Вы находитесь на странице: 1из 196

6107-10/2110

БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

ГЛИОС Елена Степановна

ЛИНГВОКУЛЬТУРНАЯ СПЕЦИФИКА ФОРМИРОВАНИЯ И


ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ЭВФЕМИЗМОВ В
СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ
(на материале англоязычных Интернет-сайтов)

Специальность 10.02.04 - германские языки

ДИССЕРТАЦИЯ
на соискание степени
кандидата филологических наук

Научный руководитель: доктор


филологических наук, доцент
Й.В. Чекулай

Белгород 2007
2

Содержание
Введение 5
Глава I. Теоретические основы изучения эвфемии 15
1.1. Исторический экскурс в проблему возникновения эвфемии 15
1.2. Соотношение понятий «табу» и «эвфемизм» 15
1.3. Понятие «эвфемизм» и мотивы возникновения 20
эвфемистических замен
1.4. Сходство и различие эвфемизма и смежных с ним явлений
33
1.4.1. Сходство и различие понятия «эвфемизм» и «мелиоратив» 35
1.4. Взаимосвязь понятия «престиж» и признания социальной
43 значимости в нормативно-ценностной системе общества
1.5. Сферы табуирования и лексико-семантические
48 классификации, связанные с ними.
Выводы по главе I 56
Глава II. Лингвокультурная специфика формирования и 59
функционирования эвфемистических субститутов
1.6. Основные функции эвфемистических субститутов 59
1.7. Место и роль эвфемистических субститутов в языке 63
политики. Понятие «политический эвфемизм» и его специфика
2.2.1. Мотивы создания политических эвфемизмов, типы

65
политических эвфемизмов, их функции
2.3. Эвфемизмы как средство выражения культурно-
78
поведенческой и языковой практики - «политической
корректности»
88
1.8. Принцип межрасовой и межэтнической толерантности как 84
способ избегнуть вербальной агрессии, обусловленной
дискриминацией на основе расовой и этнической принадлежности
1.9. Принцип безотносительности наименования профессии к
половой принадлежности как способ избегнуть дискриминации по
половому признаку
з
1.10. Политически корректная лексика как способ избегнуть 89
дискриминации по социально-статусным различиям.
1.11. Политически корректная лексика как способ избегнуть 93
дискриминации по внешнему виду, физическим возможностям и
возрастной принадлежности.
1.12. Политически корректные эвфемизмы, исключающие 96
дискриминацию по возрастным различиям
1.13. Политически корректные эвфемизмы, исключающие 99
дискриминацию по физическим возможностям
1.14. Политически корректные эвфемизмы, исключающие
102 дискриминацию на основе мнимого превосходства
человека над остальными биологическими видами
2.3.5. Эвфемистические субституты «женской» и «мужской»
107
атрибуции в свете политической корректности
1.15. Специфика формирования и функционирования эвфемизмов 110
в сфере «смерть»
1.16. Специфика формирования и функционирования эвфемизмов 120
в сфере «внешний вид»
1.17. Структурно-семантические особенности эвфемизмов и
125 способов эвфемистической субституции в лингвистических
моделях построения эвфемизмов.
2.6.1. Семантические способы эвфемизации: генерализация 126
значения, поляризация, метафоризация, метонимизация,
перефразирование
2.6.2. Морфологические словообразовательные способы
135
эвфемизации

2.7. Особенности лингвистических моделей построения 141


эвфемизмов в современном английском языке.
Выводы по главе II

144
4

Заключение 148
Библиография 152
Список электронных источников. 169
Приложение I. 181
5

ВВЕДЕНИЕ

В лингвистической литературе уделялось внимание мотивам создания


эвфемизмов и их функциям, критериям, способам образования эвфемизмов,
факторам, влияющим на эвфемистическую способность слов, сферам
применения эвфемизмов. Разработаны и представлены тематические
классификации эвфемизмов (А.В. Александров, Н.М. Бердова, С. Видлак,
Е.В. Голубкова, В.Д. Девкин, В.Ф.Донской, В.И. Жельвис, A.M. Кацев,
Л.П. Крысин, А.Е. Мосьяков, К.К. Шахжури и др.). Лингвисты неоднократно
подчеркивают социально-психологическую и экстралингвистическую
обусловленность эвфемии, которая определяет нормативно-оценочную
направленность эвфемистических средств (Л.В. Артюшкина, Н.М. Бердова,
Н.Ц. Босчаева, Е.В. Голубкова, В.И. Заботкина, A.M. Кацев, Л.М. Крысин,
Г.А. Макарова, Л.С. Турганбаева, Е.Е. Тюрина и др.).
Явление эвфемии является неотъемлемой частью языкового поведения,
тесно связано с понятиями нормы и оценки. В.И. Карасик относит
эвфемизацию к двум основным приемам этикетизации, наряду с
повышением статуса партнера и выбором косвенных способов оформления
речи [Карасик, 2002: 112]. Социальный характер эвфемии, взаимное
воздействие речевого и социального поведения признается многими
исследователями (Л.А. Баркова, Н.М. Бердова, Н.Ц. Босчаева, Т.С. Бушуева,
В.Ф. Донской, A.M. Кацев, Л.П. Крысин). Исследователи подчеркивают
наличие разногласий в интерпретации понятия «эвфемизм». Отсутствие
наиболее релевантных лингвистических критериев идентификации
эвфемизмов приводит к смешению эвфемизмов с другими видами
перефразирования. Отсутствие общепринятой дефиниции эвфемизма
обусловлено различными подходами к явлению эвфемии. Термины,
относящиеся к описываемому явлению, вследствие сложности этих проблем
разнообразны и многозначны. Мы разделяем мнение тех исследователей,
которые признают правомерность использования термина «эвфемистический
субститут» наряду с другими, такими как «эвфемистическое
6 переименование»,

«эвфемистическая замена», по отношению к понятию «эвфемизм». Более


подробное изложение нашей точки зрения представлено в I главе
настоящего диссертационного исследования.
Представляется целесообразным вслед за многими лингвистами
первичным лингвистическим критерием эвфемизма считать негативную
оценку или стигматичность денотата. Эвфемизации подвергаются явления,
содержащие стигму. Впервые термин «стигма» был введен в работе Э. Готам.
М. Гассер-Мюльгайм, Е. Сейгейрин, Н.Ц. Босчаева, Н.М. Бердова
используют этот термин в своих работах как «отрицательное качество или
свойство «предмета», нашедшее свое обозначение в verbum proprium, т. е. в
существующем собственном наименовании предмета, его антецеденте.
В настоящем диссертационном исследовании разделяется мнение
Л.П. Крысина о том, что представление об эвфемизме как о замене
неприличного слова более подходящим при исследовании социальных сфер
является неполным, ограниченным [Крысин, 2000: 391].
Антропоцентрическая парадигма приобрела ключевую роль в современной
лингвистике, в этой связи исследовательский интерес привлекает, в первую
очередь, субъект познания, взаимосвязь человека и языка, человека в
языковом социуме (Н.Д. Арутюнова, В.И. Карасик, В.Н. Телия и др.). Тезис о
социальности языка, о его социальной сущности и природе понимается нами
вслед за Е.М. Верещагиным и В.Г. Костомаровым как «диалектическое
единство языка и культуры, языка и общества», и «в любой момент развития
общества обслуживающий его язык отражает жизнь общества «полностью и
адекватно» [Верещагин, Костомаров, 1990: 14].
Многие исследователи указывают на то, что одной из функций
эвфемизмов на современном этапе развития общества стало стремление
ввести в заблуждение адресата с целью оказания определенного воздействия
на него, манипулирования им (Н.Ц. Босчаева, Г.А. Макарова, И.В. Мотченко,
Л.А. Нефедова, Е.К. Темирбаева и др.). В лингвистической литературе есть
ряд исследований, посвященных эвфемистическим средствам в области
7

политики и рекламы (О.В. Обвинцева (2003), Е.В. Кипрская (2005)). Многие


исследователи подчеркивают, что целевое назначение рекламы, относящейся
к манипулятивной коммуникации, заключается в воздействии на адресата,
создании положительных эмоций у потенциального покупателя по
отношению к товару, и особое место отводится эвфемистическим средствам
(Л.А. Баркова, Е.С. Иванова, Е.Г. Толкунова, А.Г. Фомин,
Е.Л. Шамсутдинова и др.).
Определение эвфемизма, предложенное Е.Е. Тюриной, было взято в
качестве исходного в настоящем диссертационном исследовании.
«Эвфемизм - это мягкое и дозволенное, мелиоративно-иносказательное, а
иногда просто более приемлемое по тем или иным причинам слово, или
выражение, употребляемое вместо слов или выражений, представляющихся
говорящему запрещенными, неприличными, грубыми, нетактичными,
неприемлемыми с точки зрения принятых в обществе норм морали,
тематически стигматичного некорректного антецедента» [Тюрина, 1998: 37].
В ходе исследования была скорректирована дефиниция эвфемизма, взятая в
качестве отправной. Прежде чем представить свою дефиницию эвфемизма и
выразить свою точку зрения, необходимо отметить, что мы относимся с
глубочайшим уважением ко всем существующим точкам зрения, мнениям,
которые, несомненно, внесли большой вклад в исследование эвфемии. Точки
зрения, взгляды, представленные в работах исследователей, послужили
стимулом к исследованию явления эвфемии и явились источником нашего
понимания понятия «эвфемизм».
Эвфемизм представляет собой лексическую единицу, мелиоративную
по своей форме. Употребление такой лексической единицы вместо слова или
выражения, представляющего собой тематически стигматичный антецедент,
обусловлено как ситуативными параметрами, так и коммуникативно-
прагматическими интенциями коммуникантов. Такое употребление связано с
тем, что сущностная характеристика антецедента, во-первых,
воспринимается говорящим как нетактичная, нежелательная, некорректная,
8

подлежащая запрету, а во-вторых, является конвенционально обусловленным


нормативно-ценностными системами социума, в некоторых случаях
переименование осуществляется на основе и в соответствии с принципами
политически корректной избирательности и социальной приемлемости.
В процессе рассмотрения многих проблем, связанных с эвфемией,
исследователь сталкивается с рядом объективных трудностей, осложняющих
процесс исследования. К таким трудностям следует отнести прежде всего
условия речи и обусловленность употребления эвфемизмов в той или иной
среде, определенные темы, сферы жизни и деятельности людей.
Сопоставление взглядов исследователей на эвфемию показывает пестроту
воззрений на эту проблему. Разнообразие взглядов на явление эвфемии,
вероятно, можно объяснить самим объектом исследования, кажущаяся
простота которого иллюзорна. В содержании эвфемии перекрещивается
много разноплановых лингвистических и экстралингвистических проблем.
Объектом настоящего исследования является лингвокультурная
специфика эвфемии в современном английском языке.
Предметом диссертационного исследования является
эвфемистическая лексика и наиболее продуктивные модели построения
эвфемистических субститутов.
Новизна настоящей работы заключается, во-первых, в том, что
исследование эвфемии и эвфемизмов проводится на основе материалов
англоязычных Интернет-сайтов, иллюстрирующих современный язык,
речеповеденческие стереотипы и лингвокультурную специфику языкового
англоязычного социума. Во-вторых, характерной особенностью
исследования является объединение как собственно лингвистических, так и
экстралингвистических знаний (фоновые знания о мире, коммуникативной
ситуации, коммуникантах) в рамках культурно-поведенческой и языковой
практики - политической корректности. В-третьих, в работе представлена
наиболее полная и подробная классификация эвфемистической лексики на
материале английского языка тематики «death» и «dying». В работе
9

предпринята попытка выделить и классифицировать лингвистические модели


построения эвфемизмов, относящиеся к наиболее продуктивным сферам
эвфемизации в связи с усилением роли социально-статусных характеристик и
систем престижных оценок в англоязычном языковом социуме.
Основной целью работы является комплексное исследование
специфики формирования и функционирования эвфемизмов в современном
английском языке с позиций антропоцентрической парадигмы в лингвистике
и на основе тезиса о социальности языка, а также выявление, обобщение и
систематизация особенностей функционирования эвфемизмов в наиболее
продуктивных табуированных сферах, выделение структурно-семантических
особенностей в наиболее распространенных лингвистических моделях
построения эвфемистических единиц.
Поставленная цель исследования обусловила решение следующих
задач:
1) изучить существующие подходы к определению эвфемии и
эвфемизма на основании систематизации теоретических аспектов
лингвистических исследований; обосновать необходимость работы в данном
направлении;
2) выделить релевантные лингвистические критерии идентификации
эвфемизма; цели и мотивы эвфемизации речи с целью разграничения
сходства и различия эвфемизма и смежных с ним явлений;
систематизировать виды эвфемизмов и установить основные функции
эвфемизмов;
1.18. определить статус политических эвфемизмов и особенности
функционирования эвфемизмов в языке политики;
1.19. выявить взаимосвязь явлений политической корректности и
эвфемии; рассмотреть лингвокультурную специфику формирования и
функционирования эвфемизмов в свете культурно-поведенческой и языковой
практики - политической корректности;
5) выявить и провести анализ структурно-семантических особенностей
10

наиболее распространенных моделей построения эвфемизмов.


Актуальность настоящего диссертационного исследования
обусловлена возросшим интересом к явлению эвфемизации речи в
англоязычном социуме, общей антропоцентрической направленностью
современной лингвистики, предполагающей обращение к прагмалингвистике
и социолингвистике. Рассмотрение лингвокультурной специфики
эвфемизмов в современном английском языке становится возможным при
исследовании единства взаимодействия собственно лингвистической и
экстралингвистической информации.
Теоретической базой настоящего исследования послужили
положения, разрабатываемые в следующих отраслях лингвистической науки:
- лексической семантике (Н.Д. Арутюнова, В.И. Заботкина,
В.А. Звегинцев, Г.В. Колшанский, Н.Г. Комлев, А.А. Уфимцева и др.);
- прагмалингвистике (А. Вежбицка, П. Грайс, Г.Г. Почепцов, В. Cooper,
J. Diamond, W. Lutz и др.);
- социолингвистике (Е.М. Верещагин, Р. Водак, В.И. Карасик,
Е.М. Костомаров, Л.П. Крысин, L.G. Anderson, К. Burridge, D. Crystal,
P. Trudgill и др.).
Материалом исследования послужила эвфемистическая лексика,
полученная методом сплошной выборки из материалов англоязычных
Интернет-сайтов, данные наиболее авторитетных словарей и электронной
энциклопедии. Всего проанализировано около 3000 примеров.
Анализ фактического материала основан на комплексной методике
исследования, сочетающей гипотетико-дедуктивный метод, сравнительно-
обобщающий и количественный методы, структурно-семантический метод,
приемы компонентного и дефиниционного анализа, контекстуально-
ситуативный анализ, описательно-аналитический метод, включающий
непосредственное наблюдение исследуемых языковых явлений в тексте.
Апробация работы. Основные теоретические положения и
практические выводы исследования опубликованы в статьях и тезисах.
11 Отдельные вопросы прошли
апробацию в виде докладов и сообщений на научно-практических
конференциях: «Молодежь и наука XXI века» (IV Международная научно-
практическая конференция студентов и аспирантов г. Красноярск, 2003), 10
Юбилейная Международная конференция МГУ им. М.В. Ломоносова
«Россия и Запад: Диалог культур» (г. Москва, 2003), Всероссийская научно-
практическая конференция студентов, аспирантов и молодых ученых
«Молодежь и наука XXI века» (г. Красноярск, 2004), Межвузовская
конференция «Язык и время» (г. Красноярск, 2004), 11 Юбилейная
Международная конференция МГУ им. М.В. Ломоносова «Россия и Запад:
Диалог культур» (г. Москва, 2005), II Международная научная
конференция «Концепт и культура» (г. Кемерово, 2006), Международная
научная конференция «Единство системного и функционального анализа
языковых единиц» (г. Белгород, 2006). На защиту выносятся следующие
положения.
1. Семантическая сущность эвфемизма заключается в его способности
придать значению лексической единицы, которая изначально обладает или
приобретает стигму, положительную оценочную направленность. Процесс
«деградации» эвфемизма является закономерным процессом, порождающим
в языковой системе новую, эвфемистическую замену и при существующем
эвфемизме, «пораженном запретом». Полная замена стигматичной
лексической единицы происходит в момент аккумуляции эвфемизмом
негативных ассоциаций со стигматично-некорректным антецедентом.
«Изнашивание» эвфемизма и «стирание» его эвфемистической функции
предрешает процесс аккумуляции негативных ассоциаций со стигматично-
некорректным антецедентом.
2. Употребление эвфемизмов на современном этапе развития
англоязычного социума во многих случаях продиктовано нормативно-
ценностными представлениями общества, уровнем развития этикета,
социокультурными речевыми нормами. Стремление коммуникантов к
бесконфликтной коммуникации, сотрудничеству и этикетизации в рамках
12

общения, соблюдение коммуникативно-корректного использования


языковых средств обусловливает процесс модификации стигматичной
лексической единицы.
1.20. Традиционная характеристика эвфемизма как «эмоционально-
нейтрального слова» нуждается в дополнении в силу того, что в роли
эвфемизмов очень часто выступают лексические единицы, обладающие
ироничным, пренебрежительным оттенком. Случаи, в которых
переименование осуществляется с иронией, пренебрежительностью,
присущими лексике сниженного стиля, следует рассматривать как
эвфемистическую субституцию.
1.21. Представление об эвфемизме как о простой замене грубого,
неприличного эквивалента является ограниченным в связи с усилением роли
социально-статусных порядков. Все значимые факторы жизнедеятельности
социума имеют целые системы престижных оценок, которые регулируют
поведение и детерминируют важнейшие социальные процессы. Признание
социальной значимости, повышение социального статуса, престижа,
идентификация в социуме, являясь универсальными категориями,
определяют изменения, происходящие в языковой системе. Многие названия
необходимых, среднестатистических, но малопрестижных профессий
приобретают наукообразное эвфемистическое переименование, что является
следствием усиления значимости социально-статусных порядков в
англоязычном социуме.
1.22. Ряд языковых изменений в англоязычном социуме является
отражением активных процессов эвфемизации, происходящих в свете
культурно-поведенческой и языковой практики, называемой политической
корректностью, являющейся средством избегания вербальной агрессии. В
основе культурно-поведенческой и языковой практики - политической
корректности лежат вежливость, гуманное отношение к человеку,
обусловленные уровнем социальной культуры, менталитетом англоязычного
общества. Причины политической корректности обусловлены
13

существующими и осознаваемыми членами социума формами и


разновидностями дискриминации, стремлением к преодолению
дискриминации, обусловленным культурно-поведенческими традициями,
высоким уровнем социальной культуры, менталитетом западного общества и
коммерческим интересом, связанным с манипулятивной деятельностью
рекламной коммуникации.
Теоретическая значимость проведенного исследования заключается
в комплексном исследовании процессов, происходящих в эвфемистической
лексике современного английского языка, обусловленных усилением
социально-статусных порядков и системы престижных оценок в языковом
социуме, а также определяется его вкладом в разработку вопросов, связанных
с проблемой разграничения лингвистического и экстралингвистического в
современной лингвистической науке. Выводы, полученные в результате
анализа практического материала, создают предпосылки для дальнейшей
разработки ряда проблем, связанных с эвфемией применительно к
английскому языку.
Практическая ценность настоящего диссертационного исследования
обусловлена тем, что выводы, полученные в результате проведенного
анализа структурно-семантических особенностей продуктивных моделей
построения эвфемистических субститутов, могут найти широкое применение
в практике преподавания ряда лингвистических дисциплин, таких как
лексикология, стилистика, интерпретация текста. Использование результатов
исследования при разработке учебных пособий по практике перевода,
пособий по межкультурной коммуникации позволит русскоязычным
студентам наиболее адекватно изучить специфику использования
эвфемистической лексики в речи с целью увеличения степени аутентичности
речи.
Структура диссертационного исследования. Общий объем
диссертации составляет 187 страниц. Диссертация состоит из введения, двух
глав с выводами, заключения, библиографии, списка словарей, списка
14

электронных источников фактического материала и приложения.


Во введении определяется общее направление исследования, его цель,
задачи, объект, методы научного исследования, обосновывается актуальность
исследования, указывается научная новизна, теоретическая и практическая
значимость диссертационного исследования, формулируются положения,
выносимые на защиту.
В первой главе осуществляется постановка проблемы эвфемистической
субституции, рассматриваются и сопоставляются основные понятия и
термины, используемые в процессе анализа эвфемистической субституции,
критерии выделения эвфемизмов, мотивы возникновения эвфемизмов.
Освещается проблема сфер, подлежащих табуированию, и лексико-
семантические классификации, связанные с ними. Рассматривается
взаимосвязь субституции немодного, непрестижного с эвфемистическими
переименованиями и происходящими изменениями в системе норм и оценок,
с изменениями представлений о престижной иерархии.
Вторая глава посвящена исследованию лингвокультурной специфики
формирования и функционирования эвфемизмов, в том числе основных
функций эвфемизмов на современном этапе развития англоязычного
социума, определяются роль и место эвфемизмов в языке политики, в рамках
культурно-поведенческой и языковой практики - политической корректности
в современном английском языке. Выделяются наиболее продуктивные
модели построения эвфемистических субститутов.
В заключении подводятся итоги проведенного исследования,
излагаются основные результаты, намечаются дальнейшие перспективы.
15

Глава I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ЭВФЕМИИ

1.1. Исторический экскурс в проблему возникновения эвфемии

Учение об эвфемизмах является очень древним. Термин «эвфемизм»


происходит от греческого «ей phemi», что значит «хорошо говорю».
Упоминание об эвфемизме есть в древнем учении о тропах, употребляемом
во избежание непристойности либо для возвеличивания предмета. В XVI
веке У. Шекспир являлся родоначальником многих эвфемизмов,
относящихся к сфере сексуальных отношений. Т.М. Беляева, В.А. Хомяков
выделяют два периода в истории английского общества, когда из-за влияния
«религиозной морали и ханжеской благопристойности очищались
произведения Шекспира и других драматургов его эпохи от богохульств и
неприличных форм» [Беляева, Хомяков, 1985: 23]. Первый период связан с
веком «воинствующих пуритан». В век пуританства изгонялись достижения
эпохи Ренессанса. Второй период, по мнению лингвистов, связан с
ханжеской моралью викторианства. В викторианскую эпоху в XIX веке в
Англии возникает много эвфемизмов в результате жесткой цензуры.
Общеизвестно, что еще при существовании первобытных предрассудков,
суеверий, верований в магические заклинания появились древнейшие
эвфемизмы, появление которых лингвисты связывают с понятием «табу».
Корни современных эвфемизмов уходят в далекое прошлое. Таким образом,
представляется логичным обратиться к рассмотрению проблемы
взаимосвязи понятий «табу» и «эвфемизм».

1.2. Соотношение понятий «табу» и «эвфемизм»

Изучение явления эвфемии исследователи связывают с понятием «табу», с


соотношением табу и эвфемизмов в историческом и лингвистическом
16 аспектах. Известно, что табу - это
своеобразный запрет на различные действия, предметы и слова. В
лингвистическом энциклопедическом словаре под редакцией В.Н.Ярцевой
табу определяется как «... запрет на употребление тех или иных слов,
выражений или собственных имен. Явление табу связано с магической
функцией языка (речи), т. е. с верой в возможность непосредственного
воздействия на окружающий мир при помощи языка» [ЛЭС, 1990: 501]. В
дефиниции подчеркивается, что табу не ограничивается рамками
специфического языкового явления, так как существуют запреты на акты
поведения, контакты с определенными людьми, употребление какой-либо
пищи и т.д.
В словаре лингвистических терминов под редакцией О.С. Ахмановой
предлагается следующее определение «табу»: «1) слово, употребление
которого запрещено вследствие мифологических верований, суеверий и
предрассудков, а также по причине цензурных запретов, боязни грубых или
неприличных выражений и т.п.; 2) (запрет) ограничения словоупотребления,
определяемые различными внелингвистическими факторами (суеверия,
предрассудки, цензурные и традиционные запреты и т. п.» [СЛТ, 2005: 467].
Табу как система запретов регламентировала важнейшие стороны жизни
человека. Нарушение табу по суеверным представлениям карается
сверхъестественными силами. Пережитки табу сохраняются и по сей день во
всех религиях. Известны запреты на произнесение имени человека,
умершего родственника, божества.
В современных языках указывается тенденция не упоминать прямо о
смерти, болезни, о «неприличных» предметах. Общеизвестен запрет на
собственные имена, многие народы верят в существование органической
связи между именем и человеком, носящем это имя, поэтому человек обычно
имел прозвище. О.Н. Трубачев упоминает в своем исследовании о
«табуистической метатезе» в том случае, когда табуизированные названия
животных представляют собой старые названия животных, но с измененным
порядком звуков [Трубачев, 1958: 122]. В.Ф. Донской указывает, что
17

табуируются не понятие или мысль, «а лишь внешние языковые


манифестации» [Донской, 1976: 119]. Дж. Фрэзер (J.G. Frazer) посвятил
проблеме табу исследование, в котором подчеркнул универсальность
распространения табу. Исследователь приводит многочисленные примеры,
когда охотники, рыбаки избегают употреблять названия опасных животных
во время охоты, в определенные сезоны, а также называют лесных животных
- медведя, волка, рысь ласковыми, иносказательными прозвищами [Frazer,
1922: 5]. Г.Г. Почепцов (мл.) отмечает, что решение проблемы соотношения
табу и эвфемизмов находится в области прагматики, так как основанием
является «правильное» с точки зрения семантики, но запрещенное с точки
зрения прагматики выражение. С. Ульман отмечает, что, являясь
религиозными ограничениями, по сути, и обусловленные чувством страха,
табу не исчезнут совсем, но будут встречаться все реже и реже [Ульман,
1970:283].
Брайан Купер (Brian Cooper) считает, что вербальное табу связано с
древнейшим восприятием имени как сущности предмета. И, конечно же,
существовали такие вещи, о которых не принято было говорить открыто 1
[Cooper, 1993: 61]. Л.Андерсон, П. Траджилл (Anderson L.G., Trudgill Р.)
подчеркивают, что разного вида табу не являются отдельными,
изолированными фактами культуры, а являются важными элементами в
структуре культуры и социальной жизни. П. Траджилл подчеркивает, что
совокупность лингвистического и социологического аспектов образует
явление табу [Trudgill, 1995: 30]. Исследователи указывают на
неоднозначность и нетождественность отношений между поведенческими
табу и словами-табу. Симлифицированный взгляд на проблему, по мнению
Л. Андерсона и П. Траджилла, может привести к ложному выводу о том, что
поведенческим табу всегда соответствуют слова-табу. Исследователи
подчеркивают существование слов-табу, обусловленных чисто

