Вы находитесь на странице: 1из 350

Книга

с сайта: WarhammerGames.Ru

Ц. З. Данн
Пандоракс

Пролог

347956.M41 / Фаль’ша, Колония первой фазы Тау

С хищной грацией и осторожностью ястреба, Тзула Дигриз


пробиралась сквозь темные коридоры музея. Свет одной из лун Фаль’ша
освещал ее путь, и тишина сопровождала каждый ее шаг. Она следовала по
маршруту, который запомнила в свой последний визит в это место,
останавливаясь только, чтобы еще раз убедиться, что сенсоры движения не
засекли ее шаги. Тзула плавно миновала бесценные артефакты и шедевры
искусства, даже не удостоив их вниманием. Все ее мысли были
сосредоточены на выполняемой миссии. В своей прошлой жизни она бы
обчистила это место за секунды, еще до того как пыль с экспонатов успела
бы коснуться земли, но теперь ее прежняя жизнь осталась лишь в
воспоминаниях, отправленных в далекие глубины разума с тех пор, как она
была призвана на службу Империума Человечества.

Коридор, по которому она передвигалась, заканчивался широкой


залой, в помещении которого присутствовало тусклое освещение, но этого
было достаточно, чтобы разглядеть надписи на табличках. Настроив свои
очки ночного видения, Тзула просканировала местность на предмет
защитных сенсоров, но ничего не обнаружила. К счастью для нее, ее
прежние хозяева практиковали политическую систему, предполагавшую
максимальную открытость и равенство – Высшее Благо, как любили
говорить тау. Благодаря этому снижался уровень преступности в обществе.
Однако Тзула была осторожна, хотя и не ожидала увидеть стражников,
охранявших артефакты.

С полной уверенностью, что сигнализация не сработает, и на нее не


опустится клетка, Тзула прошла по основной выставочной зале, стараясь
при этом сохранять тихую поступь. Для нее это было хорошей практикой,
доказывавшей, что она не зря провела десяток лет за грабежом самых
охраняемых сокровищ сегментума Пацификус и еще три года, делая то же
самое для своего нового хозяина.

Экспонаты на стенах и постаментах были настолько дороги, что даже


один из них мог сделать ее жизнь более чем роскошной, но даже это было
слишком малым призом для нее. Люди, на которых она работала, были
способны найти ее везде, где бы она не находилась, и Тзула даже не хотела
думать, какими будут последствия неповиновения. Ее смерть будет
конечным этапом, но они сделают так, что путь к забвению будет
достаточно длинным и нестерпимым. К тому же, новая работа приносила
ей пользу. Ее новый хозяин обучал Тзулу различным неизвестным ей ранее
навыкам, и однажды она сможет занять его место.
Один из экспонатов привлек ее внимание. Она повернулась и сделала
несколько шагов по направлению к предмету. Это была силовая броня
конфигурации «Марк V», судя по форме шлема, и в хорошем состоянии за
исключение дыры в нагруднике от выстрела воина тау. Тусклое освещение
и зеленое изображение мешали Тзуле определить цвет брони, но сжатый в
круге кулак давал представление об ордене бывшего хозяина доспеха.
Тзула позволила себе ухмыльнуться. Каким бы просветленным ни было бы
общество, если дать им возможность похвастаться былыми победами, они
не преминут воспользоваться этим. Передвигаться в Империуме нужно
было с крайней осторожностью, чтобы не дай Бог не наткнуться на статую
какого-либо героя или святого, даже целые миры были призваны
напоминать их жителям о подвигах умерших святых или мучеников. Тзуле
встречались инопланетные расы, которые предпочитали хранить у себя
трофеи, взятые с поля битвы. Но они никогда не выставляли на общий
показ доказательства своих завоеваний.

Сознавая, что ее хозяин наблюдает за прогрессом миссии, Тзула снова


сосредоточилась на выполнении поставленной задачи и продолжила
двигаться по полу залы. Здесь, между эльдарской скульптурой, возраст
которой превышал все годы существования расы тау, и устройством
неизвестного происхождения, о функциях которого Тзула не хотела даже и
гадать, лежало то, ради чего она проникла в музей: нож. Это было ни
церемониальное, и не боевое оружие. Обычный нож, лезвие которого было
врезано в обычную деревянную рукоятку, переплетенную кожаной
намоткой. Некоторые ученые назвали бы этот предмет доисторическим, но
в масштабах Империума это слово не имело никакого значения. Все, в чем
была уверена Тзула, так это в том, что нож был очень древним. Возможно,
тау положили его сюда как свидетельство о культуре давно забытого
народа. Если бы они знали истинное предназначение и происхождение
предмета, то поместили бы его под замок в самое глубокое подземелье,
пока не разобрались бы, как его использовать.

Аккуратно сняв перчатку, под которой обнаружилась рука темного


цвета кожи, Тзула двумя пальцами, крайне осторожно, взяла нож на
рукоятку. Контролируя дыхание, она дождалась, пока ее легкие почти
перестали двигаться, и бережно подняла нож с постамента, на котором он
находился.
Рев серен, последовавший за этим действием, был настолько громким,
что Тзула с трудом удержала баланс. Она развернулась на пятках и
ринулась обратно к месту, откуда пришла, когда силовое поле появилось
буквально в нескольких сантиметрах от нее. Повернувшись назад, она
обнаружила, что зажата со всех сторон силовым полем в два метра
высотой. Уже зная исход, она швырнула перчатку в стену энергии и
наблюдала через очки, как та просто растворилась под воздействием
энергии поля. Защитные щиты запечатали все входы и выходы из зала, то
же самое произошло и с потолком. Во второй раз в своей жизни, Тзула
Дигрииз, бывшая воровка, ставшая агентом Ордо Маллеус, попалась в
очень хорошую ловушку.

– Именем Трона, что ты натворила на этот раз, глупая девчонка? –


услышала она через наушник голос хозяина. – Мы слышим сирены аж вне
города, и к тебе движется группа воинов тау.

Недовольство слышалось в каждом его слове и сам факт, что он


нарушил протокол миссии, связавшись с Тзулой, говорил о том, что все
действительно плохо.

– Дайте мне пару минут. Чертов нож лежал на нажимной плите,


которая привела в действие силовое поле. Оно похоже на то, которое
использовали Ималтути в…

– У тебя нет двух минут. Эти воины в нескольких шагах от музея, –


последовала пауза, после чего раздался голос, полный раздражения. –
Используй его.

Тзула более не могла скрывать своего беспокойства.

– Вы знаете, что я не могу сделать этого. Даже если это сработает, как
вы …

– Мы найдем тебя. Мы должны. А сейчас прекрати спорить и


выбирайся оттуда.

Вокс-связь оборвалась. Если бы тау узнали, что все это затеяли их


гости-люди, ее хозяину пришлось бы спешно убираться с этого мира. Тзула
никогда не держала такой нож, слишком бесценную вещь за всю историю
человечества, и она была плохо проинформирована о принципе его
использования. Сжав клинок в кулаке, она подняла его над головой, словно
для удара. Заслышав шум приближающихся шагов, Тзула опустила нож
вниз. Закрыв глаза, она снова подняла его, и расслабила мышцы руки,
позволяя ножу сделать все остальное. В течение нескольких секунд ее
ожидание было вознаграждено: когда первый из воинов касты Огня проник
внутрь, клинок вспорол грани реальности, и Тзула прошла сквозь
образовавшуюся дыру.

Шас’уй Борк’ан Коп’ла, как и любой представитель расы тау, не верил


в колдовство или чудо. Когда он набрал девятизначный цифровой код,
чтобы отключить систему безопасности, и вошел в основную выставочную
залу, он стал подозревать, что за границами Великого Блага есть что-то
еще.

Вскинув импульсное ружье он двинулся туда, где ожидал найти


женщину гуе’ла, зажатую в силовом поле, но обнаружил лишь остатки
чего-то, похожего на перчатку или что-то в этом роде, а также прибор,
который, как он предположил, надевают на глаза. Остальные члены его
команды просканировали комнату на предмет наличия нарушителя,
приклады их ружей были уперты в плечи, словно они играли в войнушку.
Коп’ла дал знак одному из них, чтобы тот деактивировал поле. Другой
огненный воин снял небольшую пластину с пояса и набрал
незамысловатую кодовую комбинацию, заставив поле исчезнуть. Коп’ла
поднял очки и, сняв свой шлем, надел их на глаза в надежде обнаружить
камуфляж нарушителя. Очки функционировали также, как и его система
ночного видения, но там, где технология тау использовала комплексные
алгоритмы, чтобы компенсировать отсутствие света и позволить носителю
видеть все также четко как и солнечным днем, цвета в эквиваленте гуе’ла
были грубыми и примитивными. Он обвел комнату взглядом, пытаясь
захватить обзором всю ее часть, но единственными живыми душами были
одиннадцать членов его ла’руа.

Он уже был готов выкинуть примитивное устройство, когда что-то


рядом с полем привлекло его внимание. В полуметре от пола зиял
сверкающий разрез энергии. Пока он наблюдал за ним, разрез уменьшался,
пока совсем не исчез. Когда он попытался достать рукой до места, где
мгновение назад был портал, то почувствовал запах серы в воздухе, но и
тот пропал также быстро, как и разрез. Тау отвел взгляд в сторону и понял,
что все его люди смотрят на него.

– На что уставились? – рявкнул он, чтобы скрыть свое смущение. –


Периметр – под охраной, поэтому гуе’ла все еще в здании. Всем
разделиться на группы по два человека, докладывать только когда
обнаружите ее.

Вместе с другим воином, деактивировавшим силовое поле, он


направился в западное крыло музея.

Воины тау проверили каждый квадратный метр музея дважды с того


момента, как Шас’уй Борк’ан Коп’ла приказал найти женщину гуе’ла. Со
стыдом ему пришлось сообщить Аун Ки’леа, что женщина ушла.
Правитель Фаль’ша был разочарован провалом Коп’ла, но эта потеря не
имела большого значения для расы тау. Вместо того, чтобы украсть
бесценные реликвии народа тау, вор похитил небольшой нож,
обнаруженный в колонии Третьей Сферы и не имеющий никакой ценности
для тау. Искусствоведы специально выставили этот незначительный
экспонат на показ, чтобы продемонстрировать незначительность вклада
гуе’ла в покорении Вселенной.

Слова Ки’леа стали небольшим утешением для Коп’ла, но он не мог


избавиться от мысли, что что-то упустил, преследуя эту женщину, что-то,
что выходило за рамки Высшего Блага. Это чувство исчезнет сразу после
того, как его отправят на Фи’риоз уничтожить остатки армии орков.
Несмотря на то, что и он, и его воины сражались хорошо, Бе’гел
задействовал огромное количество сил в одном месте, обрекая большое
количество тау и крутов на смерть в рукопашных схватках. Судьба Коп’ла и
его воинов была решена во время отчаянного удержания холмистого
участка на пустынном мире, когда из всех его воинов остался только он.
Командиру противостояла целая орда неуправляемых тварей. Ведя
беспорядочную стрельбу, он убил много орков, но их сородичи продолжали
карабкаться вперед по трупам своих товарищей, горя желанием поскорее
добраться до него. Когда заряды кончились, он продолжал вести
рукопашный бой, используя приклад своего ружья, пока тяжелый удар не
разбил его шлем и опрокинул тау на землю.

Когда Коп’ла почувствовал, как нож орка входит в его тело, и


посмотрел на своего убийцу, готовящегося нанести добивающий удар, его
последней мыслю было: куда ушла женщина гуе’ла?

228958.M41 / Неизвестный дикий мир льда

Сегментум Темпестус

Инквизитор Михаил Диналт никогда не любил холод, и когда падал


снег, он плотнее закутывался в свой плащ. Позади него следовали шесть
фигур, трое из них были людьми. При ходьбе путники дрожали от холода.
Остальные трое – ксенос и два сервитора-стрелка – были вполне
приспособлены к подобным условиям.

– Мы все здесь замерзнем, если пробудем на этом мире больше, чем


нужно, – заявил высокий мускулистый мужчина, шедший в хвосте группы.

Он был одет в меха, кожаный пиджак и брюки, снег аккуратно


ложился на широкие полы его шляпы. Его небритое лицо с застывшем на
нем инеем было бледным, а губы прибрели нездоровый синеватый оттенок.

– Я не для того провел столько времени в поисках, чтобы умереть,


упав мордой в снег.

Диналт проигнорировал слова бойца, как делал это уже многие годы
их совместной службы. Динвайо Чао может и был одним из лучших
стрелков, которых встречал инквизитор за два столетия службы Золотому
Трону, но он также еще и слыл знатным нытиком. Диналт никогда не видел,
чтобы Чао промахивался, как в случае со своими болт-пистолетами, и
чтобы упускал любую возможность пожаловаться на недавнюю
несправедливость по отношении к нему.

– Все разведданные указывают, что мы находимся в правильном месте,


– произнесла женщина, идущая рядом с Диналтом.

Ее одеяние было такого же багрового цвета, как у и инквизитора, а ее


пышные блондинистые волосы доходили до талии.
– Согласно моим данным, ближайшее поселение находится в менее
чем трех километрах от места, где мы приземлились. Мы будем там в
течение часа, – жестко добавила она.

Трифена Бранд недавно пополнила ряды оперативников Диналта и,


несмотря на то, что они часто спорили с Чао, последнему частенько
приходилось замолкать ввиду ее ранга младшего дознавателя. Стрелок
подумал было ответить, но вместо этого перевел свой взгляд на ксеноса.
Небольшая волосатая фигура плелась позади него, почти полностью
зарываясь в снегу.

– Тебе то хорошо, К’сии, – произнес Чао. – У тебя свой естественный


мех. Не то, что у меня и Лайела, – кивнул он в сторону тонкой фигуры
астропата, шедшего чуть впереди них. – Мы просто должны сражаться с
холодом мыслями о тепле. Так, парень?

Закутанный в плащ юноша задрожал и что-то пробормотал себе под


нос, словно был шокирован упоминанием своего имени, и уставился на Чао
и джокаэро.

– Звезды светят ярко. Костер вечного проклятия, – монотонно


произнес Лайел.

– Мысли. Теплые мысли, – добавил он, а затем снова продолжил путь,


бормоча что-то себе под нос.

Большинство астропатов были эксцентричными товарищами из-за


своей связи с Имматериумом, но Лайел был чем-то большим. Диналт как-
то рассказывал Чао о том, как Лайел предсказал прибытие за ним черных
кораблей. Юноша мог посылать сообщения на далекие расстояния без
помощи хора и был слишком ценен, чтобы сидеть в каком-нибудь
учреждении Администратума, передавая сообщения с кораблей. Его
включение в команду Диналта также сопровождалось трудностями –
слепой, избегающий прикосновений любого человеческого существа – но
его полезность затмила все эти сложности.

Чао собирался еще что-то сказать джокаэро, когда в свете тусклой


луны краем глаза уловил полет копья.
– Ложись, ложись, ложись! – крикнул Чао, выхватывая свои парные
болт-пистолеты. Диналт и Бранд припали на колени, одновременно
вытаскивая свое оружие, пока К’сии перепрыгивал своих путников, чтобы
занять позицию в хвосте группы. Лайел просто плюхнулся в снег лицом
вниз. Зарывшись в него поглубже, он прикрыл голову обеими руками.

Первый из сервиторов-стрелков отреагировал слишком медленно, и


копье вошло ему прямо в лоб, разрезав его лоботомированный мозг, и
вышло с другой стороны черепа. Сервитор застыл на несколько секунд,
сигнал не дошел до его сдвоенных болтеров, и он рухнул на землю. Пока
второй сервитор пытался обнаружить цель сквозь непроницаемую белую
завесу снега, отделяя вражеские цели от своих хозяев, еще одно копье,
пролетев в воздухе, вонзилось в его череп. Сервитор рухнул на колени,
изобразив гримасу недоумения на лица, когда третье копье врезалось в его
грудь, окончательно добив бездумное существо.

– Мы окружены, – произнес Диналт, целя своим плазменным


пистолетом в неясные контуры, едва видневшиеся сквозь завесу снега.
Словно признав его, дюжина воинов с копьями сделали несколько шагов
вперед, направив свое оружие на инквизитора и его людей.

– Мне убить их, шеф? Возможно мы потеряем Лайела и обезьянку, но


я уверен, что смогу завалить их всех, прежде чем они доберутся до вас,
меня и блондинки.

Джокаэро бросил на Чао гневный взгляд.

– Ничего личного, малыш, – добавил стрелок.

Джокаэро оскалился, выставив вперед клыки.

– Не стреляй. Если бы они хотели убить нас, мы бы уже были мертвы,


– приказал инквизитор. – Всем – положить оружие на землю.

Диналт бросил свой пистолет. Бранд и Чао сделали то же самое. Лайел


продолжал лежать, бормоча что-то себе под нос.

Воины, мужчины и женщины, были облачены в толстые, грязные


накидки, а их волосы были длинными и ниспадали на лица, влажные от
метели. Тотемные черепа мелких животных свисали с кожаных веревок,
повязанных на шее. Некоторые из воинов носили крупные черепа и
наплечники из костей хищников. Черепа на одном из них, наиболее
крупном и мускулистом воине, были подозрительно схожи с
человеческими. Именно он начал разговор, его произношение было похоже
на то, что встречал Диналт среди различных культов Империума.

– Бранд, ты понимаешь его? – спросил инквизитор.

– Немного. Все примитивные человеческие диалекты имеют много


схожего, во всяком случае, что касается формального этикета. Он
спрашивает, пришли ли мы с неба.

Прошел год с того момента, как Трифена Бранд стала частью команды
Диналта, после того как ее бывший хозяин был убит, пытаясь истребить
культ Хаоса. Трифена обладала не только высокими навыками в области
боевых искусств и допросов, но и являлась профессиональным лингвистом.
Будучи военной сиротой, Бранд отдали на попечение схола прогениум, а
затем определили в орден Взломанного Шифра, отделение Диалогус
Адепта Сороритас. Дав свой последний обет, она очутилась в команде
инквизитора. Диналт обратил внимание на то, что ее бывший хозяин еще во
время учебы Бранд взял над ней покровительство. Но теперь он был мертв,
и Бранд перешла в подчинение к Диналту.

Бросив оружие, дознаватель медленно поднялась с колен, воины


крепче сжали свои копья. Он откашлялась и выдала примитивную
комбинацию звуков. Глаза темноволосого воина расширились от удивления,
когда Бранд закончила говорить. Он выкрикнул несколько команд своим
людям. Копья снова потянулись в сторону Бранд, заставляя ее встать на
колени.

– Что, черт возьми, ты сказала им? – спросил Диналт, стоя на коленях.

– Я приказала им сложить оружие и сдаться, – ответила дознаватель. –


Мы – агенты самого влиятельного Ордо и наша воля – закон.

Диналт был готов отчитать Бранд, когда Чао произнес:


– Позвольте мне.

Он медленно поднялся на ноги и поднял руки вверх, ладонями вперед.

– Я думаю, леди хотела попросить вас отвести ее к вашему


руководству.

Чао был прав, и они действительно находились близко к основному


поселению. Команда прошла сквозь арку и попала на покрытую снегом
площадь, окруженную строениями, сделанными из того же материала, что
и ворота. Пылали жаровни, и в воздухе стоял запах жареного мяса. К
инквизитору и его свите относились достаточно хорошо, Лайелу даже
предложили еще одну накидку из шкуры какого-то животного, но копья все
еще были направлены на них. Свита во главе с инквизитором проследовала
к возвышающемуся над остальными зданию в дальнем конце поселения,
жители которого высыпали из домов на улицу, чтобы посмотреть на
пленников. Многие стояли на некотором удалении от инквизитора и его
команды, но другие появлялись прямо перед ними. Одна женщина залезла
на дерево и попыталась надеть ожерелье из черепов на шею Лайела, что
вызвало у последнего приступ паники. Бранд и Чао попытались его
успокоить. Приблизившись к большому строению, Диналт понял, что
ошибался, когда думал, что оно выстроено для каких-то церемоний. Камни
здесь были лучшего качества, чем в других домах, а каждую ступеньку
украшала грубо сделанная статуя воина. Сама лестница вела к достаточно
искусно сделанным деревянным и стальным дверям. Когда они дошли до
лестницы, двери распахнулись, и воины копьями дали знак инквизитору,
что он и его люди могут войти. Все пятеро вошли внутрь вместе с
черноволосым лидером туземцев, держащим копье в одной руке и мешок с
оружием пленников в другой. Туземка приветствовала их на вершине
лестницы и после короткого разговора с воином, взяла у него мешок, отдав
взамен что-то, напоминавшее кожаный кошелек с монетами. Не глядя на
своих пленников, воин стал спускаться вниз, пересчитывая свое
вознаграждение.

– Пойдемте со мной, – произнесла женщина, с трудом выговаривая


слова.

Ее шкуры были обрезаны и походили на платье, а на шее и ушах


висели украшения.

– Ты говоришь на низком готике? – спросила Бранд.

Но их спутница лишь кивнула в ответ и дала знак рукой идти вперед.

Еще одни двери открылись, и они оказались в широкой тронной зале,


освещаемой факелами и свечами. Мерцающий свет падал на
инкрустированные вазы и ковры на отполированных столах и гобелены,
украшавшие значительные участки стены. Но все это меркло по сравнению
с тем, что увидел инквизитор и его люди в конце комнаты. На мраморно-
золотом троне восседала Тзула Дигрииз, а ее темная кожа контрастировала
с бледностью служанок, стоявших подле нее.

– Я должна признать, господин Диналт, – произнесла Тзула, и улыбка


заиграла на ее губах, – что ожидала вас немного раньше.

– Нож с тобой? – ответил он, игнорируя издевку.

– Два года я жила в этой дыре и все, что вы…

– Нож все еще с тобой? – угрожающе спросил он.

Тзула вздохнула и распахнула накидку, под которой обнаружился


кожаный пояс с висящим на нем ножом.

– Я не расставалась с ним с самого прибытия.

– Нож у нас, господин. Теперь мы можем казнить ее за ересь и


продолжить нашу миссию, – произнесла Бранд, при этом ее лицо не
выражало никаких эмоций.

– Нас даже не представили, а ты уже хочешь убить меня. Вижу, мы


станем отличными друзьями, – игривая улыбка исчезла.– Она носит
символы Ордо, а это значит, что вы заменили меня, господин?

– Младший дознаватель Бранд была в услужении у инквизитора


Морвена, пока тот не погиб на службе Ордо. Я поклялся ему, что возьму
покровительство над Бранд и буду тренировать ее, если с ним что-то
случится, он обещал мне то же самое, если что-то случится со мной, – он
одарил Бранд жестким взглядом. – И она никого не казнит. По крайней
мере, сегодня.

– Но, господин, она управляет людьми, словно императрица. Даже


трон, на котором она сидит, из золота. Это богохульство не должно остаться
безнаказанным, – щеки Бранд запылали от гнева.

– Я управляю этими людьми, потому что это лучший способ


обезопасить нож. Когда я упала с небес, и поверь мне, я не преувеличиваю,
я могла бы попытаться захватить целый мир воинов с копьями. Или я могла
бы найти путь к сердцам и умам людей и сделать агрессоров своими
стражами и, кстати, охранниками ножа, – ее улыбка вернулась. – Похоже,
это спасло и вас: если бы я не назначила за вас награду, то Урк принес бы
мне ваши трупы. Помни об этом, Бранд. Ты в долгу передо мной.

Младший дознаватель яростно ощерилась. Улыбка Тзулы стала еще


шире.

– Чао, Лайел, К’сии. Не ожидала увидеть вас снова.

К’сии изобразил гримасу, зеркально отражавшую улыбку Тзулы. Лайел


прекратил бормотать, услышав свое имя, и озадаченно взглянул на Тзулу
слепыми глазами, словно пытаясь вспомнить владельца этого голоса.

– Тзула Дигрииз. Ты всегда приземляешься на ноги, – произнес он.

– Часть твоей удачи передалась и мне. Как долго ты уже на службе у


инквизитора. Пять? Шесть лет?

– Семь с небольшим.

– Я, – она сделал паузу, взвешивая свои следующие слова, – я так


понимаю, что остальные мертвы?

Чао грустно кивнул.

– Минерва?
– Она не смогла сбежать с Фаль’ша. Воин тау снес ей башку из
винтовки со ста метров, – ответил Чао.

– Беррик?

– Убит тем же культом, что и инквизитор Морвен. Это произошло,


когда мы спасали младшего дознавателя.

Тзула смерила Бранд суровым взглядом, а про себя поставила еще


одну галочку в своем черном списке.

– Сивенсен?

– Пал, сражаясь, но ты же не ожидала от него чего-то другого.


Сдерживал тварей варпа, пока мы убегали с этой проклятой книгой.

– Книгой? Что за книга? – спросила Тзула.

– У нас будет время обсудить это, как и почтить отдавших свои жизни
служению Ордо и Золотому Трону, – произнес инквизитор. – Мы и так
потратили много времени на твои поиски, Тзула, и сейчас должны спешить
в Пифос и молиться, чтобы еще не было поздно.

– Пифос? Вы нашли место?

– Книга выдала нам немало секретов, и расскажет нам еще многое во


время путешествия. А сейчас собирайся, челнок прибудет к концу дня.

Тзула элегантно встала с трона на каменный пол и проследовала к


двери. Открыв ее, она слегка задержалась на пороге.

– Бранд? – произнесла Тзула.

Младший дознаватель повернулась к Тзуле. Сквозь полуоткрытую


дверь Бранд увидела огромную кровать, устланную мехами и
украшениями, свисавшими с ее краев.

– Да, – отозвалась дознаватель.


– Ты ошибалась насчет меня.

– О, – удивленно произнесла Бранд. – И в чем же?

– Я для них не императрица, – на лицо Тзулы снова вернулась


ухмылка.

– Я – их богиня, – добавила она, входя в свои покои.

Бранд повернулась к Диналту, а ее щеки стали еще багровее. Прежде


чем она успела что-то сказать, Диналт активировал вокс-передатчик на
рукаве своего пиджака.

– Диналт – «Ярости Терры». Как слышно?

– Громко и ясно, мой господин, – раздался мужской голос.

– Мы забрали груз и скоро возвращаемся.

– Очень хорошо, господин. Мы заберем вас.

– И еще капитан.

– Да, господин.

– Как только транспортный челнок выйдет за пределы атмосферы


планеты, очистите её поверхность вирусными бомбами.
Глава 1

823959.M41 / Поля Смерти. Двадцать километров западнее Атики,


Пифос.

Зверь разинул пасть, и катаканец, стоявший напротив него,


почувствовал мерзкий запах гнили. С губ твари стекала слюна, а в зубах,
величиной с кулак, торчали остатки еды. Массивный ящер смерил солдата
взглядом и подался вперед, призывая последнего покормить его. Клыки
травоядного сомкнулись на протянутых катаканцем листьях, и ящер,
фыркая, принялся за еду. Катаканец поправил бандану и приготовился
покормить еще пять арбозавров, служивших транспортными средствами
для его отделения, но голос командира остановил его.

- Оставь их в покое, Мак. Если покормишь их сейчас, они будут


слишком медлительны, и мы не успеем добраться до базы до заката.- Пит
Бриджстоун не собирался поучать своего подчиненного, но его приказ не
подлежал обсуждению. – И слезай оттуда. Ты мне нужен здесь.

Мак отложил в сторону корзину с листьями и, без лишних


промедлений, поспешил к своему командиру. Командор Бриджстоун
склонился над глубоким следом на земле, пока четверо мускулистых
воинов в красных банданах охраняли периметр.

- Что там, шеф? – спросил Мак, подходя ближе.

Несмотря на то, что все прекрасно понимали все, что он говорил,


дикция Мака оставляла желать лучшего. Казалось, что он говорил с
набитым ртом.

- Это след. Можешь идентифицировать? – командир указал пальцем на


полуметровый отпечаток.

Мак наморщил лоб и внимательно взглянул на отпечаток. Немногие


катаканцы обладали достаточно высоким интеллектом, чтобы занять место
в Администратуме Департамента Муниторум, но развитие Мака было еще
более заторможенным. Но это не волновало ни Бриджстоуна, ни остальных
бойцов отделения. Свое незнание в одной области Мак восполнял
навыками в другой. Он не только был единственным, кто имел на
вооружении тяжелый болтер в их группе, но и за три года на Пифосе
научился различать следы местной фауны.

- Похоже на каровиса, шеф. Большого каровиса, - произнес Мак после


небольшой паузы.

- Уверен? – спросил Бриджстоун.

Каровисы были не самыми опасными хищниками Пифоса, но они


чаще всего встречаются в заброшенных охотничьих угодьях Полей Смерти
или открытых равнинах Сожженных Саванн. Если Мак был прав, и одна из
тварей действительно подошла так близко к обитаемым районам, это будет
уже третий случай за неделю.

- Уверен.

Бриджстоун кивнул. Когда катаканский сто восемьдесят третий


застрял на Пифосе по пути в Мальстрим, многие скептически отнеслись к
идее командующего танковым подразделением Пита Бриджстоуна
использовать зверей в качестве транспорта. Однако им не пришлось долго
сомневаться, когда почти тридцать «Химер» и шагателей было потеряно в
трясинах, и семьсот душ быстро пересмотрели свои прежние взгляды.
Местная живность оказалась очень даже приспособленной к переноске
больших грузов.

Даже если они не смогут обнаружить каровиса, охрану удвоят, а


тяжелые болтеры на наблюдательных вышках не позволят животным и на
двести метров приблизиться к городу.

- Вперед. Давайте поохотимся! – заявил Котчефф, один из охраны


периметра.

Его пропотевшая бандана обтягивала лоб, а кожа головы блестела в


тусклом свете позднего вечера. Он был обмазан защитной краской с головы
до ног, как и его сослуживцы, а в руках покоилось лазган. Одна рука
лежала на прикладе, готовая в любой момент привести оружие в боевое
положение.

- Ладно, только без глупостей. Раз это – наш ужин, давайте насладимся
процессом, - произнес Бриджстоун.

Несмотря на то, что у сто восемьдесят третьего было достаточно


провизии на много месяцев вперед, и каждые несколько недель их запасы
пополнялись с близлежащих сельскохозяйственных миров, катаканцы
предпочитали настоящее мясо. Единственным источником мяса являлись
хищники, на которых натыкались патрули. Если бы Бриджстоун смог
заполучить мясо каровисов, в следующем месяце никому из его отряда не
пришлось бы платить за выпивку. Шестеро катаканцев направились
обратно к столице планеты, солнце медленно опускалось за их спинами.
Как и большая часть поверхности Пифоса, обращенная к суше сторона
Атики, состояла из трясин и топей, откуда произрастали деревья с
толстыми стволами, высотой в сотни метров, закрывавшие поверхность от
лучей солнца. Бриджстоун и его люди были начеку, так как представители
хищной фауны могли вынырнуть из тумана в любой момент, но и флора
планеты таила в себе немало опасностей: вьющиеся, похожие на щупальца,
стебли, луковичные коконы, растущие в основании деревьев, готовы были
распылить споры от одного лишь прикосновения. Даже трясина сама по
себе представляла опасность: вязкая поверхность могла поглотить
неосторожного путника, химическая реакция между агентами в воде и
воздухе превращали пар в кислоту, разъедавшую все, что попадало в
радиус действия. Когда катаканцы возвращались в Атику по одному из
проложенных маршрутов через трясину, что-то насторожило Бриджстоуна.

Каждый боец отделения выполнял определенные функции во время


патруля. Бриджстоун следил за признаками кислотного пара: голые стволы
деревьев, выжженная листва. Кимино следил за лианами и каждый раз
«новичку», как его называли в отделении за достаточно короткий срок
службы в пять лет, приходилось отстреливать очередную ветку-щупальце,
пытавшуюся утащить арбозавра, вызывая раздражение остальных,
считавших, что тот, таким образом, отпугивает их добычу. Зенс наблюдала
за опасными растениями, пока Мак и Фьюри отслеживали след каровиса.
Котчефф прикрывал тыл. Сто восемьдесят третий убивал время в ожидании
транспортников, которые доставят их в реальные зоны боевых действий, а
пока подобные занятия называли «мирное времяпровождение». Враги
Императора не сидели, сложа руки, и подобная праздность могла стоить
жизни. Многие из катакан, думая, что война пройдет мимо них, уже
кормили червей. Командующий сто восемьдесят третьим, полковник
Страйк по прозвищу «Смертельный», выживал в боях за Императора уже
более десятка лет, не лелея подобных мыслей, и внушал это своим
офицерам, которые, в свою очередь, вбивали эту мысль в головы своих
подчиненных.

Удар вдалеке заставил всех насторожиться. Бриджстоун поднял руку, и


отряд остановился. Бойцы направили оружие в сторону угрозы, готовые
поразить первого, кто появится из джунглей. Мак проверил боекомплект
своего тяжелого болтера, прикрученного к седлу. Через несколько секунд
раздался второй удар, уже ближе к отряду.
- Звук раздается с того направления, - шепотом произнесла Зенс, ее
полуметаллическая рука указывала влево.

Как один, стволы шести орудий повернулись в этом направлении.


Сквозь туман было видно, как листья растений зашевелились, словно кто-
то или что-то двигалось в зарослях. Оно походило все ближе и ближе.

- Не стрелять. Не стрелять… - голос Бриджстоуна был едва уловим в


приближающемся шуме.

Что-то быстро приближалось. Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.

- Открыть огонь! – крикнул Бриджстоун.

Его голос был заглушен крещендо выстрелов. Сконцентрированный


огонь велся по области в несколько метров шириной, уничтожая все, что
попадало в область поражения. Несколько мелких саурианов выскочило из
травы и бросилось в рассыпную. Множество мелких четвероногих были
ранены, но основная масса продолжала убегать из зоны поражения.

- Прекратить огонь! – приказал Бриджстоун, через несколько


мгновений его приказ дошел до всех членов отряда.

Они опустили стволы и стали наблюдать за стайками животных,


пробегавших между ног аброзавров в сторону зеленой полосы позади них.

- Мальки, - произнес Кимино, спешиваясь с аброзавра, чтобы подойти


к одному из убитых зверьков. – Мало мяса, конечно, но если убить большее
количество …

- Стой. От кого они убегали? – прервал бойца Бриджстоун.

Ему не пришлось долго ждать. Сопровождаемый убегавшими в панике


мелкими грызунами, каровис выскочил из кустов и сбил Кимино
брутальным ударом рогом. Голова несчастного еще не успела коснуться
земли, как животное атаковало аброзавра Фьюри. Животное с грохотом
упало на землю, сломав себе шею, но катаканец не пострадал. Он поднял
лазган с земли и направил ствол в сторону каровиса. Фьюри нажал на
спусковой крючок, но ничего не произошло. Он попытался еще раз, когда
небо над ним стало черным, и огромная лапа, которая оставила след,
нависла над ним для решающего удара.

Послышался грохот тяжелого болтера. Лапа каровиса взорвалась,


забрызгав Фьюри кровью. Зверь взревел и неуверенно развернулся в
сторону угрозы. Скорректировав угол атаки, Мак произвел несколько
выстрелов в грудь твари, оставляя дыры в оранжевой шкуре каровиса и
заставляя того рухнуть на колени. Животное снова попыталось взреветь, но
его голос был заглушен огнем лазганов Бриджстоуна, Котчеффа и Зенсы.
Разряды поражали уже образовавшиеся дыры в теле существа, сжигая
внутренние органы.

Беспомощный каровис задыхался, но даже в последние минуты жизни


его когти могли нанести серьезный урон. Избегая ударов поверженного
животного, Бриджстоун достал свой боевой нож и всадил его в плоть
каровиса, место, где соединяются позвонок с черепом. Когда командующий
продолжил вводить лезвие глубже в мозг, он поймал на себе взгляд зверя.
Там, где он ожидал увидеть первобытную ярость, Бриджстоун обнаружил
страх. Взявшись обеими руками за рукоятку, он вдавил нож в плоть,
забирая последние мгновения жизни зверя.

Все еще опасаясь, что каровис может быть частью скрещивающейся


пары или большого стада, бойцы еще несколько минут следили за
окрестностями, после чего опустили оружие и стали переговариваться друг
с другом. Когда звук убегавших вдалеке грызунов затих, катаканцы
вернулись к выполнению своих конкретных задач. Мак и Фьюри залезли на
своих аброзавров, пока Котчефф и Зенс приступили к разделыванию еще
теплого каровиса. Бриджстоун нашел безголовое тело Кимино и забрал его
нож. Через несколько минут он обнаружил голову бойца и снял с нее
бандану. Обмотав рукоять ножа этой банданой, Бриджстоун аккуратно
поставил ногу на поверженного бойца и также аккуратно спихнул тело в
заросли. Что произошло в джунглях, останется в джунглях, таков был путь
катаканцев.

- Шеф. Посмотрите сюда, - позвала Зенс, стоя над мертвым каровисом.

Бриджстоун заткнул нож Кимино за пояс, рядом со своим


собственным, и присоединился к двум катаканцам, нависшим над зверем.
- Что вы обнаружили?

- Не уверена. Это раны, нанесенные Маком, - Зенс указала на куски


плоти, очищенные от шкуры каровиса. – А это - ожоги от выстрелов из
лазружий.

- Но это…- она указала ножом на почерневшие чешуйки вокруг


ягодичной области.

Гной сочился между порезами на шкуре, и, под воздействием жары,


рана источала мерзкий смрад.

- Я без понятия, чем это вызвано.

Бриджстоун наклонился ниже, чтобы получше рассмотреть


открывшуюся картину, но смрад заставил даже его, ветерана с многолетним
опытом, закрыть нос и рот рукой.

- Оставьте его.

- Но шеф, Кимино погиб, сражаясь с этой тварью. По-моему,


неправильно оставлять тело здесь, - воспротивился Котчефф.

- А если мы возьмем его с собой и накормим полк, это убьет еще


больше людей.- Словно усиливая эффект слов командующего, личинки
закопошились в мертвой плоти животного. – Пошли отсюда. У нас все еще
есть шанс добраться до базы до заката.

Мак, вставший впереди колонны, подвел зверей, и катаканцы, вскочив


в седло, двинулись дальше по направлению к Атике. Еще до того, как они
скрылись из вида, джунгли Пифоса уже обгладывали то, что катаканцы
оставили после себя.

823959.M41 / Улей Атика, Пифос

Солнце клонилось к закату за горами Олимпакс, когда отделение


Бриджстоуна вернулось в Атику. Поздние сумерки окутали базу катаканцев
багровым цветом, когда тысячи воинов джунглей проверяли вооружение,
затачивали ножи, пополняли боезапас. Когда отряд подъезжал к
металлическим воротам, охраняемым засевшими на вышках бдительными
часовыми, несколько катаканцев бросали в их сторону взгляды, полные
надежды, но, заметив, что команда Бриджстоуна не везет мясо,
возвращались к своим рутинным делам.

Что-то было не так: уже было темно, и база должна была готовиться к
отбою. Вместо этого весь полк был выведен из бараков и готовился
выступать. Бриджстоун узнал одного из бойцов, проходящего мимо, и
остановил его.

- Голдрик. Что происходит? Мы получили приказ об отбытии?

Опоясанный патронной лентой стрелок остановился и посмотрел на


Бриджстоуна, который, сидя на аброзавре, возвышался над ним на три
метра.

- Нет, сэр, - произнес Голдрик, отдавая воинское приветствие. – Прямо


перед закатом прибыл шаттл. Небольшой, но вооруженный до зубов. На
нем были аквилы и какой-то знак, который мы не разобрали.

Оба бойца посмотрели на небо, в сторону шпиля города-улья, где


находилась посадочная площадка.

- Группа каких-то шишек в рясах потребовала полковника. Они там


заседают уже несколько часов, но Страйк приказал нам немедленно
выдвигаться на позиции.

- Рясах? Экклезиархия? – Бриджстоун встречался с представителями


Экклезиархии и раньше, еще на Катакане, когда миссионеры прибыли
просветлять «дикарей».

Люди Катакана были верными слугами Золотого Трона, и им не


понравилась идея такого «просвещения». Когда миссионеры поняли, что
жизнь на мире-смерти далеко не сахар, их корабли стали покидать планету.
Далеко не многие катаканцы были бездумными фанатиками и среди бойцов
сто восемьдесят третьего были те, включая полковника и многих его
офицеров, чье поклонение Богу-Императору действительно было
искренним.

- Не думаю. Двое из них были женщинами, как я слышал, но не


Сестрами Битвы. Ходят слухи, что некоторые из них остались на борту
корабля. Ребята Батавски охраняют шаттл, и они клянутся, что слышали
шаги внутри него.

Стрелок обернулся по сторонам, желая вернуться к исполнению своих


обязанностей.

- Свободен, Голдрик, - произнес Бриджстоун. – Но дай мне знать, если


что-нибудь услышишь.

Стрелок поспешил по направлению к ангарам, в которых стояли танки,


оставляя позади отделение Бриджстоуна. Когда бойцы прибыли к стойлам,
их уже ждали. Бриджстоун спешился и отдал вожжи Маку. Фигура отдала
приветствие Бриджстоуну, командующий отсалютовал в ответ.

- Командор Бриджстоун. Полковник приказал мне сопроводить тебя к


нему, как только вы вернетесь с патруля.

В отличие от Бриджстоуна и его отделения вновь прибывший был одет


в китель цвета хаки с рукавами и пуговицами до отворота, над которым, на
цепочке, висел символ аквилы. Вместо банданы на голове красовался
красный берет с кокардой полка. Его звериные черты лица немного
смягчались гладко выбритым подбородком, хотя по порезам было видно,
что мужчина явно не привык бриться.

- Майор Торн. Видимо полкан действительно принимает важных


гостей, раз заставил тебя вырядиться в парадную форму. Ты похожи больше
на какого-то востроянца, чем на ветерана мира смерти, - фыркнул
Бриджстоун.

Майор покачал головой и довольно оскалился

- Ты даже половины не знаешь, Пит, - произнес он пожимая руку


командующего в традиционном стиле племен Катакана.
Майор осторожно покосился в сторону отделения Бриджстоуна.

- Больше не могу ничего сказать. Страйк введет тебя в курс дела по


прибытии.

- Мне нужно пару минут, Экхардт. – Бриджстоун кивнул на


дополнительный нож на поясе.

Оба мужчины перестали улыбаться.

- Кто на этот раз?

- Кимино. Каровис выбежал из ниоткуда и снес ему голову.

Торн угрюмо кивнул и вздохнул с облегчением. На своем мире


катаканцы придерживаются строгих племенных традиций и структуры,
которые затем передается боевым подразделениям. Также как племена
выбирают себе вожаков, катаканцы выбирают своих капитанов, сержантов
и других офицеров, целые полки могут состоять из жителей
соседствующих друг с другом небольших племен. Сто восемьдесят третий
был почти полностью сформирован из жителей небольшой цепочки
архипелагов в южной полусфере Катакана и, как результат, многие
отделения состояли из родственников. Кузен воевал рядом с кузеном, брат -
с братом, а иногда и под командованием дяди или, в очень редких случаях,
деда. Никто из отделения Бриджстоуна не был связан родственными узами,
но племянник Торна служил под его командованием.

- Как он? – спросил Торн, кивая головой в сторону Мака.

- Ты слишком сильно за него волнуешься, Экхардт. Он силен, как бык,


с таким же большим сердцем. Покажи мне бойца храбрее, и я покажу тебе
свой зад.

Торн запрокинул голову и захохотал, при этом его берет упал на


землю, оголив лысину майора.

- Иди, - произнес он, поправляя свой головной убор. - Делай, что


должен. Я буду ждать тебя здесь.
Бриджстоун кивнул и направился к стойлу. Сотни красных бандан
развивались под действием теплого бриза, каждая привязана к рукояти
ножа, воткнутого в землю. Все они напоминали о тех, кто пал на Пифосе.
Аккуратно обходя мемориалы, Бриджстоун обнаружил свободный участок
земли и достал нож Кимино. Наклонившись, он всадил его в землю под
идеальным прямым углом.

- Ладно, пойдем посмотрим, из-за чего все так переполошились, -


произнес Бриджстоун, следуя за майором.

Для тех немногих в Империуме, кто слышал название этой элитной


структуры, Инквизиция была лишь мифом, легендой из далекого прошлого,
которой матери и отцы пугали своих детей. Многие дети прятались под
одеялом, опасаясь, что Черные Корабли придут за ними ночью. Многие
сердца были разбиты пройдохами, которые представлялись агентами Ордо,
а затем бесследно исчезали под покровом тьмы. Но другие, менее
удачливые, в реальности сталкивались с разрушительным воздействием
Инквизиции. Немногие, кто имел контакт с Ордо, оставались нетронутыми.
В лучшем случае людей заменяли на других агентов. В худшем – все
заканчивалось смертью, притом не только одного человека, но и целых
миров, планетарных систем и культур.

Уже два часа полковник сто восемьдесят третьего, «Смертельный»


Страйк, сидел в компании тех, кого считали мифом, предметом спекуляций
и слухов среди флота и пьяных пехотинцев. В свете того, что должно было
последовать за этим визитом, полковник хотел бы, чтобы все это
оставалось слухами. Но теперь его головной болью были аж три «мифа»,
облаченные в одинаковые багровые рясы, и выдвигавшие ему вполне
«реальные» требования.

- Это простая просьба, полковник, - произнес инквизитор Михаил


Диналт, прохаживаясь по комнате, словно это был его офис.

Полы его костюма влачились по земле.

- Мне нужно три «Химеры» с экипажами, чтобы углубиться в джунгли


Пифоса и помочь мне и моим людям найти… - он сделал паузу, подбирая
слова. Женщины, сопровождавшие его, выглядели возбужденными. –
Объект.
- Мой господин, со всем уважением, это не просто формальная
просьба. – Страйк встречался лицом к лицу с катаканскими дьяволами на
его родном мире и теперь носил на шее их зубы. И хотя он знал о всей
мощи Инквизиции, его сложно было запугать.

Диналт выпрямился, будучи на несколько сантиметров выше


полковника, он слегка наклонился, чтобы взглянуть тому в глаза. Катаканец
почувствовал его дыхание.

- Если бы я хотел, полковник, то приказал бы всему Вашему полку


последовать за мной в джунгли, - произнес Диналт, при этом Бранд
самодовольно фыркнула. Тзула смерила ее укоряющим взглядом.

Страйк отвел плечи назад и расправил грудь. Там где полковник


проигрывал в росте, он с лихвой восполнял своим мускулистым
телосложением.

- Если бы это было бы Вашим намерением, Вы бы уже сделали это.

Диналт поднял бровь

- Вы работаете в настолько секретной организации, что пока Вы не


вышли наружу, я думал, что в шаттле - двухметровый инопланетянин,
комиссар или некрон.

Тзула хотела что-то сказать, но вовремя передумала.

- И последнее, чего Вы хотите – это десять тысяч катаканцев,


увидевших этот «объект», - продолжил Страйк. – Черт возьми, да снаружи
стоят люди, которые, даже увидев вас, до сих пор не верят, что Инквизиция
существует. И почему-то я уверен, что Вы хотите, чтобы так все и
оставалось.

Диналт был впечатлен.

- Мне не жалко «Химер», просто я осторожен. Я здесь уже три года и


поверьте мне, в каком бы транспорте Вы не поехали, он станет прекрасным
большим гробом в этих джунглях.
- Почему вы их не модифицировали? – фыркнула Бранд. – Это надо
было сделать в первую очередь, как только вы поняли, в какой ситуации
оказались.

Страйк подавил приступ гнева перед тем как продолжить:

- Может, так у вас делаются дела в Инквизиции, но в Имперской


Гвардии дела обстоят по-другому. Даже если бы у нас были нужные
запчасти, у нас нет техножрецов, чтобы модифицировать транспорт. И даже
если бы у нас были корабли, чтобы доставить их в мир-кузню, то мы бы
отправились сразу в Мальстрим, куда и должны были лететь с самого
начала.

- Что случилось с вашими техножрецами? К механизированной


бригаде должны быть приписаны адепты Марса, - спросила Тзула.

- Они мертвы, - бросил Страйк.

- Что, все? – отозвалась Тзула.

- Моя госпожа, это мир смерти, такой же, как и Катакан, и процент
погибших катаканцев здесь также довольно высок. Те, кто не был рожден
на мире смерти, здесь долго не протягивают. Клерки, техножрецы, даже
комиссары не протянули и года на Пифосе.

- Полк Имперской Гвардии без комиссаров? Неслыханно!- завопила


Бранд.

- Это происходит чаще, чем Вы думаете, моя госпожа, - спокойно


произнес Страйк, добавив уже тише – особенно у нас.

- Я полагаю, это объясняет, почему их полковник такой


недисциплинированный баран, - произнесла Бранд, поворачиваясь к
Диналту.

Страйк выдерживал ситуации и похуже этой и не собирался сдаваться


перед блондинкой-инквизитором.
- Хотя техника неприменима в здешних условиях, мы используем
местных животных в качестве транспорта. Они не такие быстрые, как
«Химеры», но идеально пригодны на зыбучей местности.

Раздался стук в дверь.

- Войдите, - произнес Диналт, прежде чем полковник успел открыть


рот.

Торн открыл дверь, отдал воинское приветствие и отступил в сторону,


позволив Бриджстоуну войти. Командующий отсалютовал полковнику,
изучая новоприбывших. Бриджстоун выглядел для них дикарем, не
соблюдающим персональную гигиену. Бранд скривилась и приложила руку
к носу и рту, вызвав у Страйка смешок. Торн закрыл за ними дверь.

- Господин, это командор Бриджстоун. Он возглавляет кавалерию, о


которой я Вам рассказывал, - произнес Страйк.

Бриджстоун был готов отдать воинское приветствие, но услышав слово


«господин», заколебался, раздумывая кланяться ли ему или нет. В конце
концов, он просто кивнул.

- Ему можно доверять? – спросил Диналт.

- Всем моим людям можно доверять, - ответил Страйк.

Инквизитор напрямую обратился к Бриджстоуну.

- Эти звери, у Вас найдется несколько для транспортировки шести


человек?

Бриджстоун выглядел озадаченным, но затем вспомнил разговор с


Голдриком, который рассказал о пассажирах шаттла.

- У нас есть несколько прирученных аброзавров, господин, но ими


сложно управлять, особенно для новичка, - заявил он к разочарованию
Диналта.

- Они достаточно крупные, однако мы можем прикрепить


дополнительные сиденья, и вы можете поехать с моими людьми.

Настроение Диналта улучшилось.

- Превосходно. Вот теперь я вижу ту смекалку катаканцев, о которой


так много говорят. Сколько времени Вам понадобится на подготовку,
командующий?

- Мы сможем выдвинуться с первыми лучами солнца.

Диналт удовлетворенно кивнул полковнику.

- Господин инквизитор? – произнес Страйк, лицо Бриджстоуна при


этом стало бледным от осознания того, что он говорил с существом из
мифов и легенд.

- Я Вас слушаю, полковник.

- Мои люди сделают все, что в их силах, чтобы Вы вернулись


невредимыми. Я могу ожидать подобной любезности и от Вас?

Инквизитор обменялся взглядами с женщинами, прежде чем ответить.

- Естественно, полковник. Я буду относиться к Вашим людям как к


своим собственным.

На этом он развернулся и вышел из комнаты, на ходу накидывая плащ.


Женщины последовали за ним, но Бранд задержалась на выходе и
повернулась к полковнику.

- Полковник «Смертельный» Страйк? Я так понимаю «Смерть» - это


прозвище, а не Ваше второе имя? – спросила дознаватель.

- Это так. Я заслужил его на прошлой компании против повстанцев на


Бурлионе VIII.

- Хмм. Забавно, - фыркнула она.

- Моя госпожа, я не понимаю, что здесь такого забавного?


- Местный язык системы Бурлион – вариант старинного
Франбарикского диалекта, если я не ошибаюсь.

- Верно. На нем говорят на дюжине миров и некоторых удаленных


лунах.

- Что ж, тогда Ваше прозвище имеет другое значение, нежели то, что
вы думаете.

Страйк сохранял спокойствие, будучи неуверенным, пытается ли эта


женщина заманить его в ловушку, или нет.

- И что же оно означает?

- Это слово-гибрид. «См» обозначает «из» или «с», в то время как


«ерть» означает «грязь». Дословный перевод Вашего прозвища – «из
грязи», - ухмыльнувшись, произнесла она, прежде чем последовать за
Диналтом.

Тзула последовала за ней, но тоже задержалась и обернулась к


полковнику.

- Она не хотела обидеть Вас. – Ее улыбка была теплой и искренней,


затем она повернулась к Бриджстоуну. – Ордо Маллеус благодарно Вам и
Вашим людям за сотрудничество, полковник.

- Пит. Укладывай своих людей, но на рассвете я жду вас здесь для


инструктажа, - произнес Страйк.

- Есть, сэр, - ответил Бриджстоун, салютуя полковнику.

- И брось эту показуху. Может это и впечатляет «наисвятейшее Ордо»,


но не меня.

Бриджстоун ухмыльнулся и убрал руку от затылка. Кивнув Торну, он


направился обратно в бараки.

- Сэр, мне приказать людям сняться с позиций? – спросил майор, как


только Бриджстоун вышел за дверь.

- Еще нет, Торн. Держи полк наготове, пока я не прикажу обратное.

Страйк бросил взгляд в сторону восхода первых лун Пифоса в ночном


небе.

- Они могут вешать нам лапшу, что прибыли сюда за какой-то


находкой, но если то, что я слышал про Инквизицию – правда, нужно
готовиться к худшему.
Глава 2

829959.M41 / Поля смерти. Сто семнадцать километров юго-


восточней Атики, Пифос.

–Я не говорила, что его будет просто найти, – произнесла Бранд,


закутываясь в плащ, чтобы защититься от ливня.

На другом седле восседал Котчефф, его аброзавр упорно двигался


вперед, несмотря на дождь. Другой аброзавр двигался рядом с ними,
Бриджстоун старался объезжать места с трясиной, но из-за ливня их могло
смыть прямо на Котчеффа. Диналт, сидевший позади, ответил:

– Эти джунгли огромны. Даже если бы наш объект был величиной с


город, мы бы не смогли найти его здесь без координат. Ты уверена, что
правильно поняла письмена.

– Мой перевод был безупречен! – рявкнула Бранд.

– Я уверена, что перевод был правилен, господин Диналт, – она тут же


сменила тон, вспомнив, с кем разговаривает.

Прошла неделя с того момента, когда группа Диналта и катаканцы


выдвинулись на поиски артефакта и, несмотря на все их восхождения,
прогресс был чрезвычайно незначительным. Периодически джунгли
преподносили им неприятные сюрпризы, и с ними приходилось сражаться.
Голодные аброзавры, облака ядовитого газа или трясина – со всем этим
приходилось бороться. В дополнение ко всему хлынул ливень, и без того
мрачное настроение свиты инквизитора ухудшилось еще больше.
Катаканцы закутались в свои пончо и, казалось, не обращали никакого
внимания на изменения погоды.

– Если данные ауспика верны, мы узнаем, права она или нет, в течение
нескольких часов, – послышался голос Тзулы с хвоста каравана.

В отличие от Бранд, Лайела, Чаои и Диналта, Тзула сама вела


аброзавра. На ее родном мире она провела годы, сидя на спине подобного
животного. По лицу Бранд было заметно, что этот факт раздражает ее не
меньше, чем компания Котчеффа. За все время путешествия она лишь
дважды обращалась к катаканцу. Когда катаканец первый раз опустил руки
чуть ниже ее пояса, помогая дознавателю слезть с аброзавра, она сломала
ему три пальца.

– И к тому же, – произнесла Тзула, поравнявшись с аброзавром


Котчеффа. – Если мы ничего не найдем, то всегда сможем казнить ее за
некомпетентность.

К’сии, держась за талию Тзулы волосатыми лапами, ухмыльнулся,


обнажив длинные клыки. Бранд сощурилась и зашипела на ксеноса.

– В любом случае, даже если мы и найдем то, что вы искали, это будет
не раньше завтрашнего дня, – добавил Бриджстоун.

Несмотря на неделю их путешествия со свитой инквизитора, ни


Бриджстоун, ни его люди не знали, что они ищут. Катаканцам доверили
доставить инквизитора на определенное место, но на этом кредит доверия
заканчивался.

– Солнце садится, нам стоит разбить лагерь.

– Согласен, – произнес Диналт.

Неожиданная очередь из тяжелого болтера заставила всех


остановиться.
– Стебли, – крикнул Мак через плечо. – Просто стебли.

Позади него ерзал закутавшийся в плащ Лайел, нервно закрывая уши


ладонями. Катаканец положил ему руку на плечо и слегка встряхнул. К
удивлению присутствующих, Лайел без всяких истерик опустил руки.

– Оно ушло? Ты убил его? – спросил астропат.

– Я знаю, что у тебя плохо со зрением, Лайел, но это был не ящер.


Просто стебли.

– Но ты их убил?

Мак улыбнулся.

– Я заставил их стать хорошими.

Не желавший по началу ехать в седле, Лайел в течение нескольких


дней нашел взаимопонимание с молодым катаканцем, и они были
практически неразлучны. И хотя их разговоры были далеки от нормальных
диалогов, они все делали вместе: делили пищу и вместе ходили в патруль.

Аброзавр Зенс поравнялся с ними.

– Эй, почему бы вам двоим не установить палатку, – произнес Чао.

Капли с краев его шляпы падали прямо на пончо Зенс.

– Мне, например, не терпится поскорее разбить лагерь и избавить Зенс


от этой мокрой одежды.

Катаканка усмехнулась и ударом пятки заставила аброзавра рвануться


вперед.

– Поднажмите, – произнес Бриджстоун. – Я вижу неплохую поляну


впереди.

Меньше чем через час шесть шатров были разбиты, и капли дождя
барабанили по их крышам. Расставив ловушки-сигнализации, катаканцы
сидели у костра, жаря мелкого ящера, пойманного в пути, и играя в карты,
за исключением Фьюри, который нес вахту. Лайел и Чао играли с ними,
слепой астропат тер каждую карту, чтобы понять масть. К’сии наблюдал за
их игрой, модифицируя лазружье Бриджстоуна, и иногда стряхивал со
шкуры капли, угрожая тем самым существованию костра. Осознав, что
Инквизиция не такая уж и мифическая организация, катаканцы приняли
ксеноса в свое общество. Несмотря на то, что по началу некоторым из них
не очень нравилось то, что делал К’сии с их оружием, катаканцы
относились к нему вполне тепло. А когда они увидели, как улучшилось их
оружие после его модификации, жители мира смерти приняли его в свои
ряды. На противоположной стороне лагеря Диналт, Тзула и Бранд, сидя у
небольшого костра, изучали книгу, с которой Бранд не расставалась с того
дня, когда она, Диналт и целый батальон кадийцев воевали на
демоническом мире. Диналт, Бранд, Чао, Лайел и К ‘сии спаслись, увезя с
собой книгу. Остальная часть их команды и тысячи имперских гвардейцев
– нет.

– У меня, все же, остались сомнения по поводу твоего перевода,


Бранд. Этот «Том Адского Пламени», почему он указывает именно то
место, куда нам нужно идти? Письменные труды Губительных Сил обычно
запутывают, а не расписывают пункт за пунктом, что и как нужно сделать,
чтобы найти запретные артефакты, – произнесла Тзула.

Она слегка подрагивала в своем жакете. Ее плащ сушился над огнем.

– Он не говорит, где именно находится камень, а только его вероятное


местоположение, – раздражительно ответила Бранд.

– Изучив том, я на семьдесят один процент уверена, что «Адский


камень» находится именно в данной точке, – она указала на портативный
ауспик, прикрепленный к поясу Тзулы. – Однако я не уверена, сколько
времени он там находится.

– И вас удовлетворяет подобный ответ? – спросила Тзула Диналта.

– Даже если бы был хотя один шанс на миллион найти камень, я бы


сделал все то, что совершил ранее, и, не раздумывая, пожертвовал бы всем,
– голос Диналта был торжественен, впрочем, женщины не заметили этого.
– Пройдет еще сорок лет, прежде чем он снова появится в реальном
пространстве.

Он кивнул на нож у Тзулы на поясе.

– Если у нас есть возможность сейчас – то мы должны действовать.

