Вы находитесь на странице: 1из 8

«Гибридная война» генерала Герасимова

- оценка западных экспертов

Отрывок из исследования «Сухопутная война на Украине. Современное Поле


Боя Европы» от мая 2019 года, Мартин Субе под руководством Директора
Постоянного Секретариата, FINABEL

Генерал Валерий Герасимов – начальник Генерального штаба ВС Вооруженных сил


Российской Федерации и автор концепта «гибридной войны». Концепт Герасимова
базируется на убеждении, что современные конфликты значительно отличаются от
конфликтов времён Холодной или Второй Мировой войн. Современные конфликты
отличаются «не оглашёнными войнами, комбинирующие военные и невоенные
действия, гибридными операциями, а также меньшими точными группированиями»
(«Зелёные человечки»: учебник современной российской гибридной войны, Украина,
2013-2014). Герасимов исследовал американский и западноевропейский опыт недавних
войн – война в Персидском Заливе, война в Ираке, война в Ливии. Он заметил,
что политическая, культурная, экономическая и иные невоенные факторы
играют решающую роль в исходе операции. В своём отчете «Основные тенденции
развития форм и способов применения ВС» 2013 года генерал Герасимов высказал
убеждение в том, что линия между войной и миром была размыта. Его мнение насчёт
границ между войной и миром поддерживаются примерами цветных революций и
Арабской Весны. Демократические протесты современной эры конфликтов не
ориентированы на начало войны, но зачастую приводят к внешним вмешательствам,
гражданским войнам, или гуманитарному кризису. По словам Герасимова, такие
события являются типичными примерами современной эры конфликтов. В
современной войне главным фокусом должны быть разведка и добыча
информации. Операции не имеют значимых отличий, включая стратегические и
тактические уровни, а также акты нападения и защиты. Цели достигаются путём
управляемой бесконтактной войны. Модель современной российской войны
Герасимова разработана под названием «Роль невоенных средств в разрешении
межгосударственных конфликтов». Модель гибридной войны Герасимова состоит
из шести этапов. Каждый этап включает, как и невоенные меры, так и
нарастающее военное вмешательство по мере эскалации конфликта.

Этапы гибридной войны Герасимова:

1. Скрытое начало: это начальная фаза гибридной войны, в течение которой


настоящему режиму формируется оппозиция, коалиция, а также профсоюзы.
Обычной для начальной фазы является прямая, понятная и устойчивая военная
кампания, имеющая цель подготовить обстановку под дальнейшие российские
действия с использованием стратегического сдерживания. Потенциал военного
вмешательства возрастает.

2. Эскалация: во втором этапе, политических и военных лидеров в регионах


осведомляют о развивающемся конфликте. Россия оказывает политическое,
дипломатическое или экономическое давление на режим или неполитические
субъекты.

3. Начало конфликта: третий этап начинается с более враждебных действий сил-


оппонентов – демонстраций, протестов, диверсий, саботажей, убийств, вмеша-
тельств военизированных группировок и т.д… На этой стадии Россия начинает
стратегический запуск её сил в регионы конфликта в случае наличия
стратегического интереса или интереса национальной безопасности.
4. Кризис: Россия начинает военные операции, которым аккомпанирует сильная
дипломатическая и экономическая поддержка, вместе с постоянным потоком
информации, имеющим цель изменить публичное мнение в сторону российской
интервенции.

5. Резолюция: этот этап сфокусирован на поиске лучших путей разрешения


конфликта. Ключевым аспектом является смена лидера в регионе или области
конфликта (смена режима). Цель – перезагрузить политическую, военную,
экономическую и социальную ситуацию в регионе и возвратить мир и порядок.

6. Возвращение мира: финальный этап Доктрины Герасимова может быть растянут.


Россия делает попытки уменьшить напряжение, проводит миротворческие
операции. Этот этап включает требуемые для урегулирования постконфликтной
ситуации политические и дипломатические меры, в которых указаны изначальные
причины конфликта («Зелёные человечки»: учебник Современной Российской
Гибридной Войны, Украина 2013-2014).

