Вы находитесь на странице: 1из 304

Новокузнецкий институт (филиал) ФГБОУ ВПО

«Кемеровский государственный университет»


Научно-исследовательская лаборатория
традиционной культуры
и песенного фольклора Кемеровской области

ПЕСНИ О НЕВОЛЕ
(Серия «Фольклор Кемеровской области»)
Составитель Трубицына Виктория Викторовна

Новокузнецк
2016
УДК [398.87:343.81](075.8)(571.17)
ББК 82.3(2Рос-4Кем)-008я7
П28
Выполнено в рамках работ по проекту «Человек в меняющемся мире.
Проблемы идентичности и социальной адаптации в истории и со-
временности» (грант Правительства РФ П 220 № 14.B25.31.0009).
Издание осуществлено при финансовой поддер-
жке Новокузнецкого городского отделения Обще-
российской общественной организации «Россий-
ский Союз ветеранов Афганистана».
Составление, вступительная статья и примечания:
Трубицына В. В. − кандидат филологических наук, доцент кафедры
русского языка и литературы Новокузнецкого института (филиала)
Кемеровского государственного университета.
Рецензенты:
Функ Д. А. – доктор исторических наук, профессор, заведующий ка-
федрой этнологии исторического факультета Московского государ-
ственного университета имени М.В. Ломоносова;
Чайковская Е. Н. – кандидат педагогических наук, руководитель
Центра языков и культур народов Сибири Новокузнецкого институ-
та (филиала) Кемеровского государственного университета.
Песни о неволе: хрестоматия / сост., предисл., прим. В. В. Тру-
бицыной. – Новокузнецк: Типография ООО «Лотус-Пресс»,
2016. – 304 с. – (Фольклор Кемеровской области). – 200 экз.
В хрестоматии впервые представлены образцы пенитенциарного
песенного фольклора жителей Кемеровской области, записанные в
ходе фольклорных практик студентами и преподавателями НФИ Кем-
ГУ (ранее КузГПА, НГПИ) с 1980 по 2014 г. Примечания к текстам со-
держат необходимые сведения о собирателях, исполнителях (инфор-
мантах), месте и времени записи текста, библиографию.
Издание предназначено студентам в качестве учебного пособия
для занятий по дисциплинам «Устное народное творчество», «Фоль-
клор» и «История русской литературы», но будет интересно также
фольклористам, историкам, краеведам, этнографам, работникам куль-
туры, преподавателям и учителям, а также всем любителям русского
фольклора.

© Трубицына В.В., сост., предисл., прим., 2016


ПРЕДИСЛОВИЕ
Фольклорные песни о неволе получили широкое распростра-
нение на территории Кузбасса, что объясняется историческим
прошлым самого края. По территории современной области начи-
ная с 1735 г. проходили два участка Московско-Сибирского тракта:
Тобольско-Томский (в настоящее время сс. Проскоково, Мальцево,
д. Зеледеево и с. Варюхино) и Томско-Красноярский (сс. Ишим, Ко-
лыон, Почитанка, Берикуль, Подъельники, п. Кийский, с. Суслово,
пгт. Тяжинский и Итатский). Это был знаменитый кандальный путь,
по которому в Сибирь по этапам передвигались ссыльные и осуж-
денные на каторжные работы.
В первой четверти XIX века, когда территория Кемеровской
области входила в состав Томской губернии (Кузнецкий уезд, Колы-
ванский (с 1856 г. Мариинский) округ), резко увеличивается коли-
чество ссыльных в Сибирь. Томский деревянный острог заменяется
в 1836-1839 гг. трехэтажным каменным губернским тюремным
замком, рассчитанным на 500 человек и стоящим за городом в
районе Московско-Сибирского тракта. Приток арестантов увеличи-
вается во второй половине XIX века в связи с открытием каторги на
о. Сахалин (1869 г.) и строительством каторжной тюрьмы под Ир-
кутском (1873 г.), более известной как Александровский централ, а
позднее и Александровской пересыльной тюрьмы (1889 г.), через
которые стала проходить основная масса заключенных и ссыльных,
отправляемых в Иркутскую губернию, Якутскую и Забайкальскую
области. В последнее десятилетие XIX века в Томском губернском
правлении было создано тюремное отделение, «в ведении которо-
го находилось шесть тюремных замков, в том числе Мариинский и
Кузнецкий, Томская центральная пересыльная тюрьма, Томское ис-
правительное арестантское отделение, этапы и полуэтапы» (История
Кузбасса 2006: 95). Естественно, что беглые каторжники и бродяги,
количество в Сибири которых неумолимо росло, оседали и на терри-
тории современной Кемеровской области. Состав ссыльных, отбы-
вавших наказание в каторжных тюрьмах и на поселении, и бродяг
был необычайно разнообразен: «уголовники, казнокрады и другие
преступники, преследуемые властями старообрядцы и сектанты,
3
политические противники самодержавия – разночинцы, зачинщи-
ки крестьянских бунтов, позднее – участники пролетарского движе-
ния» (Русские…1997: 35), что объясняет и пестроту арестантского
песенного материала.
В XX веке сеть исправительно-трудовых лагерей ГУЛАГа плот-
но покрывает Кузбасс по причине его промышленной значимости.
На территории Кемеровской области в период с 1929 по 1960-е гг.
действовали восемь ИТЛ (Сибирский, Горношорский, Кузбасский,
Кемеровожилстроя, Северо-Кузбасский, Южно-Кузбасский, Томь-
Усинский, Араличевский) и Особый лагерь № 10 (Камышовый),
четыреста лагерных подразделений, через которые прошло поряд-
ка 2,5 млн. человек. В лагерях пребывал контингент, осужденный
по ст.58, наиболее «тяжеловесной» из всего УК РСФСР, сроком от
трех до двадцати пяти лет. Заключенные содержались при более
строгом режиме, нежели в колониях, и были задействованы на са-
мых тяжелых направлениях производственной деятельности, где ни
вольнонаемные, ни колонисты использоваться не могли. Большая
часть осужденных после окончания срока оставалась на поселении
в области. К этой категории репрессированного населения можно
добавить спецпереселенцев, которые заселяли Кемеровскую об-
ласть начиная с 30-х годов («кулаки», «деклассированные элемен-
ты») и в 40-50-е годы («этнические выселенцы»: немцы, литовцы,
латыши) фактически без возможности покинуть вынужденное мес-
то жительства. Спецпереселенцы были практически бесправны в
трудовом отношении и работали на шахтах, рудниках, стройках, ме-
таллургических заводах и лесозаготовках по увеличенным нормам
по сравнению с вольным населением, помимо этого «на этапе все-
ления и первоначального обустройства положение спецпереселен-
цев, доставлявшихся в таежные зоны, где чаще всего не имелось
никаких площадей, освоенных человеком, было чем-то средним
между положением первобытных людей, отшельников, отвергну-
тых обществом, и положением заключенных» (Папков 2012: 99).
Состав заключенных лагерей и спецпереселенцев так же, как и в
XVIII – начале XX века, отличался пестротой: уголовники, крестьяне,
священнослужители, творческая интеллигенция, ученые, военные,
служащие, рабочие, ремесленники.

4
Уникальность территории заключается и в том, что и «до на-
стоящего времени за Кузбассом сохраняется печать края лагерей
и колоний, где наблюдается вредная для населения перенасыщен-
ность колониями (до 10 тыс. человек ежегодно после освобождения
остаются в городах и районах Кемеровской области)» (Принудитель-
ный…1994: 5).
Пенитенциарная система царской России и СССР создала
особую среду для возникновения и бытования соответствующего
песенного фольклора: песен о неволе, различных по своему проис-
хождению, содержанию и художественным особенностям.
Прежде всего, это старинная народная лирика: разбойничьи
и тюремные песни. Их обычно определяют как «песни крестьян,
ушедших из деревни» (Костюхин 2004: 254) или песни «социально-
го содержания» (Зуева, Кирдан 2002: 297), имея в виду, что они со-
здавались в русле крестьянской фольклорной поэтики, но охватыва-
ли иные темы и постепенно отходили от традиционной образности.
Так, в разбойничьих песнях «удалец» грабит и убивает богатых,
но в восприятии крепостного крестьянина вовсе не является злоде-
ем, хотя и обречен на страдания. По Е.А. Костюхину, «излюбленная
ситуация разбойничьих песен – грустные размышления разбойни-
ка о своей участи, обычно – ночь перед казнью», а «предсмертный
монолог – самая распространенная форма песен» (Костюхин 2004:
254). Родной стихией для разбойника является природное вольное
пространство: темный лес, сине море, зеленая дубровушка, речка
быстрая, поэтому, оказавшись в неволе «в земляной тюрьме, за ре-
шетками, за железными дверями, за висячими замками», он стре-
мится вернуться на свободу. Фольклорный песенный образ вызы-
вал симпатию и сочувствие крепостного крестьянства, потому что
в нём виделись порыв к воле и протест против закона правящего
дворянского сословия.
Тюремные (или арестантские) песни наследовали созданный
образ «молодца во неволюшке», правомерность сочувствия к ге-
рою-преступнику, которое проявлялось в умалчивании характера
его преступления, и само по себе означавшее протест против пра-
вительственной власти. В то же время среди разбойничьих и тю-
ремных песен есть примеры осуждения преступления как такового

5
и демонстрация раскаяния преступника, отвержение его семьей,
общиной. М. Ю. Чотчаева объясняет двойственное отношение кре-
стьян к закону их бесправным положением в крепостной России:
«Они не были против закона вообще, неизменно применяя его,
если преступления совершались в их среде. Но они не считали пре-
ступниками тех, кто нарушал закон, защищавший барина» (Чотча-
ева 2007: 194). С. И.  Красноштанов и В. С.  Левашов объясняют
двоякое отношение родителей и возлюбленной к узнику (отречение
и помощь) в песенном сюжете «отношением певцов к персонажам
песни» (Русские…1997: 35-36).
Народная тюремная песня имеет достаточно устойчивый на-
бор образов, мотивов и сюжетных ситуаций, которые в дальнейшем
заимствовались поэтами XIX века при создании стихотворений о не-
воле. Как справедливо отмечает А. Н. Лозанова, «общими местами
содержания тюремных песен» являются описание «мрачной тюрем-
ной обстановки, изображение душевных переживаний молодца,
его тоски по воле» (Лозанова 1955: 435). Типичные адресаты ли-
рического обращения героя – мать, отец, жена или возлюбленная
девушка. Они могут навещать молодца, предпринимать попытки ос-
вободить (выкупить) невольника или, напротив, отказаться от пре-
ступника. Иногда герой обращается к природным стихиям (ветер,
тучи, дождь, солнце) или птице (жаворонок, сокол, соловей, голубь),
символизирующим свободу, волю, с просьбой об освобождении или
сочувствии. В отдельных песнях возникают мотивы пути в тюрьму,
к месту наказания, собственно казни и связанные с ними образы
конвоира, жандарма и палача. Обращение героя к матери и жене в
таком случае содержит просьбу задобрить палача подарками. Исход
песни может быть как благополучным – герой осуществляет побег
из тюрьмы, так и печальным – смерть героя.
Каторга и ссылка породили соответствующие разновидности
песен: песни этапа, кандальные, острожные, каторжные, ссыль-
ные, бродяжьи. Составители сборника «Русские народные песни
Сибири и Дальнего Востока» С. И. Красноштанов и В. С. Левашов
выделяют среди «старинных» тюремных песен «острожные» и «бро-
дяжнические» циклы; в «острожных» песнях Сибири исследователи
отметили те же мотивы, которые характерны для общерусских тю-

6
ремных песен. «Бродяжнические» песни, посвященные «преиму-
щественно изображению горемычной доли беглеца», по мнению
составителей сборника, следует признать собственно Сибирскими
(Русские…1997: 35-36). Именно в этих песнях Сибирь прямо упо-
минается как место ссылки и становится постоянным топонимом
песни.
Подобная разноголосица в определении вида «старинных»
песен о неволе, на наш взгляд, решается классификацией, предло-
женной ещё в 70-е годы прошлого столетия известной исследова-
тельницей русского фольклора Н. П. Колпаковой. В пределах тюрем-
ного цикла она выделила две тематические подгруппы: тюрьма и
ссылка, а в текстах каждой из подгрупп – основные ведущие сюжет-
ные мотивы: «Тюрьма: 163. Быт и думы арестанта. 164. Возмуще-
ние, социальный протест. 165. Арестант и его семья. 166. Арестант
и его любимая. 167. Девушка-арестантка. 168. Выкуп из тюрьмы.
169. Подкуп палача. 170. Казнь в тюрьме. Ссылка: 171. Каторга.
172. Бегство с каторги. Бродяжничество» (Колпакова 1977: 93).
XIX век характеризуется разработкой темы неволи в книжной
поэзии. Ключевая для тюремной народной песни оппозиция воля/
неволя органично вписывалась в двоемирие поэзии романтиков:
социальной и экзистенциальной несвободе человека в реальном
мире, описываемой в образах замкнутого пространства тюрьмы,
сырой темницы, решётки, оков, противопоставляется воля просторов
небес, дикой степи, синего моря. Изначальная ориентированность
на народные песни стихотворений А. С. Пушкина и Ю. М. Лермонто-
ва одноимённого названия «Узник» стала основанием их скорой и
широкой фольклоризации. Волею исторических обстоятельств «тю-
ремная» песня окончательно утверждается в русской лирике твор-
чеством поэтов-декабристов (В. К. Кюхельбекер, А. И. Одоевский,
В. Ф. Раевский, Ф. Н. Глинка), пополнивших и народный песенный
репертуар.
Во второй половине XIX века на фоне общей тенденции про-
заизации лирики «тюремная» песня литературного происхождения
восприняла жанровые черты баллады, такие как сюжетность, отры-
вистое повествование, драматический диалог, таинственность, не-
редко трагическая развязка. В основе сюжета чаще всего история

7
побега из тюрьмы, каторги, ссылки. Балладная разработка тюремных
песен по образцам литературных получает активное развитие в фоль-
клоре. Примером фольклорной трансформации литературного жанра
служит широко известная песня-баллада о московском разбойнике
Ланцове, совершившем побег из неприступной башни московской
тюрьмы.
Другой, близкой к балладе жанровой формой, в которую об-
лекается тюремная песня в литературе и по её образцам в устном
народном творчестве, является романс. В тюремном романсе сю-
жетообразующим мотивом выступает любовь-измена. Такова на-
родная песня «Осыпаются листья осенние…» на стихи С. Ф. Рыскина
«Бродяга» (1888). Узник бежит из тюрьмы, чтобы «обнять милую жё-
нушку», «заснуть у неё на груди», но «напрасны» все усилия побега:
«милая жёнушка / У другого лежит на груди». Две стилевые линии
скрещиваются в «тюремном» романсе, создавая лиро-эпическую
модальность: картина осеннего леса, ночного пейзажа, описание
судьбы узника («Я в тюрьме за решёткой сижу»), его душевного со-
стояния в заточении («Вот забилося сердце тревожное»), наконец,
история побега несут черты литературного нарратива, тогда как
уменьшительно-ласкательные лексемы решёточка, дальна сторо-
нушка, жёнушка, песенные повторы, рефрены отсылают к народной
песенной стилистике. Романсная форма проникает в народные тю-
ремные песни предреволюционного времени: «Зачем я встретился
с тобою,/ Зачем я полюбил тебя?/ Ах, мне назначено судьбою/ Идти
в Сибирские края!». Тюремный мотив включают ямщицкие песни,
например, распространённая в России песня «Это было давно, год
примерно назад», которая содержит рассказ ямщика о трагической
гибели девушки, бежавшей из тюрьмы.
Стихотворно-песенные опыты поэтов-декабристов и народ-
ников-демократов послужили примером использования контекста
тюремной песни для революционной агитации и дискредитации
существующего политического режима. Одним из факторов, обусло-
вивших обоюдное влияние собственно тюремного фольклорного и
литературного политического пласта русской песенной культуры в
конце XIX – начале XX века стало взаимодействие носителей этих
традиций: каторжан-уголовников и политических ссыльных. Волна

8
политических репрессий в связи с революционным народным дви-
жением обусловила новый подъём в истории «тюремной песни».
Как нельзя лучше поэтика тюремных народных песен с её то-
посами тюрьмы, ссылки, этапа, каторги соответствовала реалиям
репрессивных практик царской России по отношению к политза-
ключенным, а образ невинной жертвы закона соответствовал мо-
дальности политической лирики. Правда, наряду с традиционными
в структуре песни появляются и новые элементы. Например, может
чётко обозначаться мотив преступления узника тюрьмы, который
в предшествующей традиции обычно умалчивался или подавался
смутным намёком, поскольку в новых песнях этот мотив был поли-
тическим («Я от мира с челобитной / К самому царю пошёл» («Доля»
С.  Синегуба, 1873). Он коррелирует образ узника как невинной
жертвы.
В песнях появляется развёрнутое описание сурового тюрем-
ного быта, в условиях которого героической, хотя и безуспешной,
представляется попытка бегства узника, а особое внимание уде-
ляется сценам гибели (расстрела) героя. М. Л. Лурье отмечает, что
«тюремное заключение, каторжные работы или, по меньшей мере,
ссылка считались обязательным элементом политической биогра-
фии революционера, и его песенный образ - это, прежде всего,
образ человека, принимающего страдания и гибель от руки влас-
ти», и приводит в пример некрасовскую цитату «Ему судьба готовила
/ Путь славный, имя громкое / Народного заступника, / Чахотку и
Сибирь» («Кому на Руси жить хорошо») (Лурье 2010: 4).
Таким образом, литературные песни о неволе, в свою очередь
подвергшиеся фольклоризации, оказывали влияние на «склад» тю-
ремной фольклорной песни, в которой, с одной стороны, всё больше
звучали идеи борьбы за свободу как таковую, мотивы социального
протеста и бунтарства, а с другой, не без параллельного влияния
поэтики баллады и фольклорного «жестокого» романса, усиливалась
драматическая составляющая изображения судьбы арестанта.
В первые десятилетия XX столетия в среде городского фоль-
клора начинает формироваться блатная песня. Она соединяет в
себе жанрово-поэтические черты старой тюремной песенной тра-
диции и новой «массовой культуры». Тематически блатные песни

9
были связаны с жизнью криминального мира, кодексом «воров-
ской общины», а стилистически опирались на жаргон и просторе-
чие. Исследователь С.  В.  Свиридов объясняет, что традиционное
для тюремной песни понятие воли приобретает в блатной песне
значение «своего» пространства, «где осуществляется «идентич-
ное» поведение вора: тут он может жить красиво, свободно и не-
зависимо от государства, никому не подчиняться, может красть
и эффектно расточать добычу». Воровской фольклор исключает
мотив смирения и раскаяния, «поскольку это означало бы под-
чинение государственной власти извечному, онтологическому
противнику». По этой же причине в блатной песне исключается
изображение пребывания/«прозябания» в тюрьме. Тюрьма или
«зона» выполняет сюжетообразующую функцию смены простран-
ства героя-вора: воли на неволю (сюжет ареста, потеря «своего»
пространства), неволи на волю (сюжет побега, приобретения «сво-
его» пространства) (Свиридов 2011: 142-143).
Наследницей традиций тюремного песенного фольклора, на
наш взгляд, становится лагерная песня, формирующаяся в среде
заключенных исправительно-трудовых лагерей ГУЛАГа. По мнению
А. С. Башарина, в лагерных песнях «герой заключенный, образ ко-
торого раскрывается в типичной для этого образа позиции (тоска по
дому, по любимой, родным, прочие претерпеваемые муки, стрем-
ление на волю, противопоставление миров «здесь» и «там» и т.п.)»
(Башарин 2005).
Исследователи М. и Л. Джекобсоны, анализируя русский тюрем-
ный песенный фольклор XX века, делят весь корпус текстов на песни
«профессиональных преступников» (воров и грабителей), «непрофес-
сиональных, то есть тех, чьи преступления не были связаны с зараба-
тыванием на жизнь», и «политических» (Джекобсоны 1998: 12). Тем
самым они, во-первых, снимают необходимость в вышеупомянутой
хронологической классификации, во-вторых, отражают состав заклю-
ченных исследуемого ими периода 1917-1939 гг., в-третьих, неволь-
но показывают фольклорные предпочтения разных групп заключен-
ных и зоны их пересечения в рамках одного пространства лагеря.
Репрессированные 30-50-х годов стали наследниками богато-
го арсенала тюремной песни, которая в конце XIX – первой трети XX

10
века находилась на пике своей популярности благодаря обогаще-
нию политическим содержанием и была, по выражению М. Л. Лу-
рье, «мэйнстримом общенациональной песенной культуры» (Лурье
2010: 18). Однако «протестный» и «антиправительственный» дух этих
песен не перешел в фольклорный репертуар указанной группы (на
материале Кемеровской области). Возможно, что сама политика
массового террора и нечеловеческие условия ссылки и лагерного
заключения способствовали подавлению подобных проявлений,
а основными функциями песен неволи стали социально-политиче-
ская идентификация, интеграция в лагерно-ссыльное сообщество
человека и изживание эмоциональной боли.
В репертуаре жителей Кемеровской области представлены
все разновидности перечисленных песен неволи/о неволе: раз-
бойничьи, тюремные/арестантские, ссыльнокаторжные, бро-
дяжнические, песни и романсы литературного происхождения,
блатные/воровские и лагерные. Записи фольклора архива фа-
культета русского языка и литературы Новокузнецкого института
(филиала) Кемеровского государственного университета (ранее
КузГПА, НГПИ) датируются 1980-2014 гг. Спецификой фольклор-
ной практики в пединститутах было отсутствие установки на
жанровую и тематическую избирательность, тюремные песни
воспроизводились информантами произвольно, поэтому нам
представляется возможным увидеть естественную ситуацию
бытования пенитенциарного песенного фольклора и «памяти о
неволе» среди населения Кузбасса.
Информантами-исполнителями этих песен стали в основном
женщины 1905-1930-х гг. рождения, возможные участницы или
свидетельницы политических репрессий 30-50-х годов – последнего
масштабного периода в истории тюрьмы, каторги и ссылки и круп-
ного травматического события в жизни нации, вызвавшего вос-
требованность пенитенциарного песенного фольклора. Сведения
о том, являлся информант репрессированным или членом его се-
мьи, отсутствуют. Мы можем лишь предполагать это, ориентируясь
на факт и период переезда информантов в Кемеровскую область.
Воспоминания спецпереселенцев записывались редко, а истории,
связанные с лагерным прошлым, не встречаются вовсе. И здесь

11
мы сталкиваемся с фактом вытеснения травматичного опыта выжи-
вания и унижения человека посредством умолчания.
Недавнее исследование Катрин Мерридейл отношения к инди-
видуальной боли, насилию, психической травме и горю в Советской
России выявляет такие его знаковые элементы как игнорирование
и агрессия. То есть индивидуальная травма либо игнорировалась,
так как ведущей была идея о героизме русского/советского чело-
века в эпоху глобальных преобразований, либо подавлялась как
признак эгоцентризма, слабохарактерности и слабоволия. При этом
приоритет коллективного духа над индивидуальным, уходящий сво-
ими корнями в крестьянско-православную дореволюционную куль-
туру и подпитываемый идеологией, социальной и экономической
реальностью уже сталинского периода, с одной стороны, приводил
к пониманию частного чувства как чужеродного и «нездорового»,
с другой стороны, придавал людям выносливость и «иммунитет» к
психическим травмам (Мерридейл 2009).
С учетом этого понятно, что песня стала удобной формой из-
живания травмы. Индивидуальные переживания укладываются в
типичные образы, сюжеты и мотивы фольклорной тюремной тра-
диции, где песню формировала ключевая оппозиция воля/нево-
ля. Семантическое поле воли/неволи подпитывалось и прочими
фольклорными источниками (обрядовые, лирические любовные,
солдатские и пр. песни, пословицы и поговорки), в которых сте-
пень неволи как состояния весьма различна: от покорности чужой
воле до насилия (Божьей воли не переволишь – Неволя волю одо-
левает).
Все песни неволи/о неволе, записанные на территории Ке-
меровской области, лишены собственно местных топонимов (име-
ется только одно исключение: «В Мариинске тюрьма большая»).
Пространственными маркерами являются общесибирские (и даже
северные) пространственные показатели: тайга дремучая, тундра,
леса, степи, болота. Встречаются устойчивые в каторжных и лагер-
но-ссыльных песнях локальные и региональные топосы (Магадан,
Колыма, Нарым, Иркутск, Минусинск, Сибирь). Можно предполо-
жить, что исполнители не вносили изменений в уже существующие
тексты, т.к. не соотносили песню с тем пространством, в котором

12
она исполняется/бытует. Причиной этому может быть устойчивость
песенного текста в плане его пространственной привязки, внутрен-
нее отчуждение от реального места ссылки в Кузбассе (или, на-
против, воспоминания информанта о месте собственной ссылки в
ином регионе), отсутствие творческой составляющей у исполнителя
либо осознание единства пространства неволи для заключенных в
разных уголках страны.
Репертуар пенитенциарного фольклора Кемеровской области
отличает значительное количество песен литературного происхож-
дения, чаще всего воспринимаемых информантами как народные:
«Сижу за решёткой…» («Узник» А.  С.  Пушкина), «За Волгой шайка
собиралась…» («Братья-разбойники» А.  С.  Пушкина), «Не слышно
шуму городского…» («Песня узника» Ф.  Н. Глинки), «Что затумани-
лась, зоренька ясная» (из повести А.Вельтмана «Муромские леса»),
«Спускается солнце за степью…» («Колодники» А. К. Толстого), «Отво-
рите окно, отворите…» («Умирающий» В. Н. Немировича-Данченко,
«Птичка-невольница» М. И. Ожегова), «Славное море – священный
Байкал…» («Думы беглеца на Байкале» Д. П. Давыдова), «Ах ты, доля,
моя доля…» («Доля» С. С. Синегуба / А. Д. Клеменца), «По диким сте-
пям Забайкалья…» (И. К. Кондратьева), «Глухой, неведомой тайгою»,
«По пыльной дороге телега несётся…» (автор не установлен) и др.
На этом материале можно наблюдать три направления фоль-
клоризации литературных песен.
Первое − текст воспроизводится полностью (с небольшими
изменениями в лексике, перестановкой куплетов), являя устойчи-
вость, например, «Что затуманилась, зоренька ясная», «По пыль-
ной дороге телега несётся…», «Глухой, неведомой тайгою…», «От-
ворите окно, отворите…» («Птичка-невольница»), «По диким степям
Забайкалья…». Это объясняется, во-первых, популярностью ука-
занных песен в массовой советской культуре. Так, песни «Глухой,
неведомой тайгою…», «По диким степям Забайкалья…» входили в
репертуар известных исполнителей народных песен Н. В. Плевиц-
кой, Л. А.  Руслановой, Ф. И.  Шаляпина, П. К.  Лещенко, К. С.  Со-
кольского, Ж. В. Бичевской и народных хоров. Песни «По пыльной
дороге телега несётся…» и «Отворите окно, отворите…» позицио-
нировались как «революционные» и были известны населению

13
по грамзаписям. Во-вторых, сюжетные песни «Глухой, неведомой
тайгою…», «По диким степям Забайкалья…» (самые частотные в
местном репертуаре) отражают топонимику Сибири и скитания
обездоленного человека, близкие и понятные большинству насе-
ления этого края. Протяжная мелодия песен позволила им перей-
ти в разряд «застольных», следовательно, часто воспроизводимых
в естественной для песенного фольклора среде и условиях. В-тре-
тьих, литературная песня в данном случае в качестве стилизации
народной бродяжнической песни сохраняет все её жанровые эле-
менты.
Второе − авторский текст подвергается сокращению, опроще-
нию (исключаются индивидуальные описания, отдельные частные
ситуации), как в «Песне узника» Ф. Н. Глинки, «Колодники» А. К. Тол-
стого, «Думы беглеца на Байкале» Д. П. Давыдова.
Третье − «Узник», «Братья-разбойники» А. С. Пушкина, «Умираю-
щий» В. И. Немировича-Данченко представляют собой контамина-
цию авторского текста с народной песней (разбойничьей, тюрем-
ной, любовной). Тюремная народная песня добавляет типичные
черты образа невольника, мотив неизбежности заключения, смер-
ти. Любовная песня − образ девушки и ситуацию разлуки, тоски
влюбленных, которые отсутствовали в авторской лирике, но были
достаточно типичны для традиционной народной тюремной песни
(образ возлюбленной, к которой обращается тоскующий в неволе
молодец) (см. об этом подробнее: Трубицына 2012 (1), Трубицына
2012 (2)).
Более редкое явление − использование формы литературной
песни для нового содержания, например «По диким степям по Нары-
му» (записана в п. Каз Таштагольского р-на в 2001 г. от В. Г. Резской,
1939 г.р.). Песня является переделкой известной ссыльнокаторжной
песни «По диким степям Забайкалья», распространенной в тюрем-
ной среде ещё с конца XIX века, в песню о жизни спецпереселенцев.
Собственно от источника остается только ритмическая форма, пове-
ствование от третьего лица, тюремный контекст и пространственная
устремленность героев от «здесь», где «густая тайга» и неволя, до да-
лекой родины. Посредством лексико-семантического повтора усили-
ваются мотивы невиновности («без причины», «безвинно») и неволи

14
(«сослано», «сосланы», «живут под неволей»), которые являются общи-
ми местами тюремной песни XVIII-XIX веков: «Идет заготовка лесов,
/ Там сослано много народа, / Неизвестно, на сколько годов. / Они
сосланы все без причины, / Безвинно страдают они, / Живут они все
под неволей, / Считают тяжелые дни. / От ребенка до старого деда /
На родине хочется быть, / А мысли как ласточки вьются, / И им здесь
не хочется жить». Собственно факты ссыльной жизни («сослали летней
порою», «продуктов им мало дают», «сколько маленьких деток безвин-
но в могилу легли») занимают скромное место и служат посылами для
выражения эмоциональной боли, протеста и отчаяния.
В нарративах спецпереселенцев можно наблюдать аналогич-
ную «сухость» в изображении хронологии событий и отличительное
от песни отсутствие рефлексии. Ключевыми позициями в событий-
ном ряду подобных воспоминаний становятся потеря родного дома,
долгий путь к месту ссылки. Это своеобразные точки отсчета, после
которых происходит «выпадение» актора из времени и пространст-
ва, отчуждение и запрет на эмоциональное переживание.
Например: «В 1931 году нас сослали. Мы жили в Омской об-
ласти в деревне Столетовке Калачинского района. Жили сначала
с дедушкой и бабушкой. Когда узнали про раскулачивание, де-
душка отделил нас. Дедушка дал две коровы и две лошади. Мы
жили своей семьей совсем мало, начали раскулачивать. Отец
пошёл работать в колхоз, тогда туда загоняли. Скотину он ещё не
отдал, но пошёл работать землемером… Где-то в мае, когда паха-
ли, отец рано ушёл на работу. А мать пошла корову провожать.
Возле наших ворот уже человек стоит. Говорит, что вы арестованы,
вас нельзя никуда пускать, вечером вас повезут... Дедушку с ба-
бушкой вперёд увезли, в марте. Их в Нарым сослали, где болота.
Пожитки с собой взяли… Загнали нас в какое-то заграждение, где
мы прожили недели две. Люди там уже были из Солонешенского
района и Калачинского. Нас много было. Спали в палатках, возле
них костёр, там и еду варили. Потом подводы пришли – нас забра-
ли. Везут нас день, два стоим. В тупик нас поставят, там и держат.
Потом нас везли в поезде, в телячьих вагонах. Спали на нарах.
Сначала нас привезли в Кандалеп. Нас там выгрузили. Дорогой
сухари давали. Потом приехали за нами шорцы на телегах. Нас

15
везли лесом, тайгой. По дороге у одной женщины ребёнок малень-
кий умер, так ей его и похоронить не дали. Передали его на станции
какой-то женщине… Привезли нас в какое-то место и сказали, что
здесь мы будем жить. Барак построен был, где хлеб пекли, и домик,
где продавец жил. Больше ничего не было. Стали палатки ставить.
Кругом лес был. Тут же лес рубили и строились. На зиму ещё не
успели построить дома, жили в землянках по две семьи, спали на
нарах. Потом баню построили. Начался тиф. У меня был головной
тиф. Больные лежали в отдельном бараке на топчанах. Многие уми-
рали. Я вот живая сталась… Деньги не давали нам. Мы и им не
платили. Придёшь за хлебом, там отметят, что взяла… Родители
работали за трудодни. Поле сеяли, на лошадях, на быках работа-
ли. Я тут и замуж вышла. Мы спецпереселенцы были. Нас ни в
колхоз не принимали, ни детей в школу не брали. А потом война
началась…» (записано в 2001 г. в п. Каз Таштагольского р-на от
Чернышёвой Т. И., 1918 г.р.,рус., обр. 5 кл., род. в д. Столетовка
Калачинского р-на Омской обл., в п. Каз с 1967 г.).
Или: «В лесу я проработала 7 лет. Очень плохо кормили, да-
вали жидкую баланду. Было очень холодно. Никаких выходных
не давали. Выпускали из леса только тогда, когда сделаешь нор-
му. Работали в парах: один валит, другой обрубает сучья. Как
мужик, люблю валить любое дерево, да… Население жило очень
бедно, плохо. С нами хорошо относились. А в лесу издевались.
Не забуду мастера Крыжевского. Корчевала я дерево, а лучок
возьми и обломись. Тоненький был. Крыжевский начал мате-
риться. Я в это время мерила метром кубы. А он выхватил у
меня из рук метр и дал по спине, а потом ещё раз. Я распла-
калась. А слово против нельзя было сказать, иначе зашибёт.
Очень долго у меня шрамы не проходили. А за что было бить,
да? Обидно, ни за что избил... Жили мы в большом доме. Мать
моя умерла от бандитского нападения. Напали бандиты на дом.
Он у нас хороший был, богато жили. Двое приехали, стали гнать.
Мать заболела от этой страсти и от этого умерла... Сюда нас при-
везли в сорок первом году, 20 ноября. В лесу там были бараки.
Людей выселяли куда-нибудь, а нас поселили. Жили по три се-
мьи, без перегородок. Бани не было, не мылись. Мыла не было.

16
На месяц давали пару верхонок. Их отпаривали, они все были
в смоле. Ой-ой-ой, мы плохо жили. Русские держали коров. Мы
долго не держали ничего. А после войны разрешили ехать куда
хочешь. А на родину не пускали… А почему не пускали на нашу
родину в Воронеж? В наших домах жили русские, а мы придём,
и что, их выгонять: «Это наш дом, ты выходи!» А куда выходи?
Домов-то у них не было, в войну разбомбило всё. Если бы мы
стали их выгонять, то что? Это вторая война получилась бы! Так
мы здесь и остались…» (записано в 2000 г. в п. Усть-Кабырза Таш-
тагольского р-на от Синицыной А. И., 1925 г.р., немка, обр. 7 кл.,
род. в с. Рыбное Острогорского р-на Воронежской обл., в п. Усть-
Кабырза с 1941 г.).
Представляется, что Сибирь в сознании спецпереселенцев,
заключенных и первого поколения их потомков так и осталась
краем вынужденного проживания, отличным от России. Так, отец
информантки, спецпереселенец 1931 г. из Москвы в Новокуз-
нецк, далее сосланный уже без семьи в Нарымский край, еже-
дневно произносил «молитву» о Сталине: «О, Господи, убей того до
смерти, кто остался в России!» (зап. в 2015 г. в г. Новокузнецке
от В. А.  Ивушкиной, 1950 г.р.). Показательным в этом контексте
будет литературный пример. Герой рассказа В.  Г.  Короленко «Ат-
даван» (1892) рассуждает о Сибири: «…Какая это есть сторона, не
знаешь, что ли? Это тебе не Рассея! Гора, да падь, да полынья,
да пустыня… Самое гиблое место». Интерес писателей второй по-
ловины XIX века к ссылке в Восточную Сибирь и создание про-
изведений на каторжную тематику способствовали формирова-
нию в обществе стереотипа об уголовной «кандальной» Сибири.
А. М. Хламова поясняет, что показательным в процессе «констру-
ирования образа маргинального пространства региона» является
«перенос характеристик каторги и ссыльного населения на корен-
ных жителей Сибири и регион в целом, что также нашло отражение
в художественных текстах данного периода» (Хламова 2009: 36,
34). Естественно, что этот стереотип только упрочился в период
политических репрессий и не способствовал процессу идентифи-
кации репрессированных с населением Сибири и Кузбасса, зато
отвечал цели создания «советского народа».

17
Собственное поэтическое творчество репрессированных не
всегда переходило в фольклор и к настоящему времени в лучшем
случае является зафиксированной самими авторами или исследова-
телями письменной формой, а в худшем − утрачено. М. и Л. Джекоб-
соны объясняют это тем, что «лагерь сохранил в основном те песни,
которые нравились лагерной элите», т.е. профессиональным преступ-
никам, они «не только управляли лагерями, но и являлись арбитрами
вкуса», «вклад политических в общелагерный фольклор стал значи-
тельным только после 1945 года» (Джекобсоны 1998: 13).
Отдельные тексты все же позволяют проследить процесс фоль-
клоризации произведения и перевод индивидуальных пережива-
ний в разряд коллективной памяти.
Песня, названная исполнительницей «Песней о любимой»
(«Чередой, за вагоном вагон») (№ 104), в сборнике «Песни узников»
приписывается авторству актера и режиссера Бориса Александро-
вича Глубоковского (псевдоним Борис Емельянов) (Песни узников
1995: 26-27). Глубоковский, будучи арестантом «Соловков» середи-
ны 1920-х гг., проявлял интерес к блатной среде и посвятил ей свое
исследование «49: Материалы и впечатления». В нем он достаточ-
но резко высказывался по поводу эстетики фольклора «социально-
вредных элементов», песен «шпаны» и подчеркнул, что «в альбомах
и тайниках лирических строф – крепко и увесисто помещается идео-
логия их владельца» (Глубоковский 1926: 10).
Очевидно, «замусоленным» пошлым образам, «скрипучим сло-
вам» и «музыке дешевой скрипки» Глубоковский хотел противопо-
ставить пафос идеи исправления трудом. Однако в стихотворении
чувствуется и трагизм одиночества, выраженный мотивом тоски по
возлюбленной. Показательным в трансформации авторского сти-
хотворения в фольклорную песню является появление «мы», кото-
рое символизирует трудовое лагерное братство политзаключенных,
семантически противопоставленное (как и у автора лирическое «я»)
«рабочему классу».
Это «мы» снимает авторскую горькую иронию и придает
песне жизнеутверждающий характер, который изначально и
должен был присутствовать в песне, созданной под лозунгом
«Путь исправления через труд» (Глубоковский 1926: 4). Общ-

18
ность заключенных обретает силу в труде, строительстве, сози-
дании (аналогично в другой песне: «И вот пришел народ, / И взял
тайгу в оборот. / Свалили лес, сожгли там хлам, / И протянулася
прямой до Воркута / Под солнцем сталь…»). На смену пафоса
влияет и смена адресата песни: она не столько для любимой, но
о ней и для заключенных: «Я сложил эту песню для тех, / С кем
судьба в лагерях нас свела». Память о любви, песня о любви
должны воскрешать к жизни обессиленных невольников и спа-
сать их от смерти («Трактора утопали в грязи, / Даже «Сталинцу»
сил не хватало, / И тогда под удар топора / Эта песня о милой
звучала»; ср.с авторским текстом, где пессимизм проявляется
и в «стуке», а не «ударе» топора, и в определении песни как «за-
унывной»: «Там, где вязнут в снегу трактора, / Даже «Сталинцу»
сил не хватало, / Эта песня под стук топора / Над тайгой зауныв-
но звучала»). Упоминание «дорожных елей», «снегов и болот», «та-
ежных далей», «колымской трассы» севера России в авторском
тексте вполне укладывается и в таежное пространство Сибири,
поэтому пространство песни легко меняется («За семь лет в тру-
довых лагерях / Мы в подарок рабочему классу / Там, где были
лишь тропки зверей, / Проложили сибирскую трассу»).
Таким образом, мы можем наблюдать как индивидуальный
авторский текст «укладывается» в рамки коллективного восприятия
и памяти о ссылке и тюремном заключении. Более того, предполо-
жим, что неофит в тюремной среде входил в контакт с более или
менее отдаленным историческим прошлым, гипертекстом песен о
неволе, и тогда коллективная память становилась рамками для его
личных переживаний, репродукций уже существующих песенных
текстов или создания новых. Это достаточно живые рамки, которые
могут восприниматься человеком как естественные, на которые
может опереться сознание, чтобы идентифицировать себя частью
группы. А поскольку история пенитенциарных учреждений в России
имела непрерывное богатое историческое прошлое, то коллектив-
ная «память о неволе» укореняется и уже более не отличается от
остальных личных воспоминаний.
Последовательное чтение песен, на наш взгляд, позволяет
проследить не только историю развития и трансформации тюрем-

19
ного песенного фольклора, но и пережить заложенные в текстах
эмоциональные состояния, приобщиться к коллективной памяти о
неволе, минуя собственно тюремную среду.
Все песенные тексты публикуются без правки, с сохранением
грамматических и диалектных особенностей исполнителей. Неточ-
ности в понимании смысла отдельных слов и выражений сохране-
ны и свидетельствуют, возможно, о малой грамотности переписчи-
ков и исполнителей. Явные орфографические ошибки исправлены,
пунктуация приведена в соответствие с современными нормами
русского языка. Строфическое деление и наличие повторов может
не соответствовать мелодической стороне песни, поскольку она
могла быть передана исполнителем вне пения или в письменной
форме. Если информант не сообщал название, то песенный текст
именуется по первой строке. Мы сочли нужным поместить в хресто-
матии варианты/версии одного и того же произведения (если тако-
вые имелись), чтобы дать возможность читателю увидеть измене-
ния или, напротив, устойчивые элементы, которые в совокупности
формируют фольклорный текст. Все комментарии самих информан-
тов (при наличии) даются в примечаниях.

В. В. ТРУБИЦЫНА

20
1.
Ты не пой, мой жаворонок,
Сидючи весной на проталинке,
На проталинке, на проталинке.
А весной-ка, мой жавороночек,
Воспой-ка при долине,
Что стоит ли тюрьма, тюрьма новая,
Тюрьма новая, дверь дубовая.
Что сидит ли там, сидит добрый молодец,
Он не год сидит, он не два года –
Сидит ровно семь годов.
Заходила к нему матушка родная:
«Что я семь-то раз, семь раз выкупала,
Что и семь-то я, семь тысяч потеряла,
Что восьмой-то, восьмой тысячи не достала!»

2А.
Ах, что ж ты, мой сизый голубчик,
Ах, что ж ты ко мне не летаешь?
Иль часты дожди крылья мочат?
Иль буйные ветры относят?
Ах, что ж ты, мой милый дружочек,
Ах, что же ко мне ты не ходишь?
Отец или мать не пускают?
Род-племя любить запрещают?
Послышу я: милый в неволе,
Сидит в городском он остроге.
Возьму ль я ключи золотые,
Я стану ль ларцы отпирати,
Возьму ль я казны сорок тысяч,
Пойду ль я дружка выкупати.
Судьи казны взять не желают,
На волю дружка не пускают.
21
2Б.
Мой сизой голубчик,
Ты зачем, для чего в садик не летаешь?
Буйным ветром сизого относит,
Частым дождем крылья-перья мочит.
Мой миленькой, мой милой дружочек,
Ты пошто, для чего редко в гости ходишь?
Твой отец и мать тебя не пускают,
Твой род-племя тебе запрещают?
Удалой молодчик сидел-посидел
Во темной темнице –
Ни дверей нету, нету ни окошек.
Ещё в ней нету ни красна крылечка,
Только есть одна труба дымовая.
Из той трубы дым-от навевает,
Меня, молоду, горе разбирает.
Пойду, молода, с горя в зелен садик,
Пойду возьму я ключи золотые,
Отопру я сундуки, ларцы кованые.
Возьму денег я ровно сорок тысяч,
Стану дружка я, дружка выкупати,
Из неволюшки его выручати.
Ох, грозен судья, судья-воевода!
Моея казны, казны не примает,
Меня, молоду, горе разбирает.
Пойду, молода, с горя в чисто поле,
Пойду, нарву я лютого коренья.
Буду-стану я судьи опоити.

3А.
– Сокол ты мой ясный,
Высоко летаешь,
Почему же, милый,
22
Гулять запрещаешь?
– Запретила мне тюрьма,
Тюрьма каменная,
Как над этой над тюрьмой
Труба жестяная.
Как из этой из трубы
Дымок вышибает.
Как над этим над дымком
Три ласточки вьются.
Как первая ласточка –
Маменька родная,
А вторая ласточка –
Жинка молодая,
А третья ласточка –
Сестричка молодая.

3Б.
– Сокол ты мой ясный,
Высоко летает,
Почему же милый мой
Поздно прибывает,
Поздно прибывает?
Ой, те брат и те сестра
Гулять запрещают,
Гулять запрещают?
– Запретила мне тюрьма,
Тюрьма каменная.
Как над этой над тюрьмой
Труба жестяная,
Труба жестяная.
Как из этой трубы
Дымок вылетает,
Дымок вылетает.
23
А над этим над дымком
Три ласточки вьются,
Три ласточки вьются:
Первая ласточка –
Мамочка родная,
Вторая ласточка –
Жинка молодая,
А третья ласточка –
Сестрица родная.

4.
Добры молодцы все на волюшке живут,
Один Ванюшка в победушке сидит.
В каменной Ваня в государевой Москве,
В земляной тюрьме за решетками,
За железными дверьми, за висячими замками.
Заутра Ваню к наказаньицу ведут,
К столбу крашеному дубовому.
По праву руку отец с матерью идут,
По леву руку молода жена с детьми,
Молода жена с детьми малыми,
Позади его – православный весь народ.
Как стал Ваня говорить жене:
«Ты сними с меня шелков пояс
С позолоченными на нем ключиками.
Отопри, жена, окован сундук,
Уж ты вынь оттоль золотой казны,
Ты дари, жена, молодого палача,
Чтобы молодой палач меня легче наказывал!»

5.
Не шуми, мати зелёная дубравушка,
Не мешай мне, доброму молодцу, думу думати,
24
Что заутра мне, доброму молодцу, в допрос идти
Перед грозного судью – самого царя.
Ещё станет государь-царь меня спрашивать:
«Ты скажи, скажи, детинушка, крестьянский сын,
Уж как с кем ты воровал, с кем разбой держал?
Ещё много ли с тобой было товарищей?»
«Я скажу тебе, надёжа-православный царь,
Всю правду скажу тебе, всю истину,
Что товарищей у меня было четверо.
Ещё первый мой товарищ – тёмная ночь,
А второй мой товарищ – булатный нож,
А как третий-то товарищ – то мой добрый конь,
А четвёртый мой товарищ-то – тугой лук,
Что рассыльщики мои – то калёны стрелы».
Что возговорит надёжа-православный царь:
«Исполать тебе, детинушка, крестьянский сын,
Что умел ты воровать, умел ответ держать,
Я за то тебя, детинушка, пожалую
Середи поля хоромами высокими,
Что с двумя ли столбами с перекладиной!»

6.
Уж ты, воля дорогая,
Девка молодая!
Девчоночка молодая
По саду гуляла,
По саду девка гуляла,
Красоту теряла,
В острожек попала.
Темно, грустно красной девке
В остроге сидети,
Ещё тошнее того нету –
В окошко глядети.
25
Мимо этого окошка
Лежала дорожка,
Как по этой по дорожке
Много ходу-езду.
Тут и много ходят-ездят
Князья и бояре,
Московские мещане,
Моего дружка Ванюши –
Его здесь нету.
Как и мой дружок Ванюша
За рекой гуляет,
За быстрой шатает.

7.
Воля моя, воля,
Ой, да ты не знаешь ли,
Ой, моего горя?
С горя ноженьки не ходят,
И белы рученьки не робят,
Тёмной ноченькой не спится,
Из лица краса, ой, да все мнится.
Ох, из очей моих,
Ой, да слёзы льются.
Ох, тёмна ноченька,
Ох, да всё не спится,
Про милого дружка грезится.
Ты взлетай, узнай, где мой милый?
Мой-от миленький во неволе,
Ой, во каторжной во работе.

8.
Во тюрьме-то я сидел,
Всё в окошечко глядел:
26
Да не идет ли моя старопрежняя,
Старопрежняя задушевная,
Задушевная полюбовница?
Не несет ли она ключи,
Ключи золотые,
Не откроет ли она дверь,
Дверь железную?
И не выпустит ли нас всех,
Всех на волюшку?
Надоела нам тюрьма-каторга,
Нет нам воли от царя
И от помещика,
Задушили нас они поиздальщиной,
Поиздальщиной, трудом каторжным.

9А.
Я в гостях-то гостил,
Да я счастливой был,
Ой, я счастливой был,
Да злой-несчастной стал,
Я счастливой был,
Да злой-несчастной стал.
По чистом поле гулял,
Я коня-то украл
Да сам в тюрьму
Сидеть попал.
Я в тюрьме сижу
Да сам в окошечко гляжу,
Ой, сам в окошечко гляжу,
Да сквозь стёклышко.
Тут сударыня шла,
Да моя Любуша,
Ой, моя Любуша,
27
Всё голубушка.
Мил, не йди сюда,
Да не спромолви слова,
Ой, слова ясные,
Да все прекрасные.

9Б.
В гостях у вас гостиночка, гостиночка,
У вас гостил – счастливый был,
От вас отстал – злосчастный стал,
Злосчастный стал – коня украл,
Коня украл ворованного.
Ох, я за этого коня в тюрьму попал,
Ох, я за этого коня в тюрьму попал.
В тюрьме сижу, в окно гляжу,
Ой, я в тюрьме сижу, в окно гляжу.
Ох, в окно гляжу, в окошечко,
Ох, не идёт ли кто, не несёт ли что?
Ох, не идёт ли там моя милая,
Ох, не идёт ли там моя милая,
Ох, не несёт ли мне гостиночки?

