Вы находитесь на странице: 1из 61

1

ТАГАНОВ И.Н.

ТАЙНА АЛФАВИТА
ДРЕВНЯЯ МОДЕЛЬ ВРЕМЕНИ

Москва
КнигИздат
2018

2
УДК 930.85
ББК 63-2
Т13

Таганов И.Н.
T13 Тайна алфавита. Древняя модель времени / И.Н. Таганов. – М. : КнигИздат, 2018 –
102 стр.

ISBN 978-5-4492-0000-6 (Электронная версия)


© Таганов И.Н., 2018

Одной из давних и трудных загадок истории нашей цивилизации является происхождение алфавитной
письменности – в конце II тысячелетия до н.э., почти одновременно, несколько народов восточного
Средиземноморья, почему то приняли одну и ту же систему алфавитных письменных знаков. Впоследствии
этот единственный древний «прото-алфавит» послужил образцом для создания всех остальных алфавитов, так
что используемые в наше время алфавиты и, вероятно, большинство архаичных, вышедших из употребления
алфавитных письменностей, имеют один и тот же древний образец. В конце 20 столетия поиск истоков графики
прото-алфавита привел к сенсационному открытию графики «Винчанского письма», применявшей символы
прото-алфавита, которая использовалась в VI–IV тысячелетиях до н.э. на обширной территории Балкан и
возникла, по крайней мере, на тысячелетие раньше известных иероглифических письменностей! У историков
есть все основания предполагать, что графика прото-алфавита имеет еще более древнее происхождение – в
нескольких европейских пещерах каменного века найдены композиции знаков прото-алфавита.
Богатый арсенал символов Древнего мира не был случайным набором знаков, имен и цифр. Все
доминантные символы были объединены в мистические эмблемы сюжетами мифов и контекстами священных
обрядов. В 2000–2005 годах Русское Географическое общество провело несколько организованных автором
этой книги экспедиций на территории Гималаев и Тибета, которые открыли древнюю янтру «Кала Агни»
(Огонь Времени) – эмблематическое дополнение к древнему ведийскому космологическому мифу.
Исследование геометрии янтры Кала Агни показало, что все знаки архаичных алфавитов, буквы прото-
алфавита, а также большинство древних магических символов являются преобразованиями янтры Кала Агни.
Янтра Кала Агни является графической формой древней модели Времени, которая не только обобщает
эмблематику известного символа хода Времени – индуистской «Калачакры» (Колеса Времени), но и позволяет
использовать ее графику для описания алгоритма создания простого и эффективного календарного
астрономического инструмента. В качестве многоуровневой структуры древних символов дуализма эта янтра
на протяжении череды тысячелетий служила основой ритуальной магии у многих народов. Значение кодекса
символов, порождаемого преобразованиями янтры Кала Агни, не ограничивается формированием систем
алфавитных знаков. Не меньшее, если не большее значение, этот кодекс символов имеет для всей истории
нашей культуры и, в первую очередь, для истории религий и философии.

Ключевые слова: история письменности, алфавит, семиотика, палеография

УДК 930.85
ББК 63.2

ISBN 978-5-4492-0000-6 © Таганов И.Н., 2018

3
ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 4
1 ДОКТРИНА УНИВЕРСАЛЬНОГО ДУАЛИЗМА 7
2 КРАТКИЙ ОЧЕРК ИСТОРИИ ПИСЬМЕННОСТИ 16
3 СТРУКТУРНО-СИМВОЛИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ АЛФАВИТА 36
ЛИТЕРАТУРА 58

ВВЕДЕНИЕ
Одной из давних и трудных загадок истории нашей цивилизации является происхождение
алфавитной письменности. Несмотря на достаточно успешное применение в Древнем мире
нескольких иероглифических письменностей, в конце II тысячелетия до н.э., почти
одновременно, несколько народов восточного Средиземноморья, почему то приняли одну и
ту же новую систему алфавитных письменных знаков. Впоследствии этот единственный
древний «прото-алфавит» послужил образцом для создания всех остальных известных
историкам алфавитов.

Рис. 01. Монументальное представление Средиземноморского прото-алфавита, который лингвисты называют


то «финикийским», то «западно-семитским», то «северно-семитским»
Таким образом, все используемые в наше время алфавиты и, вероятно, большинство
архаичных, вышедших из употребления алфавитных письменностей, имеют один и тот же
древний образец.
Неоднократные попытки связать графику букв прото-алфавита с египетскими
иероглифами оказались безуспешными. Средиземноморский прото-алфавит часто называют
«финикийским», но неуверенность в происхождении этого единственного древнего образца
алфавитной письменности нашла отражение в том, что многие историки не конкретизируют
этнической принадлежности прото-алфавита, обычно называя его осторожно «северно-
семитским» или «западно-семитским» письмом. Однако подробности возникновения и
распространения прото-алфавита в Древнем мире имеют большое значение для правильного
понимания истории развития нашей культуры.
В конце 20 столетия поиск истоков графики прото-алфавита среди обширного
археологического наследия привел к сенсационному открытию графики «Винчанского
письма», получившего академический статус на конгрессе в Милане в 1987 году.
Археологические находки дают повод думать, что знаковая система Винчанского письма,
включающая символы прото-алфавита, и популярная в VI–IV тысячелетиях до н.э. на
обширной территории Балкан и прилегающих землях возникла, по крайней мере, на
тысячелетие раньше известных иероглифических письменностей!
У историков есть все основания предполагать, что графика прото-алфавита имеет еще
более древнее происхождение. С начала 19 столетия археологов смущали странные, почти
неотличимые от букв прото-алфавита знаки на стенах пещер со следами обитания в
каменном веке. Такие надписи чаще всего находили в пещерах Испании, Португалии, южной
Франции и Швейцарии. Долго никто не решался назвать эти знаки эпохи палеолита буквами
или письменами, хотя даже поверхностное знакомство с ними обнаруживало несомненное
сходство этих знаков с буквами известных историкам архаических алфавитов.

4
В 1877 году французский археолог Этьен Пиетт обнаружил в пещере Мас д’Азиль во
французских Пиренеях на стоянке каменного века сотни плоских камешков, с нанесенными
на них красной охрой всеми знаками прото-алфавита. Впоследствии камни со знаками прото-
алфавита были обнаружены еще в нескольких пещерах Верхних Пиренеев, а в пещере Бирзек
в Швейцарии нашли более 200 каменных галек с такими знаками.
Таким образом, есть все основания предполагать, что одна и та же знаковая система,
известная, возможно, с каменного века, то есть, по меньшей мере, уже 20 000 лет, была
единодушно использована для создания алфавитного письма несколькими древними
народами, разделенными огромными расстояниями от Атлантики до Индии и Монголии. В
чем же таинственная привлекательность этих знаков?
В Древнем мире ценность письменных знаков определялась не их применением для
хозяйственных и торговых записей, а, в первую очередь, их тайным символизмом и
значением, которое им придавалось в священных обрядах. Ритуальная символика Древнего
мира была гармонично организована множеством символических соответствий и аналогий. В
целостной системе обрядов каждого народа существовало ядро доминантных символов,
которые были многозначны и применялись во множестве различных ритуалов. При этом, в
частности, важнейшими считались соответствия доминантных символов и цифр, которые
использовались в календарном исчислении, объединяя и упорядочивая сложный древний
символизм планет, созвездий и богов.
Богатый арсенал символов Древнего мира не был случайным набором знаков, имен и
цифр. Все доминантные символы были объединены в мистические эмблемы сюжетами
мифов и контекстами священных обрядов. Древние мистические системы и священные
эмблемы сохранялись дольше всего в Северной Индии и Гималаях, где с середины первого
тысячелетия до нашей эры символы прото-алфавита определяли графику букв алфавита
Брахми и цифр Карошти.
В 2000–2005 годах, для поиска древних эмблем, некогда объединявших алфавитные
символы в единые гармоничные системы, Русское Географическое общество провело
несколько организованных автором этой книги экспедиций на территории современных
индийских штатов Химачал Прадеш и Уттар Прадеш, а также в Ладакхе, где сохранилось
много следов древних культур. Работа этих экспедиций привела к открытию необычной
эмблемы, которая, возможно, в древности определяла графику алфавитных знаков и, как
утверждают некоторые индийские теологи, является «ключом ко всей мудрости Древнего
мира».
Возрождение тантризма, практика которого основана на медитации, речитативах мантр и
созерцании янтр, происходившее в Индии в 6–8 столетиях нашей эры сопровождалось
тщательным изучением древних ведийских манускриптов, посвященных магическим
эмблемам – янтрам. Санскритское слово янтра происходит от корня «ям», которому
придается сложное философское значение «поддерживать энергию, присущую элементам,
объектам и принципам». Среди находок раннего индийского тантризма оказалась древняя
ведийская янтра «Кала Агни» (янтра Огня Времени), которая считается многими
современными брахманами эмблематическим дополнением к ведийскому космологическому
мифу.
Исследование геометрии янтры Кала Агни (рис. 02) позволило обнаружить весьма
необычные свойства этой эмблемы. При «редукции» эмблемы, которое представляет собой
исключение некоторого множества графических элементов из ее структуры, образуется
более простой геометрический символ. Оказывается, что все символы известных
древнейших алфавитов и, в частности, буквы прото-алфавита, а также большинство
традиционных древних магических символов различных культур могут быть представлены
как различные редукции янтры Кала Агни.

5
Рис. 02. Янтра Кала Агни (Огонь Времени). Индуистская эмблема «Калачакра» (Колесо Времени) и эмблема
«Тай-цзи» (Великий Предел) Даосизма и Буддизма

Рис. 03. Буквы Средиземноморского прото-алфавита, представленные как редукции янтры Кала Агни
Для интерпретации символизма янтры Кала Агни следует обратить внимание на сходство
структуры этой янтры с известными с глубокой древности символами хода Времени –
индуистской эмблемой «Калачакра» (Колесо Времени) и эмблемой «Тай Цзи» (Великий
Предел), применяемой в Даосизме и Буддизме.
Рассматриваемая как дополнение к древнему ведийскому космологическому мифу, янтра
Кала Агни распространяет уже высказанную в мифе идею единства космоса и земного мира
на пространство и время, подчеркивая, что причиной этой универсальной целостности
является взаимосвязь и взаимообусловленность пространства и времени. Само название
янтры – Кала Агни, то есть «Огонь Времени» подчеркивает, что эта эмблема призвана
служить символом внутренней сущности, космологического предназначения самого
Времени, которое считается во многих восточных культурах главным космогоническим
фактором, определяющим историю мироздания.
Идея системного единства пространства и времени в Древнем мире была не только
метафизической концепцией, но и эффективно использовалась практически. Янтра Кала
Агни, являясь одним из возможных графических обобщений эмблемы Калачакры, позволяет
использовать ее графику для описания алгоритма создания простого и эффективного
календарного астрономического инструмента.
Янтра Кала Агни, во-первых, является графической формой древней модели хода Времени,
которая позволяет, в частности, создать календарное исчисление по астрономическим
наблюдениям, и, во-вторых, как многоуровневая структура древних символов дуализма она
на протяжении череды тысячелетий служила основой ритуальной магии у многих народов.
Значение кодекса символов, порождаемого преобразованиями янтры Кала Агни, не
ограничивается формированием систем алфавитных знаков. Не меньшее, если не большее
значение, этот кодекс символов имеет для всей истории нашей культуры и, в первую
очередь, для истории религий и философии.

6
1. ДОКТРИНА УНИВЕРСАЛЬНОГО ДУАЛИЗМА
Начало истории философской концепции универсального дуализма скрывает мгла седой
древности, но можно предположить, что первые смутные ощущения двойственности
мироздания возникли вскоре после пробуждения сознания у человека. За разделением
впечатлений от внешнего мира и собственных переживаний последовало постепенное
накопление наблюдений двойственности природы – рождение и смерть, мужчины и
женщины, день и ночь, лето и зима.…Уже в глубокой древности было осознано важное
символическое значение философских категорий и, в частности, Принципа универсального
дуализма:

«Истина не пришла в мир обнаженной, но она пришла в символах и образах. Он не


получит ее по-другому. Есть возрождение и образ возрождения. Следует воистину возродить
их через образ». (Апокрифическое Евангелие от Филиппа; 3 столетие)

Первые символы дуализма – отпечатки правых и левых рук и ног украшают стены
множества пещер каменного века с возрастом 20–30 тысяч лет. На стене знаменитой
французской пещеры Пеш Мерле (Pech Merle), в которой люди жили уже 25 тысяч лет тому
назад, отпечатки правых и левых рук включены в композицию «фрески с пятнистыми
конями» (Рис. 1-1). А декорация одной из пещер каменного века в Патагонии состоит
исключительно из отпечатков человеческих рук (Рис. 1-2).

Рис. 1. 1. Фреска каменного века с пятнистыми конями в пещере Pech Merle во Франции (http://phys.org/). 2.
Отпечатки рук в древней пещере в Патагонии (http://cdn2-b.examiner.com/).
В качестве традиционного символа дуализма, по меньшей мере, с начала исторической
эпохи утвердилось изображение правой и левой ступней ног, которое входит, например, в
композицию символов на каменном идоле Кеми-обинской культуры III тысячелетия до н.э.
Символизм пары ступней ног, высеченных в пещерном индуистском храме в Эллоре, усилен
изображениями правой и левой свастик. Пара ступней ног, украшенных сложной резной
композицией, в которую входят многие священные эмблемы буддизма, изображена на
каменной плите, бережно сохраняемой в «Пагоде диких гусей» в Сиане. Легенда гласит, что
Суан Цанг, пилигрим и первый настоятель буддийского монастыря в Сиане, привез эту
плиту из Индии в 652 году в числе многих других реликвий и древних манускриптов.

7
Рис. 2. 1. Скульптура эпохи царства Гандхара с отпечатками ног Будды (Buddhapada) (2 столетие;
художественная галерея Йельского университета, США). 2. Swayambhunath в Храме обезьян (Катманду). 3.
Buddhapada в буддийском храме Kozan-ji.
Буддизм, восприняв с небольшими изменениями многие древние индуистские эмблемы,
распространил символ дуализма в форме пары ступней ног (Buddhapada) по обширным
территориям юго-восточной Азии. Этот символ встречается и в Тибете, украшая, например,
каменные плиты ступеней нескольких храмов монастыря Ташилумпо в Шигатзе.
Однако, вероятно, символ дуализма в форме пары ступней ног проник в Китай задолго до
распространения там буддизма. Ступни ног, вырезанные из тонких пластин нефрита,
археологи часто находят в составе погребального инвентаря царских могил эпохи Восточной
династии Чжоу (770–256 до н.э.). В Историческом музее Сианя хранятся изящные
нефритовые ступни, найденные в могиле правителя «страны Цин» (537 до н.э.) среди костей
сотен похороненных заживо рабов и боевых коней.

Рис. 3. 1. Спирали в петроглифах Шотландии. 2. Спирали на древних бронзовых изделиях Китая.


Не менее древней эмблемой дуализма является пара спиралей, завитых в разные стороны,
которые часто встречаются в древних петроглифах (рис. 3–1). Спирали издавна включали в
композиции резного декора пещерных индуистских храмов, но особенно они были
распространены в Китае как популярный мотив украшения бронзовых изделий в эпоху
династий Шань (16–11 века до н.э.) и Чжоу (11–3 века до н.э.). Этот символ довольно быстро

8
утратил ритуально-обрядовое значение и постепенно превратился в излюбленный элемент
китайского декоративного искусства – «облачный» орнамент.
Характерными для Китая символами дуализма со времен династии Западного Чжоу
служили зеркала. Эти массивные бронзовые диски, одна из сторон которых была зеркально
отполирована, а другая украшена высоким рельефом, служили важными атрибутами
религиозных и магических ритуалов на протяжении почти двух тысячелетий. Подметив
нетождественность оригинала и его зеркального изображения, китайские маги использовали
зеркала как специальный инструмент для преобразования «правого» и «левого» в
орнаментально-символических композициях и даже применяли зеркала в медицине.
О значении зеркала как космологического символа свидетельствуют украшающие их
орнаменты. На зеркалах эпох династий Чжоу и Хань можно найти индийскую Кала Чакру
(Колесо времени), зодиакальную символику, эмблемы четырех сторон света, символы пяти
священных гор Китая. В эпоху династии Тан (618–907) на зеркалах появляются буддийские
эмблемы, а кромкам зеркал стали часто придавать форму восьми лепесткового лотоса.
Древним символом дуализма были близнецы,
которые часто появляются как аллегории
двойственности во многих религиозно-
мифологических системах. Одним из ярких
примеров этой традиции может служить
зороастрийская мифология Персии. Для того
чтобы подчеркнуть первичный, фундаментальный
характер категорий добра и зла в зороастрийской
мифологии верховный бог Ахура Мазда и главный
демон зла Ангра Майнйу считаются близнецами по
рождению.
Религиозная философия зороастризма
представляет собой морализованную версию
основных концепций древней ведийской
философии арийских племен, в которой особое
значение придается обобщению этических
категорий добра и зла до уровня онтологических Рис. 4. Знак «Близнецы» в Зодиаке храма
богини Хатхор в Дендере (1 век; Египет)
первоначал, взаимодействием которых
определяется бытие и вселенная. Предельной
напряженности дуализм добра и зла достиг в учении Персидского пророка Мани (3 век н.э.),
который провозгласил симметрию и полное равноправие категорий добра и зла, как
изначальных принципов бытия.
В конце II тысячелетия до н.э. пророк Моисей придал Принципу всеобщего дуализма
космическое значение, описав в Книге бытия процесс Творения, как последовательное
разделение противоположных сущностей (Быт. 1:1–1:18 [1]):

1.1. В начале сотворил Бог небо и землю


1.4. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
1.6. И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды.
1.7. И создал Бог твердь; и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над
твердью. И стало так.
1.14. И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной для отделения дня от ночи, и для
знамений, и времен, и дней, и годов;
1.16. И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило
меньшее, для управления ночью, и звезды
1.17. И поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю,
1.18. И управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо.

9
В общей концепции Принципа универсального дуализма особое значение имеет
метафизическая категория симметрии. Любое нарушение симметрии геометрической фигуры
приводит к несовместимости ее со своим зеркальным отображением, поэтому одним из
признаков асимметрии может служить факт несовместимости оригинала со своим
зеркальным отображением. Фигуры со смешанной симметрией не могут быть разделены на
равные части и, следовательно, являются асимметричными. Всякая асимметричная фигура
может быть построена в двух энантиоморфных модификациях – «правой» и «левой».
Никакого абсолютного критерия для отличия правого от левого не существует, но, однажды
назвав одну из двух энантиоморфных модификаций «правой» R, другую, парную к ней
следует называть «левой» L.
Фундаментальное значение пары антиподов левого и правого определяется особым
значением операции зеркального отражения. Под зеркальным отражением или инверсией
координат r  r понимают одновременное зеркальное отражение относительно трех
взаимно перпендикулярных плоскостей, проходящих через начало координат. Складывая
ладони своих рук при молитве, люди моделируют типичную операцию зеркального
отражения. Используя пары типовых асимметричных фигур (R, L) и размножая их с
помощью элементов симметрии, можно построить все мыслимые группы симметрии –
точечные, линейные, плоские и пространственные. Все симметричные преобразования
конечных фигур могут быть сведены к последовательным зеркальным отражениям в трех
плоскостях, которые могут и не быть плоскостями симметрии.
Термин «асимметрия» используется часто также в статистическом смысле для
обозначения неравенства долей «правых» и «левых» объектов в некоторой их совокупности.
Самой распространенной мерой статистической асимметрии какого либо множества
объектов является указание доли доминирующего в этом множестве типа симметрии.
Например, «праворукость» является доминирующим свойством населения Земли и, хотя
доля левшей у различных этнических групп может изменяться в зависимости от возраста от 5
до 30%, но средний процент правшей среди взрослого населения достаточно стабилен,
достигая 90%. Поэтому этот тип асимметрии часто обозначается как R0.9 .
О философском значении асимметрии правого и левого много писали еще пифагорейцы
2500 лет тому назад, включив оппозицию «правое – левое» в свой список десяти самых
важных противоположностей природы. Пифагорейцы иногда использовали термин
«симметрия» как синоним гармонии, которую они считали главным законом нашего мира.
Меч в правой руке, которым большинство воинов-правшей защищали свою родину, дал
повод во многих культурах считать «правое» символом добра, а «левое» символом зла.
Разбойник, распятый именно справа от Христа, раскаялся и попал в рай, а евангелист св.
Матфей еще ярче подчеркнул символическое значение правого и левого в христианской
культуре (Матф. 25:32, 33) [1]:

32. И соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет
овец от козлов;
33. И поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую.

Тень от обелиска солнечных часов перемещается в северном полушарии слева направо.


