Вы находитесь на странице: 1из 118

АЛКОКОЛИЗМ – хроническое заболевание, вызванное длительным чрезмерным

употреблением спиртных напитков и характеризирующееся физиологической потребностью


и влечением к ним. Алкоголизм от пьянства отличается тем, что под пьянством понимается
систематическое употребление спиртных напитков без болезненного влечения к ним,
характерного для алкоголизма. Пьянство предшествует алкоголизму. Алкоголизм же, как
более глубокая стадия пьянства обладает признаками психической и физической зависимости
человека от алкоголя. Психическая зависимость проявляется в том, что мысли о спиртном
постепенно вытесняют из сознания все прочие интересы и потребности; постепенно
формируется алкогольное мировоззрение, которое начинает руководить поведением больного
алкоголизмом. Лишение алкоголика возможности потреблять спиртное вызывает у него
состояние угнетенности, депрессии либо, напротив, раздражительности, склонности к
конфликтам. Такое влечение к алкоголю носит наркоманический характер, когда человек уже
не может отказать себе в алкоголе и должен добыть его любым, том числе и криминальным
способом. Поэтому многие преступления корыстного характера совершаются алкоголиками
ради добычи спиртного. Физическая зависимость при алкоголизме заключается в том, что
поддержание в организме определенной концентрации алкоголя становится непременным
условием относительно нормального самочувствия алкоголика, снижение же этой
концентрации приводит к нарушениям функций системы жизнедеятельности организма,
влечет за собой расстройства, называемые в медицинской практике абстинентным, или
похмельным, синдромом. Постоянный прием алкоголя вызывает интоксикацию организма,
которая в свою очередь стимулирует усиление алкогольного влечения. Психическая и
физиологическая зависимость человека от алкоголя ведет к его психической и физической
деградации. Ранним проявлением такой деградации являются эмоциональные изменения:
эффективная возбудимость, склонность к вспышкам гнева и агрессии либо, напротив апатии.
Наряду с этим наступает деформация нравственных чувств, проявляющаяся в грубости,
жестокости, эгоизме и цинизме, возбуждении низменных желаний, сужении
интеллектуальных и волевых возможностей человека, поражении его способностей.
Проблема алкоголизма имеет многоаспектный характер, но для криминологии особенно
важными являются ее социальные и нравственно-правовые последствия. Именно они
отражают механизм взаимосвязи алкоголизма и преступности. Этот механизм заключается в
том, что у алкоголиков снижена возможность контролировать поступки в конкретных
жизненных ситуациях, а алкогольная деградация приводит к извращению реакции на
внешние раздражители. В состоянии повышенной раздражительности и расторможенности,
низменных инстинктам алкоголикам совершается большинство насильственных

1
преступлений и хулиганских поступков. Корыстные преступления совершаются ими с целью
удовлетворения сиюминутной потребности в алкоголе, поэтому носят, как правило, грубые,
открытые формы, сопряженные с насилием. Особенно большой вред обществу причиняет
алкоголизация лиц связанных с источниками повышенной опасности, действия которых
могут привести к колоссальным масштабам аварий, пожаров с огромным числом жертв.
Совершившим преступления лицам, признанным нуждающимися в лечении от алкоголизма,
в соответствии со ст. 97 УК РФ могут быть назначены принудительные меры медицинского
характера. Они устанавливаются судом на основании заключения судебно-психиатрической
или судебно-наркологической экспертизы. Такое положение несколько противоречит
принципам добровольности лечения, провозглашенным Законом РФ “О психиатрической
помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании” и в основах законодательства РФ об
охране здоровья граждан. Вместе с тем уже годами сложившаяся определенная практика
принудительного лечения алкоголиков в соответствии со ст. 62 УК РСФСР вполне
применима сегодня с токи зрения наличия необходимых инструктивно-методических
материалов.

АНАЛИЗ ОПАСНОСТЕЙ – всесторонние исследования факторов и условий, которые


могут при тех или иных обстоятельствах нанести ущерб функционированию предприятия,
организации, фирмы, другому объекту, оценка источников и механизмов их возникновения и
реализации, учет возможных последствий и размеров ущерба.

АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ – комплексное исследование предприятия,


организации, фирмы, др. объектов с точки зрения соотношения реальных и потенциальных
угроз и опасностей для его существования и развития и возможностей по их нейтрализации.

АНКЕТИРОВАНИЕ (В КРИМИНОЛОГИИ) – один из конкретно-социологических


методов, входящий в группу методов опроса, наряду с такими как тестирование,
интервьюирование, экспертные оценки. Среди других методов опроса анкетирование
занимает ведущее место, так как обладает рядом преимуществ: охват большой группы
изучаемых лиц, быстрота поведения, анонимность, позволяющая рассчитывать на большую
искренность, относительная простота и невысокие материальные затраты, удобство
обработки данных и др. анкетирование в социологии определяется как метод сбора
информации, основанный на опосредованном (анкета) социально-психологическом
взаимодействии между исследователем и респондентом. В криминологии анкетирование
представляет собой комплекс тактических и технических приемов, обеспечивающих

2
изучение определенной проблемы на основе анализа данных, собранных путем опроса
относительно большого числа лиц по заранее разработанному опроснику. Этот метод дает
возможность проводить массовые опросы, выясняя широкий круг вопросов, как
объективного (о событиях, фактах и т. д.), так и субъективно (интересы, потребности,
мнения, отношения, мировоззрения, ценностные ориентации, мотивы и т. д.) характера. В
целях получения достоверной информации анкетный метод в криминологии, как правило,
сочетают с другими методами, например с изучением уголовных дел, статистики и т. д.
результаты анкетирования во многом зависят от качества анкет, репрезентативности и
правильности выборки, особенностей опрашиваемого контингента, общей организации и
порядка проведения анкетирования. Поэтому ключевыми моментами анкетирования
являются: тщательная разработка вопросов анкеты, апробация ее на предварительном
(пилотажном) опросе, обеспечение анонимности ответов, определение желательной формы
ответов (формализованных или свободных, кратких или развернутых), необходимость
вспомогательных контрольных вопросов, должная организация процедуры опроса и оценка
его результатов. Полнота сведений, получаемых с помощью анкетирования, во многом
зависит от формы вопросов, которые делятся на открытые и закрытые, простые и сложные,
прямые и косвенные, контрольные и анализирующие. Эти и другие вопросы, связанные с
анкетированием как методом опроса, освещены в социологической и криминологической
литературе.

АНОМИЯ – понятие, обозначающее ситуацию безнормативности в обществе.


Первоначально это был религиозный термин, использовавшийся английскими теологами в
средние века (с ударением на первом слоге) для обозначения пренебрежения божественным
правом. В конце XIX в. Понятие аномия (с ударением на предпоследнем слоге) ввел в
научный оборот французский социолог Э. Дюркгейм. Он использовал это термин для
моделирования ситуации безнормативности, возникающей в процессе разрешения
социальных противоречий. В период общественной стабильности (по терминологии
Дюркгейма, “в нормальное время”) существующий общественный порядок в большей мере
основывается на: устоявшей иерархии социальных ценностей, понятии о добре и зле,
справедливости и несправедливости, о том, что можно делать и чего делать нельзя; оценке
людьми существующего порядка в обществе как справедливого и вырабатываемом на этой
базе общественном мнении; религиозных стереотипах сознания и поведения; семейных
связях; социальных традициях и привычках, системе авторитетов. В отсутствии
солидарности (дезорганизации) Дюркгейм усматривает источник абсолютного большинства
негативных общественных проявлений. В этой связи особое внимание он уделяет анализу

3
социальной дезорганизации (или аномия) как фактору, генерирующему, различные
негативные социальные явления, в том числе и преступность. “В момент общественной
дезорганизации, будет ли она происходить в силу болезненного кризиса или, наоборот, в
период бескомпромиссных, но слишком внезапных социальных преобразований, – общество
оказывается временно неспособным проявлять нужное воздействие на человека. Прежняя
иерархия нарушена, а новая не может сразу установиться. Для того чтобы люди и вещи
заняли в общественном сознании подобающее место, нужен большой промежуток времени.
Пока социальные силы, предоставленные сами себе, не придут состояние равновесия,
относительная ценность их не поддается учету и, следовательно, на некоторое время всякая
регламентация оказывается несостоятельной. Никто не знает точно, что возможно и что не
возможно, что справедливо и что несправедливо; нельзя указать границы между законными
чрезмерными требованиями и надеждами, а потому все считают себя в праве претендовать на
все… Те принципы, на основании которых члены общества распределяются между
различными функциями, оказываются поколебленными… Общественное мнение не в силах
своим авторитетом сдержать индивидуальных аппетитов; эти последние не знают такой
границы, перед которой они вынуждены, были бы остановиться… Общее состояние
дезорганизации, или аномия, усугубляется тем фактом, что страсти менее всего согласны
подчиниться дисциплине именно в тот момент, когда это всего нужнее”. Э. Дюркгейм писал о
причинах аномии о путях его преодоления. Концепция аномии стала весьма популярной в
XX в. Она была положена в основу ряда криминологических теорий. Роберт Мертон в статье
“Социальная структура и аномия” писал, что основной причиной преступности является
противоречие между ценностями. На достижение, которых нацеливает общество, и
возможностями их достижения по установленным обществом правилам. Э. Фромм писал, что
от аномии индустриального общества можно будет избавиться лишь при условии
радикального изменения всей социальной и духовной структуры общества те есть, когда
индивид не только получит возможность жить в приличной квартире и нормально питаться,
но когда его интересы будут совпадать с интересами общества, то есть когда основными
принципами нашей общественной и личной жизни станут не потребительство а
враждебность, а дружелюбие и творческая самореализация. А это возможно и в условиях
большой плотности населения, но при этом нужна другая идеология и другая общественная
психология. В целях исследования предрасположенности общества к аномии Э. Фромм
провел анализ 30 первобытных культур, описанных антропологами. Ученному удалось
выявить следующую закономерность: “При изучении 30 обществ сразу обнаруживаются
системы трех разных типов (А, В, С). Система А – жизнеутверждающие общества.
Характерной их чертой является доброжелательность во взаимоотношениях людей.

4
Деструктивность в них отсутствует. Фактов убийств люди не знают. Единственной формой
конфликта остаются ссоры на почве ревности. Однако серьезного вреда эти ссоры не
причиняют. Проблема накопления капитала в таком обществе практически отсутствует.
Конфликты из-за собственности являются большой редкостью и быстро улаживаются.
Наименьшую ценность представляет личный авторитет. Хорошим человеком считается
дружелюбный, мягкий, уступчивый и добросовестный. В этой системе все идеалы,
институты, обычаи и нравы направлены на сохранение и развитие жизни во всех ее сферах.
Враждебность, насилие, жестокость встречаются в минимальных проявлениях, практически
отсутствуют репрессивные институты: нет ни преступлений, ни наказаний, институт войны
отсутствует полностью либо играет минимальную роль. Детей воспитывают в духе
дружелюбия, телесные наказания не практикуются. Система В – недеструктивное, но все же
агрессивное общество. Деструктивность в нем также отсутствует. Но в обществе
распространены индивидуализм, соперничество, иерархичность, а агрессивность, война
считаются нормальными явлениями. Система С – деструктивные общества. Для членов этих
обществ характерны агрессивность, жестокость, разрушительные наклонности. В обществе
царит воинственный дух, враждебность и страх; широко распространены коварство и
предательство. Большую роль в целом играет частная собственность. В жизнеутверждающих
общественных системах ученый видит социальный идеал. Концепция аномии сегодня
является одной из наиболее популярных. Поиск механизмов гармонизации социальных
отношений – перспективное направление решения проблемы преступности.

АНТИОБЩЕСТВЕННАЯ НАПРАВЛЕННОСТЬ (ЛИЧНОСТИ) – понятие,


употребляемое криминологами и отражающее доминирование в структуре мотивационной
сферы человека той системы потребностей, интересов, мотивов и целей, которая
противоречит системе, воплощенной в законах и других социальных нормах, и реализация,
которой причиняет вред физическим, юридическим лицам, обществу, государству. Термин
“направленность” отражает характер доминирующих мотивов в сочетании с определенного
рода деятельностью. Человек с антиобщественной направленностью стремится подчинить
свое поведение достижению целей, удовлетворению потребностей и интересов, которые либо
противопоставлены и носят антиобщественный характер, либо в данных условиях могут
быть обеспеченны лишь антиобщественным путем, в том числе посредством совершения
преступления. Лица с антиобщественной направленностью отличаются системой поступков,
противоречащих нормам морали и права, не каждый преступник может быть отнесен к числу
субъектов с антиобщественной направленностью, ибо некоторые совершают преступления в
силу неблагоприятных обстоятельств, к которым они не были подготовлены (в том числе при

5
превышении пределов необходимой обороны, в состоянии аффекта). В литературе
разграничиваются антиобщественная направленность личности как целостная
характеристика личности и антиобщественная направленность мотивации личности.
Последняя может носить и ситуативный характер. Но, как правило, эти два вида
направленности взаимосвязаны и взаимно определяют друг друга. Антиобщественную
направленность некоторые авторы называют антиобщественной ориентацией, отмечая, что
основное ее содержание – это эгоизм и индивидуализм.

АНТИОБЩЕСТВЕННАЯ УСТАНОВКА ЛИЧНОСТИ – понятие, отражающее сплав


антиобщественных взглядов, убеждений и готовности личности действовать в соответствии
с ними. Это вид социальной установки личности, обладающей специфическими признаками
последней. Антиобщественная установка личности представляет собой, во-первых,
специфическое состояние готовности к антиобщественному поведению, во-вторых,
сформирована на основе социального опыта личности, в-третьих, определенным образом
организованна в силу сложной взаимосвязи, взаимодействия разных установок личности, в-
четвертых, оказывает на поведение динамическое и направляющее воздействие. Как правило,
когда речь когда речь об антиобщественной установки личности, имеется в виду. Что
антиобщественные взгляды сформированы одновременно и на воззренческом, когнитивном
уровне, и на эмоциональном (то есть стали убеждениями), и на волевом уровне, то есть
готовности к определенному поведению. Антиобщественную установку личности следует
отличать от актуальной установки на преступное поведение, хотя они и взаимосвязаны.
Антиобщественная установка личности как вид социальной установки является элементом
общей структуры личности, актуальная установка на поведение характеризует состояние
личности как определенной целостности в конкретной ситуации. Это состояние определяется
в числе прочих личностных характеристик и антиобщественная установка личности, если
она сформирована у человека. Для того чтобы не отождествлялись антиобщественная
установка личности и актуальная установка на поведение, ряд авторов используют другие
понятия. Г.М. Миньковский первую установку называет установкой в криминологическом
смысле, а вторую – установкой Д.Н. Узнадзе. В.Д. Филимонов соответственно использует
понятия “установка-мотив” и “ситуативная установка”. Другие авторы пишут о “личностной
установке” и “ситуативной установке”. В криминологических работах 60-х гг. встречается
несколько иное понимание антиобщественной установки личности, при котором акцент
делается не столько на уровне сформированности антиобщественных взглядов и настроений
(воззренческий, эмоциональный и волевой), сколько на специфике содержания установки:
социальной настроенности личности, ее нравственных качествах и т. п. (А.Б. Сахаров, А.М.

6
Яковлев). Позднее выделяется именно динамический момент антиобщественной
направленности личности. С антиобщественной установкой личности связанно продуманное
преступное поведение, в том числе характеризующееся целенаправленным созданием
условий для совершения преступлений, в также устойчивый рецидив преступлений.

АНТИСОЦИАЛЬНАЯ НАПРАВЛЕННОСТЬ – понятие, употребляемое в


криминологии как тождественное понятию “антиобщественная направленность” с учетом
того, что общество еще называют социумом. Здесь понятие “ социальность” и
“антисоциальность” связывается с понятием “общество”, а не с одной из сфер его
жизнедеятельности – социальной, существующей во взаимодействии с экономической,
политической и духовными сферами. Рассматриваемое понятие оценивается как более
уязвимое по сравнению с понятием “антиобщественная направленность”, поскольку может
толковаться и в смысле “несоциальности”. В последнем понятии более очевидно отражен
момент противоречия направленности общественным интересам, интересам других лиц.

АНТРОПОЛОГИЧЕСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ В КРИМИНОЛОГИИ – учение о


преступнике как особом человеческом типе (отклонение от нормы) и преступности как
следствии вырождения. В основу данного учения положены принципы антропологии (науки
об эволюции человека и нормальных вариантах его физического строения). В общественном
сознании криминальная антропология довольно прочно ассоциируется с именем Чезаре
Ломброзо (1835 – 1909). Слава этого ученного вполне заслуженна – его научные выводы
основываются на изучении 383 черепов умерших, 3839 черепов живых людей, всего им
обследовано и опрошено 26886 преступников, которые сравнивались с 25447 студентами,
солдатами и другими добропорядочными гражданами. Причем Ломброзо изучал не только
современников, но и исследовал черепа средневековых преступников, вскрывая их
захоронения. Идеи о связи тела и души высказывались задолго до Ломброзо. Пожалуй,
наиболее древней областью познания в этом отношении была хиромантия, которая
претендовала на то, что, изучая руку человека, можно определить его характер и предсказать
его будущие поступки. Отдельные высказывания на эту тему мы находим у Гиппократа,
Платона, Аристотеля, Фомы Аквинского. Вплотную приблизились к фундаментальному
исследованию данного вопроса френологи и физиогномики в начале XIX в. Физиогномика
(наука о распознавании природных задатков по физическим свойствам человека) имеет
достаточно древнюю традицию. Гиппократ изучал ее по источникам, дошедшим из стран
Древнего Востока. В 1586г. На эту тему опубликовал исследование Дж. де Ла Порт. В XVIII
в. мощный импульс ее развитию дали исследования пастора Лафатера (1741 – 1801), который

7
в 1775 – 1778 гг. опубликовал фундаментальный труд “Физиогномические фрагменты для
поощрения человеческих знаний и любви”. Френология – учение о локализации в различных
участках мозга отдельных психических способностей, диагностируемых путем ощупывания
внешнего рельефа черепа. Основатель френологии австрийский врач и анатом Франц Йозеф
Галль (1758 – 1828) утверждал, что в мозгу человека можно найти 27 основных человеческих
способностей. По мнению Галля, можно определить в мозгу места, откуда исходят
побуждения к убийству, кражам. Различия в мозговых извилинах поддаются определению по
форме черепа, по наличию определенных шишек и т. п. последователи Галля, ученые Вуазен,
Клеф, Клерк, Каспер, Брока, Ловерн, провели интересные исследования физиономии
преступников, их черепов. Мэйю и Деспин, например, сравнивали преступников с дикарями.
Особым объектом их исследований была связь между преступностью и различными
аномалиями психики, эпилепсией и вырождением. Все эти идеи удалось синтезировать и
развить Туринскому профессору Ч. Ломброзо, пытавшемуся основать новую науку –
уголовную антропологию. Основная мысль Ломброзо заключается в том, что преступник
есть особый природный тип, скорее больной, чем виновный. Преступником не становятся, а
рождаются. Это своеобразный двуногий хищник, которого, подобно тигру, не имеет смысла
упрекать в кровожадности. Преступного человека необходимо выявить по ряду признаков и
изолировать (либо уничтожать). У прирожденных преступников Ломброзо отмечает
аномалии черепа – он напоминает черепа низших доисторических человеческих рас. По его
мнению, мозг прирожденного преступника по своим извилинам также отличается от мозга
нормального человека и приближается к строению мозга у человеческого зародыша или у
животного. Для них характерны атавистические признаки: чрезмерная волосистость головы и
тела либо раннее облысение, неравномерное расположение зубов (иногда в два ряда),
чрезмерное развитие средних резцов, косоглазие, асимметрия лица. Преступники имеют
вообще прямой нос с горизонтальным основанием, умеренной длинны, не слишком
выпуклый, часто несколько отклоненный в сторону и довольно широкий. Преступники с
рыжими волосами встречаются очень редко, в основном это брюнеты или шатены. У
преступников морщины появляются раньше и чаще в 2 – 5 раз, чем у нормальных людей, с
преобладанием скуловой морщины (расположенной посреди щеки), которую ученый
называет морщиной порока. Руки у них чрезмерной длины – длина распростертых рук у
большинства прирожденных преступников превышает рост. Подобно дикарям,
прирожденные преступники любят татуировать свое тело. С дикарями их роднит и
пониженная чувствительность, пренебрежение к боли и собственному здоровью (у 15% из
них практически отсутствует болевая чувствительность). Притупленность болевой
чувствительности (аналгезия) представляет самую значительную аномалию врожденного

8
преступника. Лица, обладающие нечувствительностью к растениям, считают себя
привилегированными и презирают нежных и чувствительных. Этим грубым людям
доставляет удовольствие беспрестанно мучить других, которых они считают существами
низшими. Отсюда их равнодушие к чужой и собственной жизни, повышенная жестокость,
чрезмерное насилие. У них притуплено нравственное чувство (Ломброзо даже разрабатывает
новое научное понятие – нравственное помешательство). В то же время для них характерны
чрезвычайная возбудимость, вспыльчивость и раздражительность. Исследователь не
ограничивается выявлением общих черт преступного человека. Он проводит типологию –
каждому виду преступника соответствуют лишь для него характерные черты. В типе убийц
ясно видны анатомические особенности преступника и, в частности, весьма резкая лобная
пазуха, очень объемистые скулы, громадные глазные орбиты, выдающийся вперед
четырехугольный подбородок. У этих наиболее опасных преступников преобладает кривизна
головы, ширина головы больше, чем ее высота, лицо узкое (задняя полуокружность головы
более развита, чем передняя), чаще всего волосы у них черные, курчавые, борода редкая,
часто бывает зоб и короткие кисти рук. К характерным чертам убийц относятся также
холодный и неподвижный (стеклянный) взгляд, налитые кровью глаза, загнутый к низу
(орлиный) нос, чрезмерно большие или, напротив, слишком маленькие мочки ушей, тонкие
губы, резко выделяющиеся клыки. У воров головы удлиненные, черные волосы и редкая
борода, умственное развитие выше, чем у других преступников, за исключением
мошенников. Воры имеют преимущественно нос прямой, часто вогнутый, вздернутый у
основания, короткий, широкий, сплющенный и во многих случаях отклоненный в сторону.
Глаза и руки подвижные (вор избегает встречаться с собеседником прямым взглядом –
бегающие глаза). У лиц, совершающих изнасилования, глаза навыкате, лицо нежное, губы
ресницы огромные, нос сплющенный, умеренных размеров, отклоненный в сторону,
большинство из них сухопарые и рахитичные блондины. Мошенники нередко обладают
добродушной внешностью, их лицо бледное, глаза маленькие, суровые, нос кривой, голова
лысая. Ломброзо удалось выявить и особенности почерка различных типов преступников.
Почерк убийц, разбойников и грабителей отличается удлиненными буквами,
криволинейностью и определенностью черт в окончаниях букв. Для почерка воров
характерны буквы расширенные, без острых очертаний и криволинейных окончаний. Как
уже отмечалось, Ломброзо рассматривает преступников как больных (нравственно
помешанных). Соответственно и меры воздействия на них сходны с мерами воздействия на
сумасшедших. На его взгляды в этой области, помимо психиатрической практики,
значительное влияние оказала теория социальной защиты, разработанная Э. Ферри. В одной
из своих работ Ломброзо довольно популярно раскрывает сущность своей концепции

9
воздействия на преступников: “Мы говорим прирожденным преступникам: вы не виноваты,
совершая свое преступление, но не виноваты и мы тоже, если прирожденные свойства
нашего организма ставят нас в необходимость ради собственной самозащиты лишать вас
свободы, хотя мы, и сознаем, что вы более заслуживаете сострадания, чем ненависти”. В
ранних работах Ломброзо даже предлагал отменить институт судов и заменить его комиссией
психиатров, которая, пользуясь разработанным одним из его последователей
тахиантропометром (Ломброзо называет его антропометрической гильотиной), производила
бы соответствующие исследования и делала выводы относительно принадлежности человека
к классу прирожденных преступников. В последующем он отказывался от этой идеи, признал
необходимость суда и антропологам отводил роль экспертов. Взгляды Ломброзо, изложенные
в первом издании “Преступного человека”, отличались определенной односторонностью.
Под воздействием своего молодого соотечественника Энрико Ферри, Ломброзо во многом
изменил и уточнил свои воззрения. Изменения первичных взглядов Ломброзо под
воздействием критики и рекомендаций Э. Ферри и других ученных были настолько
существенными, что пятое издание “Преступного человека”, которое вышло в Турине в 1897
г. В трех томах (на русский язык был переведен лишь последний том, как отдельная работа
под названием “Преступление”), вряд ли можно считать работой чисто антропологического
направления. Изменения во взглядах Ломброзо произошли весьма существенные. Во-первых,
он отказался от понятия “преступный тип человека”, принял предложенный Э. Ферри термин
“прирожденный преступник” и перестал рассматривать всех преступников как
прирожденных. Ферри предложил деление преступников на пять групп (душевнобольных,
прирожденных, привычных, случайных и преступников по страсти), и Ломброзо принял эту
классификацию, в соответствии с которой прирожденные преступники составляют лишь 40%
всех нарушителей закона. Во-вторых, Ломброзо во многом под воздействием Ферри признал
очень существенную роль социальных факторов как причин преступлений. Третий том
последних изданий “Преступного человека” посвящен анализу неантропологических
факторов, среди которых метеорологические и климатические, географические, уровень
цивилизации, плотность населения, эмиграция, рождаемость, питание, неурожаи, цены на
хлеб, алкоголизм, влияние просвещения, экономическое развитие, беспризорность и
сиротство, недостатки воспитания и др. В-третьих, он вынужден был признать, что
прирожденный преступник не обязательно должен совершить преступление. При
благоприятных внешних социальных факторах преступные наклонности человека могут так
и не реализоваться в течение всей его жизни. Таким образом, применение
антропометрической гильотины может оказаться излишним. Признание этого положения
многие ученые расценили как конец антропологической школы. Справедливости ради надо

10
признать, что, помимо ранних трудов самого Ломброзо, вряд ли справедливо относить к
биологической школе криминологии труды его сподвижников, тем более неверно это делать в
отношении одного из крупнейших уголовных социологов XIX в. Э. Ферри, также как неверно
называть Э. Ферри учеником Ломброзо, поскольку влияние идей Ферри на Ломброзо было
гораздо более сильным, нежели наоборот. Хотя сам Ферри и считал себя представителем
антропологической школы, это название “антропологическая” следует воспринимать весьма
условно, ибо уже с первого издания “Уголовной социологии”, которая вышла в свет в
Болонье в 1881 г., он выступал активным проводником социологических взглядов на природу
преступности и некарательные методы воздействия на преступность считал наиболее
действенными. Постепенно, в основном под влиянием Э. Ферри, в рамках
антропологической школы выкристаллизовывался вероятностный подход в оценке
склонности к преступлению), новы этого подхода были заложены А. Кетле): вероятность
совершения преступления лицом, имеющим признаки прирожденного преступника,
несравненно выше вероятности совершения подобных действий нормальным человеком.
Рассчитывая процент проявления тех или иных признаков у преступников различного типа,
Ломброзо сделал первые шаги к расчету цифры этой вероятности. Научные выводы и
практические рекомендации Ломброзо постоянно подвергались серьезной критике со
стороны его оппонентов. Наиболее весомые аргументы против теории Ломброзо представили
социологи. В 1897 г. французский ученый К. Раковский опубликовал книгу “К вопросу о
преступнике и дегенерации”. В ней он обнародовал собственные исследования и данные
сравнительного анализа преступников и непреступников, проведенного другими
оппонентами Ломброзо. Он сделал вывод, который, по его мнению, должен был
окончательно низвергнуть криминальную антропологию: “Тип прирожденного преступника
не обоснован, поскольку те же самые признаки можно обнаружить у нормального индивида”.
Аналогичные выводы сделал и английский тюремный врач Чарльз Горинг. Когда вышла в
свет книга Раковского, Ломброзо находился в преклонном возрасте. Исследования Горинга
были проведены уже после его смерти. Довольно убедительные контраргументы представили
единомышленники Ломброзо. В частности, Э. Ферри противопоставил этим ученым
следующие доводы: решающее значение для отнесения определенного человека к
преступному типу имеет не отдельный признак (который может быть обнаружен и у
нормального индивида), но их совокупность; “часто профаны придают некоторым признакам
только потому, что они более бросаются в глаза, такое значение, которого с научной точки
зрения они не имеют. Нередко думают, что у него красные жилки на глазах, уродливый рот,
всклоченная борода и т. п., а между тем все эти особенности могут не иметь никакого
значения для антрополога”; “иногда преступные инстинкты находят себе выход в какой-

11
нибудь скрытой форме и таким образом ускользают от уголовных законов. Вместо того,
чтобы заколоть свою жертву, ее можно вовлечь в какое-нибудь гибельное предприятие;
вместо того, чтобы грубо изнасиловать женщину, можно соблазнить какую-нибудь
несчастную, а затем обмануть ее и бросить и т. д.”. Таким образом, человек “может не
совершить ни кражи, ни убийства, ни изнасилования и пр., и в то же время не быть
нормальным”; “мы не знаем, останется ли человек, отмеченный этими аномалиями. Кому не
известно, что совершается очень много таких преступлений, и весьма важных, которые
остаются неоткрытыми, или совершители которых неизвестны”. Исследования Ломброзо
пользовались большой популярностью у практических работников. К его сторонникам
принадлежал известный французский криминалист Бертильон, разработавший
антропометрический метод идентификации преступников, а также Гальтон и Анфосо,
усовершенствовавшие на основе уголовной антропологии методы дактилоскопической
идентификации преступников. Антропологические исследования Ломброзо легли в основу
созданного им детектора лжи, который сам Ломброзо назвал сфигмографом. Немалое
практическое значение имели исследования Ломброзо в области графологии (см. Lombroso C.
Grafologia. Milano, 1895). Его описания татуировок преступников с раскрытием их тайного
смысла до сего времени имеют актуальность. То же можно сказать и о проведенном им
анализе преступного жаргона. Не случайно, видимо, взгляды Ломброзо оказались так живучи
в среде практиков, несмотря на их научный остракизм. Как заметил известный немецкий
криминолог Шнайдер, на идеи Ломброзо во многих странах наложено своеобразное табу. Но,
несмотря на это, периодически в разных странах появляются последователи итальянского
исследователя. Начало XX в. Ознаменовалось бурным развитием физиологии вообще и
эндокринологии в частности. Ученые выяснили, что работы желез внутренней секреции
(гипофиза, щитовидной, паращитовидной, зобной, половых желез) в значительной мере
зависят и внешность, и самоощущение человека, соответственно его поведенческие реакции
в определенной мере связанны с химическими процессами, происходящими внутри
организма. Эти закономерности оказались весьма привлекательными для криминологов,
которые работали в русле ломброзианства и стремились найти связующие звенья между
характеристикой внешности и особенностями поведения. В 1924 г. американский
исследователь Макс Шлапп опубликовал небольшую статью, в которой обнародовал
результаты изучения эндокринной системы преступников. По его данным, почти треть всех
заключенных страдает моральной неустойчивостью, связанной с заболеванием желез
внутренней секреции (см. Schlapp M. G. Behavior and Grand Disease // Journal of Heredity.
1924. № 15. Р. 11). Через несколько лет в Нью-Йорке Шлапп в соавторстве с Эдвардом
Смитом опубликовал книгу “Новая криминология” (см. Schlapp M. G., Smith E. H. The new

12
criminology. N. Y., 1928). Авторы одну из главных ролей в механизме преступного поведения
отводили различным эндокринным расстройствам (внешними признаками которых являются
наряду с другими особенностями телосложения). Эти исследования стимулировали поиск
физических признаков опасного состояния, который привел криминологов к гипотезе о связи
строения тела, типа телесной конструкции с предрасположенностью к преступному
поведению. Наиболее масштабные исследования в этой области провел профессор
Гарвардского университета Эрнест Хуттон, который более 15 лет проводил обширное
антропологическое изучение преступников. Хуттон стремился ни дать, ни малейшего повода
для упрека его исследовательской группы в методических недостатках, которые могли
поставить под сомнение обоснованность выводов. Его исследования отличались
основательностью, репрезентативностью и надежностью. Для большей убедительности
профессор применил электронно-вычислительную технику при обработке статистических
данных – в 30-е и 40-е гг. упоминание об этом имело не малое значение. Он замерил рост,
вес, объем грудной клетки, размеры черепа и величину отдельных органов более чем у 13
тыс. заключенных. Эти данные он сопоставил с результатами обследования 3208
законопослушных граждан. Первые результаты своих исследований Хуттон опубликовал в
1939 г. в книге “Американский преступник”, которую он задумал как многотонное издание.
Смерть помешала реализовать свои замыслы, в свет вышел лишь первый том. В этом издании
он отмечал: “Преступники уступают непреступникам почти во всех измерениях тела. Эти
различия достигают статистической и общей криминологической значимости в весе тела,
ширине и объеме груди, показателях размера черепа, длине носа, уха, головы, лица” (см.
Hooton E. A. The American Criminal. An anthropological study. Cambridge, 1939. V. 1. P. 299). “С
увеличение роста тенденции к убийству несколько усиливается, но склонность к грабежам и
краже при этом еще более явно уменьшается” (см. Ibid. P. 286). “Преступники, совершившие
убийства при отягчающих обстоятельствах, отличаются от других преступников тем, что они
выше ростом, тяжелее по весу, шире в груди, с большой челюстью, уже в плечах
относительно их роста и с относительно меньшей длиной туловища” (см. Ibid. Р. 291).
Исследования привели Хуттона к выводу о том, что существование типа прирожденного
преступника – это реальный факт. Для защиты общества от таких преступников необходимы
достаточно жесткие меры: “Устранение преступности может быть достигнуто только путем
искоренения физически, психически и морально неприспособленных индивидов или путем
их полного отделения и помещения в социально здоровую (“асептическую”) с”) среду” (см.
Ibid. Р. 309). Аналогичные исследования проводил профессор Колумбийского университета
Уильям Шелдон. В 1949 г. он опубликовал книгу “Виды преступной молодежи: введение в
конституционную психиатрию”, в которой развивал идею единства физической структуры

13
человека и его поведения (см. Sheldon W. H. Varieties of delinquent youth: An introduction to
Constitutional Psychiatry. N. Y., 1949). В 1955 г. Эдвард Подольски в “Криминологическом
журнале”, США, опубликовал статью “Химическая основа преступного поведения”. В ней он
попытался проанализировать эндокринную и химическую основу, связывающую строение
тела и поведение человека. По его мнению, уровень развития физиологии не позволяет пока
проверить многие гипотезы о сущности преступного поведения, однако наиболее
перспективные пути воздействия на преступность следует искать в этом направлении:
“Биохимический анализ личности преступника и преступного поведения находится еще в
детском периоде своего развития. Представляется, что ему в не слишком отдаленном
будущем суждено стать очень важным методом в трактовке и лечении преступности” (см.:
Podolsky E. The chemical brew of criminal behavior // The Journal of criminal law, criminology
and police science. 1955. V. 45. № 6. P. 678). Пророчество Е. Подольски сбылось. Клиническое
направление криминологии теоретически обосновало необходимость нейтрализации с
помощью химических препаратов гормонов, вызывающих агрессивность человека. И эти
методы были внедрены в практику. В 1925 г. Начали исследовать природу преступности
супруги Шел и Элеонора Глюк (см. Glueck S. A. Tentative Program of Cooperation Between
Psychiatrists and Lawyers // Mental Hygiene. 1925. № 9. P. 686 – 697; Glueck S. Psychiatric
Examination of Persons Accused of Crime // Yeie Law Journal. 1927 36. P. 632 – 648). В основу
своих исследований они положили метод длительных (лонгэтюдных) наблюдений. В 1943 г.
Они опубликовали интересную книгу “Преступные карьеры в ретроспективе”, в которой
отразился почти двадцатилетний опыт изучения преступников. Одним из выводов, который
они сделали по результатам столь длительных исследований, был следующий: “Наличие или
отсутствие определенных черт и признаков в конституции и ранней окружающей среде
различных преступников определяет, кем неизбежно станут эти преступники и что станет с
ними” (см. Glueck S. & E. Criminal careers in retrospect. N. Y., 1943. P. 285). Этот вывод оказал
очень большое влияние на направление их дальнейших исследований. Через тридцать лет
они опубликовали монографию “Строение тела и юношеская преступность” (см. Glueck S. &
E. Physique and Delinquency. N. Y., 1956). Ученые установили, что конституция большинства
подростков-правонарушителей относится к мезоморфному типу (мускулистые, энергичные):
их доля среди правонарушителей составляет 60%, в то время как среди правопослушных они
составляют лишь 30% (см. ibid. P. 8 – 9). По их мнению, этот тип требует особого внимания,
поскольку он наиболее чувствителен к неблагоприятному влиянию семьи и ближайшего
окружения. Они разработали понятие преступного потенциала, величина которого связанна с
особенностями строения тела. Реализация же преступного потенциала во многом зависит от
параметров социо-культурной среды. Иными словами, их концепция была гораздо мягче

14
хуттоновской: по их мнению, воздействуя на окружение подростка, можно контролировать
его склонность к преступлению. На основании исследований этого феномена в 1959 г. Ими
была разработана таблица для прогнозирования преступного поведения. Таблица состояла из
двух частей: шкалы социального прогноза и шкалы психологической и психиатрической
характеристики ребенка. Первая шкала учитывала уровень контроля над ребенком со
стороны родителей и характер отношений в семье. Вторая была построена на основе теста
Роршаха (методике интерпретации пятен) и была направлена на выявление различных
криминогенных качеств личности (см. Glueck E. Status of Glueck prediction studies // The
Journal of Criminal law and Criminology. 1956. № 1. P. 23; Glueck S. Crime and Correction:
Selected Papers. N. Y., 1966). Авторы таблиц утверждали: если ребенка в возрасте 6 лет при
поступлении в школу тщательно обследовать, то прогноз преступного поведения может быть
сделан достаточно точно (с вероятностью до 0,9). Помимо прогностической таблицы Ш. и Э.
Глюк выработали также таблицу, помогающую судьбе назначать адекватное наказание
преступнику. Прогностическая таблица Глюков нашла широкое применение в практике Нью-
Йоркского городского комитета по делам молодежи (см. Фокс В. Введение в криминологию.
М., 1980. С. 277). Этот комитет признал данный метод прогнозирования достаточно
эффективным и рекомендовал применять его во всех школах города. В 1970 г. Арнольд
Хацнекер, врач президента Никсона, заинтересовался прогностической методологией
супругов Глюк и предложил обследовать всех детей в возрасте от 6 до 15 лет для выявления
среди них склонных к преступлениям. Всех выявленных потенциальных преступников
предполагалось помещать в специальные лагеря для привития общественно полезных норм
поведения. Однако эта программа, став достоянием широкой общественности (см. Maynard
R. Crime Tests at Age 6 Urged // Washington Post. 1970. April 5), была подвергнута критике, и
Хацнекер отказался от ее реализации. Сегодня в научной среде весьма скептично отношение
к ломброзианству и его различным модификациям. Однако за пределами достаточно узкого
круга ломброзианские теории воспринимаются с интересом (как нечто экзотическое) и
отношение к ним вполне лояльное. Несмотря на то, что рекомендации неоломброзианцев не
востребованы современной практикой воздействия на преступность, их опосредованное
влияние велико (во многих зарубежных фильмах о преступниках центральная фигура –
именно ломброзианский тип). Теории прирожденного преступника популярны и среди
обывателей, и среди практических работников (как правоохранительной, так и
пенитенциарной системы). Соответственно и отношение к преступникам и преступности в
немалой степени зависит от этих “скандальных” криминологических теорий.