10.
Погасло солнце за горою,
Сидит казачка под окном.
Она сидит и слёзно плачет,
Своёго мужа дожидает.
Не плачь, не плачь,
Жена моя родная!
Я достоин кандалов,
Кандалы на мне тяжёлы,
Протёрли тело до кости.
Все косточки мои заныли,
Сердце кровью облилось.
28
11.
Было время золотое,
Я с друзьями пел, гулял,
А топеря что такое –
В тёмну камеру попал.
Тюрьма каменна, высока,
Ничего там не видать,
Только видно, только слышно
Звон тюремныя ключей.
Ключник двери открывает:
«Выходи-ко, брат, сюды».
Вышел, братцы, я на волю,
Вижу, стоит мать, жена.
Жонка голову склонила,
Мама плакать начала.
Ты не плачь, не плачь, мамаша,
Нас далёко не сошлют.
Дальше солнышка не вышлют,
В грудь кинжалом не воткнут.

12А.
Сижу за решёткой в темнице сырой,
Вскормлённый в неволе орёл молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюёт под окном.

Клюёт, и бросает, и смотрит в окно,


Как будто со мною задумал одно,
Зовёт меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!


Туда, где за тучей белеет гора,
29
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляет лишь ветер да я!»

12Б.
Сижу за решёткой в темнице сырой,
Вскормлённый на воле орёл молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном.

Клюёт и бросает, сам смотрит в окно,


Как будто со мною задумал одно,
Мой верный товарищ <…>

Зовёт меня взглядом и криком своим:


«Мой верный товарищ, давай улетим!
Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где гуляет лишь ветер да я!»

«Нельзя мне, товарищ, с тобой улететь,


И так суждено мне – здесь умереть.
Тяжелые цепи висят на ногах,
Нет силушки больше в иссохших руках».

12В.
Сижу я, мальчишка,
В темнице сырой,
Ко мне прилетает
Орёл молодой.
Он вымолвить хочет:
«Давай улетим,
Улетим далёко,
В дальние края,
Где солнце не всходит,
30
Месяц никогда,
За высокие горы,
За синие моря».
По синему морю
Плывут корабли:
Два корабля белы,
А третий голубой,
Во этом корабле
Сидит милый мой.

12Г.
Сидел я в темнице,
Сидел я во тёмной,
Ко мне прилетает
Орёл молодой.
Сам крылами машет,
Стучится в окно:
– Товарищ, товарищ,
Давай полетим
За крутые горы,
За тёмные леса,
Где солнце не восходит
И месяц никогда.
Там народ не робит
И празднует всегда.
Там ходила, гуляла
Купеческая дочь.
Катя прогуляла
Всю тёмную ночь.
«Вставай, Катя! –
Говорит мать, –
Полно тебе спать.
Пошли пароходы,
И их уж не видать».
31
13.
Не слышно шуму городского,
За невской башней тишина,
Лишь на штыке у часового
Горит полночная луна,
Лишь на штыке у часового
Горит полночная луна.

Вот бедный юноша, ровесник


Младым цветущим деревам,
В глухой тюрьме заводит песню
И отдает тоску волнам,
В глухой тюрьме заводит песню
И отдает тоску волнам:

«Прощай, отец, прощай, невеста!


Сломись, венчальное кольцо,
Навек закройся, моё сердце,
Не быть мне мужем и отцом!
Навек закройся, моё сердце,
Не быть мне мужем и отцом!»

14А.
Спускается солнце за степи,
Вдали золотится ковыль,
Колодников звонкие цепи
Взметают дорожную пыль.

Идут они с бритыми лбами,


Шагают вперед тяжело,
Угрюмые сдвинули брови,
На сердце раздумье легло.

32
Идут с ними длинные тени,
Две клячи телегу везут.
Лениво сгибая колени,
Конвойные с ними идут.

«Что, братцы, затянемте песню,


Забудем лихую беду.
Уж, видно, такая невзгода
Написана нам на роду».

И вот повели, затянули,


Поют, заливаясь, они
Про Волги широкой раздолье,
Про даром минувшие дни.

Поют про свободные степи,


Про дикую волю поют.
День меркнет всё боле, а цепи
Дорогу метут да метут.

14Б.
Скрывается солнце за степью,
Вдали золотистый ковыль,
Холодные звонкие цепи
Сметают в дорожную пыль.

Идут они с бритыми лбами,


Шагают вперед тяжело.
Лениво сдвигая колени,
Две клячи телегу везут…

33
14В.
Холодныя звонкия цепи
Взметают дорожнаю пыль.
Скрывалося солнце за степью,
Вдали золотистой горы.
Холодныя звонкия цепи
Взметают дорожнаю пыль.
Холодныя звонкия цепи
Взметают дорожнаю пыль.
Идут оне с бритыми лбами,
Лениво шагают вперед.
Идут оне с бритыми лбами,
Лениво шагают вперед.
«Наверно, такая невзгода
Написана нам на роду.
Споёмте же, братцы, мы песню,
Забудем лихую беду».

14Г.
Заводим унывную песню,
Забудем лихую беду,
Неужели такая невзгода
Написана нам на роду?

Скрывается солнце за степью,


Вдали золотится ковыль.
Тяжёлые звонкие цепи
Сметают дорожную пыль.

Идут они с бритыми лбами,


Шагают вперед тяжело.
Лениво коленки сгибают,
На сердце раздумье легло.
34
14Д.
Скрывается солнце за степью
С дальней золотистой скалы.
Угрюмые звонкие цепи
Сметают дорожную пыль.

Идут они с бритыми лбами,


Шагают вперёд тяжело.
«Давайте-ка, братцы, затянем
Про матушку-Волгу реку…»

14Е.
Бом, бом! Слышен звон кандальный.
Бом, бом! Путь сибирский дальний.
Бом, бом! Слышен там и тут,
Нашего товарища на каторгу ведут.
Динь, бом, динь, бом!
Слышно там и тут,
Нашего товарища на каторгу ведут.

15А.
По пыльной дороге, по пыльной дороге
Телега несётся, а в ней два жандарма сидят.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.

Юный изгнанник в телеге той мчится,


Скованы руки, как плети, висят.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.
35
Дома оставил он мать дорогую,
Будет она и любить, и страдать.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.

Дома оставил он любимую сердцу,


Будет она от тоски изнывать.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.
Сбейте оковы и дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить.

15Б.
По пыльной дороге телега несётся,
А в ней по бокам два жандарма сидят,
Юный пленник в телеге той едет,
Скованы руки и ноги висят.
«Сбейте оковы, дайте мне волю –
Я научу вас свободу любить».
Дома оставил он мать дорогую,
Будет о нём горевать.
Дома оставил он милую сердцу,
Будет о нём тосковать.

16А.
Сидит филин на дубу,
Он играет во трубу.
Раздайся, голос, по лесу,
Отцовский дом покинул я.
Травою дом мой зарастёт,
Собачка, верный мой зверёк,
36
Залает, сердце загрустит.
Не быть мне в той стране родной,
В которой был я осуждён.

16Б.
Отцовский-то дом
Спокинул, братцы, я.
Травою домик урастёт,
Собачка верная, наверно,
Она завоет у ворот.
Судьба несчастная,
Моя злосчастная,
К разлуке меня привела.
Разлучила меня, развела
С отцом, с матерью родной,
С жанёнкой молодой,
С любимой-то, дальней стороной.

17.
Вдоль по коридору,
Вдоль по коридору,
Вдоль по широкому
Да там посветил огонёк,
Ах, огонёк!
В то-то времечко, братцы,
В лес дремучий я убегу, убегу.
Ох, убежать-то, братцы, мне не хитро,
Да как споймают, станут бить,
Ох, станут бить.
Ой, станут бить не ружьём, братцы,
Не пистолетом,
Да в тёмну в темницу запрут,
Ох, запрут.
37
Вы заприте-ка, братцы, да во темницу,
Да дайте месяц, дайте дня,
Ох, дайте дня, ох, дайте дня.
Ох, чернобровую девицу и сивогривова коня,
Ох, коня.
Ох, как поймают-то, братцы,
Я поеду, да я сповижу
Край родной.

18А.
Из всех лесов дремучих
Разбойники идут,
В своих руках могучих
Товарища несут.
Носилки были непростые:
Из ружей сложены,
А поперёк стальные
Мечи положены.
На них лежал разбойник,
Разбойник молодой,
Он весь окровавлённый,
С разбитой головой.
Несли его товарищи
По тёмным по лесам,
Кровь текла из раны
По русым волосам.
И вышли на большую дорогу,
Кричали: «Братцы, стой!»
Скончался тот разбойник,
Разбойник молодой.

38
18Б.
Из тех лесов дремучих
Разбойнички идут.

Разбойнички идут,
В своих руках могучих
Това-, товарища несут.

Товарища несут,
Там лежал сражённый
Сам-, самый Чуркин молодой.

Чуркин молодой,
Чуркин молодой,
Он весь разби-, с разбитой головой.

С разбитой головой,
Несли его товарищи
По тё-, по тёмным по лесам.

По тёмным по лесам
Мы вышли на поляну,
Сказа-, сказали: «Братцы, стой!»

Сказали: «Братцы, стой!»


Они остановились,
Моги-, могилу стали рыть.

Могилу стали рыть,


Вырыли могилу,
Спуска-, спускать в могилу стали гроб.

39
Спускать в могилу стали гроб.
Спустили гроб в могилу,
Сказа-, сказали: «Прощай, наш атаман!»

Сказали: «Прощай, наш атаман!»


Засыпали могилу
Жё-, жёлтым песком.

18В.
Во тех лесах дремучих
Два воина идут,
Два воина идут.
В своих руках могучих
Товарища несут,
Товарища несут.
Носилки непростые:
Из ружьев сложены,
Из ружьев сложены,
А поперёк стальные
Меча положены,
Меча положены.
На них лежал сражённый
Сам Чуркин молодой,
Сам Чуркин молодой.
Он весь окровавлённый,
С разбитой головой,
С разбитой головой.
Из раны его кровь сочилась
По бровям, по усам,
По бровям, по усам,
По бровям и по усам же,
По русым волосам.

40
19. Песня про Кармалюку
За Сибиром солнце всходит,
Хлопцы, не зевайте!
А мене, Кармалюку,
Всю надежду майте.
Кажут люди, что я убивец,
А я не убиваю.
Я богатых ограбляю,
А бедных награждаю.
Мою жинку, мою диты,
Но я их не бачу,
Как гадаю про их долю,
Сам горько заплачу.

20А.
Звенит звонок насчёт проверки,
Ланцов задумал убежать.
В трубу он тесную пробрался
На тот высокий на чердак.
По чердаку он долго шлялся,
Себе верёвочку искал.
Нашел верёвку тонку, длинну,
К трубе тюремной привязал.
Нашел верёвку, стал спускаться,
Его заметил часовой.
Солдат на беленькой лошадке
К царю с докладом поскакал:
«Я к вашей милости с докладом:
Ланцов из замка убежал!»
Бежал он лесом, шёл дремучим.
Чего он пил, чего он ел?
Травы росою умывался,
Молился Богу на восток.
41
20Б.
Звенит звонок насчёт проверки,
Вонцов задумал убежать,
Ломал он печь, ломал кирпичик
На тот тюремный на чердак.
В трубу он тесную пробрался,
По чердачку он долго шлялся,
Себе верёвочку искал.
Нашёл верёвку тонку, длинну,
К трубе тюремной привязал,
Перекрестился, стал спускаться.
Солдат заметил, выстрел дал.
Солдат тогда поехал к князю:
–Я к вашей милости с докладом:
Бежал он той большой дорогой
И своротил обратно в лес,
В лесу он долго очень шлялся.
– Чего он пил? Чего он ел?
– С травы росой он умывался,
Молился Богу на восток.
С публичной девушкой познался,
Обратно он попал в острог.

20В.
Звонок звенел насчёт поверки,
Ланцов задумал убежать.
Не стал зари он дожидаться,
Проворно печь он стал ломать.
Ломал он печь, ломал кирпичну,
Всё пробирался на чердак.
По чердаку Ланцов шатался,
Себе верёвочку искал.
Нашёл верёвку, стал спускаться,
42
Солдат заметил – выстрел дал,
В казарме сделалась тревога,
На кухне вдарил барабан.
Солдат на серенькой кобыле
С докладом к князю поскакал:
«Здорово, князь! Я к вам с докладом:
Ланцов из замка убежал».
Бежал он лесом, бежал тёмным,
Потом свернул в дремучий лес,
Три года по лесу шатался.
Чего он ел, чего он пил?
С травы росой он умывался,
Молился Богу на восток,
С публичной барышней связался,
Хотел он замуж её взять.

20Г.
Звенел звонок насчёт проверки,
Ланцов задумал убежать,
Не стал зари он дожидаться,
Проворно печку стал ломать.
В трубу он тесную пробрался,
На тот высокий на чердак.
По чердаку он долго шлялся,
Себе верёвочку искал.
Нашёл веревку, нашёл длинну,
К трубе тюремной привязал,
Он по верёвке стал спускаться,
Солдат заметил, выстрел дал.
Бежал Ланцов большой дорогой,
И повернул он в темный лес,
Три года по лесу шатался,
Чего он пил, чего он ел?
43
С травы росою умывался,
Молился Богу на восток,
С фабричной девушкой спознался,
Ланцов опять в тюрьму попал.

20Д.
Звенел звонок насчёт поверки,
Ланцов задумал убежать.
В трубу он тесную пробрался,
На тот тюремный на чердак.
По чердаку Ланцов гуляет,
Себе веревочку искал.
Нашёл верёвку тонку, длинну,
К трубе тюремной привязал,
Он перекрестился, стал спускаться.
Его заметил часовой,
Солдат на серенькой лошадке
По всем частям известье дал.
По всем частям известно стало:
Ланцов из замка убежал.
Бежал он лесом, бежал он тёмным,
Бежал дорожкой столбовой.
И услыхал он конский топот,
И взял свернул в дремучий лес.
Во тех лесах Ланцов гуляет.
Чего он пил? Чего он ел?
А пил он воду, пил холодну,
А ел шелковую траву,
Росой холодной умывался,
Молился Богу на восток.

44
20Е.
Звенит звонок-та насчёт проверки,
Ланцов-то задумал убежать,
Звенит звонок-та насчёт проверки,
Ланцов-то задумал убежать.

По чердачку-то он долго шлялся,


Себе-то верёвочку искал,
По чердачку-то он долго шлялся,
Себе-то веревочку искал.

Порвал-то шинель, порвал рубашку,


Верёвку-то длинную связал,
Порвал-то шинель, порвал рубашку,
Верёвку-то длинную связал.

Перекрестился, стал спускаться,


Солдат-то заметил, выстрел дал,
Перекрестился, стал спускаться,
Солдат-то заметил, выстрел дал.

Ланцов в лесу три года шлялся,


Чего ж он пил? Чего ж он ел?
С травы-то он росой умывался,
Молился-то Богу на восток.

20Ж.
Звонит звонок насчёт проверки,
Ланцов задумал убежать,
Звонит звонок насчёт проверки,
Ланцов задумал убежать.
По чердаку он долго шлялся,
Себе верёвочку искал,
45
По чердаку он долго шлялся,
Себе верёвочку искал.
Нашёл верёвку – не хватает,
Рубашку рвал, навязывал,
Нашёл верёвку – не хватает,
Рубашку рвал, навязывал.
А часовой-то был не промах,
Винтовку взял да выстрел дал.
А часовой-то был не промах,
Винтовку взял да выстрел дал.

20-З.
Звенел звонок насчёт проверки,
Ланцов задумал убежать.
Не стал зари он дожидаться,
Начал проворно печь ломать.
Ломал-то он печь, ломал-то он трубы,
Ломал горячи кирпичи.
По чердаку он долго шлялся,
Себе верёвочку искал. Нашёл верёвку,
Перекрестился, стал спускаться.
Его заметил часовой,
А часовой был парень не промах:
На вольный воздух выстрел дал.

20И.
Отец, купец он был богатый,
Имел наличный капитал,
А сын его пошёл бродяжить,
В тюремный замок он попал.
Сложил он печь, сложил кирпичну
И пробирался на чердак.
По чердаку он долго шлялся,
46
Себе верёвочку искал.
Нашёл верёвку тонку, длинну,
К трубе тюремной привязал
И по трубе он стал спускаться,
Его заметил часовой.
А часовой был свой, знакомый,
На вольный воздух выстрел дал.
Звенит звонок насчёт проверки:
Ланцов из замка убежал.
Бежал московским он трактатом,
Потом свернул в дремучий лес.
В тайге три года он скитался,
Незнамо что он пил и ел.
Росой с травы он умывался,
Молился Богу на восток,
С московской дамочкой познался,
Через неё он пострадал.
Московка в замок досказала,
Ланцова взяли под надзор.
Руки и ноги заковали
И повели опять в острог.

20К.
Звонок-то звенит насчёт проверки,
А Ланцов задумал убежать.
Не стал зари он дожидаться,
Начал проворно печь ломать.
Ломал он печь, сломал кирпичну,
Сломал подходную трубу.
В трубу он тесную пробрался,
Чтоб не видал его никто.
Утром частям стало известно:
Ланцов из замка убежал.
47
Бежал он трактом, бежал Чуйским,
В лесу три годичка прожил,
Чего он ел, чего он пил?
С травы росой он умывался,
Молился Богу на восток,
С одной он девочкой спознался,
Хотел он вечно с ней прожить.
Его девчонка доказала,
Его поймали во полночь,
Его поймали, заковали
И повезли опять в острог.
Просидел он свои денёчки,
Потом отправился домой.
«Здравствуй, тятя, здравствуй, мама,
Здравствуй, вся моя семья!
А ещё здравствуй ты, разженёнка,
Да подколодная змея!»

20Л.
За Волгой шайка собиралась,
Двенадцать добрых молодцов.
Они стоят, они пируют,
Но их добыча небольшая,
Добычу делят пополам.
Звенит звонок насчёт поверки,
Ланцов задумал убежать,
Не стал зари он дожидаться,
Стал проворно печь ломать.
Ломал он печь, ломал заслоны,
Сам пробирался во трубу,
В трубу он тесную пробрался
На тот он тюремный на чердак.
По чердаку Ланцов гуляет,
48
Себе верёвочку искал.
Нашёл верёвку, нашёл длинну,
К трубе тюремной привязал.
Перекрестился, вниз спустился,
Его заметил часовой.
А часовой – мальчишка славный,
Ружейный выстрел по нём дал.
В казарме сделалась тревога,
Ланцов из замка убежал.
Бежал Ланцов Иркутским трактом,
Потом свернул в дремучий лес,
Прожил Ланцов в лесу три года,
Не знаю, чего он пил и ел.
Росой свежею умывался,
Молился Богу на восток.
С крестьянской девушкой познался,
Хотел с ней до веку прожить.
Крестьянска дева доказала –
Ланцов опять в тюрьму попал.

21А.
Хороша эта ноченька тёмная,
Хороша эта ночка в лесу,
Выручай меня, силушка мочная,
Я в тюрьме за решёткой сижу.

Как крепки те железны решёточки,


Как крепки те в стене кирпичи,
У окна стоит стража тюремная,
Отойди, арестант, не стучи.

Вот забилося сердце тревожное,


Кровь по жилам текла ручейком,
49
Дай попробую снова решёточку,
Принажму молодецким плечом.

Вот упала железна решёточка,


Вот упала она не стуча,
Не услышала стража тюремная,
Не поймать вам меня, молодца.

Побегу я в ту дальню сторонушку,


Где так мило всё для меня,
Обойму свою милую жёнушку
И умру на груди у неё.

21Б.
Осыпаются листья осенние,
Хороша эта ночка в лесу,
Выручай меня, маменька родная,
Я в неволе свой срок не снесу.
Дай-ка спробую решётку,
Прижму молодецким плечом.
Пошатнулась тюремна решётка
И упала без стука в траву.
Не услышала стража тюремная,
Не догнать вам теперь молодца.
Побегу я в ту родну сторонушку,
Где это дорого всё для меня.
Обойму свою милую жёнушку
И усну на груди у неё.
Понапрасну ломал я решёточку,
Понапрасну бежал из тюрьмы:
Моя милая, родная жёнушка
У другого лежит на груди.

50
21В.
Осыпались листья осенние,
Хороша эта ночка в лесу,
Выручай меня, силушка мощная,
Я в неволе свой срок не снесу.

Ах, крепки же тюремны решеточки,


Крепки в стенах её кирпичи,
А за окнами стража тюремная:
«Отойди, хулиган, не стучи».

Побегу я в ту дальню сторонушку,


Где всё дорого так для меня,
Обниму свою родную жёнушку
И усну на груди у неё.

Понапрасну ломал я решёточку,


Понапрасну бежал из тюрьмы.
Моя милая, родная жёнушка
У другого лежит у неё.

21Г.
Осыпаются листья осенние,
Хороша эта ночка в лесу,
Выручай меня, сила могучая,
Я безвинный в домзамке сижу.
Вот крепкая железная решёточка
И вот крепкие стены кирпичей,
Дай попробую крепкую решёточку
И принажму молодецким плечом.
Вот упала на землю решёточка,
Вот упала на землю слегка.
Не услышала стража тюремная,
51
Не поймала меня, молодца.
Побегу я в ту дальнюю сторонушку,
Где только дорого всё для меня,
Обойму свою милую жёнушку
И усну у нее на груди.
Понапрасну ломал я решёточку,
Понапрасну бежал из тюрьмы:
Моя милая, славная жёнушка
У другого лежит на груди.

21Д.
Осыпаются листья осенние,
Хороша эта ночка в лесу.
Выручай меня, силушка мощная,
Я в неволе свой срок не снесу.

Побегу я в ту дальну сторонушку,


Где так дорого всё для меня.
Обниму свою родную жёнушку
И усну у неё на груди.

Понапрасну сломал я решёточки,


Моя милая, родная жёнушка
У другого лежит на груди.

Забирай меня снова, милиция,


Забирай меня снова, конвой,
И опять со мной каменна стенушка,
Кандалы ведь родные со мной.

21Е.
Осыпаются листья осенние,
Хороша эта ночка в лесу,
52
Выручай меня, силушка мочная,
Я в неволе свой срок не снесу,
Выручай меня, силушка мочная,
Я в неволе свой срок не снесу.
Дай спопробую эту решёточку,
Принажму молодецким плечом.
Заскрипела тюремна решёточка –
Отойди, арестант, не стучи.
Дай попробую снова решёточку,
Принажму молодецким плечом.
От упала на землю решёточка,
От упала на землю слегка.
Не услышала стража тюремная,
Не споймать вам меня, молодца,
Не услышала стража тюремная,
Не споймать вам меня, молодца.
Понапрасну ломал я решёточку,
Понапрасно бежал из тюрьмы,
А моя мила, родная жёнушка,
У другого лежит на груди,
А моя мила, родная жёнушка,
У другого лежит на груди.
Осыпаются листья осенние,
Хороша эта ночка в лесу,
Выручай меня, силушка мочная,
Я в неволе свой срок не снесу.

22А.
Славное море – священный Байкал!
Славный корабль – омулёвая бочка!
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Молодцу плыть недалечко.

53
Долго я тяжкие цепи носил,
Долго скитался в горах Акатуя,
Старый товарищ бежать подсобил,
Ожил я, волю почуя.

Шел я и в ночь, и средь белого дня,


Вкруг городов озираяся зорко,
Хлебом кормили крестьянки меня,
Парни снабжали махоркой.

Славное море – священный Байкал!


Славный мой парус – кафтан дыроватый,
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Слышатся грома раскаты.

22Б.
Славное море – привольный Байкал!
Славный корабль – омулёвая бочка!
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Молодцу плыть недалече.

Долго я звонкие цепи носил,


Долго бродил я в горах Акатуя,
Старый товарищ бежать пособил,
Ожил я, волю почуя.

Ссылка и Нерчинск не страшны теперь,


Горная стража меня не поймала,
В дебрях не тронул прожорливый зверь,
Пуля стрелка миновала.

Долго бродил я кругом деревень,


Вокруг озираяся зорко,
Хлебом кормили крестьянки меня,
Парни снабжали махоркой.

54
22В.
Славное море – священный Байкал!
Славный корабль – омулёвая бочка!
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Молодцу плыть недалёко.

Долго я тяжкие цепи тянул,


Долго бродил я в горах Акатуя,
Добрый товарищ бежать мне помог,
Ожил я, волю почуя.

Шилка и Нерчинск не страшны теперь,


Горная стража меня не поймала,
В дебрях не тронул прожорливый зверь,
Пуля стрелка миновала.

Шел я средь ночи, средь белого дня,


Вкруг городов озираясь,
Хлебом кормили крестьянки меня,
Парни давали махорки.

Славное море – священный Байкал!


Славный и парус – кафтан дыроватый,
Что ж, баргузин, пошевеливай вал,
Слышатся бури раскаты.

23А.
По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.

На нём рубашонка худая


Со множеством разных заплат,
Шапчонка на нём арестанта
И серый тюремный халат.
55
Бежал из тюрьмы тёмной ночью,
В тюрьме он за правду страдал,
Идти дальше нет уже мочи,
Пред ним расстилался Байкал.

Бродяга к Байкалу подходит,


Рыбацкую лодку берёт
И грустную песню заводит,
Про родину что-то поёт.

Бродяга Байкал переехал,


Навстречу – родимая мать.
«Ах, здравствуй, ах, здравствуй, родная!
Здоров ли отец мой и брат?»

«Отец твой давно уж в могиле,


Землёй призасыпан лежит,
А брат твой давно уж в Сибири,
Давно кандалами гремит».

23Б.
По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.

Бежал из тюрьмы тёмной ночью,


В тюрьме он за правду страдал,
Бежать больше не было мочи,
Пред ним расстилался Байкал.

Бродяга к Байкалу подходит,


Рыбацкую лодку берёт,
Унылую песню заводит,
Про родину что-то поёт.
56
Идёт он глухою тайгою,
Где пташки одни лишь поют,
Котёл его сбоку тревожит,
Сухарики с ложкою бьют.

Бродяга Байкал переехал,


Навстречу – родимая мать.
«Ах, здравствуй, ах, здравствуй, мамаша!
Здоров ли отец мой да брат?»

«Отец твой давно уж в могиле,


Сырою землёю зарыт,
А брат твой, а брат твой в Сибири,
Давно кандалами звенит.

Пойдём же, пойдём же, сыночек,


Пойдём же в курень наш родной,
Жена там по мужу скучает,
Детишки там плачут гурьбой».

23В.
По тихим степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.

Бродяга к Байкалу подходит,


Рыбачью лодку берёт,
Унылую песню заводит,
Про Родину что-то поёт.

Бродяга Байкал переехал,


Навстречу родимая мать:
«Ой, здравствуй, ой, здравствуй, мамаша!
Живой ли отец мой и брат?»
57
«Отец твой давно уж в могиле,
Сырою землёю зарыт,
А брат твой в далёкой Сибири
Давно кандалами стучит».

23Г.
По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.

Идет он тайгою густою,


Где птички порхают, поют,
Котёл его сбоку тревожит,
Сухарики с ложками бьют.

Бродяга к Байкалу подходит,


Рыбачью он лодку берёт.
Унылую песню заводит,
Про Родину что-то поёт.

Бродяга Байкал переехал –


Навстречу родимая мать:
«Ах, здравствуй, ах, здравствуй, мамаша,
Здоров ли отец мой и брат?»

«Отец твой давно уж в могиле,


Сырою землёю зарыт,
А брат твой давно уж в Сибири,
Давно кандалами звенит.

Пойдём же, пойдём, мой сыночек,


Пойдём же в курень наш родной,
Жена там по мужу скучает
И плачут детишки гурьбой».

58
23Д.
По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.

Бродяга к Байкалу подходит,


Рыбацкую лодку берёт,
Унылую песню заводит,
О Родине что-то поёт.

Бродяга Байкал переехал,


Навстречу – родимая мать.
«Ой, здравствуй, ой, здравствуй, мамаша!
Здоров ли отец мой и брат?»

«Отец твой давно уж в могиле,


Сырою землёю зарыт,
А брат твой давно уж в Сибири,
Давно кандалами гремит.

Пойдём же, пойдём же, сыночек,


Ты в бедный наш курень родной,
Жена там по мужу скучает,
Детишки там плачут гурьбой».

24А.
На горе село большое,
Колокольчик прозвенел.
Тут и шёл, да прошёл
Вор-бродяга
Из которой-то тюрьмы.
Петербургской темницы,
Год двенадцатый сижу,
Себе дежурного я жду.
59
Вон идёт, вон идёт,
Небольшую чашу щей несёт,
Как во этой во чашке
Есть капуста,
Она чёрная, как смоль.
За этой за капустой
Плывёт стадо червяков.
Отвернулся, сам заплакал,
Начал хлеб с водой жевать.
Арестант не собака,
Он такой же человек!

24Б.
В село родное…
Колокольчик прозвенел-да!
Куда шёл-прошёл бродяга,
Бездомовый человек.

Ты откуда, слышь, бродяга,


Из которой ты тюрьмы-да!
Ты откуда, слышь, бродяга,
Из которой ты тюрьмы?

Петропавловская крепость,
Год шестнадцатый сижу-да!
Петропавловская крепость,
Год шестнадцатый сижу.

Час двенадцатой пробило,


К нам дежурные идут,
Они несут полфунта хлеба,
Небольшую чару щей.

А во щах одна капуста,


Чёрна-чёрна, точно смоль-да!
60
Из-под этой же капусты
Плывет стая червяков.

Бросишь ложку, сам заплачешь,


Я пропал, братцы, навек.
Бросишь ложку, сам заплачешь,
Я пропал, братцы, навек.

Кто по множеству ворует,


Тот с начальством пополам-да!
А мы, мелкие воришки,
Пропадаем по тюрьмам.

24В.
На тракту село большое,
Там колокольчик прозвенел,
Бродяга, бездомовый человек,
Там и шёл, да и прошёл.
А навстречу к нему приятель,
Приятель переписывал бродяг,
Переписывал бродяг.
Ты скажи, да скажи, бродяга,
Из которой ты тюрьмы,
Из которой ты тюрьмы?
Из тюрьмы, да из Ленинграда,
Год двенадцатый сижу,
Год двенадцатый идет.
Они несут полпачки хлеба,
Небольшую чашу щей,
Как во тех во щах
Капуста черна, как смола.
Бросил ложку, сам заплакал,
Давай хлеб сам доедать.
Я, тюремщик, не собака,
А такой же человек!
61
Кто по множеству ворует,
Тот с начальством пополам.
А мы, мелкие воришки,
Пропадаем по тюрьмам.
Как в тюрьму дорожек много,
Из тюрьмы тропинки нет.

25А.
Глухой неведомой тайгою,
Сибирской дальней стороной
Бежал бродяга с Сахалина
Звериной узкою тропой.
Шумит, бушует непогода,
Далёк, далёк бродяги путь.
Укрой, тайга, его, глухая,
Бродяга хочет отдохнуть.
Там, далеко за тёмным бором,
Оставил Родину свою,
Оставил мать свою родную,
Детей, любимую жену.
«Умру, в чужой земле зароют,
Заплачет маменька моя.
Жена найдёт себе другого,
А мать сыночка никогда».

25Б.
Бежал бродяга с Сахалину
Звериной узкою тропой…
Укрой, тайга, укрой, глухая!
Бродяга вздумал отдохнуть.
А там вдали за синим морем
Оставил Родину свою,
Оставил мать свою, старушку,
Детей, красавицу жену.

62
Жена пропьёт мои манатки,
Забудет навеки про меня,
А мать-старушка не забудет
Сына никогда.

25В.
Бежал бродяга с Сахалина
Звериной узкою тропой.
Бежал тропой, бежал густою,
Бродяга вздумал отдохнуть.
Бежал тропой, бежал густою,
Бродяга вздумал отдохнуть.
И вдруг кусты зашевелились,
Раздался выстрел роковой.
И вдруг кусты зашевелились,
Раздался выстрел роковой.
Ой, там, вдали за синим морем,
Оставил родину свою,
Оставил мать свою родную,
Детей, красавицу жену.
Оставил мать свою родную,
Детей, красавицу жену.
Жена-ль то пропьёт мои манатки,
Забудет, курва, про меня.
Жена-ль то пропьёт мои манатки,
Забудет, курва, про меня.
Жена-ль то найдёт себе другого,
А мать сыночка никогда.

25Г.
Шёл бродяга с Сахалина
Звериной узкою тропой.
Бродяга к Байкалу подходит,
Рыбачью лодку берёт,
Бродяга Байкал переехал,
Навстречу родимая мать:
63
«Ах, здравствуй, здравствуй, мамаша,
Здоров ли отец и мой брат?»
«Отец твой давно уж в могиле,
А брат давно уж в Сибири».

25Д.
Кругом неведомой тайгою
Далёк, далёк бродяги путь.
Бежал бродяга с Сахалина,
Кругом тайга его глухая,
Бродяга хочет отдохнуть.
Он побежал в село родное,
Его никто не хочет знать.
Оставил родину свою
Далеко за синим морем,
Оставил мать свою, старушку,
Детей, любимую жену.
«Я умру, меня не схоронят,
Заплачет маменька моя,
Жена найдет себе другого,
А мать сыночка никогда.
Ох, зачем ты родила меня, мама?
Ох, зачем родила меня, мать!»
«Лучше б в море меня утопили,
Чем родному сыночку страдать».
Лежу я в тюремной постели,
Вспоминаю дом свой родной.
А горячие горькие слёзы
Так и льются одна за одной.

25Е.
На берегу сидел бродяжка,
Он слушал песню соловья.
– Соловей ты, соловейко,
Зачем так жалостно поешь?
64
Или участь мою знаешь,
Какую я сейчас терплю?
Там, далеко за синим морем,
Оставил родину свою,
Оставил мать свою, старушку,
Детей, красавицу жену.
Жена найдёт себе другого,
А мать сыночка никогда.

26.
В лесу ручей серебряный бежит,
Там птица вольная над деревом кружит.
И мы с тобою вольные, как птицы,
Да только счастья нам не отыскать.
И кто подскажет, где зарыть это счастье?
И кто научит, как беднягам дальше жить,
Где хоть краюху хлеба раздобыть?

27А.
Отворите окно, отворите!
Мне недолго осталося жить,
Ещё раз на свободу пустите,
Не мешайте мне жить и любить.

Выше сосен зелёные ели


Вырастают в сиянии дня.
Для чего же мне цепи надели?
Скиньте их и не мучьте меня!

Каплю света мне в сердце пролейте,


Успокойте лишь душу мою!
Пожалейте меня, пожалейте,
Я у края могилы стою!

Слышу, песня вдали прозвучала,


Что певала родимая мать,
65
И в груди сердце вдруг застучало,
Знать, недолго осталось страдать.

Хоть на час на свободу пустите,


На раздолье любимых полей,
Отворите окно, отворите,
Одинокой темницы моей!

27Б.
Отворите окно, отворите,
Мне недолго осталося жить.
Еще раз на свободу пустите,
Не мешайте страдать и любить.

С гор вода покатилась весною,


Хорошо на родимых полях.
Будет солнце сиять над землёю,
Вся могила утонет в цветах.

Холодеет усталое тело, гаснет взор.


Мне недолго осталося жить.
Ещё раз на свободу пустите,
Не мешайте страдать и любить.

Эх вы, цепи, вы, цепи, вы, цепи!


Скиньтесь, сбросьтесь, не мучьте меня!
Из-за вас я на свете страдаю,
Из-за вас, из-за вас я грущу,
Из-за вас, из-за вас умираю,
Из-за вас я в могилу иду.

27В.
Отворите окно, отворите,
Мне недолго осталося жить;
Ещё раз на свободу пустите,
66
Мне мешать, творить и любить.
Из-за вас, из-за вас я страдаю,
Из-за вас, из-за вас я иду,
Из-за вас, из-за вас я в могилу уйду.
Вы меня, вы меня хороните,
Где лежит моя родная мать,
Где поют перелётные птицы,
Там я буду спокойно лежать.

27Г.
Отворите окно, отворите,
Мне недолго осталося жить.
Ещё раз на свободу пустите,
Не мешайте страдать и любить.

Лежу я в больнице, болею,


Пулю вынули из груди.
Каждый знает меня на примете,
Что я налётчиком был на пути.

28А.
Полюбил от души я девицу
И готов для неё все отдать,
Бирюзой разукрашу светлицу
И поставлю златую кровать.

На кровати – лебяжью перину


И ковёр с раздушистых цветов,
Снаряжу я тебя, как картину,
И отдам это всё за любовь.

Но когда подозренье вкрадётся,


Что красавица мне неверна,
Наказанью весь мир подвергнётся,
Ужаснётся и сам сатана.
67
Со своею верной ватагой поеду
И разграблю я сто городов,
К своей милой с подарком приеду
И отдам это всё за любовь.

28Б.
Полюбил я девушку душою,
За любовь я готов жизнь отдать.
Бирюзою украшу светлицу,
Золотую поставлю кровать.
На кровать застелю лебяжью перину,
Одеяло уберу жемчугом,
А сам поеду в атаку
И разгромлю семьсот городов.
Но оттуда вернусь невредимым,
Всю добычу отдам за любовь,
Ну, а если случится измена,
Что красавица мне неверна,
К наказанью она подвернётся,
Расхохочется сам сатана.
Выше, выше смолистые сосны,
Все растут под сияньем огня,
Эти тяжкие цепи скиньте
И сбросьте, не мучьте меня!
Через вас я страдаю,
Через вас я все муки терплю,
Через вас я погибал,
Через вас я в могилу пойду.

28В.
Отворите окно, отворите,
Мне недолго осталося жить,
Ещё раз на свободу пустите,
Не мешайте страдать и любить.

68
Полюбил я её всей душою
И хочу за ё душу отдать,
Бирюзой разукрашу светлицу,
Золотую поставлю кровать.

На кровать я - лебяжью перину


И ковер с раздушистым цветком,
Разодену её как картину
И отдам это всё за любовь.

Под окном рассажу сад зелёный,


В том саду будет петь соловей.
Не цветёт в том саду сад зелёный,
Не поёт в том саду соловей.

28Г.
Растворите окно, растворите,
Мне осталось недолго уж жить,
Вы пустите меня на свободу,
Мне оставьте страдать и любить.

Сполюбил всей душой я девицу


И готов за неё жизнь отдать.
Снаряжу я тебя как картину
И златую поставлю кровать,
На кровать – лебяжью перину
И ковёр всех душистых цветов.

Насажу пышный сад над купальней,


В том саду будет петь соловей,
Под зелёной душистою ёлкой
Будем мы целоваться нежней.

28Д.
Отворите окно поскорее,
Мне недолго осталося жить!
69
Ещё раз на свободу пустите,
Не мешайте страдать и любить.
Как зайду я во светлу светлицу,
Там поставлю златую кровать,
На кровать положу я малютку,
Сам зальюсь горячей слезой.
Уж вы, слуги мои дорогие,
Приведите ко мне вы жену.

28Е.
Дождь слезою прошёл на родимых полях.
Будет солнце сиять надо мной,
И могила потонет в слезах.
Отворите окна, отворите,
Мне недолго осталось жить.
Ещё раз на свободу пустите,
Не мешайте страдать и любить.
Бирюзой разукрашу светлицу,
Золотую поставлю кровать.
На кровать дам лебяжью перину
И ковёр из душистых цветов.

29А.
В голове моей мозги ссыхались,
Сердце кровью моё облилось,
За измену неверного друга
Пострадать мне навечно пришлось.
Скоро, скоро судить меня будут,
На скамье подсудимой сидеть.
Кому – год, а мне – два с половиной
Арестантской работы дадут.
И погонют меня по пыльной дорожке
С конвоирами прямо в тюрьму.
И посодют меня в одиночку
За высоку тюремну стену.
70
Одиночка моя, одиночка,
До чего ты меня довела?
Русы кудри мои побелели,
Куда делась моя красота?
С гор вода покатилась весною,
Хорошо на родимых полях,
Будет солнце сиять надо мною,
И могила потонет в цветах.

29Б.
Эй, в голове моей мозги ссыхались,
Сердце кровью моей облилось.
За измену неверного друга
Пострадать мне немного пришлось.
Скоро буду в окружном судиться,
На скамье подсудимой сидеть.
Зачитают мои преступленья,
На совещанье все судьи пойдут.
Кому год, а мне две пятилетки
В заключенье тюремном дадут.
Вот погонят по пыльной дорожке
С конвоирами прямо в тюрьму.
Вот посадят меня в одиночку,
Очень трудно мне там привыкать.
Одиночка моя, одиночка,
До чего ты меня довела:
Поседели мои русы кудри,
Куда делась моя красота?

29В.
В голове моей мозги ссыхают,
Сердце кровью моё облилось,
За измену неверного друга
Так страдать мне, наверно, пришлось,
За измену неверного друга
71
Так страдать мне, наверно, пришлось.
Скоро, скоро судить меня будут,
На скамье подсудимой сидеть,
Зачитают мою преступленью,
Как погонят по пыльной дорожке
С конвоирами прямо в тюрьму.
И посадят меня в одиночку
За тюремную кирпичную стену.
Одиночка, моя одиночка,
До чего ж ты меня довела?
Поседели мои русы кудри,
Куда делась моя красота?

29Г.
Скоро, скоро я буду судиться,
На скамье подсудимой сидеть.
Кому год, кому два с половиной
А мне, наверно, десяток дадут.

И погонют по пыльной дорожке


С конвоирами прямо в тюрьму.
И посодют меня за решётку:
Ниоткуда никого не видать.

Куда делися алые щёчки?


Куда делась моя красота?
Красота-то куда подевалась?
Иссушила проклята тюрьма.

29Д.
Скоро, скоро судить меня будут,
На скамье подсудимым сидеть.
Кому год, кому два с половиной,
А мне дали десяточек лет.

72
И погонют по пыльной дороге
С конвоирами сразу в тюрьму,
И посодют меня в одиночку,
В одиночке сидеть тяжело.

В одиночке сидеть очень скучно,


Покоряюсь тюремной судьбе,
Вспоминаю, о, где дорогая,
Как прощался я с ней на заре.

На свиданье ко мне приходила,


Как меня повели на расстрел.
И заплакала, в обморок пала,
Я проститься с тобой не успел.

30А.
Солнце всходит и заходит,
А в тюрьме моей темно.
Дни и ночи часовые, да – эх!
Стерегут моё окно.

Как хотите, стерегите,


Я и так не убегу,
Мне и хочется на волю, да – эх!
Цепь порвать я не могу.

Ах вы, цепи, мои цепи,


Вы железны сторожа!
Не сорвать мне, не порвать мне вас, да – эх!
Истомилась вся душа!

Солнца луч уж не заглянет,


Птиц не слышны голоса,
Как цветок, и сердце вянет, да – эх!
Не глядели бы глаза!

73
30Б.
Солнце всходит и заходит,
А в тюрьме моей темно,
Днём и ночью часовые
Стерегут моё окно.

Стерегите, как хотите,


Я и сам не убегу.
Мне ведь хочется на волю,
Цепь порвать я не могу.

Ах вы, цепи, мои цепи,


Вы железны сторожа,
Не порвать вас, не порезать…
Доля горькая моя!

30В.
Солнце всходит и заходит,
А в моей тюрьме темно,
Днём и ночью часовые
Стерегут моё окно.

Как хотите, стерегите,


Я и сам не убегу,
Мне и хочется на волю,
Цепь порвать я не могу.

Ой вы, цепи, мои цепи,


Вы железны сторожа!
Не порвать вас, не порезать
Без булатного ножа.

Не гулять мне, как бывало,


По родимым по местам,
Моя молодость увяла
По острогам и тюрьмам.
74
30Г.
Солнце всходит и заходит,
А мне в тюрьме моей темно,
Солнце всходит и заходит,
А мне в тюрьме моей темно.

Днём и ночью часовые,


Эх, стерегут моё окно!
Днём и ночью часовые,
Эх, стерегут моё окно!

Хотите – стерегите,
Я и сам не убегу,
Хотите – стерегите,
Я и сам не убегу.

Как мне хочется на волю,


Цепь порвать я не могу!
Как мне хочется на волю,
Цепь порвать я не могу!

Уж вы, цепи, мои цепи,


Цепь – тюремны сторожа!
Уж вы, цепи, мои цепи,
Эх, цепь – тюремны сторожа!

Не бывать мне на воле,


На родимых полях,
Не бывать мне на воле,
На родимых полях.

Моя молодость пропала


Всё по острогам, по тюрьмам,
Моя молодость пропала
Всё по острогам, по тюрьмам.
75
30Д. Про Чапаева
Солнце всходит и заходит,
А в моей тюрьме темно,
День и ночью часовые
Стерегут моё окно.

А хотите – стерегите,
Я и так не убегу,
Хотя хочется на волю,
Цепь порвать я не могу.

Уж вы, цепи, мои цепи,


Вы железны сторожа!
Не порвать вас, не порезать
Без булатного ножа.

Не ходить мне, как бывало,


Тёмной ночью по лесам,
Моя молодость пропала
По островским по тюрьмам.

Чёрный ворон, чёрный ворон,


Что ж ты вьёшься надо мной?
Или погибель мою чуешь?
Чёрный ворон, я не твой!

30Е.
Солнце входит и заходит,
Во моей тюрьме темно.
Днём и ночью часовые
Стерегут мое окно.
Сколь хотите, стерегите,
Я и так не убегу.

76
Уж вы, цепи, мои цепи,
Вы железны сторожа,
Не порвать вас, не порезать
Без булатного ножа.

Вот двенадцать час отбило,


Часовой несёт обед:
Счи холодные с червями,
Хлеб зацвёлый – ись нельзя.

Счи оставил, хлеб отложил,


Сам заплакал, не стерпел.
Тут я вспомнил свою жонку,
Тут я вспомнил родну мать.

Не скажет мамынька родная:


«Садись, сыночек, ты поешь»,
Не скажет жонка дорогая:
«Ложись, постелька постлана».

31А.
Ах ты, доля, моя доля,
Доля горькая моя,
Ах, зачем ты, злая доля,
До Сибири довела?

Не за пьянство, за буянство
И не за ночной разбой –
Стороны родной лишился
За крестьянский труд честной.

Был в ту пору год голодный,


Стали подати сбирать,
Все крестьянские пожитки
За бесценок продавать.
77
Я от мира с челобитной
К самому царю пошёл,
Но схватили на дороге,
До царя я не дошёл.

И по царскому указу
За прошенье мужиков
Его милости плательщик
Сподобился кандалов.

Очутился я в Сибири
В тесной камере сырой,
Здесь я встретился с друзьями:
«Здравствуй, друг, и я с тобой!»

Далеко село родное,


А хотелось бы узнать,
Удалось ли односельцам
С шеи подати скачать?

31Б.
Эх ты, доля, моя доля,
Доля горькая моя,
Ах, зачем ты, злая доля,
До Сибири довела?

Не за пьянство, за буянство
И не за ночной разбой –
Стороны родной лишился
За крестьянский люд честной.

Год несчастный был, голодный,


Стали подати сбирать
И крестьянские пожитки
И скотину продавать.
78
Я от мира с челобитной
К самому царю пошёл,
Да схватили по дороге,
До царя я не дошёл.

И по царскому веленью
За прошенье мужиков
Его милости плательщик
Сподобился кандалов.

Далеко село родное,


А хотелось бы узнать,
Удалось ли односельцам
С шеи подати скачать?

31В.
Эх ты, доля, моя доля,
Доля горькая моя,
Эх, зачем же, злая доля,
До Сибири довела?

Не за пьянство, за буянство,
Не за ночной грабёж –
Стороны родной лишился
За крестьянский мир честной.

Год голодный, год холодный,


Стали подати сбирать
И последнюю скотину
За бесценок продавать.

Не стерпело моё сердце,


Я урядника убил,
И за это преступленье
В рудники я угодил.
79
32.
Загудела труба,
Повалила толпа,
Поле чистое, степь широкая,
Поле чистое, степь широкая.

Есть на поле погост,


За погостом – помост:
Гладко тёсаны, кровью смочены,
Гладко тёсаны, кровью смочены.

На нём парень стоял


И толпе прокричал:
«Я за правду стоял за народную,
Я за правду стоял за народную!»

Не крестясь, не молясь.
С визгом сталь поднялась,
Опустилася и вонзилася –
С плеч головушка покатилася.

Палач голову взял


И толпе показал
Ту головушку непокорную,
Ту головушку молодецкую.

А в толпе прокричал,
А в толпе прокричал
Голос матери умирающей,
Голос матери умирающей.

Загремела труба,
Расходилась толпа
С думой чёрною, непокорною,
С думой чёрною, непокорною.
80
33А.
– Почему ты, ямщик, перестал песни петь
И сидишь ты какой-то унылый?
Колокольчик вдали продолжает звенеть,
А тебе не слыхать, друг мой милый!

– Это было давно, год примерно назад,


Вёз я девушку трактом почтовым.
Круглолица была, словно тополь, стройна
И покрыта платочком шелковым.

Попросила она, чтоб я песню ей спел,


Я запел, а она подпевала.
А кругом тишина, только я да она,
А луна так лукаво стояла.

Вдруг жандармский разъезд перерезал нам путь,


Тройка будто бы вкопана стала.
Кто-то выстрелил вдруг прямо девушке в грудь,
И она, как цветочек, повяла.

Перед смертью она рассказала всё мне:


«Из тюрьмы я бежала к народу,
Но вот жалко, что смерть оборвала её мне
За счастливую жизнь, за свободу».

Вон на полянке там, там берёза стоит,


Что покрыта зелёной листвою.
Под берёзою той эта девушка спит,
Что взяла мою песню с собою.

81
33Б.
Отчего ты, ямщик, перестал песни петь,
Отчего твоя тройка уныла?
Колокольчик вдали продолжает звенеть,
А тебя не слыхать, друг мой милый.

Это было давно, год примерно назад,


Вёз я деушку трактом почтовым.
Точно тополь, стройна, точно роза, цвела,
Принакрыта платочком шелковым.

Попросила она, чтоб я песню ей спел,


Я запел, а она подхватила.
Но тюремный конвой перерезал нам путь,
Моя тройка, как вкопана, встала.

Кто-то выстрелил вдруг прямо деушке в грудь,


И она, как цветочек, завяла.
Под курганом кусты, там, где милая спит,
Унесла она песни с собою.