Так еще в древнем Вавилоне было выбрано направление движения часовой стрелки,
вращение которой принято и теперь считать «правым». Промышленность, выпускающая в
наше время преимущественно винты с правой резьбой, то есть завинчивающиеся при
движении головки винта слева направо, надежно закрепила в нашем сознании этот выбор
«правого» винта в качестве синонима движения «по часовой стрелке», сделанный более
четырех тысячелетий тому назад в Вавилоне. Следуя этим древним традициям, мы обычно
приписываем «левым» объектам отрицательное значение индекса симметрии и виртуальное
движение «против часовой стрелки».

10
Изучение симметрии неживой природы сначала не обнаружило сколько-нибудь
впечатляющих отклонений от симметрии левого и правого. Следует отметить, что вообще
количество минералов, кристаллы которых могут иметь либо левую, либо правую форму,
относительно невелико и их доля не достигает 9 %. Обширные исследования встречаемости
правых и левых форм в мире неорганических природных кристаллов показали, что среди
минералов нет достоверного доминирования одной из форм. Редким исключением оказались
лишь немногочисленные кристаллы, например, хромовокислого калия, азотнокислых свинца
и бария. Однако существует много примеров сочетаний внешних условий, при которых
происходит преимущественная кристаллизация или синтез одной из двух энантиоморфных
форм минералов, но это относится уже к особой области физической химии –
стереоспецифическому синтезу.
Исследования зеркальной асимметрии в биологии начались с открытия еще в 18 веке
французским литератором Бернардином де Сен-Пьером (1737–1814) значительного
преобладания правозакрученных раковин у моллюсков (Рис. 6). Дальнейшие исследования
показали, что действительно у большинства брюхоногих одна из энантиоморфных форм
очень часто доминирует, достигая иногда впечатляющих значений асимметрии R0.96 . В
природе встречаются очень необычные формы асимметрии. Например, у некоторых рыб
бассейна Амазонки существуют даже две половые расы: одна раса состоит из R-самцов и L-
самок, а другая, наоборот, из L-самцов и R-самок. Причем размножение этих рыб возможно
только в пределах своих половых рас.
Внешняя симметрия млекопитающих с одной плоскостью симметрии скрывает
многочисленные проявления асимметрии в их внутреннем строении и физиологии. Сердце,
желудок и селезенка находятся слева, а печень и аппендикс справа. У людей в большинстве
случаев правая рука несколько крупнее левой, а левая нога крупнее правой. У приматов
также как и у людей распространено доминирование одной из рук – большинство шимпанзе
и горилл левши, а орангутанги и гиббоны, наоборот, как и люди преимущественно правши.

Рис. 6. Иллюстрация в книге Index Musei (1742).

11
Возрастание интереса к проблеме правых и левых молекул в биохимии обычно связывают
с открытием в 1815 году французским физиком и астрономом Жаном Био (1774–1862)
явления оптической изомерии. В 1848 году Луи Пастер (1822–1895) доказал, что оптическая
изомерия имеет молекулярную природу. В своих пионерских исследованиях Пастер
обнаружил, что серо-голубая плесень (Penicillium glaucum) избирательно поглощает только
один из стереоизомеров винной кислоты. Правыми и левыми стереоизомерами называют
вещества, молекулы которых, имея одинаковый атомный состав, структуру химических
связей и термодинамические характеристики, составляют пару энантиоморфных антиподов
по пространственной конфигурациям своих молекул. Некоторые стереоизомеры «оптически
активны», так как способны вращать плоскость поляризации проходящего сквозь них света.
При исследовании биологически активных соединений клеток различных тканей среди
них оказалось множество оптически активных соединений – сахаров, аминокислот, белков и
нуклеиновых кислот. Анализ относительной встречаемости правых и левых молекул в
клетках живых существ продемонстрировал удивительную биохимическую асимметрию – в
природе отсутствует левая ДНК, все известные организмы имеют левые аминокислоты и
правые углеводы. Так что можно сказать, что в отличие от почти симметричной
неорганической природы Жизнь, – это яркая асимметричная форма материи на Земле.
Во второй половине 20-го столетия получил признание динамический принцип
формирования асимметричных явлений и объектов. При описании физических процессов
всегда необходимо ввести ту или иную систему координат, выбор которой определяет в
пространстве-времени некоторые привилегированные направления координатных осей. Это
ограничение вступает в противоречие с принципом однородности и изотропии пространства-
времени, которым часто пользуется естествознание. Поэтому физический смысл обычно
имеют только те соотношения, которые инвариантны относительно поворотов и смещений
относительно используемых координатных осей. Эти условия инвариантности значительно
ограничивают разнообразие возможных «физических законов» и связывают их с групповой
теорией симметрии.
Асимметричный объект всегда является материальным воплощением какого либо
динамического процесса, в котором уже можно обнаружить те или иные нарушения
динамической симметрии. Физическое время является глобальным асимметричным
фактором из-за асимметрии «стрелы времени», направленной из прошлого в будущее, и
поэтому многие природные процессы, развивающиеся в асимметричном пространстве-
времени, и материальные объекты, которые формируются при участии этих процессов,
должны обнаруживать ту или иную асимметрию, которую, впрочем, иногда бывает трудно
выявить и описать формально.
Впечатляющим проявлением асимметрии в космосе является открытое в 2010 году
явление группировки спиральных галактик по типу симметрии (Таганов 2010 [3, 4]). В
неисчерпаемом многообразии космических структур внимание астрономов неизменно
привлекают спиральные галактики. Это самый распространенный морфологический тип
галактик, включающий более 60 % всех наблюдаемых галактик. Загадкой до сих пор
является асимметрия неравномерного распределение спиральных галактик – среди галактик
наблюдаемого космического поля их доля составляет почти 70 %, а в крупных скоплениях
галактик их количество едва достигает 20 %.
Обычно эти красивые звездные системы имеют одну, две или более неровных спиральных
ветвей, образующих плоский диск, а в центральной области галактики видно сфероидальное
вздутие (балдж), в котором находится ядро галактики. Спиральные ветви богаты яркими
газовыми туманностями, окружающими горячие звезды-сверхгиганты, а также облаками
темной газопылевой материи. Спиральные галактики в лучах H выглядят особенно
контрастно, поскольку водородные поля распределяются чаще всего в пределах их ветвей.
Строго спиральная форма галактик почти не встречается и, как правило, морфология
наблюдаемых спиральных галактик включает такие элементы как дуги, кольца, радиальные
ветви, вереницы уплотнений, которые резко не различаются и часто переходят друг в друга и
12
в спиральные ветви. Тем не менее, по доминирующему направлению спиральности ветвей и
дуг во многих случаях можно достаточно уверенно отнести спиральную галактику либо к
«левому», S-образному (отрицательному) типу (рис. 7, левая колонка), либо к «правому»
(положительному) морфологическому типу (рис. 7, правая колонка).

Рис. 7. Типичная морфология спиральных галактик с левым (L) и правым (R) типами симметрии
(http://hubblesite.org/)
В течение многих лет коллектив русских астрономов под руководством профессора
Бориса Александровича Воронцова-Вельяминова изучал морфологию галактик, и в 1961–
1974 годах были опубликованы пять томов «Морфологического каталога галактик», с
подробным описанием более 30 000 галактик северного и южного неба [2]. В каталоге
приводится детальное описание морфологии галактик со звездными величинами вплоть до
16m–17m. В 2005–2007 году был проведен трудоемкий статистический анализ каталога
Воронцова-Вельяминова для того чтобы количественно оценить зеркальную асимметрию
спиральных галактик [3, 4]. Надежное определение типа симметрии удается провести только
для галактик со звездными величинами до 15m, и только в тех случаях, когда наклон
плоскости галактики к лучу зрения не менее 45 градусов. Для исследования было отобрано
из каталога Воронцова-Вельяминова 6650 спиральных галактик северного неба,
удовлетворяющих этим условиям.

13
Рис. 8. Гистограмма (p %) распределения галактик определенного типа симметрии (либо все R, либо все L) по
группам галактик разной численности (n)
Тщательное исследование 750 спиральных галактик со звездными величинами до 14 m и с
разными типами симметрии привело к открытию нового явления – группировки спиральных
галактик по типу их симметрии. Наблюдается не более 30% одиночных галактик, а 70%
галактик входят в группы или пары галактик всегда с одним и тем же типом симметрии (рис.
8, 9). Таким образом, вероятность обнаружить в группе спиральных галактик все
галактики с одним и тем же типом симметрии составляет примерно 0,7.
Формирование групп галактик с одним и
тем же типом симметрии приводит и к
зеркальной асимметрии скоплений галактик
(кластеров), в которые они входят.
Предварительная приближенная оценка
зеркальной асимметрии кластеров северного
неба: AN ≈ – 0,05.
Степень отклонения от паритета левых и
правых форм спиральных галактик удобно
оценивать «асимметрией» выборки:

ARL = (R – L)/(R+L) ϬA = 1/√R+L (1)

В этой формуле R и L соответственно


количество правых и левых морфологических
форм спиральных галактик в выборке N = R +
Рис. 9. Типичная пара спиральных галактик в группе
с одним и тем же «правым» (R) типом симметрии
L.
(http://hubblesite.org/). Недавнее определение частоты
встречаемости галактик различных типов
симметрии показало, что на северном небе достоверно доминируют спиральные галактики с
левым, S-образным типом симметрии (рис. 7, левая колонка). Зеркальная асимметрия
спиральных галактик северного неба в соответствии с (1) была оценена так:
N = 13149; ARL = – 0,0706±0,087 (Land et al. 20081); N = 15158 ARL = – 0,0607±0,0607 (Longo
20092); N = 6650; ARL = – 0,09±0,012 (Таганов 2010 [3]);

1
Land, K. et al. // Mon. Not. Royal Astr. Soc. (2008) 388; 1686.
2
Longo, M.J. Evidence for a Preferred Handedness of Spiral Galaxies // Preprint arXiv:0904.2529 [astro-ph.CO] 15
Apr 2009.
14
Древний мир не знал позиционного счисления, и свойства чисел мудрецы изучали,
составляя орнаменты из счетных камней и миниатюрных керамических табличек. Тем не
менее, уже во втором тысячелетии до н.э. математики Вавилона и Египта открыли первые
черты двойственности числового ряда – четные и нечетные числа, а также простые и
составные числа. Лаконичные древнейшие цифровые системы Египта и Греции, подобно
современному двоичному коду, состояли всего из двух главных знаков для 1 и 10, хотя и
применялись дополнительные обозначения для 5, 100, 1000 и 10 000 (рис. 10). При этом
числа 2–9 и 11–99 представлялись последовательностями знаков для 1, 5 и 10.

Рис. 10. Символы основных чисел в цифровых системах цивилизаций Египта, Греции и Рима
Символы применявшихся цифр были первыми буквами слов, обозначавших эти цифры,
например, символ аттической (attic) цифры 5 –  произошел от греческого слова «пять» –
πέντε. Благодаря такой символике записи арифметических расчетов казались загадочными
зашифрованными текстами. Это привело в эпоху Пифагорейской математики к разработке
«Гематрии» – магической практики расшифровки тайного значения слов с помощью
арифметических операций. Несмотря на отсутствие позиционного счисления, последователи
Пифагора уже в 5 столетии до н.э. открыли еще одно проявление дуализма в числовом ряду –
существование иррациональных (древнегреческое – alogos) и рациональных чисел.
Впоследствии Георг Кантор (1845–1918) доказал асимметрию иррациональных и
рациональных чисел – поскольку весь числовой ряд это несчетное множество, а множество
рациональных чисел счетно, то почти все числа являются иррациональными.
До 10 века в Европе повсеместно использовали римские цифры, созданные по образцу
древнегреческих аттических символов, в частности, потому что достаточно было помнить
всего шесть знаков. Арабские цифры получили широкое распространение только в 15
столетии, хотя образованные люди начали их использовать гораздо раньше. Монах, алхимик
и астроном Герберт де Аурильяк (946–1003), в конце жизни избранный римским Папой с
именем Сильвестра II, прожив долго в Испании, научился у астрономов Барселоны и
Кордобы технике арифметических вычислений с помощью «апексов» – специальных
жетонов с начертанными на них арабскими цифрами, которые для удобства раскладывались
на специальной доске «абаке». Постепенно абаки стали использоваться европейскими
торговцами, и вычисления с помощью апексов сохранялись, например, во Франции до конца
18 века. Восточный аналог абака и апексов – конторские счеты в консервативных кругах
стран Востока и сейчас часто заменяют портативные калькуляторы.
То, что мы привыкли называть арабскими цифрами, в действительности является старо-
индийской цифровой системой, палеография которой восходит к начертанию букв древнего
санскритского алфавита «брахми». Следует отметить, что в Индии долго не использовали
знака нуля для создания позиционного исчисления. Об этом, в частности, свидетельствует
первое известное упоминание об индийских цифрах в писаниях епископа Северуса Себогта,
служившего в Месоптамии в середине 7 столетия и писавшего только о «девяти индийских
знаках». Правила операций с нулем получили научное признание в Индии только после
15
появления в 628 году труда Брахмагупты «Открытие Вселенной», но в практике вычислений
в Индии нулем систематически стали пользоваться только в конце 9 столетия.
Отсутствие нуля в древней индийской цифровой системе, воспринятой арабами,
впоследствии предопределило трудности освоения и осмысления понятия нуля
европейскими математиками. В европейском естествознании только с 17 века начало
складываться представление о нуле, как о символе, разделяющем полярные цифровые
категории в концепции математического дуализма. Оксфордский профессор Джон Уоллис
(1616–1703), вероятно, впервые отказался от трактовки положительных и отрицательных
чисел как «прибылей» и «убытков». Уоллис, как и Леонард Эйлер, пытался трактовать связь
положительных и отрицательных чисел, как «переход через бесконечность».
Декарт, Ньютон и Лейбниц определяли отрицательные числа поэтически, как «числа,
меньшие, чем Ничто». Только в первой половине 19 столетия, после выхода в свет книги
Мартина Ома (1616–1703) «Опыт совершенно последовательной системы математики»
(1822) стало принято говорить об отрицательных числах, как о естественном расширении
обычной числовой системы.
Только к концу 19 века окончательно сложилось представление о структуре дуализма
чисел – четные и нечетные; простые и составные; иррациональные и рациональные;
положительные и отрицательные; действительные одномерные и многомерные
гиперкомплексные числа. Ноль и бесконечность часто стали рассматриваться как символы
дуализма конечного и бесконечного. Таким образом, важнейшая абстрактная система –
числовой ряд, на котором в течение многих столетий происходило становление
математики, обнаруживает в своих истоках символизм и структуру древней концепции
дуализма.
2. КРАТКИЙ ОЧЕРК ИСТОРИИ ПИСЬМЕННОСТИ
Самым важным и универсальным инструментом общения и передачи информации в
нашей культуре является письменность. Евангелист св. Иоанн лаконично подвел итог
библейских повествований о значении и происхождении письменности (Иоанн 1.1 [1]): «В
начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог».
Строго в соответствии с Принципом всеобщего дуализма исторически сложились
традиции применения двух принципиально разных видов письменностей – иероглифических
и алфавитно-фонетических [5]. Примерами иероглифических письменностей могут служить:
используемая до сих пор письменность Китая и экзотические, забытые письменности
древнего Египта и Шумера. В иероглифических письменностях каждый символ обозначает
понятие, а не набор звуков, которым это понятие передается в языке. В алфавитных
письменностях, наоборот, символы и их комбинации обозначают фонемы – звуки,
сочетаниями которых в живом, разговорном языке передается понятие. Таким образом, в
иероглифических и алфавитных письменностях используются два разных принципа
сохранения и передачи информации – смысловой и фонетический.
Оказывается, что физиологические особенности восприятия этих двух форм
письменностей отличаются, отражая дуализм нашего сознания и мозга. Анализ речи и
текстов с использованием алфавитного и слогового письма, требующий логических
умозаключений, связанных с применением правил грамматики и орфографии, происходит в
левом полушарии мозга. Затем расшифрованные левым полушарием сочетания слов
вызывают мысленные ассоциативные образы, хранящиеся в правом полушарии. Текст же
записанный иероглифами, как и музыкальные и живописные композиции, воспринимается и
обрабатывается непосредственно правым полушарием. И только в случае необходимости
применения формальной логики для анализа возникших мысленных образов в работу
включается левое полушарие. Так в процессах восприятия и сознания проявляется
структурный дуализм мозга.
Эти физиологические особенности восприятия подтверждаются печальным опытом
травматологии. При патологических изменениях левого полушария обычно утрачивается
16
восприятие речи и алфавитного письма, но сохраняется, например, знание азбуки жестов
глухонемых. Представители народов, использующих иероглифическое письмо, при травме
левого полушария, часто сохраняют способность к чтению текстов на родном языке,
поскольку образы иероглифов хранит правое полушарие.
В сером веществе коры мозга нейрофизиологи выделяют два слоя – древний палеокортекс
и относительно молодой неокортекс. В структурах неокортекса, расположенных в левой
височной доле, сосредоточены психофизиологические механизмы сложных преобразований
визуальных образов. При травмах этой части неокортекса человек, например, теряет
способность узнавать знакомые предметы по их двумерным изображениям на плоскости.
Патологии этой части мозга приводят иногда к тому, что человек, владеющий
иероглифической письменностью, хотя и помнит абстрактные символы иероглифов,
хранящиеся в его здоровом правом полушарии, но не способен узнавать стилизованные
изображения знакомых предметов.
Динамика работы полушарий мозга у мужчин и женщин несколько различна. У мужчин
интенсивная работа какой либо зоны коры одного полушария приводит к одновременному
торможению возбуждения симметричного участка коры другого полушария. У женщин
возбуждение участка коры одного полушария в большинстве случаев влечет за собой
синхронное возбуждение симметричной части коры другого полушария. Таким образом, у
женщин полушария в известной степени дублируют и дополняют работу друг друга. Этим,
возможно, достигается большая защищенность мозга женщин от травм по сравнению с
мужчинами.
Важным достоинством иероглифических письменностей является отсутствие связи между
сложившейся формой иероглифа и его возможными звучаниями на различных языках и
диалектах, которые могут быстро меняться. Поэтому, например, современный китаец без
труда понимает иероглифы, написанные две тысячи лет тому назад, не задумываясь над тем,
как они звучали в ту давнюю эпоху.
Иероглифические письменности всегда служили эффективным инструментом
объединения различных племен и народов, говоривших на разных языках в единые
государственные образования. Так в современном Китае, насчитывающем более 70 основных
диалектов, жители Гонконга и Пекина не понимают речи друг друга, произнося одни и те же
иероглифы по-разному. Более того, в столичном Пекине говорят на трех совершенно разных
диалектах. Без общепонятной иероглифической письменности Китай не смог бы надолго
обеспечить единство нации и развиваться как суверенное государство.
В противоположность иероглифическим, алфавитные письменности представляют собой
своеобразный шифр, для использования которого необходимо знание «ключа» – живого
разговорного языка отдельного племени или народа. В истории алфавитные письменности,
неразрывно связанные с живыми языками, часто служили для изоляции или обособления
отдельных племен и социальных групп. Примерами могут служить жреческие и орденские
диалекты, латынь средневековых монахов Европы и многочисленные профессиональные
жаргоны. Русские аристократы долгое время охотно пользовались французским языком, а
русские офени, торговавшие иконами в деревнях, общались устно и письменно только на
особом жаргоне.
Принципиальная разница между символическими моделями, записанными алфавитно-
фонетическими и иероглифическими письменностями, состоит в том, что только модель,
использующая алфавитную письменность, может считаться текстовой. Модель, в которой
использованы иероглифы, следует рассматривать как смешанную, имеющую эмблемно-
текстовое представление.
Особое значение для понимания принципов формирования символических моделей имеет
происхождение магических символов Древнего мира (палео-эмблематика) и история
изобретения письменностей – иероглифических и алфавитно-фонетических. До сих пор
большинство академических исследователей письменности считают, что иероглифические

17
письменности гораздо древнее алфавитных. Но, как мы увидим в этой книге, это мнение
ошибочно.
Казалось бы, что у всех древних пиктограмм, применявшихся различными народами,
должно обнаруживаться сходство. Стилизованные рисунки для обозначения таких,
например, объектов как: человек, птица, рыба, солнце, луна и т.д., должны бы иметь много
общего, в какой бы части света они не создавались. Но оказывается что это не так. Как
показывает сравнение древних пиктограмм Египта и Месопотамии пиктограммы для одних и
тех же объектов и понятий у разных народов заметно отличаются (рис. 11).

Рис. 11. Древние пиктограммы Египта и Месопотамии.


На протяжении веков древние пиктограммы постепенно упрощались, а их
монументальные образы превращались в стилизованную графику иероглифического письма.
Так древние египетские иероглифы (рис. 12), величественные образы которых некогда
тщательно высекались на камне, постепенно превратились в «иератические» (священные) и
«демотические» (народные) знаки, удобные для записи на свитках папируса (рис. 12).

Рис. 12. Эволюция египетских иероглифов.