15
БАНДА – одна из форм организованных преступных формирований в
криминологическом смысле. В ст. 209 УК РФ о банде говорится как об устойчивой
вооруженной группе, создаваемой в целях нападения на граждан или организации. В
постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 конкретизировано
понятие банда: “Под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную
группу из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападения на
граждан или организации. Банда может быть создана для совершения одного, но требующего
тщательной подготовки нападения”. В п. 3 постановления подчеркивается, что от иных
организованных групп банда отличается своей вооруженностью и своими преступными
целями – совершения нападений на граждан и организации. Вооруженность означает
наличие оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов
банды. Вооруженность имеет непосредственное отношение к понятию нападения – оно
считается состоявшимся и в тех случаях, когда имевшееся у членов банды оружие не
применялось. Под вооруженностью следует понимать наличие у участников банды
огнестрельного или холодного оружия, метательного или газового либо пневматического
оружия, а равно взрывных устройств. При этом не имеет значения, является ли оружие
заводского или самодельного изготовления. Нападение – это действия, направленные на
достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим, либо
создание ситуаций реальной угрозы его немедленного применения. Нападения, как правило,
планируются. Членом устойчивой вооруженной группы (банды) может быть как
совершеннолетнее так и не совершеннолетнее лицо. Однако лица в возрасте от 14 до 16 лет,
совершившие нападение в составе банды, подлежат ответственности лишь за те конкретные
преступления, ответственность за которые предусмотрена с 14-летнего возраста (ст. 20 УК
РФ). Главарь банды, нередко это ее создатель и руководитель, – наиболее авторитетный
человек среди других бандитов (при этом не всегда ранее судимый), беспрекословное
выполнение его указаний держится на страхе расправы с теми, кто посмел его ослушаться.
Имели место случаи, когда банды успевали до своего разоблачения совершить до 50 – 60
нападений. Установлена уголовная ответственность за бандитизм.

БЕЗОПАСНОСТИ МЕРЫ – совокупность организационно-управленческих, правовых,


политических, экономических, военных, специальных мер, направленных на защиту объекта
от внешних и внутренних угроз путем формирования его способности к развитию и
функционированию в самых неблагоприятных условиях.

16
БЕЗОПАСНОСТИ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОБЕСПЕЧЕНИЕ – это такой процесс
функционирования государственных и общественных органов и организаций, который
направлен на выявление и нейтрализацию внутренних и внешних угроз общественному
развитию. Система обеспечения данной безопасности представляет собой совокупность
государственных и общественных, негосударственных организаций, объединенных единым
концептуальным видением проблем защиты общества от внутренних и внешних угроз, а
также имеющих управленческие структуры и организующих социальные группы, слои,
течения, организации, отдельных граждан на решение вопросов, относящихся к различным
сферам безопасности. Данная система нацелена на обеспечение целостности общества, учета
интересов различных социальных сообществ, содействие государству в борьбе с
преступностью, призвана играть роль противовеса гаранта эффективной работы системы
обеспечения безопасности государства. Она должна осуществлять контроль над властью,
выявлять и реагировать на процессы коррумпирования, криминализации и бюрократизации
государственных структур, не допуская превращения государственной власти в угрозу
обществу. В рамках этой системы предусматривается создание структур общественной
экспертизы государственных и общественных проектов, затрагивающих ценности, цели и
интересы человека и общества и оптимальные условия для развития природы.

БЕЗОПАСНОСТИ ОБЪЕКТ – это системы (политические, военные, социальные,


экономические и др.), процессы, явления (духовные, политические, экономические, военные,
общественные, национальные, государственные и др.), ценности, интеллектуальные,
информационные и природные ресурсы и др., для защиты которых создаются системы
безопасности. Обеспечение безопасности объекта – процесс функционирования системы
безопасности объекта, позволяющий объекту сохранять целостность, функции, развиваться в
условиях воздействия внутренних и внешних неблагоприятных факторов.

БЕЗОПАСНОСТИ ОБЪЕКТЫ ОСНОВНЫЕ – это человек (его права и свободы,


позволяющие ему самореализоваться в обществе); общество (его материальные и духовные
ценности); государство (стабильность его конституционного строя, суверенитет и его
территориальная целостность); природа (условия необходимые для ее саморазвития и
самоочищения).

БЕЗОПАСНОСТИ РФ УГРОЗА – совокупность внутренних и внешних условий и


факторов, создающих опасность ценностям, целям и жизненно важным интересам,
достижение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного

17
развития личности, общества и государства. Речь идет о таких условиях и факторах, которые
могут при определенных обстоятельствах оказывать деструктивное влияние на
территориальную целостность, суверенитет государства, конституционный строй,
неприкосновенность границ, стабильность общественного развития, прочность
межнациональных отношений, экологию страны.

БЕЗОПАСНОСТИ СТРАНЫ ВНУТРЕННЯЯ УГРОЗА – негативные социальные


процессы, силы, явления, создающие опасность для функционирования государственной
власти, гармоничного развития общества, самореализации человека, территориальной
целостности, экологии. Данная угроза может продолжаться и государством при его
отчуждении от общества, коррумпировании, криминализации и бюрократизации.

БЕЗОПАСНОСТЬ – 1) состояние защищенности жизненно важных интересов личности,


общества и государства от внутренних и внешних угроз; 2) система свойств объекта,
позволяющих ему развиваться и процветать (вершина развития) в духовной, социальной
(политической, экономической, военной, национальной, общественной), экологической
сферах при воздействии неблагоприятных факторов, угрожающих его целостности,
сущности и предназначению. Объект безопасности – системы, процессы, явления (духовные,
политические, экономические, военное, общественные, национальные, государственные и
др.), ценности, интеллектуальные, информационные и природные ресурсы и др., для защиты
которых создаются системы безопасности.

БЕЗОПАСНОСТЬ ГОСУДАРСТВА – система таких свойств государства, которые


обеспечивают ему возможность для развития и процветания (вершина развития) в условиях
конфликтов, неопределенности, риска. Эти свойства охватывают все сферы
жизнедеятельности и властвования государства: духовную, политическую, экономическую,
военную, национальную, общественную, экологическую. Объект безопасности государства –
система ценностей, целей, интересов государства, которые отражают объективные
потребности в духовном, политическом, социальном, экономическом развитии с сохранением
экологического равновесия и гармонии. Постоянные жизненно важные интересы государства
– это целостность территории, государственная и политическая стабильность, военная
неуязвимость, суверенитет, неприкосновенность границ, физическое и интеллектуальное
процветание нации, народностей, живущих на территории страны, гармоничное развитие
составных элементов общества, всестороннее развитие и самореализация человека. В
содержательном плане понятие безопасности государства раскрывается через свойства

18
составных элементов механизма государства (законодательные, исполнительные, судебные
органы, вооруженные силы, органы государственной безопасности и т. Д.), его функций
(внутренних и внешних) и их реализацию в различных сферах, а также свойства процессов,
обеспечивающих государству суверенитет, стабильность конституционного строя,
территориальную целостность, неприкосновенность границ. Составными элементами
безопасности государства является интеллектуальная, информационная, политическая,
военная, экономическая, общественная, экологическая безопасность. Система обеспечения
безопасности государства – важный элемент, посредством которого реализуется политика
обеспечения безопасности государства. Безопасность государства формируется на основе
функционирования этой системы, состоящей из следующих механизмов: механизма
управления безопасностью и механизма самоорганизации в сфере безопасности. Механизм
управления безопасностью представляет собой систему государственных и общественных
структур, оказывающих властное управленческое воздействие на процессы в духовной,
социальной и экологической сферах для формирования способности и возможности
государства развиваться в самых неблагоприятных условиях. Данный механизм состоит из
как минимум трех подсистем: системы выявления и разрешения внутренних и внешних
конфликтов,; системы снижения неопределенности и системы использования риска. Первая
из названных систем предназначена для улавливания признаков новых возможностей (новые
идеи, направления, пути развития) и приближающихся угроз (на уровне “слабых сигналов”) в
процессе развития государства, взаимодействия с другими государствами, разрешения
внутренних конфликтов различной природы. Система снижения неопределенности – это
совокупность государственных и общественных структур, разрабатывающих концепции,
стратегии, сценарии, прогнозы и программы развития государства, альтернативные варианты
политических решений при возникновении угроз и опасностей в сфере обеспечения
безопасности государства. Третья система предназначена для оптимизации деятельности всех
государственных и общественных организаций в условиях постоянно существующей
неопределенности относительно угроз и опасностей их последствий. Входящие в эту систему
государственные и общественные органы, информационно-аналитические службы, группы
экспертов оценивают на политическом уровне государственные концепции, программы,
стратегии, политические меры и мероприятия с точки зрения важного ущерба государству и
максимального его снижения. Выделение механизма самоорганизации показывает, что в
политике обеспечения безопасности государства должен делаться преимущественный акцент
не на внешнем насильственном, управляющем воздействии, а на стимулировании развития
сложнейших внутренних процессов, определяющих новое качество государства, отвечающее
вызову времени. Стержневым элементом механизма самоорганизации является система

19
ценностей (культура), которая выступает в роли генеральной цели страны, общества,
государства, человека, важнейшего фактора, определяющего их цели и потребности. В
исторические периоды, когда существует неопределенность относительно политики
государства (отсутствие концепций развития, стратегий, программ, стратегических целей и т.
п. ), система ценностей создает предпосылки для концентрации усилий государства и
общества на перспективных направлениях их развития. Ориентация процессов
самоорганизации на систему ценностей применительно к конкретному гражданину
раскрывает ему возможности для самореализации на пути к Истине (наука, искусство,
религия), Власти (духовная, социальная, политическая, экономическая деятельность),
Богатству (деятельность в сфере экономики, предпринимательства) и на других
направлениях.

БЕЗОПАСНОСТЬ ИНТЕЛЕКТУАЛЬНАЯ – свойства интеллектуальных процессов в


развивающейся и процветающей в условиях внутренних и внешних угроз и опасностей
социальной системе, организации (учреждении), объекте. Безопасность интеллектуальная
отражает уровень рефлексии социальной системы, ее творческий потенциал, правильный
выбор стратегии развития, понимания ценности человека, общества, природы. Безопасность
интеллектуальная характеризует уровень развития “коллективного мозга” государства и
общества (соответственно наций, народностей, социальных групп т. д.) и др. социальных
систем, эффективность его функционирования, качество производимого духовного и
материального интеллектуального продукта, уровень защиты интеллектуальной
собственности. В число угроз безопасности интеллектуальной входит, например, отсутствие
четкой системы ценностей, размывание идеалов, “утечка умов” и др., деятельность разведок,
специальных служб (шпионаж) и служб безопасности (промышленный шпионаж),
нацеленная на хищение интеллектуальной собственности и продуктов интеллектуального
труда (идей, проектов, разработок, новаций, образцов приборов и других материальных
продуктов).

БЕЗОПАСНОСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ – система свойств информационных


процессов социальной и технической системы, которые стабильно функционируют в
условиях внутренних и внешних угроз и опасностей, деструктивных воздействий. Это
означает, что информационные потоки (в первую очередь потоки наиболее секретной и
важной информации политического, экономического, военного, научно-технического
характера), охваченные системой безопасности, неуязвимые для проникновения извне,
снятия либо искажения важной для функционирования социальной системы безопасности.

20
Интерес к проблемам безопасности информационной определяется возрастающей ролью
информации в политической, экономической и военных сферах жизни государства.
Источники информационных безопасностей подразделяются на естественные и
искусственные. В качестве объектов, подлежащих защите от информационных угроз и
опасностей, выделяют сознание, психику отдельного человека, социальных сообществ
(коллектив, социальные группы, нации, народности, гражданское общество, государство);
информационно-технические системы различного назначения и информационные потоки,
связывающие все элементы в единую социальную или техническую систему.

БЕЗОПАСНОСТЬ ОБЩЕСТВЕННАЯ – способность и возможность гражданского


общества развиваться и процветать в условиях конфликтов, неопределенности, риска и
реализация этой способности и возможности в реальной действительности. Объект
безопасности общества – духовные и материальные ценности, обеспечивающие социальную
стабильность и прогрессивное развитие, интересы всех социальных групп и течений.
Учитывая то, что общество состоит из различных социальных групп, имеющих различные
цели, интересы, учет целей и интересов национальных, профессиональных, религиозных,
классовых и других социальных групп, снижение противоречий между ними нейтрализует
возможные внутренние угрозы безопасности общественной.

БЕЗОПАСНОСТЬ ОБЪЕКТА – способность объекта сохранять необходимый уровень


функционирования и развития, соблюдать установленные режимы при воздействии
неблагоприятных факторов и условий. Эта способность формируется на основе
осуществления системы мер, предусматривающих защиту объекта от угроз и опасностей и
развития его в этих условиях. Обеспечение безопасности объекта – процесс
функционирования системы безопасности объекта, позволяющий ему сохранять
целостность, функции, развиваться в условиях воздействия внутренних и внешних
неблагоприятных факторов.

БЕЗОПАСНОСТЬ ОРГАНИЗАЦИИ – способность и возможность организации успешно


реализовывать свои функции в условиях конфликтов (способ взаимодействия с другими
организациями), неопределенности (отсутствие или неполнота информации об окружающей
среде либо внутренних возможностях), риска (деятельность в условиях неопределенности,
результатом которой может быть как успех, так и ущерб), а также реализация этой
способности и возможности в реальной жизни. Концепция безопасности организации – это
система основных положений, раскрывающих стратегию, цели, задачи, принципы, силы,

21
средства и методы, позволяющие организации развиваться и стабильно функционировать в
условиях конфликтов, неопределенности, риска. Управление безопасностью организации –
целенаправленное, сознательное, планомерное воздействие субъекта (руководитель
организации, его заместители, руководитель службы безопасности) на процессы создания
системы обеспечения безопасности, поддержание должного уровня ее эффективности в целях
гарантированного обеспечения безопасности организации.

БЕЗОПАСНОСТЬ ПОЛИТИЧЕСКАЯ – способность государственной и общественной


власти формировать и реализовывать политику развития и процветания государства и
общества условиях воздействия внутренних и внешних угроз и опасностей. Безопасность
политическая имеет государственную и общественную составляющие. Поэтому эта
безопасность является как бы связующим звеном между безопасностью государства и
общественной безопасностью. Безопасность политическая отражает качество политических
отношений, политического сознания и политических институтов государства и участвующих
в политике общественных организаций. Она характеризует состояние государства, его
политических систем и процессов, власти как выражения политики. Безопасность
политическая государства обеспечивается тогда, когда в полной мере эффективно
реализуются функции политики: в качестве всеобщего реорганизационного начала общества и
в качестве конкретной регулятивно-контрольной сферы или системы, направляющей жизнь,
деятельность, отношения людей, общественных групп, классов, наций, народов.
Функционирование политики, ее состояние и развитие, характер внутренних угроз для нее
следует искать в сфере взаимоотношения государства, общества, власти и самой политики.
Политику целесообразно рассматривать в рамках специфического политического процесса,
одного из общественных процессов, имеющего определенный состав, структуру, механизмы
интеграции. Сохранение целостности политического процесса служит одним из стержневых
моментов безопасности политической. В качестве угроз безопасности политической могут
выступать различные политические, общественные, национальные силы, организованная
преступность и другие угрозы и опасности, нарушающие целостность и эффективность
политического процесса и сужающие “сферы власти” государства, когда его суверенитет не
обеспечивается соответствующими механизмами и не проявляется в реальной
действительности.
БЕЗОПАСНОСТЬ СТРАНЫ – система свойств страны, позволяющая сохранить
целостность и развитие ее территориального, политического и социального пространств в
условиях конфликтов, неопределенности, риска. Концепция безопасности страны –
официально принята система научно обоснованных взглядов на пути, способы и механизмы

22
формирования способности страны развиваться и процветать в условиях возникновения
внутренних и внешних конфликтов, угроз и опасностей. Система обеспечения безопасности
страны состоит из механизма управления в сфере безопасности, включающего органы
законодательной, исполнительной и судебной властей, государственные силы и средства
обеспечения безопасности, организации общественной безопасности (фонды, ассоциации,
службы безопасности и охраны и др.), через которое осуществляется властное управленческое
воздействие на духовные, политические. Военные, экономические, общественные,
экологические процессы в целях целенаправленного формирования способности страны
развиваться и процветать в условиях воздействия угроз и опасностей, а также механизма
самоорганизации, который на основе общепринятой системы ценностей (идея, идеалы,
традиции, нормы поведения) оказывает существенное влияние на обеспечение безопасности
страны.

БЕЗОПАСНОСТЬ ФИЗИЧЕСКАЯ – 1) система обеспечения надежной защиты жизни и


здоровья лица в условиях потенциального и реального воздействия угроз и опасностей,
которые могут нанести этому лицу физический ущерб; 2) элемент системы безопасности
организации, учреждения, банка, фирмы, объекта предполагающий создание условий для
нормального функционирования предприятия, защиты его сотрудников, материальных и
интеллектуальных ценностей, клиентов и партнеров от насильственных посягательств,
опасностей и угроз разрушения и уничтожения.

БЕЗОПАСНОСТЬ ФИРМЫ – способность и возможность для фирмы достигать высоких


показателей коммерческого успеха и конкурентоспособности в условиях угроз и опасностей и
реализация этой способности и возможности в конкретных условиях рыночной экономики.
Управление безопасностью фирмы – целенаправленная реализация практических мер по
формированию системы свойств, позволяющих фирме постоянно повышать свою
конкурентоспособность, достигать высокого коммерческого успеха, приспосабливать
производственно-сбытовую и иную политику к требованиям рынка и потребителя в условиях
конкурентной борьбы, угроз и опасностей ее коммерческой деятельности.

БЕЗОПАСНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА – способность человека развиваться и


самореализовываться при наличии угроз и опасностей физического, психологического и иного
характера на основе формирования новых свойств и качеств, использования угроз и
опасностей в качестве стимулов развития.

23
БЕЗОПАСНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ – это способность экономики нормально
функционировать и развиваться в неблагоприятных условиях. В Государственной стратегии
экономической безопасности РФ (основные положения) конкретизируется, что это –
состояние экономики, характеризуемое определенными качественными критериями и
параметрами, обеспечивающими приемлемые для большинства населения условия жизни и
развития личности, устойчивость социально-экономической ситуации, военно-политическую
стабильность общества, целостность государства, возможность противостоять влиянию
внутренних и внешних угроз. Для определения критериев и параметров, отвечающих
требованиям безопасности экономической РФ, необходимо учитывать: 1. Способность
экономики функционировать в режиме расширенного воспроизводства, т. е. в стране должны
быть достаточно развиты отрасли и производства, имеющие жизненно важное значение для
функционирования государства, как в обычных, так и в экстремальных условиях, способность
обеспечивать процесс воспроизводства независимо от внешнего воздействия. Не должна
допускаться критическая зависимость экономики от импорта важнейших видов продукции,
производство которых на необходимом уровне может быть организованно в стране.
Важнейшим требованием безопасности экономики является сохранение государственного
контроля над стратегическими ресурсами, недопущение их вывоза в размерах, могущих
причинить ущерб национальным интересам. 2. Приемлемый уровень жизни населения и
возможность его сохранения. Нельзя допустить выхода показателей уровня бедности,
имущественной дифференциации населения и безработицы за границы, максимально
допустимые с позиций социально-политической стабильности общества. Доступность для
населения образования, культуры, медицинского обслуживания, тепло-, электро- и
водоснабжения, транспорта , связи, коммунальных услуг является одним из необходимых
условий безопасности экономической. 3. Устойчивость финансовой системы, определяемую
уровнем дефицита бюджета, стабильностью цен, нормализацией финансовых потоков и
расчетных отношений, устойчивостью банковской системы и национальной валюты,
степенью защищенности интересов вкладчиков, золотовалютного запаса, развитием
финансового рынка и рынка ценных бумаг, а также снижением внутреннего и внешнего долга
и дефицитов платежного баланса, обеспечением финансовых условий для активизации
инвестиционной деятельности. 4. Рациональную структуру внешней торговли,
обеспечивающую доступ отечественных товаров перерабатывающей промышленности на
внешний рынок, максимально допустимый уровень удовлетворения внутренних потребностей
за счет импорта. Сбалансированную внешнеэкономическую политику, предполагающую как
удовлетворение потребностей внутреннего рынка. Так и защиту отечественных

24
производителей с использованием принятых в международной практике мер. 5. Поддержание
научного потенциала страны и сохранение ведущих отечественных научных школ, способных
обеспечить независимость государства на стратегически важных направлениях научно-
технического прогресса. 6. Сохранение единого экономического пространства и широких
межрегиональных экономических отношений, обеспечивающих соблюдение
общегосударственных интересов исключающих развитие сепаратистских тенденций. 7.
Создание экономических и правовых условий, исключающих криминализацию общества и
всех сфер хозяйствования и финансовой деятельности, захват криминальными структурами
производственных и финансовых институтов, их проникновение в различные структуры
власти. 8. Определение и обеспечение необходимого государственного регулирования
экономических процессов, способного гарантировать нормальное функционирование
рыночной экономики, как в обычных, так и в экстремальных ситуациях.

БЕЛОВОРОТНИЧКОВАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ – термин, используемый в российской


криминологии под влиянием публикаций автора из США Эдвина Х. Сатерленда о
преступлениях людей в белых воротничках. Они появились в 40-х гг. XX в., и одна из этих
статей под названием “Являются ли преступления людей в белых воротничках
преступлениями?” опубликована на русском языке в книге “Социология преступности”,
изданной в 1966 г. В Москве. По мнению Сатерленда, широко распространены преступления
“бизнесменов и людей определенных профессий”, совершаемые в процессе
предпринимательской и профессиональной деятельности. В частности распространенность
этих преступлений в США Сатерленд доказывал путем анализа решений судов и комиссий,
вынесенных против 70 крупнейших индустриальных и торговых корпораций США в связи с
нарушениями законодательных актов четырех типов: антитрестовского законодательства,
законов против ложных рекламных объявлений, национального закона о трудовых
отношениях и законов о нарушении патентного права, авторского права и правил о товарных
знаках. При этом Сатерленд обратил внимание на высокую латентность преступлений людей
в белых воротничках. Он писал, что только 9% всех решений были вынесены уголовными
судами и действия были признанны преступными. В связи с этим поставил вопрос и о
недостаточно полной криминализации фактически вредных деяний, и о непоследовательности
при применении законов. “Отношение к бизнесменам – возможным нарушителям четырех
описанных выше типов законов – это смесь страха и восхищения. Те, кто несет
ответственность за функционирование системы уголовного правосудия, спасаются вступить в
антагонизм с бизнесменами; среди многих других последствий антагонизм такого рода может
привести к уменьшению размеров взносов в фонд предвыборной компании… Возможно,

25
значительно более важным обстоятельством является культурная однородность законодателей,
судей, а также лиц, исполняющих закон, с одной стороны, и бизнесменов – с другой…
бизнесмены не соответствуют популярному стереотипу “преступника” (указ. работа. С. 55). В
России термин “беловоротничковая преступность” употребляется, когда речь идет об
экономических преступлениях и преступлениях по службе. В частности, о злоупотреблениях
служебным положением, взяточничестве, незаконной банковской деятельности, незаконном
использовании товарного знака, заведомо ложной рекламе и т. п. При этом поставленные
Сатерлендом проблемы актуальны и для России. В последние десятилетия в США появился
термин “преступления перламутровых воротничков”. В России он еще не нашел широкого
применения, но употребляется, кода речь идет о должностных лицах высокого ранга, в
частности занимающих государственные должности категории А. В УК РФ речь идет о
государственных должностях в России, устанавливаемых Конституцией РФ, федеральными
конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения
полномочий государственных органов, а также о занимающих должности, устанавливаемые
конституциями или уставами субъектов РФ для непосредственного исполнения полномочий
государственных органов (прим. 2 и 3 к ст. 285 УК РФ). Это – руководители исполнительной
власти, судебной и т. п. К категории “перламутровых воротничков” также причисляют очень
крупных предпринимателей, т. н. олигархов.

БОРЬБА С ПРЕСТУПНОСТЬЮ – целенаправленная системная деятельность общества и


государства, представляющая собой единство следующих подсистем: а) общей организации
борьбы с преступностью; б) предупреждение преступности (общее, специальное,
индивидуальное); в) правоохранительную деятельность (карающую и
правовосстановительную). Слово “борьба” отражает активное столкновение
противоположных интересов, групп, мнений. Это такая деятельность, которая преследует
определенную цель – приобрести господство одних над другими. В преступности находят
свое проявление интересы, ценности, установки находящиеся в непримиримом противоречии
с теми, которые охраняются законом. Борьба с преступностью – это активное столкновение
легалистского общества, ориентированного на Конституцию, закон, с преступностью в целях
обеспечения господства закона, охраняемых уголовным правом интересов, ценностей, норм
поведения. Она призвана, не допустить массового нарушения уголовного закона путем
воздействия на процессы детерминации и причинности преступности, а в случае его
нарушения применить к виновным меры государственного принуждения для того, чтобы
обеспечить их преступное поведение и добиться отказа от него в дальнейшем. Иногда
употребляются другие термины: контроль, противодействие, воздействие, война и т. п.

26
провозглашение “контроля” за преступностью, оказания ей только “противодействия” несет в
себе определенного рода компромисс, не учитывает активность самой преступности. Даже
предупреждение преступности вовсе не означает компромисса с ней, ибо речь идет об
устранении причин и условий преступности. Термин “война с преступностью”, казалось бы,
отражает указанное непримиримое противоречие общества, основанного на законе, и
преступности. Но если данную войну отождествлять с войной не на жизнь, а на смерть, то она
не укладывается в рамки последней. В борьбе с преступностью упор делается на
предупреждение, удержание лиц от совершения преступлений, а если выявляется их
преступная деятельность, то, прежде всего, должен решаться вопрос о ее мотивах, причинах,
о том, не целесообразно ли к лицу заменяющее уголовное наказание меры, и во всех случаях
подлежит решению вопрос об оказании ему при необходимости социальной помощи.
Преступник – это не эмигрант, а лицо, которое по отбытии наказания возвращается в
общество. Возвращение голодного, обездоленного, ожесточенного человека чревато для
общества самыми опасными последствиями, и научно обоснованная борьба с преступностью
такого положения не должна допускать. Традиционным представлениям о войне это не
соответствует, ибо в подлинной войне противника стремятся всеми силами уничтожить и
вытеснить с занятой территории. Последние десятилетия отмечены заботой международного
сообщества о гуманизации способов ведения войн, но в практике эти благородные усилия не
всегда находят должный отклик. В случае объявления “войны” дающая отпор сторона
находится в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости, она не находится в
ответе за социальное формирование лиц, участвующих в агрессии, и за их дальнейшую
судьбу. В борьбе с преступностью такая прямая аналогия чревата незаконным принуждением,
расправой с преступниками на месте преступления или задержания и другими весьма
общественно опасными последствиями. Преступник – член общества, сформировавшийся в
нем, в нем избравший вариант преступного поведения, тесно взаимосвязанный с многими
другими членами общества (сын, муж, брат, отец и т. д.), ему предстоит находиться далее в
этом обществе. Сохранить его как полноценного члена общества – одна из важнейших задач
борьбы с преступностью. Все это должно по возможности исключать армию из числа
субъектов борьбы с преступностью. Армия рассчитана на победу над внешним врагом, судьба
которого так тесно не связанна с судьбой многих других сограждан, и практически почти
безразлична субъекту борьбы (хотя дальновидные победители в войнах всегда были
озабочены установление оптимальных контактов с населением побежденных государств).
Государству нельзя использовать применительно к своим незаконопослушным гражданам те
же методы, что и к внешнему агрессору. С другой стороны, при определенных условиях
возможно и перемирие с теми, кто совершает преступления. Их освобождают от наказания,

27
им помогают только в одном случае и при одном условии – раскаянии, сотрудничестве в
борьбе с преступностью и при отказе от совершения преступления в дальнейшем. Иначе при
совершении новых преступлений вновь применяют государственное принуждение вплоть до
самого строгого – смертной казни. Вся история человечества доказала, что ослабление борьбы
с преступностью, а тем более ее отсутствие ведет к безудержному росту преступности и
криминализации общества. Борьба с преступностью позволяет сдерживать это общественно
опасное явление; обеспечивать необходимый баланс чисто эгоистического расчета человека и
интересов других субъектов, общества; не допускать наиболее общественно опасных
способов удовлетворения потребностей и интересов.

БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ ОСНОВОПОЛАГАЮЩИЕ НАЧАЛА: а) примат


предупредительной деятельности, в которой важны: примат раннего предупреждения, т. е.
недопущения криминогенной деформации личностных характеристик; оказание социальной
помощи нуждающимся в ней лицам, оздоровление общественных отношений ; органическое
единство общего, специального и индивидуального предупреждения преступности с заменой
криминализированных связей позитивными, основанными на законе, опора на позитивные
моменты в обществе, развитие последних; б) применение мер, ограничивающих права и
свободы граждан, только по фактам нарушения закона и в предусмотренных законам случаях.
Не должно быть превентивного воздействия при обнаружении только намерений,
повышенной вероятности преступного поведения; в) обеспечение пресечения преступлений,
их раскрытия, привлечения виновных к предусмотренной законом ответственности и ее
реализации в установленном законом порядке; г) осуществление борьбы всем обществом,
всем населением при ведущей роли государства. Только в руках государства находятся
средства и институты принуждения. Государство определяет, что является преступным,
порядок борьбы с преступностью, направления данной борьбы. Однако нельзя забывать, что
усилия государства могут увенчаться успехом только во взаимодействии с усилиями всех
институтов гражданского общества, граждан. Это признано криминологами всего мира и
закреплено в ряде резолюций ООН, в частности в материалах специальной сессии IV
конгресса ООН по борьбе с преступностью и обращению с правонарушителями
формулируется вывод о том, что в разных странах мира различны пределы использования
института участия общественности в борьбе с преступностью. Эти различия имеют
объективную политическую и социально-экономическую основу, но суть закрепленной в
резолюции позиции сводятся к тому, что без помощи всего населения, всего общества успех в
борьбе с преступностью невозможен. Поэтому уже при анализе преступности важно точно
оценивать, насколько она распространена в обществе, среди каких социальных групп и,

28
наоборот, какие группы населения заинтересованы в борьбе с преступностью и примут в ней
участие; д) осуществление борьбы с преступностью в режиме законности, только в рамках
Конституции государства, не противоречащих ей других законов и подзаконных актов, с
соблюдением международно-правовых норм. В ст. 15 Конституции РФ говорится: “1.
Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое воздействие и
применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты,
применяемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции РФ… 4.
общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры
Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если
международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то
применяются правила международного договора”. В ведении РФ находятся, в частности,
регулирование и защита прав и свобод человека; безопасность; судоустройство; прокуратура,
уголовное, уголовно-процессуальное и уголовно-исполнительное законодательство; амнистия
и помилование; федеральная государственная служба (ст. 71 Конституции РФ). В совместном
ведении РФ и ее субъектов – защита прав и свобод человека и гражданина; обеспечение
законности , правопорядка, общественной, экологической безопасности, целый ряд иных
значимых для борьбы с преступностью вопросов (ст. 72 Конституции РФ); е)
подконтрольность народу органов, участвующих в борьбе с преступностью. В соответствии
со ст. 3 Конституции РФ, “носителем суверенитета и единственным источником власти в
Российской Федерации является ее многонациональный народ”, а ст. 10 Конституции РФ
предусматривает, что “государственная власть в Российской Федерации осуществляется на
основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы
законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны”. Одной из актуальных
задач является разработка эффективных механизмов контроля народа за деятельностью
органов судебной власти, как и других правоохранительных органов; ж) комплексное
осуществление борьбы с преступностью; недопустимость увлечения в одни периоды мерами
предупреждения преступности, в другие – только правоохранительными, преимущественно
карательными мерами. В период руководства МВД СССР Н. А. Щелоковым было значительно
повышено внимание к предупреждению преступности. И само по себе это положительное
явление. Но в тот же период господствующим было мнение, что безвозвратно было покончено
с организованной и профессиональной преступностью, соответственно адекватных их
характеристикам правоохранительных и иных мер борьбы не принималось. Это послужило
одним из важных стимулирующих их развитие обстоятельств, з) обеспечение равенства всех
физических и юридических лиц перед законом. С этой точки зрения назрела необходимость в
пересмотре института иммунитета от уголовной ответственности в его сегодняшнем

29
практическом варианте; и) экономия уголовной репрессии и применение наказания в виде
лишения свободы, а тем более исключительной меры наказания – смертной казни (до ее
полной отмены) только в случаях, когда иное решение чревато опасностью появления новых
жертв преступлений и иного значительного вреда; к) обязательное возмещение вреда,
восстановление нарушенных преступлением прав и законных интересов. В этом аспекте
велика роль соответствующих гражданско-правовых и гражданско-процессуальных
институтов, а также институтов гражданского иска в уголовном процессе. В более широком
плане с преступностью связан другой вопрос: если в обществе безнаказанно и длительное
время действовали лица, преступным путем завладевшие значительными средствами, следует
ли принимать, например, законодательные меры к возращению криминально нажитого его
прежнему владельцу? В частности, государству. На этот вопрос представители разных
политических сил отвечают по-разному. И саму постановку данного вопроса нередко
обозначают как выдвижение лозунга “грабь награбленное”. И в этом случае не нужно
принятие чрезвычайных законов – достаточно иметь и использовать на практике хорошо
проработанные институты борьбы с легализацией (отмыванием) преступных доходов и
истребования имущества из чужого незаконного владения, а так же государству помогать
законным владельцам, возвращать имущество. В этом отношении трудно переоценить роль
прокурорского надзора; л) применение новейших научных и научно-технических достижений,
опережение преступников. В частности, обращает на себя внимание косность уголовно-
процессуального законодательства в РФ. В нем предусматривается возможность
использования новых средств и методов раскрытия преступлений. В том числе выработанных
психологией, связанных с гипнозом, использованием полиграфа. Не предусмотрена в
надлежащей мере процедура введения в уголовный процесс результатов оперативно-
розыскной деятельности, полученных, например, путем т. н. электронного наблюдения или
путем использования институтов секретных сотрудников, агентов, сотрудничающих
свидетелей; м) защита лиц, участвующих в борьбе с преступностью. Это особенно важно,
когда речь идет об организованной преступности. Должны приниматься реальные меры по
обеспечению безопасности свидетелей, потерпевших, судей, сотрудников
правоохранительных органов, экспертов, их близких, а так же иных лиц; н) международное
сотрудничество и двустороннее сотрудничество государств в борьбе с преступностью.
БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ СТРАТЕГИЯ – выступает как искусство ведения
борьбы с преступностью в конкретных условиях, она определяет направление основного
удара. Искусство криминолога и государственного деятеля, ведущего борьбу с
преступностью, заключается в претворении вредных идей в жизнь в данных обстоятельствах,
при ограниченном финансировании, но с достижением конкретных позитивных результатов.

