Вы находитесь на странице: 1из 3

ИНТЕРВЬЮ. Являются ли успех и неудача противоположными понятиями?

Я бы не был так
уверен. И то, и другое позволяет нам приобрести ценный жизненный опыт. Каждую неделю
Квентин Перинель, журналист газеты Ле Фигаро, приглашает людей, чтобы обсудить их
самые большие неудачи.

«Добродетели неудачи» - так называется книга французского философа Шарля Пепена, которая
была опубликована сегодня, 22 сентября, издательством Аллари. Неужели такое возможно, что
неудачи могут иметь и положительные стороны? Грандиозный провал может оказать
благодетельный эффект? Эти преимущества помогут пережить поражение, случись оно в личной
жизни или профессиональной деятельности? Значит, есть поводы для радости после провала?
Тысячу раз да, отвечает философ, для которого неудача ничуть не менее добродетельна, чем
успех. Более того, по его мнению, эти два понятия, априори воспринимаемые как
противоположные, вовсе таковыми не являются. Напротив, они очень близки.

В прошлом месяце в первом интервью о «самых больших неудачах» Брюно Ле Мэр сказал мне,
что политика – это такая сфера, где человек преимущественно старается скрыть или, по крайней
мере, отвлечь внимание от своих неудач. В этом же интервью Шарль Пепен объясняет, почему
заниматься отрицанием абсолютно бессмысленно. Также он рассказывает истории известных
политиков, бизнесменов, предпринимателей и других деятелей, которые cмирились со своими
неудачами, проанализировали их и в конечном итоге добились успеха.

ЛЕ ФИГАРО: В вашей книге есть утверждение, что стесняться говорить о своих неудачах – это
очень по-французски. Откуда в нас такая осторожность?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Несмотря на то, что мои исследования принесли мне некоторые объяснения, дать
точный ответ на этот вопрос очень трудно. Наше двойное происхождение – греческие корни и
христианская религия – определяет нашу сильную склонность к «эссенциализму». Когда мы
терпим поражение, мы начинаем отождествлять себя с ним, убеждать себя, что мы неудачники!
Мы путаем понятия провала проекта и краха личности. Мы живем в старомодной стране, которая
некогда была великой державой. Мы подсознательно воспринимаем успех как верность своему
идеалу, своему прошлому. Неудача же рассматривается как отступление от этой традиции и от
этого идеала, а не как ценный опыт и проявление смелости. Это очень необычный образ
мышления, кардинально отличающийся, например, от американского.

ЛЕ ФИГАРО: Что говорят философы о неудачах?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Они говорят об этом очень мало, можно сказать, упоминают лишь вскользь. В
западной философии нет ни одного масштабного труда, посвященного проблеме неудач. На
западе об этой теме забывают: о ней нет упоминаний ни в диалогах Платона, ни в работах
Декарта, Канта или Гегеля, в то время как Лао Цзы пишет, что в основе успеха лежит именно
неудача. Более того, когда наши великие философы говорят о поражениях, они рассматривают их
с негативной стороны и подразумевают неизменно связанное с ними чувство вины. Например, по
мнению Декарта, неудача непременно означает злоупотребление нашей волей.

ЛЕ ФИГАРО: Возможно ли потерпеть крах в качестве философа?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Философ реже сталкивается с разного рода поражениями, поскольку его роль
заключается в том, чтобы задавать вопросы, нежели чем давать готовые ответы… С другой
стороны, он может почувствовать себя полным неудачником, если поймет, что его видение мира
не приносит миру никакой пользы.
ЛЕ ФИГАРО: Каково ваше личное видение неудачи?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: По моему мнению, должны выполняться 2 условия: с одной стороны, воплощение
проекта в жизнь не увенчалось успехом, и с другой стороны – отсутствие желания продолжать
работу, стойкое ощущение неудачи. Впрочем, преодолеть эти трудности, грамотно реализовать
свой проект и довести дело до конца возможно. Более интересна проблема ощущения неудачи
как раз потому, что она субъективна и вызывает вопросы. Опасаться нужно тогда, когда у вас его
нет. Никогда не испытать этого чувства само по себе огромный провал! Зачастую сомнительная
неудача более поучительна, чем безоговорочный успех…