Сначала месопотамские пиктограммы компоновались в вертикальные колонки и только
позднее из них стали составлять горизонтальные строчки (рис. 13). Не меньшие изменения
претерпела и сама графика древних пиктограмм. Сначала их процарапывали заостренным
бронзовым стержнем на деревянных дощечках и сырой глине. Но со временем был изобретен
более удобный и быстрый способ письма. Письменные знаки печатались граненой палочкой
на глиняных таблетках, которые потом обжигались в печи, что обеспечивало им и прочность
и долговечность. Этот способ письма за короткое время совершенно изменил облик древних
пиктограмм, превратив их в знаменитую Месопотамскую клинопись (рис. 13).

18
Рис. 13. Эволюция Месопотамских иероглифов
Несмотря на стилистические различия в начертаниях иероглифов, письменности
Месопотамии, Египта и Китая имеют одну и ту же пирамидальную структуру
иероглифических лексиконов, состоящую из трех уровней (рис. 14). Самый многочисленный
базовый уровень состоит из пиктограмм для обозначения предметов, объектов, действий и
абстрактных понятий. Происхождение этого типа иероглифов от подробных реалистических
рисунков обычно хорошо прослеживается на протяжении истории развития письменности, а
количество таких иероглифов исчисляется тысячами.
Второй уровень – это иероглифы-определители и
радикалы, которые не произносятся, но играют
важную роль для правильного понимания значений
сопряженных с ними иероглифов первого уровня. Не
для всех иероглифов-определителей удается
проследить историю их развития и найти исходные
пиктограммы, а количество таких иероглифов
исчисляется сотнями.
Третий уровень – это фонетические иероглифы,
обозначающие простые звуки и часто
встречающиеся в языке сочетания звуков – фонемы.
Большинство таких иероглифов имеет
символический, отвлеченный характер, а их форма
не вызывает каких либо ассоциаций с реальными Рис. 14. Пирамидальная структура
предметами. Количество фонетических иероглифов лексиконов иероглифических
письменностей.
не превышает нескольких десятков.
Если поставить в ряд найденные археологами в восточном Средиземноморье самые
древние образцы алфавитной эпиграфики первой половины I тысячелетия до н.э., то даже
беглого взгляда достаточно, чтобы увидеть, что, несмотря на различие языков, все эти тексты
написаны одними и теми же буквами (рис. 15). Древнееврейские, финикийские,
моавитянские, арамейские и греческие писцы принадлежали к разным народам с различной
историей и культурой, говорили на разных языках, но пользовались одним и тем же
алфавитом, что, конечно, не может быть простым совпадением.
В конце II тысячелетия до н.э., почти одновременно, несколько народов Древнего мира,
почему то приняли одну и ту же систему письменных знаков. Впоследствии этот древний
«прото-алфавит» послужил образцом для создания всех остальных известных алфавитов.
Моавитянское и древнееврейское письмо не получили развития. Письменность, похожая на
древнееврейский алфавит, сохранялась до эпохи средневековья только у небольшой общины
самаритян, исповедующих особую форму иудаизма. Что касается современного еврейского
письма, то оно является разновидностью древнеарамейской письменности, и было принято
раввинами для священных текстов в эпоху пророка Ездры (6 век до н.э.).
19
Рис. 15. 1. Древнеарамейская надпись Закира из Хамата (9–8 вв. до н.э.). 2. Древнееврейская надпись из
Силоамского туннеля (8 в. до н.э.). 3. Надпись из царства Моава (9 в. до н.э.). 4. Древнефиникийская надпись
Ахирама из Библа (10–9 вв. до н.э.).
Развитие древнеарамейской письменности оказалось очень плодотворным. На рубеже 3 и
2 веков до н.э. из арамейского письма, помимо еврейского письма, выделились пальмирская,
персидско-арамейская и набатейская системы алфавитного письма. От пальмирского письма
впоследствии произошли многие сирийско-палестинские алфавиты. Персидско-арамейсая
ветвь дала начало пехлевийскому и в 3 веке н.э. авестийскому алфавиту. Авестийское письмо
было создано мудрецами Персии по образцу древнего прото-алфавита, когда возникла
необходимость записать зороастрийские священные предания, баллады и гимны,
передававшиеся на протяжении многих веков только изустно на мертвом ирано-арийском
языке.
Персидско-арамейское письмо впоследствии через согдийское породило множество
восточных письменностей, среди которых некоторые алфавиты санскрита, а также
уйгурское, манчжурское, монгольское и бурятское письмо. Самым плодотворным наследием
набатейской ветви древнеарамейского письма являются ранние арабские письменности, от
которых произошли современные арабский, персидский, турецкий и афганский алфавиты.
В первом тысячелетии до н.э. из прото-алфавита постепенно выделились пуническая,
восточногреческая и западногреческая письменности. Восточногреческое письмо послужило
основой классического греческого алфавита, сложившегося к 4 веку до н.э. В свою очередь
греческий алфавит использовался при создании византийских шрифтов, которые служили
образцами для разработки графики коптского, армянского, грузинского и славянских
алфавитов. Западногреческая письменность стала одним из прототипов латинского алфавита,
которым в наше время пользуются многие народы Европы.
То, что все используемые в наше время алфавиты и, вероятно, большинство архаичных,
вышедших из употребления алфавитных письменностей, имеют один и тот же древний
образец, дало повод известному историку письменности Дэвиду Дирингеру (1900–1975)
написать [6]:

20
«Занимаясь историей алфавита, я тем самым рассматриваю все алфавиты, потому что все
они произошли, по всей вероятности, из одного источника…Но предыстория и ранняя
история алфавита скрыты во мраке веков, и основная проблема – проблема происхождения
алфавита, остается и по сей день нерешенной».

Прото-алфавит, известный в основном по финикийской и арамейской эпиграфике 10–5


веков до н.э., состоит из 22 знаков для обозначения согласных и вертикальной черты,
которая применялась до 8 века до н.э. для разделения слов. Национальные и
территориальные различия в графике букв прото-алфавита незначительны, и самое
распространенное его монументальное представление иллюстрирует рис. 16.

Рис. 16. Средиземноморский прото-алфавит, который лингвисты называют то «финикийским», то «западно-


семитским», то «северно-семитским»
Исторические исследования письменности опираются на обширное собрание древних
надписей и текстов, найденных археологами. Принято разделять более древнюю
«эпиграфику» – надписи, вырезанные на камне, металле, дереве и «палеографику» – тексты,
написанные на папирусе, коже, пергаменте и бумаге. Если бы существовали надежные
методы определения возраста надписей на камне, керамике и металле, то при наличии
представительной коллекции древних надписей можно было бы надеяться провести ее
хронологическую сортировку, и определить историческую последовательность освоения
алфавита различными народами древнего мира. Однако, увы, ошибки косвенной датировки
надписей достигают нескольких столетий. Поэтому история прото-алфавита служит
предметом дискуссий историков уже второе столетие.
Средиземноморский прото-алфавит часто называют «финикийским», но неуверенность в
происхождении единственного древнего образца алфавитной письменности нашла
отражение в том, что многие историки не конкретизируют этнической принадлежности
прото-алфавита, обычно называя его осторожно «северно-семитским» или «западно-
семитским» письмом. Однако подробности возникновения и распространения прото-
алфавита в Древнем мире имеют большое значение для правильного понимания истории
развития нашей культуры.
К сожалению, чтение немногих сохранившихся древних религиозно-мифологических
сводов – Ригведы, Упанишад, Авесты, не проливает свет на тайну возникновения алфавита.
Нет сомнения, что в каких-нибудь древних манускриптах можно было бы найти разгадку,
если бы не огненный смерч, который вот уже третье тысячелетие, сжигая книги и рукописи,
как будто подтверждает изречение гностиков о том, что «невежество служит смерти».
Библиотеки Иерусалимского храма сжигались сначала Навуходоносором, а затем через
шесть столетий римскими легионерами Тита. Александр Македонский сжег дворец Дария
вместе с библиотекой, а через несколько столетий та же участь постигла и библиотеку
Александрии, собранную преемниками великого завоевателя. Бесследно исчезла легендарная
библиотека Пергамона. В пожаре, сопровождавшем разрушение Коринфа, захваченного
войсками Рима, погибло его знаменитое собрание трудов греческих философов. А сколько
книг погибло в пожаре Рима при Нероне?
На других концах света дела обстояли не лучше. Последователи Конфуция и недоброй
памяти императора Чи Хуанга сожгли все древние свитки Китая, а сумасбродный правитель
инков Пахакути IV приказал сжечь храмовую библиотеку, содержавшую по его словам «всю
науку древности». Поэтому для истории прото-алфавита бесценным источником сведений

21
являются книги Ветхого Завета, в которых отразились дух и сокровенная суть важнейших
эпох и знаменательных событий истории Древнего мира.

Измученные притеснениями египтян, израильские племена бежали под


предводительством пророка Моисея из плодородных и обжитых земель египетского Гесема
и стали продвигаться на восток, пересекая пустыню между Нилом и Красным морем.
Относительно точных дат Исхода у историков и теологов до сих пор нет единого мнения, но
многие современные исследователи Библии считают наиболее вероятным временем великого
переселения первую половину 13 века до н.э. и отождествляют притеснителя израильтян с
сыном Рамсеса II фараоном Мернептахом (ок. 1234– ок. 1227 до н.э.).
Чудом избежав пленения преследовавшим их египетским военным отрядом,
многотысячные колонны переселенцев вышли из расступившихся перед ними вод Красного
моря на Синайский полуостров. Трехмесячные скитания в африканских песках утомили
беглецов, и длительный отдых в тенистых рощах Синая был необходимой и желанной
передышкой. Божественное откровение о Законе не было поспешным и заняло довольно
много времени. В сопровождении Иисуса Навина, будущего покорителя царств Ханаана,
Моисей поднялся в горы Синая и, вступив в облако, пробыл там сорок дней и сорок ночей,
получив от Бога скрижали Завета (Исход 32: 15,16) [1]:

31:18. И когда Бог перестал говорить с Моисеем на горе Синае, дал ему две скрижали
откровения, скрижали каменные, на которых написано было перстом Божиим…32:16.
Скрижали было дело Божие, и письмена, начертанные на скрижалях были письмена Божии.

Бережно прижимая к сердцу драгоценные реликвии, Моисей торжественно спускался с


горы к стану переселенцев. Однако, увы, не выдержав долгой разлуки с вождем, не слишком
еще утвердившийся в истинной вере народ за это время впал в соблазн идолопоклонства.
Наскоро отлив из украшений идол золотого тельца, израильтяне «принесли всесожжения и
привели жертвы мирные: и сел народ есть и пить, а после встал играть». Разочарование и
возмущение Моисея было столь велико, что он «бросил из рук своих скрижали, и разбил их
под горою».
Отступивший от истинного Бога народ Израиля был сурово наказан Моисеем. Во
искупление греха помимо обильных жертв, поста и молитв, три тысячи незадачливых
идолопоклонников были казнены. Моисей вымолил у Бога прощение своему народу и был
вновь приглашен подняться на священную вершину Синая. Опять Моисей провел в посту и
молитвах сорок дней, но на этот раз Бог уже не пожелал своей рукой начертать слова Завета,
а только продиктовал их Моисею (Исход 34: 27,28) [1]:

34:27. И сказал Господь Моисею: напиши себе слова сии, ибо в сих словах Я заключаю
завет с тобой и с Израилем. 34:28. И пробыл Моисей у Господа сорок дней и ночей, хлеба не
ел и воды не пил; и написал на скрижалях слова завета, десятословие.

Можно задаться вопросом: а какой письменностью пользовался Моисей, высекая на


скрижалях под диктовку Бога, слова Завета? Неужели Бог Израиля мог допустить, чтобы
Моисей пользовался общепринятыми в то время, но глубоко чуждыми еврейскому народу,
египетскими иероглифами или ассирийской клинописью?. Конечно, нет. Но тогда следует
предположить, что Моисей уже научился где то алфавитному письму еще до грандиозных
событий на Синае.
Получив образование при дворе египетского фараона, Моисей мог научиться там, помимо
иероглифического письма Египта, только ассирийской клинописи и аккадскому языку,
которые были приняты в то время для дипломатической переписки на всем Ближнем
Востоке. Поиск ответа на эти вопросы дает повод вспомнить тот период жизни Моисея, о
котором Ветхий Завет повествует скупо и туманно.
22
Благополучная и обеспеченная жизнь будущего великого пророка в Египте неожиданно
закончилась, когда он, убив надсмотрщика-египтянина, был вынужден бежать из Египта: «И
услышал фараон об этом деле, и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона, и
остановился в земле Мадиамской».
Земля Мадиамская это северная Аравия – граница Аравии и Египта. Там Моисей
познакомился со «священником Мадиамским» Иофором и вскоре взял в жены одну из его
дочерей Сепфору, которая родила ему двух сыновей. Этот «мадиамский священник» Иофор
был, вероятно, человеком не только просвещенным, но и дальновидным. Он не только
одобрил и благословил план побега народа Израиля из Египта, но и помог Моисею, приняв
обратно в свою семью жену Моисея с его сыновьями. Позже, когда Моисей вновь появился
на Синае, Иофор пришел в лагерь беженцев вместе с дочерью и внуками и оказал Моисею
неоценимую услугу, по сути дела, заложив основы государственной администрации народа
Израиля (Исход 18: 21, 24) [1]:

18:21. Ты же усмотри из всего народа людей способных, боящихся Бога, людей


праведных, ненавидящих корысть, и поставь их над ним тысяченачальниками,
стоначальниками, пятидесятиначальниками и десятиначальниками. 18:24. И послушал
Моисей тестя своего, и сделал все, что он говорил.

Введя иерархическую структуру управления, Моисей по совету Иофора превратил


беспорядочные толпы беженцев в кочующее израильское государство. Конечно
«мадиамский священник» и тесть великого пророка не мог быть рядовым шаманом
аравийских кочевников. На Синайском полуострове находились древнейшие медные
рудники, известные с начала III тысячелетия до н.э. В середине II тысячелетия до н.э.
некоторые рудники были арендованы у Египта финикийцами, которые добывали в них не
только медную руду, но и высоко ценимую на Востоке бирюзу. При рудниках вблизи Вади
Магхара и Фейранского оазиса находились крупные финикийские колонии, оставившие
характерные гробницы и руины святилищ. У горы Синай были построены, по меньшей мере,
два храма в честь особо почитаемых финикийцами богов – храм богини Хатор и храм
лунного бога Сина, от имени которого и произошло название Синайского полуострова.
Вероятно «мадиамский священник» Иофор и был служителем одного из этих финикийских
храмов.
Ветхий Завет дипломатично не уточняет ни происхождения Иофора, ни его
принадлежности к какому-нибудь известному народу, как это принято для всех заметных
персонажей библейского повествования, неизменно называя его только «мадиамским
священником». Это становится понятным, если учесть, что во времена Моисея и сами
финикийцы и их соседи называли Финикию и всю Палестину «страной Ханаан» – «страной
пурпура» (от аккадского kinahhu – «пурпур»), которым особо славились финикийцы. Слово
же «финикийцы» гораздо позже разнесли по миру греки, произведя его от древнегреческого
«пурпурно-красный». Редакторы Ветхого Завета никак не решались назвать уважаемого ими
Иофора хананеем, поскольку израильтяне, направляясь на завоевание «земли обетованной» –
Ханаана, только что получили суровый божественный Закон, который гласил (Исход 23:
23,24,32) [1]:

23:23. Когда пойдет перед тобой Ангел Мой, и поведет тебя к Аморреям, Хеттеям,
Ферезеям, Хананеям, Евеям и Иевусеям, и истреблю их: 23:24. то не поклоняйся богам их, и
не служи им, и не подражай делам их; … 23:32. Не заключай союза ни с ними, ни с богами
их.

По преданию Моисей жил в семье Иофора и пас его стада на протяжении долгих сорока
лет – cрок вполне достаточный, чтобы освоить финикийский алфавит и оценить его
преимущества по сравнению с громоздкими письменностями Египта и Ассирии. Но при
23
этом, зная непреклонный характер своего Бога, Моисей вряд ли бы решился использовать
алфавит для священных текстов, если бы считал алфавит всего лишь удачным финикийским
изобретением.
Библейская история нигде явно не называет истоков письменности, но зато категорически
утверждает, что до опрометчивого предприятия с Вавилонской башней: «На всей земле был
один язык и одно наречие» (Бытие 11:1) Так и должна была возникнуть убежденность Моисея в
единственности древнего письма и в том, что знаки финикийского алфавита появились
задолго до того, как потомки праведного Ноя разделились на враждующие и не понимающие
друг друга племена.
Убеждение Ветхого Завета в божественном происхождении алфавитной письменности
подтверждают библейские предания и апокрифы. Древние легенды иудаизма, а также
ислама, единодушно связывают распространение письменности, арифметики и астрономии с
именем патриарха Еноха. Этот патриарх знаменит еще и тем, что его считают автором
древнейшего библейского апокрифа – «Книги Еноха»3, которая признавалась и была
популярна уже в первые века христианства (Иуда 1: 14,15)[1].
Книга Еноха написана в жанре библейского «видения», классическим примером которого
служит видение пророка Иезекииля. Во второй части книги, начинающейся с любезного
приглашения Творца: «Енох, сядь слева от меня с Гавриилом», патриарх приводит
удивительный рассказ Творца, от первого лица, о подробностях сотворения мира. При этом,
подчеркнув необычную откровенность Творца: «ни ангелам Моим не открыл тайн Моих,
которые тебе сейчас возвещаю», Енох раскрывает многие секреты Творения. Он сообщает
происхождение не только молний, ангелов и их оружия, но, описывая сферическую
Вселенную, которая несколько противоречит библейскому мирозданию, выдает тайну
древней иерархии планет: «На первом и самом высоком круге поставил Я звезду Крон, на
втором, ниже, поставил Афродиту, на третьем – Ареса, на четвертом – Солнце, на пятом
Зевса, на шестом – Гермеса, на седьмом – Луну».
Проницательный патриарх донес до нас важные сведения из области исторического
языкознания. Он свидетельствует широкое распространение письменности у «небесного
воинства», сообщая «об ангелах всех душ человеческих, которые пишут все их дела при жизни
пред лицом Господним». Еще важнее недвусмысленное свидетельство Еноха о том, что
небесная письменность отнюдь не иероглифическая, а алфавитная:

«И взял Я последнюю букву его (Адама) имени и дал ей имя Мать, то есть Ева; Адам и
Мать, Земля и Жизнь».

Сам факт существования апокрифов библейского цикла свидетельствует об ученых


спорах и религиозно-философских противоречиях, некогда разделявших редакторов Ветхого
Завета. Но, судя по сохранившимся апокрифам, они были едины, относя божественный акт
создания алфавитной письменности к давним, допотопным временам.

Никогда не страдавшие религиозным фанатизмом, общительные, много странствующие,


образованные и удачливые финикийские купцы как нельзя лучше подходят на роль
пропагандистов и распространителей прото-алфавита среди народов Средиземноморья. Но с
давних пор бытуют сомнения в финикийском происхождении самого прото-алфавита. Так,
например, Диодор Сицилийский утверждал, что финикийцы только усовершенствовали
форму букв древнего сирийского алфавита. Христианский богослов 9 века епископ Фотий
саркастически писал, что название прото-алфавита – «финикийский» произошло от обычая
писать на листьях финиковых пальм. Эти сомнения в финикийском происхождении прото-
алфавита дают повод обратиться к драматическим событиям истории Средиземноморья во
втором тысячелетии до н.э.