30
На основе оценок криминологической ситуации (т. е. преступности, ее причинности,
детерминации и состояния борьбы с ней), криминологического прогноза и рекомендаций
специалистов по дальнейшей борьбе с преступностью определяется ее стратегия. Это делает
государство основным субъектом организации данной борьбы. Стратегически важен примат
предупредительных мер – воздействие на причины и условия преступности. Именно это
препятствует массовому воспроизводству фактов преступного поведения. В преступности как
системно-структурном явлении выявляется то “ядро”, удар по которому способен
положительно сказаться на разных ее проявлениях. Исследования показывают, что такое
“ядерное” положение занимают преступность несовершеннолетних, организованная и
профессиональная преступность. Они частично накладываются друг на друга и, кроме того,
тесно взаимосвязаны с другими видами преступности. А организованная преступность
определяет совершение наиболее тяжких преступлений, устойчивую преступную
деятельность и обратное целенаправленное влияние преступности на общество. В развитие
организованной преступности значительный вклад вносит преступность профессиональная.
Стратегия – это искусство ведения не только в целом борьбы с преступностью, но и борьбы с
отдельными ее видами (с учетом их места в общей системе преступности). В рамках
стратегии разрабатывается тактика борьбы с преступностью, включающая определение
конкретных целей и оптимальных методов их достижения в конкретных условиях. Тактика –
часть стратегии. Тактическое решение вопросов всегда учитывать ограниченность кадров,
материального обеспечения, финансирования в целом борьбы с преступностью и
соответственно ориентироваться на реальное положение дел. Нередко программы
составляются, но ресурсами не обеспечиваются. Другая крайность: просить дать сколько
возможно, а затем расписывать, куда это можно потратить. Нужны криминологически
обоснованные расчеты тактических решений их последующая корректировка, но с таким
расчетом, чтобы можно было бы достигнуть определенных результатов. Важно также
искусство проведения отдельных операций. Стратегия и тактика воплощаются в программах
борьбы с преступностью.

ВАЛЮТНЫЕ ПРСТУПЛЕНИЯ – запрещенные уголовным законом деяния, связанные


с валютой. В России это такие преступления, как невозвращение из-за границы средств в
иностранной валюте (ст. 193 УК) – см. Валюты иностранной невозвращение государству и
Денег и ценных бумаг подделка. Часть 1 ст. 186 УК РФ предусматривает, что изготовление в
целях сбыта или сбыт поддельных банковских билетов ЦБ РФ, металлической монеты,
государственных ценных бумаг или других ценных бумаг в валюте РФ либо валюты

31
иностранной или ценных бумаг в иностранной валюте – наказываются лишением свободы на
срок от 5 до 8 лет с конфискацией имущества или без таковой. Часть 2 ст. 186 УК
предусматривает лишение свободы на срок от 7 до 12 лет с конфискацией имущества за те же
деяния, совершенные в крупном размере либо лицом, ранее судимым за изготовление или
сбыт поддельных денег или ценных бумаг. Если все указанные деяния совершенны
организованной группой, то они наказываются лишением свободы на срок от 8 до 15 лет с
конфискацией имущества.

ВЗЯТОЧНИЧЕСТВО – одно из древнейших преступлений, наиболее опасное и


распространенное проявление коррупции. “Как только появились носители власти,
обеспеченные особенными полномочиями, так одновременно с этим появилось и
взяточничество” (В. Н. Ширяев). Везде в законодательстве взяточничество рассматривается
как корыстное преступление, причем служебное (должностное) преступление, в качестве
одного из видов нарушения служебного долга. Суть этого преступления заключается в том,
что должностное лицо получает от других заведомо незаконное материальное вознаграждение
за свое служебное поведение или в связи с занимаемой должностью. История отечественного
законодательства о взяточничестве начинается с Судебника 1497 г., где впервые
взяточничество, под именем посулов, было объявлено незаконным деянием. Ответственность
за получение посула должностными лицами судебных органов (боярин, дворецкий, казначей,
дьяк, подьячий) предусматривалась в Судебнике 1550 г. И по Соборному Уложению 1649 г.
Указами Петра I от 23 августа 1713 г., 24 декабря 1714 г., 5 февраля 1724 г. резко усиливалась
ответственность лиц, находящихся на государственной службе, за получение взятки
(лихоимство), вводилась ответственность за дачу взятки, попустительство и недонесение о
взяточничестве. Законодательство различало три вида взяточничества: 1) собственно
принятие подарка, взятки, 2) нарушение служебного долга из-за взятки, 3) совершение
преступления за взятку. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. и в
последующих редакциях 1866 г. и 1885 г. содержало положения об ответственности за
взяточничество в главе “О мздоимстве и лихоимстве”, помещавшейся в разделе “О
преступлениях и проступках по службе государственной и общественной”. Законодательство
различало такие виды вымогательства, как мздоимство, лихоимство и вымогательство.
Предусматривалась ответственность за различные случаи соучастия и посредничества во
взяточничестве, завуалированные способы получения взятки, попустительство
взяточничества и недонесение о нем. Виновными во мздоимстве, лихоимстве и
вымогательстве могли быть чиновники и другие лица, состоящие на службе государственной
или общественной. Уложение 1845 г. предусматривало ответственность за дачу взятки

32
(лиходательство). Уголовное Уложение 1903 г. так же раскрывало взяточничество как одно из
преступных деяний по службе государственной и общественной и регламентировало
ответственность за принятие взятки служащим, за различные виды вымогательств взятки и
содействия взяточничества. Специальная форма устанавливала ответственность служащего,
виновного в присвоении предмета взяточничества, данного ему для передачи или полученного
им под предлогом передачи другому служащему, а так же за принятие его с целью присвоения
под видом другого служащего. В советский период российской истории ответственность за
взяточничество устанавливалась декретом СНК РСФСР от 8 мая 1918 г. “О взяточничестве”,
уголовными кодексами РСФСР 1922, 1926 и 1960 гг. в этих законах, как правило,
регламентировалась ответственность за получение взятки, дачу взятки, посредничество во
взяточничестве и провокацию взятки. По УК РФ понятие взяточничество охватывает два
преступления: получение взятки (ст. 290) и дача взятки (ст. 291). Провокация взятки (ст. 304)
отнесена к числу преступлений против правосудия. Взяточничество относится к числу
наиболее латентных преступлений. Удельный вес взяточничества в общем, объеме
выявленных преступлений колеблется в пределах 0,1 – 0,2% (см. Преступность и
правонарушения (1991 – 1995). Статистический сборник. М., 1996. С. 117). Ответственность
за получение и дачу взятки предусмотрена в законодательстве практически всех стран мира.

ВИКТИМИЗАЦИЯ – процесс приобретения или увеличения виктимности.

ВИКТИМНОСТЬ – это применительно к криминальным явлениям совокупность качеств


личности, которые обусловливают или могут обусловить ее неправильное, неоптимальное
поведение в криминогенной обстановке. В результате у данного лица повышается вероятность
стать жертвой преступления. Данный термин впервые в отечественной науке ввел Л. В.
Франк. В термин виктимность вкладывается двоякий смысл: им обозначалось и определенное
социальное явление, и образ действия определенного лица. В этом смысле определение
виктимности неразрывно связанно с преступностью. Разграничиваются виктимность
личностная, виктимность ролевая, виктимность социальная и, как специфический феномен,
виктимность военнослужащих. Первые исследования социологов и криминологов в области
криминальной виктимологии показали, что изучение виктимности является не просто
экзотическим штрихом к анализу механизма преступления. По данным этих пионеров
криминальной виктимологии, в значительном количестве случаев (от50 до 70 %), устранив
виктимность, практически наверняка удалось бы избежать преступления или тяжких
последствий преступного деяния. Указанные результаты позволили сделать выводы о том, на
сколько продуктивным могло бы быть устранение (или хотя бы уменьшение степени)

33
виктимности человека. Виктимность – явление, поддающееся изменению, как в сторону
увеличения, так и в сторону уменьшения. Это свойство виктимности было положено в основу
теории виктимологической профилактики преступлений. Виктимность –
многофункциональное явление. К основным ее функциям относятся: затруднение
прогнозирования преступных ситуаций; препятствование избежанию ситуаций такого рода;
провоцирование преступных посягательств; значение защищенности человека к преступным
посягательствам; усугубление отрицательных последствий преступлений.

ВИКТИМНОСТЬ ЛИЧНОСТНАЯ – совокупность свойств человека, которые


повышают вероятность того, что он может оказаться жертвой преступления. Виктимность
личностную можно классифицировать на виды: виктимность общая; виктимность в
отношении определенных видов преступлений. С некоторой долей условности можно
выделить виды виктимности личностной, которые не позволили: вообще избежать
криминогенной ситуации выйти из сложившейся криминогенной ситуации с оптимальными
(минимальными) потерями.

ВИКТИМНОСТЬ РОЛЕВАЯ — это виктимностъ характеристик определенных соци-


альных позиций, социальных ролей, которые занимает и исполняет человек. Например, он
может исполнять взаимоисключающие, прямо противоречащие друг другу социальные роли.

ВИКТИМНОСТЬ СОЦИАЛЬНАЯ — виктимность определенных социальных слоев и


социальных групп. Наряду со сходством между социальной виктимностью и ролевым
аналогом между ними существует определенное различие. Виктимность социальная
определяется не столько характером деятельности и ролевыми обязанностями, сколько
социальным статусом, материальными, бытовыми, культурными и физическими
возможностями, которые могут быть ограничены в связи с присущими данной социальной
группе условиями жизни. В. В. Романов, дифференцируя индивидуальную и групповую
виктимность, отмечал: "Индивидуальная виктимность – это определяемая биофизическими,
психологическими и социальными качествами потенциальная способность конкретного лица
стать в определенной жизненной ситуации жертвой преступления. Групповая виктимность –
это общая для отдельных категорий людей, обладающих сходной совокупностью
социальных, психологических и биологических качеств, предрасположенность становиться в
определенных условиях жертвой определенных преступных посягательств". В данном
аспекте виктимность социальную с. можно рассматривать как один из видов и одновременно

34
одну из граней групповой виктимности. Еще Ч. Ломброзо отмечал, что в отношении
проституток существует повышенная вероятность стать жертвой насилия. Активно
проводившиеся в США в начале XX в. исследования профессиональной пригодности к
определенной деятельности и анализ коэффициента интеллектуальности среди
определенных слоев и социальных групп заложили основу изучения виктимности
социальной.

ВИКТИМОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОФИЛАКТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ – деятельность,


направленная на защиту граждан от преступлений путем снижения или устранения
социальной, ролевой и личностной виктимности. Виктимность рассматривается в качестве
особенно привлекательного объекта профилактического воздействия. Во-первых, это
обусловлено ее особой ролью в механизме преступного поведения (весьма криминогенной в
отношении многих преступлений, а в отношении ряда преступлений – исключительно
криминогенной). Во-вторых, этот феномен достаточно четко очерчен (хотя, естественно,
познан не до конца). В-третьих, виктимность достаточно изменчива и поддается социальным,
педагогическим, психотерапевтическим и иным воздействиям. В-четвертых, для
эффективного воздействия на виктимность не требуется колоссальных материальных затрат.
В отдельных случаях этот процесс достаточно лишь инициировать, и он приобретает
характер саморазвивающегося (за счет инстинктивного стремления каждого нормального
человека к самозащите). В-пятых, виктимологическая профилактика преступлений – одно из
наиболее гуманных направлений предупреждения преступности. Эти обстоятельства
позволяют оценить Виктимологическая профилактика преступлений как важнейшее
направление в области борьбы с преступностью. Структура виктимологической
профилактики преступлений аналогична общей структуре деятельности по профилактике
преступлений. Она включает следующие элементы: объект профилактики; субъекты
профилактики; меры профилактики. Объектом профилактики является то, на что направлены
усилия лиц и органов, занимающихся этой деятельностью. Объектом виктимологической
профилактики преступлений может быть явление (или группа явлений), воздействие на
которое снизит вероятность человека (определенной группы) стать жертвой преступления. В
этом смысле объектом В. п. п. можно считать виктимность. Но при этом следует иметь в виду
следующее. Поскольку ролевая и социальная виктимность во многом зависят от
общественных отношений, именно эти общественные отношения будут объектом, влияние на
который позволит снижать виктимность. Здесь наблюдаем двухуровневость объекта
виктимологической профилактики преступлений: 1) все виды виктимности; 2) личность
(конкретные личностные качества, обусловливающие личностную виктимность) и

35
общественные отношения, обусловливающие ролевую и социальную виктимность.
Субъектами профилактики являются активные элементы этой деятельности. К субъектам
виктимологической профилактики преступлений относятся: 1) государственные и
общественные органы (в том числе виктимологические общества, которые имеются во
многих зарубежных странах и в России); 2) граждане. Государственные и общественные
органы являются специальными субъектами, если их главная функция – виктимологической
профилактики преступлений. К числу специальных относятся виктимологические службы и
подразделения государственных структур, виктимологические общественные организации,
виктимологические издания. По мимо специального, можно выделить еще два вида
субъектов: общий, инициативный. Главные цели функционирования общего субъекта не
связаны с виктимологической профилактикой преступлений, но данный орган способен
принимать действенные меры в этой области. В отдельных случаях выполнение функций
виктимологической профилактики преступлений может быть закреплено в нормативном акте
в качестве одной из обязанностей. Эта функция может вытекать из всей деятельности
субъекта – без осуществления виктимологической профилактики преступлений ему не
удастся достичь своих целей. Инициативный субъект – орган, способный эффективно
осуществлять виктимологическую профилактику преступлений и занимающийся этой
деятельностью по собственной инициативе, поскольку она не связана с его функциями и
нормативно не закреплена как одна из обязанностей. Организация В. п. п. связана с
созданием специальных органов.

ВИКТИМОЛОГИЯ – (от лат. viktima – жертва) – учение о жертве, направление научных


исследований, которое охватывает проблемы, связанные с потерпевшим от преступления.
Виктимологический подход к профилактике преступлений и эксцессов имеет весьма давнюю
традицию. Еще в древние времена было замечено, что судьба человека в определенной мере
зависит от него самого. Одни чаще всего становятся жертвами преступлений, другие – реже.
Некоторые сами провоцируют преступника, иные напротив, либо избегают конфликтов, либо
настолько умело ведут себя в конфликтной ситуации, что преступление удается
предотвратить или свести его последствия к минимуму. В 1917 г. Георг Клейнфеллер
опубликовал результаты своих исследований о роли потерпевшего в механизме
преступления. Он отметил, что немало преступлений обусловлено подстрекательством
потерпевшего. Это исследование в значительной мере положило начало новому направлению
– виктимологии. В 1941 г. немецкий криминолог Ганс фон Гентиг опубликовал небольшую
статью “Замечания по интеракции между преступником и жертвой”. В 1947 г. В Бухаресте на
конференции психиатров Бенджамин Мендельсон сделал доклад на тему: “Новые
36
перспективы биопсихологии и социологии: виктимология”, в котором впервые
конкретизировал рамки новой области научных исследований. В 1948 г. появился первый
фундаментальный труд по виктимологии – вышла в свет книга Г. Гентига “Преступник и его
жертва. Исследование по социбиологии преступности”. Исследование Г. Гентига положило
начало обширным исследованиям ученых-криминологов в этой области. Рассмотрение
личностных недостатков, обусловливающих предрасположенность человека стать жертвой
преступления – личностной виктимности, – в качестве одной из причин преступлений
оказалось весьма продуктивным. Первые же исследования показали, что доля преступлений,
в которых личностная виктимность была главной (а иногда и единственной) причиной,
оказалась весьма большой. Это сразу позволило выделить новый объект, а соответственно и
новую область профилактической деятельности. Таким объектом оказался потерпевший от
преступления: реальный и еще в большей мере – потенциальный, и если быть более точным,
то не сам потерпевший, а комплекс его определенных личностных характеристик –
виктимность. Отечественные ученые так же активно включились в исследование
виктимности. Л. В. Франк в 1972 г. опубликовал книгу “Виктимология и виктимность (Об
одном новом направлении в теории и практике борьбы с преступностью)”, в которой
проанализировал основные понятия этой научной дисциплины, а также правовые основания
виктимологических исследований и наметил перспективы развития отечественной
виктимологии. По мысли Л. В. Франка, поведение человека может быть не только
преступным, но и виктимным: неосмотрительным, рискованным, легкомысленным,
распущенным, провокационным, т. е. опасным для самого себя. Эти идеи получили развитие
в очередной монографии Л. В. Франка “Потерпевший от преступления и проблемы советской
виктимологии”. Значительный вклад в развитие виктимологических исследований внесли Д.
В. Ривман, В. П. Коновалов, В. Я. Рыбальская и др.

ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ПРЕСТУПНОСТЬ – понятие, используемое для обозначения


отношения государства, общества к преступности. Например, одна из криминологических
работ называлась "Комплексное изучение системы воздействия на преступность. (Л., 1978).
Но на ряду со сторонниками данного понятия (см. Воздействия на преступность
характеристика) есть и его критики. По мнению последних, воздействие – важная
составляющая борьбы с преступностью, учитывающая ее специфические особенности, но
все-таки оно нередко трактуется как одностороннее действие, направленное на кого-либо или
что-либо с целью добиться чего-либо. Преступность, имея такую подструктуру, как
организованная преступность, не является пассивным объектом воздействия, она
сопротивляется ему и даже пытается изменять социальные условия в своих интересах.
37
Поэтому более часто употребляется понятие "борьба с преступностью".

ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ПРЕСТУПНОСТЬ ХАРАКТЕРИСТИКА. Любое влияние на


общественно опасное явление (предупреждение, борьба, контроль) есть воздействие. В этом
смысле воздействие представляет собой элементарную основу социального отрицания
преступности. Содержание термина "воздействие" является очень широким. С. И. Ожегов
воздействие определил как действие, направленное на кого-либо (что-либо) с целью добиться
чего-нибудь. Такое широкое толкование данного термина не случайно. Воздействие есть
основа всеобщей связи явлений – феномена предельно обширного и глобального.
Рассмотрение воздействия как активной составляющей причинности является вполне
устоявшимся в философии. В научной методологии под воздействием понимается активность
одной стороны причинно-следственной связи, которая порождает изменения другой стороны.
Развитие концепции воздействия на преступность является проявлением тенденции к
объективности научного знания. Сторонники данного понятия отмечают утопичность теории
предупреждения преступности (нельзя предупредить то, что уже есть), тенденцию к
гипертрофированию антагонизма в практике борьбы с преступностью (трансформация
борьбы в беспощадную войну), абсолютизацию устойчивости социального зла (утверждение
идеи его вечности и неодолимости). Принципиальным аспектом противостояния социума и
криминала является постоянное расширение социальных мер отрицания последнего. В
отрицании преступности все более перспективными оказываются меры, не укладывающиеся
в традиционные концепции. Концепция воздействия на преступность позволяет
систематизировать все меры целенаправленного, эффективного воздействия общества на
преступность, разработать новые действенные меры, создать стратегию и тактику их
применения. Эти меры могут включать весь спектр социального воздействия. Они весьма
различны по качеству (от принятия новых законов и совершенствования деятельности МВД
до внесения изменений в практику телерадиовещания) и степени жесткости (от проведения
боевых операций по физическому уничтожению бандформирований до создания церквей в
местах лишения свободы и молитвы во имя спасения человека). Все эти меры настолько
разнородны, что не умещаются в рамки какой-то одной, общепризнанной на сегодняшний
день концепции. Разработка нового, более широкого подхода позволяет объединить все меры,
которые могут повлечь уменьшение общественной опасности преступности. По характеру
воздействия меры можно классифицировать на: сверхжесткие; жесткие; средние; умеренные;
мягкие. Сверхжесткие меры воздействия на преступность обычно практикуются в
деспотичных и тоталитарных государствах. В отдельные исторические периоды к некоторым
из них прибегают и в демократических странах. Обычно в демократических странах они

38
носят временный характер (либо эти меры трансформируются в более мягкие, как это
неоднократно имело место в США, либо демократическое государство трансформируется в
тоталитарное, что имело место, например, в Германии 20 – 30-х гг.). К этим мерам можно
отнести практику массовых показательных казней (Китай, Северная Корея), военный режим
с тотальным патрулированием и расстрелом на месте без суда и следствия (Ирак), практику
увечащих телесных наказаний (Афганистан, Ирак, Саудовская Аравия), политику
государственного внутреннего террора, основанную на установлении суровой уголовной
ответственности за совершение незначительных проступков и независимость мышления
(Ирак, Иран, Афганистан). Жесткие меры практикуют все государства. Различна лишь их
роль (в одних странах они играют главную роль, в других – второстепенную). К этим мерам
могут быть отнесены: смертная казнь, тюремное заключение и каторжные работы. К средним
мерам относятся различные формы лишения и ограничения свободы, ссылка и высылка,
позорные телесные наказания, не связанные с увечьями, и т. п. Умеренные – кратковременное
лишение свободы, условное осуждение, отсрочка исполнения приговора, исправительные
работы без лишения свободы, штраф. Мягкие – идеологическое или религиозное
воздействие, общественный контроль, социальный патронаж, политика реформирования
сферы производства и распределения, материальных благ, изменение социальной структуры
общества и т. п. В основу научной объективации данной классификации может быть
положена математическая методика оценки степени страха и ущемления, прав человека.
Мягкие меры не вызывают ни того, ни другого. В этом их особая ценность. Устоявшиеся
стереотипы обыденного мышления (а именно они доминируют в сознании большинства
политиков) диктуют: чем жестче меры, тем выше их эффективность. Исследования в области
сравнительной криминологии свидетельствуют об обратном. Парадоксально, но самый
низкий уровень преступности фиксируется в тех странах, где политика государства и
практика правоохранительных органов носит мягкий, патерналистский характер. По
длительности сроков лишения свободы рекорд принадлежит США и по уровню
преступности – тоже. Напротив, в Швейцарии и Японии практика назначения уголовных
наказаний достаточно мягкая и уровень преступности один из самых низких. По
качественным результатам воздействия делятся на два больших класса: разрушающие
преступность (деструктивные); развивающие криминал. Научную и практическую ценность
имеют поиск и обоснование мер деструктивного воздействия на общественно опасные
явления. К сожалению, в отдельных случаях государственная политика не столько разрушает
преступность, сколько развивает ее. По количественным результатам воздействие бывает
сильное и слабое. Деструктивное воздействие не обязательно должно уничтожить
преступность или инициировать процесс уменьшения общественной опасности этого

39
явления. Разрушающий эффект может проявиться в замедлении темпов роста или
замедлении ухудшения структуры. Факторы развития криминала могут быть настолько
мощными, а деструктивное воздействие, напротив, слабым, что разрушающий эффект будет
не виден. Но это не значит, что эффекта не последует вообще. Малые воздействия,
оказываемые простыми гражданами, при многомиллионном усилении могут стать
мощнейшим разрушающим фактором. Научная и практическая ценность концепции слабого
воздействия на преступность заключается в том, что она акцентирует внимание
исследователей на анализе феномена малозаметного влияния. Определенные воздействия
(как разрушающие, так и развивающие) на единичном уровне могут быть практически не
заметны. Однако при тиражировании их воздействие суммарно может быть оценено как
сильное. Это имеет отношение в первую очередь к практике привлечения всего населения к
воздействию на преступность. Одним из положительных аспектов концепции воздействия
является содействие осознанию гражданами того, что каждое их деяние, даже малое и
незаметное, может быть элементом социального процесса разрушения либо развития
преступности. Термин “воздействие”, будучи идеологически нейтральным и по
интенсивности неопределенным, оказывается наиболее приемлемым для привлечения
широких масс к практике отрицания преступности. Далеко не все захотят и осмелятся
участвовать в борьбе с преступностью. Какой бы смысл в это понятие ни вкладывали ученые,
на уровне общественного сознания термин “борьба” всегда воспринимался и воспринимается
как применение насилия, вступление в непосредственное соприкосновение с преступниками.
Абсолютное большинство граждан борьбу с преступностью понимают как борьбу с
конкретными преступниками либо установление уголовной ответственности за
преступления. Популяризировать концепцию воздействия на преступность значительно
проще. Важно разъяснять людям, что для оказания воздействия на преступность важно не
только бороться с преступниками, но также начать процесс нравственного очищения
собственной личности, быть добрее к окружающим, по мере сил помогать нуждающимся. В
отдельных случаях пример индивидуальной честности и порядочности, проявление доброты
могут оказать значительно более сильное воздействие, чем применение карательных мер.
Развивать у граждан готовность дать отпор преступному посягательству на их личность или
имущество (пусть даже эта готовность никогда не реализуется) также значит оказывать
сдерживающее воздействие на преступность. За тысячелетия человеческой истории
выкристаллизовались следующие глобальные методы воздействия на преступность:
воспитание; обеспечение удовлетворенности людей; социальный контроль; изоляция лиц,
представляющих общественную опасность; защита и самозащита объекта (предмета)
преступного посягательства. В умении оптимально сочетать эти методы, использовать

40
различные способы их реализации и заключается искусство воздействия на преступность.
Сегодня вновь приобрела особую актуальность самозащита, но уже на качественно новом
уровне (см. Виктимология). За тысячелетия человеческой истории выкристаллизовались
следующие принципы воздействия на преступность: принцип приоритета национальных
интересов (инструментом оптимального воздействия может быть лишь ориентированная на
национальные интересы государственная политика); принцип системности (криминально-
криминогенный феномен носит системный характер, соответственно воздействовать на него
должен системный субъект системой мер); принцип адекватного обеспечения мировая
практика показывает, что результаты воздействия на преступность могут быть либо
соответствующими уровню обеспечения, либо более низкими. К ключевым проблемам анти
криминальной политики относится цель воздействия на преступность. Каких результатов по
силам достичь человечеству в этой деятельности, какие задачи можно считать разумными,
оптимальными в этой области? Преступность есть проявление противоречия между
стремлением людей жить в бесконфликтном обществе и человеческой натурой, находящейся
в неоптимальных социальных условиях. Это противоречие – источник социального
совершенствования. Изменить биологическую природу, натуру человека гуманными
методами – задача пока неразрешимая. А вот изменение социальных условий – реальность.
Концепция воздействия на преступность позволяет синтезировать в качестве объекта, на
который должна быть направлена активность практиков, все криминализованные
общественно опасные деяния и криминогенные факторы (сложный криминально-
криминогенный феномен). Цель воздействия на преступность – уменьшение суммарной
опасности в обществе (гуманизация общественных отношений). Все меры воздействия на
преступность можно разделить на две большие группы: меры защищающие,
поддерживающие существующий порядок; меры, направленные на его совершенствование,
на устранение недостатков и пороков существующего порядка.
ВОЙНА С ПРЕСТУПНОСТЬЮ – понятие, употребляемое нередко политиками,
публицистами для подчеркивания бескомпромиссного противостояния преступности. Однако
криминологически это понятие уязвимо. Более подробно см. Борьба с преступностью.

“ВОР В ЗАКОНЕ” – термин, обозначающий лидера организованной преступной среды.


Данный “титул” получает активный криминальный деятель, доказавший свою верность
преступным идеям, связям, соучастникам, выполняющий широкие организаторские функции
в преступной среде. Такой человек, может быть, судим не только за кражи либо иные
преступления против собственности, но и за насильственные, иные уголовно наказуемые
деяния. В данном случае “вор” не означает буквально человека, совершающего кражи, этот

41
термин используется “по традиции”. “Вор в законе” может быть и вообще не судим, но
фактически заниматься или непосредственным совершением преступлений, или
организационной криминальной деятельностью. Как правило, “Вор в законе” – это
высокопрофессиональный преступник, умело конспирирующий свою деятельность.
Криминальный профессионализм таких лиц проявляется не только в умении
профессионально вскрывать сейфы и т. п., но также в организации преступной деятельности
значительного круга лиц и в широких масштабах. Характеристики ”Воры в законе” меняются
в разных социальных условиях, как изменяются и те правила, по которым они живут.
Неизменным остается одно: это – активные субъекты организованной преступности,
занимающиеся криминальной деятельностью в виде промысла. В. И. Монахов, изучавший
“Воров в законе” в 50-х гг., писал: “Многолетний опыт борьбы с ворами-законниками и их
группировками в исправительно-трудовых учреждениях свидетельствует о том, что для этой
категории преступников характерны, во-первых, устойчивый, так сказать, принципиальный
паразитизм и, во-вторых, организованность”. Тогда “Воры в законе” считались рецидивисты,
принятые в группировку воров, проверенные ворами на ряде преступных дел и давшие
обязательство выполнять “воровские законы”, вести паразитический образ жизни.
Профессиональная и организованная преступность были локализованы, отмечались успехи в
борьбе с ними. Позднее воровские законы менялись, да и ведение откровенно
паразитического образа жизни было осложнено, произошли изменения в требованиях к
“Ворам в законе”. В 90-х гг. один из их исследователей В. С. Разинкин определял “Вора в
законе” уже не просто как профессионального преступника и признанного лидера уголовного
мира, активного идеолога криминального образа жизни и морали, но и субъекта, имеющего
опыт противостояния государственным структурам. Это определение давалось в период
активного наступления организованной преступности на общество, консолидации
общеуголовных, экономических и иных преступников, использования ими институтов
государства и гражданского общества.

ВЫДАЧА ПРЕСТУПНИКОВ – институт уголовного права, заключающийся в передаче


одним государством другому государству лица, совершившего преступление. Он
предусмотрен ст. 13 УК РФ. В соответствии с общепринятыми нормами международного
права, запрещающими выдачу собственных граждан, и ст. 61 Конституции РФ, ч. 1 ст. 13 УК
предусматривает запрет на выдачу граждан РФ любому иностранному государству, даже если
гражданин РФ совершил преступление на территории этого государства. Это не означает
безнаказанности такого лица, поскольку на основании ч. 1 ст. 12 УК граждане России,
совершившие преступление за границей, подлежат уголовной ответственности на

42
территории РФ. Что касается иностранных граждан и лиц без гражданства, которые
совершили преступление в другом государстве и находятся на территории России, то они
должны быть выданы этому государству для привлечения к уголовной ответственности или
для отбывания наказания, если между Россией и данным государством заключен договор о
выдаче. Этот положение не распространяется на лиц, получивших на территории России
политическое убежище. Не могут быть выданы также лица, совершившие на территории
другого государства деяния, не признаваемые в России преступлениями. В случае отсутствия
договора о выдаче между Россией и иностранным государством вопрос о выдаче
преступника решается дипломатическим путем.

ВЫДАЧИ ПРЕСТУПНИКОВ ПРИНЦИПЫ – вопрос о выдаче решается при


сочетании принципов территории (места совершения преступления и места наказания
преступника) и гражданства лица. Более значимым является принцип гражданства. Выдача
не осуществляется, если: действия, совершенные лицом, в отношении которого направлен
запрос о выдаче, не являются преступлением по законодательству запрашиваемой стороны;
преступление, в отношении которого запрашивается выдача, рассматривается запрашиваемой
стороной в качестве политического или связанного с политическим; запрашивается выдача в
связи с военным преступлением, которое не является преступлением по обычному
уголовному праву; за преступление предусмотрено более мягкое наказание, чем лишение
свободы на срок до 1 года; в государстве, являющемся запрашиваемой стороной, уже истекли
сроки давности за данное преступление. Как правило, не осуществляется выдача
собственных граждан. В этом случае запрашиваемая сторона по просьбе запрашивающей
стороны передает дело своим компетентным органам для проведения расследования.
Возможен отказ в выдаче лица, совершившего преступление на территории, запрашиваемой
стороны. Процедура выдачи и предварительного ареста регулируется законодательством
запрашиваемой стороны, если иной порядок не оговорен в соглашении между сторонами. УК
РФ (ст. 13) не допускает выдачи граждан РФ, совершивших преступление на территории
иностранного государства. Выдача иностранных граждан и лиц без гражданства,
совершивших преступление вне пределов РФ, возможна в соответствии с международными
договорами России.

ВЫМОГАТЕЛЬСТВО – понятие, которое в УК РФ употребляется в трех разных


случаях: 1) этот термин употребляется при обозначении такого проявления коррупции, как
вымогательство взятки (см. Взятки получение). В прим. к ст. 291 “Дача взятки” УК РФ
говорится, что лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если

43
имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица или если лицо
добровольно сообщило органу, имеющему право возбудить уголовное дело, о даче взятки. 2)
УК РФ предусматривает самостоятельное преступление “Вымогательство”, предусмотренное
ст. 163 УК РФ. Определяется как “требование передачи чужого имущества или права на
имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой
применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под
угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных
сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам
потерпевшего или его близких”. Наказывается ограничением свободы на срок до трех лет,
либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет со
штрафом в размере до пятидесяти минимальных размеров оплаты труда или в размере
заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца либо без
такового. Часть 2 ст. 163 УК РФ за вымогательство, совершенное: а) группой лиц по
предварительному сговору; б) неоднократно; в) с применением насилия, – предусматривает
лишение свободы на срок от трех до семи лет с конфискацией имущества или без таковой. В
соответствии с ч. 3 ст. 163 УК РФ вымогательство, совершенное: а) организованной группой;
б) в целях получения имущества в крупном размере; в) с причинением тяжкого вреда
здоровью потерпевшего; г) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо
взяточничество, – наказывается лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет с
конфискацией имущества. Крупным размером признается стоимость имущества, в пятьсот
раз превышающая минимальный размер оплаты труда, установленный законодательством РФ
на момент совершения преступления. Неоднократным в данном случае признается
совершение преступления, если ему предшествовало совершение одного или более
преступлений, предусмотренных ст. 158 – 166, а также ст. 209, 221, 226 и 229 УК РФ. Лицом,
ранее судимым за хищение либо вымогательство, в статьях гл. 21 “Преступления против
собственности”, а также в других статьях УК РФ признается лицо, имеющее судимость за
одно или несколько преступлений, предусмотренных ст. 158 – 164, 209, 221, 226 и 229 УК
РФ. Сопряженное с вымогательством убийство предусмотрено ч. 2 ст. 105 УК РФ и
наказывается лишением свободы на срок от восьми до двадцати лет либо смертной казнью
или пожизненным лишением свободы. Судимость за вымогательство в предусмотренных УК
РФ случаях, как и за хищение, является квалифицирующим, отягчающим ответственность
обстоятельством. Вымогательство законодатель прямо отграничивает от монополистической
деятельности и ограничения конкуренции (ст. 178), принуждения к совершению сделки или
отказу от ее совершения (с. 179). 3) Предусматриваются специальные виды вымогательства:
вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 226

44
УК РФ), вымогательство наркотических средств или психотропных веществ (ст. 229 УК РФ).
Вымогательство нередко в быту и средствах массовой информации называют рэкетом, имея в
виду английский термин и соответствующее преступление. Но следует ориентироваться на
русское понятие, тем более что за ним стоит конкретное содержание. В криминологической
литературе было предложено рэкетом называть только совершенно определенное, наиболее
опасное проявление вымогательства.

ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ПРИЧИН ПРЕСТУПНОСТИ. 1900 год считается датой


рождения генетики. В этом году ученые Голландии, Германии и Австрии смогли понять
основные законы наследственности, открытые Георгом Менделем несколькими
десятилетиями раньше. В 1909 г. датский ученый В. Иогансен ввел в научный оборот термин
“ген”, под которым понимал наследственный задаток признака. В 1911 г. американский
ученый Т. Морган разработал хромосомную теорию. Проведя серию экспериментов на мухе
дрозофиле, он установил, что каждая хромосома есть группа генов, сцепленных между собой
и расположенных в линейном порядке. Каждому биологическому виду свойствен
определенный, постоянный набор хромосом (человеку, например, – 23 пары). Совокупность
всех наследственных факторов получила название генотипа.
Развитие генетики раскрыло широкие перспективы для выдвижения смелых гипотез о
передаче склонности к преступлению генетическим путем. В эпоху бурного развития
генетики, когда человечеству приоткрылись ее грандиозные перспективы, весьма заманчиво
было найти маленькую биологическую частичку, которая, передаваясь от родителей детям,
подобно вирусу, заражает людей склонностью к преступлениям.
Первым попытку проверить гипотезу о генетической обусловленности преступного
поведения предпринял немецкий психиатр Йоханес Ланге. В 20-х гг. нашего столетия в этих
целях он провел исследование на основе близнецового метода. Суть близнецового метода
заключалась в том, что сравнивалось поведение близнецов, развившихся из одной
яйцеклетки (и, соответственно, имевших одинаковый набор генов), с поведением близнецов,
которые развились из разных яйцеклеток и имели различные наследственные задатки.
Гипотеза заключалась в следующем: если зависимость поведения от генетических факторов
реальна, то в отдельных поступках и в целом в жизненной линии у однояйцевых близнецов
должно быть больше общего, чем у разнояйцевых. Исследования дали положительный
результат: в 77% случаев у однояйцевых близнецов, если преступление совершал один, то и
второй оказывался преступником; а у разнояйцевых случаи, когда второй близнец тоже
оказывался преступником, составляли лишь 11%. Результаты исследования были

45
опубликованы Ланге в Лейпциге в 1929 г. (см. Lange J. Verberechen als Schicksal. Studien an
kriminellen Zwillingen. Lei pzig, 1929). Через три года аналогичные исследования были
проведены голландским ученым Легра. Его результаты были еще более ошеломляющими: в
100% случаев однояйцевые близнецы оба оказывались преступниками, а среди разнояйцевых
таких фактов установлено не было. Разгадка наследственной передачи склонности к
преступлениям казалась такой близкой. Не вызывало никакого сомнения, что близнецы с
одинаковым генотипом проявляют гораздо больше сходства в поведении, нежели близнецы,
имеющие разный генотип. Следовательно, гены оказываются решающим фактором
преступного поведения. Эти данные оказали значительное воздействие на введение в
нацистской Германии в 1933 г. практики кастрации и стерилизации как меры уголовной
евгеники (аналогичные меры практиковались и в других странах – в США с 1899 г., в Дании
с 1929 г.).
В начале 30-х гг. коллега Ланге психиатр Фридрих Штумпфель исследовал
генетическую склонность к преступлениям, анализируя родословные преступников
(методика в значительной мере была заимствована у Дагдейла и Годдарда). Он изучил
семейные связи 195 рецидивистов и 166 мелких преступников. Непосредственно и по
отзывам различных лиц было обследовано 1747 родственников этих преступников. Среди
родственников рецидивистов он обнаружил большое число преступников, в то время как
среди родственников мелких правонарушителей их было значительно меньше. Почти все
рецидивисты страдали психопатией (у мелких правонарушителей психопатией страдало
лишь 14%). Результаты изучения он опубликовал в 1935 г. в Берлине (см. Stumfl F. Еrbanlage
und erbrecghens В., 1935). Эти данные позволили по-новому оценить концепцию Годдарда о
психической неполноценности преступников: психические нарушения в криминальной среде
проявлялись не столько в пониженном уровне интеллекта, сколько в нарушениях
эмоциональной устойчивости.
Вдохновленный такими результатами, Штумпфль провел сравнительное исследование
близнецов, результаты которого были менее яркими, чем у Легра, но также вполне
убедительными: парное совершение преступлений отмечалось у 61% близнецов с
одинаковыми генотипами и лишь в 36% – у близнецов с разными природными задатками
(Штумпфль опубликовал их в 1936 г. в Лейпциге) (см. Stumfl F. Die Ursprunge des Verbrechens.
Lei pzig, 1936). Данные Штумпфля позволили ему высказать ряд практических
рекомендаций, направленных на пресечение возможности передачи склонности к
преступлениям генетическим путем. Предлагавшиеся им меры (кастрация и стерилизация)
были не новы. Штумпфль предлагал расширить масштабы их применения.
Результаты генетических исследований побудили Конгресс США принять закон о

46
сексуальных психопатах. В соответствии с этим законом для преступников, у которых
выявлена генетическая предрасположенность к сексуальной агрессии, устанавливалось
тюремное заключение на неопределенный срок.
В этот период достаточно активно развивалась евгеника, которая конструировала
смелые схемы переделки человечества, выведения нового подвида – человека гуманного. При
этом авторов указанных проектов не смущало то, что человечество делилось на достаточно
сомнительные группы: племенных производителей и тех, кого, по мнению евгеников, не
следует допускать к воспроизведению потомства. После победы в Германии национал-
социалистов в этой стране развернулись обширные исследования в данной области,
включавшие и эксперименты на людях. Аналогичные антигуманные эксперименты
проводились и в ряде других стран.
Однако не все ученые попали под обаяние новой концепции. Основные контраргументы
оппонентов генной теории преступности основывались на выработанных теорией
вероятностей формулах расчета научной достоверности статистических данных. Прямо надо
сказать, что с точки зрения репрезентативности исследования Ланге и Легра не выдерживали
критики: первый обследовал лишь 30 пар близнецов, второй и того меньше – 9 пар. Не
намного больше обследовал Штумпфль – 37 пар (18 пар однояйцевых и 19 – разнояйцевых).
Первые же попытки увеличить объем выборочной совокупности дали отрицательный
результат. В 1936 г. соотечественник Ланге и Штумпфля врач Генрих Кранц опубликовал в
Берлине данные, полученные им в ходе длительного исследования 75 пар близнецов (см.
Кranz H. Lebensschicksale krimineller Zwillinge. В., 1936). Цифры, характеризующие парные
преступления у близнецов с одинаковыми и разными генотипами, различались весьма
незначительно: у однояйцевых – 64%, у разнояйцевых – 53%. Эти данные несколько
поубавили накал страстей и показали, что найти ген преступности не так-то просто. Но
трудности не смутили ученых – исследования криминальной генетической
предрасположенности продолжались.
Очень основательное, весьма длительное исследование близнецов провел датский
ученый К. О. Христиансен. Он проанализировал поведение 6000 пар близнецов. У близнецов
с одинаковым генотипом совпадение при совершении преступлений отмечалось в 35%
случаев, у близнецов с различными генотипом – в 12% (см. Cristiansen K. O. Threshold of
toleranse in various population groups illustrated by result from Danish criminological twin stady //
The mental abnormal offender. L., 1968. Р. 107 – 120).
Одним из слабых мест генетических концепций, выстраиваемых на основе
близнецового метода, было то, что в строгом экспериментальном исследовании переменная
должна быть одна: в случае с близнецами – одинаковый и различный генотип. Однако во всех

47
этих исследованиях неизученной переменной было влияние окружающей среды: возможно,
что одинаковое поведение в большей мере зависит не от общих генотипов, а от общих
семейных условий и т. п. Первым обратил внимание на это немецкий криминолог Франц
Экснер (см. Еxner F. Kriminologie. Berlin, 1949). Попытки проведения экспериментов с
близнецами в строгом соответствии с научными требованиями заставили ученых искать
близнецов, разлученных в раннем возрасте. Если бы, несмотря на различие воспитательных
условий, их поведение было бы похожим, то не осталось бы сомнений, что генетические
задатки проявляют себя вопреки любым воспитательным усилиям. Новая фаза исследований
характеризовалась углубленным анализом. Ученые исследовали жизненные пути близнецов.
Однояйцевые близнецы проявляли поразительное сходство в привычках, предпочтениях,
привязанностях. Особый интерес представляли исследования близнецов с одинаковым
генотипом, которые по тем или иным причинам в раннем детстве были разлучены и
воспитывались в разных семьях, – при том, что это достаточно редкая ситуация, учеными
описано 130 таких случаев (см. Дубинин Н. П, Карпец И. И., Кудрявцев В. Н. Генетика.
Поведение. Ответственность. М., 1982. С. 134). Разлученные однояйцевые близнецы вели
достаточно похожий образ жизни, нередко у них были собаки одинаковых пород, сходная
манера одеваться, даже жены имели одинаковые имена. Однако данных об их склонности к
преступлениям получить не удалось – не было зарегистрировано ни одного преступления,
совершенного такими близнецами. В 50-х гг. исследования генетических факторов
преступности вступили в новую фазу, которую условно можно назвать хромосомной. Генотип
человека состоит из 46 хромосом, две из них определяют пол: если они одинаковые (их
условно обозначают латинскими символами XX), то пол женский, если набор хромосом XY –
пол мужской. Наличие в генотипе хромосомы типа Y определяет мужское развитие. Исследуя
генетические аномалии, ученые установили, что у некоторых лиц половые хромосомы не
парные, а тройные: комбинации типа ХХY или ХYY. Первыми эти особенности генотипа,
которые проявляются при анализе крови, слюны или спермы, стали использовать
криминалисты в целях идентификации преступников по биологическим следам,
оставленным на месте преступления. Когда в США и Франции по этим признакам были
раскрыты серийные убийства, совершенные сверхагрессивными преступниками (их
хромосомный набор был типа ХYY), криминологи выдвинули гипотезу о том, что хромосома
типа Y, определяющая мужской пол, может способствовать агрессивности в случае ее
дублирования в генотипе – своеобразный сверхмужчина. В 60-х гг. Патриция Джекобc
провела одно из первых исследований хромосомной предрасположенности к преступлениям.
Обследовав заключенных в Шотландии, она установила, что среди преступников доля лиц с
хромосомной аномалией типа ХYY многократно больше, чем среди правопослушных

48
граждан. В 1965 г. в английском журнале “Природа” она опубликовала статью об этом (см.
Jacobs P. A. Agressive Behavior, Mental Subnormality and the XXY Wale // Nature. V.208. Р. 1351
– 1352). П. Джекобc не оставляла сомнений в том, что ген преступности найден – дело лишь
за тем, как научиться его устранять. Однако эти результаты были сколь сенсационны, столь
же и недостоверны. Дальнейшие исследования, проводившиеся в Англии, Франции и США,
не подтвердили данных, полученных Джекобc. В 1975 г. на Втором международном
криминологическом симпозиуме в Сан-Пауло немецкий ученый Г. Кайзер привел данные
проведенных в Германии исследований, в соответствии с которыми процент лиц, имеющих
хромосомные отклонения, среди правонарушителей практически такой же, что и среди
населения в целом. Причем среди преступников, имеющих хромосомную комбинацию ХYY,
лишь 9% осуждены за насильственные преступления – так что называть Y-хромосому
носителем агрессивности просто некорректно (см. Kaiser G. Genetic and Crime // Proceedings
of II International Symposium on Criminology. San Рао1о, 1975. Р. 7). Исследования,
проведенные Парижским институтом криминологии, привели к аналогичным результатам.
После таких отрицательных результатов среди серьезных ученых сторонников Y-
генетических теорий преступности и соответствующих мер воздействия на данное
антисоциальное явление практически не осталось. Вообще криминологическим теориям,
основанным на идеях криминальных задатков, в середине XX в. социологическими
исследованиями был нанесен серьезный “теоретический удар”. В 1947 г. американские
исследователи И. Валерстайн и К. Вайл в одном из научных журналов опубликовали статью
“Наши законопослушные правонарушители”, в которой привели результаты интересного
исследования. Они опросили около двух тысяч жителей Нью-Йорка на предмет, не
совершали ли они когда-либо преступления. Результаты опроса были ошеломляющими. 91%
опрошенных признали, что им приходилось совершать те или иные преступления (в том
числе и такие серьезные, как грабежи, разбои, похищения автомобилей и иных ценных
вещей), за которые они не были привлечены ни к какой ответственности, поскольку о
преступлении никто не узнал (см.Wallerstein I., Wyle C. Our Law-abiding law-breakers //
Probation. 1947. № 25. Р. 107 – 112). Исследования по методике Валерстайна и Вайла
проводили и другие ученые. Их результаты были также неутешительны: от 90 до 100%
опрошенных признавали, что им приходилось совершать преступления (см.Manheim J.
Comparative Criminology. L., 1965. Т. 1. Р. 33). Эти данные заставляли серьезно задуматься,
есть ли смысл искать какой-то особый ген преступности. Может быть, склонность к
преступлению – нормальное свойство человеческого индивида? Эту гипотезу попытались
доказать криминологи фрейдистской школы. Наряду с социологами концепцию
прирожденного преступника ставили под сомнения психологи-бихевиористы, которые

49
считали, что человек рождается, как чистый лист, на который общество наносит различные
качества путем тех или иных воздействий. В целях проверки этой гипотезы американский
психолог Б. Скиннер даже создал оригинальную лабораторию, которая получила название
“скиннеровский ящик”, где потомство различных млекопитающих выращивалось без
прикосновения человеческой руки (см. Фоке В. Введение в криминологию. М., 1980. С. 180).
Результаты исследований были неоднозначны, однако сомнений в правомерности
генетического подхода становилось все больше и больше. Одним из общепризнанных
аргументов бихевиористов против феномена природных преступных задатков было
констатирование значительного снижения криминальной активности при переходе от юности
к более зрелому возрасту. По их мнению, этого бы не было при биологической
запрограммированности склонности к преступлению (ведь генетические задатки человека
остаются неизменными на протяжении всей его жизни) (см. Ligato J., Behavior Modification
Principles // American Journal of Correction. 1974. № 2. Р. 37). В то же время необходимо иметь
в виду, что рассмотренные концепции преступности биологического толка при всем том, что
многие ученые в мире относятся к ним негативно (особенно мощный импульс их отрицанию
давало то, что они пользовались особой популярностью в нацистской Германии), оказали и
продолжают оказывать серьезное влияние на практику воздействия на преступность. В
значительной мере они были включены в теоретический фундамент т. н. клинической
криминологии. На них опирались при разработке и внедрении большинства медицинских
мер коррекции личности преступника. Американский исследователь практики удержания от
преступлений Самуэль Чавкин в 1978 г. с тревогой отмечал, что все более широкое
распространение получают научные теории, возлагающие всю ответственность за острые
социальные проблемы (такие, как бурный рост насилия) на отдельных индивидов, чье не
поддающееся контролю поведение объясняется либо причинами генетического порядка, либо
дефектами нервной системы (преступники являются жертвами плохой наследственности,
либо страдают тем или иным заболеванием мозга, либо имеют лишнюю хромосому, либо
подвержены воздействию всех трех факторов одновременно) (см. Чавкин С. Похитители
разума. М., 1981. С. 15). Теории генетической предрасположенности могут найти свою нишу
в общей теории воздействия на криминальный феномен. Правда, она находится в иной
плоскости, нежели поиск гена преступности. На основе этих теорий уже сейчас начинают
разрабатываться методики ранней диагностики маньяков, склонных к криминалу, и лиц,
которые в состоянии невменяемости могут совершить общественно опасные деяния.
Научные исследования в данном направлении позволят разработать эффективные меры
социального патронажа таких лиц (включая их лечение и изоляцию). Разработки ученых в
области биологической криминологии могут сформировать достаточно эффективные

50
методики индивидуализации воспитания и социализации лиц с теми или иными
биологическими аномалиями.

ГЕНОЦИД – преступление, предусмотренное ст. 357 УК РФ, в которой дается


следующая его характеристика: “Действия, направленные на полное или частичное
уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы путем убийства
членов этой группы, причинения тяжкого вреда их здоровью, насильственного
воспрепятствования деторождению, принудительной передачи детей, насильственного
переселения либо иного создания жизненных условий, рассчитанных на физическое
уничтожение членов этой группы”. Эти деяния наказываются лишением свободы на срок от
двенадцати до двадцати лет либо смертной казнью или пожизненным лишением свободы.
Геноцид является международным преступлением. Статья 3 Конвенции 1948 г.
предусматривает наказуемость геноцида, заговора с целью совершения геноцида, прямого и
публичного подстрекательства к совершению геноцида, соучастия в геноциде. При этом
геноцид трактуется как действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или
частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как
таковую: убийство членов такой группы; причинение серьезных телесных повреждений или
умственного расстройства членам такой группы; предумышленное создание для какой-либо
группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое
уничтожение ее; меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в среде такой
группы; насильственная передача детей из одной человеческой группы в другую. УК РФ
относит геноцид к числу особо тяжких преступлений. Источники международно-правового
регулирования: Конвенция ООН “О предупреждении преступления геноцида и наказании за
него” от 9 декабря 1948 г. Вступила в силу 12 января 1951 г. Россия – участница конвенции.
ГРАБЕЖ – открытое хищение чужого имущества. Является преступлением,
предусмотренным ст. 161 УК РФ, и наказывается исправительными работами на срок от
одного года до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением
свободы на срок до четырех лет. Если грабеж совершен: а) группой лиц по предварительному
сговору; б) неоднократно; в) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное
хранилище; г) с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой
применения такого насилия; д) с причинением значительного ущерба гражданину, то в
соответствии с ч. 2 ст. 161 УК РФ он наказывается лишением свободы на срок от трех до
семи лет со штрафом в размере до пятидесяти минимальных размеров оплаты труда или в
размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца либо
без такового. Часть 3 ст. 161 У К РФ предусматривает лишение свободы на срок от шести до

51
двенадцати лет с конфискацией имущества за грабеж, совершенный: а) организованной
группой; б) в крупном размере; в) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо
вымогательство. Грабеж входит в число преступлений против собственности. Некоторые
авторы считают его корыстно-насильственным преступлением, ибо он связан с
насильственным изъятием имущества (см. Криминология. М., 1976. С. 383; Криминология.
М., 1979. С. 254, 255; Криминология. М., 1975, и др.). Будучи относительно
распространенным преступлением, чаще всего Грабеж совершается не просто как открытое
хищение имущества (ч. 1 ст. 161 УК РФ), но как деяние, отягощенное квалифицирующими
признаками. В статистике чаще всего регистрируются грабежи с отягчающими
обстоятельствами. Именно они составляют около 80% всех зарегистрированных грабежей.
Преступление это – умышленное, как показывает изучение, оно часто носит ситуативный
характер, виновные используют благоприятную обстановку, подготовленную самими
потерпевшими (оставление вещей без присмотра, нахождение в пьяном состоянии и т. п.).
Вместе с тем для грабежа является характерным открытый, заведомо очевидный, явно
заметный для собственника или других лиц, очевидцев преступления, способ изъятия чужого
имущества. Если это деяние совершено и с использованием других негативных показателей,
относящихся к квалифицированным и особо квалифицированным признакам, то
общественная опасность этого преступления резко возрастает. Применение физического или
психического насилия практически всегда присутствует при грабеже, и цель их определяется
стремлением изъять имущество открытым способом, а также удержать уже изъятое
имущество.

ГРУППА ЛИЦ ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМУ СГОВОРУ – это в соответствии с ч. 2 ст.


35 УК РФ группа лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления. В
отличие от организованной группы здесь, во-первых, речь не идет о совершении нескольких
преступлений, т. е. нет признака устойчивости, во-вторых, не предполагается объединение
таких лиц в целях совместной подготовки преступления. Говорится только о
предварительной договоренности или предварительном сговоре. Часть 7 ст. 35 УК РФ
предусматривает, что совершение преступления группой лиц по предварительному сговору
влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК РФ. Оно
рассматривается или как отягчающее ответственность обстоятельство (п. “в” ч. 1 ст. 63 УК),
или как квалифицирующий признак конкретных преступлений (см. Соучастие в
преступлении).

ГРУППА ОРГАНИЗОВАННАЯ – это в соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ устойчивая

52
группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.
Здесь выделяются два отличительных признака такой группы: 1) группа должна быть
устойчивой; 2) ее члены заранее объединяются за некоторое время до совершения
преступления. Таким образом, имеются в виду устойчивые связи между членами такой
группы, подчиненные совершению одного или нескольких преступлений. Группа создается в
случае не просто предварительной договоренности о совершении преступления или
преступлений, но в тех случаях, когда эти преступления планируются заранее, готовятся,
когда необходимы для этого согласованные действия не одного человека. В ч. 4 ст. 35 УК РФ
предусмотрено, что сплоченная группа организованная (организация), созданная для
совершения тяжких или особо тяжких преступлений, признается преступным сообществом
(преступной организацией). Лицо, создавшее группу организованную либо руководившее ею,
подлежит уголовной ответственности за ее организацию и руководство ею в случаях,
предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ, а также за все
совершенные группы организованной преступления, если они охватывались его умыслом.
Другие участники группы организованной несут уголовную ответственность за участие в ней
в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ, а также
за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали (ч. 5 ст. 35 УК РФ).
В соответствии с ч. 6 ст. 35 УК РФ создание группы организованной в случаях, не
предусмотренных статьями Особенной части УК РФ, влечет уголовную ответственность за
приготовление к тем преступлениям, для совершения которых она создана. Часть 7 ст. 35 УК
РФ предусматривает, что совершение преступления группой организованной влечет более
строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК. Совершение
преступления группой организованной рассматривается или как отягчающее ответственность
обстоятельство (п. “в” ч. 1. ст. 63 УК), или как квалифицирующий признак конкретных
преступлений.

ГРУППОВАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ – относимость объекта к какому-либо множеству


(группе). В зависимости от объема группы выделяются родовая, видовая, внутривидовая
принадлежность. С практическо-криминалистической точки зрения наиболее значимым
является установление принадлежности объекта к группе наименьшего объема.
Установление групповой принадлежности (отношение объекта к определенной группе) в
уголовном судопроизводстве может составлять содержание самостоятельного, завершенного
исследования либо выступать в качестве этапа криминалистической идентификации (см.
Идентификация криминалистическая).

53
ДЕВИАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ – отклоняющееся от установленных норм поведение.
(от лат. deviatio – уклонение). Иногда имеется в виду отклонение не только от установленных
норм, но и ожиданий людей, социальных групп. Для криминологии характерен нормативный
подход к отклоняющемуся поведению, и при этом преступность рассматривается как
крайний негативный вариант отклонения. Позитивные отклонения в криминологии
учитываются при изучении личности преступника, реакции разных социальных групп на
преступность.

ДЕВИАЦИЯ – социальное явление, выражающееся в относительно массовом и


устойчивом отклонении поведения людей от установленных в обществе и государстве норм
поведения. Встречается широкое и узкое толкование данного понятия. При широком авторы
полагают, что речь должна идти также о несоответствии поведения и официальным, и
фактически сложившимся в данном обществе нормам и ожиданиям. Более узкое понимание
выражается в том, что девиация трактуется как негативное отклонение только от правовых,
моральных норм поведения, принятых в обществе (см. Войтенко С. Г. Криминологическое
исследование виктимности лиц с девиантным поведением. М., 1997. С. 13). Здесь не
принимаются во внимание религиозные и иные нормы поведения. Преступность – это
наиболее общественно опасная девиация, и поэтому она изучается нередко в рамках
социологии отклоняющегося поведения.

ДЕКРИМИНАЛИЗАЦИЯ – исключение уголовной наказуемости деяний.


Рассматривается как процесс и результат, имеет место в следующих двух распространенных
случаях. Во-первых, когда деяние перестало представлять высокую общественную
опасность, характерную для преступления. Во-вторых, декриминализация бывает связана с
невозможностью использования уголовного запрета в практике борьбы с соответствующими
деяниями. Это бывает при крайней распространенности деяния и при отсутствии реальных
возможностей применять ко всем виновным уголовно-правовые меры. Тогда вводится,
например, вместо уголовной административная ответственность. Так практически
произошло с мелкими хищениями государственного и общественного имущества. Но бывает
и так, что законодательную политику лоббируют деятели преступного мира и им удается
исключить уголовную наказуемость деяний, распространенных в их среде. Но это уже –
показатель криминализации органов государственной власти.

ДЕЛИНКВЕНТНОСТЬ (от лат. (delinquentis – совершающий проступок,

54
правонарушитель) – заимствованное понятие, употребляемое в российской криминологии
для обозначения не только преступности, но в целом правонарушаемости, т. е. совершения
людьми и преступлений, и административных, и гражданско-правовых, и дисциплинарных
правонарушений. Как правило, данное понятие употребляется, когда речь идет о
несовершеннолетних. В литературе делинквентами, как правило, называют
несовершеннолетних правонарушителей. Иногда при употреблении данного понятия
допускаются две крайности: 1) имеется в виду только преступность несовершеннолетних, 2)
имеются в виду не только правонарушения, но и иные случаи аморального поведения. Но
такие подходы не вполне корректны. За рубежом исследования преступности
несовершеннолетних нередко ведутся в рамках изучения делинквентности
несовершеннолетних.

ДЕТЕРМИНАЦИЯ ПРЕСТУПНОСТИ – это в целом процесс порождения


преступности в обществе (социальная детерминация). Детерминация – понятие, производное
от слов "детерминант", "детерминировать". Латинское слово determinare означает
"определять". Детерминация – процесс обусловливания, определения. Здесь пока не
выделяются разные виды взаимосвязей. О детерминантах, или обстоятельствах, факторах,
говорят как об объединяющих терминах для причин преступности и условий,
способствующих совершению преступлений. Процесс детерминации преступности
представляет собой сложное взаимодействие различных форм связей: не только причинных,
но также функциональных, статистических, связей состояния и иных. Их насчитывается
более трех десятков. Функциональная зависимость отражает объективное соответствие,
параллелизм в сосуществовании и изменчивости двух факторов, которые могут зависеть от
третьего фактора. Например, рост безработицы в регионе одновременно порождает и
увеличение числа краж во имя удовлетворения необходимых потребностей, и снижение
покупательского спроса. Снижение покупательского спроса и рост краж связаны между
собой не причинно, а функционально: оба эти явления производны от безработицы.
Статистическая связь заключается в изменении характера распределения одного фактора в
зависимости от изменения другого (например, увеличение числа преступлений с
увеличением численности населения). Частный случай статистической связи –
корреляционная зависимость. За основу берется среднее значение фактора, явления. Если
обнаруживается, что распределение одного явления прямо пропорционально распределению
другого, корреляция носит положительный характер, если обратно пропорционально –
отрицательный. Коэффициент корреляции имеет значение от 0 до 1, и чем он ближе к 1, тем
сильнее связь между явлениями. При изучении был выявлен в ряде регионов высокий

55
коэффициент корреляции общей преступности и преступности несовершеннолетних (К =
0,838), а также общей преступности и преступности лиц, не работавших и не учившихся (К
= 665). В других регионах эти коэффициенты были значительно ниже – 0,475. Это значит, что
преступность там не зависела от преступности лиц, не работавших и не учившихся.
Корреляционная зависимость определяет конкретную область поиска и может
свидетельствовать о причинной связи. Но важно специально исследовать механизм этой
связи. Высокий коэффициент корреляции между общей преступностью, преступностью
несовершеннолетних и преступностью лиц, не работающих и не учащихся, может указывать
на то, что в регионе существует проблема нахождения части несовершеннолетних, в том
числе совершающих преступления, без определенных занятий. Но почему это происходит,
зависит ли это от позиции самих несовершеннолетних или от безработицы в городе, как
именно все это связано с преступностью – вот те вопросы, которые подлежат затем более
глубокому анализу. Связь состояний характеризуется тем, что одно состояние какого-то
явления в данный момент при определенных условиях необходимо определяет состояние
этого явления в другой момент. Например, преступность города, в которой высок удельный
вес несовершеннолетних, при условии низкой эффективности борьбы с ней способна в
дальнейшем стать такой, в которой будет высок удельный вес рецидивной преступности.
Само по себе выявление факта взаимосвязи преступности с каким-то другим явлением или
процессом нельзя признать достаточным. За этим должно следовать определение характера
взаимосвязи. В концепции диалектического детерминизма одним из основополагающих
принципов является принцип универсального взаимодействия. Но само по себе указание на
взаимодействие еще ничего не дает. Необходим анализ его сторон, процесса его
осуществления, а также оценка того, как меняются стороны взаимодействия. Причинность
рассматривается как одна из форм универсального взаимодействия, как один из видов
детерминации, означающий только генетическую, производящую связь. При причинном
объяснении устанавливается, под влиянием каких обстоятельств порождается преступность,
а при более широком детерминистском подходе – почему преступность не просто
существует, но существует в определенных формах, с теми или иными характеристиками.
При широком детерминистском подходе преступность предстает как результат не
однозначного влияния каких-то факторов, а сложной, многоплановой детерминации, в т. ч.
самодетерминации. Общий механизм детерминации обществом преступности, ее
самодетерминации и оказания обратного влияния на породившее ее общество выглядит
следующим образом: 1) общество с его противоречиями, проблемами при просчетах
социального управления порождает отрицательные социальные отклонения непреступного
характера; 2) в условиях недостатков борьбы эти социальные отклонения способны во

56
взаимодействии с другими социальными факторами обусловливать преступность, ее
развитие; 3) неэффективная борьба с преступностью приводит к ее новому состоянию:
“Преступность-1”, которое характеризуется более отягощенными характеристиками данного
явления, нарастанием в нем организованности и криминального профессионализма.
Например, одними из видов организованной преступной деятельности является
порнонаркоалкогольный бизнес; 4) происходит усугубление негативных социальных
отклонений в обществе. Идет активное вовлечение части населения в потребление
наркотиков, алкоголя, занятие проституцией, широко рекламируются соответствующие
услуги, пропагандируется “заманчивый” облик проститутки, употребление спиртных
напитков как момент “расслабления” и т. п. В этих условиях нарастают и приобретают новые
характеристики многие отрицательные социальные отклонения; 5) все это отрицательно
сказывается на характеристиках общества. Так, в условиях, когда владельцы крупных
криминальных состояний резко выделяются своими доходами, все новые лица используют
криминальные средства обеспечения своего благосостояния. С другой стороны, появляется
все больше людей, активно выступающих против владельцев криминальных доходов, в том
числе путем умышленного уничтожения их имущества, совершения в отношении них
насильственных действий. Общество в таких условиях приобретает новые характеристики и
переходит в состояние “Общество-1”; 6) такое общество порождает более масштабные
негативные социальные отклонения; 7) отмечается качественно новое состояние
преступности. Далее этот процесс может продолжаться в разных вариантах. При изучении
детерминации преступности важен учет специфики социального детерминизма. Главная его
особенность заключается в том, что в обществе все связи выступают в форме отношений
между людьми – целенаправленных связей. Поэтому в криминологии уделяется большое
внимание взаимодействию внешней по отношению к человеку среды и людей с их
характеристиками. Выделяется причинность преступности. Изучаются детерминация,
включая причинность преступности в целом на каком-то этапе развития общества,
преступности государства, региона, преступности представителей определенных социальных
групп, отдельных видов преступности, индивидуального преступного поведения. При этом
анализируются не только процессы влияния общества на преступность, но и преступности –
на разные стороны жизни общества, самодетерминация преступности. Поскольку
криминология – это не “все наука”, а криминолог – не универсальный специалист,
способный успешно исследовать все многообразие явлений действительности, он не может
заменить экономиста, политолога, социолога, социального психолога и иных специалистов.
Существуют пределы его компетенции при изучении детерминации преступности
Криминолог ведет исследование детерминации и причинности преступности в рамках

57
“частичного детерминизма”. То есть когда раскрытие детерминант заведомо неполно в
философском смысле и претендует лишь на относительную полноту применительно к
предмету и методам соответствующей науки. Криминолог не изучает глубоко причины
плохой раскрываемости преступлений, просчетов в оперативно-розыскной деятельности.
Соответствующую информацию он сообщает другим специалистам и ставит вопрос о ее
глубоком изучении ими. Но только криминолог получает сразу информацию о всем
причинном комплексе, непосредственно детерминирующих преступность. Чем далее он
уходит от преступности и переходит к более глубоким связям, тем активнее он должен
пользоваться помощью других специалистов или просто “передавать им эстафету”.
Криминолог должен осознавать, что ведет исследование в рамках ограниченного
детерминизма. При этом, однако, он должен учитывать, что реализация причинно-
следственных связей происходит в разных условиях. Важно иметь в виду следующее: а)
условия неполной изоляции, означающие, что всякое локальное взаимодействие (например,
личности и микросреды) – элемент более широкого социального взаимодействия и
подчиняется законам последнего; б) условия внутренней неоднородности, в результате чего
элементы взаимодействия неравнозначны, одни из них играют более активную роль и
являются определяющими (социальная среда), другие – производными (личность); в)
условия внутренней организации и устойчивости, в результате чего криминологически
значимое взаимодействие может иметь разную степень устойчивости, а преступление может
служить результатом процесса, который проявляет себя в значительной мере в зависимости
от ряда иных обстоятельств; г) условия среды, требующие связывать конкретные
взаимодействия социальной среды и личности с определенным уровнем развития общества и
видеть, например, механизмы порождения в обществе среды разного типа, в том числе
статистически чаще дающей преступное поведение; д) условия меры, при которых условия
конкретного причинения становятся таковыми только при приобретении определенной
качественной меры; е) условия полноты детерминации, требующие правильно оценивать
возможность изолированного рассмотрения разных парных взаимодействий, а также
вычленения какой-то одной линии детерминации (экономической или политической и т. п.).
Криминолог обязан всегда трезво оценивать полноту имеющегося у него материала и
соответственно разграничивать выводы, которые: а) сразу могут учитываться в борьбе с
преступностью; б) сначала доводятся до сведения других специалистов для более глубокой
проработки ими соответствующей информации. Нередко ждут сразу однозначных выводов и
немедленных рекомендаций криминологов. Если криминолог идет на поводу у этих
ожиданий, он вводит в заблуждение заказчиков относительно качества своих рекомендаций.
Но без криминолога не смогут выявить сразу всю совокупность взаимосвязей,

58
непосредственно детерминирующих преступное поведение и преступность, и определить,
каких специалистов следует еще привлечь к работе. Между этапами изучения преступности и
организации борьбы с ней обязателен этап выявления детерминации и причинности
преступности.