Большую часть своей службы Золотому Трону на протяжении двухсот


столетий Михаил Диналт потратил на поиски «Адского камня », артефакта,
с помощью которого, по слухам, можно было открыть портал в самые
глубинные уголки Ока Ужаса. Эта мощь оставалась слухами лишь
благодаря усердию и старанию Диналта. Будучи младшим дознавателем, он
и его господин, Тадеус Лазароу, проникли на ритуал активации камня
одним из культов и сорвали его. Их миссия прошла успешно, однако
Лазароу получил тяжелые ранения. Пока его учитель умирал, Диналт
поклялся, что посвятит свою жизнь охране Империума от зла, таящегося в
этом артефакте. Достигнув ранга инквизитора, Диналт посвятил себя
раскрытию секретов «Адского камня» и принялся за работу с усердием,
удивляющим даже ветеранов Ордо Маллеус. Он был там, где
обнаруживались культы почитателей камня и там, где банды Астартес-
предателей пытались присвоить артефакт себе. И везде Диналт
противостоял им. Инквизитор был одержим поисками любых упоминаний
о камне. Его старания были вознаграждены, когда он узнал о появлении
камня на сельскохозяйственном мире в сегментум Соляр. По мере того, как
силы Хаоса пытались расширить усилия в поисках артефакта, Диналт
получал информацию, в частности, после допроса пленника-легионера из
предательского Альфа-Легиона. Ведя три братства Серых Рыцарей и почти
целый имперский флот сегментума Соляр, Диналт прибыл вовремя, чтобы
уничтожить флот Архиврага, но слишком поздно, чтобы уничтожить
артефакт, который исчез прямо перед глазами инквизитора и Серых
Рыцарей после их высадки. Хотя камень и был потерян, пленник Диналта
предоставил ему и другую полезную информацию. Он рассказал
инквизитору о «Томе Адского Пламени», средстве, с помощью которого
можно было отыскать артефакт, и о ноже, которым тот сможет уничтожить
камень. И перед тем, как легионер умер, он поведал Диналту, где его
следует искать. Так много жизней было принесено в жертву. Стоило ли это
того? Если слова Бранд верны, скоро они найдут ответ на этот вопрос.

– Господин Диналт… – предупредила Тзула.


Позади нее приближались К’сии и Бриджстоун, осматривавший свое
модифицированное ружье. Бранд спешно убрала книгу в сумку, висевшую
у нее за плечом.

– Прошу прощение за вторжение, дамы и господа, но если вы хотите


есть, предлагаю сделать это сейчас. Инквизиция или еще что, живот
катаканца не признает ничьей власти, – произнес Бриджстоун.

– Благодарю командор. Я съем свою порцию в палатке, – ответил


Диналт.

– Как и я, – добавила Бранд, направляясь к своей палатке.

Бриджстоун и К’сии расступились, пропуская ее, однако, когда она


проходила мимо ксеноса, то задела его бедром, в результате чего тот упал в
грязь. Бранд, как ни в чем ни бывало, продолжила движение. Бриджстоун
протянул К’сии руку и помог джокаэро подняться на ноги. Тзула надула
щеки и закатила глаза на манер Бранд, чем вызвала улыбку на лице К'сии.

– Разрешите на чистоту, госпожа? – спросил Бриджстоун.

– Только так, командор, – произнесла Тзула.

К’сии нашел место, где струи дождя были наиболее сильными и стал
смывать грязь со своего меха.

– У этой женщины манеры грокса. Она – такая же жестокая. Если бы


она сделала подобное на Катакане, ей бы запихнули ботинок прямо в…

Тзула так и не узнала, в какую часть тела Бранд Бриджстоун собирался


запихнуть свой ботинок, так как в этот момент случилось две вещи: завыли
сирены, и из зарослей выпрыгнуло самое крупное животное на Пифосе –
пифосский земляной ящер. Побросав остатки пищи, катаканцы схватили
оружие и открыли огонь. Тзула выхватила свой плазменный пистолет и
присоединилась к катаканцам, пока Диналт и Бранд выбегали из своих
палаток с оружием наперевес.

Ящер взревел, когда пули забарабанили по его толстой спинной броне,


больше от раздражения, чем от боли. Несмотря на свою массу и отсутствие
лап, тварь двигалась очень быстро. Его гигантская голова, размером с
огрина, устремилась вперед, и Мак оттолкнул Лайела в сторону, как раз в
тот момент, когда она оказалась практически рядом с ними. Катаканец
открыл огонь из своего тяжелого болтера и заставил ящера на время
отступить в гущу деревьев.

– Оно пытается окружить нас! – крикнул Бриджстоун, следя за


движениями ящера.

– Мак, стреляй в него, когда тварь покажется на свет, только целься в


голову. Всем остальным – делать то же самое.

– Где Фьюри? – добавил он.

Скоро они получили ответ на свой вопрос. Неожиданно появившись


из-за деревьев, ящер открыл свою клыкастую пасть и набросился на
Бриджстоуна. С его огромных клыков сочилась кровь, а в зубах застряли
куски мяса и обрывки камуфляжной формы. Командор отшатнулся, чтобы
не попасть монстру в пасть, но застрял в трясине. Ящер уже изготовился
нанести последний удар Бриджстоуну, но Мак открыл огонь по голове
твари при поддержке Диналта и Тзулы. Ящер снова скрылся за деревьями, а
в воздухе повис запах жареной плоти.

– У него есть слабые места? – спросил Чао, пытаясь перекричать шум


стрельбы и падающих деревьев.

Он все еще сидел у костра, доедая мясо.

– Область, где соединяется череп и позвоночник, – крикнул


Бриджстоун.

– А что? Можешь помочь? – саркастично добавил он.

Чао дожевал кусок мяса и вытер руки о штаны.

– А почему бы нет. Но сначала, – он встал и достал болт-пистолеты, –


немного уравняем шансы.

Ящер попятился назад, опустив голову вниз, а затем резко рванулся


вперед и устремился к одинокой фигуре, стоявшей у костра. Когда
дистанция между ними сократилась до десяти метров, Чао выстрелил два
раза. Обе пули попали в глаза монстра и взорвались изнутри, поливая
стоящих рядом ихором. В первый раз животное взревело от боли. Оно
начало бешено вертеться, раскидывая все вокруг: палатки, аброзавров.
Катаканцы и Диналт укрылись за деревьями. Чао сделал то же самое, но не
спрятался за стволом как Лайел и остальные, ведущие огонь из укрытия.
Он вернул пистолеты в кобуры и стал взбираться на дерево. Стволы были
достаточно крупными и имели массу выпуклостей, поэтому Чао достаточно
быстро двигался наверх. Достигнув первых ветвей в десяти метрах от
земли, он ухватился за одну из них и стал раскачиваться. Поняв, что он
хочет сделать, остальные заняли позиции и оружейным огнем заставили
слепого зверя встать под Чао. Оказавшись над зверем, Чао отпустил ветку и
приземлился прямо на шею ящера. Игнорируя боль от удара, Чао схватил
монстра за шкуру, а другой вытащил пистолет. Почувствовав, что кто-то
свалился ему на спину, ящер стал извиваться, пытаясь сбросить
нежданного пассажира. Чао держался. Наконец, он нашел ту область, о
которой говорил Бриджстоун и выпустил три болта в мозг. Неожиданно
монстр замер и рухнул на мокрую землю.

– Только посмотрите на это, – произнес Чао, спрыгивая с


поверженного монстра.

Его многочисленные раны сочились кровью.

– Я только что уделал самого крутого монстра на этой планете. –


Последние слова были адресованы Зенс.

Она, вместе с остальными, подошла ближе, чтобы рассмотреть трофей


Чао.

– Приходи ко мне, когда убьешь его мать или отца, – произнесла она и
пошла осматривать последствия действий ящера. – Это всего лишь
детеныш.

830959.M41 / Поля Смерти. Сто девятнадцать километров юго-


восточнее Атики, Пифос.
Жар утреннего солнца превращал воду из луж в пар, который, в свою
очередь, превращался в туман. Видимость была почти нулевая, поэтому
Тзула ехала впереди колонны, ориентируясь по ауспику. Все ехали молча.
Несмотря на то, что они потеряли только одного человека, катаканцы по-
своему скорбели об утрате. Бриджстоун нашел нож Фьюри, и это слегка
сгладило напряжение, однако бесчувственные комментарии Бранд по
поводу ущерба палаткам, нанесенного во время буйства зверя, добавляли
дегтя в общую картину. Во время очередной вспышки истерики со стороны
Бранд Тзула подумала, что Диналт не будет против, если катаканцы побьют
ее.

– Сколько еще? – тихо произнес Диналт, когда Бриджстоун поравнялся


с Тзулой.

Его шепот был данью уважения к остальным катаканцам, скорбящим


по Фьюри.

– Мы практически достигли вершины, но я думаю, эта влага негативно


влияет на наше оборудование, – произнесла Тзула.

Устройство пикнуло, снова пересчитывая маршрут.

– Если мы разделимся, то сможем покрыть больше площади.

Диналт взглянул на Бриджстоуна.

– Разделиться – не очень хорошая идея, госпожа. С такой плохой


видимостью мы можем полагаться лишь на наши уши, но не все хищники
такие громкие, как ящеры, – произнес Бриджстоун.

Он поднял взгляд вверх на листья деревьев.

– Мы можем подумать об этом через пару часов, когда туман


рассеется. Возможно, к этому времени мы уже найдем то, что вы ищите.

– Ждем еще час, потом спешиваемся, – произнес Диналт, игнорируя


слова Бриджстоуна.
– Эй, босс? – раздался голос Чао из тумана. – Мы можем сделать
небольшую остановку?

Инквизитор вздохнул и дал знак Бриджстоуну остановиться.

– Не долго, – произнес он.

Чао и несколько катаканцев спешились и направились к деревьям. Они


вернулись через несколько секунд.

– Босс, – произнес Чао, выступая вперед. – Думаю, мы нашли его.

830959.M41 / Улей Атика, Пифос.

Полковник Страйк подписал последний документ и собирался уже


выйти из-за стола, когда майор Торн вошел в командный центр. Вместо
парадного костюма, который он одевал на встречу с инквизитором и его
свитой, Торн был облачен в оливкового цвета жилет, на голове красовалась
красная бандана ветерана мира-смерти. Не тратя времени на воинское
приветствие, он подошел к полковнику.

– Мы потеряли контакт с Маусколка Примус, – доложил майор. –


Никаких сообщений в течение двух дней, «Валькирия», вылетевшая для
ротации отделений, так и не вернулась.

– Уверен, что это не из-за погоды? Эти шторма прошлой ночью могли
повредить наши передатчики, и пилот «Валькирии» не смог достигнуть
места высадки. – Страйк встал из-за стола и подошел к окну, чтобы
посмотреть на туман, простиравшийся аж до самого горизонта.

– Нам также не удается связаться с ульем Кренсулка и сторожевыми


станциями на Сепултуре и Холоуфоле.

– Шторма…

– Я проверял метеорологические отчеты, они никак не могли


помешать сообщению на Сепултуре и Холоуфоле, – перебил майор.
– Атмосферные колебания? Солнечная активность могла повлиять на
вокс-связь.

– Почему тогда наши работают? – Торн кивком указал на вокс-


передатчик в противоположном конце командного центра, где три
оператора были заняты обработкой сообщений.

Страйк понял, к чему клонит майор.

– Думаешь, это не совпадение? Их специально вырубили?

– Без информации с длинноволновых ауспиков на Сепултуре мы не


можем следить за перемещениями в системе, и если Холоуфол также был
атакован, мы не сможем связаться ни с одним кораблем на орбите. – Торн
сделал паузу. – Думаете это зеленокожие, сэр?

Майор выглядел возбужденным.

– Маловероятно. Если бы это были орки, они бы уже атаковали базу


улья. Уловки и махинации никогда не входили в их тактику. Нет, это что-то
другое. Пока не знаю что, но готов поспорить на годичный паек, это
связано с этой инквизиторской шайкой, свалившейся на наши головы.

– Приказы, полковник?

Страйк обратился ко всем, кто присутствовал в командном центре.

– Приказываю мобилизовать весь улей и подготовить «Валькирии» на


случай эвакуации. Подгоните к базе три дюжины «Леманов». Пошлите
астропатическое сообщение флоту «Деметр»: полная боеготовность.

Несмотря на три года отсутствия каких-либо действий, война была у


Страйка в крови, как и у всех женщин и мужчин Катакана, и принятие
решений в подобных ситуациях было для него таким же естественным, как
и процесс вдыхания воздуха.

– Что-нибудь еще, сэр? – спросил Торн на фоне усилившейся


активности штаба.
– Молись, – просто ответил полковник. – Если это не погодные трюки,
то помолись Богу-Императору за всех нас.

830959.M41 / Поля Смерти. Сто девятнадцать километров юго-


восточнее Атики, Пифос.

Оставив катаканцев, охраняющих периметр, Чао присоединился к


Диналту, Тзуле и Бранд. Выйдя из тумана, они попали прямо под лучи
солнца. Тзула бросила взгляд на туман между деревьями, который словно
боялся попасть под солнечный свет. Чао держал кобуры открытыми на
случай опасности, пока Диналт и Бранд сосредоточили внимание на
объекте в центре тракта.

Высотой в два человеческих роста почти столько же в ширину,


плоский серый камень, длиной в полметра, утопал в глинистой
поверхности. Вокруг него не было видно никаких следов растительности и
даже мха на его поверхности, но в целом камень выглядел совсем
обычным. Если бы не отсутствие растительности вокруг объекта, его
можно было принять за обычный булыжник. Бранд расхаживала вокруг
него, внимательно изучая артефакт.

– Это он? – спросила Тзула. – Я ожидала чего-то более ужасного. Ну


знаете, весь там в пиках или письменах, горящий богохульным зеленым
пламенем и изрыгающий богомерзкие литании из тысячи пастей.

Бранд фыркнула.

– Не все артефакты Архиврага выглядят настолько очевидными.


Предметы Губительных Сил могут выглядеть вполне обычными.

– Да, – благоговейно произнес Диналт. – Именно так я его и запомнил.

Его взгляд еще несколько мгновений скользил по находке, затем он


снова вернулся в реальность.

– Командор Бриджстоун, – произнес он.


– Да, господин? – раздался голос из тумана.

– Привяжите зверей и будьте наготове. Лайел, К’сии, оставайтесь


здесь.

– Вы нашли то, что искали, господин?

Ответа не последовало.

– Как прикажите, – добавил Бриджстоун.

– Нож, Тзула, – приказал Диналт, в первый раз отводя глаза от валуна.

– Не хотите его сначала изучить, господин? – спросила Тзула, доставая


нож.

– Я потратил всю свою жизнь на изучение Адского камня, и за все это


время я понял одно – он должен быть уничтожен любой ценой. Тзула, дай
мне нож.

Держа кончик лезвия между двумя пальцами, Тзула протянула


маленький нож своему хозяину. Диналт протянул руку, чтобы взять его, но
вдруг услышал звук падающих деревьев где-то из глубины джунглей.
Достав пистолеты, Чао и остальные встали спиной к спине вокруг камня,
готовясь к отражению атаки хищника. Огромные силуэты передвигались в
тумане, но, как ни странно, их не окружали разбегавшиеся грызуны. Звук
приближался.

– Там, звук идет оттуда, – произнес Диналт, нацелив свой плазменный


пистолет в направлении противоположного конца поляны.

Очередное дерево рухнуло прямо перед свитой инквизитора и


разлетелось в щепки. Секунды спустя в тумане показались фигуры в
силовой броне.

– Астартес-предатели! – крикнул Диналт, целясь в самого крупного из


них.
Прежде чем он успел нажать на спусковой крючок, послышался звук
удара, и боль пронзила область ниже плеча. Кровь фонтаном брызнула из
раны величиной с кулак, и инквизитор стал задыхаться. Тзула развернулась,
готовая пристрелить нападавшего, но обнаружила, что Бранд приставила
пистолет к ее голове.

– Только дай мне повод.

Ярость вскипела внутри Тзулы.

– Я ошибалась насчет тебя, Бранд.

– Правда? И что ты думала?

– Я всегда думала, что ты просто стерва. Оказывается, ты –


предательская стерва, – сплюнула Тзула.

Другие фигуры вышли на свет, направив оружие на Чао, Тзулу и


стоящего на коленях Диналта, истекающего кровью. Во главе предателей
стоял гигант в гротескной терминаторской броне, с трудом вмещавшей его
раздутую плоть. Трупные изменения затронули почти все его тело, и
гнилые куски плоти свисали с его щек, костей и носа. Когда он наступал на
растительность рядом с поляной, она умирала, превращаясь в прах. Рядом с
ним стояли полдюжины десантников-предателей в силовой броне,
благословленной самим Богом Чумы. Каждый из них держал болтер,
пропитанный порчей Темных сил.

– Похоже, твой агент не подвел нас, Морфидай, – произнес предатель в


терминаторской броне.

Его голос был глубоким, словно исходил из самого низа трясины.

Древняя сморщенная фигура в прогнившей коричневой рясе вышла


вперед. Обладая небольшим, даже по человеческим стандартам, ростом,
человек казался гномом по сравнению с десантниками-предателями. Он
держал деревянный посох, доходивший ему до плеча, но, судя по его
неуклюжей походке, посох мало помогал ему.

– Давиникус Ликай редко подводит своих хозяев, господин Корпулакс.


В отличие от чумного десантника, голос человека был похож на порыв
ветра в склепе. Он улыбнулся Бранд, явив всем свой беззубый рот.

– Ведь так, Трифена.

– Господин, здесь есть четверо имперских гвардейцев, а также


астропат и джокаэро. Никто из них не представляет угрозы, но их тоже
нужно принять во внимание.

Ее надменный тон остался неизменным.

– Разберись с ними. Оставь астропата, возможно он понадобится,


остальных – убей, – произнес Корпулакс, махнув костлявой рукой двум
чумным десантникам.

Они повиновались и растворились в гуще деревьев. Лорд Хаоса


повернулся к смертельно раненному Диналту.

– Ты знаешь кто я, инквизитор?

– Корп…Корпулакс, – выдавил Диналт, кровь сочилась с его губ при


каждом слове.

– Ты состоял… в Ордене Освященных, но теперь ты не более чем… не


более чем убогий труп. Жалкое чудовище, слепо повинующееся своему…
мерзкому хозяину.

Корпулакс улыбнулся, показав инквизитору свои заостренные клыки.

– Очень хорошо, инквизитор. Я польщен, что вы знаете, кто я, потому


что я также знаю, кто вы, Михаил Диналт.

Диналт поднял взгляд и посмотрел чумному десантнику прямо в глаза.

– Я знаю, что ты – дурак, одержимый этим артефактом, – лорд Хаоса


указал на Адский камень. – Дурак, который верит всем и вся, когда дело
касается местонахождения камня. Дурак, который поверил словам альфа-
легионера, специально оставленного тебе для допроса. Кто бы поверил, что
агент Давиникуса Ликая на самом деле – протеже другого члена Ордо,
которому ты поклялся взять Трифену под опеку. Дурак, поверивший, что
какая-то жалкая книга откроет тебе секреты и тайны артефакта,
благословенного Четырьмя.

С каждым словом жизнь уходила из Диналта.

– Нет… ты лжешь. «Том Адского Пламени»…

– «Том Адского Пламени» – просто подделка, – произнесла Бранд,


вытащив книгу из своей сумки.

Ее переплет отслаивался, а изображение на обложке почти исчезло,


оголив иллюстрацию человека на примитивном транспортном средстве.

– Ну, не совсем фальшивка, просто другая книга.

Она передала книгу Корпулаксу, которая тут же превратилась в пыль.

– Нет… Я… изучал его всю жизнь. Камень… ворота для демонов.


Мост к миру демонов… в варпе, – произнес Диналт на последнем
издыхании.

– Ты – узколобый дурак. Двести лет изучения, и ты даже не знаешь и


крупицы того, на что способен Адский камень. Портал в варп – меньшее из
его возможностей. Это – клетка демонов и средство, с помощью которого
человек может стать демоном. Это – уничтожитель миров и создатель
жизни. Это – несравненная красота и ужасный кошмар. Сейчас он
запечатан, но мой хозяин непременно захочет его открыть.

Корпулакс наклонился к Диналту, и его лицо оказалось практически на


уровне с лицом инквизитора.

– Я так полагаю, ты не знал, что он может выступать и как замок.


Разве ты не хочешь узнать больше, инквизитор? Хочешь узнать, как
открыть его?

Потеря крови брала свое, и Диналт начал пошатываться из стороны в


сторону.
– Как… ты собираешься открыть его?

С нечеловеческой скоростью Корпулакс выхватил нож и приставил его


к горлу Диналта.

– Жертва, инквизитор. Кровавая жертва.

Он полоснул Диналта по шее, чуть не срезав голову целиком, и


позволил трупу упасть на камень. Кровь фонтанами забрызгала из
поврежденной артерии. Чао попытался сделать шаг вперед, но передумал,
когда один из чумных десантников направил на него болтер. Тзула
отвернулась, не желая смотреть на смерть своего господина.

– Ты заплатишь за это, Бранд. Даже если это будет стоить мне жизни, –
процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Тебе лучше поторопиться. По моим подсчетам тебе осталось жить


несколько минут, – парировала Бранд.

Когда кровь начала струиться по камню, тот стал излучать зеленое


свечение. На поверхности появились руны давно умерших богохульных
языков, а в пространстве возник жужжащий звук. Когда звук стал
нестерпимым, камень сократился в размерах и исчез. Тзула и Чао
приготовились встретить то, что мог выпустить артефакт, но ничего не
произошло: не было ни демонов, ни адского дождя.

Корпулакс довольно усмехнулся.

– Первая печать сорвана, – передал он по вокс-связи.

На лице Тзулы появилось выражение облегчения. Если печать не одна,


то у нее был шанс предотвратить уничтожение Пифоса.

Однако следующие слова Корпулакса повергли ее в ужас.

– Передайте господину Абаддону, что его воины могут высаживаться.


Также как Мак умел определять местную фауну по спорам и следам,
проведя три года на Пифосе, Бриджстоун научился распознавать животных
по звуку, который они издавали при передвижении.

Каровисы были медлительными, громыхающими двулапыми


шумными животными; ящеры выдавали себя падающими стволами. Но у
всех хищников Пифоса было одно общее качество: если человек стоял, не
двигаясь, он мог услышать вибрацию от их шагов на расстоянии
нескольких километров. Пит Бриджстоун услышал звук падающих
деревьев, но вибрации не последовало. Зенс, Мак и Котчефф привели
лазганы в боевое положение, с нетерпением ожидая нападения еще одного
представителя этого опасного мира, но Бриджстоун поднял руку и покачал
головой. Что-то было не так.

– Лайел. Ты и К’сии ждите нас у аброзавров, но при первой же


опасности – прячьтесь, – тихо прошипел он. – Всем остальным –
раствориться в джунглях.

Даже при небольшой дымке катаканцы могли неожиданно


«исчезнуть». Сейчас они здесь, но через секунду – словно фантомы,
растворились в гуще леса.

Бриджстоуну не пришлось долго ждать. На свет вышли две фигуры. И


хотя катаканцы никогда не сталкивались с таким противником, «Имперский
пехотный устав» имел четкое определение на этот счет: космические
десантники Хаоса. Не желая терять элемент неожиданности и в условиях
плохой видимости, Бриджстоун решил прибегнуть к форме коммуникации
охотников племени. Он издал три клекота, наподобие катаканского
водореза, что означало: только ножи, сначала цельтесь, потом убивайте. И
получил по три клекота от каждого в ответ. Если десантники-предатели
пришли за ними, катаканцы дадут им достойный отпор.

– Разделимся, но если найдешь их первым, оставь мне немного, –


раздался чавкающий голос из тумана.

Говорящий двинулся вперед. Бриджстоун был первым. Тень в тумане


находилась от него в нескольких метрах, и командор, вспомнив советы
ветеранов-катаканцев, сталкивавшихся с таким врагом прежде, метнул нож,
целя в слабое место на броне предателя. Ножи катаканцев пролетев в
воздухе, вонзились в область между шлемом и нагрудником, легко проходя
сквозь ржавые пластины. Один из предателей, не издав и звука, рухнул на
колени. Пока он пытался вытащить нож из шеи, из тумана появилась
человеческая фигура и всадила нож в его горло. Сжимая рукояти ножей,
Мак расширил порез, вызвав фонтан крови, слизи и других субстанций.
Подавив приступ рвоты, он бросил Бриджстоуну его нож и снова слился с
джунглями. Уверенный, что второй чумной десантник не знает о смерти
своего напарника, Бриджстоун прошептал, обращаясь к своему отряду.

– Мы должны признать, что инквизитор и его команда либо мертвы,


либо в плену. – Он достал сумку с пояса и, взяв оттуда несколько
инструментов, принялся за работу с трупом предателя. – Вот что мы
сделаем…

830959.M41 / Улей Атика, Пифос.

– Я хочу, чтобы расставили мины-ловушки и иглы с ядом. Эта планета


пытается отравить нас уже три года. Настало время, когда мы будем
использовать это как наше преимущество, – выкрикнул Страйк на фоне
маневров танков.

Позади него стояло самое крупное здание в улье Атика,


возвышающееся над туманом и упирающееся в облака. Перед ним, на
полях Пифоса бурлила активность армии, готовящейся к войне.

– Что по поводу остального вооружения, полковник? – спросил Торн,


на ходу передавая приказы Страйка отделению катаканцев. – Мы можем
выставить в два раза больше техники перед ульем.

– Пусть стоят в резерве. Эти «Леманы Руссы» не более чем


артиллерийские платформы в данных условиях, и я не буду ими рисковать
без нужды.

Его слова подтвердил танк справа от полковника, который наполовину


въехал в болото.

– Смотрите, метеорит! – крикнул молодой новобранец, перепрыгивая


проволочное заграждение перед танками.

– Это метеоритный дождь, – произнес другой, прикрывая глаза рукой


от палящего солнца.

Страйк махнул рукой ближайшему офицеру, и тот протянул


полковнику бинокль. Действительно, без увеличения картина напоминала
метеоритный дождь. Однако, присмотревшись, Страйк различил тысячи
десантных капсул. Полковник отрегулировал настройки бинокля, чтобы
разглядеть эмблемы на капсулах, и тут же пожалел об этом. На каждом
аппарате была нарисована золотая восьмиконечная звезда.

– Твою мать…– прошептал Страйк.

– Что там? – спросил Торн.

Страйк передал бинокль Торну.

– Я думаю, ты плохо молился, майор.

830959.M41 / Поля смерти. Сто девятнадцать километров юго-


восточнее Атики, Пифос.

– Птирус? – голос десантника был булькающим, и Бриджстоуну


послышалось, что он сказал «вирус».

Бронированный предатель завяз в трясине, и с каждым шагом


погружался все глубже и глубже.

– Птирус? – снова повторил он, водя болтером в разные стороны.

Скрытые за туманом и стволами деревьев катаканцы незаметно


прошли мимо него.

– Птирус? – теперь голос чумного десантника был полон удивления,


когда он нашел своего товарища лежащим лицом вниз.
Где-то вдалеке прочирикала птица. Он наклонился и перевернул труп.
Только тогда он услышал многочисленные щелчки выдергиваемых из
гранат чек и осознал свою ошибку.

– А теперь я заберу нож, – произнесла Бранд.

Ее пистолет был нацелен в голову Тзулы, лже-дознаватель протянула


ладонь.

– Не отдавай его ей. Используй кинжал. Беги… – слова Чао были


прерваны выстрелом пистолета.

Он понял, что не Тзула являлась целью предателей. Стрелок


посмотрел вниз на дыру в животе, откуда вываливались внутренности.

– Я… Я… – задыхаясь, прошептал он, пытаясь собрать


вываливавшиеся внутренности.

Чао упал в грязь. Бранд снова направила ствол на Тзулу.

– Я все равно труп, – сказал Тзула, взглянув на Чао. Его глаза


расширились, он все еще пытался засунуть внутренности обратно. – По
правде говоря, я не понимаю, почему еще жива.

– Ритуал, – произнес Корпулакс. – Он… неточный. Я не был уверен,


сколько крови мне понадобится, поэтому ты была полезна. Теперь
необходимость в тебе отпала, но если ты будешь сотрудничать, я дарую
тебе и твоему другу милосердную смерть. Откажешься, и смерть будет
более мучительной.

Тзула посмотрела на Чао. Его раны были ужасны. Он мог истекать


кровью часами.

– Какие гарантии?

– Ты можешь посмотреть, как я снесу ему башку, – ухмыляясь,


произнесла Бранд. – Больше я не буду спрашивать. Нож.
Колеблясь, Тзула взяла нож за рукоять. Она медленно вынула его из-за
пояса, и на какой-то момент у нее промелькнула идея использовать его как
оружие. Вспомнив про направленный на нее пистолет, она вложила нож в
ладонь Бранд. Блондинка довольно улыбнулась.

– Дай его мне, – рявкнул Морфидай.

Он подошел к Бранд, при этом куски ткани от его гниющей одежды


упали на землю. Предатель протянул руку. Бранд не пошевелилась, и глаза
старика сузились. Через мгновение блондинка протянула ему нож. Он
издал стон удовлетворения. Карлик еще раз жадно взглянул на артефакт и
убрал его под рясу.

– Мое вечное почтение, лорд Корпулакс. Наконец-то, через десять


тысяч лет Давиникус Ликай смог вернуть то, что было нашим по праву с
самого начала, благодаря вам…

Мощный взрыв сотряс джунгли, и глава культа спрятался за


обезображенной фигурой чумного десантника, которого отбросило в самый
центр поляны. Двое охранников Корпулакса избежали участи своего
товарища, но еще один оказался менее удачлив и был снесен трупом своего
собрата. Навыки дознавателя взяли свое, и Бранд, отведя дуло пистолета в
сторону, попыталась проследить за траекторией снаряда. Именно это и
нужно было Тзуле. Она присела на корточки и сделала подсечку, сбив
Бранд с ног. Блондинка рухнула, как подкошенная, и пистолет выпал из
рук. В то же время со стороны взрыва выехали пять зверей с четырьмя
наездниками. Катаканцы открыли огонь, застав двух чумных десантников
врасплох.

– Тзула! Прыгай, – крикнул Бриджстоун, указывая на свободного


аброзавра.

Тзула вскочила на ноги и бесцеремонно оттолкнула Морфидая плечом.


Аброзавр все еще находился на некотором расстоянии от нее, и Тзула
рванулась к нему через всю поляну, избегая как дружественный, так и
огонь со стороны противника. Мак расчистил дознавателю дорогу, поливая
чумных десантников огнем из тяжелого болтера. Тзула вскочила в седло и
схватилась за удила, заставив аброзавра встать на задние лапы. Она уже
была готова рвануться вперед, как сзади послышался женский голос.
– Почти, Тзула. Почти, – произнесла Бранд.

Она стояла в менее чем в десяти метрах от своей цели, наведя на Тзулу
пистолет.

– Я только начала наслаждаться процессом.

Прежде чем она успела нажать на курок, болт, выпущенный из болт-


пистолета, задел ее плечо, заставив выронить пистолет.

– Беги… беги, – слабо прошептал Чао, держа в вытянутой руке


дымящийся пистолет.

Тзула последний раз взглянула на своего друга и грустно улыбнулась,


перед тем как ударить пятками по бокам аброзавра. Убедившись, что Тзула
оседлала аброзавра, катаканцы, уменьшив интенсивность стрельбы,
поспешили скрыться в джунглях. Бриджстоун с К’сии были первыми, кто
исчез в тумане, за ним последовали Котчефф и Мак с Лайелом. Зенс
повезло меньше: она оказалась на линии огня чумных десантников, и
болтерный огонь сбросил ее с седла. Пригнувшись, Тзула кинула взгляд
через плечо. Подняв пистолет, Бранд направилась к умирающему Чао.
Последнее, что она увидела, перед тем как скрыться в тумане – блондинка-
предатель, производящая контрольный выстрел в голову стрелка. С
болезненным чувством облегчения, Тзула устремилась в сторону Атики.

Корпулакс не был скор на расправу. Пока он стоял и изучал хаос


вокруг себя, устроенный обычными имперскими гвардейцами, то смог
понять, почему многие видели преимущества в поклонении Кровавому
Богу. Четыре чумных десантника лежали мертвыми, другим требовалась
помощь хирурга, а двойной агент истекал кровью из-за раны в плече.
Сначала он хотел обратить свой гнев против нее, но затем увидел, как
старик поднимается из грязи, опираясь на посох, и понял, что лучше
направить его на хозяина обезьянки.

– Все должно было пройти гладко, старик. Вместо этого четверо


благословенных потеряны для нас, а одна из аколитов Диналта – сбежала.
Лорд Абаддон сожрет твою душу за это, – произнес Корпулакс голосом,
полным ярости.
Морфидай с трудом прочистил горло.

– Миссия частично удалась. Мы сломали одну из семи печатей и


вскоре Проклятый Тайник будет вскрыт. И к тому же, – он засунул руки под
рясу. – После десяти тысяч лет Давиникус Ликай выпустит узника из
Изумрудной пещеры…

Его голос упал, и он стал шарить по карманам, пытаясь обнаружить


исчезнувший нож.

– Нож. Он был здесь несколько минут назад!

Бранд отвернулась, покачав головой от отвращения и не желая верить


в происходящее.

Корпулакс подошел к старику.

– Лишь одну вещь ты должен помнить, служа Абаддону


Осквернителю. – Чумной десантник занес свою костлявую руку над
головой Морфидая. – Нельзя ошибаться,– закончил он, раздробив череп
главы культа.

В это время, находясь в километре от них, бывшая вором, а ныне агент


Инквизиции, Тзула Дигриз еще раз убедилась, что нож крепко закреплен на
поясе.
Глава 3

832959.M41 / Грузовой порт. Улей Атика, Пифос.

Когда солнце на второй день осады спустилось за горизонт, Атика


пылала. Обстреливаемые артиллерией и извращенными машинами,
упавшими с небес, шпили горели ярким пламенем. Полтора дня полковник
Страйк и его сто восемьдесят третий полк катаканцев оборонял улей Атику,
словно это был их родной мир, но враг продолжал наступать, заставляя
гвардейцев пятиться назад. Гражданскому населению, около десяти тысяч
человек по подсчетам Страйка, было приказано скрыться в разветвленной
сети тоннелей. Полковника зажали с двух сторон. Молельни были
покинуты еще раньше, когда культисты и десантники-предатели прорвали
наспех созданную оборону, поддерживаемые монолитными демоническими
машинами и другими слугами темных богов. Страйк принял решение
разделить силы. Половина полка охраняли маршрут неизбежного отхода к
горам Олимпакс. Вторая половина отчаянно продолжила оборонять порт,
давая время транспортным судам, использовавшимся для перевозки руды,
перевести технику полка в безопасное место в качестве резерва для
длительной войны. Темная магия нейтрализовала астропатический хор
Атики, наслав на них безумие во время передачи сообщения и, таким
образом, лишив катаканцев помощи извне. Страйку придется вести свою
маленькую войну.

- Полковник, только что получили сообщение от гарнизона в


Олимпакс. Контакта с противником пока нет. Хватка Хана и Белуос – такая
же ситуация, - произнес Торн, спрятавшись за контейнер, который
полковник использовал как укрытие. Страйк поднял голову и произвел два
выстрела из лазгана, каждый из которых свалил по одному культисту.

- Маусколка Примус пока молчит, - добавил Торн.

Страйк выпустил еще одну очередь, скосив линию культистов,


спешащих к оборонительным линиям. Торн присоединился к полковнику, и
еще больше врагов пало от прицельного огня майора. Несмотря на то, что
катаканцы были прирожденными воинами джунглей, они также гордились
своим искусством городского боя.

- Сначала они атакуют густонаселенные центры. Как только ублюдки


захватят ульи, сразу возьмутся за мелкие поселения и дальние форпосты.

Торн продолжил вести огонь, скашивая нескончаемую толпу


безумных, татуированных фанатиков.

- Откуда Вы знаете? – спросил он.

- Потому что это – лучшая стратегия, и я делал бы то же самое,


захватывая планету.

Справа послышались крики, и мужчины повернулись как раз в тот


момент, когда культисты взобрались на баррикаду, сделанную из мешков с
не переработанной рудой. Несмотря на двухметровую высоту укрепления,
нападавшие использовали тела своих павших собратьев как опору, и
несколько культистов уже оказались на вершине. Оставив Торна с другими
бойцами, Страйк извлек из ножен «Катаканский клык». Огромный монстр,
появившийся на верхушке, отбросил двоих катаканцев словно мусор.
Первым ударом Страйк по локоть отсек здоровяку руку, державшую
дубину. Вторым ударом полковник рассек шею противника.

- Обвалить верхнюю секцию стены! – рявкнул Страйк, вонзая лезвие в


грудь атаковавшего его культиста.

Полковник присоединился к своим людям, помогая обрушить часть


баррикад. По его сигналу, дюжина катаканцев одновременно уперлись
плечами в часть стены и свалили ее прямо на копошащихся внизу
культистов. Те, кто умер не сразу, были добиты огнем лазганов.

- Держите оборону до последнего, затем - отступайте к следующей


линии баррикад, - приказал Страйк.

Завоевание Пифоса проходило достаточно быстро, но катаканцев,


проведших на планете три года, не стоило недооценивать. Благодаря
пристрастию полковника к перепроверке подразделений, Атика был одним
из самых защищенных ульев во всем Империуме. Страйк уже собирался
занять место рядом с Торном, когда ожил портативный вокс-передатчик,
закрепленный на поясе.

- Полковник Страйк. Говорит майор Рэйстон. Как слышите? Прием, -


пророкотал голос с акцентом катаканца-северянина.

Страйк приложил устройство ко рту и нажал на кнопку.

- Слышу тебя, Рэйстон. Ты все еще держишь для нас маршрут отхода?

Рэйстон сражался с полковником во многих ключевых битвах на


Бурлионе VIII, и когда он вызвался добровольцем прикрывать отход,
Страйк, не раздумывая, согласился.

- Так точно, сэр. Но я вызвал Вас по другому поводу.


Страйк нырнул за грузовой контейнер, избегая прицельного огня со
стороны противника.

- А что тогда? Решил поболтать?

Даже в гуще сражения катаканское чувство юмора не покидало


полковника.

- Нет, сэр. Это Бриджстоун. Он вернулся и привел с собой астропата.

832959.M41 / Восточные врата. Улей Атика, Пифос.

Было сложно понять, кто был более измученным, когда Страйк


спрыгнул с все еще движущейся «Химеры», чтобы поприветствовать
Бриджстоуна и остатки его команды. Полковник был испещрен боевыми
шрамами: порезы и царапины от ближнего боя, ожоги на плечах – результат
попаданий из лазганов. Бриджстоун, напротив, был весь измазан в грязи,
как и оставшиеся члены его команды. Все они получили ожоги от
опрометчивого побега через ядовитый туман Пифоса.

- Не знаю, что больше меня удивляет. Атака противника или твое


прибытие, – невесело ухмыльнувшись, произнес Страйк . – Когда эти
десантные капсулы стали падать с небес, я опасался наихудшего.

Он взглянул на изможденных катаканцев, сидевших прямо на земле.


Мак сидел радом с Лайелом, астропат обнял свои колени и раскачивался из
стороны в сторону, нашептывая что-то себе под нос. К’Сии сидел на ящике
с боеприпасами, значительная часть меха отсутствовала в местах ожогов на
его ногах и руках. Тзула устало опустила взгляд вниз.

- Я так понимаю, остальные…

- Мы не смогли, шэф. – закончил фразу полковника Бриджстоун.

Он встал на ноги и мужчины пожали друг другу руки.


- Мы потеряли Фьюри, он погиб от лапы ящера, и Зенс - ее убили
вместе с инквизитором и стрелком. Котчефф сдох пару часов назад. Бедный
ублюдок надышался ядовитого газа, разъевшего легкие.

- Вы столкнулись с противником?

Если то, что сказал Бриджстоун – правда, теория полковника о захвате


населенных центров трещала по швам.

- Небольшой отряд, не более дюжины элитных бойцов.

Бриджстоун сделал паузу, предполагая, что полковник не поверит тому,


что он скажет дальше.

- Чумные десантники. Они ждали нас. Блондинка, похоже, была заодно


с ними, и стреляла в нас.

Тзула хранила молчание.

Страйк обратился к ней напрямую.

- Встать, - приказал он.

Она медленно повернула голову в его сторону.

- Я сказал "встать", - повторил Страйк.

- Я – агент самого святейшего Ордо, полковник. Не Вам мне


приказывать, - произнесла она и тут же пожалела об этом, поняв, что
уподобилась Бранд.

- Де-факто я являюсь правителем этой планеты, если Вы все еще не


заметили этого, и пытаюсь всеми силами не дать планете пасть в руки
Архиврага. Мне плевать, будь вы агентом Ордо, Высшим Лордом Терры
или состоять в родстве с самим Богом-Императором. Женщины и мужчины
под моим командованием умирают тысячами, и сдается мне, вся эта хрень
напрямую связана с миссией твоего босса.

Он сделал шаг по направлению к Тзуле, нарушая ее личное


пространство.

- Так что дайте мне чертовы ответы!

Вздохнув, дознаватель встала с земли. Ее куртка была порвана, а


некогда красивые косы были распущены. Она сделала шаг назад и
посмотрела полковнику в глаза.

- То, что я собираюсь сказать Вам…

- Да-да. Совершенно секретно и так далее. Я понял. А сейчас кончайте


это дерьмо и начните говорить начистоту, - рявкнул Страйк.

Тзула рассказала ему почти все, что знала: о стремлении ее хозяина


уничтожить Адский камень, и что из-за предательства Бранд они, сами того
не подозревая, помогли врагу. Но из всего рассказа выпала одна
единственная деталь.

- Значит эта «печать», которую они открыли – не единственная? –


спросил Бриджстоун.

- Они сказали, что их – семь, однако природа остальных шести мне не


известна, - честно призналась Тзула.

- И Абаддон лично возглавляет штурм? – спросил Страйк.

В голосе полковника проскользнула едва заметная дрожь.

- Да, - произнесла Тзула, тон ее голоса не оставлял сомнений.

Страйк с подозрением взглянул на дознавателя.

- Вы что-то не договариваете. Почему Вы это скрываете?

Человеку не доверили бы командовать целым полком катаканцев, если


бы он не разбирался в людях. Тзула осторожно обдумав ситуацию, извлекла
нож из ножен и показала его обоим мужчинам.

- Хозяин доверил мне этот нож и секреты, связанные с ним.


Бриджстоун взглянул на свой нож, а затем на небольшой предмет в
руках Тзулы.

- Это – не оружие, но я уверена: если бы его использовали как оружие,


эффект был бы разрушительным… - Тзула сделала паузу. - Когда господин
взял меня под свою опеку, он тренировал меня в обращении с этим
артефактом, чтобы я смогла воспользоваться им в нужный момент.

- «Тренировал в обращении»? Это всего лишь чертов нож, больше


похожий на зубочистку, - фыркнул Страйк.

Когда дело доходило до ножей, лишь немногие в Империуме могли


похвастаться таким же умением и знаниями, какими обладали катаканцы.

- Как я уже сказала – это не оружие. Хотя оно может проходить сквозь
плоть и броню. Его истинное предназначение – прорубать мост между
мирами, - убедительность слов дознавателя обезоружила катаканцев.

- То есть ты можешь проделать дыру в реальности, и мы сможем


оказаться на Катакане? – произнес Страйк.

- Если бы все было так просто. Я могу открыть портал и попасть куда
угодно – может на мир в Оке Ужаса, может – на Катакан. И даже если бы я
могла доставить Вас и Ваш полк на Катакан, Вы бы не оставили эту
планету Архиврагу.

Страйк улыбнулся, поняв, что Тзула также хорошо разбирается в


людях, как и он.

- Что самое главное, - продолжила она, - это то, что нож не должен
попасть в руки Абаддона или любого другого агента врага. Целые культы
потратили тысячелетия, изучая этот нож, и знают о его свойствах и
назначении не меньше, чем господин Диналт. Они могут открыть портал
везде, где угодно: Катакан, Кадия и так далее. Даже Терра.

Страйк и Бриджстоун слегка вздрогнули при упоминании их родного


мира.
- Катаканцы, как никто другой, знают цену хорошему ножу. Этот –
настолько же ценен, как и Империум, и мы должны защитить его любой
ценой до прибытия подкрепления на Пифос.

- Подкреплений не будет, - холодно бросил Страйк. – Астропаты


попытались передать сообщение еще до того, как первая капсула упала на
землю, но им что-то помешало. Они сделались безумными и набросились
друг на друга, перегрызая глотки и стирая пальцы до костей о стены Залы
хора. К тому времени, как прибыл Торн, те, кто остался в живых – еле
дышали, и ему пришлось оказать им «Императорское милосердие».

- Что ж, тогда мы сами по себе,- заключила Торн.

- Не обязательно… - Страйк повернулся к Лайелу, все еще сидящему


на земле.

- Он – единственный астропат. Если целый хор не мог передать


сообщение, почему Вы думаете, что сможет он?

- Если Диналту было достаточно всего одного астропата, то я уверен,


что он в состоянии передать сообщение флоту. И если мы доставим его в
Залу астропатов, его шансы на успех увеличатся.

- Холлоуфол? – произнесла Тзула. – Это займет недели.

- Мы не можем позволить себе недели. Это сообщение нужно


отправить как можно быстрее, иначе подкрепления обнаружит на Пифосе
только наши трупы. – Страйк бросил взгляд на самый высокий шпиль улья
Атики.

- Да Вы издеваетесь. Даже если Вам удастся добраться туда, он


никогда не согласится на это, – отчаянно воскликнула Тзула, стоя над
скрючившимся Лайелом.

- Что-то подсказывает мне, что его можно уговорить, - произнес


Бриджстоун. – Мак, иди сюда. Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня.

833959.M41 / База в улье Атика, Пифос.


Сон Тзулы был беспокойным и, проснувшись, она чувствовала себя
такой же разбитой, как и в тот момент, когда Страйк приказал им идти
спать. Очередной раз ее разбудили залпы артиллерии и взрывы ракет, а
рокот ружей и песнопения культистов усложняли ее попытки заснуть. Ни у
Мака, ни у Бриджстоуна не было подобных проблем, как говаривали сами
катаканцы: их не мог разбудить даже орбитальный удар, К’сии также не
беспокоили подобные звуки. Даже Лайел, казалось, не испытывал особого
дискомфорта по этому поводу, однако из-за его слепоты Тзула не могла
понять, спит он или нет.

Лайел.

Он был частью команды Диналта еще до Тзулы, и, несмотря на


отсутствие боевых навыков, его астропатические способности не раз
спасали их жизни. Тзула оставалась на Пифосе лишь по той причине, что
Лайел мог вызвать подкрепления, как делал это уже не раз. Почему же она
так легко согласилась послать его на смерть? Долг. Долг и месть. Диналт и
Чао были мертвы, но миссия инквизитора не была завершена. Адский
камень был утерян, и не появится как минимум в течение нескольких
десятилетий, нож необходимо было защитить любой ценой, плюс –
оставалась проблема с печатями. Тот факт, что небеса еще не
перевернулись, а в атмосфере не возникла вароповая материя, и население
не мутировало, говорил о том, что противнику еще не удалось осуществить
задуманное.

Группа молча двигалась по направлению ко входу на базу в улье


Атика. Рэйстон снял несколько людей с охраны маршрута отхода, чтобы
открыть коридор для прохода в улей, и бойцы, периодически отвлекаясь на
беспорядочную перестрелку, поприветствовали Мака и его отделение. Они
не знали, зачем их товарищ тащил маленького, скрючившегося человечка,
но желание астропата идти вглубь вражеской территории с дюжиной
катаканцев вызывало у них уважение. Или жалость.

К всеобщему удивлению, Лайел не протестовал, когда Мак попросил


его отправить сообщение с самого высокого шпиля улья. Все о чем спросил
астропат: пойдет ли Мак с ним; на что катаканец согласился без колебаний.
Страйк доверил Маку вести группу и послал его искать добровольцев.
Какого же было удивление полковника, когда почти сотня мужчин
вызвалась помочь Маку и его товарищам. В первый раз за все время
высадки Страйк стал сомневаться – было ли это чувством товарищества
или же катаканцы потеряли надежду и желали быстрой смерти. Нет. Эти
мужчины и женщины были катаканцами, рожденными на мире, который
пытался отобрать у них жизнь с самого рождения, и выживание само по
себе было отметкой чести. Сыновья и дочери Катакана не продали бы свою
жизнь так дешево, они возьмут с врага сполна и будут сражаться до
последнего дыхания.

Хмурый пехотинец остановился, когда они приблизились к стене. В


отличие от других ульев, где дома громоздились друг на друга, устремляясь
ввысь, Атика была окружена толстой стеной, защищавшей их от внешних
угроз.

- Мы гордимся тобой, парень, - произнес Страйк.

Полковник доверил командование обороной доков майору Торну, а сам


присоединился к Маку и его команде.

- Я горжусь тобой, твой дядя гордится тобой. Да весь чертов полк


гордится тобой.

С баррикад послышались одобрительные крики.

- Я не подведу Вас, сэр, - произнес Мак, отсалютовав полковнику.

Страйк ответил воинским приветствием.

Тзула подошла к Лайелу.

- Спасибо, Лайел. То, на что ты пошел, требует большой отваги.

Пустые глаза астропата уставились на Тзулу.

- Нет, ты не права. Отвага. Это свойство разума или духа, позволяющее


встречать опасность без страха. Отвага.

- Не права? – озадаченно произнесла дознаватель. – Ты не думаешь,


что можешь столкнуться с опасностями на пути туда?

Лайел покачал головой из стороны в сторону, словно поучал младшего


дознавателя. Он понизил голос, чтобы Мак и его люди не смогли его
услышать.

- О, нет. Опасность, с которой мы столкнемся – за пределами


человеческого понимания. Тот ужас, который мы испытаем, не имеет
названия, но он не сравнится с теми испытаниями, которые лягут на наши
души. Ты не права, когда говоришь, что я не буду чувствовать страх.

Тзула боролась с желанием обнять Лайела.

- Ты помнишь, что есть еще одно сообщение, которое ты должен


передать?

- Конечно. Стандартная процедура, - ответил он.

- Погнали. Время идти, Лайел, - произнес Майк, подняв огнемет,


которым он заменил свой тяжелый болтер.

Катаканец подошел к астропату и аккуратно взял его под локоть,


направляя к пробоине в стене улья.

- Да прибудет с тобой Император, - произнесла Тзула ему в след.

Каждый член команды отсалютовал Тзуле и Страйку, прежде чем


окончательно скрыться во тьме. Лайел последний раз обернулся к
дознавателю. Тзула могла поклясться, что он улыбался, а затем его
поглотила тьма.

- Не хотите ли поведать мне, что это за второе послание? – спросил


Страйк, занимая позицию позади баррикад из пустых ящиков из-под
боеприпасов.

- К сожаленью, полковник, эта информация… - произнесла Тзула,


выхватив пистолет и присев позади Страйка.

- Засекречена, - закончил Страйк.


Два точных выстрела, выпущенных из его лазгана, пробили насквозь
грудь атакующего культиста.

- Если сообщение достигнет адресата, вы сами вскоре все узнаете. –


Используя свои кошачьи рефлексы, Тзула резко выпрямилась и снесла
выстрелом голову культиста, собиравшегося погрузить свою секиру в
голову полковника.

- Конечно, если мы доживем до этого момента.

833959.M41 / Улей Атика, Пифос.

Струя пламени, выпущенная из огнемета Мака, осветила темную


лестницу, и группа двинулась наверх. Хотя катаканцы были
расквартированы в палатках и временных бараках на базе в улье, они
хорошо знали интерьеры баров, клубов и других увеселительных
заведений, где они проводили часы досуга. Стремясь к тому, чтобы
местные как можно меньше пересекались с катаканцами, Страйк настаивал,
чтобы его бойцы передвигались с помощью туннелей и лестничных
проходов. Там и оказались Лайел, Мак и остальные бойцы отделения. Они
двигались строго в установленном военной доктриной порядке, по крайней
мере старались, так как катаканцы предпочитали объясняться устно, а не
тратить время на чтение военных уставов. Первый боец проводил разведку
каждого пролета, и если опасность отсутствовала, давал знак остальным
выдвигаться за ним. Хотя этот процесс и был немного затянутым, Мак и его
товарищи за час обезвредили трех охранников противника без потерь со
своей стороны.

Лендпар, молодой, темнокожий пехотинец, дал знак остальным членам


группы выдвигаться. Одиннадцать катаканцев и скрючившийся юноша
двинулись по направлению к нему. Бониакс, немногим старше Лендпара,
занял его место во главе колонны и уже был готов двинуться к следующему
пролету, но почувствовал руку Мака на своем плече.

- Будь осторожен там. Прошло немало времени с нашего последнего


столкновения с противником, и Лайел начинает волноваться, - он указал на
астропата, который трясся так, словно находился в морозильной камере.
- Будет сделано, шеф, - произнес Бониакс.

Он снял лазган с плеча и поспешил наверх. Достигнув пролета, он


направил дуло ружья за угол, а затем и сам подался вперед. И тут же
пожалел об этом.

- Назад, - дал он знак рукой остальным катаканцам. – Они оставили


здесь труп. Обычная ловушка.

Он медленно двинулся вперед, неуверенный, действительно ли тело


мертво, или же человек притворился, чтобы наброситься на него.

- Дайте мне минуту, чтобы…

Прошла секунда между тем, как Бониакс задел растяжку, и взрывом


бойца отбросило назад, попутно оторвав ему ноги и руки. Катаканцы, не
ожидавшие взрыва, едва успели отскочить в сторону. Почти все они
получили ожоги и царапины от осколков, посыпавшихся сверху. Мак
среагировал первым, накрыв Лайела полами его же длинной одежды, чтобы
не допустить попадание осколков в астропата. Гротескно перевернутое
тело Бониакса лежало среди обломков. В этот момент Мак заметил еще две
вещи. Первое – он почувствовал звон в ушах и… пение. Переведя огнемет
в боевое положение, он повернулся и выпустил струю пламени как раз в
тот момент, когда первая волна культистов хлынула через брешь в стене,
образовавшейся из-за взрыва.

833959.M41 / База в улье Атика, Пифос.

То ли противник знал о намерениях Страйка, то ли атака шла по всем


фронтам, но противник окружал базу, и бои становились все более
интенсивными. Из-за баррикад и траншей лучи лазружий катаканцев
пересекали отрезок ничейной земли между ними и силами Хаоса. Тзула
стояла рядом с полковником, на ее лице виднелся шрам – результат
попадания культиста во время секундного замешательства. Страйк истекал
кровью, вытекавшей из многочисленных ран, оставленных психопатами-
культистами, прорвавшимися за баррикады, но ничто не могло заставить
его прекратить командовать своими людьми. Уменьшение количества
боеприпасов и периодические заклинивания лазганов из-за перегрева стали
реальной проблемой для катаканцев, над которыми нависла угроза
отступления. Изначально, джокаэро усовершенствовал винтовки
катаканцев в части точности и огневой мощи, и почти каждый выстрел был
смертельным для культистов.

- Справа, полковник! – крикнул пехотинец, стоявший рядом со


Страйком.

Командующий катаканцами инстинктивно развернулся и выпустил


очередь из лазгана по культисту, пытавшемуся атаковать полковника.
Мертвое тело рухнуло на землю, а из его руки выкатился металлический,
цилиндрический предмет.

- Граната! – крикнул Страйк, последний слог потерялся в звуке взрыва.

Полковник прижал руки к голове, защищая себя от осколков. Тзула


сделал то же самое.

- Спасибо, боец. Чуть не склеил ласты. – Страйк хлопнул катаканца по


плечу, но тело бойца уже было мертвым.

Полковник перевернул его и увидел, что часть головы срезало


осколком гранаты. Забрав нож бойца и закрепив его на своем поясе, Страйк
снова сосредоточил свое внимание на отбрасывании врага с его позиций.
Что-то изменилось. Вместо беспорядочного огня, сопровождающего
попытки прорвать баррикады, стрельба противника стала более
концентрированной и точной, подавляя огневые точки катаканцев. Вскоре
обнаружилась и причина подобного изменения. Из рядов противника
вышли огромные фигуры. Они были облачены в броню, увенчанную
заостренными пиками, и возвышались над культистами словно исполины.
Многие катаканцы прекратили огонь, обескураженные неестественным
ревом, издаваемым этими существами. Страйк, при помощи нецензурной
ругани, заставил их продолжить огонь. Когда он увидел, что противостояло
им, его приказы сменились на призывы к отступлению. Доклады о наличии
среди противника Астартес-предателей поступали и раньше, но сейчас он
первый раз видел их подтверждение.
- Берсеркеры! Всем отступать! Отступаем! – крикнул полковник,
стараясь перекричать богохульные выкрики культистов. – Все – к докам.

Катаканцам не нужно было повторять дважды, зеленая волна хлынула


из баррикад в сторону доков. До последнего прикрывая отход своих людей,
Страйк выстрелил одному из берсеркеров в колено. Окутанный пеленой
битвы, другой предатель просто оттолкнул раненого собрата и ринулся к
полковнику, так велико было их желание достичь базы улья.

- Мы же дали им достаточно времени? – спросила Тзула, ее


плазменный пистолет раскалился от перегрева.

Страйк последний раз бросил взгляд на вершину улья.

- Император - свидетель, мы сделали все, что могли, - произнес он,


прежде чем последовать за остальными катаканцами.

833959.M41 / Внутри улья Атика, пифос.

Лендпар пал первым, снаряд автопушки попал ему строго промеж


глаз, его тело рухнуло на пол еще до того, как он осознал, что уже мертв.
Культисты ревели от боли и ярости, пока Мак и двое других катаканцев
поливали их струей пламени из огнемета.

- Продолжаем движение. Вперед к рампе, - крикнул Мак, сжигая еще


одного фанатика в рясе, пытавшегося потушить огонь, катаясь по полу.

Отделение катаканцев преодолело разрушенный лестничный пролет в


одном из под-уровней улья Атика и устремились навстречу нескольким
дюжинам культистов. Еще большее количество предателей хлынуло из
строений под-уровня, и Мак нашел странным тот факт, что культисты,
захватив этот район, решили расквартироваться в местных домах. Но когда
он увидел их в полной экипировке, то понял, что культисты искали людей,
проживающих здесь. Это было хорошим знаком. Значит культисты не
знают, что население было эвакуировано в под-улей. Он обязательно
доложит об этом полковнику, когда снова увидит его. А затем он вспомнил,
что уже больше никогда не увидит Страйка. Еще один катаканец упал
позади него, выстрел из лазгана попал ей в шею.

- Пошевеливайтесь. Мы почти на месте! – Мак держал огнемет одной


рукой, а второй поддерживал Лайела за локоть.

Астропат немного успокоился и перестал обращать внимание на


происходящее. Он словно решил сыграть с судьбой по своим правилам.
Спалив очередную партию культистов, приблизившихся к рампе, Мак и
Лайел проникли на следующий уровень улья. Такие рампы, как эта,
вертикально соединяли все уровни улья с их соседями, позволяя
передвигаться на мотоцикле и других моторизованных машинах.
Катаканцам предстоял нелегкий путь наверх. Но риск был частью их
жизни, и ничто не могло заставить их отказаться от этой миссии.
Остальные выжившие последовали за Маком, оставляя позади стены огня.
Когда пламя уменьшилось, группа культистов, жадно хватая воздух,
подобрались к рампе. Первое, что они увидели за стеной огня - были пару
выкатившихся им навстречу гранат, оставленных катаканцами.

833959.M41 / Доки Атики, Пифос.

- Торн? Эти чертовы танки готовы? – рявкнул Страйк, обращаясь к


майору по воксу.

Ночь снова окутывала Атику, но набережная была освещена словно


днем, настолько плотной была перестрелка между катаканцами и
последователями Хаоса.

- Осталось зарядить еще где-то пятьдесят. Мы выкатим их как можно


быстрее, - раздался в потрескивающем от помех воксе уставший голос
Торна.

С того момента как произошла высадка сил Хаоса, майор полностью


отказался от сна, чтобы самому удостовериться в готовности бронетехники
сто восемьдесят третьего. Но и этого не было достаточно. Даже поддержка
Бриджстоуна не ускоряла процесс.

- Дело дрянь. Я не знаю, сколько мы еще сможем сдерживать их, -


произнес Страйк, тон его голоса слегка смягчился. – Я не хочу, чтобы эти
танки достались врагу. Сливай их в воду, если возникнет риск захвата
транспортных кораблей. Ты слышишь меня Бриджстоун?

Бриджстоун был назначен командующим флотилии кораблей,


перевозящих танки из планетарной столицы. Командор не был рад этому
назначению, он и так пропустил слишком многое, находясь в джунглях. Но
в словах Страйка был смысл. Лучше избавиться от имперской техники, чем
оставить ее врагу.