3
Апокрифы древней Руси. Тексты и исследования. М., 1997.
24
Археология собрала немало свидетельств «великого переселения народов» в III–II
тысячелетиях до н.э., когда история Древнего мира в значительной мере определялась
миграциями «арийских» племен. В начале третьего тысячелетия до н. э. что-то странное
происходило в древних очагах цивилизации. В пределах Ирана, Афганистана, Средней Азии,
Месопотамии и в долине Инда без видимых причин, почти одновременно, пришли в упадок
многие города и значительно сократилось население. В это же время через перевалы Кавказа
и Гиндукуша из лесостепей Евразии пришли племена, которых принято называть «ариями».
Это название северных племен известно уже более двух тысяч лет и, возможно, впервые
было прочитано в надписи на гробнице персидского царя Дария I: «Я перс, сын перса, ариец
из арийского племени». Санскритское слово arya происходит, возможно, от ari – «чужак,
пришелец, благородный иноземец». Но в контексте, например, гимнов Ригведы это слово
имеет и много других значений.
Судя по найденным египетским и ассирийским письменным свидетельствам, передовые
арийские отряды представляли собой немногочисленные дружины воинов-жрецов. Они
двигались на легких колесницах в сопровождении невиданных доселе в Средиземноморье и
на Ближнем Востоке табунов коней. Вавилонская клинописная идеограмма для обозначения
лошади дословно переводится как «осел с востока». До прихода арийских дружин лошади не
были известны ни в Малой Азии, ни в Египте, ни в Индии. Помимо воинских достоинств, в
пришельцах современников удивляла высокоразвитая металлургия железа и мистическое
отношение ариев к огню. Вавилонские и ассирийские тексты часто называют арийских
жрецов «магами огня».
Малочисленные арийские отряды избегали кровопролитных столкновений с местными
племенами, стараясь использовать для прихода к власти мудрость и превосходство в
военном искусстве. Уже в 16 столетии до н.э., многие властители и военачальники
Месопотамии, Сирии и Палестины носили арийские имена.
В 17 столетии до н.э. арийские кланы захватили власть в дельте Нила (Нижнем Египте),
положив начало владычеству «гиксосов» в крупнейшей империи Древнего мира. Слово
«гиксос» (hyksos) происходит от древнеегипетского выражения heqa khasewet («иностранный
правитель»), которым в древнеегипетских документах часто обозначали, например, вождей
Нубии и Сирии. Гиксосы впервые познакомили Древний Египет с коневодством, боевыми
колесницами и металлургией железа. Только в середине 16 века до н.э. фараон Верхнего
Египта Ахмос после кровопролитной двадцатилетней войны изгнал гиксосских царей.
Восстановив исконные северные и южные границы Египта, Ахмос положил начало
династиям Нового Царства.
Расселение северных племен в Греции происходило в три этапа. Первую волну
эмигрантов, прибывшую в начале II тысячелетия до н.э., обычно называют «ионийцами»,
вторую, появившуюся в середине II тысячелетия до н.э. – «ахейцами» и, наконец, последнюю
волну конца II тысячелетия до н.э. – «дорийцами». Появление и расселение дорийских
племен в Греции заметно изменило более древнюю крито-микенскую культуру, постепенно
формируя общегреческую «эллинскую» цивилизацию.
С приходом северных народов в Греции появилась необычная для этих южных областей
архитектура – деревянные дворцы и храмы с остроконечными крышами, предотвращавшими
накопление снега, которого в Греции почти никогда не было. Ранняя греческая цивилизация
возникла как союз местных средиземноморских племен и пришельцев с севера. Гесиод в 9
столетии до н.э. в своей «Теогонии» по своему отразил этот древний союз, разделив весь
греческий пантеон на две группы богов. Светловолосые северные боги: Зевс, Афина,
Аполлон, Артемида и Гестия делили Олимп с темноволосыми южными богами: Посейдоном,
Аресом, Гермесом, Дионисом, Деметрой и Гефестом.
Боги и герои «Илиады» и «Одиссеи» часто описываются с северным фенотипом: Афина –
«синеглазая», Деметра – «светловолосая», Афродита – «золотоволосая». Среди героев этих
сказаний много блондинов: Ахилл, Менелай, Мелеагр, Елена, Бресеида, Агамеда.
Спартанский поэт Алкман (9 в. до н.э.) воспевал золотые волосы своей сестры Агесихоры, а
25
фиванец Пиндар (5 в. до н.э.), называя всех эллинов «светловолосыми данайцами»,
восторгался красотой «синеокой» Афины и «златовласых» Апполона и Вакха. По
прошествии тысячелетия из-за неизбежного смешения северных и южных народов в Греции
возобладал южный фенотип и уже в 5 столетии до н.э. у греческой аристократии появилась
мода красить свои темные волосы в светлые цвета. Так поступал, например, известный
македонский полководец Деметрий Полиоркет.
Почти всю вторую половину II тысячелетия до н.э. страны Средиземного моря тревожили
набеги загадочных «народов моря». Возможно, что стимулом для интенсивных морских
миграций послужило сильное извержение вулкана Санторин примерно в середине 17 века до
н.э., опустошившее остров Крит и многие острова в восточной части Эгейского моря. В это
же время в Египте по свидетельству папируса «Речения Ипуера» были смуты и бедствия. В
последней трети II тысячелетия на побережья Греции, крупные острова Эгейского моря и
остров Крит неудержимо стали высаживаться эмигранты из Европы и беженцы с разоренных
катаклизмами островов Эгейского моря. Египет и прибрежные районы Малой Азии также
стали ареной ожесточенных сражений с «народами моря».

Рис. 17. Фараон Рамзес III сражается с «народами моря». Египетская фреска 12 века до н. э.
На фресках Вавилона и Египта художники тщательно воспроизводили облик не только
своих соплеменников, но и соседних народов, подчеркивая их национальные отличия. Не
составляет труда найти во многих росписях в Египте темноволосых, коренастых жителей
Азии, чернокожих уроженцев Африки и изредка фигуры высоких светловолосых
представителей «народов моря». Нападение «народов моря» на Египет и прибрежные
царства восточного Средиземноморья отражают документы XVIII египетской династии (16–
14 века до н.э.), надписи эпохи фараона Мернептаха (13 в. до н.э.) и фрески времен фараона
Рамсеса III (12 в. до н.э.) в храме Мединет Набу в Луксоре.

Египтяне называли воинственных пришельцев ханебу – «людьми с островов в середине


моря» и в их числе фараон Мернептах упоминал племена: хабиру, лукка, пелесет, шекелеш,
эквеш (вешеш) и тереш (тжекер). Фараон Рамсес III утверждал, что племена пелесет,
тжекер, шекелеш, деньен и вешеш образовали военный союз, разгромили многие царства, в
числе которых – Хатти (хеттов), Коде, Карчемиш, Арзава, Алашайя и начали подготовку к
походу на Египет.

26
Племя пелесет египетских документов это библейские филистимляне, земли которых –
Фелистия с городами Газа, Ашкелон, Ашдод, Экрон и Гат располагались на узкой
прибрежной полосе в юго-западной части Ханаана. От названия этого народа и происходит
географический термин «Палестина». Во времена Авраама на этих землях жили евеи, во
главе с царем Абимилехом, но позже этот древний народ был завоеван воинственным
племенем кафторим, который Библия считает переселенцами с острова Крит. Именно
потомков населения Крита, расселившихся на средиземноморском побережье Палестины,
библейские евреи и называли филистимлянами. Эти пришельцы на протяжении нескольких
веков оставались монополистами в производстве стального оружия и боевых колесниц в
Палестине. В 8 столетии до н.э. города филистимлян были завоеваны Ассирией и к середине
первого тысячелетия до н.э. филистимляне бесследно растворились в народах Палестины.
Современные археологические раскопки обнаружили много свидетельств происхождения
филистимлян от потомков крито-микенской цивилизации, вполне подтверждая слова Библии
о завоеваниях Фелистии заморским народом кафторим. Слова епископа Фотия о том, что
жители Крита отрицали изобретение алфавита финикийцами, дает повод в поисках истоков
прото-алфавита подробнее познакомиться с историей острова Крит. В древности Крит
славился своим многонациональным населением и, кроме того, этот небольшой остров был
своеобразным заповедником письменностей – за сравнительно короткий исторический
период на нем сменилось по меньшей мере четыре системы письма.
Древнейшее население Крита составляли переселенцы из Малой
Азии, Египта и Ливии, давно образовавшие на острове несколько
общин, и не терявшие контактов со своими земляками. В начале II
тысячелетия до н.э. на Крите высадились новые переселенцы,
прибывшие на собственных кораблях невиданной здесь доселе
конструкции. Обычные в этом районе корабли египетской и ранней
финикийской постройки можно увидеть в Египте на рельефах и
фресках той эпохи. Прямые потомки нильских барж, они имели
дощатые, ящичные корпуса без форштевней, ахтерштевней и
шпангоутов. Такие суда были почти непригодны для морских
Рис. 18. Надпись
походов. Их трюмы обычно заполнялись сухими бревнами слоговым линейным
ливанского кедра, на которых при частых кораблекрушениях письмом А с острова
спасалась команда и пассажиры. Корабли, прибывшие на Крит в Крит
начале II тысячелетия до н.э. с новыми переселенцами, были другие
– они имели полный набор килевого корпуса и оснащались как веслами, так и парусами.
У историков до сих пор нет единого мнения о том, откуда прибыли эти новые
переселенцы. Часть историков полагает, что заселение Крита следует рассматривать как
эпизод общего процесса освоения Греции дорийскими и ахейскими племенами. Другие
считают основателей цивилизации Крита племенами пеласгов, обладавшими высокой
культурой, сложившейся в IV–III тысячелетиях до н.э. на Балканах и в южно-европейских
степях. Однако все историки уверенно относят переселенцев, прибывших на Крит в начале II
тысячелетия до н.э., к арийским племенам, поскольку на их кораблях прибыли и неизменные
спутники арийских дружин – кони, колесницы и кузнецы, умевшие выплавлять и
обрабатывать железо. На нескольких агатовых печатях, найденных на Крите4, изображены
эти переселенцы с конями на палубах своих кораблей (рис. 19).
В 17 столетии до н.э. Крит превратился в могучую морскую державу, имевшую торговые
порты во всех районах Эгейского моря. Крит был военным союзником Египта и сам вел
войны в Малой Азии и на Сицилии.
В эту эпоху значительная часть материковой Греции считалась только провинцией Крита,
которым правили потомки легендарного критского царя Миноса, сына Зевса и похищенной
им красавицы Европы. От имени Миноса и произошло часто применяемое название

4
Bulletin de Correspondance Hellenique, LVII, 1933, Pl. XVI, 55.
27
«минойской» культуры Крита. Фукидид в 5 столетии до н.э. так описал расцвет минойского
царства:

«Минос раньше всех, как известно нам по преданию, приобрел себе флот, овладев
большею частью моря, которое называется теперь Эллинским, достиг господства над
Кикладскими островами и первый заселил большую часть их колониями, причем изгнал
карийцев и посадил правителями собственных сыновей».

Начавшиеся в середине 17 века до н.э. регулярные извержения вулкана на острове Фера


(Санторин), в 100 километрах к северу от Крита, постепенно полностью уничтожили
цивилизацию Крита. Сильные землетрясения, сопровождавшие извержения этого вулкана,
порождали цунами, и волны высотой более 20 метров несколько раз обрушивались на
северное побережье Крита. Вулканический пепел периодически засыпал Крит,
катастрофически сокращая пригодные для сельского хозяйства плодородные земли. Были
разрушены многие поселения на побережье и столичные города, но, самое главное, цунами
погубили почти весь критский флот, составлявший основу могущества Минойского царства.
Вскоре на разрушенном и беззащитном без флота Крите
высадилась армия коалиции ахейских царств Пелопонеса,
опасавшихся возрождения могучей морской державы. Все что
уцелело после вулканических катастроф, было уничтожено или
увезено с Крита греческими завоевателями. Этот успешный
рейд ахейских царств на Крит послужил импульсом для
раcцвета в 14–13 веках до н.э. блестящей крито-микенской
цивилизации в материковой Греции.
Народ хабиру из египетских документов о войнах с
«народами моря» упоминается также в Ассирийской клинописи
Рис. 19. Резная каменная II тысячелетия до н.э. Грекам-дорийцам это племя было
печать II тысячелетия до н.э. с известно под именем кабиров. Геродот писал, что немногие:
острова Крит (Bulletin de
Correspondance Hellenique,
«посвящены в тайное учение кабиров, совершаемое на острове
LVII, 1933, Pl. XVI, 55) Самофракии и заимствованное от пеласгов» и никто не был в
их святилищах «куда не дозволено входить никому, кроме
жреца».
К середине I тысячелетия до н.э. это древнее племя «народов моря» превратилось в
мифологии греков в богов, имевших силу избавлять от бед и опасностей, а также
покровительствовать мореплавателям5. Кабиры считались также покровителями виноделия и
владыками подземных демонов. Баран был одним из символов культа Кабиров, которым
также как и Дионису были посвящены еще плющ, виноградная лоза и гроздь. Культ Кабиров
пользовался в античной Греции большим уважением и был распространен едва ли не во всех
греческих городах, причем особенно их чтили в Беотии, Самофракии, Делосе и Лемносе. О
былом их земном бытии в качестве одного из племен «народов моря» напоминал только их
высокий конический головной убор, когда то служивший элементом национальной одежды
кабиров-мореплавателей.
Как показывает анализ финикийской мифологии, Кабиры имеют непосредственное
отношение к истории Средиземноморского прото-алфавита. Древних исторических и
религиозных сочинений финикийцев не сохранилось, но в I столетии нашей эры
«Финикийскую мифологию» составил, писавший на греческом языке, историк Филон
Библский6. В предисловии к своему сочинению Филон утверждал, что он пользовался
трудами финикийского мудреца Санхунйатона из Берита (Бейрута), жившего еще до

5
Новосадский Н.И. Культ кабиров в древней Греции. Варшава, 1891.
6
Финикийская мифология. Сост. Н.К. Герасимова. Под общ. ред. Ю.С. Довженко. СПб., 1999.
28
Троянской войны, то есть во II тысячелетии до н.э. Филон Библский так описывает
изобретение и распространение письменности:

«От Мишора происходит Таавт, который открыл начертание букв. Египтяне называют его
Тот, александрийцы – Товт, а греки Гермесом. От Сидика происходят Диоскуры, они же
Кабиры или Корибанты, или еще иначе Самофракийцы. Они первые, говорит он, изобрели
корабль».

Упоминание изобретателей кораблестроения Диоскуров, Кабиров, Самофракийцев –


местных богов островов Эгейского моря и покровителей мореплавания, сразу после
сообщения об изобретении письменности богом Тотом, не случайно. Позже Филон пишет,
что эти островитяне первыми стали пользоваться письменностью:

«Первыми из всех, говорит Санхунйатон, записавшими это, как повелел им бог Таавт,
были семь сыновей Сидика – Кабиры, и их восьмой брат Асклепий».

Филон поведал нам и о печальной судьбе Кабиров, пострадавших в конфликте


могущественных богов Крона и Атланта:

«После этого, заподозрив своего собственного брата Атланта, Крон, по совету Гермеса,
бросил его в глубину земли и засыпал. В то же самое время потомство Диоскуров, соорудив
плоты и ладьи, пустилось в плавание и, выброшенное на Касиеву гору, освятило здесь храм».

Филон считает, что бедствия в Эгейском море были следствием убийства Кроном своего
брата Атланта. Поединок богов закончился победой Крона, который «бросил в глубину
земли» могучего Атланта, который держал небо на своих широких плечах. Это вызвало
многочисленные катаклизмы, когда «часть неба обрушилась» и моря «переполнились».
Мировая катастрофа лишила владевших письменностью Диоскуров их мореходных кораблей
и заставила бежать в утлых лодочках или даже на плотах. По прошествии столетий это
упоминание о гибели мифического Атланта дало повод некоторым историкам отождествить
гибель легендарной Атлантиды с бедствиями, вызванными катастрофическими
извержениями на острове Санторин (Фера), уничтожившими минойское царство на Крите.
Так что помимо арийского населения Крита – предков библейских филистимлян,
вероятно, владевших алфавитным письмом, к числу племен «народов моря» обладавших
письменностью похожей на финикийскую следует причислить и кабиров.
Древнеегипетские и хеттские документы о набегах «народов моря» часто упоминают
ликийцев, называя их лукка (Lukka, Luqqa) и некоторые историки считают их постоянными
союзникам хеттов, поскольку они сражались с египтянами на стороне хеттов в битве при
Кадеше в 1295 году до н.э. Ликия знаменита огнедышащей Химерой – чудовищем с телом
львицы и головой козла в середине спины, с хвостом, завершающимся головой змеи. Химера
в греческой мифологии это любимая дочь Тифона и Ехидны, сестра Цербера и Лернейской
Гидры. Плиний Старший полагал, что местом обитания Химеры были вечные огни в скалах
Ликии, которые можно увидеть и сейчас, как факелы над выходами природного метана в
юго-западной Турции. Около двух дюжин таких газовых факелов горят на холме над
древним храмом Гефеста в трех километрах севернее Чирали (Chirali) недалеко от древнего
ликийского Олимпа.
Гомер в Иллиаде часто упоминает воинов Ликии под начальством Сарпедона, сына Зевса
и Лаодамии, как верных союзников Трои, а греческие историки считали царем Ликии
другого Сарпедона – брата Миноса, легендарного царя Крита. Этот союзник Крита основал
династию в Ликии после того как покорил местное племя Милиан (Milyans). Несмотря на то,
что ликийцы, смешавшись с лувийским племенем Милиан, заимствовали многое из их языка,

29
они не приняли их письмо и сохраняли свой древний алфавит вплоть до 3 столетия до н.э.,
когда Ликия перешла на восточно-греческое письмо.
В египетских документах о войнах с «народами моря» упоминается народ эквеш (вешеш).
Это венеты, которых в «Иллиаде» Гомер описывает как союзников Трои, и впервые
приводит их греческое название энеты (Enetoi). В отличие от загадочных пеласгов, историю
венетов удается проследить почти до Троянской войны 13–12 вв. до н.э. В древности венеты
жили в разных районах Европы – на северо-западе Франции, где их главным городом был
Ваннес (Vannes); на севере Италии, в районе Падуи и Венеции, откуда впоследствии римляне
вытеснили их в Альпы; в центральной Германии, где сохранилось много венетских
географических названий вроде Wenden bei Gotting; в балтийском регионе, где Гданьский
залив когда-то назывался Венетским (Sinus Venedicus). Поселения венетов были в древней
Фракии и на южном берегу Черного моря, откуда корабли венетов, вероятно, и отправлялись
в набеги в составе конфедерации «народов моря». Египетские документы иногда называют
венетов конфедерации «морские Вешеш», давая понять, что этот народ имел поселения в
прибрежных землях.
Наиболее значительная венетская
культура, возникшая в северной Италии это
«Культура Эсте», утвердившаяся
одновременно с этрусской и альпийскими
культурами в 9–8 веках до н.э. Культура
получила свое название от городка Эсте (в
древности Атесте) в 30 км. к югу от Падуи. В
этом районе археологами найдено множество
письменных памятников, позволивших
достоверно реконструировать древний
венетский алфавит (рис. 20).
Венеты, вероятно, сыграли важную роль в
формировании нескольких южно-
европейских народов. Геродот рассказал о
Рис. 20. Резная венетская азбука и репертуар знаков голоде в Малой Азии, после которого
венетского алфавита (Национальный музей, Падуя) правитель Лидии царь Атис послал половину
жителей под предводительством своего сына
Тиррена на поиски новых земель. Корабли Тиррена прибыли в страну умбров в северной
Италии, где поменяли старое самоназвание «лиды» на новое «тиррены», в честь своего
предводителя. В Италии лиды-тиррены смешались с венетами и беглецами из разгромленной
«народами моря» Хеттской империи, положив начало цивилизации этруссков. Так, по
мнению древнегреческих историков, и появились этрусски, которых греки долго называли
по старому tyrhenol. Культурное наследие венетов долго определяло развитие цивилизации
этрусков, о чем, в частности, свидетельствует этрусский алфавит, почти без изменений
скопированный с венетского. При этом все знаки алфавита венетов вошли в этрусский
алфавит, составив более 75 % его букв (рис. 22).

Рис. 21. Сходство букв венетского и ликийского алфавитов с буквами Средиземноморского прото-алфавита
(рис. 16).

30
Рим был основан Ромулом в 753 г. до н.э. на месте этрусского города Рума и первым
правителем Рима был этруск Тарквиний Приск (616–578 до н.э.). Но постепенно
прибывавшие с юга латиняне, наконец, составили большинство, и 509 год до н.э. стал
концом этрусской истории Рима. Новая римская власть, создав многочисленную армию и
подчинив мелкие государства латинского союза в Лации, принялась завоевывать этрусские
города и поселения, осваивая при этом древнюю венето-этрусскую культуру.
Латиняне научились у этрусков не только каменному строительству, медицине и
государственности, но позаимствовали письменность и «римские» цифры. Самая древняя
латинская надпись относится только к 5 веку до н.э. Несколько старше (6 век до н.э.) камни с
надписями на архаичной латыни, но этрусскими буквами. Латынь в надписях можно
уверенно распознать только с 3 века до н.э. когда латиняне из знаков этрусской и греческой
письменностей составили свой более простой латинский алфавит.
Последним свободным этрусским городом, захваченным римлянами в 265–264 гг. до н.э.
стал Volsinii (современный Орвьето), а последние надгробные этрусские надписи датируются
первой половиной 1 века до н.э. Римляне постепенно вытеснили остатки этрусков и общины
венетов на северо-восток – сначала в болотистые земли провинции Венеция, где
свирепствовала малярия, а затем и за Альпы.

