Вы находитесь на странице: 1из 87

Книга переведена для проекта

«Технологии выживания/Тактическая медицина»


https://vk.com/takticheskayamedicina

Фото на обложке. Работа группы реанимации армейского спецназа, 528-я


Бригада поддержки. Осмотр пациента на аэродроме Crestwiev, штат Флорида,
23 апреля 2015 года. «Emerald Warrior» - единственные учения, в рамках
которых Министерство обороны отрабатывает взаимодействие с
иррегулярными частями союзников готовясь к реальным операциям. Фото
старшего летчика Кори Д. Пейна
Фото на обратной стороне. Бойцы 3-й группы спецназа транспортируют
условно раненого в зону медицинской эвакуации в лагере Шелби
Объединенного Учебного центра в Миссисипи во время учений «Southern
Strike» 17-27 октября 2016 года. Фото старшего летчика Клейтона Купита.
СМЕРТЬ ЗОЛОТОГО ЧАСА
ИЛИ БУДУЩЕЕ ПАРТИЗАНСКОЙ
МЕДИЦИНЫ

УОРНЕР Д. «РОККИ» ФАРР

JSOU Press

База ВВС МакДиллл Флорида 2017


Объединенный Университет Специальных операций и Центр
стратегических исследований

Объединенный Университет Специальных Операций (JSOU. Joint Special


Operations University) целью публикаций своих работ считает расширение
знаний о спецоперациях. Они (публикации) продвигают идеи и рекомендации
специалистов по национальной безопасности, Сил Специальных операций, в
сообществе студентов, а также руководстве Сил Спецопераций и Министерстве
обороны Университет является образовательным компонентом Командования
Специальных Операций США. (USSOCOM. United States Special Operations
Command) База ВВС МакДилл, Флорида.
Миссия Университета, это формирование стратегии будущего, выведение
на новый уровень специализированного профильного военного образования,
развитие программ для студентов и аспирантов, содействие исследованиям в
области спецопераций, аналитика и информационно-пропагандистская
деятельность. Все исследования в университете проводит Центр стратегических
исследований (CSS, Center for Strategic Studies). Все усилия концентрируются
на интересах Командования Специальных операций США.
Задачи Университета, это координирование и обеспечение Сил
Спецопераций для поддержки мероприятий по защите и продвижению
интересов нашей страны в различных районах мира.
Материалы доступны для загрузки в библиотеке JSOU Веб-страница
расположена по адресу https://jsou.libguides.com/jsoupublications
Комментарии по поводу данной публикации предлагается направлять по
адресу: директор Центра стратегических исследований Объединенного
Университета Специальных Операций.
University, 7701 Tampa Point Blvd., MacDill AFB, FL 3362

***********************

Центр стратегических исследований JSOU (CSS) в настоящее время


принимает письменные работы, имеющие отношение к специальным
операциям с целью их публикации. Для получения дополнительной
информации, пожалуйста, свяжитесь с директором CSS по адресу
jsou_research@socom.mil. Спасибо за ваш интерес к прессе JSOU.

Эта работа была разрешена для публичного выпуска, распространение не


ограничено.

Печать Ноябрь 2017

Мнение автора, выраженное в данной публикации, необязательно


отражает взгляды, политику или позицию правительства США, Министерства
обороны, Командования Спецопераций США или Университета Сил
Спецопераций.

Авторам предоставлена академическая свобода при условии, что их работа не


раскрывает секретную информацию, не ставит под угрозу безопасность
операций, и не искажает официальную политику США. Такая академическая
свобода дает авторам возможность предлагать новые, а иногда и
противоречивые мысли, вызывая заинтересованность в дальнейшем
обсуждении по ключевым вопросам.
Ранее опубликованное от JSOU Press:

1. Имущественные права и социальная справедливость как индикатор


стабильности: в связи SOF, Отчет JSOU 17-9, Билл Мандрик
2. Переход от войны к миру: Поддержка специальных операций после
развертывания Сил, доклад JSOU 17-8, Дженнифер М. Хазен
3. Теория специальных операций, JSOU Report 17-6, Том 3, под редакцией
Питера МакКейба и Пола Либера.
4. Заключение контрактов на специальные операции: подходы 21-го века к
обслуживанию и приобретению технологий, отчет JSOU 17-5, Бенджамин
Ткач
5. Вне серии: Новая Общая теория специальных операций, JSOU Report 17-
4, Том 2, Том Серл
6. 2017 Специальные операции. Студенческие эссе, отчет JSOU 17-7

Оглавление:

От руководителя
Вступление
Об авторе
Введение
1. История медицинского обеспечения в конвенционных (обычных) войнах 2.
Уникальные требования к медицинской поддержке Сил Спецопераций 3.
Медицинская поддержка спецназа Первой мировой: Африка и Ближний Восток
4. Медицинская поддержка спецназа Второй мировой: УСС на Филиппинах
5. Холодная война. Корейские партизаны против рейнджеров
6. Новая доктрина Сил Спецопераций: после Второй мировой войны
7. Вьетнам, Силы специального назначения и Зеленые береты
8. Спецназ на подъёме. Малые войны 1980-х – 1990-х годов
9. Глобальная война с терроризмом и ее «Золотой час»
10. Платиновые Десять Минут
11. Назад в будущее: длительный полевой уход
12. Технические проблемы, улучшение самообеспечения, сокращение влияния
13. Вывод
Приложения:
Обязанности сержанта - медика
Список cокращений (дополненный)
Список использованных источников
ОТ РУКОВОДИТЕЛЯ
Объединенный Университет Специальных Операций представляет свою
первую в истории монографию по этой важной теме. Д-р Фарр кратко описал
картину действия медиков в сфере спецопераций. Все вышеописанное имеет
применение, как сегодня, так и в будущем, не только для медицинской службы,
но и для Объединенного командования на различных театрах военных действий
(Северная Америка, Южная и Центральная Америка, Европа, Ближний Восток
и Азия, Тихий океан). А также их команд спецопераций и межведомственных
организаций при Государственном Департаменте. Предлагается более
тщательно рассмотреть участие неправительственных организаций в
процедурах эвакуации военных потерь. Мы ждем ваших отзывов по этой или
любой другой нашей публикации.
Бойд Л. Баллард

Директор Центра стратегических исследований

ВСТУПЛЕНИЕ
Неконвенционная война (Unconventional warfare, UW) и партизанская
война, как ее компонент, является темой, представляющей особый интерес Сил
Специальных Операций (SOF, Special Operation Force). Недавно, интерес к
изучению этого, основного вида деятельности SOF возобновился. По теме
неконвенционной войны проводятся учения, курсы. Пишутся академические и
журнальные статьи, книги. Однако, есть момент, изучением которого долгое
время пренебрегали, это медицинское обслуживание больных и раненых
партизан, организация госпиталей по уходу за ними. Полковник Уорнер
«Рокки» Фарр внес важный вклад в дело медицины спецопераций. Он имеет
большой опыт и знания. Им изучено множество монографий по этому вопросу,
позволивших продвинуться в понимании многих проблем и достижений,
связанных с партизанской медициной - явлением, характерным для народов,
живущих на оккупированной территории. Медицинскому персоналу
приходилось работать в крайне суровых условиях и с ограниченными
возможностями эвакуации. Это можно увидеть в обзоре исторической
литературы по партизанским войнам. Фарр связывает многие исторические
опыты в этой области, оценивает их эффективность, чем и закладывает основу
для дальнейшего углубленного изучения предмета. Также рассматривается ряд
недостатков медицинской помощи, выявленных в ходе недавних учений.
По словам полковника Фарра, театр на котором приходиться работать
командам Сил Спецопераций, диктует критическое требование «голой»
медицинской поддержки во время миссий, проходящих на большом удалении
от баз, и возможности быстро переместится в случае необходимости, например,
хирургического вмешательства.
В сочетании с необходимостью заменить устаревшую доктрину по этой
теме, он подчеркивает необходимость повышения уровня знаний о передовой
хирургической помощи и медицинского обеспечения у военных и
академического сообщества. Автор указывает, что операции SOF с
расширенным медицинским обеспечением гораздо сложнее, чем обычная
медпомощь на поле боя из-за таких проблем, как отсутствие адекватных
средств и квалифицированного персонала, вместимости и мобильности
транспорта, живучести пострадавших.
Слабо развитая военно-медицинская инфраструктура на некоторых ТВД
и сомнительное местное воздушное превосходство, это только два из многих
факторов, которые вместе взятые, делают партизанскую войну достойной
большего внимания со стороны ученых и операторов SOF, а также
специалистов-медиков. Объединенный Университет специальных операций рад
предложить эту монографию, как средство передачи знаний этих ученных и
операторов политикам и военачальникам для более глубокого понимания
сложного поля медицины партизанской войны.

Уилл Ирвин

Старший научный сотрудник Центра стратегических исследований.

ОБ АВТОРЕ
Доктор Уорнер Д. «Рокки» Фарр, полковник. Был зачислен в учебное
подразделение ВДВ и окончил его с отличием в 1967 году по специальности
медик. Он служил в 7-й группе спецназа ВДВ в составе группы «А». Во
Вьетнам пошел добровольцем. Проходил службу как член команды разведки в
5-й SFG (Special Force Group) при группе исследований и наблюдений
командования военной миссии во Вьетнаме (MACV-SOG, Military Assistance
Command Vietnam – Studies and Observations Group.Занималась разработкой и
внедрением нетрадиционных методов ведения войны. Проведение
спецопераций на территории Юго-Восточной Азии).
После окончания Военного Института Иностранных языков (Defenсe
Language Institute) перешел в отряд «А» Берлинской бригады - спецназ,
ориентированный на диверсионную работу в условиях города. Находясь в
Европе участвовал в обмене опытом с Fernspähkompanie 100 (одно из
подразделений глубинной разведки Бундесвера) и 1-м Батальоном Пара-
коммандос (спецназ ВДВ Бельгии. По диапазону решаемых задач - аналог
рейнджеров США, но с более расширенной программой подготовки. Прим. п-
ка.) Служил инструктором спецподготовки в Учебном Корпусе Офицеров
Запаса (ROTC Detachment), в Северо-восточном Университете Луизианы
получил степень бакалавра в области медицинских технологий. Он принимал
участие в работе военной кафедры Университета здравоохранения, будучи в
звании младшего лейтенанта корпуса медицинской службы. Закончив с
отличием курс летных хирургов (Летные хирурги, MDs или DOs, служат в
качестве врачей первичной медицинской помощи для пилотов, офицеров -
операторов боевых систем (БПЛА), астронавтов, диспетчеров воздушного
движения, и других членов летного состава, как офицеров, так и находящихся
на боевом дежурстве, например, рядовых.) был допущен к самостоятельным
полетам на вертолете TH-55. Он получил степень доктора медицины, прошел
ординатуру и получил диплом в космической медицине (анатомическая и
клиническая патология). На службе ВВС США - ординатура по
аэрокосмической медицине, летная подготовка на Цесна T-37 и Нортроп Т-38
(основные модели учебных реактивных самолетов в ВВС США). Он был
членом экзаменационной комиссии на курсе космической медицины в течении
5 лет. Имеет пожизненные сертификаты по всем медицинским специальностям
и бессрочные в Алабаме.
Фарр служил командиром роты «F» (воздушно-десантной) в 3-м
батальоне Учебной Бригады, в Академии Наук здравоохранения, и был
руководителем курса в школе сержантов-медиков Сил Спецопераций. Магистр
здравоохранения от университета Техаса и имеет специальность военного
историка. Занимал должности: заведующего кафедрой патологии при военном
госпитале в Бланчфилде, летного хирурга 50-й медроты (санитарная авиация),
штурмовая эскадрилья 101-й дивизии ВДВ в Форт Кэмпбэлл, Кентукки. Он был
хирургом отделения 10-й Горной Дивизии в Форт Драм, Нью-Йорк, пока не
стал заместителем командира Аэромедицинского Центра армии США в Форт-
Ракер, штат Алабама. Посещал Военно-воздушный колледж и получил степень
магистра стратегических исследований до того, как стал заместителем
начальника штаба, а затем и Главным хирургом Сил Спецопераций США в
2006 году и Главным хирургом Центрального штаба в 2009.
Фарр является экспертом Министерства обороны в Комитете по
тактической боевой помощи пострадавшим (Committee on Tactical Combat
Casualty Care, CoTCCC). Основной его целью является сокращение
предотвратимой боевой смертности с помощью средств, которые позволяют
подразделению завершить свою миссию, обеспечивая при этом наилучший
возможный уход за ранеными по стандартам НАТО.
Когда он ушел в отставку после 46 лет службы, то стал адьюнкт-
профессором клинической медицины, и совмещал работу в клинике
анатомической и клинической патологии при колледже озера Эри и
остеопатическую медицину в Брадентон, Флорида. Читает лекции в
Университете Спецопераций на базе ВВС МакДилл во Флориде. Фарр является
членом Ассоциации аэрокосмической медицины и Американского
Патологичекого колледжа. Имеет звание Главного армейского хирурга,
консультирует по вопросам аэрокосмической медицины и медобеспечения
спецопераций. Так же был главным редактором медицинского справочника для
Сил Спецопераций (The Special Operations Forces Medical Handbook, 2nd Edition),
автор книг «Святая святых Третьего храма: ядерное оружие Израиля»,
«Повстанцы: историческое и медицинское исследование Конфедерации Сан-
Антонио». Работал в редакционной коллегии журнала «Авиация, космос и
экологическая медицина» с 1994 по 2000, и был исполнительным редактором
«Журнала медицины спецопераций» с 2006 по 2009 год. В мае 2016 года стал
почетным членом полка спецназа.

ВВЕДЕНИЕ
Медицина- это служебная ответственность! - Безымянный офицер
службы тыла. (Служебная ответственность - так называется система
медицинского обеспечения операций SOF, в которой задействованы только
сторонние подразделения, не относящиеся к Силам Спецопераций.) [1]

Литература о партизанской войне часто концентрируется на проведении


отдельных операций и не часто упоминает о медицинских аспектах боевых
действий. Появление военной медицины можно отсчитывать с начала 19-го
века, хотя с большим количеством оговорок она существовала и до этого.
Эвакуация и лечение раненых появилось именно в эпоху Наполеона. В
обычных (конвенционных) военных конфликтах прошлого, выносом раненых с
поля боя занимались исключительно их боевые друзья. Это приводило к
большим потерям в порядках войск. С появлением неконвенционных методов
ведения войны, единичные раненые укрывались в домах мирных жителей. Так
поступали и партизаны, и подпольщики. Целью этой монографии является не
столько научить, сколько развить интерес к изучению партизанской медицины
путем распространения информации о ней. [2]
Как правило, медиками партизанских отрядов являлись коренные жители
воюющих стран. Они оставили много воспоминаний о боях и сражениях, а вот
о снабжении отрядов, и медицинском обеспечении практически ничего нет.
География литературы о действиях партизан обширна: Югославия, Франция,
Индокитай, Малайзия и Афганистан, а также менее известные, это Северная
Ирландия, Венесуэла, Бразилия, Алжир, Корея, Тибет, Квебек и Уругвай. В
книгах так же рассказывается о действиях городских партизан.
Первым американским подразделением для партизанских действий в
городе был отряд «А» Берлинской бригады. Оно было создано во времена
холодной войны. Символ спецназа США – три молнии, три стихии. [3] Воздух,
земля и море. Например, известные всем «морские котики» имеют команды,
специализирующиеся на чём-то одном. Этот факт остается в тени и часто
упускается из виду. В монографии будет рассмотрено развитие необходимого
медицинского обеспечения для всех этих областей.
Уже 14 лет Силы Спецопераций, участвуя в конфликтах высокой
интенсивности, щедро снабжаются и хирургическим оборудованием, и
вертолетами. По результатам действий в Ираке и Афганистане, Министерство
обороны утвердило стандарт «Золотого часа» как общепринятый. [4] На самом
же деле, он «общепринятый» не для всего мира и действует только на
территории этих двух стран. Стандарт «Золотого часа» требует перемещения
раненого, в зависимости от тяжести ранения, в ближайшую реанимацию или
хирургию в течении часа. Медицинский Учебный Центр Сил Спецопераций
центр (JSOMTC, Joint Special Operations Medical Training Center), школа
Военных медиков Сил Спецопераций (SOCMs, Special Operations Combat
Medics) и Сержантская школа медиков Сил Спецопераций (Special Forces
Medical Sergeants, 18Ds) учит своих слушателей, как стабилизировать состояние
раненого и поддерживать его в течении 72-96 часов. В реальной ситуации мало
кому приходилось делать это. Все силовые структуры имеют медицинские
наборы и комплекты, соответствующие методике «Золотого часа», но это не
означает, что эти подразделения будут иметь хорошую медицинскую
поддержку в полевых условиях. Кроме того, армия вообще не планировала
подразделения хирургической помощи для групп коммандос малого состава.
Оперативные миссии в районах, не охваченных (или слабо охваченных)
географическим командованием все чаще становятся проблемой. Они имеют
более длинные расстояния для заброски и эвакуации, что существенно
затрудняет работу инфраструктур поддержки, по сравнению со
спецоперациями, проводимыми в своих привычных зонах. В Африке, на Тихом
океане и Южной Америке команды должны поддерживать своих раненых в
течение более длительного периода времени перед эвакуацией из-за проблем с
путями отхода. Как правило, возможности транспорта, как на земле, так и в
воздухе ограничены. Это обстоятельство заставляет задуматься над тем, как
уменьшить время эвакуации и повысить выживаемость. Силы Спецопераций
могут использовать медицинские ресурсы стран-союзников США (стран-
партнеров), существующую инфраструктуру ВС США, самих Сил
Спецопераций, или готовых выдвинуться вперед хирургических бригад. Для
офицеров штаба планирующих миссии, как боевые, так и медицинские, это
может стать новостью в отношении команд SOF. У специалистов по
планированию спецопераций эвакуация в хирургию и далее, и сейчас
существует в качестве «служебной ответственности» (См. пояснение к
эпиграфу Введения. Прим. п-ка.), но в реальности неконвенционной войны,
скорее всего, возможности медицинской поддержки будут ограничены.
Однако является ли это новой парадигмой? Санитары Управления
Стратегических Служб (УСС) и Сил Спецопераций в Югославии и Франции, а
также партизанские медики на Филиппинах потеряли много раненых из-за
слишком больших сроков эвакуации. В Югославии союзники (канадцы и
новозеландцы) сбрасывали на парашютах передовые хирургические бригады
для оказания помощи партизанам Тито. Самолеты ВВС США С-47 перевезли
множество югославских партизан в американские полевые госпитали в Италии,
где для работы привлекались местные врачи. Данная монография исследует и
предлагает ознакомиться с этими эпизодами для применения в 21 веке.
С 1980 по 2000 год, по мере роста Сил Спецопераций, стало появляться
хирургическое сопровождение миссий. Ограниченные возможности и
недостатки этих действий очевидны. Автор рассмотрит и проанализирует
разработки данного периода и покажет, как это привело к сегодняшним
операциям хирургических бригад. Хирургические команды для спецопераций
(SOSTs, Special Operation Surgical Teams) были разработаны и внедрены
совместно командованием специальных операций ВВС США (AFSOC, Force
Special Operations Command) и Центральным Командованием Спецопераций.
Они применяют их наряду с обычными хирургическими бригадами ВВС в
операциях на Ближнем Востоке и именуют их Мобильными Передовыми
Хирургическими Командами (MFCT, Mobile Forward Surgical Team,). Автор,
будучи главным хирургом Центрального Командования, изучил и этот
недавний боевой опыт. В рамках Сил Спецопераций проводится большая
работа по его обобщению. Командования на театрах военных действий
выражают большую потребность в быстрой медицинской помощи и гибкой
хирургической поддержке глубинных миссий. Группы спецназа по-прежнему
оглядываются на доктрину партизанской войны, в основном неизменную со
времен Второй Мировой войны. Командование Спецопераций армии США
(USASOC) организовало учения «Jade Helm» (Нефритовый шлем). Они прошли
в конце июля 2015 года. Впервые за последнее время в них фигурирует первый
партизанский госпиталь. Он работал совместно с 528-й бригадой медицинской
поддержки на одном из ранчо в Техасе. (Учения имели большой резонанс.
Часто отзывы носили негативный характер.) [5]
«Jade Helm» позволили сделать вывод о недостаточном уровне навыков у
бойцов нынешнего спецназа. Выявлено три типовых ошибки:
1. Команды пренебрегали помощью партизан и подпольщиков в использовании
госпиталя и доставки в него раненых.
2. Команды не доставили во время компоненты мед оборудования.
Лабораторный комплект был доставлен позже, что препятствовало
разворачиванию госпиталя.
3.Учения были недолгими, что не позволило полностью исследовать весь
спектр вопросов по уходу за ранеными, их транспортировке и эвакуации. [6]
В неформальных беседах, в соц. сетях, и других электронных ресурсах
медики Сил Спецопераций и обычные медработники говорят о недостаточно
быстро оказанной первой помощи. [7] Профессионалы видят недостатки и
пытаются заполнить дефицит информации в неофициальном порядке в
Интернете. Эта проблема стала основной темой обсуждения на научном
совещании медицинской Ассоциации Специальных Операций и
продолжительном заседании научной Ассамблеи медицинской Ассоциации
Специальных Операций 2016 года, которая стремится держать в поле своего
зрения самые последние достижения. Многочисленные статьи по этой теме
появляются в каждом ежеквартальном выпуске «Журнала Медицины
Спецопераций».
Все это является актуальным для спецназа и должно оставить свой след в
его развитии. Нужно поддержать эти начинания и развивать передовую
хирургическую помощь. Медицинской поддержке необходимо вернуться к
проверенным корням времен Второй Мировой войны. Спецназ должен
«вернуться назад в будущее» и создать современную партизанскую медицину.

1. История медицинского обеспечения в конвенционных


(обычных) войнах

Корпусу скорой помощи будет разрешено самостоятельно вывозить


раненых, и все должны иметь в виду, что наш главный долг перед ранеными
– одержать победу. Генерал Стюарт [8]

Исторически сложилось так, что эвакуация раненых с поля боя


осуществлялась боевыми товарищами. Получается, в то время, когда они
доставляли пострадавших под опеку военных хирургов, их подразделения
теряли боеспособных бойцов в самое неподходящее время. Цитата генерала
Стюарта, приведенная выше, иллюстрирует сложившееся положение дел: «о
раненых заботиться нужно, но это не должно мешать достижению победы в
бою». Также примечательно, что он определил правила эвакуации как
«кавалерийскую тактику». Внутренние медицинские инструкции, написанные
медиками, подписанные главврачами, но не согласованные с командирами
подразделений, выполнены не будут. Современные военные процедуры
эвакуации должны отвечать реалиям боя, доведены до личного состава и
полностью согласованы с командиром. Лучшим примером этой концепции
является 75-й полк рейнджеров в составе Сил Спецопераций. [9]
Барон Лоррей, главный хирург армии Наполеона, основал корпус скорой
помощи (летучие амбулансы). В обязанности его персонала входила эвакуация
раненых, сохраняя при этом боевую мощь подразделений. Фраза «сохранить
прочность, воюя» стала девизом медицинского Департамента армии США
(AMEDD, Army Medical Department). [10]
По мере того, как и медицина, и война становились все более и более
сложной, компоненты и ресурсы эвакуации становились все сложнее и
сложнее. Очевидно, что госпиталь хирургической поддержки на тысячу коек
идеален для пехотной дивизии, но не для отряда спецназа. Силы Cпецопераций
вынуждены опираться на такие, не сопоставимые по размеру структуры. [11]
Во время операции «Буря в пустыне» армейские госпиталя стали слишком
большими, чтобы быть полезными для небольших подразделений. В
медицинском Департаменте армии США предпринята попытка сокращения
единиц в цепочке эвакуации с целью ее ускорения. В результате чего, практика
эвакуации с целью дальнейшего ухода за раненым в тыловых госпиталях стала
преобладать над существовавшей ранее практикой лечения и ухода на месте, до
тех пор, пока пострадавший не сможет вернуться к исполнению своих
обязанностей. Это позволило медицинскому руководству сократить количество
коек на театре военных действий, так как раненых, в большинстве случаев, все
равно приходится эвакуировать, и мало кто из них может сразу вернуться к
своим служебным обязанностям.
Быстрая эвакуация из района, где действует спецназ, требует
превосходства в воздухе. Это такая роскошь, которая, скорее всего, будет
отсутствовать большую часть времени. Поэтому, медицинские подразделения
могут стать самой нужной и самой сложной частью партизанских сил. Вот
слова одного из ведущих хирургов канадской армии майора Колина Дафо,
который работал среди партизан в Югославии: - «Самой слабой частью
партизанских отрядов является ее госпиталь». [12]
Так какие же специфические требования у спецназа к медицинской
поддержке? Почему опыт сил спецопераций, полученный ими во Второй
мировой, за последующие 70 лет так и не был внедрен? С подобных вопросов и
начинается эта история.

2. Уникальные требования к медицинской поддержке Сил


Спецопераций

Через два дня я уехал на восток в другой госпиталь. Он переезжал на


другое место, в среднем, каждые четыре ночи, перемещая всех своих
раненых. Капитан Линдси Роджерс, партизанский хирург. (Опыт военных
лет новозеландского хирурга в Югославии).

Что нужно медицинской поддержке для успешного участия в


спецоперациях? Правильная численность команды, доступность, близость,
пластичность, вместимость, мобильность и живучесть, вот только некоторые из
них.
В первые дни Глобальной войны с терроризмом (GWOT
Global War On Terrorism) Объединенное Командование специальных сил
сухопутных (воздушно-десантных) войск провело ряд семинаров с
Ассоциацией армии США на тему партизанской войны. Целью этих семинаров
является необходимость вернуть спецназ к своим корням, улучшив этим его
подготовку и сделав, тем самым, её (подготовку) самой актуальной в мире.
Ведь партизанские действия были и остаются основной миссией Сил
Спецопераций. Все другие задачи, выполняемые спецназом, являются только
лишь подмножествами этой, основной цели.
Неконвенционная война (UW) возможно, самая непонятная форма
военных действий. Это не просто действия подполья, диверсантов и т. д, это
намного больше и сложнее. И агентурная и подрывная деятельность,
информационные операции и саботаж, все это играет свою роль в
неконвенционной войне.
Словарь военных и связанных терминов Министерства обороны (DOD
Dictionary of Military and Associated Terms) определяет её так:

Мероприятия, проводимые для содействия движению Cопротивления или


мятежникам для принуждения, разрушения, свержения правительства или
оккупационного режима, действуя через скрытую, вспомогательную и
вооруженную силу в регионе.