1
Здесь и далее переведено нами - Е.Г.
18

лингвистическими причинами [Anderson, Trudgill, 1992: 57]. Точку зрения


Л. Андерсона и П. Траджилла разделяет К. Барридж (Burridge К.), отмечая,
что, когда коммуниканты сталкиваются с табу, они ведут себя таким
образом, как будто существует реальная связь между словами-табу и
табуированной сущностью предмета. И эта связь оказывается настолько
реальной, что оказывает влияние на невинные слова и выражения в языковой
системе. «So real is the connection that this taboo will also affect innocent
language expressions. Speakers will avoid certain words or phrases simply
because they sound similar to taboo terms» [Burridge, 2004: 212].
Таким образом, согласно общепринятой концепции происхождение
табу связано с инстинктом страха перед сверхъестественными силами,
которые могут быть сосредоточены в каком-то предмете, явлении.
Первобытное мировоззрение, предрассудки оказали влияние на состав
древней табуистической лексики. В современных европейских языках
существуют запреты, связанные с различными суевериями, т. е. словесные
запреты возникают в различные исторические эпохи, этому способствуют
социальные, культурные факторы. Причины, порождающие явления табу, и
современные эвфемизмы нетождественны. При широком понимании
понятия «табу» исследователи соотносят любой словесный запрет с
термином «табу» безотносительно уровня развития общества.
При узком толковании понятия «табу» подчеркивается исторический
план, этнографическая основа понятия. Лингвисты единодушны в том, что
между табу и эвфемизмом существует причинно-следственная связь. Так,
Н.В.Терещенко выделяет четыре фактора проявления табу,
обусловливающих появление эвфемизмов: 1) природный; 2) религиозный;
3) цивилизационный; 4) идеологический. В.Ф. Донской подчеркивает
«пережиточность» словесных запретов, связанных с религиозными
верованиями и предрассудками, и отмечает, что в процессе превращения в
языковую традицию происходит потеря ассоциаций с суевериями,
послужившими их источниками [Донской, 1976: 122]. A.M. Кацев
19

подчеркивает изменение характера табуирования на современном этапе,


отмечает наличие обязательности, «императивности» в древнем табу и
отсутствие «императивности» в табу на современном этапе [Кацев, 1978: 7].
В свою очередь Э. Бенвенист подчеркивает, что значение термина
«эвфемизм» заключается в «генетически присущей позитивности значения»
в отличие от «табу» [Бенвенист, 1974: 370].
Таким образом, проблему соотношения табу и эвфемизма можно
представить как явление, имеющее три взаимосвязанных аспекта:
психологический, социальный, лингвистический. Психологический аспект
связан с тематической соотнесенностью табу в культурах европейского
типа, с эмоциональной основой запрета, в которой первоначально
лидирующими являлись чувство страха и стыда. Социальный аспект
подразумевает, во-первых, общепризнанный факт этнографической
сущности табу, основанной на религиозных верованиях и предрассудках,
вере в физическую связь между словом и предметом, а также и в магическую
силу слова на первоначальной стадии возникновения эвфемизмов; во-
вторых, отсутствие статичности, неизменности религиозных, моральных,
этических, нравственно-ценностных мотивов, лежащих в основе процессов
табуирования и эвфемизации.
Лингвистический аспект предполагает взаимосвязь всех
лингвистических и экстралингвистических факторов, определяющих
значимость, универсальность табу и эвфемизма, а также «внешнюю
языковую манифестацию» (термин В.Ф. Донского [Донской, 1976: 119]) этих
явлений с точки зрения лингвистики. Одним из основных признаков
современного табу, на наш взгляд, является «антропоцентричность»
последнего, что представляется вполне закономерным процессом на
современном этапе развития общества. Перейдем к рассмотрению понятия
«эвфемизм» и мотивов возникновения эвфемистических замен.
20

1.3. Понятие «эвфемизм» и мотивы возникновения эвфемистических


замен

Анализ и обобщение проблем, связанных с эвфемией как в


отечественной, так и в зарубежной лингвистике, изобилие публикаций по
данной теме позволяют сделать вывод о существовании сложившихся
традиционных подходов к изучению ряда ключевых вопросов, связанных с
эвфемией. Эвфемизмы неизменно представляют собой значительный
исследовательский интерес. В свете недавних работ следует отметить
следующие исследования в области эвфемии. А.П. Кудряшова исследует
эвфемизмы в семантических полях «смерть», «болезнь» и «возраст» на
материале современных немецкого и русского языков (2002). Исследование
Л.В. Артюшкиной посвящено анализу компонентной структуры
эвфемистических субститутов в современном английском языке (2002).
Лингвистический анализ политических эвфемизмов в политической
коммуникации представлен в работе О.В. Обвинцевой (2003).
Особой оригинальностью и нетрадиционным подходом выделяется, на
наш взгляд, понимание и трактовка явления эвфемии в работе Г.Г. Кужим.
Обозначив функциональную способность средств языка как закон триады,
Кужим Г.Г. рассматривает эвфемизмы как часть триады либо оппозиции
(2003). Исследование эвфемистических наименований с точки зрения
языкового, исторического и культурологического аспектов находит
отражение в работе Е.Н. Торопцевой (2003). Комплексное исследование
прагматического аспекта эвфемизмов и дисфемизмов в рамках
культурологического подхода представлено в исследовании Т.С. Бушуевой
(2004). Исследованию культурологических и когнитивных принципов
эвфемии в современном английском языке посвящено исследование Л.В.
Порохницкой (2004). О.Ф. Иванова рассматривает эвфемистическую лексику
как отражение ценностей англоязычных культур (2004). Эвфемизмы как
объект когнитивной лингвистики и выделение сценариев применения
21

эвфемизмов в речи (на материале русского языка) представлены в работе


А.С. Мейриевой (2004 г.). Явлению эвфемизации уделяется внимание в
работах Н.О. Орденовой (2003), В.В. Панина (2004), М.Ю. Палажченко
(2004), в которых рассматриваются актуальные проблемы политической
корректности. Лингвистический анализ особенностей функционирования
англоязычных и русскоязычных политических эвфемизмов в языке СМИ
представлен в исследовании Е.В. Кипрской (2005). На материале
французского и русского языков проблему эвфемизации табуированных
соматизмов рассматривает Голованова Е.Ю. (2005). Исследование Н.В.
Терещенко посвящено сопоставительному анализу эвфемистических
средств объективации концепта «страх» на материале русского и
английского языков (2005).
Понимание роли и функции эвфемизмов исследователями
обусловливает отличия в толковании понятия «эвфемизм». По мнению
В.Ф. Донского, разнообразие дефиниций эвфемизма можно свести к двум
основным видам. В основе определений первого типа лежит, во-первых,
противопоставление эвфемизмов запретам на слова, во-вторых, интенции
говорящих избежать употребления грубых, вызывающих отрицательные
эмоции слов и выражений. Основной функцией эвфемизмов является
функция смягчения неприятного факта действительности языковыми
средствами. Согласно второй точке зрения подчеркивается взаимосвязь
понятия «эвфемия» с понятием «табу». Исследователи считают, что под
эвфемизмами надо понимать «заменные, разрешенные слова, которые
употребляют вместо запрещенных» [Донской, 1976: 123]. Понимание
эвфемизма в данном случае выходит за рамки утверждения «сказать мягко»,
эвфемизм рассматривается как средство речевого этикета. Иными словами,
стремление к бесконфликтному общению, вежливость, деликатность,
соображения такта и приличия являются мотивами, порождающими
эвфемистическую субституцию. По мнению В.Ф. Донского, эвфемизм
является «своеобразным синонимом в ряду выразительных средств,
22

выполняющим стилистическую функцию» [Донской, 1976: 124].


Результатом сравнения двух точек зрения, двух видов дефиниций эвфемизма
является важное заключение исследователя о том, что мотивами,
порождающими эвфемизмы, стало не только стремление смягчить, сказать
вежливо, но еще сказать расплывчато, туманно. «Эвфемизмы имеют целью
не просто образное представление действительности как троп поэтического
языка, а затемнение или прикрытие неприглядных явлений
действительности» [Донской, 1976: 124]. Социальная обусловленность
эвфемии способствует выдвижению на первый план и усилению функции
маскировки, в основе которой лежит стремление ввести в заблуждение
собеседника.
С. Видлак связывает эвфемистическую субституцию с языковым
запретом. Исследователь выделяет три аспекта анализа языкового запрета и
сопутствующего ему эвфемизма: сферы, функционирование и результаты.
Формальное сходство слова с другим, запрещенным, может вызвать
вторжение в сферу табу, которое исследователь называет «спорадическим».
С. Видлак выделяет наличие в языке слов, которые избегают произносить,
так как они содержат «загрязненные» слоги [Видлак, 1967: 269-274].
Например, в газете «Комсомольская правда» в публикации, посвященной
антирекламе, были приведены забавные курьезы. Будучи в Брюсселе, автор
запечатлел вывеску кафе, название которого звучит очень знакомо каждому
русскоговорящему туристу - «PANOS» [Комсомольская правда от 22-29
сентября 2005].
Существуют различные точки зрения на релевантные признаки,
которые позволяют идентифицировать эвфемизм. В определение эвфемизма,
предложенное Б. Уорреном (Warren В.), входят три основные
характеристики: 1) объект относится к разряду «деликатных»; 2)
используемое выражение воспринимается как смягченное, менее грубое по
сравнению с заменяемым выражением; 3) является ли выражение
эвфемизмом, определяет собеседник [Warren, 1992: 135]. Другими словами,
23

возможность объективной проверки, является ли выражение эвфемизмом,


отсутствует. Наиболее глубоким и всесторонним представляется
исследование явления эвфемии, проведенное A.M. Кацевым. Исследование
эвфемии A.M. Кацев проводит на основе социопсихологического подхода. В
качестве релевантных признаков эвфемизмов A.M. Кацев выделяет
косвенность номинации и негативную оценочную коннотацию лексического
значения. Из числа эвфемизмов, по мнению A.M. Кацева, следует исключить
слова и словосочетания, использование которых продиктовано
эстетическими мотивами, формулами вежливости, а также случаи
криптологии, заменные слова, вызванные дипломатической тайной. Вопрос
по поводу случаев криптологии возникает неоднократно.
К целям эвфемии относится маскировка некоторых слов, а
криптология осуществляет функцию конспиративной коммуникации как
специально созданный «код для общения среди своих». Главное отличие,
наш взгляд, заключается в том, что в случае эвфемизации речи,
коммуниканты понимают, о чем идет речь. В то время как, например, арго,
являющееся частным случаем криптологии, имеющее отношение к
антисоциальным группам, противопоставляющих себя обществу, который
был создан изначально для скрытия коммуникации от посторонних неясен и
непонятен окружающим. Мы придерживаемся точки зрения В.П. Москвина,
который считает, что «эвфемию и криптологию можно противопоставить
ситуативно» [Москвин, 2001: 61].
В лингвистической литературе последних лет эвфемизм традиционно
рассматривается как средство речевого этикета. А.В. Карасик справедливо
отмечает, что «существуют коммуникативные табу, запретные ходы в
речевых действиях, нарушение которых строго осуждается в том или ином
лингвокультурном сообществе» [Карасик, 2001: 41]. Эвфемизмы как
средство речевого этикета рассматриваются в работах Л.П. Крысина,
Е.В. Голубковой, Л.И. Баранниковой, Т.В. Кочетовой и др. Так, Е.В.
Голубкова рассматривает эвфемизмы как средство речевого этикета,
24

выполняющее функцию выражения деликатности, приличия,


уважительности, наряду с системными средствами мейозиса (намеренным
приуменьшением интенсивности свойств предмета речи, действий,
процессов) [Голубкова, 1982: 38].
Определение мотивов, причин лежащих в основе эвфемизации речи,
относится к одной из ключевых проблем эвфемии. Т.С. Бушуева считает
эвфемизмы «маркерами коммуникативной стратегии», способствующие
«гармонизации межличностных отношений» [Бушуева, 2005: 52]. Как
средство «вуализации неприличных, нетактичных, неблагозвучных
языковых явлений» рассматривают эвфемизмы О.А.Михайлова и
Н.Е.Якименко. Эвфемистичность речи обусловлена стремлением к
«коммуникативному компромиссу» [Михайлова, Якименко, 2002: 282].
В.И. Заботкина выделяет прагматические причины, обусловливающие
появление эвфемизмов в языковой системе: 1) принцип вежливости
обусловливает формирование эвфемизмов, смягчающих различные виды
физических и умственных недостатков; 2) принцип табуирования
способствует созданию эвфемизмов, которые являются заменами прямых
наименований болезней и смерти; 3) принцип регулятивного воздействия на
массового читателя обусловливает формирование политических эвфемизмов;
4) «прагматическая установка на засекречивание своей деятельности»
способствует появлению эвфемизмов социолектов [Заботкина, 1989: 94].
В лингвистике исследование мотивов эвфемии осуществлялось с точки
зрения психолингвистики. Многие лингвисты выделяют в качестве основных
мотивов эвфемии чувство страха, стыда. Например, среди многообразия
эмоций A.M. Кацев выделяет три основные эмоции как непосредственные
мотивы эвфемии: страх, отвращение и стыд. Моральные и религиозные
мотивы и ряд прагматических причин, таких как стыд, деликатность,
стремление смягчить, завуалировать негативную сущность отдельных
объектов или явлений, обусловливают эвфемистичность речи, по мнению
лингвистов (Т.С. Бушуева, Н.В. Терещенко и др.). Наиболее
25

распространенными мотивами, по мнению К.К. Шахжури, являются: мотивы


стыда, великодушия или сочувствия, жалости, не позволяющие людям
говорить напрямую о физических или духовных недостатках [Шахжури,
1956: 13]. В любом языке можно найти массу примеров подобного рода.
Например, в английском языке disabled person1 употребляется вместо
лексической единицы «invalid», а эвфемизм wheelchair заменил выражение
invalid chair. Согласно поправкам к акту о реабилитации 1992 года
(Rehabilitation Act Amendments of 1992) в США было решено заменить
термин «handicap» на «disability», затем выражение disabled people заменило
более мягкое, эвфемистичное выражение individuals with disabilities, которое
в свою очередь заменил эвфемистический субститут physically challenged
people. Используя терминологию Т.М. Беляевой и В.А. Хомякова, следует
отметить, что в процессе «деградации эвфемизма» языковая система
порождает новую, эвфемистическую замену, полное переименование
происходит в момент аккумуляции эвфемизмом негативных ассоциаций со
стигматично-неккоректным антецедентом. Л.С. Турганбаева связывает
эвфемистическую номинацию с различными видами оценочных значений. В
соответствии с видами оценок исследователь выделяет три вида запретов:
1) коннотативный запрет (запрет на употребление стилистически сниженных
форм); 2) прагматический запрет, связанный с ситуацией общения; 3)
денотативный запрет, связанный с принадлежностью к табуированной
области [Турганбаева, 1988:12].
Эвфемистичность речи, по мнению Н.Ц. Босчаевой, следует
рассматривать как проявление «общего феномена вежливости»,
обусловленного стремлением «сохранить общественное лицо адресата»
[Босчаева, 1989: 3-4]. Н.Д. Арутюнова справедливо отмечает, что «... всякое
социальное поведение (в том числе и речевая деятельность),

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
26

регламентируются определенными правилами, нормы речевого поведения


относятся к сфере молчаливых соглашений между коммуникативно-
обязанными членами общества» [Арутюнова, 1988: 25]. В.И. Карасик
подчеркивает, что выказывание уважения к адресату выражается в выборе и
избегании определенных тем разговора, и указывает на существование
«абсолютно табуированных, условно табуированных и ситуативно
табуированных тем в общении» [Карасик, 2002: 75]. А.В. Остроух выделяет
наличие «эвфемизационной ситуации» (термин и курсив А.В. Остроуха), под
которой понимает обстоятельства, требующие эвфемизации - смягчения,
«улучшения», маскировки, завуалирования», в качестве эвфемистической
замены могут выступать числа, цвета, имена собственные, компьютерные
символы и т.д. [Остроух, 1998: 111].
Л.В. Артюшкина выделяет четыре причины возникновения
эвфемизмов и соответствующие им группы эвфемизмов: 1) страх и
религиозный запрет; 2) морально-этический фактор; 3) стремление
соблюдать правила этикета; 4) стремление скрыть истинное положение дел:
а) по соображениям престижа; б) по идеологическим соображениям. В
соответствии с классификацией причин возникновения эвфемизмов,
исследователь подразделяет эвфемизмы на следующие группы: 1)
древнейшие переименования «по запрету»; 2) эвфемизмы, образованные по
морально-этическим причинам; 3) эвфемизмы, образованные из желания
соблюдать правила этикета; 4) эвфемизмы, образованные по соображениям
престижа; 5) эвфемизмы, образованные по идеологическим причинам
[Артюшкина, 2002: 31-32]. О.Ф.Иванова считает, что одной из причин
возникновения и закрепления эвфемизмов в англоязычных культурах
является «желание сохранить позитивное лицо» [Иванова, 2004: 166].
Представляются наиболее целесообразными и логичными подходы,
выделяющие целый спектр социальных и психологических причин,
определяющих использование эвфемизмов в речи. Например, О.В.
Обвинцева предлагает довольно подробную классификацию мотивов
27

эвфемии, включающую в себя четыре взаимосвязанных фактора:


социальный, морально-этический, религиозный, коммуникативный, которым
соответствуют эвфемистические наименования, относящиеся к различным
предметно-понятийным сферам. [Обвинцева, 2003: 24-25].
Таким образом, как в отечественной, так и в зарубежной
лингвистической литературе накоплен обширный материал по изучению
эвфемизмов в свете различных аспектов. Рассмотрение проблемы эвфемии в
публикациях, представленных лингвистами, и сопоставление различных
подходов к проблеме эвфемии позволяет прийти к следующему заключению:
заметно расширился спектр мотивов, порождающих эвфемизмы.
Существующие определения эвфемизма можно объединить в четыре
основные группы по функциональному признаку, который выделяют
исследователи.
В первую группу входят определения, подчеркивающие функцию
смягчения. Например, по мнению Ч. Кейни, (Капу Ch.E.) «эвфемизм
представляет собой способ, посредством которого неприятное,
оскорбительное или вызывающее страх слово заменяется косвенным, более
мягким термином»1 [Капу, 1960: 5]. У. Хоулдер (Holder R.W.)
придерживается дефиниции эвфемизма, предложенной Фоулером
(Fowler H.W.), подчеркивая мягкость, неясность, перифрастичность формы
выражения, служащего заменой слишком прямого неприятного
наименования [Holder, 2003: 2]. Эвфемизмы, с точки зрения В.Ф.Донского,
являются «синонимами в ряду выразительных средств языка, выполняющие
стилистическую функцию». Что же касается отношения между эвфемизмом
и заменяемой им лексической единицей с точки зрения синонимии, то
представляется справедливым замечание Д.Н. Шмелева о том, что
возможность обозначения одного и того же явления разными словами еще не
свидетельствует о синонимичности этих слов. «Иногда она обусловлена

1
Здесь и далее переведено нами - Е.Г.
28

сложностью самих явлений действительности, допускающих их


неодинаковое понимание и истолкование, иногда стремлением подчеркнуть
то одну, то другую черту этого явления [Шмелев, 1964: 69].
Стремление соблюсти правила этикета, морально-этический аспект, а
также социальная обусловленность эвфемизма присутствует в определениях
второго типа. В дефиниции эвфемизма, предложенной Э. Патриджем
(Partridge А.), акцентируется этический аспект коммуникации - достижение
снижения эффекта неприятного впечатления на слушающего с целью
произвести приятное впечатление [Partridge, 1964: ПО]. К. Барридж
(BurridgeK.) расставляет приоритеты следующим образом: 1) эвфемизм как
альтернативная замена неподходящему в определенной ситуации
выражению; 2) целью употребления которого является «сохранение лица»
[Burridge, 1996: 42]. В определении эвфемизма, предложенном Л.П.
Крысиным, акцентируется способ обозначения предмета, являющийся 1)
непрямым; 2) перифрастичным; 3) смягчающим; 4) обусловленным
стремлением к бесконфликтной коммуникации [Крысин, 2000: 388-389]. В
словаре современного английского языка дается определение,
подчеркивающее этическую целенаправленность эвфемизма, а именно
выделены следующие характеристики: 1) слово или выражение в вежливой
форме; 2) замена прямого наименования; 3) цель употребления: избежание
неприятного шокирующего эффекта [DCE, 2001:466].
Третью группу определений эвфемизма объединяет акцент на
социальную обусловленность и функциональную направленность эвфемизма
на маскировку, камуфлирование действительности. Д. Болинджер
(BolingerD.) определяет эвфемизмы как принадлежащие к классу слов с
дополнительной смысловой нагрузкой (loaded words), которые используются
для обозначения чего-либо в благоприятном для говорящего свете»
[Bolinger, 1984: 72-73]. Дж. Лоуренс (Lawrence J.) в своем определении
подчеркивает смягченность и завуалированность формы эвфемизма по
каким-либо причинам [Lawrence, 1973: 81]. Мягкость формы эвфемизма,
29

заменяющего прямое, оскорбительное наименование, и эффект маскировки


-характеристики эвфемизма в дефиниции, предлагаемой Дж. Ниманом и
К. Сильвером (Neaman J.S., Siver C.G.) [Neaman, Silver, 1990: 15]. Дж. Хьюгз
(Hughes G) подчеркивает, что эвфемизм является лингвистическим
индикатором различных табу. Являясь отражением табу, эвфемизм особенно
тесно связан с такими «социально чувствительными» сферами, как секс,
расовая принадлежность, болезни, финансы, бедность, различные виды
умственных недостатков, смерть, экскреторные функции, богохульства
[Hughes, 1993: 15].
Четвертую группу определений объединяет стремление отразить три
взаимосвязанных аспекта эвфемизмов: социокультурный (в том числе и
психологическая мотивация), прагматический и лингвистический
(иносказательность обозначения антецедента). Определения, входящие в
состав четвертой группы, можно охарактеризовать как «пространные и
развернутые», представляющие собой отражение недавних исследований в
области эвфемии. Например, согласно точке зрения А.С. Мейриевой,
эвфемизм представляет собой замену прямого наименования, при этом
подчеркивается смягчающий и вуалирующий эффекты замены в
соответствии с принятыми в обществе нормами вежливости с целью
дипломатии, а также «использование недоговоренностей, словесного
«камуфляжа» выражений, имеющих неопределенный, общий смысл»
[Мейриева, 2004: 19]. К четвертой группе определений относится дефиниция
Е.Е. Тюриной, принятая в качестве исходной в настоящем диссертационном
исследовании.
Таким образом, необходимо констатировать, что общепринятой
дефиниции термина «эвфемизм» на сегодняшний день не существует,
большое количество определений свидетельствует о многоплановости
явления, нередко их можно охарактеризовать как синонимичные, но с той
лишь разницей, что исследователи акцентируют внимание на различных
аспектах эвфемизма. Исследователи называют эвфемизмами разнообразные
зо средства языка: слова,
словосочетания, сокращения, графический пропуск и т.п. Традиционными
терминами, используемыми лингвистами для обозначения понятия
«эвфемизм», являются «эвфемистическая замена», «эвфемистическое
переименование», «синонимическая замена запрещенных слов»,
«эвфемистический субститут». Подобная ситуация представляется логичным
продолжением разнообразия взглядов на явление эвфемии.
В настоящем диссертационном исследовании, наряду с термином
«эвфемизм» используется термин «эвфемистический субститут». А.В.
Родченко в диссертационном исследовании рассматривает проблему
использования термина «субститут» по отношению к любому эвфемизму. По
мнению исследователя, в случае эвфемии необходимо говорить об «акте
выбора из N-ro количества означающих в момент проецирования
высказывания говорящим» [Родченко, 1999: 13]. Основанием для данного
утверждения, по мнению А.В. Родченко, является нетождественность
«приема субституции и реальной субституции в общении», что, в свою
очередь обозначает «предпочтение» определенной формы и не является
тождественным с действием замены1.
На наш взгляд, процесс эвфемистической субституции равнозначен
«предпочтению» в связи с коммуникативно-прагматическими интенциями
говорящего, т. е. «с направленностью на решение определенной языковой
задачи общения» [Почепцов, 1981: 269]. В настоящем диссертационном
исследовании под субституцией понимается определение, предложенное
Ю.М. Скребневым. Субституция - это «явление варьирования языковой
формы при относительной тождественности языкового содержания»
[Скребнев, 1975: 23]. Одним из аргументов противников использования
термина «субститут» является, с одной стороны, наличие нескольких
антецедентов у эвфемизма, с другой - отсутствие антецедента. Отсутствие
«эквивалента» у слова, причисляемого к эвфемизмам, как у слова

1
примерами «настоящей субституции», по мнению А.В. Родченко, являются высказывания-«исправления»
типа: «Я - не извозчик, я - водитель кобылы» [Родченко, 1999: 13].
31

underachiever, и наличие «пространного описательного оборота» может


служить, по мнению Е.Н. Торопцевой, основанием для причисления к
субститутам любого слова или выражения, описанного при помощи
словарной статьи [Торопцева, 2003: 12-13]. Обоснование данной точки
зрения является спорным и недостаточно аргументированным. Само собой
разумеется, мы не входим в полемику по многим нерешенным вопросам,
связанным с эвфемией в целом, а также не претендуем на «универсальность»
субституционного подхода, как и в прочем любого другого, имеющего как
свои достоинства, так и недостатки. Отметим только, что приведенный
автором аргумент звучит недостаточно убедительно. Так как, принятие
точки зрения Е.Н. Торопцевой может привести к тому, что за «бортом»
окажутся многие эвфемизмы, которые прочно вошли в словарный состав
языка, как, например, эвфемизмы, входящие в словарь эвфемизмов,
созданный У. Хоулдером (Holder R.W.). Стигматичность денотата позволяет
причислить приведенные выражения к эвфемистическим субститутам, а
также реализация одной из эвфемистических функций.
Таким образом, в процессе анализа и обобщения существующих
дефиниций эвфемизма, принимая во внимание различные подходы, можно
выделить основные характеристики эвфемизма. Во-первых, это наличие
тематически стигматичного некорректного антецедента. В данном случае
важен факт изменчивости понятия «стигматичность денотата», связанный с
исторически сложившимися морально-этическими, нормативно-
ценностными системами. Процесс аккумуляции негативных ассоциаций
предопределяет «изнашивание» эвфемизма и «стирание» его
эвфемистической функции, как следствие, возникает нужда в новом
эвфемизме. Во-вторых, наличие запрета, ряда прагматических причин:
1) принцип вежливости; 2) принцип табуирования; 3) принцип
регулятивного воздействия на массового читателя; 4) «прагматическая
установка на засекречивание своей деятельности» (В.И. Заботкина).

