Вы находитесь на странице: 1из 6

A Friend In Need Сомерсет Моэм

By Somerset Maugham (1,855 words) ДРУЗЬЯ ПОЗНАЮТСЯ В БЕДЕ


Перевод Норы Галь (1464 слова)

For thirty years now I have been studying my fellow–men. I do not Вот уже тридцать лет я изучаю моих ближних. Не так-то много я о
know very much about them. I should certainly hesitate to engage a них узнал. Наверно, я не решился бы нанять слугу, доверясь только его
servant on his face, and yet I suppose it is on the face that for the внешности, а между тем, мне кажется, в большинстве случаев мы как
most part we judge the persons we meet. We draw our conclusions раз по внешнему виду судим о людях. Смотрим, какой формы у
from the shape of the jaw, the look in the eyes, the contour of the человека подбородок, какой у него взгляд, как очерчен рот, — и
mouth. I wonder if we are more often right than wrong. Why novels делаем выводы. Не уверен, что мы чаще бываем правы, чем
and plays are so often untrue to life is because their authors, perhaps ошибаемся. Романы и пьесы нередко фальшивы и нежизненны потому,
of necessity, make their characters all of a piece. They cannot afford что их авторы наделяют героев цельными, последовательными
to make them self–contradictory, for then they become характерами, впрочем, пожалуй, они не могут иначе, ведь если сделать
характер противоречивым, он станет непонятен. А между тем почти все
incomprehensible, and yet self–contradictory is what most of us are.
мы полны противоречий. Каждый из нас — просто случайная мешанина
We are a haphazard bundle of inconsistent qualities. In books on logic
несовместимых качеств. Учебник логики скажет вам, что абсурдно
they will tell you that it is absurd to say that yellow is tubular or утверждать, будто желтый цвет имеет цилиндрическую форму, а
gratitude heavier than air; but in that mixture of incongruities that благодарность тяжелее воздуха; но в той смеси абсурдов, которая
makes up the self yellow may very well be a horse and cart and составляет человеческое «я», желтый цвет вполне может оказаться
gratitude the middle of next week. I shrug my shoulders when people лошадью с тележкой, а благодарность — серединой будущей недели.
tell me that their first impressions of a person are always right. I think Когда люди уверяют меня, что первое впечатление от человека никогда
they must have small insight or great vanity. For my own part I find их не обманывает, я только пожимаю плечами. По-моему, такие люди
that the longer I know people the more they puzzle me: my oldest либо не слишком проницательны, либо чересчур самонадеянны. Что до
friends are just those of whom I can say that I don’t know the first thing меня — чем дольше я знаю человека, тем загадочней он мне кажется; и
about them. как раз про самых старых своих друзей я могу сказать, что не знаю о
них ровным счетом ничего.
These reflections have occurred to me because I read in this
morning’s paper that Edward Hyde Burton had died at Kobe. He was a На эти размышления навела меня заметка, которую я прочитал
merchant and he had been in business in Japan for many years. I сегодня в утренней газете: в Кобе скончался Эдвард Хайд Бартон. Он
knew him very little, but he interested me because once he gave me a был коммерсант и долгие годы вел дела в Японии. Я мало знал его, но
great surprise. Unless I had heard the story from his own lips I should он занимал мои мысли, потому что однажды очень меня удивил. Если
never have believed that he was capable of such an action. It was бы я не услышал эту историю от него самого, я никогда бы не поверил,
more startling because both in appearance and manner he suggested что он способен на такой поступок. Это тем поразительней, что по
внешности и манерам это был человек вполне определенного склада.
a very definite type. Here if ever was a man all of a piece. He was a
Вот уж поистине цельная личность. Маленький, не выше пяти футов
tiny little fellow, not much more than five feet four in height, and very
четырех дюймов ростом, щуплый, седые волосы, красное лицо все в
slender, with white hair, a red face much wrinkled, and blue eyes. I
морщинах и голубые глаза. В ту пору, когда мы познакомились, ему
suppose he was about sixty when I knew him. He was always neatly было лет шестьдесят. Одевался. он всегда очень тщательно, но отнюдь
and quietly dressed in accordance with his age and station. не крикливо, как и подобало его возрасту и положению.