- Понял, полковник, - произнес Бриджстоун. – Я утоплю их и буду


ждать Ваших приказов.

Страйк отключил вокс-связь и повернулся к Тзуле, уклонявшейся от


сверх-раскаленных лучей лазганов.

- Какого черта Вы тут делаете, по-моему, я отдал приказ эвакуировать


раненых на Олимпаксна вашем шатле? – произнес Страйк.

Почти сразу с приземлением десантных капсул на поверхность Атики,


полковник приказал убрать шатл Инквизиции с посадочной площадки и
выдвигаться к докам. Его первоначальный план состоял в погрузке корабля
на один из грузовых судов вместе с танками. Но теперь, когда Тзула
вернулась из джунглей, он решил загрузить шатл ранеными.

- Я вернулась за Вами, - произнесла Тзула, ее челюсть была сжата как


в тот раз, когда Страйк встречал их по прибытии из джунглей.

- Теряете время. Я остаюсь здесь с моими людьми, и когда я прикажу


отступать – лично поведу их в Олимпакс.

- И чем Вы будете им полезны, будучи мертвецом? – она дотронулась


до золотой эмблемы Инквизиции, висящей на цепочке, на ее шее. – Я могу
воспользоваться своим положением и приказать Вам, это ясно?

- Ага, - ответил Страйк, - а я могу пристрелить Вас, это ясно?

Напряжение в воздухе нарастало, подогреваемое снарядами,


летевшими с обеих сторон. Тзула фыркнула и покачала головой.
- А теперь – хватит привлекать огонь на себя, забирай моих людей и
этот чертов нож, - произнес полковник, поудобнее устраиваясь за баками
из-под горючего.

- Император защищает, - холодно произнесла дознаватель.

Пригнувшись, она побежала обратно к шатлу. Через несколько минут


ее судно взмыло в воздух и стало удаляться от поля боя. Несколько удачных
выстрелов из лазганов попали в корпус, но не нанесли серьезного урона.

Тем временем шум в рядах сил Хаоса утих, и боевые кличи сменились
на благоговейный шепот. Хаосисты прекратили огонь, и на какое-то
мгновение Страйк подумал, что случилось чудо, и они сложили оружие и
сдались. Но он тут же понял, что реальность была далека от чуда. Ряды
культистов и Астартес-предателей расступились, и огромная фигура,
благодаря хвосту волос на голове превышавшая по росту даже берсеркеров,
вышла вперед. Золотая отделка его брони контрастировала с бледным
цветом луны Пифоса, и силовой коготь непроизвольно сжимался и
разжимался, требуя крови. Перед полковником, в своем брутальном
величии, возвышался Абаддон Разоритель, Абаддон Магистр Войны и, как
уже понял Страйк, Абаддон Покоритель Пифоса. Кишки Страйка обдало
холодом, настолько ужасающим было присутствие Абаддона. Бойцы вокруг
него затряслись от страха. Висевший на поясе Стайка вокс ожил.

- Полковник Страйк? Это майор Торн. Враг, сэр. Они прекратили


стрельбу, словно сдались. Что мне делать, сэр?

С другой стороны поля битвы сын Гора обнажил зубы в некой пародии
улыбки. Звон оружия о броню и выкрики, прославляющие Магистра
Войны, заполнили пространство Пифоса.

- Полковник, как слышно? Ваши приказы, сэр? – в этот раз слова


Торна дошли до Страйка.

- Убирайтесь оттуда, - выдавил Страйк.

- Все вы, бегом оттуда, сейчас же, - добавил он и последовал за


убегающими катаканцами.
833959.M41 / Улей Атика, Пифос.

Очередная струя пламени поглотила группу культистов, не успевшими


уклониться или отойти в сторону. Потные одежды из грубой ткани
превратились в факелы, обезумевшие от боли хаосисты кидались на своих
собратьев, распространяя пламя все дальше в ряды своих
единомышленников. Но за каждым сожженным культистом приходили
новые, пытаясь достать катаканцев оружием ближнего боя и вопя
богохульные литании.

- Еще один уровень, Лайел, - мягко произнес Мак. – Еще один уровень
и мы будем в Зале астропатов.

Катаканец ни на секунду не отпускал астропата, координируя его


движения и одновременно поливая культистов из огнемета. Теперь их
осталось четверо. Двадцать семь этажей интенсивного боя и жизни
катаканцев – такова была цена за выживание целой планеты. Окруженный
со всех сторон, Олевски, широкоплечий боец с острова недалеко от места,
где родился сам Мак, нажал на курок огнемета, но ничего не произошло.
Катаканец потряс оружие, опасаясь, что бак опустел, но тот был еще
наполовину полон. И в этот момент боец заметил, что механизм зажигания
сдох. Чувствуя, как множество рук тянется к нему, Олевски выхватил нож и
вонзил его в бак с горючим. Взрыв был коротким, но разрушительным,
уничтожая все в радиусе десяти метров. Взрывная волна отбросила и тех,
кто был за пределами области поражения. Мак сохранил равновесие и
удержал Лайела от падения. Янакзек, еще один выживший катаканец,
прижался спиной к последней рампе и стал прикрывать Мака и Лайела
стрельбой из лазгана.

- Давайте! Быстрей, пока они еще внизу, - крикнул он.

Мак протащил Лайела последние двадцать метров на самый высокий


уровень улья. Янакзек последовал за ними, на ходу отстреливая
появлявшихся культистов.

Бары и увеселительные заведения были самой узнаваемой частью


Атики для мужчин и женщин из сто восемьдесят третьего, но они также
прекрасно узнавали и вершину улья, где находился штаб их полка. Редко
кто из катаканцев не попадал в передряги в невоенное время. Во время
пребывания на Пифосе почти каждый был застукан пьяным и затем давал
объяснения лично Страйку. После встречи с полковником лишь немногие
осмеливались повторить свой проступок.

- Куда теперь? – спросил Мак.

В зале отсутствовала еда, алкоголь и все, что могло принести выгоду,


поэтому немногие из сто восемьдесят третьего знали о ее
местонахождении.

- Атика. Стандартный город улей модели «Момус». Воспроизводимая


на более девяти тысячах планетах Империума, модель пригодна для миров
смерти из-за толстого слоя стен и выдающихся экзотермических качеств, -
слова Лайела заставили катаканцев открыть рты от удивления. –
Шестьдесят три уровня в высоту, диаметр – четыреста двенадцать метров.
Улей способен вместить от шести до девяти тысяч поселенцев. Возможные
модификации – посадочный модуль для шатла на пятьдесят седьмом
уровне и Зала астропатов с куполом на самом верхнем уровне.

Зная Лайела уже несколько недель, Мак только сейчас понял,


насколько велики способности астропата к запоминанию.

- Каким бы интересным не был твой рассказ, это вряд ли нам поможет,


- нетерпеливо произнес Янакзек.

Песнопение культистов становилось все громче и громче.

- Север, - произнес Лайел, словно это был очевидный факт. – Залы


астропатов традиционно располагаются в северной части здания.

Бросив взгляд на приближающихся культистов, троица побежала через


командный центр и другие здания полка. Шум позади них возрастал,
превращаясь в хор. За последним углом их ждала металлическая дверь на
замке. Янакзек был готов выругаться, когда Мак поджог замок.
Расплавившись, остатки замка и цепи, на которой он висел, упали на пол.
- Идите, я прикрою вас, - крикнул Янакзек, его лазган снова ожил,
выстрелом сбив первого культиста с ног.

Мак кивнул и ударом плеча вышиб дверь. Они оказались перед узкой,
спиралевидной лестнице, которая тянулась по внешней стороне здания
вверх до самого шпиля. Лайел уверенно зашагал по ступеням, словно этот
маршрут не был для него в новинку. Мак последовал за ним, периодически
оборачиваясь назад, ожидая врага, который рано или поздно прорвет
оборону Янакзека. Судя по звукам снаружи, эта вероятность постепенно
становилась реальностью. Преодолев последний пролет, Мак был удивлен,
что Лайел еще не вошел в Зал астропатов.

- Что случилось? Дверь заперта? – спросил катаканец.

- Нет, - спокойно ответил Лайел. – Просто хотел поблагодарить тебя.

Он протянул ладонь, и мужчины по-катакански пожали друг другу


руки. Не нужно было лишних слов, чтобы объяснить символичность этого
жеста. Наконец, Лайал разжал ладонь и зашел внутрь.

Благодаря своей слепоте, юноша избежал участи лицезреть картину из


мертвых астропатов, пытавшихся послать сигнал помощи. Но их убили не
культисты и психические манипуляции сил Хаоса. Пробираясь к центру
Зала по телам мертвых собратьев, Лайел готовился передать сообщение
Имперскому флоту. Температура в комнате резко упала, и холодный пот
выступил на лбу юного астропата, когда его психические силы
соприкоснулись с пространством. Лайел послал психический сигнал на
короткое расстояние, без особого труда обойдя вражеские ловушки.
Чувствуя, как их преграды рушатся, вражеские псайкеры направили все
свои силы на юношу, заставляя его тело содрогаться в конвульсиях. Из его
ушей и носа пошла кровь. Заглушая крики горящих снаружи культистов,
Лайел возвел барьеры в своем разуме и стал передавать сообщение на
более длинную дистанцию. Найдя получателя среди моря душ, он
сосредоточил всю свою психическую мощь на единственное сообщение,
лишавшее его жизни. Скоро, к шуму цепного оружия и воинственному реву
культистов, а также звуку, издаваемому огнеметом Мака, присоединился
крик боли самого катаканца, когда защита Зала пала. Дергаясь в
конвульсиях и истекая кровью, Лайел все еще отправлял сообщение, когда
взрыв сорвал дверь с петель.
Глава 4

847959.M41 / Имперский командный центр.

Горы Олимпакс, Пифос

Со дня отступления остатков полка по Полям Смерти прошла неделя.


Страйк, как и все предыдущие дни этой недели, осторожно передвигался
по секретным тоннелям крепости в горах по направлению к вершине. Но в
отличие от предыдущих дней, его преследовали. Фонарь на его повязке
освещал маршрут не только ему, но и его преследователю. Завернув за
последний поворот и преодолев последний крутой склон, Страйк отключил
прибор. Наступил рассвет, и окрестности залило красным светом,
полковник сделал глубокий вдох, поглощая свежий воздух гор. Вдалеке,
улей Атика оставался погруженным во мрак и тишину и возвышался над
джунглями, словно памятник поражению катаканцев. Небольшие
диверсионно-разведывательные группы еще оставались на территории
противника, но сообщения от них еще не поступали с момента отступления
остатков полка. Оставалось лишь гадать, каким ужасам их мог подвергнуть
противник в случае обнаружения. Из одиннадцати тысяч катаканцев,
отступивших из Атики, осталось чуть более половины. Погибшие пали не
от ножей и огнестрельного оружия, но были поглощены дикой флорой и
фауной джунглей. Войска Абаддона не преследовали их, может из-за того,
что джунгли сами делали за них их работу, может – были слишком заняты
теми, кто остался в Атике.

- Только не говорите мне, что пришли насладиться пейзажем,


полковник Страйк, - произнес женский голос позади полковника. – Не хочу
думать, что Вам присуща сентиментальность.

«Клык» Страйка молниеносно выскочил из ножен и оказался в его


руках прежде, чем она успела произнести свое имя. К счастью для Тзулы,
полковник узнал ее по новой короткой прическе дознавателя.

- Разве можно что-то скрыть от таких, как ты? – улыбнувшись,


произнес Страйк.
Он вложил нож обратно в ножны.

- Это часть моей работы, - тепло ответила Тзула.

За неделю отступления по Полям Смерти, у них сложились не простые


взаимоотношения. Несмотря на то, что полковник все еще возлагал вину на
вторжения на инквизитора и его команду, Тзула доказала, что является
ценным бойцом и, в отсутствие Бриджстоуна, младший дознаватель
тренировала три дюжины его людей верховой езде на небольших саурианах
Пифоса, чтобы катаканцы смогли высылать больше людей для
патрулирования джунглей. Ее ксено-питомец также доказал свою
полезность, обеспечив работоспособность нескольких оставшихся
«Валькирей» и других летательных аппаратов. Это позволило Страйку
использовать их для срочных миссий.

- В чем твой секрет? Готова сказать, кем является адресат сообщения?


Ждать ли нам подкрепления, или ты также облапошила нас, как и твоя
подруга-блондинка?

- Она никогда не была мне подругой, - холодно ответила Тзула.

- И если бы Вы действительно думали, что я – предатель, давно бы уже


всадили свой нож мне в ребра, - добавила она, при этом тон ее голоса
слегка потеплел.

- Это правда, но если ты действительно послала за помощью, почему


держишь это в секрете?

- Если сообщение дойдет до получателя, Вы сами поймете, почему. –


Шум вдалеке привлек ее внимание и, защищая глаза от солнца, Тзула
посмотрела в сторону восходящего солнца. - А, похоже, Ваш маленький
секрет скоро будет раскрыт.

Четыре «Валькирии» медленно приближались к командному центру,


двигатели завывали, протестуя против большого груза, прикрученного
цепями к воздушным судам. Его размер превышал все четыре боевые
машины, норовя утянуть одну из них вниз.
- Во имя Трона, - что это? – спросила Тзула.

- Почему бы тебе не пойти и узнать самой? – ответил Страйк, включая


фонарик и разворачиваясь в сторону тоннелей.

Ангар был приспособлен для дирижаблей, перевозящих кристаллы


пифоса в космические порты планеты, и сейчас здесь собрались толпы
катаканцев, чтобы поглазеть на неизвестный груз, перевозимый
«Валькириями». Мужчины и женщины, облаченные в камуфляжные
штаны, зеленые жилеты и красные банданы, с нетерпением ждали
приземления боевых машин.

- Смирна! – крикнул майор Торн, заметив приближающегося


полковника и младшего дознавателя.

В течение нескольких секунд, толпа растаяла, окружив предмет,


охраняемый импровизированной почетной стражей.

- Это же … - начала Тзула.

- О, да - произнес Страйк так, словно увидел второе пришествие


Императора. – «Адский молот»

Покрытый тысячелетним слоем пыли, вариант «Гибельного клинка»


был больше похож на подвижную крепость, чем на сверхтяжелый танк,
даже в таком плачевном состоянии. Огромная пушка, от которой танк
получил свое название, была вмонтирована в орудийную башню, а пушка с
«Разрушителя» и автопушка были установлены под ней. Вдоль высоко-
бронированного корпуса на двух спонсонах располагались лазпушка и
тяжелый огнемет. Также на корпусе орудийной башни был установлен
тяжелый болтер. Ни одно из орудий не выглядело рабочим, но танк все
равно имел угрожающий вид.

- Это… это… - Тзула пыталась найти слова.

- Одно из величайших произведений военного искусства, когда-либо


производимое на мире-кузнице? Самая дорогая реликвия Империума,
которую ты видела? Чудо, которое даровал нам Император, оставив его в
этих джунглях? – благоговейно прошептал Страйк.
- Это – хлам, - заключила Тзула. – Почему Вы теряете время и силы на
эту развалюху? Ни одно из орудий не работает, и нам придется ждать до
конца света, пока ее двигатели запустятся, если запустятся вообще.

Словно назло дознавателю, ангар заполнился двигатель, сделанный на


мире-кузнице Фаэтон, стал пробуждаться. Механизм издал рев, заполнив
окружающее пространство толстой дымкой выхлопных газов. Из рядов
катаканцев послышались одобрительные крики, и Тзула почувствовала, как
ее щеки краснеют от стыда за ее высказывания. За первой волной криков
последовала вторая, когда люк машины открылся, и наверху показалась
оранжевая мохнатая рука, показывающая большой палец, а затем
показалась и остальная часть тела К’сии.

- Ты все еще так считаешь? – ухмыльнулся Страйк.

888959.M41 / Крепость Гезодикас. Гезодикас, Пифос.

Языки голубого пламени заглушали стоны умирающих, уничтожая их


плоть, жир и кости. Девять раз по девять – необходимое число жертв для
ритуала. Корпулакс обеспечил это условие, войдя в крепость и захватив
катаканцев. Абаддон обеспечил второе, варповое пламя, послав к нему
огромное число колдунов. Крики несчастных эхом отражались от стен
подземелий, где была расположена шестая печать. Это место наполнилось
монотонными заклинаниями колдунов. Звук достиг апогея, пламя
сапфирового света поглотило пленников, оставив лишь плавящиеся
человеческие останки на дорогом каменистом полу. Один из колдунов,
высокий мужчина с множеством колец, вдетых в шею, остановился перед
Корпулаксом, наблюдавшим за процедурами, стоя у входа.

- Все сделано, Лорд Корпулакс. Предпоследняя печать разрушена, и


мы подобрались еще ближе к открытию Подземелья Проклятых.

- Готовьте ритуал. Я проинформирую господина Абаддона о нашем


успехе и спрошу о следующей цели, - произнес Корпулакс.

По сигналу колдуна, одного из пленников привели к Корпулаксу и


бесцеремонно поставили на колени. Молодой капитан сто восемьдесят
третьего был вымазан грязью, его конечности и лицо – неестественно
раздуты. Из слезных протоков и ноздрей сочился гной, смешиваясь с
вязким потом, покрывавшем тела бойца.

- Пожалуйста… - прохрипел он, легкие катаканца были насквозь


пропитаны ядовитой жидкостью.

Корпулакс сделал шаг вперед и осторожно прижал указательный палец


к его губам. Губы и язык катаканца превратились в пыль, осевшую на
ботинках Чумного десантника.

- Тссс, - произнес Корпулакс, обращаясь к офицеру, осторожно


трогающему свою нижнюю часть челюсти, еще не поняв, что произошло. –
Ты должен молчать.

Словно по команде, кабал возобновил песнопение, в этот раз наиболее


ритмично, более хриплыми голосами, чем во время разрушения печати.
Кожа стоявшего на коленях катаканца взбугрилась, словно под ней забегали
мыши. Когда кожа уже была готова отделиться от тела, песнопение стихло,
и Корпулакс произнес единственное слово, перевернувшее все
внутренности бойца. Легкие и другие внутренние органы стали выпадать
изо рта, который расширился до немыслимых размеров, затем последовали
мускулы, сухожилия и другие части человеческой анатомии. Выпавшие
внутренности стали приобретать новую форму. Бедренная кость
увеличилась и стала похожа на шипастый наплечник, дельтовидные
мышцы разделились и образовали некое подобие силовой клешни, жилы
запястья переплелись друг с другом, образовав хохолок. Когда подобие
Абаддона было сформировано, оно заговорило с Корпулаксом ртом в виде
измененного аппендикса.

- Печать сорвана, повелитель чумы, или ты опять просишь меня


прислать тебе колдунов? – несмотря на видоизмененную форму Абаддона,
голос принадлежал именно ему.

- Она сорвана, хозяин. – Корпулакс встал на одно колено перед своим


повелителем. – У меня есть еще хорошие новости. Наши агенты полагают,
что обнаружили последнюю печать.
- Если твоя информация верна, весь Черный Легион поможет тебе
вскрыть ее.

- Все не так просто, повелитель. Есть некоторые… трудности.

Лицевые мускулы аватара Абаддона напряглись.

- Семи тысяч лучших воинов галактики будет достаточно, чтобы


справиться с любой проблемой. Мои воины провели недели в поисках
печатей на этой планете. Я дам им цель, которой они достойны.

- Господин, последняя печать находится под крепостью в Олимпаксе.

- Это там, где сброд организовал свою новую базу? Мы бы уже давно
уничтожили их, если бы не поиски. Олимпакс будет гореть, а на одной из
моих пик будет висеть голова их командира. А затем ты можешь
сосредоточить внимание на открытии Изумрудной Пещеры.

- Со всем уважением, лорд Абаддон, - солгал Корпулакс, - крепость в


Олимпакс и окружающие ее горы – самое защищенное место на планете.
Там слишком крутые склоны, которые очень сложно преодолеть. Даже
штурм с воздуха потерпит неудачу, так как у них есть средства ПВО и
летательные аппараты.

- Орбитальный удар также невозможен из-за риска уничтожения


печати, – фыркнул Абаддон. – Поэтому ты связался со мной, лорд
Корпулакс? Сказать мне, что наш единственный выход – суицидная миссия,
так как полк Имперской Гвардии по стечению обстоятельств оказался
прямо над нашей целью?

- Есть и другой выход. Он требует больше времени, но шансы на успех


гораздо выше.

- Уловки? Я думал это – прерогатива братства Тзинча.

- Я прагматичен, повелитель. Я уверен, что могу проникнуть в


крепость и, незаметно для Имперских войск, уничтожить печать изнутри.
Нам потребуется больше времени, но как только последняя печать будет
сорвана, хранилище откроется, и наши союзники ускорят уничтожение
катаканцев.

Аватар Абаддона кивнул.

- Надеюсь, ты прав, повелитель чумы, потому что если это не так, и


наша миссия на Пифоме провалится – я буду преследовать тебя вечно, пока
не найду и не сожру твою душу.

Абаддон разорвал связь, и его аватар безвольно рухнул на пол.


Корпулакс повернулся к группе культистов и колдунов, наблюдавших за его
разговором.

- Готовьтесь выступать через час, - произнес Корпулакс.

Он поднялся с колена и достал с пояса флакон с темной жидкостью.


Лорд Хаоса протянул его культистке, облаченной в рясу.

- Не подведи меня как твой хозяин.

Культистка откинула капюшон, явив коротко остриженные


блондинистые волосы.

- Наша миссия обречена на успех, - произнесла она, аккуратно


положив флакон в сумку на боку.

913959.M41 / Ангар, Имперский командный центр. Горы


Олимпакс, Пифос

Внимание майора Экхарда Торна привлек звук турбин Валькирий,


доносившийся издалека. Он оторвал взгляд от ЛА, которые ремонтники
чинили в ангаре. Они также положили инструменты и повернули головы в
сторону приближавшегося транспорта. За машиной тянулся длинный,
черный шлейф дыма, и пилот изо всех сил пытался удержать Валькирию в
воздухе на одном двигателе. Судно, покачиваясь, приближалось к
Имперской базе.

- Кто пилотирует эту штуку? – спросил Торн бородатого офицера,


также наблюдавшего за подбитым ЛА.

Множество других катаканцев в ангаре также были небриты, отринув


цивилизованность в условиях войны.

- Без понятия, сэр, - ответил офицер. – Все наши целые птички на


задании.

Торн нахмурился.

- Последний раз, когда мы общались с полковником, он сказал, что они


в нескольких часах лета от Олимпакса. Даже самые продвинутые посудины
не смогли бы добраться до сюда так быстро.

Последние несколько недель Страйк и остатки его полка обороняли


Твердыню Хана от нападений противника и, хотя контратаки были
успешными, полковник все еще оставался там, готовясь к следующей атаке
и отлавливая диверсионные группы культистов в джунглях.

- Это может быть уловкой противника. Можт нам сбить его? –


предложил офицер.

Торн обдумал ситуацию. Гул подбитого двигателя становился все


громче и громче, Валькирия начала снижаться. Если это и был трюк, надо
было действовать сейчас.

- Отставить, - произнес Торн в последний момент. – На нем


опознавательные знаки «Дьявольской Бригады», базировавшейся в
Гезодикасе. Мы потеряли с ними контакт неделю назад. Но вдруг…- он
достал лаз-пистолет и проверил заряд.

Гул Валькирии превратился в жужжание, когда пилот попытался


набрать нужную высоту для прохода в ангар. Ветер раскачивал аппарат из
стороны в сторону, угрожая разбить его о скалу.

- Он не справится… он не справится…- пробормотал офицер, стоящий


позади Торна.

Собравшиеся вокруг ангара катаканцы, шурша купюрами, начали


делать ставки.

Наконец, пилот справился с управлением, и ЛА залетел в ангар.


Черный юмор сменился паникой, когда катаканцы поняли, что Валькирия
не собирается разбиваться о скалы, а несется прямо на них. Звук
покореженного металла заполнил воздух в ангаре, когда шасси машины
задели нижнюю часть входа в ангар. Посыпались искры. Валькирия
спикировала на пол ангара, заставляя катаканцев нырять в укрытия. Слегка
задев несколько боевых машин, ЛА остановился в нескольких метрах от
задней стены ангара. Ничего не произошло, и катаканцы, поняв, что угроза
взрыва миновала, стали подниматься с пола. Люк в хвостовой части
Валькирии, издав шипение, открылся. Наружу вышло несколько фигур,
окутанных дымом.

Торн направил в их сторону пистолет.

- Стоять на месте. Имя и звание. Быстро.

Смог рассеялся, явив пять фигур облаченных в одинаковые жилеты и


брюки, их головы были крепко обмотаны красными банданами.
Единственная присутствовавшая среди них женщина сделала несколько
шагов вперед. Торн поднял пистолет так, что дуло оказалось напротив ее
головы.

- Я сказал: «Стоять». – Остальные также направили оружие на вновь


прибывших. – Назови свое имя и звание.

- Капитан Трой. «Дьявольская Бригада», - отчеканила женщина-


катаканец. – Мы – все, что осталось от гарнизона в Гезодикасе.

Торн смерил ее взглядом, все еще целя пистолетом в голову. Внешне


она выглядела как катаканец, но в ней явно было что-то не так. Ее волосы
были обрезаны недавно, а ногти – были чистыми. Он никогда не слышал о
капитане Трой, но в таком огромном полку, как восемьдесят третий, сложно
было отследить личность каждого солдата.

- Говоришь, «Дьявольская Бригада»? – Торн сделал несколько шагов


вперед, не опуская оружие. – В Гезодикасе было жарковато, раз вы
единственные, кто выбрался оттуда. Но, уверен, это ничто, по сравнению с
битвой на Каол Ила.

Женщина взглянула прямо в глаза майора.

- Я не понимаю, что вы имеете в виду, майор. «Дьявольская Бригада»


не воевала на Каол Ила. Мы сражались в тылу врага в Мортлахе в то время.

Торн ухмыльнулся и опустил пистолет. Остальные сделали то же


самое. Капитан Трой не только прошла этот маленький тест, но прошла его
отлично.

- Мы не можем позволить себе расслабиться, капитан. – Торн вложил


оружие в кобуру. – Говоришь, Гезодикас пал?

- Несколько дней назад. Полное уничтожение, - произнесла она,


почесывая затылок. – Мы оборонялись, сколько могли, но когда нас
осталось совсем мало, я приняла решение отступать. Здесь проку от нас
будет больше.

- Рад видеть тебя, капитан. Малгрю? – позвал он бородатого офицера.


– Отведи капитана Трой и ее людей к майору Рэйстону, пусть даст им
назначение.

Женщина устало отсалютовала. Торн вернул воинское приветствие.


Малгрю был готов уже идти, как Тор снова окликнул его.

- И Малгрю?

- Да, сэр.

- Разбери эту птичку на запчасти для оставшихся машин, - произнес


Торн, указывая большим пальцем на развалины в задней части ангара.

Малгрю кивнул и вышел из ангара вместе с Трой и ее людьми. Где-то в


другой части ангара кое- кто еще прекратил ремонтные работы, чтобы
понаблюдать за спектаклем. Однако, в отличие от Торна, он знал, что
капитан Трой и ее люди – не те, за кого себя выдают. Сняв маску, К’сии
спрыгнул с корпуса «Адского молота» и побежал искать Тзулу.
- Похоже, Гезодикас был адским адом, - произнес Малгрю, ведя Трой и
ее людей через искусственные пещеры Олимпакса.

Еще до вторжения на Пифос, Олимпакс был одним из основных


шахтерских центров на планете. Когда-то гора была сосредоточением
кристаллов, теперь она являлась временным прибежищем защитников
Пифоса.

- Это была кровавая баня, - ответила женщина в униформе капитана. –


Ни одна живая душа не ускользнула оттуда.

- Ну, за исключением вас пятерых, мэм, - ободряюще заявил Малгрю.

- Нет, я сказала правду. В смысле, те, кто носил это тряпье также
мертвы, как и ты. – Она выхватила украденный нож и перерезала Малгрю
глотку прежде, чем он успел среагировать.

Катаканец упал на колени, схватившись руками за шею и пытаясь


остановить кровотечение.

- Никто не выжил. Те, кого я не убила сама, убили другие, и я


наслаждалась этим зрелищем. Как и умирающим Троем.

Она одернула жилет вниз, продемонстрировав ожерелье из жетонов.

- Аколиты из Давиникус Ликае долго пытали его, но перед тем, как


сдохнуть, он рассказал нам все, что нам нужно было знать, чтобы
проникнуть к вам на базу.

Она развернула Катаканский клык в руке так, чтобы кончик лезвия


смотрел вниз, и всадила его в висок Малгрю. Вытащив нож, она сняла
бандану и вытерла стекавшую с лезвия кровь. Кинув бандану на землю,
рядом с трупом офицера-катаканца, Трифения Бранд повела свою команду
вглубь крепости.

913959.M41 / Восточный вход, Имперский командный центр. Горы


Олимпакс, Пифос.
- Будьте готовы выдвигаться с первыми лучами, - приказала Тзула
Дигриз, спрыгнув с аброзавра. – Враг ненадолго оставил нас в покое.

Полдюжины катаканцев, сопровождавших ее, кивнули в ответ. Они


только что вернулись с патруля, где учились ездить верхом. Не являясь
катаканцем, Тзула оказалась прекрасным инструктором в приручении
зверей, и те, кто находился под ее командованием, безоговорочно признали
дознавателя, как своего командира. Передав поводья одному из катаканцев,
Тзула сняла бандану и стерла пот со лба. Так как ее куртка была
повреждена во время атаки на Атику, она облачилась в униформу жителей
мира-смерти, е теперь прекрасно вписывалась в их окружение.
Единственное, что она не осмелилась одеть, опасаясь обидеть катаканцев –
была красная бандана, и вместо нее дознавателю пришлось использовать
черный кусок ткани. Но, тем не менее, враг воспринимал ее как катаканца,
а не служителя Ордо, именно этого она, собственно, и добивалась. Она уже
собиралась снять оставшуюся одежду и принять душ, как в проходе
пещеры появился К’сии. Они выглядел возбужденным и бегал вокруг
Тзулы.

- Что случилось К’сии? Ты закончил работать с танком Страйка и


хочешь показать его мне? – она взяла жилет за края, собираясь снять его
через голову. – Дай мне немного времени, чтобы принять душ.

К’сии яростно покачал головой, забавно тряся щеками. Он потянул


Тзулу за руку. Она бросила попытки раздеться и серьезно взглянула на
джокаэро.

- Я не понимаю.

Ксенос отпустил ее руку и прижал обе ладони к ушам. Он оттопырил


их и надул щеки. Закончив представление, он указал пальцем на верхнюю
часть базы. Сразу поняв, о чем идет речь, Тзула выхватила пистолет.

- Покажи мне. Быстрее, - рявкнула она, следуя за К’сии в пещеры


Олимпакса.
Глава 5
913959.M41 / Система тоннелей, Имперский командный центр.
Горы Олимпакс, Пифос.

Тзуле не нужно было знать, куда идет Бранд, кровавый шлейф убитых
тел сам показывал маршрут. Эта «карта» указывала на путь вглубь
Олимпакса. И если Страйк шел по тоннелям до пика крепости, Бранд
следовала в обратном направлении. Тзула могла только догадываться,
какую цель преследовала культистка, но у дознавателя имелось подходящее
предположение: печати. Одна была точно сорвана, но, сколько еще
оставалось сорвать? Сколько их было первоначально? Тзула неожиданно
поняла, что все ее тренировки, все годы опыта на службе Ордо и в качестве
воровки до этого, всего этого было явно недостаточно. Она была всего
лишь наблюдателем всех событий, происходивших на Пифосе. Все должно
измениться, если второе сообщение, посланное Лайелом, дойдет до
адресата. Лайел. Еще одно имя в списке Бранд.

- Еще тела, мэм, - освещая путь фонариком, прикрученным к лазгану.


Как только К’сии показал Тзуле, где приземлился транспорт с Бранд, и
дознаватель объяснила ситуацию Торну, майор выделил ей отделение для
преследования предателя. Тзула насчитала три трупа, все они лежали
лицом вниз с множественными колотыми ранами в области спины и плеч.
Их оружие все еще висело на плечах, на стенах не было никаких кровавых
отпечатков. Из-за невозможности сообщения в тоннелях, Торн не смог
послать предупреждение. Двое катаканцев, идущих впереди, аккуратно
осмотрели тела на предмет ловушек. Отделение не проверило первое тело,
и теперь из десяти катаканцев осталось только семеро. Каждый раз, когда
они останавливались, Тзула теряла драгоценное время, и все это играло на
руку предателям.

- Чисто, - сказал один из катаканцев.

Второй катаканец забрал ножи у убитых товарищей и занял место в


колонне Тзулы, двинувшейся дальше. Далеко впереди, в лабиринте
коридоров, находясь вне зоны слышимости, Бранд и ее команда достигла
цели, хотя, уже на первый взгляд стало понятно, что не все так просто.
Культистка остановилась в широком проходе тоннеля, где каменистая
поверхность над ней уходила далеко вверх. На первый взгляд казалось, что
проход был выточен из горных пород, но вырезы были сделаны более
искусно, чем в тоннеле и всей остальной части крепости. Бранд прижала
ладонь к каменной стене. Она была теплой.

- Данные кабала были верны. Это – то место. Я чувствую силу,


струящуюся по этим стенам.

Она убрала руку от стены и достала нож.

- Аянипол. Подойди сюда, пора тебе выполнить свою миссию, -


произнесла Бранд.

Один из лже-катаканцев подошел к Бранд. Он также снял свою


бандану, но под ним обнаружился не выбритый лоб, а два бугорка, первые
ростки рогов. Он собирался сказать что-то еще, последние слова перед
выполнением своих обязанностей, но нож Бранд уже врезался в его тело.
Вцепившись в рукоять двумя руками, она расширила дыру в его животе.
Аянипол захрипел от блаженства и засунул руки глубоко в рану. Мгновение
спустя он извлек их, покрытых в багровую слизь, и начал небрежно мазать
руками стену прохода. На стене возникли грубые символы и богохульные
иконы, на которые не смог бы смотреть ни один праведник. Культист
завершил свою картину, нарисовав одинаковые отметки в треугольнике и
объединив их одной чертой. Как только последний символ был связан с
предыдущим, гора стала трястись, и теплая поверхность раскалилась
докрасна. Бранд и остальные культисты отступили назад к дальней стене,
но Аянипол замешкался из-за потери крови и благоговейно уставился на
плоды своих трудов, его плоть стала чернеть. Толчки стали более
интенсивными, заглушая любой другой звук, словно две тектонические
плиты терлись друг против друга. Это заставило четверку крепче прижать
руки к головам, чтобы избежать лопанья перепонок. С последним толчком,
в стене открылась дыра размером в два человека. Гул затих также быстро,
как и начался.

- Господин Корпулакс шлет вам свое благословение и благодарность,


Аянипол, - произнесла Бранд, переступая через обуглившееся тело и входя
в возникший проем.
913959.M41 / Ангар, Имперский командный центр. Горы
Олимпакс, Пифос.

Торн все еще проклинал себя за то, что позволил предателю обмануть
себя, когда стены ангара затряслись. Пол покрылся трещинами, и майор,
избегая падающих сверху камней, майор запрыгнул в открытый люк
Валькирии. Другие последовали его примеру, и вскоре Торн обнаружил, что
находится в тесной кабине с целой толпой потных катаканцев. Не имея
возможности зажать нос, Торн прижал руки к ушам из-за шума падающих
осколков. Валькирию шатало из стороны в сторону, бросая катаканцев на
стенки машины или друг на друга. Толчки закончились также быстро, как и
начались. Выбравшись из боевого ЛА на покрытую пылью поверхность,
Торн оценил ситуацию. Всем Валькириям в пределах видимости был
нанесен ущерб, но он был незначителен и не влиял на их способность
летать. Что-то подсказывало ему, что вскоре они им понадобятся.

- Что за черт? – спросила мускулистая женщина, потирая ушибленное


плечо.

- Не знаю, но ставлю годовой рацион, это дело рук той шлюхи, лже-
инквизитора, - произнес Торн, протирая глаза от пыли. – Пошевеливайтесь.
Пора очистить это место и оценить ущерб.

- Сэр, сюда. Вы должны это видеть, - позвал бородатый офицер,


стоявший у входа в ангар.

Торн подошел к нему, все еще не видя то, на что указывал сержант,
настолько территория ангара была покрыта пылью. Но все же, майор,
прищурившись. Смог разглядеть множество черных точек на небе, по
крайней мере, сотню из них.

- Это полковник Страйк, сэр? – спросил сержант.

- Надеюсь, - ответил Торн, давая знак второму сержанту принести ему


бинокль. – Я чертовски на это надеюсь.

913959.M41 / Система тоннелей, Имперский командный центр.


Горы Олимпакс, Пифос.

Почувствовав первые вибрации, Тзула оперлась спиной о стену. Ее


родной мир многочисленными трещинами из-за землетрясений, и она лишь
повиновалась инстинктам, бывшим у нее в крови. Если бы здесь был стол
или стул, под который можно было нырнуть, или дверной проход, она, не
задумываясь, использовала бы их как укрытие, но здесь стена была ее
единственной защитой. Катаканцы последовали примеру Тзулы и также
прижались к стене. Двое были слишком медлительны, и огромный валун,
упавший сверху, придавил их насмерть. Из-за нарастающей интенсивности
толчков остальные могли лишь беспомощно наблюдать за этой картиной.
Толчки и гул, заглохли также быстро, как и начались. Звук падения валуна
все еще отражался эхом от стен тоннеля, Тзула наклонилась проверить тела
катаканцев, и, подтвердив свои предположения, забрала их ножи. Передав
их одному из выживших, она стала пробиваться дальше, сквозь горы
обломков. Дознаватель надеялась, что еще не слишком поздно.

Будучи аколитом Давиникус Ликае, и далее перейдя под крыло сразу


двух инквизиторов, Трифения Бранд стала свидетелем многих вещей, все
они были удивительными и в то же время пугающими. Когда она зашла
вглубь пещеры, открытой с помощью темного ритуала, культистка не была
уверена к какой категории можно отнести увиденное. Синее свечение
внутри окутывала всю пещеру. Оно освещало всю пещеру, доставая до
сталактитов на потолке. Эффект был несколько театральным, но культистку
возбуждал сам источник света. В центре пещеры стояло пульсирующее
стазис-поле. Под защитным энергетическим колпаком тринадцать
полускелетов в робах, словно в замедленной съемке, с гротескной
медлительностью, воспроизводивших различные движения. Их одежда
была потрепанной и рваной в некоторых местах, обнажающих участки
скелета, полностью лишенные жира и мяса. Кожа, свисавшая с их
конечностей, казалась вторым комплектом рясы. Их челюсти двигались с
монотонной постоянностью, при этом остатки кожи медленно
распрямлялись каждый раз, когда рот открывался и закрывался. Помимо
воспроизводимых ими движений был еще один признак того, что эти
фигуры были живыми: пары воздуха, выдыхаемого ими в холодном стазисе
кокона.

- Псайкеры, - сплюнула Бранд. – Тринадцать костлявых псайкеров на


страже последней печати. Все, что нам остается – убить их, и, наконец,
после десяти тысяч лет ожидания, Подземелье Проклятых снова будет
открыто. Наш хозяин снова придет в этот мир.

Один из ее компаньонов направил пистолет на купол.

- Стой! – слишком поздно крикнула Бранд.

Культист нажал на курок и пуля понеслась к вершине голубого


свечения. Она ударилась в купол и отскочила, отрекошетив в стену.

- Поле не просто поддерживает в них жизнь, идиот. Оно также


защищает их. Их убийство займет…

Ее прервал звук отскочившей пули. Вместо того, чтобы попасть в


стену, пуля ударилась обо что-то металлическое и упала рядом с Бранд.

- Что это было? – спросила она.

Включив лампу, стрелок посветил на стены пещеры. То, что они


увидели, заставило их на мгновение замолчать. Там стояла фигура
космического десантника в терминаторских доспехах, покрытая мхом,
растительностью и пылью с шлема до ботинок. Космодесантник,
держащий в одной руке алебарду, был образцом сверхчеловеческой элиты
Империума, его болт-пистолет, покоящийся в кобуре, наплечники и грудная
пластина брони, были покрыты печатями чистоты. Свет лампы отражался в
броне серебряного цвета, там где пуля попала в наколенник, сбив с этого
участка часть растительности. Даже статуя могучего Адептус Астартес
внушала ужас, и в течение нескольких секунд ни один из культистов не мог
произнести ни слова.

- Эта статуя, - произнес культист, державший фонарь. – Как типично


для шавок Императора оставить ее здесь для охраны…

Послышался скрип. Один из культистов вскинул пистолет и направил


его на монумент.

- Она двигалась! Статуя только что двигалась, - произнес хаосист,


размахивая фонарем из стороны в сторону, пытаясь обнаружить источник
шума.

Статуя оставалась безмолвной.

- Не будь дураком, - фыркнула Бранд. – Скорее всего, это была крыса.

Она опустила пистолет, подавая пример остальным.

- Нет, это не крыса. Эта штука…

Культист так и не успел закончить свою фразу.

- Могу тебя заверить, предатель, - произнесла статуя, одновременно


выхватив и открыв огонь из болт-пистолета, превратив при этом голову
культиста в кровавый туман.

- Я не просто «обычная статуя», - добавил космодесантник,


обстреливая остальных культистов.

913959.M41 / Ангар, Имперский командный центр. Горы


Олимпакс, Пифос.

Теперь Валькири были достаточно близко, и Торн смог различить


цветовые схемы и маркировки судов. Все они были отбыли с Олимпакса
неделями ранее, и ни одна из боевых машин не показывала враждебных
намерений. Но ранее, лже-инквизитор также умело притворялась
капитаном катаканцев. Как там говориться в поговорке? «Только дурак
дважды ведется на один и тот же трюк».

- Шэф, мы все еще не можем связаться с приближающимися


Валькириями, - крикнул вокс-оператор с задней стороны ангара. –
Землетрясение повредило связь. Ремонт займет часы.

- Что думаете, майор? Еще один трюк? – спросил сержант позади


Торна.
Майор снова прижал бинокль к глазам. Солнце Пифоса светило
слишком ярко, не давая понять, кто сидит в кабине пилота. Да и что это
изменит? Враг уже пытался выдать себя за солдат сто восемьдесят
третьего, и джунгли были полны мертвых катаканцев, с которых можно
было снять форму.

- Они подходят к зоне действия батарей ПВО, шеф. Если стрелять


сейчас, то надо валить всех, пока они не успели открыть ответный огонь.
Мне отдать приказ? – сержант приготовился бежать, чтобы успеть
доставить приказ орудийным расчетам.

Торн задумчиво почесал подбородок.

- Мы упускаем наш шанс, - предупредил сержант. – Вы должны


принять решение сейчас, майор.

913959.M41 / Система тоннелей, Имперский командный центр.


Горы Олимпакс, Пифос.

Последнее что ожидала услышать Тзула в глубинах горы Олимпакс –


доклады о стрельбе из болт-пистолета. Пробежав через расщелину в сердце
горы, дознаватель вскинула пистолет и увидела то, что ожидала увидеть
меньше всего. Держа объятую синей энергией алебарду, облаченный в
броню тактического дредноута космический десантник обменивался
выстрелами с Бранд и ее отрядом. Культисты укрылись за стазис-полем,
бегая вокруг него и ведя огонь по бронированному голиафу, но их
выстрелы лишь удаляли растительность с его брони. Почувствовав чье-то
присутствие, космический десантник направил пистолет на вход, но не стал
стрелять, увидев, как Тзула и солдаты, сопровождавшие ее, также открыли
огонь по предателям. Воздух наполнился разрядами, выпущенными и
лазганов и плазменных пистолетов, и болтами. Пока десантник подавлял
точку противника с одного фланга, Тзула и ее бойцы обрабатывали ее с
другого фланга, отрезая культистам пути отхода. За спиной Тзулы упал
катаканец, очередь лазгана попала в левую часть его лица. Тзула отомстила
за его смерть, застрелив культиста, убившего бойца. Из другой части
пещеры раздался крик, когда болт оторвал плечо, руку и большую часть
груди культиста. Использвуя его труп как щит, другой хаосист послал
очередь из лазгана, которая прошла мимо бежавшего на них космического
десантника. В ответ гигант произвел единственный выстрел в культиста,
которого он застрелил ранее, снаряд прошел сквозь тело хаосиста,
взорвавшись в животе его товарища. Бранд оставалась единственной
выжившей. Израсходовав все приемы, она достала из сумки флакон с
темной жидкостью, которую дал ей Корпулакс несколько недель назад.
Культистка подняла его над головой, направляя пистолет другой рукой в
Тзулу и космического десантника.

- Знаешь, что это? – произнесла Тзула.

- Прекратить огонь, - приказала Тзула катаканцам позади нее. – Это


флакон с Пожирателем Жизни, его используют в вирусных бомбах. Не так
много, чтобы угрожать планете, или даже базе, но достаточно, чтобы убить
всех в этой пещере.

- Молодец, Тзула. Я знала, что Диналт держит тебя не за красивые


формы. – Зажатая, словно собака, Бранд все еще продолжала огрызаться. –
Знаешь, что еще можно с этим сделать?

Тзула молчала.

- Это воздушный патоген, разрушающий стазис-поля. К сожаленью, у


этих псайкеров-рабов нет собственного источника дыхания, это значит, что
купол, несмотря на то, что он не пропускает твердые предметы, позволяет
проникать воздуху и жидкости.

Она подтвердила свои слова, бросив комок слизи в купол, который,


пройдя через силовое поле, упал на одежды одного из астропатов.

- Даже он не сможет спасти тебя. - Бранд указала на космического


десантника.

+Будь готова двигаться по моей команде+

Шок от психического вмешательства слегка отразился на лице Тзулы,


но даже если Бранд заметила это, то не среагировала. Хотя космодесантник
и не носил капюшон библиария, он определенно был псайкером.
+Не дай флакону упасть на землю+

+Поняла+

С невероятной скоростью, несмотря на громоздкую броню,


космический десантник резко опустил свою алебарду, разряд сапфировой
энергии прорезал воздух пещеры. Соприкоснувшись с Бранд, пучок
энергии оторвал ее кисть по локоть. Двигаясь не так быстро как
усовершенствованный воин, но все еще быстрее обычного человека, Тзула
нырнула вперед и схватила кулак оторванной кисти, остановив флакон в
нескольких сантиметрах от пола. Дознаватель облегченно вздохнула.
Лежавшая напротив нее Бранд кричала, размахивая культей. Но вскоре ее
крики превратились в хриплый смех.

- Слишком поздно, - процедила она сквозь зубы. – Я поставила таймер.

В ужасе взглянув на оторванную конечность Бранд, Тзула услышала


шипение и жидкость вырвалась наружу. Дознаватель выронила руку с
флаконом на пол, но маленькая капля успела попасть ей на руку.

+Беги+ произнес космический десантник.

Когда она не среагировала, пытаясь стереть каплю с руки, гигант


схватил ее и побежал к входу.

Темная жидкость растекалась по полу, словно жидкий рак, поглощая


все на своем пути. Рука Бранд исчезла, соприкоснувшись с вирусом, как и
хохочущая предатель. Вирус попал в стазис-поле и стал распространяться
по телам псайкеров, попадая внутрь через их шевелившиеся челюсти.
Катаканцев не пришлось упрашивать, и воины со всех ног ринулись к
входу. Один из них споткнулся и был тут же поглощен вирусом. Остальные
попытались спасти свои жизни, они не обладали скоростью космического
десантника, и им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как погибает их
товарищ. Один за другим, катаканцы были полностью уничтожены
вирусом.

- Моя рука, - произнесла Тзула, когда космический десантник,


убедившись, что угроза миновала, поставил ее на пол.
- Оно…оно распространяется, - в ее голосе послышались панические
нотки.

Небольшая капля, попавшая ей на руку, расширилась, стекая по


пальцам. Вирус постепенно пожирал ее руку.

- Будет больно, - голос космического десантника был сухим, и каждое


слово давалось ему с трудом, словно он в первый раз заговорил на Высоком
Готике.

- Что? Что будет больно? – она не могла сосредоточиться, пока вирус


пожирал часть ее тела.

- Это, - произнес космический десантник, ударяя своей алебардой по


тому же месту, что и у Бранд, когда он отсек культистке кисть.

Тзула закричала от боли и взглянула на культю, ожидая фонтан крови,


но вместо этого рана не кровоточила и была прижжена. Ее отрубленная по
локоть кисть лежала у ног.

- У меня не было выбора, - не извиняясь, произнес космический


десантник.

Тзула еще немного посмотрела на свою культю, пытаясь пошевелить


плечом. Она закрыла глаза и замедлила дыхание.

- По крайней мере, это не была моя рабочая рука, - произнесла она,


скривившись от боли.

- Хорошо. Думаю, тебе это вскоре понадобится, - произнес


космодесантник.

Он помог ей встать.

- Сможешь идти?

- Да. Шок должен скоро пройти, и ты грамотно ампутировал ее,


поэтому я не истеку кровью, - ответила дознаватель. – Кто ты? Я не знала,
что здесь воюет Орден Космодесанта. Где остальная часть?
Тзула сражалась с некоторыми Орденами Адептус Астартес, но была
удивлена тем, что десантник действует в одиночку. Знаки различия его
брони были ей незнакомы, но поговаривали, что по Империуму разбросано
тысячи Орденов и, даже будучи агентом Инквизиции, она едва ли смогла
назвать и сотню из них. Космический десантник не ответил, вместо этого
разглядывая младшего инквизитора сверху вниз.

- Меня зовут Тзула. Тзула Дигриз, младший инквизитор Ордо Маллеус


и агент Золотого Трона.

- Зуу-лер, - неуверенно повторил космодесантник.

- Тзула. Т.З.У.Л.А. «Т» произносится тихо, - она сделала паузу. – А ты?

- Я…- казалось он обдумывает свои следующие слова. – Я – Эпиметий


из Серых Рыцарей, Страх Пифоса и Хранитель седьмой печати.

- Серый Рыцарь? – удивленно переспросила Тзула. – Братство уже на


Пифосе. Слава Императору. Я думала…

- Насколько я знаю, я – единственный Серый Рыцарь на планете.

Он отключил силовое поле алебарды.

- Я не чувствую психического присутствия ни одного из моих братьев


на этой планете, только Архиврага. С разрушением последней печати,
открытие Подземелья Проклятых – лишь вопрос времени.

- Я не понимаю. Как ты можешь быть здесь один? А твоя силовая


броня? Как она могла прийти в такое состояние?

- Время для ответов еще не пришло, - произнес Эпиметий,


уставившись на каменный коридор. – Сейчас нам нужно спасать мир.

913959.M41 / Ангар, Имперский командный центр. Горы


Олимпакс, Пифос.
- Что здесь, черт возьми, произошло? – рявкнул Страйк, стараясь
перекричать звук двигателей.

Пол ангара был покрыт упавшими камнями и пылью, боевые машины


повреждены, стекла кабин разбиты. Мужчины и женщины пытались
растащить обломки в стороны, чтобы очистить место для Валькирий,
залетавших в ангар.

- Произошел… инцидент, шеф, - виновато ответил Торн, готовясь


объяснять события последних часов.

- А девчонка, предатель, все еще на базе? – спросил Страйк, выслушав


отчет Торна.

Полковник понимал, что майор и так винил себя за то, что Бранд
обвела его вокруг пальца, поэтому не было смысла критиковать его сейчас.

- Я думаю, да. Другой инквизитор, я имею ввиду лояльный, Тзула. Она


взяла отделение и преследует ее.

- Землетрясение? Последняя печать уже вскрыта?

- Без понятия. Если бы она была вскрыта, мы бы уже знали об этом.

Шум снаружи ангара привлек внимание обоих мужчин. Спешившиеся


пилоты и пехотинцы смотрели в сторону Атики. Страйк и майор подошли
ближе, чтобы лучше разглядеть происходящее.

- Это улей, шеф. Он горит, - произнес один из пилотов.

Неестественный дым поднимался вверх над джунглями, огромные


черные клубы расходились в стороны, становясь еще больше.

- Дай мне бинокль, - обратился Страйк к Торну.

Майор передал устройство полковнику. Страйк взглянул через них в


сторону планетарной столицы. Когда он опустил бинокль, его лицо
побледнело.

- Это не дым, - произнес он, стараясь сохранять спокойствие в голосе.


– Это – демоны.
Глава 6

913959.M41 / Имперский командный центр. Горы Олимпакс,


Пифос.

Корабль поддержки типа «Ксеркс» выпустил очередь ракет, взорвав


зависшего в небе демона. Змеиное тело твари содрогнулось, а в крыльях
образовались отверстия. Демон как подкошенный рухнул вниз. Второй
Ксеркс добил ее выстрелом из мульти-лазера.

- Хороший выстрел, Зеленое Крыло, - обратился по воксу Торн, сидя в


кресле второго пилота Валькирии.

Лишь небольшая часть боевых кораблей, вернувшихся с Твердыни


Хана, успели залететь в ангар, остальные Валькирии, с пехотой на борту,
развернулись, готовясь вступить в бой с противником. Поврежденные
землетрясением суда также были подняты в воздух, более ста пятидесяти
кораблей разных классов заполнили воздушное пространство над
Олимпаксом.

- С кем мы сражаемся, Торн? Сколько их? – послышался в передатчике


голос Трайка.

Коммуникационные вышки вышли из строя, и полковник вывел свой


Адский молот на край ангара, используя его как мобильный командный
центр. Майор посмотрел сквозь поврежденное число кабины. Меньше, чем
в километре от их позиции, в небе зависло черное облако, вспышки энергии
варпа пробегали по когтям и зубам огромной массы.

- Невозможно сказать наверняка, шеф.

Еще один демон попытался пройти сквозь фалангу Валькирий, но был


подстрелен из тяжелого болтера.
- Те твари – лишь разведчики.

- Я выведу всех с базы через восточный вход, но это займет время.


Сдерживайте их, сколько сможете, а потом разделите флот на четыре часть,
по одной - на каждую часть этой планеты. Скажи пилотам, чтобы двигали к
оставшимся крепостям, и наладьте контакт с другими ячейками катаканцев.

- Мы отдаем им Олимпакс? – скептически отозвался Торн.

- Они захватили Олимпакс, когда небо стало черным от демонов. Если


эти печати сдерживали волну тварей варпа, мы должны рассредоточиться и
начать партизанскую войну, пока не прибудет подкрепление.

- Но мы даже не знаем, смог ли астропат связаться с флотом, а


Бриджстоун мог утонуть вместе с бронетехникой. Помощь может и не
прийти.

Позади майора раздался рокот тяжелого болтера. Стрелки подстрелили


крыло одного из демонов, и тот стал падать вниз. Падая, монстр успел
схватиться за край другого судна, двое его собратьев, почувствовав легкую
добычу, налетели на Лаи стали разрывать бронированные листы, словно
бумагу. Раскачивая боевую машину, демоны выбросили вниз всех, кто в ней
находился, а затем и само судно.

- Мы не должны так думать. Мы продолжим сражаться и надеяться,


пока на Пифосе не падет последний катаканец сто восемьдесят третьего. И
даже если мы все погибнем, я верю, что Пифос все равно будет спасен
рано, или поздно.

Небо окрасилось вспышками, когда очередная волна демонов


обрушилась на ЛА катаканцев.

- Надеюсь, я ошибаюсь, - произнес Торн, выпуская одну из ракет в


сторону группы голубых демонов, отделившихся от общей массы и
двигающихся по направлении к Валькирии майора.

913959.M41 / Система тоннелей, Имперский командный центр.


Горы Олимпакс, Пифос.

- Твоя рука? – Эпиметий уже стоял в конце пролета, дожидаясь Тзулу.


– Она беспокоит тебя?

- Не очень, - ответила она. – Даже наоборот. Мне даже кажется, что


моя рука все еще цела. У меня такое чувство, будто я сгибаю и разгибаю
пальцы, но, конечно, это невозможно.

- Ты удивишься, но мои братья, терявшие конечности в бою,


поговаривали, что видели призрачные очертание поврежденной
конечности, словно им поставили аугментику.

- А где они сейчас?

- Что? – спросил Эпиметий. – Конечности?

- Нет, - отозвалась Тзула, наконец-то дойдя до него. – Твои братья.

- Я же говорил тебе, что ответы – потом. Если последняя печать будет


сорвана, планета окажется в огромной опасности. – Он повернулся, чтобы
продолжить восхождение.

- А я говорю тебе, что являюсь агентом самого святого Ордо


Инквизиции Императора. И я требую ответов.

Серый Рыцарь на мгновение остановился.

+Да кто ты такая, чтобы требовать что-либо от меня+

Он даже не стал поворачиваться к дознавателю.

+По-моему, я ясно выразилась. Я служу Ордо Маллеус, как и ты.+

Он снова повернулся к Тзуле.

- Тогда ты либо искусно лжешь, либо прошло слишком много времени


с того момента, как я оказался здесь.
- Что ты имеешь в виду? – спросила Она.

- Я никогда не слышал об Ордо Маллеус. И я также не знаю ни о каких


связях Серых Рыцарей с Инквизицией.

Тзула опешила.

- Как долго, ты находишься здесь?

- Я… не уверен. Мои имплантаты поддерживали меня в состоянии


комы. Ловушки, которые я расставил, предупредили меня о вторжении
предателей. – Теперь его речь стала более внятной. – Какой сейчас год.

Тзула слегка подалась назад.

- Сейчас девятьсот пятьдесят девятый год сорок первого тысячелетия,


- неуверенно произнесла она.

Ей не нужно было быть псайкером, чтобы почувствовать


замешательство Эпиметия.

- В таком случае, Тзула Дигриз из святейшего Ордо, - произнес он,


продолжая подъем. – Я пробыл здесь почти десять тысяч лет.

913959.M41 / Имперский командный центр. Горы Олимпакс,


Пифос.

Синее пламя поглотило Валькирию, летевшую над ЛА Торна,


превратив ее в смесь осколков и кусков человеческой плоти. Все это
обрушилось на судно, летевшее внизу, отклонив его в сторону как раз в тот
момент, когда стрелки собирались выпустить пару ракет в
приближающуюся волну демонов. Темнеющее небо наполнилось шарами
энергии, выпущенными из более сотни мульти-лазеров в сопровождении
ракет, посылаемых транспортниками. Первая шеренга демонов была
уничтожена шквальным огнем. Их место тут же заняли тысячи их
собратьев. Те демоны, которые были рассеяны первыми атаками
катаканцев, перегруппировались и вновь напали на ЛА Имперских сил, их
сопровождали мелкие, но быстрые демоны, которые, видимо, заключили
дьявольские соглашение с еще более темными божествами, даровавшими
им возможность парить в воздухе. Некоторые выплевывали варповый
огонь, расплавлявший корпуса из пластали, словно сухую древесину, или
взрывавший еще не выпущенные ракеты. Остальные выпускали шипы из
клювов и других конечностей, копья из твердой плоти и стальные кости,
пробивавшие насквозь пилотов и двигатели. Твари, не предназначенные
для атак с дальнего расстояния, просто летели прямо на Валькирий,
сталкивая их на горные выступы. Пару плоских голубых демонов
синхронно устремились к одному из Ксерксов, разрывая турбодвигатели
ЛА. Боевая машина висела в воздухе еще ровно секунду, прежде чем
камнем рухнуть вниз. Демоны продолжали наступать. Словно токсичный
дым из трубы, их поток был нескончаем. Заново рожденные монстры
собирались полностью захватить этот мир.

Пока пилот Имперского Флота пытался маневрировать, избегая атак


демонов, Торн заметил изменение в построении колонны устремившейся к
катаканцам со стороны планетарной столицы. Ранее это была просто
единая масса, теперь же демоны разбежались в стороны, словно рыбы,
почуявшие опасность. Два огромных силуэта вынырнули из улья,
размерами превышая демонов, с которыми уже сражались катаканцы.
Волна паники распространилась среди рядов противника. Они стали
разбегаться, словно их жизни угрожала опасность, давая Торну и его людям
время перегруппироваться.

- Что-то происходит, шеф, - передал по воксу Торн. – Появились новые


цели. Огромные.

- Вижу их, майор. Сколько времени сможешь сдерживать их? –


отозвался Страйк.

- Столько, сколько потребуется. – Торн переключился на общий канал.


– Всем звеньям. Новые цели. Сбросим ублюдков с небес.