1
пример Е.Н. Торопцевой.
32

Обусловленность эвфемизмов может быть конвенциональной и ситуативной,


в нашем понимании конвенциализм в эвфемии основан на признании
традиционно сложившихся в социуме коллективных языковых оценках, но
при этом возможны ситуации сознательного выбора эвфемистических
средств, обусловленных коммуникативной ситуацией и коммуникативно-
прагматическими интенциями коммуникантов.
В-третьих, косвенность, описательность, мелиоративность,
перифрастичность. Традиционная характеристика эвфемизма как
«эмоционально-нейтрального слова» требует корректировки. Основанием
для этого нередко является оценочный характер эвфемизмов: они могут
обладать шутливым, ироничным оттенком и т.п. В-четвертых, реализация
одной из эвфемистических функций. Таким образом, определение
эвфемизма, взятое в качестве исходного в настоящем диссертационном
исследовании, требует уточнения.
Эвфемизм представляет собой лексическую единицу, мелиоративную
по своей форме. Употребление такой лексической единицы вместо слова или
выражения, представляющего собой тематически стигматичный антецедент,
обусловлено как ситуативными параметрами, так и коммуникативно-
прагматическими интенциями коммуникантов. Такое употребление связано с
тем, что сущностная характеристика антецедента, во-первых,
воспринимается говорящим как нетактичная, нежелательная, некорректная,
подлежащая запрету, а во-вторых, является конвенционально обусловленным
нормативно-ценностными системами социума, в некоторых случаях
переименование осуществляется на основе и в соответствии с принципами
политически корректной избирательности и социальной приемлемости.
Необходимо подчеркнуть, что в определение эвфемизма, предложенное
нами, вошли такие характерные черты как 1) «конвенциональная
обусловленность на основе нормативно-ценностных систем социума» и 2)
«переименование на основе и в соответствии с принципами политически
корректной избирательности и социальной приемлемости». Данное
33

уточнение представляется логичным и целесообразным, так как, по существу,


соответствует нашему представлению и пониманию понятия «эвфемизм» и
явления эвфемии в целом на данном этапе развития англоязычного социума.
Так, следующее утверждение Е.А. Вебер представляется логичным и
обоснованным. «Нормы и правила речевого поведения существуют негласно
в виде конвенций, условно принятых всеми членами языкового сообщества,
они являются интерактивными ограничениями, имеющими социальный
характер, и, таким образом, представляют собой суть категории
социального» [Вебер, 2004: 12]. По мнению Э. Бенвениста, «... только
ситуация определяет эвфемизм, и в зависимости от того, является ли она
типичной или случайной, она формирует тип эвфемистического выражения в
соответствии с нормами того или иного языка» [Бенвенист, 1974: 372]. Такая
характеристика эвфемизма, как «переименование на основе и в соответствии
с принципами политически корректной избирательности и социальной
приемлемости», введена нами не случайно, подробное освещение данного
вопроса представлено в главе II настоящего диссертационного исследования.
Эвфемия таит в себе много нерешенных вопросов, сущность эвфемизма
остается до конца невыясненной, что приводит к смешению эвфемизмов с
другими видами перефразирования: перифразой, литотой, гиперболой и т.п.
Таким образом, появилась необходимость рассмотреть сходство и различие
эвфемизма и смежных с ним явлений.

1.4. Сходство и различие эвфемизма и смежных с ним явлений

На близость понятий «перифраз» (перифраза, парафраз, парафраза) и


«эвфемизм» указывают многие исследователи. В словаре лингвистических
терминов под редакцией О.С. Ахмановой определение парафраза звучит
следующим образом: «1) описательное выражение; 2) троп, состоящий в
замене обычного слова (простого обозначения некоторого предмета одним
34

словом) описательным выражением» [СЛТ, 2005: 312]. Словарь


лингвистических терминов под редакцией Д.Э. Розенталя и М.А. Теленковой
предлагает следующую дефиницию парафраза (парафразы): «1) Выражение,
являющееся описательной передачей смысла другого выражения или слова;
2) троп, состоящий в замене названия лица, предмета или явления описанием
их существенных признаков или указанием на их характерные черты» [СЛТ,
2003: 308]. А.Н. Мороховский, О.П.Воробьева придерживаются этой же
точки зрения, считая, что эвфемизм является разновидностью перифраза,
заменяющий непристойные, неприятные выражения более вежливыми
[Мороховский, Воробьева, 1991: 171]. И.Р.Гальперин рассматривает
эвфемизм как разновидность перифраза и выделяет основную
характеристику перифраза - «наименование объектов реальной
действительности с точки зрения одного признака» [Galperin, 1981: 170].
Перифраз близок к эвфемизму, так как является иносказательным,
описательным выражением, но в то же время перифраз носит
преимущественно эмоционально-экспрессивный, оценочный характер, и
основная функция перифраза - усиление действенности высказывания,
выразительности текста. В случае использования перифраза признак,
характеризующий объект, является объективным, очевидным и присутствует
в значении слова (первичного наименования), либо перифраз обозначает
предмет с точки зрения признака, который является наиболее важным в
данной ситуации, по мнению говорящего, а не в значении слова.
Во многих публикациях, посвященных эвфемии, прослеживается
тенденция сопоставления эвфемизмов с различными видами тропов:
литотой, гиперболой, метафорой, метонимией. «Эвфемизм соотносителен с
другими речевыми приемами, прежде всего - с литотой, понимаемой как
прием выразительности, основанный на двойном отрицании или на
смещении отрицания высказывания в модусную и мейозисом - намеренным
преуменьшением интенсивности свойств предмета речи, действий,
процессов и т.п.» [Ларин, 1961: 77]. Следует отметить, что при несомненной
35

близости этих понятий, являющихся разными видами иносказаний, к


признакам, которые дифференцируют эти понятия. К таким признакам, на
наш взгляд, следует отнести черты, характерные для эвфемистической
субституции, которые выделены в предыдущем параграфе. Главное отличие
заключается в социально регламентируемой направленности речевой
деятельности, так как целью эвфемизации является прикрытие
нелицеприятных сторон жизни общества, а не образное представление
действительности.
Следовательно, представляется нелогичным ограничивать
исследование эвфемизмов рамками перифраза. Существует мнение, что
эвфемизмы необходимо рассматривать в рамках мелиоративной лексики.
Некоторые исследователи полагают, что мелиорация является более
объемным понятием, которое включает в себя эвфемию (Г.А. Макарова,
В.Д. Девкин, В.И. Шувалов). Спорность проблемы соотношения мелиорации
и эвфемизации требует отдельного рассмотрения данного вопроса.

1.4.1. Сходство и различие понятия «эвфемизм» и «мелиоратив»

В словаре лингвистических терминов под редакцией О.С. Ахмановой


«мелиоративный» определяется как «... возвеличительный, обладающий
положительным экспрессивно-эмоционально-оценочным созначением
(окраской) или сообщающий (придающий) слову такое созначение» [СЛТ,
2005: 226]. Г.А. Макарова рассматривает эвфемию как вид мелиорации,
мелиоративная субституция включает в себя: табуизацию и эвфемизацию;
Согласно точке зрения Г.А. Макаровой, субституцию слов, обозначающих
некоторые малопрестижные, немодные названия профессий, необходимо
рассматривать не как эвфемизмы, а как мелиоративы [Макарова, 1986: 44].
Данную точку зрения разделяет Л.А. Нефедова, полагая, что «ценностно
завышенные наименования для непрестижных профессий, всякого вида
36

непрестижной деятельности» следует рассматривать как мелиоративы,


выполняющие эвфемистическую функцию [Нефедова, 1977: 143]. Возникает
следующий вопрос: что послужило мотивом или толчком для
переименования позитивного понятия? Вероятно, в лексической единице
появился отрицательный компонент, требующий переименования. В основе
эвфемистической субституции находится отрицательный компонент,
входящий в значение заменяемого слова, который может входить в состав
денотативного и сигнификативного компонента значения слова. По всей
видимости, отрицательный компонент входит в сферу прагматики.
Обратимся к примерам, которые можно, на наш взгляд назвать
«классическими», в силу их частотности использования лингвистами в
области эвфемии. Например, funeral director употребляется вместо
undertaker, или sanitation engineer, waste(reduction) manager вместо garbage
collector, или animal welfare officer вместо dog catcher. Обратимся к другим
примерам. Профессия cosmetician стала называться более заманчиво в глазах
окружающих make-up artist1, что согласно словарю означает то же самое:
someone who is professionally trained to put cosmetics on other people [DCE,
2001: 306]. Неслучайно, в состав эвфемистического субститута вошла
лексическая единица «artist», ведь, согласно общепринятому мнению,
профессия художника является творческой, требующей от человека
определенных способностей, таланта, что связано в обществе с высоким
уровнем престижа, дохода, т. е. с достижением социального успеха.
В лирической музыкальной комедии Михаила Козакова о Москве и
москвичах 50-х одна из героинь, Маргарита Павловна Хоботова, говорит
своей подруге о профессии своего избранника довольно расплывчато: «Он
был художником по металлу, а теперь преподает». Далее в фильме зритель
узнает, что ее избранник был гравером, стал наставником, обучает молодых.
Сам будущий супруг поясняет, что работает педагогом, по мнению

' Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres,
VI Euphemisms and Political Correctness]
37

Маргариты Павловны, это «звучит солидней». Вероятно, название


профессии «гравер» ассоциируется с негативными компонентами:
непрестижность профессии, которая не требует образования и высокой
квалификации, низкая оплата труда. Кроме того, велико собственное
желание возвыситься в глазах подруги за счет своего избранника, и это
повлекло за собой туманное объяснение относительно профессионального
занятия своего будущего мужа.
В целях снижения количества краж в магазинах, супермаркетах
работают охранники, которые эвфемистично названы loss prevention
specialists. Профессия night watchman, по всей видимости, также нуждалась в
повышении в ранге, поэтому была переименована в night entry supervisor. В
английском языке произошла замена названий manicurist, pedicurist на
эвфемистические субституты nail stylist, nail technician. Изначально мастер
по педикюру именовался chiropodist, затем появилось наименование
podiatrists. Рассмотрим следующие примеры: beauty salon звучит
престижней, чем the hairdresser's, the hairdresser's shop. Появились новые
субституты для давно известных наименований профессий, которые,
казалось бы, нельзя отнести к разряду стигматичных, например, hair stylist,
footwear maintenance engineer. Профессия watch-maker переименована в
horologist (horologer), «тяжеловесное» выражение glass-maintenance engineer
заменяет простое и понятное window cleaner.
Так, Л. Менкен (Mencken H.L) подчеркивает, что эвфемистические
переименования типа mortician не только процветают, но и активно
порождают подобное потомство: beautician, cosmetician, radiotrician,
bootician (bootlegger). Исследователь приводит примеры некоторых
последовательных переименований. Например, barbers сначала были
переименованы tonsorial (парикмахерский) artists, затем появилось название
chirotonsors. A press-agents стали называться public relation counsels, или
contact-managers. Людей, подстригающих деревья, называли tree-trimmers, а
затем переименовали в tree-surgeons. Все водители, которые возили
38

продукты и которых называли milk-wagon, bakery-wagon drivers приобрели


более обобщенное название salesmen, простое и лаконичное название
gardeners приобрело усложненный субститут landscape-gardeners.
Сапожники (cobblers) были переименованы в shoe-rebuilders1 [Mencken,
1980: 288]. У. Лутц (Lutz W.) приводит следующие примеры переименований
стандартных среднестатистических профессий. Например, работник,
который занимается в больнице документами по страховке пациентов,
называется director of patient financial account analysis. Работник,
занимающийся уборкой помещений в больницах, получил эвфемистичное
переименование environmental technician, соответственно, он работает в
отделе, получившем звучное название Environmental Services Department
[Lutz, 1989: 109]. Приведем еще ряд примеров. Профессия воспитателя
children tutor заменена субститутом children educator, детский дом,
сиротский приют заменили субституты child care centers, private home child
care, а русскому эквиваленту специальная школа для детей с отставанием в
умственном развитии соответствует эвфемистичное переименование: center
for children with special needs.
Зачастую названия необходимых, но малопрестижных профессий
приобретают наукообразное, более звучное переименование, таким образом,
осуществляется повышение социальной значимости носителя той или иной
профессии или, используя терминологию Л.П. Крысина, «повышение в
ранге» ([Крысин, 2000: 154]). Заманчиво и благозвучно звучат следующие
названия профессий: beauty advisor, fragrance demonstrator вместо
прозаичных наименований make up consultant, shop-assistant или
американский вариант: sales-clerk. Лексические единицы типа beauty,
fragrance, относящиеся к сфере возвышенного, в составе наименования
придают особый оттенок необычности эвфемистическим переименованиям.
Довольно громоздкое наименование fire protection engineering technologist

Здесь и далее переведено нами - Е.Г.


39

намного звучней и весомей, чем просто fireman, а место работы называется


fire suppression, fire protection and fire fighting centers.
Таким образом, повышение социальной значимости наименований
профессий осуществляется посредством «утяжеления» наименования
терминами. Наличие в составе эвфемистических субститутов лексических
единиц типа technologist придает весомость, научность переименованиям.
Появились и такие субституты, как environmental landscaper, landscape
designer, а терминологически перегруженный субститут horticultural nursery
and greenhouse operator (horticultural - садоводческий, плодоводческий)
заменяет привычное название gardener. Показателен и следующий пример:
arborculturist употребляется вместо forester, forest-guard. Названия
следующих профессий - integrated pest and weed control operator (pest
-вредитель, weed - сорняк), turfgrass maintenance operator (turf - дерн)
-говорят сами за себя. Наличие в составе эвфемистических субститутов
лексической единицы «operator» осуществляет ту же функцию, что и
лексические единицы типа technician, technologist, manager и др.
Например, librarian переименовано в library and information technician.
По всей видимости, интерпретационная модель подобных эвфемистических
субститутов может быть представлена в виде схемы: сложный,
следовательно, престижный; необычный, следовательно, престижный.
Название bodyguard очень часто заменяет переименование security
professional, а прозаичное наименование detective преобразилось с помощью
субститута private investigator. Такие компоненты, как professional,
investigator в составе субститутов, осуществляют повышение социальной
значимости, хотя данные профессии не воспринимаются как
низкоквалифицированные, связанные с «черной» работой.
У. Лутц (LutzW.) приводит следующие примеры переименований,
которые хорошо иллюстрируют вышеприведенное предположение.
Например, automobile mechanics превратились в automobile internists, в барах
нет больше bouncers (вышибал), они стали именоваться doormen или еще
40

более загадочно и уважительно entertainment coordinators. Однако в жилых


домах обладатель той же самой профессии стал называться access controller.
«Even newspaper delivery boys have been upgraded to the status of "media
courier". Those who were once potato chip delivery truck drivers are now
"Executive Snack Route Consultants"» [Lutz, 1989: 109]. Тенденция к
переименованию малопрестижных наименований профессиональной
деятельности, не относящихся к «черной» работе, связана с
социопрагматической мотивацией, с нормативно-ценностными
представлениями общества. Эвфемизмы, связанные с переименованием
профессий, позволяют человеку чувствовать себя стоящим значительно
выше на ступеньке лестницы социальной значимости и, как следствие, дают
ощущение психологического комфорта, уверенности. В этом случае
происходит не только маскировка первоначального обозначения, как,
например, эвфемизм exterminating engineer заменил rat-catcher, а
переименование производится с целью повышения престижности профессии,
повышения социального статуса человека, занимающегося той или иной
профессиональной деятельностью.
Необходимо отметить, что эвфемистическая субституция в работах
западных ученых трактуется шире, лингвисты не разграничивают
мелиоративы и эвфемизмы (D. Crystal, R.W. Holder, Н. Rawson и др.). П.
Траджилл (Trudgill Р.) отмечает, что в тех случаях, когда название
профессии воспринимается как малопрестижное, появляется эвфемизм,
который может завуалировать низкий статус профессии. «Мы понимаем,
когда используются эвфемизмы, и мы смеемся, когда осознаем фальшивое
притворство. И хотя профессии возвеличили себя в прошлом, это больше не
обсуждается1». «... it may try to shed the name that signaled its humble status:
farmers become agriculturists, garbage collectors become sanitation engineers,
janitors become custodians. Our awareness of the euphemisms is shown by our

Здесь и далее переведено нами - Е.Г.


tendency to laugh at what we regard as false pretension. Yet other occupations
that upgraded themselves in the past enjoy euphemistic names that are no longer
questioned» [Trudgill, 1995: 73]. В широком понимании эвфемистической
субституции релевантным критерием идентификации эвфемизма является
способность эвфемистического субститута придать значению лексической
единицы, которая изначально обладает или приобретает стигму,
положительную оценочную направленность. Общая сущностная
характеристика эвфемизма, понимаемая в самом широком смысле,
заключается в его способности модифицировать тематически стигматичное
явление посредством изменения формы при относительном сохранении
содержания.
Проведенный анализ практического материала показал, что статусное
повышение наименований отдельных непрестижных или малопрестижных
профессий в целях повышения социальной значимости, «повышения в
ранге» носителя той или иной профессии осуществляется следующим
образом: 1) за счет большей степени абстракции {sanitation, waste reduction,
maintenance); 2) путем использования наименований профессиональной
деятельности, репрезентирующих положительные статусные значения типа
artist, engineer, manager; 3) путем заимствования иноязычных слов для
переименования профессиональных занятий; 4) посредством аффиксации.
У. Лутц отмечает появление тенденции во многих компаниях избегать
использования лексической единицы «employee», отмеченной негативной
коннотацией. «In fact, many companies now avoid using the word "employee"
altogether. Since the hot topic in business these days is "participative
management", the word "employee", with all its negative connotations, just won't
do» [Lutz, 1989: ПО]. На наш взгляд, это связано с тем, что основная
смысловая нагрузка указывает на «наемный характер» профессиональной
деятельности, подчеркивающей неравенство отношений между нанимателем
и наемным работником. Появление таких переименований, как "associate",
"partner", "juniorpartner", "team member", "internal customers", связано со
42

стремлением завуалировать неравенство отношений между работодателем и


наемными работниками, повысив их статусное положение в компании,
уравняв их в правах и наделив несуществующими возможностями в
управлении компанией. Таким образом, при узкой трактовке эвфемии
большое количество не вписывающихся в определение эвфемистических
единиц остается за пределами исследований. На наш взгляд, именно в
области прагматики необходимо искать решение проблемы замены
непрестижных наименований на эвфемистические субституты, ведь в ее
основе лежит прагматически запрещенное выражение. «Прагматический
компонент» относится к информации о субъективном отношении, оценке,
переживании означаемого факта, субъективной установке индивида на этот
факт» [Никитин, 1997: 31]. В основе переименования лежит стремление
занимать определенную позицию при отсутствии возможности фактического
занятия этой позиции.
Таким образом, субституция непрестижного наименования
престижным вызвана не только социальными, но и семантическими
причинами: эвфемистическое переименование профессии неизбежно вносит
новый оттенок значения, но в случае переименования непрестижных
профессий говорящего интересует социально-статусный аспект
переименования, механизм формирования эвфемистических субститутов в
данной области носит гипертрофированный характер.
Так, Ф. Смит (Smith P.M.) полагает, что «групповая стратегия
представляет собой коллективную попытку избавиться от отличительных
признаков, выделяющих группу с низким статусом, и приобрести наиболее
ценные характеристики высшей группы» [Smith, 1985: 174]. Как отмечает
Л. Менкен (Mencken H.L), американец, больше чем кто бы то ни был,
склонен к тому, чтобы искать оправдания тому, какую работу он выполняет.
«В редких случаях он считает, что его профессия соответствует его
способностям и талантам, напротив, он почти всегда уверен, что мог бы
украсить собой что-то более яркое. К сожалению, не всегда он может этого
43

избежать или даже мечтать, поэтому он успокаивает себя тем, убеждая, что
он принадлежит к высшей касте профессионалов, занимающихся этим
ремеслом, и очень часто изобретает в связи с этим звучное (высокопарное)
название, чтобы выделить себя» [Mencken, 1980: 284].
Следует отметить, что достаточно четкое разведение понятий
«эвфемизм» и «мелиоратив» в случаях переименования малопрестижных
профессий практически невозможно в силу традиционного использования
данных понятий в лингвистике и отсутствия наиболее релевантных
критериев их дифференциации, в силу высокой степени их близости и
субъективности понятия «престижности». Что касается наших взглядов на
данную проблему, то они близки той точке зрения, согласно которой
переименование названий профессиональной деятельности, относящихся к
малопрестижной работе, следует интерпретировать как эвфемистическую
субституцию. Таким образом, назрела необходимость обратиться к понятию
«престиж», определению его статуса и роли в нормативно-ценностной
системе современного общества.

1.5. Взаимосвязь понятия «престиж» и признания социальной


значимости в нормативно-ценностной системе общества

Социологический словарь предлагает следующее определение понятия


«престиж»: (от франц. prestige - обаяние, очарование) - сравнительная
оценка обществом или группой и ее членами социальной значимости
различных объектов, явлений, их позиции и положения в обществе, свойств и
характеристик. Символов и знаков этих свойств и т.д.» [КСС, 1988: 245].
Социологи отмечают, что признание особой социальной значимости
различных объектов, ценности того или иного явления происходит на основе
соотнесения их с системой норм и ценностей, принятой в данном социуме.
Наделение особой привлекательностью того или иного явления мотивирует
44

стремление человека к социальному признанию, к идентификации


социального статуса. Как уже упоминалось в предыдущем параграфе
настоящего диссертационного исследования, на наш взгляд, идентификация
высокого социального статуса связана с определенными признаками, в том
числе с престижным профессиональным занятием. Профессиональная
деятельность имеет большое значение в обществе не только потому, что
является источником средств существования, но и потому, что величина
дохода и престижность работы определяют социальный статус, стандарт и
стиль жизни. Представления о престижной профессиональной деятельности
являются стереотипными, представляющими собой оценочные признаки,
связанные с общепринятыми стандартами в данном социуме, на
определенном временном отрезке. Несомненно, что семья, воспитание,
средства массовой информации и другие социальные институты являются
теми факторами, которые обусловливают стереотипы.
Роль и влияние стереотипных представлений в сфере социальной
жизни и культуре отмечают многие исследователи (В.А. Каменева, З.А
Манзуллина и др.). «Стереотип, аккумулирующий некий
стандартизованный коллективный опыт и внушенный индивиду в процессе
обучения и общения с другими, помогает ему ориентироваться в жизни и
определенным образом направляет его поведение» [Манзуллина, 2005: 47].
Общественные изменения, происходящие в социуме, влекут за собой и
специфические изменения в состоянии языковой ситуации. Социальные
конфликты и противоречия в обществе дестабилизируют механизм
взаимодействия и интеграции в обществе. На тесную взаимосвязь языковых
и социальных стереотипов указывает В.А. Каменева, подчеркивая, что
общество создает различного рода стереотипы, которые являются
«средствами корректировки языкового сознания человека» [Каменева,
2005:60]. Представление в обществе о «престижной» профессии связано с
определенным набором стереотипных признаков. «Престиж ранжируется на
основе общепризнанного стандарта оценок, формирующихся на основе
45

некоторого консенсуса» [Гизатулина, 1994: 19]. Стереотипные стандартные


признаки изменяются в соответствии с историческими, временными,
ситуативными факторами и находят свое отражение в семантике
соответствующих понятий. Так, Дж. Эдварде (Edwards J.) отмечает, что
наряду с существующим разнообразием маркеров групповой идентичности,
такими как возраст, пол, социальный класс, география, религия и др., язык
является одним из наиболее важных маркеров1 [Edwards, 1999: 3].
Практически все значимые факторы жизнедеятельности социума имеют
целые системы престижных оценок, которые являются регуляторами
поведения и детерминируют важнейшие социальные процессы.
Например, образование, высокая квалификация, востребованность
профессии, солидная заработная плата инженера в Америке явились
причиной возникновения многих наименований профессий, лексическая
единица «engineer» в составе которых повышала социальную значимость
многих профессий, имеющих отдаленное сходство с профессией инженера.
Например, caterpillar engineer2 (tractor driver), sanitary engineer (garbage
man), appearance engineer (hairdresser), в то время как в Советском Союзе
профессия инженера была непопулярна, что свидетельствовало о низком
социальном статусе данной профессии. Л. Менкен (Mencken H.L) приводит
целый ряд «незатейливых» наименований профессий, которые приобрели
«ученость» и весомость благодаря добавлению второго компонента engineer.
Например, engineer of good taste - a young woman employed to advise newly-
married couples patronizing the furniture department, понятное название
профессии window-dressers сменил расплывчатый по смыслу эвфемизм
display-engineers. Люди, занимающиеся сносом домов, стали именовать себя
demolition-engineers вместо упрощенного наименования house-wreckers.
Появилось замысловатое переименование профессии человека,

1
Здесь и далее переведено нами - Е.Г.
2
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres, VI.
Euphemisms and Political Correctness].
46

занимающегося убранством церкви к свадебным церемониям: «... wedding-


engineer is a technician employed by florists to dress churches for hymeneal
orgies» [Mencken, 1980: 290]. Исследователь указывает на начало бума
образования многих наименований профессий, в состав которых входила
лексическая единица «engineer», например, correspondence-engineer, income-
engineer (insurance solicitor), что вызвало протест и попытку бойкотировать
так называемых псевдоинженеров, но они оказались безуспешными.
В связи с этим уместно подчеркнуть, что субституции подвергаются не
только названия профессиональной деятельности, связанные с
представлениями о работе как «грязной, черной», но и вполне
презентабельные, но малопрестижные профессии. Приведем еще ряд
примеров, иллюстрирующих это предположение. Например, vision-engineer,
printing-engineer, furniture-engineer, photographic-engineer, financial-engineer
(stock-market tipster), paint-engineer, clothing-engineer, wrapping-engineer (a
dealer in wrapping-paper). He следует ограничивать эвфемию рамками
переименований непрестижной профессиональной деятельности типа rat-
catcher. Следующие примеры также являются эвфемизмами: matrimonial-
engineer, automotive-painting-engineer, blasting-engineer, dry-cleaning-engineer,
furnishing-engineer, socio-religious-engineer (social-engineer) - uplifter, feed-
plant-engineer, milk-engineer, surface-protection-engineer, analyzation-engineer,
casement-window-engineer, ice-engineer, recreation-engineer, tire-engineer, paint-
maintenance-engineer, diet-kitchen-engineer. На смену псевдоинженерам
приходят эвфемистические субституты с другими компонентами,
облагораживающие среднестатистические профессии, придающие им новый
оттенок, а зачастую усложняющие их восприятие. К таким лексическим
единицам, как «engineer», в английском языке относится и слово expert.
Например, субститут mechanization expert заменил собой более прозаичное
наименование mechanizer, а выражение livestock expert употребляется вместо
stock-breeder (зоотехник). При помощи лексических единиц типа «expert»
происходит возвышение наименований профессий, не обладающих высокой
47

социальной значимостью, престижностью. В то же время, вряд ли, можно


отнести к исконно стигматичным названия профессий, которые заменены
такими субститутами, как housing-expert, planning-expert, marketing-expert.
Многие исследователи неоднократно подчеркивают влияние фактора
престижности на формирование новых эвфемистических переименований
профессий. «Обостренное чувство престижного и непрестижного,
стремление к «социальному альпинизму», значимость системы «имиджей»
на Западе привело к появлению новых, эвфемистических по своему
содержанию названий для старых, давно существующих профессий»
[Баркова, 1986: 111]. Динамика предпочтений в обществе, понятие престижа,
социального успеха подвергаются определенным модификациям.
Временные, социально-психологические факторы обусловливают
модификации предпочтений в социуме. В.И. Карасик отмечает, что понятие
социального статуса человека связано с нормативным (оценочным) планом
статуса, т.е. с понятием престижа, привилегий и уважения [Карасик, 2002:
16]. «Статусные индексы играют существенную роль в создании стереотипов
разного порядка, являются оценочно-маркированными и поэтому активно
используются в рекламе и пропаганде. Индикация непрестижного статуса в
англоязычном обществе носит эвфемистический характер» [Там же, 69]. С
точки зрения Т.С. Бушуевой, престиж является важным социокультурным
фактором, который определяет функционирование эвфемизмов и
дисфемизмов в речи [Бушуева, 2004: 26].
Для престижных систем оценок характерна мобильность, отражающая
изменения в нормативно-ценностной системе, которые, возможно, только
начали происходить, но не вполне осознаются в социуме. Например, явление
политической корректности в современном англоязычном обществе, которое
вызывает множество споров, критику, но игнорировать существование
которого невозможно. В настоящем диссертационном исследовании
проблема влияния политической корректности на формирование и
функционирование эвфемистической лексики освещается в главе II
48

настоящего диссертационного исследования. Как отмечает Р. Водак,


языковые изменения являются свидетельством социальных изменений, в то
же время, выступая в роли «властного инструмента» социальных изменений
и идеологических установок, могут сами подтолкнуть социальные изменения
[Водак, 1997: 54].
Таким образом, субституция немодного, непрестижного обусловлена
модификациями, происходящими в системе норм и оценок, в том числе
связанных с представлениями о престижной иерархии. Признание
социальной значимости, повышение социального статуса, идентификация и
др., являясь универсальными категориями, определяют изменения,
происходящие в языковой системе. Эвфемистические субституты названий
непрестижных профессий как средство приобщения к представителям
привлекательной статусной группы обладают, с одной стороны,
«компенсаторной силой» а с другой стороны - создают эфемерную надежду
на возможность повышения своего статуса, иллюзию повышения в ранге. В
этой связи представляется логичным рассмотрение проблемы социально-
психологических причин возникновения эвфемизмов, а также вопроса о
сферах, подлежащих табуированию.