К концу 12 столетия до н.э. «народы моря» исчезли так же


внезапно, как и появились, но после их военных походов с карты
Древнего мира навсегда исчезла Хеттская империя, государство
Миттани и многие другие царства. Народы моря оставили
неизгладимые следы в культуре южной Европы и Малой Азии, став
родоначальниками нескольких народов, в том числе лидийцев,
ликийцев и этрусков. Как показывает исторический анализ, все эти
народы в древности пользовались алфавитными письменностями,
буквы которых почти не отличаются, и очень похожи на знаки
Средиземноморского прото-алфавита (рис. 21 ).
Но какое отношение могло иметь завершение войн с «народами
моря» к заимствованию финикийцами их письменных знаков, с
которыми они впоследствии познакомили народ Израиля?
Финикийские купцы в своей переписке на протяжении почти всей
истории Финикии пользовались исключительно общепринятым в
южном Средиземноморье аккадским языком и ассиро-вавилонской
клинописью. Зачем финикийцам было тратить время и силы на Рис. 22. Этрусская
освоение, казалось бы, бесполезной для торговли и совершенно надпись на надгробии
чуждой им письменности? Ответы на эти вопросы мы найдем в правителя Авлеша
истории Финикии. Белускеша (7-6 вв. до н. э.;
До конца 13 века до н.э. сохранялась полная политическая Музей археологии,
Флоренция)
зависимость финикийцев от Египта, и большинство населения
Финикии жило в прибрежных деревнях, кормясь рыбным промыслом и занимаясь сельским
хозяйством во владениях фараонов и богатых египтян. Довольно неожиданно в 12–11
столетиях до н.э. финикийцы, несколько столетий ловившие рыбу только с примитивных
плоскодонных лодок, вдруг построили могущественный военный флот, занялись морской
торговлей и быстро превратились в одну из самых процветающих морских держав
Средиземноморья.
До конца 13 века до н.э. сохранялась полная политическая зависимость финикийцев от
Египта, и большинство населения Финикии жило в прибрежных деревнях, кормясь рыбным
промыслом и занимаясь сельским хозяйством во владениях фараонов и богатых египтян.
Довольно неожиданно в 12–11 столетиях до н.э. финикийцы, несколько столетий ловившие
рыбу только с примитивных плоскодонных лодок, вдруг построили могущественный

31
военный флот, занялись морской торговлей и быстро превратились в одну из самых
процветающих морских держав Средиземноморья.
Гибель минойского царства на Крите после извержений вулкана на острове Фера, и
окончание войн с «народами моря» в 12 веке до н.э. стало началом развития союза торговых
городов-государств Финикии. Овладев несколькими кораблями «народов моря» и остатками
флота Крита, финикийцы вскоре начали строить по их образцу свой военный и торговый
флот. Такое же счастливое стечение обстоятельств, почти через тысячу лет позволило, на
этот раз уже римлянам, одержать победу над финикийским флотом Карфагена. Удачно
захватив финикийский военный корабль, римляне быстро построили по его образцу целую
флотилию из 300 кораблей, и вскоре одержали победу над финикийским флотом в морском
сражении при Милах.
Не меньшую, если не большую ценность, нежели сами корабли «народов моря», для
финикийцев имели их морские карты. Без подробных карт морских побережий,
многочисленных островов, морских течений и господствующих ветров, плавание в
Средиземном море в ту эпоху было самоубийством. Впоследствии финикийцы настолько
берегли свои морские карты, что капитаны их кораблей имели строжайший приказ, в случае
неизбежного захвата их корабля неприятелем, не только уничтожить все карты, но и самим
покончить счеты с жизнью, чтобы не выдать тайн навигации под пытками. Известны случаи,
когда капитаны финикийских кораблей даже топили свои суда вместе с командой, чтобы
сохранить тайны маршрутов своих торговых экспедиций. Поэтому использование счастливо
доставшихся им морских карт «народов моря» для финикийцев было жизненно необходимо,
а для этого сначала нужно было освоить их незнакомую письменность.
То, что освоение финикийцами письменности «народов моря» было связано с
использованием их морских карт, подтверждают, в частности, находки переводов критского
алфавита именно в Угарите на севере Финикии. В Угарите с давних пор располагалась
крупнейшая морская и торговая база Минойского царства. Связи Угарита с Критом были
настолько тесными, что археологические находки дают повод предполагать, что Угарит был
когда то просто колонией Крита. В Угарите найдено даже несколько погребений крито-
микенских царей. Именно в гавани Угарита во время извержений вулкана на острове Фера
могли уцелеть несколько минойских кораблей и бесценные морские карты. Угарит долгое
время был также ареной кровопролитных сражений с флотом конфедерации «народов моря»,
после которых это царство так никогда и не возродилось.

Поиск истоков прото-алфавита среди археологического наследия многочисленных


потомков «народов моря» привел к сенсационным открытиям. В 1875 году археолог София
Торма нашла вблизи Тордоса в Румынии несколько фрагментов керамических изделий с
неизвестными символами. В 1908 году сербский археолог Милое Васич, проводивший
раскопки при поддержке Русского Императорского археологического института и сэра
Чарльза Хайда в районе села Винчи близ Белграда в 120 км от Тордоса, также нашел
фрагменты керамики с похожими знаками.
С тех пор загадочные символы археологи нашли на различных предметах при раскопках
более чем в 150 местах на территории Сербии и Румынии, что дало повод историкам ввести
термины «культура Винчи» и «Винчи-Тордоская письменность».
Продолживший раскопки вблизи Белграда профессор Миланского университета Радивой
Пешич, первым отметил сходство многих знаков «Винчи-Тордоской письменности» с
венетскими и этрусскими буквами. Пешич обнаружил более 40 мест на Балканах, где в
древности использовались символы типа «письма Винчи». Радивой Пешич предпринял
попытки систематизировать репертуар знаков письма Винчи и доказать, что найденные
археологами символы это линейная силлабическая или даже буквенная письменность,
которой пользовались жители Балкан в эпоху VI-IV тысячелетия до РХ., то есть почти на
два тысячелетия раньше возникновения иероглифических письменностей Месопотамии и
Египта. После тщательной проверки датировок находок радиоуглеродным методом и
32
официального представления корпуса древних надписей на конгрессе в Милане в 1987 году
они получили академический статус «Винчанского письма»7 (рис. 23).
Иконографический анализ позволяет провести
конструктивную сортировку всей Балканской эпиграфики и
выявить основные типы символов. Наибольшим
разнообразием отличаются антропоморфные, зооморфные
и орнаментальные пиктограммы. Если исключить все типы
пиктограмм, то оставшиеся эмблемы представляют собой
различные комбинации и графические начертания не более
30 различных знаков.
При этом оказывается, что этот набор знаков включает
все графические символы, применявшиеся в известных
археологам алфавитных письменных памятниках второй
Рис. 23. Символы, названные половины II тысячелетия до н.э. (рис. 24).
«Винчанским письмом» Знаки прото-алфавита в I тысячелетии до н.э. составляли
основу не только алфавитов нескольких народов,
говоривших на семитских и хамитских языках. Анализ эпиграфики этого периода дает
основание считать, что знаковая система прото-алфавита была использована, в первую
очередь, для создания многих алфавитов индоевропейских языков, прототипами которых
послужили нескольких вариантов древнегреческого алфавита, а также венетское, этрусское и
ликийское письмо. Кроме того, большинство знаков европейских рун имеют несомненное
сходство с символами прото-алфавита.

Рис. 24. Сходство букв венетского (1) и ликийского (3) алфавитов, а также Средиземноморского прото-
алфавита (2) с символами, названными «Винчанским письмом» (4)
Древнейшие рунические надписи первых веков нашей эры обнаружены на кубке из
Фелингена на нижнем Рейне, на готском наконечнике копья из Ковеля и золотом кольце из
Пьетроасы в Румынии. К 5–7 столетиям относятся уже сотни найденных рунических
надписей, оставленных как южными, так и северными народами Европы. Венантий
Фортунат в 6 столетии писал о повсеместном использовании рун франками, а Саксон
Грамматик оставил свидетельства частого применения рун германцами. Начертание всех
древних европейских рун очень похоже, что дало повод лингвистам рассматривать единый
рунический алфавит из 24 знаков, названный «Футарком» (FUThARK) по звучаниям его
шести букв.
Тацит писал о преимущественно магическом значении древних рун, рассказывая о том,
что германцы получали у своих оракулов дощечки с вырезанными рунами, которые они
считали пророчествами. Символическое значение рунических знаков спасло их от забвения
после распространения во всей Европе латинского письма – на надгробиях аристократов
руны встречаются до конца 16 века, а в календарях вплоть до 19 столетия.

7
Бор М., Томажич И. Венеты и этруски: у истоков европейской цивилизации. Избранные труды. Пер. со
словенского. Алетейя; М.: Общество «Д-р Франц Прешерн», 2008. Pešić, R. The Vincha script. Beograd, 2001.
Gimbutas, M. The Goddesses and Gods of Old Europe: 6500 to 3500 BCE: Myths and Cult Images. 1974. 2nd ed.
reprint. Berkeley: University of California Press, 2007. Winn, S.M. Pre-writing in Southeastern Europe: The Sign
System of the Vinča Culture ca. 4000 BCE. Calgary: Western Publishers, 1981,
33
Происхождение европейских рун до сих пор остается предметом дискуссии, в которой
предпочтение, часто отдается гипотезе норвежского историка Карла Марстрандера,
предположившего, что руны были созданы в начале нашей эры на основе письменных знаков
племен живших в верховьях Рейна и Дуная. Это вполне правдоподобно, поскольку в
верховьях Рейна и Дуная в начале нашей эры жили венеты, вытесненные римлянами из
северной Италии, а средневековые скандинавские хроники прямо называют
предшественником рун письменность Vende Runir (Руны венетов).
Длительная эпоха использования рун как магических знаков привела к утрате
исторических сведений о традиционном порядке следования рун, так что исследователи
часто располагают древние европейские руны в «магическом» круге в порядке, не имеющем
ни начала, ни конца (рис. 25).
Более двух столетий продолжались споры и дискуссии о
существовании дохристианских славянских письменностей, о
которых сохранилось множество исторических свидетельств.
Помимо известного «Сказания о письменах» Черноризца Храбра,
который писал в 9 столетии: «прежде убо словене не имеху книг, но
чортами и резами четеху и гатааху», свидетельства о существовании
дохристианского славянского письма оставили многие арабские
путешественники 10–11 веков. Например, Ибн Фодлан в начале 10
века описал погребальный обряд русов в волжской Болгарии,
Рис. 25. Европейские руны завершением которого была установка на кургане столба с записью
Футарк (FUThARK) в славянскими письменами имени покойного и его владетельного
«магическом» круге князя. Арабские писатели 10 века Аль Масуди и Ибн аль Недим, а
также германский епископ Титмар, повествуют в своих книгах о
славянских письменах, вырезавшихся на камнях (рис. 26-1), дереве и металле и служивших
не только для кратких эпитафий, но и для дипломатических документов. В договоре
русского князя Олега с греками 911 года есть упоминания издавна бытовавших на Руси
письменных завещаний. Договор русского князя Игоря с греками в 944 году упоминает
русские именные печати с текстами и «посыльные» грамоты, вручавшиеся славянскими
князьями послам и купцам, направлявшимся в Византию.

Рис. 26. 1. Надпись славянскими рунами на камне с острова Валаам. 2. Знаковая система «рун
Макоши» по В.А. Чудинову.
В 1990-е годы Г.С. Гриневичу удалось идентифицировать многие знаки древних
славянских рун [7], а затем В.А. Чудинов значительно дополнил знаковую систему
славянских рун, что позволило ему прочитать несколько сотен древних текстов [8].
Cлавянское руническое письмо оказалось слоговым (силлабическим). При этом система
письменных знаков (силлабарий) представляет собой немногочисленный набор основных
базовых знаков для согласных с относительно простой графикой. Но начертание этих
базовых знаков для согласных могло несколько меняться в зависимости от того, с какими
гласными они сопрягаются. Кроме того, оказалось, что начертание базовых знаков в
надписях из разных местностей и для различных эпох могут заметно отличаться. Кроме того,
В.А. Чудинов предполагает, что анализ палеографии славянских рун позволяет выделить две
несколько отличающиеся по графике письменные подсистемы – руны Рода и более древние
руны Макоши (рис. 26-2).
34
Значительные трудности при чтении рунических надписей доставляют «лигатуры» -
иногда весьма сложные композиции из письменных знаков (рис. 27). Лигатуры являются
наследием тех времен, когда руны использовались в основном в магии и применялись для
ритуальных заклинаний и надписей на талисманах. Поэтому лигатуры археологи чаще всего
встречают на перстнях, монетах и в эпитафиях.
Поводом для оживления дискуссии о происхождении европейских рун в начале 20
столетия послужило взволновавшее историков открытие «сибирских» рун. Надписи со
знаками, почти не отличающимися по начертанию от европейских рун изредка находили в
Сибири уже в 18 веке, но в конце 19 столетия в раскопках на Оби и Енисее, а также на реке
Орхон в Монголии были обнаружены сотни древних рунических надписей на скалах и
камнях в руинах.
Большинство найденных сибирских рунических надписей
относится к эпохе 5–9 веков нашей эры, и датский лингвист
Вильгельм Томсен, расшифровавший часть надписей, пришел
к заключению, что это алфавитное письмо прото-тюркских
народов. Но места находок сибирских рун совпадают с
Рис. 27. Лигатуры европейских
территорией обитания древних племен саков, говоривших на рун (1) и славянских рун (2)
индоевропейских языках. Аргументом в пользу гипотезы о
происхождения сибирских рун от письма саков является обнаруженное недавно графическое
сходство сибирских рун с согдийской письменностью 2 века н.э, произошедшей некогда от
прото-алфавита в составе персидско-арамейской группы алфавитов. Что касается графики
сибирских рун, то она практически не отличается от начертаний знаков рун Макоши (рис.
26) и европейских рун Футарк (см. рис. 25).
Знаки древнейшего Винчанского письма, применявшегося задолго до создания
иероглифов Месопотамии и Египта, и совпадающие с буквами Средиземноморского прото-
алфавита, в I тысячелетии до н.э. составили основу не только алфавитов народов,
говоривших на семитских и хамитских языках. Кроме того, большинство знаков
европейских, славянских и сибирских рун имеют несомненное сходство с символами этой
древней знаковой системы.
Археологические находки дают повод думать, что знаковая система Винчанского письма,
популярная в VI–IV тысячелетиях до н.э. на обширной территории Балкан и прилегающих
землях имеет еще более древнее происхождение. С начала 19 столетия археологов смущали
странные знаки на стенах пещер со следами обитания в каменном веке. Такие надписи чаще
всего находили в пещерах Испании, Португалии, южной Франции и Швейцарии (рис. 28).
Часто эти надписи находили рядом с древними настенными росписями
в пещерах, и археологам даже казалось, что эти древние тексты имеют
какое-то отношение к искусству эпохи палеолита. Долго никто не
решался назвать эти знаки эпохи палеолита буквами или письменами,
хотя даже поверхностное знакомство с ними обнаруживало несомненное
сходство этих знаков с буквами известных историкам архаических
алфавитов.
В 1877 году французский археолог Этьен Пиетт обнаружил в пещере
Мас д’Азиль (рис. 29-1) во французских Пиренеях на стоянке каменного Рис. 28. Надпись из
века сотни плоских камешков (рис. 29-2), с нанесенными на них красной пещеры эпохи
8 палеолита в
охрой знаками . Некоторые узоры на камешках из пещеры Мас д’Азиль Португалии
достаточно сложны и невольно наводят на мысль о лигатурах каменного
века. Впоследствии камни со знаками масдазильского типа были обнаружены еще в
нескольких пещерах Верхних Пиренеев, а в пещере Бирзек в Швейцарии нашли более 200
каменных галек с такими знаками.

8
Piette, E. Les galets colories du Mas d’Asil // L’Antropologie, Paris, V. 7, 1896; 385–427.
35
Рис. 29. Один из гротов пещеры Мас д’Азиль. 2. Камни с узорами из пещеры Мас д’Азиль (Британский музей,
Лондон)

Рис. 30. Сравнение символов на камнях из пещеры Мас д’Азиль (1) с письменными знаками: 2 – символы
«Винчанского письма»; 3 – Средиземноморский прото-алфавит; 4 – славянские руны Макоши; 5 – древний
западно-греческий алфавит; 6 – европейские руны; 7 – сибирские руны; 8 – этрусский алфавит; 9 –
древнеиндийская письменность Брахми.
Рисунок 30 убедительно демонстрирует графическое сходство масдазильских знаков с
буквами древнейших алфавитов, послуживших прототипами большинства как забытых, так и
до сих пор используемых письменностей. Таким образом, есть все основания предполагать,
что одна и та же знаковая система, известная, возможно, с каменного века, то есть, по
меньшей мере, уже 20 000 лет, была единодушно использована для создания алфавитного
письма несколькими древними народами, разделенными огромными расстояниями от
Атлантики до Индии и Монголии. В чем же таинственная привлекательность этих знаков?
3. СТРУКТУРНО-СИМВОЛИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ АЛФАВИТА (Таганов 2009 [9])
Интригующее сходство, а иногда и полное совпадение религиозно-мифологических
сюжетов, обрядов и магических ритуалов у народов с разными языками, историей и
культурой, привлекало внимание исследователей с середины 19 века. Создатели
эволюционизма Фридрих Клемм, Эдуард Тэйлор и Герберт Спенсер объясняли это сходство
едиными законами развития культуры у всех народов, а также общностью психологии и
основных механизмов мышления у всех людей. Анализ истории развития семейно-брачных
отношений и религиозной мифологии у различных племён привёл эволюционистов к мысли
36
об универсальной, общей для всех народов начальной стадии эволюции культуры –
анимизме, характерными чертами которого является вера в бессмертие души и
одушевлённость природы. Эволюционизм опирается на богатые этнографические и
фольклорные коллекции, собранные и систематизированные Джеймсом Фрейзером,
который, впрочем, не вполне разделяя эволюционные идеи, выдвинул теорию более ранней,
нежели анимизм стадии религиозной эволюции – эпохи примитивной магии.
Диффузионизм, развивавшийся как оппозиция к эволюционной теории в трудах Фридриха
Ратцеля и Фрица Гребнера объяснял сходство ранних этапов развития мифологии и
культуры у различных народов механизмами заимствования религиозных и технических
идей у соседей и миграциями отдельных племён. Распространение культурных достижений и
ремесленных знаний, по убеждениям диффузионистов происходило главным образом за счёт
«просачивания» идей через границы племенных территорий и при перемещении этих границ.
Вся история культуры сводилась, таким образом, к географическим изменениям и
расширению сфер влияния всего нескольких первичных культурных комплексов. Идеи
диффузионизма, в частности, восприняли Графтон Эллиот-Смит и Вильям Перри,
пытавшиеся свести всё многообразие культур Средиземноморья и Малой Азии к
многократным заимствованиям культурных достижений Древнего Египта.
Некоторые лингвисты, разделяющие идеи диффузионистов, полагают, что буквы
финикийского алфавита, которые, вероятно, использовались для первых записей Ветхого
завета на древнееврейском языке, произошли от египетских иероглифов. В качестве ранней,
переходной формы финикийского письма часто рассматривается так называемое «синайское
прото-письмо», несколько образцов которого найдено археологами на Синайском
полуострове вблизи древних медных рудников. Этническая принадлежность синайского
письма неизвестна, а что касается графики знаков синайского письма, то не более четверти
этих знаков имеет сходство с египетскими иероглифами, а остальные знаки ближе к
небрежно начертанным финикийским буквам.
Теоретические построения, как эволюционизма, так и диффузионизма, а особенно их
сочетание вполне пригодны для объяснения эпох медленной, поступательной эволюции
мировой культуры. Но распространение алфавита в первом тысячелетии до н. э. это не
эволюционное, а революционное изменение. На протяжении сравнительно короткого в
историческом масштабе интервала времени (всего несколько столетий) получило
распространение «открытие», предопределившее характер развития всей нашей цивилизации
более чем на три тысячелетия. Археология так и не обнаружила никаких прототипов
алфавитного письма, которые бы свидетельствовали о сколько ни будь продолжительной
истории его разработки.
Особенностью методологии академической лингвистики является в большинстве случаев
безуспешный поиск фонетических и структурных соответствий в текстах на мертвых, давно
забытых языках исчезнувших народов, в надежде установить заимствования и историческую
последовательность освоения алфавитной письменности в различных странах Древнего
мира. О недостатках этого подхода свидетельствует до сих пор не решенная проблема
установления порядка и названий букв Средиземноморского прото-алфавита. Из сочинений
средневековых раввинов известны греческая (рукописи Септуагинты) и латинская
(Praeparatio Evangelica Евсевия) транслитерации только еврейских букв. Поэтому порядок
следования и названия букв в прото-алфавите лингвисты были вынуждены принять только
условно, по аналогии с еврейским средневековым алфавитом, который известен по
«алфавитным» псалмам Ветхого Завета, построенным как акростих.
Лингвисты обычно начинают обращать внимание на графические особенности
письменных знаков, только если это помогает интерпретировать их как обозначения
отдельных слов или их частей. Но графическая, изобразительная специфика иероглифов и
алфавитных знаков играет определяющую роль в их символической интерпретации и в

37
значительной степени определяет их эволюцию. Применение методов семиотики 9 и
иконографии при исследовании прото-алфавита оказывается весьма плодотворным
дополнением к традиционной методологии палео-лингвистики.
Синтактика это раздел семиотики, посвященный изучению формальных, графических
характеристик знаков и, в частности, букв алфавитов, безотносительно к их лингвистической
интерпретации и значению в письменностях10. Применение методов синтактики в
исследовании прото-алфавита показывает, что знаковая система прото-алфавита может
рассматриваться как самостоятельный формальный язык. Для того чтобы некоторая
знаковая система могла считаться формальным языком, необходимо выполнение трех
главных условий.
Во-первых, необходимо, чтобы все знаки могли быть разделены на одни и те же базовые
графические элементы (возможность редукции знака).
Во-вторых, должна существовать операция, позволяющая последовательным ее
применением собрать из базовых элементов каждый из исследуемых знаков (возможность
синтеза знака). Набор правил, позволяющий собрать все знаки из базовых элементов,
является грамматикой формального языка.
В-третьих, знаковая система, рассматриваемая как содержательный формальный язык
должна обладать некоторой графической «избыточностью».
Можно заметить, что все знаки прото-алфавита (рис. 16 и 30) состоят только из двух,
иногда несколько деформированных, базовых графических элементов – прямой черты
(символа мужского начала) a и дуги (символа женского начала) b.
На протяжении истории алфавитной письменности сложились различные традиции
графического представления букв прото-алфавита, определившие разнообразие
национальных алфавитов и стилей письма. Для того чтобы учесть все разнообразие
графического представления букв алфавитов целесообразно считать базовыми графическими
элементами не отдельные знаки – черту a или плавную дугу b, а их «классы» A и B. При этом
вертикальная черта и плавная дуга, как самые лаконичные, стилизованные начертания
базовых элементов, передающие самые характерные графические особенности знаков,
можно рассматривать как «канонические» символы соответствующих классов.
Хорошим историческим примером класса может служить ряд знаков древнеиндийского
письма Брахми для обозначения фонем с каноническим символом для фонемы ka (рис. 31-1).
Базовый графический элемент алфавита, определенный как класс, представляет собой
множество всех допустимых, в смысле возможности надежного зрительного опознания,
деформаций канонического символа класса, его различных пространственных ориентаций,
модификаций с изменением масштаба и введением дополнительных графических маркеров и
т.д. (рис. 31-2).
Все знаки прото-алфавита могут быть собраны из базовых элементов, определенных как
классы (рис. 31), с помощью операции «графического объединения» классов элементов,
частными случаями которой являются касание и пересечение классов базовых элементов.
Возможно также объединение классов элементов без касаний и пересечений в пределах
ограниченной области, как это можно видеть иногда, например, в китайских иероглифах.
Операция графического объединения ассоциативна, но не коммутативна. На рисунке 32
представлены примеры сборки двух букв прото-алфавита из классов базовых элементов с
помощью операции графического объединения.
Для оценки сложности отдельного знака алфавита целесообразно ввести «ранг» знака r ,
равный минимальному количеству использованных при сборке знака классов базовых
элементов. Например, для рассмотренных на рис. 32 операций сборки, ранги получающихся
букв прото-алфавита: r  4 .