Воспользовавшись небольшой передышкой, Валькирии перестроились


в боевой порядок и понеслись навстречу новым целям. К тому моменту,
когда Торн понял свою ошибку, было уже поздно. Двигаясь с невероятной
для существа с крыльями скоростью, первый монстр врезался в первую
волну Валькирий, прежде чем те успели опомниться. Еще секунду назад
корабли висели в воздухе, а через мгновение багровая вспышка превратила
их в металлолом. Когда пламя рассеялось, катаканцы смогли разглядеть
демона, устроившего это кровавое месиво.

Огромная тварь цвета темной крови возвышался над Имперскими


позициями, издевательски призывая катаканцев атаковать, каждый взмах
его огромных крыльев создавал турбулентность, расшатывая Валькирии из
стороны в сторону. В одной руке демон держал секиру, усеянную ихором
более мелких монстров. В другой – плеть, сделанную из той же материи,
что и крылья. Из головы демона торчали огромные рога, а броня была
испещрена еретическими символами и человеческими глазами,
взиравшими в разные стороны.

- Собиратель Черепов, - произнес Торн по защищенной линии,


обращаясь к Страйку, его голос превратился в испуганный шепот.

Возвращение ветерана-катаканца домой было редким явлением. А те,


кто возвращался и чья психика осталась практически не поврежденной,
рассказывали о целых полках, совершавших суицид, чтобы не встречаться
лицом к лицу с самыми ужасными демонами Хаоса. Их называли разными
именами, но те, кто знал их истинную природу, звали их Жаждущими
Крови.

- Император храни нас, - ответил Страйк. – Делай, что можешь, Торн,


нам нужно лишь несколько минут.

- Понял, шеф, - ответил Торн окрепшим голосом.

Он переключился на общую частоту и скомандовал:

- Сконцентрировать огонь!

Сотни орудий ответили на его приказ. Обладая достаточной мощью,


чтобы стереть небольшой город с лица земли в мгновение ока, все
вооружение катаканцев было направлено на одну цель. Вот только монстра
там уже не было. Рванувшись вперед, Жаждущий Крови летел по широкой
дуге, расправив крылья и выныривая над плотным строением катаканцев.
Врезавших в построение боевых машин демон разрубил одну из машин
секирой, притянув кнутом следующее судно, столкнул его с другой
Валькирией. Три покореженных корабля рухнули в гущу джунглей. В
течение нескольких недель после нашествия Абаддона, майор Экхардт
Торн видел много странных и дьявольских вещей, но то, что он наблюдал
сейчас, превосходило все предыдущее. Несмотря на то, что второй монстр
был размером с Жаждущего Крови, незаметно для всех он оказался прямо в
сердце скопления Валькирий. Взглянув внизу через стекло кабины пилота,
майор смог рассмотреть фиолетового демона с перьями и птичьей головой.
Корпус существа был наполовину похож на корпус его собрата, но его
облачение значительно отличалось того, что было на Жаждущем Крови.
Вместо брони, демон был облачен в постоянно меняющие цвет одежды.
Вместо кнута и секиры, он держал искусно сделанный посох,
заканчивающийся живым глазом. Монстр открыл набитую бессчетным
количеством клыков пасть, намереваясь заговорить, и произнес одно
единственное слово, вызвавшее у Торна кровотечение из ушей. Без какого-
либо физического вмешательства, Валькирия, висевшая рядом с кораблем
Торна, развалилась на части, отправив экипаж в свободное падение. Демон
ухмыльнулся и повернул морду к боевой машине Торна. Он снова открыл
рот, когда откуда-то позади в горах послышался сверхзвуковой хлопок.
Глаза твари расширились от ужаса за мгновение до того, как снаряд,
выпущенный из пушки Адского Молота, отбросил ее назад.

- Подумал, помощь тебе не помешает, - раздался в воксе голос


Страйка.

- Но как…

- Обезьянка инквизитора внесла кое-какие изменения. – Торн мог


слышать протестные выкрики К’сии на заднем плане.

- Теперь «крошка» бьет достаточно далеко.

Фиолетовый исполин пронесся над кабиной пилота, избежав


столкновения, только благодаря умелым действиям пилота. Несмотря на
хрупкое телосложение демона, снаряд практически не нанес демону
серьезного ущерба.

- Похоже, у Вас компания, шеф.


- Не волнуйся за меня. Я задержу нашего крылатого друга, а ты
уберешь Собирателя Черепов с нашего тыла... – вокс-связь оборвалась.

- Шеф? Шеф? – вокс молчал.

Торн снова попытался открыть канал.

- Всем звеньям. Отзовитесь.

Последовала череда подтверждений.

- Другой демон прорвался к Олимпакс. Мы не можем позволить


Собирателю Черепов также проскочить туда. Атакуем со всех углов.

Двигатели взвыли, когда Валькирии стали снова набирать высоту,


тяжелые болтеры присоединились к мультилазерам и ракетам. Окруженный
со всех сторон, Жаждущий Крови был загнан в угол и принял на себя все
атаки. Демон ревел от боли, но не собирался сдаваться. Загнанный, словно
зверь, он ринулся к ближайшим целям и, несмотря на усилия пилотов,
поразил еще две Валькирии. Третья потеряла хвост от удара топором и
полетела вниз, оставляя за собой полосу черного дыма. Катаканцы
поливали демона огнем, но Жаждущий Крови поглощал его и обрушивал
на жителей мира-смерти. Приняв во внимание ошибки своих погибших
товарищей, пилоты держались вне зоны досягаемости демонической
секиры. Но вместо нее в ход пошел кнут, и дюжина кабин пилотов
врезались друг в друга, обмотанные шипами демонического оружия,
превратив экипаж и пассажиров в массу из частей тела и обломков. Торн
беспомощно наблюдал, как все больше боевых машин падало вниз.
Каждый из пилотов боевых машин дрался до конца, чтобы выиграть
Страйку и остальным катаканцам достаточно времени для эвакуации и,
похоже, всех их ждал один конец: смерть. Майор принял решение.

- Всем звеньям. Приказываю убираться отсюда. Летите к крепостям.


Мы затаимся под землей, будем мочить врага всеми доступными
средствами и ждать подкрепления. Император защищает!

Послышались подтверждения и ответные благословения. Через


разбитое стекло кабины Торн наблюдал, как Валькирии рассыпались в
разные стороны. Жаждущий Крови растерялся, будучи неуверенным, кого
ему преследовать. Пилот, сидевший рядом с Торном, смог, наконец,
справиться с управлением и набрать высоту, но майор отрицательно
покачал головой.

- Не мы, сынок, - грустно произнес Торн. – Мы будем прикрывать их


отступление.

Он посмотрел назад и увидел утвердительные кивки двух стрелков.


Пилот кивнул и начал описывать в воздухе круги, направив все вооружение
на демона. Монстр уже собрался преследовать разлетавшиеся корабли,
когда Торн отдал приказ открыть огонь. Лаз-разряды и снаряды врезались в
демона, ракета попала в промежуток между плечами, взрыв отбросил его в
сторону. Когда дым и пламя рассеялись, раненный Жаждущий Крови
развернулся и яростно взревел, его мощный выдох пошатнул судно,
заставив пилота снизить высоту, чтобы избежать турбулентности. Увидев
возможность, демон ударил плетью по корпусу машину. Зубья обмотались
вокруг кабины пилота, и монстр резко дернул плеть на себя. Валькирию
занесло, словно обломок дерева при урагане, и стрелки вылетели наружу,
их тела упали на скалы внизу. Выровнявшись, боевая машина зависла в
воздухе напротив порождения варпа.

- Что у нас осталось? – спросил Торн пилота.

Не получив ответа, он повернулся и увидел мертвое тело летчика,


голова которого безвольно лежала на панели управления. Быстро отстегнув
ремень безопасности, Торн убрал тело в сторону и занял место пилота. Все
офицеры катаканцев проходили краткосрочные курсы по управлению
боевых машин Имперской Гвардии, и, несмотря на то, что последний раз
он садился за штурвал десять лет назад, последние три года он провел на
месте второго пилота и воскресил в памяти все пройденные им ранее
базовые знания. Жаждущий Крови снова ударил плетью. Торн
инстинктивно направил корабль вперед, едва избежав удара о скалу. Затем
майор развернулся на сто восемьдесят градусов и открыл огонь из мульти-
лазера, поразив тварь в грудь и покорежив пластину его нагрудной брони.
Покачнувшись, Жаждущий Крови опустил голову и бросился на Торна.
Майор огляделся вокруг и увидел, как дюжины боевых машин исчезают с
горизонта, становясь небольшими точками света в сумерках Пифоса.
Позади Жаждущего Крови поднялись осмелевшие низшие демоны,
собираясь воедино для нанесения удара. Торн сделал достаточно для того,
чтобы дать Валькириям возможность отойти на безопасное расстояние, но
он все еще мог выиграть немного времени для Страйка и остальной части
полка. Направив оставшиеся ракеты на демона, майор резко дернул рычаг и
устремился навстречу Жаждущему Крови. Тринадцати тонный
транспортник летел со скоростью несколько тысяч километров в час
навстречу такому же массивному порождению варпа. Когда они
соприкоснулись, Торн выпустил ракеты. Глаза Жаждущего Крови
расширились от осознания происходящего.

- Мы скоро встретимся, Мак, - прошептал Торн, когда пламя поглотило


его.

Страйк, сидя в Адском Молоте, наблюдал, как умирает его друг.


Оранжевое пятно взрыва заполнило серое небо. Валькирия врезалась в
живот Жаждущего Крови, и они на мгновение зависли в воздухе, а потом
рухнули на землю. Демон взревел и исчез. Боевая машина Торна ударилась
о землю, когда след демона полностью исчез из этой реальности. Страйк
сжал кулак и ударил им по командному креслу Адского Молота. Он будет
оплакивать всех погибших после. Сейчас у полковника были куда более
серьезные проблемы. Сложив крылья за спиной, второй демон приземлился
на ангар. Он бросил взгляд на слабые следы взрыва в воздухе. Монстр с
трудом передвигался на своих согнутых лапах, словно привыкал к своему
телу. Когда он заговорил, полковник услышал тысячи тоненьких голосов.

- Эх, Белланот. Ты всегда был капризным зверем. Какой позор, хотя я


уверен ты появишься, когда начнется настоящая мясорубка. – Демон
покачал головой, его ноздри раздувались, выпуская наружу небольшие
клубы дыма. – А куда делись все мои игрушки? Я так хотел поиграть с
ними.

Словно в ответ, основное орудие Адского Молота пришло в движение,


грохот выстрела эхом отозвался от стенок ангара, и снаряд, выпущенный из
осадной пушки, полетел в сторону птицеподобного монстра. Демон
невозмутимо вытянул руку и остановил снаряд в нескольких сантиметрах
от ладони. Проковыляв вокруг обездвиженного объекта, монстр постучал
по нему своим посохом.

- Какая отвратительная штука. Безвкусная и мерзкая. Хотя, полагаю,


довольно эффективная. – Ударом кулака демон развернул снаряд в
обратную сторону и отправил его по направлению к Адскому Молоту.

Промазав, снаряд сдетонировал при попадании в стену ангара, стена


которого, при этом, обрушилась, и осколки попадали на стоявшие внутри
Валькирии. Камни с горы Олимпакс забарабанили по корпусу танка, к
ужасу К'сии разрушая броню, прикрывавшую двигатель.

- Назад! Назад! – приказал Страйк.

Водитель развернул Адский Молот, и танк рванулся вперед, сметая в


сторону осколки. Состояние шока, возникшее на короткий промежуток
времени из-за близости к отродию варпа, спало, и экипаж боевой машины
уверился в том, что танк защищает не только их тела, но и души.

- Нет, нет, нет, - произнес демон тысячью голосами. – Эта игра далека
от завершения.

Он три раза постучал своим посохом по полу ангара, и Адский Молот


остановился, двигатель машины продолжал яростно гудеть, но гусеницы
словно приросли к полу.

- Машина не двигается, шеф, - произнес водитель.

- Орудия все еще работают? – спросил Страйк у стрелков.

Те покачали головами, а К’сии начал гневно колотить по панели с


инструментами. Сверху послышался стук копыт по металлу.

- Выходите, выходите, не стесняйтесь…- издевательски произнес


демон.

- Не заставляйте меня самому вытаскивать вас, - добавил он более


угрожающим тоном.

Крылатое отродье варпа подняло свой посох и приготовилось опустить


его прямо на турель танка. Раздался выстрел, и единственный снаряд попал
в кулак демона, заставив его выронить жезл. Монстр схватился за
раненный кулак и повернулся в сторону источника выстрела. Катаканцы
недоуменно уставились друг на друга.
- Парни должны были уже эвакуироваться. Может кто-то вернулся? –
предположил один из стрелков.

- Это был болтерный снаряд. Возможно, одна из Валькирий вернулась


за оставшимися, - произнес другой.

- Если это наша «птичка», то, видимо, она очень тихо залетела в ангар,
- добавил водитель Тамзариан.

Вскочив с командного кресла, Страйк поднялся по лестнице к люку и


взглянул в небольшое застекленное окошко. То, что он увидел, заставило
его сердце петь.

- Так-так, похоже, новый игрок вступил в нашу игру, и на этот раз –


космический десантник. – Губы демона разошлись в улыбке, и он облизнул
языком свои заостренные клыки.- О да, Абаддон сдержал свое обещание.

- Абаддон? – переспросил Эпиметий. – Это он пытается взломать


печати?

- Магистр Войны даровал нам свободу взамен на нашу верность.


Небольшая цена. – Демон взмахнул лапой, и посох снова оказался на
прежнем месте.

Волна энергии варпа, потрескивая, устремилась прямо на Серого


Рыцаря. Эпиметий ушел в сторону, сделал кувырок вперед и сжал алебарду
двумя руками. Он направил ее на демона и выпустил всю свою
психическую ярость, но шар энергии врезался в силовое поле демона, не
причинив тому никакого вреда.

- Твои барьеры сильны, космический десантник, но мне не нужно


читать твои мысли, чтобы понять, что ты пришел из другой эры. – Демон
кружил вокруг Эпиметия, высматривая слабые стороны противника. – Ты –
из эры Великого Пробуждения, когда твои братья порвали связи с
Империумом и ковали свою судьбу в качестве слуг истинных богов.

- А ты – Повелитель Перемен. Каждое слово, изрыгаемое тобой –


ложь, каждое предложение – трюк, – космодесантник послал в демона еще
один сгусток психической энергии, но он также натолкнулся на невидимое
поле Повелителя Перемен. – Время, о котором ты говоришь – это не
пробуждение, а смерть и бесчестие, предательство и ересь.

- Ну конечно, историю трактует победитель, кроме тех событий, где он


проиграл. – Демон попробовал по-другому атаковать Серого Рыцаря и,
ринувшись вперед, ударил космодесантника посохом по голове.

Эпиметий парировал удар алебардой, вызвав сноп искр в момент


соприкосновения источников энергии варпа и психической энергии Серого
Рыцаря.

- Конечно, с открытием Подземелья Проклятых, мы приблизились к


последней битве в этой войне, которая началась десять тысяч лет назад, -
добавил демон, отводя посох в сторону.

Он снова нанес удар сверху, но попал лишь в воздух, Серый Рыцарь


нырнул под удар демона, одновременно нанеся свой.

- Что ты знаешь о Великой Ереси? Я думаю, ты прятался в варпе и


выжидал, наблюдая, какая сторона победит. Твой вид всегда отличался
трусостью.- Эпиметий нанес удар по окружности, лезвие прошло в
нескольких сантиметрах от головы демона.

Повелитель Перемен был взбешен и яростно хлопал крыльями.


Громкость его голосов достигла пика.

- Ошибаешься, космический десантник. Я помог привести половину


легиона к свету четырех истинных богов и принял участие в разрушении их
мира, когда в их вере закралось сомнение. Я видел, как умирал их примарх,
зная, что я сыграл роль в его уничтожении.

- Однако, в конце концов, тебя все же заключили в Подземелье


Проклятых. Если ты настолько могущественен, и так умен, что смог
посеять смуту в целом легионе Космического Десанта, как же оказался
заперт вместе с низшими демонами? Перестал быть любимой игрушкой
своего хозяина?

Гнев полностью завладел порождением варпа. Он начал беспорядочно


нападать на Эпиметия, тесня Серого Рыцаря.

- Пифос! Это был наш плацдарм в реальном пространстве, отсюда мы


могли совершать свои атаки на разрозненный Империум. Белланот и я
поведем орды проклятых против остатков человечества, мы закроем миры
нашими тенями, пока… пока…- его бормотание переросло в хохот. – Но ты
ведь уже знаешь это, также как и знаешь, кто я, не так ли? Твоя броня, со
временем, поменяла цвет, но я знаю, кто ты, Эпиметий из Серых Рыцарей,
и твоя душа будет принадлежать мне.

Потные катаканцы облепили все доступные обзорные точки, наблюдая


за битвой демона и космического десантника. В течение минуты они не
могли оторвать взгляд от одного из величайших воинов человечества,
сражающегося на равных с мерзким отродьем варпа.

Страйк первый нарушил молчание.

- Есть контроль над вооружением? – гаркнул он, вызвав оглушающее


эхо.

С трудом оторвав взгляд от разразившейся битвы, водитель и стрелки


заняли свои места и стали проверять показатели системы. Адский Молот
качнулся назад, и турель начала вращаться, показывая, что колдовство
демона исчезло.

- Целимся в тварь, шеф? - спросил один из стрелков.

- Нет, - ответил Страйк, глядя в обзорную щель. – Можем задеть


нашего зеленого спасителя.

Битва снаружи набирала обороты, и смертные едва могли различать


движения комбатантов.

- Сваливаем, шеф? – предложил Тамзариан.

- Так точно, боец. Веди «крошку» к восточному входу, а дальше – к


Твердыне Хана.

Он снова выглянул наружу. Космический десантник нанес демону удар


по кончику одного из крыльев. В ответ монстр изрыгнул пламя, и
десантник отскочил в сторону.

- Думаю, наш новый друг, сам способен позаботиться о себе.

Управляя древними рычагами, водитель привел танк в действие и,


развернув танк, понесся в сторону тоннелей, уходящих в гору.

- Именем Терры, что это за хрень? – спросил один из стрелков.

Страйк еще раз посмотрел в сторону сражавшихся демона и


десантника. Находящаяся на отдалении группа низших демонов
подбиралась все ближе и ближе к Имперской базе. Страйк подался назад,
когда увидел темнокожую руку, колошматящую по бронированному
корпусу.

- Стоять! – крикнула Тзула.

Подавшись вперед при остановке танка, Страйк открыл замок люка


турели, и искусственный свет ангара залил слабо освещавшуюся кабину.
Через секунду Тзула Дигриз оказалась внутри. Все еще пошатываясь от
усталости и шока, она медленно сползла вниз по лестнице.

- Что с твоей рукой? – спросил Страйк, поднимая ее с хлолодного пола


Адского Молота и сажая на одно из кресел.

- Это работа космического десантника. – Даже в своем


полуобморочном состоянии Тзула осторожно выбирала слова, чтобы
случайно не назвать имя и Орден Эпиметия.

Страйк скептически посмотрел на нее, и рука потянулась к ножу.

- Нет, ничего такого. У Бранд был вирус, который она использовала,


чтобы сломать печать. Небольшая часть пролилась на мою руку. Он лишь
сделал то, что должен.

- Похоже, ты вернулась вовремя. Мы – последние. – Страйк дал знак


водителю двигаться дальше, но Тзула остановила его.
- Нет, мы не оставим его. Вы не слышали, что я сказала? Он спас мою
жизнь. Я обязана ему.

- А у меня есть обязательства перед моими людьми, и нам еще


предстоит сражаться до прибытия подкреплений. Если твой друг снаружи –
начало, то вскоре сюда прибудет весь его Орден…

- Его Орден не прибудет. Он – один, - рявкнула Тзула. – Он здесь уже


очень давно. Дольше чем Вы, шахтеры и даже первые поселенцы. Он
охранял печати, пока не прибыл противник. Он – наш единственный шанс.

Страйк поскреб пальцами по щетине.

- Прямо сейчас сюда движется армия демона, и он не справится в


одиночку, - продолжила она. – Пожалуйста, Страйк. Не оставляй его.

- Итак, твои братья бросили тебя? Оставили охранять Подземелье


Проклятых, а сами отправились завоевывать славу. – Повелитель Перемен
увернулся от удара алебарды Серого Рыцаря. – Это, должно быть, злит
тебя, Эпиметий. Знать, что они оставили тебя, потому что ты был худшим
из них.

- Мне плевать на твои слова, кусок дерьма, - сплюнул Эпиметий, не


позволяя ярости овладеть им.

Он бил сверху – вниз и по окружности, пытаясь вывести демона из


равновесия. Создание варпа успело вовремя поднять лапу, чтобы избежать
удара, но его вторая нога была не такой быстрой, и демон рухнул назад.
Эпиметий навис над ним, готовясь нанести решающий удар.

- Да, Эпиметий. Убей меня. Убей меня, чтобы наконец-то выйти из


тени Януса, - издевался демон.

Психическая энергия растеклась по лезвию силовой алебарды, но


прежде чем Эпиметий успел опустить ее вниз, темная фигура вынырнула
со стороны слепой зоны Серого Рыцаря и врезалась в него, заставив
космодесантника ослабить хватку. Длинные клыки, больше похожие на
когти, впились в его броню, пытаясь проникнуть внутрь сквозь древний
керамит. Схватив тварь за шею, Эпиметий вскочил на ноги и отделил ее
голову от тела, при этом забрызгав свою броню ихором. Остатки
растительности посыпались вниз, обнажая серебро его брони. Когда
Эпиметий выровнял равновесие, Повелителя Перемен уже не было на
земле.

- А Янус попал бы. И Хирон. – Теперь демон парил в воздухе,


окруженный низшими демонами и синими кошмарами,
терроризировавшими Валькирии катаканцев.

Рев двигателей возвестил о прибытии Адского Молота, орудия


которого были направлены в сторону противника. Часть демонов,
окружавшая Повелителя Перемен, просто испарилась, когда огонь
автопушки добрался до них. Монстр еле успел поднять свой щит, избежав
попадания других снарядов.

- Действительно прекрасная игрушка, - произнес демон, когда Адский


Молот сжег нескольких синих монстров. – Иди сюда, Эпиметий. Дай мне
убить тебя побыстрее, чтобы я мог поиграть с этим танком.

Повелитель Перемен бросился на Серого Рыцаря и ударил его своим


посохом. Эпиметий уклонился, но, увидев, что его противник потерял
равновесие, демон перевернулся в воздухе вопреки всем законам физики и
свалил космодесантника на землю когтистыми лапами.

- Такая потеря, провести десять тысяч лет в ожидании чего-то, чтобы


узнать, что это что-то – твоя собственная смерть.

Огромные капли слюны стекали с клюва Повелителя Перемен, падая


на шлем Эпиметия.

- Я – само спокойствие, - произнес космический десантник, пытаясь


разорвать хватку демона. – Столетиями я находился на Титане, пока
Сигиллит скрывал нас от реальности, тренируя свой разум и вооружаясь
знанием для изгнания демонов из реального мира. Сотни лет я не только
защищал свой разум от психического воздействия, но и превратил его в
острое лезвие, повергающее моих врагов. Но и это не самое сильнейшее
мое оружие.
- Вот как? Пожалуйста, просвети меня, Серый Рыцарь, - издевательски
произнес Повелитель Перемен. – Но поторопись. Я уже чувствую, как
обитатели варпа жаждут получить твою душу.

- Знание. Знание – самое мощное оружие, коим я обладаю. Я готовился


сотни лет убивать таких как ты, и в моем распоряжении была целая
библиотека с книгами по экзорцизму, в которых были прописаны имена
демонов.

Демон фыркнул.

- Имена бесполезны, если не знаешь, кому они принадлежат. Ну же, я


устал от твоей болтовни. Время умирать. – Он поднял лапу, готовясь
нанести последний удар.

- Но я знаю имя, которое принадлежит именно тебе, демон. Я знал его


еще до того, как ты хвастался, что обратил половину легиона в свою веру. –
На морде Повелителя Перемен отразилось сомнение и удивление. – Я знаю
кто ты, демон, потому что узнаю тебя.

Серый Рыцарь ослабил часть своей психической защиты и позволил


демону ненадолго проникнуть в свое сознание. Повелитель Перемен
разжал хватку и отступил назад.

- Нет! Этого не может быть. Ты! Один из тех, кто заточил меня. Тебя
не должно здесь быть. Не в этом времени.

Схватив свое оружие, Эпиметий вскочил на ноги и устремился к


демону.

- Этого не должно было случиться. Для тебя был избран другой путь,
но ты не пошел им. Как такое может быть? – в голосе демона слышался
искренний ужас.

- Кое-кто поменялся со мной местами. И теперь – это его путь, -


произнес Эпиметий, прежде чем выкрикнуть истинное имя демона,
дающее ему власть над Повелителем Перемен.
Демон застыл на месте, его тело задергалось, когда неизвестная
энергия стала поглощать его тело. Эпиметий продолжил наступать.

- Пожалуйста, - взмолилось создание варпа. – Я так долго ждал, пока


меня освободят.

Серый Рыцарь проигнорировал стенания демона и, без лишних


церемоний, воткнул в грудь демона алебарду. Тварь исчезла в мгновение
ока.

- Не так долго, как я, - произнес Эпиметий.

Все больше демонов залетало в ангар, и команда Страйка уже не могла


бороться с таким количеством. Выхватив пистолет, Эпиметий побежал к
танку, на ходу расстреливая демонов. Люк Адского Молота откинулся, и
космический десантник увидел Тзулу, К’сии и катаканцев.

- Залезай, - крикнула Тзула. – Мы отступаем.

Серый Рыцарь не произнеся ни слова, перенес свое огромное тело


внутрь танка. Катаканцы благоговейно уставились на него, словно сам
Император спустился к ним с небес. Адский Молот рванул вперед,
оставляя позади Олимпакс и его новых демонических обитателей.
Интерлюдия

343960.M41 / Часовня Вечного Покоя.

Крепость-монастырь Серых Рыцарей, Титан.

В коридоре было холодно и тихо, стук инструментов скульпторов стих,


чтобы позволить Кальдору Драйго почтить память своего друга.
Облаченный в терминаторскую броню, он преклонил колено перед прахом
Лексека Хазимира, лишь несколько дней назад бывшим Гроссмейстером
пятого братства Серых Рыцарей. Вскоре, останки будут перенесены на
Поля Смерти, где они будут покоиться вечность. Позади воина
возвышалась незаконченная статуя, ее доделают позже, а пока к телу
пребывали братья, пожелавшие отдать почести усопшему. Список
благородных дел Лексека Хазимира был огромен, и несмотря на то, что
большая часть Ордена находилась в различных уголках планеты, у входа в
часовню выстроилась длинная очередь из братьев, пожелавших почтить
героя. Как у Верховного Гроссмейстера, у Драйго не было особых
привилегий, когда дело касалось отданию почестей павшему брату, как и не
было иерархии для скорби среди Серых Рыцарей. Капитаны, юстикары,
гроссмейстеры – все были равны перед смертью, поэтому то, что
Верховный Гроссмейстер оказался первым в очереди – не было его
привилегией, Драйго просто сильно желал почтить человека, которому он
был обязан своей жизнью. Он встал с колен и положил руку на грудную
пластину брони, поверх следов когтей, вошедших глубоко в керамит.
Драйго убрал руку, на кончиках пальцев была кровь, затем он провел
пальцами по наплечнику собственной брони, где присутствовали
идентичные следы когтей. Хазимир среагировал вовремя, защитив
Верховного Гроссмейстера от прислужника бога наслаждений. Драйго не
смог вернуть долг, беспомощно наблюдая, как Хранитель Секретов
разрубил командира пятого братства. В конце концов, демон был изгнан, а
его прислужнике сожжены на просторах планеты, которую они превратили
в место нескончаемых удовольствий, но это была пиррова победа и малая
плата за смерть героя Ордена. В свое время будет созван конклав, на
котором выберут нового лидера пятого братства, но сейчас собравшиеся
Серые Рыцари прощались с одним из величайших воинов человечества.
Прошептав молитву благодарности погибшим братьям и сотворив над
телом защитный символ, Драйго взял одну из свечей, окружавших алтарь, и
зажег ее, используя псиогонь, выпущенный из его пальцев. Аккуратно
поставив ее позади непокрытой головы Хазимира, Великий Гроссмейстер
снова поклонился.

- Пусть свет ведет тебя во тьме, брат. Покойся с миром, - произнес


Драйго, направившись обратно к воротам зала и позволив следующему
Рыцарю занять почтить память Хазимира.

Он не сделал и трех шагов, когда почувствовал звон в голове,


предупреждающий его о психической активности вблизи. Температура
мгновенно опустилась, на его броне возник иней, а пламя свечи погасло,
как и светильники на стенах. Искры энергии пробежали по броне
Хазимира, сформировав корону на его голове, нимб для мертвого ангела.
Рука Драйго коснулась эфеса «Меча Титана». Со скрежетом
терминаторской брони, не подпитываемой энергией, Лексек Хазимир
выпустил болт энергии и медленно повернул к гроссмейстеру свои мертвые
глаза.

- Подземелье Проклятых снова открыто. Ты должен вести Орден


обратно на Пифос, - произнес мертвец почерневшими губами.

Его глазные яблоки закатились, и он рухнул на алтарь, расколов


камень надвое.

Великий Гроссмейстер Кальдор Драйго выбежал из Залы Покоя не из-


за страха перед ожившим братом, но из-за срочности сообщения,
доставленного покойным Серым Рыцарем.

Глава 7

766960.M41 / Мостик. «Месть», блокада Пифоса, система


Пандоракс.

Лорд-адмирал Орсон Крансвар проигрывал войну. Сразу при входе в


систему Пандоракс он потерял два эсминца, «Руку Махариуса» и «Аватар
Скорби», неожиданно атакованных рейдерами Хаоса, засевших в засаде.
Это был плохой знак для начавшейся компании. Каждый раз, когда
Имперский флот начинал теснить корабли Абаддона, появлялось новое
препятствие, отбрасывавшее боевой флот «Деметр». В Третьей битве у
Солнечной Дыры, когда корабли Крансвара взяли верх над флотом
Абаддона, появился Гурон «Черное Сердце» и нанес огромный урон
имперскому флоту, лишив его почти дюжины древних судов. Используя
астероиды Адамантового Поля как временное прикрытие, флот
перегруппировался, готовясь к контрудару, но Четвертая битва была еще
более сокрушительной, чем Третья. Когда силы противников почти
сравнялись, Имперский флот появился из-за пояса астероидов, в
реальности бывшим могилой для множества судов, поглощенных
космическими хищниками, наводнившими субсектор Деметр. Однако
Абаддон и Гурон уже ждали их. Крансвар отдал приказ об отступлении на
базу в Гае, на краю системы Пандоракс. Силы Хаоса безжалостно
преследовали отступавшие корабли. Лишь героические старания пилотов-
штурмовиков свели потери к минимуму и позволили флоту достигнуть
базы и перегруппироваться. В последующие дни по всему флоту
распространялись противоречивые слухи, ставящие под сомнение
командование лорда-адмирала. Он не услышал для себя ничего нового. Еще
в академии к нему пытались приклеить ярлыки: действует по учебникам.
Не способен приспосабливаться к ситуации. Слишком предсказуем. Но он
игнорировал их. Также как и просьбы лейтенанта на борту «Мести».

- Но сэр, его люди не ели уже почти неделю, а танки – бесполезны в


пустотных боях. Все, о чем он просит – чтобы его полк перебросили на Гай
для перегруппировки и пополнения припасов, пока флот расчищает дорогу
к Пифосу, - произнес лейтенант, пытаясь вручить лорду-адмиралу
письменное прошение. – Это поможет нам высвободить дополнительные
ресурсы.

Как только командование флота получило сигнал бедствия с Пифоса, с


ближайших окрестностей был собран резервный флот и Имперские
сухопутные войска. Не дожидаясь транспортников, целые дивизии и полки
Имперской Гвардии погрузились в боевые корабли, крейсера и фрегаты
флота Крансвара, настолько важно было освобождение этой планеты.

- Это трусость, - рявкнул Крансвар. – Кто он такой? Чертов


Востроянец?

Лорд-адмирал не был стар, но шрамы на лице и лысеющая голова


придавали ему вид человека в годах. Лейтенант еще раз взглянул на
прошение.

- Да, сэр. Бригадир Монтаж Гетсман Геинрик-Гауг двадцать седьмой,


сто шестнадцатый бронетанковый полк.

- Ленивые аристократы. Все, что он хочет – отсидеться на планете.


Пополнить запасы вина, лошадей и пограбить местное население. Мужик
должен иметь стержень. Ты слышал, чтобы те два атиллийских полка
умоляли меня высадить их на планете? – адмирал повысил голос, заставив
некоторых членов команды повернуться в его сторону.

Лейтенант покраснел.
- При всем уважении, сэр, оба атиллийских полка находились на
«Аватаре Скорби».

Щеки лорда-адмирала покраснели, но он промолчал. Прошло еще


несколько секунда, прежде чем он взял прошение и порвал его.

- Запрос отклонен, - отрезал он.

Адмирал отвернулся и направился к столу с картой, где уже собрались


старшие офицеры флота для обсуждения дальнейшей стратегии. Месть
была древним кораблем и летала еще во времена, когда легионы
Космического Десанта были разделены и, несмотря на внешнее сходство с
другими кораблями флота, интерьер судна, в стиле барокко, словно был
вырван из другой эпохи. Пол верхних палуб был выполнен из лучшего
полированного мрамора, а верхние стенки мостика и оперативных станций
были вырезаны из базальта и кремния, как и каюты старших офицеров.
Каждая дверь была вырезана из деревьев возрастом в десять тысячелетий.
Даже командный трон был сделан из чистого серебра с выгравированными
именами всех мужчин и женщин, кто когда-либо сидел на нем, и украшен
драгоценными камнями. Ответив на приветствия дюжины адмиралов,
капитанов и командоров, нависших над картой системы Пандоракс,
Кансвар занял место рядом с ними.

- Господа, несмотря на то, что мы понесли большие потери, во время


полета через Адамантовые Поля, я думаю, они были не напрасны, так как
помогли мне найти ключ к их обороне. – Никто из офицеров не произнес
ни слова, но некоторые обменялись удивленными взглядами. – Используя
наши штурмовые подразделения для обороны, мы обнаружили слабое
место противника. Наши истребители смогли подобраться близко к
оборонительным батареям из-за высокой скорости и маневренности.

Один из адмиралов с рыжей бородой кашлянул, привлекая внимание


лорда-адмирала.

- Адмирал Блэйз? – произнес Крансвар, раздосадованный, что ему не


дали закончить объяснение своего грандиозного плана.

Блэйз носил те же знаки различия, что и лорд-адмирал, разница была


лишь в цвете камзола: синий цвет камзола лорда-адмирала означал более
высокий ранг командующего. Блэйз руководил «Решительным» и был
заместителем лорда-адмирала.

- Это не совсем так, сэр, - произнес Блэйз с сильным акцентом. –


Вражеские истребители размещены на судне, которое отступило и не стало
преследовать нас до Гая.

Крансвар не собирался отступать.

- Сейчас это не важно, адмирал. Разведка полагает, что наши


штурмовики превосходит их по численности в два раза. Если мы
столкнемся с противостоянием в космосе, мы можем разделить наши силы
надвое, одна половина будет осуществлять заход на атаку с бреющего
полета, вторая – прикрывать их.

Адмиралы стали громко перешептываться, но лорд-адмирал, как


обычно, проигнорировал это.

- Наша стратегия заключается в следующем: костяк флота будет


двигаться вперед и вступать в бой с более крупными судами в пределах
Адамантовых Полей. «Месть» и «Решительный» будут оставаться на
орбите Гая и осуществлять успешные атаки с помощью истребителей,
заправляя и заряжая их.

Перешептывания стали более нервными, и некоторые офицеры стали


жестикулировать, выражая свое мнение.

- У кого-то есть возражения по этому поводу? – холодно произнес он.

Блэйз заговорил первым.

- «Месть» и «Решительный» самые бронированные корабли во флоте.


Они должны идти в авангарде флота, а не оставаться в резерве как
мобильные платформы.

- Вы оставите корабли столицы беззащитными, уже не говоря об


оставлении целой планеты. Что, если атака провалится? Путь к Гаю будет
открыт, - добавил командор Ярл с «Баньши».
Молодой и амбициозный офицер был выходцем из системы
Пандоракс.

- Имея «Месть» и «Решительный», атакующим эскадронам не


понадобится много времени на дозаправку, - произнес Ибзен, высокий,
худощавый мужчина, командовавший «Нерушимым», одним из фрегатов
класса «Меч».

Щеки Крансвара снова стали красными.

- Это не объект обсуждений! – рявкнул он. – Это – ваши приказы. А


теперь возвращайтесь к кораблям и готовьтесь к отбытию.

Продолжая обсуждать уместность тактики лорда-адмирала, офицеры


покинули мостик и направились к свои шатлам. Когда они проходили через
краснодеревные двери, мимо них пробежал помощник адмирала. Он
вытянулся перед Крансваром и отдал воинское приветствие.

- Прошу прощения, сэр, но у меня сообщения у командующего Киина


из пятого Мордианского. Он спрашивает, не могли бы Вы предоставить ему
и его людям шатлы, чтобы спуститься вниз на…

Последовавший ответ лорда-адмирала был полон ярости и заставил


лейтенанта затрястись от страха.

766960.M41 / «Безжалостная смерть», Адамантовые поля, система


Пандоракс.

Малгар «Железная Хватка», командор флота Абаддона, шагал по


коридорам «Безжалостной смерти» с видом человека абсолютно
уверенного в победе. Древняя силовая броня черного цвета, в которую был
облачен бывший Белый Консул, жужжала каждый раз, когда он ступал
тяжелыми ботинками по железному полу. Хотя облик каждого судна Хаоса
менялся в зависимости от вероисповедания команды, воины Черного
Легиона были прагматичны, и корабль оставался практически
неизмененным. Одним из немногих изменений была дверь, к которой
подошел Железная Хватка. Она напоминала ковер из кожи и плоти.
Сферический глаз отделился от двери и внимательно изучил лорда Хаоса.
Затем он вернулся на свое место, а слои кожи разошлись, пропуская
десантника внутрь. Два аколита в стихарях развернулись, чтобы
посмотреть на вновь прибывшего. Признав командующего флотом, они
поклонились и покинули каюту. Каюта была небольшой, но сверху до низу
заставленной эзотерическими артефактами, как органическими, так и
механическими. На стеллажах стояли сосуды с жидкостями, их содержимое
имело нездоровый многоцветный оттенок. Медные шприцы, мерные ложки
и различные зажимы располагались рядом с деревянными ящиками с
ампутированным органами и останками скелетов мелких инопланетных
существ. Пробежав взглядом по шкафам, Малгар, наконец, нашел то, что
искал: большая колба с человеческой головой. Черты лица были плохо
видны из-за мутной жидкости, волосы разметались по всему лицу. Как
только Малгар обратил свой взгляд на голову, ее глаза открылись. Взяв
контейнер с полки, космодесантник-предатель поставил его на грязный
стол и открыл крышку. С шипением клапанам открылся, выпустив наружу
могильный смрад. Малгар запустил внутрь руку и, вытащив голову наружу,
поставил ее рядом с банкой. Глаза ампутированной конечности оставались
открытыми, но взгляд был безжизненным.

- Я желаю говорить с лордом Абаддоном, - произнес Малгар


«Железная хватка», вытирая зеленую слизь с грубого лица головы.

Белки глаз закатились вверх, рот открылся, и корень отрубленного


языка задвигался в унисон с челюстями. Постепенно лицо псайкера
приобрело черты Абаддона. Пси-образ выглядел, словно отражение от
воды. Малгар был готов снова обратиться к нему, когда рядом образом его
хозяина появилась другая фигура. Багровая броня, казавшаяся розовой на
темном фоне, Гурон «Черное сердце» выступил вперед.

- Что он здесь делает, господин? – спросил Малгар, стараясь сохранять


в голосе уважение.

Участие Гурона в Третьей битве у Солнечной Дыры не вызывало


дружественных чувств у «Железной хватки», с момента появления флота
Красных Корсаров стороны обменивались короткими и оскорбительными
сообщениями.
- Это ты должен быть благодарен, что был допущен к этим
переговорам, «Железная хватка». – Тон Абаддона был жестким и не
допускающим возражений. – Если бы не века безупречной службы в
Черном Легионе, кто-то другой уже бы занял твое место.

- Я бы с великим удовольствием взял бы на себя эту роль, лорд


Абаддон, - произнес Гурон, облизнув черные губы.

- Под моим командованием тысячи людей, способных занять это


место, и ты – не в их числе, «Черное сердце». – Даже образ Абаддона
излучал разрушительную энергию. – Пока ты не преклонишь колено
передо мной, тебе не будет позволено даже зайти на мой корабль, не говоря
уже о командовании флотом. Ты готов заплатить эту цену, пират? Здесь и
сейчас. Преклонись передо мной и поклянись в преданности Черному
Легиону. По своей воле, не за награду, подари мне свой флот.

Расплывчатое изображение Гурона не произнесло ни слова.

- Конечно нет, ведь ты – всего лишь честолюбивый правитель-


самозванец. Ты предан мне, пока я не повернусь к тебе спиной, - произнес
Абаддон, показав этим, что тема закрыта. – Пока ты полезен, «Черное
сердце». Как только ситуация поменяется, ты снова станешь моим врагом.

- Я понял тебя, Абаддон. – Теперь слова Гурона были произнесены с


уважением. – Хотя, у меня есть предчувствие, что я буду тебе более полезен
в предстоящей кампании, чем ты думаешь.

Игнорируя Красного Корсара, Абаддон вновь обратил взор на


Малгара.

- Имперский флот должен был уже превратиться в обломки, Малгар. С


открытием Подземелья Корпулакс и наши демонические союзники
распространят наше влияние с Пифоса на всю систему и за ее пределы.- Он
бросил взгляд на Гурона. – К тому же, если я найду то, что ищу, я бы
предпочел, чтобы эта информация не выходила за пределы моей
досягаемости.

Гурон пренебрежительно усмехнулся.


- Наши силы почти равны, лорд, а их командующий слепо следует
доктрине флота. Его действия словно повторяют каждую строчку из устава.
– Малгар слегка наклонил голову, произнося последнюю фразу.

- Значит, ты уже устарел. Может, пришло время заменить тебя. – В


голосе Абаддона не было злости, только холодная логика.

- Нет, повелитель, это не так, - возмутился Малгар. – В нашей


последней битве я позволил ему поверить, что мы слабы, и что его
штурмовики представляют для нас реальную угрозу. И я точно знаю, каков
будет его следующий шаг.

- И какой же? – ухмыльнулся Гурон. – Твои псайкеры залезли в его


голову? Или у тебя есть шпион?

- Ни то, ни другое. Этот дурак – предсказуем. Он настолько зависим от


стратегии Имперского флота, что в следующий раз будет противостоять
нам своим небольшим судном, прикрываемым фрегатами и истребителями.
Вместо того, чтобы направить два своих основных корабля в ближний бой
на Адамантовых Полях, он будет использовать их в резерве как платформы
для истребителей и штурмовиков.

- А что ты сделаешь, чтобы избежать уничтожения основного корабля?


У него достаточное преимущество в истребителях, и если битва перерастет
в ближний бой, ты вряд ли сможешь уничтожить их. – Будучи лоялистом и
предателем, Гурон «Черное сердце» участвовал в бесчисленных
космических войнах и слыл отменным тактиком.

- Он думает, что мы будем оставаться под прикрытием поля


астероидов, и вся его стратегия базируется на этом. Когда первая волна
истребителей достигнет точки невозврата, мы выйдем из «могилы
кораблей» и атакуем их, сводя к нулю их преимущество боя среди
обломков. В виду отсутствия угрозы поглощения истребителями, мои
корабли прорвутся к основным кораблям.

Абаддон одобрительно кивнул. Даже уважительное выражение лица


Гурона казалось искренним.

- Хорошая стратегия, «Железная хватка», - произнес Абаддон. – Но не


без риска. А что, если я дам тебе средства, которые гарантируют тебе
победу?

- Повелитель Абаддон, любая Ваша помощь будет только


приветствоваться, - облегченно произнес Малгар. – Вы собираетесь
выпустить абордажные торпеды.

- Сопротивление здесь сильнее, чем предполагалось. Похоже, целый


полк Имперской Гвардии на Пифосе волею судьбы все еще держится.
Воины джунглей достаточно хорошо используют ландшафт местности. –
Образ Абаддона начал расплываться. – Я выделю тебе несколько сотен
воинов, не больше. Гурон также окажет тебе поддержку. Думаю, тебе
понравится его…стратегия.

Образы Магистра Войны и Гурона исчезли, в последней момент на


лице Корсара застыла звериная ухмылка.

- Скажи мне, «Железная хватка», - произнес он. – Что ты знаешь об


астероидах?

766960.M41 / Командная палуба. «Месть», блокада Пифоса,


Система Пандоракс.

Шира Хаген стояла рядом с подъемной лестницей ее истребителя-


перехватчика класса «Сокол», подавляя желание превратить рожу
инструктировавшего ее офицера в кашу.

- Ты слышишь меня, пилот? – произнес офицер, повышая тон и


стараясь перекричать рев двигателей трех истребителей, поднимающихся в
воздух. – Я повторяю, твой шлем – не по уставу.

Шира, не скрывая своего раздражения, спустилась вниз. Она сняла


шлем, явив остриженные по плечо волосы. Пилот взяла шлем в правую
руку и уставилась на старшего офицера.

- Должна ли я пропустить запуск и пойти запросить новый шлем? Или


может мне надо совсем отказаться от задания и заняться его перекраской. –
Шира кивнула головой на шлем.

Шира внесла некоторые корректировки, и теперь на стандартном серо-


зеленом шлеме красовалась птица. Ее белые крылья были бесподобны, а
глаза казались живыми. Визор шлема также напоминал изогнутый клюв.
Краска для персонального шлема стоила не дешево, но на корабле такого
размера, как «Месть», найти можно было все, и договориться по цене.

Офицер откашлялся.

- Статья устава Имперского флота гамма эпсилон двадцать девять


четко предписывает, что личный состав не имеет право на самовольные
модификации и… - Его голос был заглушен ревом двигателей.

Шира снова одела шлем и начала взбираться по лестнице к кабине


пилота.

- Не игнорируй меня. Я твой начальник, и ты будешь смотреть на меня,


когда я говорю с тобой.

Шира остановилась и посмотрела на него сверху вниз. Ее голова


оказалась вровень с двадцатью белыми когтями на сером корпусе «Сокола».
Метки сбитых целей. Каждый проверен и заслужен большим трудом.

- Я буду слушать тебя, когда из этой помойной дыры, которую ты


называешь ртом, будет вылетать что-то дельное. А до этого можешь либо
посадить меня в карцер, либо дать мне взлететь.

Взобравшись наверх, Шира сама стала похожа на хищника.

- Я посажу тебя под арест, как только вернешься на корабль,


лейтенант… - Он сверился с информационным планшетом. – Хаген,
наслаждайся заданием. Это будет твой последний полет.

Он развернулся на каблуках и пошел по направлению к пульту


управления запуском. Шира показала ему средний палец, больше с целью
повеселить остальных пилотов, готовящихся к взлету.

- Твой язык погубит тебя, Хаген, - раздался в шлеме мужской голос. –


Почему бы тебе, в качестве эксперимента, не умерить свой нрав?

- Хотите, чтобы я осталась, босс - ответила она, бросив взгляд в


противоположную сторону ангара, где находился источник этого голоса.

Пристегнувшись, командир крыла Барабас Хайк проверял зажимы


своего шлема. Как и у остальных пилотов Красного Крыла, корпус его
корабля также украшали боевые метки, но в отличие от всех остальных,
количество сбитых машин противника на его корабле почти сравнялось с
количеством Ширы.

- Это даст шанс остальным сравняться со мной, - добавила Хаген.

- Эй, Шира. Твой рот может создать мне неприятности в любое время,
- произнес другой голос.

- Эй, Форцек, - ответила Шира. – Можешь начать отчет с пяти?

- Что? Я не понимаю тебя, - ответил пилот, глядя на Ширу.

«Сокол» Форцека уже был готов к вылету. Шира подняла руку и начала
загибать пальцы.

- Пять, четыре, три, два… - произносила она, пока не остался только


средний палец.

- Заткнитесь оба, - приказал Хайк. – Время для игр будет позже. А


сейчас – работа.

Коммуникационные системы корабля ожили. Лорд-адмирал обращался


ко всем членам экипажа:

- … в сердце противника и освободим храбрых и лояльных людей


Пифоса, - продекламировал Крансвар. – Наши поступки сегодня определят,
останутся ли наши имена в памяти многих поколений, или исчезнут
навеки. Всем приготовиться к битве! Давайте вместе завоюем славу!

- Все слышали лорда-адмирала, - произнес Хайк. – Мы снова в деле.


Впереди взревели турбины Форцека, Шира уселась в кресло, ожидая
своей очереди. Остальные девять членов Красного Крыла уже вылетели в
открытый космос и догоняли свои эскорты, сосредоточившиеся у
Адамантовых полей. Шира не верила в приметы, она не верила ни во что,
кроме своих навыков боевого пилота, но всегда вылетала последней. Делая
так каждый раз, Хаген никогда не делала глупостей и всегда последней
возвращалась назад, ее «Сокол» оставался невредимым.

- Красный Шесть, взлет разрешаю. Начинайте процедуру запуска.

Шира узнала голос в наушниках и повернулась в кресле, чтобы


посмотреть в сторону контрольной панели запуска. Там стоял знакомый ей
офицер со строгими чертами лица.

- Вас поняла, - ответила она.

Офицер застыл, поймав ее взгляд. До него постепенно начало


доходить, что хочет сделать Шира. Хаген опустила голову. Офицер
попытался что-то сказать ей, но его слова снова заглушил шум двигателей
заработавших на полную мощность. Это противоречило Уставу Имперского
Флота, и пилоты не должны были ускоряться, не достигнув красной
отметки на полпути по каналу запуска. Бросив попытки перекричать шум,
офицер стал яростно жестикулировать. Шира улыбнулась, и по коже
офицера пробежали мурашки. Он упал на пол и зажал голову руками.
Шира, одной рукой, потянула рычаг вперед, а второй – убрала шасси, и ее
«Сокол» устремился вперед, словно выпущенный из болтера снаряд.
Гравитация вжала пилота в кресло. Ультразвук, вызванный резким
разгоном судна, разбил стекла иллюминаторов пункта управления запуском
на тысячи осколков, но когда первые осколки упали на лежащего офицера,
Шира уже вылетела в открытый космос. Ей не нужно было быть
предсказателем, чтобы узнать свое ближайшее будущее, Шира понимала,
что проведет неделю в карцере, но сейчас это было не важно. Каждый миг,
проведенный на «Мести», казался для нее вечностью, и лишь находясь в
кресле пилота, она была свободна. Обнаружив на экране истребители
Красного крыла, Шира молча поспешила к своим товарищам, наслаждаясь
каждой минутой своего освобождения.

766960.M41 / Командный мостик. «Месть», блокада Пифоса,


система Пандоракс.

Как и на любом другом имперском корабле во время битвы, на


«Мести» кишела бурная деятельность. Лейтенанты и стратеги двигались от
консоли к консоли, от офицера к офицеру, не бегая, но передвигаясь
достаточно быстро. Навигаторы стучали по клавишам, быстро набивая
предложения в боевых условиях, пока калькулюс логии просчитывали по
тысячи векторов в секунду и передавали лучшие результаты своей
деятельности человеческим коллегам. Крансвар сидел в своем командном
троне, уставившись на экран. По правую сторону от судна безмолвно парил
«Решительный». Следы от запуска уже исчезли во тьме космоса, а впереди
находилась его цель – астероид. Самые крупные астероиды были видны
даже на большом расстоянии, Адамантовые Поля вспыхивали каждый раз,
когда солнце Пандоракса касалось своими лучами обломков одного из
уничтоженных имперских кораблей, парящих среди небесных тел.

- Даже звезды издеваются надо мной, - пробормотал Крансвар.

- Сэр? – раздался обеспокоенный голос лейтенанта, стоящего позади


него.

- Ничего, Фаизал. – Адмирал вернулся к происходящему на мостике. –


Докладывайте. Все ли атакующие волны были задействованы в боях с их
эскортами?

- Так точно, - ответила молодая женщина, стоявшая напротив экрана.

Перед ее аугментированными глазами проносились мириады букв и


цифр.

- Основная и вспомогательная палубы докладывают, что лишь трем


истребителям не удалось вылететь.

- «Решительный» докладывает то же самое, - добавил офицер-связист.


– Все птички вылетели.

Лорд-адмирал печально ухмыльнулся.


- Время до контакта? – спросил он.

- Семь минут по терранскому стандарту, - ответил один из стратегов,


читая документ, присланный только что калькулюс логи.

Крансвар уже был готов отдать новые приказы, когда лучи ауспиков
засекли вспышку, за которой последовала вибрация.

- Лорд-адмирал. Замечены множественные контакты на краю пояса


астероидов, - крикнул лейтенант с дальнего конца мостика.

Крансвар отвернулся от экрана к команде.

- Разведывательные суда. Командующий противника – не дурак. Он


знает, что его инструменты бесполезны, пока он скрывается за поясом
астероидов и обломками. Он проводит разведку.

Он повернулся к экрану, но лейтенант продолжил.

- Слишком много контактов для разведывательных судов. Двести-


триста кораблей, сэр. – Говоря это, лейтенант продолжал смотреть на
показатели ауспика. – Они, должно быть, знают, что мы собирались напасть
на них. Весь флот Хаоса движется нам навстречу.

766960.M41 / Красное крыло. Блокада Пифоса, система Пандоракс.

По правую сторону от корабля Ширы горел фрегат «Фейнштейн»,


варповые двигатели были выведены из строя концентрированным огнем
истребителей Хаоса. Она потянула на себя руль управления, заставляя
«Сокол» уйти вниз по вертикали, чтобы не попасть в прицел вражеского
пилота, севшего ей на хвост, и тот оказался лицом к лицу с истребителем
Хайка. Имперский корабль открыл огонь, уничтожив лазпушку, осколки
которой пробили стекло кабины и завершили работу пилота.

- Как думаешь, может нам стоит разделить этот трофей на двоих? –


спросила Шира, поравнявшись с кораблем командующего. – Я сделала всю
грязную работу, и тебе оставалось лишь сбить его.
- Я думаю, что заберу этого себе за спасение твоей белой задницы, -
раздался в динамиках искаженный голос Хайка.

Контратака сил Хаоса не была сюрпризом, визуальный контакт был


установлен, когда крупные суда показались в поле зрения, однако затем
появились проблемы с ауспиками. Противник с неожиданной скоростью
врезался в ряды имперских войск, уничтожив несколько кораблей в первый
секунды атаки. Флагман противника на полной скорости выскочил из
Адамантовых полей, протаранив «Уравнитель» и «Меч чести», два эсминца
класса «Кобра» стоявших рядом друг с другом, прежде чем они успели
совершить какой-либо маневр. Даже Красное крыло, не потерявшее ни
одной машины в предыдущих боях, уже лишилась двух «Соколов», Гоез и
Макита, сбитые огнем защитных турелей противника.

- Красное крыло. Построение на меня, - приказал Хайк. – Мы атакуем


«Идолопоклонника», схлестнувшегося с «Арбитром».

Оба корабля обменивались ударами, щиты практически не были


способны минимизировать повреждения, так как атаки проводились на
близком расстоянии. В обоих кораблях зияли дыры, а их мертвая команда
дрейфовала в открытом космосе, и все же противники продолжали
наносить повреждения друг другу, неизбежно приближаясь к тотальному
уничтожению.

- Коф, Вандир, Форцек, Скелмер, Тетсудо, Мкана. Обеспечьте


прикрытие. Хаген, летишь со мной, твоя цель – варповые двигатели.
Сможешь уничтожить их? – в пылу сражения никто из пилотов не мог
отвечать устно, поэтому на экране командующего появились значки
подтверждения приказа.

- Держите их штурмовики подальше от меня, и постарайтесь


держаться подальше от зоны поражения, - ответила Шира, пока остальная
часть Крыла выстраивалась в линию вдоль кораблей Хаген и Хайка.

Форсажные камеры загорелись ярко-оранжевым цветом, восемь


«Соколов» выстроились клином и устремились навстречу дуэлянтам.
Поняв их намерения, истребители противника вышли из одиночных стычек
и ринулись встречать имперские боевые машины. Скелмер первым вступил
в бой. Приглушив форсажные камеры, он не дал двум кораблям противника
прикончить его. Оба судна оказались под прицелом. В отличие от
«Громовой стрелы», используемой планетарными истребителями, на
«Соколе» не было автопушек, вместо них на носу корабля были
установлены лазпушки. Одна из них уничтожила первую машину Хаоса, а
ракета «адский удар» сбила второй. Оба корабля были поглощены
пламенем взорвавшихся кислородных баллонов. Еще несколько машин
Хаоса пристроились к Мкане, но очередь из лазпушки Кофа оторвала
одной из них крыло, послав корабль в крутое пике, а Форцек добил его. У
Вандира и Тетсудо все шло не так гладко. Изолировав один из
истребителей противника, они вели по нему огонь, но безуспешно. Более
быстрое судно все время оказывалось вне зоны поражения. Они были так
заняты дележкой своей добычи, что не заметили другой истребитель,
приближавшийся снизу. Волна снарядов накрыла корпус «Сокола» Тетсудо,
разорвав его на три части и выбросив уже мертвого пилота в космос.
«Сокол» Вандира избежал тяжелых попаданий, но, пытаясь уклониться от
последующих атак, его корабль столкнулся с обломками «Сокола» Тетсудо.
Врезавшись в левый внешний двигатель, Вандир потерял контроль, его
швыряло от стенки к стенке. Пилоты беспомощно наблюдали, как корабль
врезался в щиты эсминца Хаоса.

- Хаген. Приступай к атакующему маневру. Я прикрою, - произнес


Хайк, его голос потерялся в гуле статики.

Эсминец выглядел огромным из иллюминатора корабля Ширы.

- Остальные – отвлекайте истребители.

Ответ Красного крыла не заставил себя ждать. Форцек послал одну из


ракет прямо в выхлопное отверстие корабля, сбившего Тетсудо, в то время
как Скелмер расправился со вторым пилотом. Все больше вражеских
истребителей возникало у них на пути, но Шира и Хайк могли не
беспокоиться о преследовании и целенаправленно двигались к своей цели.

- У меня закончились ракеты, - произнес Хайк. – Лучшей используй


свои.

- Держу пари, у тебя полный комплект. Просто не хочешь позориться


своей меткостью, - ответила Шира.
- А если ты не попадешь, уверен, «Арбитру» будет стыдно за тебя.

Слова Хайка прозвучали отрезвляюще. Слишком часто пилоты


истребителей гонялись только за личной славой, выискивая новые цели. И
в этот момент они забывали о своей настоящей работе по защите более
крупных кораблей.

- Я хоть раз промазывала? – произнесла Шира, сжав штурвал и


поравнявшись в внешним двигателем эсминца противника.

- Все когда-то случается в первый раз, - ответил Хайк, повторяя маневр


Ширы.

Оборонительные турели открыли огонь, но вражеские стрелки


гонялись за призраком. «Соколы», на огромной скорости, легко уклонялись
от атак противника. Стрельбой из лазпушки Хайк уничтожил множество
противовоздушных батарей противника. Шира, находящаяся поблизости,
навела две последние ракеты на цель и попыталась отыскать варп-
двигатели. Это не заняло у нее много времени, синие сияние от
пульсирующих механизмов словно показывало Шире верный путь.
Определив вектор атаки, она снизила скорость. Две турели, закрепленные
вдоль борта, развернулись в ее сторону, и оба ствола лазпушек нацелились
на «Сокол» Ширы. Хайк быстро расправился с ними.

- Чисто, - произнес он, подняв руку пальцами вверх.

Сощурившись, Шира отключила предохранитель и нажала на гашетку.


Ракета понеслась навстречу своей цели. «Сокол» Ширы резко взмыл в
воздух и вильнул в сторону. Снаряд, пролетел мимо на несколько метров и
взорвался рядом с неактивной турелью, образовав черный кратер в борту
судна.

- Ты меня сглазил, – выругалась Шира.