1.6. Сферы табуирования и лексико-семантические классификации,


связанные с ними

Исследование сфер, на которые налагаются запреты, помогает понять


закономерности и особенности функционирования социальной системы как
целостного образования, основными элементами которого являются люди,
нормы и связи (Л.А. Баркова, Н.М. Бердова, Н.У. Босчаева, В.Ф. Донской,
A.M. Кацев, Л.П. Крысин и др.). Закономерности и специфика формирования
и функционирования табуированных сфер связаны с социальной сущностью
человека, с совокупностью социальных, политических и духовных
49

процессов, происходящих в социуме. П. Траджилл (Trudgill Р.) отмечает, что


тип табуированного слова в определенном языке является, по меньшей мере,
отражением системы ценностей и верований в этом обществе. Некоторые
слова подвержены большей степени табуирования, чем другие. В
англоязычных странах наиболее жестко табуируются слова, связанные с
сексом, экскреторными функциями, христианством. Это само по себе
закономерно, так как данная ситуация отражает большое значение, которое
традиционно придавалось сексу с точки зрения морали в культуре 1 [Trudgill,
1995: 30]. Являясь частью культуры, фиксацией, отражающей реальный мир,
слово «несет в себе определенный культурный код», значение слова
отражает «взаимодействие универсального и специфического», которое
проявляется в соотнесенности с фрагментами мира и способе реализации
значения о мире «на фоне специфических культурных фрагментов значения»
[Заботкина, 1992: 81]. Классификации, представленные лингвистами,
разнообразны, количество сфер и понятий, их специфика зависят от точки
зрения исследователя на явление эвфемии, мотивы и причины
возникновения эвфемистических переименований.
Условно можно выделить три подхода к классификации эвфемизмов:
1) на основе мотивов, порождающих эвфемизмы (психологические,
социальные, социолингвистические); 2) лексико-семантические группы
эвфемизмов и соответствующие им сферы табуирования; 3) собственно
лингвистические. Психологический фактор, по мнению К.К. Шахжури,
является основным при эвфемистическом переименовании и лежит в основе
системы табуированных понятий. Приверженец психологической концепции
образования эвфемизмов Г. Пауль: считает, что «простонародной
грубоватости противостоит эвфемизм, когда из чувства стыда избегают
называть вещи их собственными именами и пользуются косвенным
обозначением» [Пауль, 1960: 123]. Социальная природа эвфемии и сферы

1
Здесь и далее переведено нами - Е.Г.
50

применения эвфемизмов отражены в классификации, предложенной


Б.А. Лариным. Исследователь выделяет три основные группы эвфемизмов:
1) общеупотребительные эвфемизмы национального языка; 2) классовые и
профессиональные эвфемизмы; 3) семейно-бытовые эвфемизмы. В основе
классификации эвфемизмов на материале русского языка, предложенной
А.С. Куркиевым, лежат мотивы, порождающие эвфемизмы. Исследователь
выделяет четыре группы эвфемизмов: 1) эвфемизмы, образованные на
основе суеверий; 2) эвфемизмы, образованные из чувства страха и
неудовольствия; 3) эвфемизмы, образованные из сочувствия и жалости;
4) эвфемизмы, порождаемые вежливостью [Куркиев, 1977: 32].
К первой группе классификаций эвфемизмов по порождающим
мотивам можно отнести ряд классификаций, рассмотренных нами в
параграфе, посвященном рассмотрению вопроса о мотивах эвфемии. К ним
следует отнести классификации, предложенные Л.В. Артюшкиной (2002),
О.В. Обвинцевой (2003) и др. Широко распространены классификации по
тематической принадлежности эвфемизмов к табуированным сферам,
которые образуют вторую группу классификаций, разработанных
исследователями эвфемии. Так, A.M. Кацев выделяет одиннадцать
понятийных сфер и соответствующие им разряды эвфемизмов [Кацев, 1977:
31-34]. Н.Ц. Босчаева выделяет комплекс социально-психологических
причин эвфемии и соответствующие им понятийные сферы. По мнению
исследователя, «наибольшую коммуникативно-прагматическую значимость»
приобретает сексуальная сфера [Босчаева, 1989: 3].
О.Ф. Иванова выделяет два пласта эвфемистической лексики в
английском языке, принадлежащих к «постоянной и новой» сферам. В
постоянную сферу входят тематические поля, сложившиеся исторически. К
ним относятся: секс, болезни, части тела, смерть, выделения, религия и
предрассудки, война, грехи. Формирование нового корпуса эвфемистической
лексики, связанного с такими сферами, как работа, правительство,
преступления, возраст, животные, благотворительность, образование, цвет
51

кожи, национальная и культурная принадлежность индивида, обусловлено


социокультурными изменениями в обществе в англоязычных культурах
[Иванова, 2004: 142-143]. А.П. Кудряшова выделяет восемь сфер:
политика и экономика (в эту сферу включаются названия непрестижных
профессий); нарушения общественных норм, преступления, пороки; возраст,
внешность; умственные и физические недостатки; физиология и интимные
отношения; болезнь; смерть; религия [Кудряшова, 2002: 39-41].
На наш взгляд, нелогичным является объединение сферы политики и
экономики со сферой, связанной с названиями непрестижных профессий.
Используя термин A.M. Кацева, следует подчеркнуть отличия «социальных
детерминант» в данных сферах. Употребление эвфемизмов связано с
идеологией в области политики и экономики, они направлены на
формирование нейтральной или позитивной оценки негативного явления.
Эвфемизмы непрестижных профессиональных занятий способствуют
формированию «иллюзии принадлежности индивидуума к более
престижному кругу». В данном случае преобладают причины, скорее,
связанные с личностным планом коммуникантов.
Продуктивной сферой формирования эвфемизмов, относящейся к
сфере «нравственных пороков», на наш взгляд, является довольно
неприглядное явление в обществе - проституция. Наше несогласие вызывает
точка зрения А.П. Кудряшовой, согласно которой функцию
эвфемистического вокабуляра, тематически связанного с «именованием
занятия проституцией», следует рассматривать как «обозначение социально
непрестижных профессий» [Кудряшова, 2002: 34]. Эвфемизмы тематики
«проституция», по нашему мнению, следует отнести к сфере «нравственных
пороков». А.С. Мейриева выделяет понятийные группы эвфемизмов.
Результатом анализа эвфемизмов как объекта когнитивной лингвистики
является выделение исследователем «пятнадцати сценариев применения
эвфемизмов в речи» [Мейриева, 2004: 108-121]. Н.В.Терещенко выделяет
шесть табуированных сфер [Терещенко, 2005: 82-109]. Т.С. Бушуева
52

выделяет три коммуникативные сферы, отличительным признаком является


функционирование эвфемизмов и дисфемизмов в этих сферах: обиходно-
разговорная, сфера регулятивного воздействия, «гедонистическая»
-массовой культуры [Бушуева, 2005: 33-34]. Исследователь различает
субстратную и суперстратную эвфемию и выделяет соответствующие
лексико-семантические группы эвфемизмов [Бушуева, 2005: 53-59].
Результатом сопоставления и обобщения классификаций
табуированных сфер, предложенных лингвистами, явилось выделение
восьми сфер, которые можно определить как традиционно
идентифицированные лингвистами: 1) религия; 2) политика и экономика; 3)
преступления, нарушения общественных норм, пороки; 4) возраст,
внешность; 5) умственные и физические недостатки; 6) физиология, секс; 7)
смерть и болезни; 8) наименования, повышающие статус малопрестижных
профессий. Взаимосвязь всех сфер, подлежащих табуированию, несомненна,
так как ценностные ориентации и нормы, культурные и технологические
изменения в обществе влияют на все сферы, подлежащие запрету, в которых
употребляются общеизвестные/общеупотребительные эвфемизмы. Такие
сферы как религия; физиология, секс; смерть и болезни следует
охарактеризовать как изначально стигматичные, подлежащие абсолютному
запрету. На наш взгляд, все остальные сферы также могут попасть под
условный запрет, связанный с культурными, морально-этическими,
нормативно-ценостнными установками и представлениями общества, или
ситуативный запрет, связанный с определенной коммуникативной
ситуацией. Большее значение, по нашему мнению, приобретают социально-
статусные характеристики и системы престижных оценок в социуме, что

1
Субстратные факторы, к которым относятся диахронические факторы социального и культурно-
исторического развития, определяющие традиции и нормы языка [Бушуева, 2005:22].
2
К суперстратным факторам относятся факторы современного социально-политического, экономического и
культурного развития общества, определяющие возникновение в языке новых табу и рестрикций,
отражающих сдвиги в ценностно-нормативных установках [Бушуева, 2005:23].
53

связано с преодолением социального неравенства, связанного с разделением


труда, а соответственно, с разделением людей на занимающихся умственным
и физическим трудом, квалифицированным и неквалифицированным;
занимающихся управлением, исполнительским трудом, творческим и
стереотипным и т.п. Сопоставление классификаций, предложенных
лингвистами, в основе которых лежит лексико-семантический признак,
тематическая принадлежность к табуированным сферам, позволяет прийти к
выводу о том, что выделение сфер эвфемизации имеет под собой
практическую обоснованность, например, при создании словарей.
Третья группа объединяет собственно лингвистические
классификации, которые дифференцируют эвфемизмы: 1) по структуре:
слово, словосочетание, предложение; 2) по стилистической принадлежности:
возвышенные, нейтральные, сниженные; 3) по способу словообразования,
среди которых выделяют три основных: а) семантический сдвиг
(метафорический, метонимический, сужение значения, антономазия и др.);
б) способы трансформации формы (фонетическое искажение, конверсия,
аффиксация, аббревиация и др.); в) заимствование и др. Например, A.M.
Кацев выделяет четыре группы эвфемизмов, с точки зрения «ослабления
эвфемистической функции»: 1) слова с широкой семантикой; 2)
многозначные слова; 3) двузначные слова или обороты, т.е. образные
лексические единицы, являющиеся следствием метафоризации,
метонимизации; 4) однозначные слова и обороты. Исследователь выделяет
несколько подгрупп: заимствования; эллиптические конструкции и
сокращенные слова; слова и обороты с негативными элементами; слова,
имеющие формальное сходство с табуируемыми словами [Кацев, 1976: 25-26].
С точки зрения функционального аспекта исследователь выделяет три
основные группы: 1) «стертые» эвфемизмы с минимально выраженной
эвфемистической функцией, употребление которых обусловлено традицией;
2) «истинные» эвфемизмы, часто «окказиональные», редко встречающиеся
заимствования из других языков; 3) «истинные» эвфемизмы с
54

дополнительными стилистическими эффектами, т.е. сочетанием эвфемии с


иронией или юмором [Кацев, 1976: 25-26].
Несмотря на то, что лингвистические классификации подробно
разработаны исследователями эвфемии, есть еще ряд вопросов, требующих
некоторого уточнения. Более детальное освещение данной проблемы
представлено в главе II настоящего диссертационного исследования, в
параграфе, посвященном выделению наиболее распространенных
лингвистических моделей построения эвфемизмов. Сферы эвфемизации,
выделяемые исследователями, отличаются в силу различий нормативно-
ценностных систем, представлений в обществе. Совокупность знаний,
духовных ценностей и социальных норм, стереотипов находят отражение в
понятийных сферах, подлежащих табуированию. Например, в советском
обществе отрицалось наличие расовых и национальных проблем, вероятно,
поэтому в классификации A.M. Кацева, относящейся к данному периоду
(1977), нет освещения проблемы межнациональных отношений, а,
следовательно, соответствующей ей сферы.
Нельзя недооценивать важность национального характера,
национальной культуры, включающих в себя коллективный социальный
опыт. Эти факторы определяют разнообразие сфер запретного,
нежелательного, и определяют лингвокультурную специфику эвфемизации
речи. Динамика нормативно-ценностных систем социума, т. е. процесс
формирования, преобразования представлений, ценностных ориентиров,
стереотипов оказывает влияние на процесс формирования новых
понятийных сфер. Исследователи неоднократно подчеркивают
продуктивность одних сфер эвфемизации и угасание других. Лингвисты
отмечают непродуктивность эвфемистической лексики, относящейся к
религиозной теме, в то время как число эвфемизмов, входящих в состав сфер
физиологии, политики и экономики, неуклонно растет. Эвфемизмы,
связанные с религией, остаются в языке, но в целом закономерности и
специфика формирования и функционирования табуированных сфер связаны
55

с социальной сущностью человека, с совокупностью социальных,


политических и духовных процессов, происходящих в обществе.
56

Выводы по Главе I
Результаты проведенного исследования в соответствии с
поставленными задачами заключаются в следующем.
1. Проблема соотношения табу и эвфемии состоит из трех
взаимосвязанных аспектов: психологического, социального,
лингвистического. Характерными чертами современного табу и эвфемии
являются следующие характеристики: 1) антропоцентричность;
1.23. взаимосвязь нравственных, моральных, духовных представлений,
установок, стереотипов и причин возникновения табуизации и эвфемизации;
1.24. отсутствие статичности, неизменности религиозных, морально-
этических, нравственных, нормативно-ценностных мотивов; 4) расширение
спектра мотивов, порождающих эвфемизмы, обусловленных уровнем
развития речевого этикета, культурой и уровнем развития общественного
сознания в языковых социумах; 5) увеличение сфер табу.
2. Сопоставление и обобщение взглядов, точек зрения на определение
термина «эвфемизм» выявило отсутствие единства взглядов на проблему и
явление эвфемии в целом, что позволило констатировать следующее:
1.25. отсутствие общепринятой дефиниции термина
«эвфемизм»;
1.26. синонимичность существующих определений; 3) эвфемизмами
называют разнообразные средства языка: слова, словосочетания,
предложения, сокращения, графический пропуск и др.; 4) традиционными
терминами, используемыми лингвистами для обозначения понятия
«эвфемизм», являются «эвфемистическая замена», «эвфемистическое
переименование», «синонимическая замена запрещенных слов»,
«эвфемистический субститут»; 5) спорность и нерешенность вопроса о
субституционном подходе к явлению эвфемии; 6) смешение эвфемизмов с
другими видами перефразирования: перифразом, литотой, гиперболой и т.п.;
7) «пространность и развернутость» дефиниций эвфемизма являются
характерными чертами недавних исследований в области эвфемии.
3. Сопоставительный анализ существующих точек зрения на проблему
57

релевантных лингвистических критериев эвфемизма позволил прийти к


следующему заключению: 1) наличие тематически стигматичного
некорректного антецедента; 2) наличие запрета или ряда прагматических
причин; 3) косвенность, описательность, мелиоративность,
перифрастичность эвфемизма; 4) реализация одной из эвфемистических
функций - являются наиболее релевантными лингвистическими критериями
эвфемизма. На основании проведенного исследования предлагается
следующая дефиниция эвфемизма.
4. Эвфемизм представляет собой лексическую единицу,
мелиоративную по своей форме. Употребление такой лексической единицы
вместо слова или выражения, представляющего собой тематически
стигматичный антецедент, обусловлено как ситуативными параметрами, так
и коммуникативно-прагматическими интенциями коммуникантов. Такое
употребление связано с тем, что сущностная характеристика антецедента, во-
первых, воспринимается говорящим как нетактичная, нежелательная,
некорректная, подлежащая запрету, а во-вторых, является конвенционально
обусловленным нормативно-ценностными системами социума, в некоторых
случаях переименование осуществляется на основе и в соответствии с
принципами политически корректной избирательности и социальной
приемлемости.
5. Проведенное исследование показало, что взаимодействие
нескольких аспектов: религиозного, морально-этического, социального,
прагматического (коммуникативного) определяет целый спектр мотивов
эвфемизации и соответствующие им сферы табуирования.
6. Сферы, подлежащие запрету, обладают следующими
характеристиками: 1) инвариантность, детерминируемая специфическими
временными, нормативно-ценностными и национальными
характеристиками; 2) формирование новых понятийных сфер, подлежащих
табуированию; 3) непродуктивность религиозной сферы; 4) продуктивность
сферы физиологии, политики и экономики.
58

7. Отличие эвфемизма от смежных с ним видов перефразирования


заключается в реализации эвфемистического потенциала, проявляющегося в
смягчении негативного компонента исходной лексической единицы и в цели
эвфемизации - прикрытии нелицеприятных сторон жизни общества, отнюдь
не в образном представлении действительности.
1.27. На основании полученных данных следует резюмировать
следующее: 1) большее значение в социуме приобретают социально-
статусные характеристики и системы престижных оценок как связанные с
преодолением социального неравенства; 2) названия многих
малопрестижных профессий приобретают наукообразное эвфемистическое
переименование; 3) повышение социально-статусной значимости носителя
той или иной профессии осуществляется посредством эвфемистического
переименования.
1.28. Повышение социально-статусной значимости наименований
непрестижных или малопрестижных профессий в языковой системе
англоязычного общества достигается следующим образом: 1) за счет
большей степени абстракции; 2) путем использования наименований
профессиональной деятельности, репрезентирующих положительные
статусные значения; 3) путем заимствования иноязычных слов; 4)
посредством аффиксации. В целом процесс повышения социальной
значимости осуществляется при помощи «утяжеления» наименования
терминами.
59

Глава II ЛИНГВОКУЛЬТУРНАЯ СПЕЦИФИКА ФОРМИРОВАНИЯ И


ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ЭВФЕМИСТИЧЕСКИХ СУБСТИТУТОВ

2.1 Основные функции эвфемистических субститутов

Если обратимся к вопросу о функциях эвфемизмов, то обнаружим, что


этот вопрос неоднократно привлекал внимание исследователей (3.
Люхтенберг (1975), A.M. Кацев (1977), Г.А.Макарова (1986), Н.М.
Бердова (1987), Н.Ц. Босчаева (1987) и др.). Важной вехой в процессе
изучения явления эвфемии явилось введение A.M. Кацевым понятия
«эвфемистической функции» (1977). Исследователь определяет ее как
«реализуемую способность слова или словосочетания, служащую цели
смягчения эффекта высказывания» [Кацев, 1977: 199]. A.M. Кацев выделяет
три фактора, определяющих эвфемистическую функцию: частота
употребления, внутренний (семантический фактор) и внешний фактор
(контекст). Семантический фактор, влияющий на эвфемистическую
функцию, связан с многозначностью слова. Многозначное слово обладает
большими возможностями своих ассоциаций с предметами и понятиями,
которые не входят в сферы табуирования.
Широкозначные слова, обладающие максимально обобщенным
сигнификативным значением, могут соотноситься с огромным числом
предметов и явлений. Возможности употребления широкозначных слов типа
affair, business, а также местоимений it, something и др. как эвфемизмов
беспредельны, так как психологической подоплекой механизма
формирования эвфемистической субституции является вначале процесс
поиска и установки ассоциаций наименования, находящегося под запретом, с
различными денотатами, обладающими нейтральной или положительной
коннотацией. Исследователи эвфемии выделяют функции эвфемизмов в
соответствии с дифференцируемыми целями эвфемизации речи. В
зависимости от целевой направленности эвфемизации условно можно
60

сгруппировать подходы к исследованию функций эвфемизмов в три группы.


Отличительной особенностью первой группы является выделение
такой черты эвфемизации, как достижение взаимопонимания, стремление
избежать коммуникативных конфликтов (Н.Ц. Босчаева, Е.В. Голубкова,
Л.П. Крысин и др.). Так, Н.Ц. Босчаева выделяет кооперирующую функцию в
качестве главной функции эвфемизма в речи и две дополнительные функции:
превентивную и риторическую [Босчаева, 1989: 3]. И.И. Кремих указывает на
«облагораживающую» функцию эвфемизмов в языке [Кремих, 1985: 36]. По
мнению Л.А. Нефедовой, эвфемизмы выполняют функцию вуалирования,
скрашивания и используются как средства «лингвистической косметики»
[Нефедова, 1997: 123]. По мнению О.Ф. Ивановой, эвфемизмы «выполняют
функцию экрана, защищающего собеседника от вербальной агрессии
говорящего» [Иванова, 2004:157].
Отличительным признаком подхода к выделению функций эвфемизмов
второй группы, на наш взгляд, является сочетание двух традиционно
дифференцируемых лингвистами функций: смягчения и маскировки
(Л.В. Артюшкина, А.В. Родченко и др.). Например, Л.В. Артюшкина
выделяет две основные функции эвфемизма «улучшение/смягчение значения
заменяемой эвфемизмом единицы и маскировка нежелательного денотата»
[Артюшкина, 2002: 39]. В третью группу функций эвфемизмов, выделяемых
лингвистами, можно объединить на основе комплексного подхода,
представляющего собой попытку лингвистов отразить многоаспектность
функционирования эвфемизмов на современном этапе развития социума
(Т.С. Бушуева, А.П. Кудряшова, Н.В. Терещенко и др.). Например, Л.С.
Турганбаева выделяет следующие функции эвфемизмов: 1)
интенсиональную, связанную с интенциями говорящего; 2) социально-
регулятивную, отражающую этические нормы и конвенции общества;
1.29. собственно эвфемистическую, связанную с использованием
эвфемизмов по причине суеверий, страха; а также две
вспомогательные:
1.30. контактоустанавливающую и 5) эстетическую [Турганбаева, 1989: 10].
61 В лекции для студентов переводческого
отделения университета г. Тампер (Department of Translation Studies,
University of Tampere), посвященной эвфемизмам, Санна Корхонен
(Sanna Korhonen) перечисляет следующие функции эвфемизмов:
1. Сделать сложную и эмоциональную ситуацию более терпимой,
сносной {to make difficult or emotional situation more tolerable)1;
1.31. Скрыть правду (to deceive, to conceal the truth);
1.32. Одолжить «статус» (to lend "status"), с целью повышения в «ранге»,
сюда относятся следующие примеры: sanitary engineer, заменивший целый
ряд наименованийуал/tor, garbage man, trash man, а также senior citizen;
1.33. Придать выражениям социальную приемлемость (to lend social
acceptability), например, словосочетания pre-owned car, experienced car
заменили used car;
1.34. В рекламных целях, взывая к тщеславию (to advertise; appeals to
vanity), данную группу эвфемизмов иллюстрируют примеры, связанные с
«фобией лишнего веса в XX веке» ("late 20і -century fat-phobia"), которая
связана с рекламой одежды «больших размеров»;
1.35. В целях политической пропаганды, как язык, направленный на
«демонизацию» оппонента (political "Propaganda", language intended to
"demonize " a perceived opponent);
7. С целью создания эффекта неумышленного, небрежного
«перенасыщения» технической терминологией или формирования
терминологически перегруженного языка, «технологизация» языка
инженерами, социологами, администраторами (inadvertent "technicalization"
of language by engineers, sociologists, administrators, etc.;), например, receiving
waters (effluent) вместо a sewage treatment plant;
8. В целях соблюдения политической корректности (to be politically
correct, discretion and avoidance). Исследователь дает детальное описание

Здесь и далее примеры Санна Корхонен


[www.uta.fi/FAST/USl/Pl/SLA/sk-euph.html], переведено нами-Е.Г.
62

функций эвфемизмов, при этом разграничивает те функции, которые, по


нашему мнению, можно объединить. Например, вторую функцию (сокрытие
правды) и шестую функцию политической пропаганды можно объединить в
единую функцию маскировки. Наличие сходства в пятой функции, связанной
с рекламой, и седьмой позволяет объединить их в одну, так как небрежное
перенасыщение технической терминологией языка социологов, управленцев
преследует те же цели, что и употребление эвфемизмов в рекламе, бизнесе.
Лингвисты неоднократно подчеркивают, что использование научного
жаргона, псевдонаучной лексики, туманных терминов в рекламных
сообщениях выполняет те же функции, что и иноязычные, заимствованные
слова. В этой связи, особенно важным представляется утверждение В.Д.
Девкина о «перерождении и переключении сем». «Перерождение сем,
представляющее собой качественную трансформацию, семантическое
преобразование, объясняет «манипулятивные возможности иностранных
заимствований». Далее этот тезис продолжает Л.А. Нефедова: «Благодаря
преобразованной семе «иностранное™, происходит некоторое ценностное
завышение, а в других случаях - вуалирование, эвфемизация объекта
номинации» [Нефедова, 1997: 55].
Заимствованная лексика великолепно справляется с задачей оказания
эмоционального воздействия на потенциального потребителя, осуществляя
манипуляцию очень тонко, в соответствии со всеми законами рекламы. При
помощи иноязычий в рекламном сообщении клиенту предлагают не продукт,
не услугу, а некое «таинство». Л.П. Крысин отмечает, что «большая
социальная престижность иноязычного слова, по сравнению с исконным,
вызывает иногда явление, которое может быть названо повышение в ранге»
[Крысин, 2000: 153-154]. Иноязычные слова нередко выступают в качестве
эвфемизмов. Так, К. Барридж (Burridge К.) отмечает, что французский язык
является источником многих изысканных, утонченных слов, используемых в
рекламе: «особенно французский язык снабжает нас уже на протяжении
столетий лингвистическими фиговыми листочками» [Burridge, 2004: 216].
63

Таким образом, большинство исследователей дифференцируют в


качестве основных функций эвфемизмов: функцию смягчения, функцию
соблюдения морально-этических норм для поддержания бесконфликтного
общения и функцию маскировки в свете трех взаимосвязанных аспектов
функционирования эвфемизмов: социокультурного (в том числе и
психологического), прагматического, собственно лингвистического.
Детальное выделение лингвистами ряда функций, скорее всего, связано со
сферами применения эвфемизмов и спецификой их функционирования.
Стремясь найти наиболее объективные подходы и методы описания функций
эвфемизмов, многие исследователи обращаются к особенностям и
детализации наиболее распространенных случаев использования
эвфемизмов.
В ряде случаев при стремлении оказать воздействие на систему
ценностных установок адресата, происходит намеренное искажение фактов,
введение в заблуждение, подмена одного понятия другим, т.е.
осуществляется языковая манипуляция. Использование эвфемизмов как
средства языковой манипуляции ведет к возрастанию численности
эвфемистических средств в сфере экономики и политики. Подробному
рассмотрению проблемы политических эвфемизмов посвящен следующий
параграф главы II настоящего диссертационного исследования.