ЕСТЕСТВЕННАЯ ШКОЛА ПРАВА (О ПРЕСТУПЛЕНИИ) – научное направление,


рассматривающее право как ниспосланные Богом императивы, естественные правила,
соответствующие природе человека и гармонии окружающего мира. Основой естественного
права является справедливость – идеальный порядок, при котором все удовлетворены и
умиротворены. В переводе с древнегреческого справедливость означает обычай, уклад
жизни. Теоретики естественного права исходят из того, что "высшим разумом порождена
идея справедливости. Задача людей – воспринять ее и реализовать в общественном
устройстве. Одним из первых идею справедливости развил китайский мыслитель древности
Мо Ди (V в. до н. э). Мо Ди во многом предвосхитил учение Платона об идее (высшей,
небесной сущности) как творце земной справедливости. Одно из наиболее основательных
исследований проблем справедливости было сделано Аристотелем. Им разработана
концепция правосудия как процесса восстановления справедливости, а наказания как
справедливого воздаяния. Миссия судьи заключается в восприятии свыше справедливости.
Он оказывается посредником между людьми и справедливостью. Аристотель называет судью
“одушевленным правосудием”, а выносимый им приговор – правдой. Сам факт признания
божественного происхождения естественного права предопределял его приоритет в случае
коллизии с законодательством, основанным на произволе законодателей. По этому поводу
Цицерон отмечал, что закон государства, противоречащий естественному праву, не может
рассматриваться как закон. Священным является право народа на смещение властителя,
попирающего справедливость. В генезисе человеческих представлений о естественном праве
важное место занимает христианская этика. Атрибутами божественного права являются
равенство людей, отрицание собственности, отказ от воздаяния за причинение зла,
терпимость ко всем людям независимо от их вероисповедания. В средние века христианская
этика стала основой развития теории естественного права. В теологической трактовке
Августина, которая была развита и дополнена Фомой Аквинским, естественное право –
данная Богом в откровениях совокупность императивов, выходящих за пределы познания
человека. По Аквинскому, только церковь, постигшая истины откровения, может объяснить
людям, в чем заключаются подлинная справедливость и общее благо. Если тиран не
воспринимает божественный промысел, высшая справедливость будет на стороне народа,

59
силой сместившего властителя. В эпоху Возрождения истины откровения были отвергнуты.
Как отметил Ф. Энгельс: “Несправедливость, привилегии и угнетение должны уступить
место вечной истине, вечной справедливости, равенству, вытекающему из самой природы, и
неотъемлемым правам человека” (См.; Энгельс Ф. Анти-Дюринг // Полн. собр. соч. Т. 20. С.
17). В этот период достаточно четко дифференцировались концепции вечного и
естественного права. Вечное и неизменное право, существующее в высшем мире и
постепенно приоткрывающееся людям, было заменено естественным правом,
ориентированным на человеческую природу. Одной из наиболее основательных работ по
теории естественного права была вышедшая в 1625 г. книга голландского юриста Гуго
Гроция “О праве войны и мира”. Он развил идею ниспосланного Богом человеку чувства
справедливости как одного из основных средств правоохраны. Интересны рассуждения
Гроция о праве народа на восстание: "Воля повелевать и воля, направленная на гибель
государства, несовместимы. Дело в том, что тот, кто объявляет себя врагом всего народа, тем
самым отрекается от царства" (См.: Там же. С. 172). Английский философ Т. Гоббс в 1642 г.
опубликовал трактат "Основы философии", в котором развил идею договорной природы
естественного права. По Гоббсу, не совесть удерживает людей от взаимного истребления.
"Желание принести вред другому присуще в естественном состоянии всем" (См.: Гоббс Т.
Основы философии // Соч. Т. 1. С. 288). Естественное состояние человечества – тотальная
война: "Сочетание естественной склонности людей нападать друг на друга с правом всех на
все порождает войну всех против всех" (С. 291). Взаимный страх рождает потребность в
союзниках, отсюда возникает идея договора – взаимного ограничения прав и согласия: "Если
я не выполню обещания, то не буду противиться моему убийству" (С. 301). Гоббс отбросил
идею божественного промысла и вывел естественное право из людского страха
взаимоуничтожения. Место божественного разума занял материалистический инстинкт
самосохранения. Из инстинкта самосохранения выводил сущность естественного права и
Бенедикт Спиноза: "Естественная мощь, или право людей, должно определяться не разумом,
но тем влечением, которое определяет их к действию и которым они стремятся сохранить
себя" (См.: Спиноза Б. Политический трактат // Избранные произведения. Т. 2. М., 1957. С.
291). Идее Гоббса об общественном договоре была суждена долгая жизнь. Ее развили
французские просветители: Монтескье, Вольтер, Руссо, Дидро, Гельвеции. В трудах этих
ученых естественное право окончательно утратило вечный характер, оно было
ориентировано на интересы общества. Клод Адриан Гельвеций попытался вывести принцип
обращения людей к праведной жизни: “Сделать людей добродетельными можно только
посредством хороших законов. Все искусство законодателя заключается в том, чтобы
заставить людей быть справедливыми друг к другу, опираясь на их любовь к себе самим. А

60
чтобы составить такого рода законы, надо знать сердце человеческое, и, прежде всего, знать,
что люди любят только самих себя и равнодушны к другим и не рождены ни добрыми, ни
злыми, а готовы стать теми или другими в зависимости от того, соединяет или разъединяет
их общий интерес” (См.: Гельвеций К. Об уме // Соч. Т. 1. М., 1973. С. 377). Гольбах
выработал весьма ценные принципы воздействия на преступность: "Тщетно несправедливое
правительство пыталось бы искоренить преступления, которые оно само постоянно
порождает; лишь добродетельная политика, бдительно стоящая на страже общественных
интересов, может сделать подданных добродетельными. Ни мучения, ни жесточайшие пытки
не переделают плохих людей; только с помощью хороших законов и образования можно
воспитать достойных граждан... При плохом правительстве тюрьмы всегда переполнены".
Философ так же, как и его предшественники, признавал право народа на восстание против
правителей, о которых никак не скажешь, что они поставлены на трон милостью Божьей:
"Факт обладания властью не может узаконить злоупотребления этой властью... Когда
обществом плохо управляют, оно находится в состоянии болезни; будучи в таком положении,
оно вправе искать средств для излечения... Природа наградила каждый народ, как и каждого
индивида, неотъемлемым правом защищаться от врага; оба, без сомненья, могут восстать
против угнетающего их тирана". Идеи о внутреннем цензоре как источнике правомерного
поведения были положены в основу разработанной И. Кантом теории естественного права.
Суть ее заключается в том, что Бог ниспослал людям стремление к справедливости, вложив в
них определенные врожденные идеи – нравственное чувство, которое не дает человеку покоя
при нарушении божественных установлений. Философ XIX в. Гегель подверг критике
попытку найти основание естественного права в самом человеке. Он вполне в духе
Августина и Аквинского развил концепцию объективного идеализма, в соответствии с
которой право есть проявление абсолюта (мирового разума). Мировой разум постоянно
развивается (расширяется и усложняется). Это развитие проявляется во всем, в т. ч. и в
правовой сфере. Человечество постепенно через массу противоречий постигает истину
справедливости и приближается к подлинному (вечному) праву. Гегель обосновывает
процесс развития мирового разума как самодвижение права к справедливости. Человек имеет
право на убийство, но, признавая такое право справедливым, он должен быть готов к тому,
что однажды сам будет убит (см. Гегель Г. В. Ф. Философия права; М., 1990. С. 413 – 414).
Нежелание быть убитым отрицает право на убийство. Господствующий класс может
закрепить свои интересы в несправедливых законах, ущемляющих права простых людей.
Однако несправедливость законов влечет отрицательные последствия и для господствующей
элиты: они терпят бедствие от преступлений, народный бунт может уничтожить их. Именно
поэтому одну из главных миссий полиции Гегель видел в заботе о здоровье народа и

61
поддержании низких цен на товары повседневного потребления (Там же. С. 267).
Преступники и бунтари убивают и грабят, и в этом проявляется их отрицание
несправедливости существующего порядка. Господствующему классу несправедливый
порядок выгоден, он стремится защитить его. Но чем более несправедливо устроена
государственная жизнь, чем менее она действительна, разумна и жизнеспособна – тем
больше в стране преступников и бунтовщиков, которых не удается удержать в узде ни
тюрьмам, ни виселицам. Стремясь избавиться от преступности и бунтов, господствующий
класс вынужден отрицать выгодный ему несправедливый порядок. Если господствующая
элита проявляет чрезмерный эгоизм и недальновидность, происходит отрицание
несправедливого порядка вместе с господствующим классом (революция). Таким образом,
противоречия между нарушителями порядка и господствующим классом в конечном итоге
направляют общество к справедливости. Это движение в отдельные исторические периоды
может замедляться, но остановить его невозможно – таков промысел мирового разума. Таким
образом, к ХIХ в. сложилось несколько подходов к пониманию естественного права:
естественное право как проявление вечного права, императивов, установленных мировым
разумом, которые человечество постигает (через откровения – в теологической трактовке,
или через противоречия – в теории Гегеля); естественное право как проявление человеческой
природы (инстинктов – в материалистическом толковании, или божественного дара –
нравственного чувства). Различные концепции естественного права являются основой
большинства современных правовых теорий (исключение составляют социалистические
страны). Эти теории исходят из того, что право всегда истинно, разумно, естественно,
человечно (в отличие от закона, считающегося явлением политическим, допускающим
возможность произвола при его установлении). Среди современных теорий естественного
права выделяются несколько направлений: теологическое (развитие идей Августина);
объективистское (развитие идей Гегеля); неокантианское (развитие идей Канта);
интуитивистское; экзистенциалистское. Одна из наиболее интересных неокантианских
трактовок естественного права принадлежит представителям научного направления,
получившего название радикального гуманизма. Радикальные гуманисты, среди которых
наиболее яркая фигура – Э. Фромм, отрицают основы современной цивилизации как
основанной на законах, не соответствующих природе человека. В соответствии с
теоретическими воззрениями гуманистов-радикалов Ноmо sapiens обладает определенными
задатками, генетическими (экзистенциальными) потребностями, удовлетворение которых
необходимо для того, чтобы человек нормально развивался и чувствовал себя счастливым.
Драма современной цивилизации в том, что ее правовые установления абсолютно
противоречат человеческому естеству и обрекают его на бессмысленное существование и

62
постоянное проявление жестокости в погоне за эфемерными ценностями. У человека есть две
реальные возможности: полностью развернуть свои способности и превратиться в творца;
остановиться в своем развитии и превратиться в порочное существо. Преступника можно
считать экзистенциальным отступником – человеком, которому не удалось стать тем, кем он
мог бы стать в соответствии со своими экзистенциальными потребностями. Отдельным
личностям удается полностью развернуть свои способности и в современном обществе,
однако для искоренения деструктивности необходимо, чтобы все члены общества были
включены в творческий процесс. Лишь обществу, где такое развитие станет нормой, удастся
избавиться от преступности. “Садизм – один из возможных ответов на вопрос, как стать
человеком (если нет других способов самореализации)” (См.: Фромм Э. Анатомия
человеческой деструктивности. М., 1994. С. 252). Ощущение абсолютной власти над другим
существом, чувство своего могущества по отношению к этому существу создает иллюзию
удовлетворения неутоленных экзистенциальных потребностей. Садизм есть превращение
немощи в иллюзию всемогущества. Садизм произрастает из самой сущности
эксплуататорского общества: “Власть, с помощью которой одна группа притесняет и
эксплуатирует другую группу, часто формирует у эксплуатируемых садистские наклонности
(хотя есть много индивидуальных исключений). И поэтому, вероятно, садизм (за
исключением особых случаев) может исчезнуть лишь тогда, когда будет устранена
возможность господства одного класса над другим, одной группы над другой” (Там же. С.
258). Фромм весьма скептически оценивает возможности улучшения жизни путем
ужесточения порядка: “Лозунг “Порядок и закон” (вместо “Жизнь и система”), призыв к
применению более строгих мер наказания за преступления, равно как и одержимость
некоторых “революционеров” жаждой власти и разрушения, – это не что иное, как
дополнительные примеры растущей тяги к некрофилии в современном мире” (Там же).
Моделируемое радикальными гуманистами естественное право основано на принципиально
новой системе ценностей: место таких ценностей, как “власть – собственность – контроль”
должны занять “рост – жизнь”. Принцип “иметь – копить” должен быть заменен принципом
”быть и делиться”. Интуитивистская концепция естественного права во многом сходна с
кантианской концепцией нравственного чувства. Одна из ее особенностей заключается в
ориентации на интерпретацию процесса принятия судейских решений – обосновании т. н.
судейского права. Основой права в данной концепции является правовое чувство,
возникающее в момент оценки конкретной жизненной ситуации: ситуативное естественное
право служит мерилом справедливости и инструментом устранения дефектов
законодательства и правопорядка (См. Leinweber A. Gibt es ein Naturrecht? В., 1970. S. 62).
Экзистенциалистская трактовка придает естественному праву не только ситуативный (в этом

63
ее сходство с интуитивизмом), но и индивидуальный характер. Для каждого человека
существует свое естественное право. Экзистенциализм опирается на феномен откровения –
соприкосновение со сверхъестественной (трансцендентной) сущностью. Это
соприкосновение возможно лишь в пограничной (экстремальной) ситуации (например, когда
человек оказывается перед лицом смерти, вечности). Экзистенциалисты полагают бытие
непознаваемым теоретически и непрогнозируемым, оно может быть постигнуто только через
самое себя. Чтобы понять, правомерен ли поступок, необходимо его совершить (именно так
поступает Раскольников, герой романа Ф. М. Достоевского, наиболее авторитетного писателя
среди экзистенциалистов). Вполне в духе кантианства экзистенциалисты считают мерилом
правомерности поступка чувство внутреннего согласия с самим собой. Теологическое
направление экзистенциализма полагает источником права Бога, атеистическое – абстрактное
ничто, выступающее как глубочайшая тайна экзистенции (существования).
Экзистенциальное откровение может повести человека на подвиг, противопоставив личное
решение уверткам трусливого разума. Оно же может побудить совершить поступок, который
общество оценит как преступление. В любом случае экзистенциальное право отрицает
безликое существование в коллективе и движение по течению. Призыв действовать вопреки
очевидности и без надежды на успех сделал экзистенциализм идеологией протеста и
самопожертвования, идеологией вызова несправедливости окружающего мира. Надежная
защищенность сил зла, крепость мира несправедливости не принимаются во внимание
экзистенциалистами, прикосновенными к трансцендентальной сущности. Экзистенциализм,
так же как и христианство, можно считать попыткой человечества выйти в новое социальное
измерение, в котором господствуют совершенно иные ценности, доминирует иная логика.
При этом создать концепцию справедливости, закрепить индивидуальный экзистенциальный
опыт и сформулировать истинное право в виде конкретных норм экзистенциализм не
способен. В какой-то мере возникновение этого философского течения можно считать
реакцией на социальную ситуацию, влекущую утрату рациональной способности провести
четкую границу между добром и злом. Концепция естественного права оказала и продолжает
оказывать во всем мире огромное влияние на процесс правотворчества, правоприменения, на
все социальное бытие. Трудно переоценить ее роль в ограничении произвола. Идея вечного
права Ии неуничтожимой справедливости – опора сил добра и предостережение силам зла.

ЖАРГОН – разговорный диалект, имеющий хождение в небольшой социальной


группе людей и отличающийся от общепринятой лексики употреблением специальных
выражений, понятных тем, кто ими владеет. Существует жаргон профессиональный,

64
свойственный людям определенной профессии, в т. ч. и криминальный жаргон. Он
произведен от явления криминального профессионализма, наличия профессиональных
преступников. Так, воровской жаргон – это воровской язык, который используют
преступники в общении между собой. Чаще используется в устной речи, реже – в
письменной. Иногда он называется “арго”, “феня”, “блатная музыка”. В настоящее время
существует как самостоятельная часть субкультуры и имеет тенденции к дальнейшему
совершенствованию. Отдельные слова вошли в повседневный язык населения. Воровской
язык включает в себя более 100 тыс. слов и выражений. Различные криминальные группы
имеют свои специфические слова и выражения. Так, у карманных воров имеется свыше 400
слов, используемых в основном ими. Выпущены словари-справочники жаргона. Например,
Хукк В. С. Жаргон и аббревиатура татуировок преступного мира. Нижний Новгород, 1992.

ЖЕНЩИНА-ПРЕСТУПНИЦА. Данный термин применяется неоднозначно: в


криминологическом плане – это женщина, совершившая преступления, с точки зрения закона
преступницей может считаться только женщина, если она за совершенное ею уголовно-
наказуемое деяние осуждена судом. Выделение отдельно самого понятия “женщина-
преступница” обусловлено тем, что имеются определенные особенности, как в характере
совершения преступления, так и по различиям в видах совершенных преступлений; по
мотивам совершения преступлений по сравнению с преступниками мужчинами. Женщина-
преступница – это лицо женского пола, совершившее преступление и по суду признанное
виновным. УК РФ распространяет действие всех статей Уголовного кодекса в равной мере,
как на мужчин, так и на женщин. В УК есть одна статья, когда субъектом уголовной
ответственности может стать только женщина – это ст. 106 УК РФ – убийство матерью
новорожденного ребенка (мужчина по этой статье привлекается только в качестве
соучастника). Женщины чаще всего совершают преступления на семейно-бытовой почве,
практически независимо от вида преступления, свыше 50 – 60% общего числа совершенных
женщинами преступлений имели своим мотивом такой, который вытекал либо из семейной,
либо из бытовой ситуации. Мотивы преступлений у женщин чаще всего связаны с
интересами семьи или близких им людей. Даже в тех случаях, когда совершаются
преступления в сфере экономической деятельности, они часто бывают связаны с
определенными осложнениями в семейной жизни или определяются характером и уровнем
жизни женщины в бытовой сфере. Несмотря на все происходящие изменения, семья и сфера
быта до настоящего времени остаются определяющими для женщин, и это положение
последовательно находит отражение в преступности женщин. В последние годы активизация
предпринимательской деятельности женщин привела к тому, что женщины значительно чаще

65
стали совершать преступления в сфере экономической и предпринимательской деятельности.
Женщина-преступница свою преступную деятельность осуществляет чаще всего в двух
сферах деятельности – производственной и семейно-бытовой. Большую роль в
неблагоприятных изменениях в преступности сыграли и те разрушения сложившихся
стереотипов образа жизни, который существовал ранее в обществе. Резко сменились
ориентиры ценностей, на первое место выступил материальный фактор, на глазах происходит
резкое обогащение одних, которые не только становятся богатыми, но и формируют взгляды
и поведение людей. Практически это способствовало снятию психологических и
нравственных барьеров при совершении корыстных преступлений. В настоящее время для
женщин, более консервативных по своей природе, чем мужчины, естественна глубокая
дезориентация личности, в сущности, в своем мироощущении женщины больше опираются
на мнение ближайшего окружения. Поэтому помимо материальных трудностей у женщин
важным стимулом совершения преступления становится эффект подражания желаемому
образу жизни. Такое проявление находит отражение в других формах антиобщественного
поведения женщин, т. к. женщины в первую очередь ориентируются на достижение тех
внешних результатов, которые имеются у состоятельных людей. Тем самым формируется
установка на получение жизненных благ любой ценой, вплоть до совершения преступлений.
Специфика совершаемых женщинами преступлений находит отражение и в личности
женской преступности. Они чаще совершают преступления в более зрелом возрасте по
сравнению с мужчинами, и это соотношение сохраняется до настоящего времени, несмотря
на то, что в последние годы произошло омоложение преступности. Большой процент
женщин, совершающих преступления в возрасте старше 30 лет, обусловлен спецификой их
социального и профессионального положения. И именно в этой группе отмечается также
очень значительный прирост за последние 5 лет – около 65%. Доля несовершеннолетних
среди женщин-преступниц все еще невелика, значительно меньше, чем среди мужчин, но она
продолжает медленно расти. Среди женской преступности велика доля женщин, занятых на
рабочих специальностях, но в последние годы с развитием предпринимательской
деятельности, несмотря на то, что доля женщин-предпринимателей в структуре женской
преступности невелика, она растет очень большими темпами. Так, с 1993 по 1996 г. доля
женщин-преступниц из группы предпринимателей увеличилась в 9 раз. Доля женщин-
преступниц из числа учащихся и студентов практически остается стабильной, хотя
количественно она и выросла за последние 5 лет примерно на треть. По своему
образовательному уровню женщины-преступницы всегда были более образованными, чем
мужчины, однако и в этой социальной группе происходит очень существенный рост женщин-
преступниц Наличие детей у женщин во многих случаях не является сдерживающим

66
фактором, а наоборот, стремление обеспечить лучшее будущее для детей толкает их на
совершение преступлений. Доля женщин, совершивших преступления в состоянии
опьянения, составляет более четверти всех преступлений и постоянно растет, также растет и
число женщин, совершивших преступления в состоянии наркотического воздействия.
Женщины, совершившие преступление и отбывшие наказание за совершенное деяние в
местах лишения свободы, очень быстро десоциализируются. Их психические стереотипы,
социальные связи разрушаются быстрее, они тяжело и трудно адаптируются к условиям
жизни на свободе, т. к., как правило, у большинства рвутся все семейные и личные связи, и
они оказываются как бы никому не нужными. И это все больше становится той социальной
проблемой, которую необходимо решать уже в ближайшее время.

ЖЕРТВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ – понятие, которое нередко отождествляется с понятием


“потерпевший”. Отмечаются два подхода к толкованию данного термина: 1) под жертвой
преступления понимается только физическое лицо, которому преступлением причинен
моральный, физический или имущественный вред, независимо от того, вынесено или нет
постановление о признании такого лица потерпевшим. Поскольку по УПК РСФСР
потерпевшим признается только физическое лицо, соответственно жертвой преступления в
литературе объявлялось тоже физическое лицо; 2) жертва преступления – физическое или
юридическое лицо, иные субъекты (организация, не являющаяся юридическим лицом, и т.
п.), которым преступлением причинен вред, ущерб.

ЖИЗНИ УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА осуществляется с учетом того, что в


соответствии со ст. 20 Конституции РФ каждый имеет право на жизнь (см. Жизнь человека) и
только за особо тяжкие преступления против жизни федеральным законом устанавливается в
качестве исключительной меры наказания смертная казнь впредь до ее отмены. При этом
обвиняемому предоставляется право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных
заседателей. В России число погибших в результате преступлений в 1986 г. составляло 27
482 чел., в 1996 г. – 65 368, в 1998 г. – 64 545 чел. УК РФ, во-первых, разграничивает: 1 –
умышленное лишение жизни человека; 2 – лишение жизни человека по неосторожности. Во-
вторых, к числу преступлений, связанных с лишением жизни человека по неосторожности,
относит две группы деяний: а) только совершенные по неосторожности, б) преступления,
совершенные с двумя формами вины, когда смерть человека наступает в результате
неосторожности виновного при совершении им умышленного преступления (в целом такие
преступления признаются умышленными). При этом наказание дифференцируется не только
в зависимости от форм вины, но и от иных обстоятельств. Так, УК РФ предусматривает в

67
качестве одной из мер наказания смертную казнь за пять особо тяжких умышленных
преступлений против жизни: 1) умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах (ч.
2 ст. 105), т. е. умышленное убийство а) двух или более лиц; б) лица или его близких в связи с
осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного
долга; в) лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно
сопряженное с похищением человека либо захватом заложника; г) женщины, заведомо для
виновного находящейся в состоянии беременности; д) совершенное с особой жестокостью; е)
совершенное общеопасным способом; ж) совершенное группой лиц, группой лиц по
предварительному сговору или организованной группой; з) из корыстных побуждений или по
найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом; и) из хулиганских
побуждений; к) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно
сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера; л)
по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести;
м) в целях использования органов или тканей потерпевшего; н) совершенное неоднократно;
2) террористический акт, т. е. посягательство на жизнь государственного или общественного
деятеля, совершенное в целях прекращения его государственной или иной политической
деятельности либо из мести за такую деятельность (ст. 277 УК); 3) посягательство на жизнь
судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия,
прокурора, следователя, лица, производящего дознание, защитника, эксперта, в целях
воспрепятствования законной деятельности указанных лиц либо из мести за такую
деятельность (ст. 295 УК); 4) посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного
органа, военнослужащего, а равно их близких в целях воспрепятствования законной
деятельности указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению
общественной безопасности либо из мести за такую деятельность (ст. 317 УК); 5) геноцид, т.
е. действия, направленные на полное или частичное уничтожение национальной, этнической,
расовой или религиозной группы путем убийства членов этой группы, причинения тяжкого
вреда их здоровью, насильственного воспрепятствования деторождению, принудительной
передачи детей, насильственного переселения либо иного создания жизненных условий,
рассчитанных на физическое уничтожение членов этой группы. Однако и в указанных
случаях смертная казнь не назначается женщинам, а также лицам, совершившим
преступления в возрасте до 18 лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом
приговора 65-летнего возраста. Иные умышленные преступления против жизни человека –
это: умышленное убийство без отягчающих обстоятельств (наказывается лишением свободы
на срок от шести до пятнадцати лет) – ч. 1 ст. 105 УК; убийство матерью новорожденного
ребенка во время или сразу же после родов, а равно убийство матерью новорожденного

68
ребенка в условиях психотравмирующей ситуации или в состоянии психического
расстройства, не исключающего вменяемости (наказывается лишением свободы на срок до
пяти лет) – ст. 106 УК; убийство, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного
душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким
оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными
действиями, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с
систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего
(наказывается ограничением свободы на срок до трех лет или лишением свободы на тот же
срок, а в случае убийства двух или более лиц, совершенного в состоянии аффекта,
наказывается лишением свободы на срок до пяти лет) – ст. 107 УК; убийство, совершенное
при превышении пределов необходимой обороны, (наказывается ограничением свободы на
срок до двух лет или лишением свободы на тот же срок) – ч. 1 ст. 108 УК); убийство,
совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего
преступление (наказывается ограничением свободы на срок до трех лет или лишением
свободы на тот же срок) – ч. 2 ст. 108 УК РФ; доведение лица до самоубийства или до
покушения на самоубийство путем угроз, жестокого обращения или систематического
унижения человеческого достоинства потерпевшего (наказывается ограничением свободы на
срок до трех лет или лишением свободы на срок до пяти лет) – ст. 110 УК РФ. К числу
преступлений, связанных с лишением жизни человека по неосторожности, как уже
отмечалось, относятся: а) только неосторожные преступления: ч. 4 ст. 111 УК РФ
предусматривает наказание за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее
по неосторожности смерть потерпевшего, а ст. 112 УК РФ устанавливает наказание за
причинение смерти по неосторожности; б) – преступления, совершенные с двумя формами
вины: незаконное производство аборта, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей
(ст. 123 УК); неоказание помощи больному, повлекшее по неосторожности смерть больного
(ст. 124 УК); похищение человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ст.
126 УК); незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, повлекшее
по неосторожности смерть потерпевшего (ст. 127 УК); незаконное помещение в
психиатрический стационар, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ст. 128
УК); изнасилование, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей (ст. 131 УК);
насильственные действия сексуального характера, повлекшие по неосторожности смерть
потерпевшего (потерпевшей) – ст. 132 УК РФ; нарушение правил охраны труда, повлекшее
по неосторожности смерть человека (ст. 143 УК); торговля несовершеннолетними,
повлекшая по неосторожности смерть несовершеннолетнего (ст. 152 УК); умышленное
уничтожение или повреждение имущества, повлекшее по неосторожности смерть человека

69
(ст. 167 УК); терроризм, повлекший по неосторожности смерть человека (ст. 205 УК); захват
заложника, повлекший по неосторожности смерть человека (ст. 206 УК); угон судна
воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава, а равно
захват такого судна или состава в целях угона, повлекшие по неосторожности смерть
человека (ст. 211 УК); нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики,
повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 215 УК); нарушение правил безопасности
при ведении горных, строительных или иных работ, повлекшее по неосторожности смерть
человека (ст. 216 УК); нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах,
повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 217 УК); нарушение правил пожарной
безопасности, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 219 УК); незаконное
обращение с радиоактивными веществами или ядерными материалами, повлекшее по
неосторожности смерть человека (ст. 220 УК); пиратство, повлекшее по неосторожности
смерть человека (ст. 227 УК); склонение к потреблению наркотических средств или
психотропных веществ, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ст. 230 УК);
незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической
деятельностью, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 235 УК); нарушение
санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст.
236 УК); выпуск или продажа товаров, выполнение работ либо оказание услуг, не
отвечающих требованиям безопасности, повлекшие по неосторожности смерть двух или
более лиц (ст. 238 УК); нарушение правил обращения экологически опасных веществ и
отходов, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 247 УК); нарушение правил
безопасности при обращении с микробиологическими либо другими биологическими
агентами или токсинами, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 248 УК);
загрязнение вод, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 250 УК); загрязнение
атмосферы, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 251 УК); загрязнение
морской среды, повлекшее по неосторожности смерть человека (ст. 252 УК); порча земли,
повлекшая по неосторожности смерть человека (ст. 254 УК); нарушение правил безопасности
движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта,
повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц (ст. 263 УК); нарушение правил
дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности
смерть двух или более лиц (ст. 264 УК); недоброкачественный ремонт транспортных средств
и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями, повлекшие по
неосторожности смерть двух или более лиц (ст. 266 УК); приведение в негодность
транспортных средств или путей сообщения повлекшее по неосторожности смерть двух или
более лиц (ст. 267 УК); нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта,

70
повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц (ст. 268 УК), нарушение правил
безопасности при строительстве, эксплуатации или ремонте магистральных трубопроводов,
повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц (ст. 269 УК); халатность,
повлекшая по неосторожности смерть человека (ст 293 УК); среди преступлений против
военной службы – нарушение правил обращения с оружием и предметами,
представляющими повышенную опасность для окружающих (ст. 349 УК), нарушение правил
вождения или эксплуатации машин (ст. 350 УК), нарушение правил полетов или подготовки к
ним (ст. 351 УК), нарушение правил кораблевождения (ст. 352 УК), повлекшие по
неосторожности смерть человека. Кроме того, уголовно наказуема угроза убийством, если
имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (ст. 119 УК). Российское уголовное
законодательство предусматривает ответственность не только за оконченное преступление,
но также за приготовление и покушение на лишение жизни человека. В целом надо признать
пока еще отсутствие достаточно последовательной и стройной системы охраны жизни
человека от преступных посягательств. Не усматривается логически непротиворечивой
системы санкций за перечисленные деяния. В заключение следует отметить, что УК РФ
охраняет также жизнь животных: ст. 245 предусматривает наказание за жестокое обращение с
животными, повлекшее их гибель или увечье, если это деяние совершено из хулиганских
побуждений, или из корыстных побуждений, или с применением садистских методов, или в
присутствии малолетних. Статьи 246 – 262 гл. 26 “Экологические преступления” охраняют
вообще жизнь всего живого на земле. Более подробно данные вопросы освещаются в
учебниках “Уголовное право” и Комментариях к Уголовному кодексу РФ, а также в
специальных монографиях.

ИНТЕРЕСЫ ЖИЗНЕННО ВАЖНЫЕ СТРАНЫ – совокупность потребностей,


удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности
прогрессивного развития человека, общества, государства, природы.

ИНТЕРПОЛ (МЕЖДУНАРОДНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ УГОЛОВНОЙ ПОЛИЦИИ).


Создана в 1923 г. в Вене на встрече руководителей полицейских служб нескольких стран.
Первоначально начал действовать как международная комиссия уголовной полиции со штаб-
квартирой в Вене. Действует на основании Устава, принятого в 1956 г. Штаб-квартира
Интерпола находится в Лионе (Франция). Генеральная ассамблея является высшим органом
Интерпола, сессии проводятся ежегодно. Исполнительный комитет является
административным органом Интерпола. В состав исполкома входят президент, три вице-
президента и девять представителей стран. В исполкоме представлены все основные регионы

71
мира. Заседания проводятся два раза в год. Секретариат – постоянно действующий рабочий
орган во главе с генеральным секретарем. Институт советников осуществляет научную
проработку вопросов, выносимых на рассмотрение сессии Генеральной ассамблеи
Интерпола. В качестве советников привлекаются ведущие ученые и практики, занимающиеся
проблемами борьбы с преступностью в различных сферах. Национальные центральные бюро
Интерпола создаются в .полицейских службах государств – членов Интерпола. Цель
Интерпола – обеспечение и развитие полицейского сотрудничества между странами для
предупреждения международной преступности, передачи правонарушителей в руки
правосудия и защиты людей и собственности. Виды деятельности Интерпола: ведение
учетов, проведение международных розысков, аналитическая работа (СССР вступил в
Интерпол в 1990 г. После распада СССР в 1991 г. его место в Интерполе заняла РФ.).

ИНФОРМАЦИИ ЗАЩИТА – комплекс организационно-технических, специальных и


иных мер, направленных на обеспечение эффективного циркулирования защищаемой
информации при гарантированной ее защите от несанкционированного съема, разглашения и
утечки.