9
Степанов Ю.С. Семиотика. М., 1971.
10
Гросс М., Лантен А. Теория формальных грамматик. М.: Мир, 1971. Гладкий А.В. Формальные
грамматики и языки. М.: Наука.
38
Рис. 31. 1. Класс символов древнеиндийского письма Брахми. 2. Классы базовых элементов знаков прото-
алфавита
На рисунке 33 приведены в скобках ранги всех
знаков прото-алфавита. Если подсчитать суммарный
ранг RP всего прото-алфавита, как сумму рангов всех
его знаков, то он окажется: RP  52 . Минимально
возможный ранг алфавита, составленного из одного
или двух классов базовых элементов равен числу
знаков в алфавите. Это следует из того, что для
Рис. 32. Сборка букв прото-алфавита из
создания знаков алфавита можно использовать просто
классов базовых элементов A и B с
различные элементы классов базовых элементов. помощью операции графического
Разделив суммарный ранг прото-алфавита на число объединения
его знаков, совпадающее с минимальным рангом этого
алфавита, мы получим количественную меру графической избыточности этой знаковой
системы: I P  52 23  2, 26 , превышающую минимальное значение, равное единице. Таким
образом, прото-алфавит имеет все три главных признака содержательного формального
языка.

Рис. 33. Буквы Средиземноморского прото-алфавита со значениями их рангов


Также как и в Средиземноморском прото-алфавите буквы всех древнейших алфавитов
(рис. 30) образованы только из двух базовых элементов – прямой черты (мужского символа)
и угловой дуги (женского символа) и поэтому могут также рассматриваться как отдельные
формальные языки. При этом, например, суммарный ранг славянских рун Макоши (рис. 26-
2): RM  38 , а их графическая избыточность I P  38 21  1,8 заметно меньше графической
избыточности Средиземноморского прото-алфавита. Суммарный ранг европейских рун (рис.
1.24) RE  55 , а их графическая избыточность I E  55 24  2, 29 почти совпадает с этой
характеристикой Средиземноморского прото-алфавита. С точки зрения семиотики руны
Макоши и европейские руны также как и прото-алфавит определяются содержательным
формальным языком одного и того же типа.

39
В основании академической истории письменности, созданной преимущественно трудами
европейских археологов и лингвистов, лежит доктрина «прогресса» знаковых систем
письма11. Эта доктрина выделяет следующие этапы «прогресса» в развитии письменности –
иероглифическое, преимущественно логографическое письмо; чисто слоговое письмо;
консонантно-звуковое алфавитное письмо и, наконец, вокализованно-звуковое алфавитное
письмо12. При этом как самое «прогрессивное» рассматривается современное европейское
вокализованно-звуковое алфавитное письмо, развившееся из древнегреческого.
Эта академическая доктрина «прогресса» письменности представляется весьма
искусственной и, кроме того, не находит исторического подтверждения. Иероглифические
письменности Месопотамии и Египта так никогда и не превратились в слоговые системы
письма, сойдя с исторической арены вместе с этими древними цивилизациями.
Иероглифическая письменность Китая успешно используется и развивается уже более трех
тысячелетий, не обнаруживая никаких тенденций к превращению в слоговое письмо. Япония
свыше тысячи лет тому назад перешла от иероглифического китайского письма к
логографически-слоговому письму, и с тех пор не предпринимает никаких серьезных
попыток введения алфавита. Включение гласных в восточные консонантные алфавиты, то
есть переход от консонантно-звукового к более «прогрессивному» вокализованно-звуковому
алфавиту, затянулся более чем на два тысячелетия. До сих пор редкое, и не всегда точное
обозначение некоторых гласных вполне устраивает, например, иранцев и арабов. Но самое
главное это то, что академическая теория «прогресса» письменности оставляет без ответа два
очень важных вопроса.
Во-первых, почему в I тысячелетии до н.э. сразу несколько народов Средиземноморья, с
совершенно разными историческими традициями, говоривших на разных языках, и никогда
не имевших дотоле письменностей, вдруг стали использовать одну и ту же систему знаков
для «прогрессивного» алфавитного письма?
Во-вторых, почему после широкого распространения в Древнем мире «прогрессивного»
алфавита, несколько древних цивилизаций – Месопотамские царства, Египет и Китай,
имевшие тысячелетний опыт применения иероглифического письма и, конечно, хорошо
понимавших преимущества алфавита, не предприняли никаких попыток реформ своих
громоздких письменностей?
Для того чтобы найти ответы на эти вопросы следует принять во внимание, что значение
письменных знаков в культуре Древнего мира определялось отнюдь не их пользой для
записи литературных и хозяйственных текстов. В Древнем мире письменные знаки
рассматривались, в первую очередь, как священные символы, обладающие магической
силой, без которых не могли проводиться важнейшие религиозные обряды и ритуалы.
Мифология большинства народов Древнего мира приписывала создание письменных
знаков богам. Египтяне считали изобретателями своих иероглифов богов Тота и Исиду (рис.
34-1). В Вавилоне были убеждены, что создателем письма был бог судьбы Набу, сын
верховного бога Мардука (рис. 34-2). Финикийская мифология сообщает, что «Бог Таавт
(Тот), подражая виду сосуществующих богов, Крона, Дагона и остальных, изобразил священные
знаки азбуки». Китайский словарь II века Шо-вэнь провозглашает создателями китайской
письменности божественных императоров Фу Си и Шэнь Нун.
В Вавилоне многие иероглифы и, особенно, цифровые символы были неразрывно связаны
с именами планет, созвездий и богов. Египтяне, помимо общеизвестного смыслового
значения, приписывали иероглифам особую магическую силу, способную оживлять и
одухотворять обозначаемые объекты, придавая описываемым иероглифами событиям
тайное, священное значение. Египтяне верили, что если их имена высечены на камне, то они
смогут ими пользоваться и в загробной жизни. Имена фараонов и влиятельных особ
11
Фридрих И. История письма. М.: Наука, 1979. Истрин В.А. Возникновение и развитие письма. М.: Наука,
1969.
12
Алфавитное письмо с особыми символами для гласных, называют «вокализованно-звуковым», а с
символами только для согласных – «консонантно-звуковым».
40
заключались в особые картуши, игравшие роль «магического круга», ограждавшего
владельца имени от пагубного влияния злых сил (рис. 34-3). При погребении, в надписях,
украшавших саркофаг, старались избегать некоторых иероглифов, способных
неблагоприятно магически влиять на опасное путешествие в загробном мире.

Рис. 34. 1. Египетский бог Тот (Таавт) – легендарный творец египетских иероглифов и финикийского
алфавитного письма (Луксорский храм, Египет). 2. Вавилонский бог мудрости Набу – легендарный
изобретатель Месопотамских письменностей (фрагмент рельефа на здании Библиотеки Конгресса. Вашингтон,
США). 3. Магический картуш, оберегающий имя фараона Мернептаха (Луксорский храм, Египет)
Существует много свидетельств того, что египетские иероглифы, кроме известных,
употреблявшихся в светских текстах значений, имели также и тайный, символический
смысл, с которым были знакомы только немногие особо посвященные жрецы. Об этом
сообщает, в частности, один из основателей александрийской школы герметической
философии Зосимос Панополитанский, хорошо знакомый с традициями египетского
жречества. Зосимос описывает магические тексты, вырезанные на колоннах и стелах
египетских храмов, отмечая при этом, что даже если бы кто ни будь из посторонних сумел
бы тайно пробраться в храм, то это было бы бесполезно, поскольку, «не зная ключа шифра,
он не смог бы правильно понять значения иероглифов». Св. Порфирий (ок. 347–420),
христианский епископ Газы, писал в ту же эпоху, что египетские жрецы знали три вида
письма: «обычный (иератический или демотический) стиль, иероглифы и тайное, символическое
иероглифическое письмо».
Искусство письма в Египте издавна относили к священному знанию. Обучение письму,
как и священным обрядам, магии и медицине проводилось только в особых «Домах жизни»
при храмах, которые играли роль современных университетов и семинарий. В Домах жизни
начинающие писцы, как и молодые жрецы, не только жили и учились, но и получали
посвящение по завершении обучения. Клятва, которую приносили и жрецы и писцы при
посвящении, начиналась с обещания в своей деятельности неуклонно следовать древним
традициям, и хранить в тайне полученное ими священное знание.
Нет сомнений, что никакой народ Древнего мира не соблазнился бы никакими
преимуществами новых письменностей, и не стал бы добровольно менять освященную
древними традициями национальную систему письма, знаки которой считались
обладающими магической силой и тайным символическим значением.
История убедительно демонстрирует, что введение «прогрессивных», но чуждых
национальной культуре систем письма, всегда сопровождалось военным и религиозно-
идеологическим принуждением. Так происходило при создании персидской империи
Ахеменидов, при завоеваниях Александра Македонского и императорского Рима.
Распространение арабского языка и письменности на Ближнем Востоке полностью
определялось победами армий Ислама.
41
Алфавитная письменность могла быть принята в I тысячелетии до н.э. только народами,
никогда не имевшими дотоле освященных традициями национальных систем письма. И то
только в том случае, если они были твердо убеждены в божественном происхождении
принимаемого алфавита, и в особом магическом значении его символов.
Таким образом, в Древнем мире ценность письменных знаков в первую очередь
определялась их тайным символизмом и значением, которое им придавалось в священных
обрядах. Ритуальная символика Древнего мира была гармонично организована множеством
символических соответствий и аналогий. В целостной системе обрядов каждого народа
существовало ядро доминантных символов, которые были многозначны и участвовали во
множестве различных ритуалов. При этом, в частности, важнейшими считались соответствия
доминантных символов и цифр, которые использовались в календарном исчислении,
объединяя и упорядочивая сложный древний символизм планет, созвездий и богов.
В начале I тысячелетия до н.э. цифровое значение письменных знаков было тайным
эзотерическим знанием, доступным только жрецам и посвященным. Во времена Пифагора
цифры стали обозначать комбинациями начальных букв соответствующих слов для названий
чисел, а в 3 столетии до н.э. в Греции получило распространение обозначение чисел
отдельными буквами греческого алфавита. Во 2 столетии до н.э. примеру греков
последовали израильтяне и стали обозначать цифры комбинациями букв еврейского
алфавита. В Европе до 10 века повсеместно пользовались римскими цифрами из сочетаний
букв латинского алфавита.
Традиция применять буквы греческого алфавита для обозначения цифр привела, в
частности, к тому, что все имена в первом греческом тексте Библии («Септуагинте»)
получили вполне определенные цифровые значения. Эти цифровые символы имен часто
учитывались комментаторами при толковании Священного Писания. Важнейшей причиной
длительного запрета переводов Библии на национальные языки европейских народов, было
опасение утраты освященного тысячелетней традицией числового символизма святых имен.
Стремление хотя бы частично сохранить числовой символизм священных текстов было
одной из главных причин реформирования св. Кириллом и св. Мефодием древней
славянской системы письменных знаков.
Деятельность св. Кирилла и св. Мефодия в славянских странах отнюдь не была связана с
введением новой письменности по образцу греко-византийских шрифтов. Их миссия
состояла в согласовании христианской Византийской традиции цифрового символизма
библейских имен и древней рунической письменности славян. Так что, по существу, они
занимались в первую очередь реформированием славянских цифровых систем. «Цифирь» –
система обозначения цифр буквами кириллицы, получила распространение на Руси
одновременно с первыми переводами священных христианских текстов.

Истоки символизма чисел скрывает мгла седой древности, но самыми лаконичными были
древнейшие цифровые системы – они, подобно современному двоичному коду, состояли
всего из двух знаков для 1 и 10, хотя и допускали применение дополнительных обозначений,
чаще всего для 5, 100 и 1000 (рис. 35).
С удивительным единодушием создатели древних цифровых систем выбрали в качестве
базовых знаков традиционные символы мужского и женского начал. Вертикальная черта это
самый распространенный фаллический символ мужского начала, а округлые формы, типа
круга, чаши, полумесяца или горизонтальная черта почти повсеместно, как в Европе, так и в
Азии издавна считались символами женского начала. Отступление от этого правила в Китае
только кажущееся, так как традиционная этика юго-восточной Азии предписывала не
мужчине, а женщине активную роль в любви. Там символом мужского начала была
горизонтальная черта, а красноречивый знак, похожий на крест, считался символом
женского начала.
Для жрецов система канонических символов Средиземноморского прото-алфавита, имела
важное достоинство – ее знаки, также как и освященные тысячелетиями цифровые системы
42
были построены из одних и тех же базовых элементов – символов мужского и женского
начал. Поэтому все письменные знаки представали как своего рода магические
«цифрограммы», полные скрытого символического значения. Простота и лаконичность
древних письменных знаков являлась еще одним важным достоинством, ведь чем проще
графическая форма символа, тем он универсальнее.
На символическом значении цифр и букв основаны идеи
вавилонских магов, которые издавна приписывали особые
числа и буквы богам, планетам и знакам Зодиака. В начале
нашей эры эти же идеи использовали в своих доктринах
александрийские гностики. Так св. Ириней сообщает об
учении александрийских гностиков Коллобаза и Марка, в
котором антропоморфная структура божественной Истины
раскрывалась буквами греческого алфавита: голова – Α и Ω;
шея – Β и Ψ; плечи и руки – Γ и Χ и т. д. В Оксфордском
университете хранится коптский трактат 3–5 веков «Тайны
греческого алфавита», в котором утверждается, что 22
буквы греческого алфавита определяют 22 этапа Творения,
22 книги Ветхого Завета и 22 божественных деяния Христа.
Богатый арсенал символов Древнего мира не был
случайным набором знаков, имен и цифр. Все доминантные
символы были объединены в мистические системы
сюжетами мифов и контекстами священных обрядов. Рис. 35. Символы базовых чисел
цифровых систем цивилизаций
Древние мистические системы и священные эмблемы Древнего мира
сохранялись дольше всего в Северной Индии и Гималаях,
где с середины первого тысячелетия до нашей эры канонические символы прото-алфавита
определяли графику букв алфавита Брахми и цифр Карошти.
Расселение арийских племен в эпоху, предшествовавшую первой империи Ашоки в
Индостане, проходило с образованием множества самостоятельных индуистских государств.
По свидетельству ранних буддийских текстов, во второй половине I тысячелетия до н.э. на
территории северного Индостана существовало почти два десятка царств. Распространение
буддизма на северо-западе Индии в эпоху империй Ашоки и Канишки определялось тем,
насколько легко можно было добраться из метрополии в то или иное царство караванам в
сопровождении конных отрядов охраны. Царства Гандхара, Ладакх и Уддияна, в которые
вели удобные караванные дороги по долинам крупных рек, восприняли буддизм уже в
первые века нашей эры.
В практически недоступных для конных отрядов царствах Кулу и Шаншун древние
индуистские культы господствовали гораздо дольше. В том же порядке, впоследствии, в 12–
13 веках буддизм искоренялся мусульманскими завоевателями, конница которых была еще
более чувствительна к качеству дорог. Первыми были разгромлены буддийские монастыри
Гандхары и долины Ганга. Затем наступила очередь Западного Ладакха, расположенного в
долинах Кашмира и Уддияны и в долинах притоков реки Сват. В труднодоступных же
горных районах восточного Ладакха и в наше время процветает буддизм.
Недоступное для мусульманской конницы царство Кулу в крутых хребтах западных
Гималаев, на территории современных индийских штатов Химачал Прадеш и Уттар Прадеш,
так и осталось до наших дней оплотом древних культов ведийского индуизма. Судьба этого
царства, которое хотел завоевать еще Александр Македонский, служит хорошим примером
влияния географических условий на политическую историю стран в Гималаях и Тибете.
Царство Кулу некогда простиралось от долин притоков реки Беас на западе до горных
притоков Ганга на востоке. Сейчас об этом древнем царстве напоминает только название
долины Кулу в верхнем течении реки Беас.
Крутые горные склоны и узкие ущелья горных рек, непреодолимые для конницы
завоевателей, позволили жителям этого района сохранить древнюю индуистскую культуру.
43
Здесь до сих пор господствуют культы ведийских богов Шивы, Парвати и Кали с
жертвоприношениями баранов и козлов, мясом которых с удовольствием лакомятся
брахманы. В этом районе сохранилось много древних диалектов, и часто жители соседних
деревень говорят на разных языках. В эпоху мусульманских завоеваний в 12–16 столетиях
сюда бежали из Раджастана кланы непокорных раджпутов. Основанные ими индуистские
княжества успешно боролись за свою независимость даже с англичанами.
Из-за отсутствия автомобильных дорог и ограниченных ресурсов вьючного транспорта
Гималаи и южный Тибет до сих пор остаются уникальным заповедником сохранившихся
остатков древних культур и цивилизаций. Именно поэтому труднодоступные Тибето-
Гималайские горные районы наиболее перспективны для поиска следов древних
мистических систем и памятников палео-эмблематики.
Работы экспедиций Русского Географического общества, организованных автором этой
книги в 2000–2005 годах, проводились именно на территории современных индийских
штатов Химачал Прадеш и Уттар Прадеш, а также в Ладакхе, где сохранилось много
остатков древних культур. Работа эспедиций привела к открытию необычной эмблемы,
которая, возможно, в древности определяла графику алфавитных знаков и, как утверждают
некоторые индийские теологи, является «ключом ко всей мудрости Древнего мира».
Возрождение тантризма, практика которого основана на медитации, речитативах мантр
(mantra) и созерцании янтр (yantra), происходившее в Индии в 6–8 столетиях нашей эры
сопровождалось тщательным изучением древних ведийских манускриптов, посвященных
магическим эмблемам – янтрам. Санскритское слово янтра происходит от корня «ям»,
которому придается сложное философское значение «поддерживать энергию, присущую
элементам, объектам и принципам».
Структура большинства янтр представляет собой многократное, иногда весьма
замысловатое переплетение геометрических символов. В тантризме янтры служат
незаменимыми атрибутами «садханы» – тантрической литургии, основанной на йогических
практиках и медитации для достижения внутренних озарений. Отношение тантризма к
янтрам иллюстрирует цитата из «Куларнава Тантра»: «Как тело для души и масло для лампы,
так и янтра для бога». Среди находок раннего индийского тантризма оказалась древняя
ведийская янтра Кала Агни (янтра Огня Времени – рис. 36), которая считается многими
современными брахманами эмблематическим дополнением к ведийскому космологическому
мифу.