2.2. Место и роль эвфемистических субститутов в языке политики.


Понятие «политический эвфемизм» и его специфика

Причиной табуирования в цивилизованном обществе, по мнению


А.А. Реформатского, является цензурный запрет (военная или
дипломатическая тайна) [Реформатский, 2003: 106]. И.Р.Гальперин
определяет политические эвфемизмы как «преуменьшение значения слов с
целью ввести в заблуждение общественное мнение и выразить неприятное
64

более тонко» [Гальперин, 1977: 175]. И.Р.Гальперин в качестве


отличительной черты истинных эвфемизмов выделяет способность
эвфемизма вызывать в уме наименование, вместо которого он употребляется.
Случаи нарушения этого процесса следует рассматривать как «намеренное
искажение фактов», а не как эвфемизмы [Там же, 175]. A.M. Кацев разделяет
мнение И.Р. Гальперина, подчеркивая, что в случаях, связанных с
искажением смысла, имеет место перифраза [Кацев, 1975: 41]. В.И.
Заботкина выделяет самую большую подгруппу эвфемистической лексики
- «эвфемизмы, отвлекающие внимание от негативных явлений
действительности». К данной подгруппе относятся эвфемизмы следующей
тематики: преступность, наркомания, агрессивная политика, деятельность
секретных служб [Заботкина, 1989: 87-88].
Е.И. Шейгал отмечает, что «в эвфемизмах и дисфемизмах находят
проявление два аспекта атональности: борьба за сохранение своего статуса и
борьба против политического противника (функция агрессии, свойственная
политическим инвективам, к которым относятся и дисфемизмы)» [Шейгал,
2000: 84]. О.В. Обвинцева считает, что политические эвфемизмы
используются в текстах политической коммуникации как замены слов или
выражений, являющихся в обществе политическими табу 1. Целевое
назначение политических эвфемизмов, по мнению исследователя,
заключается: 1) в попытке избежать прямого наименования всего, что может
вызвать негативную оценку или оскорбить чувства адресата политической
коммуникации; 2) попытке избежать возможных негативных последствий
для адресанта политической коммуникации; 3) целенаправленном
воздействии на общественное мнение [Обвинцева, 2003: 63]. Наиболее
полное понимание понятия «политический эвфемизм» требует рассмотрения
основных мотивов использования политических эвфемизмов, типов
политических эвфемизмов и их функций.
1
«Политические табу» представляют собой, по мнению исследователя, «нежелательные для употребления в
политической коммуникации слова и выражения, так как способны вызвать негативную реакцию, оскорбить
чувства отдельных групп общества или целой нации» [Обвинцева, 2003: 57].
65

2.2.1 Мотивы создания политических эвфемизмов, типы политических


эвфемизмов, их основные функции

Исследователи единодушно отмечают, что стремление завуалировать


негативные стороны явлений действительности, последствия неприглядных
политических и экономических мер обусловливают использование
политических эвфемизмов. Так, В.И. Заботкина считает, что в основе
использования эвфемизмов в сфере политики лежат следующие мотивы:
1) стремление к достижению «положительного пропагандистского эффекта»,
2) попытка создания «языковой иллюзии оправдания непопулярной
политики» [Заботкина, 1989: 89]. Многие исследователи подчеркивают, что
стремление предотвратить общественный резонанс, массовое возмущение,
завуалирование пороков и регулирование системы ценностей современного
общества обусловливают использование эвфемизмов в языке политики
(Е.А. Вебер, Е.В. Кипрская, Л.П. Крысин, Г.А. Макарова, Е.К. Темирбаева и
др.). Е.И. Шейгал отмечает «высокую степень манипулирования и
«эзотеричности» (наличие скрытого смысла), присущую языку политики,
который стремится закамуфлировать определенные моменты
действительности [Шейгал, 2000: 84].
В английском языке существует понятие «doublespeab>, или
«newspeab>, которое связывают со стремлением скрыть коммуникативное
намерение с целью осуществления языковой манипуляции. У. Лутц (Lutz W.)
подчеркивает, что язык, который называют «doublespeak», не выполняет
свою коммуникативную функцию, хотя и создает иллюзию выполнения
коммуникации1. «Doublespeak is language that avoids or shifts responsibility,
language that is at variance with its real or purported meaning» [Lutz, 1989: 1].
Термин «newspeab> впервые использован писателем Дж. Оруэллом в романе-
антиутопии «1984», изданном в 1948г. Перед выходом романа вышла
обличительная статья Дж. Оруэлла «Politics and the English Language» (1946),

1
Здесь и далее переведено нами — Е.Г.
66 в которой автор критиковал
политические режимы, манипулирующие общественным сознанием с целью
оправдания неблаговидной политики и политических мер. У. Лутц (Lutz W.)
выделяет четыре вида «doublespeak», первым из которых является эвфемизм.
По мнению исследователя, эвфемизм является разновидностью doublespeak,
когда его используют с целью ввести в заблуждение, обмануть.
Исследователь приводит следующие примеры эвфемизмов: на улицах
больше нет бродяг {bums), они теперь называются non-goal oriented members
of society, лексическую единицу «poor» заменил благопристойный
субститут fiscal underachieves, а пациенты в больнице могут умереть не из-
за врачебной ошибки, а из-за несчастного случая, связанного с
диагностикой - «diagnostic misadventure of a high magnitude» [Lutz, 1989: 1-
3].
Наиболее полное исследование понятий «политический эвфемизм» и
«политическая эвфемия» требует рассмотрения основных мотивов
использования политических эвфемизмов. Лингвисты выделяют ряд мотивов
политической эвфемизации, многообразие которых сводится к мотивам
коммуникативного, социального и правового планов. Например, О.В.
Обвинцева выделяет социальные, коммуникативные и правовые мотивы
политической эвфемизации [Обвинцева, 2003: 59]. Исследователь
противопоставляет термины «политическая эвфемия» и «политическая
корректность». Политическая корректность, по мнению О.В. Обвинцевой,
связана с «языковой политикой, с определенной государственной
идеологией», в то время как политическая эвфемия имеет отношение к
«языку и процессам, происходящим в нем» [Обвинцева, 2003: 65].
Попытка разграничить политическую эвфемию и политическую
корректность в работе О.В. Обвинцевой представляется логически
незавершенной. Смешение мотивов, лежащих в основе создания
политических эвфемизмов, и эвфемизмов, образованных в соответствии с
политической корректностью, ведет к отсутствию возможности четкого
разграничения двух явлений: политической эвфемии и политической
67

корректности. Попытки четкого разграничения эвфемизации в сфере


экономики, политики и социальных сфер, связанных с культурно-
поведенческой и языковой практикой - политической корректностью,
осложняются близостью, смежностью этих явлений, которые имеют гораздо
больше сходства, потому, что отличия незначительны и ситуативно-
специфичны, что затрудняет выделение релевантных критериев для более
четкого разграничения этих двух взаимосвязанных явлений.
Е.В. Кипрская выделяет семь основных мотивов создания
политических эвфемизмов: 1) необходимость сокрытия проблем в
социальной сфере во избежание конфликта; 2) использование эвфемизмов
как способа «сохранения лица у субъекта политики»; 3) стремление
завуалировать действия, нарушающие права человека, разного рода
аморальные поступки с целью избежать осуждения общественности; 4)
желание избежать оскорбления субъекта с более низким социальным
статусом или другой расовой принадлежности; 5) отрицание ответственности
вследствие перераспределения вины; 6) необходимость соблюдения
дипломатического этикета; 7) один из способов завоевания поддержки
политических сил при проведении различного рода непопулярных мер
[Кипрская, 2005: 59-61].
При всех достоинствах классификации, предложенной Е.В. Кипрской,
включение четвертого мотива («желание избежать оскорбления субъекта с
более низким социальным статусом или другой расовой принадлежности») в
данную классификацию представляется нецелесообразным. Политическая
корректность представляет собой, в первую очередь, способ избежать
вербальной агрессии на том основании, что приоритетное положение среди
основных мотивов занимают вежливость, гуманное отношение к человеку,
попытка противостоять различным проявлениям расизма, обусловленные
уровнем социального развития и культуры. Эвфемизмы, относящиеся к
сферам политики и экономики, по нашему мнению, мотивированы попыткой
оправдать неблаговидную политику государств, ретушировать
68

существующие пороки в обществе. Следует отметить, что в настоящее время


понимание явления «расизм» выходит за рамки ограниченного,
традиционного набора представлений о расизме. Понятие «расизм»
предполагает значительно более широкую концепцию, включающую в себя
половую и возрастную принадлежность, различия во внешнем виде,
личностные характеристики и др., - все то, что является прерогативой
культурно-поведенческой и языковой тенденции и практики - политической
корректности. Хотя первопричину политической корректности следует
искать в идеологической сфере как в системе, выражающей идеи, интересы
социальных групп. Более подробно проблема политической корректности и
эвфемии рассмотрена в следующем разделе настоящего диссертационного
исследования.
Таким образом, политический эвфемизм обладает относительной
равнозначностью со словами и выражениями, подлежащими
переименованию, соответствует дефиниции эвфемизма, принятой в
настоящем диссертационном исследовании, но с той лишь разницей, что в
данном случае стигматичность, нежелательность прямого наименования
связана с существующей идеологией, нормативно-ценностными системами
социума. Основными мотивами использования политических эвфемизмов
является стремление завуалировать негативные стороны явлений
действительности, ретушировать негативные последствия неприглядных
политических и экономических мер с целью создания положительного
оправдательного пропагандистского эффекта как средства предотвращения
общественного резонанса для сохранения «баланса» социально-статусных
интересов на уровне государства.
Формирование определенного общественного мнения достигается с
помощью видоизмененного способа репрезентации информации, на основе
социально-оценочного использования языковых средств, в том числе и
политических эвфемизмов как средств языковой маскировки. Под
видоизмененным способом репрезентации информации в случае
69

использования политических эвфемизмов мы понимаем «процесс поиска,


отбора, конструирования и передачи смысла высказывания с
ориентированностью на предмет высказывания таким образом, что
происходит наделение предмета высказывания необходимым смыслом».
«Эвфемизм - это игра, в которую играют взрослые». На наш взгляд, эта
фраза П. Траджилла (Trudgill Р.) очень кратко и образно передает сущность
политических эвфемизмов [Trudgill, 1995: 73].
Приведем ряд примеров. Примеры политических эвфемизмов
тематической группы «The loss of a job, firing» отобраны неслучайно. Как уже
неоднократно отмечалось, одним из признаков, идентифицирующих
социально-статусную принадлежность, является профессиональное занятие,
наличие работы. Вместо выражения firing workers1 используется ряд
эвфемизмов, выполняющих функцию смягчения. Например, слово dehiring
(процесс противоположный найму) заменяет выражение firing workers.
Эвфемизм dehiring образован с помощью префикса de-, служащего, как
правило, для образования слов терминологического характера. Наличие
негативного префикса почти не отражается на лексическом значении слова
hiring, другими словами, логико-предметное ядро слова остается
нетронутым. Основанием для эффекта смягчения является антонимичность
денотата и ассоциата. По-видимому, основным мотивом использования
эвфемистических субститутов normal involuntary attrition (нормальное
непроизвольное истощение) и negative employee retention (негативное
удержание наемных работников) вместо выражения firing workers служит
реальное сходство между именуемым свойством и признаками уже
имеющихся в языке значений слова. Приведенные выше лексические
единицы обладают способностью обозначить признак, характеризующий
обозначаемое опорное наименование, в данном случае «сокращение,

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres,
VI.Euphemisms and Political Correctness].
2
The process of gradual destroying [DCE, 2001:71].
70

уменьшение». Сходство, установленное по аналогии как результат


ассоциативных связей, возникающих в обиходно-языковом сознании, служит
поводом для употребления эвфемистического выражения facility and cost
rationalizations (рационализация средств и стоимости) вместо прямого
стигматичного наименования firing workers. Период прекращения
производства и увольнения рабочих из-за отсутствия работы без пособия,
обозначается лексической единицей furloughing1 — увольнение в отпуск.
Например, эвфемистическое выражение career-change opportunity
состоит из компонентов, которые обладают настолько упрочившейся
положительной коннотацией, что вызывает лишь положительные
ассоциации, связанные с понятием «карьерный рост». Важно подчеркнуть,
что лишь в определенном контекстуальном окружении данное выражение
является эвфемизмом, имплицирующим понятие «the loss of a job, firing».
Необходимо отметить несколько размытую референтную соотнесенность
лексических единиц downsizing2 (сокращение), uninstallation {installation
-официальное введение в должность, соответственно подразумевается
противоположный процесс), repositioning (перестановка), reshaping
(придание иной формы), right sizing (расположение в зависимости от прав).
«Конструирование» понятия, передаваемого приведенными выше
эвфемизмами, основывается на содержании, соответствующем каждому из
этих лексических единиц, ретушируется опорный признак «потеря работы»,
акцентируется внимание на «изменениях».
В эвфемизмах focused reductioning и focused management program for
correction an imbalance of forces and skills (целенаправленная программа для
корректировки дисбаланса трудовых ресурсов и трудовых умений и навыков)
акцентируется внимание таком признаке, как «закономерность, плановость и
необходимость» происходящего события. При этом, несмотря на

1
Period of time when a soldier or someone working in another country can return to their own country; [DCE, 2001:
576].
2
If a company or organization downsizes, or downsizes its operations, it reduces the number of people it employs in
order to reduce costs; [DCE, 2001:406].
3
Примеры группы «потеря работы» [www.NewsAndOpinion.co/].
71

благозвучность «оболочки» эвфемизмов данной группы, смысловая нагрузка


остается прежней: «потеря работы, увольнение». Видоизмененная
репрезентация информации с элементом искажения сочетается в
эвфемистических субститутах, таких как sustainable utilization
(долговременное, длительное использование) употребляется вместо
выражения despoiling the environment. Это же выражение используется в
качестве эвфемизма, когда речь идет о разработке полезных ископаемых и
полной вырубке леса - overzealous mining and foresting.
Эвфемистично по своей природе замысловатое выражение earned
legalization regulation and normalization for illegal immigrants, которое
обозначает «заслуженную, заработанную легализацию регуляции и
нормализации нелегальных эмигрантов» и употребляется вместо привычного
выражения amnesty for illegal immigrants, которых сейчас принято
наименовать undocumented workers. Данный пример иллюстрирует
реализацию эвфемистической функции смягчения политическим
эвфемизмом, а также отражает языковую тенденцию к соблюдению
политической корректности в англоязычном обществе.
Показателен и другой пример, в Канзас-сити было решено установить
«compassion zone for homeless people» (зону «сочувствия/сострадания» для
бездомных людей), что на деле означает выдворение бродяг и бездомных из
центральной, деловой части города, а также близлежащих территорий.
Многие университеты используют такой же трюк для того, чтобы
контролировать митинги на территории кампусов (99%), объявив их free-
speech zones (зоны «свободные» от проведения митингов), тем самым
запретив митинги и протесты на своей территории. Непопулярные меры,
действия властей представлены таким образом, как будто власти не несут
никакой ответственности за совершенные действия, а также сглаживается,
устраняется «насильственный» компонент участия властей, а само событие,

1
[www.NewsAndOpinion.co/].
2
Там же
72

предстает довольно обыденным и незначительным.


Таким образом, при формировании эвфемистических субститутов на
современном этапе развития англоязычного социума акцентируется
внимание на вербальной трансформации «недостатков» в достоинства, на
«позитивизации минусов». Например, тема «войны, военных действий»
традиционно была и остается запретной. Отсутствие мира, раздор,
вооруженный конфликт, борьба между государствами с применением
силовых методов, а также внутри государства, боевые операции и многие
другие понятия, которые входят в состав лексико-семантической группы
«война», подлежат запрету.
Война - страшное событие, связанное с горем, кровопролитием,
смертью, поэтому в языковом сознании языкового социума ассоциируется с
целой гаммой негативных чувств и эмоций. В случае использования СМИ
эвфемизмов taking out enemy positions1 (вывести врага с его позиций) или
neutralizing enemy troops (нейтрализовать вражеские войска) вместо слова
«kill» осуществляется функция смягчения и маскировки. Интернет-сайт
{Warspeak: Linguistic Collateral Damage), посвященный обзору
эвфемистической лексики, связанной с войной, военными действиями,
предложил следующий список эвфемизмов, заменяющих глагол kill.
Лексическая единица «take care» успешно использовалась в 40-е годы,
выражение rub out (вычищать, стереть, уничтожать) было в употреблении в
50-е годы, наряду с выражением bump q/f (обстреливать, убрать). В 60-е годы
вошло в обиход выражение knock off (сбивать, сшибать) и слово eliminate. В
70-х годах употреблялись глаголы waste (разбивать наголову), smoke (ставить
дымовую завесу, выкуривать) и blow away (снести). В 80-х года часто
использовался глагол hit (ударить). Глаголы clip (ударить, дать тумака) и
whack (бить, колотить) повсеместно употреблялись в 90-х годах. Широко
используется на современном этапе развития языкового социума глагол

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VII. Political Euphemisms, War Euphemisms].
2
twww.yourdictionary.com/library/drlang008.html].
73

neutralize (нейтрализовать). На наш взгляд, ассоциативное поле, связанное с


лексической единицей «kill», расширяется таким образом, что моделируется
особое восприятие данного понятия, умалчивается связь с опорной
характеристикой «смерть», зато усиливается ассоциативная связь с такими
временными характеристиками, как «удар», «боль». Благодаря этому
эвфемизмы успешно выполняют функцию смягчения. Матт Рамсей (Matt
Ramsey) считает, если солдатам говорят, что они не уничтожили врага, а
нейтрализовали, то это способствует тому, чтобы они легче воспринимали
кровопролитие и смерть («makes bloody reality of war slightly easier to bear for
the soldiers fighting»)1.
Описание военных конфликтов СМИ наполнено различными
терминологически перегруженными словосочетаниями и выражениями,
которые под особой терминологической «завесой» прячут то, о чем лучше
умолчать, утаить. Война, ее последствия связаны с жестокостью, с
невыносимыми человеческими страданиями, а использование хорошо
«отрепетированных», откорректированных терминов способствует
нейтрализации негативного эффекта от представленной информации.
Например, во время войны в Персидском заливе (1991) появились такие
эвфемизмы, как «smart bomb», «surgical strike», которые обозначают
«целенаправленные, точные» бомбардировки, при которых не страдает
мирное население. Наличие компонента surgical во втором примере
способствует формированию стойкой ассоциации с «лечением», а не с
разрушением. Если же вдруг бомбардировка прошла мимо целей, то об этом
«происшествии» сообщают в СМИ, используя другой эвфемизм incontinent
ordnance delivery (несдерживаемая артиллерийская доставка). Производный
эвфемизм accidental damage (случайные жертвы и ущерб) от эвфемизма
collateral damage обозначает жертвы и ущерб, нанесенный во время
«промаха».

1
[www.townhall.com/print/print_story.php?sid=10839&loc=/.../02/23/10839.html], переведено нами — Е.Г.
74

Слово targets все чаще заменяет эвфемизм assets' (имущество) в СМИ,


при помощи которого происходит обезличивание войны, последствия
военных действий абстрагируются, уподобляются событиям, не связанным с
человеческими жизнями. Например, цели при бомбардировках больше не
уничтожаются (destroyed), их теперь visited (посещают), acquired
(достигают), taken out (выбирают), served (обслуживают), suppressed
(подавляют). Эффект смягчения, маскировки, произведенный тщательно
отобранными словами, способствует притуплению негативных эмоций и
формированию терпимого общественного мнения к военным действиям. По
нашему мнению, с этой же целью военные самолеты (warplanes)
эвфемистично переименованы в force packages2 (силовой прибор
автономного действия). В случае использования политических эвфемизмов
типа disputed territory вместо прямого наименования occupied territory
происходит нейтрализация негативной информации, формирование
нейтральной социально-оценочной направленности.
В прессе США о свержении власти информируют при помощи
безобидного эвфемизма regime change3, который вошел в обиход после
свержения правления Саддама Хусейна. Военные действия, их последствия
вызвали появление эвфемизмов, которые успешно вуалируют любые намеки
на то, когда речь идет о смерти, о гибели солдат. Например, во время войны
во Вьетнаме появился эвфемизм body bags (контейнеры для перевозки
останков погибших солдат), война в Персидском заливе вызвала появление
эвфемизма human remains pouches (сумка, мешок для перевозки останков
погибших). Эвфемизм transfer tubes (контейнер в виде трубки для перевозки
останков погибших солдат) обязан своим появлением войне в Ираке.
Контейнеры для перевозки останков погибших солдат используются на поле
боя и отдаленных территориях. Во время войны в Персидском заливе

1
[www.NewsAndOpinion.co/],
[www.gseis.ucla/edu/faculty/kellner/papers/gulfwar6.htm].
2
[www.journalism.ubc.ca/thunderbird/archives/2003.03/wordshtml].
3
[www.townhall.com/print/print_story.php?sid=10839&loc=/.../02/23/10839.html].
75

контейнер получил другое название «human remains pouches». Контейнеры


изготавливались из винила и стоили правительству 38$ за штуку. («Body bags
are used for the battlefield and it's rear areas. When the remains are ready for
transport home, the body bag is placed in a transfer case. Instead, the military
began calling them «human remains pouches» during the 1991 Persian Gulf
War»)1.
Эвфемизм transfer tubes заменил привычный эвфемизм human remains
pouches, который приобрел пугающие ассоциации для многих американцев.
Тим Харпер (Tim Harper), репортер газеты «Торонто Стар», пишет:
«Пентагон продолжает скрывать мертвых от США. Команда Дж. Буша не
хочет, чтобы народ видел «человеческую» стоимость войны, поэтому
контейнеры для останков солдат приобрели новое «санированное»
название» . В этой связи следует привести еще ряд эвфемизмов, которые
используется для наименования контейнеров, в которых перевозятся останки
погибших солдат. Эвфемизм dignified transfer употребляется вместо
выражения transfer case. По всей видимости, наличие слова dignified,
относящееся к сфере возвышенного, в составе эвфемистического субститута
способствует созданию облагораживающего эффекта: воздает почести
погибшим, облагораживает их смерть. Какие ассоциации с течением времени
будет вызывать у общественности эвфемизм final government-supplied
container, обозначающий гроб или урну для кремирования можно только
догадываться. На данном этапе, возможно, использование эвфемизма
обусловлено воспитанием чувства патриотизма, долга по отношению к
своему государству. Во время Первой мировой войны солдаты страдали от
контузии - shell shock, в годы Второй мировой войны появился другой
эвфемизм combat fatigue (букв, «усталость после битвы»), после войны во
Вьетнаме появилось эвфемистичное выражение post traumatic stress disorder
(посттравматическое расстройство), хотя симптомы и страдания солдат не

1
[www.townhall.com/print/print_story .php?sid=l 0839&1ос=/.. ./02/23/10839.html].
2
[www.townhall.com/print/prin t_story.php?sid=l0839&1ос=/.../02/23/10839.html],
[www.NewsAndOpinion.co/].
76

изменились со времен Первой мировой войны. Следующий пример


иллюстрирует процесс формирования терпимости общественности к тому,
что называется в прессе очень эвфемистично wartime fatalities and casualties,
подразумевая, во-первых, разрушения, убитых и раненых, а во-вторых,
неизбежность потерь и жертв. Желаемый эффект достигается наличием таких
компонентов, как fatalities и casualties, лексическая единица «fatalities» (рок,
фатальность; смерть от несчастного случая) предполагает идею
неизбежности происходящего. Слово casualties (несчастный случай; смерть
от несчастного случая) ассоциативно подсказывает идею непредсказуемости
и неконтролируемости происходящего.
В целях смягчения негативного явления лексическую единицу
«deserter» заменяет эвфемизм a self-retired soldier. Ослабление негативной
семы связано с попыткой избежать социальное противоречие. При
использовании политических эвфемизмов с целью преднамеренного
искажения информации сущность явления не меняется, видоизменяются
отдельные характеристики и свойства предмета благодаря избирательному
подходу к выбору способа репрезентации. Терроризм приобрел мировой
размах, страх перед этим явлением способен вызвать отчаяние, состояние
подавленности. Вместо лексической единицы «terrorists»1 или
словосочетания terrorist groups все чаще употребляются субституты: militant
Islamists, Extremist militants. В ходе освещения американо-иракского
конфликта появились следующие эвфемизмы: paramilitary groups
(бандформирования) - при помощи префикса para- подчеркивается характер
военных группировок, не принадлежащих к регулярной армии. Префикс
para- имеет в контексте эвфемии достаточный потенциал в силу своей
семантики. Словарь современного английского языка дает следующие
значения префикса: 1) beyond; 2) very similar to something', 3) connected with a
profession and helping more highly trained people [DCE, 2001: 1025]. В этой

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VII. Political Euphemisms, War Euphemisms].
2
A paramilitary organization fights and kills illegally in order to achieve political aims [DCE, 2001: 1026].
77

связи стоит упомянуть о других эвфемизмах, образованных при помощи


префиксов. Например, эвфемизм pre-emptive war (война, направленная на
предотвращение развязывания «неизбежной» агрессии) - это своеобразная
вариация на тему pre-emptive strike (теория, связанная с нанесением ядерного
удара первыми, с целью предотвращения возможной ядерной войны), что
само по себе звучит абсурдно, так как это и есть развязывание войны.
Интерес представляют ряд политических эвфемизмов, образованных при
помощи префикса pro-, которые были обнаружены в ходе настоящего
исследования. Префикс anti- приобрел слишком резкое, негативное звучание,
это послужило причиной появления новых эвфемизмов. Например, тех
людей, которые выступают против развязывания войн, стали называть pro-
peace1 (букв, «за мир»), тех, кто поддерживает военные действия именуют
pro-troops (букв, «за войска») или pro-liberation (букв, «за освобождение»).
Приведенные эвфемизмы сформированы по типу и аналогии с уже
устоявшимся образцом pro-choice (букв, «за выбор»), которое обозначает
сторонников проведения абортов, так как, по мнению активистов данного
движения, у женщин есть выбор, как решить эту проблему.
Департамент сельского хозяйства США не объявил о том, что было
принято решение об уничтожении 450 голов рогатого скота в связи с
эпидемией бешенства {the killing of 450 cattle because of mad cow disease), a
было объявлено о решении снизить поголовье скота {to depopulate). На
Интернет-сайте приводится следующий комментарий: по аналогии с другими
примерами можно сказать, что «the department was just negatively retaining
some cows» {департамент негативно утилизировал скот). С какой точки
зрения необходимо рассматривать замену выражения former dictator в
отношении Саддама Хусейна на выражение the deposed former president, a
также отказ служб новостей агентства Рейтер называть террористов
«terrorists»"? Агентство новостей Рейтер отказывается называть террористов

1
[www.slate.eom/id/208//61].
2
Там же.
78

«террористами» в силу «субъективности» самого термина. {«Reuters


famously refuses to call terrorists «terrorists» because the news service thinks it's
a subjective term»)1. В основе переименования лежат политические причины:
терроризм приобрел мировой размах, возникла необходимость смягчения
пугающих слов, выражений. Иронизируя по поводу замены традиционного
наименования former dictator в отношении Саддама Хусейна, на Интернет-
сайте задается следующий вопрос: «Почему-то ни слова не сказано о том,
можно ли Гитлера называть диктатором. Пусть будет «бывший легально
избранный лидер Третьего Рейха». {«No word yet on whether Hitler can be
called a dictator. Make that «the former legally selected leader of the Third
Reich»). Более безобидные примеры используются в обществе для смягчения
неприятных явлений действительности. В английском языке прочно
обосновался эвфемизм, обозначающий тех выпускников, которые так и не
окончили школу early school leavers, так как привычное наименование high
school dropouts вызывает негативные ассоциации.