В 2013 году командующий Cилами Cпецопераций (ныне в отставке)


генерал Чарльз Кливленд изложил свой план «Как оживить и восстановить
наши силы». Он заявил, что самый большой пробел в подготовке армейского
спецназа лежит именно в проработке задач партизанской войны. И это влияет
на его способность вести боевые действия на территории противника в течении
длительного времени. [13]
Все миссии неконвенционной войны связаны с долговременным
пребыванием на территориях с неразвитой инфраструктурой, как правило, без
воздушного превосходства и чьей-либо поддержки. Именно поэтому двадцать
процентов личного состава в отряде спецназа «А» - медики. Медицина не
просто важна, она необходима для успеха. Министерство обороны
укомплектовало группы спецопераций офицерами с медицинской,
стоматологической и ветеринарной подготовкой свыше норм, установленных
для вооруженных сил, потому что руководство стало понимать - именно эти
специалисты будут иметь большое значение в дали от баз. И, тем не менее,
медицинский потенциал по-прежнему является проблемой для миссий тайной
войны. Упомянутый ранее «ARSOF 2022» медицинские потребности
обозначает как первостепенные. В разделе «солдатские системы» (экипировка),
в нем говорится о необходимости сокращения времени и расширении
возможностей доставки по воздуху наиболее необходимого. Например, недавно
появившейся замороженной, сухой плазмы или других продуктов новых
технологий. «Увеличить возможности медицины с помощью создания
развертываемых хирургических бригад по образцу JMAU (Joint Medical
Augmentation Unit - Объединенные усиленные медицинские бригады.) [14] Этот
документ отметил становление медицины, как полноценной составляющей Сил
Спецопераций в противоположность «служебной ответственности»
(предоставление спецназу медицинских услуг другими службами).
Сейчас пятидесятилетняя мантра «медицина - это служебная
ответственность» привела к тому, что все запросы спецназа на медицинскую
поддержку исполнялись в случайном порядке, в зависимости от того какая из
медицинских команд получила приказ от Объединенного штаба. Например,
спецотряду срочно потребовался хирург, и не один из членов отряда не знал до
момента прибытия, кто окажет им помощь. Будет ли это бригада ВВС из пяти
человек или армейская бригада хирургов из двадцати пяти. В результате часто
прибывали необученные команды без специального опыта и не знали, что
делать дальше. Это множество раз ставило спецназ в тяжелое положение и
делались попытки внести изменения на ходу, чтобы вписать слишком большую
команду в небольшой объем транспорта и избежать других неожиданных
ситуаций. [15] В начале восьмидесятых годов, личный состав спецчастей
признал эту проблему серьезной и опасной для жизни, но руководство
проигнорировало ее. Только в одном месте к их пожеланиям прислушались.
(Специальный учебный центр Армии Соединенных Штатов им. Джона Ф.
Кеннеди, SWCS.) Вопрос получил достаточное финансирование и в результате
внутренних изменений появились Объединенные усиленные медицинские
бригады (JMAU, Joint Medical Augmentation Unit). [16] Партизанская война
стала реальностью во многих странах мира. Солдаты и медики SOF и сейчас
участвуют в ней ежедневно. Созданный в 1950-х годах спецназ был
предназначен именно для неконвенционных войн. Прообразом его стали
Джедбург-команды из Управления Стратегических Служб США времен Второй
мировой войны. Медики извлекли множество ценных уроков из тех
партизанских боев. В следующих главах этой монографии данный вопрос будет
рассмотрен.
Поскольку мир становится все более неустойчивым, Силы Спецопераций
и их командование не должны прекращать подготовку к неконвенционным
войнам. Специальный учебный центр Армии Соединенных Штатов им. Джона
Ф. Кеннеди усилил обучение по этому направлению, проводимое во время
Квалификационного курса. А также добавил в программу языковую и
культурную подготовку. Список оборудования и снаряжения спецгрупп, в
значительной степени основанный на опыте миссий 80-х годов должен быть
пересмотрен. (Это касается в первую очередь: DA, Direct Action - диверсии и
убийства; SR, Special Reconaissance - глубинная разведка стратегического
уровня; FID, Foreign Internal Defence - борьба с реальным или угрожаемым
мятежом в иностранном государстве.)
Оценкой медицинской стороны этого вопроса занимается управление
хирургии при Командовании Специальными силами. Всё рассматривается в
аспекте борьбы с терроризмом, противодействию с распространением оружия
массового поражения и информационных операций (вопросы, входящие в
концепцию неконвенционной войны).
Во всем вышеперечисленном, отряды спецназа принимают активное
участие, а значит, акцент в медицине должен быть сделан именно на уходе за
ранеными (по причине тяжелых условий, в которых выполняются данные
миссии). Навык оказания первой помощи у подразделений и так находится на
достаточно высоком уровне.
Силы Cпециальных Операций должны постоянно оценивать новые
технологии с точки зрения применимости в неконвенционной войне и особенно
в медицине, помня, что ключевым звеном в проведении всех операций является
солдат спецназа. Будучи высококвалифицированным воином с уникальными
возможностями в сфере ведения партизанской войны, в сфере партизанской
медицины этих способностей может быть недостаточно. Причина тому -
постоянно меняющаяся ситуация, разнообразие людей, с которыми приходится
работать и другие трудности не свойственные медицине мирного периода.
Справиться с этим может далеко не каждый и задачей Сил Спецопераций
становится выявление солдат способных выдавать максимум в трудных
ситуациях. Постоянная тренировка делает спецназ США лучшим в
партизанских действиях, и заниматься медициной в его частях должны
наиболее подходящие люди. Требования к этим уникальным людям тоже
уникальны. Это хорошо подготовленные, опытные воины. Их морально-
волевые качества должны позволять работать в самых сложных условиях
обстановки. Способность адаптироваться к окружающей среде дополняется
знанием языка и культуры конкретной местности, а также
коммуникабельностью в межличностном общении. Солдатам спецназа
необходимо хорошо понимать, с чем они могут столкнуться на практике и
отрабатывать эти ситуации на тренировках. Важно знать особенности
социальной, экономической и политической среды в которой предстоит
действовать. Главной целью многократного развертывания отрядов спецназа за
рубежом в мирное время является приобретение навыков и проверка их на
практике, чтобы быть уверенным, когда наступит «час X». Многое из этого,
применимо в медицинском аспекте выполняемых задач. Медикам спецназа
рекомендуется освоить методы народной медицины связанных с уходом за
ранеными и, в свою очередь, обучить местных граждан для обеспечения
медико-санитарной и травматологической помощи партизанам.
Выстраивание взаимоотношений и выявление ключевых личностей - этим
делом Силы спецопераций занимаются на постоянной основе. Именно,
благодаря постоянному присутствию в районах операций знания спецназа
всегда остаются актуальными. Однако, обучение методике неконвенционных
войн (в том числе и партизанской медицине) в Университете ограничено.
Доктрина нуждается в пересмотре и обновлении, чтобы отразить требования
текущего момента и дать новые возможности.
Когда гибкие возможности неконвенционных войн станут очевидны,
тогда и изменится точка зрения на обучение. Уроки должны извлекаться не
только из отчетов с учений, но и из отчетов о реальных операциях, проводимых
по всему миру. Кроме того, уроки должны выходить за рамки американского
опыта и расширяться за счет опыта операций Российской армии в Чечне,
австралийских операций в Восточном Тиморе, и множества других
мероприятий неконвенционных войн, которые имели место в последние годы.
Опыт городских операций так же нуждается в пересмотре, так как это наиболее
трудная область для медицинской помощи. История спецопераций знает
множество достойных примеров.

3. Медицинская поддержка спецназа Первой мировой: Африка и


Ближний Восток

Имея всего несколько сотен гражданских лиц и профессиональных


солдат, и пользуясь существенной поддержкой черных повстанцев, Леттов
намеревается создать и возглавить первую современную партизанскую
армию. Уильям Стивенсон [17]

В то время как Западный фронт Первой мировой войны скатился в фазу


окопной войны, другие театры были гораздо активнее. Самая известная
спецоперация того времени это миссия Лоуренса на Арабском Востоке. Хотя
мы мало знаем о медицинской помощи среди сил Лоуренса, но можем
предположить, что сочувствующее местное население, вероятно, размещало
раненых и выздоравливающих в своих походных шатрах. Интересным фактом
является то, что когда впоследствии сам Лоуренс разбился на мотоцикле, его
лечащий нейрохирург, сэр Хью Уильям Белл Кэрнс, начал исследования,
которые привели к требованию использования мотошлемов в гражданской и
военной практике. [18]
Несколько менее известная, но столь же интригующая, это немецкая
«победа» в Юго-Восточной Африке генерала Пауля фон Леттов-Форбека. [19]
Талантливый немецкий командир и его войска, известные как аскари, [20]
победили британцев в немецких восточноафриканских колониях. [21] Книга по
этому конфликту под названием «Guerilla by Edwin» P. Hoyt доступна на
английском языке. Книга самого фон Леттов-Форбека доступна на английском
и немецком языках. Из воспоминаний генерала можно узнать, что для ухода за
ранеными привлекались местные женщины, владеющие народными методами
лечения. Они сопровождали войска генерала для оказания им медицинской
помощи. [22] В дальнейшем, использование ресурсов коренного населения или
подполья стало обычной практикой Сил Спецопераций. Фон Леттов считал, что
немецкая военная форма обеспечивает его солдатам лучшую защиту от
малярии, нежели британская (британцы носили шорты). В результате
германские войска были менее восприимчивы к болезням, чем их противник.
Он высоко оценил своих медиков, сказав:
«Даже враг был уверен в немецкой медицинской службе, и эта
уверенность полностью оправдана». [23]
Свою компанию генерал выиграл, в отличие от Германии, проигравшей
войну. Фон Леттов-Форбек был непревзойденным партизанским лидером,
управляя смешанным (в расовом аспекте) войском. Он овладел искусством
применения превосходной нетрадиционной тактики для нанесения урона врагу,
в то время как приходилось выживать в условиях дикой природы без
достаточных запасов пищи. Один из его хирургов написал книгу воспоминаний
об этом времени. [24] Она доступна только на немецком языке.
Классическая книга по истории партизанских войн «Война в тени»,
восхваляет его как отличного командира, который всегда четко планировал
свои операции, заставляя войска действовать на пределе своих возможностей.
Хотя у генерала фон Леттов-Форбека было и несколько настоящих
врачей, сопровождающих его, в медицинских ресурсах он всегда был
ограничен. Помимо добровольцев из немецкой общины в Восточной Африке он
привлек к компании их хирурга. [25] Кроме того, многие немецкие врачи
бывали в Африке, изучали африканскую сонную болезнь. Когда началась
война, они были хорошо подготовлены для ее лечения. Кроме сонной, его
войскам пришлось столкнуться и с малярией, и с черной лихорадкой и
многочисленными крупными паразитами. [26]
Он стремился захватить у врага как можно больший запас хинина и
заставил своих подчиненных производить бинты. Захват и производство - это
проверенные временем партизанские техники пополнения запасов
медикаментов. Своими силами варили мыло, готовили средства от клещей и
вшей, лекарства от брюшного тифа и хининовый напиток «Леттов-шнапс». [27]
Как медикаменты, так и бинты быстро заканчивались, и приходилось
применять листья лекарственных растений, которыми аскари пользовались
издавна. Частота раневых инфекций при этом не увеличилась. [28]
Главной проблемой, отрицательно влияющей на количество жертв, была
необходимость сохранения мобильности отрядов. Её Леттов-Форбеку решить
так и не удалось. Этот вопрос не удавалось решить на протяжении длительного
времени. Для сохранения морального духа и боеспособности солдат
необходимо было создать систему эвакуации раненых, продолжая быть
неуловимыми после боя. В своих мемуарах фон Леттов-Форбек рассказывал:

«Также нелегко было обеспечить медицинскую помощь. У нас было


слишком мало обслуживающего персонала... ... Так что ничего не было ... но
время от времени приходилось собирать наших инвалидов и превращать их в
полноценную боевую единицу под руководством медика». [29]

Каждый третий из 276 европейцев, начавших компанию 1918 года, её не


закончил. Некоторые из них попали к британцам, но 27 человек в конце войны
так и числились пропавшими без вести. В октябре того же года, известном как
«Черный Октябрь», свой удар нанес испанский грипп. [30] Каждый из восьми
человек попавший в плен к британцам умер. Общая численность немецких
войск не превышала 10 000 человек, в то время как англичанам приходилось
использовать 300 000 что бы преследовать его. [31]
В 1960 году генерал вернулся в Африку, чтобы повидать своих бывших
солдат. И в конечном счете, западногерманское правительство предоставило
своим африканским союзникам немецкие военные пенсии.
В целом, боевые действия велись в стиле классического рейдового
отряда, мобильного, с хорошо продуманной партизанской тактикой. Не имея
стационарной базы, сбрасывали на ходу все мешающее продвижению, включая
раненых, поэтому врачам приходилось работать в крайне агрессивном
окружении. Не смотря на все эти трудности, противнику был нанесен большой
урон, что является главной задачей партизан. Тем не менее, в следующей
мировой войне, в которой будут действовать крупные партизанские силы,
проводя операции в Европе и Азии, никто не смог найти никаких инструкций
для партизанских командиров, в которых были бы описаны методы Лоуренса и
Леттов - Форбека. Тогда их опыт так и не материализовался в письменном виде.

4. Медицинская поддержка спецназа Второй мировой: УСС на


Филиппинах

Уход за ранеными в партизанской войне – одна из самых сложных


проблем ... где наличие раненых, в отличие от регулярной армии, часто
оказывает решающее влияние на планирование и развитие боевых
действий. Генерал-майор Гойко Николиш. Народно-освободительная
армия Югославии. [32]

Вторая мировая война стала доктринальной лабораторией по проведению


спецопераций, и в частности, действий партизан. На европейском театре
Второй мировой войны они были организованы по-разному. Для Франции были
свои особенности, для Югославии - свои.
В Югославии существовали две основных и в то же время
конкурирующих партизанских силы: коммунисты и монархисты. В своей книге
«Создание и развитие югославской армии» коммунистический лидер Броз Тито
пишет:

Кроме того... наши операции были тесно связаны с ранеными, которых


всегда было много, так что избежать окружения было невозможно, хотя
Верховный штаб был полностью осведомлен о намерениях врага. [33]

Другие командиры коммунистических партизанских отрядов говорят


тоже самое. Например, генерал-майор Гойко Николиш. Его «Замечания о
трудностях партизанской медицинской помощи» цитируется в начале этой
главы. На сегодняшний день лучшей книгой по медицинским аспектам этих
партизанских сил является книга Джорде Драгича «Партизанские больницы в
Югославии 1941-1945 годах» Полковник Драгич пишет:

Присутствие больных и раненых заметно снижает мобильность,


способность отрядов к манёвру, это жизненно важное условие партизанская
война... В условиях партизанской войны, значение человеческого фактора
заметно увеличивается, потому что... партизанские отряды ... формируются
на добровольной основе. Становится понятным повышенное внимание к
медицинской службе. [34]

Кажется, это универсальная правило, что уверенность в медиках


необходима для успеха, как обычным солдатам, так и партизанам. Главным
хирургом югославских партизан полковником Драгичем отмечено, что хорошо
организованная медицинская служба «является важным морально-
политическим фактором», особенно для новобранцев. [35]
Из всех движений сопротивления Второй мировой войны югославы
смогли построить одну из самых сложных структур медицинского обеспечения.
Госпиталя располагались как в безопасных районах, так и в непосредственной
близости от линий боевого соприкосновения. Именно ближайшие к местам
боев госпиталя имели возможность сохранить больше всего жизней, хотя
другие, отдаленные от боевых действий, были более безопасными. Медики
армии Тито увидели сложность балансировки между близкими, эффективными,
но опасными, и дальними, безопасными, но малоэффективными госпиталями. И
это до сих пор является общей проблемой медицинской помощи в партизанской
войне.
В первой афганской войне моджахеды отправляли своих раненых в
Пакистан на мулах с предсказуемо плохими результатами. Югославы сравнили
партизанские госпитали, находящиеся близко к транспортным путям и те, что
расположены в безопасных зонах далеких от боев. Центральная больница
Оташеваца, расположенная в лесу на безопасной вершине горы была хорошо
оборудована и эффективна, но имела 15-процентную смертность. Напротив,
госпиталь в Петроваце, расположенный вблизи боевых действий, имел всего
лишь 4,2-процентную смертность. [36] Это можно считать первым примером
применения теории «Золотого часа».
Другим серьезным вопросом было снабжение медикаментами и
логистика. Чем сложнее становится система партизанского здравоохранения и
чем больше она растет в размерах, тем большей проблемой становится её
снабжение. Самым эффективным источником пополнения запасов партизан
всегда были трофеи. Их получают либо путем обыска мертвых врагов или
путем проведения рейдов на немецкие госпитали исключительно с целью
добычи медикаментов. Другие источники - местные гражданские ресурсы и
производство в условиях партизанских мастерских. [37]
По мере роста движения сопротивления союзники стали оказывать
некоторую поддержку. Большую часть груза, сбрасываемого на парашютах,
составляло оружие, но все же некоторую часть составляли медикаменты, такие
как плазма. Кроме того, самолеты союзников, доставляющие грузы,
возвращались пустыми. Позже стало понятно, что обратным рейсом они могут
эвакуировать раненых в госпитали союзников в Италии. Независимо от
источников, распределение поставок находилось в руках партизан. Этим
занимались члены подпольных организаций. Молодые девушки имели хорошие
шансы проходить сквозь немецкие блокпосты, неся с собой медикаменты.
Движение продолжало расти и вот уже стали появляться небольшие мастерские
по производству бинтов и других предметов медицинского назначения. [38]
В госпиталях союзников в Италии эвакуированных партизан лечили не
только от ранений и их последствий, но и от болезней, обнаруженных в
процессе. [39] Так же, союзные войска оказывают помощь греческим
партизанам. По крайней мере, известно об одном британском и одном
американском хирурге, заброшенных за линию фронта. Греческое подполье
активно сотрудничало с местными врачами и медсестрами. Из них и
формировались хирургические команды. Снабжение их осуществлялось с
помощью сбрасываемых на парашютах грузов с медикаментами и
оборудованием. [40].
Прооперированные пациенты, проходили дальнейшее оздоровление в
палатах, оборудованных в пещерах, входы которых были закрыты деревянными
щитами и замаскированы снегом. Эти структуры постоянно рисковали быть
обнаруженными немецкими пешими патрулями. В связи с чем, для пациентов и
медсестер, которые ухаживали за ними, действовали строгие правила
конспирации.
Одним из наиболее горячо обсуждаемых вопросов в доктрине
неконвенционных войн является использование хирургических бригад. Стоит
ли забрасывать их за линию фронта, увеличивая ресурсы партизанского
движения. От части, это зависит от того, какой уровень медицины уже имеется
на той стороне и как хорошо он поддерживается. И тем не менее, этот вопрос
все еще является проблемой для современной западной медицины.
По мере роста югославского партизанского движения, ему были
переданы две хирургических бригады, канадская и новозеландская. В полном
составе и со средствами усиления они были заброшены в страну на парашютах,
где и влились в состав национальной партизанской армии, пополнив собой
медицинские части.
Хирурги этих бригад принимали участие в операциях партизанских
отрядов, постоянно перемещаясь не только со всем госпитальным
оборудованием, но и с послеоперационными и выздоравливающими
пациентами. Канадский армейский хирург и руководитель группы, майор Дафо
получил боевой опыт в Британской 8-й армии в Северной Африке и считал его
очень полезным. Но даже он признал, что ему есть чему поучиться у своего
сверстника, югославского врача, обученного немцами. Особенно это касалось
срочных ампутаций. В британской армии даже не рассматривали ампутации
раньше, чем будет проведена эвакуация.
Нужно отметить, что майор Дафо был спорным персонажем, который
умер в канадской глуши в 1969 на фоне слухов о связях с ЦРУ и возможном
убийстве. По прибытию в Югославию он построил свою операционную из
парашютов, на которых приземлилась его группа. В последствии, этот факт дал
название книге воспоминаний – «Парашютная палата: Военные приключения
канадского хирурга в Югославии». (The Parachute Ward: A Canadian Surgeon’s
Wartime Adventures in Yugoslavia). Он предоставил своим югославским
коллегам и партизанам все свои медицинские опыт и знание, и ещё плазму
крови, которая ранее была им неизвестна. Партизаны считали это отличным
новшеством, поскольку оно не требовало определения группы крови и резус-
фактора. Он также привнес сульфидные препараты – примитивная замена
сегодняшних антибиотиков.
Американская школа поручила написание американской военной
доктрины неконвенционной войны Специальному учебному центру Армии
Соединенных Штатов им. Джона Ф. Кеннеди, основанному в 1950-х годах. По-
видимому, он узнал об этом когда пробыл там в течении трех дней в 1968. Хотя
факт и упоминается в его биографии, никакой записи в архивах школы об этом
нет. [41] Сведения о роли таких бригад не освещалась в официальных
публикациях до 1990 годов, до выхода полевого армейского руководства FM 8-
43 (пособие для армейского спецназа).
Структурно, новые передовые хирургические бригады находились на
дивизионном уровне, но иногда им приходилось опускаться до уровня
партизанских бригад. [42] Личный экземпляр автора книги о югославской
партизанской войне на первых страницах имеет такое посвящение: «Майору
Колину Дафо воспоминания о днях, проведенных вместе в штабе 38 дивизии
Национальной Освободительной армии Югославии. С наилучшими и добрыми
пожеланиями от доктора Драгича ... 10.10.1966». [43] Таким образом, югославы
имели большие, высокоорганизованные и полностью развитые партизанские
силы. Их вспомогательные подразделения имели и медицинскую логистику, и
производственные мастерские, успешно работающие передовые хирургические
передовые бригады и эвакуация по воздуху в Италию. [44] В преимущественно
аграрной стране была небольшая довоенная медицинская инфраструктура, и
югославам пришлось создать свою собственную. К тому же, природные
условия области, где проходили операции, были на стороне партизан.
Благодаря этому, две передовые хирургические бригады смогли удачно
высадиться и приступить к своим обязанностям. Эвакуация раненых
происходила со стационарных аэродромов. Более 10000 тяжелораненых было
вывезено в Италию по воздуху.
Франция же, в это время, напротив, была намного более прогрессивной,
«городской» страной, с хорошо развитой медицинской инфраструктурой. За
счет более удачного географического положения страны, линии снабжения и
связи имели малую протяженность, а также имелась возможность получать
воздушную поддержку из Великобритании. Отсутствовал языковый барьер,
поскольку в союзных войсках имелось достаточно франкоговорящих
специалистов. Немаловажным являлось наличие сильного, пусть и
разделенного правительства в изгнании. В то время как руководство SOE
(Special Operation Executive, разведывательно-диверсионная служба
Великобритании времен войны) планировало операции в Югославии, так и
американское OSS (Управление Стратегических Служб, Office of Strategic
Services) совместно с британцами активно действовало в оккупированной
Франции.
OSS являлось эквивалентом SOE, поскольку при его создании за основу
брались во многом английские концепции. Их боевая работа была очень
похожа, но несмотря на это британцы на американцев смотрели как на
выскочек. Сейчас официальная история OSS (УСС) рассекречена. Стало
известно, что в Управлении уже тогда поднимались вопросы важности
медицинского и психологического отбора. [45]
Например, в оперативном постановлении от 8 августа 1944 года,
«Оперативная сводка № 3» говорится: капитан Фред Б. Айге из медицинского
корпуса армии США, участник операции «Антагонист». Группа из УСС под
руководством капитана Ларсона работала с подразделением Маки
(французских партизан) в Верхнем Вьенне. Медик этой группы, доктор Айге в
своем отчете показал, что он поддерживал Маки, но вернулся в Англию после
того, как он в сентябре 1944 года получил огнестрельное ранение в бедро из
своего собственного пистолета. Проходил лечение во французской больнице.
[46]
Лучший медик в SOЕ, «Черный скальпель» доктор Джеффри Паркер
служил хирургом-травматологом, секретным агентом в Швейцарии,
командиром партизан в оккупированной Франции. Его автобиография
настоятельно рекомендуется к прочтению. [47] Информацию о стоматологах
УСС можно получить из книги Джозефа Персико «Пронзенный рейх:
проникновение в нацистскую Германии американских секретных агентов.
Агенты во время Второй мировой войны». [48]
Полковник Аарон Бэнк, один из отцов американского спецназа, участник
Второй мировой войны. В его рассказах о временах, проведенных в Джедбург-
команде во Франции, упоминались некоторые медицинские аспекты:

Требовалась более качественная медицинская помощь. Существовал так


же фактор наличия боевого духа. Партизан выполнял свои обязанности с
большим рвением и подвергал себя большему риску, если он знал, что в случае
ранения его не оставят и окажут необходимую помощь.