- В следующий раз обязательно попадешь, - подбодрил ее Хайк. –


Красное крыло, перегруппироваться и приготовиться к повторному
атакующему маневру.
- Нет времени. Мы с трудом уклоняемся от противовоздушных
турелей, плюс – вражеские истребители на подходе. Я возвращаюсь.

- Не глупи, Хаген. В одиночку ты…

Шира вырубила вокс-связь, не дожидаясь поучений от Хайка. Зная, что


произойдет дальше, она сняла респиратор и еще раз проверила ремни
безопасности. Шира потянула за рычаг управления назад, поставив
«Сокол» в вертикальное положение, и стала набирать высоту. Сила
притяжения вжала ее в кресло. Шира попыталась не потерять сознание.
Достигнув определенного предела, ее истребитель развернулся на сто
восемьдесят градусов, и приступ рвоты, который она тщательно пыталась
преодолеть, накрыл ее. Взяв курс на эсминец Хаоса, Шира заставляла глаза
оставаться открытыми, гравитация негативно воздействовала на ее кожу и
мускулы лица. С неимоверным усилием она дотянулась до гашетки и ценой
порванных сухожилий нажала на нее. Не став наблюдать за поражением
цели, Шира, превозмогая боль, потянула рычаги на себя. Волна энергии
преследовала ее, тряся «Сокол» и заставляя ее снова и снова вырывать на
пол. Судно Хаоса продолжало стрелять, даже когда на корпусе появились
трещины, и, наконец, энергия варпа просто поглотила корабль.
Почувствовав возможность вырваться в материум, тысячи демонических
лап и конечностей, потянулись через дыру в реальности, схватили корабль
и стали пытаться вылезти наружу. Сопровождаемый воплями
Нарожденного, варповый разлом закрылся также быстро, как и появился,
прихватив с собой обломки эсминца. Шира вытерла остатки рвоты рукавом
своей униформы и снова включила вокс-связь.

-… ная идиотка. Ты могла погибнуть, выполняя этот маневр. Когда


вернемся на «Месть», я лично брошу тебя в карцер. – Гневная речь Хайка
меркла на фоне поддержки со стороны остальных четырех пилотов.

- Эй, Шира. Тебе следует перевестись на «Арбитр» сразу, как вернемся


на базу. – Весело произнес Коф. – И тебе не придется платить за выпивку,
пока ты…

Его громкий бас заглушила статика, а вслед за ним – смолкли и другие


голоса. Моргая и качая головой, чтобы избежать очередного приступа
рвоты, Шира попыталась оценить обстановку. Четыре взрыва на мгновение
озарили поверхность космоса. Края темной фигуры с зазубринами стали
четко обрисовываться в ярко-оранжевом цвете взрывов.

- Нет… Это невозможно, - произнес Хайк, наблюдавший за


уничтожением четырех «Соколов». – Это же обычные скитальцы, смесь из
космического хлама и сборщиков ископаемых. Этого не может быть. Не
может…

- Чего не может быть? – спросила Шира.

Она нашла свой ответ в том, что двигалось им навстречу.

Словно мифический дракон, монстр плыл по космосу, словно несомый


ветрами, извергая пламя в разные стороны. Металлическая голова
болталась на змеевидном теле из того же нечестивого сплава, а
демонические глаза существа выискивали свою следующую добычу. Из его
живота торчали четыре рога, а три пары крыльев монстра ломали все
представления Ширы о полетах и аэродинамике.

- Хельдрэйк, - голос Хайка превратился в шепот. – Это – Хельдрэйк.

766960.M41 / «Беспощадная Смерть», Адамантовые поля, система


Пандоракс.

- Лорд «Железная хватка», мы потеряли «Вероломную силу», -


произнес один из облаченных в рясу членов команды, наблюдая за
значками на карте. – «Калечащий», «Кровавая Жажда» и «Отравленное
облако» докладывают о катастрофических повреждениях.

В отличие от «Мести», на мостике «Беспощадной Смерти» царил


покой. На фоне космического сражения, сервиторы и команда корабля
плавно перемещались по палубе, выполняя свои рутинные задачи. Малгар
«Железная хватка» дирижировал силами Хаоса, сидя в своем кресле.
Тысячелетний опыт сражений за и против Империума позволяли
емуспрактически автоматически реагировать на происходящее.

- Заставьте их таранить крупные корабли. Пусть их смерть не будет


напрасной, - приказал он.
Его тон был спокоен, словно он посылал людей в очередной рейд, а не
на верную смерть. На данном уровне потеря четырех эсминцев и
налетчиков была небольшой ценой, вдвое меньше, чем количество
Имперских судов уничтоженных его пушками, не включая истребители и
штурмовики. Битва шла по его правилам, но два главных корабля все еще
находились позади Имперского флота, готовые пополнить боезапас все еще
многочисленных звеньев и сместить баланс в сторону лоялистов.

- «Черное сердце» желает обратиться к Вам, господин, - произнес еще


один член команды с решетчатой маской на лице.

Презрение к лорду Хаоса, демонстрируемое как Абаддоном, так и


«Железной хваткой», передавалось даже самим вокс-операторам Черного
Легиона.

- Переключи его на мой личный канал, - произнес Малгар.

Вокс-передатчик, установленный в ухе космодесантника Хаоса,


наполнился потрескиванием.

- Впечатляюще, «Железная хватка», - произнес Гурон. – Я ожидал, что


твой гамбит будет стоить тебе дороже, но уничтожить восемь кораблей,
пожертвовав только одним своим. Даже я бы гордился таким достижением.

На психолитическом экране, в носовой части мостика, замелькали три


небольшие иконки, за ними следовали еще три, разной расцветки.

- А, похоже я поторопился, - произнес Гурон, очевидно увидев ту же


картину на сенсорах своего корабля. – Ну что ж, по крайне мере на три
корабля меньше.

Малгар не был уверен, что именно имеет ввиду Гурон, три его
погибших корабля или уничтоженные Имперские суда.

- Твой корабль на месте, «Черное сердце»? – спросил Малгар, не


реагируя на издевки Корсара.

- Конечно, - ответил Гурон. – Он был там еще до того, как ты


расставил свою маленькую ловушку.

- Тогда, почему бы тебе не перестать издеваться надо мной и не


преподнести сюрприз имперскому адмиралу, - произнес Малгар, отключая
связь.

766960.M41 / Мостик. «Месть», Блокада Пифоса, система


Пандоракс.

Через бинокль Крансвар наблюдал за тремя взрывами, каждое облако


варп-энергии возвещало о гибели его кораблей.

- Мы только что потеряли «Нерушимый», «Банши» и «Свет Веры», -


произнес рулевой, убирая с карты три значка кораблей.

Потеряв эти корабли, флот Крансвара сократился на треть от


первоначального количества. Потери боевых машин Имперской Гвардии
также были значительными, и лорд-командующий уже стал сомневаться,
смогли бы они прорваться к Пифосу, и хватило бы им человеческих
ресурсов для освобождения планеты.

- Адмирал Блэйз желает говорить с Вами, лорд-адмирал, - произнес


офицер связи.

- Переведи его на динамики, Ульдар, - произнес Крансвар, вставая со


своего командного трона.

Ярость в голосе Блэйза заставила его сесть.

- Во имя Императора, что за игру ты затеял, Крансвар? – его акцент


теперь слышался достаточно ясно.

Даже будучи полностью вовлеченными в процесс битвы, женщины и


мужчины на мостике «Мести» застыли на месте.

- Это бойня. Засунь подальше свою гордость, упертый ублюдок.


Отзови флот, пока еще есть, что отзывать.
Все глаза обратились на лорда-адмирала. Он уставился вдаль, опустив
бинокль. Еще один взрыв озарил темноту космоса. Рулевой убрал еще один
значок с карты.

- Ты послал свои корабли, говоря о том, как нас будут помнить, -


продолжил Блэйз. – Если ты не отзовешь корабли для перегруппировки, что
о тебе буду говорить потомки?

Неожиданно связь оборвалась.

- Он прав, - тихо произнес Крансвар.

Взгляды команды все еще были обращены в сторону адмирала, и


следующие слова стали единственным верным решением за все время его
командования. – Отзовите флот.

Мостик очнулся и снова пришел в движение, послышались команды,


передаваемые выжившим кораблям флота Деметр. Калькулус логи и
навигаторам было приказано приготовиться к возвращению истребителей и
штурмовиков. Стрелки приготовились встретить любой корабль Хаоса,
который попытается последовать за ними в Гай. Крансвар рухнул обратно в
кресло, уставший, но не сломленный.

- Что бы ни случилось, сэр, - произнес лейтенант Фаизал, передавая


ему отчеты о повреждениях. – Я думаю, вы все делаете правильно.

Лорд-адмирал слабо улыбнулся.

- Иногда даже верные решения могут быть приняты слишком поздно, -


грустно произнес он.

- Лорд-адмирал. Мы засекли новый контакт. Еще один корабль только


что вошел в систему и на высокой скорости движется к нашим позициям.
Он передает Имперский идентификационный код, верный, но давно не
использовавшийся, - произнес лейтенант, стоявший рядом с ауспиком.

Несколько офицеров присоединились к нему.


Сердце Крансвара екнуло. Подкрепления. Возможно, еще не все
потеряно. Однако его оптимизм продолжался недолго.

- Это – «Мощь Гурона», - обреченным голосом произнес лейтенант.

Каждый участник флота Деметр знал о «Мощи Гурона» и репутации


его капитана, Гурона «Черное Сердце». Множество миров, находящихся
под защитой флота, пострадало от набегов Красных Корсаров, и множество
кораблей было потеряно в столкновениях с этим предательским Орденом.
Многие были уничтожены, но те, кому не повезло быть уничтоженными
сразу, захватывались и команду заставляли присоединяться к флоту
десантников-предателей. Дважды «Месть» сражалась с кораблем Гурона. В
каждом случае Имперскому кораблю требовались месяцы на
восстановление. Упоминание о старом сопернике вновь вдохнуло жизнь в
Крансвара, его жажда битвы снова вернулась к адмиралу.

- Где он? У меня нет визуального подтверждения.

Сквозь бинокли он мог видеть только свои корабли, слишком


медленно осуществлявшие отступательный маневр и сопровождаемые
атакой вражеских орудий.

- Он заходит к нам с тыла, - ответил лейтенант. – Идет передача


пиктов.

Черные экраны ожили и на них появились картинки крейсера класса


«Мясник», с серым, круглым предметом позади.

- Что это? – спросил Фаизал, удивленно уставившись на пикт.

- Похоже, он что-то тащит за собой, - предположил второй лейтенант.

Пока команда удивленно уставилась на экран, изображение менялось


по мере ускорения корабля, а затем он неожиданно исчез. Осознание
угрозы накрыло мостик «Мести» словно цунами. Полностью
деморализованный, Крансвар рухнул на колени.

- Благочестивый Император, - пролепетал он. – Это – астероид. Этот


маньяк собирается сбросить на нас астероид.
Глава 8

766960.M41 / «Месть», блокада Пифоса, система Пандоракс

В мгновение ока астероид врезался в корпус «Мести», и реальность на


бору корабля изменилась. Сила удара бросила отдыхавших в жилых
отсеках членов команды прямо на стены, кроша черепа и кости. Те, кто
умер сразу, оказались счастливчиками, остальных – поглотили существа
варпа, проникшие на корабль. В одном из отсеков, повар, записавшийся на
флот, чтобы уйти от правосудия за убийства на его родном мире,
обнаружил, что превратился в измененный инструмент Хаоса.
Распотрошенные ножами и резаками, его мускулы приобретали новые
очертания, видоизменяясь под действием черной магии, а его безволосое
тело понеслось в коридоры на поиски новых жертв для обновленных
пальцев-ножей. В офицерской часовне, в ста метрах от мостика, юная
прихожанка задушила себя собственными одеждами, не сумев справиться с
детскими голосами внутри ее головы. Местный священник обнаружил ее
труп и осквернил плоть, нанеся богохульные символы, после чего он
собственноручно вырвал себе глаза и перерезал горло. Полки Имперской
Гвардии, набившиеся в грузовых отсеках, словно стадо, были перебиты
меньшими демонами, материализовавшимися в центре толпы. Сотни
погибли еще до того, как подняли оружие. Более крупные твари заполнили
нижние палубы и заполнили палубы частями тел и инородных субстанций.
Небольшие группы Астартес-предателей на нижних палубах обменивались
вокс-передачами, но затем, неожиданно, связь прервалась. Единственным
местом, не тронутым тлетворным влиянием Хаоса, оставался мостик
«Мести».

Члены экипажа и офицеры бегали от консоли к консоли, проверяя


отчеты ауспиков и сенсорных лучей, пока вокс-операторы безуспешно
старались наладить связь с остальными секциями корабля. Калькулус логи
вырывали куски пергамента из портативных когитаторов, однако
беспорядочные символы на бумаге не имели никакого смысла. Сквозь шум
и гам Крансвар различал небольшие обрывки фраз, каждый раз все больше
теряя надежду на благоприятный исход битвы.

- …набросились друг на друга. Выжило меньше двадцати и все они…


- … выросли клыки, они грызут корпус корабля…

- … группы Корсаров прорвались на «Отважный». «Мощь Гурона»


движется на…

- … отрезал собственную руку и забил ей себя до смерти…

- … говорят, они в системе фильтрации. Розовые твари с…

Лейтенант Фаизал тронул Крансвара за плечо, чтобы привлечь


внимание адмирала. В обычной ситуации подобное поведение вызвало бы
волну негодования, однако в данной обстановке все это не имело никакого
значения.

- Сэр, мы потеряли двадцать семь нижних палуб, - голос молодого


офицера был полон ужаса.

Ручьи пота стекали с его головы, падая на безупречно белый воротник


мундира лейтенанта. Лорд-адмирал прибывал в замешательстве. Битва
была почти проиграна, а ему приходится выслушивать подобные мелочи.

- Возьмите военную полицию и полки Гвардии и захватите палубы, - с


раздражением выкрикнул он.

- Нет, сэр, вы не поняли, - уверенно произнес Фаизал. – «Потеряли»


означает, что их … больше нет.

Крансвар не успел ответить, его окликнул один из вокс-операторов.

- Господин адмирал. На связи один из полков Имперской Гвардии. Их


командующий хочет говорить с Вами.

Адмирал соскочил с трона и вырвал микрофон из рук женщины.

- Это Крансвар. Докладывайте.

- Вам повезло, что мы еще на борту, - произнес голос, явно


принадлежащий аристократу. – Честно говоря, я хотел лично прийти и
надрать Вам задницу за то, что Вы отклонили мой запрос, однако теперь
вижу, что это решение было правильным.

Это был бригадир востроянцев. Крансвар издал нервный смешок,


частично из-за тона востроянца, частично – из-за облегчения от осознания,
что на борту есть и другие выжившие.

- Рад вас слышать, бригадир. Я уже стал думать, что мы здесь сами по
себе.

- Боюсь, что вы правы. Здесь кромешный ад, старина. Все началось с


кадианцев, когда они начали раздирать друг друга на части, а Годесианский
и Асамантритский полки вылетели в космос, несчастные ублюдки. – Тон
бригадира был полон скорби. – Только мы, востроянцы, можем провести
контратаку. Если конечно вы позволите нам зайти на ваш корабль.

- Даю разрешение, - произнес Крансвар, не раздумывая. – Но тогда


Вам придется оставить свою технику.

В динамиках раздался хохот бригадира.

- Старина, я спросил разрешению именно для того, чтобы вывести


мою технику на палубу твоего корабля и отправить тварей назад в варп.

В день, когда астероид врезался в заднюю часть «Мести», обитатели


варпа решили сделать нижние палубы корабля своим временным
пристанищем, а Астартес-предатели, наверное, уже были на пути к
мостику, и идея бригадира казалась адмиралу благословением свыше.

- Даю разрешения, - снова повторил Крансвар.

766960.M41 / Красное крыло. Блокада Пифоса, система Пандоракс.

Уклоняясь от острого кончика крыла Хелдрейка, Шира произвела два


импульсных выстрела из лаз-пушки. Однако толстые металлические
пластины поглотили удар, словно это был снаряд из бумажки, выпущенный
из детской катапульты. Хайк попробовал сделать тоже самое, но результат
оказался тем же.

- Броня слишком толстая. Даже ракеты не пробьют ее, - разочарованно


произнесла Шира.

- Сначала перегруппируемся на Гае, затем вернемся и покончим с ним.


А пока держите эту тварь подальше от крупных кораблей, но не вздумайте
атаковать, - передал по воксу Хайк.

Хотя из всего Красного Крыла оставалось два пилота, часть


истребителей из других крыльев с «Мести» и «Отважного» все еще
сохраняли боеспособность. Приняв на себя командование крыльями, Хайк
возглавил миссию по прикрытию отступающего флота. Обе стороны несли
тяжелые потери, однако имперцы все еще превосходили войска Хаоса по
численности. На направлении Ширы сражались около двух сотен
«Ястребов» и «Фурий», но связь между ними нарушалась помехами и
колдовским вмешательством. Не повиновавшись приказу Хайка, смелый
или, возможно, безрассудный экипаж «Фурии» направил корабль на группу
перехватчиков Хаоса, чтобы подобраться поближе к Хелдрейку. «Фурия»
открыла огонь из лазпушек, установленных на крыльях корабля. Результат
оказался предсказуем, и корабль развернулся, чтобы присоединиться к
остальным Имперским судам. Повернув шею с невероятной скоростью,
Хелдрейк схватил зубами хвост «Фурии». Словно надсмехаясь, монстр
окатил корабль волной пламени, а затем выпустил из зубов почерневшие
обломки. Ободренные присутствием демонического механизма, пилоты
Хаоса возобновили штурм фрегатов, эсминцев и крейсеров. Израсходовав
ракеты, они также применяли лазпушки, стараясь нанести максимальный
ущерб кораблям, оставшимся без силовых полей. Преследуемый тремя
«Ястребами» из «Желтого крыла», «Адский коготь», в форме двойной
секиры, приблизился к «Наследнику Ультимы», фрегату класса «Меч» с
почти двадцати тысячелетним послужным списком, и произвел несколько
выстрелов по квартердеку. Меткий выстрел попал точно в третичный
генератор, предназначенный для питания систем освещения корабля. Дыры
в корабле стали расширяться, несмотря на то, что виновник трагедии был
тут же уничтожен пушками «Желтого крыла». Истребители Хаоса, словно
мухи, слетались к поврежденному фрегату. Хелдрейк курсировал между
ними, стараясь первым добраться до желанной цели. Когда он подобрался
на достаточное расстояние, чтобы уничтожить цель, мимо пронеслась
черная фигура, опередив Хелдрейка на метр и тем самым лишив его
возможности атаковать первым. Оставив «Наследника Ультимы» на
растерзание «Адским когтям», Хелдрейк ринулся за новой целью.

- Уходи с флотом, - произнесла Шира, обращаясь к Хайку. – Я задержу


его.

- Будь осторожна, Шира, - ответил Хайк. – Когда вернешься - угощу


тебя выпивкой.

- Осторожна? – Произнесла она, уклоняясь от огнемета Хелдрейка.

Температура в кабине пилота неожиданно возросла, и края ее костюма


стали гореть. Это вынуждало Ширу управлять одной рукой, а другой –
тушить пламя. Она скривилась, когда запах паленой кожи вызвал
очередной приступ рвоты.

- Я всегда осторожна, - произнесла она, не веря в собственные слова.

766960.M41 / «Месть», Блокада Пифоса, система Пандоракс.

- Они мертвы, сэр, - с горестью произнес связист. – Все мертвы.

Меланхоличная атмосфера на мостике стала еще более мрачной с


приходом новостей о судьбе механизированной бригады востроянцев.
Первоначальная эйфория от контратаки, сменилась криками умирающих
стрелков и водителей, ощущение безнадежности завладело командой
«Мести» после того, как связь была полностью потеряна. Решив убедиться
наверняка, Крансвар послал отделение военной полиции в район битвы.

- Проходы завалены обломками. Танки разорваны…демонами. – Голос


молодого связиста дрожал от ужаса. – Тела вытащены наружу, и…Трон,
они повсюду…

Не закончив предложение, юноша зарыдал.

Со времени последнего отбоя команда «Мести» превозмогала больше


всех других жителей Империума, особенно военные. Они сталкивались с
врагом лоб в лоб, и, несмотря на проявление основных человеческих
эмоций, бойцы хватались за любой лучик надежды. Теперь они лишились и
ее. Взглянув в лица своей команды, уставшие, со слезами на глазах,
Крансвар обнаружил, что все они смотрят на него, ожидая, что он даст им
эту надежду. Несмотря на то, что все они были обречены, люди давали ему
шанс на искупление. Откашлявшись, адмирал обратился к своей команде.

- Враг отнял у нас все. Друзей, товарищей, любимых. Все они мертвы.
За иллюминаторами нашего корабля парят обломки почти семидесяти
процентов флота «Деметр», сопровождаемые «Ястребами» и «Фуриями»,
чьи пилоты отдали свои жизни, чтобы остальные смогли выжить. Прямо
под нашими ногами агенты Хаоса уничтожают тех немногих храбрецов,
все еще способных держать оружие.

- Хотя кровь тех, что служил Империуму – на зубах и мечах


Губительных Сил, я также приложил к этому руку. Именно мои ошибки
привели к такому результату, когда победа невозможна, если только не
случится чудо. Но оно не случится, я не заслужил его, и я хочу извиниться
за все свои ошибки перед вами.

Каждая душа на мостике внимала словам адмирала.

- Император будет моим судьей в следующей жизни, в этом я уверен,


но сейчас у меня все еще остается незавершенное дело. Когда закончу
говорить с вами, я достану пистолет, покину мостик и буду пробивать себе
путь к машинному отделению, где взорву двигатели «Мести». Все, кто
желает последовать за мной, прошу выйти вперед. В данной ситуации я
пойму, если кто-то решит остаться и молиться за упокой своей души или
ускорить свою смерть.

Крансвар повысил голос.

- Возможно, они убьют нас, заберут нашу святость и уничтожат нашу


гордость, но, клянусь Императором, они не получат этот корабль!

Крансвар расстегнул кобуру и достал древний, шестизарядный


стаббер. Он достал барабан и, убедившись, что в каждой секции есть
патрон, загнал его на место. Повернувшись, адмирал обнаружил, что стоит
плечом к плечу со всей оставшейся командой корабля. Даже
эмоциональный оператор нашел в себе силы, чтобы присоединиться к
Крансвару. Достав пистолет, он встал рядом с лейтенантом Фаизалом.
Крансвар заглушил дрожь в нижней губе. Несмотря ни на что, они все еще
были готовы последовать за ним.

- Тогда вперед! – Заорал он, открывая деревянные двери. – Если они


хотят получить этот корабль - пусть заплатят своей кровью!

766960.M41 / Красный Шесть. Блокада Пифоса, система


Пандоракс.

Несмотря на существование товарищества и тесных связей между


пилотами Крыльев, рождавшееся в ситуациях, когда они полагались друг
на друга, пилот «Ястреба» всегда прибывал в одиночестве. Вынуждаемые
проводить часы, а иногда и дни, наедине со своими темными мыслями,
пилоты подвергались как психическому, так и физическому давлению.
Шира, боровшаяся с контрольным рычагом своего истребителя, еще
никогда не чувствовала себя такой одинокой. Находясь вне досягаемости
вокс-связи, она не могла ни с кем общаться в течение часа, а единственным
доказательством того, что она не одна, кроме огненных вспышек в
направлении Гая, служила демоническая машина, преследовавшая ее в
настоящий момент, играя с пилотом в кошки-мышки. Каждый раз чернота
космоса озарялась, и Шира надеялась, что это было очередное судно Хаоса,
отправленное в небеса, но в реальности, по крайней мере, несколько
вспышек принадлежало Имперским кораблям.

Выйдя из штопора, Шира направила свой истребитель вниз и


выполнила разворот, отвлекая Хелдрейк на себя. Тварь нетерпеливо
клацала челюстями, жаждая уничтожить добычу, но как только пламя
доходило до корабля Ширы, пилот стремительно уворачивалась, заставляя
Хелдрейка промазывать. К своему удивлению она обнаружила, что зверь
оказался прямо в перекрестии ее орудий.

Имперская академия Флота учит многим вещам. Маневр случайного


перехвата, выполненный Широй, был одной из них, а как избежать крутого
разворота – второй, максимальная относительная скорость, с которой
можно было осуществлять посадку на движущийся авианосец, также
входило в список дисциплин академии. Однако были и другие навыки,
необходимые пилоту, которые невозможно было получить в стенах этого
учебного заведения. Техники и техническая информация, неведомая даже
самым искушенным адептам Марса, занимавшихся обслуживанием
летальных аппаратов. Секретные знания, доступные только путем
собственного познания или в ходе обмена опытом с другими пилотами.
Одним из не-«книжных» приемов являлось и настройка катапультируемого
сиденья таким образом, чтобы не умереть сразу после его активации. А
также реальную максимальную скорость при посадке на движущийся
авианосец без угрозы для жизни пилота. Именно сейчас в голову Ширы
пришел один из запретных приемов, про который она узнала у ветерана с
десятилетним стажем и почти сотней подтвержденных убийств ксеносов, а
именно – как перераспределять энергию с силовой подстанции «Ястреба»
на лазпушки. В отличие от «Грозы», на базе которого создавалось
устройство, вариант для полетов в космос не имел двигателя внутреннего
сгорания, вместо него были установлены силовые ячейки, предающие
подстанции более широкие возможности. Хотя она и работала на
разделительных схемах во избежание замедленного процесса из-за
воздействия не жизненно необходимых систем, те, кто обладал запретной
информацией о внутреннем устройстве электроники «Ястреба», могли
перенаправлять энергию в носовые орудия и вызывать эффект, схожий с
огненным залпом из стандартного лазгана. Конечно, это действие
замедляло работу подстанции, но для миссии Ширы по отвлечению
Хелдрейка от флота, возвращающегося на «Месть», если корабль был еще
жив, было идеальным вариантом. Вырвав коленом толстый серый провод
из соответствующего порта, Шира вставила его в соседнее отверстие и
одновременно нажала на гашетку. На мгновение ослепив пилота, два луча
сверх-раскаленной энергии вылетели из «Ястреба» навстречу Хелдрейку,
долетев до монстра, они поразили самое крупное из крыльев с правой
стороны демонического механизма. Монстр замер, и Шира резко
уклонилась в сторону, чтобы избежать столкновения, издав тихий вопль.
Взглянув через плечо, она увидела дыру, которая образовалась на крыле
Хелдрейка. Глаза монстра запылали ярче, чем пламя из его пасти, и
Хелдрейк одарил Ширу взглядом, полным ненависти и ярости.

- Отлично, теперь он взбешен. Игра началась, - подумала она.


766960.M41 / «Месть», блокада Пифоса, система Пандоракс.

Железный привкус свежей крови заполнил ноздри Крансвара, в ушах


раздавались крики умирающих. Стараясь удержать равновесие на
металлическом полу, он поднял стаббер и направил на легионера-
предателя, преградившего им путь. Черная броня десантника Хаоса,
окаймленная золотом, сливалась с влажным полом. Пуля попала предателю
в визор шлема, выбив ему левый глаз и выведя военную полицию из
оцепенения. Путешествие оказалось смертельным для группы мужчин и
женщин, следовавших за адмиралом. Их окружали нарушители
дисциплины из полков Имперской Гвардии и члены криминальных
группировок, устраивавших попытки переворота на «Мести». Не говоря
уже о группах культистов и отродьях варпа. Этот был четвертым
десантником, встретившимся им на пути, и каждый раз реакция была одна
и та же. Благоговейный страх. Чистый, неконтролируемый благоговейный
страх. Выращенные десять тысяч лет назад для службы Императору в деле
объединения разбросанных остатков человечества, половина легионов
Космического Десанта отвернулись от него, поклявшись в верности новому
повелителю человечества, его возлюбленному сыну, Гору Луперкалю.
Освободившись от обетов служения Империуму, они использовали самые
жестокие методы ведения боя, а новые боги давали им неограниченные
возможности для этих целей. Восстание Гора было подавлено, но многие из
его последователей выжили, бежав в варп, откуда они собирались
продолжить длинную войну, уничтожая оборону Империума, чтобы в один
прекрасный день их стяги появились на самой Терре. Предатель,
преградивший им путь, носил цвета Черного Легиона, легиона Гора,
который теперь был переименован и его возглавлял самый преданный
лейтенант Магистра войны, Абаддон Осквернитель.

Стоял ли этот предатель рядом с Гором? Участвовал ли он в битве на


Терре, сражаясь с существами из легенд, такими как Сангвиний, Лоргар и
могучий Русс? Был ли он бичом для Империума в следующие десять тысяч
лет? Сейчас это не имело никакого значения для Крансвара. Эту преграду
надо было устранить за секунды, а не ждать еще десять тысяч лет. Эхо от
стаббера эхом отражалось от стен коридора. Члены команды набросились
на десантника Хаоса, чуть не сбив Крансвара с ног. Падший ангел
автоматически вскинул свой болтер, превратив нескольких солдат в массу
из раздробленных конечностей, но люди упорно продолжали наступать.
Наконец, вес тел придавил его к полу. Словно стая бешенных собак, люди
били его арматурой и стреляли в упор из лаз- и автопистолетов. Один из
офицеров с силой воткнул лом в пустую глазницу и вдавил его глубоко в
череп предателя, забрызгав свою грязную униформу кровью. Еще один
Черный Легионер вышел из угла в конце коридора. Некоторые из
нападавших остановились, оцепенев перед черным убийцей, но, повинуясь
инерции, бросились на вновь прибывшего предателя. Потеряв оружие, он
стал отчаянно размахивать руками и локтями во все стороны, каждый раз
убивая по два-три человека, пока двое выживших кадианцев не разрядили в
него всю обойму лазганов. Крансвар и его воины продолжали карабкался
по горам трупов. С ним оставались два кадианца, офицер-пилот и еще
несколько человек, в наушнике все еще звучали отчеты с остальных
кораблей флота. Почувствовав грядущую гибель, флот Хаоса накрыл
«Месть», нацелив на него все свои орудия. «Отважный» не мог прийти ему
на помощь, завязнув в битве с «Мощью Гурона», а остальная часть флота
находилась слишком далеко от них. Крансвар невесело усмехнулся.
Первоначально, он хотел взорвать двигатели, чтобы «Месть» не досталась
врагу, но теперь, с таким огромным скоплением Хаоса, корабль мог
оправдать свое название, выполнив суицидальный таран. Повернув за угол,
выжившие оказались в проходе, в конце которого виднелись огромные
двери машинного отделения, освещаемые предупреждающими лампами.
Перейдя на бег, адмирал не пробежал и половины пути, когда позади него
послышался рев чудовища, предпринимающего неимоверные усилия.
Взглянув через плечо, он увидел, как из массы костей и плоти вылезает
черная фигура, броня предателя была пробита, и из нее вытекали ручейки
крови. Оба кадианца среагировали быстрее всех, но они не могли
сравниться с усиленными рефлексами космического десантника, прозвучал
выстрел, и две головы взорвались, окрасив стены багровой кровью.
Панические выстрелы пролетали мимо Легионера, в свою очередь,
десантник Хаоса убил четверых выживших всего тремя болтами. Подавив
желание самому повернуться и сражаться с отродьем Хаоса, Крансвар
продолжил бежать. Если он успеет забежать внутрь и захлопнуть двери,
даже Астартес-предатели не смогут попасть внутрь. Оказавшись в
нескольких метрах от цели, он уже вытянул руку, чтобы нажать на
контрольный рычаг, позволивший бы ему попасть внутрь, но выстрел из
болт-пистолета снес нижнюю половину его ноги, и адмирал рухнул на пол.

Подняв свое разбитое лицо с холодного, металлического пола,


Крансвар пополз вперед, приближаясь к заветным дверям. Сзади
послышался звук смены обоймы. Наконец, адмирал достиг дверей и
попытался встать на одну ногу. Он почти дотянулся до рычага, когда болт-
пистолет снова выстрелил, на этот раз снаряд попал в позвоночник,
парализовав тело Крансвара. Скрежеща доспехами, десантник-предатель
медленно двигался по направлению к обездвиженному телу адмирала.
Когда огромная тень накрыла тело Крансвара, вокс-передатчик ожил
множеством голосов, переговаривавшихся друг с другом. Закрыв глаза,
адмирал сконцентрировался и попытался поймать четкий сигнал. Когда он
услышал голос главного связиста «Отважного» и то, что она сказала,
адмирал желал лишь одного: чтобы предатель поскорей прикончил его.

- Докладываю о множественных контактах. Новые корабли пытаются


материализоваться в пространстве рядом с нами. По крайне мере дюжина,
никто из них не передает идентификационные коды, - она практически
плакала, теряя последнюю надежду.

766960.M41 / Остатки истребителей с «Мести» и «Отважного».


Блокада Пифоса, система Пандоракс.

Всегда не просто наблюдать, как гибнут люди. Будь то смерть


вражеского пилота, или своего товарища, поглощенного радиацией или
взрывом, или смерть любимого человека во сне. Чужая смерть навсегда
оставляла отпечаток в душе свидетеля. Сидя в кресле «Ястреба», с
израсходованной энергией и боеприпасами, Барабас Хайк готовился
увидеть смерть «Мести». Словно хищники, кружащие вокруг своей
добычи, истребители и эсминцы Хаоса выстроились в ряд за своей порцией
перед корпусом «Мести». К всеобщему удивлению пустотные щиты все
еще держались, и, несмотря на то, что каждый выстрел попадал в
незащищенный участок, нанося кораблю значительные повреждения,
волшебное судно всеми силами хваталось за свою жизнь, отбиваясь
оставшимися оборонительными турелями и торпедами. Несмотря на
повреждения, «Месть» все еще могла огрызаться. Хайк и несколько
пилотов Имперских истребителей смогли отойти с остатками флота на
более-менее безопасное расстояние. На имперских истребителях, как и на
вражеских, закончились боеприпасы и топливо, но, в отличие от машин
Имперского флота, судна Хаоса вернулись в ангары, сыграв свою роль в
битве. Имперские пилоты не могли позволить себе подобной роскоши.
Хайк приказал «Ястребам» попытаться приземлиться на «Мести»,
безрассудно надеясь, что они смогут пополнить боезапас и подзаправиться,
но ему пришлось быстро отменить свое решение, когда основная и
вспомогательная пусковая обстановка мутировали в огромные пасти, из
которых появлялись языки и выхватывали любое судно, приближавшееся к
кораблю. Единственное, что еще не мутировало - это двигатели корабля, но
и им оставалось недолго. Конечно, до этого Хайк прикажет Крыльям
попытаться уничтожить один из крупных вражеских судов. Если они
смогут пробиться через системы ПВО, возможно, у них будет небольшой
шанс найти брешь в щитах и нанести повреждения корпусу. Но даже тогда,
шансы полностью уничтожить корабль будут малы, но, по крайней мере,
они прихватят часть войск противника с собой в ад.

- Командир Крыла? Вы не видите странных показателей на ауспике? –


голос нарушил тишину в вокс-передатчике.

Это был Аллонси из Синего Крыла.

- Не видел ничего странного с момента начала заварушки, - ответил


Хайк. – Что поменялось сейчас?

- Вижу неясные сигнатуры. Десять… от силы двенадцать. Они, то


появляются, то исчезают, – заявил Аллонси.

- Я тоже вижу их, - раздался другой голос.

За ним последовали подтверждения и от других пилотов.

Хайк, не особо следивший за показателями ауспиков в последние часы


из-за интенсивности боя, уставился на экран прибора. Не веря своим
глазам, он протер экран рукавом костюма. Только со второго раза он понял,
что глаза не обманывают его.

- Святой Трон! – передал Хайк по общему каналу. – Они собираются


материализоваться прямо над нами. Быстро уходите оттуда!

- Они могут попасть в гравитационную ловушку, появившись рядом с


планетарным телом, - заявил Аллонси.
Экспансия человечества стала возможной только после открытия
путешествий в варпе. Люди могли мгновенно перемещаться в места, путь к
которым обычным способом занимал годы, а возможно и целую жизнь.
Этот союз колдовства и технологии мог как поставить путешественников в
затруднительное положение, так и доставить их в точное место и в точное
время. Из-за непредсказуемой и опасной природы варпа, предпринималось
множество предусмотрительных шагов во время путешествия через
имматериум. Одним из этих шагов было недопущение появления слишком
близко к планете, чтобы не попасть в гравитационную ловушку. Кто бы ни
осуществлял этот варп-прыжок, он был либо безрассуден, либо глуп. А
возможно и оба варианта.

Полотно космоса начало покрываться трещинами с открытие варпа.


Словно рождавшиеся в космосе железные дети, корабли вышли в реальное
пространство, десять зеленых левиафанов материализовались в сердце
системы Пандоракс, вслед за ними появился одинокая серебристая баржа.
Те «Ястребы» и «Фурии», что не спели скрыться, врезались в пустотные
щиты, разлетевшись на множество обломков. Аллонси, следовавший во
главе основной группы истребителей, избежал первичного столкновения,
но врезался в флагман. Его «Ястреб» столкнулся с пустотными щитами
корабля и исчез во вспышке взрыва. Еще один значок вспыхнул на ауспике
Хайка. Турбулентность поглотила его «Ястреб». Выжимая из двигателя
последние капли энергии, Хайк с силой надавил на рычаг управления.
Призрачное изображение на ауспике приобрело конкретные очертания и,
взглянув через плечо, он увидел огромный астероид, появившийся в
реальном пространстве. Вибрация от протестующих двигателей трясла все
его тело, когда он пытался заставить их работать на пределах своих
возможностей. Хайк почти сразу преодолел начальное магнитное
притяжение из-за мощной гравитации, но в двигателях практически не
осталось энергии. Но огромный осколок неумолимо притягивал пилота и
его корабль, разрушая щиты машины и собираясь поглотить и машину, и
человека. Последнее, что увидел Барабас Хайк, была флотилия торпед,
пронесшихся мимо него, таких же зеленых, как и флагманские корабли с
эмблемой окрыленного меча на корпусах.

766960.M41 / «Месть», блокада Пифоса, Система Пандоракс.


Его лицо было кровавым месивом. Крансвар взглянул на Черного
Легионера оставшимся глазом. Его череп был почти расколот, но он не
чувствовал боли из-за общего паралича. Десантник-предатель приподнял
его одной рукой и приготовился нанести решающий удар. В этот момент
случились две вещи, которые в данной ситуации были абсолютно
необъяснимы.

В воксе послышался женский смех. Не истерический, но счастливый.


Вскоре ее радость была поддержана остальными. Кто-то плакал, кто-то
выкрикивал ободряющие возгласы. В то же время яркий свет залил коридор
позади Черного Легионера, заставив Крансвара зажмуриться. Он больше не
открывал глаза.

- Мы спасены! – кричала женщина-связист с «Отважного». – Они


пришли спасти нас.

Крансвар не мог слышать ее, как и не мог видеть Верховного


гроссмейстера Кальдора Драйго, материализовавшегося позади предателя и
снесшего ему голову одним ударом. Адмирал не знал и о том, что на
корабль телепортировались отделения Серых Рыцарей для зачистки судна
от сил Хаоса. А на астероиде, который должен был уничтожить «Месть»,
целиком высадился Орден Темных Ангелов под командованием лорда
Азраила, чтобы уничтожить темную магию, открывшую портал для тварей
варпа. Командующий флотом не знал ни о чем из вышеперечисленного, так
как лорд-адмирал Орсон Крансвар, капитан «Мести» и командующий
флотом «Деметр», был уже мертв.
Глава 9

766960.M41 / Астероид K27356NV213g («Малефус Мюрекс»),


блокада Пифоса, система Пандоракс.

Несмотря на боли в костях и мышцах, вызванные долгими часами


чтения заклинаний, Колгар продолжал произносить слова с тем же
рвением, что и раньше. Потоки крови лились из его ноздрей, а волосы на
руках, груди и лице наполовину покрылись инеем, кроме его головы,
которая была лысой за исключением двух рогов, торчащих из лба. Он был
первым в своей семейной линии, получившим благословение богов. Его
отец, отец его отца и каждый мужчина в его семье служили Давиникус
Ликаэ, но никто из не поднялся выше ранга солдат. Их судьба заключалась
в том, чтобы умереть от приклада ружья Имперского гвардейца или болта
космического десантника. Еще с рождения Колгар был отмечен высшими
силами, его обучали магии еще до того, как он начал говорить. Почти через
двадцать лет старейшины выбрали его для исполнения предназначения.
Магия Колгара и сотни других культистов заполнила пустую комнату в
управляемом астероиде и позволяла демонам материализоваться в
реальном пространстве и нападать на Имперские суда.

Мужчина, стоявший позади него, упал, темная кровь вытекала из его


орбит. Воздух вокруг мертвеца сгущался и, со звуком сдираемого с кожи
мяса, раскрылась дыра, из которой вышел один из Нерожденных. Убогое
создание с пузыристыми серо-зелеными глазами завладело похолодевшим
трупом. Облизав толстым языком покореженные остатки, монстр шагнул
обратно в проход. Такая же судьба ожидала и Колгара, как колдуна кабал,
хотя он с радостью был готов принять ее. Не было большей чести для
адепта Давиникус Ликаэ, чем умереть, зная, что он позволил высшим
существам бродит в материальном мире. Еще один культист занял место
павшего колдуна, при этом Колгар почувствовал укол зависти. Вновь
прибывший был слабее, чем он, ниже и на десять килограмм меньше, чем
Колгар, но, при этом, на его голове красовалось три рога, а не два.
Отбросив темные мысли, Колгар сфокусировался на своей миссии. Его
секундное замешательство нарушило гармонию в остальной части кабала,
привлекая внимание надсмотрщиков. Он уже собирался вернуться к
песнопениям, когда необычные изменения привлекли его внимание. Иней
на волосах таял, и пот заструился по всему телу. В воздухе почувствовался
новый запах, перебивавший запах крови и пота, исходящий от культистов,
ноздри заполнил горящий озон. Колгар мгновенно понял, что случилось.
Законы физики, с которыми он так старательно боролся, по полной
наказали его. Материализовавшись в нескольких метрах над полом
комнаты, брат Бальтазар из Крыла Смерти приготовился к удару. Он
приземлился прямо на культиста, раздавив его скелет и превратив тело в
бесформенную массу. Мутировавший культист с ожерельем из колец и
рогов уставился на него широко раскрытыми глазами. Единственный
выстрел из штурмового болтера Бальтазара отделил торс слуги Хаоса от
остальной части тела. Подобные картины повторялись по всей ширине
залы. Группы облаченных в терминаторскую броню Темных Ангелов
появлялись над головами своих целей, и тех, кто не умер под
бронированными башмаками, добивали заряды штурмовых болтеров,
кувалды или молоты. Шум разрывающихся снарядов перерос в какофонию,
и руна на броне Бальтазара указывала, что шумовые фильтры его брони
работали на пределе своих возможностей. Это не удивило космического
десантника. Одно отделение Крыла Смерти могло зачистить целый
космический скиталец, два – вести небольшую войну, пять - почти
половина первой роты Ордена - могли захватить планету.

Сегодня, в первый раз за всю историю Ордена, все отделения Крыла


Смерти сражались одном месте и в одно время. Битва, если это можно
было назвать битвой, закончилась за несколько секунд. И это снова не
удивило Бальтазара. Человеческие остатки были разбросаны под ногами
сотни Темных Ангелов. Единственное свидетельство сопротивления
присутствовало в виде ошметков крови на доспехах тактического
дредноута. Один кабал колдунов был уничтожен, но были и другие,
которые ожидали своей участи в глубинах астероида.

- Вперед, - приказал Гавриил, гроссмейстер Крыла Смерти.

Звук абордажных торпед, врезающихся в астероид, эхом отражался в


тоннелях. Вскоре, оставшаяся часть Ордена Темных Ангелов
воссоединится со своими элитными братьями. Гавриил воздел над собой
клинок «Падение Небес», черный меч контрастировал с его древней
терминаторской броней цвета белой кости.

766960.M41 / «Месть», Блокада Пифоса, система Пандоракс.

Если Крыло Смерти не встречало особого сопротивления, находясь на


астероиде, Верховный гроссмейстер Кальдор Драйго и братство Серых
Рыцарей под его командованием, столкнулась с абсолютно
противоположной ситуацией на борту «Мести». Варп-разломы были
открыты повсюду, поддерживаемые магами, они служили проходом для
врагов с другого конца реального пространства. Все палубы напоминали
адские пейзажи миров, находящихся внутри Ока Ужаса. Металл
превратился в плоть, оборудование – в органику, а законы природы были
попраны колдовством Хаоса. Через каждый несколько метров встречался
труп, вызывавший страх на лицах команды корабля. Демон выбежал из
каюты и ринулся на Драйго, гроссмейстер произнес только одно слово, и
отделение паладинов, следовавшее за ним, разорвало тварь огнем
штурмовых болтеров. Все больше демонов спешило добраться до Серых
Рыцарей. Некоторые имели непропорциональные конечности, некоторые
могли материализоваться прямо в рядах космических десантников. Но
несмотря ни на все судьба всех была одинакова. Каждый взмах меча
сопровождался фонтаном ихора и воплями и возвращал их туда, откуда они
пришли. Выкрики заклинаний изгнания заставляли демонов исчезать в
закрывающихся разломах. Подходя к развилкам в коридорах, Драйго
приказывал паладинам идти влево, а сам шел направо, в самые глубины
корабля. Формально Драйго не мог вести братство в битву самостоятельно,
но смерть гроссмейстера Хазимира и срочность ситуации с Пифосом не
оставила ему альтернативного выбора, кроме как взять командование
пятым братством на себя. Ввиду того, что большая часть его братьев была
разбросана по разным уголкам Империума, Верховный гроссмейстер не
мог дожидаться подкреплений и поэтому прибегнул к старой клятве между
Серыми Рыцарями и Темными Ангелами. Первоначально Азраил ответил
отказом, приняв предложение Серых Рыцарей за шантаж. Но, после того
как Драйго открыл ему интересные факты, выявление в результате допроса
одного из Астартес-предателей, командующий Темными Ангелами изменил
свое решение и послал весь Орден в систему Пандоракс. Хотя, номинально,
они и считались союзниками, отношения между двумя Орденами были
далеки от доверительных. Новый союз между Ангелами и Рыцарями вновь
подвергался сложным испытаниям, особенно в свете новых обстоятельств.
Азраил изначально пытался вести политическую игру. Несмотря на то, что
охота на демонов считалась ипостасью Серых Рыцарей, одно братство не
могло противостоять целой армии демонов. Темные Ангелы должны были
в первую очередь разобраться с колдунами и культистами на астероиде и
затем присоединиться к своим психически одаренным братьям, и именно
их силы определяли исход битвы. Драйго было все равно, кто снискает
славу в этой бойне. Единственное, что действительно имело значение –
освобождение Пифоса и запечатывание Подземелья Проклятых. Азраил
мог извлечь любую выгоду из этого союза, главное – чтобы миссия была
выполнена.

Шум впереди заставил Драйго замедлиться. Красные огни освещали


человеческую фигуру, сидящую на коленях и издающую плачущие звуки.
Мужчина с седыми волосами повернулся на звук шагов Драйго. Он уже
собрался заорать, когда его взгляд упал на печати чистоты и святые
изображения на броне Серого Рыцаря.

- Ты…ты не один из них? – спросил мужчина, смотря на Драйго


широкими глазами.

Гроссмейстер кивнул.

- Я верный слуга Золотого Трона, и я пришел спасти этот корабль и его


команду.

- Хвала Императору! Мы спасены, - произнес мужчина, неуверенно


встав с колен.

Даже в полный рост он едва доставал до груди Драйго.

- Благодарю вас, господин. Благодарю вас.

Драйго снова кивнул. Старик направился в сторону коридора, откуда


пришел гроссмейстер. Гроссмейстер собрался было продолжить свой путь,
но, неожиданно, в его голове возникла мысль, часть информации, которую
он пропустил, и которая не имела оперативного значения, но в то же время
была важна.

- Как называется этот корабль? – спросил он у старика.

- Корабль? – произнес старик, аккуратно переступая через тела,


устилавшие пол, словно ковер. – «Месть», господин.

- Ну конечно, - загадочно улыбаясь, произнес Драйго.

766960.M41 / Астероид K27356NV213g (Малефус Мюрекс), блокада


Пифоса, система Пандоракс.

Силовой кулак Бальтазара врезался в голову Черного Легионера,


сорвав с предателя шлем. Лицо Астартес имела древние черты,
вызывающая усмешка отразилась на его губах, обнажая окровавленные
зубы. Тело рухнуло на землю рядом с другими Легионерами, убитыми
Крылом Смерти и элементами шестой роты, присоединившимся к своим
смертоносным братьям.

- Магистр Тигран, - произнес Гавриил. – Оставшаяся часть вашей роты


достигла пролома и ведет бой с силами предателей. Возьмите своих людей
и поддержите их усилия.

Хотя магистр шестой роты, сражаясь рядом с Гавриилом вместе с


тремя своими отделениями, уже знал о ситуации со своими боевыми
братьями, инструкции от Гавриила не воспринимались как вызовы
лидерству или тактическому искусству Тиграна. Ангелы обменялись
взглядами.

- Вас понял, магистр Гавриил, - ответил Тигран, дав своим бойцам


команду выдвигаться.

Пока одни фигуры в зеленой броне выходили из залы, вошел другой


Ангел в черной броне, держа в руках атрибут капеллана – крозиус арканум.
Почти двадцать Черных Легионеров валялись в центральной зале,
окруженные огромным количеством тел колдунов и культистов. Капеллан-
дознаватель Серафикус двигался среди трупов, каждый раз наклоняясь,
чтобы извлечь редуктором генное семя из глоток предателей. Если Темные
Ангелы воевали против Астартес- предателей, по приказу верховного
капеллана-дознавателя братья из реклюзиама также могли носить
инструменты апотекариев. Сама природа союзов Хаоса предполагала, что
Падший мог оказаться в любой банде или армии, воевавшей против
Империума. Извлекая генное семя, капелланы-дознаватели доставляли его
на Скалу, где изучали на предмет принадлежности к ренегатам с Калибана.

Обнаружив, что они изолированы от оставшейся части четвертой


роты, сержант Арионе и третье отделение целый час сдерживали натиск
значительно большего числа Черных Легионеров и их демонических
союзников. Не получив ни царапины, они убили около тридцати предателей
и демонов, пока магистр Боаз с другими десантниками не присоединился к
ним. Плотность огня была настолько высокой, что когда верховный
дознаватель Асмодай прибыл на место, он обнаружил изрешеченные
множеством пуль стены залы астероида. Магистр третьей роты Велиал,
стоя плечом к плечу с Иезекиилем и другими братья-библиариями, отражал
волны берсеркеров Кхорна. Их ярость увеличивалась от понимания, что им
противостоят псайкеры, берсеркеры врезались в психические щиты, однако
защита Темных Ангелов была крепкой, и, в конечном итоге, последователи
Хаоса умирали один за другим от цепного меча или пуль болтера. Даже
обладая демоническими силами, предатели не могли сломить защиту
Ангелов. Когда капеллан Боррей пришел за генным семенем берсеркеров,
он не мог определить, к кому относятся разбросанные части тела, такова
была ярость ангелов Императора. Но, несмотря на героизм Темных
Ангелов, ни одно тело Падшего не было обнаружено среди предателей.
Закончив выполнять свои обязанности, Серафикус аккуратно поместил
металлический цилиндр, содержащий извлеченное геносемя, в подсумок,
висевший на поясе. Собираясь уходить, чтобы продолжить извлечение
прогеноидов из павших воинов, он кивнул Гавриилу и провел двумя
пальцами правой руки по левой щеке, прямо под глазом. Никто кроме
Бальтазара не заметил этого жеста. Будучи членом Крыла Смерти, он был
посвящен во многие секреты Ордена, но еще не входил в самые
доверенные внутренние круги. Был ли это скрытый сигнал для Гавриила?
Сколько еще секретов таит в себе Орден? Гавриил повернулся к своим
воинам, проверявшим вооружение и удалявшим кровавые ошметки со
своей брони. Азраил забрал с собой на атакуемый корабль вторую
половину первой роты, как только стало понятно, что битва на астероиде не
требует большого количества ресурсов.

- Наша работа здесь закончена, братья. Колдуны Архиврага


повержены. Из заклинания растворились в воздухе, а твари, вызванные
ими, слабеют с каждой секундой.

Взгляд Гавриила упал на Бальтазара.

- Дюжины предателей из Черного Легиона пали из-за своего


невежества и более не представляют угрозы верным слугам Императора.
Новые имена будут добавлены в анналы Ордена, и мы воздадим им
соответствующие почести.

Зал наполнился одобрительными возгласами. Магистр Крыла Смерти


не отрывал взгляд от Бальтазара.

- Но, хотя здесь наша битва завершена, наши…- Гавриил сделал паузу,
подбирая нужное слово, при этом воздух наполнился характерным
жужжанием, предшествующим телепортации. - … союзники все еще
нуждаются в нашей помощи на борту флотского корабля.

Бальтазар мог поклясться, что, растворяясь в воздухе, магистр роты


кивнул ему.

766960.M41 / «Месть», блокада Пифоса, система Пандоракс.

Драйго вонзил «Меч Титана» в живот демона по самый эфес.


Разъедающая желчь брызнула из кишок твари и, издав мерзкий рев, монстр
исчез в варпе, оставив после себя лишь облако пара. Повсюду кишела
битва, Серые Рыцари схлестнулись с слугами Темных Богов. Демонесса
ринулась к Драйго, пересекая наполовину мутировавшую палубу. Она
двигалась по потолку, а язык твари свободно болтался по воздуху, смакую
привкус битвы. Драйго и Рыцарь Пламени, сражающийся рядом с ним,
одновременно взмахнули мечами, превратив демонессу в кучу из
отрубленных частей тела. Но все новые демоны атаковали Серых Рыцарей
как сверху, так и снизу. Обрывки психических сообщений братьев,
сражавшихся во всех частях корабля, проносились в голове Верховного
гроссмейстера. Кастелян Кроу и дюжина терминаторов были
заблокированы на ангарной палубе «Мести», Повелитель черепов и почти
нескончаемая толпа берсеркеров Кхорна всячески препятствовали
попыткам Серых Рыцарей очистить посадочные площадки для
истребителей флота. Юстикар Амрит и его штурмовое отделение,
преследовавшие демона Тзинча, попали во временную ловушку: достигнув
конца коридора, они снова попадали в его начало. Осознавая ситуация, в
которой они оказались, Серые Рыцари не могли ничего сделать, пока
демон, произнесший заклинание, прятался в тенях. Постепенно природа
сообщений менялась. Там, где ситуация казалась совсем безвыходной,
появлялся луч надежды в лице спасителей в зеленой, черной и белой броне.
Используя мотоциклы и флайеры, сорок братьев из Крыла Ворона
ворвались в ангар и принялись очищать себе путь с помощью болтеров,
встроенных в их боевые машины. Ураган орудийного огня сметал с ног
воинов Бога Крови, даже огромный демонический механизм, получивший
название «Уничтожающая Смерть». Освободившись из ловушки, Амрит и
его юстикары обнаружили безжизненную оболочку демона. И хотя они и
обнаружили свидетельство изгнания, перекрестные раны от топора на теле
демона, так и остались для них загадкой. В пылу битвы Драйго увидел
характерные признаки телепортации, и, в мгновение ока, двадцать
терминаторов оказались в рядах Очистителей и Паладинов, которых он вел
в самые глубины корабля. Космические десантники без промедления
открыли огонь из штурмовых болтеров, разрывая толпу демонов на части.

- Я верховный магистр Крыла Смерти, Гавриил, - произнес Темный


Ангел, появившийся прямо перед Драйго.

Меч Гавриила сверкнул в воздухе и разрубил очередную демонессу


пополам.

- Рад видеть, Верховный магистр. Я Верховный гроссмейстер Серых


Рыцарей, Драйго – ответил Драйго, его меч снес голову следующей
демонессе.

- Вы не нуждаетесь в представлении, магистр Драйго. Лорд Азраил


хорошо проинструктировал меня. – В голосе Гавриила послышался
сарказм.

Еще один терминатор Крыла Смерти метнулся вперед со скоростью


звука и впечатал нурглинга в стену.

- Когда их колдовство наконец-то закроет разлом? – резко спросил он.

- Бальтазар… - произнес Гавриил.

Терминатор ринулся обратно в толпу демонов, на ходу перезарядив


свой штурмовой болтер.

- Бальтазар хотел спросить, сможете ли Вы и Ваши братья закрыть


варп-портал? – произнес Гавриил, выражение его лица было скрыто за
капюшоном.

- Да. Именно это мы и пытаемся сделать на протяжении нескольких


часов. Нам просто нужно добраться до портала, чтобы начать ритуал.
- Позвольте нам расчистить вам путь, - произнес Гавриил, убив еще
двух демонесс одним взмахом меча.

- Крыло Смерти! Ко мне. Серым Рыцарям нужен доступ к порталу. И


мы дадим им его.

Девятнадцать терминаторов Темных Ангелов выстроились в боевое


построение вокруг своего командира, уничтожая каждую тварь,
приближавшуюся к ним. Без каких-либо указаний бойцы Крыла Смерти
рассредоточились, оттесняя демонов назад и создавая защитный карман.

- Серые Рыцари! Вперед, - крикнул Драйго, поднимая вверх «Меч


Титана».

Он пробился к проходу, открытому Темными Ангелами. Еще дюжина


воинов в броне серебряного цвета окружили реликвию Ордена. Гавриил
повернул голову к Драйго.

- Готовы? – спросил Темный Ангел.

- Готовы, - ответил Серый Рыцарь.

Как один, смесь серебряного и белого керамита устремилась вперед,


болты и клинки разрывали на части демонесс, нурглингов и других более
мелких тварей. Даже прикрытые стеной Крыла Смерти, Серые Рыцари был
боевым подразделением, и головы отродий варпа превращались в голубое
пламя от одной только мысли психически одаренных космических
десантников. Те немногие демоны, которым удавалось пробиться сквозь
стену терминаторов, встречали свой конец на острие силового меча.
Стройной фалангой, Крыло Смерти вело Драйго и его братьев прямо к
варп-разлому. Подойдя к нему, Темные Ангелы рассредоточились по
периметру. Терминаторы, словно каменные исполины, отражали волны
демонов, каждый раз белоснежная броня десантников окрашивалась
демоническим ихором. Бальтазар орудовал своим силовым кулаком, кроша
демонов направо и налево, их тела отбрасывало назад, прямо на своих
собратьев. Брат Баракил поливал тварей из своего огнемета, второй кулак
был поврежден, а два пальца – сломаны. Огонь охватывал орду демонов,
перекидываясь от одного к другому. Меч Гавриила, «Падение небес»,
поднимался и опускался, с каждым разом повергая очередного противника.
Будучи прикрытыми Темными Ангелами, Серые Рыцари принялись
выполнять свою миссию. Чертя в воздухе символы из пси-пламени, Драйго
и двое Очистителей читали Литанию Изгнания, пока другие братья
уничтожали демонов, проходивших сквозь разлом или прорывавшихся
сквозь кордон Темных Ангелов. Закончив чертить перевернутую
пентаграмму, знаменующую вторую стадию ритуала, Драйго заметил
изменение настроя орды. Нурглинги, казалось, стали бояться приближаться
к порталу, отходя назад и давая дорогу демонессам, но и те не особо
спешили атаковать. Количество демонов, выпрыгивавших из разлома,
сильно сократилось. Наконец, оттуда показалась костлявая рука, костяные
пальцы раздвинули края разлома, и, вскоре, показалось само тело. Пять
метров в высоту и абсолютно лишенный плоти и мускулов, демон-принц
Нургла пролез в материальную реальность. Из спинуы торчали два крыла
длинной с самого демона. Пустые глазницы смотрели как на десантников,
так и на демонов, рот сымитировал некое подобие ухмылки, оголив гнилые
зубы.

Драйго заговорил первым.

- Дзи’ан-Ло, - процедил сквозь зубы магистр.

Принц-демон повернул свою костлявую голову, чтобы взглянуть на


Драйго. Его «улыбка» стала шире, когда он узнал Серого Рыцаря.

- Кальдор Драйго. Рад снова видеть тебя, - голос демона был похож на
отодвигающуюся крышку саркофага. – Мортарион передает тебе привет.
Он так хотел лично убить тебя, но увы, ты сделал это невозможным,
поэтому он позволил мне расправиться с тобой.

Двигаясь с невероятной скоростью, Дзи’ан-Ло схватил Драйго за


плечо. Прежде чем кто-либо успел среагировать, и Серый Рыцарь, и демон
исчезли.

