреев
своим появлением пробуждению национального созна- писал, что самодержавие создало Россию и обеспечи-
ния и чувству солидарности с родственными народами вало ее единство, более того, самодержавие было эле-
[14. С. 148–149]. К тому же славяне, как и другие евро- ментом народного самосознания. Народность (этно-
пейцы, имели слабое представление о современной им графический элемент) приобретала характер обслужи-
России и ее народе, пользуясь полумифологическими вающий, она «служит опорой нашей веры и оберегает
образами и штампами [14. С. 152–153]. самодержавие» [Там же. С. 7]. При этом подчеркива-
В работах А.Ф. Гильфердинга, более, чем у других лась важность сохранения национальной самобытности
славянофилов, присутствовал реалистичный подход к как условия существования и развития народа. Защита
славянскому движению. Будучи лично осведомленным самобытности не должна была вести к враждебности к
о настроениях среди европейских славян, он старался остальному человечеству [Там же. С. 8].
показать сложности и проблемы, противоречия между Именуя себя «православным националистом», Ки-
славянами, которые необходимо преодолевать. Анали- реев отмечал, что идеалы и принципы со временем ме-
зируя состояние славянского движения в Австрии, сла- няются, в результате базовые понятия славянофилов
вянофил указывал на его неоднородность и противоре- требуют корректировки [18. С. 96]. Он фактически
чивость целей. Каждый из славянских народов имел предлагал перенести понятие «народ» с русского этно-
собственную позицию, не совпадавшую, а часто проти- са на «племенную федерацию» славян. Таким образом,
воречившую программам других славян [15. С. 132– и трактовка «народности» приобретала бы характер об-
135]. Таким образом, О.Ф. Миллера и А.Ф. Гильфер- щеславянской идентичности [19. С. 150]. Собственно для
динга можно считать продолжателями классического себя Киреев данную корректировку уже произвел, четко
славянофильского дискурса, но очевидно, что опреде- ориентируя национализм не на интересы русского народа,
ляющей стала тенденция к его трансформации, оконча- а на общеславянские интересы. Сам же русский народ
тельно определившаяся в 1880-х гг. рассматривался всегда как часть славянства, защита кото-

69
рого наряду с охранением православия составляли его сфере государственных интересов России и напомина-
всемирно-историческое значение [20. С. 122]. нием о конкуренции со стороны других экспансионист-
Славянофил указывал на развернувшуюся в Евро- ских планов. В случае неспособности России влиять на
пе борьбу народов за обретение национального един- славянские государства и народы лидерство может пе-
ства в рамках суверенных государств. Дискутируя с рейти к Австрии или Германии [23. С. 133].
Леонтьевым, видевшим в национальном движении Теоретическим обоснованием панславизма стано-
проявление революционного хаоса, Киреев считал вится постепенный переход славянофилов от идеи
реализацию «принципа народности» прогрессивным, русской национальной идентичности к славянской
исторически обусловленным явлением [21. С. 90–91]. идентичности. Славянофилы фактически отказывают-
По мнению славянофила, Россия, борясь за славян- ся от категории нации и расширяют понятие народно-
скую свободу на Балканах, реализовывала «принцип сти до языковой группы. Но некоторые пытались од-
народности», понимаемый им как интеграция славян. новременно оперировать понятием «народность»,
Он видел прямую аналогию между славянским дви- подразумевая нации и группы родственных народов.
жением и борьбой Германии и Италии за националь- Так, Киреев, определяя цели славянского движения,
но-государственное единство [19. С. 149–150]. Но при оговаривал, что понятие «народ» будет расширяться
этом неоднократно повторялся тезис о постепенном и до размеров племенной федерации, тем самым созда-
добровольном объединении славян в федерацию, с вая возможность его использования по отношению ко
сохранением национальной самобытности и полити- всему славянскому сообществу. Но при этом его фор-
ческого суверенитета. При этом исключалась какая- мирование рассматривалось по аналогии с историей
либо дезинтеграция России, т.е. в славянскую федера- национального объединения Германии или Италии,
цию она должна была войти вместе с многочислен- что позволяло видеть целью панславистов образова-
ными неславянскими народами, судьба которых никак ние гораздо более тесного этнополитического един-
не оговаривалась [Там же. С. 150]. ства в рамках общего государства.
Сомнения в искренности заявлений о неприкосновен- Ламанский попытался устранить это противоречие,
ности культурной и государственной автономности сла- рассматривая в качестве субъектов этнических процес-
вянских народов в рамках федерации возникают в связи с сов не отдельные народы, а миры: славянский, романо-
непреклонным убеждением Киреева в безальтернативно- германский. Таким образом, в его работах взаимодей-
сти самодержавия для славянских народов как един- ствовали и противостояли равнозначные этнические
ственно приемлемой формы государственности, а право- образования. Логическим развитием стала теория куль-
славия – как духовной основы. Эти элементы, бывшие турно-исторических типов Данилевского, которые, по
для славянофилов чертами русской национальной иден- мнению Милюкова, заменили категорию «народность»
тичности, объявлялись универсальными и обязательными [24. С. 19–20].
чертами общей славянской идентичности. Публицист Возможности для подобной интерпретации нацио-
оговаривал, что речь не идет о насильственном вхожде- нализма были заложены в подходах ранних славянофи-
нии в Российское государство или навязывании религии, лов к пониманию русской нации. Они изначально
но республиканизм, конституционализм и католицизм включали в нее не только великорусский, но и бело-
рассматривались как чуждые славянскому духу явления, русский и малорусский этносы, категорически отказы-
ставшие результатом враждебного европейского влияния вая им в возможности становления как самостоятель-
[20. С. 125–126]. Таким образом, цивилизационное проти- ных наций. Малорусский и белорусский народы вос-
востояние с Европой теперь выходило за пределы Рос- принимались как неисторические, т.е. неспособные к
сийской империи. Киреев видел задачей России борьбу с самостоятельному историческому бытию. Их будущее
европейским влиянием в молодых славянских странах связывалось с развитием в рамках единого государства
[Там же. С. 126–127]. на основе великорусской языковой и культурной тра-
Говоря о необходимости придания российской по- диции, объявленной универсальной и общерусской.
литике национального характера, славянофил подразу- При этом допускалось сохранение народных языков
мевал ее ориентацию на защиту славянских народов, как местных говоров и культуры как фольклорного
сохранение их религиозной и национальной самобыт- элемента.
ности. В ответ на замечание оппонентов о несовпаде- Фактически панслависты применили данные
нии государственных интересов России и балканских принципы, распространив их на все славянские
славян, так как политика государства должна была народы. Отметая обвинения в стремлении распро-
ориентироваться на интересы собственного народа, он странить российскую государственность на все сла-
обращается к славянофильскому тезису о первичности вянские народы и постепенно их русифицировать,
нации перед государственностью [22. С. 150]. Однако в славянофилы подчеркивали исключительно добро-
данном случае под нацией понимается славянская вольный характер длительной и постепенной эволю-
общность. Следовательно, Российское государство ции славянства к более тесному единству. Но одно-
должно защищать балканских славян. При этом защити- временно они не скрывали приемлемости для славян
тельные функции России не должны были ограничи- только самодержавного государства и православия,
ваться Русской православной церковью, а подразумева- трактуя любые иные формы как воздействие чуждой
ли защиту православия и православных и вне пределов европейской традиции, распространение которой
Российского государства [23. С. 128]. Призывы к брат- гибельно для славянской идентичности. Вместе с
скому единству славян сочетаются у Киреева со вполне идеей необходимости обретения славянами общего
империалистическими рассуждениями о Балканах как литературного языка, роль которого мог играть