Полковник Бэнк говорил, что Маки первоначально транспортировали


своих раненых в ближайшие городские районы, в местные клиники и
больницы, а затем гестапо проводит зачистки и хватает партизан. Бэнк пытался
создать безопасную медицинскую сеть из отдельных небольших помещений и
маленьких подпольных больниц, в которых оказывалась помощь раненым и
больным Маки. Он утверждал: «Командиры и связные сообщали о том, что
боевой дух сразу повысился, как только об этом стало известно». [49]
Интересно, что довольно много Джедбург-команд имели медицинские кодовые
имена: Аммиак, Хлороформ, Эфедрин, Новокаин и Хинин. [50]
По результатам обучения курсантов в различных филиалах школ УСС
была написана книга - «Оценка людей: Подбор персонала для подпольных
операций». Основа книги состояла из статистических расчетов десятков
психологов и психиатров. Методы для оценки кандидатов разработанные во
время Второй мировой войны, выдержали испытание временем и до сих пор
актуальны. С их помощью можно выявлять, как дефекты кандидатов, так и их
необычные таланты. [51]
Союзники, главным образом британцы, отправляли делегатов связи в
греческое движение сопротивления. Один из них был уполномоченным
офицером стоматологического корпуса. Его основные функции заключались в
обучении работе на новом оборудовании, поставляемом союзниками, а также
налаживанию медицинского снабжения. В отчете о своих действиях он писал,
что надлежащая сортировка для операции была чрезвычайно важной, чтобы не
тратить свой ресурс, и что ночное хирургическое освещение было серьезной
проблемой. (Нужно отметить, что охота на хорошую, легкую, долговечную
хирургическую лампу продолжается и по сей день.) Поставки были постоянной
проблемой. Греческие партизаны приобретали некоторые медикаменты на
городских рынках, в немецких и итальянских магазинах, получали грузы от
союзников, сбрасываемые на парашютах. [52]
А в это время, на другой стороне земного шара шла война с Японией и
такие структуры, как OSS (УСС) и SOE участия в ней не принимали. Несмотря
на то, что Тихоокеанский театр знавал широкомасштабные партизанские
действия, особенно на Филиппинах, документов по ним не много. И все же из
«троицы» спецназа: полковника Бэнка, Фолькмана и Фертига, двое вели
действия на Филиппинах, а третий (Бэнк) был сначала во Франции, а затем в
Индокитае.
Партизанские операции начинались весьма хаотично, так как союзные
войска отступали в полном беспорядке, распыляя силы по всей Азии. В это
время генерал Макартур, командующий на театре военных действий, отдал
приказ о том, что не приветствует появление УСС на своей территории. Даже
личное вмешательство генерального директора УСС Донована не произвело
нужного эффекта. Макартур не допустил команды УСС в свой театр. [53] А в
это время, на Филиппинах, небольшие группы американских военных не стали
сдаваться. Они решили действовать самостоятельно, обучаясь приемам
партизанской войны «без отрыва от производства». У них не было
предварительной подготовки, опыта, и плана. Это привело к несогласованности
при выполнении операций несколькими разрозненными группами, не
имеющими единого руководства. Эти операции в основном проводились во
время разгрома окруженных американских войск, капитуляции и
интернирования на Филиппинах. Острова так и страдали от недостатка
коммуникаций. Линия снабжения была очень длинной и ненадежной. Генерал
Макартур приказал подождать и посмотреть, что получится у тех, кто остался
во вражеском тылу, не веря в их успех. На Филиппинах сохранилось много
воспоминаний об этих операциях, которые игнорируются историками, из-за
использования местной филиппинской медицины в группах американских
партизан. [54] В летопись партизанской войны на Тихом океане вошла история
Рэя Ханта, одного из немногих американских солдат сумевшего совершить
побег. Недавно, Тереза Каминская написал книгу о подпольщиках и
партизанских отрядах - «Филиппинские партизаны сражаются». Подпольщики,
как и вспомогательные части - это необходимые элементы любого успешного
партизанского движения, развивались медленно из-за недостатка знаний и
опыта в подобных операциях у людей, стоящих у истоков партизанского
движения на Филиппинах. Так же сказывалось отсутствие координации между
группами. По мере развития движения все, что нужно постепенно появилось. С
помощью подпольщиков были сделаны попытки связаться с
интернированными американцами и передать им лекарства (после «Батаанского
марша смерти», приведшего к смерти нескольких тысяч американских и
филиппинских солдат). Об этом можно прочесть в книге Терезы Каминской
«Ангелы подземелья: американские женщины. Кто сопротивлялся японцам на
Филиппинах во Второй Мировой войне». [55] Она осталась на Филиппинах в
результате оккупации, впоследствии работала в госпиталях, участвовала в
доставке медикаментов и создании сети подпольных организаций. Тщательно
исследуя историю мятежей, нам быстро становится понятно, что партизанским
силам не добиться успеха в одиночку, и в значительной степени зависит от
работы вспомогательных подпольных организаций. В этих подразделениях
обычно находилось большое количество женщин, но в литературе о
неконвенционных войнах этот вопрос почти не освещен.
Лучшим примером литературы о жизни филиппинских партизан является
рассказ, в то время лейтенанта, а ныне полковника Эдвина П. Рэмси «Война
лейтенанта Рэмси: от кавалериста до партизанского командира». Во время
падения Филиппин, ему удалось возглавить, вероятно, один из последних
конных кавалерийских отрядов в военной истории США. Он не сдался, а
скрылся в джунглях, где присоединился к Сопротивлению. Со временем под
его командованием собралось до 40 000 партизан. Рамси будучи самоучкой,
выработал собственные правила ведения партизанской войны. [56]
Сам полковник говорил об этом на выпускном экзамене факультета
спецназа в Специальном учебном центре Армии Соединенных Штатов им.
Джона Ф. Кеннеди. За прошлые боевые заслуги командование вручило ему
отличительный шеврон Специальных подразделений и зеленый берет. Он
подчеркнул важность медицинской помощи в качестве мотивационного
фактора при наборе новобранцев, о влиянии ее на моральный дух бойцов и
проблеме нехватки медикаментов. [57]
Многие из импровизированных партизанских групп на Филиппинах
добились лишь незначительных успехов. В Северном Лузоне есть места, где
условия худшие на островах. Там было организовано и опробовано несколько
филиппинско-американских партизанских групп. Их задачей являлся сбор
разведданных для уничтожения вражеских военных объектов и предметов
снабжения. Уже в середине войны большинство бойцов пали в боях, попали в
плен или умерли от болезней, показав тем самым необходимость медицинской
инфраструктуры, которая в основном отсутствовала. Лишь несколько местных
врачей помогали партизанам. Без разрешения и поддержки главного штаба
больше никого привлечь не удавалось. Со временем болезни и ранения взяли
свое. О передовой хирургии говорить не приходится, вся медицинская помощь
оказывалась очень медленно. [58]
Официальная американская история военной медицины на Филиппинах
рассказывает:

Больница может означать заброшенный дом или рощу; лечение


означает тайную помощь местного врача или медсестры. Некоторым врачам
приходилось совершать верховые прогулки после наступления темноты в
горные крепости, занятые партизанами. [59]

Из-за разрозненности и отсутствия руководящего центра для


координации и контроля, между партизанскими отрядами и группами
существовало соперничество, недоверие и даже откровенное предательство.
Существовала, даже покупка и продажа контрафактных противомалярийных
препаратов и многим это не нравилось. [60] Партизанская война на
Филиппинах продолжалось до 50-х годов. Возглавлял ее мятежный лидер
коммунистов Хук.
Когда японцы начали наступление на юг, новой областью сопротивления
оккупантам стала Малайзия, та ее часть что лежит севернее очень быстро
павшего Сингапура. Основой партизанских отрядов служили в основном
бежавшие из плена солдаты. Например, британские военнопленные, строившие
печально известную железную дорогу (см. «Мост через реку Квай» Прим. п-ка.)
массово бежали в джунгли, где и начинали самостоятельно постигать науку
партизанской войны. Одним из лучших среди самоучек был полковник Ф.
Спенсер Чепмен. (Это не так. Он имел хорошую подготовку еще до того, как
попал в тыл к японцам, но вклад в развитие неконвенционной войны он,
безусловно, внес. Прим. п-ка.) [61] Малайзия в 1950-х годах была местом
успешных контр-партизанских операций, проводимых англичанами против
коммунистов. [62] Эта страна стала местом, где нарабатывался опыт борьбы с
партизанами, в последствии примененный в Южном Вьетнаме.
На Филиппинах и Борнео, когда пришли японцы, оставалось немало
австралийцев из береговой охраны. Они тоже пополнили местные отряды в
джунглях. Австралийский капитан Роберт Керр «Джок» Макларен заработал
два военных креста, будучи партизаном на Борнео. Интересно, что он сам себе
удалил аппендикс. По образованию он был врач-ветеринар, ему ассистировал
филиппинский студент-медик. Молодой филиппинец очень переживал, что по
причине отсутствия опыта не сможет быть достаточно полезным и больной
умрет. Тогда капитан Макларен, якобы выписал на самого себя свидетельство о
смерти, что бы снять возможные обвинения с помощника. К ним
присоединилась местная акушерка и операция прошла успешно. Известно, что
у Макларена были вставные зубы и это спасло его от общей беды всех партизан
в Азии – зубных болей. [63]
В целом, Вторая мировая война, благодаря УСС и ему подобных
подразделений, а также неподготовленных добровольцев сделала партизанское
движение более значительным, чем в Первую мировую.

5. Холодная война. Корейские партизаны против Рейнджеров.

Их неортодоксальные процедуры, оружие и тактика ... привели как к


большим успехам, так и к трагическим ошибкам. [64] Эд Эванхоэ.

С окончанием Второй мировой войны и обострением между западными


союзниками и Советами, началась эпоха холодной войны. В глобальном
масштабе Советский Союз поддерживал многочисленные повстанческие
движения - так называемые войны за национальное освобождение. В то же
время некоторые из партизанских движений Второй мировой войны, которые
были как антигерманскими, так и по всем признакам антисоветскими,
продолжали свою деятельность. В эти движения входили партизаны Румынии,
Украины, Венгрии, Польши, стран Балтии. Не прекращающаяся
неконвенционная война, несмотря на поддержку запада, истощала их ресурсы.
Изнутри никаких подкреплений не предвиделось, и постепенно они от
подрывной деятельности скатились до банального саботажа и шпионажа уже к
середине 50-х годов.
В то время у США было две области жизненных интересов. Один из них,
это национально-освободительные движения по всему миру. Куба, Малайзия,
Ангола, Вьетнам и Центральная Америка, вот только некоторые из них. В то же
время только что созданный ЦРУ, правопреемник УСС, смотрел на оставшихся
восточноевропейских антисоветских партизан, как на возможных союзников в
начавшейся холодной войне. Было приложено немало усилий, потрачено денег
и времени, чтобы установить и поддерживать контакт с этими группами.
Советы и Соединенные Штаты начали создавать сложные шпионские сети и
оборудовать тайные арсеналы на территории врага. Секретный американский
план «Откат», был «смелой стратегией шпионажа, подрывной деятельности и
саботажа для разжигания восстания в странах-союзниках СССР». Так говорится
в книге «Операция Откат: Америка, тайная война за железным занавесом». [65]
На этот раз повстанцы должны были поддержать союзников по НАТО в
будущей Третьей мировой действуя в тылу советских войск. Когда, в конце 40-
х, УСС распалось, часть отошла ЦРУ, а другая - армейскому спецназу. Таким
образом, способность США вести неконвенционные войны не просто ослабла, а
сократилась вдвое. К тому же раздел произошел между двумя
конкурирующими организациями, военной и гражданской. Обе они были
только что созданы и стремились застолбить себе сферы влияния, не особо
сотрудничая друг с другом.
Однако, им удалось выработать одинаковую точку зрения на список задач
для подпольных организаций, необходимых для поддержки операций НАТО в
случае начала боевых действий. В связи с этим военные США решили
разместить 10-й и 1-й отряды спецназа на юге Германии. Первым командиром
этой группы был полковник Аарон Бэнк. Тот самый, который служил во
Франции и Индокитае во время Второй мировой в составе УСС. Место
дислокации выбрано так отчасти потому что американская зона оккупации
была наиболее близка к запланированной зоне действия партизан и спецназа на
территории Восточной Германии и СССР. «Зеленые береты» готовились
действовать в рамках операции «Падающий Дождь». [66] План
предусматривал, что в «час Х», когда войска Варшавского договора перейдут в
наступление, 12 человек из группы «А» десантируются в оккупированные
советскими войсками тыловые районы чтобы связаться с партизанскими
группами, идентифицированными ЦРУ, а затем организовать движение
Сопротивления в тылу противника. Этот план касался всех стран, входящих в
организацию Варшавского договора.
Дополнить его должен был отдельный план для Берлина, разделенной
столицы разгромленной Германии - на 100 миль позади предполагаемого
фронта, уже глубоко внутри коммунистической Восточной Германии. Целый
отряд спецназа тайно размещался в американском секторе союзников Западном
Берлине. Эта Берлинская бригада состояла из шести оперативных групп «А».
После наступления советских войск они должны были затаиться, и когда война
уйдет далеко на запад, начать действовать. Все «Зеленые береты» из этой
бригады были мастерами городских боев и диверсий. И не только потому, что
это являлось их воинской специальностью, а еще и потому что они
базировались в лучшем для тренировок городе. [67] Впоследствии название
было изменено на «PSSE-В» (Физическая безопасность сектора Берлина), а
затем и название группировки. 39-й отряд, стал 410-м отрядом спецназа.
Название же, группа «А» остается наименее известным. Эти данные редко
встречаются в литературе. После накопления первоначального опыта, где-то
после 1956 года, в Берлине значительно увеличилось количество
антитеррористических подразделений. Бойцы этих отрядов постоянно
принимали участие в освобождении заложников, борьбой с захватом самолетов,
даже участвовали в освобождении посольства Ирана в Лондоне в 1980 году.
Первая книга об отряде «А» вышла только в 2017 году «Спецназ Берлина,
Тайны холодной войны и операции элиты армии США Джеймса Стейскала.
[68]
В состав 39-го отряда спецназа входили шесть оперативных групп «А», и
именно он является первым в своём роде специальным подразделением. Есть
доказательства того, что и другие западные союзные державы могли иметь
аналогичные формирования в Западном Берлине. Существуют ссылки на
британскую эквивалентную единицу. [69], недавно в Берлине и Восточной
Германии появился отчет об агентах Британской SAS, живущих как глухие,
чтобы избежать проблем с языком, в то время, как члены американского отряда
«А» все говорили по-немецки. [70]
Неизвестно, проводились ли какие-либо плановые мероприятия в плане
координации венгерской революции 1956 года. Она произошла в октябре, а
подразделение было развернуто в июле. После подавления венгерского
восстания, был принят закон о том, что беженцы-антикоммунисты могут
служить в армии. С их помощью вакансии в группах «А», а также в других
американских спецотрядах в Европе были заполнены. Командиры Сил
Cпецопераций быстро поняли, что этот т. н. «закон о Ложе» поможет им найти
солдат не только со знанием европейских языков, но и с опытом Второй
мировой войны. [71]
Были ли у НАТО опасения по поводу того, как обеспечить медицинскую
поддержку или эвакуацию в тылу наступающих Советских войск? Ответ,
кажется, напрашивается сам собой. «Несмотря на то, что эти планы были
отрывочными, стандарты сегодняшнего планирования учитывают наличие, в
послевоенном мире холодной войны, все еще существующие тайные силы,
противостоящие Советам в Восточной Европе». Рекомендовалось рассчитывать
на вспомогательные структуры подполья для медицинской поддержки.
Украинское движение сопротивления времён Второй мировой войны,
Украинская Повстанческая армия (УПА), сражались до 1950-х годов, после
чего многие выжившие, наконец, иммигрировали в Канаду. Их борьба хорошо
задокументированна в целой серии книг, а теперь и в сети. В конце Второй
мировой войны, они имели достаточную боевую мощь чтобы оттянуть на себя
советские и польские силы безопасности в конце 1940-х годов. [72] В
частности, они довольно хорошо свои задокументировали работу своей мед.
службы. [73] УПА отработала действия своей медицинской службы ещё в
начале Второй мировой войны, и мед. персонал УПА напоминал югославский в
том, что он был хорошо обучен и способен к самоорганизации. Эти качества
были привлекательны для агентов, которых к ним забрасывали по воздуху.
УПА имела хорошо развитую сеть подземелий в которых находились склады и
больницы, мед. транспорт, школы мед. подготовки, сушились целебные травы,
и даже имелись свои типографии. В целях безопасности все раненые бойцы
транспортировались с завязанными глазами. Так что если они позже попадут в
плен, то не смогут выдать место нахождения госпиталя. Тщательно заметались
все следы транспортировки, и ещё, было принято обязательно информировать
ближайших родственников.
Так же, интересные операции проводились партизанами в странах
Балтии. Эти три страны добились независимости от России в конце Первой
мировой войны, но потеряли её в конце Второй. Подпольное движение
Сопротивления в той или иной форме просуществовало до нового обретения
независимости в 1990 году. Эти три государства - Литва, Латвия и Эстония
вписали свои имена как страны, оказывавшие самое длительное сопротивление
в истории. Оно началось против Советов в 1940 году. Они сражались с
нацистами, а затем опять перешли к борьбе с Советами в 1944 году.
Вооруженный период этой борьбы продолжался до 50-х годов. Когда
прекратились поставки от НАТО у отрядов «лесных братьев» кончились
боеприпасы, они перешли в подполье. Сосредоточились в основном на
саботаже и подрывной деятельности, а затем перешли к экономическому и
культурному сопротивлению. Длительное сопротивление возымело успех,
который выразился в обретении свободы в 1990 году.
Одна книга о литовских партизанах показывает, что Литовская Армия
Свободы получила большую часть своего оружия из оставленных запасов
гитлеровских войск. У советских войск оружие и припасы получались другим
способом, путем сбора трофеев с убитых врагов и проведение рейдов по
советским оружейным складам. В 1950-х годах дефицит боеприпасов привел к
смещению акцента к пассивному сопротивлению. Связь и логистику
осуществляли женщины. Они могли быстро исполнить поручения
Сопротивления по доставке подпольной литературы, боеприпасов. В одной
книге об этом говорится:
«Было отмечено, что женщины-связные были не только преданными и
решительными, но и незаметными в глазах НКВД».
Привлекались также подростки, старики и контрабандисты. Женщины-
медики помогали устраивать раненых партизан в литовские больницы
легендируя их так, чтобы никто ни о чем не догадался. Как и в любом
партизанском движении, ЛАС использовала любую возможность, будь то в
лесу или городе. Благодаря мирному культурному, религиозному, и
экономическому сопротивлению, продолжавшемуся в течении 40 лет Литва
увидела независимость. [74]
Когда наступающие советские войска оккупировали Восточную Европу,
партизаны главным образом в Албании, Румынии, Украины, Венгрии, Польши
и других подпольных организаций перешли от партизанской войны к
шпионажу и подрывной деятельности и саботажу. Америка смотрела на эти
группы, как на естественных союзников в борьбе с Советами и ЦРУ потратило
достаточно своих ресурсов для поддержания связи с этими группами. Обе
стороны в холодной войне тайно мобилизовали силы друг против друга,
создавали шпионские сети и партизанские группы. Прокси, применяемые в
холодной войне, стали гораздо предпочтительнее обмена ядерными ударами.
Секретный американский план, получивший название «Откат», состоял в
проведении и поддержке актов шпионажа и диверсий в СССР и его странах-
союзниках. [75] ЦРУ было всегда готово помочь этим борцам с коммунизмом.
Западные союзники по Второй мировой войне выработали доктрину
специальных операций после войны проводили различные симпозиумы, чтобы
обозначить и обсудить различные аспекты спецопераций. Эти обсуждения
касались и медицинских вопросов. Они также освещались на конференциях и в
научных журналах. Майор Дафо, один из тех, кто помогал югославским
партизанам в составе хирургических бригад, выступая на конференции,
рассказал о пятнадцати проведенных операциях за один день. [76]
Однако в то время, как ЦРУ планировало Третью мировую в Восточной
Европе, были ещё на планете места, охваченные коммунистическим влиянием,
где велась национально-освободительная борьба. Доктор Че Гевара частично
руководил одним из таких очагов, и был первым, кто привлек внимание
Америки в 50-х годах. [77] Немного ранее, греческое правительство с
американской и английской помощью успешно справилось с послевоенными
вызовами коммунистических повстанцев. Во время Второй мировой войны
обострился конфликт между националистически настроенными китайцами,
маоистскими партизанами и японцами. Со временем, когда позиции японцев
ослабли, коммунисты выиграли битву. Книга Мао Цзэдуна о партизанской
войне стала обязательным чтением для всех руководителей партизанскими
движениями в 1950-х и 1960-х годах. [78] Он стал учебником для совершения
революций в развивающемся третьем мире. В книге говорилось об
использовании обмана, мобильности, неожиданном применении огневой мощи
и отступлении как способе ведения активных действий. Удивительно, но книга
касалась и медицинской составляющей его боевых частей. Лучшим описанием
о тех временах является книга Франклина Марка Осанка, «Современная
партизанская война: Борьба с коммунистическим партизанским движением
1941-1961 гг.» [79] Стоит взглянуть на философию коммунистических
движений. Существует три основных типа госпитальной организации,
соответствующих этапам развития партизанской борьбы:
1. Фаза Nomad (Кочевники.)
2. Полукочевая фаза
3. Организация настоящей больницы
В фазе Nomad врач / медик постоянно перемещался вместе с отрядом и
вёл жизнь такую же, как и остальные члены отряда. Он практически всегда
боролся с дефицитом лекарственных средств. Хроническая нехватка
необходимых медикаментов - обычная вещь. Че Гевара говорил, что медик
носит утешение людям даже в плохо оснащенном рюкзаке. [80] Как только
партизанское движение перерастает в фазу полукочевого, врач / медик работает
более централизованно в партизанском лагере или во вспомогательном
строении ухаживая за пострадавшими уже имея более-менее полный набор
хирургического оборудования, используемого в лагере для срочных операций.
Третий этап - организация настоящего стационарного госпиталя в районах, не
контролируемых противником.
В нем присутствует обученный персонал, лаборатории, рентгеновский
аппарат. Там же находятся склады, где хранятся припасы, взятые у противника
или полученные от Красного Креста. Такой госпиталь уже мало отличается от
обычной больницы. Книга Мао содержит диаграммы штатного расписания
хирургов, организационная структура медицинского подразделения и
численность медицинского персонала, соответствующего партизанским
отрядам разной численности. Эти рекомендации во многом повторяют
организацию армейской мед. службы. [81]
Канадский хирург Доктор Норман Бетьюн участвовал в обеих испанских
гражданских войнах в 1930-х годах, а затем и в китайской революции. В
Испании 1936-37 годах он руководил отделением переливания крови, но
Компартия Канады отправила его в Китай. В Китае Бетьюн служил
торакальным хирургом и обучал китайских врачей. Он получил заражение
крови во время работы с ранеными и умер 12 ноября 1939 года в Китае.
Доктора Бетьюн помнят в Китае, но он абсолютно не известен в других
странах. Он оставил несколько книг об испанском и китайском опыте. О
китайской партизанской медицине он вспоминал следующим образом:
«Грязные стены, грязный пол, грязные кровати. Отвратительный запах
крови и хлороформа. Бинты прилипают к коже кровавым клеем. Мужчины с
ранами похожими на маленькие засохшие озера, с засохшей черно-коричневой
коркой, раны, рвано очерченные черной гангреной. Раны расширяются наружу,
как разлагающиеся орхидеи или измельченные гвоздики ... страшные цветы
плоти». [82]
Примечательно, что и майор Дафо, хирург, автор «Парашютной палаты»,
являющийся героем в Югославии, и другой партизанский хирург, доктор
Норман Бетьюн, прославившийся в коммунистическом Китае, оба были
канадцами.
Поскольку «холодная война» развивалась в разрозненной Европе, на
Корейском полуострове разгорелась настоящая. Авторы недавно опубликовали
книги о деятельности партизан в Корее «Под темной луной: Специальные
операции восьмой армии в Корейской войне». Эд Эванхо зафиксировал
совместную работу армии и партизан, скрывавшимися за безобидной цифрой
8240. Позже его название было изменено на партизанскую пехотную группу
Организации Объединенных Наций. Она состояла из одиннадцати
партизанских батальонов, включая батальон, известный как «Белые тигры». Он
является предметом рассмотрения другой книги «Белые тигры: моя тайная
война», изданной в Северной Корее. Ни одна книга не содержит достаточно
много о медицине, но одна операция все-таки заслуживает упоминания:

2. ПОСТАВКА: Доведите до своих партизанских командиров, что если


они не смогут эвакуировать запасы противника и если они не могут быть
предоставлены местным сочувствующим, то они должны быть уничтожены.
Медицинские принадлежности и прочее оборудование, вероятно, будут
доставлены к вам летом, что бы вы могли выполнить свою основную миссию.
Главный принцип партизан для жизни это - пополнение запасов за счет
трофеев. Логистическая поддержка не нужна.

5. МЕДИЦИНСКАЯ ПОДДЕРЖКА: Медицинская поддержка будет


продолжаться и в настоящее время, если силы ООН не станут активно
участвовать в крупном наступлении с большим количеством жертв. Раненые
могут быть эвакуированы воздухом в 121-я больницу в Юндонпо, где они
получат то же медицинское обслуживание, что и раненые США. Дальнейшее
лечение в итальянской больнице Красного Креста или в корейской больнице.
Предполагается, что местная медицинская помощь является достаточно
адекватной. Вы будете продолжать пользоваться услугами корейских врачей.
По радиозапросу возможна эвакуация.

Кроме того, есть один немедицинский вопрос представляющий интерес:

11. ВАЛЮТА СЕВЕРНОЙ КОРЕИ. Из-за серьезной защиты валюты и


весьма ограниченных источников её поступления, командиры могут и будут
поощрять грабежи банков и другие подходящие средства добычи этой
валюты. Подпись: полковник Вандерпуль. [83]

Корейский конфликт стал новой возможностью для ветеранов Великой


войны попробовать свои силы в темных искусствах. Вандерпуль был
ответственным за связь с филиппинскими партизанами в штабе Макартура и
лично знал полковников Фертига и Фолькмана - двух видных филиппинских
партизанских лидеров. [84] Однако, пока одни занимались практикой
партизанских войн на территории половины стран мира, другие пытались
описать свой опыт. На основе которого и была впоследствии основана доктрина
армии США времён холодной войны.

6. Новая доктрина Сил Спецопераций: после Второй мировой


войны.

В этой главе будут прежде всего обсуждаться уроки Второй мировой


войны, содержащиеся в литературе и в последствии переведенные в доктрину.
Речь пойдет в первую очередь об армии, об уроках, извлеченных из боевой
практики и учений, так как это огромная часть боевого опыта. Но местами
будут выделены и ВВС, и ВМФ при наличии у них собственной доктрины в
отдельных вопросах. В ней будут рассмотрены самые первые руководства и
детективы, опубликованные в послевоенный период, на самом раннем этапе
холодной войны. Вот две примечательных, но не имеющих ссылки
апокрифических цитаты об американской армии. Первая приписывается
немцам и датируется 1942 годом. «Причина, по которой американская армия
чувствует себя так хорошо в военное время в том, что война - хаос, а
американская армия практикует хаос на ежедневной основе.»
Вторая взята из советских документов - «Одна из серьезных проблем
планирования действий против американской военной доктрины состоит в том,
что американцы не читают собственные руководства и не считают себя
обязанными следовать собственной доктрине». Ориентировочно - 1960 год. В
этих цитатах немало правды. Американские военные порой воюют так, как
будто они на занятиях «просиживали штаны» и собственную доктрину или не
слушали, или слышали, но ничего не поняли. В тоже время, многие авторы
говорят о том, что американская армия, благодаря блестящему пониманию
военных доктрин во всей своей совокупности, во время Второй Мировой войны
действовала гораздо более эффективно чем британцы. Структура полевых
руководств позволяла донести необходимость быстрых изменений, минуя
плотный слой военной бюрократии, напрямую к командирам отрядов.
Впоследствии, искусство написания военных доктрин стало ещё более
совершенным и надёжным. [85]
Глядя на армейскую доктрину и опыт партизанских войн по всему миру,
описанный в предыдущих главах, можно увидеть две основных методики.
Более крупные и наиболее изолированные объекты в Югославии, упоминаемые
Драгичем в своих мемуарах. И более мелкие, децентрализованные объекты,
хорошо замаскированные под окружающую среду, используемые
французскими Маки (или городские, сельские больницы).
Полностью развитые медицинские системы Югославии и Франции
можно противопоставить медицинским неудачам на Филиппинах, с их
неразвитой инфраструктурой больниц и большим количеством различных
инфекций в джунглях. Множество книг рассказывают о недостатках
партизанской медицины в этом районе. В официальной истории медицинского
департамента, в главе о партизанском обеспечении говорилось:
«Филиппинский госпиталь был просто тихим местом для того чтобы умереть,
потому что там нет лекарств и чертовски мало хирургических инструментов».
[86]
Американская армия после войны всё ещё не рассматривала УСС
настолько серьезно, чтобы писать под нее специальные доктрины. В лучшем
случае они рассматривали его как небольшое дополнение к традиционным
способам ведения войны. В 1947 году поддержка пришла с неожиданной
стороны. Госдепартамент направил предложение Объединенному комитету
начальников штабов, в котором подчеркнул тот факт, что Америка не имеет
достаточно опыта в области партизанской войны, в отличие от Советов. Госдеп
рекомендовал военным открыть школу партизан для изучения методов
неконвенционной войны, а впоследствии и выделил средства для этого
направления. Предложение внесли два ветерана, члены Госдепа Чарльз Тайер и
Франклин Линдси, оба имели опыт работы с партизанами Югославии.
Предложение было одобрено Министерством обороны, в отношении чего
высказался Джон Кеннан, посол в СССР, архитектор «Холодной войны» и
идеолог политики сдерживания:

«Я думаю, что мы должны признать тот факт, что успехи русских


были достигнуты неконвенционными и подпольными методами. Я считаю,
что американский народ никогда не одобрит подобную политику, которая
полностью полагается на подобные методы, несмотря на их эффективность.
Однако, бывают ситуации, когда ради нашей безопасности нужно с огнем
бороться с помощью огня».