766960.M41 / Красный Шесть. Адамантовые поля, система


Пандоракс.

Обломки сталкивались с «Соколом» Ширы, каждый раз звучно ударяя


по корпусу корабля. Пилот подалась вперед, чтобы посмотреть окно
кабины. Отметки о сбитых машинах противника, с которыми она так
яростно сражалась, стирались небольшими камешкам, ударявшимися о
поверхность «Сокола». Шира выругалась. Если так будет продолжаться,
она никогда не восстановит их. Огромный астероид, вокруг которого
кружил ее корабль, озарялся вспышками адского пламени, напоминая о ее
преследователе, Хельдрейке. Все больше красных значков появлялось на
консоли боевой машины, пока Шира, уклоняясь от огромных валунов,
ныряла под обломки флотского фрегата. Адская машина не уступала в
скорости ее кораблю, ее крылья плавно поднимались и опускались,
придавая боевому механизму достаточно скорости, чтобы угнаться за
человеком. Обломок астероида откололся и полетел прямо на Хельдрейка.
Не сходя с маршрута, тварь выпустило струю пламени величиной в танк,
полностью уничтожив космическое тело. План Ширы был прост. Крансвар
был уверен, что истребители смогут свободно передвигаться в астероидном
поле. Именно поэтому Шира вела Хельдрейка к Адамантовым полям, где
высокая скорость не будет иметь значение. Несмотря на свою
относительную маневренность, по сравнению с авианосцами,
демоническая машина был больше, чем они, и более уязвим, нежели чем
«Соколы». Однако эта теория оказалась ошибочной. Финальной стадией
плана Ширы было приземление на Пифосе. Она предпочитала поискать
счастья на поверхности планеты, а не быть съеденной металлическим
драконом или задохнуться от нехватки кислорода. Еще один крупный
корабль пронесся рядом с ней, вражеский эсминец, расколотый пополам
фланговыми атаками. Весь правый борт корабля был уничтожен, взрыв,
вероятно вызванный попаданием в суб-варповый двигатель, уничтожил
надпалубные сооружения. Увидев открытое пространство, Шира резко
нырнула в него и приступила к маневру «бочка», двигаясь по спирали в
дыре эсминца. Хельдрейк снова скопировал маршрут «Сокола», поднимая
крылья в момент прохождения в проход, но, будучи крупнее корабля Ширы,
монстр не избежал столкновения. Его заостренные крылья врезались в
бронированные листы, выбив разноцветные искры из металла.
Взбешенный демонический механизм освободил свои крылья и продолжил
погоню. Количество ударов о корпус «Сокола» уменьшилось, что означало
приближение к краю астероидного поля. Слегка накренившись, чтобы
избежать очередного обломка, Шира, наконец, увидела Пифос, сине-
зеленый шар, болтающийся в океане тьмы. Хельдрейк также вырвался из
Адамантового поля, небольшие осколки ударялись об его корпус, словно
крылья рыбы-птицы по поверхности воды. Шира собралась свериться с
датчиками, чтобы узнать оставшееся расстояние до Пифоса, но ауспик, в
целях сбережения энергии, прекратил свою работу. Не запуская двигатель
на полную мощность, чтобы маневрировать между астероидами, но
понимая, что Хельдрейк вскоре нагонит ее, если она будет придерживаться
этой скорости, Шира направила «Сокол» прямо к поверхности планеты,
слегка увеличив скорость. Хельдрейк среагировал на действия «Сокола» и
последовал за Широй на полной скорости. Взмахи его крыльев создавали
воронку, замедляя скорость корабля имперского пилота. Не имея
соответствующего оборудования под рукой, Шира произвела в уме
необходимые вычисления. Если она будет придерживаться установленной
скорости, и гнусные хозяева демонического двигателя не увеличат его
скорость, Шира сможет сесть на поверхность раньше Хельдрейка.

Войдя в атмосферу планеты, корабль наполнился звуками сирены и


отблесками аварийных огней, означавших полное истощение двигателя.

766960.M41 / «Безжалостная смерть», Адамантовые поля, система


Пандоракс.

Малгар «Железная хватка» провел немало космических боев и


понимал, что этот – проигран. Стоя перед наблюдательными приборами на
мостике «Безжалостной смерти», Малгар следил за четвертой, последней
Битвой у Солнечного Разлома и понимал, что оказался на стороне
проигравшего. Обломки «Мощи Гурона» плавно плыли по воздуху.
Появившаяся боевая группа Темных Ангелов и Серых Рыцарей заставила
Корсаров отступить. Гибель крейсера класса «Резня» ознаменовала начало
разгрома флота Красных Корсаров. Корабли «Железной хватки» были не в
лучшем состоянии. «Бессердечный уничтожитель» попытался вступить в
бой с ударным крейсером Темных Ангелов, но три эсминца Серых
Рыцарей, класса «Охотник», которые находились в слепой зоне,
изрешетили корпус корабля вдоль и поперек. «Стальная Наковальня»
понесшая ощутимый урон после прибытия кораблей Космического Десанта
нанесла последний удар, уничтожив позвоночник «Бессердечного
уничтожителя» и вызвав катастрофические взрывы. Это был не первый раз,
когда «Железная хватка» проигрывал космические дуэли. Шестьсот лет
назад он вкусил горечь поражения под Кадией, по иронии проиграв флоту,
которым сейчас командовал. Приклонив колено перед Магистром войны в
обмен на свою жизнь, он, вскоре, был вознагражден: после убийства
бывшего адмирала Абаддона, Малгар получил его титул. Если он проиграет
сейчас, это будет его последний день в рядах Черного Легиона. Абаддон не
прощал ошибок. Если он и убежит, то ему и «Безжалостной смерти»
потребуется новый покровитель. Возможность обрести нового покровителя
вскоре предстала перед бывшим Белым Консулом.

- Господин «Железная Хватка». «Клинок Смерти» вызывает нас, -


сообщил по воксу облаченный в рясу аколит.

«Мощь Гурона» был единственным судном Красных Корсаров,


павшим в боях с Империумом. «Клинок Смерти» и его сестра-близнец
«Нет Спасения», а также разрозненные истребители и эсминцы Гурона
«Черное Сердце» все еще оставались грозной силой Хаоса.

- Переведи их на громкую связь, - ответил Малгар.

Еще два его корабля исчезли во вспышке света.

- Почти, «Железная хватка», почти. Победа была близка, но что мы


можем сделать против превратностей судьбы? Возможно, если бы Абаддон
поклонялся одному из Четырех, и этот один из Четырех благоволил ему,
флотилия Темных Ангелов ненадолго застряла бы в варпе. Или вышла в
другом месте. – Раздался издевательский голос Гурона.

В глубине души Малгар надеялся, что Корсар погиб на «Мощи


Гурона», но тот снова выжил, благодаря своей хитрости.

- День еще не полностью потерян, лорд «Черное Сердце».


«Безжалостная смерть» все еще функционирует, а корабли моего флота
возможно починить. Все они – в вашем распоряжении. – Малгар даже не
пытался скрыть желание спасти собственную шкуру.

Гурон рассмеялся.

- Мне нужно, чтобы ты прикрыл мой отход, «Железная Хватка». Кроме


того, твой корабль не сможет осуществить варп-прыжок.

- Я не понимаю, - ответил Малгар.


Но затем он увидел, что имел в виду повелитель Корсаров.

- «Клинок Смерти» готовит свои плазма-батареи! – крикнул один из


членов команды с множеством проводов на груди и голове.

- Перенаправить щиты, - приказал Малгар.

Флот Космического Десанта вел лобовые атаки на «Безжалостную


Смерть», и вся мощь щитов была сосредоточена в носовой части. Задняя
часть кораблей Хаоса оставалась уязвимой. Приказ Малгара прозвучал
слишком поздно. Пока команда и сервиторы отчаянно пытались
перенаправить энергию на защитное поле в хвостовой части корабля,
орудийные платформы ветерана Готической войны захлестнула волна
белого пламени. Струи сверх-нагретого водорода распространились по
незащищенной части корпуса корабля и поглотили его варп-двигатели.
«Безжалостная смерть» затряслась от множественных взрывов. Гурон снова
вышел на связь.

- Видишь, «Железная хватка»? Я не так уж и немилосерден.


Вспомогательные варп-двигатели твоего корабля – все еще
функционируют, и если ты поторопишься, то успеешь смыться на Пифос.
Уверен, Магистр войны будет рад тебя видеть.

Малгар был готов выкрикнуть проклятия, которые сотни лет назад


произнес один из колдунов Тысячи Сынов, но «Клинок Смерти» оборвал
связь. Позади «Безжалостной Смерти», оставшаяся часть флота Красных
Корсаров приготовилась к отступлению, пытаясь сохранить достаточную
дистанцию между ними и Гаей. Малгар на мгновение подумал последовать
за ними, чтобы вовлечь корабли Космического Десанта в битву с Гуроном,
но все его усилия будут напрасны. Красные Корсары уже набрали нужную
скорость, и «Безжалостная Смерть» превратится в уязвимую добычу для
Темных Ангелов. Вместо этого, он воспользовался советом Гурона.

- Всем судам. Двигаемся в Адамантовые поля. Мы отступаем к


Пифосу, - обратился Малгар к флоту.

Если он спасет оставшиеся суда Черного Легиона, возможно, Абаддон


будет более благосклонен ему. Если нет, он все еще сможет поторговаться
за свою жизнь. Не задавая лишних вопросов, члены команды забегали по
мостику, пытаясь повернуть судно. Корабль медленно развернулся и
направился к Пифосу. Как только флот Темных Ангелов стал приближаться
к группе выживших судов предателей, Малгар приказал ускориться.

- Господин «Железная хватка». Корабли флота, сэр. Они отделяются от


общего построения, - произнес один из членов команды, сидящий перед
ауспиков.

Его большие глаза были полностью черными, словно ночь. Малгар


стал с командного трона и подошел к оккулюс, чтобы самому убедиться в
происходящем. В центре ауспика мигала руна «Безжалостной Смерти» и
проложен курс к Адамантовым полям. За ней шло множество небольших
иконок. И большую часть экрана занимали красные значки вражеских
кораблей.

- Соедините меня с «Адской Злобой». Я хочу поговорить с Шангсяо


Цурмгреном, немедленно, - выкрикнул «Железная хватка».

- Они отклоняют запросы, господин, - произнес связист после


нескольких попыток выйти на связь с тяжелым крейсером предателей.

Руна «Адской Злобы» еще раз вспыхнула на экране, а затем исчезла.

- «Адская Злоба» только что совершила варп-прыжок, - произнес


черноглазый член команды.

Другие значки также стали поочередно исчезать, пока «Безжалостная


Смерть» не осталась сама по себе.

- Они бросили нас. Трусы сбежали, бросив нас, - зло произнес Малгар.

Оставшись наедине с вражеской флотилией, раненная «Безжалостная


Смерть» оказалась в безвыходном положении.

- Запустить все эскадрильи истребителей. Если они попытаются


вернуться до того, как мы окажемся в астероидном поле, пристрелите их.
Мгновения спустя на ауспике появилось множество мелких значков. В
ответ, Имперские суда выпустили своих истребителей. Корабль Малгара
постепенно приближался к Адамантовым полям. Новые взрывы вновь
заставили «Безжалостную Смерть» затрястись, когда более маневренные
суда Космического десанта оказались в радиусе попадания снарядов.
Освободившись от суицидальных пилотов Хаоса, завязших в битве с
Имперскими кораблями, боевые крейсера Космодесанта атаковали фланги
«Безжалостной смерти». «Железная хватка» понимал, что стрелковые
команды противника прощупывали оборону корабля, и следующие
выстрелы могут оказаться смертельными.

- Лево руля! – крикнул Малгар штурману.

Мутировавший здоровяк, крутанул древний штурвал, и корабль


повиновался команде. Люди хватались за все, что попадало под руку, чтобы
удержаться на палубе. Два ярких шара энергии пронеслись мимо, благодаря
маневру Малгара.

- Лево руля! – снова крикнул он.

Это был двойной блеф, один из приемов, который он использовал


много лет назад. Преследователи будут ожидать маневр уклонения, и
следующие выстрелы будут рассчитаны на то, что корабль Малгара
повернет вправо. Повторно поворачивая налево, Малгар не только избегал
их огня, но и отдалялся от кораблей Темных Ангелов, снижая
эффективность выстрелов. Корабль снова содрогнулся, и члены команды
попадали на палубу. Пока корабль регистрировал выстрел одного из
кораблей, орудия второго – произвели залп, и снаряд попал в кормовую
секцию «Безжалостной смерти». Корпус корабля содрогнулся от нового
взрыва, угрожая перевернуться, если бы не вовремя сработавшие
гравитационные компенсаторы. Бронированные ботинки Малагара
обрушились на палубу, он был единственным на борту, кто еще мог стоять
на своих ногах. Игнорируя повреждения, десантник-предатель выкрикивал
все новые и новые приказы.

- Штурман. Лево…- двойной удар по корпусу оборвал его крик, мостик


на мгновение погрузился во тьму, прежде чем сработали аварийные
системы.
Несмотря на темноту, Малгар увидел, что половина команды мертва.
Штурман повис на штурвале, его звериная голова раскололась на две
половины, от лба до шеи. Малгар давил тела, попадавшиеся на его пути к
штурвалу, когда очередной удар пошатнул корабль, и даже его
сверхчеловеческая сила и тяжесть доспеха не спасли «Железную хватку» от
падения. Оттолкнув труп одного из пилотов, десантник Хаоса поднялся на
ноги и оглядел мостик. То, что Малгар увидел в оккулюсе, заставило его
содрогнуться. В финальной стадии уничтожения беспомощного корабля
Хаоса, в пространстве появились ясные очертания носовой части
штурмового крейсера Космического Десанта. По бокам от него взрывались
истребители-смертники с «Безжалостной Смерти», наталкивающиеся на
защитные щиты Темных Ангелов или сбиваемые защитными батареями.
Движение на этом корабле привлекло взгляд Малгара, огромная турель
нацелилась прямо на мостик «Безжалостной Смерти». Когда
бомбардировочная пушка выстрелила, Малгар «Железная хватка», он же
Малгар Эрингрисп, бывший магистр флота Белых Консулов, наконец,
смирился с неизбежностью.

766960.M41 / Внешняя часть корабля, «Месть», блокада Пифоса,


система Пандоракс.

Кальдор Драйго вернулся в реальность, костлявая рука все еще крепко


держала его. Мгновение спустя, на дисплее его шлема зажглись руны и
значки, предупреждавшие об изменениях в температуре и давлении
доспеха. Были активированы встроенные резервы кислорода, и сквозь
броню прошла волна вибрации, когда его бронированный ботинки стали
автоматически притягиваться к поверхности. Где-то вдалеке возникла
вспышка от взрыва, вызвав автоматическое затемнение в визорах шлема,
защищавшее глаза. Когда угроза повреждения зрения миновала, Драйго,
наконец, понял, где он находится. Череда Имперских кораблей пронеслась
в черноте космоса, преследуя отступившие корабли Хаоса, последний из
смертников-истребителей был уничтожен одной из турелей. Блестели
звезды, и их свет отражался от корпусов левиафанов и собственной брони
верховного магистра. Дзи’ан-Ло телепортировал их обоих на корпус
«Мести». Выхватив «Меч Титана», Драйго рубанул по костлявой руке,
державшей его. Хватка ослабла и Серый Рыцарь, не останавливаясь, снова
нанес удар по руке принца демонов. Осколки лучевой и локтевой костей
разлетелись по бескрайним просторам космоса. Морда Дзи’ан-Ло
исказилась от ярости. Сжав костлявые пальцы в кулак, демон ударил
Драйго по голове. Серый Рыцарь вовремя среагировал, и удар пришелся на
его наплечник. Верховный магистр повернул к демону свой второй
наплечник, но его примагнитивающиеся ботинки не давали Драйго нанести
ответный удар. Полностью восстановившись, Драйго использовал обе руки,
чтобы нанести удар мечом в грудь, но его оружие было блокировано. В
мгновение ока раненная рука демона видоизменилась и превратилась в
костяной клинок. «Меч Титана» врезался в него, оба противника пытались
передавить друг друга, но огромная мощь принца демонов взяла верх.
Превозмогая силу притяжения, Драйго сделал два шага назад. Костяной
клинок Дзи’ан-Ло полоснул воздух там, где только что стоял Серый
Рыцарь, и воткнулся в корпус «Мести». Находясь слишком далеко, чтобы
воспользоваться оплошностью демона, Драйго воспользовался временной
передышкой для оценки окружающей обстановки. Корпус корабля тянулся
на километры в разные стороны и был усеян орудийными куполами и
сенсорными датчиками до самого носа судна. Единственным возвышением
была вышка связи. Ее металлический каркас тянулся вверх на десять
метров. Если бы вышка стояла на поверхности планеты, ее с полной
уверенностью можно было назвать огромной, но здесь ее размеры меркли
по сравнению с Имперскими кораблями и звездными телами. Для Кальдора
Драйго эта часть корабля была самой главной вещью во вселенной и его
шансом в этой битве с Дзи’ан-Ло. Перейдя на бег, Драйго ринулся в
сторону вышки, ритмично включая и выключая магнит на бронированных
ботинках. Освободив свою руку-меч, Дзи’ан-Ло оскалился и расправил
крылья, приготовившись преследовать Серого Рыцаря. Вскоре его ухмылка
сменилась раздражительной гримасой, когда демон понял, что, несмотря на
дары Нургла, он все еще подчиняется некоторым естественным законам.
Драйго понимал, что Дзи’ан-Ло перенес его сюда не только для того, чтобы
отдалить от братьев, но и сократить арсенал Верховного магистра. В
вакууме не слышен звук голоса, и истинное имя демона не сможет быть
использовано в качестве оружия, как и другие заклинания изгнания. Однако
вакуум был помехой и для принца демонов, так как отсутствие атмосферы
и гравитации делало его крылья бесполезными и давало Серому Рыцарю
некоторое преимущество.

Дзи’ан-Ло повернул голову и побежал за Драйго. Между


преследователем и его целью образовалось достаточно большое
расстояние, так как гигантский скелет не мог свободно передвигаться по
неустойчивой поверхности «Мести». И там, где Драйго использовал
магниты на ботинках, что позволяло ему не останавливаться на бегу,
демону приходилось каждый раз вонзать свои когтистые ноги в корпус
корабля. К тому времени, как Драйго достиг основания вышки, расстояние
между ним и демоном составляло двадцать метров. Находя уступы с
легкостью огрина во время охоты, Драйго взбирался на вершину башни.
Даже будучи облаченным в громоздкий терминаторский доспех, Драйго
практически достиг вершины к тому моменту, когда Дзи’ан-Ло только
достиг основания башни. Глядя на загнанного в угол космического
десантника, демон печально покачал головой. Все, чего добился Драйго, по
мнению демона, было лишь то, что он добрался до самой вершины башни,
откуда некуда было отступать. Даже не пытаясь преследовать его, принц
демонов начал разрушать башню, стараясь оторвать ее от поверхности
«Мести». Лишь тогда, когда тень Драйго стала увеличиваться, Дзи’ан-Ло
осознал, что сам попал в ловушку. Магниты на ступнях Серого Рыцаря,
неумолимо притягивали его к корпусу корабля. Драйго приземлился на
демона, меч – направлен кончиком вверх. С невероятной скоростью, нога
Верховного магистра соприкоснулась с ребрами Дзи’ан-Ло. Одновременно
с ударом ноги, Серый Рыцарь нанес удар мечом по шее демона. Опрокинув
огромного скелета на палубу, Драйго снова нанес удар «Мечом Титана».
Пройдя через спинной мозг, клинок отделил череп от остальной части тела.
Встав с тела поверженного противника, Драйго позволил останкам
отделиться от палубы и направиться в безграничные просторы космоса.
Верховный магистр подошел к голове принца демонов, рот которого
продолжал открываться, словно произнося молитвы. Слегка наклонившись,
Драйго смог разобрать слово «пожалуйста». Серый Рыцарь пнул голову
Дзи’ан-Ло, бесстрастно наблюдая, как та воспарила в бескрайнее
пространство и стала удаляться во тьму космоса. Он активировал вокс-
связь с «Серебряным Возмездием».

- Капитан Фишер, говорит Верховный магистр Драйго.


Телепортируйте меня обратно на «Месть».

Секунды спустя лидер Серых Рыцарей материализовался среди


Очистителей и Паладинов. Картина, представшая перед ним, несколько
отличалась от того, что он видел, перед тем как покинуть это место. Шум
битвы поутих, единственными звуками были шипения огнеметов,
поливавших струями прометия останки демонов. Портал закрылся, и на
нижних палубах воцарилась атмосфера относительного спокойствия.
Некоторые конструкции все еще несли на себе следы инородных тел, но
теперь, по крайней мере, их можно было отличить друг от друга. Палуба
наполнилась радостными голосами, когда Серые Рыцари увидели, что их
командир жив. Новость быстро распространилась по всему кораблю, и с
каждым радостным возгласом Драйго ощущал теплоту и искреннее
облегчение, исходящие от его братьев. Даже члены Крыла Смерти
уважительно кивали Верховному магистру. В его отсутствие на палубах
появились другие подразделения Темных Ангелов, и среди братьев из
первой роты можно было увидеть броню черного и зеленого цветов.
Заметив группу их троих человек, общавшихся в темном углу, Драйго снял
шлем и двинулся к ним. Один из воинов в синей броне, с
аугментированным глазом, кивнул Драйго, после чего дискуссия
прекратилась. Двое других Темных Ангелов - один в терминаторской броне
Крыла Смерти, другой в стихаре, с двумя черепами на пиках, украшающих
его ранец - повернулись, чтобы поприветствовать вновь пришедшего.

- Верховный магистр, - произнесла фигура в стихаре, висевший на


плече искусно сделанный комби-болтер соприкасался с его бедром.

Его броня была поцарапана, а на левом наплечнике виднелись следы


от удара цепным мечом. Рука десантника безвольно болталась, полоски
крови протянулись вниз от бедра. Он выглядел так, словно пережил
маленькую войну.

- Верховный магистр, - ответил Драйго.

- С братом Гавриилом ты уже встречался, это – брат Иезекииль из


библиариума, - произнес Азраил, показывая бронированной перчаткой на
облаченного в синюю броню Темного Ангела.

- Рад встрече, брат Иезекииль. Твоя репутация идет впереди тебя, -


мягко отозвался Драйго.

Грубый аугментированный глаз зажужжал, фиксируя лицо Верховного


магистра Серых Рыцарей.

- Как и ваша, лорд Драйго, - ответил Иезекииль, его взгляд на


мгновение встретился с взглядом Азраила, и на лице мелькнуло подобие
улыбки.
- Судя по твоему виду, твоим оружейникам и апотекариям предстоит
тяжелая работа, - произнес Драйго. – Неожиданные неприятности?

- Неприятности никогда не бывают неожиданными, брат. Хотя я думал,


что источник этих повреждений давно мертв.

Драйго на мгновение подумал о том, чтобы попытаться узнать больше


информации, но понял, что его усилия будут напрасны. Даже у секретов
Темных Ангелов есть свои собственные секреты.

- А что с тобой, брат? – продолжил Азраил. – На тебе также видны


отметины боя. Гавриил поведал мне, что принц демонов решил присвоить
тебя в качестве трофея.

Драйго бросил взгляд на поврежденный наплечник, на который указал


Азраил. До этого, он не обращал на него внимание. Идеальный отпечаток
кулака гиганта застыл на пластине брони.

- Я знал, что мой оппонент может быть жив, но все же надеялся, что он
давно мертв, - произнес Драйго, повторив прием Азраила, дабы избежать
ненужных вопросов. – Хотя, этот враг исчез, а день завершился нашей
победой. Серые Рыцари благодарны тебе и твоим братьям за…
своевременное вмешательство.

- Битва за систему Пандоракс может и выиграна, но война за Пифос


только началась, - произнес Азраил, принимая благодарность Драйго. –
Уверен, тебе и твоим братьям еще не раз представится возможность
почтить обязательства перед нами.

Несмотря на то, что это не было сказано вслух, Азраил намекал, что
теперь Серые Рыцари обязаны Темным Ангелам. Не желая провоцировать
конфликт, Драйго откланялся и поспешил присоединиться к своим братьям.

766960.M41 / Красный Шесть. Верхние слои атмосферы, Пифос.

Для тех, кто все еще оставался в живых на поверхности Пифоса,


летящее тело казалось метеоритом, попавшим в атмосферу планеты. Шире
Хаген, находившейся в кабине безжизненного «Сокола», казалось, что она
заточена в крематории. Ее летный костюм начал плавиться, некоторые
части одежды показывали все признаки начала возгорания. Во рту было
сухо, голова плохо соображала из-за недостатка влаги и гравитации. Плюс
ко всему за ней неотрывно следовал Хельдрейк, его мощные крылья были
уже совсем рядом. Вспоминая то, что она выучила в первый день летной
практики, и, добавив к этому знания, полученные за годы пребывания в
корабельных барах, Шира боролась с силами, прижимавшими ее спину к
креслу, пытаясь выбраться наружу. Наконец ей удалось приоткрыть окно и
вытащить руку наружу. Она выругалась и резко одернула обожженную
руку, корпус корабля был настолько раскален, что металл с трудом
выдерживал такую температуру. Натянув рукав на обожженную ладонь, она
снова попыталась вылезти из кабины, но раскаленный металл снова не
позволил ей это сделать, все, чего она добилась – было возгорание ее
рукавов. Потушив рукав о бедро, Шира стала искать выход из сложившейся
ситуации. В противном случае, ее ожидало две судьбы: аварийное
приземление без шансов выжить или смерть в демоническом пламени.
Вокруг нее валялись бесполезные инструменты. И лишь одна вещь давала
шанс на спасение. Вспоминая то, что она выучила во второй день практики
и никогда ни с кем это не обсуждала, Шира попыталась сделать
невозможное. Она опустила руку вниз под сиденье и нащупала выступ на
верхушке рычага. Пластик вершины рычага был раскален добела, и его
структура начала плавиться под воздействием сильного жара, но он все еще
был работоспособен, а самое главное – соединен с закрылками. «Сокол»
был одним из вариантов штурмовика типа «Гром», приспособленный для
полетов в космосе, и их системы управления были идентичны. Руль
управления в хвосте корабля был абсолютно бесполезной вещью в данной
ситуации (хотя, если бы генератор был в строю, Шира могла бы им
воспользоваться), как и катапультируемое кресло с парашютом (опять же,
он бы сильно облегчил Шире жизнь). Однако на «Соколе» все еще
оставалась спасительная нить, гидравлические закрылки. Шира узнала, как
их правильно применять при «жаркой» посадке, от инструктора. В редких
случаях, когда Имперскому судну приходилось совершать быстрый варп-
прыжок, всем истребителям нужно было срочно вернуться на корабль,
совершая посадку на полной скорости. «Жаркую» посадку. Эта практика
сопровождалась риском, и даже опытные пилоты обнаруживали, что их
истребитель сталкивался с другим истребителем. Одним из способов
снизить степень риска, которому учил Ширу ее наставник, было
использование закрылок при приземлении. В теории, этот прием должен
был затормозить корабль, используя добавочное сопротивление. Несмотря
на то, что это было давно, и Шира еще никогда не использовала этот прием
в реальных боевых действиях, она решила ухватиться за эту соломинку.
Оглянувшись назад, Шира увидела устрашающую форму Хельдрейка не
более чем в ста метрах позади нее, с каждым взмахом крыльев монстр
наращивал скорость. В течение нескольких секунд она окажется в зоне
поражения, и тот жар, который она испытывала в настоящий момент,
покажется Шире самым прохладным днем на Фенрисе. В следующий
момент кабину накрыла белой пеленой, а от корпуса «Сокола» стали
подниматься испарения. Шира попала в облако.

- Дерьмо, - процедила Шира, изумившись звуком собственного голоса.


– Ближе к земле, чем я думала.

Облака разошлись в стороны, и перед Широй раскинулись изумрудно-


коричневые джунгли, готовые принять ее в смертельные объятья. Борясь с
силой гравитации, она наклонила голову вперед. Хельдрейк открыл пасть,
искры пламени уже стали появляться на кончике его языка. Сейчас или
никогда. Шира с силой надавила на рычаг, вывихнув при этом плечо.
Девушка вскрикнула, и ее тело снова вдавило в сиденье, когда сработали
закрылки. Ребра стали сжиматься, а из носа пошла кровь. Ей потребовались
все силы, чтобы не упасть в обморок. Почувствовав огненное дыхание
Хельдрейка, Шира подняла голову и увидела над собой огромную черную
фигуру. Тварь издала рев разочарования. Шира поняла, что ей не избежать
столкновение с стволами деревьев. Закрыв глаза, пока ветки и листва
стучались о стекло кабины пилота, Шира почувствовала несколько ударов
по корпусу и крыльям. Она закрыла лицо руками, молясь Богу-императору
и готовясь к неминуемой смерти. Однако случилось то, чего она явно не
ожидала. Вместо глухого звука, смеси метала и частей тела, последовал
скрежет, сопровождаемый испарениями, поднимавшимися с корпуса
«Сокола». Все еще не веря, что она выжила, Шира медленно открыла глаза.
Она с трудом могла разобрать, что происходило снаружи из-за
поврежденного и почерневшего стекла, но она могла слышать и
чувствовать затекание воды в трещины боевой машины. Каким-то чудом,
либо из-за божественного вмешательства, ей повезло упасть в океан. Или,
судя по цвету и запаху жидкости, правильнее было бы назвать это место
болотом. Попытавшись высвободиться из ремней безопасности, Шира
поняла, что механизм также был поврежден из-за перегрева. Она вытащила
нож и обрезала лямки ремней. Она снова попыталась открыть створку
окошка в уже прохладной кабине, но снова потерпела неудачу. Даже поддев
ее ножом, Шира не смогла добиться желаемого эффекта. Используя свою не
травмированную руку, девушка надавила на раму, надеясь, сто сможет
выдавить ее наружу. И снова ее попытки закончились неудачей. Уровень
воды поднимался, достигнув ее колен, и Шира поняла, что эта самая вода,
которая заглушила боль от ожогов, вскоре наполнит ее легкие, и она умрет.
Она еще пару раз ударила по крыше кабины, но, ничего не добившись,
Шира заревела. Это было нечестно. Она выжила в битве, ускользнув от
Хельдрейка, и смогла посадить неуправляемый истребитель-перехватчик
на поверхность планеты, но все ее усилия были напрасны, и, в качестве
награды, Шире предстояло умереть в этом болоте. Ее плач превратился в
смех, когда она осознала жестокую иронию сложившейся ситуации. Новый
шум заставил Ширу замолчать. Девушка услышала чьи-то шаги рядом с
«Соколом». Без предупреждения бронированная перчатка пробила стекло
кабины пилота, осколки посыпались прямо на Ширу. Рука схватилась за
раму и, сделав два рывка, отделила кабину пилота от остальной части
«Сокола». В мгновение ока Шира оказалась в черной, мутной воде, и ее
первым инстинктом было желание выплыть на поверхность, но огромная
рука схватила ее за пояс и вытащила наружу прежде, чем она успела что-то
сделать. Ширу упала на землю и стала откашливаться, выплевывая тину.
Теперь она могла отдаленно слышать голоса, так как уши все еще были
наполнены водой. Девушка попыталась открыть глаза, но яркий солнечный
свет заставил ее снова закрыть их. Она снова попыталась открыть их, в этот
раз прикрываясь рукой. Над ней возвышались две фигуры. Первая была
стройной и мускулистой и, несмотря на короткие волосы, это, похоже, была
женщина. Второй – был гигантом с огромными наплечниками и ранцем,
что указывало на его принадлежность к Адептус Астартес. Шира
инстинктивно потянулась к ножу на ремне, но обнаружила, что оставила
его в кабине. Женщина сделала шаг вперед и наклонилась к лежащему
пилоту. Теперь Шира смогла отчетливо разглядеть темнокожую женщину в
зеленом жилете, камуфляжных брюках, с ножом на поясе. Она говорила
спокойным, но властным голосом.

- Я – Тзула Дигриз из самого святейшего Ордо Императора, - заявила


она. – Твоего спасителя зовут Эпиметий, и я уверена, ты уже догадалась,
что он – космический десантник. Очень полезный, хотя и немногословен.

Эпиметий шагнул вперед, Шира смогла отчетливо разглядеть зелень,


покрывавшая его броню серебряного цвета. Она не смогла определить
Орден ее спасителя.

- А что насчет тебя? – спросила Тзула. – Могу предположить, что ты


пилот флота, а твоя форма, похоже, видала и лучшие времена.

Шира моргнула. Ее глаза постепенно привыкали к свету, а мозг –


переваривал полученную информацию.

- Я – Шира. Шира Хаген. Пилот первого класса, приписана к боевому


кораблю Имперского Флота «Месть».

На мгновение она задумалась.

- По крайней мере, была. Не знаю, выжила ли «Месть», или нет.

Тзула протянула ей свою руку, по локоть замененную грубой


аугментикой. Шира ухватилась за нее и встала на ноги.

- Ну что ж, Шира Хаген, - произнесла Тзула, разворачиваясь, чтобы


последовать за Эпиметием, направившимся в джунгли. – Добро пожаловать
на Пифос.
Глава 10

785960.M41 / Крепость Терменос. 1,328 километров от горы


Олимпакс, Пифос.

Снаряд «Адского молота» врезался в грудь демона, пройдя насквозь и


разнеся верхнюю часть тела твари на куски. Несколько мгновений остатки
все еще стояли на месте, не желая признавать свою смерть, а затем упали в
горящую вторую половину тела. Наступавшие демоны проигнорировали
это убийство, армия Нерожденных неумолимо двигалась ко входу в
укрепление.

- Перезарядка! Перезарядка! – орал Страйк со своего командного


кресла.
Трое вымазанных катаканца ринулись выполнять его команду, один
управлял механизмом открытия затвора, двое других заряжали огромный
снаряд в паз орудия. Они делали это автоматически, годы тренировок
давали о себе знать. Вынужденный отступить с Олимпакса, сто
восемьдесят третий разделился на четыре части. Пехотинцы и несколько
боеспособных машин расползлись по основному континенту Пифос
Прайм, те, кто летел на «Валькириях», а также оставшиеся боевые корабли
двинулись в сторону дальних континентов и островов. Страйк с небольшой
группой танкистов, инквизитор, космический десантник и ксенос
направились к Твердыне Хана – одному из крупнейших укреплений,
остававшихся в руках катаканцев и вмещавшему почти две сотни бойцов.
Путь занял почти тридцать дней, и им пришлось проходить через густые
джунгли и болота, отбиваясь от крупных хищников, желавших заполучить
сверхтяжелый танк в качестве добычи. К концу их пути на корпусе танка
красовались три огромных черепа хищных противников. Прибыв в
Твердыню Хана, они обнаружили склеп. Изувеченные тела встречались на
всем пути к огромному шахтному комплексу, некоторые висели на
деревянных балках, другие просто валялись на дороге. Неделями ранее
Твердыня Хана оборонялась от штурмовиков Абаддона, и сражение
завершилось победой Имперских войск, но сейчас остались лишь мертвые
и изувеченные тела защитников крепости, а сама Твердыня представляла
собой тлеющие развалины. На связь со Страйком вышли другие катаканцы,
и теперь «Адский клинок» медленно продвигался меж деревьями и
кустарниками в сторону крепости Терменос, удаленным, но удобным в
обороне укреплением на юге Пифоса Прайм. Танк Страйка превратился в
подобие передвижного командного центра и одновременно самое
устрашающее орудие в этой войне. Со всех уголков планеты поступали
доклады от разрозненных отрядов катаканцев. Дюжина бойцов засели в
Хайпике, двенадцать мужчин и женщин обороняли почти тысячу жизней,
три Валькирии нашли пристанище на горе Близард, вторым крупнейшим
укреплением на планете, находящимся теперь под защитой пятидесяти
катаканцев с воздушной поддержкой; тридцать солдат из Дьявольской
бригады месяц добирались до пещерных укреплений на плато Глазер. Танк
был не просто транспортным средством, но символом непокорности
Пифоса. Даже его название, «Бич предателей», данное грозной машиной
после исхода из Олимпакса, говорило о непоколебимости катаканцев. На
всем пути его следования по джунглям к танку присоединялись беженцы и
остатки катаканцев, вокс-операторы работали на пределах своих
возможностей, пытаясь обнаружить выживших. К моменту, когда Страйк и
его команда вышли к крепости Терменос, позади них шагало более двух
сотен катаканцев и беженцев. Война должна была начаться с рассветом.
Ведя бойцов к удаленной базе, Страйк составил план партизанской войны.
Небольшие команды катаканцев нападали на вражеские патрули из
укрытий, а затем быстро скрывались в джунглях, невидимые для
агрессоров. Войска Абаддона пытались подстроиться под тактику
катаканцев, посылая большие отряды, но снижая при этом количество
патрулей, что давало катаканцам возможность выбирать другие цели.
Словно фантомы, они действовали во вражеском тылу, уничтожая запасы
ГСМ, боеприпасы и запасы амуниции. Здесь не было места великим
победам, которые займут место в анналах истории, но именно эти
небольшие акты саботажа и сопротивления составляли доктрину
партизанской войны катаканцев. Бойцы отчаянно тянули время до
возможного прибытия подкреплений. Несмотря на небольшие успехи, три
вещи все еще мешали Страйку вести полномасштабную партизанскую
войну. Помехи в связи, возникавшие либо ввиду механического, либо
колдовского воздействия, делали связь да длинные расстояния
невозможной. У шахтеров с Пифоса была своя собственная сеть
коммуникаций, но она работала на коротко волновых частотах, это
означало, что укрепления в шахтах действовали как передаточные станции,
передавая сообщения от одной станции к другой, пока последняя не
передавала информацию получателю. Прошло почти полгода с того
момента, как Бриджстоун эвакуировал технику, и с того момента никто из
оставшихся катаканцев его не видел. Противник не использовал против них
технику, и это говорило о том, что корабли не были захвачены. Отсутствие
командора подсказывало Страйку, что тот, вместе со своим драгоценным
грузом, стал добычей одного из крупных морских хищников. Отсутствие
бронированных подкреплений сводило на нет амбициозные планы Страйка
по контратаке сил Хаоса, а возможность противника быстро пополнять
свои боевые подразделение и вовсе ставил под вопрос выживание
защитников Пифоса. Штурм Олимпакса оказался возможен из-за появления
армий из варпа и нехватки разведданных для того, чтобы организовать
полноценную оборону или организованную эвакуацию. В таком крупном
городе-улье, как Атика, ячейки подпольщиков все еще могли осуществлять
свою деятельность, независимо от количества войск оккупантов. Страйк
лично знал о наличии, по крайней мере, шести катаканцев, ведущих
партизанскую войну в улье, однако, как и в случае Бриджстоуна, он не
обладал информацией об их статусе. Ввиду увеличившегося за месяцы
количества демонов, Тзула и Эпиметий решили вернуться в Атику, чтобы
хотя бы сдержать поток тварей. Информацию, которую они смогли бы
собрать, стала бы огромным вкладом в дело сопротивления, однако боевые
навыки как инквизитора, так и космического десантника, стали
незаменимым оружием катаканцев после отступления из Олимпакса.
Страйк был против их ухода, но кто смог бы противиться воле
представителей священного Ордо и Адептус Астартес? Эта парочка
практически не разлучалась после волшебного появления Эпиметия за
стенами горной крепости. Ни молчаливый космический десантник, ни
инквизитор, не собирались ничего объяснять полковнику. Однако, даже
невооруженным взглядом, можно было заметить некоторую связь между
ними, словно бронированный гигант был личным телохранителем Тзулы.
Все, что могли делать Страйк и его люди в данной ситуации – удерживать
оборону Терменоса. Абаддон перестал обращать свое внимание на крупные
города и крепости и просто атаковал все, что движется. Будь то группы
катаканцев или беженцы. Магистр Хаоса раз за разом уничтожал поселения
Пифоса, и захват Терменоса был лишь вопросом времени. И, наконец, это
время настало. Глухой стук пушки «Адского молота» вибрацией отдавался
по всему командному отделению, звукоподавители и глушители отдачи,
установленные К’сии, снижали уровень звука до умеренного уровня.
Джокаэро остался с катаканцами и в данный момент бегал вокруг кабины,
проверяя коробки с инструментами и устанавливая новые приспособления.
Несмотря на все его усовершенствования, для него танк все еще был далек
от совершенства. Все больше переносящих болезни монстров прибывало к
крепости. Они практически не реагировали на урон от лазружий
катаканцев и милиции, ведущих огонь из укрытий за валунами и
баррикадами рядом со входом. Вместе с демонами шагали и
бронированные гиганты, Черный Легион и не поддающиеся
идентификации предатели в броне багрового цвета, использовавшие
рогатый тварей для защиты своей пропитанной варпом плоти.
Беспорядочный болтерный огонь заставил защитников человечества искать
укрытие, позволяя арьергарду Хаоса занимать все новые земли. Приказав
своей команде держаться до последнего, Страйк ждал, пока первая линия
демонов с прогнившей плотью попадет в радиус поражения орудийных
систем «Адского молота». Когда они оказались в зоне огня, он отдал
короткий приказ:

- Огонь из всех орудий.

Огнеметы и тяжелые болтеры стерли с лица земли банды циклопов,


смерть которых сопровождалась истошными визгами умирающих демонов.
Лазпушки и авто-пушки били по Астартес-предателям, отбрасывая их назад
и оставляя несколько тел безжизненно лежать на баррикадах. На время
справившись с подавляющим огнем противника, катаканцы и местное
ополчение выскочили из укрытия и принялись добивать тех, кто был ранен
снарядами танка. Но даже раненные демоны представляли для них
реальную угрозу, размахивая зараженными мечами, плавящими плоть при
соприкосновении с человеческими конечностями. Один такой демон убил
девятерых человек, прежде чем умереть от множественных ран. Наблюдая
в прицел пушки за полем боя, Страйк увидел, что Астартес-предатели
снова начали движение, аккуратно передвигаясь от валуна к валуну, пока
люди были заняты добиванием тварей варпа, которые упорно отказывались
умирать.

- Вперед, - приказал он, закрывая люк и возвращаясь в командирское


кресло.

Тамзариан развернул танк, стоявший позади скалистой стены, и


машина понеслась вниз, прямо к наступающему противнику. Катаканцы и
ополченцы разбегались в разные стороны от убийственной машины,
которая, в свою очередь, давила тела демоном своими широкими
гусеницами. Для команды внутри танка казалось, что танк двигался крайне
медленно, отмечая прогресс продвижения хрустом костей демонов.
Улучшения К’сии не просто касались орудий и брони танка.
Адаптирующаяся термическая камера сгорания типа «Фаэтон»
подпитывающая танк энергией, была улучшена и перенастроена так, что
когда Тамзариан включил ее на плоской поверхности Терменоса, «Адский
молот» в считанные минуты набрал скорость в сто семьдесят километров в
час. Останавливаясь в пятнадцати метрах от новой линии фронта, командир
орудийного расчета активировал орудие «Разрушитель» в первый раз за все
время битвы. Оружие, используемое для уничтожения крепостных стен,
прекрасно подходило для уничтожения валунов, за которыми прятались
предатели. Каменные осколки, части тела и брони подлетали в воздух, пыль
и шрапнель окутали спуск. Прикрываясь командной машиной, защитники
Терменоса, продолжили обстрел предателей, заставляя тех прятаться за
укрытиями, дабы те не смогли подавить пехоту катаканцев огнем
крупнокалиберных орудий. Будучи ветераном, Страйк смог различить шум,
доносившийся в промежутках между пушечными выстрелами.
- Прекратить огонь, - приказал он к удивлению стрелков.

Крупнокалиберные орудия замолчали, как и вспомогательные


оружейные системы. Теперь полковник ясно слышал слабый, но
узнаваемый звук двигателя. Он попытался рассмотреть источник шума с
помощью прицельных систем танка, но не смог. В итоге ему пришлось
слегка высунуть голову наружу. Пехота не прекращала вести огонь,
поэтому предатели все еще прятались за укрытиями. Звук двигателя
нарастал. Когда Страйк повернул голову на юго-запад, он смог увидеть сам
источник. Закрыв за собой люк, Страйк уселся на командное кресло.

- Вражеские бомбардировщики на два часа. Всего три, плюс эскорт, -


произнес он.

Все прекрасно понимали внезапно возникшую угрозу. Вся верхняя


часть корпуса танка представляла собой мишень, в которую было просто
невозможно не попасть, их шансы на выживание сводились к нулю.

- И что мне делать, вашу мать, – тихо выругался Страйк.

Неужели все, что они сделали, было зазря?

Численность противника была слишком мала для захвата крепости, и


десантники-предатели явно не желали лезть под пули. Неожиданно
раздался скрежет, и турель быстро и под четким углом развернулась к
летящим целям. Экран командира стрелков заполнился значками, и,
благодаря улучшениям К’сии, орудие мгновенно захватило цель.

- Цель захвачена, - произнес стрелок, оборачиваясь к полковнику.

- Стрелять по готовности, - скомандовал Страйк.

Стрелок без колебаний нажал на красную кнопку, шум вылетающего


снаряда эхом отразился от стен командного отсека. Один из крупных
значков часто замигал.

- Попадание, шеф. Мы сделали это! – с энтузиазмом крикнул стрелок.

Однако радость длилась не долго.


- Они разделяются.

Сердце Страйка екнуло. Если бы враг двигался в составе группы, у


них был бы шанс уничтожить сразу два бомбардировщика. Если даже они
скорректируют правильный угол, им, в лучшем случае, удастся сбить
только одну машину. Не дожидаясь приказа, командир стрелков и К’сии
захватили еще одну цель. В этот раз Страйк просто кивнул. Если последний
бомбардировщик промахнется, у них появится шанс. Однако оставался
открытым вопрос с эскортом, и вражеские пилоты обязательно не упустят
момент попрактиковаться в стрельбе по крупным мишеням. Танк слегка
затрясло, когда очередной снаряд вырвался из орудия.

- Еще одно попадание, шеф, - произнес стрелок.

К всеобщему удивлению он добавил:

- Другой бомбардировщик также уничтожен. И истребители. Они


исчезли с экрана.

Не дожидаясь подтверждения от К’сии по поводу функционирования


систем, Страйк откинул люк, чтобы видеть полную картинку.
Воодушевленные крики его людей и ополчения подтвердили, что они не
превратились в груду дымящихся обломков. Теперь небо наполнилось
новым звуком двигателей. Более шумные и быстрые, пять боевых кораблей
пронеслись прямо над Страйком, и он смог отчетливо увидеть их
маркировку. Полковник испытал облегчение, наблюдая как четыре
истребителя развернулись для нанесения удара по Астартес-предателям,
засевших в укрытиях. Последний истребитель, похожий на миниатюрный
храм, набрав высоту, развернулся на сто восемьдесят градусов и полетел по
спирали к краю холма. Скрывавшиеся там предатели покинули укрытие,
обрыв позволил им ускориться по направлению к джунглям. Резко набрав
высоту в последний момент, черный истребитель, находясь на высоте пять
метров, разрядил всю обойму в убегающего противника. Эффект отличался
от того, что представлял себе Страйк. Большое количество предателей,
добежав до конца склона, на мгновение застыли, словно время
остановилось, сковав их в одном месте. Постепенно они снова начали
набирать скорость, но убежать им не удалось, четыре истребителя
поддержки развернулись и уничтожили львиную долю предателей.
Несколько Астартес Хаоса смогли избежать гнева новых союзников
катаканцев, и были уже совсем близко к подлеску. Страйк уже собирался
приказать своим людям преследовать их, когда теневая часть джунглей
озарилась вспышкой и, в мгновение ока, десять фигур в терминаторских
доспехах материализовались прямо между деревьями. В следующее
мгновение их штурмовые болтеры разорвали оставшихся ренегатов на
части. Ошарашенный тем, что произошло прямо на его глазах, Страйк не
сразу понял, что его вокс-оператор Укларис тянет полковника за штанину.
Страйк опустил взгляд вниз, всматриваясь в темноту командного центра.
Потный Уклариус пытался протянуть полковнику наушники портативного
вокс-передатчика.

- Что там, Укларис? – спросил Страйк, его внимание все еще было
частично сосредоточено на бронированных фигурах внизу склона,
внимательно осматривавших мертвые тела предателей.

- Вас вызывают, шеф. Говорят, что они – Темные Ангелы, и их


командир, лорд Азраил, желает говорить с Вами.

787960.M41 / Улей Атика, Пифос.

Григор Миттел, хотя его уже давно так никто не называл, нес руду.
Красный Пифосийский кристалл становился все темнее и темнее, кровь
Григора стекала на него там, где острые края резали руки человека. Григор
не чувствовал болт, так как давно уже привык к ней. Позади Григора
выстроилась вереница людей, также несших кристаллы, держа их перед
собой на вытянутых руках. Никто из них не разговаривал, никто из них не
смотрел никуда, кроме как вперед, никто из них не думал ни о чем, кроме
драгоценного груза, которые они, по приказу, таскали из шахты в город.
Город. То ли это место, где он однажды жил? Окрестности казались ему
знакомы, но он ничего не помнил об этом. Человек, шедший впереди него,
упал. Вес руды оказался слишком тяжел для него. Григор остановился,
переступил через мужчину и двинулся дальше. Остановка. Работа.
Переноска. Лишь три эти вещи помнил Григор. Шум сверху привлек его
внимание, и он увидел две бронированные фигуры, идущие к упавшему
человеку. Другие также взирали на двух гигантов, которые, подойдя к
мужчине, схватили его и бросили в сторону. Рука несчастного оторвалась
от плоти, один из гигантов захохотал и бросил конечность прямо на тело.
Григор не чувствовал страха, несмотря на этот ужасающий смех, потому
как позабыл это чувство. Он вообще ничего не чувствовал. Женщина,
выполнявшая мелкую работу у края дороги, на отдалении от шахты,
подошла к Григору и взяла в руки кусок руды. Ее одежды были грязными, а
на голове образовались колтуны, но Григор не замечал этого. Григор не
различал ни грязи, ни слипшихся волос, ни небо, ни цвета вокруг. Когда
женщина поднимала булыжник, ее глаза на короткое мгновение
встретились с глазами Григора и в них, на мгновение, мелькнуло что-то,
похожее на узнавание. Но это длилось всего лишь мгновение, а затем
женщина снова повернулась по направлению к городу. По команде одного
из бронированных воинов Григор и другие двинулись дальше, неся руду к
ждущим их транспортникам. Проходя под аркой, отмечавшей место, где
заканчивалась шахта, и начинался город, Григор заметил движение на
каменистых стенах. Так же, как и в случае с женщиной, он лишь на
мгновение задержал взгляд, а затем снова двинулся дальше. Тзула,
Эпиметий и Шира наблюдали за процессией чумных зомби с края
скалистых оснований улья Атика. Лицо пилота флота стало угрюмым после
того, как оба ее компаньона помешали ей спуститься вниз и «выбить
дерьмо» из двух Чумных десантников, которые так бесцеремонно
обошлись с трупом старика.

- Когда ты наконец поймешь, что эти люди уже давно мертвы? –


прошипела Тзула, когда последние зомби и их хозяева прошли мимо. – Мы
не можем спасти их, Шира. Смирись с этим.

Они передвигались в тени улья Атика уже две недели, медленно


перемещаясь к сердцу города, который теперь был больше похож на
населенный пункт где-то в Оке Ужаса, чем на место, раньше
принадлежащее Империуму человечества. Когда Эпиметий и Тзула ушли
из Терменоса несколько месяцев назад, они не планировали брать с собой
кого-то еще. Но когда «Сокол» Ширы рухнул в болота в полукилометре от
места, где они разбили лагерь, Тзула убедила Эпиметия спасти пилота, и
теперь их было трое. Безрассудная и упертая, словно «Адский клинок», она
сразу завоевала симпатию Тзулы. Шира доказала свою полезность на пути
в Атику, продемонстрировав превосходное владение лаз-пистолетом,
уложив группу культистов, встретившихся им на пути. Однако отсутствие у
девушки терпения слегка омрачало общую картину. В отличие от
Эпиметия, чье терпение было безгранично. Они прибыли в Атику месяц
назад, но Серый Рыцарь настаивал на детальном изучении окрестностей
города, с целью обнаружения наилучшего места проникновения и
минимизации рисков. Случайно обнаружив трубопровод, уходящий в
океан, в нескольких километрах на востоке от улья, они решили
пробираться в улей через нескончаемый поток грязи и отходов. Когда
троица, наконец, дошла до места назначения, Эпиметий настоял, чтобы они
ждали три дня, пока он собирает информацию о вражеских патрулях.
Выбравшись из трубопровода, даже спертый, трупный воздух казался раем
для Тзулы и Ширы. Несмотря на все время, проведенное вместе, Тзула
практически ничего не узнала о древнем космическом десантнике. Чтобы
сократить время изучения истории последних десяти тысяч лет, Тзула
позволила Эпиметию проникнуть в ее разум и получить компактный объем
необходимой информации. Взамен он не предоставил ничего. Через день
после встречи с Широй инквизитор использовала специальную технику
считывания информации из головы девушки, не позволяя той обнаружить
проникновение в ее сознание. Лишь один раз ей удалось получить от него
ответ на вопрос, воевал ли он во время Ереси Гора, и тогда он слегка
прикрыл глаза и коротко кивнул.

- Я знаю, но я чувствую себя бесполезной, скрываясь в тенях. Неужели


мы ничего не можем сделать? – Шира все еще была одета в летный костюм,
но с некоторыми изменениями в районе ног и рукавов из-за жаркого
климата Пифоса. На теле и ногах девушки можно было увидеть следы
рубцов, а ее шея все еще переживала процесс заживления. На поясе
свободно висел ремень, сбоку – кобура с лазпистолетом, на другом боку –
шлем, похожий на голову хищника.

- Мы действуем, - откликнулся шепотом Эпиметий, все это время


хранивший молчание.

Хотя Шира и участвовала в разговорах Тзулы и Эпиметия, это был


первый раз, когда космический десантник обратился к ней напрямую.

- Мы разузнаем, что здесь произошло и покончим с этим. – В словах


сквозила напряженность, но голос был спокойным.

Он не мог упрекать женщин, понимая их желание хоть чем-то помочь


ему.
- Думаешь, они просто добывают руду? – С того момента, как они
прибыли в Атику, Тзула пыталась понять, зачем жители добывают
пифосийские кристаллы.

Существовало множество примеров миров-кузниц, попавших под


влияние Хаоса и продолжавших, после этого, производить оружие, но у
большинства обращенных было либо свое оружие, либо взятое у мертвых
имперских гвардейцев. Тзула полагала, что сопротивление Страйка было
настолько успешным, что армии Абаддона понадобилось пополнение
боеприпасов и оружия, которое они могли получить после переработки
местного сырья. Эта мысль успокаивала ее и позволяла хоть немного
поспать.

- Я знаю, что это не просто операция по добыче руды. Город был


построен над Подземельем Проклятых. Портал, через который демоны
могут попадать в реальное пространство, где-то под нами.

Тзула ошарашено уставилась на десантника.

- Ты знал о местонахождении Подземелья Проклятых и только сейчас


решил поделиться со мной? Когда ты узнал?

- Моя память избирательна, и я знал, где это место, когда в первый раз
вышел из комы.

- Ты был в коме? – произнесла Шира, лицо которой было похоже на


лицо ребенка, наблюдавшего за спорящими родителями.

Эпиметий и Тзула одновременно повернулись к ней, их взгляд


подсказывал Шире, что она должна помалкивать следующие несколько
минут.

- Просто, ты никогда не говорил мне об этом… - подобострастно


добавила она.

- Если ты знал об этом, когда проснулся, почему не сказал Страйку?


Он мог бы организовать штурм. – Тзула старалась сохранять спокойствие.
- Какими бы храбрецами не были люди полковника, они не
представляют реальной угрозы для Абаддона и его армии. Партизанская
война Страйка – оптимальный курс действий, пока мы ждем подкреплений.
Даже если катаканцы прорвутся к Подземелью, они не смогут его
запечатать.

- А мы?

Эпиметий указал на кинжал на поясе Тзулы. Она опустила свою


искусственную руку на рукоять оружия.

- Нож…

- Этот нож имеет еще большую ценность, чем ты можешь себе


представить, Тзула Дигриз. Я прочитал твои мысли, и даже твои
значительные познания – всего лишь толика всего, что известно о кинжале.
Его сила безгранична, возможно, самая величайшая из его способностей –
перемещение между мирами, но самое главное – разрушающие силы этого
артефакта. И они могут оказаться как в правильных руках. – Он сделал
паузу. – Так и в неправильных.

- Корпулакс говорил что-то об Адском Камне. Что-то типа «он значит


все для людей».

- Если бы Чумным Десантникам удалось бы воткнуть нож в этот


камень, угроза Пифосу возросла бы в сотню раз. Благодаря твоим
действиям, мы все еще стоим и разговариваем на этой земле. И именно
благодаря этому, Страйк может вести боевые действия в джунглях.

Тзула улыбнулась.

- Это моя работа.

- Храни его подальше от Архиврага.

- Если только мы сами не угодим здесь в ловушку.

- Я сомневаюсь, что Абаддон начнет поиски у себя под носом.


Тзула фыркнула.

- Ты все еще не ответил на мой первоначальный вопрос. Почему ты


все еще не обнаружил местонахождения Подземелья Проклятых?

На древнем лице космического десантника отразилось выражение,


которое Тзула могла бы интерпретировать как стыд. Он снял с пояса шлем
и одел его на голову. Хотя все его облачение все еще носило зеленоватый
оттенок, шлем был полностью очищен от зелени и вновь обрел свой
оригинальный серебристый цвет.

- Я никогда не думал, что кто-то будет настолько глуп, чтобы основать


на нем город, - признался он.

- Но Страйк говорил тебе, что демоны, захватившие Олимпакс,


пришли отсюда.

- Как я уже сказал, - произнес он, вставая на ноги. – Я не думал, что


кто-то будет настолько глуп, чтобы построить здесь город.

Эпиметий прошагал мимо Ширы к выступу, ведущему ко входу в


шахту. Пилот сидела, раскрыв рот, и пыталась переработать необъемлемый
для нее объем информации.

- А ты, - произнесла Тзула, направив палец бионической руки в ее


сторону. – Забудь все, что слышала.

788960.M41 / Зона высадки Темных Ангелов. 1,013 километров


южнее от горы Олимпакс, Пифос.

Полковник Страйк спустился по рампе «Бича предателей» и


направился к лэндрейдеру, охраняемому двенадцатью облаченными в
зеленую броню космическими десантниками. Они стояли, не двигаясь,
пока Страйк сокращал дистанцию между танком и лордом Азраилом.
Прошло три дня с момента высадки сил Темных Ангелов, и все это время
Страйк получил массу докладов с укреплений по всему Пифосу об их
освобождении Темными Ангелами. Практически во всех уголках планеты
присутствовали войска Темных ангелов и, судя по масштабу боевых
действий, по мнению Страйка, на планету высадился весь Орден. Огромное
количество техники, летательных аппаратов, тяжелых орудий и пехоты,
присутствовавшее на просторных равнинах Пифос Прайм, лишь
подтверждало этот факт. «Громовые Ястребы» включили тормозные
двигательные установки, замедляя свой полет. Из них выгружались боевые
отделения космических десантников, после чего корабли возвращались
обратно на орбиту. В некотором отдалении от лэндрейдера Азраила, две
фигуры с серво-руками за спиной, технодесантники, кропотливо трудились,
стоя рядом с приземлившейся десантной капсулы. Пробормотав
соответствующую молитву и введя коды, технодесантники открыли
створки капсулы, внутри которой обнаружился массивный корпус
дредноута. Машина выступила вперед и, после небольшой проверки,
направилась к двоим своим собратьям, уже прошедшим эти процедуры.
Сержанты спокойно отдавали приказы своим отделениям, прежде чем те
загружались в «Носороги» или садились на мотоциклы, чтобы затем
приступить к выполнению миссии. Их сопровождали танки и лэндспидеры.
Суборбитальные реактивные истребители класса «Нефилим» взмывали
высоко в небо, выстраиваясь в оборонительный порядок. Вдалеке раздался
громкий удар, и Страйк резко остановился, развернувшись на пятках, он
увидел грибовидное облако в семи ста километрах вдалеке. Орбитальные
бомбардировки стали частым явлением с прибытием космических
десантников. Бомбовые удары были нацелены на скопления демонов, в этот
раз бомбардировка происходила достаточно близко от места, где находился
Страйк. Никто из почетной стражи не обратил на это внимание, застыв
словно статуи. Мгновения спустя подул ветер, колыша ветки деревьев и
заросли кустарников. Ветер был холодным, он тут же высушил места на
руках, где присутствовали скопления потовых капель, и Страйк вернулся к
реальности. Он шел на встречу с самим магистром Ордена Темных
Ангелов, последователей одного из величайших легионов времени Ереси
Гора, и ему приходилось идти на такую встречу в порванных штанах и
заляпанном кровью жилете. Когда полковник подошел к посадочной рампе
лэндрейдера, он немного успокоился, увидев, что лорд Азраил также
прибывает не в лучшем состоянии: его броня была покорежена, а некогда
красивый плащ – порван и заляпан грязью. Полковник остановился,
ожидая, пока глава Ордена закончит переговоры с другим космическим
десантником. Ожидание показалось катаканцу целой вечностью, его взгляд
метался от значков на гололитическом экране к космическому десантнику.
Наконец, Азраил обратил внимание на полковника и прервал разговор.
- Полковник Страйк, - произнес Азраил, на его лице появилась
формальная улыбка. – Наконец-то я имею честь встретиться с героем
Пифоса.