33В.
Это было давно в той деревне у нас,
Вёз я девушку трактом почтовым.
Черноброва, стройна, в синем море весь взгляд
И покрыта платочком шелковым.
Черноброва, стройна, в синем море весь взгляд
И покрыта платочком шелковым.
Попросила она, чтоб я песню ей спел.
Я запел, а она подхватила.
Кони мчались стрелой, не удержишь никак,
И неслись как нечистая сила.
Вдруг жандармский разъезд перерезал нам путь.
Кто-то выстрелил вдруг прямо девице в грудь,
И она, как цветочек, завяла.
82
Кто-то выстрелил вдруг прямо девице в грудь,
И она, как цветочек, завяла.

33Г.
Это было давно, год примерно назад,
Вёз я девушку трактом почтовым.
Белолица она, словно тополь, стройна
И накрыта платочком шелковым.
Попросила она, чтоб я песню ей спел,
Я запел, а она подхватила.
Кони мчали меня, точно ветер волну,
Точно гнала нечистая сила.
Вдруг жандармский разъезд
Перерезал нам путь,
Тройка, как вкопана, встала.
И какой-то подлец прямо выстрелил в грудь,
И она, как цветочек, завяла.
Перед смертью своей ей хотелось сказать,
Что, ямщик, на свободу бежала.
Там в степи холмик стоял,
А под этим холмом спит красотка.
Унесла мою песню с собою.

33Д.
Это было давно, год примерно назад,
Вёз я девушку трактом почтовым.
Круглолица была, словно тополь, стройна
И покрыта платочком шелковым.

Попросила она, чтоб я песню ей спел,


Я запел, и она зарыдала.
Кони мчались вдаль, словно ветер их мчал,
Но несла их нечистая сила.

Вдруг казачий разъезд перерезал им путь,


Тройка точно как вкопана встала.
83
Кто-то выстрелил вдруг прямо девушке в грудь,
И она, как цветочек, завяла.

Перед смертью своей она мне говорит:


«Из тюрьмы на свободу бежала,
Чтоб увидеть своёго родного отца,
Много лет старика не видала».

33Е.
Это было давно, год примерно назад,
Вёз я девушку трактом почтовым.
Круглолица была, голубые глаза
И накрыта платочком шелковым.

Попросила она, чтоб я песню ей спел,


Я запел, и она подхватила.
Тройка быстро неслась, словно вихерь нас нёс,
И несла нас нечистая сила.

Вдруг казачий разъезд перерезал нам путь,


Тройка сразу как вкопана стала.
Кто-то выстрелил вдруг прямо девушке в грудь,
И она, как цветочек, завяла.

Тут навстречу конвой, рассказали мне всё,


Что она из тюрьмы убежала.

33Ж.
Это было давно, год примерно назад,
Вёз я девушку трактом почтовым.
Круглолица она, словно тополь, стройна
И покрыта платочком шелковым.

Попросила она, чтобы песню ей спел,


Я запел, а она зарыдала.
84
Кони мчались в снегу, словно ветер в степи,
Но несла их нечистая сила.

Тут нечайно разрыв перерезал нам путь,


Наша тройка как вкопана встала.
Кто-то выстрелил вдруг прямо девушке в грудь,
И она, как цветочек, завяла.

Перед смертью она рассказала всё мне,


Как с тюрьмы на свободу бежала.
Схоронил я её на вершине крутой,
А вершина заросла травою.

Как под этим холмом крепко девушка спит,


Унесла мою песню с собою.

33-З.
Это было давно, год примерно назад,
Вёз я девочку трактом почтовым,
Разодета была в темно-синий костюм
И накрыта платочком шелковым.

Попросила она, чтоб я песню ей спел,


Я запел, а она зарыдала.
Вдруг нежданный обрез перерезал нам путь,
Кони точно как копаны встали.

Кто-то выстрелил вдруг прямо девочке в грудь,


И она, как цветочек, упала.
Перед смертью она прошептала мене,
Что из ссылки до дому бежала.

34.
Все подружки веселятся,
Я в неволе нахожусь.
85
Только есть моей отрады:
Из тюрьмы в окно гляжу.
У тюрьмы окно высоко,
Дверь железна, два замка.
Сторож двери отворяет,
Писарь с книгою идет:
«Ты не знаешь, Маша, горя,
Тебя снова суд зовет».
«Я давно про это знаю,
Что давно в тюрьме сижу».
Вышла Маша на крылечко –
Стоит войска больший штаб,
Вышла Маша за ворота –
Стоит чёрный экипаж.
Села Маша во карету,
Кони быстро понеслись.
«Ты не вейся, вольная пташка,
Над моей над головой,
Ты возвейся, вольная пташка,
Над родимой стороной.
Я не душу погубила,
Не в политике была,
Я студента полюбила
И сама в тюрьму пошла».

35.
Из-под беленькой берёзки
Протекает ручеёк
Под большой тюремный двор.
У тюремочки были крепкие,
Да два тяжёлые,
Да два замка.
– Кайся, кайся перед Богом,
Сколько душ ты погубил?
– Две душеньки зарезал,
Третью саблей зарубил.
86
36А.
– Скажи, скажи, каторжник,
За что ты попал в рудники,
За что ты прикованный к тачке
С железной лопатой в руке?

– Прикован я, братцы, за дело.


Сейчас же я вам расскажу,
Как был в шайке атаманом,
Имел шестьдесят молодцов.

Любил я ходить в одиночку


С товарищем верным – ножом,
Любил нападать на прохожих
И бил я их, грабил грабежом.

Однажды я вышел на дорогу


И вижу: два путника идут.
Взмахнул я своей дубиной
И сразу обоих убил.

Обшарил я их карманы,
Четыре копейки нашел,
А глянул на их я лица –
Отца я родного узнал.

Я встал перед ним на колени


И долго я плакал-рыдал,
И за эти четыре копейки
Я, братцы, в рудники попал.

36Б.
– Скажи-ка, скажи-ка, товарищ,
За что ты попал в рудники?
За что ты прикован к тачке,
Железна лопата в руке?
87
– Скажу я вам, братцы, всю правду,
Не скрою от вас ничего:
Был в шайке лихим атаманом,
Имел шестьдесят молодцов,
Любил я до страсти деньжонки,
За деньги людей убивал.
Однажды я в роще зелёной
Вдали я заметил двоих,
Рад я добыче
И в роще зелёной прилёг.
И только они поровнялись,
А я уже тут не робел,
Схватил по привычке дубинку
И за раз обоих убил.
Обшарил я их и карманы
И долго над трупом стоял,
Из этих из двух труп убитых
Отца я родного узнал,
А в ихних несчастных карманах
Четыре копейки нашел.
За эти четыре копейки
Сюда в рудники я попал.

36В.
– Скажи, брат, скажи, брат-товарищ,
За что ты сидишь в рудниках,
Прикованный к тачке цепями,
С железной лопатой в руках?
– Сижу в рудниках я за дело.
Послушай, товарищ, за что:
Когда же я был атаманом,
Имел шестьдесят молодцов.
По этой дороге заторной
Я грабил проезжих купцов.
Гляжу, по той торной дороге
88
Двое прохожих идут:
Один поп, а другой – чужестранец,
Идут и беседу ведут.
И вспомнил я прежню привычку,
Искусно вскочил я на них,
Махнул по привычке кинжалом,
Обоих на месте сложил.
Обшаривши их я карманы,
Четыре копейки нашел.
Из этих из двух я убитых
Родного отца я признал.
Упал перед ним на коленях
И долго пред ним я рыдал.
За эти четыре копейки
Сюда в рудники я попал.

37А.
По пыльной дороге оборванный, грязный,
Закованный в цепи мужчина шагал.
Он грязные руки закинул на плечи,
И что-то конвою тихонько шептал:
«Постой, подожди, нету сил, нету мочи!
Постой, подожди, расскажу, если хочешь,
За что заковали меня в кандалы.
Родился в избушке у старой старушки,
Потом в город шумный я после попал,
Там много бродило оборванных, грязных,
И там я у графа работу сыскал.
У старого графа была дочь Валентина,
Прекрасная Валя с золотою косой,
Она на рояле играла и пела
И всех чаровала своей красотой.
Однажды Валюша гуляла по саду,
Увидела Валя лакея в саду,
К себе прижимала его, целовала…»
89
37Б.
По пыльной дороге закованный в цепи,
По пыльной дороге закованный в цепи,
Шагал человек.
Он, голые руки скрестивши на бедрах,
И только чуть слышно конвою шептал:
«Постой, подожди, расскажу все сначала,
За что заковали меня в кандалы.
Я вырос в избушке у бедной старушки,
И в город я шумный работать пошел.
И долго бродил я, измученный, грязный,
И должность лакея у графа нашел.
У графа была одна дочь – Валентина,
Любимица графа и графских гостей.
Она на рояле играла и пела,
Она принимала и графских гостей».

37В.
По пыльной дороге закованный в цепи,
Закованный в цепи парнишка шагал.
Он сильно устал, онемели так ноги,
И что-то парнишка конвою шептал:
«Послушай, братишка, давай-ка закурим,
Сверни папироску, а я докурю.
Тебе расскажу я, за что так страдаю,
За что так покорно я цепи ношу.
У графа есть дочка… Катерина,
Красивая краля из барской семьи,
Она на рояле играла и пела,
И кто-то на скрипке ее подхватил.
На голос той скрипки она прибежала
И в чаще аллеи лакея нашла.
И губы слилися в одном поцелуе,
И руки на шее она обвила.
Наутро парнишку в тюрьму посадили
90
За то, что не граф он, а просто лакей.
Правдивые судьи понять не хотели,
Что судьбы бывают у разных людей.
Правдивые судьи понять не хотели,
Что судьбы бывают у разных людей».

38А.
Кончил, кончил курс науки,
В дом родительский попал,
В дом родительский попал
И просил у отца благословенья,
Которого отец не дал.
Которого отец не дал.
Ой, друзья, перед вами сознаюся:
Сестру родную полюбил,
Сестру родную полюбил.
И всегда преследовал за нею,
Всегда к любви ее склонял,
Всегда к любви ее склонял.
Вот однажды зашел к сестре в спальню,
Тихонько двери отворил,
Тихонько двери отворил
И упал пред нею на колени,
Сказал: «Люблю, люблю, сестра,
Люблю, люблю, сестра, тебя!»
Сестра от жалости сказала:
«И я люблю, братец, тебя.
И я люблю, братец, тебя!»
И вот от шума двери отворились,
Заходит грозный наш отец,
Заходит грозный наш отец:
«Ох вы, дети, мои дети,
Зачем пролили кровь мою?
Зачем пролили кровь мою?
Тебя я, доченька, прощаю,
91
Тебя, сынок, в острог сошлю,
Тебя, сынок, в острог сошлю».

38Б.
Кончил, кончил курс науки,
В дом родительский попал.
Я просил у отца благословенья,
Которой мне отец не дал.
Ох, друзья, перед вами сознаюся,
Сестру родную полюбил,
Я всегда преследовал за ею,
Всегда к любви ее склонял.
Однажды зашел к сестре в спальню
И упал на колени перед ней:
«Сестра, сестра, люблю тебя я!»
А сестра от жалости сказала:
«Люблю, люблю я, брат, тебя!»
Тихонько двери заскрипели,
Заходит грозный наш отец:
«Ох вы, дети, мои дети,
Зачем пролили кровь мою?
Тебя я, дочь моя, прощаю,
А сына в каторгу сошлю!»

39А.
Бывали дни веселые,
Гулял я, молодец.
Не знал тоски-кручинушки,
Как вольный удалец.

Бывало, вспомнишь пашенку,


Лошадок уберёшь,
А сам тропой знакомою
В заветный дом пойдёшь.

92
Она уж дожидается,
Красавица моя:
Глаза полуоткрытые,
Румяна и бела.

Но вот однажды осенью


Пришел любви конец,
И к ней с какой-то ярмарки
Посватался купец.

Тогда моя хорошая


Забыла про меня,
Забыла мою хижину,
В хоромы жить пошла.

Живет у чёрта старого


Во клетке золотой,
Как куколка, снаряжена,
С распущенной косой.

Оставшись в одиночестве,
Я точно опьянел.
И всю-то ночку тёмную
В раздумье просидел.

Блеснула мысль злодейская,


Во тьме нашел топор.
Простился с отцом, матерью,
И вышел через двор.

Иду, а ночка тёмная,


Вдали журчит ручей.
И дело совершилось –
Теперь я стал злодей.

93
Теперь в Сибирь на каторгу
Уводят молодца
За девку черноокую,
За чёртова купца.

39Б.
Бывали дни веселые,
Гулял я, молодец,
Не знал тоски-кручинушки,
Как вольный удалец,
Не знал тоски-кручинушки,
Как вольный удалец.

Бывал, приедешь с пашенки,


Лошадок уберешь,
А сам тропой знакомою
В заветный дом пойдёшь,
А сам тропой знакомою
В заветный дом пойдёшь.

Она уж дожидается,
Красавица моя:
Глаза полуоткрытые,
С улыбкой навсегда,
Глаза полуоткрытые,
С улыбкой навсегда.

Однажды в конце осени


Пришел любви конец,
А к ней заезжий с ярмарки
Присватался купец,
А к ней заезжий с ярмарки
Присватался купец.

Она, моя хорошая,


Забыла про меня,
94
Забыла мою хижину,
В хоромы жить пошла,
Забыла мою хижину,
В хоромы жить пошла.

Живёт у чёрта старого,


Как в клетке золотой,
Как куколка, снаряжена,
С распущенной косой,
Как куколка, снаряжена,
С распущенной косой.

Блеснула мысль злодейская:


Во тьме нашел топор,
Простился с отцом-матерью,
Сам вышел через двор,
Простился с отцом-матерью,
Сам вышел через двор.

Иду, а ночка тёмная,


Во тьме журчал ручей,
А дело совершилося –
Теперь я стал злодей.
А дело совершилося –
Теперь я стал злодей.

Теперь в Сибирь на каторгу


Угонят молодца
За деву черноокую,
За чёрта, за купца.
За деву черноокую,
За чёрта, за купца.

40А.
– Скажи, скажи, друг верный,
За что ты в темнице сидишь?
95
За что сквозь железны решётки
Печально на волю глядишь?
– Скажу вам, ребята, всю правду,
Разбойник отец не бывал,
Через сволочь, красиву девчонку
Я жизнь молодца погубил.
Бывало, кончаешь ученье
И к ней на свиданье идёшь,
А сам замираешь гармоньей,
Весёлую песню поёшь.
И что же я видел?
Красотку другой обнимал.
Изменила мне, изменила,
Её уж другой целовал.
От ревности сердце забилось,
От злости я весь задрожал.
И что тут со мною случилось:
Был у меня острый кинжал,
И тут с большою досадой
К изменнице он прискакал.
Соперник же был брат мой родный,
По ручку кинжал ей вонзил.
Он долго прощенья просил,
Он долго стоял на коленях,
Но снова кинжал я вонзил…
Надежды для брата ни слова.
Опомнился я уж в деревне.
Об этом уж всё заявил,
Что брата родного с девчонкой –
Обоих до раза убил.
И тут уж пришли понятые,
Забрали меня, молодца,
Рассталась с двумя сыновьями
Моя дорогая семья.
Отец мой горько заплакал,
96
Безверно валялася мать,
Прощайте, прощайте, родные,
Мне больше уж вас не видать. –
Окончил рассказ каторжанин
И сам головой покачал.
На глаза навернулися слезы,
И он, как дитя, зарыдал.

40Б.
– Скажи же, скажи, каторжанин,
За что ты в остроге сидишь?
– Скажу я, скажу вам всю правду:
Разбойничьей жизнью не жил,
В селенье я был крестьянином,
Одну я девочку любил.
Однажды иду я и вижу,
Красотку ласкает другой.
Что же со мною случилось:
От злости я здесь задрожал,
Мигом, как безумный, –
Со мною был острый кинжал –
К изменнице я подскочил
И в грудь её молодую
По ручку кинжал ей вонзил.
Она предо мною упала,
Точно как срезанный сноп.
Мигом тут осветила
Неверным светом луна,
И пред собою увидел:
Соперником брат был родной.
Он упал предо мной на колени,
Как ребёнок, он брата просил,
Чтоб жизнь я его молодую
В прекрасных годах не губил.
Нет и для брата пощады –
97
Мелькнул в руке снова кинжал,
И брата своего я родного
Свалил наповал.
Пришли понятые, связали,
Забрали мальчишку, меня.
Отец мой тут горько заплакал.
Простилась с двумя сыновьями
Моя дорогая семья.
Со всеми имя я простился,
И больше мне их не видать.

40В.
– Скажи ты, скажи, каторжанец,
За что ты в остроге сидишь?
Зачем сквозь тюремны решётки
Так грустно на волю глядишь?
Сколько купцов ограбил,
Сколько ты душ погубил?
Скажи, за како преступленье
Сюда ты попал во Сибирь?
– Ох, нет же, купцов я не грабил,
Купеческих душ не губил,
Хочу я вам честно признаться –
Ужасно красотку любил.
Она же ведь мне говорила,
Что, милый, люблю я тебя.
И мне перед Богом клялася:
«Навеки я буду верна».
Бывало, закончишь работу,
И к ней на свиданку идешь.
А сам заиграешь в гармошку,
Весёлую песню поешь.
Однажды пришёл я с работы
И вздумал её навестить,
Чтоб скучное, грустное время
98
В любви с ней вдвоём провести.
Когда я пришел – что увидел,
Не мог я владеть сам собой:
Ту милу, но подлую девку
Соперник ласкает другой.
Тут сердце моё не стерпело,
От ревности весь задрожал.
Той милой, но подлой девчонке
Вонзил в грудь по самый кинжал.
А после, когда рассмотрелся, –
Соперником был родной брат.
Но нет и для брата пощады,
Я брата убил наповал.
Вот за како преступленье
В Сибирь-то сослали меня,
Что утром с двумя сыновьями
Прощалась родная семья.

40Г.
– Ты скажи, каторжанец,
Сквозь железны решётки
Что так жадно на волю глядишь?
– Я конных не грабил,
Я пеших не бил,
За одну, за красивую деву
Я жизнь молодую сгубил.
Она для меня обещала:
«Буду вечно тебе я верна».
А в груди у меня бушевала
Как будто морская волна.
Вот иду я к ней и что же вижу:
Другой уж её ласкал.
От ревности сердце забилось,
От злобы я весь задрожал.
Как зверь озлобленный,
99
К изменнице вдруг подскочил
И в грудь молодую с досады
Кинжал я до ручки воткнул.
При свете луны я увидел:
С изменницей был брат родной,
Как статуя, был он бледен,
Стоял, умолял предо мной.
Для брата пощады не дал!

41.
Луна взошла, так тихо стало,
Самара спит во тьме ночной.
А в одиночке номер первый
Сидит преступник молодой.
Сидит преступник молодой:
– Я нижегородского рожденья,
Я из Малиновки села,
Я к вам приехал поднажиться,
Нажить деньжонок без труда.
Хожу я день, хожу неделю,
Дела плохие у меня.
А Иванов – купец богатый,
К нему нанялся в кучера.
Живу я день, живу неделю,
Задумал я их обокрасть.
Беру топор и ножик острый,
Иду я дело совершать.
Зашел я в комнату уютну,
А Иванов сидит один.
И предо мною на коленях
Упал богатый господин:
«Убей меня, возьми всё злато
И забери мою казну,
Не бей детей моих, малюток,

100
Не бей красавицу жену!»
Топор вокруг руки обвился,
А ножик дело совершил.
И всю семью я перерезал,
И много денег поднажил.

42А.
Луна-красавица лениво
Обходит тёмный свод небес.
Руками ветви раздвигая,
Идет разбойник через лес,
А там заросшая тропинка,
Но он давно привык уж к ней,
Ему не раз уж приходилось
Бродить меж спутанных ветвей.
Вдруг колокольчик громко звонит,
Громко звонит, прозвенел,
Как будто крик зловещей птицы,
Кинжал разбойника блестел.
Но не дремал старик-полковник,
Вскочил со шпагою в руке,
И завязался бой смертельный
Вблизи кареты на песке.
Полковник храбро защищался,
Разбойник смело наступал,
Смертельно раненный у сердца,
Полковник замертво упал.
Разбойник кинулся к добыче,
Кинжал и шубу снял с него,
В карман полез он за часами,
Отца родного он узнал.
Пред ним склонился на колени,
Язык отнялся, онемел:
«Ребята, вы справляйтесь сами,
Я с этим справиться один не мог».
101
42Б.
Луна-красавица лениво
Обходит пышный свод небес,
Кусты руками раздвигая,
Идет разбойник через лес.
Ему знакомая тропинка,
И он давно привык уж к ней,
Ему не раз уж приходилось
Блуждать средь путаных ветвей.
Вот колокольчик где-то слышно,
Звенит уныло вдалеке,
Глаза разбойника блеснули,
Сверкнул булатный нож в руке.
И лошадей остановила
Его могучая рука,
С разбитым черепом на землю
Упало тело ямщика.
Но не дремал старик полковник,
Со шпагой выступил в руке,
И смертный бой у них начался
Вблизи кареты на песке.
Полковник храбро защищался,
Разбойник смело наступал,
И трижды раненный полковник
На землю замертво упал.
Разбойник кинулся к добыче,
Со злостью шубу с него снял,
А за часами наклонился –
Отца родного в нём узнал.
«Лошадки милы, послужите
В последний раз для старика!
Отца на кладбище свезите,
Меня – в тюрьму наверняка».

102
42В.
Леса таёжные густые,
В них можно кое-что прочесть.
Кусты рукою раздвигая,
Идет разбойник через лес.
Вдруг колокольчик однозвучный
Прозвучал невдалеке,
Глаза разбойника сверкнули,
Буланый нож сверкнул в руке.
И лошадей остановила
Его могучая рука,
С разбитым черепом на землю
Упало тело ямщика.
Но не дремал старик полковник,
Он выскочил со шпагою в руке,
И тут начался бой кровавый
Возле кареты на песке.
Полковник храбро защищался,
Разбойник смело наступал
И в грудь вонзил ему кинжал,
Полковник замертво упал.
Разбойник кинулся к добыче
И живо шубу с него снял,
Когда к часам он наклонился,
Отца родного он узнал.

43. Комары
Комары меня заели
Да сибирская мошка,
Аж до мяса закусали.
Призадумался цыган:
«Знать, такая уж судьба –
Вновь разбойником идти,
На богатых спину гнуть!
Ах, за что же я страдаю?
103
Сам не знаю, отчего
В нищете я прозябаю».
Призадумался цыган:
«Знать, такая уж судьба –
Вновь разбойником идти,
На богатых спину гнуть!»

44.
По старой колымской дороге
По сорок девятой версте
Как там при широкой дороге –
Разбитая громом сосна.
Под этой разбитой сосною
Разбойник лютый лежал,
Он грабил и конных, и пеших,
Пощады давал лишь детям.
Шла лесом-тайгою бабёнка,
В корзине малютку несла,
«Стой!», – крикнул разбойничек лихо,
Сам за косу бабу схватил.
Он думал – большая добыча,
Взглянул – там малютка лежит,
Вдруг небо огнем засияло,
Разбойник был насмерть убит.

45А.
Рано утром по утрянке
Мы пойдем с тобой, чалдоночка,
По дорожке столбовой.
Где украдем, где обманем,
Где купца в лапти обуем,
Где обманем простака.
Восемь тысяч, два целковых
В одну ночку раздобыл
И с тобой, моя чалдоночка,
104
В один вечер прокутил.
А наутро мы проснулись –
Денег нету ни гроша.
А чалдоночка ругает,
Посылает воровать.
– Вы налейте стакан водки –
Я напьюся допьяна,
Приведите мне соперницу –
Подеруся с нею я.
Подеруся, поругаюсь,
Преступленье совершу.
А за это преступленье
В Сибирь на каторгу пойду.
По Сибири я шаталась,
Каторжанкою была.
Тебя, мой милый, вспоминала,
А соперницу кляла.

45Б.
Шел я рано по утряночке
По дорожке столбовой,
Полюби меня, цыганочка,
Я разбойник молодой.
Если ты меня полюбишь,
Не побрезгуешь ты мной,
То пойдем, моя цыганочка,
По дорожке столбовой.
Где украдем, где добудем,
Где соврём наверняка,
Где купца в лапти обуем,
Где обманем чудака.
Двадцать тысяч я целковых
В той деревне придобыл
И с тобой, моя цыганочка,
В одну ночку прокутил.
105
Утром станешь на рассвете –
Денег нету выпивать,
А чалдоночка ругается,
Посылает воровать.
– Вы налейте стакан водочки,
Я напьюся допьяна,
Приведите мне чалдоночку,
Подеруся с нею я.
Я соперницу зарежу,
Преступленье совершу
И за это преступленье
В тюрьму на каторгу пойду.

46. Конь вороной


Устелю я сани коврами,
В гривы алые ленты вплету,
Пролечу, прогремлю с бубенцами
И тебя на лету подхвачу.

Мы ушли от проклятой погони,


Где стреляли в нас с тобой.
Нас не выдадут карие кони,
И вороных уж не догнать.

47А.
Раз в Полтаве я родился,
В распроклятый край попал,
Заключил любовь с девчонкой,
Сам в неволюшку попал.

А неволюшка такая:
Серый камень, не домок.
Посадили на недельку –
Просидел там целый год.

106
Из Полтавы шлют бумагу:
Меня, мальчишку, на расстрел.
А я с горя да с печали
Сел да песенку запел…

47Б.
Во Полтаве я родился,
В распроклятый край попал,
Заключил любовь с девчонкой
И начал я рисковать.
Рискованьице такое:
Пару коней я украл.
И за эту пару коней
В тюрьму каменну попал.
Посадили на недельку –
Просидел я круглый год.
Из Полтавы шлют бумажку:
Меня, мальчишку, на расстрел.
А я с горя и с досады
Сел да и песенку запел:
«Прощай, папка, прощай, мамка,
Прощай, жинка молода!»
Девятнадцать пролетело
Мимо правого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Прямо в грудь мою вошла.
И я склонил, мальчик, головку
И сказал: «Прощай, страна!
Прощай, папка, прощай, мама,
Прощай, жинка молода!»

47В.
Во Полтаве я родился,
Во проклятый край попал,
Заключил любовь с девчонкой,
Сам я начал рисковать.
107
Рискование, брат, не шутка,
Занимался воровством.
Воровство меня сгубило,
В тюрьму каменну попал.

Посадили на недельку –
Просидел я целый год.
Из Полтавы шлют бумажку:
Взять меня, малышку, под расстрел.

По конвойной по дорожке
Повели нас на расстрел,
А мальчишка был веселый,
Взял и песенку запел.

Девятнадцать пуль летело


Мимо левого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Прямо в грудь мою вошла.

47Г.
Во Полтаве я родился,
Ой, да во проклятый Крым попал.
Заключил любовь с девчонкой,
Начал жизнью рисковать.
Рискованье, брат, такое –
Ой, да призанялся воровством.
Воровство меня сгубило,
В тюрьму каменну попал.
Посадили на недельку,
Ой, да просидел весь круглый год.
Из Полтавы шлют бумажку:
Ой, да я, мальчишка, на расстрел.
А мальчишка был рисковый,
Ой, да с горя песенку запел.
108
В девятнадцать лет просватала,
Ой, да мимо правого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Прямо в грудь мою легла.

47Д.
Во Полтаве я родился,
В распроклятый Крым попал.
Заключил любовь с девчонкой
И начал я рысковать.
Рысковал я, рысковал
И в неволюшку попал.
А неволя, брат, такая –
Минусинская тюрьма.
Посадили на неделю –
Просидел я круглый год.
Из Полтавы шлют бумагу:
Взять мальчишку на расстрел,
А мальчишка был не промах,
С горя песенку запел:
«Вейся, вейся, не развейся,
Ты, веревочка моя!
Завтра утром на рассвете
Я купцу продам тебя!»
Не пришлося мальчугану
Ту веревочку продать,
Не пришлося мальчугану
Ту девчонку замуж взять.
А пришлося мальчугану
Двадцать выстрелов принять.
Девятнадцать пролетело
Мимо левого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Погубила молодца.

109
47Е.
Во Полтаве я родился,
В Крым проклятый я попал.
Заключил любовь с девчонкой,
Потом начал рисковать.
Рискованьице такое –
Белокаменна тюрьма,
Посадили на недельку –
Просидел весь круглый год.
Из Полтавы шлют бумагу:
Меня, мальчишку, на расстрел.
Уж я с горя и с досады
Сел и песенку запел,
Сел и песенку запел.
Выводили на крылечко,
Окружил меня народ.
Уж я глянул по народу:
Стоит мать, стоит отец.
Стоит мать, стоит отец,
Стоит жена и семь детей.
– Уж вы, дети, мои дети,
Не вздавайтеся в отца!
Дальше солнца не загонят,
Сырой земли не миновать!
В девятнадцать лет просватала,
Ой, да мимо правого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Прямо в грудь мою легла.

47Ж.
Во Полтаве я родился,
Во проклятый Крым попал.
Заключил любовь с девчонкой,
Начал жизнью рисковать.

110
Рисковал, рисковал я,
Всё именье промотал,
Промотал я всё именье
И занялся воровством.

Воровство меня сгубило,


В тюрьму каменну попал.
Посадили на неделю –
Просидел я с лишним год.

Из Полтавы шлют бумагу:


Взять мальчишку под расстрел.
<…>
Девятнадцать мимо пролетело,
Мимо правого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Прямо в грудь мою вошла.

47-З.
Под Полтавой я родился,
В распроклятый Крым попал,
Воровать я научился,
Много горя перенес.

Заключил любовь с девчонкой,


Так через неё я пострадал.
Заключил любовь с девчонкой,
Так через неё я пострадал.

Из Полтавы шлют бумажку:


Меня, мальчишку, на расстрел.
Из Полтавы шлют бумажку:
Меня, мальчишку, на расстрел.

А я с горя, с той досады


Сел я, песенку запел.
111
А я с горя, с той досады
Сел я, песенку запел.

За бумажкой шлют другую:


Меня, мальчишку, на расстрел.
За бумажкой шлют другую:
Меня, мальчишку, на расстрел.

Ключник двери открывает:


«Выходи-ка, брат, сюда!»
Ключник двери открывает:
«Выходи-ка, брат, сюда!»

Вышел, вышел я, мальчишка,


Окружил меня конвой.
Вышел, вышел я, мальчишка,
Окружил меня конвой.

Гляну, гляну по народу:


Никого родных там нет.
Гляну, гляну по народу:
Никого родных там нет.

Глянул в правую сторонку:


Стоит отец, стоит и мать.
Глянул в правую сторонку:
Стоит отец, стоит и мать.

Отец голову повесил,


А мать слезами залилась.
Отец голову повесил,
А мать слезами залилась.

«Не плачь, тятька, не плачь, мамка,


Не плачь, родная семья,
Не плачь, тятька, не плачь, мамка,
Не плачь, родная семья,
112
Завтра рано на рассвете
Расстреляют здесь меня.
Завтра рано на рассвете
Расстреляют здесь меня».

47И.
Во Полтаве я родился,
В распроклятый Крым попал,
Заключил любовь с девчонкой
И начал я рысковать.
Рыскованье, брат, такое:
Пару коней я украл,
А за эту пару коней
В тюрьму каменну попал.
Посадили на неделю –
Просидел я круглый год.
Из Полтавы шлют бумагу,
Что мальчишку под расстрел.
Тут я с горя и печали
Сел я, песенку запел.

47К.
Во Полтаве я родился,
Во спроклятый Крым попал,
Заключил любовь с девчонкой,
Начал жизнью рисковать.
Рискованьице такое —
Научился воровать.
Воровство парня сгубило,
В тюрьму каменну попал:
Посадили на неделю —
Просидел я круглый год.
Из Полтавы шлют бумажки:
Мне, молодчику, на суд.
Присудили мне, мальчишке,
113
Двадцать выстрелов мне в грудь.
Девятнадцать пролетело
Мимо правого плеча,
А двадцатая, злодейка,
Прямо в грудь мою вошла.
Покатилася головка
Мимо правого плеча.

47Л.
Во Полтаве я родился,
В распроклятый Крым попал,
В одну девушку влюбился
И начал рысковать.

Рыскованье, брат, такое:


Пару коней я украл.
Я за эту пару коней,
Я в тюрьму каменну попал.

Посадили на неделю –
Просидел я круглый год.
Из-под Полтаву шлют бумажку:
Меня, мальчишку, на расстрел.

А я с горя да с печали
Сел да песенку запел.
Как я вышел на крылечко,
Окружил меня народ.

Посмотрю я направо –
Стоит мать моя, отец.
Отец голову повесил,
Мать слезами залилась.

Погляжу я налево –
Стоит женушка с детьми.
114
«Ох вы, дети, мои дети,
Не ходите вы в отца!»

48А.
Сидит Катя за решёткой,
Смотрит Катенька в окно,
Как все люди по воле гуляют,
А я, бедная, сижу.
Вышла Катя на Судовку,
Стали Катеньку судить.
Присудили молодой Катюше
Двадцать выстрел Кате в грудь.
«Эх вы, судья-канарейки,
Зачем вы губите меня?
Вы возьмите молодую Катюшу,
Выводите на расстрел».
Вышла Катя на площадку,
Стали в Катеньку стрелять,
Девятнадцать мимо пролетело,
А двадцатая Кате в грудь.
«Прощай, Киев, прощай, Харьков,
Прощай, одесская тюрьма!
Тебя я больше, больше не увижу
И закрываю глаза.
Эй вы, птички-канарейки,
Не летайте высоко.
Передайте моей маме, папе,
Что Катюши живой нет».

48Б.
Сидит Катя за решёткой,
Смотрит Катенька в окно,
А все люди по воле гуляют,
А я, бедная, сижу.
Вышла Катя за ворота,
115
Писарь с книжечкой идёт:
«Собирайся, молода Катюша,
Мы с тобой на суд пойдём».
Вышла Катя за ворота,
Побледнела как стена,
Задрожали у Кати ручки,
Ножки, покатилася слеза.
Вот приводят на площадку,
Стали Катеньку судить,
Присудили молодой Катюше
Двадцать выстрелов во грудь.
Вот приводят на площадку,
Стали в Катеньку стрелять:
Девятнадцать мимо пролетело,
А двадцатая прямо в грудь.
«Ах вы, пташки, канарейки,
Вы не летайте надо мной.
Вы летите к моей родной мамке,
Что Катюши нет живой».

49А.
Ветер веет, повевает,
Сад зелененький шумит,
Сад зелененький шумит.
Сама, млада я, не знаю,
Кого из трёх любить,
Кого из трёх любить.
Полюблю я того мальчишку,
Которого здеся нет,
Которого здеся нет.
Который родился
На той улице большой,
На той улице большой.
Там стояли две башни,
Посерёдке – большой дом,
116
Посерёдке – большой дом.
То не дом и не больница –
Настоящая тюрьма,
Настоящая тюрьма.
Там сидел один мальчишка
Три года до суда,
Три года до суда.
Но четвёртый наступает,
Ключник двери отворяет,
Ключник двери отворил.
Отворивши ключник двери,
Отворивши ключник двери:
«Выходи, мальчик, сюда!
Выходи, мальчик, сюда!»
Ой, я вышел на свет белый,
Перекрестился я рукой,
Перекрестился я рукой.
Глянул, глянул вокруг себя:
Весь народ стоит стеной,
Весь народ стоит стеной.
Повернулся я направо:
Стоит мать моя, отец,
Отец голову повесил,
Мать слезами залилась,
Мать слезами залилась.
«Не плачь, моя мать родная,
Знать, така моя судьба,
Знать, така моя судьба».
Отколь взялся там священник,
Стал он миня сповидать,
Стал он миня сповидать.
Отколь взялся там судебник,
То решение читать,
То решение читать.
Прочитал он там решенье,
117
Стал на ухо мне шептать,
Стал на ухо мне шептать:
«Признайся, мальчик, перед Богом,
Сколько душ ты погубил,
Сколько душ ты погубил?»
«Девяносто душ крещёных,
А сто двадцать пять – жидов,
А сто двадцать пять – жидов».
«Расставайся, мальчик, с белым светом,
Поведём тебя в поля,
Поведём тебя в поля».
Как вели в чисто поле,
Привязали до столба,
Привязали до столба.
Девяносто пуль пустили –
Не задела ни одна,
Не задела ни одна.
Сто двадцать пята-распроклята
Прямо в грудь ему вошла.

49Б.
Ветер дует, подувает,
Сад зелёненький шумит.
Я, девчонка, про то знаю,
Которого с трёх любит.
Полюбила я мальчишку,
Которого здесь нет,
Он во городе Одессе,
На улице, на ровной.
Там стояли три башни,
Посередине – большой дом,
Он не дом и не больница,
Настоящая тюрьма.
Ничего в тюрьме не слышно
И ничего там не видать.
118
Только слышно, только видно,
Ключник двери отворят:
«Выходи, мальчик, сюда!»
Да как вышел на свет белый,
Помолился на собор,
Глянул влево, глянул вправо,
По мне рыдает весь народ:
«Вы не плачьте и не рыдайте,
Знать, достоин я того».
Откуда-то взялся священник,
Стал допрашивать меня:
«Ты скажи, скажи, мальчишка,
Сколько душ ты загубил?»
«Девятнадцать православных,
Ещё двадцать пять жидов».
Да откуда-то взялся судебник,
Стал решенье мне читать,
Прочитал-то мне решенье:
Двадцать выстрел в грудь мне дать.
Девятнадцать пролетело мимо правого плеча,
Как двадцатая, злодейка,
Прямо грудь мою прошла.
Подкосились ручки, ножки…
До свиданья, белый свет!

49В.
Ветер веет, повевает,
Сад зелёненький шумит.
Полюбила я мальчишку,
Которого с трёх любить?

Как во городе в Одессе,


На той улочке одной,
Там стояли аж две башни,
Посерёдке – большой дом.
119
То не дом и не больница –
Настоящая тюрьма,
Там сидел один мальчишка
Аж три года до суда.

Год четвёртый наступает.


«Выходи-ка, брат, сюда!»
Выхожу я на свет белый,
Там стоят отец и мать.

Отец голову повесил,


Мать слезами залилась.
«Не плачь, папа, не плачь, мама,
Знать, судьба моя така!»

«Расскажи-ка ты, убийца,


Сколько душ ты погубил?»
«Восемнадцать душ крещёных,
А сто двадцать пять – жидов».

«Мы жидов тебе прощаем,


А за русских – никогда».

49Г.
Ветер дует, подувает, подувает,
Сад зелёненький шумит,
Ах, сад зелёненький шумит.
А я, девушка, не знаю,
Которого из трёх любить,
Которого из трёх любить.
Полюбила, скажем, я мальчишку,
Здесь в деревне его нет,
Здесь в деревне его нет.
Он во городе в Одессе
На улице на Равной,
120
На улице на Равной.
Там стояли аж две башни,
Посерёдке – дом большой,
Посерёдке – дом большой.
То не дом и не больница −
Настоящая тюрьма,
Настоящая тюрьма.
А в той тюрьме сидит мальчишка,
Знать, судьба его така,
Знать, судьба его така.
Ничего в тюрьме не слышно,
Ничего там не видать,
Ничего там не видать.
Только слышно было, видно,
Пришел ключник со ключом,
Пришел ключник со ключом.
Ключник двери раскрывает:
«Выходи, братец, сюда».
Только вышел я на дворик,
Перекрестился я рукой,
Перекрестился я рукой.
Где же взялся тот судебный,
Стал решенье мне читать,
Стал решенье мне читать.
Прочитал он мне решенье:
Двадцать выстрелов мне дать,
Двадцать выстрелов мне дать.
Девятнадцать пролетели
Мимо тела моего,
Мимо тела моего.
А двадцатая пуля-злодейка
Пронизала грудь мою,
Пронизала грудь мою.
Ручки-ножки подкосились,
К сырой земле придался я,
121
К сырой земле придался я,
А ты, мать моя родная,
Зачем ты родила меня?

50А.
Арестован был случайно,
Через изменницу-жену:
Она со мной жить не хотела,
Себе любовника нашла,
А мой костюм для этой цели
В крови испачкала сама.
И, чтоб построже осудили,
В отдел особый отнесла
И от стыда и от позора
Куда-то скрылася сама.
Гуляй, гуляй, моя подруга,
До свобожденья моего,
Освобожусь я, срок отбуду —
Ты бойся взгляда моего.
С тобой жить больше не намерен
И не намерен никогда.
При первой встрече, я уверен,
Напьюся крови из тебя.
Тогда пускай меня осудят,
Хотя б сошлют на двадцать лет,
Но я и тем доволен буду:
Кто изменил, того уж нет.

50Б.
Арестован был случайно
Через изменщицу-жену:
Меня в убийстве обвинили
И посадили в минтюрьму.

Она со мной жить не схотела,


Себе любовника нашла,
122
А мой костюм для этой цели
В крови испачкала сама.

И, чтоб построже осудили,


В отдел особый отнесла
И от стыда и от позора
Куда-то скрылася сама.

Ко мне приходит на свиданье,


Убита горем, мать моя,
И весть печальну приносила,
Что расстрелять хотят меня.

И расстрелять − не расстреляли…
В Сибирь сослали на пять лет.
Эх, гуляй, гуляй, моя зазноба,
До свобожденья моего.

Гуляй-гуляй, моя зазноба,


До свобожденья моего,
Освобожусь я, срок отбуду,
И бойся взгляда моего!

С тобою жить я не намерен,


Я не намерен никогда.
При первой встрече, я уверен,
Нальюся крови из тебя.

Потом пускай меня осудят,


Хотя сошлют на двадцать лет,
Но я и тем доволен буду:
Кто изменил, того уж нет.

50В.
Прощай, свобода дорогая,
За деньги продал я тебя,
123
Мне не видать родного края,
Тюрьма до гроба довела.
Меня случайно арестовали
И посадили жить в тюрьму,
Меня в убийстве обвиняли
Через изменницу-жену.
Она со мной жить не хотела,
Себе любовника нашла,
И мой костюм для этой цели
В крови испачкала она,
И от стыда и от позора
Куда-то скрылася она.

50Г.
Прощай, свобода дорогая,
За рюмку пропил я тебя,
Мне не видать родного края,
Тюрьма – награда для меня.
Жена со мной жить не схотела,
Себе любовника нашла,
А мой костюм для этой цели
В крови испачкала сама.
Меня в убийстве осудили
И посадили во тюрьму,
Мать на свиданье приходила
И горьки весточки несла,
Мать на свиданье приходила
И горьки весточки несла:
«Тебе жена там изменила,
Себе любовника нашла».

51.
Я слышу смертный приговор
Своим злодейским воздаяньям,
Порой глядят мои позоры,
124
Петля прервёт моё дыханье.
Я жизнь свою ничуть не пожалею,
И льются слезы из моих очей,
А смерть открыта мне, злодей.
Жаль жену и жаль малых детей,
Жена – мой друг, а дети − моё счастье.
Прости жестокости мои,
Забудь той ноченьки счастливой,
Как на груди твоей лежал,
Огнём пылали ясны очи,
А в мыслях я точил кинжал.
Жена, иди к царю, проси прощенья,
Царь правосудье изменит,
Он даст моих забот награду,
А мне, бедняге, жизнь возвратит.

52.
Чубчик, чубчик кучерявый,
Развевайся, чубчик, по ветру.
Раньше, чубчик, я тебя любила,
Но теперь забыть я не могу.

Бывало, оденешь шапку на затылок,


Днём и вечерком гулять пойду,
А чубчик, чубчик из-под шапки
Так и вьётся, вьётся по ветру.

Придёт зима, настанет лето,


В саду деревья пышно расцветут.
А мне, а мне, бедному мальчонке,
Цепями ручки-ножки закуют.

Но я Сибири не страшуся,
Сибирь тоже русская земля.
Вейся, вейся, чубчик кучерявый,
Эх, развевайся, чубчик, на ветру.
125
53.
Иркутские края ли да заборы,
Они нам головы крушат,
Они нам головы крушат.
Начальники были у нас престроги,
Работой тяжкой нас да нурят,
Работой тяжкой нас нурят…
Какая может быть, братцы, у нас работа?
Одно мученье в кандалах!
Одно мученье в кандалах!
Ну, кандалы были у нас тяжёлы,
Пробили ноги до костей!

54А.
Далеко в стране иркутской,
Между двух огромных скал,
Обнесен стеной высокой
Александровский централ.

Дом большой, покрытый славой,


На нём вывеска висит,
А на ней орел двуглавый
Раззолоченный стоит.

По дороге тройка мчалась,


В ней был барин молодой,
Поравнявшись с подметалой,
Крикнул кучеру: «Постой!»

– Ты скажи-ка мне, голубчик,


Что за дом такой стоит?
Кто владелец тому дому?
Как фамилия гласит?

– Он живёт в больших палатах,


И гуляет, и поёт,
126
Здесь же в сереньких халатах
Дохнет в карцере народ.

– А скажи-ка мне, голубчик,


Кто за что же здесь сидит?
– Это, барин, трудно помнить:
Есть и вор здесь, и бандит.

Есть за правду за народну:


Кто в шестом году восстал,
Тот начальством был отправлен
В Александровский централ.

Есть преступники большие,


Им не нравился закон,
И они за правду встали,
Чтоб разрушить царский трон.

Отольются вору слёзы.


Знать, царю несдобровать! –
Уловив слова угрозы,
Барин крикнул: «Погонять!»

54Б.
Ехал барин той дорожкой,
Ехал барин непростой,
Поравнялся с подметалой,
Крикнул кучеру: «Постой!»

– Ты постой, постой, голубчик!


Расскажи, что за этот дом?
– Этот дом, барин, казённый,
Александровский централ.

– А еще скажи, голубчик,


Кто за что сюда попал?
127
– Где же, барин, я упомню,
Кто за что сюда попал?

Я попал сюда нечаянно,


За изменницу-жену,
Я убил её случайно
И теперь вот здесь мету.

54В.
Далеко в стране иркутской,
Между двух огромных скал,
Обнесён стеной высокой
Александровский централ.

Чистота кругом, порядок –


Нигде соринки не найдёшь.
Подметало штук по двадцать
В каждой камере найдёшь.

55А.
В Сибири есть тюрьма большая,
Ограда каменна высока,
Через неё не перелезть.
И вот заходит в тюрьму начальник,
И начинает выкликать:
«Воры, бандиты – все собирайтесь!
Пора в этап вас отправлять».
Воры, бандиты – все собрались,
Сложили вещи впереди,
Вокруг слышен голос двух конвоиров:
«Давай, в вагоны заходи!»
Вот поезд тронулся тихонько,
И все вагоны впереди.
Ой, чья-то, чья-то мать-старушка
Стоит и плачет у ворот.
128
А сын заметил, да и заплакал,
И крикнул: «Мама, не грусти!»

55Б.
В черте Сибири тюрьма большая,
Народу в ней не перечесть.
Ограда каменная высока,
Через неё не перелезть.
Вот входит, входит в тюрьму начальник
И начинает выкликать:
«А, рецидивисты, все собирайтесь,
Пора в лета вас отправлять».
А рецидивисты все собралися,
Сложили вещи впереди.
Вот поезд тронулся, помчался,
Он мчится, мчится впереди.
А чья-то, чья-то, ой, мать-старушка
Стоит и плачет в стороне.
А я ведь тоже ведь заплакал
И слёзы вытер рукавом.

55В.
В Мариинске тюрьма большая,
Народу в ней не перечесть.
Ограда каменна высока,
Через неё не перелезть.
И вот подходит к тюрьме начальник
И начинает вызывать:
«Ох вы, девицы, вы, красавицы,
Пора в этап вас отправлять!»
Вот поезд тронулся и помчался
По той высокой по горе,
А чья-то, чья-то мать-старушка
Стоит и плачет в стороне.

129
55Г.
Зачем я встретился с тобою,
Зачем я полюбил тебя,
А мне назначено судьбою
Идти в далёкие края.
В Сибири есть тюрьма высока,
Народу в ней не счесть,
Ограда каменна высока,
Через неё не перелезть.
И вот заходит в тюрьму начальник
И начинает выкликать:
«Все заключённые, вы собирайтесь,
Пора вас в лагерь отправлять!»
Все заключённые, ой, собралися,
Сложили вещи впереди.
Поезд тронулся, помчался,
Он мчится прямо на Восток.
А чья-то одна мать-старушка
Стоит и плачет у ворот.
А сын заметил, и он заплакал
И слезы вытер рукавом.
Мамаша тоже вытирала
Своим батистовым платком.

55Д.
Зачем я встретился с тобою,
Зачем я полюбил тебя.
Назначено судьбою
Идти в далёкие края.
Назначено судьбою
Идти в далёкие края.
<…> Сибири есть,
Народу в ней не перечесть
<…> ограды,
Через неё не перелезть.
130
И вот заходит в тюрьму начальник
И нас вытаскивает:
«Все заключённые, все собирайтеся,
Пора вас в лагерь отправлять!
Все заключённые, все собирайтеся,
Пора вас в лагерь отправлять!»
Все заключённые, ой, собрались,
Сложили вещи впереди,
Все заключённые, ой, собрались,
Сложили вещи впереди.
Поезд тронулся, помчался,
Он мчится прямо на восток,
А чья-то эта мать-старушка
Стоит и плачет у ворот.
А чья-то эта мать-старушка
Стоит и плачет у ворот.
А сын заметил, и он заплакал
И слёзы вытер рукавом.
Мамаша тоже вытирала
Своим батистовым платком.

55Е.
Зачем я встретился с тобою,
Зачем я полюбил тебя?
Мне назначено судьбою
Пойти в сибирские края.
В Сибири есть тюрьма большая,
Народу в ней не перечесть,
Ограда каменна высока –
Через неё не перелезть.
Вот выходит тюрьмы начальник
И начинает выкликать:
«Заключённые, собирайтесь!
Пора вас в лагерь выгонять».
И заключённые собрались,
131
Сложили вещи впереди.
Вот чья-то, чья-то мать-старушка
Стоит и плачет у ворот…

56А.
О, Боже Всевышний,
Тобой я наказан,
Тобой я свободы лишён!
Я злыми людями
Был признат виновным,
В Сибирь за убийство суждён.
Суждён, ну и что же,
Суди, как угодно,
Разбита семейная жизнь.
Лежу я на нарах,
Так тяжко вздыхаю
И думаю лишь об одном –
Вот вырастут дети,
У матери спросят:
«А где ж наш родимый отец?»
А мать зарыдает
И детям расскажет:
«Он принял тюремный конец».