КЛАССИЧЕСКАЯ ШКОЛА ПРАВА возникла в XVIII в. как результат значительного


распространения гуманистических воззрений на природу преступности и способы
воздействия на данный феномен. Принцип гуманизма был положен в основу трудов великих
просветителей XVIII в. философов Руссо, Вольтера, Дидро, Монтескье. Они развили идеи
утопистов Т. Мора и Т. Кампанеллы о справедливом общественном устройстве как способе
избавления государства от преступности, сделали эти идеи более реальными, менее
утопичными. Эти ученые выдвинули много положений о гуманизации всей системы
воздействия на преступность за счет уменьшения роли и степени применения кары.
Установление равенства граждан, устранение нищеты и бесправия самых обездоленных
социальных слоев, по их мысли, приведут к снижению уровня преступности. Гармония в
обществе, социальный мир – лучшая мера устранения преступлений. Много идей было
высказано ими о гуманизации наказаний. Им принадлежит классический принцип: “Главное
не то, чтобы было назначено строгое наказание”. Они со всей остротой поставили вопрос о
том, что предупреждение преступлений должно главенствовать над наказанием. Всемирную
известность приобрел императив: “Лучше десять преступников оставить безнаказанными,
чем наказать одного невиновного”. Идеи гуманистов синтезировал Ч. Беккариа,
опубликовавший в 1764 г. фундаментальный труд “О преступлениях и наказаниях”. В своем

72
труде Беккариа систематизировал философско-криминологические идеи своих
предшественников и облек их в форму следующих правовых принципов: “Лучше
предупреждать преступления, чем наказывать”; “Хотите предупредить преступление?
Сделайте так, чтобы законы были ясными, простыми, чтобы вся сила нации была
Сосредоточена на их защите”; “Должна, быть соразмерность между преступлениями и
наказаниями”; “Единственным и истинным мерилом преступлений является вред, который
они причиняют нации”; “Для достижения цели наказания достаточно, чтобы зло наказания
превышало выгоду, достигаемую преступлением”; “Цель наказания заключается не в
истязании и мучении человека... цель наказания заключается только в том, чтобы
воспрепятствовать виновному вновь принести вред обществу и удержать других от
совершения того же”; “Чем скорее следует наказание за преступлением, чем ближе к нему,
тем оно справедливее, тем оно полезнее”; “Уверенность в неизбежности хотя бы и
умеренного наказания произведет всегда большее впечатление, чем страх перед другим,
более жестоким, но сопровождаемый надеждой на безнаказанность”; “Смертная казнь не
может быть полезна, потому что она подает людям пример жестокости... Пожизненное
рабство, заменяющее смертную казнь, явилось бы, поэтому достаточно суровым наказанием,
чтобы удержать от преступления и самого решительного человека”; “Власть толковать
законы не может принадлежать судьям по одному тому, что они не законодатели... Нет ничего
опаснее общепринятой аксиомы, что следует руководствоваться духом закона... Дух закона
зависел бы от хорошей или дурной логики судьи, от хорошего или дурного его
пищеварения”. Идеи Беккариа имели громадный резонанс не только в научной среде. Многие
монархи пытались реализовать их на практике. Король Пруссии Фридрих Второй очень
высоко ценил теоретические построения Беккариа и пытался воплотить их в жизнь в своем
королевстве. В определенной мере его идеи были реализованы во французском Уголовном
кодексе 1791 г. Огромный вклад в развитие идей классической школы права внес английский
ученый Иеремия Бентам (1748 – 1832), который разработал свою теорию наказания,
оказавшую значительное влияние на развитие науки о преступности. Одну из причин
преступности Бентам усматривал в несовершенстве законов. Развивая идеи Монтескье и
Беккариа о необходимости соразмерности наказания, он попытался найти конкретный способ
определения этой соразмерности. Бентам сконструировал идеальную модель преступника и
процесса принятия им решения перед совершением преступного деяния. Тот оценивает
положительные и отрицательные последствия нарушения закона и в зависимости от того,
чего преступление принесет больше: хорошего или плохого, – решает, совершать его или не
совершать. На основе разработанного им метода моральной арифметики Бентам пытался (и
во многом ему это удалось) преодолеть догматику естественного права. Он составил

73
всеобъемлющую таблицу удовольствий и страданий, вскрыл условия, влияющие на
чувствительность личности. На этой основе Бентам вывел ряд принципов назначения
наказания преступникам: “Должно, чтобы зло наказания превосходило выгоду
преступления”; “Чем менее неминуемость наказания, тем более должна быть строгость его”;
“Чем важнее преступление, тем более можно решиться на наказание жестокое для вящей
надежды предупредить преступление”; “Одинаковые наказания за одинаковые преступления
не долженствуют быть налагаемыми на всех преступников без изъятия. Надлежит принимать
в уважение обстоятельства, имеющие влияние на чувствительность”. Он выступал
противником чрезмерного нерационального ужесточения наказаний. В фундаментальном
труде “Основные начала уголовного кодекса” он писал: “Политика законодателя, все
наказывающего смертной казнью, похожа на трусливое отвращение ребенка, – он
раздавливает насекомое, на которое боится взглянуть... Не верьте слишком легко в эту
необходимость смерти. Избегая ее в наказаниях, вы предупредите ее в самих преступлениях”.
Аналогичные идеи разрабатывал видный немецкий ученый Пауль-Иоган-Ансельм Фейербах
(1775 – 1833), отец известного философа Л. Фейербаха, автор популярного в то время
учебника по уголовному праву. Этот учебник представлял собой комментированный проект
уголовного кодекса с детальным анализом аналогов из римского права. Этот проект был
утвержден в качестве Уголовного уложения Германии в 1813 г. Фейербах был одним из
первых, кто начал выделять из уголовного права в самостоятельные отрасли познания
философию наказательного права, криминальную психологию, уголовную политику, – эти
изыскания Фейербаха можно считать началом процесса отпочковывания криминологии в
самостоятельную науку. Теоретические положения о предупреждении преступлений,
разработанные Фейербахом, во многом сходны с идеями Бентама: “Сила желания совершить
поступок прекращается тем, что после дела его неминуемо последует зло, гораздо большее
той неприятности, какая от неудовлетворенного побуждения произойти может”. Будучи
приверженцем кантовской философской критической системы, Фейербах не счел возможным
следовать в русле идей великого философа в вопросах о каре. Он разработал уголовно-
правовую теорию психического принуждения или психического устрашения как цели
наказания. Наказания Фейербах делил на две группы: наказания угрожаемые и наказания
причиняемые. Цель первого – отвращение страхом от преступления, цель второго –
демонстрация действенности закона. Здесь мы видим лишь идеи общего предупреждения,
хотя уже в трактате о рациональной тюрьме Бентам достаточно четко в качестве воздействия
на преступность определил частную превенцию – перевоспитание и исправление
преступников в местах лишения свободы. Весьма основательно идеи частной превенции
были развиты последующими представителями классической школы уголовного права –

74
такими учеными, как Грольман, Штельцер, Аренс, Редер, которые относили исправление
преступника к главной цели уголовного наказания. Работы Беккариа, Бентама, Фейербаха и
их последователей сформировали классическое направление уголовного права. В рамках этой
школы развивались и криминологические идеи, которые органически увязывались с
уголовным правом. Основные идеи классической школы сводились к следующему: человек
является носителем свободной воли, и преступление есть результат его произвольного
выбора; в силу того, что лицо, обладая нравственной свободой, избирает зло, оно должно
нести наказание за свой выбор; процесс принятия решения о совершении преступления
носит исключительно рациональный характер. Человек совершает преступление лишь в
случае, если считает его полезным для себя после взвешивания всех рго и соntra; усиливая
наказание, общество делает преступления менее привлекательными, что позволяет
удерживать людей от их совершения; искусство законодателя и его гуманизм заключается в
том, чтобы ужесточение наказания проводилось не по принципу “чем больше, тем лучше”, а
по принципу “ужесточать лишь настолько, чтобы сделать преступление непривлекательным”.
Ученым классической школы пришлось выдержать немало критики. Представителей
классической школы иногда упрекают в том, что они упустили из поля зрения личность
преступника. Э. Ферри, в частности, указывал: “Для криминалистов, судей и законодателей
область правосудия содержит в себе три момента: преступление, суд и наказание.
Классическая школа не знает преступника, который, между тем, является началом и вместе с
тем конечной целью деятельности общественной обороны от преступности”. Вряд ли это
можно считать обоснованным. Конечно, концепция преступника у них была несколько
схематичной и упрощенной, чрезмерно рационалистичной (с гипертрофированным
“принципом пользы”). Но в этом их вряд ли можно упрекать – они работали на уровне
развития психологической и философской мысли того времени. Ведь лишь в XX в. психологи
установили, что характерной чертой человека является: думать одно, говорить другое, а
поступать вопреки и первому, и второму. В то же время идеи этой школы не случайно
получили название классических, поскольку они живы до сих пор и с незначительными
модификациями являются основой системы воздействия на преступность во многих странах,
несмотря на революционные попытки отказаться от них. После не увенчавшейся успехом
попытки сторонников концепции социальной защиты радикально изменить процесс
воздействия на преступность классическая школа возродилась. А. Принс и Ф. Лист внесли
значительный вклад в создание т. н. неоклассической школы права, объединившей в рамках
уголовного права и правовую догматику, и уголовную политику, и криминологию
(криминальную антропологию и криминальную социологию). Сегодня практически во всех
странах мира классическое направление воздействия на преступность продолжает выполнять

75
фундаментальные функции. Применение классических мер, таких как полицейский
контроль, привлечение к уголовной ответственности, лишение свободы, позволяет держать
преступность в определенных рамках. На этой основе появляются возможности
криминологического экспериментирования и поиска новых эффективных мер воздействия на
преступность. Классическая школа, вероятно, еще долго будет “подстраховывать”
человечество в выработке оптимальной системы воздействия на преступность. Наиболее
вероятные направления эволюции классического направления таковы: постепенный отказ от
бентамовской концепции пропорциональности преступления и наказания, все более широкое
применение разработанных клиницистами методов прогнозирования индивидуального
преступного поведения и классификации преступников, соответственно на этой основе
выработка более адекватной целям разрушения преступности карательной судебной
практики; развитие системы наказаний, не связанных с лишением свободы; увеличение
сроков изоляции опасных преступников; гуманизация методов лишения свободы
(превращения тюрем из рукотворного ада на земле в своеобразные приюты с человеческими
бытовыми условиями и достаточно жестким режимом). Конечно, для гуманизации
пенитенциарной системы общество должно решиться на выделение большей доли
национального дохода на эти цели, возможно, в ущерб комфорту чиновников и
потребительской патологии пресыщенных обитателей верхних социальных “стратов”. Одним
из важнейших направлений развития антикриминальных мер классической ориентации
является обеспечение неотвратимости наказания за преступления. В этом смысле огромная
роль в обеспечении адекватности реагирования на преступность по классической схеме
принадлежит полиции. Объективной тенденцией ее развития является дифференциация на:
силы борьбы с серьезной преступностью; общественную полицию, нацеленную на борьбу с
уличной и бытовой преступностью, пресечение правонарушений и предупреждение
криминала. Первое крыло будет развиваться по пути наращивания технической
оснащенности, уровня индивидуальной подготовленности (доведения профессионализма до
виртуозности), улучшения кадрового отбора. Второе – по пути овладения новыми
методиками работы, сближения с общиной, усиления ориентации на интересы и запросы
жителей конкретного микрорайона, расширения штатной численности. Важнейшим
условием органической совместимости классических подходов с иными направлениями
антикриминального воздействия является разработка теории жестких мер реагирования на
преступность. Решение этой проблемы невозможно без дальнейших углубленных
исследований пределов эффективности жестких мер, сопутствующих им негативных
последствий, динамики развития этих последствий. На основе этих исследований появится
реальная возможность конструирования оптимальных стратегий воздействия на

76
криминальный феномен, в которых жестким мерам по значению и по времени их применения
будет отведено соответствующее место. Пока, к сожалению, наиболее распространенными
являются два крайних подхода: либо граничащее с утопизмом упование на полный отказ от
жестких мер, либо рассмотрение жестких мер как панацеи от всех болезней социума
(основанное на ограниченном понимании сущности процессов разрушения преступности).

КЛИНИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ПРИЧИН ПРЕСТУПНОСТИ – криминологическая


доктрина, основанная на концепции опасного состояния человека, суть которой заключается
в том, что преступника надо не карать, а выводить из состояния повышенной склонности к
преступлению (и до тех пор, пока это не сделано – изолировать). Основы этой доктрины
были заложены исследованиями итальянских ученых Э. Ферри и Р. Гарофало. В XX в. эта
концепция была положена в основу нетрадиционного направления науки о методах
воздействия на преступность – клинической криминологии. Клинические (медицинские)
меры воздействия на преступность практиковались давно. Особенностью клинической
криминологии как научного направления является попытка сформировать особую систему
мер коррекции личности, которая была бы самодостаточной, т. е. основным (а в трактовке
некоторых ученых и единственным) методом воздействия на преступность. Представители
данного научного направления практически отрицали кару как превентивное сдерживающее
средство. Они попытались превратить криминологию в своеобразную антикриминогенную
медицину, а тюрьму – в клинику. Наиболее весомый вклад в формирование клинической
криминологии внес итальянский ученый Филиппо Граматика. Его усилия по внедрению в
практику данной научной концепции увенчались созданием в 1943 г. в Венеции Центра
исследований социальной защиты. По его инициативе было проведено несколько
международных конференций по данной проблеме. Идеи клиницистов получили
международную поддержку, и в 1948 г. при ООН появилась Комиссия социальной защиты.
Основные положения теории Ф. Граматика сводились к тому, что уголовная политика на
основе социальной защиты должна ориентироваться в большей степени на индивидуальное,
а не на общее предупреждение преступности. Ресоциализация правонарушителя – главная
цель клиницистов, поскольку, по их мнению, перевоспитание и социализация преступника
более эффективно защищают общество от преступлений, чем жесткие карательные меры.
Эти идеи Ф. Граматика изложил в монографии “Принципы социальной защиты”
(см.:Gramatica F. Principes de Defense Sociale. P., 1963). Наиболее основательно методы
клинического воздействия на преступников (реальных и потенциальных) разработал
французский криминолог Жан Пинатель. Клиническое воздействие осуществляется
последовательно в соответствии со следующими этапами: диагноз – прогноз –

77
перевоспитание. В процессе диагностики необходимо выявить преступный порог лица
(легкость выбора им преступных форм поведения). В этих целях Ж. Пинатель разработал
специальные методики. Следует последовательно выяснить: насколько совместимо
преступление с этическими принципами лица (позволит ли совесть ему совершить
преступление); является ли угроза уголовного наказания для данного лица сдерживающим
фактором. Эти психологические особенности можно считать внутренними составляющими
опасного состояния (Ж. Пинатель называет их преступными способностями). Их выявление
проводится с использованием психологических методик, а также путем ретроспективного
анализа поступков, профессии, физических склонностей. При добавлении к ним внешней
компоненты (криминогенной ситуации) опасное состояние обычно реализуется в
преступлении. Вероятность такой реализации во многом зависит от уровня преступных
способностей. По Ж. Пинателю, преступная способность может быть высокой, средней и
низкой. На основе этой оценки делается прогноз индивидуального преступного поведения. В
основу прогноза Ж. Пинатель кладет различные комбинации преступной способности и
социальной адаптированности. Наиболее типичный преступник (тюремный завсегдатай) –
это лицо с высокими преступными способностями и низким уровнем социальной
приспособленности. В то же время, по Ж. Пинателю, наиболее опасны преступники, у
которых и криминальные способности, и умение адаптироваться находятся на высоком
уровне развития, но эти лица, как правило, уходят от уголовной ответственности, ибо
находят такие способы совершения преступлений, которые при максимуме выгоды
сопряжены с минимумом риска (к их числу французский ученый относит представителей
беловоротничковой преступности). В процессе перевоспитания необходимо улучшить
социальные реакции преступника (снизить или устранить агрессивность, эгоцентризм),
изменить установки и привычки, изменить отношение к различным социальным фактам (в
том числе избавить их от безразличного отношения к уголовному наказанию). К числу
достаточно эффективных и наиболее гуманных методов коррекции криминальных
склонностей, практикуемых клиницистами, относится психоанализ – выведение с помощью
различных психологических методик криминогенных личностных комплексов из области
подсознания в сферу, доступную разумному восприятию, и коррекция отрицательных качеств
в целях гармонизации личности. Помимо психоанализа в арсенале клинической
криминологии электрошок, лоботомия, таламотомия, медикаментозное воздействие,
хирургические методы. Электрошок (воздействие разрядом электрического тока на
различные участки тела) – одно из традиционных средств воздействия на живых существ.
Как метод электролечения он практиковался отдельными врачами в целях стимуляции
мышечных и нервных тканей. Итальянские клиницисты ди Тулио и Грапиньи предложили

78
использовать его как средство коррекции правонарушителя. По их мнению, электрошок
производит регенерацию памяти и всей личности преступника. Такая оценка
электрошокового воздействия, вероятно, преувеличена. Наиболее широкое применение
электрошок получил в связи с распространением бихевиористских психологических теорий.
Бихевиоризм (от англ. behavior – поведение) рассматривает человеческое поведение по
упрощенной схеме (стимул – реакция). В соответствии с этой схемой, если определенные
поступки получают отрицательное подкрепление (удар разрядом электрического тока), то
человек начинает избегать их (см. Skinner B. F. Walden Tow. N. Y., 1948; Skinner B. F. Science
and Human Behavior. N. Y., 1953). Вначале электрошок наиболее активно использовали, по
существу, как наказание: заключенного, допустившего нарушение, под видом лечения
подвергали воздействию электрическим разрядом (обычно для этих целей использовали
металлический прут, находящийся под напряжением, – силу тока можно было регулировать в
зависимости от индивидуальных возможностей наказываемого и степени тяжести
правонарушения). По мере развития техники методика использования электрошока
совершенствовалась. Американская компания “Фарелл” разработала радиоуправляемый
электрошокер. Маленький приемник прикрепляется к телу человека, подлежащего
перевоспитанию (в основном эту методику использовали для воздействия на
несовершеннолетних). При нарушении им порядка воспитатель посылает сигнал, и приемник
стимулирует электроразряд – нарушитель подвергается воздействию электрошока, и у него
фиксируется отрицательное отношение к запрещенным действиям. Факт такой фиксации
несомненен. Однако многие исследователи отрицали, что он сохраняется длительное время.
Практика применения медикаментов пошла в двух направлениях: использование препаратов
для коррекции физиологических и психических отклонений у преступников, а также как
сильнодействующее болевое средство. Само понятие лекарственного препарата предполагает
использование его как средства лечения. Однако при реализации на практике теорий
клинической криминологии эта аксиома учитывается далеко не всегда. Нередко
медикаментозные средства (такие, например, как сукценилхолин или апоморфин) под
прикрытием концепции лечения преступников применяются с единственной целью
причинения боли и страдания злостным нарушителям режима в местах лишения свободы.
При введении заключенным сукценилхолина они начинают задыхаться и испытывать
страшные муки, связанные с кратковременным параличом органов дыхания. Апоморфин
вызывает длительную рвоту, нередко сопряженную с нарушением деятельности сердца. Эта
практика даже получила медицинское название – “отвращающая терапия”. Основу
антикриминогенного применения лекарственных средств составили исследования
нейрофизиологов, которые установили взаимосвязь агрессивности с аномалиями

79
функционирования ряда участков головного мозга. В физиологии эти части мозга носят
название гиппокатам, гипоталамус, миндалевидные тела, лимбическая система. Авторы
книги “Насилие и мозг” считают механизм агрессивности нормальным элементом защитной
системы человека. В норме этот механизм должен контролироваться психическим
образованием типа фрейдовского “сверх-Я”, что делает реакции человека адекватными.
Психика формирует своеобразный барьер, который препятствует включению механизма
агрессивности, если опасность ниже определенного уровня. Обычно общество через
концепцию необходимой обороны вырабатывает социальный стандарт этого барьера, при
какой опасности, какая степень агрессивности допустима. Особенностью лиц с повышенной
склонностью к насилию является низкий порог импульса к насилию (механизм
агрессивности включается по таким незначительным поводам, которые практически не
представляют опасности) (см. Mark V., Ervin F. Violence and Brain. N. Y., 1970). Причин
такого неадекватного включения механизмов агрессивности может быть несколько.
Фрейдизм разрабатывал концепции неадекватных реакций, связанных с неосознаваемыми
страхами (фобиями). В. Марк и Ф. Эрвин считают, что причинами неуправляемой
агрессивности могут быть либо аномалии электрической деятельности мозжечковой
миндалины (лимбическая система стала патологически сверхактивной вследствие какого-то
повреждения или болезненной стимуляции), либо социальная и культурная среда еще в
раннем детстве повлияла на мозг таким образом, что он стал ощущать надвигающуюся
опасность более остро или чаще, чем эта опасность оказывается реальной. Некоторые
медицинские препараты (риталин, декседрин) притупляют активность указанных участков
мозга и действуют успокаивающе. Повышенная активность лимбической системы вызывает
повышенное выделение определенных гормонов, которые приводят в действие моторные
механизмы агрессивности. Биохимики установили, что препарат ацетат ципретерона
нейтрализует в крови вещество, вызывающее агрессивность, – тестостерон. Введение этого
препарата агрессивным преступникам делает их спокойными. Лоботомия и таламотомия –
психохирургические операции по устранению тем или иным способом участков мозга,
которые, по мнению врачей, вызывают агрессивность. В черепе пациента просверливают
несколько отверстий, в различные точки мозга вводят проволочки, подсоединенные к
энцефалографу. Зоны особой электрической активности уничтожают: либо механически
(рассечением или удалением), либо выжигают электрическим разрядом, пропущенным по
той же проволочке, либо мозговую ткань умерщвляют ультразвуком. Привлекательность
этого метода в его относительной дешевизне, в то время как пожизненное заключение
преступника обходится бюджету в сумму, превышающую 500 тыс. долл. Кроме того, по
мнению некоторых ученых, провести психохирургическую операцию пациенту более

80
гуманно, нежели содержать его длительный срок в тюрьме. Психохирургические операции
проводятся с согласия пациентов, но согласие лишенных свободы лиц, имеющих
психические аномалии, мало что значит. Эти методы борьбы с преступностью постоянно
подвергаются критике со стороны общественности и ученых. Интересные эксперименты по
дистанционному управлению эмоциональными состояниями проводил испанский ученый
Хосе Дельгадо. Он вживил в мозг агрессивного быка электроды и с помощью
радиоуправляемого генератора электроимпульсов успокаивал его в момент боя с тореадором.
По мнению Дельгадо, в мозг агрессивных преступников можно вживлять микроприбор
размером с небольшую монетку, который будет воспринимать электроактивность связанных с
агрессивностью участков мозга, и передавать с помощью радиоволн эту информацию на
компьютер. Компьютер анализирует поступающую информацию. При опасных показателях
электрической активности мозга компьютер по радио посылает вживленному прибору
команду атаковать определенные участки мозга электроразрядами, в которые
трансформируются радиоволны (см. Delgado J. Tow-Way TransdermalCommunication with the
Brain // American Psychologist. 1975. March. P. 17 – 21). Таким образом, разряды электротока
могут успокоить человека в критической ситуации; а маленький прибор, вживленный в мозг,
способен компенсировать недостаточно развитые механизмы самоконтроля. Хирургические
методы, разрабатываемые клинической криминологией, помимо кастрации и стерилизации,
которые у большинства ученых-клиницистов не получают поддержки (по данным В. Фокса, к
1968 г. в тюрьмах США было проведено 65 тыс. операций по стерилизации – см.: Фоке В.
Введение в криминологию. М., 1980. С. 78), включают удаление татуировок, пластические
операции по облагораживанию внешности или изменению внешнего вида, если преступник
хочет порвать старые связи и начать новую жизнь в новом обличье. Эта мера позволяла
снизить рецидив почти в 2 раза. К карательным хирургическим мерам, практикуемым в ряде
восточных стран (например, в Ираке за хищения ампутируют руку, а за дезертирство – ногу),
представители клинической криминологии не имеют никакого отношения, хотя эти меры в
определенной степени также направлены на снижение уровня опасного состояния путем
уменьшения преступных способностей. Методы воздействия на преступность,
разрабатываемые учеными этого направления, как правило, связаны с неопределенным
наказанием преступников (лишение свободы до тех пор, пока комиссия врачей, как правило,
психиатров, не даст заключения об утрате опасного состояния). Эта практика в 70 – 80 гг.
была весьма распространена в ряде стран, в т. ч. и в США. С. Чавкин, исследовавший эту
проблему, приводит данные о том, что в США около 80% заключенных отбывали срок по
неопределенному приговору (см.: Чавкин С. Похитители разума. М., 1981. С. 101). Попытки
выявить потенциальных преступников, предпринимавшиеся еще Ломброзо, занимают

81
значительное место в практике ученых-клиницистов. Сама эта тенденция имеет
положительное значение, в общей теории криминологии на ней основываются все методы
прогнозирования преступного поведения. Неприемлемым является принятие на основе этого
прогноза карательных и иных жестких мер. С. Чавкин приводит данные о том, что 43%
несовершеннолетних заключенных, содержащихся в тюрьмах США, не совершили никакого
преступления, а попали в категорию лиц, нуждающихся в надзоре, в связи с тем, что
допоздна бродили по улицам, курили в учебном заведении, не посещали школу. По
ходатайству родителей непослушных несовершеннолетних в США могут поместить в
специальный центр по перевоспитанию, где режим сходен с тюремным (см. Чавкин С. Указ.
соч. С. 63 – 68). В США ежегодно 600 тыс. несовершеннолетних подвергаются аресту на
основании поставленного диагноза дети, нуждающиеся в надзоре”. Трудновоспитуемые
содержатся вместе с преступниками в т. н. исправительных школах, где, по мнению
американского криминолога А. Найера, их готовят к карьере профессиональных
преступников (см. Neier A. Crime and Panishment. N. Y., 1976). В период, когда президентом
США был Р. Никсон, в этой стране была предпринята попытка, изучить всех детей и
подростков и тех, кто по каким-либо признакам будет заподозрен в опасном состоянии,
поместить в аналогичные центры привития социально приемлемых норм поведения. Лишь
активные протесты ученых и общественности помешали этой акции (см. Чавкин С. Указ. соч.
С. 63 – 68). В конце 60-х – начале 70-х гг. авторитет клинической криминологии был очень
высок, на исследования клиницистов возлагались большие надежды. Вот какую оценку этого
криминологического направления мы находим в документах ООН: “Методы надзора за
правонарушителями и физического контроля над ними все более совершенствуются
благодаря передовым достижениям электроники, быстрому развитию бихевиористских наук
и открытию разнообразных психотропных лекарственных средств. Это создает новые
возможности повышения эффективности полицейской и исправительной деятельности, о
которых предыдущее поколение не могло и мечтать” (см.: Новые границы в области
международного предупреждения преступности // Международное обозрение уголовной
политики (Материалы департамента ООН по экономическим и социальным вопросам). Нью-
Йорк, 1973. С. 3). Сегодня во многих странах мира исследования в области клинической
криминологии продолжаются, хотя от широкомасштабных пенитенциарных экспериментов
давно отказались. Тем не менее, общество с надеждой присматривается к результатам
научных работ психологов, психофизиологов, психиатров, кибернетиков. Не исключено, что
будущее в воздействии на преступность во многом будет принадлежать клиницистам – если
им удастся найти радикальный гуманный способ модификации поведения.

82
КОМПЬЮТЕРНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ – преступления в сфере компьютерной
информации: а) неправомерный доступ к охраняемой законом информации на машинном
носителе, в ЭВМ, системе или сети ЭВМ, повлекший уничтожение, блокирование,
модификацию либо копирование информации, нарушение работы ЭВМ, системы ЭВМ или
их сети; б) создание, использование и распространение вредоносных программ для ЭВМ,
заведомо приводящих к несанкционированному уничтожению, блокированию, модификации
либо копированию информации, нарушению работы ЭВМ, их систем и сетей; в) нарушение
правил эксплуатации ЭВМ, системы ЭВМ или их сети лицом, имеющим доступ к ЭВМ,
системе ЭВМ или их сети, повлекшее уничтожение, блокирование или модификацию
охраняемой законом информации ЭВМ, если это деяние причинило существенный вред (ст.
272, 273 и 274 УК РФ).

КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА ЗАЩИТА


осуществляется, в том числе с использованием уголовно-правовых средств. Глава 19 УК РФ
называется “Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина” и
содержит 14 статей: ст. 136. “Нарушение равноправия граждан”; ст. 137 “Нарушение
неприкосновенности частной жизни”; ст. 138 “Нарушение тайны переписки, телефонных
переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений”; ст. 139 “Нарушение
неприкосновенности жилища”; ст. 140 “Отказ в предоставлении гражданину информации”;
ст. 141 “Воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных
комиссий”; ст. 142 “Фальсификация избирательных документов, документов референдума
или неправильный подсчет голосов”; ст. 143 “Нарушение правил охраны труда”; ст. 145
“Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной
женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет”; ст. 146 “Нарушение
авторских и смежных прав”; ст. 147 “Нарушение изобретательских и патентных прав”; ст. 148
“Воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповеданий”; ст. 149
“Воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия
пикетирования или участию в них”. В РФ признаются и гарантируются права и свободы
человека и гражданина согласно общепризнанные принципам и нормам международного
права и В соответствии с Конституцией РФ. Основные права и свободы человека
неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Конституционные права и свободы
человека и гражданина – это политические и социально-экономические права и свободы. К
политическим правам и свободам человека и гражданина относятся: право участвовать в
управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей,
право избирать и быть избранным в органы государственной власти и органы местного

83
самоуправления, а также участвовать в референдуме, право на объединение, включая право
создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. К социально-
экономическим правам и свободам человека и гражданина относятся: право частной
собственности, право на труд, право на отдых, право на жилище, право на охрану здоровья и
медицинскую помощь, право на образование.

КОНТРОЛЬ ЗА ПРЕСТУПНОСТЬЮ – понятие, употребляемое, когда речь идет о


борьбе с преступностью: “Криминология – общетеоретическая наука о методах контроля за
преступностью и борьбы с ней (включая в понятие борьбы с преступностью и ее
предупреждение на всех стадиях и во всех выработанных наукой и практикой формах)” (см.
Криминология / Под ред. В. Н. Кудрявцева, В. Д Эминова. М., 1995. С. 17). Использование
этого понятия в криминологии до сих пор не было убедительным, о чем писал И. И. Карпец и
другие авторы. Слово “контроль” в русском языке обозначает проверку чего-либо, кого-либо,
наблюдение за кем-либо, чем-либо с целью проверки. Но к этому нельзя сводить задачи
борьбы с преступностью. Характерно, что многие авторы, вводя термин “контроль”, не
отказываются от понятия “борьба с преступностью”. В итоге соотношение этих понятий не
вполне конкретизируется.

КОНЦЕПЦИЯ – совокупность теоретически обоснованных идей, взглядов, подходов к


решению какой-либо сложной проблемы.

КООРДИНАЦИЯ БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ – объединение и согласование


действий разных субъектов в борьбе с преступностью. Координация борьбы с преступностью
остро необходима ввиду большого числа субъектов этой борьбы. В ней участвуют
государство, институты гражданского общества (общественные организации, фонды и т.п.),
юридические и физические лица. Практически все население в разных формах может
участвовать в такой борьбе. Например, в роли свидетелей, понятых. Каждый субъект борьбы
с преступностью должен заниматься своим делом, не подменять другие органы, избегать
параллелизма и дублирования. Координацию деятельности правоохранительных органов по
борьбе с преступностью осуществляют в России Генеральный прокурор РФ и подчиненные
ему прокуроры. В соответствии со статьей 8 ФЗ “О прокуратуре Российской Федерации” они
координируют деятельность по борьбе с преступностью органов внутренних дел, органов
федеральной службы безопасности, органов налоговой полиции, органов таможенной
службы и других правоохранительных органов (см. Координация прокуратурой
деятельности по борьбе с преступностью). Борьба с наиболее опасными проявлениями

84
преступности ведется в рамках обеспечения безопасности России. СБ РФ: определяет
жизненно важные интересы общества, государства и выявляет внутренние и внешние угрозы
объектам безопасности; разрабатывает основные направления стратегии обеспечения
безопасности РФ и организует подготовку федеральных целевых программ ее обеспечения;
разрабатывает предложения по координации деятельности федеральных органов
исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов РФ в процессе
реализации принятых решений в области обеспечения безопасности, оценивает их
эффективность, осуществляет контроль за реализацией разработанной стратегии в области
безопасности, выполняет ряд иных важных функций. Выделяется также территориальная
координация деятельности по борьбе с преступностью, осуществляемая органами
исполнительной власти. Она заключается, во-первых, в учете компетенции и разграничении
полномочий государственных органов и общественности; во-вторых, в согласовании
действий по выполнению общих задач.

КОРРУПЦИЯ (лат. coruptio) – подкуп, продажность государственных, иных служащих


и на этой основе корыстное использование в личных либо узкогрупповых, корпоративных
интересах официальных служебных полномочий подкупаемых лиц, связанных с ними
авторитета и возможностей, а равно получение каких-либо ненадлежащих преимуществ
субъектами подкупа. Данное явление многоаспектно, и ему даются разные определения.
Приведенное выше определение содержится в ФЗ “О борьбе с коррупцией”, принимавшемся
и Верховным Советом РФ (1993 г.) и дважды Федеральным Собранием РФ (1995 и 1997 гг.),
но так и не вступившем в действие из-за вето Президента РФ. Международной группой по
коррупции (МГК) Совета Европы в 1995 г. давалось следующее временное рабочее
определение: “Коррупцией, в той мере, в какой она подпадает в сферу деятельности МГК,
является подкуп/взятка (bribery), а равно любое иное поведение в отношении лиц,
наделенных полномочиями в государственном или частном секторе, которое нарушает
обязанности, вытекающие из этого статуса государственного должностного лица, лица,
работающего в частном секторе, независимого агента, либо других отношений такого рода, и
имеющее целью получение каких бы то ни было ненадлежащих преимуществ для себя либо
иных лиц". К. проявляет себя в следующих трех основных формах: а) двусторонняя сделка,
при которой лицо, находящееся на государственной или иной службе, нелегально “продает”
свои служебные полномочия или услуги, основанные на авторитете должности и связанных с
ней возможностях, физическим и юридическим лицам, группам (в т. ч. организованным
преступным формированиям), а “покупатель” получает возможность использовать
государственную либо иную структуру в своих целях: для обогащения, законодательного

85
оформления привилегий, ухода от предусмотренной законом ответственности, социального
контроля и т. п.; б) вымогательство служащим взятки, дополнительного вознаграждения; в)
инициативный, активный подкуп служащих, нередко с одновременным сильным
психическим воздействием на них. Последнее характерно для организованной преступности.
Правонарушения, связанные с К., включают: а) коррупционные правонарушения,
совершаемые в виде предоставления, принятия материальных, иных благ и преимуществ; б)
правонарушения, создающие условия для К. и обеспечивающие ее (использование
служебных полномочий вопреки интересам службы, превышение власти и т. п.). Эти
правонарушения многообразны, носят уголовно-правовой характер (см. Преступность
коррупционная), а также административный, гражданско-правовой и дисциплинарный.

КОЭФФИЦИЕНТЫ ПРЕСТУПНОСТИ отражают интенсивность преступности.


Коэффициенты исчисляются путем сопоставления сведений о преступности с данными о
населении. Если сопоставляются данные о числе зарегистрированных преступлений,
коэффициент обозначается как Кф (коэффициент по фактам), если цифры о числе
выявленных преступников – Кл (коэффициент по лицам), если показатели о числе
осужденных – Ко. Именно по коэффициентам происходит сравнение преступности в разных
государствах, регионах государства, а также разных временных периодов, представителей
различных социальных групп. Расчет, как правило, делается на 100 тыс. человек, но можно
рассчитывать и на 10 тыс. человек, при необходимости – на 1000 человек. Коэффициент
преступности может рассчитываться либо на все население, либо на население в возрасте
уголовной ответственности (в России – на население в возрасте 14 лет и старше). Когда
расчет делается на все население, коэффициент фактически отражает лишь то, как население
страдает от преступности (сколько зарегистрированных преступлений приходится на 100
тыс. человек), ибо потерпевшим может быть и малолетний ребенок. Коэффициент,
рассчитанный на население в возрасте 14 лет и старше, показывает криминальную
активность населения возраста уголовной ответственности – то, насколько интенсивно оно
продуцирует преступное поведение. Расчет коэффициента по лицам на все население
считается некорректным. Наряду с общими коэффициентами преступности рассчитываются
коэффициенты преступности специальные.

КОЭФФИЦИЕНТЫ ПРЕСТУПНОСТИ СПЕЦИАЛЬНЫЕ используются наряду с


общими коэффициентами в целях реализации конкретных задач исследования. Это –
дифференцированные коэффициенты, позволяющие выделить и глубоко проанализировать
интенсивность антиобщественной активности отдельных специальных субъектов

86
преступлений. Коэффициенты преступности, рассчитанные как отношение числа
выявленных преступников, относящихся к определенной группе, к численности данной
группы в населении региона, являются специальными коэффициентами. Они показывают,
какова антиобщественная активность представителей разных половозрастных и социальных
групп, позволяют ее сравнивать. Для расчета коэффициента преступности специальной
несовершеннолетних общее число несовершеннолетних преступников делится на их
численность в населении и умножается на постоянную величину (10 или 100 тыс.) При
изучении преступлений со специальным субъектом, например служащих, в населении
выделяется соответствующая группа служащих. Специальные коэффициенты могут
конкретизироваться, вплоть до самых малых социальных и профессиональных групп, что
зависит от возможности выделения соответствующих групп в населении. Это позволяет
делать сравнительный анализ социально-групповой распространенности преступности, что
весьма важно для оценки качественных изменений преступности, выяснения причин и
условий, ей способствующих (см. Методика оценки состояния и прогнозирования
преступности. М., 1996. С. 22 – 23). Чаще всего специальные коэффициенты рассчитываются
по лицам, совершившим преступления и осужденным, но могут рассчитываться и по фактам,
например в случае расчета специальных коэффициентов городской и сельской преступности.
При расчете Кф городской преступности число преступлений, совершенных во всех
населенных пунктах, относимых к городским, делится на общее число городского населения
и умножается на постоянную величину (100 тыс.) для определения количества преступлений,
приходящихся на каждые 100 тыс. жителей городов. Кроме того, возможен расчет
специальных коэффициентов рецидивной преступности (К ф и Кл) в тех случаях, когда
известно число лиц с неснятой и непогашенной судимостью, проживающих на территории
соответствующего населенного пункта. В этих случаях число преступлений, совершенных
такими лицами, делится на общее число таких лиц в населении данного населенного пункта
и, как принято, умножается на 100 или 10 тыс. в зависимости от величины региона (К ф), а для
определения Кл аналогичные расчеты проводятся с числом лиц с неснятой и непогашенной
судимостью, совершивших преступления на территории соответствующего региона.
Коэффициенты преступности социальные могут использоваться и для определения
интенсивности отдельных видов преступности, например преступлений против безопасности
движения и эксплуатации транспорта. При этом число таких преступлений (при расчете К ф )
или лиц, их совершивших (при расчете К л), соотносится с числом владельцев транспортных
средств и других лиц, в силу выполняемой работы (занимаемой должности) обязанных
соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации транспорта.

87
КРИМИНАЛИЗАЦИЯ – процесс и результат установления уголовной наказуемости
деяний. В процессе криминализации общественно опасных деяний имеют место: получение
и оценка информации о распространенности в стране определенного вида деяний,
представляющих общественную опасность; изучение причин их возникновения, основных
признаков и социальных последствий; определение перспектив борьбы с ними; разработка
проекта нового закона. В литературе обосновывается значительное число оснований
криминализации конкретных деяний. При этом многие авторы полагают, что единственным
основанием криминализации является общественная опасность деяния. Речь идет о
наивысшей степени общественной опасности, соответствующей понятию “преступление”.