К следующему заседанию Государственного департамента,


Объединенный комитет начальников штабов изучил запрос, и было принято
решение о том, что военные должны предусмотреть оказание поддержки
группам местного сопротивления. В мирное время эта миссия была возложена
на ЦРУ. Потребности миссии обусловили необходимость наличия учебной
базы. Однако, новые школы было решено не строить, а использовать
существующие. Армейские школы для подготовки личного состава должны
были готовить курсантов непосредственно перед заброской в страну для
организации и руководства местными партизанами. [87] Этот принцип:
«Организация и руководство групп сопротивления из числа коренного
населения» сложился исторически и продолжает действовать и по сей день.
Именно в соответствии с ним и действуют сейчас группы Сил Спецопераций.
[88] В конечном итоге, созрело решение о создании групп спецназа в структуре
армии.
Подстегнутая решением Комитета начальников штабов, армия стала
публиковать статьи, а потом и разработала руководства по партизанской войне.
В них содержалось помимо основных сведений информация о вспомогательных
и контрпартизанских действиях, а также о медицинском сопровождении этих
операций, но в очень малой степени. [89] Руководства до настоящего времени
неоднократно уточнялись, изменялись и обновлялись как в несекретной, так и в
засекреченной форме. Пособия совершенствовались и на текущем этапе они
практически обрели классическую форму. Объем руководств значительно
возрос и включает в себя все типы спецопераций. В связи с этим, объем раздела
партизанской войны колеблется, в зависимости от того, насколько он актуален
на время издания. Несмотря на то, что основой всех спецопераций признаны
именно методы неконвенционной войны, армия отказывается учить этому
основательно, ссылаясь на редкость их применения и небольшой потенциал.
По-прежнему, лишь небольшие разделы современных руководств рассказываю
о медицинском обеспечении миссий. При этом во всей опубликованной
литературе по партизанским движениям во Второй мировой войне лишь
небольшая часть была посвящена медицинской поддержке миссий. И тем не
менее, даже из этого становиться ясно что успешное партизанское движение
немыслимо без медицинской службы. Многочисленные авторы, включая
успешных старших командиров, отмечали связь действий партизан и их
медиков. В частности, с эвакуацией раненых. Об этом говорится в
воспоминаниях маршала Тито: «Наши операции были тесно связаны с нашими
ранеными, которые всегда были многочисленны. Так что, избежать окружений
было невозможно». [90]
У полковника Бэнка, основателя SF, когда-то офицера Джедбург-
команды УСС можно прочесть: «Партизаны будут выполнять свои обязанности
с большим рвением и иметь высокий боевой дух и рисковать в бою, если знают,
что в случае ранения им будет оказана медицинская помощь». [91]
Первой попыткой армии США разработать доктрину спецназа стало
«Специальный регламент 350-5-1» (начало 1950-х годов). После чего
Министерство обороны увидело возможность использовать партизан и
подпольщиков из числа коренных народов в борьбе против Советов. [92] К
1951 году, усилиями полковника Фолькмана, появилось руководство FM 31-21
«Организация и ведение партизанской войны» [93] (Полковник Фолькман,
бывший командующий партизанскими силами на Филиппинах, вернулся в
армию генералом. В последствии командовал 82-й десантной дивизией.) В
руководстве говориться:

«Операции, осуществляются малыми независимыми силами, как правило


в тылу противника, с целью преследования, задержки и срыва военных планов
противника. Цель – нанести максимальный урон врагу, а не захватывать или
удерживать территории. Для операций такого типа характерно
использование фактора неожиданности при воздействии на ключевые точки».

При этом упоминается о необходимости «консультировать, обучать и


оказывать помощь местным военным и полувоенным формированиям» [94]
Несколько заметных фигур в американской армии времен Второй
мировой работали на этом поприще. Самые заметные из них, это полковник
Бэнк, полковник Эдвард Лэнсдейл (офицер ВВС, ранее служил в УСС), и
особенно Фолькманн. Именно они внесли самый большой вклад в написание
первых послевоенных учебников. Их связывал общий опыт в постижении
древнего искусства партизанской войны, в то время, когда армия только
пыталась изобрести его заново. По словам президента США Джона Ф. Кеннеди:
«Это другой тип войны, новый, развивающийся, но древний по своим истокам».
[95]
Как уже упоминалось выше, первой попыткой публикации армейского
опыта стал «Специальный регламент 350-5-1». Он вышел сразу после того как
президент США Гарри Труман распустил УСС и создал ЦРУ. В то время в
армии не было специальных подразделений для ведения неконвенционных
войн. Министерство обороны не имело их вплоть до 1952 года. Президент
принял решение о том, что только ЦРУ имеет право в мирное время заниматься
неконвенционными миссиями, когда это потребуется, а армия сосредоточится
на военных операциях. ЦРУ возглавил начальник штаба генерала Эйзенхауэра
генерал Уолтер Беделл Смит, который не скрывал, что не любит УСС. Он
считал, что эта организация имеет слишком «малое военное значение». [96] В
Регламенте 350-5-1термин «партизанская война» трактовался следующим
образом: «Деятельность, осуществляемая против врага людьми, преданными
своему делу, но не являющимися членами организованных и регулярных
воинских формирований. Она включает в себя боевые действия, пассивное
сопротивление со стороны подпольных групп, шпионаж, саботаж и
пропаганда». [97]
Это словоблудие предполагает, что война партизанского типа буде
вестись на территориях, оккупированных врагом, если вооруженные силы
США уступят в противостоянии, а не наоборот. Потенциал американской
армии в данном контексте рассматривался следующим образом: «Партизанская
война обычно осуществляется нерегулярными или партизанскими силами,
однако, регулярные силы, которые были отрезаны в тылу врага и в результате
этого оказались/проникли в тыловые районы противника, могут использовать
партизанскую тактику». [98]
Далее в 1951 году вышла первая Полевая инструкция FM 31-21. Из 31-21
в него вошли основные положения, основанные на опыте, полученном в ходе
вооруженной борьбы в джунглях Филиппин в 1941 году. [99] Когда оно вышло,
Минобороны объявило его секретным, и оно останется таковым в течение 38
лет. Новая доктрина четко определяла партизанскую войну как миссию
Вооруженных Сил. Вместо действия сил нерегулярных здесь уже учитывалось
развитие группировок специального назначения.
Первый раздел этой основополагающей публикации дает краткую и
полную историю Европейского и Тихоокеанского театров военных действий во
Второй мировой войне, степень активности партизан в каждом из них, и роль,
которую они сыграли в достижении успеха. Обсуждались также возникающие
угрозы со стороны партизанских формирований, в первую очередь
коммунистического толка, особенно в конце войны. Приводится множество
примеров. Упоминаются коммунисты Франции и Италии, которые имели
множество сторонников, были хорошо вооружены и организованы.
Другой пример, это Филиппины, где коммунисты вдохновили местных
действовать против американского правительства. В Греции была проведена
успешная операция по уничтожению коммунистического партизанского
движения. Индонезия использовала партизанскую тактику для свержения
голландского колониального режима. Малайя находилась в постоянной борьбе
с англичанами. В Индокитае, вьетнамцы боролись с французами, а в Бирме,
различные горные племена, которые боролись против японцев во время войны
(с помощью УСС) оказывали эффективное сопротивление Бирманскому
правительству по установлению над ними контроля. [100]
В FM 31-21впервые ответственность за медицинское обслуживание была
возложена на государство:

«За медицинскую службу отвечает командующий партизанским


районом. По его приказу главный хирург готовит планы госпитализации,
лечения, эвакуации, плотно координируясь с командой сотрудников. Кроме
того, в нем разъясняется важность оперативной эвакуации пострадавших.
Потери сильно сказываются на партизанском отряде, и именно медицинские
планы должны децентрализоваться до минимально возможного уровня». [101]
Партизанские силы, будучи малочисленными, должны оперативно
оказывать помощь раненым, сберегая каждого. Реабилитация обученных
бойцов является обязанностью «новых партизан», и осуществляется с
помощью привлеченных извне (нанятых) помощников. Это также касается
армейских разведчиков, получивших ранения.
Данное руководство для спецназа впервые опирается на опыт авторов во
Второй мировой войне. Партизанская медицинская помощь, поднимающая
боевой дух, лечение и эвакуация, снабжение из внешних источников,
устройство подпольных стационаров, всё это включала новая доктрина.
Приняты во внимание случаи, когда разведка противника имела возможность
проследить за ранеными во время доставки в подпольный госпиталь.
Оговаривалась важность средств эвакуации. [102]

Термин «театр действий спецназа» четко определяется в наставлении FM.


Командование SOF уравнено в правах с командованием других родов войск,
как сухопутными, так ВМС и ВВС на данном географическом театре военных
действий. [103] Эта потребность в «месте за театральным столом», впервые
признанная в 1951 году, продолжилась в 1986 году созданием TSOC на каждом
из географических театров и сейчас отражается в современных публикациях.
Но при этом дискуссия о том, действительно ли Силам Спецопераций нужно
быть равным с другими службами, продолжается и по сей день. Текущая
доктрина призывает SOF быть самостоятельными на театре, но географическое
командование следует этому правилу не всегда. Это сохраняющееся
противоречие сильно влияет на медицинские операции. Получит ли команда
спецназа своего хирурга или нет, зависит от того, получит ли их командир
равные права с другими командирами на этом театре. Этот фактор является
ключевым для организации качественной и гибкой системы эвакуации и
удовлетворения других требований. [104]
В пособии FM, оговаривалось использование гражданских больниц и
других подобных медицинских учреждений. [105]
Полковник Банк считал это большой проблемой движения
Сопротивления во Франции. На собственном опыте он убедился, что подобное
возможно только тогда, когда «лояльность гражданского населения, а особенно
медицинских работников в районе неоспорима». Его команда из УСС не раз
становилась свидетелями зачисток местных больниц, где гестапо искало
раненых бойцов Сопротивления. Так и рекомендовало данное руководство.
Поэтому, вместо использования местных больниц в местах боёв, в доктрине
прописаны принятые на европейском театре методы: скрытые больничные
пункты, контрабанда припасов и вербовка местного населения. Настоятельно
рекомендуется использовать подполье, важную часть местного движения
Сопротивления. [106]
Эта децентрализованная схема оказания помощи раненым, с
медицинским офицером во главе цепочки, применялась во Франции с Маки и
Джедбург-командами. Для организации она требовала времени и
вспомогательного оборудования. Медицинские поставки были и остаются
огромной проблемой во всех партизанских движениях. Советские и
югославские партизаны устраивали специальные медицинские рейды для
получения лекарств и оборудования. [107]
Некоторые из наиболее зрелых и хорошо организованных движений
Второй мировой войны (Югославия, Украина) имели собственные центры по
производству медикаментов. [108] Интересно взглянуть на то, какой опыт был
получен при обучении медиков из числа коренного населения сержантами и
медиками (18Ds) спецназа и как он повлиял на организацию и функцию
партизанской санчасти:
А. Когда силы партизан становятся достаточно крупными, они
организуют свои собственное медицинское обеспечение. Планы каждой
партизанской операции должны предусматривать одного или нескольких
человек («aid men»), в обязанности которых входит доставка медикаментов и
обеспечение первой помощи. Один такой человек выделяется на каждые 50-150
бойцов. Если, для медицинского обеспечения операции требуется 3-4 человека,
то хотя бы один из них должен быть достаточно опытным в этом деле.
Б. Соединению из двух и более отрядов требуется станция медицинский
пункт под контролем подготовленного медицинского персонала. Такой пункт в
составе 3-4 человек способен обслужить до 200 раненых из отрядов,
работающих в этом районе. Требуется один врач и несколько хорошо
подготовленных помощников. Количество их может быть увеличено если того
потребует ситуация. Структура похожа на обычный медпункт пехотного
батальона. Есть, однако, и отличия:
1. Скорее всего, не будет необходимости в специальных людях для доставки
раненых. Партизаны сами в состоянии это сделать после оказания первой
помощи.
2. Медицинский пункт должен быть готов быстро свернуться в случае
необходимости и продолжить свою работу в более отдаленном месте.
3. В партизанской войне нет тыла, в который можно эвакуировать раненых.
Поэтому, важно, чтобы хирургическая помощь была оказана на месте, скорее
всего, здесь же, в медпункте.
Оказание первой помощи, эвакуация с поля боя, сортировка и доставка в
медпункт является обязанностью партизан, как и в обычном пехотном
подразделении. Если медицинский пункт находится в безопасном месте, то
раненых нужно доставить туда как можно быстрее, чтобы избежать лишних
жертв. [109]
Необходимо, однако, чтобы эвакуация проходила с достаточной
степенью секретности. Она должна быть безопасной и жестко контролируемой.
Югославы, например, испытывали большие трудности со своими ранеными.
Ранее приводились слова Драгича об этом. [110] Обратите внимание на термин
«aid men». «То, что сейчас делает сержант-медик SOF, ранее делал человек,
просто обученный первой помощи». Упоминание о хирургическом потенциале
«на месте» можно соотнести с опытом Объединенных передовых
хирургических бригад из Канады [111] и Новой Зеландии [112], заброшенных в
Югославию для поддержки отрядов Тито. Другие выдержки из руководства по
партизанской хирургии:

В партизанской войне большая часть экстренной хирургии, как правило,


выполняется в обычных больницах, делается в полевых условиях на
медицинских пунктах, в зависимости от ситуации [113]

Делается вывод о необходимости создания «безопасных партизанских


госпиталей». Обсуждается в разделе о больницах:

Не надеяться, что больницы будут оборудованы или укомплектованы


полностью высококвалифицированным персоналом. Нехватка комплектующих
к рентгеновским аппаратам, стерилизаторов, холодильников для банков крови,
это то, что труднее всего раздобыть.
Поэтому больницы должны иметь ядро из высококвалифицированного
персонала и большое количество помощников для ухода за не тяжелыми
ранеными и выздоравливающими. Оборудование будет состоять главным
образом из перевязочного материала, основных лекарственных средств и
предметов для поддержания основных гигиенических требований для
безопасного и комфортного пребывания пациентов до перевода их в лагерь
выздоравливающих. [114]

Эти планы были включены в доктрину благодаря офицерам, перенявшим


опыт отрядов Сопротивления времен Второй мировой войны. Некоторые схемы
внесены в неё без всяких изменений. Организация медицинской службы
рассматривалась, как пусть и трудоемкий, но необходимый фактор успешного
партизанского движения, поднимающий боевой дух и увеличивающий его
силу. Учитывая важность медицинских мероприятий, они рекомендовали
использовать для этого как можно больше людских ресурсов. Естественно,
большую роль в оказании медицинской помощи должны играть добровольцы
из числа гражданского населения и подпольщики. Эта доктрина оставила
серьезный след в организации партизанской медицины и несмотря на
многократную смену руководства, имеет серьезное влияние и сейчас, спустя
много лет. Потребность в участии большого количества людей на
вспомогательных ролях означает, что чем короче война, тем меньше развито
подполье, и тем меньше удается привлечь добровольных помощников. Во
время спонсируемой американцами партизанской войны Северного альянса
(Афганистан) в 2001 году, медицинское обеспечение было чуть выше ноля.
[115]
В те далекие дни ещё существовала ориентация на доктрину,
поддерживающую партизанское движение только как часть более масштабной,
обычной войны. Основные действия вели представители коренных народов,
получая поставки и другие виды помощи извне. Ни одна составная единица
этой партизанской армии не рассматривалась, как отдельная миссия. Полевое
Руководство 31-20, 1951года по ведению контрпартизанских действий
описывало медицинское обслуживание, как скорее не существующее. Явно в
сравнении с регулярными силами, из-за невозможности соответствовать
минимальным требованиям.
Поэтому, в целом, эта первая, ещё неоперившаяся армейская доктрина, до
самого создания спецназа, диктовала армии неспособность выполнять
самостоятельные миссии в условиях партизанской войны. Армия была готова
предоставить и оказать помощь местным отрядам, но только в рамках более
крупной войны. Уроки, извлеченные из партизанских операций союзных
держав, перекочевали в новое наставление FM. Такие как:
* Партизанские организации должны проводить необходимую работу для
организации медицинской службы для мотивации своих бойцов.
* Для успеха партизанской медицинской службы необходима поддержка
подпольщиков и добровольцев.
* Требуется соответствующая хирургическая помощь.
* Партизанам следует избегать лечения в гражданских больницах.
* Организация и размер партизанского госпиталя зависит от тактической
ситуации.
* Медикаменты всегда в дефиците и могут быть изъяты у противника либо
изготавливается в зоне ведения партизанских операций.
* В случае захвата раненые могут стать источником информации для вражеской
разведки.
* Спецназ и руководители его медицинской службы должны иметь своих
представителей на уровне командования на театре боевых действий. Только
тогда возможно достижение успеха.
* Необходим контроль и поддержка партизанских сил на уровне театра боевых
действий, особенно для организации медицинского снабжения и возможно, для
эвакуации и заброса хирургических бригад.
Эти ранние послевоенные доктрины четко очертили опыт Второй
мировой войны и подготовили почву для создания первых групп спецназа
(ВДВ) и заложили основу для разработки документов. Заметно сильное влияние
опыта партизанских командиров Второй мировой войны. По мнению автора,
эти инструкции являются наиболее полными из когда-либо написанных на тему
партизанской войны, потому что с течением времени руководства для Сил
Спецопераций, становились всё короче и короче. Всё больший объем в них
занимали инструкции, посвященные другим сферам деятельности спецназа.

7. Вьетнам, Силы Специальных Операций и Зеленые береты.

Люди говорят, что в результате нашей поддержки, Хо [Ши Мин] пришел к


власти. Я не верю этому ни на минуту. Я уверен в одном, Хо отлично
использовал то, что американцы дали ему кое-какое оборудование. Он был
очень убедителен. Вьетнамцы считают, что мы были союзниками. Но там
было очень много причин, по которым Хо пришел к власти, и это было
вовсе не потому, что мы ему дали немного оружия. Майор Эллисон Томас,
Командир группы УСС «Олень».

Вьетнам стал синонимом Зеленых беретов. Президент Кеннеди тоже


потихоньку одел Зеленый берет. «Балладу о Зеленых беретах» написал старший
сержант, медик спецназа. Актер Джон Уэйн снялся в фильме «Зеленые береты»
и слава их расцвела. После войны она сошла на нет благодаря огласке и анти-
спецназовской информационной войне, поднятой военными после окончания
войны. [116]
Однако до этого УСС находился в Индокитае. Ближе к концу Второй
мировой войны он начал работать в Бирме и Индокитае, а потом в Лаосе,
Вьетнаме и Камбодже. Сотрудничество УСС с местными нерегулярными
группами коммунистического толка в Индокитае кое в чем было похоже на
сотрудничество с французскими и югославскими партизанами. Различные
группы сопротивления коренных народов воевали с японцами.
Медики УСС играли важную роль в большинстве миссий Второй
мировой войны. Часто, в самых отдаленных местах они были единственными,
кто заботился о бойцах команды УСС и местных партизанах, с которыми
приходилось работать. В 1945 году, в последние дни войны, УСС отправило
команду в Индокитай работать с местными силами, противостоящими японцам.
[117]
Управление и ранее контактировало с силами Сопротивления в этом
районе, в первую очередь, чтобы облегчить спасение сбитых пилотов ВВС
союзников. В мае 1945 года туда была заброшена команда УСС номер 13 под
кодовым названием «Олень». Она проникала на японские узлы связи, работала
с партизанами, осуществляла поиск целей для армейской авиации. Медик
команды, рядовой первого класса Пол Хогланд, обучал коренных вьетнамских
медиков оказывать помощь партизанам, которых организовало и обучило.
Хогланда попросили посмотреть больного в партизанском лагере лидера - Хо
Ши Мина. Медик принял «вызов на дом».

«В самом темном углу комнаты лежала куча костей, покрытая желтой,


сухой кожей. Пара стеклянных глаз смотрела на нас. Человек дрожал как лист
и очевидно, у него была высокая температура. Когда мои глаза привыкли к
темноте, я заметил, что у него была длинная козлиная борода, свисающая с
острого подбородка...»

Хогланд быстро взглянув, сказал: «Этому человеку не долго осталось в


этом мире». Его диагноз - малярия, лихорадка Денге, дизентерия или возможно,
сочетание всего. Пол назначил ему хинин и сульфу. Впоследствии медик узнал,
что через десять дней Хо Ши Мин уже встал на ноги. [118]
Теперь, возвращаясь к началу 1960-х годов, можно сказать, что жизнь в
Америке была хорошей. Достав свой берет из шкафа президент Кеннеди
заговорил о новом виде войны и дела спецназа пошли в гору. Министерство
обороны разработало новые мисси для спецвойск. Такие как «Грин Лайт». Она
заключалась в доставке на территорию противника переносных ядерных
фугасов. [119]
По мере того, как изыскивались новые возможности и составлялись
планы, началась подготовка спецназа. Были созданы SAF (Special Action
Forces), где впервые появились штатные медицинские подразделения. SAF
очень напоминали ранние SOF, которые мы хорошо знаем сегодня, FM 31-22,
наставление армии США по ведению контрпартизанских действий 1963 года,
определяет их так:

«Специально обученные, ориентированные на определенный регион,


частично владеющие языком. Полностью укомплектованный отряд находится
в распоряжении командования для поддержки «холодных», локальных и общих
военных операций. Отряды SAF могут отличаться по размеру и
возможностям в соответствии с требованиями конкретного театра военных
действий. SAF состоит из групп спецназа и отдельных отрядов, которые
могут включать в себя специалистов, владеющих гражданскими профессиями,
приемами психологической войны, инженеров, медиков, разведчиков и агентов
военной полиции». [120]

Включение медиков в качестве одного из возможных членов отряда в


SAF знаменует собой новую веху в мышлении руководства Специальных сил.
Вместо того, чтобы запрашивать медицинскую поддержку у соседнего
армейского подразделения, спецназ теперь шёл в бой со своими медиками. Все
отряды вместе с приданными им медицинскими подразделениями были
ориентированы на определенный географический район мира. Так SAF Азии
был придан 156-й медицинский отряд и SAF Латинской Америки - 255-й
медицинский отряд. [121] Во Вьетнаме спецназ понес большие потери и
послевоенная жизнь его была недолгой. Но именно тогда и были заложены
основы будущего TSOCs 90-х годов. Планы перевода обычных подразделений в
SAF на постоянной основе и встраивание их в культуру спецназа, вызвало
большое сопротивление в среде военных. Министерство обороны
проигнорировало аргументы самого спецназа и выступило против такой
ассимиляции. Это было сделано только в 1990-х, во время формирования
нынешнего TSOCs.
По мере того, как Вьетнамская война разгоралась, увеличиваясь в
размерах и масштабах, многие планы развалились, а другие подверглись
корректировке. Сильно пострадала региональная направленность и подготовка
групп спецназа. Солдатам SAF из других регионов тоже пришлось
поучаствовать, меняя по ротации вернувшихся из Вьетнама. [122] Вьетнам был
контрпартизанской, а не партизанской войной, но спецназ использовал многое
из методов местных повстанцев. Медицина быстро вышла на первый план, так
как медики SAF часто руководили местными больницами. Деревни узнали
здравоохранение, которое оказалось весьма действенным. Местные ополченцы,
сформированные спецназом команды, гражданские нерегулярные группы
обороны (CIDG) получили помощь наравне с регулярными частями, в том
числе иммунизацию, лечение обычных заболеваний, хороший больничный
уход и обучение методам первой помощи.
Появились два аргумента в пользу разработки программы CID (Civilian
Irregular Defense Group-Гражданские Нерегулярные Группы Обороны.
Американская программа создания местных отрядов самообороны в Южном
Вьетнаме) Первое. Госдепартамент считал, что военизированные силы,
развившиеся из этнических меньшинств, будут «укреплять и расширять»
контрпартизанскую деятельность. Второе. Эти меньшинства были главными
целями коммунистов из-за того, что Южно-Вьетнамское правительство
игнорировало их существование и не оказывало никакой помощи. [123]
Потребность в уходе за пострадавшими началась с того, что солдаты
CIDG прошли обучение и начали боевые действия. Медики команд «А» могли
оказать некоторую помощь, в том числе ограниченную хирургическую лечение,
благодаря их обширной подготовке в Форт-Брэгге, но их возможности и
ресурсы были ограничены. Также регулярно выполнялись вызовы к
заболевшим членам семей солдат CIDG, а также в некоторых случаях и к
жителям других деревень, находящихся под их защитой. Командир спецназа
постоянно оказывался перед таким выбором:
1) Оставлять раненых в лагере
2) Воспользоваться системой эвакуации и ухода Вьетнамской армии
3) Попытаться убедить американскую армию эвакуировать и ухаживать за
ними, или…
4) Разработать свою собственную систему помощи пострадавшим. [124]
Эти дилеммы и привели к созданию концепции госпиталей CIDG. Рангом
выше, чем команда «А», были команды «В» и «С». В команду «С» входил штаб
батальона. В его составе - главный батальонный хирург и при нем находилась
группа старших медиков-спецназовцев. В определенный момент команды «B»
и «C» расширили свои возможности и ресурсы, после чего смогли принимать
значительно большее количество раненых солдат CIDG, в том числе и тех, кто
нуждается в реабилитации. Обратите внимание, что термин «хирург», как и
«батальонный хирург» на самом деле означает доктор, и, скорее всего, он был
просто военный врач общей практики (GMO, General Medical Officer) без
специальной подготовки. Медики спецназа под наблюдением GMO
осуществляли лечение, уход, реабилитацию. В том числе проводили
хирургические операции в госпиталях CIDG. Хирургия в медицинском курсе в
Форт-Брэгг всегда была на должном уровне, так что это было вполне
естественно. Некоторым больницам удавалось установить отношения с
различными местными медицинскими учреждениями, от американских
хирургических подразделений до миссионерских неправительственных
организаций, простых больниц разного уровня. Возможность эвакуации во
многом зависела от того, было ли воздушное сообщение между лагерем и
госпиталем CIDG.
Хорошим примером этой концепции армии США является капитан Евген
Эдиньяк. Окончил медицинский факультет в 1964 году, хирургическую
ординатуру в 1964-1965 годах и с 1966 по 1968 год служил старшим хирургом,
III корпус, госпиталь SF США, CIDG, Республика Вьетнам. В его богатой
биографии можно прочесть «Проектировал, контролировал строительство,
оборудовал, обучал персонал и управлял хирургическим госпиталем III корпуса
CIDG на восемьдесят коек, Республика Вьетнам». [125] Обучение многих
молодых врачей было прервано войной, в которой они получили
соответствующий опыт. Доктор Эдиньяк позже закончил свою хирургическую
подготовку и стал сертифицированным специалистом в области общей
хирургии в 1975 году. «Это дало возможность улучшить медицинское
обслуживание и снизить зависимости Вьетнама от США в области
медицинских технологий».
По мере того как программа CIDG созрела, курировать её стала 5-я
группа спецназа. В докладе августа 1967-го, содержатся некоторые выводы.
Одна часть доклада касалась проблем с использованием вьетнамской авиации.
Вносилось предложение использовать для эвакуации в первую очередь
американскую авиацию. Вышестоящий штаб отверг это, заявив, что это миссия
вьетнамцев, но американцы могут помочь только в исключительных случаях, и
то, только до момента полного насыщения ВВС Вьетнама необходимым
количеством техники. Другой проблемой стала госпитализация раненых из
CIDG. Было установлено, что «хотя госпиталя CIDG существуют, они не могут
полностью удовлетворить все потребности. Медицинская поддержка CIDG
только по вьетнамским каналам недостаточна. Это может губительно сказаться
на всей миссии спецназа во Вьетнаме». [126]
Персонал госпиталей CIDG состоял в основном из молодых врачей, с
приданными медиками из спецназа. Именно эти люди и делали хирургию
войны. Они стали первыми Зелеными беретами в системе здравоохранения. Вся
суть произошедшего сохраняется и сегодня на медицинских курсах в Форте
Брэгг. На них учат полному циклу хирургические вмешательства при боевых
ранениях. Это происходит во втором периоде обучения. Курс проходят все
медики Сил Спецопераций, рейнджеры, летчики из специального авиаполка,
медики (SOCM) подразделений поддержки. Только травматологи проходят его
с самого начала обучения, у них делается акцент на аварийные ситуации.
После окончания Вьетнамской войны армия урезала не только
численность спецвойск, но и их потенциал. Большое количество ветеранов
попали под сокращение, остальные сохранились как небольшая группа
немейнстримных солдат. Самая тяжелая была вторая половина 1970-х годов.
Многие перешли из спецназа в «обычные» части, осознавая мрачные
перспективы карьеры в спецназе. Те, кто проявил стойкость и остался, были
переориентированы на контртеррористические действия и DA-миссии.
С 1950-х годов в Западном Берлине базировалось специальное
подразделение из шести команд «А». Мы, переодетые в гражданскую одежду,
говорящие на немецком языке, готовились к партизанской войне, когда русские
восточные немцы начнут агрессию против Запада. В 1970-х годах в Берлине
возникла еще одна угроза - немецкие террористы. Фракция Красной Армии,
ранее известная как группа Баадера-Майнхоф. Они устраивали взрывы,
убийства, похищения, ограбления банков и перестрелки с немецкой полицией.
Это продолжалось три десятилетия. Было заявлено об их ответственности за 34
смерти. Пострадало много невинных людей, таких как водители, телохранители
и т.д. Насилие достигло пика в 1977 году.
Берлин оказался в уникальной ситуации, так как со времен Второй
мировой войны он был поделен на зоны оккупации. Западная часть города
имела не только немецкую полицию, но и британскую, французскую и
американскую. Помимо Фракции Красной Армии, уделялось внимание
аэропорту Темпельхоф, в котором был одновременно гражданский терминал и
военная база союзников. Они же и несли за него ответственность. Европейское
командование войск США поручило командам «А» готовиться реагировать на
ситуации с захватом заложников в Темпельхофе. Члены команды прошли
специальную антитеррористическую подготовку, как в Берлине, так и в США.
Основной упор делался на быстрое перемещение пострадавших в городские
больницы. Всё это очень сильно отличалось от ситуаций, связанных с уходом за
ранеными в больницах CIDG во Вьетнаме. [127]
Таким образом, отряд, а стал первым антитеррористическим
спецподразделением. После наработки опыта, некоторые члены бригады
участвовали в американских спасательных операциях в Иране. [128] В это же
время, в Форте Брэгг готовилось несколько контртеррористических
подразделений, таких как «Blue Light». Все они в своем развитии, в конце 1970-
х годов столкнулись с одинаковыми медицинскими проблемами. [129]