2.3. Эвфемизмы как средство выражения культурно-поведенческой и


языковой практики - «политической корректности»

Распространение идей политической корректности оказало влияние на


лексический уровень английского языка, в частности, на формирование
новой эвфемистической лексики в рамках феномена политической
корректности. Многие исследователи связывают изучение политической
корректности с эвфемией (Ж.В. Асеева, О.Ф. Иванова, Е.В. Кипрская,
А.В. Остроух, М.Ю. Палажченко, В.В. Панин, Л.В. Цурикова и др.). Идеи
политической корректности находят свое выражение на
словообразовательном, лексическом и синтаксическом уровнях в

'.[www.slate.eom/id/208//61]. 2
[www.slate.eom/id/208//61].
79

совокупности. Например, словообразовательный уровень политической


корректности представлен лексическими единицами, в состав которых
входит морфема person как немаркированная по половой принадлежности.
Для словообразовательного уровня характерен процесс вытеснения из
употребления «сексистских» морфем типа суффикса -man или -ess. На
синтаксическом уровне идеи политической корректности находят свое
отражение в виде вытеснения традиционного употребления местоимений he
(his, him) в конструкциях с неуказанным или неизвестным полом
существительного и заменой новым способом выражения - his/her или their.
На письме все чаще встречается sfhe.
Обратимся к существующим дефинициям термина «политическая
корректность» в целях сопоставления и обобщения основных характеристик
интересующего нас явления. В словаре современного английского языка
(Dictionary of Contemporary English) термин «политически корректный»
определяется по отношению к языку, поведению и отношению к
представителям различных меньшинств: «...language, behaviour, and attitudes
that are politically correct are regarded as right and acceptable because they are
careful to avoid offending women, black people, disabled people» [DCE, 2001:
1090]. В дефиниции политической корректности, которую предлагает
Интернет-энциклопедия Wikipedia, с одной стороны, сделан акцент на
идеологию и попытку ввести ограничения на терминологию публичных
дискуссий. С другой стороны, подчеркивается необходимость уважительного
отношения к маргинальным группам, а также стремление избежать форм,
выражений или действий, которые носят исключающий характер, выделяя
индивидуумов в маргинальную группу, или оскорбляют чувства и
достоинства определенных расовых или культурных групп населения . На
Интернет-сайте «Terms of Use» предлагается следующая дефиниция
политической корректности: «... avoidance of expressions or actions that can be
perceived to exclude or marginalize or insult people who are socially

1
[www.en.wikipedia.org/wiki/Politically_correct].
80

disadvantaged or discriminated against»1. Кроме того, подчеркивается, что


замечания, пожелания как «правосторонних», так и «левосторонних»
активистов данного движения, а также «сексистских и этнических» групп
учитываются при написании школьных учебников и составлении тестовых
заданий во избежание формирования различного рода предубеждений. По
мнению Н.Г. Комлева, политическая корректность имеет дело с
«символическими образами и корректировкой языкового кода» [Комлев,
1999: 750].
Исследователи неоднократно подчеркивают, что политическая
корректность представляет собой поведенческий и языковой феномен,
который отражает стремление носителей языка преодолеть существующую в
обществе дискриминацию, создать общество всеобщего равенства
независимо от цвета кожи, пола, возраста, состояния здоровья (СВ.
Силинский, Т.Ю. Суханова, С.Г. Тер-Минасова, Л.В. Цурикова и др.). С
одной стороны, наличие ряда проблем, имеющих межкультурный,
межнациональный, межэтнический характер, а с другой - господство культа
индивидуализма в западных странах, способствовали возникновению
феномена политической корректности. С.Г. Тер-Минасова отмечает, что на
основе интереса к отдельному человеку «в сочетании с игнорированием
коллектива» в западной идеологии развилась «мощная культурно-
поведенческая и языковая тенденция, получившая название политической
корректности» [Тер-Минасова, 2004: 276-277].
Наличие разных подходов к явлению политической корректности,
трактующих последнюю как языковое движение, особую идеологическую
реалию, «культурную и языковую практику», «культурно-поведенческую и
языковую тенденцию», «языковую толерантность», свидетельствует о
многогранности и противоречивости данного явления. Отечественные
исследователи рассматривают политическую корректность, уделяя внимание

1
[www.pagedad2.googlesyndication.com].
81

разным аспектам этого сложного явления (А.Г. Стихии (1995), Ж.В.Асеева


(1999), Л.В. Цурикова (2001), Л.В. Мерзлякова (2002)).
В свете недавних исследований в этой области следует упомянуть о
следующих публикациях и направлениях исследований. А.В. Остроух
проводит анализ политической корректности с точки зрения культурологии
(1998). Ю.Л. Туманова изучает явление политической корректности как
социокультурный процесс (1999). Языковому аспекту политической
корректности уделяется внимание в монографии С.Г. Тер-Минасовой (2000).
Изучение политически корректной лексики в рамках дискурсивного анализа
представлено в исследовании Н.О. Орденовой (2003). В.В. Панин
рассматривает политическую корректность как культурно-поведенческую и
языковую категорию (2004). М.Ю. Палажченко проводит исследование
феномена политической корректности в свете культурной и языковой
традиций (2004). Отечественные лингвисты предпринимали попытки ввести
другие термины для обозначения этой языковой тенденции. Были
предложены следующие термины: «языковой такт», «коммуникативная
корректность», «культурная корректность», «этическая корректность»,
«языковая толерантность», которые не вошли в обиход, так как термин
«политическая корректность» уже давно и повсеместно употребляется.
Отсутствие единства в толковании понятия «политическая
корректность», по-видимому, связано с многоаспектностью самого явления,
затрагивающего политические, культурные, нравственные, морально-
этические вопросы. Кроме того, это связано с широким спектром
использования термина «политическая корректность» в СМИ. При наличии
всех разнообразных трактовок явления политической корректности очевиден
тот факт, что в основе политической корректности лежит стремление не
обидеть, не задеть чувства и достоинство человека, в особенности социально
ущемленных групп населения. Приоритетные задачи политической
корректности заключаются в «искоренении стереотипов, укоренившихся в
человеческом сознании» (В.В.Панин), в «стремлении научить людей
82

проявлять чуткость в общении» (М.Ю. Палажченко), в снятии «социального


напряжения» в «зонах социальной напряженности» (СИ. Болдырева и
М.В. Болдырева). Занимательным примером, на наш взгляд, является
следующий эвфемизм слова single, основанный на языковой игре и
образованный по аналогии с эвфемизмом between jobs: «When people
unemployed, they say they are between jobs. Therefore, I'm not single, I'm just
between men» {Когда люди являются безработными, то они говорят, что
они находятся между работ. Поэтому, я не одинока, я лишь нахожусь
между мужчин) .
Стремление уберечь честь и достоинство представителей разных
социальных групп от возможного проявления бестактности, в соответствии с
существующими правилами и речевыми нормами поведения, является одним
из мотивов политической корректности. С.Г. Тер-Минасова выделяет
«коммерческий интерес к человеку как потенциальному клиенту» в качестве
фактора, детерминирующего «повышенную корректность английского
языка» [Тер-Минасова, 2004: 295-296]. Целостная, хорошо отлаженная
система, в которую входят производители товаров и услуг, рекламные
компании, обрушивает на современного человека потоки рекламной
информации, призывающие приобрести великое множество различных
товаров и воспользоваться разными видами услуг, и способствует
соблюдению политически корректного обращения с возможными клиентами.
Мы опираемся на определение, предложенное С.Г. Тер-Минасовой:
«Политическая корректность языка выражается в стремлении найти новые
способы языкового выражения взамен тех, которые задевают чувства и
достоинства индивидуума, ущемляют его человеческие права привычной
языковой бестактностью и/или прямолинейностью в отношении расовой и
половой принадлежности, возраста, состояния здоровья, социального
статуса, внешнего вида и т.п.» [Тер-Минасова, 2004: 278].

1
[Cosmopolitan, 1999, №3: 19].
2
Переведено нами - Е.Г.
83

Вербальное выражение явления политической корректности связано с


употреблением социально приемлемой, корректной терминологии.
Лексический уровень политической корректности связан со словами и
выражениями, репрезентирующими в смягченной форме нежелательные,
социально неприемлемые понятия, именно такими эффективными
средствами являются эвфемизмы. Э. Патридж (Partridge А.) считает, что
«эвфемизмы - это выражения, которые призваны минимизировать
неприятное впечатление на слушателя, или возможные последствия для
говорящего, если последний хочет произвести благоприятное впечатление»
[Partridge, 1964: ПО]. Д. Болинджер (Bolinger D.) считает, что эвфемизмы
относятся к классу слов с дополнительной смысловой нагрузкой {«loaded
words»), при помощи которых «скромный будет возвышен, а ужасный
преображен» [Bolinger, 1984: 73]. С точки зрения О.Ф.Ивановой,
политическая корректность представляет собой «стратегию, а эвфемизмы
-тактика, тактические уловки, с помощью которых либо соблюдается, либо
нарушается баланс взаимодействия между отдельными лицами, группами,
сообществами» [Иванова, 2004: 55].
На наш взгляд, «лейтмотивом», т.е. отправной точкой в политической
корректности как практики в английском языке, а также в совокупности
причинно-следственных языковых новообразований являются, во-первых,
существующие и осознаваемые членами социума формы и разновидности
дискриминации, во-вторых, стремление к преодолению дискриминации,
обусловленное культурно-поведенческими традициями, высоким уровнем
социальной культуры, менталитетом западного общества, в-третьих,
коммерческий интерес, связанный с манипулятивной деятельностью
рекламной коммуникации. Результатом распространения идей политической
корректности в английском языке явились новообразования, связанные с
вытеснением старых и поиском новых форм выражения «корректировки
языкового кода» (термин Н.Г. Комлева). Лексический уровень политической
корректности представлен эвфемизмами, направленными на исключение
84

возможных вербальных манифестаций различных видов дискриминации


(расовой, этнической, возрастной, по состоянию здоровья, внешнему виду, по
социальному статусу и т. п.). Во всемирной Интернет-сети существует
множество сайтов с рекомендациями, инструкциями, о том, какие выражения
следует употреблять, какие лексические единицы являются социально
приемлемыми. Списки неприемлемых, нежелательных в политически
корректном обществе слов и выражений предлагаются на таких сайтах, как
«Terms of Use», «Learn to be Politically Correct with Words», «Tongue Tied»1.

2.3.1. Принцип межрасовой и межэтнической толерантности как способ


избежать вербальной агрессии, обусловленной дискриминацией на
основе расовой и этнической принадлежности

Изменения в социуме, обусловленные тенденцией к политической


корректности, связанные с преодолением дискриминации на основе расовой
и этнической принадлежности, послужили толчком к формированию новой
политически корректной терминологии, исключающей слова и выражения,
которые могут задеть чувства и достоинство представителей других
национальностей, рас. Например, политически корректные субституты Inuit,
Alaska Natives заменяют лексическую единицу «Eskimo». Слово natives
рекомендуется заменять словосочетаниями native people, early inhabitants,
aboriginal peoples. Употребление слова aborigines не соответствует принципу
социальной приемлемости, отчасти из-за негативных ассоциаций,
приобретенных лексической единицей, в связи с представлениями о
неразвитости, отсталости первобытных народов. На смену лексической
единице «aborigines» в начале 90-х пришло в обиход наименование
indigenous people1, вначале употреблявшееся по отношению к американским
индейцам {American Indians).

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
85

Приведем ряд любопытных примеров. В некоторых школах США было


рекомендовано исключить из употребления слово blackboard, вместо него
вошло в обиход слово chalkboard. По-видимому, основанием для этого
явилась негативная коннотация лексической единицы «black», приобретенная
словом в связи с активно протекающим процессом борьбы против расовой
дискриминации в западном обществе. Забавной оказалась дискуссия о том,
не следует ли теперь переименовать доску для написания маркерами
whiteboard в markers board. Следующий пример наглядно иллюстрирует,
насколько сильно влияние идеи борьбы против расовой дискриминации в
западном обществе. Оказывается, что проявление расовой дискриминации
можно усмотреть даже там, где дискриминации вовсе нет с точки зрения
неискушенного человека. В офисе стояли две корзины для использованной
бумаги с надписями: «White paper only» и «Coloredpaper only». Чуть позже
вторая надпись была содрана и заменена надписью: «Paper of color» . По
всей видимости, слово colored со временем приобрело негативную
коннотацию, так как входило в состав эвфемизма colored people, заменявшего
лексические единицы «Negro», «blackpeople».
Следующий пример является наглядной иллюстрацией изменений в
языке, происходящих в свете идей политической корректности со словами и
словосочетаниями, содержащими лексическую единицу «black». В журнале
«International Socialism Journal» были представлены следующие факты.
«Увлечение политической корректностью приводит к тщетным попыткам
очистить английский язык от всех случаев негативного использования слова
«black», даже в таких выражениях, как «black day» (черный день), «black
spot» (черное место), «blackmail» (шантаж), «blacking» (гуталин, вакса)» на
том основании, что они являются «расистскими» («... such things as the futile
attempt to purge English of all negative uses of the word black as in "black day ",
"blackspot", "blackmail", "blacking"»)4.

1
[www.jargondatabase.com/jargon.aspx?id=l 138].
2
[www.uta.fi/FAST/US 1/REF/pcjargon/html].
3
Part of the road where accidents often happen [DCE, 2001:121].
4
[www.molyneuxPCcontroversyhtml].
86

Таким образом, отождествление и восприятие негативных коннотаций


слова black, со способом выражения вербальной агрессии на основе расовой
и этнической принадлежности могут привести, с одной стороны, к
абсурдным изменениям в псевдорасистских словах и выражениях в связи с
их ложной интерпретацией, а, с другой, - способствуют словотворчеству в
свете отражения идей политической корректности как культурно-
поведенческой и языковой тенденции и практики в западном обществе.
К. Барридж (Burridge К.) отмечает наличие в каждой группе языков
уничижительных выражений, в состав которых входят названия различных
национальностей, с которыми сталкивались носители того или иного языка, и
называет это явление «лингвистической ксенофобией» [Burridge, 2004: 210].
Исследователь указывает на использование в английском языке выражений, в
состав которых входят слова French, Dutch. В английском языке большое
количество реалий, имеющих отношение к сексу, обозначается при помощи
выражений, содержащих лексическую единицу «French». Например, French
postcards "pornographic pictures", French disease/French pox "venereal
disease" [там же, 210].
Как показывают результаты исследования, в соответствии с
негласными требованиями политически корректного употребления слов
необходимо, во-первых, избегать использования лексических единиц,
подчеркивающих различия, которые не обусловлены самим контекстом.
Например, словосочетание Christian пате приемлемей заменить
выражениями given пате или personal пате1. Интернет-сайты пестрят
рекомендациями по политически корректному общению, в частности,
выражения типа lawyers and their wives рекомендуется заменить выражением
lawyers and their spouses. Другими словами, в случаях, когда уточнения не
являются контекстуально и ситуативно обусловленными, их следует

1
[www. en.wikipedia.org/wiki/Politically_correct].
87

исключать, так как они могут быть восприняты как оскорбительные,


задевающие честь и достоинство человека.
Обобщение всего вышеизложенного позволяет нам выделить первый
принцип политической корректности как культурно-поведенческой и
языковой практики в английском языке. Соблюдение принципа межрасовой
и межэтнической толерантности лежит в основе тех изменений в языке,
которые произошли и происходят со словами, словосочетаниями,
воспринимаемыми в социуме как дискриминирующие индивидуума на
основе расовой или этнической принадлежности, а в этой связи и
обусловливает появление разнообразных политически корректных
эвфемизмов для их замены. Соблюдение «принципа межрасовой и
межэтнической толерантности» является способом избегнуть вербальной
агрессии, связанной с различными формами проявления дискриминации по
расовому или этническому признаку. Переосмысление лексических единиц,
указывающих на расовую или этническую принадлежность, при изначальном
отсутствии отрицательных коннотаций и ассоциаций, но в силу морально-
этических норм, а также условностей социального плана привело вначале,
во-первых, к интерпретации последних как слишком грубых, задевающих
честь и достоинство представителей различных рас и этносов, а во-
вторых, к необходимости замены приобретших стигму наименований,
политически корректными эвфемистическими субститутами. Таким
образом, в свете культурно-поведенческой и языковой практики как
неотъемлемой части западной национальной культуры англоязычных
стран можно выделить I группу эвфемистических субститутов,
представляющих собой политически корректные наименования,
обозначающие представителей различных рас и этносов.
88

2.3.2. Принцип безотносительности наименования профессии к половой


принадлежности как способ избегнуть дискриминации по половому
признаку

Широко известны примеры политически корректных наименований


профессий в английском языке, в которых отсутствует указание на половую
принадлежность, например, chairman заменяется chairperson, или chair,
committee chair, или flight attendant вместо steward и stewardess . П. Траджилл
(Trudgill Р.) подчеркивает масштаб происходящих изменений в языке,
связанных со сменой наименований по «сексистскому» признаку, приводя
следующий факт. «The United States Department of Labor in 1977 revised about
3, 000 of its approximately 30, 000 titles for occupations» [Trudgill, 1995: 94].
Исследователь отмечает, что на смену таким названиям профессий, как bus
boy, foreman, boom man, bobbin man пришли другие названия, нейтральные по
половой принадлежности: dining room attendant, supervisor, salesperson, log-
sorter, bobbin winder tender [там же, 94].
Например, согласно результатам исследования лексическая единица
«waitron», не являясь «тендерно специфическим термином», употребляется
вместо «сексистских» слов waiter, waitress или food server1. А слово
clergyman заменяет выражение member of the clergy . Вместо слов bellman или
bellboy более корректным считается использование лексической единицы
«bellhop». На смену лексической единицы «congressman» пришли
политически корректные субституты representative/member of Congress или
legislator. Словосочетание insurance man заменяет корректный субститут
insurance agent. Употребление лексических единиц «mail/letter carrier»
является более предпочтительным, чем mailman или postman. Лексическая
единица «weatherman» имеет предпочтительные эквиваленты: weather
reporter и weather caster. Обозначим процесс вытеснения из употребления
«сексистских» морфем типа суффикса -man или -ess следующим образом.

1
[www. jargondatabase.com/jargon.aspx?id=733].
2
Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
89

Согласно принципу безотносительности наименования профессии к


половой принадлежности, а также в соответствии с требованиями
политически корректной избирательности происходит процесс вытеснения
«сексистских» морфем типа суффикса -man или -ess, а также лексических
единиц, в состав которых они входят. Таким образом, нами выделен второй
принцип политической корректности как культурно-поведенческой и
языковой практики, определяющей изменения, которые произошли и
происходят в языке на данном этапе развития англоязычного общества. Под
«принципом безотносительности наименования профессии к половой
принадлежности» мы понимаем следующее: использование способов
языкового выражения для наименований профессий, не указывающих на
половую принадлежность, во избежание дискриминации по половому
признаку, т.е. формирование нового пласта лексики, не имеющего
маркировки по тендерному признаку. «Соответствие требованиям
политически корректной избирательности» заключается, на наш взгляд, в
необходимости избирательного отношения к словоупотреблению и
словотворчеству при образовании новых политически корректных
субститутов, имеющих соответствующую тематическую принадлежность.
Таким образом, сформулирован третий принцип политической
корректности как культурно-поведенческой и языковой практики в
английском языке, на основе которого происходит формирование
новообразований, связанных с наименованием профессиональной
деятельности индивидуума.

2.3.3. Политически корректная лексика как способ избегнуть


дискриминации по социально-статусным различиям

Проведенное исследование материалов Интернет-сайтов позволяет


выделить II группу политически корректных эвфемизмов, направленных на
90

исключение дискриминации на основе социально-статусной


принадлежности. Данная группа сформирована эвфемизмами,
представляющими собой наименования различных видов профессиональной
деятельности. Проблема эвфемистического переименования названий
профессий подробно рассмотрена в соответствующем параграфе главы I
настоящего диссертационного исследования. Например, название профессии
cowboy заменяет выражение bovine control officer (офицер-контролер скота).
Лексическую единицу «janitor» заменяет более «усложненный» политически
корректный субститут environmental hygienist (гигиенист окружающей
среды). Название профессии garbage collector предполагает малоинтересное,
малопривлекательное, профессиональное занятие. В то же время
преобразованная, «обновленная» при помощи наукообразного аффикса -ist,
лексическая единица «garbage» превращает слово в garbologist.
Переименование названия профессии garbologist свидетельствует о
повышении наименования в «ранге», что соответствует современным
тенденциям в лингвистике, отражающим стремление человека к
продвижению по «социальной лестнице» в современном западном обществе,
и ставит профессию в один ряд с такими названиями профессий, как
agrobiologist и aerologist. На смену слову garbologist пришел новый
эвфемизм sanitation engineer. Привычное название «gas station attendant»
сменил более звучный политически корректный субститут petroleum transfer
technician (техник-бензозаправщик) или petroleum engineer (инженер-
бензозаправщик) '.
К II группе политически корректных эвфемизмов, на наш взгляд,
необходимо отнести эвфемизмы, употребляющиеся вместо слов и
выражений, которые могут быть восприняты как «клеймящие» человека,
подчеркивающие малопрестижную социально-статусную принадлежность.
Например, вместо слова homeless предпочтительней использовать

1
Более подробное описание данной группы эвфемизмов представлено в соответствующем параграфе главы I
настоящего диссертационного исследования.
91

следующие политически корректные субституты: outdoor urban dwellers


(городские жители, живущие на свежем воздухе) или residentially flexible
(«гибкие» люди в плане места жительства). Вместо лексической единицы
«homelessness» употребляется выражение mortgage-free living (жизнь,
свободная от залогов/ипотек), употребление слова loser создает негативное
оценочное суждение, куда приятней слышать о себе следующее: «uniquely
fortuned individual on an alternative career path» (человек с уникальным
везением и альтернативным путем в карьере). Вместо лексической единицы
«stoned»1 во избежание неприятных ассоциаций в политически корректном
обществе приемлемо использовать эвфемизм chemically inconvenienced
(испытывающий неудобства в связи с химическими веществами). Эвфемизм
chemically challenged (преодолевающий трудности, связанные с химическими
веществами) в мягкой форме обозначает социально порицаемое явление в
обществе, так как слово drug addict несет в себе ноту «приговора», клеймит
человека. Эвфемизм chemically challenged обладает достаточным
потенциалом превратить наркомана в больного человека, способного
вызывать сочувствие в обществе.
Слово bum2 обозначает людей, не имеющих ни дома, ни работы,
занимающихся попрошайничеством. Вместо слова bum зачастую
употребляется более уклончивое по своему смыслу выражение displaced
homeowner (смещенный домовладелец) или словосочетание, имеющее некий
подтекст «оправдания» involuntary domiciled (вынужденно помещенный на
постоянное местожительство). Вместо такой лексической единицы «vagrant»,
которая «ставит клеймо» на человеке, предпочтительней употребить более
мягкое выражение nonspecifically destinationed individual (человек, с четко не
обозначенным/не выраженным пунктом назначения). Газета «Chicago
Tribune» информирует о том, как некий активист по проблемам жилья давал
следующие инструкции бездомным: «Вы не бездомные у вас, просто нет
жилья, ведь ваш дом везде». {«You are houseless but not homeless because home
1
Feeling very excited or extremely relaxed because you have taken an illegal drug [DCE, 2001:1421].
2
Someone, especially a man, who has no home or no job, and asks people for money [DCE, 2001: 166],
92

is whenever you are» . Обыгрывается значение слова house - a building that you
live in (здание, в котором ты живешь) и слова home в одном из значений - the
place; where you came from or where you usually live (место, откуда ты родом
или где ты обычно живешь) [DCE, 2001: 694], [DCE, 2001: 684]. Или же,
вместо лексической единицы «unemployed» в политически корректном
общении из соображений морально-этического плана предпочтительней
употреблять выражение involuntary leisured (находящийся на отдыхе не по
собственной воле). Следует отметить эффект такого «терапевтического»
воздействия политически корректных эвфемизмов: с одной стороны,
отсутствует негативное оценочное суждение по социально-статусному
признаку, «клеймящее» человека, а с другой - сглаживаются проблемы и
противоречия социального неравенства.
Д. Болинджер (BolingerD.) подчеркивает, что наличие такой
социальной проблемы, как безработица, дало толчок к изменению формы
номинации, что, в свою очередь, привело к «овеществлению» проблемы.
«The word unemployment was not in common use until around 1895 - the social
problem gave rise to the name, and the name reified the problem. Reifying the
problem called for reifying the solution: jobs. Job is a fairly new word for
"regular employment". One can speak of the job as a social value without
examining what lies back of it» [Bolinger, 1984: 62].
К II группе следует отнести политически корректные эвфемизмы,
образованные в соответствии с «принципом безотносительности
наименования профессии к половой принадлежности», не указывающие на
тендерную принадлежность. На процесс формирования политически
корректных эвфемистических средств оказывают влияние различные
факторы, в том числе стремление избежать коммуникативных конфликтов,
смягчить остроту социальных и политических противоречий, а также
усиление роли статусных порядков, определяющихся стилем жизни,
принадлежностью к социально-статусной группе.