КРИМИНАЛИСТИКА (от лат. сrimen – преступление, criminalis – преступный) –


область научного знания о технологии (организационном и логико-гносеологическом
механизме) и средствах поисково-познавательной деятельности в уголовном
судопроизводстве. Объектом криминалистического изучения и обеспечения на
теоретическом, технико-криминалистическом; тактико-криминалистическом и методико-
криминалистическом уровнях являются различные виды поисково-познавательной
деятельности (ППД) как процесса практического следоведения, профессионально
осуществляемого практическими работниками органов дознания, следователями, другими
уполномоченными на то законом должностными лицами в сфере борьбы с преступностью и
другими правонарушениями. Познавая устойчивые, с необходимостью повторяющиеся в
сходных ситуациях связи, отношения, механизмы, особенности образования, обнаружения,
исследования следов, другие закономерности, лежащие в основе ППД в уголовном
судопроизводстве и преступного поведения (деятельности) как объекта практического
познания, специалисты в области криминалистики разрабатывают различные адресуемые
органам дознания, следователям, прокурорам, судебным экспертам, органам правосудия
виды научной продукции (принципы, методы, приемы, технические средства, материалы,
методики и т. д.), реализуемые в стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного
расследования, судебного разбирательства по уголовным делам. Создавая идеальный и
технологический инструментарий, материалы и информационные системы, воплощая их в
жизнь и совершенствуя, они тем самым способствуют оптимизации процесса реализации
норм права в уголовном судопроизводстве, повышению эффективности практического
правоведения в данной сфере. Будучи сравнительно молодой (возникла во второй половине
XIX в.), криминалистика относится к числу открытых, динамично развивающихся систем
научного знания, чутко реагирующего на научные достижения научно-технического
прогресса, адаптирующего их применительно к потребностям практического правоведения и

88
следоведения в уголовном судопроизводстве. Криминалистика – наука без границ. Все
криминалистическое, что эффективно работает в деле борьбы с преступностью за рубежом,
может с успехом использоваться и в России (при условии допустимости с точки зрения
действующих законов). И наоборот, то, чего достигла передовая отечественная
криминалистическая мысль, становится достоянием и приносит свои плоды в деятельности
зарубежных правоприменительных органов. Изучение передового зарубежного опыта и
научно-технических достижений – один из важнейших резервов развития криминалистики в
общепланетарном масштабе, оптимизации процесса внедрения криминалистических
разработок в практику борьбы с внутренней и международной преступностью.

КРИМИНАЛИТЕТ – сравнительно новое понятие, которое стало употребляться в


условиях эскалации организованной преступности для обозначения деятелей организованной
и профессиональной преступности как некой сплоченной силы. Г. Н. Горшенков выделяет
два значения данного понятия: “1) элитарное сообщество преступников, проводящих своего
рода теневую уголовную политику; формы проявления руководящей деятельности “воров в
законе”; сходки, шествия, съезды представителей преступного мира; криминальная опека
сфер влияния; криминальная трансформация отношений в сфере организации и управления,
иных отношений, имеющих важное социально-экономическое значение (например,
посредством вовлечения в коррупцию); 2) влиятельная (диктаторская) сила преступного мира
в различных сферах жизнедеятельности общества – экономике, прежде всего”. Но в
публикациях и разговорной речи данное понятие чаще употребляется в значении:
преступники, объединенные общими интересами и нередко действующие сообща (см.
Горшенков Г. Н. Криминологический словарь. Сыктывкар, 1995. С. 20 – 21).

КРИМИНАЛЬНАЯ СИТУАЦИЯ – 1) ситуация совершения преступления; 2)


положение дел с преступностью в государстве, регионе, на каком-то объекте и т. п., например
криминальная ситуация в России.

КРИМИНАЛЬНЫЙ ПРОФЕССИОНАЛИЗМ – это понятие отражает определенную


характеристику лиц, совершающих преступления, и тесно взаимосвязано с понятием
“профессиональный преступник”. А. И. Гуров выделил следующие основные черты
криминального профессионализма: устойчивый вид занятия; наличие у преступников
определенных специальных знаний и навыков, необходимых для занятия именно преступной
деятельностью; определенная криминальная специализация этих лиц, совершение
преимущественно однородных преступлений; преступная деятельность для этих лиц

89
является основным – а иногда и единственным – источником дохода; связь с асоциальной
средой. Поскольку криминальный профессионализм включает и овладение способами
маскировки преступлений, нередко преступники, владеющие соответствующими навыками,
совершают серию преступлений, многоэпизодные преступления, не будучи выявленными.
Такие преступления часто не раскрываются, и профессиональные преступники не
оказываются среди рецидивистов. Кроме того, криминальный профессионализм может
заключаться не только во владении навыками непосредственной успешной реализации
преступного решения (совершение кражи путем нейтрализации системы сигнализации в
банке и т. п.), но и навыками создания организованных преступных формирований,
руководства ими, планирования широкомасштабной преступной деятельности, в т. ч. с
разложением или использованием в криминальных интересах государственных и
общественных структур и т. п.

КРИМИНОГЕННАЯ ДЕТЕРМИНАЦИЯ – понятие, употребляемое в литературе как


идентичное “криминологической детерминации” и обозначающее детерминацию
преступности. Не всеми авторами признается корректным.

КРИМИНОГЕННАЯ СИТУАЦИЯ – ситуация, создающая высокую вероятность


преступного поведения, порождения или усугубления преступности (роста, увеличения ее
общественной опасности и т. п.). Это прежде всего ситуация взаимодействия обстоятельств,
порождающего причинные комплексы преступности (см. Причинность преступности).
Например, взаимодействие таких факторов, как увеличение числа граждан, находящихся за
чертой бедности, и распространение убеждения в невозможности обеспечить достойную
жизнь легальными средствами, в рамках закона, порождает распространение преступлений
против собственности. Или насилие со стороны члена семьи и отсутствие легальной помощи
в его пресечении порождает убийства пьянствующих и избивающих членов семьи отцов,
мужей их детьми или женами. Следует различать термины “криминогенная ситуация” и
“криминальная ситуация”.

КРИМИНОГЕННОСТЬ (от лат. сrimen – преступление и греч. genos рождение,


происхождение) – свойство создавать вероятность преступного поведения, порождать
преступность. Например, употребляются выражения криминогенная ситуация,
криминогенный тип личности. Важно правильно оперировать терминами “криминогенность”
“криминальность”, не смешивать их. Нередко говорят о криминогенной ситуации, но имеют в
виду состояние преступности. Правильно в этом случаях говорить о “криминальной

90
ситуации”.

КРИМИНОГЕННЫЙ ТИП ЛИЧНОСТИ – социальный тип личности, выделяемый на


основе криминологически значимых критериев. Понятие “криминогенный тип личности”,
или “криминогенная личность”, выражает определенную целостность личностных
характеристик. Для него характерно: формирование личности в условиях интенсивного
противоправного и аморального поведения окружающих (семья, товарищи и т. п.); в
прошлом – система аморальных поступков и разного рода правонарушений, которые
продолжали повторяться, и после принятия установленных законом мер воздействия; отрыв
от ценностно-нормативной системы общества и государства; привыкание к отрицательной
оценке своего поведения, использование социально-психологических механизмов
самозащиты; активность в ситуации совершения преступления и, как правило, совершение
преступления без достаточно обоснованных внешних поводов. Не все преступники
относятся к криминогенному типу личности. Наряду с ним существует случайный
преступник – другой социальный тип личности. Внутри криминогенного типа личности
выделяются подтипы: последовательно-криминогенный тип личности (см.), ситуативно-
криминогенный тип личности, ситуативный тип личности. Критерием разграничения
указанных подтипов служит характер взаимодействия социальной ситуации и личности.
Ведущая сторона в таком взаимодействии – ситуация либо личность. Диагностика личности
как относящейся к криминогенному типу не является основанием для применения санкций,
ограничений прав и законных интересов человека. Основанием для этого должно быть всегда
только реальное поведение. Характер применяемых правовых мер должен строго
соответствовать характеру содеянного: за дисциплинарные правонарушения –
дисциплинарные санкции и т. д. Но такого рода диагностика служит основанием для
выделения указанных лиц в качестве самостоятельного объекта при специальном
предупреждении преступности, в т. ч. для оказания позитивной социальной поддержки таким
лицам в бытовом и трудовом устройстве; для своевременного пресечения их криминогенного
влияния на детей; для полного выявления фактов их правонарушений и применения,
установленных законом мер.

КРИМИНОЛОГИИ МЕТОДОЛОГИЯ – учение о путях, методах криминологического


исследования. До сих пор остаются остро дискуссионными вопросы о путях
криминологического исследования, затрагивающего и сложные общественные процессы,
продуцирующие преступность, и характеристики людей, совершающих преступления.
Вопросы гносеологии (греч.: genōsis, genōseōs – учение о познании) всегда не меньше

91
волновали криминологов, чем вопросы о сущем, вопросы онтологии (греч. Ontos – сущее).
Практически суждения о сущем, в частности о преступности, зависимы от
методологического, гносеологического подхода, того, как она понимается и изучается.
Например, представители уголовно-антропологического направления в криминологии в
процессе доказывания врожденного характера черт человека, обусловливающих его
преступное поведение, проводили антропологические и другие исследование. В то же время
сторонники т. н. радикальной или “критической криминологии” полагают достаточным
анализировать только характеристики общества, порождающие преступность осуществлять
социологический, политологический, экономический и другой анализ общественных
отношений, но при этом не считают необходимым уделять внимание самой преступности,
изучению преступников. Если говорить в целом о методологии криминологического
познания, оно образуется на использовании диалектико-материалистического учения. Во-
первых, преступность рассматривается как социальное явление, и соответственно при ее
исследовании используются методы социальных наук, в т. ч. социологии, социальной
психологии. Наряду с разнообразными социальными явлениями, процессами, институтами
изучается и человек, но не с биологических позиций, а как член общества, продукт
общественного развития. Во-вторых, преступность анализируется в контексте общественных
отношений, во взаимодействии, взаимозависимости с другими явлениями и процессами.
Преступность рассматривается как явление, пронизывающее разные общественные
отношения и связи, различные сферы общества: политическую, экономическую, социальную,
духовную. Отдельные преступления рассматриваются во взаимосвязи с иными актами
поведения человека, в контексте всей его деятельности. В-третьих, криминологически
значимые явления (преступления, преступность, их детерминация, причины и т. п.)
анализируются в движении и изменении, изучается их прошлое, настоящее и прогнозируется
будущее. В-четвертых, развитие криминологически значимых явлений рассматривается как
процесс, в котором движение носит поступательный характер: происходит не по кругу.
Соответственно не может быть простого воспроизведения того, что уже было.
Количественные изменения при их накоплении, развитии переходят в качественные и
порождают новые состояния преступности. Это требует изменения подходов к борьбе с ней
или, можно сказать иначе, постоянного совершенствования борьбы с преступностью. В-
пятых, учитываются и внутренние противоречия, разные стороны изучаемых криминальных
явлений, и внешние, т. е. противоречия между криминальными и иными явлениями.
Принимаются во внимание также взаимодействия внутренних и внешних противоречий.
Борьба противоречий как раз и служит источником развития соответствующих явлений.
Борьба с преступностью, предупреждение преступлений – это всегда одновременно

92
устранение негативных сторон и опора на положительные, развитие и поощрение их. В
криминологии, как и в других науках, важно следование правилу о совпадении начального
пункта в теории с начальным пунктом на практике. При изложении вопроса о предмете и
содержании криминологии большинство авторов начинают с указания на преступность,
затем анализируют ее детерминацию. Но существует другой подход: преступностью можно
пренебречь, а анализ ее причин начать с исследования общества, т. к. преступность – продукт
общества: каково общество, такова и преступность. В этом случае фактически не признается
какая-либо относительная самостоятельность преступности, игнорируется вопрос о ее
собственных закономерностях. Методология изучения зависит от решения еще одной
дилеммы: “преступность”, по мнению ряда ученых, – абстракция, в крайнем случае, это не
более чем совершаемость преступлений, а что в результате “совершаемости” возникает,
зависит от многих обстоятельств, в т. ч. биологических и др. свойств человека, внешних
условий. По мнению сторонников этой позиции, исследователя не интересует, что именно
возникает, его должен интересовать сам процесс совершаемости. Другие авторы исходят из
того, что преступность – относительно самостоятельное, целостное явление, изучение
которого требует использования комплекса методов, включая системно-структурный метод
(см. Методы, криминологического исследования). Фактически эти дискуссии связаны с тем,
как понимать криминологию: как социологию преступности или самостоятельную науку.
Если криминология – это социология преступности, то тогда криминологическое
исследование авторы данной позиции рассматривают как частный вариант социологического
исследования, которое не должно вторгаться даже в социально-психологические аспекты
проблемы (социальное взаимодействие людей, психология группы и т. д., а также
общественные настроения и иные “массовидные” явления психики). Но, как отмечают
другие криминологи, во-первых, в социологии проблема преступности не выделяется в такой
степени, чтобы подробно рассматривалась преступность, ее проявления, особенности ее
причин и условий в разные периоды и в разных регионах. В социологии рассматривается в
целом проблема девиаций, девиантного поведения. Во-вторых, преступности не существует
вне поведения людей, наделенных сознанием и волей, их взаимодействия между собой. И
социально-психологические аспекты ее анализа крайне важны. Подход сторонников
рассмотрения криминологического исследования только как вида социологического, с одной
стороны, необоснованно сужает предмет и масштабы исследования преступности, а с другой
– расширяет их до такой степени, что криминология становится, чуть ли не всеобъемлющей
наукой об обществе. Это связано с неоднозначным толкованием понятия “социология”. Оно
употребляется в широком и узком смысле слова. В первом случае речь идет о науке, которая
изучает общество в целом. В нее отечественные авторы включали исторический

93
материализм, совокупность специальных социологических теорий разного уровня и
конкретные социологические исследования. Такого рода подход позволяет говорить и о
философии преступности, когда преступность, ее закономерности рассматриваются в
контексте наиболее общих закономерностей общества и природы. При этом возникает
вопрос: нельзя ли рассматривать криминологию как одну из специальных социологических
теорий и в этом смысле говорить о ней как о “социологии преступности”? Поскольку
специальные социологические теории в целом составляют прикладную социологию, то
криминология, следовательно, должна была бы рассматриваться как составная часть
прикладной социологии. Однако объектом специальных социологических теорий являются
социальные процессы или та сфера жизни общества, которую называют социальной (тогда
говорят о социологии в узком смысле слова). Эти процессы отличаются от экономических,
политических, духовных. Криминологу же при анализе преступности и процессов ее
детерминации приходится касаться не только социальной сферы жизни общества, но и
политической, экономической, духовной. Тогда допустимо говорить и об экономике
преступности, и о политике в связи с преступностью, и о психологии преступности.
Проблема преступности в этом случае перерастает только социологическую, важно
анализировать преступность во взаимосвязи всех ее проявлений, во всех сферах жизни
общества, выявлять процессы детерминации и причинности, во-первых, коренящиеся в этих
сферах, во-вторых, протекающие во взаимодействии разных явлений и процессов,
характеристик людей и внешней для них среды. Иногда в обоснование криминологии как
социологии преступности ссылаются на то, что в криминологии используются т. н. конкретно
социологические методы. Однако практически это – общие для всех наук об обществе
методы конкретных исследований. Сторонники социологии преступности сами или никогда
не занимались конкретными криминологическими исследованиями, или занимались этим
лишь в начале своего научного пути, и то фрагментарно. Глубокий анализ преступности,
механизма индивидуального преступного поведения, причин преступности в конкретных
условиях места и времени осуществляли другие – криминологи в собственном смысле этого
слова. Они на базе криминологических исследований делали выводы о конкретных причинах
и условиях преступности, давали рекомендации по борьбе с ней в имеющихся конкретных
условиях. И всегда в таких исследованиях отправным пунктом была сама преступность, т. к.
если ставилась задача выявить причины преступности, всегда возникал вопрос; какой именно
преступности, с какими характеристиками? Неоднозначно решается и ряд иных
методологических вопросов, в т. ч. о возможности создания единой, законченной, даже
государственной концепции причин преступности с точным перечислением этих конкретных
причин. Однако жизнь и преступность постоянно меняются, и догмы, сформулированные в

94
один период, при менее полном знании о закономерностях преступности бывают, опасны в
новых условиях. Это не означает допустимости игнорирования ранее сформулированных
теоретических положений и выводов, закономерностей, изучаемых другими науками. Среди
методов исследования не случайно важное место занимают общенаучные, опирающиеся на
солидную теоретическую базу.

КРИМИНОЛОГИИ ОБЩАЯ И ОСОБЕННАЯ ЧАСТИ. В криминологии с конца 70-х


гг. стала выделяться Особенная часть. В какой-то мере это было воспроизведением
привычного для специалистов по уголовному праву подхода, ибо многие российские
криминологи “выходили” из уголовного права. Но разграничение Общей и Особенной частей
закрепилось, и в нем есть смысл. В Общей части рассматриваются следующие
общетеоретические проблемы: криминология как наука (история учений о преступности и
становление криминологии как науки, предмет и содержание криминологии, криминология в
системе наук); методология и методика криминологических исследований (основные
характеристики методологического подхода в криминологии, применение в криминологии
общенаучных и конкретно-социологических методов познания, методы криминологического
прогнозирования, программа и методика криминологического исследования, методика
получения информации и методика обобщения полученных данных); преступление и его
изучение в криминологии (преступление как объект криминологического изучения, отличие
криминологического изучения преступления от уголовно-правового, механизм преступного
поведения, организованное преступление, преступная деятельность и ее механизм);
преступность (соотношение преступления и преступности, преступность как социальное
явление, преступность как системно-структурное явление, преступность и право,
преступность, и иные социальные отклонения, преступность как специфическое явление, его
отличительные особенности, понятие организованной преступности, ее место и роль в общей
системе преступности, количественные и качественные характеристики преступности,
латентность преступности и механизм латентности, изучение преступности, выделение
“внешних” и “внутренних” характеристик преступности, профессиональная преступность и
криминальный профессионализм); детерминация, причинность преступности (понятие и
процессы детерминации преступности, понятие причинности в криминологии, изучение
преступности в рамках ограниченного детерминизма); криминологическое изучение
социальной среды (социальная среда как предмет и объект криминологического изучения,
криминологический анализ социальной среды разного уровня: метасреды, макросреды,
социально-государственной, среды среднего уровня и микросреды, выделение основных
сфер жизнедеятельности и их криминологическое изучение, изучение общества во

95
взаимодействии его характеристик и в динамике, социальный контроль); преступник и его
криминологическое изучение (преступник и личность преступника, проблема соотношения
социального и биологического, ее криминологически значимые аспекты, преступники как
объект и предмет криминологического изучения, изучение социальных позиций, социальных
ролей, деятельности преступников, потребностно-мотивационная сфера личности и ее
изучение в криминологии, ценностно-нормативные характеристики сознания личности,
классификация преступников, группировка лиц, совершающих преступления, типология,
проблема личности преступника как социального типа и разновидности данного типа);
изучение причин преступления и преступности (процесс выявления причинности и
детерминации преступности, изучение причин и условий преступления, выявление
причинности и детерминации преступности путем обобщения данных о преступлениях,
изучение типичного преступного поведения); борьба с преступностью (содержание борьбы с
преступностью, ее задачи, основополагающие положения борьбы с преступностью, общая
организация борьбы с преступностью, понятие и содержание предупредительной
деятельности, ее виды и этапы, субъекты, правовые, организационные и тактические основы
предупреждения преступности). В рамках Особенной части криминологии рассматриваются
отдельные виды преступности, региональные различия преступности, их криминологическая
характеристика, особенности их детерминации, причинности и борьбы с ними. Убийства,
изнасилования, кражи по многим криминологическим параметрам отличаются от
взяточничества, мошенничества, неосторожных преступлений и др. Как правило, в
учебниках по криминологии выделяются такие виды преступности, как насильственная,
общеуголовная, корыстная, экономическая, коррупционная, экологическая, налоговая,
государственная, воинская, организованная, профессиональная, пенитенциарная, женская,
несовершеннолетних, мигрантов, рецидивная, неосторожная. При анализе региональной
специфики преступности выделяется преступность субъектов РФ.

КРИМИНОЛОГИИ ПРЕДМЕТ – закономерности: а) преступности во всех ее


проявлениях; б) детерминации и причинности преступности; в) подверженности
преступности различным воздействиям. Преступность в различных ее проявлениях
включает: 1) преступление или индивидуальное преступное поведение; 2) отдельные виды
преступности, выделяемые по разным основаниям, например по объекту посягательств
(экономическая, государственная, и т. д.), формам вины (умышленная и неосторожная) и т. п.;
3) преступность в разных регионах страны; 4) преступность представителей разных
социальных групп; 5) преступность в государстве в целом; 6) преступность человеческого
общества на конкретных этапах его существования (преступность на Земле в XX в., в период

96
“холодной” войны и т. п.). Наиболее общие закономерности преступности как одного из
многих явлений человеческого общества служат предметом философских исследований.
Философами преступность анализируется в связи с изучением общих закономерностей
природы и общества. Криминология, в отличие от философии, изучает преступность в
конкретных условиях места и времени, в определенных пространственно-временных
границах. При этом криминологами преступность рассматривается как специфическое
социальное явление, качественно отличное от иных видов негативных социальных
отклонений (пьянства, наркомании, проституции, фиктивной экономики и т. д.). В то же
время признается органическая взаимосвязь преступности с указанными отрицательными и
другими явлениями. Учитывается, что преступность – одно из общественных, социальных
явлений, производное от характеристик общества в целом. Криминолог смотрит на
общество, человека как бы через призму преступности, преступного поведения. Именно
преступность, ее причины и борьба с ней – то основное, что его интересует. Идя от
преступности и по мере углубления в анализ ее причин, организации борьбы с ней, ее
предупреждения, криминолог выходит на другие широкие и сложные проблемы,
существующие в обществе и природе. Философ, наоборот, изучает в целом общество и
природу. При этом выходит на преступность только как на одно из многих явлений,
взаимосвязанное со всеми другими. Закономерности преступности его интересуют в
контексте выявления наиболее общих закономерностей развития природы и общества.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ – понятие, которое иногда употребляют как


синоним другого: “криминологически значимая ситуация”, имея в виду одновременно и
криминальную ситуацию, и криминогенную ситуацию, и ситуацию борьбы, с
преступностью.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА –


это криминологически значимая совокупность характеристик лица, совершившего
преступление: т. н. объективных (социальные позиции и роли, деятельность личности) и
субъективных (потребностно-мотивационная сфера, ценностно-нормативная характеристика
сознания). Криминологическое изучение преступника не может быть исчерпывающим
исследованием всей сложной комплексной проблемы человека и его деятельности.
Криминолог изучает преступность и преступников в рамках т. н. частичного детерминизма,
когда раскрытие детерминант заведомо неполно с точки зрения философии, всех наук о
человеке и обществе. Полнота здесь относительная, привязанная к предмету и методам

97
криминологии, а потому возникает задача вычленения круга характеристик, позволяющих
выявить ближайшие к преступлению и преступности причинные связи, причинные
комплексы, цепочки. При необходимости для углубления их анализа криминолог может
обратиться к другим специалистам, передать им необходимую информацию в своеобразной
исследовательской “эстафете”. Наиболее распространенным в криминологии длительное
время было выделение шести групп признаков: 1) социально-демографические признаки; 2)
уголовно-правовые признаки; 3) социальные проявления в разных сферах
жизнедеятельности, или, как иногда говорят, социальные связи; 4) нравственные свойства; 5)
психологические признаки; 6) физические (биологические) характеристики. Но все-таки
выявление психологических признаков – задача специалистов-психологов и требует
специальных познаний, психофизиологических – медиков и биологов. Кроме того, некоторые
традиционно выделявшиеся и указанные выше характеристики оказывались не вполне
удовлетворяющими задачам исследования. Так, при анализе уголовно-правовой
характеристики личности, например, выявляются данные о ранее совершавшихся
личностью преступлениях. Но ведь важно и другое: в рамках, какой именно деятельности
личности совершались эти преступления, какие нравственные качества личности нашли в
них свое проявление. Поэтому при изучении личности как определенной целостности, в
единстве ее сознания и деятельности, во взаимодействии ее с социальной средой предмет
изучения стал выглядеть иначе. Ранее выделявшиеся социально-демографические, уголовно-
правовые признаки теперь анализируются в рамках “объективных” характеристик личности.
При анализе ближайших к преступлению причинных цепочек и комплексов допустимо
ограничение только социологическим, социально-психологическим в сочетании с этико-
правовым исследованием личности. В рамках условно называемых “объективных”
характеристик анализируются ранее выделявшиеся разными авторами социально-
демографические, уголовно-правовые признаки. Криминологические исследования
фиксируют особенности социальных позиций и ролей большинства лиц, совершающих
преступления, их социально-ролевого поля. При этом преобладает нормативное понимание
роли. Социальная позиция рассматривается как своеобразный “узел отношений” в
социальной системе. Каждой социальной позиции соответствует сценарий роли,
одновременно составляемый тремя группами субъектов: 1) государством – выраженный в
системе официальных предписаний (законов, подзаконных актов); 2) обществом в форме
общепринятых и поощряемых общественным мнением норм поведения: моральных,
эстетических, религиозных и иных; 3) неофициальными структурами (семьей, досуговыми
группировками, группами сослуживцев и т. п.) – в форме неписаных правил поведения, их
социальных ожиданий. К последней группе субъектов относятся и преступные

98
формирования с их нормами поведения и социальными ожиданиями. Криминологи
различают: 1) роль как совокупность нормативных предписаний, соответствующих данной
позиции; 2) роль как понимание лицом того, что от него требуется, и что он намерен
исполнять; 3) фактическое исполнение роли в конкретных условиях места и времени. В
последнем случае это зависит от социальных условий, а также уже ранее сформированных
личностных характеристик. С преступным поведением закономерно связаны следующие
социально-ролевые ситуации: 1) человек не занимает многих социальных позиций, которые
позволили бы ему ознакомиться с нормами государства, “большого общества” и вести себя в
соответствии с требованиями права и морали (находится в крайне деморализованной среде
со специфическими представлениями и привык решать конфликты с применением силы); 2)
человек занимает одновременно позиции, которые связаны с противоречивыми
требованиями, нормами поведения, т. е. налицо конфликт социальных позиций и ролей
(правовые предписания запрещают сокрытие преступлений от учета, а руководство требует
не отражать в статистике все ставшие известными преступления); 3) человек занимает такие
позиции, которые прямо диктуют противоправное, преступное поведение (член преступного
формирования); 4) отсутствие преемственности ролей и позиций, в результате чего
отмечается неподготовленность лица к соблюдению правовых норм в соответствующей
социальной позиции (это влечет нарушение правил охраны труда, халатность и т. п.); 5)
человек занимает одни социальные позиции, а ориентируется на другие. Пример:
получающий скромное содержание следователь стремится утвердиться в группе удачливых
предпринимателей, дорожит их вниманием и мечтает вести характерный для них образ
жизни. Если ему такие предприниматели предлагают выполнить определенную просьбу, а
тем более за солидное вознаграждение, указанный следователь сразу может решить две
актуальные для него задачи: сохранять “дружбу” этих людей и получить необходимые
средства для расточительного образа жизни. Но средство в таком случае – получение взятки
и злоупотребление служебным положением; 6) конфликт уже исполняемых и ожидаемых в
будущем ролей. Преступное поведение человека в этом случае может противоречить уже
исполняемым ролям, но быть логичным с точки зрения референтных ролей (конфликт
реального и ожидаемого, настоящего и будущего). Социально-ролевой подход не исключает
активности личности, но задает социальные пределы этой активности. Позиция личности
влияет на выбор социальных ролей и на их творческое исполнение. У несовершеннолетних
этот выбор практически ограничен, у осужденных, отбывающих срок лишения свободы,
также. Существует объективный конфликт ролей, когда их содержание действительно
противоречиво, и субъективный, когда лицо воспринимает их в качестве противоречивых, не
умеет их согласовать. В динамическом аспекте встречаются: 1) прямая преемственность

99
социальных позиций и ролей, порождающих в определенных взаимодействиях преступное
поведение; 2) существенное отрицательное усугубление содержания социальных ролей, когда
они из противоречивших только нормам морали в новых условиях перерастают в
противоречащие нормам закона; 3) затруднение процесса нормального формирования и
нормальной жизнедеятельности личности в результате наличия или отсутствия в прошлом
определенных социальных позиций и ролей. Например, исследования показывали, что
многие лица, формировавшиеся в неполных или иного рода неблагополучных семьях, даже
если они искренне стремятся иметь собственную хорошую семью, в своей семье
воспроизводят характерные для родительской стандарты поведения: избиение супруги,
грубые оскорбления и т. п. В одних Случаях это прямо выливается в преступное поведение, в
других– влечет распад семьи, уход в группы собутыльников, усиление деморализации и
участие в пьяных криминальных конфликтах либо утрату работы и совершение краж ради
приобретения спиртных напитков. Деформация социальных позиций и ролей в большинстве
случаев существенно различается применительно к лицам, совершающим общеуголовные
преступления и экономические преступления. У первых она носит более очевидный и грубый
характер. При анализе деятельности преступников учитывается следующее: 1) фактическое
поведение лица не идентично содержанию роли; 2) личность представляет собой
определенную целостность при всем многообразии ее позиций и ролей, в деятельности она
проявляет себя именно в этой целостности, субъективной интеграции разных социальных
позиций и ролей; 3) деятельность оказывает на человека обратное воздействие, при этом
важно одобрение или неодобрение поведения, его закрепление и закрепление его результатов
в сознании личности. В этом аспекте криминологически значима проблема безнаказанности
части преступников, баланс их приобретений и потерь в результате преступной
деятельности. Иногда они считают выгодным даже отбыть определенный срок лишения
свободы, но сохранить добытое преступным путем во имя своего солидного материального
обеспечения на долгие годы. При криминологическом анализе деятельности личности
устанавливается следующее: 1) представляет ли собой преступное деяние изолированный акт
или оно – звено в цепи определенной системы поступков; 2) является ли преступное
поведение “скачком” от нормы к преступлению или оно представляет собой итог эскалации
антиобщественного поведения. Выявляются факты: а) нарушения требований,
соответствующих нормальным для человека определенного возраста и положения
социальным позициям (преждевременное оставление школы несовершеннолетним, отказ в
материальной поддержке детям и т. п.); б) аморальных, но не противоречащих праву
поступков (пьянство, половая распущенность и т. п.); в) противоправных поступков
непреступного характера (дисциплинарно-административно наказуемых, гражданско-

100
правовых деликтов), преступлений; 3) в какой сфере деятельности совершаются
преступления. Криминологические исследования указывают на то, что в большинстве
случаев совершение тяжких преступлений бывает результатом не “скачка” от нормального
поведения к наиболее общественно опасному, преступному, а постепенного нарастания
интенсивности и общественной опасности негативного поведения. По данным выборочных
исследований, более 80% лиц, совершавших умышленные убийства, ранее совершали либо
преступления, либо неоднократные иные правонарушения. Анализ сфер деятельности,
взаимодействий, в которых совершались преступления, сопровождается выяснением того,
насколько распространены соответствующие типы взаимодействий и как часто они дают
криминальный результат при участии в них лиц с теми или иными характеристиками. На
этой основе может даваться прогноз развития преступности, а также формулироваться
рекомендации по предупреждению преступлений со стороны соответствующих лиц в данных
условиях. Изучение системы поступков личности и ее деятельности в целом помогает
выявить определенные стереотипы поведения, ставшие для нее привычными способы
реагирования на те или иные обстоятельства. Это объясняет преступное поведение людей в
ситуациях, непривычных для личности или когда она действует почти импульсивно. При
изучении потребностно-мотивационной сферы учитывается, что потребности – источник
мыслительной и поведенческой активности человека, они отражают и его природные
свойства (элементарные или естественные потребности: в пище, одежде, сне, определенной
температуре существования и др.), хотя при этом бывают “социально окрашены”, и чисто
социальные характеристики, сформировавшиеся в обществе. В этой системе потребностей
нельзя сбрасывать со счета такие важные моменты, которые часто проявляют себя в
преступном поведении, как стремление к самоутверждению, проявлению своего “Я”,
познанию и творческой деятельности. Интересы, или эмоционально окрашенные
потребности, в большей мере зависят от системы ценностных ориентации личности, иных
содержательных характеристик ее сознания. Под “мотивационной сферой личности”
понимается вся “совокупность ее мотивов, которые формируются и развиваются в течение ее
жизни”. Ряд авторов полагают, что можно говорить о совокупности мотивов и целей.
Выделяются следующие основные мотивы, лежащие в основе преступного поведения и
преступности: 1) общественно-политические: устройство управления государством и
обществом, участие в этом управлении, влияние на него и т. п.; 2) социально-экономические:
а) удовлетворение “абсолютных”, т. е. самых необходимых, жизненно важных потребностей;
б) удовлетворение “относительных потребностей”, возникающих в условиях социально-
экономической дифференциации населения и сравнения людьми своего положения с
положением окружающих; в) достижение своего “идеала” – некоего “материального

101
стандарта” (сверхбогатство) или “социального стандарта” (проникновение в “высшие слои”
общества), на которые ориентировано данное лицо, либо другого; 3) насильственно
эгоистический (агрессивный в физическом или психологическом плане): а) абсолютизация
идеи самоутверждения, реализации имеющихся потребностей и интересов в любых формах;
б) самоутверждение в тех формах, которые возможны для лица в конкретных ситуациях
(невоспитанный, нецивилизованный человек привычно отвечает оскорблением на замечания
либо затруднение в использовании судебного порядка защиты чести и достоинства ведет к
физической расправе с обидчиком); сюда же относятся случаи, когда забитый, находящийся в
“нечеловеческих условиях” человек и утверждается “нечеловеческим” путем; 4)
легкомысленно-безответственный: а) отсутствует потребность и заинтересованность в
соотношении своих поступков с существующими нормами поведения, законом; 6)
избирательность такого соотношения (например, только в условиях строго внешнего
контроля либо в общении с власть имущими, но не подчиненными и “безответными людьми”
и т. п.). В преступном поведении и преступности указанные мотивы проявляются в
различных сочетаниях. Отмечается своеобразие криминальной мотивации отдельных групп
преступников (несовершеннолетних, женщин и т. д.) либо в разных типах ситуаций.
Ценностные ориентации – глубинные личностные характеристики, которые указывают на
наиболее значимые для личности объекты. Обычно говорят об иерархии ценностных
ориентации, которая отражает определенное предпочтение личностью одних ценностей по
сравнению с другими. Важное значение имеет также устойчивость ориентации, ее
интенсивность. У преступников в системе ценностных ориентации высшие места занимают
индивидуально – либо кланово-эгоистические. Превыше всего в таких случаях бывает
“личное материальное благополучие”, “неограниченное проявление своего Я”, создание для
этого наиболее комфортных условий либо узкоклановый, групповой “эгоистический”
интерес. Преступники в сравнении с контрольной группой среди ориентаций-средств гораздо
чаще отдают приоритет не своим личным позитивным качествам (способностям,
трудолюбию, целеустремленности и т. п.), а материальной поддержке, “нужным связям”,
любым средствам по формуле: “Хочешь жить – умей вертеться”. Отсюда – их инициатива в
подкупе государственных служащих, экзаменаторов, использование вымогательства и т. д.
Криминологическое значение имеют и категории морали, нравственности, производные от
них понятия “добро и зло”, “порядочность и подлость”, “верность и вероломство”,
“гуманность и жестокость”, а также иные. У преступников фиксируются: а) существенные
пробелы в нравственном сознании, когда, например, формировавшийся в криминальной и
аморальной среде подросток действительно не знаком с общественно одобряемой системой
нравственных норм поведения и искренне полагает, что “того, кто неправ, надо бить и бить