8. Спецназ на подъёме. Малые войны 1980-е и 1990-е годы

Новейшая история SOF начинается с неудачной операции «Орлиный


коготь» в Иране в апреле 1980 года. Спецназ едва пережил 70-е годы,
сосредоточив своё внимание на борьбе с терроризмом, спасении заложников и
других DA-миссиях (короткие рейды, засады, саботаж и другие подобные
действия) совсем отклонившись от неконвенционной войны. Того для чего он
изначально и создавался. Медицина спецназа тоже должна была следовать
этому курсу. Ранее перед ней стояла задача, связанная с лечением и
реабилитацией раненых партизан, а теперь нужно было переходить к быстрой
стабилизации пострадавших и их транспортировке во время миссий, коротких
по своей продолжительности.
Доклад Холлоуэя, после неудачной операции в Иране, рекомендовал
создание постоянной совместной целевой группы для укрепления
командования и контроля. [130] Это в конечном счете привело к более
глубоким реформам Голдуотер-Николса. Министерство обороны издало закон
о реорганизации публичного права 99-433 1986 и привело к образованию
USSOCOM в связи с ростом потребности в специальных операциях на местах.
[131]
Во время этого возрождения спецназа в 1980-х, обычная армия
сосредоточилась на угрозе советского вторжения в Западную Европу. Поэтому
Силы Спецопераций продолжали играть свою важную роль в DA и SR-миссиях.
(Широкий спектр мероприятий по сбору информации, имеющих стратегическое
или оперативное значение. В совокупности эти действия называются SR.
Задачи SR включают в себя: «Скрытая разведка», «Вооруженная разведка»
(обнаружение и атака целей), «Прибрежный патруль и захват», «Оценка цели и
угрозы» и «Добивание после удара». Прим. п-ка.) Всё это диктовало
необходимость в основном кратковременной травматологической помощи. С
кончиной Советского Союза исчезла и советская угроза. Объем DA и SR-
миссий сокращался по мере того, как армия все больше вела операции другого
характера. Силам Спецопераций пришлось переключиться на FID-миссии для
продвижения Национальной военной стратегии путем формирования нужной
обстановки. (FID - это участие гражданских и военных правительственных
организаций в любой из программ действий другого правительства по
освобождению и защите своего общества от подрывной деятельности,
беззакония и мятежа. Основной вклад SOF в эту межучрежденческую
деятельность заключается в организации, обучении, консультировании и
оказании помощи военным и полувоенным войскам принимающей страны.
Прим. п-ка.) Можно сказать, что FID-миссии, это партизанская война в мирное
время.
Медицинские потребности в этих операциях сильно отличаются от
предыдущих. В наличии широкий выбор лекарств возможен долгосрочный
больничный уход, гораздо меньше ранений и травм. Всегда есть возможность
вызвать местных врачей или воспользоваться услугами благожелательно
настроенных представителей местного населения. Легко предусмотреть
ситуации, грозящие травмами.
По мере того в 1980-х военные переориентировались, военная медицина
обратила внимание на гражданскую систему сертификации и обучения не
особенно полагаясь на собственные возможности. Самой ранних из
гражданских программ является ACLS (Advanced Cardiac Life Support -
Расширенная поддержка сердечно-сосудистой системы) Другой программой
тех времен была ATLS (Advanced Trauma Life Support - Расширенная
поддержка пострадавших при травме). Концепция ATLS зародилась в
результате авиационной аварии, произошедшей в сельской местности и
неудачных попыток оказать помощь пострадавшим используя ресурсы
сельской больницы. Вскоре протокол ATLS стал достоянием, как военных, так
и гражданских врачей по всему миру. Далее появилась программа PHTLS (Pre-
Hospital Trauma Life Support - Доврачебная помощь пострадавшим при травме)
и другие, им подобные. [132] К концу 1980-х годов, наряду с хирургами и
другими врачами, ATLS был принят и в спецназе. Этим решением по сути дела,
курсом, предназначенным для врачей сельских реанимационных отделений,
вооружили медиков Сил Специальных операций. Хотя это и отличный курс, но
он был предназначен для стационарного объекта и предусматривал такие вещи,
как два больших отверстия капельниц, ранняя стабилизация шейного отдела
позвоночника, наличие кислорода, и т.д. Ничего из этого списка нет
возможности применить на поле боя или в другой экстремальной ситуации, но
легко - в любой из гражданских больниц. [133]
Обычная армия времён холодной войны в 80-е г сражалась со слабыми
противниками, такими как Гренада и Панама, что идеально соответствовало
ATLS с ее коротким временем эвакуации. С таким багажом армия и вошла в 90-
е годы. В медицине это оставило свой след в виде огромных госпиталей боевой
поддержки и передовых хирургических команд с избытком персонала,
доходящим иногда до двадцати человек. Необходимость избавиться от этих
пережитков прошлого, чтобы максимально соответствовать потребностям
экспедиционного корпуса, встала очень остро. После операции «Буря в
пустыне», где коек в госпиталях было гораздо больше чем пациентов, стало
очевидным преимущество в развертывании небольших медицинских или
хирургических подразделений, так как обратная ситуация негативно влияла на
сроки эвакуации.
Силы Спецопераций в это время испытывали скачек в своем развитии.
Всякий раз, когда им требовалась медицинская поддержка, она предоставлялась
не каким-либо определенным подразделением, а практически любым. Что не
раз приводило к серьезным последствиям из-за несоответствия требований и
возможностей.
Соединенные Штаты были не единственной страной, которая решала
проблему, как оказать медицинскую поддержку небольшим боевым группам в
локальных войнах. Другие страны также пытались рассмотреть будущее в этих
вопросах. Норвежский Афганский Комитет, общественная организация. В 1985
году начал сотрудничество с различными афганскими партизанскими
движениями и предоставляют небольшие хирургические бригады для поля боя
Первой Афганской войны. Эти международные группы состояли из
специалистов по общей хирургии, анестезиологов и операционных медсестер.
Отправлялись на трехмесячный срок. Норвежское правительство
финансировало развертывание этих групп, замаскированных под афганцев,
путешествовавших из деревни в деревню с тремя охранниками на шести
велосипедах. Они были нагружены с оборудованием и специальными
носилками, используемыми как хирургический операционный стол.
Оборудование, перевозимое на велосипедах, пополнялось с центрального
склада каждый второй день. Также в составе команды был осёл, который
перевозил рентгеновский аппарат, плёнку, и источник излучения. Они
стерилизовали оборудование путем кипячения его в чайнике в течение
двадцати минут.
Операции проводились пол ночам в домах крестьян. Одно из самых
интересных требований заключалось в том, что дома должны были иметь
деревянную крышу, так как с соломенной все время падал мусор, засоряя
оперативное поле. Медики этих бригад использовали перчатки, но не
использовали халаты и специальное освещение. Дневные мероприятия, помимо
передвижений, включали в себя обучение местных фельдшеров. Местные
фельдшеры отвечали за послеоперационный уход и взаимодействие с семьями.
Анестезия для взрослых была, как правило, местного происхождения, а для
детей использовался кетамин.
В ходе обсуждения своего опыта, все участники этих событий отметили
несколько интересных моментов. Во-первых, все действия происходили в
районах с превосходством противника в воздухе, и у партизан был очень
длинный путь эвакуации в Пакистан. Упомянутые авторы считали, что
«преимуществом передовой хирургии является возможность быть как можно
ближе к месту боевых действий». Также единогласно отмечено, проведение
операций на полу, стоя на коленях, не самый лучший способ. Они доказали, что
расширенная хирургия была возможна в примитивных условиях. Но отмечали,
мобильные команды и были очень дорогими, но боевой дух бойцов был
значительно улучшен. [134] В действиях этих бригад широко применялись
уроки Второй мировой.
Параллельно с Норвежским комитетом в Афганистане работал
Медицинский корпус. Он создал хирургические пункты в деревнях
Сопротивления. В середине 80-х годов были опубликованы их результаты.
Список насущных проблем включал: стерилизацию, анестезию, и перемещения.
Основные проблемы связаны с отсутствием электроэнергии, горючего, и
подвижности линии соприкосновения, отсутствия тыла и безопасных зон для
эвакуации и дальнейшего ухода. [135]
Кульминационная точка всех медицинских недостатков Сил
Спецопераций наступила в Могадишо. Командование Спецопераций
(USSOCOM) среди своих служебных обязанностей имеет финансирование
исследований. Хирург команды USSOCOM начал разработки программы
медицинских исследований с учетом нового оборудования, новых решений и
вопросов обучения. Группа после Могадишо провела оценку принципов
травматологической помощи, изложенных в ATLS, чтобы определить, были ли
они применимы в боевой деятельности спецназа. В качестве примера. ATLS
подчеркивала, что шейный отдел позвоночника должен быть стабилизирован
воротником. Медики обязаны это выполнять. Но как часто это происходит на
поле боя? Что если ATLS - мантру «A, B, C, Airway, Breathing, and Circulation»
(дыхательные пути, дыхание и кровообращение) заменить на «отстреливаться,
тащить в укрытие, остановить кровотечение»? [136]
Анализ боевого опыта SOF привел к созданию основополагающего
документа, опубликованного в 1996 году. Его отличало наличие
адаптированных к новым реалиям, директив. В них отмечалось, что
необходимо не только оказывать помощь раненым и лечить пострадавших, но
при этом избегать дальнейших потерь, способных отрицательно повлиять на
выполнение основного задания. [137] Эти новые руководящие принципы стали
отправной точкой для пересмотра необходимого снаряжения, такого как
турникеты, новые гемостатические повязки, новые препараты, что повлекло за
собой создание новой методики обучения. Комитет (CoTCCC) по-прежнему
остается в авангарде инновационных боевых медицинских исследований. TCCC
остается частью PHTLS (Pre - Hospital Trauma Life Support - Доврачебная
помощь пострадавшим при травме), что подтверждается публикацией военного
издания руководства по PHTLS.
В конце 1990-х годов SOF хорошо подготовили своих медиков для
оказания помощи в соответствии с теорией «Золотого часа», как того требовало
руководство ATLS, PHTLS, а теперь и CoTCCC. «Золотой час» – медицинский
термин, относящийся к тому факту, что пациенты, получающие более быстрое
окончательное лечение, имели лучшие показатели выживания. Поддержание
дыхания и кровообращения были ключевыми пунктами. Однако даже в самой
ранней литературе понятие золотого часа варьируется от пациента к пациенту и
от раны к ране. [138]
Обычная армия закрыла 90-е годы конференцией «Медицинская
поддержка армии будущего». Основные проблемы, перечислены в итоговом
докладе:
1. Военные операции требуют меньшей медицинской поддержки даже в случае
активных боевых действий. Жертв может быть настолько много, что
медицинская служба просто не сможет работать в таком темпе. Единственным
выходом в этой ситуации является само- и взаимопомощь военнослужащих.
Особенно это касается передовых отрядов.
2. Асимметричные угрозы и оружие массового поражения могут привести к
массовым жертвам.
3. Армейскому медицинскому департаменту потребуются технологии, которых
нет в настоящее время. Приходится рассчитывать только на быструю
эвакуацию из зоны боевых действий. [139]
В том же году в докладе RAND corporation «Армейская медицинская
стратегия: проблемы будущего» было отмечено: «Отсутствие подготовленных
медицинских единиц первого эшелона, которые необходимы с самого начала
операций в новых театрах боевых действий. (например, командования и
управления, оборудованных соответствующим образом госпиталей,
подразделений передовой поддержки, профилактической медицины и
логистики и т.д.) [140]

9. Глобальная война с терроризмом и ее «Золотой час»

Глобальная война с терроризмом (GWOT, Global War On Terrorism)


началось с внезапного нападения на Соединенные Штаты. Американский ответ
напомнил о временах вьетнамской войны, когда ЦРУ, спецназ и военное
командование очень плотно сотрудничали, создав Vietnam Studies and
Observations Group, ставшая потом известной как SOG. [141]
Спецназ готовился к партизанской войне в течении десятилетия
отстаивая свою концепцию неконвенционной войны, проводя учения «Robin
Sage» в рамках программы обучения (SFQC, Forces Qualification Course), в то
время как скептики требовали их закрытия говоря, что глобальная война
никогда не считалась особенно вероятной. Бойцы спецназа в Афганистане с
благодарностью вспоминали былые времена, говоря друг другу: «Хвала
Господу за то, что у нас был «Robin Sage», так как вражеские командиры
применяли сценарии похожие на те, которые отрабатывались в ходе учений.
[142]
Партизанская фаза войны была настолько короткой, (с октября 2001 года
по январь 2002) что многие из заповедей неконвенционной войны, таких как
добровольные помощники, работа с подпольем и скрытые госпиталя либо
игнорировались, либо не имели надлежащего времени для реализации. [143]
Потери американских сил в партизанской фазе эвакуировались
преимущественно на самолетах, снятых с выполнения изначально
немедицинских миссий. Объединенная группа, блестяще выполнявшая
неконвенционные задачи, вскоре получила свою передовую хирургическую
бригаду, базировавшуюся в его штаб-квартире. [144] Партизанские силы, среди
которых настоящие партизаны составляют меньшинство от общего числа, в то
время как остальные, это подпольщики и сочувствующие им. Исторически
процент реальных бойцов варьировался от 40 процентов во французском
сопротивлении, до менее 10 процентов в греческом. [145] Местное подполье
обеспечивало не только уход за ранеными партизанами, но и укрывало
работавших в городах, но провалившихся и неожиданно заболевших. В
странах, которых приходится работать, больницы могут помочь с уходом за
партизанами или подпольщиками, которые заболели и не имеют боевых
ранений. Эти больные, как правило не отслеживаются и не вызывают особых
подозрений. [146]
Вскоре война вошла в обычный режим с участием больших воинских
формирований и надежной организации поддержки. Это позволило Силам
Спецопераций, состоящим в основном из спецназа и 75-го рейнджерского
полка, полагаться на обычные службы «большой армии». На поле боя в
Афганистане стали появляться многочисленные передовые хирургические
команды, госпиталя и хорошее снабжение медикаментами. В случае эвакуации
тяжелораненых воздушным путем, время полета (туда и обратно) по текущим
нормативам не должно было превышать двух часов. [147] Сложная местность и
большие высоты Афганистана имели своё влияние на процессы эвакуации.
Операции в Афганистане и Ираке стали наиболее задокументированными
конфликтами. Медицинские данные не были исключением. Проблемы все еще
возникли в первоначальных данных, догоспитального периода, то, что медики
называют роли 1 и 2 (медики на передовой и эвакуаторы). Однако роль 3 –
госпиталь боевой поддержки и выше - был лучшим, чем когда-либо до этого.
Это привело к появлению большого объема беспрецедентных медицинских
исследований в области военной медицины. 75-й рейнджерский полк показал
отсутствие предотвратимых смертей, следуя принципам TCCC, и его
статистика разбавила глухую пустоту догоспитальных данных при эвакуации
(роли 1 и 2). [148]
Поскольку война и потери продолжались, разница между Ираком и
Афганистаном стала чувствоваться всё острее. Полеты армейских медэваков в
Афганистане проходили в более тяжелых условиях из-за больших расстояний и
горной местности. Благодаря отличной базе данных, можно сказать, что время
полётов медэваков в Ираке (туда и обратно) приближалось к 60 минутам и к 90
минутам в Афганистане. Медицинские логистики, работу которых часто
недооценивают, говорят, что учитывая местные условия и то, чем располагали
медики (вертолеты medevac и подразделения ролей 2 и 3) это были достаточно
высокие показатели. Были и другие проблемы, которые вносили
дополнительные сложности. Некоторые союзники по НАТО имели другие
правила. Например, они никогда не летали ночью, при слабом освещении или в
неподготовленные посадочные зоны. Армейские вертолеты США были
единственными по-настоящему эффективными из выделенных авиационных
средств. Если медэваки не были доступны, то применялись любые другие. Но
это требовало дополнительного согласования и занимало гораздо больше
времени, что не соответствовало требованиям «Золотого часа».
Вследствии хорошего сбора данных на театре военных действий, в
конечном итоге этот вопрос всплыл у SECDEF (Secretary of Defence, сокр.
SekDef - Министр Обороны США) Немедленная реакция должна была
приблизить Афганистан к стандарту «Золотого часа». Министр обвинил во
всем военно-медицинскую бюрократию. [149]
Такое решение внесло разногласия в работу Объединенного штаба.
Председатель Объединенного комитета начальников штабов не поддержал
главного хирурга, который понимал и утверждал, что для соответствия
золотому часу необходима гибкость. Ни ВВС, ни ВМС не настаивали на
внесении изменений и только армия, которая делает самую тяжелую работу,
выступила «За». Роберт Гейтс (министр), был крайне опечален. Он
рассматривал «Золотой час» как ключевой компонент боевого духа войск.
Своим приказом он направил 10 вертолетов medevac и 3 передовых
хирургических госпиталя в Афганистан, и к концу весны еще 15 вертолетов и
еще 3 госпиталя. [150]
В конечном итоге объединенный персонал увидел разницу между полным
циклом в 65 минутами полета до полевого госпиталя (роль 3), и 55 минутами
прилета небольшой хирургической бригады (роль 2). Хирургические активы,
полученные благодаря Министру обороны, принесли пользу и спецназу,
поскольку его группы обычно действовали дальше всех и время их эвакуации
было самым большим.
Большинство групп спецназа попало под сложную, тупую схему
управления. Роль SOCCENT (Центральное командование Спецопераций), как
правило, была незаметна, но помогала в случае запроса SOF в Афганистане и
Ираке. В миссиях на этих театрах SOCCENT имел доступ к обычным
хирургическим бригадам ВВС - MFST. (Mobile Forward Surgical Team -
Мобильные передовые хирургические бригады.) Позже, примерно в то же
время, когда велась борьба за медэваки, в ВВС появились SOST. (Special
Operations Surgical Teams Хирургические команды специальных операций.)
[151] Эти две команды предназначались для различных миссий и хирурги
спецназа, через тренировки, делились боевым опытом, открывая им новые
возможности, обучая пользоваться новым оборудованием, перестраивая образ
мышления. SOST и MFST обеспечили командам SOF свой собственный
мобильный «Золотой час». Это было очень важно для спецназа, так как в этот
момент обычные медицинские и хирургические силы на этом театре стали
сокращаться.
С целью улучшения делались попытки разделить большие хирургические
команды на более мелкие. Это хорошо подходит для удаленных баз с
затрудненным воздушным сообщением и локальных специальных операций.
Только армия в течении 14 месяцев практиковала подобный метод разделения.
За это время был 761 случай применения этих «расколотых» бригад.
«Исследование их опыта показало приемлемый уровень DOW (Смерть от
ранения) по сравнению с другими, большими хирургическими бригадами,
которые в настоящее время работают на театрах Мировой войны с
терроризмом». [152]
У SOF возникла путаница в отношении того, как выполнять правило
«Золотого часа». Офицеры спрашивали Главного хирурга SOCCENT о том,
действует ли приказ Министра обороны, если они отправляли команду «A» в
Иорданию, Казахстан или Ливан. Лично хирург подчеркнул, что «Золотой час»
был правилом, установленным Министром обороны, и действовало только в
двух странах. (Афганистан и Ирак) Если бы его установил секретарь Госдепа,
то оно стало действительным для стран всего остального мира.
Тем не менее, является ли «Золотой час» правильным решением? С
медицинской точки зрения, Главный хирург был прав во время брифинга у
Министра обороны, что для получения нужного результата, главным было не
время. Пятьдесят девять минут или шестьдесят одна, не приводили к плохому
исходу. То же самое относится к 60 и 90 минутам. Бывший Министр обороны
Гейтс так же был прав в том, что несправедливо устанавливать один и тот же
стандарт на абсолютно разных театрах военных действий. Это не оправдано ни
политически, ни этически, ни морально. Для борьбы с ненужным позерством и
исправлением ситуации, потребовались ресурсы. План развертывания только
выделяет определенное количество медицинских сил. Этот поэтапный план
всегда является соревнованием по борьбе командующего состава и их
вышестоящим начальством из штаба. Довольно часто медики проигрывают и
получают меньше, чем хотят и чем прописано в планах. [153] После того, как
Министр обороны направил больше ресурсов, эвакуация достигла нового
стандарта довольно быстро.
Было доказано, что «Золотого часа» можно достигнуть и в боевой
обстановке. Но нужно ли это с медицинской точки зрения во время боя?
Учебник PHTLS, который по сути своей является также учебником TCCC,
упоминает золотой час три раза. Первое упоминание, это объясняет сам термин
и указывает на то, что в гражданском мире транспортировка занимает большую
часть «Золотого часа». В двух других упоминаются, что это не «Золотой час», а
«Золотой период», который варьируется от пациента к пациенту в зависимости
от травм. [154] Какие ещё есть данные по этому поводу?
Медицинский журнал Academic Emergency Medicine описывает золотой
час как «[термин], [который] дал слишком мало научных доказательств, чтобы
поддержать это… [и стал] широко распространен, но на самом деле не получил
научной поддержки». [155]
После директивы об изменении «Золотого периода» с 90 до 60 минут,
стали смотреть на эффективность изменений. Исследование показало, что
время воздушной эвакуации в Афганистане сократилось с 90 до 43 минут.
Сравнивая смертность и заболеваемость до изменений и после, мы видим, что
она упала с 16 процентов до 9,9. Подсчитано, с начала 2009 года по март 2014-
го, эти изменения спасли 359 жизней. [156] На поле боя, чем быстрее, тем
лучше.
Последний пункт в этом обсуждении «Золотого периода» в боевой
обстановке, это выделить то, что происходит после «Золотого часа». Как в
Афганистане, так и в Ираке надежные больницы третьего уровня (Roll 3 –
дивизионный госпиталь.) смогли справиться со всеми хирургическими
случаями и быстро отправить их на дальнейшее лечение в крупные хирургии в
Германии и США. В странах, где не действует правило «Золотого часа», в
которых SOF работают классически, по старинке, не только нет «Золотого
часа», но также нет возможности проводить интенсивную терапию или
быструю воздушную эвакуацию в летающей реанимации.
Старая военная поговорка гласит, что только молодой хирург извлекает
из этого выгоду. Но, кроме того, в этой войне получила выгоду медицина
специальных операций. Её медики воспользовались возможностью быстро
обработать американские потери и потери союзников в течение «Золотого
часа», изучая последние инновации хирургической помощи в США. В других
случаях, раненые находились на попечении коренного населения в районах
действиях групп. Там о «Золотом часе» и речи не было. Этот опыт, полученный
медиками спецназа, имел непосредственное отношение к развивающемуся
стилю войны и определял будущее Сил Спецопераций. Но, в настоящее время,
именно по этому этапу войны с терроризмом сильно не хватает документации,
что повлекло серьезный пробел в обучении пополнения.
Недавно выпустившийся медик спецназа (18D или SOCM) покидает
учебный центр JSOMTC со скудным пониманием реалий неконвенционной
войны. И лишь единицам удается привести свой дефицит знаний в соответствие
с доктриной с помощью личных занятий и тренировок. Медиков спецназа
батальонного уровня и хирургов групп в большинстве случаев лишали
возможности посещать SFQC (программа спецподготовки). К тому же эта
программа велась с очень небольшим количеством ресурсов и давала мало
знаний в области партизанской войны. Это отсутствие опыта не только не
способствует повышению квалификации медиков, но также мешает им
сформировать нужные требования в процессе принятия решений
командованием в борьбе за интересы хирургических бригад, их оснащение и
другие активы, полезные в неконвенционной войне. Ключом к успешной
партизанской медицинской структуре является правильное использование
добровольцев и подпольщиков. Этому также не учат, свидетельство чему -
крупный провал в учениях «Jade Helm».
Так, до этой войны и в будущем, медик Сил Спецопераций должен был
не только оказать первую помощь, но и транспортировать раненых в
соответствии с нормами «Золотого часа», будучи координатором эвакуации
между местами боев, часто находящихся далеко друг от друга.