70
только русский язык, это означало неизбежность ции в рамках отдельных народов и собственных наци-
универсализации общественной организации, духов- ональных государств. Защищая право славян на само-
ных ценностей на основе русских. стоятельное историческое развитие, они считали его
Преувеличенным выглядело в восприятии славяно- возможным только в условиях объединения с русским
филов стремление славян к единству. Они не желали народом, объясняя данный формат враждебным окру-
рассматривать национально-освободительное движе- жением и фактически повторяя тезис своих противни-
ние славян как стремление к национальной консолида- ков о неисторичности славян.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аксаков И.С. Славянский обзор газеты «День» № 1, октябрь 1861 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова, 1886. Т. 1. С. 3–9.
2. Аксаков И.С. Передовая статья газеты «День» 28 марта 1864 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова,1886. Т. 1. С. 27–35.
3. Аксаков И.С. Передовая статья газеты «Москва» 25 января 1867 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова,1886. Т. 1. С. 117–122.
4. Аксаков И.С. Передовая статья газеты «Русь» 19 октября 1885 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова, 1886. Т. 1. С. 671–682.
5. Аксаков И.С. Передовая статья газеты «Москва» 2 августа 1867 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова, 1886. Т. 1. С. 159–165.
6. Аксаков И.С. Передовая статья газеты «Москва» 18 ноября 1867 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова, 1886. Т. 1. С. 173–178.
7. Аксаков И.С. Передовая статья газеты «Русь» 15 ноября 1883 г. // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова, 1886. Т. 1. С. 552–569.
8. Аксаков И.С. Как понимает остзейский немец идеал России // Собр. соч. : в 7 т. М. : Тип. М.Г. Волчанинова, 1887. Т. 6. С. 3–8.
9. Ламанский В.И. Национальности итальянская и славянская в политическом и литературном отношениях. СПб. : Тип. А.А. Краевского, 1865.
92 с.
10. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения Славянского мира к Германо-Романскому. СПб. :
Тип. братьев Пантелеевых, 1895. 629 с.
11. Миллер О.Ф. Русско-славянский вопрос и начало народности // Славянство и Европа. СПб. : Тип. Г.Е. Благосветлова, 1877. С. 79–113.
12. Миллер О.Ф. Речь в Славянском собрании 11 марта 1875 года // Славянство и Европа. СПб. : Тип. Г.Е. Благосветлова, 1877. С. 407–410.
13. Миллер О.Ф. Письмо к г. Спасовичу // Славянство и Европа. СПб. : Тип. Г.Е. Благосветлова, 1877. С. 72–78.
14. Гильфердинг А.Ф. Взгляд западных славян на Россию // Россия и славянство. М. : Институт русской цивилизации, 2009. С. 143–156.
15. Гильфердинг А.Ф. Славянские народности и польская партия в Австрии // Россия и славянство. М. : Институт русской цивилизации, 2009.
С. 129–142.
16. Киреев А.А. Ответ «Австрийскому славянину» // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 52.
17. Киреев А.А. Сущность славянофильского учения // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 5.
18. Киреев А.А. Славянофильство и национализм // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 96.
19. Киреев А.А. Наши противники и наши союзники // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 150.
20. Киреев А.А. В защиту «братушек» // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 122.
21. Киреев А.А. Народная политика как основа порядка. Ответ г. Леонтьеву // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 90–91.
22. Киреев А.А. Ответ комментатору современной летописи «Русского обозрения» // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 150.
23. Киреев А.А. Россия и славяне // Соч. М. : Издание А.С. Суворина, 1912. Ч. 2. С. 128.
24. Милюков П.Н. Разложение славянофильства: Данилевский, Леонтьев, Вл. Соловьев. СПб., 1893. С. 19–20.

Статья представлена научной редакцией «История» 10 июня 2012 г.

71