Стоявшие позади катаканца два отделения Темных Ангелов синхронно


сомкнули ряды и приступили к выполнению своих обязанностей.

- Мой господин, в этом нет необходимости, - ответил Страйк.

- Это не так. Если бы не вы и ваши люди, нам нечего было бы


освобождать. – Слово взял другой космический десантник, и Страйк в
первый раз обратил внимание, что цвет его брони отличался от зеленых
цветов брони лорда Азраила.

Мало того, что броня незнакомца была терминаторским доспехом


тактического дредноута, ее цвет был серебристым, а сама броня – покрыта
свитками из пергамента и печатями чистоты. Но не только броня отличала
воина от остальных. Что в этом десантнике заставляла Страйка чувствовать
себя некомфортно, подобное чувство он испытывал в присутствии
астропата инквизитора Диналта. Был ли этот воин библиарием? Страйк уже
видел Темных Ангелов в зеленой, черной и белой броне, возможно
псайкеры Космического Десанта носят серебристую броню для
подчеркивания их ранга?

- Это магистр Драйго, - произнес Азраил.

- Верховный магистр Драйго, - поправил воин.

- Конечно, - ответил Азриал.

Несмотря на пробел в знаниях о космических десантниках, Страйк


хорошо разбирался в людях. И он чувствовал, что Азраил и Драйго были не
только из разных Орденов, но и не питали друг к другу симпатии.

- Достаточно комплиментов. Лорд Драйго и я собираемся вернуться на


орбиту и координировать освобождение Пифоса, и я хочу, чтобы вы
последовали с нами, как представитель командования Имперской Гвардии,
которая высадится на поверхность в течение нескольких часов.
- Я польщен, господа, но я – всего лишь полковник. Уверен, найдутся
офицеры званием старше, чем мое. – Произнес Страйк, ошарашенный
новым назначением.

- Их сотни, - ответил Азраил. – Но никто из них не знает методы


ведения войны в джунглях и местный ландшафт. До сегодняшнего дня это
была только ваша война, Страйк. Я не вижу причины менять текущее
положение дел.

Страйк обдумал свой ответ.

- Могу я отступить от протокола, господа? – произнес он, голос


полковника слегка выдавал нервозность катаканца.

- Конечно. Откровенность – та черта, которую больше всего уважают


Темные Ангелы, - ответил Азраил, смягчив жесткие черты лица.

- Со всем уважением, мой опыт и знания больше понадобятся здесь, -


произнес Страйк. – Если на орбите есть и другие боевые офицеры, я прошу
вас передать командование с орбиты им. Мое место здесь, с моими людьми.

Лицо Драйго помрачнело, он был не из тех людей, кому говорили


«нет». Азраил, в свою очередь, отнесся с пониманием к желанию Страйка.

- Ваше желание принято к сведению, и мы уважаем его. Мои боевые


братья, воевавшие с вашими людьми, слышали множество рассказов про
ваше мужество и смекалку, если хотя бы половина из них - правда, я буду
рад видеть вас в первых рядах освободителей Пифоса.

- Это большая честь для меня, господин. Однако, нам тоже помогали.

- Вы имеете в виду инквизитора Диналта? Именно он послал нам


сигнал бедствия. Я полагаю, он мертв, в противном случае он был бы здесь,
с вами, – произнес Драйго.

Страйк улыбнулся, услышав слова верховного магистра. Все-таки


старания Мака были не напрасны.
- Да, мой господин, - произнес Страйк, в первый раз заметив букву «I»
на броне гиганта. – Одна из его помощниц оказалась предателем и завела
инквизитора в ловушку. Она тоже мертва вместе с большей частью его
свиты. Другая помощница инквизитора Диналта, Тзула, все еще жива. По
крайней мере, когда я видел ее последний раз.

Полковник не стал упоминать К’сии. Он оставил оружейного гения в


Терменосе, решив для начала выяснить отношение Темных Ангелов к
ксеносам.

- Космодесантник тоже жив, - добавил Страйк.

Драйго и Азраил повернулись друг к другу, и их глаза встретились.

- Космический десантник? Что за космический десантник? – спросил


Драйго, переключившись на Страйка.

- Он появился как раз, когда мы отступали из Олимпакса. Уложил


демона голыми руками и исчез. Я думал, что он был послан сюда для
разведки ситуации перед прибытием флота.

- Мы двинулись к Пандоракс, как только получили сигнал бедствия.


Мы- авангард освободительных сил, - произнес Драйго.

- Этот космический десантник? – спросил Азраил. – Какого цвета была


его броня?

Драйго с подозрением взглянул на Темного Ангела.

- Она была зеленой. Как ваша, но темнее, - сказал Страйк, указывая на


броню Азраила. – Но это был мох и остатки листьев, прилипнувшие к
броне. Там где мох и трава отвалились проглядывала серебристая броня,
как ваша.

Теперь он указывал на Драйго.

- Она была той же формы и размера, но более старая. Этот десантник


словно сошел с фресок Имперского собора.
- Как его звали? Из какого он Ордена? – последний вопрос Азраил
задал более спокойным тоном.

- Я практически не разговаривал с ним, господин, и на его броне не


было никаких знаков различия или символов. В те дни он разговаривал
только с Тзулой. Я слышал, как она называла его «Эпиметий».

На мгновение на лице Драйго возникло выражение шока. Азраил


заметил это.

- Благодарим вас, полковник Страйк, и за информацию, и за ваши


усилия по обороне Пифоса. Идите и ведите своих людей в битву, - произнес
Драйго.

Страйку показалось, что верховный магистр хочет поскорее отправить


его куда-нибудь, чтобы полковник не наговорил лишнего о загадочном
десантнике. Однако Страйк сказал все, что знал. Полковник поклонился
десантникам, укоряя себя за то, что не сделал это первый раз. Он уже
собирался выходить, как снова нашел в себе смелость и обратился к
магистрам:

- Господа, могу ли я сказать еще кое-что?

Оба космических десантника внимательно посмотрели на него.

- Вы сказали, что полки Имперской Гвардии скоро высадятся на


планету, так? – спросил полковник.

- Это так, - произнес Азраил. – Три полка, выживших в пустотной


войне. А также двенадцать полков кадианцев на подходе к системе.

- Могу ли я попросить, чтобы вновь прибывшие подкрепления


оставались на орбите еще несколько дней?

- Надеюсь, у вас есть какой-то план, - ответил Азраил.

- Путешествие через варп плохо влияет на человека, даже солдата


Имперской Гвардии. Им нужно время, чтобы привыкнуть к обстановке. Их
тело будет готовы, но не души. – У Страйка были свои верования, но, по
опыту, они мало отличались от верований других полков.

Некоторые полки состояли из солдат, не росших на мирах смерти. Их


психика не была настолько устойчивой, чтобы по прибытии посылать их в
битву.

- Если понадобятся силы для выполнения конкретных миссий, я с


удовольствием пошлю моих людей.

- Я наблюдал подобный феномен у людей, которые сражались со мной


в прошлом, - произнес Азраил. – Если ваши люди смогут справиться с
задачей, я – не против. Что-нибудь еще?

- Еще одна вещь, лорд Азраил. Не мог бы флот просканировать океаны


Пифоса?

- Я так понимаю, что и на это у вас есть объяснение, полковник?


Просветите меня.

Страйк на мгновение отвернулся, чтобы стереть пот со лба.


Повернувшись к магистрам, он продолжил.

- Год назад я послал механизированную бригаду на задание по морю,


но до сих пор не слышал от них никаких вестей.
Глава 11

801960.M41 / Подулей. Атика, Пифос.

Шира проснулась в одном из шахтерских бараков и потянулась, воздев


руки вверх. После недельного ползания на животе и коленях по тоннелям,
обнаружение убежища стало вполне приятным событием, и даже Тзула,
казалось, рада наконец-то обрести что-то похожее на кров. Сухпайки,
взятые ими в Терменосе, были израсходованы недели назад, а пища,
которую они добыли в городе-улье – заканчивалась. В убежище
обнаружились склады с провизией и обработанным зерном, еще годным к
использованию. Опустив руки и изогнувшись несколько раз, Шира приняла
из рук Тзулы тарелку с каким-то неизвестным фруктом. Эпиметий стоял
рядом с единственным окном в строении, позицией, которую он почти не
покидал со дня обнаружения убежища. Внутри и снаружи было темно,
естественный свет не проникал в тоннели под ульем, стоявший в
помещении фонарь был потушен, чтобы не привлекать внимание
противника. Шира предположила, что улучшенное зрение космического
десантника позволяло ему видеть все, что он хотел увидеть.

- На что ты смотришь? – спросила она, проследив за взглядом


Эпиметия.

Несмотря на то, что они находились в звукоизолированном


помещении, Шира старалась говорить шепотом.

- Патрули, - произнес Эпиметий, не отрывая взгляд. – Приблизительно


через две минуты двое охранников пройдут вдоль тоннелей,
расположенных рядом с бараками. Тридцать секунд они будут в пределах
видимости, и следующий раз они появятся здесь только через час. Как
только охранники пройдут, мы двинемся дальше к следующему убежищу,
которое я обнаружил вчера.

Эпиметий дважды покидал барак, оба раза сразу как только Чумные
Десантники проходили мимо.

- Ты думаешь, этот тоннель ведет в Подземелье? – спросила Тзула,


отпив из своей фляги.

Затем она передала ее Шире. Пилот отказалась, вместо этого выпив


сок, оставшийся на тарелке.

- Никто из культистов не появлялся здесь с момента нашего спуска, а


патрули здесь появляются намного чаще, чем у других тоннелей. Чумных
зомби ведут вглубь тоннелей, но я ни разу не видел, чтобы кто-то
возвращался оттуда, - произнес Серый Рыцарь.

- Но подземелье – одно большое скопление демонов, и, к счастью, мы


не сталкивались ни с одним из них. Там должно быть что-то еще. Что-то,
что они защищают, - предположила Тзула.
- Если это так, мы узнаем что это и найдем способ это уничтожить.

Хотя, вначале, их обмен сообщениями сложно было назвать общением,


постепенно продвигаясь, вглубь Атики, Эпиметий стал больше общаться с
обеими женщинами. Всего лишь неделей ранее он никогда бы не
проинформировал их о следующем убежище еще до начала выдвижения, а
уж тем более не стал бы обсуждать с ними свои мысли. Он просто двигался
дальше, ожидая, что Тзула и Шира слепо последуют за ним. Они знали о
риске, даже Шира, которой Тзула рассказала о ноже в отсутствие Эпиметия.
Если бы их обнаружил патруль, они даже не смогли бы их убить.
Обнаружив исчезновение стражи, предатели-Астартес ринутся в тоннели, и
нож будет отобран. Медленное, спокойное перемещение было правильной
стратегией, и Шира приняла такое развитие событий, хотя все еще с трудом
могла сдерживаться, чтобы не ускоряться в своих передвижениях.

Эпиметий поднял руку вверх, приказывая своим спутницам замолчать.


Тзула замерла. Шира аккуратно выгнула шею, чтобы видеть происходящее.
Два тускло коричневых огонька перемещались вдоль тоннеля, постепенно
увеличиваясь по мере приближения стражи. Освещаемые огнем факелов,
прикрученных сверху стволов болтеров, двое десантников прошли мимо.
Их броня порождала эхо при каждом шаге гигантов. Даже в тусклом сиянии
Шира смогла разглядеть черты десантников Хаоса. Она видела много
вещей, которые старалась забыть после бегства с «Мести», но количество
кошмаров, с каждым днем, становилось все больше. Словно превратившись
в камень, три фигуры замерли, прислушиваясь к эху удаляющихся шагов.
Когда шум шагов утих, Эпиметий опустил руку.

- Пошли, - произнес он.

Они двигались осторожно, стоя друг за другом. Первый в очереди


делал два шага вперед, стараясь не наступать на булыжники, чтобы не
издавать шум, затем давал знак следующему. Этот человек проходил
вперед, останавливался и давал знак последнему члену группы. В итоге,
тот, кто был в конце группы, оказывался в начале. Так повторялось до тех
пор, пока они не достигали конечного пункта назначения. Укрытие,
выбранное Эпиметием, находилось в пятидесяти метрах от убежища
шахтеров. Шира непроизвольно поежилась. Изменения, которые она внесла
в летный костюм, были необходимы для выживания в джунглях, но,
находясь под землей, она уже начала жалеть об этом. Но холод, по крайней
мере, постоянно держал ее в напряжении. Или, по крайней мере, ей так
казалось. Подойдя к месту, где уже находились Тзула и Эпиметий, она
сделала несколько шагов вперед. Она опустила глаза вниз, чтобы видеть
препятствия, встречавшиеся у нее на пути. Сделав шаг вперед, Шира ясно
увидела носок своего ботинка. Слишком поздно она поняла, что наступила
на луч света. Подняв голову, она на мгновение оказалась ослеплена светом
факельного огня. Свет был настолько ярким, что девушка не смогла понять,
кто держит этот факел. Но Шира могла поставить все, что угодно, на то, что
перед ней стоит десантник-предатель.

+Не двигайся, и чтобы не случилось, не вытаскивай оружие + голос


Эпиметия, раздавшийся у нее в голове, вызвал у девушки удушье. +
Контролируй свое дыхание, и даже если он смотрит прямо на тебя, не
двигайся и не беги. +

Шира не могла понять, что пугало ее больше всего:


тяжеловооруженный враг, направлявшийся к ней, или голос Эпиметия,
раздававшийся у нее в голове. Владелец зараженного болтера с
прикрученным факелом оказался Чумным десантником. По мере его
приближения, Шира боролась со своими рвотными рефлексами, особенно,
когда смрад, исходящий от последователя Бога чумы, стал почти
нестерпимым. Мухи кружили над ним, словно живое облако, и когда
десантник, не видящий Ширу, проходил мимо девушки, пара насекомых
приземлилась на открытую плоть пилота. Когда Чумной десантник прошел
мимо, Шира стала ждать звук выстрела при обнаружении ее товарищей.

+Стой спокойно. Не двигайся, пока я не скажу. +

Шира, не представляла, как долго она стояла в проходе. Лязг брони


стих по мере удаления десантника-предателя, и через несколько минут она
снова услышала голос Эпиметия. На этот раз он говорил, не используя
телепатию.

- Чисто.

Шира сделала широкий выдох, частично от облегчения, частично из-за


долгой задержки дыхания. Она повернулась к своим товарищам, которые
осторожно двигались к ней. Эпиметий поднял руку, и Шира увидела, что
она светится синим сиянием.

- Спасибо, - прошептала она.

От щек космического десантника исходили пары холодного воздуха, а


из ноздрей начала вытекать темная жидкость.

- Ты – начала Шира.

Эпиметий приложил палец к верхней губе, убрав струйку крови,


стекавшую вниз.

- Спасибо, Шира, - произнес он, перед тем как двинуться дальше.

808960.M41 / Под-улей. Атика, Пифос.

Тзула потеряла счет времени, находясь под землей. Наверху время


можно было определять по ночным и дневным циклам, солнечный свет
проникал через трещины в строениях, поврежденных при первом штурме.
Сейчас она не могла сказать наверняка какое сейчас время суток.
Инквизитор не могла сказать даже дату. Еду и пищу также было проще
добывать наверху. В заброшенных жилых кварталах и точках общепита
хранились запасы еды, большинство из них были годны к потреблению.
Тзула и Шира смогли несколько раз пополнить свои запасы. Воды также
было в достатке, в отличие от шахт, где им приходилось полагаться на
периодические потоки воды, поступавшие с поверхности. Инквизитора
беспокоило влияние Хаоса на эти источники, но у них не было выбора.
Тзула просыпалась по несколько раз за ночь, чтобы проверить, не
появились ли символы или шрамы на ногах и руках, а также чесала голову,
проверяя наличие рогов. К счастью для нее и Ширы, Эпиметий не
нуждался в базовых потребностях, кроме воды, которую, он пил каждые
четыре часа. Он был космическим десантником, который, если верить его
словам (а Тзула ни на секунду не сомневалась в них), десять тысяч лет
охранял Пифос, пока не была сорвана последняя печать портала в варп. Эта
мысль иногда давала ей повод думать, что ему вовсе не требуется воздух,
чтобы дышать.
- Что-то происходит внизу, - произнес Серый Рыцарь.

Они находились за пределами шахт, в новой секции тоннелей, где


чумные зомби орудовали своими грубыми инструментами, освещаемые
пламенем жаровен и подобиями светильников. Высоко над поверхностью
пещеры, на краю системы тоннелей, уходящей на сотни метров к
основанию горы, троица могла слышать эхо тысячи молотков,
расширяющих тоннель, в который уже мог пройти целый титан. Рабы
трудились без отдыха. Тзула периодически поднималась наверх, чтобы
разведать обстановку, и каждый раз замечала, что никто из них не
прекращал свою работу. Она заметила, что Эпиметий сконцентрировал
внимание на группе людей. Они зашли из бокового прохода и дожидались
группу Чумных десантников, направлявшихся к ним с другой стороны. Они
конвоировали пленника, который пытался извиваться в цепких руках
десантников-предателей. За ними шла толпа чумных зомби, сжимавших
кирки и другие инструменты. Новые рабы для улучшения эффективности
работы. На лице Тзулы появилась зловещая улыбка, когда она разглядела,
кто шел во главе десантников Хаоса.

- Корпулакс, - процедила она сквозь зубы.

Шира вопросительно уставилась на инквизитора.

- Он убил моего господина и очень хорошего друга, - произнесла она. –


Из-за одного из его агентов я лишилась руки.

Она подняла вверх свой протез.

Шира понимающе кивнула.

- Что они делают? – спросила она.

Крики корчащегося пленника становились все громче, соперничая со


звуком, издаваемым инструментами, стучащими по стенам пещеры. Он
упал на колени, но его мольбы не были услышаны. Охранники бросили его
на землю, сгустки крови с его разбитого лица разлетались по всему полу,
пока его тащили с Корпулаксу. Люди в рясах окружили пленника и начали
бормотать заклинания. Звук исходил издалека и был почти не различим, но
Шира заткнула уши обеими руками, чтобы не слышать богохульную речь.
Тзула почувствовала приступ рвоты, но не отвернула взгляд, она знала, что
произойдет дальше. Песнопение поутихло, когда структура скелета
пленника начала меняться, превращаясь во что-то новое. Шира
отвернулась.

- Что они делают с ним? – спросила пилот, перебарывая приступ


рвоты.

- Связь, - произнес Эпиметий. – Так последователи Чумного бога


общаются на дальних расстояниях. Они преобразуют плоть в голем того, с
кем они хотят говорить и общаются с ним напрямую, без помощи астропата
или колдуна.

- С кем разговаривает Корпулакс? С Абаддоном? – спросила Тзула.

- Не знаю. Возможно с другими предателями, судя по форме голема, но


они говорят слишком тихо, даже для моего улучшенного слуха, плюс их
слова заглушает стук молотков.

- Разве ты не можешь использовать свои психические способности? –


спросила Шира.

- Это не так просто. Люди в рясах – колдуны. Не настолько сильные,


чтобы обнаружить мое присутствие, но им хватит сил, чтобы почувствовать
мое проникновение в варп.

- Нет способа все-таки услышать их? – спросила Тзула.

- Подойти ближе и стать напротив них? Нет.

Тзула оказалась застигнута врасплох ответом Эпиметия. Она первый


раз услышала от него что-то, похожее на сарказм, и ей не нужно было
использовать психические силы, чтобы понять, что он также нервничает.

- Значит, мы будем сидеть здесь и ждать? Сколько мы еще должны


прятаться в тенях? – раздраженно произнесла она.

Эпиметий развернулся к ней, от его спокойствия не осталось и следа,


он уже собирался гневно нависнуть над Тзулой, но передумал. Десантник
уставился за плечо инквизитора.

- А где Шира?

Шира спускалась к боковому входу в тоннель, периодически


останавливаясь, чтобы пропустить процессию чумных зомби, проходящих
мимо. Поравнявшись с мертвецами, она заняла место в их строю, при этом
пытаясь подражать их мимике и походке. Ее одежда была порвана и
покрыта слизью, она не мылась уже около месяца, и ее дыхание было
таким же зловонным, как запах прометия. Она идеально вписывалась в
ряды рабов-зомби. Пробиваясь к середине толпы, Шира выхватила кирку у
одного из зомби. Он на мгновение остановился, а те, кто шел за ним,
быстро нашли обходной маршрут. Зомби уставился на свои пустые ладони,
затем на своих собратьев, проходящих мимо. Простояв еще несколько
мгновений, мертвец двинулся дальше.

Когда мертвецы достигли шахты, масса распалась, рабы направились к


свободным рабочим участкам. Шира присоединилась к группе,
направившейся к необработанной секции в нескольких метрах от
Корпулакса и кожного голема. Она надеялась, что таким образом сможет
услышать переговоры десантников Хаоса. Пилот практически достигла
места назначения, когда один из колдунов, с почти оранжевой кожей и
гнилыми зубами, повернулся к ней и уставился на Ширу взглядом своих
мертвых глаз.

- Она выдаст нас, - прошептал Эпиметий.

Тзула и десантник беспомощно уставились на безбашенного пилота,


орудовавшего киркой в массе тел. На какое-то мгновение казалось, что все
идет по плану, пока один из колдунов Корпулакса не стал проявлять к
девушке нездоровый интерес.

- Я защищу ее.

Тзула никогда не была марионеткой колдунов, но имела представление


о процессе. Могущественные колдуны практиковали манипулирование
сосудом, в котором концентрировалась их психическая сила. Получив
контроль над телом, псайкер мог слышать, видеть и чувствовать все, что
чувствовал, слышал и видел манипулируемый объект. Это был очень
опасный процесс. Некоторые умирали или сходили с ума. Те, кто
переживал это, теряли часть себя.

- Но если ты используешь свой дар, ты выдашь нас, - произнесла


Тзула.

- Если я этого не сделаю, тот колдун поймет, что Шира притворяется.


Эти чумные зомби кем-то контролируются. Их тела пусты, а действия
происходят по велению высших сил. Если я защищу ее, колдун не сможет
обнаружить ее сигнатуру в варпе и примет ее за часть орды. Я не
гарантирую, что это сработает, но если я ничего не сделаю, ее схватят в
считанные секунды. А потом и нас.

- Тзула почувствовала, как температура под ее ногами упала. Изо рта


Эпиметия пошел холодный пар, когда он попытался убрать сигнатуру
Ширы из варпа.

Шира не запаниковала, когда желтые глаза колдуна уставились на нее.


Мутант принюхался, словно хищник, ищущий запах крови, но не прекратил
песнопение. Остальные колдуны не обращали на него внимание, их глаза
были сфокусированы на големе. В будущем, Шира так и не смогла
вспомнить, что произошло за те шесть минут, когда пилота буквально
вырвали из ее жизни. Она утратила контроль над своим телом, последнее,
что она помнила, были слова Эпиметия.

+ Скоро все закончится +

Культист Давиникус Ликаэ, стоявший слева от Корпулакса, стал


отвлекать его. Хотя он продолжал произносить заклинания, необходимые
для связи с Гуроном Черное Сердце, колдун повернулся к рабам. Один из
них привлек внимание культиста, и Корпулакс уже был готов прервать
связь, чтобы разобраться с наглецом, когда колдун снова сфокусировался на
выполняемой задаче.

- Магистр войны доверяет мне, Повелитель Чумы. Почему ты не


разделяешь его веру? – спросил голем Гурона.

Корпулакс издал чавкающий звук.


- Единственный, в кого я верю – Великий Нургл, а не пират,
разменивающий свою преданность, исходя из наиболее благоприятной
ситуации.

- Сейчас я предан Абаддону. Я уже доказал ему свою верность и


продолжаю делать это.

- Ах да. Конечно. Кабал, который ты внедрил в Имперский Флот,


вызвал наших демонических союзников. Скажи мне Черное Сердце, как ты
смог провернуть эту авантюру прямо перед носом противника?

- Как ты правильно заметил, Повелитель Чумы, я – пират. Захват


кораблей – мое преимущество. Снабженческое судно вряд ли бы привлекло
внимание, так как оно снабжает флот полками Имперской Гвардии.

- Такое количество псайкеров на борту не могло не привлечь внимание.


Весь библиарий Темных Ангелов в полном составе высадился на Пифос, а
крейсер Серых Рыцарей патрулирует орбиту.

- Абаддон призвал мой кабал, так как знает о его мощи. Они не только
вызвали Нерожденных, но и замаскировали свое присутствие свое
присутствие в варпе. Имперский Флот настолько огромен, что никто не
заметит отсутствие судна, пока поток подразделений не иссякнет.

Корпулакс с восхищением взглянул на командира Корсаров.

- Все, что я прошу – яд, который ты можешь предоставить, -


продолжил Гурон. – У меня есть множество кандидатов.

- Первая партия почти готова и будет у тебя через неделю.


Производство проходит даже быстрее, чем я ожидал. И я перераспределил
рабов для работ в шахте.

- Подземелье Проклятых еще не открыто?

- Ты выполнишь свою часть сделки, Черное Сердце. И как только флот


будет уничтожен, подземелье будет открыто, а узник выпущен наружу.

- Надеюсь, это так, Чумной Лорд.


- А я надеюсь, господин Абаддон прибьет тебя, когда узнает, что ты
хочешь занять его место.

Голем усмехнулся.

- Всему свое время, Повелитель Чумы. Всему свое время.

Культисты перестали бормотать заклинания, и голем распался,


забрызгав стены и пол шахты кровавыми ошметками. Чумный десантники,
сопровождавшие Корпулакса, направилась туда, откуда пришли, оставляя
троих исполинов сторожить рабов. Повелитель Чумы, сопровождаемый
культистами в рясах, вернулся ко входу и остановился, пропуская колдунов.
Когда последний из них, тот, кто почти раскусил Ширу, достиг дверного
проема, Корпулакс положил свою скелетообразную руку на плечо человека,
превратив его в пыль. Как и Эпиметий, Тзула могла все слышать и видеть
ушами и глазами Ширы. Инквизитор знала, что психические способности
космического десантника уникальны, но умение управлять человеком на
расстоянии с помощью телепатической связи делало его одним из самых
могущественных псайкеров Империума. Хотя инквизитор и предпочел бы
не слышать всего того, что слышала Эпиметий и Шира. Темные Ангелы.
Серые Рыцари. Здесь, на Пифосе Часть ее сознания испытывала облегчение
от этих новостей, другая часть радовалась, что усилия Лайела были не
напрасны. Она видела, как слишком большое количество хороших людей
умирало, зазря потратив свои силы. Победа Лайела может и была
незначительной, и не будет воспета в преданиях, но его старания
способствовали освобождению планеты и защите ножа от Архиврага, и это
стоило того. Но все это не будет иметь значения, если они не вытащат
Ширу.

Трое Чумных десантников прохаживались рядом с рабами, раздутые


пальцы лежали на спусковом крючке их зараженных болтеров. Чумные
зомби монотонно стучали кирками о стены подземелья, никуда не отходя со
своих рабочих мест. Единственными, кто двигался, были зомби,
перевозившие мусор, чтобы он не мешал работать другим рабам. У Тзулы
возникла идея.

+Будь готов вытащить ее оттуда,+ послала она сигнал Эпиметию.


Она подняла с земли камень величиной с кулак и показала его Серому
Рыцарю. Не ослабляя концентрацию, Эпиметий кивнул в знак понимания.
Тзула на мгновение задумалась, действительно ли он понял ее план или
просто прочитал ее мысли. Прицелившись, она отвела руку назад и
бросила камень в рабочих. В свои ранние годы инквизитор развивала
навыки езды на зверях и постоянно улучшала физические данные, активно
занимаясь спортом. Гимнастика была ее коньком, именно она помогла ей
быстро подняться по воровской лестнице до самых высот, а также делала ее
популярной среди мужчин. Навыки Тзулы по метанию ядра не были
исключением, и, перед тем как заняться своей воровской карьерой, она
отвергла несколько предложений по участию в профессиональных
турнирах. Инквизитор не часто практиковала этот навык, будучи протеже
Диналта, но, к счастью для Ширы, мускульная память Тзулы сработала на
все сто. Попав в горку камней, импровизированный снаряд вызвал их
падение прямо на головы ничего не подозревавших рабов. Никто из других
зомби не среагировал на внезапное событие, продолжив свою неустанную
и монотонную деятельность. Тзула знала, что инцидент совсем ненадолго
отвлечет Чумных десантников, но это было не важно. К тому времени, как
они извлекут кирки из-под завала и передадут их незанятым зомби, Шира
будет в безопасности в боковой части тоннеля.

820960.M41 / Поля Смерти. Тринадцать километров к югу от


Атики, Пифос.

Эпиметий обещал Тзуле ответы, как только они выберутся из города-


улья, и сейчас, пока он стоял на страже их лагеря, а Шира разделывала
тушку животного ,пойманного ими днем, Тзула решила получить их. Их
побег из Атики был таким же быстрым, как и их проникновение. Чтобы
внести сумятицу в ряды противника, троица устранила целую группу
культистов, спрятав их так, чтобы тела были найдены сразу после того, как
Тзула, Шира и Эпиметий покинут город. Имея доказательства
проникновения за стены Атики, противник уменьшит количество патрулей
в джунглях, что даст имперским агентам возможность вернуться к
позициям верных Империуму сил. Разведданные, которые они собрали,
могли изменить обстановку, и поэтому должны быть переданы Страйку и
космическим десантникам как можно скорее. Полковник все еще полагал,
что население Атики укрылось в пещерах, но на самом деле все они были
мертвы, превратившись в зомби для служения своим новым хозяевам.
Подземелье Проклятых располагалось в этих самых тоннелях, но они не
смогут подобраться к нему в одиночку. Планета была наводнена демонами,
значит, они как-то вырвались из-под земли. У Гурона Черное сердце был
целый ковен колдунов, находящихся на орбите, и готовых обеспечивать
поддержку демонам, которые вырвутся из Подземелья. Более того, у
противника был план, как заразить запасы пищи на планете,
предназначенные населению и силам флота освобождения.

- Итак, о каком узнике говорил Корпулакс? Тот, кого ты упрятал много


лет назад? – У Тзулы было множество вопросов, но она решила начать
именно с этого.

Серый Рыцарь повернулся к ней. Тзула не испытывала страха перед


космическим десантником, но не издала ни звука пока он приближался к
ней. Он уже собрался ответить ей несколькими сухими фразами, но
заметил ее суровое выражение лица и дал знак присесть. Тзула села на
сломанный сук, а Эпиметий присел на землю, напротив инквизитора, держа
в руках пистолет, на случай появления опасности.

- Ты знаешь о Серых Рыцарях и сражалась с ними раньше. Это то, что


я узнал из твоих воспоминаний. – Слово «с ними», произнесенное из уст
Эпиметия, вместо «с нами», стало поводом еще для одного вопроса в
длинном списке Тзулы. – Сегодняшний статус моего Ордена – боевое
подразделение одной из ветвей Инквизиции, известной как Ордо Маллеус,
специальной организации охотников на демонов, верных Трону и
человечеству.

Тзула кивнула.

- Десять тысяч лет назад все было по-другому. Твоя Инквизиция была
лишь частью операции, этой «организации» не доверяли даже ее создатели,
плюс ко всему она была разбита на фракции. Не больше сотни мужчин и
женщин носили знак инквизитора, и лишь около пятидесяти человек знали
о существовании этой структуры. Одной из ее основных функций было
избавиться от симпатизирующих Гору, который был надеждой для тех, кто
хотел перестроить Империум. Найти, судить и казнить всех тех, кто в
будущем мог нанести вред человечеству и ввергнуть Империум в анархию.
Но эти скрытые угрозы померкли перед насущными проблемами. По всей
галактике, силы, верные архипредателю, продолжали сражаться в
объявленной им войне, уничтожая планеты и захватывая миры. Запретные
знания, полученные Гором, стали катализатором его падения и выпустили
чудовищ в реальное пространство. И хотя слово «демоны» воспринималось
как что-то, пришедшее из сказки, скоро оно приняло вполне материальные
очертания. Какое бы имя им не было дано, угроза существованию
человечества была очевидна. Во всех участках галактики исчезали грани
между материальным и нематериальным мирами. Око Ужаса разверзлось,
обратив свой взор на разрушения и миры поглощавшиеся ужасами,
пришедшими извне.

- Как Пифос? – Спросила Тзула.

- Как Пифос, - подтвердил Эпиметий. Верные легионы были


потрепаны, их численность сократилась в несколько раз, а примархи были
либо мертвы, либо помещены в стазис-поля, а затем Император занял место
на Золотом Троне. Даже Император, предвидевший множество опасностей
и создавший легионы по своему образу и подобию, не смог предвидеть
нашествие демонов. В то время как легионы привыкли сражаться в
материальном пространстве, новый враг сражался на своей территории, и
когда дело доходило до психической битвы, эффективность космических
десантников приближалась к эффективности простого солдата. Многие
легионы, когда-то имевшие псайкеров в своих рядах, распустили
библиариумы, руководствуясь Никейским эдиктом, принятым самим
Императором. Отринув единственное оружие, способное повлиять на ход
битвы, примархи терпели поражение за поражением, пока снова не
воссоздали библиариумы. Но один человек всегда осознавал значимость
психического оружия и предвидел эти события, когда человеку придется
бороться, используя силы варпа, с сущностями, рожденными в варпе.
Регент Терры, человек, бывший правой рукой Императора, собирал мужчин
и женщин с определенными психическими способностями, начиная с конца
Великого Похода. Сначала, они неформально работали на него, но когда
враг оказался у ворот императорского дворца, этот человек поделился
своими опасениями с Императором и привел к нему двенадцать лоялистов
с непоколебимой верой. Четверо из них стали основателями твоей
Инквизиции, но восемь других, псайкеров космических десантников из
разных легионов, стали основателями Ордена Серых Рыцарей, первыми
магистрами Ордена.
Тзула опешила. О чем-то подобном она слышала еще от лорда
Диналта, но услышать историю из первых уст, от того, кто был причастен к
тем событиям, было поистине уникальной привилегией.

- На протяжении многих лет Регент скрывал луну Титана от глаз и


друзей, и врагов, сооружая монастырь-крепость и оборудуя ее запретными
технологиями и секретными тренировочными центрами для подготовки
нового Ордена, целью которого будет защита Империума от демонического
вторжения. В дополнение к этим восьми десантникам были посланы
тысячи людей для служения в качестве помощников, сервов и кандидатов в
братства. Последним подарком регента этому Ордену было время.
Используя свои неисчерпаемые психические возможности, он стер Титан
из времени и пространства, гарантировав нам долгие годы для подготовки к
еще более долгой войне. Когда мы снова вернулись в Империум, в
реальном времени прошло всего лишь десять лет, но для воинов Титана
прошло много столетий. Те, кто были юношами в годы войны с Гором,
теперь были старше самых старых ветеранов распавшихся легионов. Те
восемь основателей, ранее носивших броню разных цветов, были старше,
чем самые древние и почтенные дредноуты.

Эпиметий сделал паузу.

- Галактика все еще была в огне. Примархи ломали головы над тем,
как лучше избежать будущего восстания, по масштабу сравнимого с
восстанием Гора, в то же время побежденные предатели отыгрывались на
мирах, верных Золотому Трону, повсюду кишели толпы ксеносов. И в
довершение всего продолжало распространяться пагубное влияние варпа.
Серые Рыцари ринулись в бой. Разломы в реальном пространстве все еще
извергали ужасы варпа, культы, которые распространялись по
сегментумам, надеясь завоевать благосклонность своих хозяев и вызывая
Нерожденных, были и миры, где двери в варп так и остались не закрыты.

- Такие как Пифос.

- Да, такие как Пифос, - ответил Эпиметий, подражая тону Тзулы. –


Это была одна из первых миссий Серых Рыцарей. Три братства и четверть
миллиона имперских гвардейцев высадились, чтобы запечатать Подземелье
Проклятых, портал в варп, открытый еще в ранние дни восстания Гора.
Этот портал снабжал противника союзниками, и когда предательские
легионы скрылись в Оке Ужаса, демоны обратили свое внимание на миры,
окружавшие Пифос, желая покорить их и основать свой собственный
плацдарм в реальном мире. Когда мы прибыли сюда, четыре системы были
уже покорены, и нам понадобились годы, чтобы пробить себе дорогу на
Пифос, отвоевывая каждый метр у армии, способной по численности
сравниться с Ультрамаринами. К моменту высадки на планеты наши ряды
поредели, а численность наших союзников сократилась наполовину. Война
была долгой и кровавой. На месте каждого убитого демона появлялся
новый, а нас становилось все меньше и меньше. Находясь в шаге от
поражения, которое могло бы повергнуть в хаос оставшиеся миры,
верховный магистр Янус выбрал единственное приемлемое решение.
Приказав оставшимся Серым Рыцарям и имперским гвардейцам
предпринять диверсионный штурм, верховный магистр повел небольшую
группу Рыцарей в лабиринт тоннелей, ведущих в Подземелье. Серые
Рыцари отбивали волну за волной, и, в конце концов, Подземелье было
запечатано. Подземелье вернуло всех демонов обратно в варп, и это был
конец.

- А пленник? – Спросила Тзула.

Сущности из Подземелья были не единственными на этом мире.


Польстившись обещаниями демонического рая, другие демоны также
прибыли на Пифос. Многие из них не обладали большой силой и
выступали как пешие воины, но один демон выделялся из общей толпы.
Величайший демон Чумного Бога, он врезался в наши ряды, и мы начали
умирать. Мы не знали имя твари, а потому не могли изгнать его, но нашей
психической воли хватило, чтобы запечатать его в одном из подземелий.
Там где красные кристаллы превратились в зеленые. Из трех сотен Серых
Рыцарей, покинувших Титан, выжило лишь двадцать. Имперские
гвардейцы были полностью уничтожены в последней битве. У нас не было
магического артефакта, чтобы навсегда запечатать Подземелье, поэтому
было решено спрятать семь печатей по всей планете в определенном
порядке. Последнюю печать должен был сторожить Рыцарь, вызвавшийся
добровольцем.

История Эпиметия помогла Тзуле заполнить практически все пробелы.


Кроме одного.

- Что за артефакт? – Спросила она.


Эпиметий усмехнулся.

- У тебя в руках такая мощь, а ты даже не знаешь об этом. Он – и есть


артефакт. – Десантник указал на нож, висевший на поясе Тзулы.

- И именно его мы используем, чтобы запечатать Подземелье?

- Нет, не мы. Ты сделаешь это.

- Я не понимаю, - ответила Тзула.

- Там наверху находится корабль, полный колдунов. На борту –


рационы, предназначенные для имперских войск. И все они будут
отравлены. Я направлюсь туда и уничтожу их. Ты вернешься к Страйку и
доложишь ему, что население Атики мертво и город можно подвергнуть
орбитальной бомбардировке.

- Мы можем передать сообщение Страйку и другим путем. Я иду с


тобой.

- Это послание слишком важно. Если мы попытаемся отправить вокс-


сообщение или курьера, мы столкнемся с риском обнаружения и упустим
инициативу. Я бы не стал полагаться на телепатию, так как на планете
слишком много вражеских псайкеров. – Он посмотрел вдаль. – К тому же,
есть большая вероятность того, что эта миссия - с билетом в один конец.

- Не глупи. Почему это должна быть суицидная миссия?

- Потому что я должен убедиться, что все колдуны мертвы и


единственный способ это сделать – уничтожить корабль.

- Но тебе не нужно быть там, - запротестовала Тзула.

- Я должен быть уверен.

- Отлично, ну а как ты собираешься попасть туда? – фыркнула Тзула.

- У него есть пилот. Все, что ему нужно – это корабль, - произнесла
Шира с набитым ртом.

Тзула не заметила, как девушка подошла к ним.

- Как долго ты находишься здесь? Что ты слышала? – рявкнула Тзула.

- Император. Титан. Демоны. Подземелья, - Шира пыталась говорить


так, чтобы еда не выпадала изо рта.

- Он прав. Этот корабль нужно уничтожить до того, как закроют клетку


с большим демоном, - закончила она, дожевав последний кусок мяса.

Тзула встала и повернулась спиной к Шире и космическому


десантнику, направляясь к огню.

- И кстати, если я пойду с ним, можешь быть уверена, он вернется


назад, - добавила Шира.

Тзула остановилась и повернулась к пилоту, на лице играла широкая


ухмылка. Дерзость Ширы становилась заразительной.

- Хорошо, в таком случае, - начала Тзула. – Я полагаю, мне нужно


сказать вам, где найти корабль?

822960.M41 / Поля смерти. Сорок четыре километра к югу от


Атики, Пифос.

Наконец, пришло время прощаться. Они пробыли вместе еще пару


дней, но теперь их дороги расходились. Эпиметий и Шира направлялись в
Олимпакс к шатлу, спрятанному в джунглях, а Тзула – в Терменос, к
Страйку и остаткам катаканцев. Стояла сухая погода, период, длящийся на
Пифосе не более нескольких недель. В это время поверхность джунглей
высыхает, и погода не дает ручейкам превратиться в реки. Трава под их
ногами была жесткой и сухой, результат отсутствия дождей, высокой
температуры и наличия влажности. Им предстоял долгий путь, и женщины
разделили между собой и без того скромные запасы пищи. Тзула
настаивала, чтобы Шира взяла больше, так как ей сложно будет охотиться
рядом с Олимпаксом, наводненным демонами. Шира согласилась, но
настояла на том, чтобы Тзула взяла себе все оставшиеся обоймы для
лазпистолета, так как Эпиметий больше не сможет ее защищать. Тзула
первой нарушила тишину.

- Ты точно уверен в этом? Еще не поздно изменить решение и пойти со


мной. Позволь Темным Ангелам и твоим братьям, Серым Рыцарям,
разобраться с кораблем предателей. – По крайней мере, она попыталась.

Инквизитор знала, что Эпиметий выберет наилучший вариант


действий, и любое промедление поставит под угрозу освобождение
Пифоса.

- Я уверен, Тзула Дигриз.- Десантник снова стал немногословным


после ночи откровений.

- Постарайся вернуть его в целости и сохранности. – Тзула ткнула


Ширу указательным пальцем.

Пилот кивнула и сделала шаг вперед, намереваясь обнять Тзулу. Но


вспомнив о статусе инквизитора, девушка отказалось от этой идеи. Она
протянула руку и пожала аугментическую конечность Тзулы.

- Береги себя, - произнесла Шира, все еще сжимая металлическую


руку Тзулы.

Случайность свела их вместе, но Тзула уже начинала скучать по


компании Ширы. Если пилот летает также хорошо, как разговаривает,
инквизитор была уверена, что Шира непременно вытащит Эпиметия с
вражеского корабля.

- Я спрятала шатл в пару километрах на востоке от Олимпакса. Он


накрыт ветками и листьями. Плюс, я включила маскировку. Если не знать,
что он там находится, корабль сложно обнаружить.

Шира, наконец, отпустила руку Тзулы.

- У Эпиметия есть все коды доступа.


- Как так случилось, что у него есть коды, а у меня – нет?

- Потому что оба они состоят из тридцатизначных буквенноцифровых


строк. Могут дать их тебе, если хочешь?

- Не, спасибо, не надо, - ответила Шира.

Она вернулась к Эпиметию и подняла с земли свой рюкзак. Накинув


лямки на плечи, она направилась в сторону Олимпакса.

- Увидимся, - напоследок произнесла пилот.

- Император защищает, - ответила Тзула.

- Для меня было честью сражаться с тобой, Тзула, - произнес


Эпиметий, сотворив знак аквилы. – Император защищает.

Тзула повторила его жест.

- Император защищает, - произнесла она.

Эпиметий повернулся и двинулся вслед за Широй. Тзула взвалила на


плечи свой рюкзак и уже собралась идти, как в голову ей пришла еще одна
мысль, один вопрос, так и оставшийся без ответа.

- Эпиметий? – позвала она космического десантника.

Он остановился и взглянул на Ширу.

- Почему ты не хочешь встретиться со своими братьями, Серыми


Рыцарями?

Эпиметий ухмыльнулся.

- Почему ты думаешь, что именно Серые Рыцари – это те, с кем я не


хочу встретиться? – произнес он, прежде чем снова вернуться на свой
маршрут.

Когда джунгли поглотили его, Тзула поняла, что видит Серого Рыцаря
последний раз.
Глава 12.

825960.M41 / Командный штаб имперских войск.

Крепость Терменос, Пифос.

- Когда вы, наконец, поймете, что ваша тактика не работает?

Кальдор Драйго бросил информационный планшет на карту,


разложенную на столе. Планшет упал прямо перед значками трех
крепостей, красный значок «Х» на каждом из них обозначал разрушение
строения. Азраил подобрал планшет, на котором, зеленым цветом, были
обозначены потери.

- Мы потеряли восемьсот человек в Бакире, три сотни в Авгриве, и оба


укрепления – потеряны для нас. Абаддон атакует наши слабые места и
увеличивает и без того огромные потери. Твоя тактика быстрого удара не
работает. Мы должны действовать постепенно. Надо начать с Атики, -
произнес Драйго, ударив стальным кулаком по столу.

Командиры Имперской Гвардии, присутствовавшие на совете,


чувствовали себя не в своей тарелке, несмотря на то, что видели подобную
картину с самого первого дня кампании на Пифосе. Месяцами Драйго
настаивал на орбитальной бомбардировке столицы планеты, и Азраил
месяцами игнорировал его. Ранее, Серые Рыцари обнаружили место
проникновения демонических сил под Атикой, и стратегией Драйго
являлось полное уничтожение прохода исчадий Хаоса. Темные Ангелы не
разделяли его мнение. Атика стала домом для огромного количества людей,
и решение Страйка отправить их в тоннели, скорее всего, спасло жизни
жителей столицы. Драйго, напротив, заявлял, что они уже давно не
получают вестей из улья, но Азриал настаивал, что пока они не получат
доказательства смерти людей, Атику не тронут. Командующий Темных
Ангелов устраивал яркое представление для присутствующих командиров
Гвардии. Эта ирония не укрылась от Драйго. Он прекрасно знал, каким мог
быть верховный магистр Темных Ангелов, когда дело касалось
драгоценных секретов Ордена, и как много жизней Азраил готов был
отдать, чтобы сохранить их. Драйго мог лишь догадываться о природе этих
секретов, но он не пытался разузнать их, дабы не разрушить древний пакт
между Серыми Рыцарями и Темными Ангелами.

- Абаддон лично возглавляет свою армию, и, как и я, наступает по всем


фронтам, - произнес Азраил.

Его помятая броня говорила о количестве схваток, в которых он лично


участвовал все эти дни.

- Быстрый удар преследует две цели. Эта тактика защищает жизни


бойцов Имперской Гвардии и ведет нас прямо к Абаддону. Если мы
обезглавим противника, тело умрет само.

- Пока мы грыземся здесь, в Подземелье Проклятых прибывают все


новые и новые армии демонов, - парировал Драйго.

Представители Имперской Гвардии всегда выступали безмолвными


слушателями на подобного рода собраниях, чувствуя себя ничтожными
букашками по сравнению с могучими командующими Адептус Астартес.
Лишь один из них мог стоять перед ними и высказывать свое мнение.

- Каковы вчерашние потери у противника? – спросил полковник


Страйк.

Хотя он и отказался от должности командующего Имперской Гвардии,


и Азраил, и Драйго, настаивали, чтобы он был частью штаба командования.
Полковник кадийцев по имени Кардин отвечал за переброску войск,
снабжение и ротации, но именно Страйк руководил боевыми операциями
Имперской Гвардии на Пифосе.

Азраил еще раз взглянул на планшет.

- Двадцать два легионера предателей. Одиннадцать демонов. По


меньшей мере, тысяча культистов.

- Нас не так много. Если наши люди будут оборонять шахты, как
сейчас, мы не сможем больше сдерживать армию Абаддона. Война на
износ постепенно приведет к поражению.
Остальные представители Имперской Гвардии стали нервно
переглядываться. Между ними и Страйком не существовало дружеских
отношений. С момента прибытия подкреплений катаканцы стали нести
намного меньше потерь, чем другие подразделения Имперской Гвардии,
враг старался не нападать на укрепления, обороняемые выходцами с мира
смерти. Страйк отказывался от ротаций, оставив своих людей на
передовой, что было безоговорочно поддержано всеми бойцами сто
восемьдесят третьего.

- И что вы предлагаете, полковник? – спокойно спросил Азраил.

Верховный магистр Темных Ангелов был великим прагматиком, и


если бы ему показали лучший способ ведения войны, он бы согласился.
Драйго полагал, что именно Страйк сможет найти ключ к победе в этой
войне. Хотя Азраил и недолюбливал Серого Рыцаря, ему, все же, пришлось
признать, что Драйго является равным ему.

- Космический десантник и инквизитор не смогли передать нам


необходимую информацию, - произнес Страйк.

Драйго и Азраил переглянулись при упоминании Эпиметия.

- Могу предположить, что они, как и все население Атики, мертвы. Я


согласен с лордом Драйго. Орбитальная бомбардировка улья и
последующий штурм – единственный способ выиграть эту войну.

Азраил собирался ответить, когда в помещении появился Темный


Ангел, облаченный в броню синего цвета. Он откинул капюшон, явив
коротко стриженую голову. Он был молод, не старше тридцати лет, а его
зеленые глаза смотрели куда-то вдаль.

- Кодиций Турмиил. Ты принес новости? – спросил Азраил.

Библиарий уважительно кивнул своему верховному магистру и


Драйго. Серый рыцарь кивнул в ответ.

- Да, лорд Азраил. Мы получили запрос о подкреплении от магистра


Гавриила с горы Думэ. Укрепление атаковано небольшими силами Черного
Легиона. Они уже много часов находятся под огнем.

- У Гавриила тридцать терминаторов Крыла Смерти и несколько тысяч


имперских гвардейцев. Зачем ему понадобились подкрепления? Неужели
жара джунглей лишила его смелости? – произнес Азраил.

- Нет, лорд Азраил, - Турмиил обратил свой взор на присутствовавших


офицеров Гвардии.

Страйку показалось, что библиарий смотрит сквозь него, словно


полковника и вовсе не существовало.

- У него есть визуальное подтверждение, что Абаддон лично


возглавляет штурм.

826960.M41 / Болота Смерти. Шестьдесят три километра к югу-


востоку от Атики, Пифос.

Они свернули лагерь с первыми лучами рассвета. Тзула раскидала


тлеющие остатки костра и закопала пепел, чтобы замести следы, которые
могли обнаружить вражеские патрули. Через несколько минут они снова
направились в путь, пролегающий через высыхающие болота и ведущий
прямо к Терминусу. Лица новых компаньонов Тзулы были угрюмыми, что
было вполне объяснимо для четырех выживших катаканцев из взвода,
базировавшегося на укреплении Мортенс. Они остались живы лишь
потому, что противник не заметил их. Три ночи назад небольшая группа
войск Хаоса, при поддержке двух монстров варпа, появились из покрова
ночи и атаковали имперские войска, уничтожив почти пятьдесят
гвардейцев и отделение Темных Ангелов. Тзула сама была свидетелем
штурма. Сначала, она подумала, что начался шторм, ошибочно приняв
хлопок гранаты и взрыв боеприпаса за удар грома, но периодические
вспышки света высоко в горах сложно было спутать с молнией. Инквизитор
обдумала возможность поиска выживших, но она понимала, что
вероятность выжить в этой атаке сводилась к нулю. Опыт подсказывал ей,
что если укрепление оказалось в руках противника, в живых не оставят
никого. Кроме того, рядом не было Эпиметия, и существовал огромный
риск попасть в ловушку врага. В конце концов, выжившие сами наткнулись
на нее. Пытаясь разбить лагерь, Тзула неожиданно обнаружила нож у
своего горла и руку, сжимавшую ее шею мертвой хваткой. К счастью для
нее, катаканцы в течение часа следили за инквизитором, не давая
обнаружить себя. За это время их сержант, Магрик, узнала Тзулу по битве в
доках Атики. Таким способом Магрик поприветствовала инквизитора.
Шутливое настроение, которое Тзула привыкла видеть у катаканцев,
полностью отсутствовало у этой группы. Все это время никто из них не
произнес ни одной шутки и даже не улыбнулся. Однако, это не мешало их
боевому духу: лазружья были прижаты к бедрам, катаканцы готовы были
мгновенно направить их в сторону противника. Вражеские подразделения в
джунглях являлись для них угрозой номер один. Но, хотя демоны и
охотились за местной фауной ради забавы, в джунглях все еще оставались
голодные хищники. Розовые лучи, пришедшие с рассветом, сменились на
желтые, когда Магрик приказала им спрятаться в укрытие. Остальные три
катаканца, Трондар, Сантарини и ветеран Гдолни, растворились в
растительности. Тзула и Магрик спрятались за огромным стволом древнего
дерева. Магрик наклонила голову таким образом, чтобы слышать каждый
звук, даже тот, который был едва слышан на большом расстоянии. Уловив
какое-то движение, она кивнула Тзуле, указывая направление, откуда
доносился звук. Если бы Магрик была мужчиной, ее можно было бы
описать как грозного ветерана с кучей шрамов на лице. С точки зрения
женщины она была похожа на человека, живущего тяжелой жизнью.
Магрик была катаканцем. И для нее было естественно самой усложнять
свою жизнь. Тзула прислушалась. Почти сразу она услышала звук
двигателей. Множества двигателей. Магрик присела на корточки, прижав
ладонь к земле. Поднявшись, она сняла с пояса несколько гранат и передала
их Тзуле.

- Боевые машины. Много, - прошептала она. – Не кидай ее в корпус, а


то отскочит назад. Старайся закатить под гусеницы. Внизу броня слабее.

Возможности Абаддона по переброске боевой техники были


безграничны с самых первых дней оккупации, поэтому катаканцы
предпочитали вести войну, обороняясь в укреплениях, в которые не могли
проникнуть демонические машины и монстры варпа. С таким огромным
количеством боевых машин Абаддону наверняка пришлось создавать кузни
для их обслуживания. Остальные катаканцы последовали примеру Магрик,
выбирая цели. Если их диверсия удастся, катаканцы снова растворятся в
джунглях еще до того, как первые машины будут уничтожены. Это
значительно замедлит продвижение остальной колонны. Гул моторов
нарастал, и вибрации, которые могла чувствовать Магрик, приложив руку к
земле, теперь ощущали все остальные члены группы. Магрик выглядела
озабоченной.

- Их больше, чем я думала, - сержант катаканцев сняла с пояса еще


одну гранату.

Гул двигателей перерос в рев, не давая другому звуку просочиться в


воздухе.

- Черт возьми, да их там целая туча, - прочитала по губам сержанта


Тзула.

Вскоре, пушка чего-то поистине огромного показалась на краю хребта.


Машина сваливала деревья, попадавшиеся ей на пути.

- Сейчас! – крик Магрик потонул в реве двигателей, и Тзула вышла из


укрытия, готовая уничтожить все, к чему относилась эта пушка.

826960.M41 / Опорный пункт 2761/б.

Гора Думэ, Пифос.

«Громовой ястреб» очертил дугу над вершиной горы, наклонившись


вправо, и Азраил впервые увидел картину битвы. Толстый слой дыма завис
вдоль небольшого склона, ведущего к входу в подземелье. Дым поднимался
от обломков двух «Носорогов», уродливых копий тех, что стояли на
вооружении армии Темных Ангелов. Трупы в черной броне были
разбросаны по всему склону в вперемешку с бесчисленным множеством
бойцов Имперской Гвардии. Лицо верховного магистра помрачнело, когда
он увидел несколько воинов в броне Крыла Смерти, лежащих в этой куче.
Выстрелы орудий освещали позиции предателей, атаковавших укрепление,
в ответ на их крики они получали орудийные очереди, вылетавшие из
пещеры. Рядом с ним, между двумя пилотами, стоял Кальдор Драйго и
также наблюдал за битвой. Темные Ангелы мгновенно откликнулись на
запрос магистра Крыла Смерти, и все подразделения, находящие в
непосредственной близости от Терменоса, спешили на помощь своим
братьям. Несмотря на то, что в этот раз Орден не выступал полным
составом в этой операции, как это было при освобождении «Мести», на
помощь магистру Гавриилу откликнулась половина всех сил Темных
Ангелов, и в данный момент вся эта сила была сосредоточена в небе над
горой Думэ. Космические десантники готовились к обороне укрепления и
пламенно желали покончить с Абаддоном Осквернителем. В воздухе также
парило несколько сотен «Валькирий», набитых имперскими гвардейцами,
готовыми оказать огневую поддержку космическим десантникам. Над ними
возвышались, в прямом смысле слова, оберегающие ангелы, группа
"Темных Когтей". Братство Драйго, редко сражавшееся на Пифосе, не
участвовало в этой миссии. Игнорируя просьбу верховного магистра Серых
Рыцарей высадить его братьев на планету, Азраил настаивал, что скорость
сыграет решающую роль, и Абаддон не сможет ускользнуть от них. Драйго
был уверен, что не окажись он в момент передачи сообщения Темным
Ангелам, его бы здесь не было, и Азраил, не задумываясь, утаил бы эту
информацию от командующего Серыми Рыцарями.

- Я все еще считаю эту операцию безрассудством, Азраил, - гневно


произнес Драйго. – Ты привлек слишком много людей для этой операции.
Что, если это ловушка, и силы Абаддона нападут на укрепления, которые
оставили твои воины? Посмотри вниз. Разве это похоже на армию,
способную занять укрепление, удерживаемое тридцатью терминаторами и
несколькими батальонами Имперской Гвардии? Разве они смогут
продержаться до прибытия подкреплений?

- Время работает на нас. Если он решит растянуть свои войска, вряд ли


они смогут нанести серьезный удар до нашей битвы. Даже если мы
потеряем укрепления, это будет небольшой ценой за уничтожение
Абаддона. – Азраил указал на огромное плато позади воинов Черного
Легиона.

- Сажай нас туда, - приказал он пилоту.

- Ты уверен, что именно Абаддон возглавит штурм?

- Если великий магистр первой роты говорит, что Абаддон здесь,


значит он здесь, - рявкнул Азраил, словно Серый Рыцарь сомневался в его
собственных словах.
- Тогда мы должны задать себе вопрос, - произнес Драйго, готовясь к
высадке, - зачем он здесь?