[www.Phlip.greenspun.com/twelvedays]
93

2.3.4. Политически корректная лексика как способ избежать


дискриминации по внешнему виду, по физическим возможностям и
возрастной принадлежности

«Стандарты» красоты, навязываемые рекламой, «знатоками»,


пропагандой привели к тому, что люди, не вписывающиеся во всякого рода
«эталоны и образчики», чувствуют себя беззащитными и беспомощными,
сталкиваясь с языковой бестактностью. Вид политически некорректного
поведения получил название lookism (от look - смотреть, проверять)
-favouring the attractive over less attractive (предпочтение более
привлекательного менее привлекательному). Существуют специальные
термины, которые обозначают разные виды lookism (лукизма). Например,
термин fattism (fatism) обозначает дискриминацию толстых людей (fat
-толстый) как всякое действие, имеющее целью оскорбить, унизить очень
полных людей. Дискриминация, связанная с весовой категорией человека,
называется weightism, а дискриминация по параметрам роста обозначена
словом heightism.
Термином «ageism» обозначают дискриминацию на основе возрастных
признаков, «ableism» - дискриминацию, связанную с разными физическими
возможностями человека. Проведенное исследование материалов Интернет-
сайтов позволяет выделить III группу эвфемизмов, объединенную
«антропоцентрическими» параметрами, состоящую из четырех подгрупп.
Эвфемизмы четырех подгрупп, входящие в состав III группы
рассматриваются нами в свете отражения идей политической корректности
по отношению к lookism. 4 подгруппа эвфемизмов, хотя и включена в общую,
III группу, будучи дифференцированной на основе «антропоцентрического»
признака, но не имеет отношения к lookism (лукизму). К 1 подгруппе
эвфемизмов III группы мы относим целый ряд дескриптивных эвфемизмов,
относящихся к сфере описания внешности и личностных качеств человека.

1
[www.Phlip.greenspun.com/twelve days].
94

Помимо «хрестоматийных» примеров типа short - vertically challenged


(преодолевающий трудности из-за вертикальных пропорций) и fat'
-horizontally challenged (преодолевающий трудности из-за горизонтальных
пропорций), хочется добавить еще один политически корректный эквивалент
лексической единицы «short» - anatomically compact (компактный с
анатомической точки зрения). Кроме того, нами обнаружены следующие
эвфемизмы, заменяющие слово fat - differently weighted (другой весовой
категории), horizontally gifted (горизонтально одаренный в
пропорциональном отношении), gravitationally challenged (преодолевающий
трудности гравитационного плана). А также ряд эвфемизмов, при помощи
которых, исключаются попытки проявления возможных форм
дискриминации по внешнему виду или личностным характеристикам
человека.
Например, big-nosed (большеносый) - nasally inconvenienced
(испытывающий неудобства в связи со специфическим строением носа);
nasally disadvantaged (лишенный преимуществ с точки зрения размеров
носа); nasally gifted (одаренный природой в плане формы носа); clumsy
(неуклюжий) - uniquely coordinated (с уникальной координацией); chronically
late (хронически опаздывающий) - temporarily challenged (преодолевающий
трудности, связанные с временем); dishonest (нечестный) - ethically
disoriented (дезориентированный в плане этики); ignorant (невежественный)
-factually unencumbered (не обремененный фактически существующими
данными); knowledge-base nonpossessor (не обладающий базовыми
знаниями); illiterate (неграмотный) - alternatively schooled (обученный
альтернативно); verbally deficient (несовершенный вербально); specially skilled
(обладающий особыми навыками); uniquely proficient (уникальный в
профессиональном плане); lazy (ленивый) - motivationally
deficient/dispossessed (лишенный мотивации); energetically declined

1
Синонимический ряд эвфемизмов слова «fat» рассмотрен нами далее в главе II.
95

(испытывающий энергетический спад); energetically-challenged


(преодолевающий трудности, связанные с энергообменом); single (одинокий)
- romantically challenged (преодолевающий трудности в романтических
отношениях; stinky (вонючий) - uniquely fragrant (обладающий уникальным
запахом); stupid (глупый) - intellectually impaired (ослабленный с точки
зрения интеллекта); differently-brained (с другим складом ума); too tall
(слишком высокий) - vertically inconvenienced (испытывающий неудобство в
вертикальном пространстве); vertically enhanced («усиленный» в
вертикальном пространстве); too old/young (слишком старый/молодой) - other
aged (относящийся к другой возрастной категории); ugly (уродливый)
-cosmetically different (косметически другой); aesthetically different
(эстетически другой); facially challenged (преодолевающий трудности из-за
внешнего вида); wrong (ошибочный, ложный) - differently logical (имеющий
другую логику). Безусловно, некоторые «несоответствия» внешности
человека общепринятым стандартам и стереотипам, а также наличие весьма
«нелестных» личностных качеств могут послужить источником различного
рода насмешек и обид. Существующие политически корректные термины
основаны на «принципе социальной приемлемости», который является
четвертым, по счету принципом политической корректности как культурно-
поведенческой и языковой практики.
Под принципом социальной приемлемости мы понимаем основное,
исходное положение, регламентирующее употребление корректных
лексических единиц вместо слов и выражений, указывающих на расовую,
половую, социально-статусную, возрастную принадлежности, а также на
состояние здоровья, внешней вид или же любую другую характеристику,
которая может быть интерпретирована как дискриминирующая. В ряде
случаев читающий или слушающий не может не воспринимать иронию,
которой пронизаны политически корректные термины: dead (мертвый)
-living impaired (живущий в испорченном состоянии); metabolically different
(метаболически другой); biologically challenged (преодолевающий трудности
96

биологического плана); environmentally correct man («правильный» с точки


зрения окружающей среды); serial killer (серийный убийца) - person with
difficult-to-meet needs (человек требованиям которого трудно угодить);
shoplifter (магазинный вор) - cost-of-living adjustment specialist (специалист по
регулированию прожиточного минимума).
Было бы неправомерным утверждать, что подобные примеры
словотворчества приживаются в английском языке, напротив, многие из них
вызывают раздражение, а также работают на руку противникам
политической корректности. Утрата чувства меры в создании подобного рода
политически корректной лексики может свести на нет самые положительные
стремления и намерения. Чрезмерное усердие в создании политически
корректной терминологии приводит к созданию политически корректной
лексики для наименований, не являющихся запретными, нежелательными.
Изобилие иллюстративного материала, связанного с политически корректной
лексикой, относящейся к возрастным характеристикам человека, позволяет
посвятить этой лексике отдельный параграф.

2.3.4.1. Политически корректные эвфемизмы, исключающие


дискриминацию по возрастным различиям

В лингвистической литературе, посвященной политической


корректности, широко известны эвфемизмы, которые употребляются вместо
слов и выражений, указывающих на возрастные характеристики человека.
Например, употребление слов и выражений, таких как old people, elderly,
aged, geriatric, retired person, old timer не соответствует принципу
политически корректной избирательности, так как выражения
воспринимаются как обидные, оскорбительные. Эвфемизмы senior citizens',
seniors, golden agers считаются более приемлемыми. Лексическая единица

1
Здесь и далее см. список электронных источников [V. Euphemisms for "Old"].
97

«geriatric» появилась примерно в 1910 году, на смену ей пришел эвфемизм


senior citizens. Лексическая единица «senior» в качестве компонента
эвфемистического субститута несет «двойную» смысловую нагрузку не
только в значении «older», но и «выше по рангу». Примерно в 60-х годах XX
века появляется эвфемизм elderly. Тем не менее употребление эвфемизма
senior широко распространено, например, special senior cards, discounts,
monthly newspaper "Seniors' Week" .
Эвфемизмы, выявленные в ходе исследования материалов различных
сайтов Интернета, объединены во 2 подгруппу эвфемизмов, которые входят в
III группу политически корректных эвфемизмов. Данная подгруппа
образована эвфемизмами, замещающими социально неприемлемые слова и
выражения, которые могут быть восприняты как дискриминирующие,
указывающие на возрастную принадлежность человека. Например,
эвфемизмы типа advanced in age person, advanced adult, gerontologically
advanced, people of the "third age", third ager успешно выполняют функцию
смягчения в повседневном общении. Эвфемистические выражения seasoned
American («выдержанный» американец), experientially enhanced person
(усиленный опытом), chronologically gifted (одаренный в возрастном плане),
mature American (зрелый американец) или выражения "jolly 70-but-could-
passfor-50-oldpeople" (веселые 70-летние люди, которых можно принять за
50-летних), Golden Years (представители «золотых» лет), September people
(люди сентября), Autumn years (представители «осеннего» возраста) прочно
вошли в повседневный обиход и используются в СМИ.
Со структурной точки зрения эвфемизмы представляют собой
многокомпонентные образования, в состав которых входят лексические
единицы с ярко выраженной положительной семантикой, например,
advanced, gifted, своеобразие языкового употребления которых в политически
корректном общении сопряжено с актуализацией «положительного» смысла.
Например, компонент advanced переводится как «прогрессивный, знающий»,

1
[www.en.wikiepedia.org/wiki/Senior_citizen], [www.wikiinfo.org/wiki.php?title=01d_age].
98

а компонент gifted вызывает целый ассоциативный ряд: «особенный,


отличающийся от других, выдающийся в силу каких-то особых качеств».
Благодаря положительной семантике слова gifted создается эффект
трансформации «недостатка» в достоинство, «минус» превращается в
«плюс».
Особый и значимый разряд лексики в современном англоязычном
обществе составляют, по нашему мнению, эвфемизмы, служащие заменами
понятия «дом престарелых». Синонимический ряд эвфемизмов, смягчающих
понятие «oldpeoples' homes», представляет собой следующий темпоральный
континуум: old peoples' homes, old folk's home, old age homes, homes for the
aged, rest homes, senior citizens' homes, retirement homes, nursing homes, group
homes, residential care, special care homes, nursing facilities, long-term facilities,
long-term care facilities, male (female) nursing facilities .
К. Барридж (Burridge К.) приводит следующие эвфемистические
наименования больниц и домов для престарелых, например, больница для
пожилых людей называется «Sunset». Дома престарелых именуют очень
поэтично, например, «Twighlight Ноте», «Sundowners», «Eventide Ноте». По
мнению исследователя, в данном случае происходит сочетание
табуированной темы с приятным понятием. «The taboo topic is paired up with
pleasurable notion» [Burridge, 2004: 223].
Сопоставительный анализ фактического материала показал
преобладающее количество лексемы «homes» в составе эвфемистических
субститутов при переименовании понятия «old peoples' homes» в СМИ
Великобритании. В США, в средствах массовой информации, наряду с
вышеупомянутыми эвфемизмами употребляются следующие выражения:
elder care centers, community care facilities for the elderly, old soldiers' homes,
group homes for elderly. Особую группу политически корректной лексики
составляют лексические единицы, относящиеся к области медицины,

1
[www.nursinghomes.co.uk].
99

термины, заменяющие слова и выражения, которые могут быть восприняты


как оскорбляющие честь и достоинство социально ущемленных,
незащищенных групп социума (к ним относятся люди, страдающие
тяжелыми хроническими заболеваниями, инвалиды).

2.3.4.2. Политически корректные эвфемизмы, исключающие


дискриминацию по физическим возможностям

На основе результатов исследования выделена 3 подгруппа III группы


политически корректных наименований, в которую входят эвфемизмы,
исключающие дискриминацию на основе физических возможностей
индивидуума ableism. Согласно перечню основных правил этики общения с
инвалидами «Basic Etiquette: People with Disabilities» 1 рекомендуется
избегать употребления следующих лексических единиц: «cripple», «victim»,
«defect», «invalid», «sicb>, «diseased», «wheelchair bound». Выражения типа
people with hearing (sight) problems следует заменить эвфемизмами
temporarily aurally disabled (имеющий временные проблемы со слухом),
hearing impaired (с ослабленным слухом), temporarily visually disabled
(имеющий временные проблемы со зрением).
Такие эвфемизмы, как deaf and speech-impaired; hearing and speech-
impaired, заменили обидное, оскорбительное выражение deaf and dumb, или
вместо словосочетания deaf and mute употребляется выражение person having
a speech impediment (человек с задержкой речи). Вместо лексической
единицы «deaf» употребляется эвфемизм visually oriented (ориентирующийся
при помощи зрения). С эвфемизмом disabled произошли изменения,
типичные для всех эвфемизмов. В результате высокочастотного
употребления эвфемизма произошло «стирание» его эвфемистической

Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
100

функции, его заменил другой эвфемизм - abled. Эвфемизм disabled приобрел


негативные коннотации за счет приобретения негативных ассоциаций,
связанных с существованием определенных «норм», стандартов,
используемых для оценки способностей индивидуума в обществе.
Лексическая единица «disabled» актуализирует значение «оценка уровня
способностей», в двух ипостасях - либо неспособность, либо низкая
способность к какому-то виду деятельности.
В ходе настоящего исследования были выявлены следующие
соответствия: например, лексической единице «mute» соответствует
эвфемизм vocally challenged (преодолевающий трудности
голосового/вокального плана) или verbally challenged (преодолевающий
вербальные трудности). Лексическую единицу «blind» сначала заменило
выражение visually disabled, затем - sight impaired и visually challenged.
Следует констатировать, что лексическая единица «challenge» очень часто
входит в состав эвфемистических субститутов. Например, visually challenged
person (blind man), physically challenged person (invalid), mentally challenged
person (mentally-ill person). Следует подчеркнуть продуктивность
лингвистической модели построения эвфемистического субститута «adverb +
challenged». Положительная оценочная номинация, присущая лексической
единице «challenge», осуществляет «возвышение» наименования, придает
положительную направленность наименованию.
Некорректно и недопустимо использовать выражение «а СР.» {cerebral
palsy - церебральный паралич), вместо него рекомендуется использовать
выражение «person who has a spinal cord injury». Эвфемистическое
выражение person with Down's Syndrome заменяет неприемлемое слово
Mongol/mongoloid, которое приобрело негативную, обидную коннотацию.
Детей с задержкой умственного развития, плохо поддающихся обучению
эвфемистично именовали children with leaning disability. Этот пример можно
назвать «хрестоматийным» в силу частоты его упоминания в исследованиях
по эвфемии и политической корректности.
101

Эвфемизм children with self-paced cognitive ability (дети со своей


собственной, специфичной когнитивной способностью/способностью к
обучению), на наш взгляд, соответствует принципу политически корректной
приемлемости и отвечает требованиям политически корректной
избирательности. Наличие в составе эвфемизма компонента cognitive ability
способствует трансформации значения всего наименования, не лишает
индивидуума, а «наделяет» его способностями к когнитивной деятельности,
при этом акцентируется внимание на специфичности, «уникальности»
процесса познания. А уникальность, исключительность, как известно,
воспринимаются как позитивные характеристики. Таким образом,
включается «механизм» положительного ассоциативного ряда.
Темпоральный континуум компонентов многосоставных эвфемизмов,
служащих политически корректной заменой слова crippled и исключающих
проявление вербальной агрессии, дискриминацию на основе физических
возможностей человека, представляет собой следующий синонимический
ряд: crippled - handicapped - disabled - differently-abled - delayed/impaired
-challenged. Интернет-сайт «Grammar and Style Guide Political Correctness» 1
предлагает следующие политически корректные инструкции, о которых
необходимо помнить при общении с инвалидами. Надпись «The event is
handicapped accessible/wheelchair accessible», которая информирует о том,
что место, где будет проходить какое-либо мероприятие, оборудованное для
передвижения людей в инвалидных креслах, является политически
некорректной. Социально приемлемая надпись должна иметь примерно
следующее звучание: «The event is accessible to people with
disabilities/physically challenged people» (мероприятие доступно для людей с
иными физическими возможностями). В рекомендациях говорится о том, что,
общаясь с инвалидами, необходимо всегда «сохранять людей в «картине»
политически корректного общения» («to keep people in the picture» ). Точно

1
[www.rit.edu/~962www/political_correctness.html].
2
[www.rit.edu/~962www/political_correctness.html].
102

также обстоит дело и в случае с надписью: «wheelchair accessible» - «wheel


chairs don't attend events, people do» (инвалидные кресла не посещают
мероприятия, это делают люди). Специфика формирования эвфемизмов,
смягчающих упоминание о физических и умственных
возможностях/недостатках, заключатся в том, что в основе процесса
формирования и подбора новых эвфемистических субститутов лежит
принцип вежливости, стремление уберечь социально ущемленные группы
людей от возможных обид, оскорблений и проявлений вербальной агрессии.

2.3.4.5. Политически корректные эвфемизмы, исключающие


дискриминацию на основе мнимого превосходства человека над
остальными биологическими видами

Лингвисты выделяют еще одну разновидность дискриминации,


связанную с проблемой равноправия человека и окружающего его мира,
которая обозначается термином «speciesism». Дискриминация данного типа
обозначает весьма распространенное мнение о мнимом превосходстве
человека над животным и растительным миром, а также жестокое обращение
с животными. По мнению Фримана Виклунда (Freeman Wicklund),
американского активиста и борца за права животных, первым ввел термин
«speciesism» британский защитник прав животных Ричард Райдер. Термин
«speciesism» обозначает предрассудки или отношение, которые можно
охарактеризовать, с одной стороны, как необъективные, отражающие
интересы представителей своего собственного вида, а с другой - как
предвзятые по отношению к другим видам («speciesism» is a prejudice or
attitude of bias in favor of the interest of members of one's own species and
against those of members of other species»).

1
[www.//articles.animalconcerns.org/ar_voices/archive/ar_ukhtml].
103

Многочисленные коалиции, организации, движения за права животных


борются с проявлением различных форм и видов дискриминации. В
требования активистов данных организаций входят требования отказа от
употребления в пишу мясомолочных продуктов, ношение одежды из кожи,
меха, шелка. Игнорирование всевозможных развлекательных представлений
с участием животных, например, цирка, зоопарков, дельфинариев является
одной из форм борьбы против дискриминации животного мира. Жестокое
обращение с животными подразумевает и отказ от проведения лабораторных
опытов над животными. На наш взгляд, именно этот вид дискриминации
speciesism является очень специфичным и одновременно типичным для
западных стран. Неудивительно, что все происходящее в жизни западного
общества находит свое выражение в языке англоязычных стран. Например,
Фриман Виклунд (Freeman Wicklund), вероятно, по аналогии со словом
human being использует слова nonhumans, nonhuman animals' для
обозначения животных, тем самым, уравнивая человека и животное. Почти
«хрестоматийным» стал пример, который приводят многие исследователи:
вместо слова pet употребляется выражение animal companion. Например,
«Animal activists typically prefer the term "companion animal" over "pet" as it
better describes the relationship between a human and a domestic animal, and
fully encompasses the role that such animals play in people's lives. Likewise, the
term "animal guardian" is preferred over "owner" based on the property
connotations associated with the term "owner"»).
Исследование выявило ряд политически корректных эвфемизмов с
тематической принадлежностью «speciesism», которые используются
различными компаниями и производителями на Интернет-сайтах,
рекламирующих свою продукцию. Многие производители проверяют свою
продукцию на животных, и дабы не вызвать гнев сторонников борьбы за
права животных, они нередко используют политически корректные термины.

1
[www.//articJes.animaIconcems.org/ar_voices/archive/ar_ukhtml].
2
[www.animallaw.info/articles/aras25uhawaii/rev481.htm].
104

В качестве примера рассмотрим рекламные сообщения компаний Jams и


P&G. В рекламных сообщениях данных компаний животных для
лабораторных опытов именуют не иначе, как four-footed research associates
(четвероногие «младшие научные» сотрудники), on-staff pets (домашние
животные на службе/в штате). «We then feed diets to our four-footed research
associates to ensure the nutrition and taste of the food meets or exceeds our
expectations - and the expectations of our on-staff pets» . «И затем мы
осуществляем кормление наших четвероногих «младших научных»
сотрудников на основе диет, чтобы убедиться в том, что наша еда
отвечает нашим ожиданиям или превосходит их, а также ожидания наших
домашних животных на службе». Следующий красноречивый пример:
«Kersee, a 9-year old golden retriever with honorary title of 'vice president of
canine communication', her duties include sampling Eukanuba and Jams products
and giving firm paw shakes to Jams employees and guests. Niles and Clawdia,
both American shorthair cats, retired Jams taste-testers, also maintain offices in
the company's Dayton offices» .
Многие изменения в социальной жизни общества, происходящие под
влиянием идей политической корректности, вызывают изменения в
лексической системе языка. Например, обычное слово kennel (псарня)
переименовано в animal-testing facility, которое имеет соответствующие
подразделения, такие как sanctuary (приют) и retirement facility (приют после
отставки). Политическая корректность, обусловленная коммерческим
интересом, находит свое отражение в области speciesism. Например, в
рекламе, рассчитанной на покупателей еды для домашних животных,
последние именуются как four-legged consumers (четвероногие покупатели),
furry family members3 («пушистые» члены семьи), идет расчет на привлечение

1
[www.peta.org/feat/jams/htm], здесь и далее переведено нами - Е.Г.
2
[www.animallaw.info/articles/arus25uhawaii/rev481 .htm].
3
[www.animallaw.info/articles/arus25uhawaii/rev481 .htm].
105

внимания покупателей путем повышения «статуса» домашних животных в


семье.
В многочисленных журналах, посвященных рыбной ловле, охоте,
упрочилось использование слова harvest вместо лексической единицы «kill»,
например, «hunters "harvested" a record number of deer»1 (охотники «собрали
рекордный урожай» оленей). По всей видимости, ассоциативно нейтральная
лексическая единица «harvest», не связанная со значением слова kill,
воспринимается в данном контексте как мягкая замена стигматичной
лексической единицы, меняя практически полностью восприятие смысло-
содержательной части фразы. Таким образом, социально приемлемая,
эвфемистичная лексика с тематической принадлежностью speciesism
соответствует принципам политической корректности, выделенным в
настоящем диссертационном исследовании.
Вышеизложенные доводы послужили основанием для выделения 4
подгруппы III группы эвфемистических субститутов на основе
«антропоцентрического» признака. Эвфемизмы подгруппы 4 представляют
собой социально приемлемую, эвфемистическую лексику, направленную на
исключение возможных манифестаций различных видов дискриминации,
основанной на мнимом превосходстве человека над всеми остальными
биологическими видами. Нежелательность наименования данной
тематической группы обусловлена, в первую очередь, соображениями
морально-этического плана относительно владельцев и любителей домашних
животных, во-вторых, коммерческим мотивом как средством привлечения
потенциальных клиентов-владельцев домашних животных. Анализ
практического материала электронных СМИ выявил, что политически
корректная лексика с тематической принадлежностью speciesism настолько
прочно вошла в жизнь англоязычных стран, что вызывает соответствующие
изменения в составе словарного запаса языка.

1
[www.animallaw.info/articles/aras25uhawaii/rev481 .htm].
106

Исключение возможных проявлений, дискриминирующих человека на


основе расовых, этнических, возрастных отличий, а также по состоянию
здоровья, внешнему виду или социальному статусу, выступает как
«движущая сила» формирования новой политически корректной лексики.
Как справедливо отмечает Линн Виссон, «словарь политической
корректности бесконечен, причем большая часть его состоит из такого рода
глупостей, как negative patient outcome, под которым подразумеваются
«умершие в больнице» [Виссон, 2003: 28]. Эвфемизмы в свете политической
корректности являются индикатором стремительного развития одного из
видов словотворчества, когда в качестве обозначений многих предметов и
явлений в языке формируются наименования, состав которых, «утяжелен»
терминами.
На основе проведенного анализа фактического материала можно
заключить следующее. Лексические единицы «challenged» и «differently»
являются самыми высокочастотными компонентами, входящими в состав
многосоставных эвфемистических наименований, образованных на основе
принципов культурно-поведенческой и языковой практики - политической
корректности. Лексическая единица «challenge» употребляется с несколько
модифицированной семантикой. Наиболее актуализированным значением
этой лексической единицы на сегодняшний день в политически корректном
словоупотреблении является следующее: «интересный, творческий процесс
проверки силы, мастерства, способностей, но, тем не менее, связанный с
трудностями». Положительная оценочная номинация, присущая данной
лексической единице, осуществляет «возвышение» наименования, придавая
положительную направленность всему составному наименованию, так как
создается некий образ борца, противостоящего внешним неблагоприятным
обстоятельствам. Интерес представляют собой эвфемизмы, составным
компонентом которых является лексическая единица «gifted», благодаря
которой создается абсолютно противоположный эффект, наличие
«недостатка» превращается в достоинство, «минус» превращается в «плюс».
107

Таким образом, сферы применения эвфемизмов, специфика их формирования


и функционирования в свете идей политической корректности наглядно
иллюстрируют реализацию эвфемистического потенциала и основных
функций эвфемизмов: смягчения, функцию соблюдения морально-этических
норм для поддержания бесконфликтного общения и функцию маскировки.