Рис. 36. Янтра Кала Агни (Огонь Времени). Индуистская эмблема «Калачакра» (Колесо Времени) и эмблема
«Тай-цзи» (Великий Предел) Даосизма и Буддизма
Для интерпретации символики янтры Кала Агни следует обратить внимание на сходство
структуры этой янтры с известными с глубокой древности символами хода Времени –
индуистской эмблемой «Калачакра» (Колесо Времени) (рис. 36) и эмблемой «Тай Цзи»
(Великий Предел) Буддизма (рис. 36).
Европейское естествознание унаследовало от античной философии и физики концепцию
движения, разработанную на основе анализа преимущественно одномерного механического
44
перемещения тел. При этом доминирующее представление о Времени, которое неразрывно
связано с концепцией описания движения, также оказалось одномерным. В европейской
культурной традиции до сих пор преобладает образ Времени, как «летящей стрелы» или
непрерывного потока, неизбежно отдаляющего прошлое и неумолимо приближающего
будущее.
Обратившись к истории культуры народов Востока, мы обнаружим совершенно иное
исторически сложившееся представление о Времени. В Индии, Китае и юго-восточной Азии
при обсуждении проблемы Времени используются идеи, восходящие к давней эпохе
формирования Ведийской мифологии. В философиях Востока время часто трактуется как
главный космогонический фактор, а санскритское слово, обозначающее время – «Кала»,
происходит от имени архаичного индийского бога Солнца, некогда олицетворявшего
переменный, циклический характер событий и времени.
Современная индуистская теология рассматривает Время как ипостась или особую
энергию «шакти» верховного бога Брахмы, воплощениями которого в пантеоне индуизма
являются боги Шива и Вишну. Именно особенности этой трансцендентной энергии Брахмы
и служат причиной циклического сотворения и разрушения Вселенной. Когда на исходе
эпохи бытия Вселенной (Кальпы) Кала Агни («Огонь Времени») затухает, «время поглощает
само себя», превращаясь в Махакала – трансцендентное, абсолютное «Время над Временем».
Так начинается таинственная эпоха небытия Вселенной – Пралайя.
Единственным способом постижения сущности времени в Индуизме и Буддизме
считается размышление над его эмблемой – «Калачакрой» (Колесом времени) в Индуизме и
эмблемой «Тай Цзи» в Буддизме (рис. 36). В центре эмблемы Калачакры символы
универсального дуализма – свет и тьма, разделенные молнией; восемь спиц, – это символы
восьми созвездий древнего ведийского зодиака, а три точки у основания спиц призваны
напомнить о триадном метафизическом принципе представления целостностей. Обе эти
эмблемы вращающегося колеса Времени являются символами активного циклического
времени, меры и причины всех изменений в мире.
В отличие от европейского одномерного образа Времени, индуистская и буддийская
эмблемы Времени двумерны. Вращение Калачакры и Тай-цзи, которое служит символом
«хода времени», может происходить как «по солнцу», так и «против солнца». Эти два
направления вращения соответствуют двум знакам кинематической симметрии символа
Времени, то есть по существу, образам Времени и «Анти-времени». Конечно, если то или
иное вращение уже происходит, то оно не может быть изменено на обратное, так как это
было бы равносильно обращению направления хода времени.
Однако потенциально существует выбор между двумя образами Калачакры и Тай-цзи с
разными направлениями вращения и, соответственно, Временем и Анти-временем. При этом,
как и в случае потенциально свободного выбора мастером-часовщиком того или иного
направления движения стрелок на круглом циферблате часов, не ожидается никаких
изменений причинно-следственных отношений между событиями. Например, в
кафедральном соборе Флоренции до сих пор исправно ведут счет времени часы,
построенные в 1443 году по эскизу Паоло Уччелло (1397–1475), стрелки которых движутся
«против часовой стрелки».
Рассматриваемая как дополнение к древнему космологическому мифу, янтра Кала Агни
распространяет уже высказанную в мифе идею всеобщего единства космоса и земного мира
на пространство и время, подчеркивая, что причиной этой универсальной целостности
является взаимосвязь и взаимообусловленность пространства и времени. Само название
янтры – Кала Агни, то есть «Огонь Времени» подчеркивает, что эта эмблема призвана
служить символом внутренней сущности, космологического предназначения самого
Времени, которое считается в индуизме главным космогоническим фактором,
определяющим историю мироздания.
Идея системного единства пространства и времени в древности не была только
метафизической концепцией, но и эффективно использовалась практически. Янтра Кала
45
Агни, являясь одним из возможных графических представлений Калачакры, позволяет
использовать ее графику для описания алгоритма создания простого календарного
астрономического инструмента.
Описание древнего ритуала построения янтры Кала Агни как астрономического
инструмента для определения сторон света и сезонов года можно найти в «Майамате» –
индийском средневековом манускрипте для архитекторов храмов и жрецов. Для того чтобы
построить с помощью этого ритуала янтру Кала Агни в качестве эффективного
астрономического прибора достаточно иметь только шест, небольшой колышек и веревку.
Ритуал начинался с установки на ровной
площадке вертикального шеста в центре
очерченного круга с радиусом, равным высоте
шеста. В моменты восхода и захода солнца в день
весеннего или осеннего равноденствия отмечались
точки пересечения тени шеста с кругом, после чего
прямая, проведенная через эти две точки
определяла направление «восток-запад» (Рис. 37-
1). Перпендикуляр к этому направлению в центре
круга является линией «север-юг» (Рис. 37-2).
Точки пересечения определенных таким способом
направлений с кругом позволяют построить
вписанный в круг квадрат (Рис. 37-3). Две линии,
проведенные через середины противоположных
сторон квадрата, определяют промежуточные
направления: «юго-запад – северо-восток» и «юго-
Рис. 37. Этапы создания янтры Кала Агни по
восток – северо-запад», завершая построение янтры
астрономическим наблюдениям Кала Агни (Рис. 37-4).
Радиальные направления в построенной янтре
Кала Агни использовались для определения сезонов года. Для этого было достаточно
отметить на небосводе какую-нибудь заметную яркую звезду в момент восхода или захода
солнца в день летнего или зимнего солнцестояния, направление на которую совпадало бы с
одной из линий «спиц» янтры Кала Агни. В дальнейшем прохождение этой звездой других
линий для сторон света будет отмечать последовательность сезонов года.
Янтру Кала Агни в эзотерическом тантризме иногда называют «Янтрой Великой Матери»,
вероятно, придавая этому названию смысл «великой материнской янтры». Действительно,
эта янтра содержит все наиболее распространенные базовые геометрические символы
тантрических янтр – круг, квадрат и систему треугольников. Структура янтры Кала-Агни
отражает главный принцип построения не только всех тантрических янтр, но и
произошедших от них буддийских мандал.
Янтра Кала Агни составлена только из двух базовых символов – мужского (черта) и
женского (дуга) начал. Такая структура обеспечивает возможность двух особых
преобразований этой янтры. Если заменить символ женского начала на символ мужского
начала во внешнем круге, то янтра принимает форму рис. 38-2.

Рис. 38. Янтра Кала Агни (1). Ритуальная форма (2) и храмовая форма (3) янтры Кала Агни

46
Такая мужская, «ритуальная» форма янтры Кала Агни считается необходимой для
использования ее в обрядах, которые запрещают присутствие женщин и женских символов.
Ритуальная форма янтры Кала-Агни с самого начала строительства каменных святилищ в
Индии используется в их резном декоре, и ее можно найти почти в каждом древнем храме
(рис. 39).

Рис. 39. Ритуальная форма янтры Кала Агни в резном декоре индуистских храмов 8–12 столетий
Еще одним преобразованием янтры Кала Агни является «обмен» символов мужского и
женского начал. При таком преобразовании круг превращается в квадрат и наоборот, а янтра
Кала Агни принимает форму рис. 38-3. Последователи тантризма трактуют такое «обменное»
преобразование, как переход от священной формы янтры к «храмовой», литургической
форме. При этом внешний квадрат храмовой янтры символизирует стены храма, а
внутренний круг – алтарь. Для того чтобы подчеркнуть связь квадрата с традиционной
архитектурой индуистского храма впоследствии стороны квадрата стали дополнять Т-
образными символами входов в храм (рис. 40). Эти Т-образные символы считаются
стилизацией распахнутых на все четыре стороны света дверей, приглашающих «ищущих»
войти в мистическое пространство янтры как в храм, вне зависимости от того, с какой
стороны они пришли. На рис. 40-2 представлена широко распространенная в Индии
«космологическая» Шри Янтра. Эта эмблема символически представляет дуализм космоса,
как единство проявлений мужского и женского начал – треугольники с вершинами вверх и
вниз.
Янтры пережили века, но в наше время их используют только немногочисленные
тантрические общины, сохранившиеся в некоторых районах Индии, например, Natha Saints в
Бенгалии, Tamil Siddhais в южной Индии и Kaulas в Кашмире. Зато произошедшие от янтр
буддийские мандалы имеют и сейчас очень широкое распространение в буддийском мире,
особенно в Тибете.

Рис. 40. 1. Типичные элементы индуистских тантрических янтр и буддийских мандал. 2. Индийская
космологическая Шри Янтра. 3. Фрагмент буддийской мандалы 15 века. 4. Фрагмент тибетской Калачакра-
мандалы 16–17 веков
На санскрите «мандала» означает просто круг или диск. Однако в эпоху Вед «мандалами»
называли также и разделы изустно передаваемых гимнов, в которых описывались образы
богов. Искусство составления буддийских мандал обособилось уже в 12 столетии, но успело
унаследовать от тантрических янтр их традиционную структуру, восходящую к янтре Кала
Агни13. Эволюция янтр и мандал привела к тому, что уже в 10 веке восьмичастное

13
Denise Patry Leidy, Thurman, R.A.F., Mandala. The architecture of enlightment. Singapure, 1997. Madhu Khana.
Yantra. The tantric symbol of cosmic unity. London, 1979.
47
разделение пространства янтры Кала Агни прямыми линиями символически стало
обозначаться восемью лепестками лотоса, освободив внутреннее поле для дополнительных
графических символов.

Космологические янтры и мандалы рассматриваются на Востоке не как описания


устройства космоса, а как инструменты его познания. Например, обсерватории, построенные
в Дели и Джайпуре раджой Джай Сингхом в начале 18 века, называют «Янтар Мантар». Это
название обязано своим происхождением единству термина «янтра» для обозначения, как
массивных астрономических инструментов, так и эфемерных мистических эмблем.
В соответствии с доктринами индийского тантризма и тантрического буддизма
(Ваджраяны) каждая космологическая янтра или мандала представляет собой абстрактный,
символический образ конкретного божества, которое в свою очередь отражает один из
аспектов мироздания. При этом традиционная, универсальная структура янтр и мандал,
напоминающая о янтре Кала Агни, обеспечивает единство символики всего пантеона этих
мистических эмблем. Процесс постижения мистической сущности божества, а тем самым и
некоторого аспекта мироздания, состоит в достижении «озарения» и визуализации образа
этого божества в состоянии измененного сознания.
Для достижения озарения применяется особый ритуал, в котором предельная
концентрация внимания на абстрактном образе эмблемы сочетается с многократным
ритмическим повторением соответствующих мантр. «Янтра одухотворяется мантрой»
утверждает «Куларнава Тантра». Без правильного произнесения мантр медитация с янтрами
и мандалами бесполезна. Когда «ищущий» (садхака) достигает необходимой степени
духовного совершенства, ему подбирается для медитаций индивидуальная янтра и
соответствующая мантра. Выбор индивидуального сочетания мантры и янтры очень сложен
и только опытный наставник (гуру) может обеспечить успех. Для того чтобы подчеркнуть
нерасторжимое единство слова и образа (мантры и янтры) в практике тантризма, мантры
иногда записываются непосредственно в структуре янтры. Примером такого двойного
символизма может служить янтра Кришны – восьмого воплощения Вишну (рис. 41).
Философия янтр строится на сочетании трех
принципов: принципа формы (Akriti-rupa),
функционального принципа (Kriya-rupa) и
принципа силы (Sakti-rupa). Эти принципы
помогают понять, как янтры отражают и
раскрывают суть и структуру всех феноменов
Вселенной и бытия. Подобно тому, как
свойства всех видимых форм материи могут
быть сведены к особенностям структуры ее
невидимых элементов – атомов, так и каждый
аспект мироздания может быть представлен
особой янтрой, отражающей его основную
причинно-следственную структуру. Принцип
формы утверждает, что янтры представляют
собой абстрактные геометрические
изображения причинных структур,
определяющих особенности всех объектов и
Рис. 41. Янтра Кришны с мантрами, вписанными в процессов во Вселенной. Соответственно, в
структуру янтры тантризме все объекты и процессы имеют как
внешний, видимый образ, так и внутреннюю,
абстрактную структуру, которую можно представить янтрой.
Все материальные объекты от микрочастицы до галактики имеют свои индивидуальные
янтры. Однако эти бесчисленные частные янтры в большинстве случаев похожи как
близнецы. Немногие принципиально отличающиеся друг от друга янтры отражают скрытую,
48
абстрактную структуру важнейших аспектов мироздания и фундаментальных
онтологических начал. Таким образом, принцип формы позволяет рассматривать янтры, как
специфические, абстрактные описания фундаментальных структур и законов природы на
языке геометрических символов и цветовых отношений.

Рис. 42. Редукции янтры Кала Агни (рис. 38-1) к популярным в Древнем мире магическим символам: 1.
Вселенная, Небо; 2. Материальный, земной мир; 3. Пространство, четыре стороны Света; 4. Время, четыре
сезона года; 5. Небесный огонь, Солнце; 6. «Громовый знак» Перуна; 7. Единство материи и энергии; 8. Молот
Тора; 9. Свастика; 10. Мировое дерево; 11. Огонь, мужское начало; 12. Вода, женское начало; 13. Барабан
Шивы; 14. Плодородие
Функциональный принцип утверждает, что все основные формы, геометрические
символы и цветовые отношения янтр являются универсальными архетипами, то есть
представлениями интуитивных образов, которыми пользуется подсознание человека. В этом
смысле янтры отражают духовный, подсознательный аспект коллективного эмпирического
опыта людей. Каждую янтру следует рассматривать как некоторую концепцию,
сформулированную на языке подсознания. Благодаря этому янтры помогают последователю
тантризма ориентироваться в многообразии состояний психики, и указывают способы
управления подсознанием.
В тантрических ритуалах достигаются такие состояния сознания, когда статичные
символы янтр освобождаются от инертности и превращаются в динамические структуры.
Считается, что при этом достигается освобождение эмблемы от структурного и
функционального аспектов, и янтра, следуя принципу сил, превращается в активный
инструмент управления космическими и психическими энергиями.
Видимая, внешняя, структура янтр иногда может быть интерпретирована в соответствии с
принципом формы. Но для того чтобы раскрывать и уметь использовать самые важные,
мистические свойства этих эмблем, определяемые принципами функций и силы, необходима
многолетняя тренировка и развитые способности к интуитивному восприятию.
Применение принципа форм позволяет исследовать весьма необычные свойства янтры
Кала Агни. Одним из эффективных приемов в использовании принципа форм считается
«редукция» янтр. Редукция эмблемы представляет собой исключение некоторого множества
графических элементов из ее структуры, в результате чего образуется более простой
геометрический символ. Оказывается, что большинство традиционных древних магических
символов различных культур могут быть представлены как редукции янтры Кала Агни (рис.
42).
Канонические символы древней знаковой системы «Винчанского письма», а также
символы Средиземноморского прото-алфавита, и, тем самым, букв большинства забытых,
архаических и до сих пор используемых алфавитов также оказываются редукциями янтры
Кала Агни (рис. 43).
Графика европейских (рис. 25) и славянских рун Макоши (рис. 26-2) некогда создавалась,
вероятно, преимущественно для воинских и охотничьих магических обрядов, в которых
традиционно не участвовали женщины и не применялся женский символизм. Поэтому
европейские руны и славянские руны Макоши являются редукциями ритуальной формы
янтры Кала Агни (рис. 44, 45).

49
Рис. 43. Редукция янтры Кала Агни (рис. 38-1) к каноническим символам знаковой системы «Винчанского
письма» и Средиземноморского прото-алфавита

Рис. 44. Редукции ритуальной формы янтры Кала Агни (рис. 38-2) к дохристианским славянским рунам
Макоши (рис. 26-2).

Рис. 45. Редукции ритуальной формы янтры Кала Агни (рис. 38-2) к европейским рунам (рис. 25).

История и свойства древней эмблемы Кала Агни заслуживают пристального внимания.


Однако, как утверждают, уже в 12 столетии священная форма янтры Кала Агни (рис. 38-1)
получила в тантрических школах Индии статус тайной, эзотерической эмблемы, и ее
ритуальное применение стало привилегией только жрецов и посвященных. В наше время
уже трудно найти в Индии древние изображения этой священной янтры, а ее использование
вне особых ритуалов рассматривается как серьезный этический проступок, заслуживающий
наказания.
50
Возможно, что в этой книге янтра Кала Агни публикуется и анализируется впервые. Нас
оправдывает то, что при обсуждении этой эзотерической эмблемы в Индии и Тибете, наши
собеседники не ограничивали нас какими либо обещаниями хранить ее тайну. Кроме того,
есть все основания полагать, что в I тысячелетии нашей эры янтра Кала Агни была известна
не только в Индии, но и во многих других странах.
При разработке художниками и скульпторами декоративных мотивов на основе янтры
Кала Агни неизбежно утрачивалась гармоничная завершенность ее лаконичной геометрии.
Поэтому при создании декоративных форм этой древней эмблемы мастера обязательно
сохраняли главные особенности ее структуры, необходимые для безошибочного узнавания
янтры – во-первых, сочетание круга с квадратом или квадрата с ромбом и, во-вторых,
обязательное 8-частное разделение пространства эмблемы теми или иными декоративными
приемами.
Традиционный символизм славянских народов в значительной мере сложился в
дохристианскую эпоху14. При этом доминантными символами и определяющими мотивами
орнаментов служили «знаки» древних славянских богов. Русские летописи называют
главных богов, культ которых учредил князь Владимир в 980 году, – это Перун, Стрибог,
Дажьбог, Хорс, Симаргл и богиня Макошь. На протяжении многих столетий особенно
популярным был «громовый» знак Перуна (рис. 42-6), который особенно часто включался в
резной декор славянской архитектуры, поскольку считалось что этот символ служит
надежной защитой от молний и пожара. Не менее популярен был знак богини Макоши –
символ плодородия (рис. 42-14), различные формы которого служили основой бесчисленных
орнаментов для вышивок.
Различные графические синонимы янтры Кала Агни традиционно служили знаком бога
Хорса (рис. 46) – древнего божества Солнца. Это имя имеет несколько параллелей в
санскрите и персидских диалектах, но больше всего производных от имени этого бога,
связанных с понятиями: «круг», «окружность», «округа», сохранилось в греческом и
славянских языках. В греческом языке от имени Хорса произошли, например: χώρα –
«округа», χόροσ – «круглый светильник – хорос». В русском языке, например: «хорошо»,
«хоровод», «хорошуль» – круглый пирог-курник, «хоромы»; в болгарском языке «хоро» это
круговой танец. Сибилянтным лингвистическим соответствием «хору» является слово
«коло», обозначающее «круг», «колесо», «круговой танец», «мирскую сходку», «обод»,
«обруч» и т. Еще в древности бог Хорс у славян и греков стал постепенно превращаться в
обобщенный образ светлого солнечного божества вроде Аполлона или Даждьбога.

Рис. 46. Янтра Кала Агни в форме «знака Хорса» в древнерусской резьбе по дереву
Декоративные формы янтры Кала Агни изредка украшали ключи в европейских
средневековых храмах. Встречаются изображения апостола Петра с этой эмблемой на ключе
от врат Рая. Головки ключей 17 века от Патриаршей ризницы, хранящиеся в музее
московского Кремля и в Государственном Русском музее, могут служить иллюстрацией этой
традиции (Рис. 47-1). Эта орнаментальная, «астрологическая» форма янтры Кала Агни
образована символами созвездий (малые круги) для обозначения 8-частного разделения поля
14
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. Москва, 1997.
51
эмблемы. Эти восемь элементов некогда соответствовали восьми созвездиям древнего
зодиака Индии: Эду (Баран), Йал (Арфа), Нанд (Краб), Амма (Мать), Тук (Весы), Кани
(Дротик), Куда (Кувшин), Мин (Рыба). Астрологическая форма янтры Кала Агни долгое
время была излюбленной магической эмблемой для амулетов. Такие амулеты археологи
находят в разных частях Европы и Азии (Рис. 47-2).