Важной частью гибридной войны является быстрое уничтожение, приостановка или


взятие под контроль коммуникаций, инфраструктур, экономических и политических
институций, а также прерывание командования врага с помощью специальных сил в
военной сфере или киберпространстве. Россия изобрела и протестировала новую
форму гибридной войны во время конфликта в Грузии в 2008 году, а также во время
кибервойны в Эстонии в 2007 году. Чтобы достичь своих целей, Россия создала
территориально-объединённые молодежные и медиа группы с целью распространения
её точек зрения, а так же, чтобы мобилизовать этнические российские меньшинства в
соседних государствах с помощью обращения к их языку, наследству, и их чувству
маргинализации или утеснения страной проживания. Этого можно достичь с помощью
создания образа «России-Матушки» как их защитницы. Убеждение безысходности в
военном и политическом лидерстве создается россиянами в выбранных государствах,
после которого люди теряют уверенность в их лидерах.

По словам Василия Копытко, профессора Отдела оперативного искусства Академии


Генерального Штаба, Доктрина Герасимова является последним Российским
операционным концептом, который эволюционировал в течение пяти отдельных
периодов, начиная с 1920 (Сельхорст, 2016).

Тактика гибридной войны использовалась во время аннексии Крыма, а затем для


захвата государственных зданий, отделений полиции, и территории непризнанных
республик ДНР и ЛНР. Офицерам полиции и местным властям либо давали взятки и
заставляли кооперировать с российскими мятежниками, либо заставляли уйти со своих
постов. Разгневанные местные толпы, которые часто вели российские оперативники,
так же заставляли украинских военных сдаваться. Типичной тактикой гибридной войны
является использование марионеточных сил – милиции, других групп из России или
других государств. Военизированные группировки заявляли, что они приехали в
Украину с целью бороться за идеологические цели, но вскоре эти группы признали, что
они были проплачены, вооружены и засланы Россией. После начала
Антитеррористической операции на Донбассе множество других украинских сил были
окружены местными людьми и сдались российскому cпецназу. С самого начала
конфликта о присутствии специальных Российских группировок и десанта
докладывалось множество раз («Зелёные человечки»: учебник Современной
Российской Гибридной Войны, Украина 2013-2014).

Существуют разные подразделения cпецназа, и они считаются «чем-то средним между


рейнджерами армии США и британскими SAS. У них множество применений. Они могут
воевать, а также у них есть подготовка к ведению разведки. Они могут устраивать
мятежи и контролировать их. Торговать контрабандным оружием. Вести партизанскую
войну» (Смит, 2018, стр. 9, онлайн). Их вовлечение в Крым и Восточную Украину было
полусекретной миссией, в рамках которой использовались маски и форма без какой-
либо идентификации во время работы на виду («Зелёные человечки»: учебник
Современной Российской Гибридной Войны, Украина 2013-2014). Силы cпецназа могут
быть заброшены в тыл и участвовать в наблюдательных и разведывательных миссиях,
а также они могут быть использованы для очистки пути менее подвижным силам (а
также повстанцам или военизированным группировкам). Во время миссий спецназ
полагается на скорость, хитрость и фактор неожиданности. Шесть разных бригад
спецназа были замешаны в Украинском конфликте с самого начала войны (Смит,
2018).

Силы спецназа участвовали во многих миссиях гибридной войны на Донбассе, начиная


с оккупации зданий и заканчивая саботажем, участием в прямых военных
столкновениях. Первый офицер ГРУ (Главное Разведывательное Управление
Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации) был арестован в
Украине в марте 2014 года, после чего им был признан факт службы в ГРУ (Буккфоль,
2016).

Во время протестов в Донбасском регионе пророссийские толпы несколько раз


окружали армию Украины, после чего спецназ атаковал и обезоруживал украинских
военных. Во многих случаях украинские военные отказывались стрелять в присутствии
гражданских и соглашались с требованиями к отступлению или сдаче. Российский
спецназ и другие российские оперативники участвовали во многих операциях в 2014
году, которые были сфокусированы в основном на окружении и захвате
государственных зданий, полицейских отделений, позиций украинских военных или
зданий СМИ («Зелёные человечки»: учебник современной российской гибридной
войны, Украина 2013-2014).