10. Платиновые Десять Минут

Литература, описывающая оказание помощи при травме


популяризировала «Золотой час» или «Золотой период». В качестве
необходимого стандарта времени на операцию используется термин
«Платиновые десять минут». Он использовался главным образом в ситуациях
гражданского травматизма и аварий. Так все инструкции называют время,
проведенное на месте происшествия Скорой медицинской помощью перед
началом транспортировки. Как правило, часть времени из золотого часа на
месте происшествия, спасатели занимаются обеспечением безопасности и
извлечением из автомобиля. [157] Поскольку Объединенный учебный центр
медицины спецопераций (JSOMTC) обучает всех медиков спецназа по
программе Скорой медицинской помощи (уровень сертификации техник-
фельдшер), все они видят эту терминологию во время обучения. Есть
некоторые различия с военной медициной, особенно в вопросах
высвобождения из транспортных средств.
В военно-медицинской литературе «Платиновые десять минут» говорят
не часто. В нынешнем руководстве PHTLS/TCCC о них упоминается дважды.
Там сказано: «в случае тяжелых травм пострадавших, помощь начинают
оказывать с самого близкого соответствующего объекта в течение 10 минут
после прибытия на место происшествия».
Есть два основных предостережения. Во-первых, начинайте с того, кому
помощь требуется больше всего, а не с самого ближнего. Во-вторых, нужно
исключить или быстро справиться с основными угрозами для жизни
пострадавшего. [158] Когда министр обороны санкционировал операцию
«Иракская свобода», операцию «Несокрушимая свобода» и ввел правило
«Золотого часа», медперсонал иногда нарушал первое правило. Диспетчеры
направляли вертолеты - медэваки к ближайшей хирургической бригаде с
меньшими возможностями, вместо близлежащего госпиталя боевой поддержки
потому что она была немного ближе.
Во французской военно-медицинской литературе встречается такое
упоминание о «Золотом часе» и «Платиновых минутах»: In Blesses au combat,
dix minutes en platine, une heure en (Раненые в бою благословляют «Платиновые
десять минут» и «Золотой час»). Авторы утверждают, что:

На поле боя большинство жертв погибает в течение десяти минут


после ранения. Большинство ранений получены в результате взрыва и
кровоизлияние является основной причиной смерти. Для повышения
выживаемости французской армии Служба здравоохранения разработала
методику выживания на поле боя на основе догоспитальной боевой помощи
пострадавшим, далее эвакуация в течение первого часа с последующей
операцией. [159]

Нынешним комитетом по ТССС установлено, что «Платиновые десять


минут» могут включать в себя само- и взаимопомощь. Возможна фаза выхода
из-под огня или оказание первой помощи прямо на поле боя, в зависимости от
тактической ситуации.
Военные используют термин «платиновые десять минут» чтобы
подчеркнуть важность само- и взаимопомощи. А так же для того, чтобы
донести эту важность до штабов и линейного командования
Сегодняшняя гражданская литература по травматологии считает, что
доврачебное вмешательство, помимо простых базовых мероприятий по
жизнеобеспечению в течении платиновых десять минут достаточно
эффективно. Например, вы действуете по протоколу PHTLS для сельской
местности, у вас проблемы с транспортом. Время эвакуации затягивается,
требуя всё больше и больше активных действий. В этом случае «Платиновые
десять минут» могут превратиться в двадцать. [160]
На той стадии Глобальной войны с терроризмом, когда медицинские
ресурсы стали сокращаться, во время миссий в отдаленных районах появились
серьезные проблемы с эвакуацией. (А на «запретных», не попадающих под
действие приказа Министра обороны о «Золотом часе» они были всегда.)
«Платиновый десять минут» в этом случае, являются лишь незначительной
частью «Золотого часа», который сам становится всё менее и менее важным,
если дальнейшая эвакуация задерживается. Таким образом, «Золотой час», если
на то пошло и «Платиновые десять минут» в том числе - это не более чем
«благое дело», выполняемое в соответствии с приказом. Но скорее всего, когда
война с терроризмом закончится, это станет невозможным из-за больших
расстояний и постоянных проблем с ресурсами.
Создавая новую парадигму для будущего гипер-распределенного поля
боя и (сплошь состоящего из «запретных зон», где приказ о «Золотом часе» не
действует) нужно обратить свой взгляд в прошлое. Не слишком далекое. Не
дальше чем времена создания спецвойск. В УСС во Вторую мировую были
разработаны планы по оказанию хирургической помощи в ближней зоне,
стабилизации и длительного ухода за ранеными с последующей эвакуацией
различными нештатными способами. Часто с помощью местного населения.
Переход от «Золотого часа» с его быстрой эвакуацией к длительному
уходу в полевых условиях потребует другого оборудования и медицинского
опыта. Но самое главное, потребуется совсем другой образ мышления.
Глобальная война с терроризмом вырастила целое поколение военных медиков
«Золотого часа». Они хорошие специалисты и бойцы, но теперь им придется
перестраиваться. Нужно осваивать новые навыки, новое оборудование и самое
главное, это новые представления об уходе за ранеными на новых полях
сражений, где всё будет по-другому.

11. Назад в будущее: длительный полевой уход


По мере того как условия войны в Афганистане и Ираке постоянно
меняются (то сокращают количество войск, то становится больше подрядчиков,
урезают медицинские возможности, наращивают парк вертолетов medevac)
«Золотой час / Период» увеличивается или исчезает вовсе. И теперь медикам
Сил Спецопераций, которые в течение десяти лет передавали сложные случаи
травм в хирургические отделения третьего уровня (дивизионный госпиталь)
после быстрой эвакуации с поля боя, нужно вернуться к своим корням.
Случаи сложных травм или ранений всё еще могут нуждаться в быстрой
доставке в операционную. Но эта операционная, возможно будет находиться в
одной из больниц (проверенной или нет) стран Третьего мира, заранее
развернутый в зоне действия групп медицинский пункт, передвижная
операционная или обычная хирургическая команда, заброшенная для
медицинской поддержки нескольких групп SOF, проводящих операции в
данном районе. Все эти варианты, скорее всего, потребуют длительного ухода
за пациентом, до и после хирургического вмешательства.
Необходимость этих изменений медицины SOF конкретно в области
хирургии, всплыла, наконец, в командных документах «ARSOF 2022» в
специальном издании «Special Warfare magazine», Командование Сил
Специальных Операций говорит: «Увеличение медицинского потенциала,
включая создание развертываемой, масштабируемой хирургической команды
смоделированы по образцу Объединенного медицинского подразделения.»
[161]
Этот сценарий быстро возвращает нас к партизанским силам во Второй
мировой войне с их небольшими хирургическими бригадами, с партизанскими
госпиталями для ухода и реабилитации раненых. После «десятилетия быстрой
эвакуации», медикам спецназа, понадобятся наконец, те знания, которые им
дали во время их обучения, стабилизация и поддержка жизнеобеспечения в
течении 72 часов. [162] Две миссии, которые являются хорошими примерами
необходимости этих медицинских навыков, партизанские действия и FID.
Некоторые операторы говорят, что FID-это та же партизанская война, только в
мирное время. Они обе включают в себя небольшие команды спецназа с
поддержкой или без нее. Большие расстояния, действия в запрещенных
районах, работа с местным населением гражданами и практика медицины,
которая в большинстве случаев сильно похожа на обычную гражданскую
«медицину по вызову». Она включает в себя профилактику и лечение
заболеваний, стоматологии, ветеринарии. Но всё это до тех пор, пока не
появятся пациенты с травмами или ранениями.
Поскольку Глобальная война с терроризмом практически закончилась, а
количество миссий наоборот, увеличилась, думающие люди в рамках спецназа
начали работать над проблемой расширенного полевого ухода. Даже несмотря
на то, что у нас перед глазами есть уроки, извлеченные из практики УСС и
других партизанских движений времен Второй мировой войны, выдержавших
испытание временем, обязательно нужно посмотреть, что изменилось с тех
пор?
Изменений много. Во-первых: Исторические примеры говорят нам о том,
что большинство партизан вдохновлялись коммунистической идеологией. И
это сильно влияло на результаты их действий. Сейчас идеология другая. Во-
вторых: Очевидно, что кардинально изменились технологии. Современная
спутниковая связь, ГЛОНАС, мировая сеть Интернет, более быстрый
транспорт. В-третьих: Более того, сама медицина изменилась. Сейчас
медицинский персонал на поле боя спасает солдат, которые точно умерли бы в
предыдущих войнах. И это само по себе говорит о том, что состояние
тяжелораненых можно и нужно поддерживать в течении более длительного
времени. Командирам должно стать легче обсуждать варианты в рамках
относительного риска и длительного ухода в случае ранений, когда есть
определенность.
Чем дальше находится вспомогательная хирургическая бригада, тем
дольше жизнь пострадавшего должна поддерживаться, подвергая миссию
большему риску. Опасения по поводу больших расстояний развертывания и
отсутствия рядом или в относительно доступном районе хирургической
поддержки не является чем-то новым. Тем не менее, группы спецназа в
основном отодвигают эти проблемы на второй план. Они привыкли во времена
действий в Афганистане и Ираке иметь возможность получить помощь в
течении «Золотого часа». Тогда потери Сил Спецопераций значительно
снизились. Но по мере того, как SOF перешел к операциям в других регионах,
обеспокоенность по поводу этих проблем всё-таки стала возникать. Очень
похожие проблемы существовали и в 1990-х годах, но в то время никого не
беспокоили ноющие ностальгические воспоминания о «Золотом часе» или
необходимости его. В конце концов, из-за того, что ATLS был в основном на
базе больницы, медики групп и юнитов-хирургов начали массовое обсуждение
того, как действовать в планировании и выполнении миссий на большие
расстояния, практически без поддержки, в местах с неадекватной местной
медицинской инфраструктурой.
Операторы делают большую часть этого на независимом сайте
https://prolongedfieldcare.org/. Обсуждение было сосредоточено на тонкостях
оперативного планирования и обширной логистической подготовке. Медики
разделили это на четыре этапа:
1. RUCK: снаряжение, переносимое в самую дальнюю точку миссии, обычно
доставляет туда медицинский персонал на себе в пешем порядке.
2. TRUCK: любое дополнительное оборудование, которое будет перевозиться в
соответствии с целями и задачами конкретной миссии с помощью транспорта
(грузовики, лодки, вездеходы и пр.).
3. HOUSE: медицинское снаряжение, применение которого возможно только в
условиях помещении. Доме, огневой базе или другом месте поддержки миссии.
Оно помогает обеспечить самый высокий уровень ухода, который предполагает
возможность проведения операций и других достаточно сложных действий.
4. PLANE: этап планирования включен, чтобы позволить медицинским
работникам рассмотреть возможность использования будь то медицинские
эвакуационные самолеты (MEDEVAC. Их основной задачей является
транспортировка пострадавших. Имеют на борту соответствующее
оборудование) или эвакуация пострадавших с помощью CASEVAC
(воздушный транспорт, не имеющий медицинского оборудования, но заранее
назначенный для поддержки конкретной миссии) [163]
Здесь прослеживается большое влияние «Золотого часа» и Глобальной
войны с терроризмом. Спецназу нужно новые возможности, или точнее, он
должен возродить старые возможности времен Второй мировой войны с
применением новых технологий.
Рабочая группа определила «Десять Возможностей Длительного Ухода
На Местах».
1. Мониторинг пациента.
2. Реанимация пациента.
3. Вентиляция/насыщение кислородом пациента.
4. Взятие дыхательных путей пациента под полный контроль.
5. Контроль боли с помощью эффективного применения обезболивающих
средств.
6. Использование физического осмотра и других доступных методах
диагностики, чтобы получить наиболее полную осведомленность о состоянии
пациента.
7. Обеспечить соответствующий уход / гигиену / максимально возможный
комфорт.
8. Выполнение хирургических вмешательств передового медицинского уровня
9. Проведение телеконсультаций.
10. Подготовка пациента к воздушной эвакуации. [164]
Помимо необходимости более широкого медицинского, оперативного и
материально-технического обеспечения потребуется изменить подготовку
людей, планирующих операции с целью получения нового набора из знаний и
навыков.
Отличия медицинского и сестринского мастерства от стандарта
«Золотого часа» TCCC ошеломляет. Одним из ярких примеров является
наложение турникетов сроком до шести часов. В классическом протоколе
TCCC времён Глобальной войны с терроризмом, медики никогда не снимали
жгуты. Они депонировали пациентов с турникетами в хирургические
учреждения, которые удаляли жгут в рамках своих хирургических процедур.
[165]
Более того, турникеты - это лишь верхушка айсберга. Длительный уход за
ранеными требует других требований к типам жидкостей для переливания,
других обезболивающих и успокоительных средств, более длительного периода
контроля дыхательных путей и гораздо более квалифицированного
расширенного ухода. Несмотря на то, что военные медики покидают школу,
имея навыки поддержания жизни пациента в течение 72 часов, очень немногим
пришлось так поступать и большинство просто забыло об этом за время
Глобальной войны с терроризмом.
После окончания длительного полевого ухода наступает задача
эвакуации. Эвакуация и без того достаточно проблематична даже для
регулярных войск, имеющих полное превосходство в воздухе. Она ещё больше
усложняется в дальних и особенно «запретных» районах. В этих зонах будут
иметь одинаковые проблемы, как логисты SOF с поддержкой групп спецназа,
так и логисты медицинские, с организацией эвакуации и поставок класса VIII
(медицинские). Точно так же, как в 1990-х годах AFSOC возглавил
организацию легких мобильных хирургических бригад SOF, так и сейчас они
снова выступили с инициативой применения нестандартной авиации. Недавно
они получили в своё распоряжение 859-ю эскадрилью Специальных Операций,
которая «специализируется на проникновении и пополнении Сил специальных
операций во время тайных миссий по всему миру». [166]
Далее, прошли полевые учения USASOC - «Jade Helm» («Нефритовый
шлем»). В рамках многонациональных учений по схемам неконвенционной
войны был создан партизанский госпиталь, вспомогательные и подземные
помещения для оказания медицинской и хирургической помощи раненым
партизанам. Навыки, необходимые для лечения партизан (в основном
хирургические), отличаются от навыков, необходимых для «Золотого часа» (в
основном травматологические). К сожалению, учения были слишком короткие,
чтобы выявить проблемы с навыками длительного ухода. Но, тем не менее, это
был большой шаг вперед, а точнее назад, к самым истокам неконвенционных
войн. [167]
Объединенный Университет Сил Специальных Операций также вносит
свой вклад в грядущие изменения, предлагая пилотный курс «нестандартной
логистики», который « внедряет лучшие практики в критическом
стратегическом мышлении, инновациях, решении проблем, управлении
рисками, переговорах, лидерстве влияния, убедительной коммуникации и
доверии ISO [в поддержку] проведения глобального логистического
обслуживания / поддержки». [168]
Как указано в этой монографии, партизанская доктрина спецназа когда-то
была достаточно сильной, но проиграла в конкурентной борьбе с другими
доктринами, благодаря чему новое руководство стало закрывать глаза на
проблему неконвенционных войн. Ясно, что SOF нуждается в возрождении
доктрины и написании новых полевых руководств. Специальный военный
центр и школа армии США Джона Ф. Кеннеди понял, что они не может
полноценно ответить на запрос о современных руководствах и опубликовал в
2009 году «Руководство для лидеров по неконвенционной войне», в нём
обсуждаются традиционные возможности, которые могут отсутствовать, а
могут « включать в себя медицинскую эвакуацию, непосредственную
авиационную поддержку и непрерывные линии связи». [169]
В этой книге обсуждается необходимость принятия командирами риска
на себя, возникшего по причине децентрализации. Медикам, специалистам по
медицинскому планированию и другим медицинским работникам необходимо
значительно улучшить свою способность объяснять относительность риска
отсутствия «Золотого часа», длительных задержек и нестандартных методов
эвакуаций, чтобы в первую очередь сами командиры понимали этот риск. В
следствии чего, командиры могут попытаться снизить эти риски с помощью
повышения квалификации медиков в области хирургии, более тесного контакта
с передовыми хирургическими бригадами, улучшения навыков стабилизации и
поддержки жизнеобеспечения.
Вопреки продолжающемуся принижению значения доктрины
партизанской / неконвенционной войны, среди публикаций для спецназа
появляется Учебный циркуляр 18-01, опубликованный в 2010 году. Он
называется «Нетрадиционная война спецназа», он предлагает определение
партизанской войны. В нём вновь появляется раздел об организации
медицинской поддержки. Это целый комплекс, в котором указаны медицинские
требования, пункты оказания помощи, партизанская больница и санаторий
(центр реабилитации). В частности, оно предполагает оказание тайной
медицинской помощи мятежникам, партизанам и подпольщикам. [170]
В связи с переменами возникла необходимость в новом оборудовании,
новой доктрине, новых методах ведения дел и длительном уходе на местах. Это
поставит перед нами задачу разработать настоящую медицину поля боя для
спецназа. В ситуации общевойскового боя есть возможность использовать на
поле боя весь медицинский потенциал, что SOF не может и не должен даже и
пытаться делать. По словам действующего, в настоящее время оператора 18D,
сержанта первого класса Пола Лооса:

Медики спецназа раньше всегда выполняли задачи по оказанию


медицинской помощи без хирургической поддержки или надежного
медицинского обеспечения. Этот набор навыков сейчас вышел из
употребления. Устойчивость основных медицинских навыков в спецназе
оказалась проблематичной. [171] Медицина SOF нуждается в обновлении и
переориентации этого набора навыков после четырнадцати лет оказания
неотложной травматологической помощи в развитой медицинской среде,
которая обеспечивала эвакуацию менее 1 часа до окончательного
хирургического вмешательства. К счастью, медицина SOF имеет богатую
историю и большой опыт в решении таких вопросов, как оказание помощи в
отсутствие хирургической поддержки. Ответы нужно искать во временах ко
Второй мировой войны. [172]

12. Технические проблемы, улучшение самообеспечения,


сокращение влияния

Для того чтобы SOF существовали, работали и добивались успеха в


новых условиях на полях сражений двадцать первого века, им потребуются
новые методы, сочетающиеся с проверенными временем партизанскими
уроками, извлеченными из опыта своих предшественников времён Второй
мировой войны. «Золотой час» является всего лишь одним из компонентов
ТССС. Если будущие боевые операции диктуют нам конец «Золотого часа», то
они же требуют не забывать другие уроки, уже усвоенные из ТССС. Они
включают в себя многое. От гипотензивной реанимации до продвинутого
контроля боли, насыщения кислородом с помощью вводимых внутривенно
жидкостей, турникеты, гемостатические повязки и антибиотики. Эти
достижения в области ТССС должны быть сохранены и укреплены. Некоторые
из них могут измениться под влиянием новых научных достижений, другие,
под влиянием проблем, связанных с длительным уходом за пациентами, с
травмами и ранениями на будущих полях сражений в «запретных» зонах,
ограниченных ресурсов и экстремально больших расстояний. Главное, что
нужно сделать, это сохранить и развить прогрессивные достижения, вошедшие
в ТССС эпохи Глобальной войны с терроризмом. [173]
Кроме того, Министерство Обороны должно озаботиться следующими
несколькими конкретными направлениями медицинской деятельности.

1. Командирам подразделений необходимо иметь в своем обязательном


багаже знаний курс по оказанию медицинской помощи и сделать его частью
своей боевой подготовки на регулярной основе. Командир подразделения
должен иметь понимание того, «что же там делают эти медики»? Это должно
стать стандартом в обучении.

2. Протокол ТССС должен стать наконец единственной базовой


медицинской подготовкой для всех офицеров, солдат, моряков, летчиков и
морских пехотинцев, и она должна быть одинаковой для всех служб и
осуществляться с использованием одного и того же оборудования.
3. Объединенная травматологическая система (JTS, Joint Trauma System).
Концепция Объединенной травматической системы заключается в том, что
каждому солдату, матросу, летчику и морскому пехотинцу, раненому на поле
боя или на любом театре военных действий, будет предоставлен оптимальный
шанс на выживание и максимальный потенциал для функционального
восстановления. Задачами её является довести заболеваемость и смертность до
минимально возможного уровня, а также предоставить основанные на
фактических данных рекомендации по травматологической помощи и
травматологическим системам по всему миру.) Система нуждается в поддержке
и развитии и должна иметь прямой доступ к высшему руководству даже в
мирное время. Нужно продолжать устанавливать стандарты ухода на поле боя
на основе своих руководящих принципов клинической практики,
способствовать сбору данных для анализа и рекомендовать темы для
необходимых исследований боевых травм.

4. Даже, несмотря на то, что JTS имеет доступ к медицинским данным и


электронная медицинская статистика пополняется, она по - прежнему
нуждается в данных о погибших в бою и должна продолжать сотрудничать с
Федеральным Управлением медицинской экспертизы для идентификации и
отслеживания.

5. Развивать Инициативу по быстрому полевому движению (RFI. Rapid


Fielding Initiative Программа по разработке, внедрению и поставкам в армию
наиболее передового оборудования и программ обучения на основе анализа
опыта боевых действий в Ираке и Афганистане.) чтобы облегчить быструю
доставку нового медицинского оборудования, а также новейшие пакеты
медицинского обучения и оборудования перед развертыванием TCCC.
Включить отдельные предметы по оказанию первой помощи для всех служб.

6. Для облегчения внедрения новых устройств и лекарств в армию


Администрация по контролю за продуктами и лекарствами (FDA) и Комитет
(CoTCCC / JTS) должны работать в плотном контакте.

7. Медицина является лишь одним из видов поддержки боевой службы и


тесно связана с немедицинской логистикой. Интерес к поддержке SOF в
«запретных» зонах, проявился в ранее упомянутом, новом нестандартном курсе
по логистике в JSOU. Он должен быть расширен, включать в себя медицинское
снабжение классов VIII A и B. Должна быть рассмотрена поддержка дальних
операций, а также вопросы эвакуации. Курс JSOU «Совместная специальная
медицинская ориентация» должен быть увязан как с курсом по логистике, так и
с курсом по оперативному планированию. [174] Монография JSOU
«Повышение устойчивости дальних операций SOF в местности с затрудненным
доступом». Роберта Хэддика, является отличным началом. [175]
8. Обучение неконвенционной и партизанской войне всегда
присутствовало в программе подготовки спецназа. В одно десятилетие оно
было лучше, в другое хуже, но оно было всегда. Периодически вносились
изменения в правила посещения. До начала 1990-х годов медицинские
работники (врачи) могли пройти этот квалификационный курс, но с начала
1990-х, начала 2000-х его могли посещать только офицеры 18A которые
аттестовались как медики и служили в спецназе. К счастью, сейчас изменения
коснулись и этого пункта. Сообщество спецназа должно позаботиться и
обеспечить, чтобы батальонные и групповые хирурги, помощники врача,
ветеринары, стоматологи и сотрудники медицинских операций (специалисты
по медицинскому планированию) полностью осознали то, что происходит на
полях сражений.

9. SOF должны настойчиво искать новые технологии. Миниатюрные 3D


принтеры, которые могут печатать хирургические инструменты, уже есть. [176]
Теперь, необходимы такие же портативные устройства, которые смогут
производить разнообразный набор фармацевтических препаратов по запросу в
партизанском лечебном учреждении. Он должен иметь возможность делать не
только лекарства, но и вакцины и биологические препараты, витамины и
жидкости для внутривенных инъекций, предпочтительно те, которые переносят
кислород. [177]

10. Медицина спецназа должна переосмыслить старые правила полевой


травматологии. Так же, как протокол TCCC пересмотрел акцент на контроле
шейного отдела позвоночника, взятый из ATLS, так и Комитету (CoTCCC) и
SOF необходимо пересмотреть использование крови, кислорода и
антибиотиков. В недавнем исследовании отмечалась «значительная
возможность уменьшить потребность в доставке кислорода в больших
количествах в зону боевых действий» [178]

11. Последнее и самое главное, спецназ должен иметь возможность


получить помощь хирургов как во времена Второй мировой. Новые технологии
должны стимулировать развертывание и оснащение SOF передовыми
хирургическими возможностями, желательно под контролем TSOC или
Объединенной совместной целевой группы по специальным операциям. [179]

Номер 11 в предыдущем списке не является оскорблением обычных


хирургических бригад из всех служб, которые доблестно несли службу в
интересах команд Сил Спецопераций. При надлежащем руководстве и
специализированном дополнительном оборудовании эти группы могут
справиться с некоторыми задачами. Но существующие у них проблемы с
персоналом, оборудованием и их количественным составом вызывают
проблемы в некоторых миссиях. Именно там и потребуются специальные
хирургические бригады SOF.
Кроме того, Министерство Обороны выделяет в качестве медицинской
поддержки групп Сил Спецопераций обычные медицинские команды,
предназначенные для поддержки обычных подразделений. Не берется в расчет
специфика действий SOF и те дополнительные требования, которые возникают
в связи с этим. Личный состав не постоянный, не прошедший переподготовку
или какого-то другого специального обучения.
Этот список можно продолжать и дальше, но закончить его можно
комментариями из «АRSOF 2022» - «Самый критический пробел в арсенале
специальных боевых средств АRSOF – это подготовка миссий UW, наша
способность вести неконвенционные военные действия в «запретных» районах
в течение длительных периодов времени.»
В сфере снаряжения – «Необходимость снижения веса и объёма поставок
может быть обеспечена за счет применения и внедрения новых технологий
такими, например, как сублимированная плазма. Необходимость увеличения
медицинского потенциала, включая создание высокомобильных, легко
масштабируемого состава хирургических бригад, смоделированных по образцу
JMAU.» (Joint Medical Augmentation Unit – Объединенная Медицинская
Усиленная Единица.) [180]
«ARSOF 2022» знаменует возрождение медицины и хирургии в качестве
полноправной составляющей Сил Спецопераций, даёт возможность не быть
просто запоздалой «служебной ответственностью», предоставляемой SOF
соответствующими службами. Нехватка ресурсов в будущих войнах потребует,
чтобы медицина спецопераций в целом стала более органичной и дала
возможность медикам на поле боя делать свое дело более эффективно. Это
достигается плавным включением в структуры управления и планирования
представителей SOF. Медики должны возглавить эту работу в связи с
возникающими потребностями.