ЛЕ ФИГАРО: Вы хотите сказать, что те, кто добился самых больших успехов, пережили самые
большие неудачи?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Это более тонкий вопрос. Те, кто потерпел неудачу очень рано, имели
возможность быстрее понять силу своих неудач. Возьмем, к примеру, известного спортсмена
Рафаэля Надаля: в возрасте 13-14 лет он постоянно проигрывал. В историческом финале он
проиграл Ришару Гаске, который был гораздо лучше него. В настоящее время тенденция
изменилась на противоположную… Без сомнения, неудачи, с которыми столкнулся Надаль,
помогли ему продвинуться вперед, закалить свой характер и стать той самой «побеждающей
машиной», которую мы знаем. Возможно, именно этого и не хватило Гаске: а что, если он
потерпел слишком мало поражений, будучи молодым? Другой пример: Шарль де Голль, который
переживал сплошные неудачи на протяжении 20 долгих лет, пока не завоевал репутацию
государственного деятеля. Все неудачи и испытания могут стать возможностью приблизиться к
своей мечте.

ЛЕ ФИГАРО: А как насчет тех людей, кто уже всего добился?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Чем позднее случится неудача, тем легче все может разрушиться. Возьмите
отличника с безупречными результатами, который начинает карьеру после окончания
Политехнической или Высшей коммерческой школы Парижа и который никогда не терпел
неудач… Первый же провал может сильно его ранить, даже если он совсем незначительный. Тем
более, неудачи иногда необходимы, чтобы дать нам понять, что мы двигаемся в правильном
направлении…

ЛЕ ФИГАРО: Все ли неудачи добродетельны?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Нет, для этого должны быть выполнены 3 условия. Во-первых, необходимо
преодолеть отрицание этой проблемы. Во-вторых, важно четко разграничить понятия «быть
неудачником» и «потерпеть неудачу». Не следует отождествлять себя с неудачей. Не путать «свою
неудачу» и неудачу своего «я». Наконец, самое главное – уделить время тому, чтобы проработать
эту неудачу, поразмышлять над ней… но вот в чем загвоздка. У французской элиты появилась
дурная привычка отрицать свои неудачи. Как следствие, она не меняет ни поведение, ни образ
мышления. Это болезнь. Фраза «я никогда не терпел поражений» из уст члена элиты, несомненно,
является фразой неудачника! Посмотрите на всех этих политиков, у которых наступает полный
крах, и уже менее чем через месяц они выпускают книги о том, как они разобрались со своими
неудачами. Это невозможно. Главная добродетель неудачи заключается в том, чтобы заставить
нас остановиться на некоторое время… Более того, нужно уметь останавливаться и проводить
«мозговой штурм» как после неудачи, так и после успеха.

ЛЕ ФИГАРО: Можно ли сказать, что успех более «опасен», чем провал?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: Успех может притуплять бдительность. Чтобы не было больно падать, когда
высоко поднялся, необходимо научиться управлять, понимать и анализировать свои результаты.
Возьмем Клода Онеста, которого считают звездным тренером после десятков побед и титулов,
полученных сборной Франции по гандболу. Он никогда не возвеличивал победы: вместо того,
чтобы ими довольствоваться, он всегда стремился двигаться дальше, достигать новых высот. Как,
в конечном итоге, и после провала. В сердце успеха лежит то, что я называю «мудрость неудачи».

ЛЕ ФИГАРО: Какие личные неудачи пережили вы сами?

ШАРЛЬ ПЕПЕН: У меня, как и у всех, было много неудач. Не совсем в школьные годы, конечно. Я
потратил 3 или 4 года на написание книг, которые были для меня очень важны… но никто их не
понял и даже не читал. Это был грандиозный провал. Что касается личной жизни, я развелся, это
тоже провал. Я часто чувствовал себя несостоявшимся как мужчина. Неудачи заставляют нас
думать и двигаться вперед. Именно поэтому я могу сказать, что если вы никогда не испытывали
этого чувства, то вы зря прожили свою жизнь.

Оценить