Примером саботажа российских специальных сил может быть подрыв вагонов с


авиационным топливом на железнодорожной станции «Основа» в сентябре 2014 года.
Во время операции был убит мнимый офицер ГРУ. Группы российского спецназа часто
оперировали в тылу Украины, кооперируясь с другими повстанцами. Они могли
атаковать украинские конвои и закладывать мины на территории Украины с целью
навредить свободному передвижению украинской армии (Буккфоль, 2016).
Концепт Гибридной Войны Герасимова проявляет радикально новую перспективу
ведения войны в наше время. Его доктрина построена на фактах, полученных из опыта
последних мировых военных конфликтов, например в Ираке или Грузии, где
асимметрическая война и размывание грани между войной и миром были обязательны.
Доктрина Герасимова – это способ ведения войны, который использует эти факты в
свою пользу. Сейчас роль большого числа наземных сил в такой войне менее важна,
чем раньше, к тому же наземные войска предстоят всё новые и новые испытания на
пути в будущее.

Говоря о составляющей наземных войск, используемых в гибридных войнах, наиболее


важными являются такие силы как спецназ, которые могут производить секретные,
быстрые и решительные операции. Другие важные изменения в ходе войны приносят
солдаты-марионетки, волонтёры и военизированные группировки, которые официально
никому не подчиняются.

https://diana-mihailova.livejournal.com/3528573.html

Доктрина Герасимова
07.09.2017
8541128
Молли Маккью (MOLLY K. MCKEW)
Впоследнее время Россия нападает на Соединенные Штаты с самых разных позиций,
зачастую противоречащих друг другу. Российские боты поддерживали президентскую
кампанию Трампа, однако когда он стал президентом, прокремлевские СМИ начали
изображать его слабым правителем. Владимир Путин высылает из России
американских дипломатов, ограничивая свои возможности наладить отношения с той
самой администрацией, которую он хотел видеть во главе США. Конгресс требует
ужесточить курс в отношении России, и газеты объявляют, что ставка на Трампа,
которую делал Путин, провалилась. Сбиты с толку? Вы просто не понимаете доктрину
Герасимова.

В феврале 2013 года генерал Валерий Герасимов — начальник российского


Генерального штаба, что примерно соответствует американской должности главы
Объединенного комитета начальников штабов, — опубликовал в российской
отраслевой газете «Военно-промышленный курьер» статью размером в 2000 слов
под заголовком «Ценность науки — в предвидении». Герасимов взял тактику,
разработанную в Советском Союзе, смешал ее со стратегическими военными идеями
о тотальной войне и сформулировал новую теорию современной войны,
предполагающую, скорее, не прямую атаку на противника, а «взлом» его общества.
«Сами "правила войны" существенно изменились. Возросла роль невоенных способов
в достижении политических и стратегических целей, которые в ряде случаев по своей
эффективности значительно превзошли силу оружия… Все это дополняется военными
мерами скрытого характера», — писал он.

КОНТЕКСТ

Способность Финляндии противостоять России


Le Monde

06.09.2017
«Запад-2017» — начало гибридной оккупации
Белорусские новости

01.09.2017
«Маша и Медведь» — часть гибридной войны?
Helsingin Sanomat

31.05.2017Эту статью многие считают самым ясным выражением современной


российской стратегии, опирающейся на идею тотальной войны и помещающей
политику и войну в одну плоскость — как с философской, так и с технической точек
зрения. Такой подход подразумевает партизанскую войну, ведущуюся на всех
фронтах с использованием широкого спектра союзников и инструментов- хакеров,
СМИ, бизнеса, «сливов» и да, фальшивых новостей, — а также обычных
и ассиметричных военных методов. Благодаря интернету и социальным сетям, стали
возможны операции, о которых советские специалисты по психологической войне
могли только мечтать. Теперь можно перевернуть в стране у противника все вверх
дном исключительно с помощью информации. Доктрина Герасимова подводит
под применение этих новых инструментов теоретическую базу и провозглашает
невоенную тактику не вспомогательным элементом при силовых методах,
а предпочтительным путем к победе. Фактически она объявляет именно это
настоящей войной. Кремль стремится создавать хаос — недаром Герасимов
подчеркивает важность дестабилизации вражеского государства и погружения его
в постоянный конфликт.