13. Выводы

Чтобы действовать эффективно во время проведения специальных


операций в «запретных» районах гипер-распределенных полей сражений,
медицина Сил Спецопераций должна гармонично объединить доктрину и
достижения в партизанской медицине бойцов УСС времён Второй мировой с
современной доктриной CoTCCC и современными технологиями. Независимо
от того, возникает ли фактор «запретных» районов из–за слишком больших
расстояний развертывания в нулевой фазе мирного времени или миссия FID
проводится в районе с активно действующими вражескими силами, имеющими
превосходство в воздухе во время войны, для медицины не должно быть
никакой разницы.
Некоторые зачатки новой доктрины появляются в публикации «Joint
Publication 3-05, Special Operations» в 2014 году. В нем говорится о
медицинской поддержке в неконвенционных войнах следующее:

Медицинские группы, поддерживающие силы Сопротивления,


участвующие в неконвенционной войне, должны быть мобильными, быстро
реагировать на ситуацию, проводить эффективную профилактику болезней и
качественную реабилитацию больных и раненых для возвращения их в строй.
Но маловероятно, что движение Сопротивления будет иметь безопасный
тыл, где можно спокойно проводить лечебные мероприятия. Поэтому,
медицинский персонал должен создать и обслуживать пункты сбора
пострадавших и готовить их дальнейшую эвакуацию. [181]

Случаи ранений будут менее частыми, чем во время Глобальной войны с


терроризмом, но даже одна травма потребует полного внимания докторов или
санитаров для ухода за пострадавшим в течение довольно длительного периода.
Высокорисковый характер таких операций в «запретных» районах и их сложная
медицинская поддержка потребуют серьезного планирования, сотрудничества
между хирургами подразделений и экспертами по планированию. При этом,
нужно помнить, что степень риска не всегда может быть снижена.
Командиры хорошо знакомы с управлением рисками и при
необходимости смогут справиться с подобными задачами. Медики должны
учиться говорить с командиром на одном языке, чтобы адекватно передать свои
соображения относительно медицинских рисков. Солдаты-медики часто
бывают не слишком убедительными или заранее демонстрируют уверенность в
провале миссии. Поскольку речь идет о жизни и смерти, это обходится
слишком дорого. В то же время, им часто удается добиться успеха и без всякой
доктрины, но какой ценой... Эта тенденция фактически работает против них.
Командование чаще смотрит на финансирование и личный состав, поскольку
это те две позиции, из-за которых, скорее всего миссия прошла неудачно. И
именно они в дальнейшем, скорее всего, получат дополнительную поддержку в
виде финансирования и дополнительного персонала. Медики же, не потерпев
неудачи, остаются незамеченными.
Современное поле боя будет иметь более сложную медицинскую
инфраструктуру, чем раньше. Как свидетельствует нынешняя гражданская
война в Сирии, в настоящее время в таких войнах активно участвуют
многочисленные неправительственные и частные добровольческие (PVO/
NGO), а также другие медицинские организации. Этот разнообразный спектр
медицинских услуг может быть использован для лечения и госпитализации
членов Сопротивления. Однако, как и во французском опыте Второй мировой
войны, правительственные службы безопасности могут серьезно этому
помешать, задерживая членов Сопротивления и получая от них информацию.
Другой фактор, появившийся в последнее время, это то, что противник
слишком часто рассматривает представителей и медицинский персонал этих
неправительственных организаций в качестве обычных целей. По данным
организации «Врачи без границ», нападения на больницы и гуманитарных
работников быстро становятся новой нормой. [182]
Главный секрет успеха медицины спецназа в будущих миссиях
покоится на правильной военной доктрине в сочетании с самыми
новейшими технологиями в области травматологии, расширенной
сестринской помощью, и возможно, периодом ухода за ранеными
представителями местного населения, а так же, творческого подхода к
эвакуации. Все будет кардинально отличаться от стандартов «Золотого
часа» времён Глобальной войны с терроризмом. Сегодняшняя медицина
намного сложнее и сильнее зависит от наличия различного оборудования,
чем когда-либо прежде. Все должны понимать, что условия партизанской
войны могут потребовать более простых методов. SOF не всегда может
вывезти клинику Майо на поле боя. (Клиника Майо, это крупнейший в
мире частный медицинский исследовательский центр.)

Приложения.

Обязанности сержанта – медика (18D)

Из отчета по оценке сержантского состава - Noncommissioned Officer


Evaluation Report (NCOER).
Контролирует и управляет полевой медицинской деятельностью в
обстановке обычной или нетрадиционной войны.
Консультирует командира отряда и обеспечивает тактическое и
техническое руководство, работая с местным и союзным персоналом.
Отвечает за планирование, выполнение и контроль перекрестного
обучения членов отряда медицинским навыкам.
В условиях нетрадиционной войны инструктирует медицинский
персонал; управляет партизанскими больницами и полевыми эвакуационными
сетями; координирует работу, взаимодействие и деятельность медицинских
учреждений в зоне действия; управляет полевой клиникой до батальонной
включительно и обеспечивает ее административную и материально-
техническую поддержку.
Устанавливает базовый запас предметов медицинского назначения и
оборудования с использованием внутренних или внешних поставок.
Отвечает за хранение, охрану и распределение этих
предметов. Координирует ветеринарное обучение, а когда необходимо и
поддержку в области, требующей использования животных.
Список сокращений

ACLS Advanced Cardiac Life Support-Расширенная поддержка сердечно -


сосудистой системы
AFSOC Air Force Special Operations Command - Командование Специальных
Операций ВВС США
AMEDD Army Medical Department - Медицинский Департамент Армии США
ATLS Advanced Trauma Life Support - -Расширенная поддержка
пострадавших при травме
BLS Basic Life Support CF conventional forces - Базовая поддержка жизни
(набор базовых знаний по оказанию первой помощи для ВС США). помощью
CASEVAC - воздушный транспорт, не имеющий медицинского оборудования,
но заранее назначенный для эвакуации пострадавших. Является частью
медицинской поддержки конкретной миссии в случае отсутствия MEDEVAC.
CIDG Civilian Irregular Defense Groups - Гражданские Нерегулярные Группы
Обороны. Американская программа создания местных отрядов самообороны в
Южном Вьетнаме.
CoTCCC Committee on Tactical Combat Casualty Care - Комитет по
тактической боевой помощи пострадавшим.
DA direct action - Миссия, целью которой являются диверсии и убийства.
DO – Докторская степень медика практикующего остеопатическую медицину.
DOD Department of Defense - Министерство Обороны США.
DOS Department of State - Государственный департамент США.
FDA Food and Drug Administration - Администрация по контролю за
продуктами и лекарствам.
FID foreign internal defense – Миссия, целью которой является борьба с
реальным или угрожаемым мятежом в иностранном государстве.
GMO general medical officer - Старший медицинский офицер.
GW guerrilla warfare - Партизанская война.
GWOT Global War on Terrorism - Глобальная Война с Терроризмом.
ICU Intensive Care Unit - Отделение интенсивной терапии.
JCS Joint Chiefs of Staff - Объединённый Комитет Начальников Штабов
JMAU Joint Medical Augmentation Unit – Объединенная Медицинская
Усиленная Бригада.
JTS Joint Trauma System - Объединенная травматологическая система.
JSOMTC Joint Special Operations Medical Training Center - Объединенный
учебный центр медицины спецопераций
MD – Докторская степень медика практикующего аллопатическую медицину.
MEDEVAC – Воздушный транспорт, основной задачей которого является
транспортировка пострадавших. Имеют на борту соответствующее
оборудование.
MFST Mobile Forward Surgical Team - Мобильная передовая хирургическая
команда.
NGO non-governmental organization - Неправительственная организация.
PVO private volunteer organization - Частная волонтерская организация.
OSS Office of Strategic Services - Управление Стратегических Служб США
времён войны.
PHTLS Pre-hospital Trauma Life Support - Доврачебная помощь
пострадавшим при травме.
RFI Rapid Fielding Initiative - Инициатива по быстрому полевому движению.
Программа по разработке, внедрению и поставкам в армию наиболее
передового оборудования и программ обучения на основе анализа опыта
боевых действий в Ираке и Афганистане.
SECDEF Secretary of Defense - Министр Обороны США.
SAF Special Action Forces (SF special forces) – Силы Специального
Назначения ВС США. Существовали в 60-70 годы. Их задачей являлась борьба
с повстанцами в странах Третьего мира.
SFQC Special Forces Qualification Course - Квалификационный курс
спецподготовки.
SFMS Special Forces Medical Sergeants - Сержантская школа медиков Сил
Спецопераций (18Ds)
SOCCENT Special Operations Command Central - Центральное командование
Спецопераций
SOCM Special Operations Combat Medic - Военный медик Сил Спецопераций
SOE Special Operations Executive - разведывательно-диверсионная служба
Великобритании времен войны.
SOF Special Operation Forces - Силы Специальных Операций.
SOSTs Special Operations Surgical Teams - Хирургические команды
специальных операций.
SR Special Reconnaissance – миссия, целью которой является стратегическая
глубинная разведка.
SWCS U.S. Army John F. Kennedy Special Warfare Center - Специальный
учебный центр Армии Соединенных Штатов им. Джона Ф. Кеннеди.
TSOC Theater Special Operations Command - Командование Специальных
Операций на географическом театре военных действий.
USASOC United States Army Special Operations Command – Центральное
Командование Специальных Операций.
USSOCOM United States Special Operations Command – Командование
Специальных Операций ВС США.
UW unconventional warfare - Неконвенционная война. Мероприятия,
проводимые для содействия движению Cопротивления или мятежникам для
принуждения, разрушения, свержения правительства или оккупационного
режима, действуя через скрытую, вспомогательную и вооруженную силу в
регионе.
18А – Офицер, в звании не ниже капитана. Командир группы «А». Помимо
непосредственного руководства группой во время проведения миссии, отвечает
за её планирование и координацию действий спецназа.
18D - медик спецназа в звании сержанта.
Список использованных источников

1. Said to the author while he was the USSOCOM Command Surgeon in 2008.
(Фраза была адресована автору, когда он служил главным хирургом Штаба Сил
Спецопераций США в 2008 году.)

2. Richard A. Gabriel and Karen S. Metz, A History of Military Medicine, Volume II:
From the Renaissance Through Modern Times (New York, NY: Greenwood Press,
1992), 157–163. (Ричард А. Габриэль и Карен С. Мец, «История военной
медицины», том 2).

3. «Secret American Commandos Hid Out in Cold War Berlin. Special troopswould
have spied on the Soviets». Accessed 14 August 2016,
https://warisboring.com/secret-american-commandos-hid-out-in-berlin-during-the-
cold-warb1f79b14ff00#.swsc0jl9q. («Секретные американские коммандос
скрывались в Берлине времен Холодной войны»)

4. Robert M. Gates, Duty: Memoirs of a Secretary at War (New York, NY: Random
House, 2014), 304–305. (Роберт М. Гейтс, «Мемуары военного министра»)

5. «Remember Jade Helm 15, the controversial military exercise? It’s over».
Accessed 14 August 2016.
https://www.washingtonpost.com/news/checkpoint/wp/2015/09/14/remember-jade-
helm-15-the-controversial-military-exercise-its-over/. («Помните Jade Helm 15. Эти
спорные военные учения? Все кончено». По состоянию на 14 августа 2016
года.)

6. Conversation with SFC (Ret.) Ron Lynch about Jade Helm. SFC Lynch helped set
up the guerrilla hospital in Texas. (Разговор с сержантом первого класса (в
отставке) Роном Линчем об учениях Jade Helm. Он помогал создавать
партизанский госпиталь в Техасе.)

7. Last accessed 5 December 2016, http://prolongedfieldcare.org/.

8. United States War Department, The War of the Rebellion: A Compilation of the
Official Records of the Union and Confederate Armies (Washington, D.C.,
Government) (из архива приказов времен Гражданской войны в США.)

9. Russ S. Kotwal, Harold R. Montgomery, Bari M. Kotwal, Howard R. Champion,


et al., «Eliminating Preventable Death on the Battlefield», Archives of Surgery
146(2011): 1350–1358. (Русс С. Котвал, Гарольд Р. Монтгомери, Бари М.
Котвал, Говард Р. Чампион, «Устранение предотвратимой смерти на поле боя»)
10. Barry Jason Stein, U.S. Army Heraldic Crests: A Complete History of Authorized
Distinctive Unit Insignia (South Carolina: The University of South Carolina Press,
1992), 198, 316.). (Барри Джейсон Стейн, «Американские геральдические гербы
в армии: полная история авторизованных символов: Отличительные знаки»)

11. The author’s personal experiences as SOCCENT Command Surgeon, 2009-2013.


(Вывод основан на личном опыте автора, как Главного хирурга Центрального
Командования Специальных операций в 2009-2013 годах).

12. Colin Scott Dafoe, «Experiences of a British Medical Officer in Yugoslavia»,


Report of the Inter-Allied Conferences on War Medicine (January 1945), 374.
(Колин Скотт Дафо, «Опыт британского врача в Югославии» Отчет
межсоюзнических конференций по военной медицине. январь 1945 г.), 374

13. United States Army John F. Kennedy Special Warfare Center and School,
«ARSOF2022», Special Warfare 26, no. 2 (April–June 2013), 13. Available
http://www.soc.mil/Assorted%20Pages/ARSOF2022_vFINAL.pdf. (Учебный центр
специальных операций им. Дж.Ф. Кеннеди «ARSOF 2022», Special Warfare 26,
№ 2 Апрель-Июнь 2013).

14. Ibid. (Там же.)

15. The author’s personal experience at USASOC at the start of the GWOT in 2001.
(Личный опыт автора, приобретенный им в 2001 году.)

16. «ARSOF 2022», 13.

17. William Stevenson. The Ghosts of Africa (New York: Harcourt, 1980). (Вильям
Стивенсон. «Призраки Африки».).

18. «Hugh Cairns (surgeon)» accessed 12 August 2016,


https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Cairns_(surgeon). («Хью Кэрнс (хирург)»,
получено 12 августа 2016 года.)

19. Paul von Lettow-Vorbeck, Meine Erinnerungen aus Ostafrika (Leipzig:


Verlagvon K. F. Koehler, 1921); Paul von Lettow-Vorbeck, My Reminiscences of
EastAfrica (Nashville, TN: Battery Classics, 1990). (Пауль фон Леттов-Форбек,
«Мои воспоминания о Восточной Африке»).

20. Walther Dobbertin, Die Soldaten Lettow-Vorbecks. Ein Buch von


deutschemWehrwillen und deutscher Waffenehre (Wiedenhof-Bucchholz: Harburg,
1932). (Волтер Доббертин. «Солдаты Леттов-Форбека. Книга о немецком
оружии и немецких вооруженных силах»).
21. Helmuth Stoecker, German Imperialism in Africa: From the Beginnings until the
Second World War (London: C. Hurst and Company, 1986), 279. (Гельмут Штекер,
«Германский империализм в Африке: от рождения и до Второй мировой
войны»).

22. Edwin Guerilla Hoyt, Colonel von Lettow-Vorbeck and Germany’s East African
Empire (New York: Macmillan Publishing Co. Inc., 1981), 93. (Эдвин Партизан
Хойт, «Полковник фон Леттов-Форбек и Германская восточноафриканская
Империя»).

23. Ibid, 196. (Там же.)

24. Ludwig Deppe, Mit Lettow-Vorbeck durch Afrika (August Scherl: Berlin, 1919).
(Людвиг Деппе, «С Леттов-Форбеком через Африку»)

25. Paul von Lettow-Vorbeck, My Reminiscences of East Africa, 25. (фон Леттов-
Форбек, «Мои воспоминания о Восточной Африке»)

26. Thomas Crowson, When Elephants Clash: A Critical Analysis of General Paul
Emil von Lettow-Vorbeck in the Great War (Fort Leavenworth, KS: U.S. Army
Command and General Staff College, 2003), 66–67. (Томас Кроусон, «Когда
трубят слоны: критический анализ генерала Пауля фон Леттов-Форбека в
Великой войне»)

27. Edward Paice, World War I: The African Front (New York, NY: Pegasus Books,
2008), 131–132, 304. (Эдвард Пейс, «Первая мировая война: Африканский
фронт»)

28. «Guerilla by Edwin» P. Hoyt 174. (П. Хойт. «Партизанская война Эдвина»)

29. von Lettow-Vorbeck, My Reminiscences of East Africa, 259. (фон Леттов-


Форбек, «Мои воспоминания о Восточной Африке»)

30. Paice, World War I: The African Front, 372, 395. (Пайс. «Первая мировая:
Африканский фронт»)

31. Kenneth P. Adgie, Askaris, Asymmetry, and Small Wars: Operational Art and
the German East African Campaign, 1914–1918 (Fort Leavenworth, KS: U.S. Army
Command and Staff College, 2001), 2. (Кеннет П. Адджи, «Аскари, асимметрия и
Малые войны: оперативное искусство и Немецкая Восточноафриканская
кампания, 1914-1918»)

32. G. Nikolis, «The medical service in the fourth offensive», Military Medical and
Pharmaceutical Review (1946), 207. (Г. Николиш, «Медицинская служба в
четвертом наступлении»).
33. Josip Broz Tito, The Creation and Development of the Yugoslav Army
(Belgrade,Yugoslavia: Central Political Department of the Yugoslav Army, 1949),
236.( Броз Тито «Создание и развитие югославской армии»)

34. Dorde Dragic, Partisan Hospitals in Yugoslavia 1941–1945 (Belgrade,


Yugoslavia: Military Printing House; 1966), 66–67. (Джорде Драгич
«Партизанские больницы в Югославии 1941-1945 годах»)

35. Ibid., 81–83. (Там же.)

36. Ibid., 66–67. (Там же.)

37. Ibid., 93–109. (Там же.)

38. Ibid., 81–83 (Там же.)

39. Dafoe, Experiences of a British Medical Officer in Yugoslavia, 373-374; and J.


W. Hirst, «An account of the Medical Services of the National Liberation Army
of Yugoslavia and of the R.A.M.C. Assistance Given to It», Journal of the Royal
Army Medical Corps 84 (January 1945), 105-114. (Дефо. «Опыт британского врача
в Югославии, 373-374; Дж.Херст «Отчет о медицинских услугах национально-
освободительной армии. О Югославии и о помощи, оказанной ей Королевской
армией»)

40. Doris M. Condit, Case Study in Guerrilla War: Greece During World War II
(Washington, D.C.: Special Operations Research Office, The American University)
(Дорис М. Кондит, «Тематическое исследование о партизанской войне: Греция
во время Второй мировой войны»)

41. Brian Jeffrey Street, The Parachute Ward: A Canadian Surgeon’s Wartime
Adventurein Yugoslavia (Toronto, Canada: Lester and Orpen Dennys Publishers,
1987), 88–91. (Брайан Джефри Стрит «Парашютная палата: Военные
приключения канадского хирурга в Югославии»)

42. Hirst, «Medical Services of the National Liberation Army of Yugoslavia», 105–
114 and Condit, Case Study in Guerrilla War: 154–155.
(Херст «Медицинские службы национально-освободительной армии
Югославии»)

43. Dorde Dragic, personal note written to Colin Scott Dafoe in the beginning
ofPartisan Hospitals of Yugoslavia, October 10, 1966. Author’s private collection. ,
(Джорд Драгич, Личная запись, сделанная Колину Скотту Дефо на титульном
листе книги «Партизанские больницы Югославии», 10 октября 1966 года.
Частная коллекция автора.)

44. Izidor Paро. «The Organization of Surgical Care in the Partisan War in
Yugoslavia and Aspects Relevant to Training of Surgeons for Modern Warfarе» The
Journal of Trauma (January 1988): S170–174. (Исидор Папо «Организация
хирургической помощи в условиях партизанской войны в Югославии и
аспекты, имеющие отношение к подготовке хирургов для современной войны»)

45. Anthony Cave Brown, The Secret War Report of the OSS (New York: Berkley
Publishing, 1976), 128–132. (Энтони Кейв Браун, «Отчет о секретных операциях
УСС»)

46. EMFFI Operational Brief No.3, dated 8 August 1944, Operation ANTAGONIST,
and report of CPT FB Agee, Jr., dated 5 September 1944. RG 226, Entry 148, Box
83, Folder 1205 (Loc: 190/8/28/7). Author’s private collection. Obtained from the
late LTC Ian Sutherland, author of Special Forces of the United States Army 1952–
82. (Оперативная сводка EMFFI № 3 от 8 августа 1944 года, операция
«АНТАГОНИСТ», Авторская частная коллекция.)

47. Geoffrey Parker, The Black Scalpel: A Surgeon with the S.O.E. (London: Kimber,
1968), 36. (Джеффри Паркер, «Черный Скальпель: Хирург из S.О.Е.»)

48. Joseph E. Persico, Piercing the Reich: The Penetration of Nazi Germany by
American Secret Agents During World War II (New York: Barnes and Noble Books,
1996). (Джозеф Персико «Пронзенный рейх: проникновение в нацистскую
Германии американских секретных агентов. Агенты во время Второй мировой
войны»)

49. Aaron Bank, From OSS to Green Berets: The Birth of Special Forces (Novato,
California: Presidio Press, 1986), 51–52. (Аарон Бэнк, «От УСС до Зеленых
беретов: рождение специальных сил»)

50. Ian Dear, Sabotage and Subversion: The SOE and OSS at War (London: Cassell.
1996). (Ян Диар, «Саботаж и диверсии. SOE и OSS на войне»)

51. Donald W. Fiske, Eugenia Hanfmann, Donald W. MacKinnon, James G. Miller,


H. A. Murray, Selection of Personnel for Clandestine Operations: Assessment of Men
(Laguna Hills, CA: Aegean Park Press, 1996). (Дональд У. Фиске, Ханфманн
Евгения, Дональд У. Маккиннон, Джеймс Г. Миллер, Х. А. Мюррей, «Отбор
персонала для тайных операций: Оценка людей»)

52. R. Moyers, «Medical Service with Guerrilla Troops», Bulletin of the U. S. Army
Medical Department IX (9), (September 1949): 773–776. (Р. Мойерс,
«Медицинская служба в партизанских отрядах»)
53. Cecil B. Currey, Edward Lansdale. The Unquiet American (Washington, D.C.:
Brassey’s Inc., 1998), 25. (Сесил Б. Каррей, Эдвард Лансдейл. «Неспокойный
американец»)

54. Ray C. Hunt and Bernard Norling, Behind Japanese Lines: An American
Guerrilla in the Philippines (Lexington: University Press of Kentucky, 2000). (Рэй
С. Хант и Бернард Норлинг, «На японском фронте: Американские партизаны на
Филиппинах»)

55. Theresa Kaminski, Angels of the Underground: The American Women Who
Resisted the Japanese in the Philippines in World War II (London, UK: Oxford
University Press, 2015). (Тереза Камински, «Ангелы подземелья: американские
женщины. Кто сопротивлялся японцам на Филиппинах во Второй Мировой
войне»)

56. Edwin Price Ramsey and Stephen J. Rivele, Lieutenant Ramsey’s War: From
Horse Soldier to Guerrilla Commander (Washington, D.C.: Brassey’s Inc., 1990).
(Эдвин П. Рэмси «Война лейтенанта Рэмси: от кавалериста до партизанского
командира.»)

57. Author’s personal recollections of attended talk in 2001. (Личные воспоминания


автора о посещенных выступлениях в 2001 году.)
58. Bernard Norling, The Intrepid Guerrillas of North Luzon (Lexington: University
Press of Kentucky, 1999), 46; E. Jacobs, 2A medical memoir of MacArthur’s First
Guerrilla Regiment”. Military Medicine 144 (June 1979), 402–405, 447. (Бернард
Норлинг, «Бесстрашные партизаны Северного Лусона» 2, Э. Джейкобс,
«Медицинские воспоминания о первом партизанском полку Макартура»)

59. Albert E. Cowdrey and Mary Ellen Condon-Rall, The Medical Department:
Medical Service in the War Against Japan (Washington, D.C.: Center of Military
History, 1998), 353. (Альберт Э. Каудри и Мэри Эллен Кондон-Ралл,
«Медицинский отдел: Медики в войне против Японии»)

60. Jacobs, “A medical memoir of MacArthur’s First Guerrilla Regiment,” 402–405.


(Якобс, «Медицинские мемуары Первого партизанского полка Макартура»)

61. F. Spencer Chapman, The Jungle is Neutral (London: The Reprint Society, 1949).
(Ф. Спенсер Чепмен, «Джунгли нейтральны».1949)

62. John A. Nagl, Counterinsurgency Lessons from Malaya and Vietnam: Learning
to Eat Soup with a Knife (Westport, Connecticut: Praeger Publishers, 2002). (Джон
А. Нагл, «Уроки борьбы с повстанцами в Малайзии и Вьетнаме: как научится
есть суп ножом»)
63. Richardson Hal, One-Man War: The Jock McLaren Story (Melbourne, Australia:
Angus and Robertson, 1957), 120–123. (Ричардсон Хал, «Война одного человека:
История Джока Макларена»)

64. Ed Evanhoe, Eighth Army Special Operations in the Korean War (Annapolis,
MD: Naval Institute Press, 1995). (Эд Эванхо, «Спецоперация 8-й армии в
Корейской войне»)

65. Peter Grose, Operation Rollback: America’s Secret War Behind the Iron Curtain
(Boston: Houghton Mifflin, 2000). (Питер Гроуз. «Операция «Откат»: секретная
война Америки за железным занавесом»)

66. Gordon M. Patric, The Vietnams of the Green Berets (Gordon M. Patric, 1969),
228–229. (Гордон М. Патрик, Вьетнам «зеленых беретов»)

67. Sidney Shachnow and Jann Robbins, Hope and Honor (New York, NY: Forge
Books, 2006), 350–359. (Сидни Шахнов и Янн Роббинс, «Надежда и Честь»)

68. James Stejskal, Special Forces Berlin: Clandestine Cold War Operations of the
U.S. Army’s Elite (Philadelphia: Casemate, 2017). (Джеймс Стейскал. «Спецназ
Берлина, Тайны холодной войны и операции элиты армии США»)

69. Ken Connor, Ghost Force: Secret History of the SAS (London: Orion, 1999),
445–446. (Кен Коннор, «Невидимые Силы: Секретная История САС»)

70. «SAS unit played dumb behind the Iron Curtain». accessed 29 March 2017,
http://www.thetimes.co.uk/article/sas-unit-played-dumb-in-secret-cold-war-
missionrvb9sqlp9. («Подразделение SAS притворилось немым за железным
занавесом»)

71. Douglаs A. Livermore, Time for a New Lodge Act, The Drop, Winter 2016,
30–43. (Дуглас А. Ливермор, «Время закона Новой ложи», 2016)

72. Litopys UPA - Chronicle of the Ukrainian Insurgent Army, InfoUkes -


Information Resource About Ukraine and Ukrainians, accessed August 21, 2016,
http://www.infoukes.com/upa/. («Литопись УПА-Хроника Украинской
повстанческой армии»)

73. LITOPYS UPA - Series 1 Volume 23, InfoUkes - Information Resource About
Ukraine and Ukrainians, accessed 21 August 2016,
http://www.infoukes.com/upa/series01/vol23.html.
74. K.V. Tauras, Guerrilla Warfare on the Amber Coast (New York: Voyages Press,
(К. В. Таурас. «Партизанская война на Янтарном побережье»)

75. Grose, Operation Rollback. (Грос. Операция «Откат»)

76. Dafoe. «Experiences of a British Medical Officer in Yugoslaviа» (Дафо. «Опыт


британского медика в Югославии»)

77. Ernesto Che Guevara, Reminiscences of the Cuban Revolutionary War (New
York: Ocean Press, 1968), 50. (Э. Че Гевара «Воспоминания о партизанской
войне на Кубе»)

78. Mao Tse-tung and Samuel B. Griffith, On Guerrilla Warfare (Urbana, Illinois:
University of Illinois Press, 2000). (Мао Цзэдун и Сэмюэль Б. Гриффит, «О
партизанской войне»)

79. Franklin Mark Osanka, Modern Guerrilla Warfare: Fighting Communist


Guerrilla Movements 1941–1961 (New York: Free Press, 1962). (Франклин Марк
Осанка, «Современная партизанская война: Борьба с коммунистическим
партизанским движением 1941-1961 гг.»)