56Б.
О, Боже Всевышний,
Тобою наказан,
Тобою свободы лишён!
Я злыми людьми
Был признан виновным,
В Сибирь за убийство суждён.
Суду, ну и что же,
Как угодно,
Разбито наше семейное счастье.
Лежу я на койке,
132
Так часто вздыхаю
И думаю всё об одном –
Вот вырастут дети
И спросят у матери:
«А где наш родимый отец?»
А мать зарыдает,
Детям своим скажет:
«Он принял тюремный арест».

56В.
Ой, Боже Всевышний,
Тобой был наказан,
Тобой был свободы лишён!
Я злыми людьми
Был признат виновным,
В Сибирь за убийство суждён.
Суди, ну и что же?
Суди, как угодно,
Разбита семейная часть.
Звонок на прогулку
Рестантам пробило,
Все вышли, а я не пошел.
Лежу я на юрсах,
Сам тяжко вздыхаю,
Всё думаю я об одном –
Вот вырастут дети,
У матери спросят:
«А где же наш родный отец?»
А мать зарыдает, детям все расскажет:
«Он принял тюремный конец».

57А.
Голова ты моя удалая,
Долго буду носить я тебя?
Судьба ты моя роковая,
Долго буду любить я тебя?
133
Я лежу на тюремной постели,
Споминаю про мать и отца,
А тюремные горькие слёзы
Так и льются ручьём без конца.

Я умру на тюремной постели,


Спохоронят меня кое-как,
Гроб сколотят из старого тёса
И оденут тюремный халат.

И никто обо мне не поплачет,


Ни отец, ни родимая мать.
Только мелкие пташки слетятся
Над холодной могилкой моей.

Запоют разунылую песню


Над моим деревянным крестом.

57Б.
Голова ли ты моя удалая!
Ох ты мать, ты мать,
Мать ты моя родная,
Для чего же ты меня родила?
Для того, чтоб сидеть в той клетке,
Испытать всю тюремную жизнь?
Я вспомру на тюремной постели,
И никто обо мне не узнает,
И никто обо мне не поплачет,
И родимая мать.
Только пропоёт соловей
Над моим бедным крестом.

57В.
Ах, зачем я на свет появился,
И зачем меня мать родила?
134
Лучше б в море меня утопила,
Чем приютскую жизнь мне дала.
Я лежу на приютской постели,
Вспоминаю я мать и отца,
А горючие, горькие слёзы
Так и льются на грудь без конца.
Я умру на приютской постели,
Похоронят меня кое-как,
Гроб сколотят из старого тёса
И наденут приютский халат.

58.
Голова ты моя удалая,
Долго ль буду я тебя носить?
Судьба ты моя роковая,
Долго ль мне осталось жить?
Понапрасну как-то
В тюрьму я попал.
Орёл молодой,
Прилетай на окошко.
Орёл молодой сел на окно,
Стучит в окно:
«Вставай, полетим со мной,
Полетим далеко, на сине море.
Там по синю морю плывут корабли.
Во первом корабле машут паруса,
А во втором солдат в поле везут,
А в третьем корабле
Отец с матерью плывут,
Своего сына родного
Во солдаты везут».

59А.
Камера сырая, там подземный звон,
Там сидит мальчишка, слёзно плачет он.
135
Там сидит мальчишка, слёзно плачет он.
Ключник открывает: «Выходи, злодей!»

Ключник открывает: «Выходи, злодей!


Выйди на свиданку к матери своей.

Выйди на свиданку к матери своей».


У ворот – старушка, мать его стоит.

У ворот – старушка, мать его стоит,


Она слёзно плачет, сыну говорит.

Она слёзно плачет, сыну говорит:


«Сын ты мой, сыночек, сын мой дорогой!

Сын ты мой, сыночек, сын мой дорогой!


Что же ты наделал над своёй судьбой?

Что же ты наделал над своёй судьбой?


Не хотел, сыночек, честно работать.

Не хотел, сыночек, честно работать,


Ты пошёл, сыночек, грабить, убивать.

Ты пошёл, сыночек, грабить, воровать».

59Б.
Камера шесть под большим замком,
Там сидел мальчишка, горько плакал он.
Ключник открывает, говорит: «Злодей,
Выйди на свиданье к матери своей.
У ворот тюремных мать твоя стоит».
Она горько плачет, сыну говорит:
«Сын ты мой, сыночек, сын мой дорогой!
Что же ты наделал над своей судьбой?»
136
«Не хотел я, мама, честно работать,
А хотел я, мама, грабить-воровать.
Куда ветер дует, туда я пойду,
Где солнце пригреет, там приют найду».

59В.
Камера шестая под большим замком,
Там сидел мальчишка, горько плакал он.
Там сидел мальчишка, горько плакал он.
Ключник открывает: «Где же ты, злодей?
Выйди на свиданье к матери своей.
Твоя мать-старушка у ворот стоит».
Она горько плачет, сыну говорит:
«Сын ты мой, сыночек, сын мой дорогой,
Что же ты наделал над своей судьбой?
Не хотел, сыночек, честно работать,
А пошёл, сыночек, грабить, убивать».
«Ты не плачь, старушка, горьких слёз не лей,
Сына-хулигана больше не жалей».

59Г.
Камера шестая у больших замков,
Там сидел мальчишка, да горько плакал он,
Там сидел мальчишка, да горько плакал он.
Вот приходит ключник: «Выходи, злодей!»
Вот приходит ключник: «Выходи, злодей!
Выйди на свиданку к матери своей,
Выйди на свиданку к матери своей.
Мать твоя, мамаша, у ворот стоит,
Мать твоя, мамаша, у ворот стоит».
Она слёзно плачет, сыну говорит,
Она слёзно плачет, сыну говорит:
«Сын ты мой, сыночек, сын ты мой родной,
Сын ты мой, сыночек, сын ты мой родной!
Что, сынок, наделал над своей судьбой?»
137
«Не плачь, не плачь, мама, горьких слёз не лей.
Сына-хулигана больше не жалей,
Сына-хулигана больше не жалей.
Сшей ты мне костюмчик, две пары сапог,
Сшей ты мне костюмчик, две пары сапог,
Завтра отправляют на Владивосток».
На востоке спросят: «Вы зачем сюда,
Молоды ребята, прибыли сюда?
Молоды ребята, прибыли сюда?»
«За поллитру водки, за литру вина,
За поллитру водки, за литру вина,
За младу девицу пришли мы сюда».

59Д.
Ох, как надоело под большим замком.
Ключник открывает – выходи, злодей!
Иди на свидание к матери своей!
Мать твоя, старушка, у ворот стоит,
Слезы проливает, сыну говорит:
«Сын ты мой, сыночек, сын мой дорогой!
Что же ты наделал со своей судьбой?
Не хотел, сыночек, честно работать,
А пошёл, сыночек, грабить, воровать.
За бутылку пива, за стакан вина
Жизнь твоя разбита, вся загублена».

59Е.
Сидит за решёткой
Парень молодой,
Смотрит он в окошко.
Стоят мать с отцом,
Они слёзно плачут,
Сыну говорят:
«Сын ты мой, сыночек!
Сын ты мой родной!
138
Что же ты наделал
Над своей судьбой
За пол-литру водки,
За стакан вина?»

60А.
Во саду при долине
Громко пел соловей,
А я, мальчик, на чужбине
Позабыл и всех друзей.
А я, мальчик, на чужбине
Позабыл и всех друзей.
Позабыт, позаброшен
С молодых юных лет,
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
На чужой на чужбине
Я безродным живу,
И родного уголочка
Для себя я не найду.
И родного уголочка
Для себя я не найду.
Я нашел уголочек,
Но и тот мне не свой,
Надоело мне скитаться,
Я ищу себе спокой.
Надоело мне скитаться,
Я ищу себе спокой.
Эх, помру, верная моя,
И похоронят меня,
И родные не узнают,
Где могила моя.
И родные не узнают,
139
Где могила моя.
Только раннею весною
Соловей пропоёт.
На мою на могилу,
Знать, никто не придёт.
Только раннею весною
Соловей пропоёт,
Пропоёт и просвищет,
И опять улетит.
Одинокая могила
Одинокая стоит.
Одинокая могила
Одинокая стоит.

60Б.
Вот умру, вот умру я,
Похоронят меня,
И родные не узнают,
Где могилка моя.
На могилку на эту,
Знать, никто не придёт.
Только ранней весною
Соловей пропоёт.
Вот придут на чужие могилки
Родные своих помянуть.
И из жалости горестной бросят
Горсть зерна на могилку мою.
Вот умру, вот умру я,
Похоронят меня.
И родные не узнают,
Где могилка моя...

60В.
Как умру – спохоронят
На чужбине меня,
140
И родные не узнают,
Где могилка моя.

На мою ль на могилку,
Знать, никто не придёт,
Только раннею весною
Соловей пропоёт.

Пропоёт и просвищет,
И опять улетит.
Только лишь моя могилка
Одиноко стоит.

Как умру я, умру,


Похоронят меня.
И родные не узнают,
Где могилка моя.

60Г.
Там, в саду при долине,
Громко пел соловей,
А я, мальчик, на чужбине
Позабыт я людьми.
Позабыт, позаброшен,
С молодых юных лет
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
Надоело мне скитаться,
Под открытым небом спать,
Хлеб с холодною водою
Со слезами глотать.
Вот помру я, помру я,
Похоронят меня,
И никто не узнает,
Где могилка моя.
141
На мою на могилку,
Знать, никто не придёт,
Только раннею весною
Соловей пропоёт.
Пропоёт и просвищет
И опять улетит,
А моя-то могилка
Одиноко стоит.

60Д.
Позабыт, позаброшен
С молодых юных лет,
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
У других есть родные,
Приласкают порой,
Меня все обижают,
И для всех я чужой.
На чужой я сторонке
Я без рода живу,
Уголочка родного
Для себя не найду.
Вот и холод, и голод –
Меня он изнурил,
А я, молод мальчишка,
Это всё пережил.
Вот нашёл уголочек,
Да и тот мне чужой,
Надоело скитаться,
И ищу я покой.
Я спомру, я спомру,
Похоронят меня,
И родны не узнают,
Где могила моя.
На мою на могилку,
142
Знать, никто не придёт,
Только ранней весною
Соловей пропоёт,
Пропоёт и просвищет,
И опять улетит.
Моя бедна могилка
Одиноко стоит.

60Е.
Во саду при долине
Громко пел соловей,
А я, мальчик, на чужбине
Спозабытых людей.
Спозабыт, спозаброшен
С молодых юных лет,
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
Холод и голод –
Он меня изнурил,
А я, мальчик, ещё молод,
Это всё пережил.
Я спомру, я спомру,
Похоронят меня,
И родные не узнают,
Где могила моя.
На мою на могилу,
Знать, никто не придёт.
Только ранней весною
Соловей пропоёт,
Пропоёт и просвищет,
И опять улетит.
А моя-то могила
Одинокая стоит.
На других на могилах
Всё кресты да кресты,
143
А моя-то могила –
Одни голы кусты.

60Ж.
Во саду при долине
Громко пел соловей,
А я, мальчик, на чужбине
Позабыт от людей.
Позабыт, позаброшен
С молодых юных лет,
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
А других приголубят
И приласкают порой,
А меня все обижают,
И для всех я чужой.

60-З.
Как в саду при долине
Горько пел соловей,
А я, мальчик, на чужбине,
Сиротинка, позабыт.
Позабыт, позаброшен
С молодых юных лет,
Я остался сиротою,
Счастья-доли мне нет.
Приходилось порою
Под открытым небом спать,
Хлеб с холодною водою
Со слезами глотать.
Надоело мне скитаться,
Я нашёл себе покой,
Я нашёл уголочек,
Да и то не свой.
На мою на могилу,
Знать, никто не придет.
144
Лишь соловушка залётный
Свою песнь пропоёт,
Пропоёт и просвищет,
И опять улетит.
У людей на могиле
Всё цветы да венки,
У меня-то сиротинки –
Одни голы кусты.

61.
Вот лягу спать, а мне не спится –
Во сне приходит мать ко мне:
Перед иконою святою
Стоит и плачет, как дитя,
Стоит и плачет, как дитя.

Вы поглядите на лохмотья
И на истерзанную грудь,
Я много лет прожил бродягой
Вдали от родины своей,
Вдали от родины своей.

Уеду в дальнюю сторонку,


Где мать моя погребена.
Я много лет прожил бродягой
Вдали от родины своей,
Вдали от родины своей.

62.
Развяжите мои крылья,
Дайте вволю полетать.
Позаброшенную долю –
Полечу её искать.

Завтра утром, чуть светочек,


Я отправлюся в полёт.
145
Расспрошу про мать родную,
Как она теперь живёт.

Может быть, она, старушка,


С тоски-горя умерла.
Может быть, её могила
Вся травою заросла.

В воскресенье, чуть светочек,


Я на кладбище пойду
И заросшую могилу
Всю слезами оболью.

Растворись, земля сырая,


Выйди, маменька моя!
Расскажу тебе, родная,
Как живу я без тебя.

Нет ни счастья, нет ни доли,


Нет ни маменьки родной,
А я, мальчик заключённый,
Я остался сиротой.

63А.
Горит свеча дрожащим светом,
На корабле матросы спят,
Корабль несется полным ходом,
Машины тихо там стучат.
Один матрос был всех моложе,
Повесил голову на грудь,
С тоской по родине далёкой
Он, бедный, всё не мог уснуть.
«Ой ты, мать моя родная,
Зачем на свет меня родила?
Судьбой несчастной меня наградила,
146
Костюм матроса мне дала.
Костюм матроса презирают,
Нигде прохода не дают,
И нами тюрьмы заполняют,
Под суд тюремный отдают».

63Б.
Горит свеча дрожащим светом,
Бандиты все спокойно спят.
А страж решётки проверяет,
Замки железные звенят.
Один бандит, он всех моложе,
Склонивши голову на грудь
В тоске по Родине далёкой,
Не может, бедненький, заснуть.

64А.
За тюремной кирпичной стеною
Молодой арестант умирал.
Он, склонившись на грудь головою,
Потихоньку молитву шептал:
«Эка, Господь Навышний,
Дай силы продышать мне несколько дней.
Не могу я идти во могилу,
Не увидев родных и друзей,
Не увидев жену молодую,
Не обняв престарелую мать».
Не увидел жену и старушку
И навеки бродяга уснул.
Идет кузнец и надзиратель
С молотком и зубилом в руках:
«Эка, бродяга, протягивай ноги,
И довольно форсить в кандалах!»
Разлетелись тяжелые цепи
От удара могучей руки.
147
Растворились тюремные вороты:
Несут гроб, идут два часовых.
Повезёт меня тощая кляча,
Надзиратель за гробом пойдёт,
Похоронят меня, как собаку,
На могилу никто не придёт.

64Б.
За высокой тюремной стеною
Молодой арестант умирал,
Он склонился на грудь головою,
Потихоньку чего-то шептал.
– Боже, боже! Мне вышли все силы,
Подышать ещё несколько дней.
Прежде чем уходить мне в могилу,
Дай увидеть родных и друзей.
Дай увидеть жену молодую,
Дай обнять престарелую мать,
У порога убогой лачуги
Меня ждёт престарелый отец.

64В.
За кирпичной тюрёмной стеною
Молодой пиёнер умирал.
Он склонился на грудь головою,
Тихо-тихо заветы читал:
«Уж ты, вождь наш,
Вождь и учитель,
Ты за что нас заставил страдать?
Мы заветы твои выполняем,
Не боюсь я в тюрьме умирать».

65.
В камере тесной и душной
Спит на соломе сырой,
148
Приговорённый к расстрелу и казни
Был коммунар молодой.

Стукнул замок, и темница открылась,


Слышен был голос: «Вставай!
Батюшка ждёт тебя распрощаться,
На вот – бельё одевай».

Он от попа отказался спокойно:


«Душу пришли мне спасать,
Сам за меня расписался спокойно –
Наутро меня расстрелять».

Зимняя ночь на востоке далёко,


В лёгкой одежде дрожит,
Братский конвой, провожатый с винтовкой,
Наготове шашки держал.

Вот уж виднеется яма позора,


Сердце большое дрожит,
Там неизменной косою
Смерть у столба сторожит.

Щёлкнул курок, и выстрел раздался,


Тело упало как сноп,
Слёзы текли по щекам конвоира,
Только спокоен был поп.

66А.
Далеко в стране Иркутской
Там построен новый дом,
Он построен для народа,
Арестанты сидят в нём.
Там сидел красивый мальчик,
Он к расстрелу присуждён,
149
Он сидел и часто думал,
Часто думал всё о том:
Не идёт ли близко стража,
Он об этом знать хотел.
Вдруг ключами зазвенело,
Ключник в камеру зашел:
«Ты вставай-ка, друг, с постели,
Смертный час тебе пришел».
Тут он мигом повернулся,
Проворно вышел со двора.
У ворот народ толпится,
Вся толпа стоит в слезах.
«Ты не плачь, народ крещёный,
Ты не кайсь передо мной,
Я – преступник уголовный,
Знать, достоин смерти той».

66Б.
Там вдали, в стране Иркутской,
Есть построен новый дом
Он построен для народа,
Арестанты в нём сидят.
Он построен для народа,
Арестанты в нём сидят.

В нём сидит красивый парень,


Он к расстрелу присужён
Он сидит в железной клетке,
А стража думает об ём.
Он сидит в железной клетке,
А стража думает об ём.

Приподнялся он с постели,
Встал, в окошко поглядел,
Далеко стоит ли стража –
150
Он узнать о том хотел.
Далеко стоит ли стража –
Он узнать о том хотел.

Вдруг бренчали-забренчали –
Ключник в камеру зашел:
«Подымайся, брат, с постели,
Смертный час тебе пришел.
Подымайся, брат, с постели,
Смертный час тебе пришел».

Приподнялся он с постели,
Гордо шёл из-за ворот.
У ворот конвой собрался,
Ну вся толпа стоит в слезах.
У ворот конвой собрался,
Ну вся толпа стоит в слезах.

«Вы не плачьте, добры люди,


Вы не плачьте обо мне.
Я давно тому достоин,
Ну надоело мне в тюрьме.
Я давно тому достоин,
Ну надоело мне в тюрьме».

Тут милиция подходит,


Стали приговор читать.
Прочитавши приговорчик –
Двадцать выстрелов мне дать.
Прочитавши приговорчик –
Ну двадцать выстрелов мне дать.

Девятнадцать пуль свинцовых


Улетели в облака,
А двадцатая, злодейка,
151
Близко к сердцу прилегла.
А двадцатая, злодейка,
Близко к сердцу прилегла.

67.
Звенит звонок, и нам пора расстаться,
Пора расстаться нам с тобой.
Слезою горькой мать моя зальется:
«Прощай, сыночек, прощай, мой дорогой!»
Слезою горькой мать моя зальется:
«Прощай, сыночек, прощай, мой дорогой!»

Я уезжаю в край далекий,


Где буду вечно я там жить,
И при Амурской железной дороге
Тунель глубокую я там буду рыть.
И при Амурской железной дороге
Тунель глубокую я там буду рыть.

Придешь с работы, грязный и усталый,


И ляжешь спать на голом на полу,
А кандалы двенадцатифунтовые
Ни днём ни ночью покоя не дают.
А кандалы двенадцатифунтовые
Ни днём ни ночью покоя не дают.

Друзей, друзей, товарищей не надо,


Друзья все продали меня.
Кирка, лопата – это мой товарищ,
А тачка – верная, верная жена.
Кирка, лопата – это мой товарищ,
А тачка – верная, верная жена.

68А.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
152
Своему родному сыну
Передачу принесла,
Своему родному сыну
Передачу принесла.

«Передайте передачу,
А то люди говорят,
Что по тюрьмам заключённых
Сильно с голоду морят,
Что по тюрьмам заключённых
Сильно с голоду морят».

И привратник усмехнулся
И сказал он ей в ответ:
«Твой сыночек – осуждённый,
И отправлен на тот свет!
Твой сыночек – осуждённый,
И отправлен на тот свет!

Его чехи расстреляли


У тюремной у стены,
Когда приговор читали,
Знали звёздочки одни.
Когда приговор читали,
Знали звёздочки одни».

Тут старушка испугалась,


Пошатнулася назад,
У привратника невольно
Покатилася слеза.

«Передачу я купила
На последние гроши,
Передайте передачу
На помин его души».
153
В воскресенье мать-старушка
Из ворот тюрьмы ушла,
И никто про то не знает,
Что в душе она несла.

68Б.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
Передачу принесла:
«Передайте передачу,
А то люди говорят,
Заключённых в тюрьме много,
Сильно голодом морят».
А привратник усмехнулся,
И старушке он в ответ:
«Твоего сыночка нету –
Он отправлен на тот свет.
Его чехи расстреляли
У тюремной у стены,
Когда приговор читали,
Знали звёздочки одни».
Мать-старушка не стерпела,
Пала в обморок она.
Ох, вы, дети, мои дети,
И ты, милая сноха,
В воскресенье мать-старушка
От ворот тюрьмы ушла.
И никто про то не знает,
Что в душе она несла.

68В.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
Передачу принесла:
154
«Передайте передачу,
А то люди говорят,
Что по тюрьмам заключённых
Сильно с голоду морят».

Надзирателю сказала
Задушевные слова:
«Ножки старые устали,
Сорок вёрст пешком прошла».

Надзиратель усмехнулся:
«Твой сыночек осуждён,
Осуждён прошедшей ночью,
Спать навечно уложён.

Расстреляли злые чехи


У тюремной у стены,
Когда приговор читали,
Знали звёздочки одни».

Повернула мать-старушка,
От тюрьмы домой пошла,
Но никто про то не знает,
Что в душе она несла.

68Г.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
Передачу принесла:

«Вы отдайте передачу,


А то люди говорят,
Заключённых в тюрьме много,
Всех их голодом морят.
155
Передатчик усмехнулся:
«Твоего здесь сына нет,
Его чехи расстреляли
И сослали на тот свет».

Повернулась мать-старушка,
От тюрьмы ворот пошла,
И нигде родного сына
Мать-старушка не нашла.

Повернулася обратно,
Передачу подала:
«Передайте передачу,
Отдаю я от души,
Вы отдайте передачу
На помин его души».

68Д.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла
И в платке родному сыну
Передачу принесла.
И привратнику сказала
Задушевные слова:
«Ноги старые устали,
Сотни вёрст пешком прошла.
Передайте передачу,
А то люди говорят,
Что в тюрьме всех заключённых
Сильно голодом морят».
Надзиратель усмехнулся:
«Твой сыночек осуждён,
Осуждён прошедшей ночью
У той каменной стены.
Когда приговор читали,
156
Знают звёздочки одни».
Повернулась мать-старушка,
От ворот тюрьмы пошла,
И никто не знает,
Что в душе она несла.

68Е.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
Передачу принесла:
«Передайте передачу,
А то люди говорят,
Что по тюрьмам заключённых
Бьют и с голоду морят».
Передатчик улыбнулся:
«Твоего уж сына нет,
Во двенадцать часов ночи
Увели их на расстрел».
Передачу мать купила
На последние гроши:
Передайте передачу
На помин его души.

68Ж.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
Передачку принесла:

«Передайте передачу,
А то люди говорят,
Что по тюрьмам заключённых
Сильно с голоду морят».

157
Передатчик отвечает:
«Нет сыночка твоего,
Твой сынок давно расстрелян
И отправлен на тот свет».

Зарыдала мать-старушка,
От ворот тюрьмы пошла,
И никто про то не знает,
Что в душе она несла.

68-З.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
Передачу принесла.

И привратнику сказала
Золоты слова она:
«Ноги старые устали –
Сорок вёрст пешком я шла.

Передайте хлеб сыночку,


А то люди говорят,
Заключённых кормят плохо,
В тюрьме с голоду морят».

«Твово сына расстреляли


У кирпичной у стены,
Когда приговор читали,
Знали звёздочки одни».

68И.
В воскресенье мать-старушка
К воротам тюрьмы пришла,
Своему родному сыну
158
Передачу принесла:
«Передайте передачку,
А то люди говорят,
Что заключённых в тюрьмах много,
Там их голодом морят».
А привратник усмехнулся,
Дал ей ласковый ответ:
«Твоего сыночка нету,
Он отправлен на тот свет».
Повернулась мать-старушка,
От ворот тюрьмы пошла.
И никто про то не знает,
На душе что понесла.

69А.
В кармане ветер дует,
Кошелёк простой шумит,
А мой милый не робеет,
За решёткою сидит.
Он сидит и слёзно плачет,
Сам с собою говорит:
«Ноги босы, тело грязно,
Рубашонка, как смола.
Ноги босы, тело грязно,
Рубашонка, как смола.
Разбессовестна девчонка,
До чего ж ты довела?
Довела меня девчонка
До позора, до стыда,
До позора, до стыда,
До окружного суда.
Чёрный ворон, друг залётный,
Ты слетай в родимый край,
Отнеси к милой почтенье,
Позаочно поцелуй.
159
Отнеси к милой почтенье,
Позаочно поцелуй.
Расскажи, как я страдаю,
Жаль мне участи своей.
Слёзы капнут, снег растает,
Тут-то вырастет трава.
Никто травоньку не скосит,
Никто серпом не сожнёт.
Никто травоньку не скосит,
Никто серпом не сожнёт.
Моя молодость проходит
По чужестранным городам».

69Б.
Во кармане ветер дует,
Кошелёк пустой гремит,
Вот милый не робеет,
За решёточкой сидит.
Тут мой милый не робеет,
За решёточкой сидит.
Сам с собою слёзно плачет,
Сам с собою говорит:
«Ноги босы, тело грязно,
Рубашонка, как смола.
Разбессовестна девчонка,
До чего ж ты довела!
До позору, до стыда,
До вокружного суда.
Уж ты, ворон, друг любезный,
Ты слетай в родимый край,
Отошли дружку почтенье,
Позаочно поцалуй.
Слёзки капнут, снег растает,
В поле вырастет трава.
Никто траваньку не скосит,
160
Никто сено не сожнёт,
Никто милку не полюбит,
Никто взамуж не возьмёт».

70.
– Полюбить тебя полюбила,
Приласкать я тебя не смогла.
Жить с тобой всегда я хотела…
– Поздно, поздно, красотка моя!
Я, как ворон, скитался по свету,
Для тебя я добычу искал.
Воровал, грабежом занимался
И в тюрьму за решётку попал.
Ох, как трудно сидеть за решёткой,
Поседела моя голова.
Куда делись мои русы кудри,
Куда делась моя красота?
Ты уж скоро поедешь венчаться,
А меня под расстрел поведут.
Над судьбою ты будешь смеяться,
А мне вечную память споют.

71А.
– Не спится, не лежится,
И сон меня не берет,
Приди же, приди, дорогая,
И успокой меня.

– Не раз я приходила
К тюремным воротам,
Все камеры были закрыты,
И стража по местам.

– Ой, врёшь ты, врёшь, Маруся,


Ни разу не была,
161
Все камеры были открыты,
А стража вся спала.

Ты думаешь, Маруся,
Что здесь я пропаду?
Когда же выйду я на волю,
Жестоко отомщу.

Все кости переломаю,


Все рёбра посогну,
Живую в могилу зарою,
А сам опять в тюрьму.

И пусть тогда присудят


Хоть срок на двадцать лет,
И тем же я буду доволен –
Тебя на свете нет.

– Спроси ты, мой милый, охрану,


Я в белом платье была,
В косе ленточка красна –
Это примета моя.

– Спросил я, Маруся, охрану.


Охрана сказала – да,
Стоял с тобой рядом в мундире,
В которого ты влюблена.

71Б.
– Не спится, не лежится,
И сон меня не берёт.
Приди же, приди, дорогая,
И успокой меня.
Приди же, приди же, дорогая,
И успокой меня.
162
– Не раз я приходила
К тюремным воротам,
Все камеры были закрыты,
И стража по местам.
Все камеры были закрыты,
И стража по местам.

– Ой, врёшь ты, врёшь, Маруся,


Ни разу не была,
Все камеры были открыты,
И стража вся спала.
Все камеры были открыты,
И стража вся спала.

Ты думаешь, Маруся,
Что в ней я пропаду?
Дай Боже, я выйду на волю –
Жестоко отомщу.
Дай Боже, я выйду на волю –
Жестоко отомщу.

Все руки поломаю


И рёбра все помну,
Живую в могилу зарою,
А сам опять в тюрьму.
Живую в могилу зарою,
А сам опять в тюрьму.

71В.
– Не спится, не лежится,
И сон меня не берёт.
Приди же ко мне, дорогая,
И успокой меня.

163
– Не раз я приходила
К тюремным воротам,
Все камеры были открыты,
И стража на местах.

– Неужели ты, Маруся,


Время не нашла?
Все камеры были открыты,
И стража вся спала.

Ты думаешь, Маруся,
Что здесь я пропаду?
Бог даст, я выйду на волю,
За всё я тебе отомщу.

И руки поломаю,
И голову побью,
Живую в могилу зарою,
А сам опять в тюрьму.

Тюремные ворота
Для нас растворены,
Все тяжёлые, каторжные работы
На нас возложены.

71Г.
– Не спится, не лежится,
И сон меня не берёт.
Приди же ко мне, дорогая,
Успокой меня.

– Не раз я приходила
К тюремным воротам,
Все камеры были закрыты,
И стража вся кругом.
164
– Врёшь ты, врёшь, Маруся,
Здесь ты не была.
Все камеры были открыты,
И стража вся спала.

Думаешь, Маруся,
Что здесь я пропаду?
Бог даст же, я выйду на волю,
Жестоко отомщу.

Все ножки поломаю


И косточки помну,
Живую в могилу зарою,
А сам опять в тюрьму.

71Д.
– Не спится, не лежится,
И сон меня не берёт.
Приди же ко мне, дорогая,
И успокой меня.

– Не раз я приходила
К тюремным воротам,
Все камеры были закрыты,
И стража на местах.

– Неужели ты, Маруся,


Время не нашла?
Все камеры были открыты,
И стража вся спала.

Ты думаешь, Маруся,
Что я здесь пропаду?
Бог даст, я выйду на волю,
За все я тебе отплачу.
165
И руки поломаю,
И голову побью,
Живую в могилу зарою,
А сам опять в тюрьму.

Тюремные ворота
Для нас растворены,
Все тяжелые, каторжные работы
На нас возложены.

71Е.
– Загублены годы младые
Злодейкою-тюрьмой,
Приди же, приди, дорогая,
И успокой меня.

– Не раз я приходила
К тюремным воротам,
Все камеры были закрыты,
И стража по местам.

– Ох, врёшь же ты, врёшь, дорогая,


Ни разу ты не пришла,
Все камеры были открыты,
И стража вся спала.

Бог даст, может,


Выйду на волю,
Жестоко отомщу,
А сам я в тюрьму попаду.

Тюремны ворота широки,


Для нас растворены,
Все каторжны тяжки работы
Для нас разложены.
166
71Ж.
Прошли те годы молодые,
Прошёл тот час златой,
Спогублены годы молодые
Злодейкою-тюрьмой.

– Не спится, не лежится,
И сон на ум не идёт.
Приди же, приди же ко мне,
Дорогая, и успокой меня.

– Не раз я приходила,
Не два, голубчик мой!
Все камеры были открыты,
Ночь, стерва-часовой.

– Ты думаешь, Маруся,
Что здесь я пропаду?
Бог даст, я выду на волю,
Жестоко отомщу.

Все ручки я поотломаю,


И ножки поотрублю,
Живую в могилу зарою
И сам назад в тюрьму.

72А.
Вдали шумели камыши,
Судили парня молодого.
Собою парень был красив,
Но сделал в жизни много злого.

Его хотели расстрелять,


Он попросил у судей слова.
Ему не смели отказать,
На то есть право от закона.
167
«Когда мне было десять лет,
Я из семьи своей сорвался.
И стал курить и воровать,
И со шпаною я связался.

Однажды мы зашли в село,


Где люди тихо, мирно спали.
Мы стали грабить один дом,
А света в нём не зажигали.

Когда же я зажёг свечу,


О, Боже, что же я увидел!
Передо мной стояла мать
В груди с кинжалом, умирая.

А на полу лежал отец,


Убитый был моей рукою,
Давно остывший труп сестры
И крови залитой рекою.

А шестилетняя сестра,
Лежа в кроватке, умирала,
Она, как рыбка без воды,
Свой нежный ротик открывала».

Когда закончил он рассказ,


Все люди в зале зарыдали.
И со слезами на глазах
Все судьи приговор читали.

72Б.
Вдали бушуют камыши,
На расстрел ведут молодого.
Он был красив и молчалив,
Но в жизни сделал много злого.
168
Его хотели расстрелять,
Он попросил у судей слова.
Ему не смели отказать,
Такое право у закона.
«Когда мне было десять лет,
Я от родной семьи скрывался,
Я научился воровать,
И со шпаною я связался.
Когда мне было двадцать лет,
Я был в кругу друзей любимых,
И что награбил я один,
Между собою мы делили.
И вот мы грабили село:
Селяне тихо, мирно спали.
И вот мы грабили один дом,
И в нём мы свет не зажигали.
А я да взял и свет зажёг…
О, Боже, что я там увидел!
О, Боже, ты меня прости,
Я сам себя возненавидел.
Передо мной стояла мать,
В груди с кинжалом умирая,
А на полу лежал отец,
Залитый кровью золотою.
О, Боже, ты меня прости,
Он был убит моей рукою.
А пятилетняя сестра
В кроватке тихо умирала.
Она, как рыбка без воды,
Свой милый ротик открывала».
Вдали бушуют камыши,
На расстрел ведут молодого,
Он был красив и молчалив,
Но в жизни сделал много злого.

169
72В.
Вдали бушующих камин
Судили парня молодого,
Он был красив и всех умней,
Но в жизни сделал много злого.

Он попросился говорить,
Судья ему не отказали,
Когда он начал говорить,
То зал наполнился вниманьем.

«Когда мне было десять лет,


Я от родной семьи собрался,
Я научился воровать,
И со шпаною я связался.

Когда мне было двадцать лет,


Я был в кругу друзей хороших,
Я был красив и всех умней,
Мы добывали большие гроши.

И зашли в одно село


И стали грабить один дом,
Где люди мирно отдыхали
И в нём огня не зажигали.

Вот чиркнул спичку, свет зажёг,


Моё имя проклинаю:
Передо мной стояла мать,
В груди с кинжалом умирая.

На полу лежал отец,


Моей рукой он был убитый.
Его холодный мёртвый труп
Почти весь кровью был залитый».
170
72Г.
К суду подъехал вороной,
Раздался голос: «Выходите!
Держите руки за спиной,
По сторонам вы не смотрите.
Держите руки за спиной,
По сторонам вы не смотрите».

В суду сибирском областном


Судили парня молодого,
Он был красив, он был умён,
Но в жизни сделал много злого.
Он был красив, он был умён,
Но в жизни сделал много злого.

Тот парень слова попросил,


И судьи дали ему слово,
Ему не смели отказать,
Такого не было закона.
Ему не смели отказать,
Такого не было закона.

«Когда мне было десять лет,


Я от семьи своей отбился,
Я научился воровать
И с шаечкой блатной водиться.
Я научился воровать
И с шаечкой блатной водиться.

Когда мне было двадцать лет,


Я был в кругу друзей хороших,
Я был красив, я был умён,
Но воровал я с ними тоже.
Я был красив, я был умён,
Но воровал я с ними тоже.
171
Однажды мы зашли в село,
Где люди тихо, мирно спали,
Мы стали грабить один дом,
Но света в нём не зажигали.
Мы стали грабить один дом,
Но света в нём не зажигали.

Но кто-то спичкой чиркнул,


И что же, судьи, я увидел?
О, Боже, ты прости меня,
Я сам себя возненавидел!
О, Боже, ты прости меня,
Я сам себя возненавидел!

Передо мной стояла мать


В груди с кинжалом, умирая,
Она давно ждала меня,
На сына посмотреть желая.
Она давно ждала меня,
На сына посмотреть желая.

А на полу лежал отец,


Он был убит моей рукою,
Его холодный труп совсем
Был залит старой, старой кровью.
Его холодный труп совсем
Был залит старой, старой кровью

А пятилетняя сестра
В кроватке тихо умирала,
Она, как рыбка без воды,
Свой алый ротик открывала.
Она, как рыбка без воды,
Свой алый ротик открывала».

172
Когда он кончил свой рассказ,
Весь зал был в грусти и печали,
Им стало жалко парня вновь,
Но судьи приговор читали.
Им стало жалко парня вновь,
Но судьи приговор читали:

«Ты к нам пришел и рассказал,


Но мы тебя простить не можем,
За злодеяние твоё
Мы приговор тебе выносим.
За злодеяние твоё
Мы приговор тебе выносим».

73.
Мать моя – молодка,
Отец мой – капитан,
Сестрёнка – гимназистка,
А сам я – хулиган.
Мать свою зарезал,
Отца же я убил,
Сестрёнку-гимназистку
В речке утопил.
Вот я какой!

74А.
Осенний злобный ветерочек,
Зачем так дуешь холодно?
Гуляй, моя детка, на свободе,
А мне за решёткой всё равно.

В тюрьме нас ведут на прогулку,


Как вспоминаю я, детка, тебя,
Как вспомню я про первое свидание,
Забьётся сердечко у меня.
173
Не плачьте, глазки голубые,
Не плачьте вы, не мучайте меня.
Вы знали, кого вы полюбили,
О чём вы думали тогда.

74Б.
Не плачьте вы, глаза голубые,
Не плачьте, не мучайте меня.
Вы знали, что вора полюбили.
О чём же вы думали тогда?

Осенний холодный ветерочек,


Зачем же ты так дуешь холодно?
Гуляй, моя деточка, на воле,
А мне за решёткой суждено.

В тюрьме нас погонят на прогулку,


И вспомню я, детка, про тебя,
И вспомню все прежние свидания,
И сердце забьётся у меня.

75.
Ты не стой на льду – лёд провалится.
Не люби вора – вор завалится.
Вор завалится –
Передачки носить не понравится.
Я стояла на льду, стоять буду.
Я любила вора и любить буду.

76А.
Не плачь, моя мама, не плачь, дорогая,
Что дочку-воровку на свет родила.
Я вора любила, я с вором ходила,
Он воровал, воровала и я.

174
Раз мы пошли с ним на крупное дело.
Он погорел, погорела и я.
Он убежал, а меня задержали,
И в уголовку попала я.

Долго мучил начальник с наганом:


«С кем ты, девица, на деле была?»
А я отвечала спокойно и смело:
«Это душевная тайна моя».

Бил меня начальник, била вся агенция.


Плакала бедная девица я,
Когда умирала, то тихо прошептала:
«Ой, миленький мальчик, не выдала тебя».

76Б.
Тихо и мрачно в больничке тюремной,
Тихо и мрачно в больничке сырой,
А в Магадане совсем молодая
С пробитою грудью девчонка лежит.

Нежную руку она протянула,


Пить попросила, увидевши мать:
– Прости, мамаша, прости, дорогая,
За горькие слезы, мамаша, прости!

Я полюбила вора на свободе.


Он воровал, воровала и я,
Он воровал, а я продавала,
Он убежал, а поймали меня.

Если увидишь вора на свободе,


Ему передай, что я умерла,
А умирая, губами шептала:
«Мой миленький мальчик, не выдам тебя».
175
77.
Свои дни я в тюрьме коротаю,
Соберу в круг несчастных подруг,
В разговорах, о нём вспоминая,
Расскажу о любви вам своей.

Расскажу, как его я любила,


Расскажу, как любил он меня,
Но одно лишь от вас я укрою,
Как он скоро забыл про меня.

Освободимся мы, выйдем на волю,


Ветер будет лохмотья нам рвать,
Чтобы быть приодетым и сытым,
То мы снова пойдём воровать.

И опять за скачки и за <…>


Поведет меня снова конвой,
И опять эта паечка хлеба,
И опять этот проклятый срок.

Не видать тебе, милая мама,


Не видать тебе мила дитя.
Только письма читать мои будешь,
Часто, часто меня вспоминать.

Кого есть родные, знакомы –


Настроение есть чем поднять,
А у меня нет родных и знакомых,
Так приходится срок отбывать.

78А.
Хочу вам случай рассказать,
Своими видела глазами:
Судили девушку одну,
Она дитя была годами.
176
Вот скоро ей,
Вот скоро ей
Начнется суд,
Весь зал наполнен был народом.

Она просила говорить,


И судьи ей не отказали.
Когда закончила она,
Зал переполнен был слезами.

«Свой стыд и девичий позор


Я на груди его забыла,
Ушла от матери родной,
О, судьи, я его любила!

Всего я год с ним прожила,


И сын у нас родился,
Весь похожий на меня,
Чем муж тогда мой и гордился.

Но через год стал изменять


И часто хвастался другою.
Меня он бил и презирал,
Не дорожил, безумец, мною.

Однажды выгнал он меня,


Я отомстить ему решилась:
Вонзила в грудь его кинжал.
О, судьи, я его убила!»

Суд объявил ей приговор,


Как сноп, подкошена упала.
Она уснула крепким сном,
Как в этой песне было ясно.

177
И приговор в руках судьи
Так незачитанным остался.

78Б.
Я много в жизни испытал,
Своими видел я глазами,
Судили девицу одну,
Она дитя была годами.

И вот начаться должен суд,


Весь зал наполнен был народом,
И судьи заняли места,
Конвой очистил ей дорогу.

Она просила говорить,


Но судьи ей не отказали,
Как речь закончила она,
Весь зал наполнен был слезами.

«В каком-то непонятном сне


Он овладел, безумец, мною,
Любовь коварного волною
И тихо вкралась в душу мне.

И долго я боролась с ним,


Но воля чувству уступила,
И я, не выплакав очей,
О, судьи, я его убила!

Я оправданья не прошу,
Я признаю себя виновной,
Судите, судьи, поскорей,
А то и так уж сердце больно».

178
Вдруг пошатнулась она,
Последний вдох в груди раздался,
И приговор в руках судьи
Так недочитанным остался.

78В.
Однажды был я на суду,
Видал своими я глазами,
Судили девушку одну,
Она дитя была годами.

Она просила говорить,


И ей не отказали,
А как закончила она,
Весь зал наполнился слезами.

«Смотришь, всем я хороша,


Мой взор не обречён годами,
Смотришь, в нём моя душа,
Она открыта перед вами.

Я для него жертвой была


И воровать порой ходила,
И деньги полностью ему
Я другу милому носила.

Среди товарищей своих


Он часто хвастался другою,
Он гнал и презирал меня,
Но дорожил, безумник, мною.

Однажды выгнал он меня,


Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал.
Вот я, судья, его убила!»
179
Тут пошатнулася она,
Последний вздох ее раздался,
А приговор в руках судьи
Так недочитанным остался.

78Г.
Любовь все знают хорошо,
Когда вдали она бывает.
Любовь изменчива и зла,
У многих счастье отнимает.

Сейчас, друзья, я вам скажу:


Своими видела глазами –
Судили девушку одну,
Она дитя была годами.

Когда начаться должен суд,


То зал наполнен был народом.
И судьи все сидят вокруг,
Конвой просил дать ей дорогу.

Она просила говорить,


И судьи ей не отказали.
Когда закончила она,
То в зале зрители рыдали.

«Смотрите все, я хороша!


Мой взор не отречён годами,
Считайте, в нём моя душа,
Она открыта перед вами.

Он издевался надо мной,


Я воровать порой ходила,
А деньги, сознаюсь я вам,
Я к другу милому носила.
180
Он гнал и изживал меня,
Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал.
Ох, судьи, я его любила!»

Вдруг пошатнулася она,


Последний вздох в груди раздался,
И приговор судьи
Так незачитанным остался.

78Д.
Любовь, все знают, хороша!
Она изменчива бывает,
И в частых случаях она
У многих жизню отнимает.

Я много случаев слыхал,


Своими видел я глазами:
Судили девицу одну –
Она дитя была годами.

Вот скоро ей начнётся суд,


А зал наполнен был народом,
Все судьи заняли места,
Конвой пробил для ней дорогу.

Она просила говорить,


И судьи ей не отказали.
Когда закончила она,
Зал переполнен был слезами.

«Смотрите, всем я хороша,


Мой взор не охлаждён годами.
Считайте, вся моя душа,
Она открыта перед вами.
181
Однажды выгнал он меня,
Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал…
Ох, судьи, я его убила!

Я снисхожденья не прошу
И признаю себя виновной.
Читайте приговор скорей,
А то и так уж сердцу больно».

И вдруг очнулася она,


Последний вздох в груди раздался…
И приговор в руках судьи
Так незачитанным остался.

Тут подошли отец и мать,


На грудь холодную упали:
«Проснись ты, доченька родна,
Тебя ведь судьи оправдали!»

78Е.
В лесу скиталась я одна,
Боялась видеть я народа,
И мысли в голову вошли
Мне увидать родного дома.

Вот прихожу я раз домой,


А на столе лежит повестка
Явиться мне в народный суд
По делу моего убийства.

Вот захожу в народный зал,


Зал переполнен был народом,
Все судьи заняли места,
Конвой пробил мене дорогу.
182
Она просила говорить,
В чём судьи ей не отказали.
Когда окончила она,
Весь зал наполнен был слезами.

«Я в жертвах для него была


И воровать порой ходила.
Пред вами, судьи, признаюсь,
Ему я деньги приносила.

Среди товарищей своих


Он гордо хвастался другою.
Он гнал и презирал меня,
Не дорожил, безумец, мною.

И раз вечернею порой


Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал.
О, судьи! Я его любила!»

И задрожал тут голос мой,


И необвиняной осталась,
И приговор судьи в руках
Так недочитанный остался.

78Ж.
Надоело мне скитаться
По городам, по островам,
Пришло мне время возвращаться
К родным, к знакомым и к друзьям.

Зашла я в комнату одна,


А на столе лежит повестка
Явиться мне в народный суд
По делу моего убийства.
183
Вот суд открылся в два часа,
И зал наполнен был народу,
И судьи все сидят в столах,
Конвой проложил ей дорогу.

Судили девушку одну,


Она дитё ещё годами.
Суду призналася она,
Глаза наполнились слезами.

Она просила говорить,


И судьи ей не отказали.
– Читайте приговор скорей,
Я чем виновна перед вами?

Судья приговор взял,


А голос по залу раздался,
И приговор в руках судьи
Так непрочитанным остался.

78-З.
Прихожу я раз домой,
А на столе лежит повестка
Явиться мне в народный суд
По делу моего убийства.
Явиться мне в народный суд
По делу моего убийства.

Вот скоро и начнётся суд,


Зал переполнен весь народом.
Все судьи заняли места,
Конвой проложил ей дорогу.
Все судьи заняли места,
Конвой проложил ей дорогу.

184
Она просила говорить,
И судьи ей не отказали.
Когда же кончила она,
Зал переполнен был слезами.
Когда же кончила она,
Зал переполнен был слезами.

«Среди товарищей своих


Он часто хвастался другою,
И гнал меня среди ночей,
Не дорожил безумной мною
И гнал меня среди ночей,
Не дорожил безумной мною.

Однажды выгнал он меня,


Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал.
Эх, судьи, я его убила!
Вонзила в грудь ему кинжал.
Эх, судьи, я его любила!»

С руки кольцо она сняла,


Перед глазами покрутила.
И не заметил тут никто –
Кусочек яда проглотила.
И не заметил тут никто –
Кусочек яда проглотила.

Вдруг покачнулася она,


Последний вдох в груди её остался.
И приговор – указ судьи –
Так не дочитан и остался.
И приговор – указ судьи –
Так не дочитан и остался.

185
78И.
Захожу я в комнату одна,
На столе лежит повестка,
И должна явиться я в нарсуд
По делу своего убийства.

Судили девицу одну,


Она дитя была еще годами.
Судьи все вокруг сидят,
А зал наполнен был слезами.

Попросила слов она,


Судьи ей не отказали,
«Встань, сама всё расскажи», –
Ей они сказали.

«Среди товарищей своих


Он издевался надо мною,
Он бил и гнал меня всегда,
Не дорожил, безумец, мною!

Я отомстить ему решила:


Вонзила в грудь ему кинжал.
Ох, судьи, я его любила,
А он меня не понимал!»

Покачнулась она слегка,


Последний вдох в груди остался,
А приговор судьи в руках
Так недочитанным остался.

78К.
Зашла я в комнату свою,
А на столе лежит повестка:
В нарсуд явиться я должна
По делу своего убийства.
186
«Судите, судьи, вы меня,
Я сознаюсь, что я виновна.
Судите, судьи, поскорей,
А то и так уж сердцу больно.

А ты, мой мальчик дорогой,


Как сильно я тебя любила!
На почве ревности своей
Ах, судьи, я его убила.

Вонзила в грудь ему кинжал.


Ах, судьи, я его любила!
А ты, мой мальчик дорогой,
Тебя я больше не увижу.
А, судьи, вас я ненавижу!»

Когда на суд ее вели,


Конвой расчистил ей дорогу.
Когда на суд ее вели,
Весь зал наполнен был народу.

Когда ей приговор вели,


Весь зал наполнен был слезами.
Когда ей приговор вели,
Последний вздох в груди раздался,
А приговор в руках судьи
Так недочитанный остался.

78Л.
Вошла я в комнату одна,
А на столе лежит повестка:
В народный суд явиться мне
По делу моего убийства.

187
«Смотрите, всем я хороша!
Мой взор не омрачён годами,
Считайте, в нём моя душа,
Она открыта перед вами.

Свой стыд и девичий позор


Я на груди его забыла,
Ушла от матери родной…
О, судьи, я его любила!

Среди товарищей своих


Он гордо хвастался другою,
Он гнал и презирал меня,
Не дорожил, безумец, мною.