102
жестоко”, “сам что-то не урвешь, о тебе не позаботятся” и т.д.; б) искажения, ведущие к
нравственному конфликту с общепринятыми в обществе нормами морали, нормами морали
разных групп, “двойной морали”. Надо помнить о неоднородности морали в обществе,
разделенном на социальные группы, сословия. И криминологически существенно в этом
плане выявление взаимосвязей между преступностью и моралью разных социальных групп,
слоев населения. Во всех случаях при исследовании преступника возникает вопрос: почему
личность с искаженными потребностями, интересами, ценностными ориентациями,
нравственными представлениями не остановил закон, в том числе уголовный с его строгими
санкциями. Ответ на этот вопрос требует анализа правосознания человека. Правосознание
многих преступников специфично, оно существенно отличается от правосознания лиц из
контрольной группы. Если говорить об отношении преступников к закону в целом, то
преступники не занимают какой-то особой, четко выраженной позиции. В принципе ими
признается необходимость существования закона, осознается справедливость и гуманность
многих охраняемых им положений. Но преступники реже, чем лица из контрольной группы,
отмечают созидательную роль закона, его функцию социального регулятора, хуже (за
исключением части государственных, должностных, экономических преступников)
осведомлены о государственно-правовых принципах устройства общества, о социальной
роли закона, нормах различных отраслей права. Мнение о значительно лучшем знании
большинством правонарушителей по сравнению с другими гражданами уголовного закона
ошибочно: во-первых, до совершения первого преступления и его раскрытия их правовая
осведомленность мало отличается от правовой осведомленности иных лиц; во-вторых,
полученные ими до и после преступления знания случайны и бессистемны, резко
ограничены личным опытом либо опытом тех, с кем эти лица находятся в контакте.
Уголовный закон в данном случае не играет должную предупредительную роль именно в
отношении особо нуждающихся в этом лиц. Преступники гораздо большее значение, чем
лица из контрольной группы, придают сдерживающей роли санкций. Задавался вопрос: “Как
вы относитесь к утверждению, что, чем суровее наказание, тем лучше соблюдаются законы”.
Не согласны с этим утверждением более половины лиц из контрольной группы около 40%
осужденных впервые и 25% рецидивистов; согласны соответственно около 8, 10 и 13%;
полагали, что это верно лишь для некоторых случаев – около 21, 25 и 30%. Остальные
воздержались от ответа. Осужденные отнюдь не всегда полагают, что предусмотренные
законом санкции следует смягчать. Ведь наказываются и те деяния, от которых сами
осужденные страдают. Но при этом различаются представления разных категорий
осужденных о том, какие именно преступления следует строже или мягче карать.
Специфичны правовые требования лиц, совершающих корыстные и насильственные

103
преступления, общеуголовные и экономические. У преступников наиболее искажен такой
элемент правосознания, как отношение к исполнению правовых предписаний. Весьма
распространено убеждение, что закон можно нарушить в конкретной ситуации, ставящей под
угрозу какие-то личные или групповые устремления, интересы. Дает себя знать определенная
иерархия ценностей личности. По сравнению с законом нередко значительно
переоценивается влияние мотива общественно опасного деяния на его уголовно-правовую
квалификацию и наказание. Среди преступников всегда наиболее ярко обнаруживалось
разное отношение к нарушениям закона, которые допускаются лично ими, их родными и
близкими, и нарушениям, которые допускаются другими лицами, а тем более в отношении
них. Криминологически значимо также содержание экономического сознания личности,
политического, религиозного, эстетического. Важно учитывать следующее: во-первых,
отнюдь не у каждого преступника ценностные ориентации, нравственное, правовое сознание
заметно отличаются от соответствующих характеристик лиц из контрольной группы; во-
вторых, большинство умышленных преступников, даже несовершеннолетних, заметно
отличаются от ровесников, ведущих себя устойчиво правомерно, на основе комплекса
признаков, которые отражают ценностные ориентации, нравственные, правовые взгляды. В-
третьих, разным видам преступного поведения соответствуют специфические виды
искажения содержательной характеристики сознания, хотя они проявляются на фоне
некоторых общих для разных преступников деформаций. Правовые взгляды у многих
рецидивистов, особенно долго находившихся в местах лишения свободы, бывают настолько
искажены, что ими даже не осознается степень отличия собственных взглядов от
общепринятых и отраженных в законах. В “естественности” соответствующих воззрений
убеждает негативная и относительно замкнутая микросреда. Поэтому они не стесняются их
демонстрировать даже в татуировках, отражающих такие суждения: “не скорбящий ни о чем,
кроме своего тела и пайки хлеба”, “сила, месть, беспощадность”, “чти закон воров”. В то же
время преступники в значительной мере воспроизводят те взгляды, которые распространены
в общественной и групповой психологии, проявляются в общественном мнении. Но у
совершающих преступления лиц вероятность претворения этих взглядов в преступное
поведение намного выше, чем у иных граждан, в силу того, что соответствующие
деформации взглядов, установок, ориентации в их среде: а) более распространены; б) носят
более глубокий характер, перерастают в убеждения, готовность к поведению в их
направлении, привычки поведения, достигают в некоторых случаях такой степени
выраженности, которую вообще не приходится наблюдать в контрольной группе; в)
представляют собой комплекс взаимосвязанных деформаций ценностных ориентации,
нравственных, правовых, иных взглядов и установок; г) субъекты, обладающие такими

104
деформациями, чаще оказываются в проблемных и конфликтных ситуациях, возникающих
при общении с себе подобными либо с лицами, придерживающимися прямо
противоположных позиций, вытекающих из морали общества и закона.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ МЕТОДИКА – это совокупность


методов, применяемых криминологами. Методики криминологического исследования зависят
от предмета, объекта и целей исследования. Отечественными криминологами разработаны
методики изучения территориальных различий преступности, методики длящегося
криминологического изучения личности, методики изучения латентности преступности,
криминологического изучения ценностно-нормативных характеристик личности и др. При
изучении личностных особенностей несовершеннолетних правонарушителей и выяснении
вопроса, отличаются ли их взгляды, убеждения от взглядов и убеждений ровесников,
использовались методы анкетного опроса, при обработке их результатов – методы
распознавания образов. В частности, в память ЭВМ были введены данные о том, как
опрашиваемые оценивали те или иные правовые ситуации, что они считали успехом в жизни,
какие средства достижения такого успеха, на их взгляд, были важными. Только на основе
ответов на вопросы комплекса анкет ЭВМ правильно отличила, несовершеннолетни
преступников от их благополучных сверстников более чем в 80% случаев. А затем правильно
распознала в 86% случаев несовершеннолетних, совершавших корыстные преступления,
отдельно от несовершеннолетних, совершавших насильственные преступления.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ МЕТОДЫ в криминологии


применяются с учетом специфики науки как общенаучные методы познания, т. е. присущие
всем наукам, так и конкретно-социологические методы познания, используемые в
общественных науках. В частности, используются следующие общенаучные методы
познания: 1) Восхождение от абстрактного к конкретному. Этот метод познания предполагает
определенный уровень теоретической подготовки исследователя, выдвижение гипотез,
использование теоретических понятий и представлений, абстрактное мышление. Не удается
сформулировать научно обоснованных положений тому, кто не овладел теорией
криминологии, не ознакомился с научными данными, полученными предшественниками, и
исходит только из обыденных представлений о преступности. В то же время в процессе
исследований криминологу важно быть “открытой системой” и не стремиться всеми силами
“укладывать” новые данные в уже имеющиеся теоретические представления и схемы. 2)
Гипотеза. Она дает направление поиску, акцентирует внимание исследователя на тех или
иных моментах действительности, позволяет целенаправленно вести изучение. Гипотеза, во-

105
первых, должна согласовываться с установленными в криминологии научно обоснованными
положениями; во-вторых, характеризоваться обоснованной вероятностью соответствующего
предположения. Выдвижение, формулирование гипотезы требуют оценки уже имеющихся
теоретических и эмпирических данных, их соотнесения с предметом, объектом и задачами
исследования. 3) Системно-структурный анализ. Этот метод предполагает рассмотрение
изучаемого объекта (в нашем случае преступности и общества) как определенной сложно
организованной системы, имеющей определенную структуру, содержащую известное
количество взаимосвязанных элементов. Имеется в виду, что преступность – это не простое
множество преступлений, а их система, комплекс взаимосвязанных элементов, образующих
некую целостность. В криминологии имеет значение взаимосвязь двух аспектов применения
системно-структурного метода. Во-первых, рассмотрение преступности как множества
взаимодействующих преступлений и лиц, их совершающих, обнаружение взаимодействий
между ними. При этом анализируются структура преступности, характеристики различных
элементов, их взаимодействие. Во-вторых, преступность исследуется в рамках более общей
системы – общества. Выявляются внешние связи преступности с различными
характеристиками общества, выделяются среди них главные. В том числе причинные связи,
т. е. порождающие преступность. В процессе системно-структурного анализа обычно широко
используются математические методы. В криминологии их применение еще недостаточно
развито. Ограниченно используются методы математического моделирования. В то же время
распространена практика проведения корреляционного, кластерного анализа и применения
некоторых других математических методов с использованием электронно-вычислительных
машин. 4) Исторический метод. Он обеспечивает изучение преступности в историческом
разрезе, в движении. При анализе преступности берется, как правило, длительный период,
позволяющий вскрывать устойчивые характеристики и тенденции преступности, а также ее
взаимосвязи с иными явлениями. При изучении региональных различий преступности
применяется сравнительно-исторический метод как разновидность исторического. При этом
осуществляется: а) сравнение однотипных явлений на протяжении одного и того же периода
(преступности несовершеннолетних, молодежи и т. д.) в разных регионах; б) сравнение
одних и тех же характеристик в разные периоды в каждом из регионов. 5) Сравнительный
метод. Сравнивается преступность в разных государствах, в разных регионах государства,
преступность лиц разного пола, возраста, социального положениями др. При использовании
метода сходства устанавливаются повторяющиеся характеристики преступности и
повторяющиеся условия жизни людей, совпадающие в пространственно-временном
отношении с характеристиками преступности. Соответствующие совпадения служат
основанием для дальнейшего исследования факта и механизма взаимосвязей этих условий и

106
преступности. При использовании метода различия устанавливаются те характеристики
преступности, которые встречаются в одних государствах, регионах и не обнаруживаются в
других. Такого рода материал также служит базой для выдвижения и проверки гипотез о
причинной зависимости преступности от конкретных условий среды. 6) Динамические и
статистические методы. Они дают разное знание. Статистические методы рассчитаны на
исследования массовых явлений, одним из которых является преступность. Статистика,
находя и измеряя общие свойства, устанавливает общие статистические закономерности,
основанные на действии закона больших чисел. Она не объясняет внутренний механизм
формирования закономерностей, не вычленяет причинные зависимости. Динамические
закономерности – это закономерности развития. Их применение непосредственно ведет к
обнаружению причинных зависимостей. Поиск статистических закономерностей
осуществляется путем нахождения и измерения общих свойств явлений. Со статистическим
исследованием всегда связан поиск закономерностей. Но обнаружение их характера
(причинного, связи состояний или иного) требует применения комплекса методов.
Конкретно-социологические методы занимают особое место в криминологических
исследованиях. Это методы изучения социальных явлений в их конкретном проявлении в
конкретных условиях места и времени. Этот комплекс методов включает следующие: 1.
Изучение документов. При проведении криминологических исследований изучаются
разнообразные документы: и статистические отчеты, и материалы уголовных дел, и
заявления о преступлениях с ответами на них, и жалобы, и материалы контролирующих
органов, бюро судебно-медицинской экспертизы, средств массовой информации. Изучаются
также паспорта регионов, обобщенные результаты анализа социально-экономической
ситуации, результаты ранее проводившихся исследований преступности и связанных с ней
явлений, а также иные документы. 2. Опросы. Они проводятся либо в форме анкетирования,
либо путем интервью. Программы опросов составляются так, чтобы полученные данные
могли бы быть обработаны на ЭВМ. Интервью представляет собой беседу с лицом,
совершившим преступление, или его родственниками, или сотрудниками
правоохранительных органов, а также другими лицами. В криминологических исследованиях
индивидуальное интервью осужденных дает более полные результаты, чем анкетный опрос,
когда выясняются мотивы и цели преступного поведения, его причины, условия воспитания
и жизни. В то же время анкетный опрос бывает полезным для выявления личных позиций
опрашиваемого, когда он не заинтересован в огласке своей позиции. Хорошо себя
зарекомендовало т. н. коллективное интервью, когда, например, исследователь встречается с
несколькими лицами (не более 10, как правило) и просит их рассказать о состоянии
наблюдаемой ими преступности, изменениях в ней, результативности принимаемых мер,

107
причинах роста либо снижения преступности. Успех приносит именно программированное
интервью, когда исследователь заранее составляет перечень вопросов и продумывает их
постановку. 3. Наблюдение. Оно бывает нескольких видов. В криминологии область
наблюдений и их варианты обладают некоторой спецификой по сравнению с наблюдением в
социологическом исследовании. Например, выделяются три основные роли наблюдателя: 1)
наблюдатель – участник какой-то деятельности (за деятельностью или за ее участниками он
ведет наблюдение); 2) собственно наблюдатель (I этом качестве обнаруживает себя в
общении с теми субъектами, за деятельностью которых он должен наблюдать); 3)
включенный наблюдатель (устраивается на работу в организации
либо находится где-то, не обнаруживая себя в качестве наблюдателя, не участвует в той
деятельности, за которой наблюдает, но как бы со стороны ведет такое наблюдение). Что
касается преступной деятельности, то теоретически можно себе представить криминолога,
включающегося в преступную группу, организацию. Однако практически такое включение
бывает связано с обязательным участием в совершении преступлений. Иное грозит
разоблачение исследователя и весьма тяжкими для него последствиями. Закон не
предусматривает освобождение от уголовной ответственности и наказания криминолога-
исследователя. Исследование не служит основанием и для непризнания соответствующих
деяний преступными, как, например, в случаях крайней необходимости и необходимой
обороны. Включенное наблюдение в местах отбывания наказания связано во многом с
указанными сложностями, также с трудностями процесса конфиденциального приобретения
статуса осужденного. Полезно включенное наблюдение в качестве оперативного сотрудника
правоохранительных органов, следователя, прокурора, судьи, адвоката, сотрудника
исправительно-трудового учреждения. С этой точки зрения для криминолога важен опыт
практической работы в правоохранительных органах, судах. Используются другие виды
наблюдений. Например, при исследовании преступности несовершеннолетних в одном из
городов в качестве его участников были привлечены студенты юридического факультета. Они
были почти ровесниками обследуемым лицам. И во время посещения дискотек, других мест
проведения досуга, ничем не выделяясь, имели возможность наблюдать за досуговыми
связями правонарушителей, взаимоотношениями между различными группировками, их
поведением. 4. Эксперимент. Это такой метод исследования, при котором происходят
последовательная фиксация и контроль за состоянием объекта, изменяющимся под
воздействием некоторых факторов, управляемых экспериментатором. В криминологии
область эксперимента ограничена в двух отношениях. С одной стороны, недопустимо
провоцировать преступление. Исследователь не освобождается от уголовной
ответственности за соучастие в преступлении в роли подстрекателя, пособника или ином

108
качестве. С другой стороны, меры по борьбе с преступностью должны базироваться на
законе, общепринятых нормах морали и не нарушать прав и свобод, законных интересов
человека и гражданина, национальных и религиозных чувств. Следует также выделить
методы криминологического прогнозирования. В криминологии применяется метод
контрольной группы. Изучаются лица, не совершающие преступлений, ведущие себя
устойчиво правомерно. Это делается для выявления отличий характеристик преступников от
характеристик других людей. Не воображаемых, или ”идеальных” людей, а реальных,
формировавшихся и действовавших в тех же социальных условиях. Важны не только
методики, с помощью которых получают данные, но и методики обобщения, оценки таких
данных. Обобщение осуществляется, как правило, по следующей схеме: 1) Происходит
обработка сведений, полученных в результате изучения статистических данных или опроса.
2) Вычленяется эмпирический факт на базе полученных данных. Во-первых, эмпирический
факт аккумулирует результаты применения разных методов. Они подлежат оценке с точки
зрения надежности и достоверности: должен быть получен положительный ответ, что
данный эмпирический факт может быть установлен и другими исследователями. Переход от
разрозненных данных к эмпирическому факту осуществляется путем сравнения,
классификации, типологизации. Во-вторых, полученные результаты сопоставляются с
теоретическими положениями науки, результатами прежних исследований. Эмпирический
факт – не любое сообщение, а лишь такое, которое вписывается в контекст данной науки или
теории. 3) За эмпирическим фактом следует теоретический факт.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОГРАММА включает: 1)


формулирование проблемы, подлежащей исследованию, описание ее состояния с учетом
анализа литературы и результатов прежних исследований, обоснование необходимости ее
исследовать; 2) цели и задачи исследования; 3) гипотезы (см. Методы, криминологического
исследования)', 4) раздел о методике криминологического исследования, причем в нем речь
идет и о методах получения, и о методах обобщения данных. К программе исследования
прилагаются методические документы: формы аналитических таблиц для статистических
данных, программа изучения уголовных дел или других документов; программы интервью,
анкеты и т. п.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ЭТАПЫ – это определенная


последовательность действий, составляющих процедуру исследования, которую надо
соблюдать ради достижения максимальной эффективности получения ответов на
поставленные научные задачи. В криминологии уже давно определены необходимые этапы

109
проведения конкретных криминологических исследований, сначала В. В. Панкратовым в
книге “Методология и методика криминологических исследований” (М., 1972), затем Н. П.
Косоплечевым в соавторстве с Э. В. Кузнецовой и Е. Н. Сидоренко в методическом пособии
“Методика изучения и разработки мер предупреждения преступности в городе и районе” (М.,
1975). В последующем, в процессе развития науки, содержание каждого из этапов
исследования конкретизировалось и уточнялось, однако перечень этапов остался
неизменным. Итак, выделяют 5 этапов криминологического исследования: разработка
программы и плана; подготовка средств сбора информации; сбор информации; обработка и
анализ собранной информации; обобщение и реализация результатов исследования. Все эти
этапы взаимосвязаны, постепенно переходят друг в друга, причем внутри каждого
осуществляется целый ряд сложных взаимообусловленных операций. Разработка программы
– это подготовка основополагающего документа, являющегося руководством к действию
исследователя. По общему правилу программа должна включать: цели и задачи
исследования, определение объекта и предмета изучения; перечень предполагаемых методов
изучения; формулировку гипотез, подлежащих проверке, т. е. различных, связанных с
поставленными задачами исследования, научных предположений, которые впоследствии
должны будут уточняться, дополняться и корректироваться. Кроме того, необходимым
разделом программы является обзор научного и практического наследия, т. е. всего, что уже
наработано по данной теме, например, анализ криминологической и иной литературы,
касающейся предмета исследования, статистического и другого эмпирического материала,
позволяющего оценить, какая еще информация и в каком объеме понадобится. На основе
выработанной программы составляется организационный план исследования, отражающий
процесс и последовательность его проведения. В плане, как правило, отражаются этапы,
сроки и исполнители конкретных мероприятий. Программа и план всесторонне обсуждаются
участниками исследования, после чего в них могут вноситься определенные коррективы.
После окончательного утверждения программы и плана исследования начинается разработка
средств сбора информации: анкет, опросников для проведения интервью, аналитических
таблиц для оценки статистической информации, программ изучения уголовных дел и т. д. От
их количества зависят полнота, достоверность и обоснованность собранной информации.
Поэтому рекомендуется до проведения основного сбора информации провести
предварительное пилотажное (пробное) исследование, позволяющее оценить средства сбора
информации, подкорректировать их, уточнить источники получения информации, сделать
предварительные выводы, уточняющие выдвинутые гипотезы, и т. д. В процессе многих
криминологических исследований ученые сумели по достоинству оценить роль пилотажного
исследования, которое в настоящее время является практически непременным атрибутом

110
любого криминологического исследования. Статистическая обработка и анализ собранного
материала предполагают применение различных математических расчетов для получения
данных, позволяющих дать оценку полученных показателей и сделать вытекающие из них
выводы. Таким образом, происходит постепенный переход от анализа и оценки к выводам и
обобщениям. На этой стадии осуществляется интерпретация данных, выявляются
закономерности и причинные связи, проверяется достоверность выдвинутых гипотез и
делаются окончательные выводы, подводятся итоги, которые могут оформляться в виде
справок, информаций, научных докладов и других документов.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА всегда


определялось методологическими и теоретическими установками исследователей,
конкретными задачами исследования. Как правило, личность преступника изучается
одновременно в двух аспектах: 1) как объект социальных связей и влияний, 2) как субъект,
способный к активной целенаправленной, преобразующей деятельности. При изучении
личности как определенной целостности, в единстве ее сознания и деятельности, во
взаимодействии ее с социальной средой предмет изучения стал включать две группы
характеристик: 1) социальные позиции и роли, деятельность личности; 2) потребностно-
мотивационную сферу, ценностно-нормативную характеристику сознания (см. подробнее
Криминологическая характеристика личности преступника).

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СРЕДЫ характеризуется


тем, что социальная среда исследуется в криминологии: во-первых, во взаимодействии с
характеристиками личности разных ее типов; во-вторых, в разрезе разных ее уровней; в-
третьих, в динамике; в-четвертых, с учетом дифференциации разных сфер
жизнедеятельности; в-пятых, с использованием такого методического приема, как условное
выделение преступности в качестве относительно самостоятельного, целостного явления,
противостоящего социальной среде, ориентированной на закон. Понятие “социальная среда”
в философской и социологической литературе обозначает: 1) конкретное своеобразие
общественных отношений в данных пространственно-временных условиях (например,
Россия периода перестройки, Россия периода реформ и т. п.); 2) во-вторых, комплексность
соответствующих социальных условий материального и духовного характера. Обычаи,
традиции, стереотипы поведения, общественное мнение – это для населения, различных
социальных групп такой же объективный фактор, как и материальные условия жизни, закон.
При криминологическом изучении выделяются четыре основные сферы жизнедеятельности:
экономическая, социальная, политическая и духовная; разграничиваются следующие уровни:

111
метасреда, макросреда, социально-государственная среда, среда среднего уровня и
микросреда. Метасреда – конкретное своеобразие комплекса общественных отношений на
данном этапе существования человеческого общества в целом. Это – социальная среда на
Земле в единстве ее материальных и духовных компонентов, во взаимодействии социальной
среды разных государств, народов, рас с материальными условиями их существования и
культурой. Что касается макросреды, то раньше о ней говорили как о совокупности
конкретных общественных отношений в рамках существования определенной общественно-
экономической формации. Теперь говорят о “развитых” или “цивилизованных странах”,
“развивающихся” и т. п. Особую группу в конце 80 – 90-х гг. представляют общества
переходного типа, от реального социализма к рыночной экономике или смешанной.
Социально-государственная среда – особый феномен, зависящий и от состояния мета-,
макросреды, и исторических особенностей развития данного государства, его экономики,
политики, духовной основы, даже его геополитического положения. Процессы перестройки и
реформ, например, имели особенности в разных государствах. Среда среднего уровня – это,
во-первых, региональная среда, т. е. социальная среда определенной территории со
своеобразием комплекса ее экономических, политических, социальных и духовных
характеристик. Здесь криминолог встречается с одним из основных уровней совместной
деятельности людей, который характеризуется общностью территории, экономической
жизни, языка, социальных условий, ряда черт культуры, социальной психологии и т. п.
Общность территории диалектически взаимосвязана со многими аспектами совместной
деятельности граждан. Во-вторых, среда среднего уровня – это социально-групповая среда.
Представители разных социальных групп характеризуются различной криминальной
активностью. Социально-классовые, социально-групповые различия, основанные на
социально-экономических критериях, всегда были важны для криминологов.
Криминологически значима и этническая среда, не совпадающая с региональной.
Криминологами выделяются такие специфические характеристики населения, как степень
его “криминальной зараженности” (распространенность в нем лиц, совершающих или ранее
совершавших преступления) и “социальная запущенность” (распространенность лиц,
допускающих иные отрицательные отклонения в поведении непреступного характера:
наркотизм в разных его проявлениях, проституция, бродяжничество, нищенство и другие
формы социального паразитизма). Криминальная и аморальная среда могут представлять
собой специфическую социально-групповую среду, в которой существуют свои нормы,
стандарты поведения, идеалы и т. п. Лиц, принадлежащих к этой среде, нельзя отнести к
какой-то из традиционно выделяемых экономистами и социологами социально-
экономической, иной социальной группе. В процессе продуцирования обществом

112
преступности или преступности в более опасных проявлениях возникают специфические
социальные группы. Их иногда называют “маргинальными”.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ – оценка будущего состояния


преступности, процессов ее детерминации, результатов различных управленческих решений,
связанных с преступностью. В двух последних случаях прогнозируются криминологически
значимые последствия тех или иных социальных процессов, явлений, решений в сфере
борьбы с преступностью. Криминологическое прогнозирование – это более широкое
понятие, чем прогнозирование преступности. Оно обязательно включает и прогнозирование
тех процессов, которые ее детерминируют. Прогнозирование основано на познании
закономерностей преступности, ее детерминации, причинности, закономерностях
реагирования преступности на различные меры борьбы с ней. Реализация этой функции
требует сочетания оперативного анализа преступности с фундаментальными исследованиями
ее закономерностей. Как точно заметил И. В. Бестужев-Лада, прогнозирование – “это не
высказывание о будущем, а систематическое исследование перспектив развития того или
иного явления и процесса с помощью средств современной науки”. Используются такие
методы прогнозирования, как фоновые и профильные. Фоновые методы создают
необходимую информационную базу с использованием комплекса общенаучных и конкретно-
социологических методов. Профильные методы – это методы экстраполяции, моделирования,
экспертных оценок. Специфическим методом является коллективное обсуждение
специалистами-криминологами перспектив изменения преступности и изложение выводов.
Это бывает на форумах, где обсуждаются проблемы преступности. В частности, такие
обсуждения с 1991 г. проводятся в России ежегодно под эгидой Криминологической
ассоциации. Практикуется приглашение других специалистов для всестороннего обсуждения
проблемы прогнозирования.

КРИМИНОЛОГИЯ (от лат. Сriтеп – преступление и греч. logos – учение) – учение о


преступлении, если иметь в виду буквальный перевод слова. Однако фактическое
содержание науки криминология гораздо сложнее и многоаспектнее. Она изучает
закономерности не только отдельного -преступления, но и преступности как массового
преступного поведения, отвечая на вопросы: почему совершает преступление человек?
Почему для решения своих проблем многие люди избирают преступный путь? Что делать в
целях недопущения этого? Криминология, как и любая другая наука, изучает
закономерности. Специфический предмет криминологии – закономерности: а) преступности
во всех ее проявлениях; б) детерминации и причинности преступности; в) подверженности

113
преступности различным воздействиям. Когда говорят о содержании криминологии, то
дополнительно по сравнению с. предметом, указывают, во-первых, на исследование и оценку
преступности, процессов ее детерминации и причинности; во-вторых, на разработку
рекомендаций по борьбе с преступностью, в-третьих, на методологию и методику
криминологических исследований. В первых учебниках по криминологии, издававшихся в
60-х гг., при рассмотрении ее предмета и содержания не упоминалась личность преступника.
Позднее о ней стали писать наряду с преступностью, ее причинами, мерами предупреждения
преступности. Это было сделано, с целью показать, что личность требует самостоятельного
внимания криминологов, и изучение общественных отношений не может заменять изучение
личности, что воздействие на преступность и ее причины – это оздоровление условий
жизнедеятельности человека и коррекция определенных личностных характеристик. И такой
подход к определению предмета, содержания криминологии себя оправдал, ибо он послужил,
например, развитию криминологических исследований личности преступника. Теперь
значение таких исследований очевидно и можно более строго подойти к определению
предмета и содержания криминологии, не упоминая личность отдельно от преступности,
отдельно от ее причин и мер предупреждения. Криминология изучает преступность в
конкретных условиях места и времени. Криминолог смотрит на общество, человека как бы
“через преступность”, преступное поведение и, идя от преступности, он выходит на другие
широкие и сложные проблемы, существующие в обществе и природе, по мере углубления в
анализ ее причин, организации борьбы с ней, ее предупреждения. Философ, наоборот,
рассматривает преступность как одно из многих явлений, в контексте взаимосвязи,
взаимодействия всех других. Философами преступность анализируется в связи с изучением
общих закономерностей, природы и общества. В реальной жизни трудно провести
отчетливую границу между преступностью и иными негативными социальными
отклонениями (алкоголизмом, пьянством, наркоманией, теневой экономикой и т. п.). Их
изолированное рассмотрение бывает относительным, искусственным. Действующий закон
задает границы преступного, но границы криминологического изучения несколько шире.
Представления о преступном и непреступном меняются, как меняются общество и законы.
Криминолог вносит свою лепту в вопрос о криминализации определенных деяний и
декриминализации. Изучая лиц, совершающих преступления, криминологи наблюдают
изменение форм их общественно опасного поведения в изменяющихся условиях и то, что с
изменением этих форм поведение не только не теряет крайнюю степень общественной
опасности, но даже становится порой еще более опасным. Уголовный закон в таких условиях
подлежит дополнению, совершенствованию. Криминологическую обусловленность закона,
его соответствие новым крайне общественно опасным реалиям как раз обеспечивают

114
криминологи. Криминолог – не универсальный специалист, способный давать
всеобъемлющие экономические, политические, социальные, правовые и другие
рекомендации. По мере того как он углубляется в анализ экономической, политической и
других сфер жизни общества, в вопросы разных отраслей права, он сначала начинает
сотрудничать с другими специалистами, а затем передает – “эстафету” им, и уже они
разрабатывают конкретные пути устранения причин и условий, детерминирующих
преступность. При этом у криминолога всегда остается область исследования, присущая
только ему: выявление во взаимосвязи различных социальных явлений и процессов
(экономических, политических, иных), непосредственно порождающих преступность. Он
информирует о полученных результатах экономистов, политиков, социологов,
правоохранительные и другие государственные органы, общественность.
Криминологические выводы могут и должны быть использованы в процессе социальных
преобразований, но надо различать криминолога и революционера, криминолога и врага
существующей власти. Практически криминолог всегда оказывается в положении критика,
указывающего обществу на его социальные язвы и просчеты в социальном управлении, ибо
не достижения человечества и не положительные моменты порождают преступность. Но без
его рекомендаций нельзя устранить то отрицательное, что стоит за преступностью и нередко
просматривается только при взгляде на общество “через преступность”. Учет
криминологических рекомендаций – важный шаг на пути научно обоснованного,
прогрессивного преобразования общественных отношений без крови и катаклизмов.
Порицать криминолога только за то, что он говорит о социальных просчетах, но не
достижениях – это все равно, что ругать врача, который говорит больному о характере его
заболевания, причинах болезни и путях ее лечения, но не хвалит внешние данные пациента
его воспитанность и другие положительные качества. Многие основополагающие идеи о
причинах преступлений, принципах ответственности за них были заложены на заре
человеческой истории. История криминологии в XIX в., в эпоху бурного развития наук об
обществе, человеке, расширения области применения естественнонаучных методов. Они
стали проникать и в общественные науки. На становление криминологии как
самостоятельной науки в первой половине XIX в. наиболее отчетливо повлияли следующие
четыре вида исследований: 1) антропологические; 2) статистические; 3) социально-
экономические, социологические и др., в процессе которых анализировались факторы
преступности и механизм их влияния; 4) социально-правовые. В 1890 г. в Риме вышла книга
прокурора кассационного суда барона Р. Гарофало “Криминология”, с тех пор этот термин
стал широко использоваться. Имеются четыре основные точки зрения на вопрос о том, что
собой представляет криминология, какое место она занимает среди наук: 1. Криминология –

115
социология преступности, и базовой должна быть социологическая подготовка
исследователя. Исходя из этого в ряде государств криминологию преподают будущим
социологам, а не юристам (США, Великобритания и др.). 2. Криминология – юридическая
наука, и базовой должна быть юридическая подготовка соответствующего специалиста. Здесь
приводят следующие аргументы: границы преступного устанавливает закон, борьба с
преступностью во всех ее аспектах регулируется законом с такой тщательностью, какая не
наблюдается при борьбе с иными формами правонарушений и других негативных
социальных отклонений. В России, других государствах Восточной Европы, ряде иных
криминологию преподают на юридических факультетах. Соответственно криминология
рассматривается как одна из юридических специальностей. Иногда при этом подчеркивают,
что криминолог, в отличие от других специалистов-юристов, должен лучше знать
социологию, социальную психологию. Иными словами, криминологию считают социально-
правовой наукой. Но, строго говоря, вообще юриспруденции присущ социологический в
широком смысле слова взгляд на мир. Не случайно в программу обучения будущих юристов
входит преподавание и философии, и психологии, и экономики, и статистики, и судебной
психиатрии, судебной медицины. В юриспруденции уже давно преодолен исключительно
юридико-догматический подход. Разумеется, существует специализация юристов.
Существует и специализация криминологов. Она заключается не только в том, что они
должны знать основы философии, психологии, статистики и т. п., но обязаны хорошо
разбираться в дисциплинах т. п. криминального цикла (уголовное право, уголовный процесс,
судебная статистика и т. п. 3. Криминологическое исследование – это исследование, прежде
всего поведения человека, и соответственно его должны проводить специалисты-психологи,
психиатры. Это характерно для представителей т. н. клинической криминологии. Но в
последние десятилетия на практике такой подход все больше перерастает в рассмотрение
криминологического исследования как комплексного или междисциплинарного. То есть
осуществляемого с учетом социологических, экономических, юридических и других
познаний. 4. Криминологическое исследование – это междисциплинарное исследование. При
оценке этих позиций важно иметь в виду, что социология – это только одна из общественных
наук, изучающая закономерности социальной сферы жизни общества, и, кроме того, указание
на междисциплинарный характер науки не дает ответа на вопрос, какой должна быть базовая
подготовка криминолога. В России наиболее успешно занимались и занимаются
криминологическими исследованиями юристы. Именно они создали современную школу
отечественной криминологии Юридическое образование позволяет криминологам предлагать
в необходимых случаях конкретные правовые пути их решения, точно избирать адресатов
своих рекомендаций с учетом их правовой компетенции. Существенное значение имеет и

116
личный опыт работы криминолога в качестве следователя, прокурора, судьи, адвоката. Это
позволяет увидеть и преступность, и систему борьбы с ней в их реальном
функционировании. Криминология в России и других странах, где она развивалась в рамках
юриспруденции, стала общетеоретической наукой для наук криминального цикла
(уголовного, уголовно-исполнительного права, уголовного процесса, криминалистики,
оперативно-розыскной деятельности, судебной психологии, др.). Число этих наук не является
постоянным. Соотношение криминологии и этих наук можно сравнить с соотношением
теории государства и права и других юридических дисциплин. В учебниках и учебных
пособиях по криминологии отмечается также тесная взаимосвязь криминологии с
прокурорским надзором, гражданским правом и процессом, другими правовыми
специальностями, а также с иными общественными науками: философией, политологией,
социологией, экономикой, демографией, социальной и общей психологией, статистикой и др.
Можно указать на, несомненно, практический характер криминологии: на базе ее
рекомендаций создаются программы борьбы с преступностью, изменяется законодательство,
совершенствуются общественные отношения, составляются уголовно-процессуальные
документы, акты прокурорского надзора, в которых отражаются данные о причинах
преступлений, личности преступника и др. Следователь, прокурор, судья, лица,
осуществляющие оперативно-розыскную, контрразведывательную, разведывательную
деятельность, адвокат обязаны уметь анализировать причины и условия преступлений,
правильно оценивать личность преступника, реагировать на эти причины и условия.
Юрисконсульты, нотариусы должны не допускать криминальных сделок. Одновременно
криминология, изучающая закономерности определенного социального явления, вносит свой
вклад в разработку научных представлений об обществе и человеке.

КРИМИНОПЕНОЛОГИЯ (от лат. сriminae – преступление, лат. роепа – наказание и


греч. logos – учение) – понятие, обозначающее учение о преступлениях во время наказания.
В рамках такого учения исследуются криминологическая характеристика преступности в
местах лишения свободы, процессы ее детерминации, причины и условия, разрабатываются
меры по борьбе с ней. О. В. Старков, инициатор выделения криминопенологии, связывает с
ней ряд понятий. Это, прежде всего “наказательная преступность”, проявляющаяся в массе
повторных преступлений в сфере наказания. Наказательная преступность – часть
преступности рецидивной, которая в свою очередь, включает постпенальный рецидив, т. е.
после отбывания наказания. Другое понятие: пенальное преступное поведение – это
преступное поведение в процессе исполнения наказания. По мнению О. В. Старкова,
криминопенология, таким образом, – это учение о наказательной преступности и пенальном

117
преступном поведении, их типах, причинах и условиях, профилактике и иных формах
воздействия.

118