Работает ли такая стратегия? Пока администрация Обамы преуменьшала угрозу новой


холодной войны, Грузия, Эстония и Литва — бывшие порабощенные страны — били
тревогу из-за российских попыток влиять на их внутреннюю политику и подрывать их
безопасность. Сейчас во всех этих трех странах у власти оказались партии с прочными
финансовыми связями с Москвой, втихомолку добивающиеся большей открытости
перед русскими.

На Украине Россия применяет Доктрину Герасимова уже несколько лет. Во время


протестов 2014 года Кремль поддерживал экстремистов с обеих сторон —
и пророссийские силы, и украинских ультранационалистов — подпитывая конфликт,
который он позднее использовал как предлог для захвата Крыма и развязывания
войны на Восточной Украине. Добавив к этому изрядную дозу информационной
войны, он получил неразбериху, в которой никто ни в ком не может быть уверен и в
которой нет однозначных героев, — что и позволяет Москве контролировать
ситуацию. Именно так и выглядит Доктрина Герасимова в действии.
Очередной ее мишенью стали Соединенные Штаты. Российское полицейское
государство считает Америку главным противником. Русские понимают, что они
не могут на равных конкурировать с нами ни экономически, ни технологически, ни в
военной сфере.

Поэтому они создают новые поля сражений. Они не пытаются стать сильнее нас,
но хотят ослабить нас, чтобы мы оказались с ними на одном уровне.

Возможно, Россия и не взламывала американские машины для голосования. Однако


она избирательно и целенаправленно распространяла в социальных сетях ложную
и искаженную информацию, иногда используя при этом материалы, добытые
с помощью хакеров, и формировала фактические информационные альянсы
с определенными группировками в Соединенных Штатах. В результате она, по-
видимому, сумела выиграть важную битву, причем большинство американцев этой
битвы даже не заметили. Американская избирательная система — это сердце самой
могущественной демократии в мире, а теперь, благодаря российским действиям, мы
спорим друг с другом и сомневаемся в ее легитимности. Фактически мы воюем сами
с собой, и при этом враг не нанес по нам ни одного физического удара.
«Информационное противоборство открывает широкие асимметричные возможности
по снижению боевого потенциала противника», — писал Герасимов (он также
указывал на возможность использовать «внутреннюю оппозицию для создания
постоянно действующего фронта на всей территории противостоящего государства»).

Не все специалисты по России считают Доктрину Герасимова важным явлением.


Некоторые называют ее просто новой, отчетливо сформулированной версией того, что
русские делали с давних пор. Некоторые полагают, что значение Путина сильно
раздуто, и что не стоит считать его всемогущим или видеть в нем сказочное
чудовище. Некоторые подчеркивают, что из-за борьбы между олигархическими
фракциями в Кремле, действия русских лишены единой стратегической цели. Однако
Россия, бесспорно, систематически вмешивается в дела других стран на разных
уровнях одновременно. Ее методы ставят нас в тупик, потому что мы не всегда
понимаем, как они работают на практике. Ведь, как и любая стратегия партизанских
действий, они предполагают экономию ресурсов и децентрализацию, в связи с чем их
трудно выявлять и отслеживать. Вдобавок, со стратегической точки зрения, задачи
России выглядят для нас непривычно. Кремль не делает ставку на победу той
или иной силы — он ослабляет врага и создает обстановку, в которой проигрывают
все, кроме него самого.

В этом и заключается главная сильная сторона теневой войны в стиле Герасимова.


Очень трудно противостоять врагу, которого ты не видишь и в существовании
которого даже не до конца уверен. Однако этот подход все же далеко не идеален.
Доктрина Герасимова основана на скрытом манипулировании, что делает ее крайне
уязвимой. Она начинает рушиться, стоит пролить свет на то, как она работает и какие
цели перед собой ставит. Это требует лидерских качеств и ясного видения угрозы,
примером чего стала Франция, правительство которой перед президентскими
выборами сумело сплотиться и предупредить избирателей о российских
информационных операциях. А вот Америка пока остается впотьмах. Она не только
не переходит в наступление, но даже не обороняется.

Молли Маккью — специалист по информационным войнам, консультирует


правительства и политические партии по вопросам внешней политики
и стратегической коммуникации. В 2009-2013 годах консультировала правительство
грузинского президента Михаила Саакашвили, в 2014-2015 годах консультировала
бывшего премьер-министра Молдавии Влада Филата.

https://inosmi.ru/politic/20170907/240217819.html