Однажды выгнал он меня,


Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь его кинжал,
О, судьи, я его убила!»

Вдруг пошатнулася она,


Последний вздох в груди раздался.
И приговор в руках судьи
Так недочитанным остался.

78М.
Однажды изменил мене,
Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал.
О, судьи, я его убила!

До свиданья, мальчик мой,


Тебя я больше не увижу.
Ох, судьи, судьи,
Судьи, вас я ненавижу!
188
Я в преступленье признаюсь
И признаю себя виновной.
Читайте приговор скорей,
А то и так уж сердцу больно.

Вдруг пошатнулася она,


Последний вздох в груди раздался,
И приговор в руках судьи
Так незачитанным остался.

79.
Распутье-путь – для всех она открыта.
Кто брошен в ней; кто, брошенный судьбой,
по нём идут.
Так много жертв безвинных,
И гибнут все при жизни молодой.
Вот вырос сын, с друзьями он спознался,
Начал курить, ночами дома он спознался,
Он грабил, бил и позабыл старушку мать.
А мать по сыну страдает и болеет,
Не в силах руку за копейкой протянуть,
Живет она в нетопленом подвале,
По сыну ноет вся измученная грудь.
Вот шум в дверях и двери отворились,
Заходит сын, суровый на лицо,
Он подошел, сказал: «Мамаша, здравствуй!», –
И больше слова вымолвить не мог.
А мать с трудом на локоть приподнялась,
Глаза суровые на сына подняла.
Она жалобно и жутко посмотрела,
С её ресниц скатилася слеза.
«О, милый сын, обижен ты судьбою,
Зачем пришел мне сердце надрывать?
Я по тебе и так пролила слёз немало,
Теперь придётся мне их снова проливать.
189
О, милый сын, останься здесь со мною,
Мне так холодно, жутко, одиноко.
Помочь ты должен бедной матери своей».
«О, мама, остаться я не смею.
Свою я тайну, я тебе не расскажу.
Я вор-убийца, чужой обрызган кровью,
Я атаман среди разбойников своих».
А поутру её в дощатом гробе,
Старушку мать, на кладбище несут.
А его шайка объявлена бандитской,
За преступление к расстрелу повезут.

80.
Пропали года молодые,
Что не слушал я добрых людей.
Меня рано от семьи оторвали,
Затащили в глухую тюрьму.
Любил посещать я
Трактиры, бильярды,
Грабежи совершал я порою,
Часто-часто под выстрелом был.
А сейчас я наказан судьбою,
Что от выстрела сам пострадал.

81.
По приютам я с детства скитался,
Не имея родного угла.
Ах, зачем я на свет появился,
Ах, зачем меня мать родила?

А когда из приюта я вышел


И пошел поступать на завод,
Поглядел: там народу уж тыща,
Ну а мне – семнадцатый год.

190
И пошел я по свету скитаться,
По карманам я начал нырять,
Никого не стал я бояться,
Стал рубли на копейки считать.

А когда я за крупное взялся,


То народ поймал и избил,
А судья – гадюка попался
И отправил меня в Сибирь.

82.
Петроградская трущоба,
Я на Крестовской родился.
Я по шалманам долго шлялся
И тёмным делом занялся.
Встаю я рано на рассвете,
Беру я множество ключей,
Беру гитару тонку, звонку,
Большое финское перо.
На рысаках я разъезжался
По городам и островам.
Домой я поздно возвращался,
Где начиналася гульба.

83.
Я с детства был испорченный ребёнок,
На маму с папой не похож,
Я девушек любил еще с пелёнок.
«Ах, Жора, подержи мой макинтош».
Соседи с улиц нас всегда гоняли,
А как на окраину придёшь,
Все урки пред тобой снимали шляпы,
Услышав: «Жора, подержи мой макинтош».
С самбистами я дрался ежедневно,
Посёлок превращал в ничтожный грош

191
И, падая, кричал им вдохновенно:
«Ах, Жора, подержи мой макинтош».
Раз с милою мы ехали в коляске,
А вокруг была густая рожь,
Я её держал за обе ляжки,
«Ах, Жора, подержи мой макинтош».

84.
Ох вы, тёти, мои тёти,
Распотешилися мной,
Отдали в школу на ученье,
Чтоб вышел мальчик развитой.

А мне учиться не схотелось,


Мне жить иначе захотелось,
Я начал, мальчик, чердовать.

Имел я деньги пребольшие,


Имел я хаску ведь свою,
Имел струмент,
Имел я шайку,
Имел красавицу жену.

Когда на дело собирался,


Жена мне шепчет: «В добрый час!»,
Сама всё к сердцу прижимает,
Как будто б с ней в последний раз.

Знать, судьба мне подшутила,


Хозяин хаску приковал,
Он позвал милиционера,
А тот меня арестовал.

И повели меня в сыскную,


И посадили под замок,
А утром рано, чуть свет очи…
192
85.
Цыплёнок жареный,
Цыплёнок пареный
Пошел на улицу гулять.
Его поймали, арестовали,
Велели паспорт показать.
Паспорта нету –
Гони монету!
Монеты нет –
Садись в тюрьму!
Тюрьма закрыта –
Садись в корыто!
Корыта нет –
Иди домой!

86А.Чеснок
Вечер вечереет,
Чеснок идёт домой,
А васенски ребята кричат:
«Чеснок, постой!»
Чеснок остановился,
Они его кругом,
Два парня подскочили
И сбили его с ног.
Два острые кинжала
Воткнули в левый бок.
Ромашка, брат Ромашка,
Вступился за меня.
Ромашка отвечает:
«Зарезан, брат, и я!»
Утром люди рано
На рынок все идут,
А Чеснока с Ромашкой
На кладбище несут.
193
Впереди священник,
А сзади чёрный гроб.
«Чья это могила
Так быстро расцвела?»
А сторож отвечает:
«Ромашки, Чеснока».

86Б.
Вечер вечереет,
Идет Чеснок домой.
Осинские кричали:
«Чеснок, остановись!»

Чеснок остановился,
Осинские кругом.
«Бейте, бейте, чем хотите,
Но только не ножом!»

Два парня подбежали,


Сбили Ваню с ног.
Двенадцать часиков пробило,
Вся публика ушла.

А Ваню в больницу привезли,


Клали на кровать,
Два доктора, сестрицы
Пытались жизнь спасать.

«Спасайте, не спасайте –
Жизнь не дорога.
Был я атаманом –
Дрался без ножа».

194
86В.
Вечер вечереет,
Чеснок пошёл домой,
А ачински ребята кричат:
«Чеснок, постой!»

Он остановился,
Они его кругом.
«Вы бейте, чем хотите,
Ну только не ножом».

Два парня подскочили


И сшибли его с ног,
Два вострые кинжала
Вонзили в левый бок.

Чеснок кричит Ромашку:


«Вступись, брат, за меня!»
Ромашка отвечает:
«Порезан, брат, и я».

Вот привезли в больницу


И клали на кровать.
Два доктура с сестрицей
Старались жизнь спасать.

«Спасайте, не спасайте,
Мне жизнь не дорога.
Любил же я подраться,
Но дрался без ножа».

Вечер вечеряет,
С работы все идут,
А Чеснока с Ромашкой
На кладбище несут.
195
86Г.
Челнок идёт домой,
А каменски ребяты
Кричат: «Челнок, постой!»
Челнок остановился,
Они вокруг него.
«Убейте, чем хотите,
Но только не ножом».
Два каменские парня
Вдруг сшибли его с ног,
А вострые кинжалы
Пронзили правый бок.
«Ромашкин, брат Ромашкин,
Не выдавай меня!»
Ромашкин отвечает:
«Поражён и я!
Извозчик, за полтину
Вези нас поскорей!
Я кровью истекаю
От каменских ножей».

86Д. Про Махно


Вечер вечереет,
Махно идет домой,
А маленький махнята
Кричит: «Махно, постой!»

Махно остановился,
Махнята все кругом.
«Бейте чем хотите,
Но только не ножом».

Два парня подскочили


И сшибли его с ног,
196
Два острого кинжала
Вонзили в левый бок.

«Извозчик, на полтину,
Вези нас поскорей!»
А извозчик везёт
Тихо от махнатовских ножей.

Привезли в больницу
И ложут на кровать,
Два доктора и сёстры
Начали жизнь спасать.

«Спасайте, не спасайте
Я бился без ножа».

87А.
Постой, паровоз! Не стучите, колеса!
Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к маменьке родной с последним приветом
Спешу показаться на глаза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Спешу показаться на глаза.

Не жди меня, мама, – хорошего сына,


Твой сын уж не тот, что был вчера.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя – вечная игра.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя – вечная игра.

А если посадят меня за решётку,


Я буду сидеть и помирать.
Пока ещё не поздно сделать остановку,
Кондуктор, нажми на тормоза!
197
Пока ещё не поздно сделать остановку,
Кондуктор, нажми на тормоза!

Постой, паровоз! Не стучите колеса.


Кондуктор, нажми на тормоза!
Я к маменьке родной, больной и голодной,
Спешу показаться на глаза.
Я к маменьке родной, больной и голодной,
Спешу показаться на глаза.

87Б.
Мчится наш поезд
Оврагами, горами,
Мчится неведомо куда.
Я к мамочке родной
В последнюю минуту
Хочу попасться на глаза.
Быть может, родная,
Я выйду на свободу
Из этого мрачного дна.
Не ждет меня радость,
Клянусь тебе, свобода,
А ждут по-нову лагеря.

88А.
Кто не знает банду в городе Одессе,
Кто не знает Витьку-главаря,
Банда занималась тёмными делами,
Рядом с ними Ирочка была.
Банда занималась тёмными делами,
Рядом с ними Ирочка была.

Однажды Витьке выпить захотелось,


Он пошел в роскошный ресторан.
198
Там посреди зала пара танцевала:
Ирка и какой-то мальчуган.
Там посреди зала пара танцевала:
Ирка и какой-то мальчуган.

Витька подбегает, за руку хватает:


«Мне с тобою надо говорить!»
Ирка улыбнулась, Ирка отвернулась:
«Мне с тобою не надо говорить!»
Ирка улыбнулась, Ирка отвернулась:
«Мне с тобою не надо говорить!»

В тёмном переулке Витька встретил Ирку


И сказал ей: «Здравствуй и прощай!
Ты меня любила, а теперь забыла
И теперь за это финкой получай!
Ты меня любила, а теперь забыла
И теперь за это финкой получай!»

Ирка улыбнулась, Ирка отвернулась


И закрыла карие глаза.
Ирке прямо в спину, Ирка и упала,
Ирка и не встанет никогда.
Ирке прямо в спину, Ирка и упала,
Ирка и не встанет никогда.

Ирку хоронили, все собаки выли,


Кошки отдавали рапорта.
Гроб несли блатные, крышки шухарные,
По бокам милиция была.
Гроб несли блатные, крышки шухарные,
По бокам написано: «Прощай».

199
88Б.
Жила-была Мурка,
Девушка блажная,
Хитрая и бойкая была,
И в малину нашу
Мы ее приняли,
Воровскую жизнь она вела.

Планы составляла,
Цены набивала
Для одесских урок и себя.
Нравилися Мурке
Все её делишки,
Нравилися Мурке
Все дела.

Как-то утром рано


В розовом тумане
Вдруг с машины прыгнула она,
К легашам проклятым
Мурка побежала,
Воровские планы предала.

Шли мы на малину,
Выпить захотелось,
И зашли в один ресторан.
Там она сидела,
Один из нас заметил,
У неё в кармане был наган.

Чтоб не завалиться,
Мы решили смыться,
Но решили Мурке отомстить:
Одному из урок
200
Дали порученье
В тёмном уголке Мурку убить.

Началась облава,
Урки не сдавались,
С легашами бой они вели.
Кровью обливались,
До победы дрались,
Пострадали, бедные, они.

Мурка тут стояла,


Стыдно очень стало,
Совесть начала её душить,
Что даже её урки
Стали ей врагами
И решили Мурочку убить.

Шли мы на малину,
А один навстречу,
Он нам начал тихо говорить:
«Там у переулка
В кожаной тужурке
Мурка окровавлена лежит».

Это её Пашка
Там её поздравил,
Он с ней очень долго говорил.
И стоять на месте
Он себя заставил
И сквозь зубы тихо процедил:

«Здравствуй, моя Мурка,


Здравствуй, дорогая!
Здравствуй, дорогая, и прощай!
201
Ты зашухарила
Всю нашу малину,
А теперь по блату получай!

Разве не житуха
Была, Мурка, с нами,
Или не хватало барахла?
Что тебя заставило
Связаться с легашами
И уйти работать в ГУБЧКа?

Раньше ты носила
Платье из Торгсина,
Лаковые туфли на большом,
А теперь ты носишь
Рваные калоши,
Потому что стала не блатной».

Размахнулся Пашка,
Размахнулся финкой,
Тут закрылись Муркины глаза,
Ноги подкосились,
И она упала,
Не проснется Мурка никогда.

Мурку хоронило
Очень много люду,
Впереди легавые все шли.
Чёрный гроб с цветами,
Тишина ночная,
Легашы проклятые несли.

202
89А. Зуб золотой
Есть в саду ресторанчик приличный,
Лёльке скучно и грустно одной.
Подошёл паренёк симпатичный
В кепке набок и зуб золотой.

– Разрешите присесть с вами рядом,


Одинокий нарушить покой? –
И придвинулся к ней парень поближе
В кепке набок и зуб золотой.

Ночь прошла незаметною тенью,


Она утром вернулась домой,
А в глазах ей казался
Парень в кепке и зуб золотой.

Вызвал Лёльку начальник милиции


И дает ей приказ боевой:
– Кончишь парня в семнадцатой камере,
Кепка набок и зуб золотой.

В дверь зашла незаметною тенью,


И прицел был дрожащей рукой.
Грянул выстрел, и рухнулся на пол
Парень в кепке и зуб золотой.

89Б.
Маленький город портовый,
Скучно Машке там одной,
К ней подошел паренёк симпатичный
В кубанке набок и зуб золотой.
К ней подошел паренёк симпатичный
В кубанке набок и зуб золотой.

203
– Разреши-ка, гражданка, почтенья
Нарушить одинокий покой!
И подвинулся парень поближе
В кубанке набок и зуб золотой.
И подвинулся парень поближе
В кубанке набок и зуб золотой.

И пошли тут у них разговоры,


И пошло тут у них все за одного,
А наутро все жулики узнали,
Что не хватает у них одного.
А наутро все жулики узнали,
Что не хватает у них одного.

А назавтра начальник легавки


Дает Маше заряд боевой:
Убить парня в семнадцатой камре,
Кубанка набок и зуб золотой.
Убить парня в семнадцатой камре,
Кубанка набок и зуб золотой.

Идет Маша походкою пьяной,


Прицел держит дрожащей рукой,
Грянул выстрел, и рухнулся парень
В кубанке набок и зуб золотой.
Грянул выстрел, и рухнулся парень
В кубанке набок и зуб золотой.

Он лежал он так тихо, спокойно,


Как бывало вечерней порой,
Только рядом валялась кубанка
И пулей выбитый зуб золотой.
Только рядом валялась кубанка
И пулей выбитый зуб золотой.

204
90.
Не губите молодость, ребятушки,
Не влюбляйтесь в девок с ранних лет,
Слушайте советы ваших матушек,
Берегите свой авторитет.

Я её испортил, не жалеючи,
Как-то рано сильно полюбил,
А теперь я плачу, сожалеючи,
Белый свет становится не мил.

Как-то раз осенней непогодкою


С неба мелкий дождик моросил,
Шёл домой я пьяною походкою,
Тихо плакал и о ней грустил.

В переулке пара показалася,


Не поверил я своим глазам,
Шла она, к другому прижималася,
Тихо шепчет, льнёт к его устам.

Тут хмель покинула головушку,


Из кармана вынул я бутыль,
И ударил я свою зазнобушку,
А что было дальше – я о ней забыл.

Так налейте, братцы, стопку водочки,


С горя глотку свою ополоскать.
А девчонку с такой дивной походкою
Придется, братцы, поискать…

91.
Полюбил я Катю, поверил
И фатерку Кате снял.
От людей я лицемерил,
Воровал, Кате таскал.
205
Кате – кольца и браслеты,
Платье, легкое как пух.
Катя плачет, Катя стонет:
«Иди, милый, воровать.
Где украдешь, где ограбишь,
Где наверничком возьмёшь,
Где купца в лапти обуешь,
Где головку оторвешь».
Подъезжаю я к воротам,
Стук, стук, стук – ответа нету.
Что ты, Катя, не отворишь,
Разве дома тебя нет?
Погляди-ка на ворота,
Что фатерка здесь пуста.
Вот коляска щегольская
С шиком отъехала.

92.
Этот был случай в тридцатом году,
Любил гимназистку я Валю одну.
Гулял я на свадьбе, она была там,
Своим кавалером терзала меня.
Я был увлечённый и сам не в себя,
Наган повернулся и, Валя, в тебя!
Тут выстрел раздался, народ набежал,
А Валечкин папа дела разбирал.
Ох, папа, ты, папа, ты Мишу не тронь,
Во всём виновата здесь наша любовь!
Сижу за решёткой, сижу я один,
К окошку подходит один гражданин:
– Здорово, товарищ, за что ты сидишь?
– Сижу за убийство, я Валю убил.

206
93.
За Наташей ухаживал три года,
Она дочка была короля,
И на всё же она согласилась,
Потому что любила меня.

Раз я выпил с друзьями


И пошел на свидание к ней.
Вечерами мы с нею гуляли,
А потом пригласила меня в сад.

В саду было тихо, спокойно,


Целовала Наташка меня,
Что случилось в эту минуту,
Сдогадайтеся сами, друзья.

А наутро она заболела,


Мать в больницу её увезла.

Эх, Наташа, ты моя Наташа,


Не умела ты мною владеть.
А я выйду с неволи, женюся,
А ты век будешь в девках сидеть.

«А я сяду в карету, поеду,


На невесту твою погляжу,
Принародно тебя опозорю,
На невесте цветы оборву».

94.
Свеча догорает, мне жизнь не мила,
Ой, бедная, милая мама,
Любил я девчонку, любил одною,
Что делать она заставляла…
Ей нужны наряды, ей нужны балы,
207
Для этого нужны деньжонки.
И тут я решился пойти воровать
Для этой красивой девчонки,
И трудно мне было шаг первый шагнуть,
Мучительно сердце заныло.
Мы пили, кутили, чтоб совесть залить,
Шампанско лилося рекою.
Она мне клялася быть верной женой,
Обнял полупьяной рукой.

95А.
Не вором я на свет родился,
Не вором родила меня мать.
В одну девчонку я влюбился,
Из-за неё стал воровать.

Водил её по ресторанам,
Браслеты, кольца ей дарил.
А ночку тёмную с друзьями
Я беспощадно воровал.

Сколь верёвочка ни вьётся,


Не от того, что нет конца:
В одну кибитку я забрался –
Арестовали молодца.

95Б.
Не вором я на свет родился,
Не вором меня мамка родила,
В одну девчонку я влюбился,
Из-за неё в тюрьму попал.

Водил её по ресторанам,
Браслеты, кольца покупал,
А ночку тёмную с друзьями
Я беспощадно воровал.
208
Но сколь веревочка ни вьётся –
Не без того, чтоб нет конца:
В одном я деле развалился,
Арестовали молодца.

И вот сижу в закрытой яме,


В окно тюремное гляжу,
Про деточку я вспоминаю,
Свободы каждый час я жду.

И вот я выскочил на волю


И прямо к деточке пришёл,
Пришёл на старую квартиру,
Хозяйка встретила меня.

А я спросил: «Где дорогая?»


«Она здесь больше не живёт!
По тем же ресторанам ходит,
Тебя, вора, больше не ждёт».

Теперь сижу в глубокой яме,


В окно я больше не гляжу,
Теперь я деточку не вспоминаю,
Свободы больше я не жду.

95В.
Не вором я на свет родился,
Не вором, эх, мать родила!
В одну девчонку я влюбился,
Из-за неё стал воровать.

Водил её по ресторанам,
Эх, браслеты, кольца покупал,
А сам всей ноченькой холодной
Беспощадно воровал.
209
Вот так и сел я за решётку,
В окна тюремные гляжу,
Про милую я вспоминаю,
Каждый час свободы жду.

Отсидел срок наказанья –


В тюрьме три года, эх, отсидел!
Только вышел на свободу –
Прямо к милой полетел.

Прихожу я в ту квартиру,
Хозяйка встретила меня:
«Иди ты вон по той дорожке,
Она вора, тебя, не ждёт».

Прихожу я в ту кофейню,
Она ласкается с другим.
Выхватил я финский ножик,
И прямо в грудь я ей вонзил.

Попал я снова за решётку,


В окна тюремные гляжу.
Теперь о милой я не вспоминаю,
И свободы я не жду.

95Г.
Не вором я на свет родился,
Не вором мать меня родила,
В одну я девушку влюбился,
Из-за неё стал воровать.

Я водил её по ресторанам,
Браслеты, кольца покупал.
Ночка тёмная становится,
Я беспощадно воровал.
210
Сколь веревочка ни вьётся,
Все равно она порвется.
Сколько мальчик ни ворует,
Все равно в тюрьму пойдёт.

Сижу в тюрьме, а сам мечтаю


В тюрьме решётки поломать.

Зачем мне биться и стремиться,


В тюрьме решёточку ломать,
Не лучше мне ль не постараться
Из-под конвоя убежать.

Он крикнет раз, он крикнет два,


На третий раз взорвется выстрел,
И вот свобода, вот она!

Бежал я лесом, бежал дремучим,


Бежал, дорожечки менял,
Я повстречался с той девчонкой,
Ради которой воровал.

Она тотчас меня узнала


И обошла же стороной,
Пошла, в мигалку заявила,
И я опять туда попал.

Вот ведут, ведут меня, парнишку,


Ведут по улице штрафной,
Погляжу я в первы двери –
Стоит мать моя родная и умывается слезой.

Захожу я в первы двери,


Чего я вижу пред собой:
211
Там сидит моя девчонка
И винит меня во всем.

Захожу я во вторые,
Чего я вижу пред собой:
Там сидят судьи-правосудьи
И ведут свой разговор.

Захожу я в третьи двери,


Чего я вижу пред собой:
Там сидят мои ребята,
И все смеются надо мной.

Вы не смейтеся, ребята,
Я вам всю истину скажу:
«Девчонок не любите,
Они имеют коварное сердце,
Чтоб к ним не подошли».

96.
Течёт речка, течёт речка,
Бережочек моет.
Молодой жулик, удалой жулик
Начальника просит:
«Ты, начальник, ты, начальник,
Отпусти до дому,
А жинка скучилася,
Милая зазноба!»
«Я бы рад тебя пустить,
Но ты не вернёшься,
Ты напейся воды холодной,
Про любовь забудешь».
«Пил я воду, пил холодну,
Пил, не напивался,
Любил молоденьку девчонку,
212
Ей не наслаждался».
Когда жулик умирал,
Строго он наказывал:
«Вы коня моего вороного
Вы отдайте дяде,
А молодую жену
Пожалейте сразу».
Вот умер жулик,
Умерла и слава,
И остался конь вороной,
Сбруя золотая.
Гроб несут, коня ведут,
Конь головку клонит,
Молода его дивчина
Жулика хоронит.

97.
Жил в Одессе Костя-паренек,
Ездил он в Херсон за голубями,
И вдали мелькал его челнок, его челнок
С белыми, как чайка, парусами.

Голубей он там не покупал,


Жульничал и лазил по карманам.
Крупную валюту добывал,
Девушек водил по ресторанам.

Но однажды Костя-паренек
Не вернулся в город свой любимый.
И напрасно девушка ждала, его ждала
У фонтана в платье тёмно-синем.

Кто же познакомил, крошка, нас с тобой,


Кто же нам принёс печаль-разлуку?
Кто на наше счастье и покой, о, Боже мой,
Поднял окровавленную руку.
213
Город познакомил, крошка, нас с тобой,
Лагерь преподнёс печаль-разлуку.
Прокурор на наше счастье и покой
Поднял окровавленную руку.

Обещаю, милая моя, обещаю


Бить легавых крепко,
Потому что воля дорога нам, дорога,
А на воле вор бывает редко.

98.
Паровозный гудок, поезд тронулся в путь,
Конвой встал на подножку вагона.
Ты кричала мне вслед, ты махала рукой,
А сама зарыдала вослед мне.

Пролетают года, я пишу иногда,


Не увижу тебя больше, Галя:
«Я преступник, я вор, срок большой у меня,
Ждёт меня лишь сырая могила».

Пролетели года, я вернулся тогда,


Я вернулся в родную избушку,
Прослезились глаза у родного отца,
Со слезами обнял мать-старушку.

И тогда я спросил: «Где же Галя моя?»


А отец, отвернувшись, заплакал:
«Видишь, холмик стоит, весь заросший травой,
А под этим холмом твоя Галя».

Паровозный гудок, поезд тронулся в путь,


Конвой встал на подножку вагона,
Я на нары упал, свою жизнь проклинал,
Всё поминая родную Галинку.
214
99А.
Забылися в реках зеркальные воды,
Где с милым сидели вдвоём.
Так тяжко и нежно забилося сердце,
Ушёл, не сказал ничего.

Люби меня, девушка, пока я на воле,


Пока я на воле – я твой.
Судьба нас разлучит – я буду жить в неволе,
Тобой завладеет другой.

Был бы я сокол, летал бы я высоко,


Я мог бы по свету летать.
Я мог бы тебя, моя сизая голубка,
Ласкать и к груди прижимать…

99Б.
Люби меня, детка,
Пока я на воле,
Пока я на воле – я твой.
Судьба нас разлучит,
Я буду жить в неволе,
Тобой завладеет другой.
Я вор, я бандит,
Я преступник всего мира,
Я вор, меня трудно любить.
Не лучше ли, деточка,
Нам с тобой расстаться,
Не лучше ль друг друга забыть.
Я финку возьму
И с товарищем верным
Решётку железну спилю.
Вот выстрел раздался –
Я вниз головою
На землю упруго упал.
215
Начальник увидел –
Покачал готовою:
«Погиб арестант молодой!»

99В.
Люби меня, девчонка,
Покуда я на воле.
Пока я на воле – я твой.
Судьба нас разлучит,
Я буду жить в неволе,
Тобой завладеет другой.
Я вор, я бандит,
Я вор, меня трудно любить.
Возьму я пилу
И с товарищем верным
В тюрьме решётку пропилю.
А если услышит
Конвой за стеною,
Тогда я, мальчишка, пропал.
Вот выстрел раздался,
Я вниз головою
Упал со второго этажа.
Вот вышел начальник,
Качат головою:
«Погиб арестант молодой».

100А.
Ноченька тёмна,
Сверкают в небе звёзды,
В саду громко пел соловей.
Мила моя Марочка,
Я же ведь не сокол,
Чтоб вечно по свету летать.
Вор-бродяга,
Убил я человека,
216
Меня посадили, молодца.
Сижу я за решёткой,
Сижу за тюремной,
А ты не захочешь меня ждать.
На коечке железной,
На коечке тюремной
Придется мне здесь умирать.
На коечке железной,
На коечке тюремной
Придется мне здесь умирать.
Ты же не придёшь,
Моя крошка дорогая,
Не будешь над гробом рыдать.

100Б.
Тёмная ночка,
Сияли в небе звёзды,
В саду громко пел соловей.
Ох, тяжко и грустно
Забилося сердечко,
Ушёл, не сказал ничего.
Гуляй, моя Марочка,
Пока я на воле,
Пока я на воле, я твой.
Быть может, нас с тобой
Судьба разлучит –
Я буду жить в неволе,
Тобой овладеет другой.
На коечке тюремной,
На коечке, наверное,
Придется помирать.
А ты же, моя милая,
Моя дорогая, не будешь
Над гробом рыдать.

217
100В. Вор
Ой, тёмная ночка,
Сверкают в небе звёзды,
В саду громко пел соловей.
Ой, милая Мурочка,
Я ведь на воле
Ласкать и к груди вас прижимать.
На койке железной,
На койке тюремной
Придется, наверно, умирать.
Тебе ведь нужно жить,
Тебе ведь нужно счастье,
А мне, хулигану, всё равно.
Я вор, я бандит,
Я преступник всего мира,
Я вор, меня трудно любить!
Пусть светит луна
Своим продажным светом,
А всё равно ведь убегу.
Возьму пилку, топор,
И с товарищем я верным
В тюрьме я решётку пропилю.
А если услышит конвой за стеною,
Тогда я, мальчишка, пропал:
Возьмут и положат
В тюремную больницу,
И буду я там помирать.
А ты не придёшь,
Милая девчонка,
Не будешь ласкать, прижимать.

101А.
Здравствуй, мать, прими привет от сына,
Шлю тебе его издалека.
218
Я живой, но жизнь моя разбита,
Одинока, нищенски горька.

Увезли меня в страну чужую


С одинокой, буйной головой
И разбили жизнь мне молодую,
Разлучили, маменька, с тобой.

Каюсь, мама, я тебя не слушал,


Начал пить, кутить и воровать.
И попал за это в заключенье,
Про тебя забыл, старушка мать.

101Б. Письмо от сына


Здравствуй, мать, прими письмо от сына,
Пишет сын письмо издалека,
Пишет сын, что жизнь его разбита,
Одинока и пуста.

Помнишь, мать,
Как я играл на свирели?
А сейчас ты поздно вечерами
Ожидаешь сына у ворот.

«Рано ты гуляти научился,


Пил, гулял
И начал воровать,
И в тюрьму за решётку попал».

За решёткой сижу и мечтаю,


Как дожить до весеннего тепла.
И не раз я, мама, вспоминаю,
Что не слушал, родная, тебя.

Там, вдали, под старою сосною,


Я, наверно, дом себе найду,
219
Распрощавшись с горькою судьбою,
Распрощусь и больше не приду.

102.
Здравствуй, мать, прими привет от дочки,
Пишет дочь тебе издалека.
Я живу, но жизнь моя разбита,
Одиноко, нищенски горька.

Увезли на север так далёко


С одинокой буйной головой
И разбили жизнь мне молодую,
Разлучили нас, мамочка, с тобой.

Жаль того, что брата не увижу,


И сестрёнку крепко так люблю.
И тебе, моя родная мама,
На прощанье крепко руку жму.

103А.
О, милая, добрая воля
И счастье далёкое моё!
Свободы и воли не вижу,
В тюрьме я сижу так давно.
Куда ни посмотришь – решётки,
И всюду тюремный конвой.
Когда же я выйду на волю,
Когда попаду я домой?
Наверно, свободы не видать
И родины больше не знать.
Прощай, моя милая мама,
Век дочки тебе не видать.
Придёт еще времечко, мама,
Письмо ты получишь моё,
Прочтёшь и так горько заплачешь,
220
И вспомнишь про дочку свою.
Вот слышу – в этап набирают,
По камерам крики и гул:
«Ой, братцы, куда отправляют,
Куда поедет, куда повезут?»
Мы ехали, ехали долго,
Вдруг поезд как вкопанный встал,
Здесь горы, леса и болота,
Здесь будем мы строить канал.
Дорогу построили быстро,
Дорога крепка и сильна,
Ой, сколько костей на дороге,
Вся кровью она улита.
А кровь-то, ала и тягуча,
Стекала по рельсам стальным.
За кровь хулигана и вора
Досталося счастье другим.

103Б.
Милая, добрая воля,
Как счастье моё далеко!
Свободы, свободы не вижу,
В тюрьме я сижу уж давно.
Настанет ещё, мамочка, время:
Письмо ты получишь моё.
Прочтешь и так горько заплачешь,
И вспомнишь про дочку свою.
Вот слышим, этап набирают,
По камерам тихий гам:
«Ой, братцы, куды отправляют?»
«Поедем мы строить канал.
Дорогу построим скоро,
Дорогу – крепка и сильна!
И сколько погибло народу –
Вся кровью она залита.
221
103В.
Ой, милая, добрая воля,
Как счастье моё далеко,
Свободы, свободы не вижу,
В тюрьме я лежу так давно.
Куда ни посмотришь – решётка
И всюду тюремный конвой.
Когда же я выйду на волю,
Когда попаду я домой?
Свободы мне больше не видать,
И родины больше не видать.
Прощай, моя милая мама,
Вам дочки своей не видать!
Придёт ещё, Машенька, время,
Письмо ты получишь моё,
Прочтёшь и так горько заплачешь.

104. Песня о любимой


Чередой, за вагоном вагон,
Мчится поезд по рельсам из стали,
Спецэтапом идёт эшелон
Из столицы в таёжные дали.
Заметает пургой паровоз,
В окна дуют холодные ветры.
Лишь только порывистый ветер разносит
Из окошек угрюмые песни.

Не печалься, любимая,
За разлуку простишь ты меня,
Я вернусь прежде времени,
Как тебе обещал.
Как бы ни был мой приговор строг,
Я вернусь на любимый порог
И, тоскуя по ласкам твоим,
Постучусь под окно.
222
За семь лет в трудовых лагерях
Мы в подарок рабочему классу
Там, где были лишь тропки зверей,
Проложили сибирскую трассу.
Трактора утопали в грязи,
Даже «Сталинцу» сил не хватало,
И тогда под удар топора
Эта песня о милой звучала.

Я сложил эту песню для тех,


С кем судьба в лагерях нас свела,
Подобрав незнакомый мотив,
Тихо гитара играла.

105А.
Я помню тот Ванинский порт
И вид пароходов угрюмый,
Как шли мы по трапу на борт
В холодные мрачные тюрьмы.

Кругом бушевал океан,


Шумела пучина морская.
Вдали виден был Магадан –
Столица Колымского края.

На сто километров тайга,


Стерегут меня дикие звери,
Машины не ходят туда,
Бегут, спотыкаясь, олени.

Я знаю, меня ты не ждёшь,


И писем моих не читаешь,
Встречать ты меня не придёшь,
За стыд и позор посчитаешь.

223
Ой ты, Колыма, Колыма,
Ты названа чудной планетой,
Сойдёшь поневоле с ума,
Оттуда возврата уж нету.

105Б.
Я помню тот Ванинский порт
И гул пароходов угрюмый,
Как шли мы по трапу на борт
В тяжелые мокрые трюмы.

От качки стонали зэка,


Обнявшись, как родные братья,
Лежал впереди Магадан –
Столица Колымского края.

Прощай, моя мать и жена,


Прощайте вы, милые дети,
Знать, горькую чашу до дна
Придётся мне выпить на свете.

106.
По диким степям, по Нарыму,
Идет заготовка лесов.
Там сослано много народа
Неизвестно, на сколько годов.

Они сосланы все без причины,


Безвинно страдают они.
Живут они все под неволей,
Считают тяжёлые дни.

От ребёнка до старого деда


На родине хочется быть,
224
А мысли, как ласточки, вьются,
И им здесь не хочется жить.

Питают их пищей плохою,


Продуктов им мало дают.
Едят они чёрствую корку
И воду болотную пьют.

Сослали их летней порою


В весёлые майские дни,
И сколько их маленьких деток
Безвинно в могилу легли.

По диким степям, по Нарыму,


Идёт заготовка лесов.
Там сослано много народа
Неизвестно, на сколько годов.

107. Про хвалёную


А пропою я вам да про хвалёную,
Как дикий край я невзлюбил.
Я был отказчиком, я был темником
И труд ударный презирал.
Хозяйкою была тайга дремучая,
Никто не рушил ей покой,
Там дикий зверь рычал,
Столетний дуб дремал,
На Воркуте вели мы путь стальной.
И вот пришёл народ
И взял тайгу в оборот.
Свалили лес, сожгли там хлам,
И протянулася прямой до Воркуты на солнце сталь.
И побежит под мост вода бурливая
Под паровозные гудки.
И вот кончаю петь я про хвалёную,
225
Как дикий край всполюбил
И был работником,
И был честным,
И труд ударный полюбил.

108.
Завезли нас в Сибирь отдалённую,
Где суровый, суровый конвой.
Полюбил я тебя, заключённую,
Честно нежной босяцкой душой.

Не страшна нам Сибирь отдалённая,


И не страшен, не страшен конвой,
Только жаль, моя милая деточка,
Что так рано расстались с тобой.

Твои мысли с ветвями сплетаются,


И мне думать уж вовсе невмочь.
Злые люди разбить нас стараются,
Я не сплю в эту тёмную ночь.

А пока, а пока до свидания,


Знаю, деточка, ты любишь меня,
О любви ты моей не рассказывай
Никому нигде никогда.

109А.
Я пишу тебе, голубоглазая,
Может быть, последнее письмо.
Про его ты никому не сказывай,
Для тебя написано оно.

Я сижу в Чекмане, моя милая,


Скоро нас погонят в лагеря.
Я сижу в сырой, холодной каменке,
Не могу забыть я про тебя.
226
Как-то раз сидели мы с товарищем
На скамейке в жутком уголке,
Я поминутно публику оглядывал,
А тебя не видел я нигде.

Суд на совещанье удаляется,


Сердце моё ноет и болит,
Видно – только занавес качается,
Слышно – даже муха пролетит.

Ты прости-прощай, моя любимая,


Сердцу прикажу я замолчать.
Пой, гитара, плачь, подружка милая,
Что прошло, то больше не видать.

109Б.
Я тебе пишу, голубоглазая,
Может быть, последнее письмо.
Никому его ты не показывай,
Из тюрем написано оно.

Я сижу в Ташкенте, в душной камере,


Скоро развезут по лагерям.
Суд прошёл, процесс уже кончается,
И судья приводят приговор.

Говорят, что ты, моя любимая,


Перестала плакать и рыдать.
Говорят, что ты, моя любимая,
Стала рестораны посещать.

Пой, гитара, плачь, подруга верная!


Сердце не заставишь замолчать.
Пой, гитара, плачь, подруга верная!
Десять лет свободы не видать.
227
110. Это было весною
Я сижу за решёткой, за железной стеной,
Пред людьми я виновен, перед Богом я чист.
Предо мною икона и запретная зона,
А на вышке всё тот же чекист.

Это было весною, зеленеющим маем,


Когда тундра надела свой весенний наряд.
Мы бежали с тобою, уходя от погони,
Вдоль железной дороги «Воркута – Ленинград».

Капал дождь на лицо и на дуло нагана,


Вокруг нас окружили: «Руки кверху!» – кричат.
Но чека просчиталась, оборона прорвалась,
Кто на смерть смотрит смело, того пули щадят.

Мы теперь на свободе, мы ушли от погони,


Нас теперь не догонит автомата заряд,
Мы теперь на свободе, о которой мечтали,
О которой так много в лагерях говорят.

111.
Прощайте, любимые,
Прощайте, девицы,
Прощайте, грустные!
Дай в последний раз в глаза взглянуть.

Сегодня день у нас прощания,


А завтра снова в дальний путь.
Идут на север, страна огромная –
Кого ни спросишь, у всех Указ.

А завтра рано утром покину Персень (Пресню),


Уйду этапом на Воркута
И под конвоем в работах тяжких,
Быть может, смерть себе найду.
228
Жучки бушлатиком мой труп накроют,
На холм высокий вознесут меня
И похоронят в земле промерзшей,
А сами грустно пропоют.

А ты стоять будешь у фото милого,


Слезу батистовым утрёшь.
Не плачь, не плачь, девчонка милая,
Ты друга вновь себе найдёшь.

112.
Давно уж утро, город ещё спит,
Не спит тюрьма, она давно проснулась.
И сердце жалобно так заболит,
Как будто к сердцу что-то прикоснулось.

Пойдёшь гулять, а на тебя кричат,


Ты к этой брани быстро привыкаешь,
И, по привычке руки взяв назад,
Глаза невольно вниз ты опускаешь.

А если в споре что-нибудь сказал,


Тебя из строя вырвут будто бы клещами.
И знай, что вечером к тебе придут,
В холодный карцер выведут с вещами.

Давно уж утро, город ещё спит,


Не спит тюрьма, она давно проснулась,
А мне уж всё равно теперь.
Таких, как я, в тюрьме немало.

113.
Перебиты, поломаны крылья,
Дикой болью всю душу свело,
Кокаина серебряной пылью
Следы дороги моей замело.
229
Так я иду и брожу, спотыкаясь,
И не знаю, куда я иду.
Эх, зачем эта участь такая,
Кто напутал мне эту судьбу?

Если б можно унять эти муки,


Затушить это пламя в груди,
Позабыть все проклятые муки,
Никого не любить впереди.

Даже сердце мне не подскажет,


Кто на это даст мне ответ?
Я девчонка ещё молодая,
А в груди моей – тысяча лет.

А война всё идёт и идёт чередой,


Постепенно мужчин пожирает,
А надежда на то, кто же замуж возьмет,
Так невольно в груди угасает.

114.
Сестра любимая, родная, милая,
Пишу последний раз тебе письмо,
А там надолго мы расстанемся,
Наверно, так с тобой нам суждено,
А там надолго мы расстанемся,
Наверно, так с тобой нам суждено.

Во первых строчках я пишу тебе, сестра,


Как тяжело сидеть в стенах тюрьмы,
Куда ни смотришься – всё омертвелое,
И очень медленно проходят дни,
Куда ни смотришься – всё омертвелое,
И очень медленно проходят дни.

230
Подруги новые, воровки громкие
Лишь чтоль-то изредка наводят грусть,
А там в душе тоска появится,
Когда же я, сестра, домой вернусь?
А там в душе тоска появится,
Когда же я, сестра, домой вернусь?

Вдруг звон ключей в дверях


Не оборвёт мечты: чего я думаю, чего я жду?
Когда же вызовут мою фамилию,
И под конвоем я под суд пойду?
Когда же вызовут мою фамилию,
И под конвоем я под суд пойду?

Приду в нагорный суд, ведь я преступница,


И на ресницах глаз мелькнёт слеза,
На подсудимую скамью заставят сесть,
И опущу я вниз свои глаза.
На подсудимую скамью заставят сесть,
И опущу я вниз свои глаза.

И когда приговор тут зачитают мне,


Я потихонечку назад взгляну,
Увижу там тебя, сестра любимая,
Увижу старенькую мать свою.
Увижу там тебя, сестра любимая,
Увижу старенькую мать свою.

Ещё увижу там я друга милого


И потихонечку ему шепну я,
Я потихонечку сквозь слёз с улыбкою:
«Любимый, жди меня, и я вернусь!»
Я потихонечку сквозь слёз с улыбкою:
«Любимый, жди меня, и я вернусь!».

231
115.
Я расскажу вам, ребята, что сегодня я видел,
Что сегодня я слышал: в зале суд.
Судили мальчишку, совсем молодого,
И в зале немая была тишина.
Вещает подсудимый – мальчишка красивый,
Судья задаёт свой строжайший вопрос.
А он отвечает: «Подайте гитару,
Я песней отвечу на этот вопрос.
Гулял я по парку и встретил девчонку,
Шутя подозвал, и она подошла.
Мы с ней целовались, шутили, смеялись…
Она говорила, что любит меня.
Сидели с ней в баре за кружкою пива,
И вдруг подошёл к ней один из дружков.
Мол, ты недостоин сидеть с ней рядом,
Меня оттолкнул, а её оскорбил.
Я выхватил бритву – мой друг пошатнулся
И, весь окровавленный, на пол упал.
Судите же, люди, судите же строго,
Что жизнь на любовь свою променял.
Ещё попрошу вас, меня схороните
Рядом с любимым другом моим».
И все увидали, как он пошатнулся,
И лопнула ампула с ядом в зубах.
Раздался крик в зале, и все увидали
Девчонку шестнадцати лет,
С большими глазами, красива, как солнце,
И слёзы текли по обеим щекам.
«Прости меня, мама, ведь я умираю,
Ведь я не хотела, чтоб он умирал».
И все увидали: она пошатнулась,
И лопнула ампула с ядом в зубах.

232
116А.
Вот снова луна озарила
Тот старый кладбищенский двор,
А над сырою могилою
Рыдает маленький вор.
А над сырою могилою
Рыдает маленький вор.

«О, милая, милая мама,


Зачем ты так рано ушла?
Глаза свои рано закрыла,
Отца-подлеца не нашла.
Глаза свои рано закрыла,
Отца-подлеца не нашла.

А он, прокурор, в белом доме,


Отец наш – подлец-прокурор,
Он жизнью живет наслаждаясь,
Не зная, что сын его вор.
Он жизнью живет наслаждаясь,
Не зная, что сын его вор».

И вот на скамье подсудимых


Малюточка мальчик сидит
И голубыми глазами
На прокурора глядит.
И голубыми глазами
На прокурора глядит.

И дали тут речь прокурору,


И стал прокурор говорить:
«За кражу, грабёж и убийство
Нельзя мальчугана простить.
За кражу, грабёж и убийство
Нельзя мальчугана простить».
233
И дали тут речь мальчугану,
И стал мальчуган говорить,
Весь зал был заполнен слезами,
А он продолжал говорить.
Весь зал был заполнен слезами,
А он продолжал говорить:

«Я сын белокурой красотки,


Отец наш – подлец-прокурор,
Он жизнью живет наслаждаясь,
Не зная, что сын его вор.
Он жизнью живет наслаждаясь,
Не зная, что сын его вор».

О, миленький, миленький мальчик,


Зачем ты так поздно сказал?
Но было, но было уж поздно,
Сын на расстреле стоял.
Но было, но было уж поздно,
Сын на расстреле стоял.

Вот снова луна озарила


Тот старый кладбищенский двор,
А над двойною могилой
Рыдает сам прокурор.
А над двойною могилой
Рыдает сам прокурор:

«О, милая, милая Женька,


Зачем ты так рано ушла?
Глаза голубые закрыла
И сына с собой увела.
Глаза голубые закрыла
И сына с собой увела».

234
Вот снова луна осветила
Тот старый кладбищенский двор,
А над двойною могилой
Повесился сам прокурор.
А над двойною могилой
Повесился сам прокурор.

116Б. Вор
И снова луна озарила
Тот старый кладбищенский двор,
А над сырою могилой
Рыдает молоденький вор:

«Ой, мамочка, милая мама,


Зачем ты так рано ушла?
Ты много не видела счастья,
Отца-подлеца не нашла».

А там на углу в белом доме


Роскошно живет прокурор,
Он судит воров беспощадно,
Не зная, что сын его вор.

И вот на скамье подсудимых


Молоденький мальчик сидит
И на отца-прокурора
С опаской и грустью глядит.

Тут кончилась речь прокурора,


Преступнику слово дано,
В своем заключительном слове
Он вымолвил только одно:

«Ой, граждане, граждане судьи,


И ты, мой отец-прокурор!
235
Ты сына лишаешь свободы..
Скажите же, кто из нас вор?»

Ой, миленький, миленький мальчик,


Зачем ты так долго молчал,
Сказал бы немножко пораньше,
И я бы тебя оправдал.

И снова луна озарила


Тот старый кладбищенский двор,
А над могилою сына
Рыдает отец-прокурор.

И снова луна озарила


Тот старый кладбищенский двор,
А над могилою сына
Повесился сам прокурор.

117А. Дочь прокурора


Там, в семье прокурора, безотрадно и тихо
Жила дочь прокурора с золотою косою,
С голубыми глазами, а по имени Нина,
Как отец, горделива и красива собой.

С восемнадцати лет никому не доступна,


И напрасно ребята увлекалися ей.
Не подарит улыбки, не полюбит как надо,
А с каким-то презрением всё глядит на людей.

Но однажды на танцах, на весёлых и модных,


К ней изящно одетый жиган подошел.
Суеверный красавец из преступного мира
Поклонился красотке и завлёк на бостон.

236
Сколько было там ласки, сколько было там чувств!
Воровская любовь коротка, но мила.
Ничего он не хочет, ничего не желает,
Только тела красотки, только чару вина.

Но однажды во вторник, одурманенный дрёмой,


Водку пил прокурор за стаканом стакан,
А на чёрной скамье, на скамье подсудимых,
Его дочка-красотка и какой-то жиган.

Расставаясь надолго, на душе так тоскливо,


И жиган попросил попрощаться с женой.
И уста их слились в поцелуе едином,
Лишь отец-прокурор заливался слезой.

117Б.
В той семье прокурора безупречно и тихо
Жила дочка-красотка с белокурой косой,
С голубыми глазами и по имени Нина,
Молода и горда, восемнадцати лет.

Восемнадцать ей было, никого не любила,


Всё с каким-то презреньем всё глядит на людей.
Не подарит улыбку, не полюбит как надо,
И напрасно ребята увлекаются ей.

Но однажды во вторник горделиво и тихо


К ней красиво одетый подошёл паренек –
Суеверный красавец из преступного мира,
Поклонился он Нине, за собою увлёк.

Сколько было здесь чувства,


сколько было там ласки!
Воровская любовь горяча и сильна.
Ничего он не хочет, ничего не желает,
Только тело красотки, только чару вина.
237
А за красным столом, одурманенный дымом,
За бокалом бокал прокурор выпивал,
А на черной скамейке, на скамье подсудимых,
Его доченька Нина и какой-то жиган.

Расставаясь надолго, а в душе горделиво,


Наш жиган попросился попрощаться с женой,
И уста их слилися в поцелуе едином,
Лишь отец-прокурор заливался слезой.

118.
Где-то на Севере, в дальних местах отдалённых,
Срок молодой паренёк отбывал.
Всюду его голос звучал, весёлый и звонкий,
Его полюбили и дали кликуху «Седой».

Как-то на зону приходит письмо заказное,


Пишет Седому родимая мать:
«Я заболела, сыночек! О, горе какое!
И, не увидев тебя, ни за что не хочу умирать».

Радость и счастье Седого поникли,


Все замечали, что голос Седого дрожал.
А на разводе, как только начальство явилось,
Всем объявили, что ночью Седой убежал.

Кто говорил, что Седого в побеге поймали,


Кто говорил, что Седой от ментов убежал,
Кто говорил, что Седого в побеге поймали,
Только в зоне Седого никто не видал.

Снова на зону приходит письмо заказное,


Пишет из дома родимая мать:
«Я поправляюсь, сыночек!
А, счастье какое! И ни за что не хочу умирать!»
238
Мать как узнала, что сына в живых уже нету,
Сразу слегла по тяжёлой болезни в кровать.
После нескольких дней, после тяжёлой болезни
Мать Седого так же, как сын, умерла.