80. Ibid., 369–370. (Там же.)

81. Tse-tung and Griffith, On Guerrilla Warfare, appendix, tables 1–4. (Цзэдун и
Гриффит, «О партизанской войне», приложение, таблицы 1-4)

82. Accessed 21 November 2005, http://www.medical post.com/mpcontent/article.


jsp?content=/content/.

83. Ed Evanhoe, Eighth Army Special Operations in the Korean War, 145–150. (Эд
Эванхо, «Специальные операции 8-й армии в Корейской войне».)

84. Ibid., 88. (Там же.)

85. Don M. Snider, Lloyd J. Matthews, Jim Marshall and Fred Franks, The Future
ofthe Army Profession (Boston: McGraw-Hill, 2005). (Дон М. Снайдер, Ллойд Дж.
Мэтьюз, Джим Маршалл и Фред Фрэнкс, «Будущее военной профессии»)

86. Cowdrey and Condon-Rall, The Medical Department, 356. (Каудри и Кондон-
Ралл, «Медицинский отдел».)

87. Michael McClintock, Instruments of Statecraft: U.S. Guerrilla Warfare,


Counterinsurgency, and Counterterrorism 1940–1990 (New York: Pantheon
Books,1992), 28. (Майкл Макклинток, «Инструменты государственного
управления: партизанская война США, борьба с повстанцами и борьба с
терроризмом 1940-1990»)

88. Greg E. Metzger, Unconventional Warfare: A Mission Metamorphosis for the


21st Century? (Maxwell AFB, AL: School of Advanced Airpower Studies, Air
University, 2000). (Грег Э. Мецгер, «Нетрадиционная война: метаморфоза
миссии для 21 века»)

89. Dwight R. Wade and John F. Erskine, «The Medical Support of Guerrilla
Forces», Military Medicine 134 (March 1969), 211–214. (Дуайт Р. Уэйд и Джон Ф.
Эрскин «Медицинская поддержка партизанских сил»)

90. Tito, The Creation and Development of the Yugoslav Army, 236. (Тито,
«Создание и развитие югославской армии»)

91. Bank, From OSS to Green Berets, 51–52. (Бэнк. «От УСС до Зеленых
беретов»)

92. Boyatt M. «Special Forces: Who are we and what are we?» 11(3) Special
Warfare (1998), 36–37. 92. (Боят М. «Спецназ: кто мы и что мы?»)

93. McClintock, Instruments of Statecraft, 32. (Макклинток, «Инструменты


государственного управления»)

94. Department of the Army, Field Manual 100-25, Doctrine for Army Special
Operations Forces (Washington, D.C.: The United States Government Publishing
Office, 1 August 1999), 1–10. (Полевое руководство 100-25, Доктрина для
армейских специальных операций)

95. Charles M. Simpson III and Robert B. Rheault, Inside the Green Berets: The First
Thirty Years, A History Of the U.S. Army Special Forces (Novato, CA: Presidio
Press, 1983), (Чарльз М. Симпсон III и Роберт Б. Рео, «Зеленые береты изнутри:
первые тридцать лет, история спецназа армии США»)

96. Dan Crosswell, The Chief of Staff: The Military Career of General Walter Bedell
Smith (New York: Greenwood Press, 1991), (Дэн Кроссвелл, «Начальник штаба:
военная карьера генерала Уолтера Беделла Смита»)

97. George Metcalf, «Offensive Partisan Warfare» Military Review (April 1952), 54.
(Джордж Меткалф, «Наступательная Партизанская Война»)

98. Colonel R. W. Volckmann, Department of the Army Field Manual 31-21:


Organization and Conduct of Guerrilla Warfare (Washington, D.C.: U.S.
Government Printing Office, 5 October 1951), 2, quoted Tone, «Unconventional
Warfare: Core Purpose of Special Forces» Special Warfare 12, no. 3 (Summer 1999),
4. (полковник Р.В. Фольксманн, раздел Полевого устава 31-21: Организация и
ведение партизанской войны.)

99. Department of the Army, Field Manual 31-21, Jungle Operations (Washington,
D.C.: The United States Government Publishing Office, December 1941)
(Армейский департамент, «Полевое руководство 31-21. Операции в
джунглях».)

100. Dixee Bartholomew-Feis, The OSS and Ho Chi Minh. Unexpected Allies in the
War Against Japan (Laurence, KS: Kansas University Press, 2006). (Дикси
Бартоломью-Фейс, «УСС и Хошимин. Неожиданные союзники в войне против
Японии».)

101. Department of the Army, Field Manual 31-21, Jungle Operations (Washington,
D.C.: The United States Government Publishing Office, December 1951), 136–137.
(Армейский департамент, «Полевое руководство 31-21. Операции в
джунглях».)

102. For the Ukrainian see: http://www.infoukes.com/upa/; http://www.infoukes.


com/upa/series01/vol23.html, (Retrieved 21 November 2005). Ripeckyi M. UPA
Medical Services. Toronto: Litopys UPA; 1992. For the Yugoslavian: Dragic D. 29.
For the Ukranian see, “LITOPYS UPA - Series 1 Volume 23,” InfoUkes -
Information Resource About Ukraine and Ukrainians, accessed 21 November 2005,
http://www.infoukes.com/upa/series01/vol23.html and Modest Ripeckyj, ed., UPA
Medical Services (Toronto: LITOPYS UPA, 1992). For the Yugoslavian see, Dragic,
Partisan Hospitals, (По Украине см: http://www.infoukes.com/upa/; http://www - ...
infoukes. com / upa / series01 / vol23.html, (Retrieved 21 November 2005).
Рипецкий М. «Медицинская служба УПА». «Летопись УПА»; 1992. По
Югославии: Драгич Д.)

103. Department of the Army, Field Manual 31-21, (1951), 25. (Армейский
департамент. Полевое руководство 31-22)

104. Department of Defense, Joint Publication 3-05, Special Operations (Washington,


D.C.: Joint Chiefs of Staff, April 1998), V-6; Department of Defense, Joint Publica-
tion 4-02, Doctrine for Health Service Support in Joint Operations (Washington,
D.C.: Joint Chiefs of Staff, July 2001). (Доктрина поддержки служб
здравоохранения в совместных операциях. Вашингтон, D.C Объединенный
комитет начальников штабов, июль 2001 года.)

105. Bank, From OSS to Green Berets, 51–52. (Бэнк. «От УСС до Зеленых
беретов».)
106. Ibid., 138. (Там же)

107. Leonid D. Grenkevich, The Soviet Partisan Movement 1941–1944 (London:


Frank Cass, 1999), 197–198. (Л.Д. Гринкевич, «Советское партизанское
движение 1941-1944».)

108. Papo, “The Organization of Surgical Care;” Ripeckyj, UPA Medical Services,
271–96; Dragic, Partisan Hospitals, 80–101. (Папо, «Организация хирургической
помощи», Репицкий «Медицинская служба УПА, UPA Medical, Драгич
«Партизанский госпиталь».)

109. Department of the Army, Field Manual 31-21, (1951), 138–140. (Армейский
департамент. Полевое руководство 31-22)

110. Dragic, Partisan Hospitals, 65–80. (Драгич. «Партизанский госпиталь».)

111. Street, The Parachute Ward, 88–91. (Стрит. «Парашютная палата».)

112. Lindsay Rogers, Guerilla Surgeon. A New Zealand Surgeon’s Wartime


Experiences with the Yugoslav Partisans (London: Collins, 1957), 41. (Линдсей
Роджерс, «Военный опыт новозеландского хирурга с югославскими
партизанами».)

113. Department of the Army, Field Manual 31-21 (1951), 143. (Армейский
департамент. Полевое руководство 31-22)

114. Department of the Army, Field Manual 31-21 (1951), 144–145. (Армейский
департамент. Полевое руководство 31-22)

115. Author’s personal experience, Task Force Dagger North, December 2001–
January 2002. (Личный опыт автора. Оперативная группа «Кинжал Севера».)

116. Major Allison Thomas was greeted with the banner, «Welcome to Our
American Friends». when he parachuted into Vietnamese General Vo Nguyen Giap’s
camp in 1945, quoted in Harry Maurer’s Strange Ground: Americans in Vietnam,
1945–1975, an Oral History, 1945–1975 (New York: Henry Holt and Company,
1989), 29. (Майор Эллисон Томас в 1945 году был сброшен на парашюте в
лагерь вьетнамского генерала во Нгуена Гиапа. Встреча прошла под лозунгом
«Добро пожаловать, наши американские друзья!» цитата из книги Гарри
Маурера «Чужая земля: американцы во Вьетнаме 1945-1975».)

117. Bartholomew-Feis, The OSS and Ho Chi Minh. (Варфоломей Фейс, «УСС и
Хошимин».)
118. Ibid., 32–33. (Там же.)

119. Mark D Boyatt, Special Forces: A Unique National Asset «through, with and
by» (Denver, CO: Outskirts Press, 2016), 263–264. (Марк Бойатт, «Спецназ:
уникальное национальное достояние».)

120. Department of the Army, Field Manual 31-22, U.S. Army Counterinsurgency
Forces (Washington, D.C.: Department of the Army, August 1963), 15–16.
(Армейский департамент. Полевое руководство 31-22, Контрпартизанские
действия армии США.)

121. Mark D Boyatt, Special Forces: A Unique National Asset «through, with and
by» (Denver, CO: Outskirts Press, 2016), 416-425.

122. The author’s personal experience as an A-Team medic, Company E, 7th Special
Forces Group (Airborne) Fort Bragg, North Carolina, August 1968–October 1969.
(Личный опыт автора, как медика команды «А».)

123. Francis J. Kelly, Vietnam Studies: U.S. Army Special Forces 1961–1971
(Washington D.C.: Department of the Army, 1973), 19. (Фрэнсис Дж. Келли,
«Вьетнамские исследования: Спецназ армии США 1961-1971»)

124. Kelly, Vietnam Studies, 59–60, 63. (Келли. «Вьетнамские исследования».)

125. «Dr. Eugene Edynak, M.D. Urgent Care Specialist» accessed 13 July 2016,
https:// www.zocdoc.com/doctor/eugene-edynak-md-46396. («Доктор Евгений
Эдиньяк, доктор наук, специалист по оказанию неотложной медицинской
помощи».)

126. 5th Special Forces Group (Airborne), 1st Special Forces, Operational Report for
Quarterly Period Ending 31 July 1967 (1967), 55, http://www.dtic.mil/dtic/tr/
fulltext/u2/390958.pdf. (Оперативный отчет 5-й группы спецназа 31 июля 1967
года.)

127. Author’s personal experience, A-Team medic, Det. «A», Berlin Brigade, 1971–
1975. (Личный опыт автора, в бытность его медиком команда «А» Берлинской
Бригады, 1971-1975)

128. James Stejskal, «Special Forces Berlin: Detachment «A» and Physical Security
Support Element, 1956-1990». The Drop (Summer 2016), 128–129. (Джеймс
Стейскаль, «Специальные силы Берлина: команды «А» и основные элементы
физической безопасности. 1956-1990»)
129. Jack Murphy, «Bluelight: America’s First Counter-Terrorism Unit». The Drop
(Summer 2016), 28–57. (Джек Мерфи, «Blue Light»: первое
антитеррористическое подразделение Америки».)

130. «The Holloway Report». The National Security Archive, accessed July 15,
2016, http://nsarchive.gwu.edu/NSAEBB/NSAEBB63/doc8.pdf. («Доклад
Холлоуэя.)

131. «Goldwater–Nichols Department of Defense Reorganization Act of 1986 Public


Law 99–433».U.S. Government Publishing Office, accessed 15 July 2016, http://
www.gpo.gov/fdsys/pkg/STATUTE-100/pdf/STATUTE-100-Pg992.pdf.
132. National Association of Emergency Medical Technicians, PHTLS Prehospital
Trauma Life Support, Military Edition, Seventh Edition (Burlington, MA: Jones &
Bartlett Learning, 2011), xxii-xxiv. (Национальная ассоциация скорой
медицинской помощи, PHLS, седьмое издание Берлингтон)

133. The author was both an ATLS and a PHTLS instructor. (Автор сам является
инструктором как ATLS, так и PHTLS.)

134. E. Fosse and H. Husum, «Surgery in Afghanistan: a light model for field surgery
during war». Injury: The British Journal of Accident Surgery 23(6) (1992), 401–404.
(Е. Фоссе и Х. Хусум, «Хирургия в Афганистане: упрощенная модель полевой
хирургии во время войны».)

135. R.J. Halbert, Robert R. Simon, Q. Nasraty, «Surgical Theatre in Rural


Afghanistan». Annals of Emergency Medicine 17 (August 1988), 775-778. (Р. Я.
Халберт, Роберт Р. Саймон, «Хирургические пункты в сельских районах
Афганистана».)

136. «Advanced Trauma Life Support». American College of Surgeons, accessed 15


July 2016, https://www.facs.org/quality-programs/trauma/atls. («ATLS»,
Американская коллегия хирургов)

137. Frank K. Butler, Jr., John Haymann, E. George Butler, «Tactical Combat
Casualty Care in Special Operations». Military Medicine 161, Supplement 1 (1996).
Accessed 19 July 2016.valorproject.org/uploads/TCCC_Special_Operations.pdf.
(Фрэнк К. Батлер-Младший, Джон Haymann, Э. Джордж Батлер, «TCCC в
специальных операциях».)

138. Brooke Lerner and Ronald M. Moscati, «The Golden Hour: Scientific Fact or
Medical «Urban Legend?». Academic Emergency Medicine 8:758 (2001). (Брук
Лернер и Рональд М. Москати, «Золотой час: научный факт или медицинская
«Городская легенда?»)
139. Gary Cecchine, David Johnson, Walter L. Perry, C. Ross Anthony, Beatrice A.
Golomb, Army Medical Support to the Army After Next: Issues and Insights from
the Medical Technology Workshop, 1999 (Santa Monica, CA: RAND, 2001), 69–70.
(Гари Чекчин, Дэвид Джонсон, Уолтер Л. Перри, К. Росс Энтони, Беатрис
А.Голомб, «Медицинская поддержка армии будущего: проблемы и идеи с
семинара по медицинским технологиям»)

140. Ibid., 6. (Там же.)

141. John L. Plaster, The Secret Wars of America’s Commandos in Vietnam (New
York, NY: Simon and Schuster, 1997). (Джон Л. Пластер, «Секретные войны
американских коммандос во Вьетнаме»)

142. Author’s personal experience, Dec. 2001–Jan. 2002. (Личный опыт автора,
декабрь 2001 г. – январь 2002г.)

143. Paul J. Tomkins Jr. and Robert Leonhard, Undergrounds in Insurgent, Revolu-
tionary, and Resistance Warfare, 2nd Edition (Ft. Bragg, NC: USASOC, 2013). Note:
this is an expansion on the famous work of the same title by AR Molnar in 1963.
(Пол Дж. Томкинс-младший и Роберт Леонард, «Подполье и партизаны,
революционеры и войны сопротивления, 2-е издание, 2013.Примечание: это
расширение известной одноименной работы А.Р. Молнара 1963 года).

144. Author’s personal knowledge. December 2001–January 2002. (Личный опыт


автора. Декабрь 2001 г. - январь 2002 г.)

145. Derek Jones, Understanding the Form, Function, and Logic of Clandestine
Insurgent and Terrorist Networks: The First Step in Effective Counternetwork
Operations (Tampa, FL: JSOU Press, April 2012), 6. ( Дерек Джонс, «Понимание
формы, функции и логики подпольных повстанческих и террористических
сетей: первый шаг в эффективных операциях по борьбе с терроризмом»)

146. Andrew R. Molnar, Jerry M. Tinker, John D. Lenoir, Human Factors


Considerations of Undergrounds in Insurgencies (Washington, D.C.: The American
University, 1966), 54, 223. (Эндрю Р. Мольнар, Джерри М. Тинкер, Джон Д.
Ленуар, «Человеческий фактор в мятежном подполье»)

147. Dave Ed. Lounsbury, Matthew Brengman, Ronald F. Bellamy, eds, Emergency
War Surgery, 3rd U.S. Revision (Washington, D.C.: Borden Institute, 2004), table 4-
1, 4.6. («Дэйв Эд. Лаунсбери, Мэтью Брегман, Рональд Ф. Беллами, Экстренная
военная хирургия 3-я редакция»)

148. Kotwal R, Montgomery H. TCCC in the 75th Ranger Regiment. Presentation at


TCCC First Responder Conference in September 2008; Russ S. Kotwal, Harold R.
Montgomery, Bari M. Kotwal, Howard R. Champion, et al. «Eliminating Preventable
Death on the Battlefield». Archives of Surgery 146 (12) (December 2011), 1350–
1358. (Котвэйлл Р., Р. Монтгомери, Бари М. Котвал, Ховард Р. Чампион и др.
«Смерть на поле боя, которую можно предотвратить»)

149. The briefing was in January 2009. I had seen the draft brief on a trip to the
Pentagon in December 2008 and told them that it would not go over well. The medics
had never been very successful in teaching much medicine to the line commanders
but all of them firmly grasp the «golden hour» concept.
150. Robert M. Gates, Duty: Memoirs of a Secretary at War (New York: Alfred A.
Knopf, 2014), 304–305. (Роберт М. Гейтс «Мемуары военного министра»)

151. The author was the SOCCENT surgeon during this period. (В этот период
автор был Главным хирургом Центрального командования Сил Спецопераций.)

152. S.C. Nessen, Daniel R. Cronk, Jason W. Edens, Brian J. Eastridge, et. al. «U.S.
Army Two-Surgeon Teams operating in Remote Afghanistan—An Evaluation of
Split-Based forward Surgical Team Operations». Journal of Trauma-injury Infection
and Critical Care (2009), S37-S47. (С.Нессен, Д.Р. Кронк и др. «Армейские
бригады хирургов, работающие в Афганистане - оценка операций передовой
хирургической бригады, основанной на разделении»)

153. Department of Defense, Joint Publication 3-35, Deployment and Redeployment


Operations (Washington, D.C.: Joint Chiefs of Staff, 31 January 2013), I-11.
(Министерство обороны, «Операции по развертыванию и передислокации»)

154. National Association of Emergency Medical Technicians, PHTLS, 5, 110, 422.


(Национальная ассоциация сотрудников скорой медицинской помощи, PHTLS.)

155. Lerner and Moscati, «The Golden Hour», 758–760. (Лернер и Москати,
«Золотой час»)

156. Russ S. Kotwal, Jeffrey T. Howard, Jean A. Orman, Bruce W. Tarpey, et al.
«The Effect of the Golden Hour Policy on the Morbidity and Mortality of Combat
Casualties», JAMA Surgery 151 (January 2016), 15–24. (С. Расс Котвал, Джеффри
т. Ховард, Жан А. Роман, Тарпи В. Брюс и др. «Влияние политики «Золотого
часа» на заболеваемость и смертность в ходе боевых действий»).

157. Victor Calland, «Extrication of the seriously injured road crash victim», Emer-
gency Medicine Journal (2005), 817–821. (Виктор Калланд, «Спасение
пострадавшего в результате ДТП»)

158. National Association of Emergency Medical Technicians, PHTLS, 427–428.


(Национальная ассоциация сотрудников скорой медицинской помощи, PHTLS.)
159. Jean-Louis Daban et al., «Blessés au combat, dix minutes en platine, une heure
en or» Soins 59, no. 788 (2014): 14-5, doi:10.1016/j.soin.2014.06.005. (Жан-Луи
Дабан и др. «Раненые в бою, десять минут в платине, час в золоте»)

160. R. Malcolm Smith and Alasdair K.T. Conn, «Prehospital care – Scoop and run
or stay and play?» Injury-international Journal of The Care of The Injured 40S4
(2009), S23–S26. (Р. Малкольм Смит и Аласдэр К. Т. Конн, «Догоспитальный
уход – бросить всё и убежать или остаться и сделать?»)

161. «ARSOF 2022», 26.

162. Discussion with Colonel Kevin Keenan, former Dean of the Joint Special Opera-
tions Training Center, 2016. (Из дискуссии с полковником Кевином Кинаном,
бывшим деканом Объединенного учебного центра специальных операций
2016.)

163. Christopher J. Mohr and Sean Keenan, «Prolonged Field Care Working Group
Position Paper: Operational Context for Prolonged Field Care». Journal of Special
Operations Medicine 15(3) (fall 2015), 78–80. (Кристофер Дж. Мор и Шон Кинан,
«Рабочая группа по длительному уходу на местах. Должность: оперативный
контекст для длительного ухода на местах»)

164. Justin A. Ball and Sean Keenan, «Prolonged Field Care Working Group Position
Paper: Prolonged Field Care Capabilities». Journal of Special Operations Medicine
15(3) (fall 2015), 76–7. (Джастин А. Болл и Шон Кинан, «Документ о позиции
Рабочей группы по длительному уходу на местах: возможности длительного
ухода на местах»)

165. B. Drew, D. Bird, M. Matteucci, S. Keenan, et al. «Tourniquet Conversion. A


Recommended Approach in the Prolonged Filed Care Setting». Journal of Special
Operations Medicine 15 (3) (Fall 2015), 81–85. (Б. Дрю, Д. Берд, М. Маттеуччи, С.
Кинан и др. «Конверсионный турникет. Рекомендуемый подход в условиях
длительного ухода за больными»)

166. «New Special Ops unit Formed on Gulf Coast». accessed 9 August 2016, https:/
www.sofx.com/2016/04/08/new-special-ops-unit-formed-on-gulf-coast. («Новое
подразделение специальных операций, сформированное на побережье
Мексиканского залива»)

167. Personal observations by the author, conversation with SFC (Ret.) Ron Lynch
who facilitated the guerrilla hospital on the author’s ranch for Jade Hem Exercises.
(Личные наблюдения автора из беседы с сержантом первого класса в отставке
Роном Линчем, который помогал в организации партизанского госпиталя на
ранчо автора для «Jade Helm».)

168. Joint Special Operations University, Joint Special Operations University 2016
Fact Book (Tampa, FL: JSOU, 2016), 67. (Книга фактов Университета
Специальных Операций)

169. Mark Grdovic, A Leader’s Handbook to Unconventional Warfare (Fort Bragg,


NC: John F. Kennedy Special Warfare Center and School, November 2009), Pub 09-
1, 26. (Марк Грдович, «Справочник лидера по неконвенционной войне»)
170. John F. Kennedy Special Warfare Center and School, «Training Circular 18-01»
Special Forces Unconventional Warfare (November 2010) (Учебный центр им. Дж.
Ф. Кеннеди. Учебный циркуляр 18-01, «Нетрадиционная война спецназа»)

171. Ramey Wilson and K.J. DeZee, «Special Forces Medical Sergeants’ Perceptions
and Beliefs Regarding Their Current Medical Sustainment Program: Implications for
the Field». Journal of Special Operations Medicine 4 (2014), 59–69. Рамей Уилсон
и К.Дж. Дези, «Впечатления и убеждения медиков-сержантов спецназа в
отношении их текущей программы медицинского обеспечения и её
последствия»)

172. By Jamie Riesberg, Doug Powell and Paul Loos. «The Loss of the Golden Hour:
Medical Support for the Next Generation of Military Operations». Special Warfare
vol. 30 issue 1 (January–March 2017). (Джейми Рисберг, Даг Пауэлл и Пол Лоос.
«Потери «Золотого часа»: медицинское обеспечение для военных операций
нового поколения»).

173. Frank K. Butler, David J. Smith and Richard H. Carmona, «Implementing and
preserving the advances in combat casualty care from Iraq and Afghanistan
throughout the US Military», Journal of Trauma-injury Infection and Critical Care
79(2) (2015), 321-326. (Фрэнк К. Батлер, Дэвид Дж. Смит и Ричард Х. Кармона
«Внедрение и сохранение достижений в области оказания помощи жертвам
боевых действий в Ираке и Афганистане в Вооруженных Силах США»)

174. Joint Special Operations University, Fact Book, 64, 67, 68. (Книга фактов
Университета Спецопераций)

175. Robert Haddick, Improving the Sustainment of SOF Distributed Operations in


Access-Denied Environments (Tampa, FL: JSOU Press, 2016). Роберт Хэддик,
«Повышение устойчивости дальних операций SOF в местности с затрудненным
доступом»)

176. Julielynn Y. Wong and Andreas C. Pfahnl, «3D Surgical Instruments Evaluated
by a Simulated Crew of a Mars Mission», Aerospace Medicine and Human Per-
formance 87(9) (September 2016), 806–810. (Джулия И. Ванг, Андреас C.Фанл,
«3D хирургические инструменты, смоделированные экипажем марсианской
миссии», «Аэрокосмическая медицина и человеческий фактор»)

177. «Miniature portable device produces biopharmaceuticals on demand at point- of-


care», accessed 16 August 2016, http://www.kurzweilai.net/miniature- portable-
device-produces-biopharmaceuticals-on-demand-at-point-of-care. («Миниатюрный
портативный прибор производит биопрепараты на месте оказания медицинской
помощи.» http://www.kurzweilai.net/miniature)

178. J. McMullan, K.W. Hart, C. Barczak, C.J. Lindsell, et al., «Supplemental


Oxygen Requirements for Critically Injured Adults: An Observational Trial»,
Military Medicine (2016), 767–772. (Ж. Макмаллан, К. У. Харт, С. Барчак, К. Д.
Линдселл, соавт. «Дополнительные потребности в кислороде для
тяжелораненых взрослых: наглядный опыт»)

179. John W. McGrady, Sustaining Unconventional Warfare (Fort Leavenworth, KS:


School of Advanced Military Studies, United States Army Command and General
Staff College, 2013), 3. (Джон У. МакГреди, «Поддержкка в нетрадиционных
войнах»)

180. «ARSOF 2022».

181. Department of Defense, Joint Publication 3-05. (Министерство Обороны.


Сборник публикаций)

182. «Hospitals are now normal targets of war», says Médecins Sans Frontières,
accessed 18 August 2016, https://www.theguardian.com/world/2016/jun/01/
hospitals-are-now-normal-targets-of-war-says-medecins-sans-frontieres-adviser.
(«Больницы теперь являются обычными целями для атак противника» -
говорится в сообщении организации «Врачи без границ»)

Оценить