Though his offices were in Kobe, Burton often came down to Хотя его контора находилась в Кобе, Бартон часто наезжал в
Yokohama. I happened on one occasion to be spending a few days Иокогаму. Мне однажды пришлось провести там несколько дней в
there, waiting for a ship, and I was introduced to him at the British ожидании парохода, и нас познакомили в Британском клубе. Мы-
Club. We played bridge together. He played a good game and a оказались партнерами в бридже. Он был хороший игрок и притом не
generous one. He did not talk very much, either then or later when we мелочный. Говорил мало — и за игрой, и после за вином, — но все, что
were having drinks, but what he said was sensible. He had a quiet, dry он говорил, звучало вполне разумно. Не лишен был чувства юмора —
humour. He seemed to be popular at the club and afterwards, when шутил суховато, сдержанно, без улыбки. В клубе он, видимо, был своим
he had gone, they described him as one of the best. It happened that человеком, и после его ухода все отзывались о нем наилучшим
we were both staying at the Grand Hotel and next day he asked me to образом. Оказалось, что мы оба остановились в Гранд-отеле, и
dine with him. I met his wife, fat, elderly, and smiling, and his two назавтра он пригласил меня обедать. Я познакомился с его женой —
полной, немолодой женщиной, щедрой на улыбки, — и с двумя
daughters. It was evidently a united and affectionate family. I think the
дочерьми. Семья, по-видимому, была дружная и любящая. Самой
chief thing that struck me about Burton was his kindliness. There was
примечательной чертой Бартона мне показалась доброта. Удивительно
something very pleasing in his mild blue eyes. His voice was gentle;
располагал кроткий взгляд голубых глаз. Голос звучал мягко, нельзя
you could not imagine that he could possibly raise it in anger; his smile было представить себе, что он может подняться до гневного крика;
was benign. Here was a man who attracted you because you felt in улыбка — самая благожелательная. Вас влекло к этому человеку,
him a real love for his fellows. He had charm. But there was nothing потому что в нем чувствовалась подлинная любовь к ближнему. В нем
mawkish in him: he liked his game of cards and his cocktail, he could было обаяние. Но при этом никакой слащавости: он со вкусом играл в
tell with point a good and spicy story, and in his youth he had been карты и пил коктейль, умел рассказать пикантный анекдот и в
something of an athlete. He was a rich man and he had made every молодости даже был неплохим спортсменом. Человек состоятельный, он
penny himself. I suppose one thing that made you like him was that he всем своим богатством был обязан только самому себе. Мне кажется, в
was so small and frail; he aroused your instincts of protection. You felt нем привлекала еще и эта хрупкость и маленький рост: появлялось
that he could not bear to hurt a fly. безотчетное желание защитить его и оберечь. Чувствовалось, что этот
человек и мухи не обидит.
One afternoon I was sitting in the lounge of the Grand Hotel. This was
before the earthquake and they had leather arm–chairs there. From Однажды я сидел в гостиной Гранд-отеля. Это было еще до
the windows you had a spacious view of the harbour with its crowded землетрясения, и там стояли кожаные кресла. Из окон открывался вид
traffic. There were great liners on their way to Vancouver and San на просторную, оживленную гавань. Тут были огромные пассажирские
Francisco or to Europe by way of Shanghai, Hong–Kong, and пароходы, направляющиеся в Ванкувер и Сан-Франциско, либо через
Singapore; there were tramps of all nations, battered and sea–worn, Шанхай, Гонконг и Сингапур — в Европу; грузовые суда под флагами
всех стран, потрепанные бурями и непогодой; джонки с высокой
junks with their high sterns and great coloured sails, and innumerable
кормой и большими разноцветными парусами и бесчисленные сампаны.
sampans. It was a busy, exhilarating scene, and yet, I know not why,
Жизнь кипела ключом, и однако бог весть почему зрелище это
restful to the spirit. Here was romance and it seemed that you had but
успокаивало душу. Тут была романтика: казалось, стоит протянуть руку
to stretch out your hand to touch it. — и коснешься ее.

Burton came into the lounge presently and caught sight of me. He Скоро в гостиной появился Бартон. Заметив меня, он подошел и сел
seated himself in the chair next to mine. рядом.

‘What do you say to a little drink?’ — Не выпить ли нам по стаканчику?

He clapped his hands for a boy and ordered two gin fizzes. As the boy Он хлопнул в ладоши, подзывая слугу, и спросил два коктейля.
brought them a man passed along the street outside and seeing me Когда слуга возвратился с подносом, по улице прошел один мой
waved his hand. знакомый и, увидев меня в окно, помахал рукой. Я кивнул ему.
— Вы знакомы с Тернером? — спросил Бартон.
‘Do you know Turner?’ said Burton as I nodded a greeting.
— Мы познакомились в клубе. Мне говорили, что он вынужден был
‘I’ve met him at the club. I’m told he’s a remittance man.’ покинуть Англию и живет на деньги, которые ему присылают из дому.

‘Yes, I believe he is. We have a good many here.’ — Да, похоже на то. Здесь таких очень много.

‘He plays bridge well.’ — Он недурно играет в бридж.