Рис. 47. Астрологическая форма янтры Кала Агни. 1. Головка ключа от Патриаршей ризницы; 2. Серебряные
подвески-амулеты (10–11 в.; Государственный Исторический музей, Москва)
Графические синонимы янтры Кала Агни можно обнаружить в резном декоре ранних
христианских церквей (рис. 48-1–48-3) и они часто встречаются в мозаиках Византийских
храмов 4–8 столетий.
В средние века в Европе получила распространение интерпретация янтры Кала Агни как
плана «Небесного Града», неподвластного разрушительному действию Времени. На старых
гравюрах можно увидеть эту эмблему, изображенной на городской башне и обрамляющей
башенные часы (рис. 48-4).

Рис. 48. Графические синонимы янтры Кала Агни в резном декоре христианских церквей: 1. Византийские
храмы 5–6 веков в Сирии; 2. Базилика Ursiana (5 век) в Равене. 3. Базилика св. Сабины в Риме (9 век). 4. План
неподвластного времени «Небесного Града», (средневековая гравюра).

52
В Индии колесо (чакра) имеет много символических значений – это, во-первых, символ
неизбежных и закономерных перемен и, в то же время, эмблема мирового порядка; во-
вторых, это знак силы и победы, а кроме того это древнейший символ царской власти. Чакра
также символ карающего гнева и неизменный атрибут многих могущественных богов:
Шивы, Индры, Вишну, Кали. Чакравартин (Вращатель колеса) – это почетный титул
мирового правителя, царя-миродержца. В эпоху Вед чакра наряду с троном, конем, слоном и
ратной – наследственным амулетом из драгоценных камней, была символом царской власти.
Колесо было доминантным символом в одном из ритуалов Раджасуи (Рождения царя) –
древнего обряда царского посвящения, совершавшегося при восхождении нового царя на
престол. Мифо-ритуальный символизм обряда состоял из трех контекстов – учреждения
нового этапа отсчета времени, символического овладения пространством Вселенной, и
воспроизведения эпизодов из мифологии царя богов Индры. В первом ритуале Ваджрапея
для того чтобы получить почетный титул Чакравартин царь поднимался по жертвенному
столбу – аллюзии Мировой Оси, а затем раскручивал укрепленное на вершине столба колесо,
символически запуская новый цикл отсчета времени.
Стилизация колеса с восемью спицами, которая служит основой структуры янтры Кала
Агни, дает ключ к интерпретации символизма этой эмблемы. В Египте колесо было одним из
символов власти фараона и важным атрибутом культа Осириса. Мотив колеса использован
во многих росписях египетских гробниц, а на потолке храма в Дендере можно видеть
изображение всего космоса в форме колеса, разделенного на восемь частей. В Ассирии и
Вавилоне колесо с восемью спицами, считавшееся символом космического миропорядка,
наряду со знаками богов составляло основу священного символизма (Рис. 49).

Рис. 49. Колесо космического закона на барельефе святилища ассирийского бога Самеса.
Вероятно, еще в глубокой древности доктрина космических циклов получила
символическое воплощение в виде эмблемы вращающегося колеса. Смену космических
циклов на Востоке издавна символизирует Калачакра (Колесо Времени), в центре которой
символы всеобщего дуализма – свет и тьма разделены молнией, а восемь спиц напоминают
о восьми созвездиях древнего ведийского зодиака (рис. 50-1). Эмблема Калачакры является
редукцией, упрощенной формой янтры Кала Агни, в которой отсутствует квадрат – символ
земного, материального мира.

53
Рис. 50. Эмблемы: Калачакра (1), Тай Цзи (2) и Дхармачакра (3)
Проповедуя учение Лао Цзы, даосские мудрецы в Китае заимствовали структуру
священной индуистской Калачакры, превратив ее в широко распространенную ныне в Юго-
восточной Азии эмблему Тай Цзи (Великий Предел) (Рис. 50-2). В этой эмблеме
центральный символ Калачакры – противостояние света и тьмы заменило изображение Тай
Цзи – самого распространенного в Юго-восточной Азии символа дуализма. Спицы Кала
чакры заменили магические триграммы ба-гуа, стилистика которых восходит к древним
иероглифам гу-вэнь эпохи 15–13 веков до н.э. Характерной чертой этой эмблемы является
систематическое применение в ней символов дуализма – женского (Инь) и мужского (Ян)
начал. Во-первых, они составляют две части цетрального символа Тай Цзи, а во-вторых, из
этих символов составлены триграммы, поскольку в них сплошная черта обозначает Ян, а
прерывистая Инь.
После широкого распространения буддизма в первых веках нашей эры Калачакра была
воспринята и буддизмом, превратившись в Дхармачакру (50-3) – «Колесо Учения». При этом
в центре Дхармачакры обычно помещают три языка пламени – один из священных символов
буддизма, а восемь спиц древней индуистской Калачакры стали трактоваться как
напоминание о «благородном восьмеричном пути Будды».
Колесо считалось настолько
священным символом в некоторых
древних культурах Нового Света, что его
даже было запрещено использовать в
быту. В храмах майя бережно хранились
священные календарные диски (Рис. 51),
покрытые искусно выгравированными
иероглифами, а тяжести строители и
крестьяне перемещали только волоком.
Такая же традиция соблюдалась до
недавнего времени в Тибете и некоторых
областях Гималаев.
Кельтские племена Европы считали
колесо символом мирового порядка и
власти, а кельтские воины часто
украшали изображениями колес свое
оружие, считая колесо амулетом,
приносящим победу в войне. Колесо со
спицами было излюбленным
Рис. 51. Календарный диск майя
орнаментальным мотивом, украшавшим
щиты славян и норманнов. Галльские шлемы с колесами в обрамлении бычьих рогов до сих
пор можно видеть на барельефах триумфальной арки эпохи Римской империи в Оранже (Рис.
52).

54
Священная символика колеса сохранялась в Европе
вплоть до позднего средневековья и знаменитый круглый
готический витраж «роза» это не что иное, как
художественная реминисценция древнего кельтского
колеса. Помимо витражей вся архитектура романских и
готических соборов буквально насыщена декором с
мотивами колеса (Рис. 53).
Метафизическое толкование янтры Кала Агни
подсказывает само ее название. В индуизме время часто
Рис. 52. Боевые шлемы галлов трактуется как главный космогонический фактор, а в
санскрите ему соответствует слово «Кала», которое
происходит от имени древнего солнечного бога, некогда олицетворявшего переменный,
циклический характер всех событий. Индуистская теология рассматривает время, как
ипостась или особую энергию Шакти, верховного бога Брахмы, воплощениями которого в
пантеоне индуизма являются боги Шива и Вишну. Именно особенности этой энергии
Брахмы и служат причиной чередующегося сотворения и разрушения Вселенной.

Рис. 53. Мотивы колеса в архитектуре готических соборов


Янтра Кала Агни состоит всего из четырех символов, хорошо известных во всем Древнем
мире. Круг – это символ Неба, Вселенной. Квадрат – символ Земли, материального, земного
мира. Прямой крест – символ пространства, четырех сторон света. И, наконец, косой крест –
это символ времени, четырех сезонов года.
Основной символический контекст эмблемы Кала Агни это утверждение единства
космоса, земного мира, пространства и времени. Знак этого единства – общий центр
симметрии всех четырех символов. Важной особенностью этой эмблемы является то, что
геометрический центр ее структуры формируется пересечением символов пространства и
55
времени, утверждая тем самым их единство. Эта особенность позволяет рассматривать один
из символических контекстов эмблемы, как утверждение того, что целостность космоса
обеспечивается единством пространства и времени. Возможно, тем самым, что янтра Кала
Агни, является одной из самых древних символических формулировок идеи единства
пространства и времени.
В космологической интерпретации символизма янтры Кала Агни особое значение
приписывается невидимому центру янтры. Оптический фокус и центр симметрии всей
структуры янтры считается символом созидательного центра космоса, Абсолюта – единого
первоначала мироздания, и местом богоявления. Для того чтобы это подчеркнуть в
некоторых индийских янтрах в центре помещают изображение божества или мантру.
Оптический центр янтры рассматривается как бесконечно малая точка – предел
концентрации физической и психической энергии. Это «зерно мира», место, где начинается и
заканчивается космическая эволюция. Индуистская метафизика рассматривает центр янтры
как символ единства двух космических принципов – статического мужского, который
олицетворяет Шива, и динамического женского, который олицетворяет Шакти – творческая
энергия Шивы. Таким образом, центру придается значение универсального, объединяющего,
системо-образующего символа янтры.
Уникальной особенностью эмблемы колеса является совмещение в ней символов
дуализма кругового движения – вращающийся обод, периферия колеса и неподвижная
ступица колеса, – покоящийся центр, фокус вращения. Ступица колеса, в которой заключен
невидимый Центр, вокруг которого происходит вращение, символизирующее «мировое
движение», – это неподвижный абсолютный Полюс, управляющий движением, но сам не
принимающий участия в этом движении.
Неподвижный Центр, Полюс находится вне циклического движения Мировой истории, не
принимая в нем непосредственного участия, и именно поэтому он считается местом
пребывания божества, Высшего Принципа, «неподвижного перводвигателя», по выражению
Аристотеля. Неподвижный Центр колеса Мировой истории породил символизм Мировой
оси, проходящей через центр колеса мирового движения, и ее многочисленные аллюзии, в
числе которых Мировое дерево, символом которого в древних ритуалах считалось
священное дерево или столб, у которого совершались жертвоприношения.
Стремление подробно описать географию единого духовного Центра, места пребывания
божества, привело к развитию мифологии множества «святых земель». Чтобы подчеркнуть
связь «святой земли» с центром, ступицей Колеса мировой истории, в середине «святой
земли» почти всегда помещали высокую гору («выступ» Мировой оси). Сама «святая земля»
часто оказывалась островом, сохраняющим неподвижность в окружении волн – символов
мирской суеты. Таков образ «белого острова» Туле у кельтов. В ирландских легендах в
центрах зеленых «островов Святых и Блаженных» также сияют белые горы. В
мусульманском мистицизме существует легенда о зеленом острове с белой горой Каф, «до
которой нельзя добраться ни по суше, ни по морю».
В центре земного Рая также возвышается высокая гора, с которой берут начало четыре
реки, орошающие сады Эдема и все земли четырех сторон света. Священная гора индуизма и
буддизма Меру, сложенная из золота и драгоценных камней, вздымается в центре круглого
архипелага Джамбудвита, частями которого и являются все обитаемые материки. Вершина
Меру это трон верховного бога Брахмы и вокруг нее вращаются все светила. На вершину
Меру ниспадает небесная река Ганг, разделяясь на четыре потока, орошающие все
благодатные земли. Голубой цвет неба объясняется отражением света солнца от южного
склона горы Меру, который представляет собой гигантский кристалл сапфира. Таким
образом, гора Меру находится к северу от всех обитаемых земель, играя роль недостижимого
абсолютного Полюса.
Эволюция большинства религиозно-мифологических систем постепенно сформировала
идею о существовании земных «проекций» физически недостижимого единого духовного
Центра, расположенных в нашем земном мире. Эти «вторичные» духовные центры должны
56
были воспроизводить недоступный духовный Центр-полюс. Поэтому в древности
торжественные ритуалы и жертвоприношения совершались на вершинах гор или вблизи
одиноко стоящих могучих деревьев, аллюзий Мировой оси.
Впоследствии «вторичные» духовные центры стали отмечаться поставленными
вертикально тяжелыми камнями: «Этот камень, который я поставил памятником, будет у меня
домом Божиим» (Бытие. 28: 22) [1]. В храме Соломона в Иерусалиме ковчег Завета некогда
хранился на природном каменном пьедестале – Скале Шетии (Скале Основания), которую
Талмуд считает одним из краеугольных камней фундамента всего обитаемого мира.
В Рамаяне приводится описание древнего обряда поклонения богу Шиве. Войско
десятиголового царя ракшасов Раваны перед битвой с хайхаями воздвигает на берегу реки
алтарь в форме вертикально поставленного камня. Затем этот алтарь ограничивают кругом,
сложенным из меньших камней (кромлехом), формируя образ колеса со ступицей. Совершив
омовение в водах реки, воины приносят жертву центральному камню алтаря красивыми
душистыми цветами. После жертвоприношения воины, воздев руки к небу, танцуют в
кромлехе вокруг центрального камня, распевая хвалебные гимны богу с просьбой даровать
им победу в битве.
В Греции святые места некогда обозначались омфалосами (omphalos это дословно
«пупок» и, в частности, «ступица колеса») – величественными камнями конической или
яйцевидной формы. Самый знаменитый омфалос, у которого пророчествовали оракулы, и раз
в два года собирались представители всех эллинских народов, находился в Дельфах (рис. 54-
1). Эта святыня сначала представляла собой камень округло-конической, яйцевидной формы,
покрытый сеткой из шерстяных шнуров. Впоследствии эту сетку вырезали непосредственно
на камне. Вероятно, этот обычай был распространен во всем Древнем мире, поскольку и
славянские и скандинавские «священные камни» также покрывали резными сетчатыми или
ленточными орнаментами (рис. 54-2).

Рис. 54. Омфалос из Дельф (1) и скандинавский священный камень (2)


С началом строительства храмов стремление воспроизвести структуру единого духовного
Центра привело к канонизации принципов архитектурного планирования храмовых
комплексов – в древности здание храма, как гора в миниатюре, возвышалось в центре
круговой ограды, отделяющей «святую землю» от мирской суеты.
Таким образом, поиск истоков алфавита привел нас к открытию лаконичной эмблемы,
объединяющей в гармоничную систему не только канонические символы архаичных
алфавитов, но и магические знаки Древнего мира. История этой древней системы знаков
простирается, возможно, на много тысячелетий в прошлое, а ее начало скрыто в сумраке
пещер каменного века. Наши предки эпохи палеолита, оставившие нам сотни великолепных
монументальных фресок в пещерах, были, кроме того, изобретательными творцами сложных
орнаментов, и, без сомнения, им было вполне по силам создать и эмблему, редукциями
которой стали впоследствии все магические знаки, цифры и алфавитные символы.
57
Геродот в 5 веке до н.э. называл знаки египетского письма «священными знаками» (hira
grammata). Св. Климент Александрийский в конце 2 столетия нашей эры назвал египетские
письмена «священными гравированными (вырезанными) знаками» (hierogliphica grammata),
что и стало началом применения термина «иероглиф». По аналогии с этим можно называть
знаки, порождаемые преобразованиями эмблемы янтры Kала Агни, «криптоглифами», то
есть «тайными знаками».
Подробная интерпретация символических значений криптоглифов не может быть
проведена без всестороннего анализа культуры того народа или религиозного сообщества,
которые их использует. В каждой целостной системе ритуалов и обрядов существует ядро
доминантных символов, в которые, как правило, входят те или иные криптоглифы. Все
доминантные символы, играя главные роли в ритуалах, характеризуются чрезвычайной
многозначностью. Лишь часть семантического богатства криптоглифа может быть
обнаружена в контексте какого либо одного ритуала или его эпизода.
В каждом ритуале вокруг криптоглифа, как доминантного символа, создается сложный
контекст символических объектов, действий, жестов и вербального сопровождения – молитв,
заклинаний, песен, сказаний и т.д. В конкретных эпизодах ритуала выявляются только
отдельные, необходимые для этого эпизода, значения доминантных символов. Каждый
криптоглиф, как доминантный символ, способен выразить много различных идей и, в то же
время, для ритуального воплощения сложных, глубоких идей необходимо применение
нескольких криптоглифов.
Чем лаконичнее криптоглиф, и чем проще связанный с ним ритуал, тем универсальнее его
миссия. Символы великих мировых религий, которые также являются криптоглифами –
крест, полумесяц, лотос и т.д. сравнительно просты, но для раскрытия всего богатства
связанных с ними идей на протяжении многих столетий созданы сложные теологические
системы и множество искусных литургических и архитектурных произведений.
Особое значение криптоглифов связано с тем, что за много тысячелетий своей истории
эти символы вошли в лексикон архетипов коллективного подсознания у многих народов.
Использование криптоглифов в качестве доминантных символов во многих эмоционально
напряженных массовых магических ритуалах и религиозных обрядах привело к тому, что их
графические образы прочно запечатлелись в сознании людей и стали наследственным
достоянием массовой культуры.
Янтра Кала Агни, во-первых, является графической формой древней модели хода Времени,
которая позволяет, в частности, создать календарное исчисление по астрономическим
наблюдениям, и, во-вторых, как многоуровневая структура древних символов дуализма она
на протяжении череды тысячелетий служила основой ритуальной магии у многих народов.
Значение кодекса символов, порождаемого преобразованиями янтры Кала Агни, не
ограничивается формированием систем алфавитных знаков. Не меньшее, если не большее
значение, этот кодекс символов имеет для всей истории нашей культуры и, в первую
очередь, для истории религий и философии.
ЛИТЕРАТУРА
1. Библия. Современный русский перевод. М.: Рос. Библейское о-во, 2011.
2. Воронцов-Вельяминов Б.А., Красногорская А.А. Морфологический каталог галактик.
ТТ. 1–5. М.: Изд. МГУ, 1961–1974.
3. Taganov, Igor. Die Asymmetrie in der Natur. Neue Phänomene // Nachrichten der Olbers-
Gesellschaft Bremen (2010) 229; 4–9.
4. Таганов И.Н., Бабенко Ю.И. Антивремя и Антипространство. Второе издание. –
Санкт-Петербург: ТИН, 2015. ISBN 978-5-902632-17-7. Taganov, Igor. N., Babenko, Yuri. I.
Antitime and Antispace. Third Edition. – Saint Petersburg: TIN, 2016. ISBN 978-5-902632-18-4.
Таганов И.Н., Бабенко Ю.И. Антивремя и Антипространство. Третье издание– Санкт-
Петербург: ТИН, 2016 – 200 стр., 63 ил. (Электронное издание) ISBN 978-5-902632-25-2.

58
Taganov, Igor. N., Babenko, Yuri. I. Antitime and Antispace. Third Edition. – Saint Petersburg:
TIN, 2016 – 182 p., 63 ill. (Electronic Edition). ISBN 978-5-902632-26-9.
5. Истрин В. И. Развитие письма. — М.: Издю АН СССР, 1961. Гельб Игнас Джей.
История письменности. От рисуночного письма к полноценному алфавиту / Пер. с англ.
Т.М. Шуликовой. – М.: ЗАО «Центрполиграф», 2017. ISBN 978-5-9524-5270-1. Фридрих
Иоганнес. История письма / Пер. с нем. И. М. Дунаевской. Вст. ст. и комм. И.М. Дьяконова.
М.: Наука, Главная редакция восточной литературы, 1979. Houston, Stephen, D. The First
Writing: Script Invention as History and Process. Cambridge University Press, 2004. ISBN 978-0-
521-83861-0.
6. Дирингер, Д. Алфавит. М. 1963. Diringer, David. The Alphabet. A Key to the History of
Mankind. Munshiram Publishers, 1996. ISBN: 81-215-0748-0.
7. Гриневич, Г.С. Сколько тысячелетий славянской письменности (О результатах
дешифровки праславянских письменных памятников) // Журнал «Русская Мысль», 1991 (3 1-
12). Гриневич, Г.С. Праславянская письменность. Результаты дешифровки. Т.1 – М.:
«Общественная польза», 1993. Гриневич, Г.С. В начале было слово… Славянская семантика
лингвистических элементов генетического кода. – М.: «Общественная польза», 1997.
Гриневич, Г.С. Праславянская письменность. Результаты дешифровки. Т.2 – М.:
«Общественная польза», 1999.
8. Чудинов В.А. Загадки славянской письменности. – . «Вече», 2002. Чудинов В.А. Руница
и тайны археологии Руси. – М., «Вече», 2003. Чудинов В.А. Тайные руны древней Руси. – М.,
«Вече», 2005. 2006. Чудинов В.А. Русские руны. – М., «Альва-Первая», 2006.
9. Таганов И.Н., Калиниченко Г.А., Таганова А.В., Ялпачик А.С. Пара-Реализм. Санкт-
Петербург: ТИН, 2009. Taganov I.N., Kalinitchenko G.A., Jalpachik A.S., Taganova A.V. Para-
Realism. Saint-Petersburg: TIN, 2009. ISBN 978-5-902632-10-8. Примечания в Святыни
первого тысячелетия Христианства (в 2-х томах). Том 1. История Священного Писания.
Авторы-составители И.Н. Таганов и К.В. Голощапов. Санкт-Петербург: Русская классика,
2012. ISBN 978-5-93205-043-9; ISBN 978-5-93205-044-6.

59
НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ

Таганов Игорь Николаевич

ТАЙНА АЛФАВИТА.
ДРЕВНЯЯ МОДЕЛЬ ВРЕМЕНИ
ISBN 978-5-4492-0000-6
© Таганов И.Н., 2018

Компьютерная верстка дизайнерское бюро «КнигИздат»

Подписано в печать 10.07.2018


Формат издания 60×90 1/16. Усл. печ. л. 6,375
Гарнитура Newron C. Печать цифровая.
Тираж 500 экз.

Отпечатано:
Акционерное общество «Т8 Издательские Технологии»
109316 Москва, Волгоградский проспект, дом 42, корпус 5
Тел.8(499)332-38-31

60
61