Поднявшись из укрытия, Бальтазар огнем из штурмового болтера


скосил группу Черных Легионеров, прорывавшихся к его позиции. Позади
него, пять мордианцев в заляпанных грязью мундирах открыли огонь из
лазганов. Один из предателей ушел от огня Бальтазара, но был настигнут
выстрелами гвардейцев. Другой десантник Хаоса, огромный исполин в
древней броне, разорвал двух мордианцев парой выстрелов из своего
болтера. Оба воина умерли, не спев коснуться земли. Бальтазар узнал
предателя. Именно он убил брата Ефаила днем ранее, застрелив последнего
в спину, когда терминатор поспешил к своему поверженному товарищу.
Бальтазар оскалился. Как яркий представитель своего Ордена, он ставил
месть превыше всего. Это чувство с каждым разом все больше и больше
поглощало его. Он был посвящен в самые темные секреты своего Ордена и
прекрасно знал о последствиях гражданской войны, разразившейся десять
тысяч лет назад, когда часть легиона Темных Ангелов заключила союз с
Губительными Силами, предав примарха и Императора. В течение
нескольких лет с момента его вступления в ряды Крыла Смерти он
несколько раз участвовал в охоте за падшими, как их называли во
Внутреннем круге, и пару раз возвращался на Скалу, эскортируя одного из
них. Темные Ангелы были терпеливыми охотниками и столетиями
отлавливали предателей, но иногда судьба предоставляла им шанс на
скорое возмездие. Противник, стоявший перед ним, не был падшим, но
Ефаил все равно будет отомщен. Боковым зрением Бальтазар заметил, как
один из Черных Легионеров берет его на мушку. Брат Крыла Смерти
молниеносно поднял штурмовой болтер и превратил в кашу лицевую
пластину предателя прежде, чем тот успел открыть огонь. Активировав
силовой меч, Бальтазар взмахнул клинком и нанес удар убийце Ефаила.
Темный Ангел разрубил болтер предателя и обратным движением оставил
глубокую борозду на грудной пластине десантника Хаоса. Лишившись
своего болтера, предатель выхватил цепной меч и активировал его,
приготовившись к дуэли с Темным Ангелом. Увидев, что происходит,
другие братья стали прикрывать Бальтазара, чтобы тот отомстил за смерть
брата. Десантники схлестнулись с Черными Легионерами, а мордианцы,
ободренные запалом Крыла Смерти, оставили свои позиции и
присоединились к Темным Ангелам. Стоя плечом к плечу, Гавриил и
Баракиил отбивали попытки штурма, уложив трех предателей огнем
штурмовых болтеров. Меч Бальтазара был похож на полосу синей энергии,
сопровождаемую потрескиванием в воздухе. В последний момент Черный
Легионер поднял свой собственный меч, отбивая удар терминатора. Оба
воина наседали друг на друга, атмосфера напряжения окутывала
пространство над ними. Несмотря на то, что броня предателя была древней
и, возможно, когда-то была окрашена в цвета Лунных Волков, а затем
Сынов Гора, сила десантника Хаоса была равна мощи Бальтазара,
защищенного комплектом брони тактического дредноута. Сервоузлы и
мускулы Бальтазара напряглись, воин Крыла Смерти слегка отступил назад,
выводя противника из равновесия. Отведя меч назад, Темный Ангел снова
ударил предателя. Десантник Хаоса сделал шаг навстречу терминатору, но,
несмотря на свою комплекцию, был отброшен ударом меча Темного
Ангела. Кончик клинка Бальтазара задел живот предателя, образовав порез,
откуда стала вытекать багровая жидкость. Легионер не издал ни яростного
рева, как это делали шавки Кровавого Бога, ни возгласа наслаждения
собственной болью, характерного для последователей Принца
Удовольствий, вместо этого он принял оборонительную стойку. Десантник-
предатель, несомненно, был опытным и опасным противником. Через
мгновение он подтвердил эту характеристику. Поверхность перед
десантником Хаоса стала взрываться, камни превращались в порошок,
взрывы с каждым метром приближались все ближе к Черному Легионеру.
Наконец снаряды, выпущенные из тяжелого болтера, добрались до
предателя, образовав кровавое облако. Дюжина попаданий подкинула
Легионера в воздух. Его тело рухнуло, и голова в шлеме оказалась прямо
перед ногой Бальтазара. Терминатор, не колеблясь, вонзил клинок в череп
предателя, при этом стараясь не повредить геносемя. Вытащив меч из
трупа своего противника, Бальтазар обернулся, чтобы посмотреть на
источник выстрелов, и обнаружил небо заполненное кораблями Темных
Ангелов и истребителями Имперского Флота. Во главе всего войска парил
«Рев Мести», один из самых древних «Громовых Ястребов» Темных
Ангелов, являвшийся личным транспортом верховного магистра Азраила.
По мере приближения транспортника Бальтазар заметил установленные на
нем сдвоенные тяжелые болтеры, их дула все еще дымились после
стрельбы. Терминатор воздел клинок, салютуя верховному магистру и
выражая свою благодарность. Его не волновало то, что у него отняли
победу, главное, что убийца Ефаила был уничтожен, и приговор был
исполнен Темными Ангелами. Когда «Рев Мести» снизился, Бальтазар
увидел, как Азраил также салютует ему. Вложив меч в ножны, Темный
Ангел побежал вниз по спуску, чтобы обезопасить место высадки.
826960.M41 / Шатл Инквизиции «Благочестивый».

Имперский Флот, Система Пандоракс.

- Я все еще ничего не вижу, - произнесла Шира, подавшись вперед к


окну в кабине пилота.

Ее окружали огни и показатели на цифровой панели и датчики, о


функциях которых она не имела никакого понятия. Шатл, оставленный
Тзулой в джунглях, отличался от «Сокола» и, хотя принцип пилотирования
был тот же, Шира была уверена, что некоторые системы могли бы помочь
им в путешествии, знай она их предназначение. Пилот научилась
использовать систему маскировки, и это помогло им незаметно
проскользнуть между кораблями флота освобождения Пифоса.

- Сама ты не сможешь это увидеть, - произнес Эпиметий, возвышаясь


над сиденьем второго пилота, которое было слишком маленьким для его
габаритов.

Шира повернулась к космическому десантнику.

- Знаешь, это не очень-то помогает.

- Попробуй еще раз, - ответил десантник.

Шира отвернулась, при этом перед ее глазами появились небольшие


искры. Хотя Эпиметий использовал свои силы на Шире лишь пару раз,
девушка поймала себя на мысли, что он никогда не предупреждал и не
спрашивал ее об этом. Пару дней назад Эпиметий без спроса управлял ею,
используя свои психические возможности, и пилот все еще отходила от
побочных эффектов.

- Мне жаль, но это необходимо, - произнес Эпиметий.

Даже не читая ее мысли, он чувствовал дискомфорт Ширы.


- Теперь можешь видеть?

Перед глазами девушки появилась сиреневая дымка, Шира


прищурилась, и, словно оказавшись перед большим тоннелем, уловила
движение.

- Мне кажется, что да, - ответила она. – Словно кто-то оторвал часть
космоса и прикрепил эту часть к месту, на котором она не должна
находиться.

Эпиметий улыбнулся.

- Именно. Сможешь подобраться поближе?

Очертания «Плача», именно такой позывной использовал этот корабль,


определенно напоминали корабль снабжения класса «Нептун», но этот –
словно был соткан из пустоты. Корабль не был невидимым, больше
казалось, что сама материя космоса прикрывает его.

- Там должен быть посадочный док в хвостовой части корабля.


Направь шатл вниз к корпусу корабля, чтобы я смог проникнуть внутрь, -
произнес Эпиметий, заставив Ширу поежиться.

- Слишком рискованно пытаться приземлиться на борт корабля. Даже


если там нет охраны, их сенсоры заметят проникновение.

Удовлетворившись объяснением космического десантника, Шира


снизила скорость и стала искать наиболее удобный участок для
приземления. Легко найдя его, пилот выпустила шасси. По привычке она
опустила руку вниз, пытаясь нащупать отжимной рычаг, но, вспомнив, что
она не на борту «Сокола», убрала ее и стала изучать мириады огоньков на
контрольной панели.

- Есть проблемы? – спросил Эпиметий, когда Шира повела шатл вниз и


облетев хвост «Плача», развернулась на сто восемьдесят градусов.

- Нет. Никаких проблем, - неуверенно произнесла она, продолжая


изучать панель приборов в поисках кнопки, отвечающей за выпуск шасси.
- Если ты ищешь механизм контроля приземления,- произнес
Эпиметий, подавшись вперед и вытянув при этом руку, - он здесь.

Десантник нажал на одну из мигающих кнопок большим пальцем.


Шасси, с жужжанием, начали выдвигаться наружу.

- Именно ее я и хотела нажать, - неубедительно отозвалась Шира.

- Безусловно, - ответил Эпиметий, улыбнувшись.

Он отстегнул от пояса свой шлем и одел его на голову, плотно


закрепив зажимы.

- Как только я закончу, возвращайся на Пифос и найди Тзулу и


Страйка. Если все пойдет по плану, пусть готовятся к штурму Атики.

- Но…- запротестовала Шира.

- Никаких «но», Шира. Это приказ.

Не оставив Шире шансов опротестовать его решение, Эпиметий


направился в хвост корабля, готовый к высадке.

826960.M41 / Укрепление 2761/b.

Гора Думэ, Пифос.

Пушка «Адского молота» загрохотала еще до того, как «валькирии»,


несшие машину на борту, стали приземляться.

Страйк руководил командой заряжающих и стрелков. Они не выбирали


какие-то конкретные мишени и просто вели огонь на подавление,
прикрывая наступление катаканцев и Темных Ангелов. За четыре метра от
земли цепи, на которых висел танк, ослабли, и «Бич предателей», с
грохотом, приземлился на поверхность. Благодаря системе смягчения
удара, установленной К’сии, всем, кто сидел в танке, показалось, что они
приземлились на гору песка. Джокаэро оттопырил нижнюю губу и
удовлетворенно кивнул головой. Танк ринулся на противника, сверкая
всеми стволами орудий. «Носорог» взмыл в воздух, его горящий корпус
рухнул на двух Черных Легионеров, использовавших боевую машину в
качестве прикрытия. Ствол основной пушки «Адского молота» повернулся
в сторону второго «Носорога», заставив полудюжину предателей,
скрывавшихся за ним, спешно отступить. Двое из них так и не успели
выбраться из укрытия, разорванные огнем болтеров отделения Темных
Ангелов, высадившихся из «Громового ястреба» с помощью прыжковых
ранцев. Те, кого не достал огонь болтеров, были уничтожены плазменной
пушкой «Корвекса», раскаленный водород разъедал броню и поджаривал
плоть под ней. Магистр Крыла Ворона элегантно развернул свой гравицикл
на сто восемьдесят градусов, преграждая путь оставшимся в живых
предателям. Ободренные прибытием подкреплений, мордианцы, сидевшие
в укрытии у входа в шахту, пошли в атаку, зажав врага между зеленой
волной с одной стороны и синей – с другой. Гавриил лично повел в атаку
имперских гвардейцев, его бойцы из Крыла Смерти неслись впереди,
словно белая лавина. У Черных Легионеров не было и шанса перед этим
воинством. Сидя в «Биче предателей» Страйк наблюдал, как пространство
у входа в шахту заполнилось болтерными и лаз-снарядами. Несколько
Черных Легионеров попытался организовать оборону, сражаясь спина к
спине, но все их старания не привели ни к какому результату. Азраил и
Драйго пробивались сквозь ряды людей, готовые начать отсчет убийств.
Крыло Смерти устремилось к последним нескольким предателям. Никто не
умолял о милосердии, никто не складывал оружия, умоляя о пощаде.
Легионеры сражались до последнего вздоха. Меньше чем через три минуты
после появления «Рева мести» на пике горы Думэ, все было кончено. Это
был полный разгром. Даже если бы Азраил привел с собой треть своих
войск, или даже четверть, этого было бы достаточно для победы.
Верховный магистр был недоволен. Стоя на груде тел поверженных
предателей, Азраил, Гавриил и Драйго обменялись резкими репликами.
Тела были перевернуты на спину, а шлемы расколоты для опознавания
личностей. Более того, Азраил вплотную подошел к Гавриилу, и со стороны
это выглядело так, будто оба Ангела сейчас нападут друг на друга. Гавриил
выдержал суровый взгляд верховного магистра. Мгновение спустя Азраил
поднял голову и взглянул на небеса.

- Абаддон! Выходи, подлый трус. Выходи и сражайся со мной, как


мужчина, а не как позорный предатель, скрывающийся за валунами, -
взревел Азраил.

Он медленно обернулся, пытаясь обнаружить какое-либо движение.


Все остальные сделали то же самое. Эхо от слов Темного Ангела исчезло с
появлением огромного силуэта. На правой руке гиганта потрескивали
энергией силовые когти, вторая рука, держащая меч, была поднята вверх.
Абаддон молниеносно опустил клинок внизу. Волосы на спине у Страйка
встали дыбом, а воздух наполнился запахом горелого озона.

826960.M41 / «Плач». Имперский флот, система Пандоракс.

Как и предполагал Эпиметий, его проникновение прошло без


происшествий. Посадочная палуба была пуста, за исключение двух
истребителей Хаоса, вероятно предназначенные для уничтожения любого
судна, проявившего слишком большой интерес к «Плачу» или, что скорее
всего, для бегства, в случае провала планов Гурона и Корпулакса. Никто не
охранял их.

Чем дальше заходил Эпиметий, тем больше менялась картина. Трупы


команды гнили там же, где их убили, у многих наблюдались раны на
затылках и спине, видимо, их застрелили при попытке к бегству. Как и
Эпиметий, захватчики довольно быстро перемещались по кораблю, что и
помогло им с легкостью захватить его. Некоторым перерезали глотки,
чтобы они не звали на помощь. Больше всего повезло мертвецам. В
отличие от Атики зомби здесь таскали контейнеры с провизией и отраву
для заражения флота. Их надсмотрщики носили багровую броню, красный
цвет был грубо нанесен на их первоначальный цвет брони. Красные
Корсары. Несмотря на то, что Тзула никогда не рассказывала ему о них,
Эпиметий извлек информацию прямо у нее из головы. То, что он узнал,
шокировало его. В свое время Гор вынудил легионы Императора отринуть
свет Императора, но сейчас предатели добровольно открещивались от
Империума. Разве после того, что произошло в прошлом, кто-то еще верил
обещаниям Губительных Сил? Неважно. Чувство мести завладело
Эпиметием, уничтожив корабль, он свершит возмездие. Эпиметию
приходилось прятаться в тенях и за укрытиями в каютах экипажа, чтобы не
быть обнаруженным противником. Несмотря на его сильное желание
передвигаться быстрее, меньше всего он хотел обнаружить себя и сорвать
выполнение миссии. Благодаря своим психическим силам он смог
обнаружить два места, где колдовская активность была наиболее высока.
Одно находилось в середине корабля, а второе – несколькими палубами
ниже, но обе точки светились ярким пламенем в варпе. Благодаря схеме
корабля, найденной десантником в каюте офицерского состава, Эпиметий
обнаружил, что вторая точка находится прямо на пути его следования. Чем
дальше он шел, тем больше менялась окружающая атмосфера. Сначала
иней, обволакивавший металлические конструкции, затем – дикая
растительность, тянущаяся, словно полипы, из внутренней части кают.
Количество зомби и Корсаров уменьшалось, словно эта часть корабля стала
зоной отчуждения из-за мистических превращений. Психический резонанс
возрастал, и Эпиметий достал свой болт-пистолет, уверенный, что
единственные, кто услышит звук выстрелов, будут его потенциальные
мишени. Он прислонился спиной к покрытой инеем стене и прислушался к
голосам, доносящимся за люком впереди. Он должен был скрывать свое
присутствие в варпе из-за достаточной близости к обладателям
психических сил. Достигнув люка, Эпиметий осторожно заглянул в
отверстие. Четыре колдуна Хаоса стояли в кругу, друг напротив друга, в
центре каюты. На стенах и полу комнаты наблюдались еще большие
изменения, чем в коридоре: демонические образы заполняли каждый
участок поверхности, безмолвно наблюдая за происходящим немигающим
взглядом. У каждого колдуна был свой посох, отличавшийся размерами.
Стоявший спиной к Эпиметию был облачен в броню пурпурного цвета,
черные с сединой волосы ниспадали на причудливо украшенные
наплечники. Его посох был сделан из черного дерева, на вершина он
оканчивался человеческими глазами, моргавшими время от времени. Рядом
с ним стояла иссохшая фигура в неокрашенной силовой броне, казавшейся
слишком большой для его тощего телосложения. Лицо колдуна было
испещрено морщинами, а глаза налиты кровью, все в нем указывало на то,
что он заплатил высокую цену за благосклонность варпа. Посох в его руках
был простым, как и броня десантника, однако с древка вздымалась полоса
пламени. Напротив чернокнижника стоял последователь Чумного Бога.
Несмотря на то, что его облачение все еще можно было называть броней,
пластины более не были похожи на керамит, но были покрыты чешуйчатым
материалом с венозной сеткой, через которую протекал гной и другие
зловонные жидкости. Его лицо было похоже на белую маску, окутанную
капиллярами. Посох также был белым. Во главе ковена стоял последний
колдун, на голову возвышавшийся над остальными. Эпиметий узнал
знакомые черты. Если бы не гражданская война, Эпиметий называл бы его
братом и родственной душой. Броня предателя была отражением
собственной брони Серого Рыцаря типа «катафрат», но там, где броня
Серого Рыцаря была окрашена в серебряный цвет с оттенками зеленого,
цвет брони предателя представлял собой сочетание синего и желтого.
Несмотря на неизвестную геральдику, Эпиметий распознал в нем выходца
с Просперо, представителя элитного подразделения Тысячи Сынов.

Эпиметий уже был готов ворваться в каюту и уничтожить предателей,


когда сын Магнуса дважды ударил по полу и прошептал единственное
слово на неизвестном Эпиметию языке. Когда Серый Рыцарь выбежал из-за
угла, держа перед собой болт-пистолет, все, что он обнаружил – был след
от телепортации.

826960.M41 / Укрепление 2761/b. Гора Думэ, Пифос.

Тысячи стволов были направлены на единственную цель. Магистру


Войны, несмотря на его мощь и репутацию, некуда было бежать. Но он и
не собирался этого делать. Электрические разряды в воздухе возвестили о
прибытии нежданных гостей. Мгновение спустя рядом с Абаддоном стояло
четыре колдуна. В это самое мгновение Азраил приказал открыть огонь.
Один из вновь прибывших десантников в броне без опознавательных
знаков, создал защитное поле, параболу из синей энергии, отражавшее лаз-
заряды. Почти сотня имперских гвардейцев и космических десантников
пали от отраженных снарядов, пока Азраил не приказал всем прекратить
огонь. Находясь за защитным барьером, колдуны воздели свои посохи и
принялись произносить заклинания. Над спуском возник убийственный
ураган, вырывавший куски земли, способные содрать кожу и краску с
керамита. Внезапно появившиеся облака окутали чистое небо, серо-розовая
масса ускорялась, словно время бежало вперед. Страйк наблюдал за
происходящим, сидя в командном центре «Бича Предателей», со
смешанным чувством страха и любопытства. Ему не нужны были
психические силы, чтобы понять, что вновь прибывшие являются
колдунами и то, что Драйго был прав. Они угодили в ловушку.

- Страйк, - в воксе раздался голос Азраила.


- Да, господин? – ответил полковник, откидываясь назад.

- Целься в выступ. Если мы не можем пробить щит, тогда, именем


Льва, мы сбросим их вниз.

Голос Темного Ангела был полон ярости.

- Вас понял, господин,- произнес Страйк.

- Вы слышали лорда Азраила. Цельтесь в основание хребта. –


Обратился он к остальным членам команды.

К’сии спрыгнул вниз и побежал к стрелку, стоявшему в передней части


командного центра. Они нашли решение в течение нескольких секунд, и
через мгновения огромная пушка уже вращалась по заданной оси.

- Огонь по готовности, - крикнул Страйк, не дожидаясь прицеливания.

Ствол пушки зафиксировался на цели, но следующий звук, который


услышал Страйк, не был звуком залпа орудия. Откуда-то сверху
послышался шум, похожий на хруст хрящей.

- Что за… - голос Страйка прервал залп пушки.

Полковник вскарабкался по лестнице, ведущей к турели, чтобы самому


увидеть последствия выстрела. Но то, что он увидел, обескуражило его:
пятеро космических десантников Хаоса остались стоять на прежнем месте.
Но самым удивительным было то, что он не услышал звук взрыва снаряда.
Полковник открыл люк и высунулся наружу. Толпа людей, большинство из
которых были одеты в синюю форму мордианцев, хлынула за «Адский
молот» в сторону зоны высадки. На их лицах явно отражался ужас. Темные
Ангелы открыли огонь из болтеров, и к ним скоро присоединились более
тяжелые орудия. Над танком возникла огромная тень, и Страйк увидел цель
космических десантников и источник ужаса мордианцев. Огромные
крылья, с каждым взмахом издававшие звук, похожий на раскат грома,
Собиратель Черепов, или Жаждущий крови, как называл его Драйго, парил
над полем битвы, держа одной рукой снаряд, выпущенный из пушки
«Адского молота». Высотой в половину роста монстра, появившегося на
Олимпаксе, тварь взревела и бросила снаряд прямо в бегущих гвардейцев.
Взрыв сотряс «Бич предателей» и на корпус машины посыпались
органические и неорганические осколки, заставив Страйка укрыться за
крышкой люка. Он уже был готов приказать стрелкам уничтожить демона с
помощью основного орудия, когда в небе раздались новые звуки. Между
облаками разверзлась варп-дыра, и оттуда появились полчища демонов.
Глава 13.

826960.M41 / «Плач». Имперский флот, система Пандоракс.

Последний культист был убит с такой же легкостью, как и предыдущие


восемь, силовая алебарда отделила голову от туловища предателя. Иней
варпа постепенно исчез из импровизированного святилища, а шум в голове
Эпиметия прекратился. Эти девять колдунов были действительно сильны,
но, без сомнения, их способности меркли по сравнению с психическими
силами Серого рыцаря. С их исчезновением, демонам, использовавшим
Подземелье Проклятых как портал, вряд ли удастся попасть в реальный
мир. Теперь им придется тратить больше своей энергии, а значит, они
станут уязвимы. Если Тзула успела вовремя добраться до командующих
освободительных войск, у лоялистов будет шанс взять Атику штурмом и
запечатать Подземелье. Синее пламя, возникшее из бронированной
перчатки Эпиметия, превратило трупы в тлеющий прах. Культисты погибли
слишком быстро и не успели поднять тревогу, поэтому у него было
достаточно времени, чтобы добраться до двигателей «Плача». Следуя к
источнику жужжания и вибрации, Эпиметий перемещался в тени, избегая
чумных зомби, переносящих грузы, хотя они и так не замечали его. Лишь
единожды ему пришлось применить насилие, когда он приблизился к
инженариуму и обнаружил там охранника. Багровый крест на наплечнике
предателя был похож на плевок на символе Имперских Кулаков. Серый
Рыцарь прибег к своим телекинетическим способностям, став кукловодом
одного из убитых членов команды. Он бросил тело в стену, и когда
Красный Корсар повернулся, чтобы определить источник шума, Эпиметий
быстрым движением перерезал ему глотку. Мгновение Серый Рыцарь стоял
над трупом, размышляя, что сподвигло этого десантника отвернуться от
легиона, отдавшего так много сил для борьбы с предателями, а затем
спалил его пламенем варпа и открыл двери инженариума. «Плач» был
небольшим кораблем, по сравнению с другими судам флота, но двигатель
полностью занимал треть корабля, и космический десантник чувствовал
себя гномом по сравнению с этим огромным механизмом. Жар, излучаемый
гигантской машиной, был способен превратить обычного человека в прах,
и Эпиметий надел шлем, чтобы избежать ожогов лица. Ящик с
инструментами стоял сбоку, на панели управления мигали значки,
показывая, что корабль находится в дрейфующем положении. Эпиметий
подошел ближе, чтобы лучше изучить их. Из-за большого количества
индикаторов и клавиш ему потребовалось время, чтобы найти то, что он
искал. Схватившись обеими руками за т-образный рычаг, он изо всех сил
надавил на него. Эпиметий не был уверен в результате этих усилий. Он
рассчитывал, что из-за перегрузки, системы расплавятся, и произойдет
взрыв, который уничтожит корабль и все живое на его борту. Вместо этого
гул двигателей возрос, а секции зеленого цвета окрасились в красный. В
голове десантника пронесся образ примарха, он вспомнил лик Императора,
наблюдавшего за его посвящением в Серые Рыцари и наделившего его
неизмеримыми психическими силами. Когда он планировал эту миссию,
Эпиметий был готов умереть и принести себя в жертву. Но если все его
усилия напрасны, то какой смысл в жертве? Десантник снова проверил
показатели, и, проделав в уме простейшие вычисления, понял, что у него
есть тридцать минут, чтобы добраться до доков и попытаться вернуться на
Пифос. Эпиметий надеялся, что взрыв будет настолько мощный, что флот
не заметит небольшую шлюпку, окрашенную в цвета Красных Корсаров.
Он продолжил двигать рычаг вперед, пока не достиг предела. К тому
времени, как все поймут, что двигатель вот-вот взорвется, ничего нельзя
уже будет сделать. Серый Рыцарь уже собрался покинуть инжинариум, как
вдруг обнаружил, что в помещении посторонний. Он узнал незнакомца,
облаченного в красную с черным броню, с пиками на ранце. Гурон Черное
Сердце.

В одной руке пират держал огромную силовую секиру,


активированную и готовую к бою, на вторую руку был одет силовой кулак с
когтями, также готовый к бою. У ног Гурона копошилась странная тварь,
пасть которой была усеяна кривыми зубами. Бледно-оранжевая чешуйчатая
шкура существа была покрыта коричневыми гнойниками. Серый Рыцарь
мог их видеть, но не смог различить сигнатуры Гурона и его питомца в
варпе, что давало Гурону некоторое преимущество.

- Итак, - произнес Гурон, подняв секиру и ринувшись на Серого


Рыцаря.- Кто тут у нас?
826960.M41 / Укрепление 2761/b. Гора Думэ, Пифос.

Крики умирающих людей, заглушались ревом ужасов, вырвавшихся в


реальный мир. Демоны были беспощадны, они не делали различия между
мордианцами, катаканцами и Темными Ангелами. Некоторые даже
набрасывались друг на друга, одни бились за прошлые обиды, другие – из
зависти к любимчикам своих покровителей. Летающие твари нападали на
«Темные Когти», в небе то возникали взрывы, то разлетался ихор. Темные
Ангелы, вооруженные огнеметами, устраивали тварям «горячие ванны»,
но, вскоре, сами оказались под огнем Нерожденных. Те имперские
гвардейцы, которые не сошли с ума при виде демонов, отчаянно сражались,
но их лазружья оказались неэффективны в битве с таким неуязвимым
противником. Некоторым удалось отступить к оборонительным
сооружениям, но они лишь оттягивали неизбежное. Как только демоны
покончат с теми, кто остался и сражался, они примутся за беглецов.
Оставив разногласия позади, Азраил и Драйго сражались плечом к плечу,
«Меч Титана» и «Меч Тайн» поднимались и опускались, отправляя
демонов обратно в преисподнюю. Броня верховных магистров была
забрызгана кровью, а вокруг них образовалась гора из трупов демонов. Но
это все равно не останавливало их собратьев, которые продолжали
напирать на космических десантников. Позади них «Бич предателей»
медленно двигался по спуску, мобильная крепость жгла и разрывала
демонов на части. Но количество убитых тварей было каплей в океане по
сравнению с монстрами, появлявшимися из порталов. Почуяв угрозу,
группа грациозных демонов нацелилась на "Адский молот", их изящные
женские тела заскользили по корпусу боевой машины, скребя когтями и
лезвиями, заменяющими им руки.

- Они над нами! – крикнул Тамзариан.

- Мы должны спалить их, - ответил Страйк. – Мы можем направить


огнеметы на корпус?

- Никак нет, шеф, - ответил один из стрелков. – Они не могут


вращаться по дуге.
К’Сии опутанный возившийся с проводами позади одного из ауспиков,
перепрыгнул через кресло Страйка и ткнул пальцем на одну из кнопок,
добавленных им при улучшении танка. Множество изменений
выполненных Джокаэро были незначительными – полка, филиграни, а
также несколько дополнительных кнопок, ставших головной болью
Тамзариана. Джокаэро настойчиво указывал пальцем в сторону кнопки. И
полковник нажал ее. Корпус Адского молота содрогнулся под миллионами
вольт электричества, превратив нежданных гостей в пепел. Взбешенный
Жаждущий Крови обратил свое внимание на командную машину Страйка.
Демон двинулся к танку, раскидывая крылатых тварей, появлявшихся у
него на пути.

- Цельтесь в него из «разрушителя» и «Адского молота», промежуток


между выстрелами – одна секунда, - приказал Страйк, отходя от смотровой
щели.

Последовали два выстрела. Не останавливаясь, Жаждущий Крови


схватил первый снаряд, но, будучи отвлеченным первым выстрелом, не
смог поймать второй, который врезался в мясистый бок твари.

На мгновение время словно замедлилось, пока сражавшиеся


наблюдали за тем, как снаряд подбросил демона в небо. Жаждущий Крови,
пролетев в воздухе, приземлился на лапы и издал вопль ярости и боли.
Повернувшись к «Адскому молоту», демон ринулся к нему. Более мелкие
собратья в ужасе разбегались в стороны, а те несчастные, кто не успел
этого сделать, были безжалостно раздавлены под лапой монстра.
Преодолев разделявшее их расстояние, Жаждущий Крови взмыл в воздух,
одновременно подняв над собой секиру для удара по боевой машине.

826960.M41 / «Плач». Имперский флот. Система Пандоракс.

- А мы не очень разговорчивы, да? - произнес Гурон Черное Сердце,


нанося удар туда, где только что стоял Эпиметий.

Серый Рыцарь нанес ответный удар алебардой, вызвав искры энергии


при столкновении с силовой секирой.
- Ну, давай же. Хотя бы скажи, из какого ты Ордена, чтобы я мог
передать им твое тело. – Гурон отвел секиру в сторону и снова ударил.

Эпиметий молча отбил ее.

- Ну, или насажу его на пику, вместо флага, когда буду сражаться с
ними.

Эпиметий контратаковал тирана серией ударов, но каждый раз его


алебарду встречал блок силовой секирой Гурона. Не имея возможности
применить свои психические силы, Эпиметий мог полагаться только на
свои навыки владения оружием. Тварь Гурона села на один из поручней,
предохранявших команду от падения в пропасть, окружавшую двигатель, и
без всякого интереса наблюдала за происходящим. Эпиметий не мог
добраться до нее, но был уверен, что именно этот демон блокирует его
психические способности.

- Я не узнаю цветовую схему твоей брони, и на ней нет никаких


опознавательных знаков. Ты такой же ренегат, как и я? – произнес Гурон,
подавшись назад и затем попытавшись нанести апперкот силовым кулаком,
который был незамедлительно блокирован алебардой Эпиметия.

- Мне бы пригодился такой одаренный воин, как ты.

Эпиметий нарушил молчание.

- Я лучше сдохну здесь, на этом корабле, чем встану в один ряд с


тобой. – Он сжал алебарду обеими руками, отбивая удары Гурона
основанием и атакуя концом оружия.

Эпиметий ударил тирана в ребро, керамит треснул, но предатель успел


нанести контрудар, содрав краску и мох с наплечника Серого Рыцаря.

- Интересно, - заявил бывший Астральный Коготь. – Ты из Железных


Рук? Нет, слишком много плоти. Серебряный Череп? Возможно, нет. Ты не
тратишь месяцы на гадания по остаткам животных, прежде чем сражаться
со мной.

Эпиметий промолчал, продолжая наступать на предателя. Три удара,


направленных в голову, были отбиты секирой Гурона.

- Может ты – Серый Рыцарь? Гамадрия говорит, что твои психические


способности колоссальны. Не то, чтобы она не могла их блокировать, ты
действительно хорош.

Черное Сердце нанес удар в диафрагму Эпиметия. Серый Рыцарь


отступил назад, ударив силовым кулаком по голове Гурона. Перчатка
прошла в нескольких сантиметрах от черепа предателя.

- Думаю, я прав. Ты – рыцарь Титана. Охотник на демонов. Передавай


привет Мордраку, когда увидишь его в следующий раз. Я слышал, у него на
меня большие планы.

Гурон сделал шаг назад, и снова взмахнул секирой. Эпиметий


блокировал ее основанием алебарды.

- Единственное, что я не могу понять – это броня. Она похожа на


реликвию Ордена, и ее должен носить магистр Ордена. Ты не Кальдор
Драйго, тогда почему ты ее носишь? Что выделяет тебя от остальных? -
Секира тирана снова задела наплечник Эпиметия. – Но для тебя она не
является реликвией, так? Ты всегда носил ее. Ты пахнешь десятью
тысячелетиями, Серый Рыцарь. Тебе столько же лет, сколько и Абаддону и
его шайке.

Удары Эпиметия стали тяжелее, дыхание участилось. Он смог


определить все это, лишь посмотрев на броню, или мелкая тварь смогла
прочитать мысли Серого Рыцаря? Если она была настолько сильна, что
блокировала его способности, что мешало демону пробить психическую
защиту Эпиметия без его ведома. Серый Рыцарь был беспощаден,
заставляя Гурона пятиться назад. Красному Корсару пришлось перейти к
обороне.

- Похоже, я задел за живое, да, Серый Рыцарь? Ты не только древний,


но и являешься одним из первых, кто одел броню Серого Рыцаря. Более
того, ты один из первых…

Отбив очередной удар алебардой, Эпиметий с невероятной скоростью


нанес удар по трицепсу Гурона, выбив секиру из рук предателя. Серый
Рыцарь нанес удар рукоятью оружия по задней части голени предателя,
опрокинув предателя на пол. В мгновение ока Эпиметий навис над
Красным Корсаром с нацеленным в горло кончиком алебарды. Гурон
рассмеялся.

- Я вдоволь насладился монологом, но мне уже пора уходить. Если


поторопишься, успеешь сбежать на последнем шатле, как планировал
изначально. – Он стал исчезать. – До следующей встречи…

Эпиметий нанес удар алебардой, но Гурон уже исчез, и острие


врезалось в пол. Серый Рыцарь поводил оружием из стороны в сторону, но
след от телепортации также благополучно испарился. Завыли сирены и
инжинариум залило красными огнями аварийного освещения. Эпиметий
еще раз проверил шкалу показателей и увидел, что она стала оранжевой.
Его дуэль с Черным Сердцем отняла много драгоценного времени, но все
еще оставался шанс, что он сможет покинуть «Плач». Закрепив алебарду за
спиной, Эпиметий выбежал из инжинариума.

826960.M41 / Укрепление 2761/b.Гора Думэ. Пифос.

Тамзариан развернул танк, отчаянно пытаясь уклониться от удара


секиры, но «Бич предателей» был не настолько быстр, чтобы увернуться от
оружия Жаждущего Крови. При столкновении стали со сталью по танку
прокатилась волна вибрации, но, благодаря усовершенствованиям К’сии,
корпус выдержал, остался лишь небольшой порез на усиленной броне. Не
ожидая следующего приказа, стрелки открыли огонь из всех орудий,
включая огнемет, слегка подпаливший крылья и торс демона. Но это лишь
еще больше взбесило Жаждущего Крови. Заряжающие уже загнали
очередной снаряд для «Адского молота», но тут раздался голос Страйка.

- Прекратить огонь!

Команда ошалело уставилась на полковника.

- Как вы убедились, мы можем выдержать удар секиры. А теперь


задумайтесь, сможем ли мы выдержать один из наших снарядов?
Бойцы понимающе закивали головами.

- Тамзариан, полный вперед. Мы протараним ублюдка.

- Но шэф… - начал водитель.

- Это не обсуждается, боец. Дави на рычаг и размажь эту тварь.


Остальным – продолжать огонь из спонсонных орудий.

Передвинув рычаг в коробке передач, Тамзариан с силой надавил на


него, разгоняя танк до максимальной скорости. Мелкие демоны пытались
остановить «Адский молот», но были размазаны по земле, машина, не
останавливаясь, неслась прямо на Жаждущего Крови. Демон не стал
уходить в сторону и приготовился к столкновению. Когда «Бич предателей»
врезался в него, тварь улыбалась. Звук удара был настолько громким, что
даже подавители шума, установленные К’сии, не смогли нейтрализовать
его. Эхо отражалось по всему командному отделению, травмируя слух
команды. Жаждущий Крови снова поднял секиру над собой, придерживая
танк свободной лапой, и опустил лезвие на турель. Оружие повредило
фонарь и оставило еще более глубокий порез, чем в первый раз. Пытаясь
избежать следующего удара, Страйк ударил кулаком по кнопке на его
командном кресле, активировав электрическое поле. Жаждущий Крови
взревел, его тело содрогнулось в конвульсиях. Кожа монстра покрылась
волдырями, на волосах и морде возникли огоньки пламени. Неожиданно,
без предупреждения, электрическое поле отключилось. Страйк снова нажал
на кнопку, но впустую. Система была мертва. К’сии ринулся под одну из
консолей, пытаясь соединить кабели и провода.

- Дави его, - приказал Страйк. – Резкая остановка, сейчас!

Услышав приказ полковника, Тамзариан резко потянул рычаг на себя,


останавливая танк, двигавшийся со скоростью сто километров в час.
Благодаря усовершенствованиям джокаэро, никто из экипажа «Бича
предателей» не почувствовал негативные последствия аварийной
остановки. Что нельзя было сказать о Жаждущем Крови. Его отбросило от
«Адского молота» на пятьдесят метров в воздух, после чего демон рухнул
на землю на большом расстоянии от танка, раздавив при этом своих мелких
собратьев. Несколько секунд тело демона лежало неподвижно. Когда
Страйк уже было подумал, что монстр мертв, демон с трудом поднялся на
лапы и яростно воздел секиру вверх. Издав боевой клич, демон опустил
голову и ринулся на танк, оставляя трещины на земле.

- Полный вперед, - спокойно произнес Страйк.

Не прекращая вести огонь, танк на полной скорости несся к демону.


Тамзариан выжал всю мощность из двигателя, чтобы машина шла на
максимальной скорости. Безудержная сила неслась навстречу
недвижимому объекту. Ярость демона полностью сфокусировалась на
танке. Монстр отбивал болты и лучи своими огромными крыльями,
наращивая скорость. За несколько метров до столкновения тварь резко
взмыла в воздух. Взмахнув оружием, Жаждущий Крови резко опустил
выкованную в варпе секиру на корпус машины, на этот раз пробив верхний
слой брони. Возвышаясь над турелью, демон глубоко вонзил когти в
металл, чтобы избежать падения, и обрушил на танк град ударов.

- К'сии, вот сейчас – самое время, - произнес Страйк.

Джокаэро выполз из-под консоли и разочарованно замотал головой,


прежде чем снова нырнуть в гущу проводов. Дела у гвардейцев и
космических десантников были не лучше. Разрубленный тела мордианцев
и катаканцев валялись на всем пути к укреплению, небольшие демоны
хватали гвардейцев и, подняв их в воздух, бросали людей вниз, прямо на их
товарищей. Те, кто успел спрятаться в укрытии, убедились, что лазружья
бесполезны в борьбе против демонов. Гавриил и Крыло Смерти
перегруппировались перед лицом неожиданной атаки, и, несмотря на то,
что им удалось дольше всех удерживать укрепрайон 2761/b, их воля и дух
были такими же, как и в начале. Образовав круг, они вели огонь из
штурмовых болтеров, периодически переходя в рукопашную. Несколько
терминаторов были мертвы, их древняя броня была разорвана когтями и
клыками, большинство выживших также получили тяжелые повреждения.
Над ними летали «Темные когти», пытаясь обеспечить поддержку с
воздуха, но их постоянно атаковали крылатые демоны, появлявшиеся из
порталов. Те немногие, кто смог избежать столкновения с крылатыми
тварями, оказывались мишенью для наземных демонов, и, вскоре на поле
битве образовались многочисленные следы падения боевых машин.
Единственной эффективной воздушной поддержкой Темных Ангелов был
джетбайк Саммаила, оснащенный мощной плазменной пушкой. Но и он
вскоре обнаружил, что увяз в битве с двумя раздутыми монстрами,
запрыгнувшими на корпус «Корвекса». Азраил и Драйго превзошли самих
себя, как и ожидалось от космических десантников их ранга и статуса, но и
они испытывали огромное давление со стороны демонов. Из раны на
голове Серого Рыцаря сочилась кровь, его клетки Ларрамана работали на
износе, стараясь затянуть глубокую рану, облитый ихором «Меч Титана» не
давал орде демонов добраться до десантника. Плащ Азраила превратился в
лохмотья, броня покорежена в районе бедра. Правый наголенник магистра
был сорван когтями демонов, а из предплечья вниз стекала струя крови.
Как и его боевой собрат, он продолжал уничтожать Нерожденных, но
количество тварей было слишком велико даже для верховных магистров.
Жаждущий Крови приземлился на «Бич предателей» и обрушил град
ударов по корпусу и орудиям. Команда боевой машины ждала неизбежного,
пока Тамзариан дергал танк то вправо, то влево, стараясь скинуть тварь с
корпуса машины. Очередной удар пришелся на турель, корпус танка
содрогнулся, из груди твари вырвался яростный рев, за ним последовал еще
один, и в броне появилась брешь, сквозь которую проник солнечный цвет.

- Захлопни задний люк, Тамзариан, - крикнул Страйк. – Мы отступаем.

Жаждущий Крови все больше и больше расширял пробоину в корпусе,


желая по скорее добраться до экипажа танка. Заранее понимая
бесполезность своих действий, Страйк выхватил лаз-пистолет и направил
его на демона, который стал просовывать лапу внутрь. Жаждущий Крови
поморщился и продолжил раскурочивать боевую машину, не обращая на
выстрелы никакого внимания. Неожиданно, словно сбитый неведомой
силой, демон исчез, в наушниках послышался отчет об артиллерийской
стрельбе. Множество выстрелов. Аккуратно, стараясь не задевать острые
края покореженного металла, Страйк выпрямился во весь рост и посмотрел
в отверстие поврежденной турели. Полковник Страйк был не из тех людей,
которые открыто выражают свои эмоции, служба в сто восемьдесят
третьем и девять братьев способствовали этому, но то, что он увидел,
заставило его пустить слезу. Танки. Сотни танков.

826960.M41 / «Плач». Имперский флот. Система Пандоракс.

Больше не прячась в тенях, Эпиметий бежал со всех ног, попутно


отстреливая оставшихся Корсаров из болт пистолета.
Очередной выстрел вышиб мозги из попавшегося у него на пути
пирата. Чумные зомби, сопровождавшие предателя, продолжили свою
деятельность, не обращая внимание на убийство своего надсмотрщика.
Эпиметий продолжил свой бег, оттолкнув одного из них, вследствие чего
мертвец выронил контейнер с провизией. Остальные зомби остановились,
ожидая команды, и тут же получили болты в голову. Еще один из
приспешников Гурона выбежал из коридора и открыл огонь в направлении
убегавшего Серого Рыцаря. Не останавливаясь, Эпиметий развернул корпус
и выстрелил с бедра, попав предателю в горло. Сирены звучали все громче,
раздался женский голос, на высоком готике советовавший экипажу
покинуть корабль. Завернув в следующий поворот, Эпиметий столкнулся с
еще двумя Корсарами, также пытавшимися удрать с корабля. Первого он
убил выстрелом из болт-пистолета, второго – психическим копьем,
разрушив мозг десантника-предателя. Эпиметий перепрыгнул через трупы
и побежал в сторону ангара. Выбив дверь плечом, он тут же почувствовал
запах дыма и потрескивание костра. Истребители были объяты пламенем.
Вокруг них валялись сожженные тела культистов, явно прибежавших сюда,
чтобы покинуть судно, черепа были вскрыты выстрелами из лаз-пистолета.
В конце ангара стоял шатл, на котором Эпиметий прибыл на «Плач».

- Я так и думала, что тебе здесь не понравится, - весело крикнула


Шира, спрыгивая с крыши шатла в кабину пилота.

- А я думал, что ты выполнила мой приказ, - ответил Эпиметий, его


ярость остывала, меняясь на чувство облегчения.

- У меня никогда не получалось следовать приказам, - возразила Шира.

Покачав головой, Эпиметий запрыгнул в кабину пилота. Минуту


спустя шатл Инквизиции, покинул «Плач» и взял курс на Пандоракс.
Каналы связи разрывались из-за сообщений об обнаружении
снабженческого транспорта, который вдруг появился из неоткуда. Шира
передала по общему каналу сигнал избегать столкновения с «Плачем».
Адмиралы и капитаны поспешили отдать приказы отвести корабли от
проклятого судна. Два первых фрегата завершили обходные маневры, когда
давление в варповых двигателях судна достигло передела, и корабль
взорвался. Осколки разлетелись во все стороны, некоторые из них
разбились о щиты кораблей флота, сопровождаясь ударной волной
накрывшей более мелкие суда. Шира сражалась с контрольной панелью
корабля, судно попала в зону турбулентности, но, благодаря системам
Ордоса, пилот смогла вернуть корабль на курс следования. Как только она
убедилась, что угроза миновала, Шира включила автопилот и повернулась
к Эпиметию, стоявшему позади, вес его огромного тела, облаченного в
броню не могло выдержать ни одно кресло на корабле.

- Я слушала переговоры, пока ждала тебя. Этот катаканский


полковник, о которых ты говорил с Тзулой, говорил что-то об укрепленном
пункте юго-восточней от Атики. С ними Темные Ангелы. Три крыла
истребителей сражаются в составе сил освобождения, и я уверена, что они
не справятся без меня. Она с надеждой смотрела на космического
десантника.

- Что скажешь? Может мне присоединиться к ним?

Серый Рыцарь снял шлем и смерил ее взглядом.

- И это никак не связано с Хельдрейком, который атакует патрули и


укрепления по всей южной окраине Пифос Прайм? Тот, у которого
повреждено крыло?

Месть. Именно этого хотела Шира. Но ей пришлось лишь слушать


отчеты о монстре, терроризировавшем Пифос.

- Ты знаешь, что это мерзко, когда ты копаешься в моих мозгах, -


произнесла она, скрестив руки. – Ну что, садимся?

Космический десантник на мгновение задумался, взвешивая решение.

- Садись на дальней северной окраине континента. Там есть


укрепления, которым требуется наша помощь.

Это было не то, что хотела услышать Шира. Темные Ангелы


концентрировали свои силы на юге, оставляя полки Имперской Гвардии
оборонять удаленные укрепления. Вздохнув, она повернулась к
контрольной панели и стала менять курс.
826960.M41 / Укрепление 2761/b. Гора Думэ. Пифос.

Страйк спрыгнул с корпуса «Адского молота», за ним последовала


команда. К’сии встал рядом с ним, моргая от солнечного света, который он
не видел очень долгое время, сидя в «Биче предателей». Рев танков был
неимоверно громким. Группы боевых машин выруливали на посадочную
полосу. Колонна растянулось настолько далеко, что Страйк не смог увидеть
последнюю машину. «Гибельные клинки», «Теневые мечи», «Леманы
Руссы», «Адские гончие», «Покорители», «Палачи», почти все модели
танков, стоявшие на вооружении Имперской Гвардии. На некоторых из них
была нанесена цветовая схема сто восемьдесят третьего, но большую часть
составляли танки зеленых и серых цветов. Судя по цветовой схеме,
кадийские и востроянские. Дюжина демонов пала под выстрелы их пушек,
вернувшись обратно в варп. Некоторые из мелких тварей запаниковали и
попытались скрыться, попав под стену огня орудий Темных Ангелов и
воодушевленных гвардейцев, наступавших вниз по склону. Более крупные
демоны не испытывали такого страха перед имперской техникой и яростно
ринулись в бой. Твари с гротескными рогами и четырьмя лапами,
похожими на клещи краба, разорвали броню «Адской гончей» и стали
кромсать команду кадийцев. Стрелок, парализованный страхом, наконец,
справился с оцепенением и, схватившись за приклад огнемета, стал
поливать прометием последователей Бога удовольствий. Демоны забились
в конвульсиях удовольствия, но это состояние длилось недолго. Пламя
«Хранителя Секретов» задело контейнеры с топливом, вызвав взрыв,
разорвавший огромного демона и более мелких тварей. Жаждущий Крови,
сражавшийся с «Бичем предателей», находился не в лучшей форме, его
левая лапа и крыло были оторваны снарядом танка. Подобрав секиру, тварь
взревела и повернулась к катаканскому «Гибельному клинку», разбросав в
стороны гвардейцев, космических десантников и более мелких демонов.
Жаждущий Крови ринулся вперед, но через несколько метров был
остановлен снарядами, оторвавшими ему вторую лапу и часть торса. Тварь
рухнула на колени, издав отчаянный вопль ярости. Это было последнее, что
вырвалось из пасти демона, в следующее мгновение двое терминаторов
Крыла Смерти прикончили его одновременным ударом своих клинков.

- Спрячься где-нибудь, - крикнул Страйк, обращаясь к джокаэро.


К’сии был гением в части машин и оружия, но битва не была его
коньком и Страйк все еще не был уверен в реакции Темных Ангелов.
Подобрав лаз-ружья, К’сии спрятался за валун и занял оборонительную
позицию. Забрав у мертвого мордианца огнемет, Страйк пробивал себе
путь к сражавшимся магистрам. Их битва была образцом искусства войны,
каждый удар был точным, каждое движение было просчитано.

- Похоже, вы нашли свои танки, полковник, - крикнул Азраил, вонзая


клинок в брюхо демона. – Или, точнее говоря, они нашли вас.

- Здесь не только мои танки, - ответил Страйк, сжигая розовую тварь с


множеством конечностей.- Сюда прикатила добрая половина боевых
машин Пифоса.

Колонна бронетехники все прибывала. Место высадки уже было


полностью заполнено техникой, а подход к укрепрайону 2761/b был
заблокирован танками, отбрасывающими демонов прямо под огонь Темных
Ангелов, мордианцев и катаканцев. Над ними открылся еще один портал и
стал выплевывать Нерожденных.

- Наши подкрепления не бесконечны, что нельзя сказать о противнике,


- произнес Драйго.

Когтистая рука потянулась к лицу Азраила, но Серый Рыцарь одним


взмахом отделил ее от тела демона. Следующий удар оголил кишки твари,
на землю посыпались червяки.

- Если мы не закроем эти порталы, все это будет напрасно.

Четыре вражеских колдуна продолжали творить свою мерзкую магию


под пристальным взором Абаддона. Даже если последние события
заставили его поволноваться, он не подавал виду.

- Предоставьте это мне, - произнес Страйк.

Развернувшись, он снова стал пробиваться сквозь толпу демонов.


Короткими выстрелами из огнемета полковник не давал тварям
приблизиться к нему. Преодолев сто метров, расстояние, которое отделяло
его от «Гибельного клинка», он присоединился к катаканцам и гвардейцам,
передвигавшимся под прикрытием танков. Катаканцы были рады снова
увидеть своего командира живым и невредимым. Забравшись на танк,
полковник постучал прикладом по крышке люка. Крышка люка откинулась
почти мгновенно, и Страйк увидел знакомое лицо и направленный в него
пистолет.

- Рад тебя видеть, Бриджстоун, - сухо произнес Страйк. – А я уж начал


думать, что ты решил отсидеться.

- Прошу прощения, шеф, - ответил Бриджстоун, помогая полковнику


влезть в танк. – Мы не смогли заставить чертову вокс-связь заработать. Я
думаю, нас умышленно глушили. Мы несколько месяцев бороздили океан.

- Что заставило тебя вернуться именно сейчас? – спросил Страйк.

Внутренний интерьер был почти идентичен внутренностям «Бича


предателей», за исключением усовершенствований К’сии.

- Мы увидели десантные капсулы, падающие на Пифос Прайм и


поняли, что либо к нам подошли подкрепления, либо прибыли свежие силы
противника. В любом случае, в связи с наступление сухого сезона, мы
спокойно могли продвигаться по джунглям. Двумя механизированными
бригадами мы вернулись обратно. Мы только сказали, что здесь происходит
что-то интересное, и они сразу присоединились к нам.

- Что ж, ты во время, - тон Страйка смягчился.

- Мы бы приехали раньше, шеф, но наткнулись на группу героев по


дороге. Они подумали, что мы – враги и решили устроить засаду. К
счастью, они повредили лишь несколько гусениц, и нам пришлось
несколько часов ремонтировать их.

- Сколько еще раз я должна извиняться за это, командор? – произнесла


женщина в дальнем углу командного отсека.

Она выступила вперед и Страйк узнал лицо инквизитора. Лицо было


грязным и с новыми шрамами, но все еще узнаваемым.

- Привет, полковник. Все еще ищите приключений.


- Что-то в этом роде, - ухмыльнулся Страйк. – Вы одни?

Его лицо помрачнело.

- Гурон Черное Сердце проник на корабль снабжения Имперского


Флота и собирался отравить все наше продовольствие. У него был ковен
колдунов на борту, маскировавший присутствие судна и поддерживавший
демонов на Пифосе. Судя по тому, как они умирают, думаю, миссия
Эпиметия прошла успешно.

- Он…? – спросил Страйк.

В воздухе повисла пауза, прежде чем Тзула ответила.

- Я не знаю. Он рассматривал эту миссию как билет в один конец.

Страйк кивнул.

- Что ж, если он пожертвовал собой, давайте сделаем все, что его


жертва не была напрасной.- Он повернулся к Бриджстоуну. – Командор, у
меня есть новые цели для тебя.

Сверху Абаддон наблюдал за тем, как его армию рвут на части.


Повсюду сталкивались металл и демоническая плоть, артиллерия и броня с
зубами и когтями. Он видел эту картину тысячи раз на тысячах полях
битвы, тысячи лет, но очень редко ему доводилось проигрывать. Битва все
еще кипела, а цена, которую платили лакеи ложного Императора, была
высока, но десяти тысячелетний опыт говорил о том, что сражение
проиграно. Колдун, стоявший позади и создававший щит, стал слабеть.
Дым стал подниматься от его брони, а затем и изо рта, носа и глаз. Его тело
менялось. Барьер, созданный им, становился все слабее и слабее, наконец,
тело колдуна превратилось в пепел, и доспехи рухнули на землю.
Остальные колдуны переглянулись между собой, но продолжили ритуал, не
желая злить Магистра Войны, обещавшего вознаградить их за усилия.
Абаддон увидел, как турель танка, стоявшего в центре битвы,
поворачивается в его сторону. Командующий Черного Легиона воспринял
это как повод отступить и активировал телепортационное поле. Эта битва
была проиграна, и, скорее всего, она изменит равновесие сил на Пифосе,
что в итоге приведет к поражению сил Хаоса. Для Абаддона это было не
важно. Для него война была лишь препятствием на пути к более желанному
призу. Когда снаряд вылетел из пушки «Гибельного клинка», Магистр
нажал на активатор телепортации. Убив троих колдунов, снаряд упал в
место, где мгновение назад стоял Абаддон, но Осквернитель уже исчез.
Битва за укрепрайон 2761/b продолжалась еще тридцать семь часов. Азраил
и Драйго сражались до последней секунды. Убедившись в отсутствии
подкреплений, те демоны, которые оказались между молотом и
наковальней, предприняли попытку прорыва сквозь танковую блокаду.
Волна за волной, Нерожденные падали под ударами имперских орудий, но
их сородичи взбирались по трупам и продолжали наступление на стальную
стену. Освободившись от монстров, атаковавших их сверху, "Громовые
Ястребы" и "Валькирии" взмыли в небо и стали поливать демонов внизу
огнем из всех орудий. Боевые машины спасли многие экипажи танков, но
потери в технике были настолько высоки, что прибывшая десятилетия
спустя группа Адептус Механикус измеряла останки не количеством, а
тоннажем. Силы и дух противника были сломлены, битва превратилась в
отдельные стычки. Группа мелких демонов Тзинча прорвалась к входу в
шахту и растерзала мордианцев, засевших в укрытии. Бальтазар и двое
других братьев из Крыла Смерти вели объединенные силы катаканцев и
мордианцев вглубь укрепрайона с целью уничтожить всех демонов до
единого. Восстановив господство в воздухе, Саммаил охотился на демонов,
настолько глупых, что они все еще пытались достать его. Убийственная
плазмо-пушка «Корвекса» перегрелась и начала плавиться,
технодесантникам Темных Ангелов придется снова ремонтировать
древнюю машину, как только аппарат вернется на Скалу. Лишь через шесть
дней пушка снова станет нормально функционировать. Страйк вместе с
Тзулой и отделением Магрик, в свою очередь, охотились за демонами,
слишком мелкими для пушек танков. Наступил звездный час сто
восемьдесят третьего. Настроение полковника омрачила гибель Магрик,
которая выжила в битве у укрепрайона 2761/b, но скончалась от ранений,
нанесенных демонессой. Ее нож будет покоиться на поясе Страйка, пока
война на Пифосе не окончится. Оба верховных магистра не отходили друг
от друга больше чем на несколько метров, постоянно пополняя свой список
убийств. Отбросив идеологические распри в сторону, воины, горя
праведною яростью, уничтожали врагов империума. Те имперские
гвардейцы, которым повезет выбраться живыми, еще долго будут
передавать из поколения в поколение рассказы о двух машинах убийств,
воевавших без перерыва полтора дня, уничтожая кошмарных порождений
варпа без тени страха и жалости. Последний демон, павший от их мечей,
был огромной, раздувшейся тварью, его гнилое тело источало миазмы вони
и слизи, проникавших в броню космических десантников, разлагая их тела.
Так как Имперская Гвардия была неэффективна в сражении с таким
противником, почти все выжившие Темные Ангелы вместе с Драйго
сражались с мерзким демоном много часов, периодически отбивая атаки
мелких демонов и чумных големов, отделявшихся от тела Великого
Нечистого. Развязка наступила с появлением скоростных истребителей
класса «Нефилим», выпустивших по противнику полный боекомплект
ракет типа «Черные Мечи». Верховные магистры одновременно нанесли
удары, Серый Рыцарь – в грудь зверя, Темный Ангел – в череп. Тело
демона превратилось в бурлящий бассейн бубонной слизи, частично
заполнившей склоны горы Думэ. Завершив битву, космические десантники
прошли маршем по полю битвы под восторженные крики их имперских
союзников.

- Твое упрямство чуть не стоило нам жизни, - громко произнес Драйго,


дабы его слышали терминаторы из Крыла Смерти, находящиеся на борту
«Рева Возмездия».

Все, что связывало магистров, все узы братства, остались на поле


битвы.

- В следующий раз мы будем готовы противостоять этой тактике. Было


бы неплохо увидеть в бою и Серых Рыцарей, предпочитающих протирать
задницы на кораблях Флота.

Драйго проигнорировал оскорбление Азраила.

- Когда он ударит в следующий раз, его целью будет более удаленный


укрепрайон, оставшийся без поддержки и недоступный для танков
Имперской Гвардии. Мы должны перестать принимать опрометчивые
решения и сразиться с силами Абаддона в Атике.

- Я привел свой Орден защитить население Пифоса, а не выносить ему


приговор. Если еще есть шанс, что население Атики все еще живо, я не
буду проводить штурм.

- Это не проблема, мой господин, - произнес голос, не знакомый


Темному Ангелу.

Страйк и женщина, облаченная в форму катаканцев, жилет и бандану,


поднялись на Громовой Ястреб.

- Все население Атики мертво. Или близко к этому, - произнесла Тзула.

- Рад вас снова видеть, младший дознаватель Дигриз. Я боялся, что вы


мертвы, - произнес Драйго. – Мои соболезнования в связи с гибелью
вашего учителя. Он был хорошим человеком и великим слугой Золотого
Трона.

- Благодарю, лорд Драйго. Я хочу почтить его память, выполнив эту


миссию и уничтожив Подземелье Проклятых, - произнесла Тзула, склонив
голову.

- И у вас есть оружие… я полагаю? – произнес Драйго.

Азраил обменялся взглядами с Серым Рыцарем.

- Да, лорд Драйго, - произнесла Тзула, указывая большим пальцем на


нож, висящий у нее на поясе.

- Это воссоединение очень трогательно, но если у девчонки есть


сведения об Атике, я хотел бы их выслушать, - рявкнул Азраил.

- Как пожелаете, господин, - произнесла Тзула, поклонившись


магистру.

Она не пропустила ни одной детали касательно судьбы местного


населения и плана по отравлению запасов, осуществлявшегося ковеном
колдунов на одном из кораблей Флота. Она не стала полностью
выкладывать информацию по Эпиметию. Когда инквизитор закончила,
Азраил смерил ее оценивающим взглядом.

- Этот загадочный космический десантник. Эпиметий. Где он сейчас?

Тзула собиралась ответить, что он, скорее всего, сгинул в операции по


уничтожению захваченного корабля, но тут вмешался Драйго.
- Это не касается нашего общего дела, Азраил. Души Атики потеряны.
Хуже того, они порабощены силами Хаоса. Нам более не стоит тянуть с
наступлением. Мы должны атаковать.

Азраил посмотрел на Страйка, и тот кивнул, соглашаясь с Серым


Рыцарем. Командующий Темных Ангелов развернулся и двинулся в
десантный отсек. Подойдя к входу, он остановился.

- Очень хорошо. Но мы сделаем это по-моему, в выбранное мною


время. Приготовь свое б