— Как все они. Тут был один в прошлом году, как ни странно, мой
‘They generally do. There was a fellow here last year, oddly enough a
однофамилец, — лучшего игрока я в жизни не встречал. В Лондоне вы
namesake of mine, who was the best bridge player I ever met. I
вряд ли с ним сталкивались. Он называл себя Ленни Бартон. Вероятно,
suppose you never came across him in London. Lenny Burton he был раньше членом какого-нибудь аристократического клуба.
called himself. I believe he’d belonged to some very good clubs.’
— Не припомню такого имени.
‘No, I don’t believe I remember the name.’
— Замечательный был игрок. Какое-то особое чутье на карты. Даже
‘He was quite a remarkable player. He seemed to have an instinct страшновато. Я часто с ним играл. Он некоторое время прожил в Кобе.
about the cards. It was uncanny. I used to play with him a lot. He was
in Kobe for some time.’
Бартон отпил глоток вина.
Burton sipped his gin fizz.

‘It’s rather a funny story,’ he said. ‘He wasn’t a bad chap. I liked him. — Забавная история, — сказал он. — Этот мой однофамилец был
He was always well–dressed and smart–looking. He was handsome in неплохой малый. Мне он нравился. Всегда хорошо одет, настоящий
a way with curly hair and pink–and–white cheeks. Women thought a франт. Даже красив на свой лад — такой белолицый, румяный, волосы
lot of him. There was no harm in him, you know, he was only wild. Of вьются. Женщины на него заглядывались. Он был безвредный, знаете,
course he drank too much. Those sort of fellows always do. A bit of просто повеса. Пил, конечно, больше, чем надо. Такие всегда сильно
пьют. Раз в три месяца он получал немного денег да кое-что выигрывал
money used to come in for him once a quarter and he made a bit more
в карты. У меня по крайней мере он выиграл немало.
by card–playing. He won a good deal of mine, I know that.’
Бартон добродушно усмехнулся. Я знал по опыту, что он умел
Burton gave a kindly chuckle. I knew from my own experience that he проигрывать не поморщившись. Он погладил чисто выбритый
could lose money at bridge with a good grace. He stroked his shaven подбородок худой, почти прозрачной рукой со вздувшимися венами.
chin with his thin hand; the veins stood out on it and it was almost
transparent.

‘I suppose that is why he came to me when he went broke, that and — Наверно, поэтому он и пришел ко мне, когда остался без гроша,
the fact that he was a namesake of mine. He came to see me in my да еще может быть потому, что мы с ним были однофамильцы. В один
office one day and asked me for a job. I was rather surprised. He told прекрасный день приходит он ко мне в контору и просит взять его на
me that there was no more money coming from home and he wanted службу. Я удивился. Он объяснил, что больше не получает денег из
to work. I asked him how old he was. дому и ему нужна работа. Я спросил, сколько ему лет.
— Тридцать пять.
‘“Thirty–five,” he said. ‘
— А до сих пор чем вы занимались?
“And what have you been doing hitherto?” I asked him.
— Да ничем, в сущности. Я не удержался от смеха.
‘“Well, nothing very much,” he said.

‘I couldn’t help laughing. — Боюсь, — говорю, — что пока я ничем не могу вам помочь.
Приходите еще через тридцать пять лет, тогда посмотрим.
‘“I’m afraid I can’t do anything for you just yet,” I said. “Come back and
Он не шелохнулся. Побледнел. Постоял в нерешительности и,
see me in another thirty–five years, and I’ll see what I can do.‘
наконец, объяснил, что последнее время ему очень не везло в карты.
“He didn’t move. He went rather pale. He hesitated for a moment and Вечно играть в один только бридж не хотелось, он перешел на покер и
then he told me that he had had bad luck at cards for some time. He проигрался в пух и прах. У него не осталось ни гроша. Он заложил все,
hadn’t been willing to stick to bridge, he’d been playing poker, and что имел. Нечем заплатить по счету в отеле, и в долг больше не верят.
he’d got trimmed. He hadn’t a penny. He’d pawned everything he had. Он нищий. Если он не найдет какой-нибудь работы, ему останется
He couldn’t pay his hotel bill and they wouldn’t give him any more только покончить с собой.
credit. He was down and out. If he couldn’t get something to do he’d
have to commit suicide. Минуту-другую я разглядывал его. И понял, что малому крышка.
Видно, последнее время он пил больше обычного, и теперь ему можно
‘I looked at him for a bit. I could see now that he was all to pieces. было дать все пятьдесят. Женщины уже не восхищались бы им, если б
He’d been drinking more than usual and he looked fifty. The girls видели его в эту минуту.
wouldn’t have thought so much of him if they’d seen him then. ‘
“Well, isn’t there anything you can do except play cards?” I asked him.
‘ — А все-таки, — спросил я, — умеете вы делать еще что-нибудь,
кроме как играть в карты?
“I can swim,” he said.
— Я умею плавать.
‘“Swim!” ‘I could hardly believe my ears; it seemed such an insane
Я едва верил своим ушам: экая глупость!
answer to give. ‘
— В университете я был чемпионом по плаванью.
“I swam for my university.”
Тут я начал понимать, куда он клонит. Но я встречал слишком много
‘I got some glimmering of what he was driving at, I’ve known too many людей, которые в студенческие годы были кумирами своих
men who were little tin gods at their university to be impressed by it. ‘ однокашников, и это не внушало мне особого почтения.