Отец у Седого на строгом режиме мотался.


Воскликнув, что сына в живых уже нету:
«Зачем ты, сыночек, по скользкой дорожке помчался,
По которой, когда-то споткнувшись, упал твой отец?»

Где-то на Севере, в дальних местах отдалённых,


Холмик стоит, на том холмике крест небольшой.
Там, под сырою землёю,
друзьями зарытый парнишка лежит,
Веселый лежит по кликухе «Седой».

119.
По асфальту топают копыта,
Менты догоняют ребят.
Но добрые, добрые, добрые кони
Спасают ребят от беды.
А если залез ты в конюшню,
Седлай поскорее коня.
А если сбоишься, а если ты струсишь,
Менты вдруг повяжут тебя.
Эх-ма, тюрьма, ты выпусти меня!
Мне нету больше жизни без коня.
Вышли конокрады на волю,
Начали узды вязать.
Где-то тут, где-то там
Они шмонают по углам,
В конюшнях кони пропадают.
Эх-ма, тюрьма, ты выпусти меня!
Мне нету больше жизни без коня.

239
120.
Вот я откинулся – какой базар-вокзал.
И взял билет в колхоз «Большое дышло».
Ведь я железно с бандитизмом завязал,
Всё по уму, но лажа всё же вышла.

Секи, начальник, – я гулял на склоне дня,


Глазел на шлюх и мирно кушал пончик.
Как вдруг хиляет этот фраер до меня
И говорит: «Козёл, займи червончик!»

Тут закипело всё, в натуре, во внутрях,


И я чуть-чуть меж рог ему не двинул.
Но нас сознанию учили в лагерях,
И я сдержался, даже шабера не вынул.

Но эта падла, хоть по виду и босяк,


Кастетом мне заехала по морде.
Тут сила воли моя кончилася вся,
И вот я здесь, а эта падла в морге.

Секи, начальник, я всю правду рассказал


И мирно шёл сюда в сопровожденье.
Ведь я железно с бандитизмом завязал!
Отдайте справку об моём освобожденье!

121.
Хомутнул за кипиш меня мент у ворот,
И мы не в кипиш в ментовку канаем.
А я кручусь, и верчусь, и молюсь, и божусь,
И лапшу на хлопушки кидаю.
А ему не в косяк, он не робит никак,
Ну и чё же с тобой, мусоришка шальной?
Не по теме, профура, бакланишь!
А ему невдомёк – я перо ему в бок,
240
Ну а сзади чекисты из МУРа.
Тут я рву напролом, а народу кругом!
И в колёса мне палки воткнули.
Если б знал, что за пёс,
Я б чердак ему снёс!
На хаверу, карась, протусуйся!

122.
На высоком кургане стоит крест деревянный,
Его девушка нежно прижимает к груди,
А вдали, как икона, – там запретная зона,
А из зоны той нет на свободу пути.

В одинокой сырой паренёк там томится,


А за сырой, сырой стеной всё снега да дожди.
Думал он о свободе, о далёкой любимой:
«Для тебя, дорогая, я сбегу, только жди!»

В первомайскую ночь, когда все в зоне спали,


Когда все в зоне спят, там царит тишина,
Он бежал, спотыкаясь о замёрзшую землю,
И дорогу ему освещала луна.

Но не спал часовой, в зоне поднял тревогу,


И конвой градом пуль догонял беглеца.
Сколько было волнений, сколько было страданий…
Сердцу больше не надо – девять граммов свинца.

На высоком кургане стоит крест деревянный,


Его девушка нежно прижимает к груди,
А вдали, как икона, – там запретная зона,
А из зоны той нет на свободу пути.

241
123. Письмо к матери
Милая мама, я на тебя не в обиде,
За то, что ты сына сдала в ДВК.
Там грубые дядьки, мама, грубо брали за ворот
И днями на город не давали смотреть.
Там грубые дядьки, мама, грубо брали за ворот
И днями на город не давали смотреть.

Это было весною, в расцветающем мае:


Трое наших мальчишек из-под стражи ушли.
На седьмом километре, мама, их собаки догнали,
Их чекисты поймали, на расстрел повели.
На седьмом километре, мама, их собаки догнали,
Их чекисты поймали, на расстрел повели.

Их поставили к стенке, развернули спиною,


Раздались автоматы, и упали они.
И по трупам холодным, мама,
как по тряпкам ненужным,
Разрядив автоматы, семь чекистов прошли.
И по трупам холодным, мама,
как по тряпкам ненужным,
Разрядив автоматы, семь чекистов прошли.

На кургане высоком крест стоит одинокий.


Его девушка нежно прижимает к груди,
Перед ней, как икона, мама, вся запретная зона,
И на вышке стоит с автоматом чекист.
Перед ней, как икона, мама, вся запретная зона,
И на вышке стоит с автоматом чекист.

242
124А.
Голуби летят над нашей зоной,
Голубям нигде преграды нет.
Как бы мне хотелось с голубями
На родную землю полететь.

Но забор высокий не пускает


И колючки в несколько рядов,
Часовые с вышек наблюдают,
И собаки рвутся с поводов.

Вечер за решёткой догорает,


Солнце гаснет, словно уголёк,
И о чём-то тихо напевает
На тюремных нарах паренёк.

Он поет, как трудно жить в неволе


Без друзей, без ласковых подруг.
В этой песне было столько горя,
Вся тюрьма заслушалась вокруг.

Плачут в дальних камерах девчата,


Вспоминая молодость свою,
Как они когда-то, как они когда-то
Говорили ласково: «Люблю!»

Даже самый строгий надзиратель


У стола, задумавшись, стоит.
Только он один, подлюка, знает,
Что мальчишке ночь осталось жить.

А наутро лязгнули засовы,


Вывели его на чистый двор.
И последним словом его было:
«Покажите сына моего».
243
Сверху вниз по лестничному трапу
Выбежал мальчишка лет пяти,
Бросился на шею с криком: «Папа,
Ты меня с собою забери!»

Вы, конвой, ребёнка успокойте,


Чтоб не плакал он и не рыдал,
И навек глаза мои закройте,
Чтобы слёзы сына не видал.

Голуби летят над нашей зоной,


Голубям нигде преграды нет.
Как бы мне хотелось с голубями
На родную землю улететь.

124Б.
За решеткой вечер догорает,
Солнце гаснет, словно уголёк.
И о чём-то тихо напевает
На тюремной койке паренёк.
И о чём-то тихо напевает
На тюремной койке паренёк.

Он поёт, как трудно жить без воли,


Без друзей, без ласковых подруг,
И так много в этой песне воли,
Что тюрьма притихла вся вокруг.
И так много в этой песне воли,
Что тюрьма притихла вся вокруг.

Плачут в дальней камере девчата,


Проклиная молодость свою,
Вспоминая, как мы на свободе
Говорили ласково: «Люблю!»

244
Старики задумались печально,
Вспоминая прошлые года.
И никто той песни не забудет
За стеной тюремной никогда.
И никто той песни не забудет
За стеной тюремной никогда.

Голос то тюремный, то влюблённый,


То струною зазвенит,
Даже самый старый, отдалённый,
У волчка, заслушавшись, стоит.
Даже самый старый, отдалённый,
У волчка, заслушавшись, стоит.

А пацан поёт, не умолкая,


О любви, о счастье прежних дней,
И глазами жадно провожая
От тюрьмы летящих голубей.

125.
Неужели конец, неужели пора?
Мысль о завтра уже не волнует,
И пускай у кого-то шумит детвора,
Кто-то где-то кого-то целует.
Мир живёт, пусть живёт,
Для того и народ,
Чтоб любить, горевать, улыбаться.
Ведь не знает никто о себе наперёд,
Где придётся упасть, где подняться.
Мне же ждать ни к чему,
Впереди – пустота,
Чувства все, словно порох, сгорели,
Ни любви и ни злобы, лишь тяга к вину,
Может, власти меня просмотрели…
Я согласен, пускай воронки, лагеря,
245
Автоматы в бока и «браслеты» до хруста,
Чтобы, бешеной жаждой к свободе горя,
Я почувствовал жизнь, чтобы не было пусто.
Чтобы сердце зажечь, нараспашку душа,
Только всё – ерунда, даже им я не нужен.
Ни друзей, ни врагов, только, мраком дыша,
Смерть холодная рядышком кружит.

246
ПРИМЕЧАНИЯ1
1. Ты не пой, мой жаворонок. Записала Ткаченко Л.
в д. Знаменка Мариинского р-на в 1989 г. от Брахновой П.А.,
1914 г.р. (рус., обр. 4 кл., колхозница). Вариант: Песни каторги…
2012: 50.
2А. Ах, что ж ты, мой сизый голубчик. Записали Треть-
яков, Маргаритов в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г. от
Головлевой Е.С., 1915 г.р. (рус., род. в г. Вышний Волочёк Твер-
ской обл., в пгт. Каз с его основания). Вариант: Русские… 1957:
73-74.
2Б. Мой сизой голубчик. Записано в п. Осман Новокуз-
нецкого р-на от Васильевой А.Г., 1909 г.р. (род. в Алтайском
крае).
3А. Сокол ты мой ясный. Записала Жаркова И. в с. Бурла-
ки Прокопьевского р-на в 1984 г. от Савельевой М.И., 1922 г.р.
(рус., обр. 4 кл.).
3Б. Сокол ты мой ясный. Записали Грац И.А, Иванова Н.П.
в с. Бурлаки Прокопьевского р-на в 2004 г. от Воронковой З.П.,
1927 г.р. (рус., обр. 8 кл., доярка, род. в с. Терентьевское Про-
копьевского р-на Кемеровской обл., в с. Бурлаки с 1930 г.).
4. Добры молодцы все на волюшке живут. Записала Болото-
ва Е. в д. Новоивановка Тисульского р-на в 1991 г. от Ждановой Н.В.,
1928 г.р. (рус., обр. 7 кл., телефонистка, род. в с. Ивановка Чебулин-
ского р-на Кемеровской обл., в д. Новоивановка с 1947 г.). Вари-
ант: Русские… 1957: 75.
5. Не шуми, мати зелёная дубравушка. Записала
Лебедева Н. в с. Котино Прокопьевского р-на в 1986 г. от
Бессоновой М.А., 1919 г.р. (донская казачка, неграмотная,
род. в хуторе Дубовский Урюпинского р-на Волгоградской
обл., в с. Котино с 1936 г.). Вариант: Песни узников 1995:
200.
1
При составлении примечаний в части сведений об истории песни и её публикации
использовались также данные с сайта a-pesni: Песенник анархиста-подпольщика [Элек-
тронный ресурс]. Режим доступа: http://a-pesni.org/.

247
6. Уж ты, воля дорогая. Записали Третьяков, Маргаритов
в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г. от Головлевой Е.С.,
1915 г.р. (рус., род. в г. Вышний Волочек Тверской обл., в пгт.
Каз со дня его основания). Вариант: Русские… 1957: 75.
7. Воля моя, воля. Записали Косолапова Н.А., Егошина А.М.
в п. Базанча Таштагольского р-на в 1986 г. от Гусевой Т.М.,
1933 г.р. (рус., обр. 2 кл., род. в Алтайском крае, в п. Базанча
с 1959 г.). Источником является рекрутское причитание «Уж ты
воля, моя воля».
8. Во тюрьме-то я сидел. Записала Корепанова Л.В. в г. Ново-
кузнецке в 1982 г. от Кокряцкой Ф.Е., 79 лет (рус.). Поиздальщина,
возможно, здесь имеется в виду дольщина, т.е. тип работы, когда
работник получает долю/пай от прибыли.
9А. Я в гостях-то гостил. Записала Баженова А. в г. Но-
вокузнецке в 1999 г. от Баженовой М.Н., 1910 г.р. (обр. 4 кл.,
пенсионерка, род. в д. Мысы Юсовской волости). Вариант: Рус-
ские… 1997: 357-358.
9Б. В гостях у вас гостиночка, гостиночка. Записали Са-
вонина С., Габова З. в пгт. Кузедеево Новокузнецкого р-на в
1998 г. от Чернаевой Н.Е., 1928 г.р. (рус., обр. 7 кл., пенсионер-
ка, род. в г. Вятка Кировской обл., в пгт. Кузедеево с 1962 г.).
10. Погасло солнце за горою. Записали Проценко, Филиппов-
ская в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от Лобановой А.С.,
1903 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в пгт. Кузедеево Но-
вокузнецкого р-на Кемеровской обл., в п. Усть-Кабырза с 1957 г.).
Вариант казачьей песни с тюремным финалом.
11. Было время золотое. Записала Буткеева Т.Н. в п. Каме-
шок Беловского р-на от Шмыревой М.Ф., 1916 г.р. (рус., род. в Ки-
ровской обл., в п. Камешок живет 16 лет). Информант слышала пес-
ню от подруг в Кировской области. Варианты: Песни узников 1995:
192-193; Русские… 1997: 359.
12А. Сижу за решёткой в темнице сырой. Записали Зы-
кина О., Паршина Т., Дубнова О.А. в с. Тарасово Промышлен-
новского р-на в 1986 г. от Скороходовой А.Р., 1924 г.р. (рус.,
обр. среднее, кассир), Шилиной Е.В., 1931 г.р. (рус., доярка,

248
род. в с. Титово Промышленновского р-на Кемеровской обл.).
Песня восходит к стихотворению А. С. Пушкина «Узник» (1822).
Об истории фольклоризации стихотворения см. Новикова 1982:
147-155. Варианты: Народные… 1969: 23-24; Русские… 1957:
364-365; Песни узников 1995: 63-64.
12Б. Сижу за решёткой в темнице сырой. Записали Сы-
соева О., Герасимова Т. в г. Новокузнецке в 1993 г. от Страш-
никовой Н.А., 1920 г.р. (рус., работала породоотборщицей,
род. в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на Кемеровской обл.,
в г. Новокузнецке с 1951 г.).
12В. Сижу я, мальчишка. Записала Акилина С. в с. Крас-
ные Орлы Мариинского района в 1989 г. от Михайловой Т.Н.,
1911 г.р., Балабащук Е.Н.,1914 г.р.
12Г. Сидел я в темнице. Записали Айкин Е., Баланчик Н.
в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Ванцовой Е.Т.,
1908 г.р. (рус., неграмотная, род. в с. Караган Солтонского р-на
Алтайского края, в пгт. Спасск с 1937 г.).
13. Не слышно шуму городского. Записала Трифонова М.И.
в г. Осинники в 1995 г. от Козырькова А.А., 1944 г.р. (рус., обр.
среднее специальное, шахтер, род. в п. Бадрас Ельцовского
р-на Алтайского края, в г. Осинники с 1959 г.). Песня восходит
к стихотворению декабриста Ф. Глинки «Песнь узника» (1826).
После восстания на Сенатской площади Ф.Глинка провел не-
сколько месяцев в Петропавловской крепости и четыре года
ссылки в Петрозаводске. Варианты: Городские песни… 1999:
400; Русские… 1957: 460-461; Песни узников 1995: 69-70.
14А. Спускается солнце за степи. Записала Ковылина
О.В. в г. Прокопьевске в 1985 г. от Тащевой Л.П., 1935 г.р. (укр.,
обр. 5 кл., рабочая, род. в г. Апостолово Днепропетровской обл.
респ. Украина, в г. Прокопьевске с 1939 г.). Фольклорный ва-
риант кандальной песни на основе стихотворения Ал. Толстого
«Колодники» (1854). В первоначальном варианте песни был
добавлен припев, Толстому не принадлежащий. Варианты: Го-
родские песни… 1999: 415; Русские… 1957: 485; Песни узников
1995: 27-29; Яковлев 2000: 493.

249
14Б. Скрывается солнце за степью. Записали Астафье-
ва Т., Кириллова В., Тимошенко О. в пгт. Листвяги Новокузнец-
кого р-на в 1990 г. от Решетниковой А.С., 1929 г.р. (рус., обр. 4 кл.,
техничка, род. в с. Победа Целинного р-на Алтайского края, в
пгт. Листвяги с 1962 г.).
14В. Холодныя звонкия цепи. Записала Полосухина К.
в с. Ашмарино Новокузнецкого р-на в 1999 г. от Половнико-
вой Е.Л., 1930 г.р. (рус., обр. среднее, телятница).
14Г. Заводим унывную песню. Записали Кокоякова А.,
Карпенко Т. в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от
Прохоровой М.Ф., 1928 г.р. (рус., обр. 6 кл., контролер, род. в
г. Тамбове Тамбовской обл., в пгт. Спасск с 1974 г.).
14Д. Скрывается солнце за степью. Записала Кашицы-
на К.А. в пгт. Зеленогорский Крапивинского р-на в 2014 г. от
Фисенко М.С., 1930 г.р. (рус., обр. среднее техническое, желез-
нодорожница, род. в г. Мариинске Кемеровской обл., в пгт. Зе-
леногорский с 1974 г.).
14Е. Бом, бом! Слышен звон кандальный. Записала
Филиппова О.Н. в с. Таргай Новокузнецкого р-на в 1987 г.
от Яркиной В.М., 1923 г.р. (рус., обр. 7 кл., род. в д. Боча-
тино Бокситогорского р-на Ленинградской обл.). Текст пред-
ставляет собой припев из песни на основе стихотворения
Ал. Толстого «Колодники» (1854), Толстому не принадлежав-
ший.
15А. По пыльной дороге, по пыльной дороге. Записала Суль-
дина Н. в г. Осинники в 1992 г. от Филеньевой Е.Л., 1904 г.р. (рус.,
обр. 6 кл., техничка, род. в Кокчетавской обл. респ. Казахстан,
в г. Осинники с 1956 г.). Песня неизвестного автора периода
революционно-народнического движения 1860–1870-х годов.
Вариант: Песни узников 1995: 29-30.
15Б. По пыльной дороге телега несётся. Записали Хар-
ченко У., Грошевская Е., Сашкина А. в с. Бурлаки Прокопьевско-
го р-на в 2004 г. от Галошкиной А.Ф., 1913 г.р. (рус., грамотная,
работает на производстве, род. в с. Ельцовка Шипуновского
р-на Алтайского края, в с. Бурлаки с 1989 г.).

250
16А. Сидит филин на дубу. Записано в п. Загадное Но-
вокузнецкого р-на в 1981 г. от Петряевой З.М., 1908 г.р. По
указанию М. и Л. Джекобсонов, песня восходит к стихотворению
«Farewell» («Прощание») из поэмы Джорджа Байрона «Паломничест-
во Чайльд Гарольда» (1812–1818) в переводе поэта И. И. Козлова
(1799–1840). Ф. М. Достоевский приводит отрывок из этой песни в
«Записках из мёртвого дома» (1860-1861). Вариант: Джекобсоны:
92.
16Б. Отцовский-то дом. Записала Журба С. в г. Прокопь-
евске в 1990 г. от Маланиной Е.С., 1906 г.р. (рус., неграмотная,
пенсионерка, род. в с. Томское Прокопьевского р-на Кемеров-
ской обл., в г. Прокопьевске с 1985 г.).
17. Вдоль по коридору. Записали Митюкова В., Аксёнова С.
в п. Кондома Таштагольского р-на в 1994 г. от Осиповой М.Я.,
1918 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка (свинарка), род. в
с. Поповичи Целинного р-на Алтайского края, в п. Кондома с
1931 г.). В песне присутствует реминисценция из стихотворения
М.Ю. Лермонтова «Узник» (1837).
18А. Из всех лесов дремучих. Записали Колупаева О., Голо-
вачева Л. в пгт. Шерегеш Таштагольского р-на Кемеровской обл. в
1985 г. от Аникиной Т.Г., 1918 г.р. Песня восходит к стихотворению
немецкого поэта Фердинанда Фрейлиграта (1810–1876), переве-
денного на русский язык в 1846 г. Федором Миллером под загла-
вием «Погребение разбойника». В народной песне герой получил
имя легендарного гуслицкого разбойника Василия Чуркина. Он же
стал героем романа «Разбойник Чуркин», написанного уже после
смерти Чуркина в 1880-х годах Н.И. Пастуховым. Подробнее об
истории песни см. Русская баллада 1936: 368–369; 401–472,
№ 336. Варианты: Городские песни… 1999: 401–402; Русские…
1957: 395–397; Песни узников 1995: 128–129.
18Б. Из тех лесов дремучих. Записали Худолеева И., Бе-
ляева М. в с. Безруково Новокузнецкого р-на в 1989 г. от Ла-
тышовой К.В., 1910 г.р. (рус., неграмотная, колхозница, род. в
с. Гилёвка Завьяловского р-на Алтайского края, в с. Безруково
с 1929 г.).

251
18В. Во тех лесах дремучих. Записали Анохин В., Завод-
сков А. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от Фе-
досовой Н.В., 1906 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в
с. Краснотуранск Краснотуранского р-на Красноярского края,
в п. Усть-Кабырза с 1929 г.).
19. Песня про Кармалюку. Записано в п. Чебалсу г. Междуре-
ченска в 1980 г. от Мариновой А.А., 1920 г.р. (укр., пенсионерка,
род. в д. Еремишково Одесской обл., в п. Чебалсу с 1952 г.). Устим
Кармалюк (Кармелюк) (1787–1835)  – выходец из крепостных
крестьян, руководитель крестьянского восстания на Правобе-
режной Украине (1813–1835).
20А. Звенит звонок насчёт проверки. Записали Никодимова Л.,
Пронина Н. в п. Базанча Таштагольского р-на в 1986 г. от Воробь-
евой Т.Е., 1929 г.р. (рус., обр. 4 кл., колхозница, в п. Базанча с
1959 г.). Одна из популярнейших тюремных песен, время возникно-
вения которой относят к XIX веку. М. и Л. Джекобсоны ссылаются на
предание, согласно которому заключённый Ланцов, бывший писарь
Кавалергардского полка, не был профессиональным преступником
и сложил эту песню про выдуманный им побег из Московского/Мои-
сеевского замка, чтобы развлечь других заключённых. Есть упомина-
ния в газетах Москвы и Санкт-Петербурга о многочисленных побегах
арестанта Федора Ланцова в 1857–1864 гг. (см. Михайлов 2005),
что подтверждает существование прототипа героя. О Ланцове и исто-
рии создании этой песни см. Львов 1876: 99-109. Предположитель-
но за основу песни взято стихотворение Г. Малышева (1802–1868),
опубликованное в 1848 г. «Звенит звонок, и тройка мчится». Вариан-
ты: Глубоковский 1926: 14; Городские песни… 1999: 403-404; Дже-
кобсоны 1998: 50; Песни узников 1995: 105; Русские… 1997: 365-
366; Цехновицер 2012: 492; Яковлев 2000: 492.
20Б. Звенит звонок насчёт проверки. Записано в пгт. Те-
миртау Таштагольского р-на в 1981 г. от Голановой А.Д., 1915 г.р.
(неграмотная).
20В. Звонок звенел насчёт поверки. Записала Алябоева М. в
с. Усманка Чебулинского р-на в 1991 г. от Скобелевой Ф.В., 1924 г.р.
(рус., обр. 7 кл., пенсионерка).

252
20Г. Звенел звонок насчёт проверки. Записано в пгт. Темир-
тау Таштагольского р-на в 1981 г. от Огурцовой А.О., 84-х лет. Инфор-
мантка слышала песню от матери, пелась до революции.
20Д. Звенел звонок насчёт поверки. Записали Ненашева О.А.,
Ююкина Е.Н. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от Дым-
ченко И.Ф., 1918 г.р. (рус., обр. 8 кл., колхозница, род. в с. Ро-
стовка Большереченского р-на Омской обл., в пгт. Листвяги с
1949 г.).
20Е. Звенит звонок-та насчёт проверки. Записали Малы-
шева О.Е., Прошлецов Е.Н. в с. Кузедеево Новокузнецкого р-на
в 1998 г. от Шашковой Н.М., 1915 г.р. (обр. 5 кл., пенсионерка).
20Ж. Звонит звонок насчёт проверки. Записала Ильиных Е.В.
в г. Новокузнецке в 1995 г. от Хорошавиной А.Г., 1928 г.р. (рус., обр.
среднее, фельдшер, род. в д. Шагима Параньгинского р-на респ. Ма-
рий-Эл).
20-З. Звенел звонок насчёт проверки. Записали Калитка О.,
Сулимова О. в г. Новокузнецке в 1995 г. от Соломиной А.И., 1918 г.р.
(рус., пенсионерка, род. в д. Терёхино Топкинского р-на Кемеров-
ской обл.).
20И. Отец, купец он был богатый. Записала Сенаторова Н.
в п. Металлургов Новокузнецкого р-на в 1988 г. от Егоровой З.Д.,
1929 г.р. (обр. 4 кл., в п. Металлургов с 1968 г.).
20К. Звонок-то звенит насчёт проверки. Записала Хлынова И.
в п. Металлургов Новокузнецкого р-на в 1988 г. от Осокиной А.Ф.,
1931 г.р. (рус., обр. 4 кл., род. в г. Топки Кемеровской обл., в п. Ме-
таллургов с 1953 г.).
20Л. За Волгой шайка собиралась. Записали Худолеева И.,
Беляева М. в с. Безруково Новокузнецкого р-на в 1989 г. от Латы-
шовой К.В., 1910 г.р. (рус., неграмотная, колхозница, род. в с. Гилёв-
ка Завьяловского р-на Алтайского края, в с. Безруково с 1929 г.).
Начало песни – реминисценция из «Братьев–разбойников» (1822)
А.С. Пушкина.
21А. Хороша эта ноченька тёмная. Записала Филиппова Н.
в г. Прокопьевске в 1999 г. от Колбасовой Е.В., 1924 г.р. (рус., обр.
7 кл., трактористка, род. в д. Гандичи Убинского р-на Новосибирской

253
обл., в г. Прокопьевске с 1951 г.). Песня восходит к поэме С.Ф. Ры-
скина (1859–1895) «Бродяга» (1888). В песню вошла только третья
часть поэмы о побеге героя из тюрьмы, которая испытывает вли-
яние «жестокого романса». Варианты: Джекобсоны 1998: 65; Рус-
ские… 1957: 427-428; Песни узников 1995: 102-103.
21Б. Осыпаются листья осенние. Записали Сафонова В.,
Тешкова А. в пгт. Абагур Новокузнецкого р-на от Стрельцовой Ф.И.,
1907 г.р. (необразованная, пенсионерка).
21В. Осыпались листья осенние. Записали Сенюшкина А.,
Серикова О. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от По-
повой Н.К., 1926 г.р. (рус., обр. 7 кл., пенсионерка, род. в г. Кисе-
левске Кемеровской обл., в пгт. Листвяги с 1963 г.).
21Г. Осыпаются листья осенние. Записано в п. Ленинский
Новокузнецкого р-на в 1979 г. от Перминовой А.С., 1912 г.р. (род.
в д. Ботьево Яшкинского р-на Кемеровской обл.). Домзак – дом за-
ключения, один из видов мест лишения свободы в 1925-1929 гг.,
созданный на основе арестного дома для содержания подследст-
венных заключенных, осужденных сроком не более 6 месяцев, при-
говор которых ещё не вступил в силу.
21Д. Осыпаются листья осенние. Записано в пгт. Темиртау
Таштагольского р-на в 1981 г. от Павлюковой А.Е.
21Е. Осыпаются листья осенние. Записали Блинова Ю.,
Рамхен А. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 2000 г. от Тон-
ковой А.К., 1929 г.р. (рус., неграмотная, род. в Горном Алтае п. Усть-
Кабырза с 1997 г.).
22А. Славное море – священный Байкал. Записали
Шамина А., Кузнецова А. в г. Таштаголе в 1999 г. от Заго-
родновой В.Ф., 1935 г.р. (рус., обр. 7 кл., род. в пгт. Спасск
Таштагольского р-на Кемеровской обл.). Песня восходит к
стихотворению сибирского литератора Д. Давыдова (1811–
1888) «Дума беглеца на Байкале» (1858). Уже к 1863 г. текст
песни «Славное море – священный Байкал» появляется в
«Современнике» в статье «Арестанты в Сибири» как обра-
зец арестантского творчества. Варианты: Городские песни…
1999: 405; Песни каторги… 2012: 31, 59-60; Русские… 1957:

254
393; Песни узников 1995: 121-122; Русские… 1997: 370–
371; Яковлев 2000: 491–492.
22Б. Славное море – привольный Байкал. Записали Хар-
ченко У., Грошевская Е., Сашкина А. в с. Бурлаки Прокопьевско-
го р-на в 2004 г. от Галошкиной А.Ф., 1913 г.р. (рус., грамотная,
работает на производстве, род. в с. Ельцовка Шипуновского
р-на Алтайского края, в с. Бурлаки с 1989 г.).
22В. Славное море – священный Байкал. Записала Ле-
мешева П.В. в д. Пихтовка Мариинского р-на в 1983 г. от Цари-
ной Ф.Б., 1903 г.р. (рус.).
23А. По диким степям Забайкалья. Записали Шамина А., Куз-
нецова А. в г. Таштаголе в 1999 г. от Загородновой В.Ф., 1935 г.р.
(рус., обр. 7 кл., род. в пгт. Спасск Таштагольского р-на Кемеров-
ской обл.). Песня начала своё бытование в Сибири в 1880-е годы,
с начала 1900-х годов приобрела широкую известность. Авторство
песни точно не установлено, иногда приписывается И.К. Кондратье-
ву (1849–1904), поэту Суриковского кружка, автору романса «Оча-
ровательные глазки» и др. Варианты: Городские песни… 1999: 406;
Джекобсоны: 1998; 74; Русский шансон 2007: 21; Песни каторги…
2012: 32; Русские… 1957: 441; Русские… 1997: 371-372; Песни уз-
ников 1995: 122-123.
23Б. По диким степям Забайкалья. Записала Красильнико-
ва И.Г. в р.п. Старобачаты Беловского р-на в 1994 г. от Кочерги-
ной А.Д., 1926 г.р. (обр. 4 кл., род. в с. Верх-Жилино Косихинско-
го р-на Алтайского края, в р.п. Старобачаты с 1950 г.).
23В. По тихим степям Забайкалья. Записали Алексеенко О.К.,
Клюшникова Е.Ю., Сидорова О.В. в пгт. Ижморский Ижморского
р-на в 2005 г. от Павкиной Т.И., 1933 г.р. (рус., обр. 8 кл., стрелоч-
ница, род. в с. Преображенка Тяжинского р-на Кемеровской обл., в
пгт. Ижморский с 1972 г.).
23Г. По диким степям Забайкалья. Записала Шелягина В.
в г. Новокузнецке в 2010 г. от Лубяновой З.А., 1936 г.р.
(рус., работник железной дороги, род. в г. Георгиевске Ге-
оргиевского р-на Ставропольского края, в г. Новокузнецке
с 1994 г.).

255
23Д. По диким степям Забайкалья. Записала Шихова Т. в
г. Новокузнецке в 1999 г. от Шихова И.Д., 1945 г.р. (рус., обр. выс-
шее, род. в д. Сертинка Тяжинского р-на Кемеровской обл.).
24А. На горе село большое. Записали Кокоякова А., Карпен-
ко Т. в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Араповой Е.С.,
1906 г.р. (рус., обр. 3 кл., санитарка, род. в д. Стеклянка Калачинин-
ского р-на Омской обл., в пгт. Спасск с 1975 г.). Запев встречается
в другой бродяжьей песне, например, см.: Песни каторги… 2012:
21-22. Вариант: Цехновицер 2012: 567.
24Б. В село родное. Записали Горелова М., Селезнева Л., Сус-
лина В. в пгт. Каз Таштагольского р-на в 2001 г. от Железняковой М.К.,
1925 г.р. (рус., обр. среднее специальное, торговый работник, род.
в Новосибирской обл., в пгт. Каз с 1998 г.).
24В. На тракту село большое. Записали Зыкина О.А., Дуб-
нова О.А., Паршина Т.В. в с. Тарасово Промышленновского р-на
в 1986 г. от Ладоновой З.И., 1927 г.р. (рус., обр. 3 кл., разнора-
бочая, род. в г. Ленинск-Кузнецкий Кемеровской обл., в с. Тара-
сово с 1946 г.), Кафтан З.И., 1928 г.р. (рус., обр. среднетехни-
ческое, техник).
25А. Глухой неведомой тайгою. Записали Кузнецова,
Меркель, Вострикова в д. Пьяново Промышленновского р-на в
1987 г. от Кварталовой Н.П., 1952 г.р. (обр. высшее, директор
клуба, род. в г. Кемерове Кемеровской обл., в д. Пьяново с
1986 г.). Одна из популярнейших песен в Сибири, возникла во
второй половине XIX века. Варианты: Городские песни… 1999:
407; Джекобсоны 1998: 35; Русские… 1957: 442; Песни узни-
ков 1995: 125; Русские… 1997: 370.
25Б. Бежал бродяга с Сахалину. Записали Городовой Я.,
Мотуз Н. в с. Котино Прокопьевского р-на в 1986 г. от Борисо-
ва А.П., 1928 г.р. (обр. 7 кл.).
25В. Бежал бродяга с Сахалина. Записали Шелгачева Е.,
Меньшова Т., Знайкина И. в с. Пушкино Промышленновско-
го р-на в 1989 г. от Максимовой М.Ф., 1931 г.р. (рус., обр. 8 кл.,
пенсионерка, род. в с. Антипино Тогульского р-на Алтайско-
го края, в с. Пушкино с 1949 г.).

256
25Г. Шёл бродяга с Сахалина. Записала Пешкова Е.С. в
г. Новокузнецке в 2001 г. от Первушкиной М.С., 1918 г.р. (мор-
довка, обр. 2 кл., пенсионерка, род. в с. Подъем Михайловка
Дубоуметского р-на Куйбышевской обл.).
25Д. Кругом неведомой тайгою. Записали Калитка О.В.,
Сулимова О.А. в г. Новокузнецке в 1995 г. от Ширмановой Е.И.,
1915 г.р. (рус., пенсионерка, род. в с. Александров Сельсовет
Тамбовской обл.).
25Е. На берегу сидел бродяжка. Записала Буткеева Т.Н. в
п. Камешок Беловского р-на от Шмыревой М.Ф., 1916 г.р. (рус.,
род. в Кировской обл., в п. Камешок живет 16 лет).
26. В лесу ручей серебряный бежит. Записала Ивойлова Е.
в г. Новокузнецке в 1999 г. от Даниловой Л.М., 1954 г.р. (рус., обр.
9 кл., проводник поезда).
27А. Отворите окно, отворите. Записала Худяева Т.М. в
д. Есауловка Новокузнецкого р-на в 1999 г. от Косачевой Т.Т.,
1930 г.р. (рус., обр. 7 кл., доярка, род. в с. Калачёвка Тамбов-
ской обл.). Песня восходит к стихотворению В.  И.  Немирови-
ча-Данченко (1844–1936) «Умирающий» (1882). Подробнее о
трансформации литературного источника на материале песен
Кемеровской области см.: Трубицына 2012 (1): 48-54. Вариан-
ты: Городские песни… 1999: 424-425; Джекобсоны 1998: 68; Чер-
ный ворон… 1996: 265-266.
27Б. Отворите окно, отворите. Записала Носкова М.Л.,
в г. Осинники в 1988 г. от Зотовой А.Е., 1912 г.р. (рус., обр.
7 кл., род. в г. Бийске Алтайского края).
27В. Отворите окно, отворите. Записали Беляева П.В.,
Гардиевская Т.П. в с. Васьково Промышленновского р-на в
1985 г. от Селаевой Н.В., 1933 г.р. (рус., неграмотная, пастух,
род. в ст. Розовка Розовского р-на Запорожской обл. респ. Ук-
раина, в с. Васьково с 1941 г.).
27Г. Отворите окно, отворите. Записала Калитка О.В. в
г. Новокузнецке в 1995 г. от Мезенцевой М.С., 1916 г.р. (рус.,
обр. 1 кл., пенсионерка, род. в д. Красноярка Алтайского края).
Контаминация двух текстов, вторая строфа из «Пришла моей

257
жизни кончина», см. Джекобсоны 1998: 97; или «Песни налет-
чика», см. Цехновицер 2012: 570.
28А. Полюбил от души я девицу. Записали Худолеева И.,
Беляева М. в с. Безруково Новокузнецкого р-на в 1989 г. от
Поповой М.П., 1912 г.р. (шорка, неграмотная, изолировщи-
ца). Песня известна под названием «Любовь разбойника». В
данном случае приводится в контексте песен «Отворите окно,
отворите», поскольку в Кемеровской области часто можно на-
блюдать контаминацию этих произведений. Вариант: Городские
песни… 1999: 451.
28Б. Полюбил я девушку душою. Записали Поварници-
на М., Хлебникова Е. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в
2000 г. от Крюковой Н.В., 1925 г.р. (рус., обр. 5 кл., пенсионер-
ка, род. в с. Красное Ленинск-Кузнецкого р-на Кемеровской
обл., в п. Усть-Кабырза с 1936 г.).
28В. Отворите окно, отворите. Записали Щёлокова С.А.,
Шмигельская И.В., Ромайкина Е. в д. Пьяново Промышленнов-
ского р-на в 1987 г. от Ратниковой Е.С., 1923 г.р. (рус., обр. 7 кл.,
продавец, пенсионерка).
28Г. Растворите окно, растворите. Записали Ненашева О.А.,
Ююкина Е.Н. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от
Дымченко И.Ф., 1918 г.р. (рус., обр. 8 кл., колхозница, род.
в с. Ростовка Большереченского р-на Омской обл., в пгт. Лист-
вяги с 1949 г.).
28Д. Отворите окно поскорее. Записала Харина И. в п. Теба
Междуреченского р-на в 1991 г. от Глухова С.И., 1910 г.р. (рус.,
обр. 5 кл., столяр, род. в с. Ишевка Серпуховского р-на Сара-
товской обл.).
28Е. Дождь слезою прошёл на родимых полях. Записали
Кузьмина Е.Н., Капранова О.А, Мелконян А.Г. в с. Бурлаки Про-
копьевского р-на в 2004 г. от Борисовой Т.Б., 1922 г.р. (рус.,
обр. 5 кл., род. в с. Чаузово Топчихинского р-на Алтайского
края, в с. Бурлаки с 1963 г.).
29А. В голове моей мозги ссыхались. Записали Ермоленко Л.,
Овсянникова О. в пгт. Спасск Таштагольского р-на от Семеновой М.И.,

258
1908 г.р. (неграмотная, техничка, род. в с. Пильно Красногорско-
го р-на Алтайского края, в пгт. Спасск с 1975 г.). Первые четыре
строки песни представляют собой вариант любовного романса «В го-
лове моей мозг иссыхает», который восходит к литературному источ-
нику – стихотворению А.Н.  Плещеева (1825–1893) «В последний
раз» (1861), перевод произведения шотландского поэта Вильяма
Мозервела (см. Городские песни… 1999: 132). Последние четыре
строки – реминисценция из стихотворения В. И. Немировича-Дан-
ченко «Умирающий» (1882), см. текст №27Б. Варианты: Цехнови-
цер 2012: 558-560; Яковлев 2000: 503-504.
29Б. Эй, в голове моей мозги ссыхались. Записали Нови-
кова Н., Микрюкова Е. в г. Мыски в 1986 г. от Незнамовой М.Ф.,
1916 г.р. (обр. 3 кл., род. в Воронежской обл., жила в Алтайском
крае с 1932 г., в г. Мыски с 1964 г.).
29В. В голове моей мозги ссыхают. Записали Пузанова Я.,
Соседко С., Соболевская О. в п. Кондома Таштагольского р-на
в 1994 г. от Маргачевой У.С., 1923 г.р. (рус.), Макаровой Д.А.,
1926 г.р. (рус.).
29Г. Скоро, скоро я буду судиться. Записала Носкова М.Л. в п.
Чебалсу г. Междуреченска в 1988 г. от Богомоловой Н.Н.
29Д. Скоро, скоро судить меня будут. Записала Носкова М.Л.
в г. Осинники в 1988 г. от Зотовой А.Е., 1912 г.р. (рус., обр. 7 кл., род.
в г. Бийске Алтайского края.).
30А. Солнце всходит и заходит. Записала Ковылина О.В. в
г. Прокопьевске в 1989 г. от Воронова И.Т., 1931 г.р. (обр. 4 кл., род. в
с. Дресвянка Каменского р-на Алтайского края, в г. Прокопьевске с
1933 г.). Песня появилась в печати в 1890 г. и была приведена в пьесе
М. Горького «На дне» (1902). Варианты: Городские песни… 1999: 417-
418; Джекобсоны 1998: 104; Жиганец 2001: 12-13; Народные… 1969:
24; Русские… 1957: 433-434; Песни узников 1995: 79, 84-85; Черный
ворон… 1996: 262-263; Яковлев 2000: 493.
30Б. Солнце всходит и заходит. Записано в пгт. Темиртау Таш-
тагольского р-на в 1981 г. от Огурцовой А.О., 84-х лет.
30В. Солнце всходит и заходит. Записали Волкова Н., Дайбо-
ва И. в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на в 1984 г. от Пьянковой А.И.,

259
1928 г.р. (рус., неграмотная, род. в Алтайском крае, в пгт. Мунды-
баш с 1931 г.).
30Г. Солнце всходит и заходит. Записали Бочкарёва И., Лед-
нева О. в с. Таргай Новокузнецкого р-на от Котовой У.М., 1910 г.р.
(рус., неграмотная, род. в г. Барнауле Алтайского края, в с. Таргай
с 1928 г.).
30Д. Про Чапаева (Солнце всходит и заходит). Записали
Бабичева Е., Кукушкина Е., Пытлеванова Л. в пгт. Мундыбаш
Таштагольского р-на в 1986 г. от Огневой А.М., 1912 г.р. (рус.,
неграмотная, род. в с. Полтово Алтайского края, в пгт. Мундыбаш
с 1932 г.), Коробковой А.Н., 1915 г.р. (рус., неграмотная, род. в
с. Травное Мамонтовского р-на Алтайского края, в пгт. Мундыбаш с
1940 г.). Поскольку песня «Солнце всходит и заходит» иногда испол-
няется на мотив народной песни «Черный ворон», то присоедине-
ние куплета из этой песни вполне объяснимо.
30Е. Солнце входит и заходит. Записала Буткеева Т.Н.
в п. Камешок Беловского р-на от Шмыревой М.Ф., 1916 г.р. (рус.,
род. в Кировской обл., в п. Камешок живет 16 лет). Реминисценции
из песни «На горе село большое».
31А. Ах ты, доля, моя доля. Записала Рыбальченко М.В. в
г. Новокузнецке в 2004 г. от Полевой Н.К., 1941 г.р. (укр., обр.
среднее, домохозяйка). Фольклорный вариант песни «Доля»
(1873), авторство которой точно не установлено и приписыва-
ется или революционеру-народнику С. Синегубу, или его сорат-
нику Д. Клеменцу. Варианты: Городские песни… 1999: 427-428;
Песни каторги… 2012: 5; Народные… 1969: 25-26; Русские…
1957: 478-479; Песни узников 1995: 127-128; Русские… 1997:
№ 470; Цехновицер 2012: 612.
31Б. Эх ты, доля, моя доля. Записала Ковылина О.В. в г. Про-
копьевске в 1989 г. от Воронова И.Т., 1931 г.р. (обр. 4 кл., род.
в с. Дресвянка Каменского р-на Алтайского края, в г. Прокопь-
евске с 1933 г.).
31В. Эх ты, доля, моя доля. Записала Баженова А. в г. Но-
вокузнецке в 1999 г. от Баженовой М.Н., 1910 г.р. (обр. 4 кл.,
пенсионерка, род. в д. Мысы Юсовской волости).

260
32. Загудела труба. Записала Носкова М.Л. в г. Осинни-
ки в 1988 г. от Зотовой А.Е., 1912 г.р. (рус., обр. 7 кл., род. в
г. Бийске Алтайского края). Песенный вариант стихотворения
неизвестного поэта 1870-х годов.
33А. Почему ты, ямщик, перестал песни петь. Записала Ян-
кина М. в г. Новокузнецке в 2001 г. от Артемьева А.Н., 1928 г.р.
(рус., обр. среднее техническое, пенсионер, род. в с. Полянки Рыб-
но-Слободского р-на Казанской обл. респ. Татарстан, в г. Ново-
кузнецке с 1947 г.). Песня периода народовольческого движе-
ния 1880-1890-х годов, стилизованная неизвестным автором
под народную «ямщицкую». Варианты: Городские песни… 1999:
410-411; Джекобсоны 1998: 95; Народные… 1969: 24-25; Песни
узников 1995: 62-63.
33Б. Отчего ты, ямщик, перестал песни петь. Записала
Трубицына В.В. в п. Теба Междуреченского р-на в 2008 г. от
Калачиковой У.Т., 1922 г.р. (рус., обр. 4 кл., разнорабочая, род.
в п. Чекмари Беловского р-на Кемеровской обл., в п. Теба с
1960-х годов). Эту песню информантка услышала и выучила от
«артистов» − мужа и жены, которые во время ВОв поселились в
п. Кок-су, «на золоте» (рудник).
33В. Это было давно в той деревне у нас. Записал Столя-
ров Л. в г. Осинники в 1997 г. от Качура Г.С., 1930 г.р. (рус., обр.
4 кл., шахтер, род. в с. Поповичи Целинного р-на Алтайского
края, в г. Осинники с 1949 г.).
33Г. Это было давно, год примерно назад. Записали Астафь-
ева Т., Кириллова В., Тимошенко О. в пгт. Листвяги в 1990 г. от Фа-
деевой А.П., 1927 г.р., (рус., обр. 4 кл., техничка, род. в г. Иркутске
Иркутской обл., в пгт. Листвяги с 1964 г.).
33Д. Это было давно, год примерно назад. Записала
Гурьева Е. в с. Ильинка Новокузнецкого р-на в 2001 г. от
Старцева А.Д., 1930 г.р. (рус., обр. среднее, пенсионер, род. в
с. Костенково Новокузнецкого р-на Кемеровской обл., в с. Иль-
инка с 1952 г.).
33Е. Это было давно, год примерно назад. Записали Хар-
ченко У., Грошевская Е., Сашкина А. в с. Бурлаки Прокопьевско-

261
го р-на в 2004 г. от Галошкиной А.Ф., 1913 г.р. (рус., грамотная,
работает на производстве, род. в с. Ельцовка Шипуновского
р-на Алтайского края, в с. Бурлаки с 1989 г.).
33Ж. Это было давно, год примерно назад. Записала
Алябьева М. в с. Усманка Верх-Чебулинского р-на в 1991 г. от
Глазковой П.Г., 1931 г.р. (рус., обр. 3 кл.).
33-З. Это было давно, год примерно назад. Записали
Дайнеко Г.Н., Трофимова О.В. в с. Морозово Промышленнов-
ского р-на в 1987 г. от Сизевой С.С., 1923 г.р. (рус., неграмот-
ная, доярка).
34. Все подружки веселятся. Записано от Красновой А.Ф.,
78 лет (род. в с. Таргай Новокузнецкого р-на Кемеровской обл.).
Вариант песни эпохи народничества и революционного движе-
ния второй половины XIX века. По указанию информанта, ис-
полнялась во время жатвы. Вариант: Городские песни… 1999:
427.
35. Из-под беленькой берёзки. Записали Морсина Т.,
Орешко Т. в п. Сидорово Новокузнецкого р-на в 1985 г. от Ры-
ковой К.И., 1913 г.р., Бочковой В.Н., 1914 г.р.
36А. Скажи, скажи, каторжник. Записали Ююкина Е.Н.,
Ненашева О.А. в г. Новокузнецке в 1990 г. от Пигеевой М.Ф.,
1926 г.р. (рус., обр. 5 кл., рабочая, род. в с. Верх-Пайва Баев-
ского р-на Алтайского края, в г. Новокузнецке с 1985г.). Вари-
ант: Городские песни… 1999: 409-410.
36Б. Скажи-ка, скажи-ка, товарищ. Записала Акинина С.
в с. Красные Орлы Мариинского р-на в 1989 г. от Михайло-
вой Т.Н., 1911 г.р. (рус., обр. 4 кл., домохозяйка, род. в д. Камы-
шенка Мариинского р-на Кемеровской обл.), Балабащук С.Н.,
1914 г.р. (рус., обр. 4 кл., домохозяйка, род. в д. Камышенка
Мариинского р-на Кемеровской обл.).
36В. Скажи, брат, скажи, брат-товарищ. Записали Хар-
ченко У., Грошевская Е., Сашкина А. в с. Бурлаки Прокопьевско-
го р-на в 2004 г. от Галошкиной А.Ф., 1913 г.р. (рус., грамотная,
работает на производстве, род. в с. Ельцовка Шипуновского
р-на Алтайского края, в с. Бурлаки с 1989 г.).

262
37А. По пыльной дороге оборванный, грязный. Записали
Козлова Е., Меховщикова Т. в д. Акимо-Анненка Тяжинского р-на в
1988 г. от Грошевой Л.Л., 1952 г.р. (рус., доярка, род. в с. Ильин-
ка Новокузнецкого р-на Кемеровской обл., в д. Акимо-Анненка
с 1980 г.). Вариант: Городские песни… 1999: 413.
37Б. По пыльной дороге закованный в цепи. Записали
Асанкина Е., Пустынникова Л., Кабина С. в с. Михайловка Про-
копьевского р-на в 1989 г. от Перуновой С.И., 1950 г.р. (рус.,
род. в г. Киселевске Кемеровской обл.).
37В. По пыльной дороге закованный в цепи. Записали
Марина Ю., Нефедова Е., Кабанова А., Козликина Е. в п. Усть-
Кабырза Таштагольского р-на в 2000 г. от Богатырева В.С.,
1981 г.р. (рус., обр. 9 кл., род. в г. Новокузнецке Кемеров-
ской обл., в п. Усть-Кабырза с 1989 г.).
38А. Кончил, кончил курс науки. Записали Зыкина О.,
Паршина Т., Дубнова О.А. в с. Тарасово Промышленновско-
го р-на в 1986 г. от Скороходовой А.Р., 1924 г.р. (рус., обр.
среднее, кассир), Шилиной Е.В., 1931 г.р. (рус., доярка, род.
в с. Титово Промышленновского р-на Кемеровской обл.).
Варианты: Городские песни… 1999: 303-304; Яковлев 2000:
494-495.
38Б. Кончил, кончил курс науки. Записали Сафонова В.,
Тишкова А. в пгт. Абагур Лесной Новокузнецкого р-на от Стрель-
цовой Ф.И., 1907 г.р. (неграмотная, пенсионерка).
39А. Бывали дни весёлые. Записано от Пинжиной А.В.,
1929 г.р. (рус., обр. 7 кл., род. в с. Васьково Промышленнов-
ского р-на Кемеровской обл.), Тереховой В.В, 1932 г.р. (рус.,
род. в с. Васьково). Песня литературного происхождения,
восходящая к балладе П. Горохова «Изменница» (1901). Ва-
рианты: Городские песни… 1999: 214-215; Джекобсоны 1998:
19; Песни узников 1995: 189-191; Русский шансон 2007:
33-34.
39Б. Бывали дни весёлые. Записали Анохин В., Завод-
сков А. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от Фе-
досовой Н.В., 1906 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в

263
с. Краснотуранск Краснотуранского р-на Красноярского края,
в п. Усть-Кабырза с 1929 г.).
40А. Скажи, скажи, друг верный. Записали Однокозова,
Дёмушкина, Федосеенкова в пгт. Каз Таштагольского р-на в
1984 г. от Сухорученко Е.С., 1924 г.р. (рус., обр. среднее, род. в
с. Матвеевка Солонешенского р-на Алтайского края, в пгт. Каз
с 1962 г.). Вариант: Городские песни… 1999: 408-409.
40Б. Скажи же, скажи, каторжанин. Записали Волкова Н.,
Дайбова И. в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на в 1984 г. от
Пьянковой А.И., 1928 г.р. (рус., неграмотная, род. в Алтайском
крае, в пгт. Мундыбаш с 1931 г.).
40В. Скажи ты, скажи, каторжанец. Записали Шамова А.,
Ипатов Е., Федосеев Ю. в с. Воскресенка Ижморского р-на в
1990 г. от Рузаевой Т.И., 1921 г.р. (рус., обр. 2 кл., надзиратель,
род. в с. Почитанка Ижморского р-на Кемеровской обл.).
40Г. Ты скажи, каторжанец. Записали Сенюшкина, Сери-
кова в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от Машие-
вой А.Ф., 1920 г.р. (рус., неграмотная, пенсионерка, род. в с. Ти-
тово Тогульского р-на Алтайского края, в пгт. Листвяги с 1961 г.).
41. Луна взошла, так тихо стало. Записано в п. Загадное
Новокузнецкого р-на в 1989 г. от Георгиевой М.Г., 1909 г.р.
Песня создана в дореволюционной России. Варианты: Город-
ские песни… 1999: 411-412; Джекобсоны 1998: 57; Цехновицер
2012: 564-565.
42А. Луна-красавица лениво. Записала Архипова И. в г. Но-
вокузнецке в 1993 г. от Боровковой Т.Ф., 1928 г.р. (рус., обр.
среднее, швея, род. в г. Фатеж Фатежского р-на Курской обл.).
Иногда известна под названием «Разбойник». Варианты: Город-
ские песни… 1999: 319-320; Джекобсоны 1998: 61.
42Б. Луна-красавица лениво. Записала Гурьева Е. в с. Ильин-
ка Новокузнецкого р-на в 2001 г. от Старцева А.Д., 1930 г.р. (рус.,
обр. ремесленное училище, пенсионер, род. в с. Костенково Ново-
кузнецкого р-на Кемеровской обл., в с. Ильинка с 1952 г.).
42В. Леса таёжные густые. Записала Качикаева Л. в п. Из-
вестковый Кемеровского р-на от Колодиной А.П,, 1927 г.р. (рус.,

264
обр. среднее педагогическое, педагог, род. в с. Боровлянка
Троицкого р-на Алтайского края).
43. Комары (Комары меня заели). Записала Ивойлова Е. в
г. Новокузнецке в 1999 г. от Ворониной Д.С., 1919 г.р. (рус., обр. 3 кл.,
пенсионерка, род. в г. Белово Кемеровской обл.).
44. По старой колымской дороге. Записали Соболева О., Ба-
бенко О. в с. Таргай Новокузнецкого р-на в 1987 г. от Секачевой Р.А.,
1932 г.р. (рус., обр. среднее, род. в с. Бенжереп 2-й Новокузнец-
кого р-на Кемеровской обл.).
45А. Рано утром по утрянке. Записали Курбангулова Е.,
Кызласова С. в с. Красулино Новокузнецкого р-на в 1988 г. от
Саворовской Т.М., 1924 г.р. (рус., обр. 4 кл., пенсионерка, род.
в Омской обл.). Чалдоны (челдоны) – название первых посе-
ленцев в Сибири (XVII - XVIII веков) и их потомков.
45Б. Шёл я рано по утряночке. Записали Скворцова Т.,
Баженова В. в г. Новокузнецке в 1999 г. от Фурсовой М.Г.,
1927 г.р. (рус., обр. 7 кл., род. в Алтайском крае, в г. Новокуз-
нецке с 1954 г.).
46. Конь вороной (Устелю я сани коврами). Записал Ген-
зе Н. в с. Котино Прокопьевского р-на в 1986 г. от Борисова А.П.,
1928 г.р. (рус., обр. 7 кл., пенсионер). Восходит к городскому роман-
су литературного происхождения «Начинаются дни золотые …» (до
1917 г.), в полном виде известен под названием «Любовь разбой-
ника». Варианты: Городские песни… 1999: 454; Джекобсоны 1998:
341,342.
47А. Раз в Полтаве я родился. Записали Тимошенко О., Ки-
риллова В., Астафьева Т. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в
1990 г. от Гавриленко Н.Е., 1927 г.р. (рус., обр. 7 кл., дежурная в
клубе, род. в с. Подгорное Подгоренского р-на Воронежской обл.,
в пгт. Листвяги с 1958 г.). Каторжанская песня конца XIX века на
популярную тему: преступление из-за любви к женщине. Варианты:
Джекобсоны 1998: 24; Жиганец 2001: 14-15; Песни узников 1995:
61-62, 86-87; Яковлев 2000: 498.
47Б. Во Полтаве я родился. Записала Аникина С. в с. Крас-
ные Орлы Мариинского р-на в 1989 г. от Свиридовой Е.С., 1924 г.р.

265
(рус., обр. 4 кл., домохозяйка, род. в д. Петровка Мариинского р-на
Кемеровской обл.).
47В. Во Полтаве я родился. Записали Дайнеко Г.Н., Трофимо-
ва О.В. в 1987 г. в с. Морозово Промышленновского р-на от Сизе-
вой С.С., 1923 г.р. (рус., доярка).
47Г. Во Полтаве я родился. Записано в п. Загадное Новокуз-
нецкого р-на в 1981 г. от Георгиевой М.Г., 1909 г.р. Здесь и далее в
вариантах появляется упоминание Крыма. Возможно, речь идёт о
Севастопольской тюрьме, построенной в 1898 г.
47Д. Во Полтаве я родился. Записали Коваленко Л., Белолино-
ва в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на в 1986 г. от Гордеевой У.Н.,
1929 г.р. (рус., грамотная, рабочая, пенсионерка). Минусинская
тюрьма (Красноярский край) открыта в 1912 г.
47Е. Во Полтаве я родился. Записала Синицына Л. в п. Заря
Беловского р-на в 1989 г. от Козловой Е.С., 1908 г.р. (рус., негра-
мотная, разнорабочая, род. в д. Литвиновка Ершичского р-на Смо-
ленской обл., в п. Заря с 1929 г.).
47Ж. Во Полтаве я родился. Записали Кузнецова Л., Шатских О.
в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г. от Стариковой Е.Г., 1920 г.р.
(грамотная, рабочая шахты, род. в с. Урез Солтонского р-на Алтайско-
го края, в пгт. Каз с 1957 г.).
47-З. Под Полтавой я родился. Записала Ерошенко Л. в с. Ро-
зовка Чебулинского р-на в 1988 г. от Беляковой А.Ф., 1914 г.р. (рус.,
неграмотная, домохозяйка).
47И. Во Полтаве я родился. Записали Матвеева И., Петрик Т. в
с. Котино Прокопьевского р-на в 1986 г. от Костиной Г.И., 1955 г.р.
(рус., обр. 8 кл., скотница).
47К. Во Полтаве я родился. Записали Королёва Т.С., Мехине Т.А.
в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 2000 г. от Кузьминой Е.С.,
1913 г.р. (наполовину шорка, неграмотная, домохозяйка, род. в с. Ака-
тьево Солтонского р-на Алтайского края, в п. Усть-Кабырза с 1949 г.).
47Л. Во Полтаве я родился. Записала Красильникова И.Г. в
р.п. Старобачаты Беловского р-на в 1994 г. от Кочергиной А.Д.,
1926 г.р. (обр. 4 кл., род. в с. Верх-Жилино Косихинского р-на Алтай-
ского края, в р.п. Старобачаты с 1950 г.).

266
48А. Сидит Катя за решёткой. Записали Керимкулова, Мак-
сеева, Атабякен в с. Тарасово Промышленновского р-на в 1986 г.
от Догиновой З.Д., 1938 г.р. (рус., грамотная, род. в Юргинском р-не
Кемеровской обл., в д. Шипицыно Промышленновского р-на Кеме-
ровской обл. с 1972 г.). Возможно, что это «женский вариант» песни
«Во Полтаве я родился», учитывая украинский топос. Судовка – на-
звание населенных пунктов на Украине (Днепропетровская, Пол-
тавская области).
48Б. Сидит Катя за решёткой. Записала Рогожникова О.А.
в г. Новокузнецке в 1980 г. от Муравьевой А.А., 1918 г.р. (обр.
2 кл.).
49А. Ветер веет, повевает. Записали Барашев В., Серегина О.,
Нещерет А. в с. Тарасово Промышленновского р-на в 1986 г. от
Ладановой А.И., 1905 г.р. (укр., в с. Тарасово с 1926 г.). Варианты:
Городские песни… 1999: 422; Жиганец 2001: 16; Песни узников
1995: 194; Цехновицер 2012: 495-496.
49Б. Ветер дует, подувает. Записали Айкин Е., Баланчик Н. в
пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Ванцовой Е.Т., 1908 г.р.
(рус., неграмотная, род. в с. Караган Солтонского р-на Алтайского
края, в пгт. Спасск с 1937 г.).
49В. Ветер веет, повевает. Записали Зыкина О.А., Дубнова О.А.,
Паршина Т.В. в с. Тарасово Промышленновского р-на в 1986 г. от Ла-
доновой З.И., 1927 г.р. (рус., обр. 3 кл., разнорабочая, род. в г. Ле-
нинске-Кузнецком Кемеровской обл., в с. Тарасово с 1946 г.), Каф-
тан З.И., 1928 г.р. (рус., обр. среднее техническое, техник).
49Г. Ветер дует, подувает, подувает. Записала Староверова Т.Л. в
п. Усть-Кабырза в 1987 г. от Федосовой Н.В., 1906 г.р. (рус., негра-
мотная, домохозяйка, род. в с. Краснотуранск Краснотуранско-
го р-на Красноярского края, в п. Усть-Кабырза с 1929 г.).
50А. Арестован был случайно. Записали Поварницина М.,
Хлебникова Е. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 2000 г.
от Крюковой Н.В., 1925 г.р. (рус., обр. 5 кл., пенсионерка, род.
в с. Красное Ленинск-Кузнецкого р-на Кемеровской обл., в
п. Усть-Кабырза с 1936 г.). Варианты: Городские песни… 1999:
437; Цехновицер 2012: 549-550.

267
50Б. Арестован был случайно. Записали Китаева Е., Лу-
ценко Т. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от Фе-
досовой Н.В., 1906 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в
с. Краснотуранск Краснотуранского р-на Красноярского края,
в п. Усть-Кабырза с 1929 г.).
50В. Прощай, свобода дорогая. Записали Шамова А.,
Ипатов Е., Федосеев Ю. в с. Воскресенка Ижморского р-на в
1990 г. от Рузаевой Т.И., 1921 г.р. (рус., обр. 2 кл., надзиратель,
род. в с. Почитанка Ижморского р-на Кемеровской обл.).
50Г. Прощай, свобода дорогая. Записала Пешкова Е.С. в
г. Новокузнецке в 2011 г. от Чепуровой Л.Л., 1952 г.р. (рус., обр.
7 кл., пенсионерка).
51. Я слышу смертный приговор. Записала Староверова Т.Л. в
п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от Федосовой Н.В.,
1906 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в с. Красноту-
ранск Краснотуранского р-на Красноярского края, в п. Усть-Ка-
бырза с 1929 г.). Городской романс литературного происхождения
(до 1917 г.).
52. Чубчик, чубчик кучерявый. Записали Кузнецова Ю., По-
рядина Т. в с. Куртуково Новокузнецкого р-на в 1993 г. от Ушаковой
Е.Н., 1915 г.р. (рус., обр. 4 кл., трактористка). Литературного проис-
хождения (до 1917 г.). Варианты: Жиганец 2001: 17-18; На Дериба-
совской… 2008: 98.
53. Иркутские края ли да заборы. Записала Ткаченко Л. в д. Зна-
менка Мариинского р-на в 1989 г. от Брахновой П.А., 1914 г.р. (рус.,
обр. 4 кл., колхозница). Вариант: Русские… 1997: № 473.
54А. Далеко в стране иркутской. Записала Шаткова М. в
г. Новокузнецке в 1998 г. от Фроловой Г.А., 1930 г.р. (рус., обр.
10 кл., продавец., род. в г. Осинники Кемеровской обл., в г. Новокуз-
нецке с 1946 г.). Источником песни служит стихотворение неизвест-
ного автора-каторжанина «Александровский централ» (не позднее
1880-х годов). Александровская центральная каторжная тюрьма
была учреждена в 1873 г. в селе Александровском Иркутского
уезда как привал по пути на о. Сахалин. При советской власти
существовала до конца 50-х годов. Варианты: Городские песни…

268
1999: 416; Джекобсоны 1998: 39; Русские… 1957: 506-507; Песни
узников 1995: 120-121; Русские… 1997: № 476; Жиганец 2001:
7-8.
54Б. Ехал барин той дорожкой. Записала Сидельникова Т.
в г. Новокузнецке в 1992 г. от Абелевой Т.Д., 1922 г.р. (рус., обр.
среднее, бухгалтер, род. в с. Ольховка Ачинского р-на Красноярско-
го края, в г. Новокузнецке с 1947 г.).
54В. Далеко в стране иркутской. Записали Астафьева Т., Ки-
риллова В., Тимошенко О. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в
1990 г. от Фадеевой А.П., 62-х лет (рус., обр. 4 кл., техничка, род. в
г. Иркутске Иркутской обл., в пгт. Листвяги с 1964 г.).
55А. В Сибири есть тюрьма большая. Записали Светлакова В.,
Горчакова Ж. в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г. от Радо-
стевой К.П., 1925 г.р. (рус., обр. 6 кл., пенсионерка, род. в с. Таргай
Новокузнецкого р-на Кемеровской обл., в пгт. Каз с 1951 г.). Вари-
анты: Жиганец 2001: 202-203; Песни узников 1995: 53; Русские…
1997: № 471; Яковлев 2000: 496.
55Б. В черте Сибири тюрьма большая. Записала Плеханова С. в
г. Новокузнецке в 1996 г. от Захожей Н.П., 1933 г.р. (рус., обр. 8 кл.,
инспектор отдела кадров, род. в с. Ояш Болотнинского р-на Ново-
сибирской обл., в г. Новосибирске Новосибирской обл. с 1951 г., в
г. Новокузнецке с 1958 г.).
55В. В Мариинске тюрьма большая. Записала Аникина С. в
с. Красные Орлы Мариинского р-на в 1989 г. от Свиридовой Е.С.,
1924 г.р. (рус., обр. 4 кл., домохозяйка, род. в д. Петровка Мари-
инского р-на Кемеровской обл.). Мариинск – город в Кемеровской
области, получивший статус города в 1856 г. До этого в селе Кийске
(будущем Мариинске) в 1829 г. был выстроен транзитно-пересыль-
ный замок (полуэтап), в 1875 г. началось строительство нового
тюремного замка, которое возобновилось в 1911 г. и заверши-
лось в 1916 г. Мариинская тюрьма была самым крупным зда-
нием в дореволюционном городе. В настоящее время здесь
располагается СИЗО № 3. В советское время в Мариинске на-
ходилось управление Сиблага (1933–1935 гг., после 1943 г.),
а в 1937 г. был создан отдельный Мариинский лагерный пункт.

269
55Г. Зачем я встретился с тобою. Записали Казумова М.,
Васильченко О. в п. Усть-Нарык Новокузнецкого р-на в 1980 г.
от Митряковой Е.И., 1928 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка).
Контаминация вариантов песни «В Сибири есть тюрьма боль-
шая» (№55А) и запева тюремного романса «Зачем я встретил-
ся с тобою», одного из популярных до революции, например,
см. Городские песни… 1999: 424; Песни каторги… 2012: 9; Рус-
ские… 1957: 442; Песни узников 1995: 130-131. Варианты:
Джекобсоны 1998: 47; Цехновицер 2012: 523-524.
55Д. Зачем я встретился с тобою. Записали Салчак М., Ка-
зутова М., Васильченкова О. в п. Усть-Нарык Новокузнецкого р-на
в 1989 г. от Знобихиной Ф.Н., 1936 г.р. (рус., обр. 7 кл., пенси-
онерка, род. в п. Ворошилово Томской обл., в п. Усть-Нарык с
1951 г.).
55Е. Зачем я встретился с тобою. Записано в пгт. Темиртау
Таштагольского р-на в 1980-х гг. от Нечаева А.Д., 1903 г.р.
56А. О, Боже Всевышний. Записала Зуева А.А. в г. Осинни-
ки в 1995 г. от Кошкаревой К.Г., 1919 г.р. (рус., обр. 4 кл., заряд-
чица в шахте, род. в с. Половинка Солтонского р-на Алтайского
края, в г. Осинники с 1949 г.). Варианты: Глубоковский 1926: 27-28;
Яковлев 2000: 508-509.
56Б. О, Боже Всевышний. Записала Тишкова А.В. в пгт. Абагур
Лесной Новокузнецкого р-на от Кузнецовой В.А. 1915 г.р. (негра-
мотная, пенсионерка, род. в с. Ануйское Алтайского края, в пгт. Аба-
гур Лесной с 1970 г.).
56В. Ой, Боже Всевышний. Записала Талина И. в г. Ново-
кузнецке в 1992 г. от Гребенюк М.И., 1917 г.р. (рус., неграмотная,
домохозяйка, род. в Кытмановском р-не Алтайского края, в г. Но-
вокузнецке с 1945 г.). Юрсы – нары, кровать.
57А. Голова ты моя удалая. Записали Кузнецова Ю., Поряди-
на Т. в с. Куртуково Новокузнецкого р-на в 1993 г. от Ушаковой Е.Н.,
1915 г.р. (рус., обр. 4 кл., трактористка). Источником песни явля-
ется стихотворение, опубликованное впервые в песеннике
в 1907 г. за подписью «И. К-ев» (песенник «Бродяга». Составил
Н. И. Красовский, 1907). Варианты: Глубоковский 1926: 29-30; Го-

270
родские песни… 1999: 429; Джекобсоны 1998: 36; Песни узников
1995: 93-94; Русские… 1997: №475.
57Б. Голова ли ты моя удалая. Записано в п. Загадное Ново-
кузнецкого р-на в 1981 г. от Петряевой З.М., 1908 г.р.
57В. Ах, зачем я на свет появился. Записали Сатина О., Но-
викова Г. в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Прудни-
ковой М.А., 1910 г.р. (рус., в пгт. Спасск с 1931 г.).
58. Голова ты моя удалая. Записала Коломийченко Т. в п. Чебал-
су г. Междуреченска в 1988 г. от Мечиной С.С., 1894 г.р. (род. в
Алтайском крае, в п. Чебалсу с 1957 г.). Запев из песни «Голова ль
ты моя удалая» (см. текст № 57А), продолжение – один из фольклор-
ных вариантов «Узника» А.С. Пушкина в контаминации с рекрутской
песней.
59А. Камера сырая, там подземный звон. Записали Бор-
зило Ю.В., Резанова С.А., Соломыкина Я.Н. в пгт. Каз Таштаголь-
ского р-на в 2001 г. от Ламовой Ю.М., 1915 г.р. (рус., неграмотная,
пенсионерка, род. в Сибирском сельсовете Верховажского р-на
Вологодской обл.). Предположительно восходит к песне «Серая
свитка», опубликованной в сборнике «Несколько тюремных и пе-
реселенческих песен» (1898), отдельные строфы которой стали
самостоятельными песнями. Варианты: Городские песни… 1999:
438-439; Джекобсоны 1998: 100; Яковлев 2000: 497.
59Б. Камера шесть под большим замком. Записали Скубало Е.,
Бутузова Е. в д. Морозово Промышленновского р-на в 1987 г. от
Рендфлин Л.Ф., 1929 г.р. (рус., род. в д. Уфимцево Промышленнов-
ского р-на Кемеровской обл., в д. Морозово с 1975 г.).
59В. Камера шестая под большим замком. Записали Калит-
ка О., Сулимова О. в г. Новокузнецке в 1995 г. от Пашковой З.М.,
1925 г.р. (род. в Чулымском р-не Новосибирской обл.).
59Г. Камера шестая у больших замков. Записали Колесни-
кова О.В., Юшманова Е.А. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на
в 2010 г. от Анисимовой А.Ф., 1935 г.р. (рус., обр. 2 кл., колхоз-
ница).
59Д. Ох, как надоело под большим замком. Записала
Гребенкина М.В. в г. Новокузнецке в 1999 г. от Часкаева В.А.,

271
1923 г.р. (карел, обр. 4 кл., шофер, род. в КарАССР (Республика
Карелия).
59Е. Сидит за решёткой. Записала Дубовик Т.А. в с. Лучшево
Прокопьевского р-на в 1982 г. от Мусохрановой А.Н., 1907 г.р. (рус.,
неграмотная). Сокращенная версия песен «Камера сырая/шестая»
(см. тексты №№ 59 А-Г).
60А. Во саду при долине. Записали Анохин В., Заводсков А.
в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от Федосовой Н.В.,
1906 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в с. Краснотуранск
Краснотуранского р-на Красноярского края, в п. Усть-Кабырза с
1929 г.). Песня предположительно возникла в дореволюционной
России. После исполнения в советском кинофильме «Путёвка в
жизнь» (1931) стала популярна вне улицы и лагеря. По указанию
М.и Л. Джекобсонов, «отрывки из этой песни приводятся в воспо-
минаниях многих людей, описывавших события 20-30-х годов. Она
также исполнялась русскими пленными в немецких лагерях». Вари-
анты: Городские песни… 1999: 394-395; Джекобсоны 1998: 149;
На Дерибасовской… 2008: 72; Цехновицер 2012: 513-514; Чер-
ный ворон… 1996: 271-273.
60Б. Вот умру, вот умру я. Записали Килина М., Пушкаре-
ва Л. в п. Новосафоновский Прокопьевского р-на в 1985 г. от
Гуляевой М.И., 1922 г.р. (обр. среднее специальное).
60В. Как умру – спохоронят. Записала Ковылина О.В. в г. Про-
копьевске в 1989 г. от Дубровского И.М., 1941 г.р. (рус., обр. сред-
нее, рабочий, род. в с. Красный Яр Ижморского р-на Кемеров-
ской обл., в г. Прокопьевске с 1962 г.).
60Г. Там, в саду при долине. Записали Сатина О., Новикова Г. в
пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Степечевой Н.И., 1925 г.р.
(рус., род. в с. Верховское Алтайского края, в пгт. Спасск с 1978 г. ).
60Д. Позабыт, позаброшен. Записала Колобовникова В. в
пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1982 г. от Заболоцкого Д.С.,
1919 г.р. (рус.).
60Е. Во саду при долине. Записали Кузнецова Л., Шатских О.
в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г. от Дятловой Д.К., 1905 г.р.
(рус., грамотная, род. в Рязанской губ., в пгт. Каз с 1948 г.).

272
60Ж. Во саду при долине. Записали Липкевич О., Фирюлина Н. в
п. Базанча Таштагольского р-на в 1986 г. от Вихоревой Е.М., 1910 г.р.
(рус., малограмотная, колхозница, род. в Алтайском крае).
60-З. Как в саду при долине. Записала Гарайкина в с. Бур-
лаки Прокопьевского р-на в 1984 г. от Калиничевой Е.Н., 1915 г.р.
(рус., неграмотная).
61. Вот лягу спать, а мне не спится. Записала Ивойлова Е. в
г. Новокузнецке в 1999 г. от Даниловой Л.М., 1954 г.р. (рус., обр.
9 кл., проводник поезда). Романс литературного происхождения (до
1917 г.).
62. Развяжите мои крылья. Записала Синицына Л. в
п. Заря Беловского р-на в 1989 г. от Синицыной М.Д., 1937 г.р.
(рус., обр. 7 кл., телятница, род. в д. Литвиновка Ершичского р-на
Смоленской обл.). Вариант: Городские песни… 1999: 371-372.
63А. Горит свеча дрожащим светом. Записали Айкин Е.,
Баланчик Н. в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от По-
лещук В.Г., 1935 г.р. (рус.). Дореволюционная песня о моряке,
осужденном военным судом. Послужила источником для блат-
ных вариантов, в том числе времен ГУЛАГа. См. подробнее: Жи-
ганец 2001: 76-78. Варианты: Городские песни… 1999: 431-432;
Цехновицер 2012: 568-569.
63Б. Горит свеча дрожащим светом. Записано в п. За-
гадное Новокузнецкого р-на от Георгиевой М.Г., 1909 г.р.
64А. За тюремной кирпичной стеною. Записали Худолеева И.,
Беляева М. в с. Безруково Новокузнецкого р-на в 1989 г. от Попо-
вой М.П., 1912 г.р. (шорка, неграмотная, изолировщица). Вариант
песни «Скоро буду в окружном судиться» без традиционного запева.
По указанию М. и Л. Джекобсонов, текст этой песни является пере-
работкой стихотворения «Смерть арестанта», сочинённого полити-
ческим заключённым Вечником на Карийских рудниках в Желаев-
ской центральной тюрьме. Карийская каторга входила в группу
каторжных тюрем царской России в Нерчинском округе Забай-
калья и с 1826 по 1917 г. использовалась царским правительством
как политическая каторга. Варианты: Городские песни… 1999: 426-
427; Джекобсоны 1998: 44.

273
64Б. За высокой тюремной стеною. Записала Носкова М.Л.
в г. Осинники в 1988 г. от Зотовой А.Е., 1912 г.р. (рус., обр. 7 кл., род.
в г. Бийске Алтайского края).
64В. За кирпичной тюрёмной стеною. Записано в пгт. Те-
миртау Таштагольского р-на в 1981 г. от Павлюковой А.Е.
65. В камере тесной и душной. Записано в 1981 г. в пгт. Те-
миртау Таштагольского р-на от Огурцовой А.О., 84-х лет. Коммунар
– участник ЧОН (части особого назначения), действовавшей с 1919
по 1925 г. с целью оказания помощи органам Советской власти по
борьбе с контрреволюцией, несения караульной службы и т.п. Вари-
ант: Городские песни… 1999: 423-424.
66А. Далеко в стране Иркутской. Записано в п. Загадное Но-
вокузнецкого р-на в 1981 г. от Соловьевой П.И., 1915 г.р. Песня о
расстреле узника Александровского централа создана на основе
песни «Далеко в стране Иркутской» («Александровский централ»).
Вариант: Русские… 1997: № 477.
66Б. Там вдали, в стране Иркутской. Записали Борзило Ю.В.,
Резанова С.А., Соломыкина Я.Н. в пгт. Каз Таштагольского р-на в
2001 г. от Ламовой Ю.М., 1915 г.р. (рус., неграмотная, пенсионерка,
род. в Сибирском сельсовете Верховажского р-на Вологодской обл.).
67. Звенит звонок, и нам пора расстаться. Записали Сквор-
цова Т., Баженова В. в г. Новокузнецке в 1999 г. от Фурсовой М.Г.,
1927 г.р. (рус., обр. 7 кл., пенсионерка, род. в Алтайском крае,
в г. Новокузнецке с 1954 г.). Строительство Амурской железной
дороги осуществлялось с 1907 по 1916 г. Вариант: Песни узни-
ков 1995: 126.
68А. В воскресенье мать-старушка. Записали Зыкина О.,
Паршина Т., Дубнова О.А. в с. Тарасово Промышленновского р-на в
1986 г. от Скороходовой А.Р., 1924 г.р. (рус., обр. среднее, кассир),
Шилиной Е.В., 1931 г.р. (рус., доярка, род. в с. Титово Промышлен-
новского р-на Кемеровской обл.). Песня времен Гражданской войны
(колчаковщины) об Александровском централе. Чехи упоминаются в
песне по причине того, что они выполняли карательные функции по-
сле колчаковского переворота в 1918 г. М. и Л. Джекобсоны относят
песню на основании стиля и терминологии к дореволюционным.

274
Варианты: Городские песни… 1999: 436; Джекобсоны 1998 : 22;
Песни узников 1995: 87; Яковлев 2000: 496.
68Б. В воскресенье мать-старушка. Записала Калашни-
кова С. в г. Прокопьевске в 1993 г. от Калашниковой Е.А., 1931 г.р.
(рус., обр. 4 кл., домохозяйка, род. в с. Соколово Прокопьевско-
го р-на Кемеровской обл., в г. Прокопьевске с 1950 г.).
68В. В воскресенье мать-старушка. Записали Китаева Е.,
Луценко Т. в п. Усть-Кабырза Таштагольского р-на в 1987 г. от
Федосовой Н.В., 1906 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род.
в с. Краснотуранск Краснотуранского р-на Красноярского края, в
п. Усть-Кабырза с 1929 г.).
68Г. В воскресенье мать-старушка. Записали Крылова Е.,
Хабибуллина Т. в р.п. Верх-Чебула Чебулинского р-на в 1988 г. от Исо-
новой М.Н., 1930 г.р. (рус., грамотная, повар, род. в д. Петропавловка
Чебулинского р-на Кемеровской обл.).
68Д. В воскресенье мать-старушка. Записано в д. Пьяново
Промышленновского р-на в 1987 г. от Юрковой О.И.
68Е. В воскресенье мать-старушка. Записали Тимошенко О.,
Кириллова В., Астафьева Т. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в
1990 г. от Гавриленко Н.Е., 1927 г.р. (рус., обр. 7 кл., дежурная в
клубе, род. в с. Подгорное Подгоренского р-на Воронежской обл., в
пгт. Листвяги с 1958 г.).
68Ж. В воскресенье мать-старушка. Записали Ченкалки-
на А.Ф., Серикова О.В. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от
Сидельниковой Т.М., 1932 г.р. (рус., пенсионерка, род. в п. Рассвет
Топкинского р-на Кемеровской обл., в пгт. Листвяги с 1953 г.).
68-З. В воскресенье мать-старушка. Записала Фирсова Л. в
пгт. Итатский Тяжинского р-на в 1989 г. от Вишновской М.М., 1922 г.р.
(рус., обр. 7 кл., пенсионерка, род. в с. Борисоглебское Тяжин-
ского р-на Кемеровской обл., в пгт. Итатский с 1931 г.).
68И. В воскресенье мать-старушка. Записала Михеева А.А. в
с. Горскино Гурьевского р-на в 2009 г. от Грибановой Н.И., 1939 г.р.
(пенсионерка).
69А. В кармане ветер дует. Записала Баженова А. в г. Но-
вокузнецке в 1999 г. от Баженовой М.Н., 1910 г.р. (удмуртка,

275
обр. 4 кл., пенсионерка, род. в д. Мысы Юсовской волости). Ва-
риант: Городские песни… 1999: 465-466.
69Б. Во кармане ветер дует. Записали Бушкова Л.Д.,
Смирнова М.А., Плетенёва М.П. в п. Базанча Таштагольского
р-на в 1986 г. от Идрисовой А.Ф., 1934 г.р. (рус., кержачка, обр.
4 кл.).
70. Полюбить тебя полюбила. Записали Пепелышко Л.Е.,
Пахомова Н.И., Лукьянова Т.В. в п. Малиновка Новокузнецкого р-на
от Софьи Даниловны (род. в Алтайском крае). Популярная песня
1920-х гг. Варианты: Джекобсоны 1998: 125; Цехновицер 2012:
500, 613.
71А. Не спится, не лежится. Записала Качикаева Л. в г. Прокопь-
евске в 1999 г. от Асяновой А.В., 1926 г.р. (рус., обр. 6 кл., работала на
шахте, род. в Алтайском крае, в г. Прокопьевске с 1930 г.). По указанию
М. и Л. Джекобсонов, песня восходит к вольному переводу стихотворе-
ния Генриха Гейне (1797–1856) “Еin Weib” («Жена») (1844), сделанно-
му А. Н. Майковым (1821–1897) в 1857 г. Перевод Майкова вошёл в
несколько сборников тюремных песен под названием «Она хохотала».
Варианты: Глубоковский 1926: 21; Джекобсоны 1998: 63; Песни узни-
ков 1995: 85; Цехновицер 2012: 604-606.
71Б. Не спится, не лежится. Записали Малышева О.Е.,
Прошлецов Е.Н. в с. Кузедеево Новокузнецкого р-на в 1998 г. от
Шашковой Н.М., 1915 г.р. (рус., обр. 5 кл., пенсионерка).
71В. Не спится, не лежится. Записали Тишкова А.В., Сафо-
нова В. в пгт. Абагур Новокузнецкого р-на от Стрельниковой Ф.И.,
1907 г.р. (неграмотная, пенсионерка).
71Г. Не спится, не лежится. Записано в п. Ленинский Но-
вокузнецкого р-на в 1979 г. от Перминовой А.С., 1912 г.р. (род.
в д. Ботьево Яшкинского р-на Кемеровской обл.).
71Д. Не спится, не лежится. Записала Тишкова А.В. в пгт. Аба-
гур Новокузнецкого р-на от Кузнецовой В.А., 1915 г.р. (неграмот-
ная, пенсионерка, род. в с. Ануйское Алтайского края, в пгт. Абагур
с 1970 г.).
71Е. Загублены годы младые. Записали Темникова Л., Ак-
сенова Т., Костенкова Н. в с. Безруково Новокузнецкого р-на в

276
1989 г. от Груздевой А.К., 1924 г.р. (рус., обр. 3 кл., домохозяйка,
род. в с. Новичиха Новичихинского р-на Алтайского края, в с. Без-
руково с 1952 г.).
71Ж. Прошли те годы молодые. Записали Айкин Е., Балан-
чик Н. в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Ванцовой Е.Т.,
1908 г.р. (рус., неграмотная, род. в с. Караган Солтонского р-на Ал-
тайского края, в пгт. Спасск с 1937 г.).
72А. Вдали шумели камыши. Записала Атаманова Р.В. в
д. Старогутово Тогучинского р-на Новосибирской обл. от Нови-
ковой В.Е., 1909 г.р. (рус., род. в с. Подгорное Ленинск-Кузнец-
кого р-на Кемеровской обл.). «Мужской» аналог песни «Судили
девушку одну» из серии песен о суде, возникший в уголовной
среде после 1950-х годов. Благодаря своему балладному сю-
жету приобрела популярность не только в тюремной среде, по-
этому может быть определена и как блатная, и как дворовая
песня. Варианты: Городские песни… 1999: 327-328; Джекобсоны
2001: 329; Русский школьный… 1998: 178-179; Жиганец 2001:
175-177.
72Б. Вдали бушуют камыши. Записали Сарайкина О., Роди-
на Т. в п. Кондома Таштагольского р-на в 1994 г. от Паниной М.,
1984 г.р. (рус., обр. 7 кл., школьница, род. в г. Междуреченске
Кемеровской обл., в п. Кондома с 1993 г.).
72В. Вдали бушующих камин. Записали Трофимова О.В.,
Дайнеко Г.А. в с. Калинкино Промышленновского р-на в 1987 г.
от Орехова И.Н., 1969 г.р. (тракторист).
72Г. К суду подъехал вороной. Записали Астахова Н.,
Кузнецова Н. в г. Прокопьевске в 1995 г. от Лиходедовой О.А.,
1977 г.р. (рус., обр. 11 кл., студентка).
73. Мать моя – молодка. Записала Перминова С.Н. в
с. Кузедеево Новокузнецкого р-на в 1995 г. от Перминова П.И,
1921 г.р. (рус., обр. среднее техническое, учитель, род. в с. Мо-
настырка Шегарского р-на Тюменской обл., в с. Кузедеево с
1958 г.). Облегченная версия блатной песни «Судили парня
молодого». Варианты: Жиганец 2001: 321-322; Как на Дери-
басовской… 1996: 223-225.

277
74А. Осенний злобный ветерочек. Записали Бурый Е.Н., Ов-
сянникова О.В. в пгт. Спасск Таштагольского р-на от Поповой В.А.,
1919 г.р. (рус., обр. 4 кл., продавец, сторож, род. в с. Боль-
шеугренево Бийского р-на Алтайского края, в пгт. Спасск с
1951 г.).
74Б. Не плачьте вы, глаза голубые. Записала Трикоз В. в
г. Новокузнецке в 1999 г. от Морозовой М.И., 1930 г.р. (рус., обр.
6 кл., рабочая, род. в с. Тогур Колпашевского р-на Томской обл.).
75. Ты не стой на льду – лёд провалится. Записала Лебе-
дева Н. в с. Котино Прокопьевского р-на от Борисова А.П., 1928 г.р.
(обр. 7 кл.). Песня 1920-х годов. Варианты: Джекобсоны 1998: 262;
Песни узников 1995: 114.
76А. Не плачь, моя мама, не плачь, дорогая. Записала Три-
коз В. в г. Новокузнецке в 1999 г. от Морозовой М.И., 1930 г.р.
(рус., обр. 6 кл., рабочая, род. в с. Тогур Колпашевского р-на
Томской обл.). «Воровской» вариант, появившийся не позднее
середины 1920-х годов, восходит к песне о революционерке и
жандармах 1906 г. Варианты: Городские песни… 1999: 465; Дже-
кобсоны 1998: 260; Жиганец 2001: 190-192; Цехновицер 2012:
573-574.
76Б. Тихо и мрачно в больничке тюремной. Записала
Раввинская А.С. в г. Новокузнецке в 1997 г. от Прокопьевой Т.И.,
1956 г.р. (рус., обр. среднее специальное, домохозяйка, род. в
д. Химанево Шенкурского р-на Архангельской обл., в г. Ново-
кузнецке с 1984 г.).
77. Свои дни я в тюрьме коротаю. Записала Васильева Е. в
пгт. Итатский Тяжинского р-на в 1989 г. от Васильевой Н.И., 1952 г.р.
(рус., обр. неполное среднее, медсестра).
78А. Хочу вам случай рассказать. Записали Курбангу-
лова Е., Кызмасова С. в с. Красулино Новокузнецкого р-на
в 1988 г. от Александровой А.Г., 1918 г.р. (белоруска, обр. 4 кл.,
пенсионерка, род. в с. Казанка Любинского р-на Омской
обл.). Переработка романса на муз. и сл. М. Перроте «Не го-
ворите мне о нём» (1909) на сюжет «Судили девушку одну»,
аналог песни «Судили парня молодого» из серии песен о суде.

278
По мнению Ф.  Жиганца, является блатным романсом (Жига-
нец 2001: 178–181). С. Б. Адоньева называет варианты этой
песни «криминальной» балладой, вменяемой «блатному» миру
(Русский школьный… 1998: 139). Варианты: Глубоковский 1926:
30-31; Городские песни… 1999: 348-349; Джекобсоны 1998: 214;
Русский шансон 2007: 144-146; Русский школьный… 1998:
175-177; Песни узников 1995: 160-161; Яковлев 2000: 501-
502.
78Б. Я много в жизни испытал. Записали Сатина О., Новико-
ва Г. в пгт. Спасск Таштагольского р-на в 1983 г. от Степиевой Н.И.,
1925 г.р. (рус., род. в Алтайском крае, в пгт. Спасск с 1978 г.).
78В. Однажды был я на суду. Записала Стенякина С.В. в
г. Новокузнецке в 1999 г. от Кузиной Е.Ф., 1947 г.р. (рус., обр.
среднее техническое).
78Г. Любовь все знают хорошо. Записали Керимкулова,
Макеева в с. Тарасово Промышленновского р-на от Осинце-
вой А.М., 1912 г.р. (род. в с. Тарасово, живет в д. Шипицыно
Промышленновского р-на Кемеровской обл.), Денисовой М.В.,
1919 г.р. (рус., род. в д. Шипицыно Промышленновского р-на
Кемеровской обл.).
78Д. Любовь, все знают, хороша. Записала Ткаченко Л. в
с. Красные Орлы Мариинского р-на в 1989 г. от Пилипенко П.Ф.,
1919 г.р. (рус., неграмотная, домохозяйка, род. в с. Белогород-
ка Мариинского р-на Кемеровской обл., в с. Красные Орлы с
1939 г.).
78Е. В лесу скиталась я одна. Записано в 1980-е годы.
78Ж. Надоело мне скитаться. Записала Тишкова А.В. в
пгт. Абагур Лесной Новокузнецкого р-на от Стрельниковой Ф.И.,
1907 г.р. (неграмотная, пенсионерка).
78-З. Прихожу я раз домой. Записали Соседко С., Соболев-
ская О., Пузанова Л. в п. Кондома Таштагольского р-на в 1994 г.
от Моргачевой У.С., 1923 г.р. (рус.), Макаровой Д.А., 1926 г.р.
(рус.).
78И. Захожу я в комнату одна. Записала Серикова О. в
пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от Машиевой А.Ф.,

279
1920 г.р. (рус., неграмотная, пенсионерка, род. в с. Титово То-
гульского р-на Алтайского края, в пгт. Листвяги с 1961 г.).
78К. Зашла я в комнату свою. Записали Жулина Е., Боб-
ренок Л. в с. Котино Прокопьевского р-на в 1986 г. от Бессоно-
вой М.А., 1919 г.р. (донская казачка, неграмотная, род. в хуто-
ре Дубовский Урюпинского р-на Волгоградской обл., в с. Котино
с 1936 г.).
78Л. Вошла я в комнату одна. Записала Носкова М.Л. в
г. Осинники в 1988 г. от Зотовой А.Е.
78М. Однажды изменил мене. Записала Белоусова А.
в г. Новокузнецке в 1996 г. от Петровой Н.И., 1925 г.р. (рус.,
обр. 7 кл., пенсионерка, род. в с. Степь-Чумыш Целинного
р-на Алтайского края, в г. Новокузнецке с 1982 г.).
79. Распутье-путь – для всех она открыта. Записали Асан-
кина Е., Пустынникова Л., Кабина С. в д. Михайловка Новокуз-
нецкого р-на в 1989 г. от Пеем В.К., 1929 г.р. (рус., обр. 4 кл.,
пенсионерка, род. в респ. Казахстан). Более популярный вари-
ант этого сюжета о сыне и матери представлен в песне «Огни
притона заманчиво мигали» (см. Джекобсоны 2001: 382). Вари-
ант: Яковлев 2000: 499-500.
80. Пропали года молодые. Записали Бедарева Е., Кочеткова С.
в г. Новокузнецке в 1992 г. от Исаченко Е.К., 1908 г.р. (белоруска,
неграмотная, домохозяйка, род. в д. Стодолище Городокского р-на
Витебской обл., в г. Новокузнецке с 1955 г.). По указанию информан-
та, она слышала эту песню от человека, который сидел в тюрьме, а в
их деревне «учился шить». Вариант: Цехновицер 2012: 570.
81. По приютам я с детства скитался. Записал Хлебников М.П.
в п. Майзас Междуреченского р-на в 1992 г. от Харитоновой О.Б.,
1920 г.р. (рус., обр. 4 кл., пенсионерка, род. в д. Киреевская Черемхов-
ского р-на Иркутской обл.). Первоначальный вариант песни возник в
дореволюционное время. Варианты: Джекобсоны 1998: 90; Жиганец
2001: 22-24.
82. Петроградская трущоба. Записала Плеханова С. в г. Но-
вокузнецке в 1996 г. от Захожей Н.П., 1933 г.р. (рус., обр. 8 кл.,
инспектор отдела кадров, род. в с. Ояш Болотнинского р-на Ново-

280
сибирской обл., в г. Новокузнецке с 1958 г.). Популярная блатная
песня публиковалась в песенниках 1910-х годов. Упоминание «Пе-
троградских трущоб» относит песню к 1914–1924 гг. Варианты:
Джекобсоны 1998: 121; Цехновицер 2012: 592-593.
83. Я с детства был испорченный ребенок. Записал Чаткин М.
в пгт. Каз Таштагольского р-на в 2002 г. от Жукова В.П., 1964 г.р.
(рус., обр. среднее техническое, заочное высшее, род. в г. Новокуз-
нецке Кемеровской обл., в пгт. Каз с 1975 г.). Варианты: Жиганец
2001: 345-347; На Дерибасовской… 2008: 34-35; Как на Дериба-
совской... 1996: 147-149.
84. Ох вы, тёти, мои тёти. Записала Зыкова С.Ю. в пгт. Каз
Таштагольского р-на в 1981 г. от Щеголихина Н.П., 1896 г.р. (рус.,
обр. 1,5 кл.). Первые две строфы – вариант дореволюционной пес-
ни «В Петрограде я родился», см. Джекобсоны 1998: 30.
85. Цыплёнок жареный. Записал Осьмаков В.А. в г. Мыски в
1992 г. от Рябова Е.В., 1972 г.р. (рус., обр. среднее техническое, му-
зыкант, род. в п. Ерунаково Новокузнецкого р-на Кемеровской обл.,
в г. Мыски с 1982 г.). Популярная блатная песня времен револю-
ции и НЭПа. М. и Л. Джекобсоны относят её к сатирическим песням
политических заключённых времён Гражданской войны. Варианты:
Джекобсоны 1998: 270; Жиганец 2001: 35; Как на Дерибасов-
ской… 1996: 213-216.
86А. Чеснок (Вечер вечереет). Записали Котельникова Е.,
Кутонова С. в с. Терентьевское Прокопьевского р-на в 1985 г.
от Максимова М.Д., 1911 г.р. (обр. 4 кл.). Песня появилась в
1920-е годы. Варианты: Городские песни… 1999: 439-440; Дже-
кобсоны 1998: 130; Русский школьный… 1998: 177-178.
86Б. Вечер вечереет. Записали Пинаева О.А., Помыткина
М.А. в г. Калтане в 1985 г. от Волынкиной Н.Н.
86В. Вечер вечереет. Записала Трубицына В.В. в п. Теба
Междуреченского р-на в 2008 г. от Калачиковой У.Т., 1922 г.р.
(рус., обр. 4 кл., разнорабочая, род. в п. Чекмари Беловского
р-на Кемеровской обл., в п. Теба с 1960-х годов). Информант
сообщила, что песню пели её дядьки, три брата: «выйдут, сядут
и поют. Это хулиганишка, просто они трое девчонок делят, де-

281
рутся. И сейчас за любовь дерутся, вон у нас в прошлом году
один парень другого застрелил».
86Г. Челнок идёт домой. Записали Харченко У., Грошев-
ская Е., Сашкина А. в с. Бурлаки Прокопьевского р-на в 2004 г. от
Галошкиной А.Ф., 1913 г.р. (рус., грамотная, работает на про-
изводстве, род. в с. Ельцовка Шипуновского р-на Алтайского
края, в с. Бурлаки с 1989 г.).
86Д. Про Махно (Вечер вечереет). Записали Какорина Н., Ве-
резубова Е. в Кемеровской обл. в 1985 г. от Щербинина Ф.Ф.,
1912 г.р. (рус., род. в п. Шалым Таштагольского р-на Кемеров-
ской обл.). Герой песни, очевидно, Нестор Иванович Махно
(1888–1934), анархист, организатор и руководитель револю-
ционного и освободительного движения на юге Украины во
время Гражданской войны 1918–1922 гг.
87А. Постой, паровоз, не стучите, колёса! Записала Иван-
ченко Ю.О. в г. Новосибирске Новосибирской обл. в 1996 г. от
Иванченко О.А., 1958 г.р. (рус., обр. высшее, журналист). Как пи-
шет Ф. Жиганец, «в уголовном мире это произведение известно
ещё в 30-е годы. Как и многие другие, «Летит паровоз» являет-
ся переработкой – на этот раз известной до революции песни
«Вот тронулся поезд в далёкую сторонку». В оригинале речь
идёт о солдате, которому дали отпуск для прощания с матерью
перед отправкой на фронт» (Жиганец 2001: 84-86). Популярно-
сти этой песне в семидесятые годы способствовало исполнение
её Ю. Никулиным в кинофильме «Операция Ы» (1968). Варианты:
Джекобсоны 1998: 318; Как на Дерибасовской… 1996: 251-
253; На Дерибасовской… 2008: 77.
87Б. Мчится наш поезд. Записали Кузнецова Л., Шатских О.
в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г. от Юрловой Ф.Е., 1924 г.р.
(рус., обр. 4 кл., ветсанитар, род. в п. Грот Вологодской обл , в
пгт. Каз с 1940 г.).
88А. Кто не знает банду в городе Одессе. Записали Пуза-
нова Я., Соседко С., Соболевская О. в п. Кондома Таштагольского р-на
в 1994 г. от Гусевой О., 1982 г.р. (рус.), Михайловой О., 1982 г.р. (рус.).
Одна из ранних «ресторанных» версий «Мурки», популярной блат-