“I was a pretty good swimmer myself when I was a young man,” I said. — Я и сам в молодости был недурным пловцом, — сказал я.
И вдруг меня осенило.
‘Suddenly I had an idea.’
Прервав свой рассказ, Бартон неожиданно спросил:
Pausing in his story, Burton turned to me.
— Вы хорошо знаете Кобе?
‘Do you know Kobe?’ he asked.
— Нет, — сказал я, — останавливался там как-то проездом, но
‘No,’ I said, ‘I passed through it once, but I only spent a night there.’ только на одну ночь.

‘Then you don’t know the Shioya Club. When I was a young man I — Тогда вы не знаете Шиойя-клуб. В молодости я проплывал оттуда
swam from there round the beacon and landed at the creek of Tarumi. вокруг маяка до устья ручья Таруми. Это свыше трех миль, и задача
It’s over three miles and it’s rather difficult on account of the currents нелегкая, потому что я огибал маяк, а там очень сильное течение. Ну, я
рассказал об этом своему тезке и обещал, что если он проплывет там —
round the beacon. Well, I told my young namesake about it and I said
я возьму его на службу.
to him that if he’d do it I’d give him a job.
Вижу, он растерялся.
‘I could see he was rather taken aback. ‘
— Вы же сказали, что вы хороший пловец, — говорю.
“You say you’re a swimmer,” I said. ‘
— Но я сейчас немного не в форме.
“I’m not in very good condition,” he answered.
Я ничего не. сказал, только пожал плечами. Он посмотрел,
‘I didn’t say anything. I shrugged my shoulders. He looked at me for a посмотрел на меня — и кивнул.
moment and then he nodded. ‘
— Согласен, — говорит. — Когда мне плыть?
“All right,” he said. “When do you want me to do it?”
Я поглядел на часы. Было начало одиннадцатого.
‘I looked at my watch. It was just after ten.

‘“The swim shouldn’t take you much over an hour and a quarter. I’ll — У вас уйдет на это примерно час с четвертью, может быть, чуть
drive round to the creek at half past twelve and meet you. I’ll take you больше. Я подъеду к ручью в половине первого и встречу вас. Потом
back to the club to dress and then we’ll have lunch together.” отвезу назад в клуб, вы переоденетесь, и вместе позавтракаем.

— Ладно.
‘“Done,” he said.
Мы пожали друг другу руки, я пожелал ему успеха, и он ушел. В то
‘We shook hands. I wished him good luck and he left me. I had a lot of утро у меня была куча работы, и я еле поспел к половине первого к
work to do that morning and I only just managed to get to the creek at устью Таруми. Но напрасно я спешил: мой тезка так и не явился.
Tarumi at half past twelve. But I needn’t have hurried; he never turned
up.’
— Струсил в последнюю минуту? — спросил я.
‘Did he funk it at the last moment?’ I asked.

‘No, he didn’t funk it. He started all right. But of course he’d ruined his — Нет, не струсил. Поплыть-то он поплыл. Но пьянством и
constitution by drink and dissipation. The currents round the beacon беспутством он погубил свое здоровье. Он не мог справиться с
were more than he could manage. We didn’t get the body for about течением у маяка. Тело нашли только на третий день.
three days.’

I didn’t say anything for a moment or two. I was a trifle shocked. Then I Несколько минут я молчал. Я был несколько ошеломлен. Потом
asked Burton a question. задал Бартону один вопрос:

‘When you made him that offer of a job, did you know he’d be — Скажите, когда вы предлагали ему плыть, вы знали, что он
drowned?’ утонет?

Бартон тихонько хихикнул, посмотрел мне прямо в глаза кроткими,


He gave a little mild chuckle and he looked at me with those kind and
наивными голубыми глазами и потер ладонью подбородок.
candid blue eyes of his. He rubbed his chin with his hand.
— Видите ли, — сказал он, — места-то свободного у меня в конторе
‘Well, I hadn’t got a vacancy in my office at the moment.’ все равно не было.