282
ной песни, появившейся в Одессе в 1920-е годы. Вариант: Джекоб-
сон 1998: 152.
88Б. Жила-была Мурка. Записала Качикаева Л. в г. Прокопь-
евске в 1999 г. от Асяновой А.В., 1926 г.р. (рус., обр. 6 кл., работала
на шахте, род. в Алтайском крае, в г. Прокопьевске с 1930 г.). «Мос-
ковский» вариант блатной песни «Мурка». Система Торгсина («Спе-
циальная контора по торговле с иностранцами»), упоминаемая
в песне, действовала в 1931–1935 гг.
89А. Зуб золотой (Есть в саду ресторанчик приличный).
Записали Белоликова Э., Коваленко Л. в пгт. Мундыбаш Ташта-
гольского р-на в 1986 г. от Закрыжевской Е.С., 1928 г.р. (рус.,
обр. среднее, химик-лаборант, род. в с. Решеты Кочковского р-на
Новосибирской обл., в пгт. Мудыбаш с 1930 г.). Песня является
родственной «Мурке» по сюжету о предательстве возлюбленной.
Варианты: Джекобсоны 1998: 198; Жиганец 2001: 125-129.
89Б. Маленький город портовый. Записала Филиппова Н. в
г. Прокопьевске в 1999 г. от Колбасовой Е.В., 1924 г.р. (рус.,
обр. 7 кл., трактористка, род. в д. Гандичи Убинского р-на Ново-
сибирской обл., в г. Прокопьевске с 1951 г.).
90. Не губите молодость, ребятушки. Записал Тихонов М.С. в
г. Новокузнецке в 1999 г. от Мищенко Е.В., 1924 г.р. (рус., обр. сред-
нее специальное, фельдшер, род. в г. Кемерове Кемеровской обл.).
Песня датируется первыми десятилетиями XX века. М. и Л. Джекоб-
соны поместили её в раздел песен 1940-1950-х годов как песню
непрофессионального преступника. Варианты: Городские песни…
1999: 460; Джекобсоны 2001: 171; Жиганец 2001: 90-92; На Де-
рибасовской… 2008: 63-64; Чёрный ворон 1996: 59-61; Песни
узников 1995: 163.
91. Полюбил я Катю, поверил. Записали Пинаева О.А., По-
мынкина М.А. в г. Калтане от Гурьяновой А.И., 1909 г.р. (род. в
г. Полтава Полтавской обл. респ. Украина). Варианты: Глубоковский
1926: 19-20; Джекобсоны 1998: 78.
92. Этот был случай в тридцатом году. Записала Красильни-
кова И.Г. в р.п. Старобачаты Беловского р-на в 1994 г. от Тенц У.Я.,
1924 г.р. (лат., обр. 3 кл., домохозяйка, род. в д. Казулино Сафронов-

283
ского р-на Смоленской обл., в р.п. Старобачаты с 1950 г.). Вариант:
Городские песни… 1999: 430-431.
93. За Наташей ухаживал три года. Записали Заварзина Е.,
Гацак Н. в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на в 1984 г. от Доров-
ских А.Л., 1928 г.р. (рус., малограмотная, род. в с. Калары Солтон-
ского р-на Алтайского края, в пгт. Мундыбаш с 1969 г.). Вариант:
Городские песни… 1999: 146.
94. Свеча догорает, мне жизнь не мила. Записала Чере-
мисина Я.И. в г. Новокузнецке в 2002 г. от Пантелеевой Е.В.,
1933 г.р. (рус., грамотная, домохозяйка, род. в с. Бобровка Пер-
вомайского р-на Алтайского края, в г. Новокузнецке с 1997 г.).
95А. Не вором я на свет родился. Записала Красильнико-
ва И.Г. в р.п. Старобачаты Беловского р-на в 1994 г. от Тенц У.Я.,
1924 г.р. (лат., обр. 3 кл., домохозяйка, род. в д. Казулино Саф-
роновского р-на Смоленской обл., в р.п. Старобачаты с 1950 г.).
95Б. Не вором я на свет родился. Записали Шамова А., Ипа-
тов Е., Федосеев Ю. в с. Воскресенка Ижморского р-на в 1990 г. от
Рузаевой Т.И., 1921 г.р. (рус., обр. 2 кл., надзиратель, род. в с. Почи-
танка Ижморского р-на Кемеровской обл.).
95В. Не вором я на свет родился. Записала Осипова Е.В. в
п. Шушталеп города Калтана в 1997 г. от Жаткина П.А., 1931 г.р.
(мордвин, обр. 3 кл., шахтёр, род. в Саранском р-не Мордовской
АССР, в п. Шушталеп с 1957 г.).
95Г. Не вором я на свет родился. Записали Похомова Е., Слеп-
цова Н., Заозерский Е. в с. Бурлаки Прокопьевского р-на в 2004 г. от
Литвиновой А.В., 1928 г.р. (казашка, обр. 5 кл., повариха, доярка,
род. в респ. Казахстан.).
96. Течёт речка, течёт речка. Записал Мотуз Н. в с. Котино Про-
копьевского р-на в 1986 г. от Борисова А.П., 1928 г.р. (обр. 7 кл., род.
в с. Котино). Существует и казацкий вариант песни (герой – казак,
который обращается к атаману), очевидно, более ранний. Вариан-
ты: Джекобсоны 1998: 107; Жиганец 2001: 196-197; Черный
ворон… 1996: 121-124.
97. Жил в Одессе Костя паренёк. Записала Атаманова Р.В. в д.
Старогутово Тогучинского р-на Новосибирской обл. от Фридрих Е.Б.,

284
1924 г.р. (немка, обр. 10 кл., род. в п. Высокое Новосибирской
обл.). Песня профессиональных преступников 1920-х годов. Вари-
анты: Городские песни… 1999: 454-455; Джекобсоны 1998: 227;
Жиганец 2001: 333-334, Черный ворон… 1996: 190.
98. Паровозный гудок, поезд тронулся в путь. Записали Фо-
мина Л.Е., Позднякова О.В., Слынько И.Н. в с. Бурлаки Прокопьев-
ского р-на в 1984 г. от Лысенко Н.П., 1944 г.р. (рус., обр. среднее
специальное, медсестра). Блатная переработка дореволюционной
песни «Это было давно…». Вариант: Русский шансон 2007: 116-
118.
99А. Забылися в реках зеркальные воды. Записали Не-
нашева О.А., Ююкина Е.Н. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на
в 1990 г. от Дымченко И.Ф., 1918 г.р. (рус., обр. 8 кл., колхоз-
ница, род. в с. Ростовка Большереченского р-на Омской обл., в
пгт. Листвяги с 1949 г.). Известный воровской романс 1930-х
годов. Варианты: Городские песни… 1999: 453-454; Джекобсо-
ны 1998: 305; Жиганец 2001: 110-111; Чёрный ворон… 1996:
155-156; Песни узников 1995: 98-99; Цехновицер 2012: 532-
533, 584-585; Яковлев 2000: 500.
99Б. Люби меня, детка. Записали Шамова А., Ипатов Е.,
Федосеев Ю. в с. Воскресенка Ижморского р-на в 1990 г. от
Рузаевой Т.И., 1921 г.р. (рус., обр. 2 кл., надзиратель, род. в
с. Почитанка Ижморского р-на Кемеровской обл.).
99В. Люби меня, девчонка. Записали Харченко У., Гро-
шевская Е., Сашкина А. в с. Бурлаки Прокопьевского р-на в
2004 г. от Галошкиной А.Ф., 1913 г.р. (рус., грамотная, работает
на производстве, род. в с. Ельцовка Шипуновского р-на Алтай-
ского края, в с. Бурлаки с 1989 г.).
100А. Ноченька тёмна. Записали Ермоленко Л., Овсянникова
О. В. в пгт. Спасск Таштагольского р-на от Семеновой М.И., 1908 г.р.
(неграмотная, техничка, род. в с. Пильно Красногорского р-на Ал-
тайского края, в пгт. Спасск с 1975 г.).
100Б. Тёмная ночка. Записала Колганова И. в п. Чебалсу г. Меж-
дуреченска в 1988 г. от Ситниковой Е.Н. (неграмотная, род. в с. Шарап
Прокопьевского р-на Кемеровской обл.).

285
100В. Вор (Ой, тёмная ночка). Записали Белоликова Э., Кова-
ленко Л. в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на в 1986 г. от Закры-
жевской Е.С., 1928 г.р. (рус., обр. среднее, химик-лаборант, род. в
с. Решеты Кочковского р-на Новосибирской обл., в пгт. Мудыбаш с
1930 г.).
101А. Здравствуй, мать, прими привет от сына. Запи-
сали Шамова А., Ипатов Е., Федосеев Ю. в с. Воскресенка
Ижморского р-на в 1990 г. от Рузаевой Т.И., 1921 г.р. (рус.,
обр. 2 кл., надзиратель, род. в с. Почитанка Ижморского р-на
Кемеровской обл.). По указанию М. и Л. Джекобсонов, это пес-
ня профессиональных преступников 1940-1950-х годов, часто
используемая остарбайтерами в качестве письма на родину.
Варианты: Городские песни… 1999: 469; Джекобсоны 2001: 101;
Песни узников 1995: 82-83.
101Б. Письмо от сына (Здравствуй, мать, прими пись-
мо от сына). Записано в с. Титово Промышленновского р-на
в 1985 г. от Проходской Л.И., 1909 г.р. (в с. Титово с 1962 г.).
102. Здравствуй, мать, прими привет от дочки. Записали
Кузнецова Л., Шатских О. в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г.
от Юрловой Ф.Е., 1924 г.р. (рус., обр. 4 кл., ветсанитар, род. в п. Грот
Вологодской обл , в пгт. Каз с 1940 г.). Женский вариант лагерной
песни «Здравствуй, мать, прими привет от сына».
103А. О, милая, добрая воля. Записали Белоликова Э., Кова-
ленко Л. в пгт. Мундыбаш Таштагольского р-на в 1986 г. от Закры-
жевской Е.С., 1928 г.р. (рус., обр. среднее, химик-лаборант, род. в
с. Решеты Кочковского р-на Новосибирской обл., в пгт. Мудыбаш
с 1930 г.). Песня времен строительства Беломорско-Балтийского
канала (1931-1933). Варианты: Городские песни… 1999: 443; Дже-
кобсоны 1998: 293; Жиганец 2001: 289-290; Яковлев 2000: 498-
499.
103Б. Милая, добрая воля. Записали Скубало Е., Бутузова Е. в
д. Морозово Промышленновского р-на в 1987 г. от Рендфлин Л.Ф.,
1929 г.р.
103В. Ой, милая, добрая воля. Записали Керимкулова, Мак-
сеева, Атабякен в с. Тарасово Промышленновского р-на в 1986 г.

286
от Догиновой З.Д., 1938 г.р. (рус., грамотная, род. в Юргинском р-не
Кемеровской обл., в д. Шипицыно Промышленновского р-на Кеме-
ровской обл. с 1972 г.).
104. Песня о любимой (Чередой, за вагоном вагон). Записали
Шебалина М., Рогузина Е. в пгт. Каз Таштагольского р-на в 2001 г. от
Крючковой А.В., 1947 г.р. (рус., обр. 10 кл., род. в г. Алейске Ал-
тайского края, в пгт. Каз с 1984 г.). Приписывается авторству
арестанта «Соловков» середины 1920-х годов актеру Борису
Глубоковскому (псевдоним Борис Емельянов) (Песни узников
1995: 26-27). Одна из любимых песен непрофессиональных
и политических заключенных ГУЛАГа, вероятно, написана в 50-е
годы. «Сталинец» – марка тракторов (например, С-60, С-65, С-80)
Челябинского тракторного завода (построен в 1933 г.), была выпу-
щена в конце 1940-х годов и сохранялась до 1957 г. Варианты:
Джекобсоны 2001: 272; Жиганец 2001: 227-230; На Дерибасов-
ской… 2008: 83-84; Песни дворов и улиц (2), 69-72; Песни узников
1995: 26-27, 57-58, 78; Русский шансон 2007: 108.
105А. Я помню тот Ванинский порт. Записала Ковыли-
на О.В. в г. Прокопьевске в 1989 г. от Дубровского И.М., 1941 г.р.
(рус., обр. среднее, рабочий, род. в с. Красный Яр Ижморского
р-на Кемеровской обл., в г. Прокопьевске с 1962 г.). Вариант
песни «Колыма», одной из известных песен политических арес-
тантов ГУЛАГа, авторство точно не установлено. Поселок и порт
Ванино возведены в годы Второй мировой войны. Возникнове-
ние песни датируют концом 1940-х годов. Варианты: Городские
песни… 1999: 475-476; Джекобсоны 2001: 306; На Дерибасов-
ской… 2008: 106; Песни узников 1995: 54-55; Русский шан-
сон 2007: 95-97; Яковлев 2000: 504.
105Б. Я помню тот Ванинский порт. Записала Иванова Т. в
п. Тарай Канского р-на Красноярского края в 1991 г. от Лябе-
вой О.П., 1929 г.р. (рус., обр. 3 кл., домохозяйка, род. в г. Кан-
ске Красноярского края, в п. Тарай с 1933 г.).
106. По диким степям, по Нарыму. Записали Бушаева. Е.С,
Лепилина Т.В., Меремьянина Ю.Г. в пгт. Каз Таштагольского р-на в
2001 г. от Резской В.Г., 1939 г.р. (рус., обр. высшее, учитель рус.

287
языка и литературы, в пгт. Каз с 1964 г.). Песня спецпереселенцев
поётся на мотив «По диким степям Забайкалья». Вариант: Яковлев
2000: 508.
107. Про хвалёную (А пропою я вам да про хвалёную). Запи-
сала Лебедева Н. в с. Котино Прокопьевского р-на от Борисова А.П.,
1928 г.р. (обр. 7 кл.).
108. Завезли нас в Сибирь отдалённую. Записала Савилова Е.
в с. Костенково Новокузнецкого р-на в 1998 г. от Гилёвой А.А.,
1931 г.р. (рус., грамотная, связист, род. в с. Кутерем Калтасинского
р-на Башкирской АССР, в Кемеровской обл. с 1937 г.). М. и Л. Дже-
кобсоны относят вариант этой песни к 1940-1950-м годам. Послед-
ние две строки соответствуют строкам женского романса М. Козыре-
ва и Б. Прозоровского «Газовая косынка» (1924): «Ничего про любовь
не рассказывай, / Ничего, никому, никогда». Варианты: Джекобсоны
2001: 120; Чёрный ворон… 1996: 95-97.
109А. Я пишу тебе, голубоглазая. Записала Синицына Л.
в п. Заря Беловского р-на в 1989 г. от Митюковой А.П., 1931 г.р.
(рус., обр. 7 кл., род. в д. Павловка Муромцевского р-на Ом-
ской обл., в д. Хахалино Беловского р-на Кемеровской обл.
с 1931 по 1948 гг., в п. Заря с 1986 г.). М. и Л. Джекобсоны
относят песню к профессиональной преступной среде 1940-
1950-х годов. Варианты: Джекобсоны 2001: 286; Жиганец
2001: 255-256; На Дерибасовской… 2008: 75; Чёрный во-
рон… 1996: 160–163.
109Б. Я тебе пишу, голубоглазая. Записала Сергеева И.
в г. Прокопьевске в 1993 г. от Коробковой Е.В., 1975 г.р. (рус.,
обр. 10 кл.).
110. Это было весною (Я сижу за решёткой, за железной
стеной). Записала Стенякина С.В. в г. Новокузнецке в 1999 г. от
Кузиной Е.Ф., 1947 г.р. (рус., обр. среднее техническое, домохозяй-
ка). Вариант блатной песни, более известной под названием
«По тундре», возникла в послевоенные (40-е) годы и отразила
новую волну внутрилагерного сопротивления тех лет. Ф. Жига-
нец отмечает, что песня является «трагическим гимном узни-
ков ГУЛАГа» (Жиганец 2001: 232–239). Вероятно, восходит к

288
более ранним вариантам 1930-х годов. Варианты: Джекобсо-
ны 1998: 367; Городские песни… 1999: 468; Как на Дерибасов-
ской… 1996: 257-260; Русский шансон 2007: 92-93.
111. Прощайте, любимые. Записала Лебедева Н. в с. Котино
Прокопьевского р-на в 1986 г. от Борисова А.П., 1928 г.р. (обр. 7 кл.).
Вариант лагерной песни «Этап на север» 1947-1948 гг. Указ Прези-
диума Верховного Совета СССР «Об уголовной ответственности за
хищение государственного и общественного имущества» от 4 июля
1947 года увеличил срок заключения до 25 лет. Пресня – Красно-
пресненская пересыльная тюрьма в Москве. За основу предполо-
жительно взята солдатская песня 1940-х годов. «Прощальная». Ва-
рианты: Городские песни… 1999: 473-474; Джекобсоны 2001: 208;
Жиганец 2001: 240-242; На Дерибасовской… 2008: 100; Чёрный
ворон… 1996: 16-17.
112. Давно уж утро, город ещё спит. Записали Сенюшкина А.,
Серикова О. в пгт. Листвяги Новокузнецкого р-на в 1990 г. от
Поповой Н.К., 1926 г.р. (рус., обр. 7 кл., пенсионерка, род. в
г. Киселёвске Кемеровской обл., в пгт. Листвяги с 1963 г.). По
указанию М. и Л. Джекобсонов, это популярная «классическая
песня профессиональных преступников, романтически описы-
вающая их отношения и переживания», относится к 1940-м го-
дам. Вариант: Джекобсоны 2001: 203.
113. Перебиты, поломаны крылья. Записали Подгероб К.С.,
Баянов А.В., в с. Ижморка 2-я Ижморского р-на в 2005 г. от Мои-
сеевой П.И., 1918 г.р. (рус., обр. 3 кл., комбайнер, род. в с. Берикуль
Ижморского р-на Кемеровской обл., в с. Ижморка 2-я с 1948 г.). Лагер-
ный вариант блатной (воровской) песни из кинофильма Е. Червя-
кова «Заключённые» (1936) о перевоспитании профессиональных
преступников. Автор текстов песен к фильму С. Алымов, композитор
Ю. Шапорин. Возможно, что и эта песня принадлежит их авторству.
М. и Л. Джекобсоны указывают, что песня написана на мотив ста-
рой русской песни «Не корите меня, не браните», а по содержанию
похожа на дореволюционную народную песню, написанную на тот
же мотив «Ах ты, бедная, бедная швейка», и песню профессиональ-
ных преступников 20-х годов «Приходи ты на бан, я там буду». Вари-

289
анты: Джекобсоны 1998: 340; Чёрный ворон… 1996: 253-254;
Русский шансон 2007: 135-136.
114. Сестра любимая, родная, милая. Записала Скворцова
Т. в г. Новокузнецке в 1999 г. от Фурсовой М.Г., 1927 г.р. (рус., обр.
7 кл., пенсионерка, род. в Алтайском крае, в г. Новокузнецке с 1954 г.).
М. и Л. Джекобсоны считают, что варианты этой песни появились
после Второй мировой войны. Вариант: Джекобсоны 1998: 268,
269.
115. Я расскажу вам, ребята, что сегодня я видела. Запи-
сала Тулина Е. на ст. Чульжан г. Междуреченска в 1996 г. от Соро-
мотиной М.А., 1980 г.р. (рус., учится в школе, род. в г. Павлодаре
Павлодарской обл. респ. Казахстан).
116А. Вот снова луна озарила. Записали Курбангулова Е.,
Кызмасова С. в с. Красулино Новокузнецкого р-на в 1988 г. от
Александровой А.Г., 1918 г.р. (белоруска, обр. 4 кл., пенсионер-
ка, род. в с. Казанка Любинского р-на Омской обл.). Песня о
сыне-воре прокурора известна под названием «Сын прокуро-
ра» в блатной и дворовой среде. Варианты: Городские песни…
1999: 437-438; Жиганец 2001: 173-174.
116Б. Вор (И снова луна озарила). Записали Асанкина Е.,
Пустынникова Л., Кабина С. в с. Михайловка Прокопьевского р-на
в 1989 г. от Калиничевой М.К., 1942 г.р. (рус., обр. 7 кл., доярка,
род. в п. Тихоновка Прокопьевского р-на Кемеровской обл., в
с. Михайловка с 1987 г.).
117А. Дочь прокурора (Там, в семье прокурора, без-
отрадно и тихо). Записали Худолеева И., Беляева Н. в г. Но-
вокузнецке в 1989 г. от Худолеева В.С., 1947 г.р. (рус., обр.
среднее, машинист тепловоза, род. в с. Бедарево, в г. Ново-
кузнецке Кемеровской обл. с 1965 г.). Песня из серии блат-
ных «судебных» 1930-х годов. Варианты: Джекобсоны 1998:
358; Жиганец 2001: 170-172; Чёрный ворон… 1996: 104-
107; Песни узников 1995: 154-155.
117Б. В той семье прокурора безупречно и тихо. Запи-
сала Ткаченко Л. в пгт. Тяжинский Тяжинского р-на в 1989 г. от
Гребневой В.П., 1925 г.р. (рус., обр. 5 кл., рабочая на железной

290
дороге, род. в с. Ступишино Тяжинского р-на Кемеровской обл.,
в пгт. Тяжинский с 1971 г.).
118. Где-то на Севере, в дальних местах отдалённых. Запи-
сали Котова Е., Мельник Т. в пгт. Каз Таштагольского р-на в 1984 г.
от Язовского И.М., 1929 г.р. (рус., обр. среднее, род. в Алтайском
крае, в пгт. Каз с 1960 г.). Варианты: Жиганец 2001: 254; Русский
шансон 2007: 143-144.
119. По асфальту топают копыта. Записал Крумм К.А. в
г. Осинники в 1996 г. от Савенковой С.Ю., 1976 г.р. (рус., обр.
среднее техническое, секретарь).
120. Вот я откинулся – какой базар-вокзал. Записала Ше-
лягина В. в г. Новокузнецке в 2010 г. от Никонорова А., 1969 г.р.
(рус., обр. среднее специальное, врач). Откинуться – освободиться,
выйти из мест заключения; лажа – чушь, ерунда; хилять – бежать,
убегать; фраер – человек не из воровского мира; козел – самая
презираемая категория заключенных; шабер – слесарный инстру-
мент для обработки металлических изделий; падла – негодный че-
ловек, предатель. Вариант авторской песни «Показания невиновно-
го» (1972) Вл. Шандрикова (1940–2003).
121. Хомутнул за кипиш меня мент у ворот. Записал Ось-
маков В.А. в г. Мыски в 1992 г. от Рябова Е.В., 1972 г.р. (рус.,
обр. среднее техническое, музыкант, род. в п. Ерунаково Ново-
кузнецкого р-на Кемеровской обл., в г. Мыски с 1982 г.). Ки-
пиш – шум, суматоха, скандал; мент, мусоришка – милиционер,
работник правоохранительной системы; канать – идти; лапша
– глупость; хлопушка – пистолет, арест; косяк – обман, уговор;
перо – нож; МУР – Московский уголовный розыск; чердак – го-
лова; хавера – дом.
122. На высоком кургане стоит крест деревянный. Записала
Зырянова С. в г. Гурьевске в 2000 г. от Сотникова А.С., 1983 г.р. (рус.,
обр. 11 кл.). Современная песня балладного типа встречается в детских
колониях. Варианты: Ефимова 2004; Русский шансон 2007: 135.
123. Письмо к матери (Милая мама, я на тебя не в обиде).
Записала Тенекова А.М. в г. Новокузнецке в 1997 г. от Черных О.В.,
1979 г.р. (рус., студентка). ДВК – детская воспитательная колония.

291
Чекист – работник правоохранительных органов. Вариант: Город-
ские песни… 1999: 470.
124А. Голуби летят над нашей зоной. Записала Юдина Н.С. в
г. Новокузнецке в 1995 г. от Соповой А.С., 1977 г.р. (рус., обр. 11 кл.,
род. в г. Новокузнецке). Контаминация двух песен «Голуби летят над
нашей зоной» и «За решёткой вечер догорает», написанных на один
мотив. Первая песня, по замечанию М. и Л. Джекобсонов, вероят-
но, возникла в 1960-е годы в ответ на популярную в то время песню
из кинофильма о трудном подростке «Прощайте, голуби», за осно-
ву второй песни профессиональных преступников взята эстрадная
песня 1950-х годов «Вечер догорает над Невою». Варианты: Дже-
кобсоны 2001: 341, 334; Жиганец 2001: 250-252.
124Б. За решёткой вечер догорает. Записали Астахова Н., Куз-
нецова Н. в г. Прокопьевске в 1995 г. от Лиходеевой О.А., 1977 г.р. (рус.,
обр. 11 кл., студентка). Волчок – глазок в двери тюремной камеры
для наблюдения за заключенными.
125. Неужели конец, неужели пора? Записали Морозова С.,
Пенина И. в с. Таргай Новокузнецкого р-на в 1987 г. Информант
отказался себя называть. Воронок – машина для перевозки заклю-
чённых, служебный автомобиль НКВД в 1930-40-х годах.
ЛИТЕРАТУРА
Башарин 2005 – Башарин А. С. Блатная песня: terra incognita
// Массовая культура на рубеже веков : сборник статей. – Москва;
Санкт-Петербург, 2005. – С. 176-192. Режим доступа: http://a-pesni.
org/dvor/piter/a-terrainc.php.
Глубоковский 1926 – Глубоковский Б. 49: Материалы и впе-
чатления. – о. Соловки: Бюро печати УСЛОН, 1926. – 97 с.
Городские песни 1999 – Городские песни, баллады, романсы /
Сост., подгот. текста и коммент. А.В. Кулагиной, Ф.М. Селиванова. Всту-
пит. ст. Ф.М. Селиванова. – Москва: Филол. ф-т МГУ, 1999. – 578 с.
Джекобсоны 1998 – Джекобсон М., Джекобсон Л. Песенный
фольклор ГУЛАГа как исторический источник (1917–1939). – Мос-
ква: Современный гуманитарный университет, 1998. – 422 с.
Джекобсоны 2001 – Джекобсон М., Джекобсон Л. Песенный
фольклор ГУЛАГа как исторический источник (1940–1991). – Мос-
ква: Современный гуманитарный университет, 2001. – 562 с.
Ефимова 2004 – Ефимова Е. С. Современная тюрьма:
Быт, традиции и фольклор. – Москва: ОГИ, 2004. – 398 с. (Се-
рия: Нация и культура. Новые исследования).
Жиганец 2001 – Жиганец Ф. Блатная лирика. Сборник. – Рос-
тов-на-Дону: «Феникс», 2001. – 352 с.
Зуева, Кирдан 2002 – Зуева Т.В., Кирдан Б.П. Русский фоль-
клор: Учебник для высших учебных заведений. – Москва: Флинта:
Наука, 2002. – 400 с.
История Кузбасса 2006 – История Кузбасса/отв.ред. Н.П. Шу-
ранов. – Кемерово: ИПП «Кузбасс», «Скиф», 2006. – 360 с.
Как на Дерибасовской… 1996 – Как на Дерибасовской.
Одесские песни и не только... Песни дворов и улиц. Книга первая
/ Сост. Б. Хмельницкий и Ю. Яесс, ред. В. Кавторин. – Санкт-Петер-
бург: Издательский дом «Пенаты», 1996. – 228 с. (Серия: Россий-
ские барды).
Колпакова 1977 – Колпакова Н.П. Песни и люди. О русской
народной песне. – Ленинград: Наука, 1977. – 136 с.
Костюхин 2004 – Костюхин Е.А. Лекции по русскому фоль-
клору: учебное пособие для вузов. – Москва: Дрофа, 2004. –
336 с.
293
Лозанова 1955 – Лозанова А.Н. Тюремные песни // Русское
народное поэтическое творчество. Том II. Книга 1. Очерки по исто-
рии русского поэтического творчества середины XVIII - первой поло-
вины XIX века. – Москва - Ленинград, 1955. – С. 433-437.
Лурье 2010 – Лурье М. Л. Политические и тюремные песни в
начале XX в.: между пропагандой и фольклором // Антропологиче-
ский форум. 2010. № 12. Online. – С. 1-20. Режим доступа: http://
anthropologie.kunstkamera.ru/files/pdf/012online/12_online_lurie.
pdf.
Львов 1876 – Львов Е. В Сибирь на каторгу: Повести, характе-
ристики и арабески. – Москва, 1876.
Мерридейл 2009 – Мерридейл К. Сознание коллектива: трав-
ма и контузия в России XX века // Травма: пункты: Сборник статей
/ сост. С. Ушакин и Е. Трубина. – Москва: Новое литературное обо-
зрение, 2009. – С. 606–630.
Михайлов 2005 – Михайлов С.  Ланцов задумал убежать //
Вестник Российского Фольклорного Союза. – Москва, 2005. №3
(14). – С. 12–17. Режим доступа: http://www.bogorodsk-noginsk.ru/
starover/36_lantsov.html.
На Дерибасовской… 2008 – «На Дерибасовской открылася
пивная...»: песенник: популярные дворовые песни с нотами и ак-
кордами / Сост. Б.М. Павленко. – Ростов-на-Дону: «Феникс», 2008.
– 120 с. (Любимые мелодии).
Народные… 1969 – Народные песни Прииртышья / Сост. Т.Г.
Леонова. – Новосибирск: Зап.-Сиб. кн. изд-во, 1969. – 167 с.
Новикова 1982 – Новикова А.  М.  Русская поэзия XVIII –
первой половины XIX в. и народная песня: Учеб. пособие по
спецкурсу для студентов пед. ин-тов. – Москва: Просвещение,
1982. – 192 с.
Папков 2012 – Папков С.А. Обыкновенный террор. Политика
сталинизма в Сибири. – Москва: Российская политическая энцикло-
педия (РОССПЭН), 2012. – 440 с.
Песни каторги… 2012 – Песни каторги: песни сибирских катор-
жан, беглых и бродяг. Собрал и записал В.Н. Гартевельд // Сборник
В. Н. Гартевельда с приложением очерков о каторжных и тюремных
песнях и поэзии:С. В. Максимова, Н. М. Ядринцева, В. М. Дороше-
вича. – Salamandra P.V.V, 2012. – 112 с. Режим доступа: http://

294
www.e-reading.by/bookreader.php/1026658/Garteveld_-_Pesni_
katorgi.html.
Песни узников 1995 – Песни узников / Сост. В. Пентюхов.
– Красноярск: «Офсет», 1995. – 203 с.
Принудительный… 1994 – Принудительный труд. Исправи-
тельно-трудовые лагеря в Кузбассе (30 - 50-е гг.). Том 2 / Отв. ред.
Л.И. Гвоздикова. – Кемерово: Кузбассвузиздат, 1994. – 248 с.
Русская баллада 1936 – Русская баллада / Предисл., ред.
и прим. В. И. Чернышева; вступ. ст. Н. П. Андреева. – Москва,
Ленинград: Советский читатель, 1936. – 502 с.
Русские… 1957 – Русские народные песни / Вступ. статья,
сост. и примеч. А. М. Новиковой. – Москва: Художественная лите-
ратура, 1957. – 735 с.
Русские… 1997 – Русские народные песни Сибири и Дальне-
го Востока / Сост. С.И. Красноштанов, В.С. Левашов, В.М. Щуров.
– Новосибирск: Наука. Сиб. предприятие РАН, 1997. – 524 с. (Се-
рия: Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока.
Т. 14).
Русский шансон 2007 – Русский шансон / Авт.-сост. И. Банни-
ков. – Москва: «АСТ-Пресс Книга», 2007. – 267 с. (1000 советов от
газеты «Комсомольская правда»).
Русский школьный… 1998 – Русский школьный фольклор. От
вызываний «Пиковой дамы» до семейных рассказов / Сост. А. Ф.
Белоусов. – Москва: «Ладомир», 1998. – 752 с.
Свиридов 2011 – Свиридов С.В. Что такое блатная песня //
Слово.ру: Балтийский акцент. – Калининград: БФУ им. И. Канта,
2011. № 1-2. – С. 139–144.
Трубицына 2012 (1) – Трубицына В.В. Горизонты интерпрета-
ции литературного текста в фольклорных вариантах: «Умирающий»
В.И. Немировича-Данченко // Folia Litteraria Rossica 5: Знаки обра-
щения к литературной традиции – в творчестве классиков и совре-
менных авторов. – ŁÓDŹ, 2012. – С. 48–54.
Трубицына 2012 (2) – Трубицына В.В. Песни литературного
происхождения в фольклорном репертуаре Кемеровской области
(песни тюрьмы, каторги и ссылки) // Филология и человек. − Барна-
ул: Издательство Алтайского государственного университета, 2012.
№ 3. – С. 61–72.
295
Хламова 2009 – Хламова А.М. Уголовная ссылка в Сибирь в
художественном дискурсе России второй половины XIX века // Ом-
ский научный вестник (Исторические науки). – Омск: ОмГТУ, 2009.
№5 (81). – С. 33–37.
Цехновицер 2012 – Цехновицер О.В. <Тюремные песни>
(Вступительная статья, подготовка текстов Т.С. Царьковой, коммен-
тарии М.Л. Лурье // Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского
Дома на 2011 год / Отв. ред. Т.С. Царькова. – Санкт-Петербург:
«Дмитрий Буланин», 2012. – С. 442–666.
Чёрный ворон… 1996 – Чёрный ворон. Песни дворов и улиц.
Книга вторая / Сост. Б. Хмельницкий и Ю. Яесс, ред. В. Кавторин.
– Санкт-Петербург: Издательский дом «Пенаты», 1996. – 228 с. (Се-
рия: Российские барды).
Чотчаева 2007 – Чотчаева М.Ю. Особенности тюремной пес-
ни в России и за рубежом // Образование. Наука. Творчество. –
2007. № 2. – С. 194–197.
Яковлев 2000 – Яковлев Я.А. Тюремные и спецпереселенче-
ские песни Нарымского края // Земля колпашевская: сборник на-
учно-популярных очерков / под ред. Я. А. Яковлева. — Томск, 2000.
— С. 471–510.

296
СОДЕРЖАНИЕ
ПРЕДИСЛОВИЕ...................................................................... 3
1. Ты не пой, мой жаворонок..................................... 21
2А. Ах, что ж ты, мой сизый голубчик........................... 21
2Б. Мой сизой голубчик................................................. 22
3А. Сокол ты мой ясный................................................. 22
3Б. Сокол ты мой ясный . .............................................. 23
4. Добры молодцы все на волюшке живут ..................... 24
5. Не шуми, мати зелёная дубравушка .................... 24
6. Уж ты, воля дорогая ................................................ 25
7. Воля моя, воля . ....................................................... 26
8. Во тюрьме-то я сидел ....................................................26
9А. Я в гостях-то гостил . ................................................ 27
9Б. В гостях у вас гостиночка, гостиночка .................. 28
10. Погасло солнце за горою . ............................................28
11. Было время золотое ......................................................29
12А. Сижу за решёткой в темнице сырой . ................... 29
12Б. Сижу за решёткой в темнице сырой . ................... 30
12В. Сижу я, мальчишка ................................................. 30
12Г. Сидел я в темнице . ................................................. 31
13. Не слышно шуму городского ................................. 32
14А. Спускается солнце за степи ................................... 32
14Б. Скрывается солнце за степью ............................... 33
14В. Холодныя звонкия цепи ......................................... 34
14Г. Заводим унывную песню . ..................................... 34
14Д. Скрывается солнце за степью ............................... 35
14Е. Бом, бом! Слышен звон кандальный ................... 35
15А. По пыльной дороге, по пыльной дороге ............... 35
15Б. По пыльной дороге телега несётся ....................... 36
16А. Сидит филин на дубу ............................................... 36
16Б. Отцовский-то дом .................................................... 37
17. Вдоль по коридору . ....................................................... 37
18А. Из всех лесов дремучих ......................................... 38
18Б. Из тех лесов дремучих ............................................ 39
18В. Во тех лесах дремучих............................................. 40
19. Песня про Кармалюку .................................................. 41
20А. Звенит звонок насчёт проверки . ................................ 41
20Б. Звенит звонок насчёт проверки . ................................42
20В. Звонок звенел насчёт поверки ...................................42
20Г. Звенел звонок насчёт проверки..................................43
20Д. Звенел звонок насчёт поверки ...................................44
20Е. Звенит звонок-та насчёт проверки .............................45
20Ж. Звонит звонок насчёт проверки . ................................45
20-З. Звенел звонок насчёт проверки .................................46
20И. Отец, купец он был богатый .........................................46

297
20К. Звонок-то звенит насчёт проверки ............................. 47
20Л. За Волгой шайка собиралась ......................................48
21А. Хороша эта ноченька тёмная ......................................49
21Б. Осыпаются листья осенние ..........................................50
21В. Осыпались листья осенние .......................................... 51
21Г. Осыпаются листья осенние........................................... 51
21Д. Осыпаются листья осенние ..........................................52
21Е. Осыпаются листья осенние...........................................52
22А. Славное море – священный Байкал .................... 53
22Б. Славное море – привольный Байкал ................... 54
22В. Славное море – священный Байкал .................... 55
23А. По диким степям Забайкалья ......................................55
23Б. По диким степям Забайкалья ......................................56
23В. По тихим степям Забайкалья . ..................................... 57
23Г. По диким степям Забайкалья . .............................. 58
23Д. По диким степям Забайкалья.......................................59
24А. На горе село большое....................................................59
24Б. В село родное ................................................................60
24В. На тракту село большое . .............................................. 61
25А. Глухой неведомой тайгою........................................ 62
25Б. Бежал бродяга с Сахалину...................................... 62
25В. Бежал бродяга с Сахалина...................................... 63
25Г. Шел бродяга с Сахалина......................................... 63
25Д. Кругом неведомой тайгою...................................... 64
25Е. На берегу сидел бродяжка...................................... 64
26. В лесу ручей серебряный бежит...................................65
27А. Отворите окно, отворите......................................... 65
27Б. Отворите окно, отворите......................................... 66
27В. Отворите окно, отворите......................................... 66
27Г. Отворите окно, отворите......................................... 67
28А. Полюбил от души я девицу...................................... 67
28Б. Полюбил я девушку душою..................................... 68
28В. Отворите окно, отворите......................................... 68
28Г. Растворите окно, растворите.................................. 69
28Д. Отворите окно поскорее......................................... 69
28Е. Дождь слезою прошел на родимых полях............. 70
29А. В голове моей мозги ссыхались...................................70
29Б. Эй, в голове моей мозги ссыхались............................. 71
29В. В голове моей мозги ссыхают...................................... 71
29Г. Скоро, скоро я буду судиться.........................................72
29Д. Скоро, скоро судить меня будут....................................72
30А. Солнце всходит и заходит..............................................73
30Б. Солнце всходит и заходит.............................................. 74
30В. Солнце всходит и заходит.............................................. 74
30Г. Солнце всходит и заходит..............................................75
30Д. Про Чапаева (Солнце всходит и заходит).................... 76

298
30Е. Солнце входит и заходит................................................ 76
31А. Ах ты, доля, моя доля............................................... 77
31Б. Эх ты, доля, моя доля............................................... 78
31В. Эх ты, доля, моя доля............................................... 79
32. Загудела труба.......................................................... 80
33А. Почему ты, ямщик, перестал песни петь.............. 81
33Б. Отчего ты, ямщик, перестал песни петь ............... 82
33В. Это было давно в той деревне у нас...................... 82
33Г. Это было давно, год примерно назад.................... 83
33Д. Это было давно, год примерно назад.................... 83
33Е. Это было давно, год примерно назад.................... 84
33Ж. Это было давно, год примерно назад.................... 84
33-З. Это было давно, год примерно назад.................... 85
34. Все подружки веселятся.......................................... 85
35. Из-под беленькой берёзки...................................... 86
36А. Скажи, скажи, каторжник........................................ 87
36Б. Скажи-ка, скажи-ка, товарищ................................. 87
36В. Скажи, брат, скажи, брат-товарищ......................... 88
37А. По пыльной дороге оборванный, грязный........... 89
37Б. По пыльной дороге закованный в цепи................ 90
37В. По пыльной дороге закованный в цепи................ 90
38А. Кончил, кончил курс науки...................................... 91
38Б. Кончил, кончил курс науки...................................... 92
39А. Бывали дни весёлые................................................ 92
39Б. Бывали дни весёлые................................................ 94
40А. Скажи, скажи, друг верный..................................... 95
40Б. Скажи же, скажи, каторжанин................................ 97
40В. Скажи ты, скажи, каторжанец................................. 98
40Г. Ты скажи, каторжанец............................................. 99
41. Луна взошла, так тихо стало..................................100
42А. Луна-красавица лениво......................................... 101
42Б. Луна-красавица лениво.........................................102
42В. Леса таёжные густые.............................................103
43. Комары (Комары меня заели)...................................103
44. По старой колымской дороге......................................104
45А. Рано утром по утрянке..........................................104
45Б. Шел я рано по утряночке......................................105
46. Конь вороной (Устелю я сани коврами)....................106
47А. Раз в Полтаве я родился..............................................106
47Б. Во Полтаве я родился...................................................107
47В. Во Полтаве я родился...................................................107
47Г. Во Полтаве я родился...................................................108
47Д. Во Полтаве я родился...................................................109
47Е. Во Полтаве я родился...................................................110
47Ж. Во Полтаве я родился...................................................110
47-З. Под Полтавой я родился..............................................111

299
47И. Во Полтаве я родился...................................................113
47К. Во Полтаве я родился...................................................113
47Л. Во Полтаве я родился...................................................114
48А. Сидит Катя за решёткой..............................................115
48Б. Сидит Катя за решёткой..............................................115
49А. Ветер веет, повевает...................................................116
49Б. Ветер дует, подувает.....................................................118
49В. Ветер веет, повевает...................................................119
49Г. Ветер дует, подувает, подувает...................................120
50А. Арестован был случайно.......................................122
50Б. Арестован был случайно.......................................122
50В. Прощай, свобода дорогая.....................................123
50Г. Прощай, свобода дорогая.....................................124
51. Я слышу смертный приговор......................................124
52. Чубчик, чубчик кучерявый...........................................125
53. Иркутские края ли да заборы.....................................126
54А. Далеко в стране иркутской..........................................126
54Б. Ехал барин той дорожкой............................................127
54В. Далеко в стране иркутской..........................................128
55А. В Сибири есть тюрьма большая.................................128
55Б. В черте Сибири тюрьма большая...............................129
55В. В Мариинске тюрьма большая............................129
55Г. Зачем я встретился с тобою.................................130
55Д. Зачем я встретился с тобою.................................130
55Е. Зачем я встретился с тобою........................................131
56А. О, Боже Всевышний.....................................................132
56Б. О, Боже Всевышний.....................................................132
56В. Ой, Боже Всевышний...................................................133
57А. Голова ты моя удалая...................................................133
57Б. Голова ли ты моя удалая..............................................134
57В. Ах, зачем я на свет появился . ...................................134
58. Голова ты моя удалая...................................................135
59А. Камера сырая, там подземный звон........................135
59Б. Камера шесть под большим замком.........................136
59В. Камера шестая под большим замком.......................137
59Г. Камера шестая у больших замков.............................137
59Д. Ох, как надоело под большим замком.......................138
59Е. Сидит за решёткой.......................................................138
60А. Во саду при долине.......................................................139
60Б. Вот умру, вот умру я.....................................................140
60В. Как умру – спохоронят................................................140
60Г. Там, в саду при долине................................................141
60Д. Позабыт, позаброшен..................................................142
60Е. Во саду при долине.......................................................143
60Ж. Во саду при долине.......................................................144
60-З. Как в саду при долине.................................................144

300
61. Вот лягу спать, а мне не спится..................................145
62. Развяжите мои крылья..........................................145
63А. Горит свеча дрожащим светом.............................146
63Б. Горит свеча дрожащим светом............................. 147
64А. За тюремной кирпичной стеною................................147
64Б. За высокой тюремной стеною....................................148
64В. За кирпичной тюрёмной стеною................................148
65. В камере тесной и душной..........................................148
66А. Далеко в стране Иркутской.........................................149
66Б. Там вдали, в стране Иркутской...................................150
67. Звенит звонок, и нам пора расстаться......................152
68А. В воскресенье мать-старушка....................................152
68Б. В воскресенье мать-старушка....................................154
68В. В воскресенье мать-старушка....................................154
68Г. В воскресенье мать-старушка....................................155
68Д. В воскресенье мать-старушка....................................156
68Е. В воскресенье мать-старушка....................................157
68Ж. В воскресенье мать-старушка....................................157
68-З. В воскресенье мать-старушка....................................158
68И. В воскресенье мать-старушка....................................158
69А. В кармане ветер дует............................................159
69Б. Во кармане ветер дует..........................................160
70. Полюбить тебя полюбила.............................................161
71А. Не спится, не лежится..................................................161
71Б. Не спится, не лежится..................................................162
71В. Не спится, не лежится..................................................163
71Г. Не спится, не лежится..................................................164
71Д. Не спится, не лежится..................................................165
71Е. Загублены годы младые..............................................166
71Ж. Прошли те годы молодые............................................167
72А. Вдали шумели камыши.........................................167
72Б. Вдали бушуют камыши..........................................168
72В. Вдали бушующих камин........................................ 170
72Г. К суду подъехал вороной....................................... 171
73. Мать моя – молодка.............................................. 173
74А. Осенний злобный ветерочек................................ 173
74Б. Не плачьте вы, глаза голубые............................... 174
75. Ты не стой на льду – лёд провалится......................... 174
76А. Не плачь, моя мама, не плачь, дорогая.............. 174
76Б. Тихо и мрачно в больничке тюремной................ 175
77. Свои дни я в тюрьме коротаю.................................... 176
78А. Хочу вам случай рассказать................................. 176
78Б. Я много в жизни испытал...................................... 178
78В. Однажды был я на суду.......................................... 179
78Г. Любовь все знают хорошо....................................180
78Д. Любовь, все знают, хороша..................................181

301
78Е. В лесу скиталась я одна.........................................182
78Ж. Надоело мне скитаться..........................................183
78-З. Прихожу я раз домой.............................................184
78И. Захожу я в комнату одна.......................................186
78К. Зашла я в комнату свою.......................................186
78Л. Вошла я в комнату одна........................................187
78М. Однажды изменил мене........................................188
79. Распутье-путь – для всех она открыта........................189
80. Пропали года молодые................................................190
81. По приютам я с детства скитался...............................190
82. Петроградская трущоба...............................................191
83. Я с детства был испорченный ребенок.....................191
84. Ох вы, тёти, мои тёти....................................................192
85. Цыплёнок жареный......................................................193
86А. Чеснок (Вечер вечереет)......................................193
86Б. Вечер вечереет......................................................194
86В. Вечер вечереет......................................................195
86Г. Челнок идет домой.................................................196
86Д. Про Махно (Вечер вечереет)................................196
87А. Постой, паровоз! Не стучите, колеса! .......................197
87Б. Мчится наш поезд........................................................198
88А. Кто не знает банду в городе Одессе..........................198
88Б. Жила-была Мурка.........................................................200
89А. Зуб золотой
(Есть в саду ресторанчик приличный).................203
89Б. Маленький город портовый..................................203
90. Не губите молодость, ребятушки................................205
91. Полюбил я Катю, поверил...........................................205
92. Этот был случай в тридцатом году...............................206
93. За Наташей ухаживал три года...................................207
94. Свеча догорает, мне жизнь не мила..........................207
95А. Не вором я на свет родился........................................208
95Б. Не вором я на свет родился........................................208
95В. Не вором я на свет родился........................................209
95Г. Не вором я на свет родился........................................210
96. Течёт речка, течёт речка..............................................212
97. Жил в Одессе Костя-паренёк......................................213
98. Паровозный гудок, поезд тронулся в путь.................214
99А. Забылися в реках зеркальные воды...................215
99Б. Люби меня, детка...................................................215
99В. Люби меня, девчонка............................................ 216
100А. Ноченька тёмна............................................................216
100Б. Тёмная ночка................................................................217
100В. Вор (Ой, тёмная ночка)................................................218
101А. Здравствуй, мать, прими привет от сына............218

302
101Б. Письмо от сына
(Здравствуй, мать, прими письмо от сына)........218
102. Здравствуй, мать, прими привет от дочки.................220
103А. О, милая, добрая воля.................................................220
103Б. Милая, добрая воля.....................................................221
103В. Ой, милая, добрая воля...............................................222
104. Чередой, за вагоном вагон.........................................222
105А. Я помню тот Ванинский порт................................223
105Б. Я помню тот Ванинский порт................................224
106. По диким степям, по Нарыму.....................................224
107. Про хвалёную
(А пропою я вам да про хвалёную)............................225
108. Завезли нас в Сибирь отдалённую.............................226
109А. Я пишу тебе, голубоглазая.....................................226
109Б. Я тебе пишу, голубоглазая.....................................227
110. Это было весною (Я сижу за решёткой,
за железной стеной).....................................................228
111. Прощайте, любимые....................................................228
112. Давно уж утро, город еще спит...................................229
113. Перебиты, поломаны крылья......................................229
114. Сестра любимая, родная, милая................................230
115. Я расскажу вам, ребята,
что сегодня я видел................................................232
116А. Вот снова луна озарила........................................233
116Б. Вор (И снова луна озарила)..................................235
117А. Дочь прокурора (Там, в семье прокурора,
безотрадно и тихо).................................................236
117Б. В той семье прокурора безупречно и тихо.........237
118. Где-то на Севере, в дальних местах отдалённых.......238
119. По асфальту топают копыта.........................................239
120. Вот я откинулся – какой базар-вокзал................240
121. Хомутнул за кипиш меня мент у ворот.......................240
122. На высоком кургане стоит крест деревянный.......... 241
123. Письмо к матери (Милая мама,
я на тебя не в обиде)...................................................242
124А. Голуби летят над нашей зоной....................................243
124Б. За решёткой вечер догорает......................................244
125. Неужели конец, неужели пора? .................................245
ПРИМЕЧАНИЯ................................................................... 247
ЛИТЕРАТУРА.......................................................................293
ПЕСНИ О НЕВОЛЕ
(Серия «Фольклор Кемеровской области»)

Составитель Трубицына Виктория Викторовна


vik-tru@yandex.ru

ISBN 978_5_9906411_7_4

Отпечатано в типографии ООО «Лотус-Пресс»,


654103, г. Новокузнецк, ул. Шахтостроевская, д. 8/5
Сдано в набор 15.03.2016 г. Подписано в печать 24.05.2016 г.
Печать офсетная. Бумага офсетная. Объем 9,5 п. л.
Формат 70х100 1/32
Заказ 700. Тираж 200 экз.