2.3.5. Эвфемистические субституты «женской» и «мужской» атрибуции в


свете политической корректности

Анализ практического материала различных сайтов Интернета


позволил выделить в свете политической корректности как культурно-
поведенческой и языковой практики две группы иронично-юмористических
эвфемизмов, относящихся к сфере описания поведенческих и личностных
качеств человека на основе тендерного признака, представляющих собой IV
группу политически корректных эвфемизмов. Решение дискуссионного
вопроса о формировании тендерных стереотипов, основанных на половой
принадлежности, действующих в качестве социальных норм и предписаний
поведения, не входит в рамки настоящего диссертационного исследования.
Но нельзя отрицать, что на современном этапе развития общества
существуют определенные стереотипы, предписывающие характерные
штампы и формы поведения как для мужчин, так и для женщин,
ограничения, накладываемые тендерными стереотипами.
Тендерные исследования относятся к новому направлению российской
гуманитарной науки, многие известные ученые занимаются научными
исследованиями в данной области (О.А. Воронин, Л.К. Ермолаев, Н.К.
Розанова, О.В. Рябов, И.А. Стернин и др.). В центре внимания тендерных
исследований находится взаимосвязь культурных и социальных факторов,
обусловливающих отношение социума к мужчинам и женщинам, создание
стереотипных представлений о мужских и женских качествах,
108

проблематику полов.
Так, Е.В. Витлицкая отмечает, что тендерные стереотипы являются
«стандартизированными представлениями о модели поведения и чертах
характера, соответствующих понятиям «мужское» и «женское», а также
наличие во всех обществах «убеждения о существенности различий между
мужчинами и женщинами и исполнением ими разных социальных ролей,
определенным образом фиксируемых в языке» [Витлицкая, 2005: 22]. По
мнению В.А. Каменевой, тендерно обусловленные стереотипы (языковые и
речевые) являются «социокультурными знаками», и «речевые стереотипы
-ответ настоящего на изменение в обществе, требующее политически
корректного речевого поведения» [Каменева, 2005: 115].
На основе результатов исследования в 1 группу объединены иронично-
юмористические эвфемизмы, при помощи которых описывают
преимущественно женщин. Данная группа представляет собой
эвфемистические субституты «женской» атрибуции. Соответственно, 2
группу составляют иронично-юмористические эвфемизмы, имеющие
отношение к описанию характеристик, манер, традиционно считающихся
присущими мужчинам, т.е. эвфемистические субституты «мужской»
атрибуции.
Обратимся к примерам 1 группы эвфемизмов. О женщине, которая
очень любит мелодраматические телесериалы (to be hooked on soap operasf,
можно сказать, что она помешана на мелодрамах - melodramatically fixated. В
соответствии с правилами этикета не рекомендуется говорить о женщине,
что она плохо водит машину (a bad driver), лучше о ней сказать, что она
преодолевает трудности, связанные с вождением - automotively challenged.
Если женщина не любит смотреть спортивные телевизионные программы
(she hates sports on TV), то она всего лишь пристрастна к спорту - she is
athletically biased.
Эвфемизмы 2 группы «мужской» атрибуции не лишены подобной

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
109

ироничной подоплеки. Например, о мужчине, увлекающемся пивом и в


результате имеющим видоизмененное строение брюшной полости - to have а
Beer Gut, можно сказать, что он развил «возможности» для хранения
жидкости - (he has developed a liquid storage facility). Если мужчина и выпьет
«лишнего», то не стоит употреблять слишком прямое выражение to get drunk,
лучше сказать, что он стал вербально дислексичным - (to become verbally
dyslexic)1 или «его случайно обслужили больше, чем надо» - (to be
accidentally over-served). Соответственно, «перебрав», мужчина не валяется
по полу - (he does not get falling-down drunk), он лишь вдруг принимает
горизонтальное положение - (he becomes accidentally horizontal). Мужчина
может быть экспрессивным после обеда с гастрономической точки зрения -
(gastronomically expressive). Это выражение рекомендуется употреблять
вместо лексической единицы «to belch» .
Исследователи неоднократно подчеркивали важную роль иронии в
семантических процессах, основанных на контрасте между формой и
содержанием высказывания. Остроумие, ирония позволяют выразить
оценочное суждение и отношение к тому или иному предмету разговора в
завуалированной форме. Как справедливо отмечает СИ. Походня: «Создание
иронического смысла обусловлено интенцией автора выразить свое
отношение к действиям косвенным опосредованным путем, т.е. сказать что-
то фактически, формально не говоря этого, иными словами, стремлением
скрыть модальность высказывания» [Походня, 1989: 59-60].
Эвфемистические субституты «женской» и «мужской» атрибуции
играют двоякую роль: с одной стороны, в более мягком, ретушированном
виде репрезентируют существующую реальность, идентифицируют
тендерную принадлежность при помощи определенных языковых
стереотипов и ярлыков, существующих в обществе; с другой стороны,

1
A difficulty with reading and writing because you are unable to see the difference between the shapes of letters
[DCE, 2001:433].
2
Send out gas from the stomach noisily through the mouth [OSDCE, 1984: 53].
по ироничность, присущая
эвфемизмам приведенных выше групп, обладает скрытой оценочной
модальностью, которая имплицирует критическую оценку поведения
«противоположного» пола.
Изучение лингвокультурных особенностей языка позволяет лучше
познать культуру сквозь призму языка. Изучение средств языковой
семантики того или иного языка, фиксирующих культуру в языке,
способствует пониманию базовых представлений, установок и создает
условия для успешного межкультурного общения. Как справедливо отмечает
М.В. Пименова, «языковая специфика интерпретации мира носителями языка
является ценным источником информации об отражении себя как объекта и
субъекта познания и источником выявления «человеческого фактора» в
языке» [Пименова, 2006: 432]. Интерес к рассмотрению особенностей
формирования и функционирования эвфемизмов в сферах «смерть» и
«внешний вид», которые относятся к одним из наиболее продуктивных сфер,
но не являющихся базовыми и определяющими для английского
национально-культурного языкового сознания, обусловлен недостаточной
освещенностью проблемы в исследованиях, посвященных эвфемии.

2.4. Специфика формирования и функционирования эвфемизмов в сфере


«смерть»

Страхи, отношение к понятию «смерть» не являются инстинктивными,


а, скорее, связаны с социальной сущностью человека. Каждое сообщество,
характеризующееся определенной совокупностью признаков, в число
которых входят язык, религия, история, единые традиции и обычаи, обладает
логически сформулированным тезисом, объясняющим смерть, который
принимается членами этого сообщества как наиболее верный. Концепт
СМЕРТЬ является весьма уникальным феноменом сознания как с научно-
философской точки зрения, так и с позиций обыденного понимания данного
Ill явления. С одной стороны, мы
постоянно гоним прочь мысль о ней. С другой стороны, неизбежность данной
конечной стадии жизни всегда имплицитно присутствует на фоне нашего
сознания. Даже наиболее существенные достижения нашего
индивидуального жизненного пути мы подсознательно связываем с тем, что
рано или поздно эти достижения должны послужить тем, кто останется
после нас (дети, внуки, ученики и т.п.). Именно по этой причине отражение
концепта СМЕРТЬ языковыми средствами имеет определенную
специфику по сравнению с иными концептами, и это отражается, в
частности, в обширной системе языковых средств эвфемистического
переименования данного концепта. Понятие «смерть» является социально
сформированной идей, отношение к этому явлению формируется под
воздействием познания языка, литературы, искусства, религиозных учений,
культурных обрядов и традиций, связанных с погребением. Так, О.В.
Шаталова указывает на интуитивную и закономерную общность взглядов
культур разных народов и религиозных представлений по отношению к
«памяти усопших и почитанию их душ» [Шаталова, 2006: 501].
На процесс формирования древних эвфемизмов оказывал значительное
воздействие религиозный фактор, связанный с восприятием смерти и болезни
как кары, посланной свыше за поступки, за нарушение табу. Выражение
сожаления, сочувствия, чувство такта являются одними из наиболее важных
причин употребления эвфемизмов, смягчающих лексемы «death» и «dying» в
англоязычном обществе. Эвфемизмы способствуют созданию эффекта
изолированности, защищенности от «финального действа», в котором нам
всем суждено рано или поздно принять участие и испытать каждому.
Отечественные и зарубежные лингвисты отмечают, что нередко в роли
эвфемизмов выступают лексические единицы, обладающие ироническим,
даже пренебрежительным оттенком. Действительно, то, что становится
смешным, перестает быть опасным, страшным, пугающим. Положение о
лингвистическом критерии эвфемизма, о стигматичности денотата позволяет
112

случаи переименования, которым сопутствуют пренебрежительность и


ирония, свойственные лексике сниженного стиля, отнести к эвфемизмам. Как
справедливо отмечает A.M. Кацев, просторечная лексика и сленг обладают
достаточным эвфемистическим потенциалом, чтобы смягчить, ретушировать
неприятное, пугающее, входящее в состав прямого наименования.
«Стилистическая сниженность не препятствует основной функции
эвфемизма - камуфлировать неприятное содержание. Внешне грубоватая
форма, как изысканная, утонченная, в ряде случаев сознательно избирается
для маскировки определенного денотата» [Кацев, 1988: 78].
Осознание неизбежности смерти в жизни любого человека и
стремление выразить сочувствие являются основополагающими причинами
формирования большого количества эвфемизмов, смягчающих лексемы
«death» и «dying». Результатом проведенного анализа в рамках настоящего
диссертационного исследования явилось разделение эвфемизмов на две
основные группы - А и Б.
К группе А относятся тактичные эвфемистические субституты,
которые используются в траурных объявлениях, в речевых ситуациях, когда
необходимо выразить сочувствие, утешение. Состав группы Б сформирован
иронично-юмористическими эвфемизмами, представляющими собой
лексические единицы, обладающие ироничным или юмористическим
оттенком. Примечательно, что большое количество эвфемистической
лексики, зафиксированной в словарях, изученной лингвистами, представляет
собой выражения, обозначающие движение в пространстве, например, to pass
away1, to go to the other side, to go West и т.д. Представляется возможным
выделение на этом основании в группе А подгруппы I, состоящей из
тактичных эвфемизмов, смысловой акцент этой подгруппы делается на

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres, III.
Euphemisms for "Death" and "Dying"].
113

«движение», отрицающее неподвижность как неотъемлемую характеристику


прекращения существования. Ряд эвфемизмов несет в себе сравнение смерти
с физиологическими процессами человеческого организма, такими как
засыпание, сон, вздох. Вероятно, что такое наименование процесса ухода из
жизни оказывает успокаивающее действие, например, to go to sleep, to close
one's eyes for eternity, to breathe one's last.
Представляется логичным выделение подгруппы II тактичных
эвфемизмов, основанных на сравнении стигматичной лексической единицы
«to die» с физиологическими процессами человеческого организма. В
приведенных примерах эвфемизмы, образованные при помощи
метафорического переноса, имеют более общее, широкое значение, чем
заменяемый ими стигматичныи антецедент. Кроме того, очевидна
направленность на отвлечение внимания адресата от момента безысходности
и трагичности, и тем самым происходит переключение ассоциаций адресата в
образную плоскость, что способствует установлению ассоциаций с другим
тематическим рядом, а, следовательно, и достижению менее болезненного
эффекта восприятия. Эффект смягчения в случаях использования иронично-
юмористических эвфемизмов достигается путем придания обыденности,
банальности этому событию.
Сочетание эвфемии с иронией или юмором, в случае использования
иронично-юмористических эвфемизмов, связано с экспрессивно-образным и
эмоционально-оценочным употреблением языковых единиц. В основе
семантического основания употребления эвфемистических субститутов с
шутливым или ироничным оттенком лежит принцип семантической
двуплановости, создаваемый узуальными и окказиональными, прямыми и
переносными значениями. По мнению О.П. Ермаковой, «небуквальность
значения, свойственная иронии, обусловливает ее эвфемистическую
функцию» [Ермакова, 2002: 34]. Сравнение событий повседневной,
обыденной жизни с кончиной привносит необходимый эффект смягчения,
акцентируя внимание на обыденности происходящего. В результате
114

достигается эффект отсутствия страха перед этим неизбежным, пугающим


своей неизвестностью событием. Проведенный анализ эвфемизмов в рамках
настоящего исследования позволил прийти к следующему заключению.
Смысловой акцент иронично-юмористических эвфемизмов может
фиксировать внимание на следующих характеристиках: 1) перспектива
отношений между богом и человеком, возвращение в лоно бога, например, to
be called to a higher service, to join the angels, to sing with angels.
1.36. Переход в иной мир, например, to buy the farm, to transfer to the
penthouse, to battle pirates in Never Never Land, to cross the Great Divine, to go
to the happy hunting ground. Заслуживает внимания, на наш взгляд,
происхождение эвфемистического субститута to buy the farm, который
появился в годы Первой мировой войны. В случае гибели солдата его семья
получала «a death benefit» that amounted to a enough money to buy a parcel of
farm land in the Mid West» («доход» в случае гибели солдата, в размере
стоимости земельного участка)1.
1.37. Намек на дальнейшую деятельность. Эвфемистические субституты
нередко содержат аллюзию на события, происходящие в реальной,
повседневной жизни, например, to play Canasta with Lennon, to do research on
Lee Harvey Oswald, to work the graveyard shift, to smoke a bowl with Jerry
(Garcia). В этой связи представляется логичным и обоснованным
утверждение О.Н. Прохоровой и И.В. Чекулая о необходимости
рассмотрения «концепта ЖИЗНЬ как ценность бытия в конгломерате со
СМЕРТЬЮ как реверсом медали, аверсом которой является ЖИЗНЬ».
Исследователи подчеркивают, что «смерть рассматривается как продолжение
жизни индивида после его физической смерти, как определенный важный и
обязательный этап во всей онтологии существования человека как создания
Божия независимо от того, в какой форме - теле, душе или духе, или же
совместном существовании форм - это бытие продолжается» [Прохорова,

'[http://www.theanswerbank.co.uk/articlel914.html].
115

Чекулай, 2006: 210]. Интересен тот факт, что во многих культурах разных
народов и в религиозных представлениях присутствует некая общность
взглядов на вопрос о «жизни после смерти», о загробном мире, о
возможности реинкарнации.
4) Тема «безысходности», «ненужности» объединяет следующую
группу эвфемизмов: to circle the drain, to live impaired, to be reclassified.
5) Неподвижность, свойственная кончине, подчеркивается в
следующих примерах: to paw up, to assume room temperature, to be a successful
Organ Donor.
6) Указание на способ ухода из мира: to bless the world with one's heels
(hanging reference), to dance on air (hanging reference), to pull the plug
(euthanasia), to ride the lightning (get executed in the electric chair).
Эвфемистические выражения, подчеркивающие слияние с природой,
возвращение к ней, объединены в 7 группу. Например, следующие
эвфемизмы подчеркивают факт предания тела человека земле после смерти:
pleasant under grass, to bite the dust. А эвфемизмы to push up daisies, to turn up
daisies, to pay one's debt to nature, to kiss the dust, to go the way of all earth, to
go the way of all flesh подчеркивают слияние с природой. Нарочитое внимание
теме «конца», «конечного пункта назначения» уделяется в 8 группе,
например, to meet one's end, to end one's days, to end one's earthly career, to
come to an untimely end.
Эвфемистическая метафоризация лексемы «dying» и достижений
технического прогресса объединяет 9 группу эвфемистических средств.
Эвфемистические выражения смягчают лексему «dying» путем
метафоризации обычных действий пользователя компьютера: to be taken out
of production, to be sent to the dirt archives, to reformatted by God, to be printed
white on white, to buy the disk farm. Ряд эвфемизмов вошел в обиход благодаря
многочисленным Интернет-чатам:, www. he's - dead,- jim.com; visiting the
Chat Tomb; no longer able to view the web's hottest women; opened "GOOD
TIMES!"; transferred to WWW.Has Become. Com/post; 404 ever, Pulse Not
116 Found; It

Doesn 't Matter Whether You 've Got Mail.


Следующие эвфемистические выражения, которые придают оттенок
обыденности лексеме «death»: the final edit, the eternal off site assignment,
documented the Big D, very, very passive voice. Выражение Big D означает
«death», оно образовано по аналогии с Big С (cancer). В этой связи уместно
выделение эвфемистических средств, смягчающих лексему «death».
Эвфемистические средства со смысловым акцентом на движении, на
продолжении «жизни после смерти» входят в состав группы I. Например, an
awfully big adventure, never-ending trip, the big jump, the undiscovered country.
Смысловой акцент в следующих эвфемизмах ставится на «конец всего
происходящего»: at the end of one's rope, the journey's end, on the road to
nowhere, end of the line, the empty vessel, six feet under, и это послужило
основанием выделения группы П.
Эвфемизмы, основанные на сравнении смерти с физиологическими
процессами, такими как сон the big sleep, a little sleep, the dreamless sleep, that
good night, входят в состав, выделенной группы III. Неизбежность смерти
подчеркнута в следующих эвфемизмах, относящихся к группе IV: the crown
of life, curtains, gate of life, the great leveler, the inevitable hour, in the sweet
hereafter, kind nature's signal of retreat. Нами выявлено около двухсот
двадцати иронично-юмористических примеров эвфемистических выражений,
обозначающих «уход из жизни», которые основаны на словесном
обыгрывании профессиональной деятельности усопшего или действий,
связанных с ней. Несмотря на наличие в своем составе прямого
стигматичного наименования, приведенные примеры выполняют
эвфемистическую функцию. Приведем ряд примеров.
Old academics never die, they just lose their faculties.
Old accounts never die, they just lose their balance.
Old actors never die, they just drop apart.
Old anthropologists never die, they just become history.
Old chemists never die, they just fail to react.
117

Old dancers never die, they just step away.


Old divers never die, they just extend their bottom time. Необходимо
отметить, что приведенные примеры эвфемистических фраз представляют
собой определенный штамп с точки зрения структурного построения фразы.
В состав первой части фразы входит стигматичная лексическая единица
«die», а в состав последующей второй части фразы -словосочетание, не
связанное с данной сферой. Посредством совмещения не сочетаемых
смысловых нагрузок обоих компонентов фразы происходит смещение
акцента со стигматичного компонента на второй смысловой элемент, тем
самым осуществляется перераспределение смысловых акцентов, при помощи
которого происходит процесс смягчения стигматичной лексемы. Именно на
неожиданность подобного сочетания рассчитан иронично-комический
эффект. Примеры данного типа основаны на схеме, согласно которой эффект
смягчения создается путем отрицания возможности выполнения или
прекращения какого-либо действия.
Можно обозначить вышеприведенные примеры как эвфемистические
субституты, входящие в своеобразную модель, имеющую двухчастную
структуру: изложение ситуации как первая часть бинарной фразы и
оценочный комментарий, представленный в виде второй части бинарной
фразы, имеющий ярко выраженный эвфемистический характер, за счет
линейного расположения со стигматичной лексемой «die» и несущий
основную смысловую нагрузку. Следует отметить контактное расположение
компонентов данной модели. Используя классификацию иронии в
зависимости от объема задействованного контекста, разработанную К.В.
Охримович, можно добавить, что в данных примерах имеет место
«ситуативный тип иронии», реализуемый в микроконтексте как «явный
эмоционально-окрашенный тип иронии», который осознается немедленно.
«Контраст между ситуативным контекстом и прямым значением (смыслом)
слова, словосочетания, предложения сразу же порождает значение (смысл),
противоположное прямому» [Охримович, 2004: 27].
118

Эвфемизации подвергаются такие лексические единицы как «funerals»,


«to bury», «coffin», связанные с темой смерти, например, Funeral homes
переименованы в death-care centres. Эвфемистическая замена лексической
единицы «undertaker» на лексическую единицу «mortician», а затем на более
благозвучный субститут funeral director приводится во многих исследованиях
по эвфемии. Результаты проведенного исследования в рамках работы
позволяют продолжить темпоральный континуум наименования профессии,
связанной с темой «похорон»: gravedigger, undertaker, mortician, funeral
director, funeral service practitioner, который работает в memorial association.
Похоронные бюро относятся к сфере, которая эвфемистично
переименована в Deathcare industry. Устаревшее слово «саван» сменили
такие слова, как neglige\ slumber-shirt или slumber-robe, транспортное
средство, участвующее в похоронной процессии, называлось funeral-car или
casket-coach, затем переименовано в ambulance. Наряду с такими
эвфемизмами, как funeral director, funeral service practitioner в обиходе
активно используются эвфемизмы grief therapist или grief counselor. В данном
случае замена прямого наименования связана и с социально-статусным
возвышением профессии. Приведем в хронологическом порядке
синонимический ряд эвфемизмов, заменяющих слово cemetery: graveyard,
church yard, cemetery, memorial park (association). Зачастую некоторым
частям кладбища присваиваются общие названия типа cloisters, burial-abbeys.
Интерес представляет, с нашей точки зрения, эвфемизмы, связанные с
наименованием «последнее пристанище» усопших, обнаруженные на
англоязычных сайтах Интернета. Например, в таких эвфемистических
словосочетаниях, как 1 Person Chamber, 15 minutes of flame, 6 feet from the
edge, 6 Foot Death Trap, 7 steps to Heaven, a Place Where Casting Stones is
Quite Alright, a really grave situation, Adios Park, After Life Dwelling, All Souls
Camp, Angels enchanted gardens, Angels Ways, Avenue of Souls, Beneath the
shade tree, подчеркивается «местонахождение последнего пристанища», что
позволило объединить эвфемизмы в группу I.
119

Следующие эвфемистические субституты объедены в группу II, так как


имеют в своем составе лексические единицы «body», «bone», наличие
которых усиливает оттенок пренебрежительности: body barters, body farm,
body humidifier, body park, bone collector, bone garden, bone ground, bone
house, bone orchard, bone yard. Следующая группа эвфемизмов представляет
собой переименование лексической единицы «graveyard» с константной
лексической единицей «burial», входящей в состав субститута, что в свою
очередь послужило основанием выделения группы III: Burial garden, burial
home, burial land, burial mound, burial place.
После ухода из жизни покойным занимается бальзамировщик
-embalmer, на данном этапе появился эвфемистический субститут embalming
surgeon. В составе субститута появился компонент «престижа и
образованности», репрезентирующий положительное статусное значение,
относящийся к группе лексических единиц типа engineer, technician, expert,
manager. Наряду со статусным повышением, или повышением в ранге
наименования профессии, происходит процесс отвлечения внимания от
принадлежности слова к стигматичной сфере. Процесс бальзамирования
приобрел более расплывчатое наименование hygienic treatment. В том случае,
если родственники усопшего {deceased) согласятся изъять органы для
трансплантации, чтобы спасти кому-то жизнь, то умерший будет
эвфемистично именоваться a non-heart beating donor, а процедура - sanitary
treatment.
Таким образом, ощущение приближения неизбежного ухода из жизни,
возрастные изменения во внешности человека, старение организма и
связанные в связи с этим физиологическим процессом болезни,
способствуют образованию многочисленных эвфемизмов данной тематики.
120

2.5. Специфика формирования и функционирования эвфемизмов в сфере


«внешний вид»

Проблема внешнего вида, имиджа ассоциируется в обществе с некими


«стандартами» красоты, молодости, привлекательности, которые активно
пропагандируются СМИ, рекламой. Решение ограничиться пластом
эвфемистической лексики, заменяющей лексему «fat», не было случайным.
Интерес к эвфемизмам, относящимся к сфере «фобия лишнего веса»,
закономерен и логичен. В лекции Мэрлин Ванн (Marilyn Warm), прочитанной
в университете Колорадо в марте 2005г., посвященной проблемам веса,
имиджа, эвфемизмы, маскирующие понятие «fat», характеризуются
исследователем как «скользящие вокруг табу, которое общество ассоциирует
со словом «толстый». Такие слова лишь усиливают мысль о том, что быть
толстым не правильно, а также очень невежливо называть кого-либо
толстым»1. Приобретение товара нередко идентифицируется в рекламе с
приобретением красоты, мужественности, молодости, привлекательности.
Как уже упоминалось в одном из разделов главы II настоящего
диссертационного исследования, одной из основных функций эвфемизмов
является функция маскировки с целью осуществления языковой
манипуляции. Санна Корхонен выделяет в отдельную группу
эвфемистические переименования в рекламе, связанные с «фобией лишнего
веса», возникшей в конце 20 века ("late 2(fh-century fat-phobia"), с рекламой
одежды больших размеров ("advertising euphemisms for "larger" clothing
sizes"). К данной группе эвфемизмов относятся эвфемизмы, используемые
не только для рекламы «больших» размеров одежды, но и имеющие
отношение к проблемам, связанным с лишним весом, избыточным питанием,
т.е. со смежными сферами. Существует целая рекламная индустрия, которая
пропагандирует достижение социального и личностного успеха через
здоровый образ жизни, ассоциируя успех со стройной фигурой и красотой.

1
[www.homepage.mac.com/joebbrin/marilynCU/MaiIynCUhtml], переведено нами-Е.Г.
2
[www.homepage.mac.com/joebbrin/marilynCU/MailynCUhtml].
121

Нередко рекламодатели манипулируют тем, что внушают мысль о том, что


ценность человека зависит напрямую от его физической привлекательности.
Так, Наоми Вульф (Naomi Wolf), автор бестселлера «Миф о красоте: как
имидж красоты используется против женщин» («The Beauty Myth: How
Images of Beauty are Used Against Women»), утверждает, что компании,
занимающиеся оздоровительными упражнениями и диетами, с целью
создания рынка для своей продукции пытаются заставить женщин
чувствовать себя неуверенно. «They appeal to that basic human desire to be
wanted, accepted, and sexually attractive» .
Чарльз Онейл (Charles O'Neil) в своей статье «Язык рекламы» («The
Language of the Advertisement»), посвященной проблеме избыточного веса и
формирования физического имиджа в американском обществе, приводит
краткое описание популярных имиджей в хронологическом порядке («history
of popular body images») и подчеркивает, что публика осознает, что
популярные имиджи отражают веяния времени и моды. В 20-е годы XX века
был популярен образ «девочки-подростка», с мальчишеской плоской грудью
(1920s - the flapper look was in boyish, thin, bound breasts). В 50-е годы был
популярен образ роскошной, пышнотелой сексуальной богини Мэрилин
Монро, которая, по нынешним меркам, имела избыточный вес, (1950s
-Marilyn Monroe was "the sex goddess ", curvy and voluptuous).
Проблема соответствия «стандартам» красоты способствовала
формированию своеобразного лексикона, связанного с этой сферой, которую
можно обозначить как «body image issues». Компании, рассчитанные на
среднестатистического обладателя избыточного веса (current large
population), пытаются решить эту проблему, «продавая красоту тактично»,
насыщая рекламные сообщения эвфемизмами. Например, обычные,
утягивающие и поддерживающие пояса, корсеты вместо названия «girdles»

1
[www.pinonlive.com/PlanetPapers/IdealWomen/html].
2
Там же.
3
Там же.
122

переименованы в «.body shapers» и «control garments». Магазины,


специализирующиеся на торговле одеждой для полных, имеют следующие
эвфемистические наименования: «Store for Big Boned and Beautiful»; «for
Fully Women»; «Largerly Lady's Wear»1. Проведенное исследование
показывает, что в состав эвфемистических субститутов входят такие
нейтральные компоненты, как big boneS, fully, largerly, plus size, рядом с
которыми очень часто соседствуют лексические единицы, относящиеся к
сфере возвышенного, придающие особое очарование, некий «эстетический
ореол» и «шик» всему наименованию, влияющему на эмоциональное
восприятие.
В англоязычной рекламе существует ряд эвфемизмов, заменяющих
лексическую единицу «fat». Например, большой размер одежды extra-extra
large - переименован в queen size, pretty-plus, overly large. Существует
терминологический ряд эвфемизмов, обозначающих размеры одежды от
самого маленького до самого большого: misses, girls sizes, adult sizes, mature
sizes, full-figure fashions, hard-to-fit sizes. Наряду с многочисленными
журналами, предлагающими различные методы и способы борьбы с
избыточным весом (weight loss journals), существуют периодические издания,
основным лозунгом которых является принятие лишнего веса: «fat acceptance
books». В процессе исследования лексики данной сферы и сопричастных с
ней нами выделены следующие группы эвфемистических субститутов,
выполняющих функции смягчения и маскировки.
В I группу входят эвфемизмы, которые употребляются с целью
смягчения и маскировки, камуфлируя, понятие «fat people»: например,
overweight people, overweight folks, sizeable population of overweight, large
population, obese people, people of size, big eaters, a two size person, plus-sized

1
[www. Sizenet.com/showdoc.asp?id=42], [www.plussizeliving.com/links], [www.plus-size-apparel.com],
[www.keepmedia.com/pubs/USATODAY/2004/07/13/5055408].
2
Здесь и далее см. список электронных источников [IV. «Fat phobia»].
3
[www. Sizenet.com/showdoc.asp?id=42], [www.plussizeliving.com/links], [www.plus-size-apparel.com],
[www.keepmedia.com/pubs/USATODAY/2004/07/13/5055408].
123

people1. Нередко наличие избыточного веса ассоциируется с «любовью» к


питанию в ресторанах типа «фаст фуд». На этом основании выделена II
группа эвфемизмов, обозначающих понятие «fat people», имеющая некий
намек, на происхождение избыточной массы тела: например, heavy-using-fast-
food population, fast-food eater (regular), a heavy fast-food user, frequent burger
consumer. Следует отметить подвижность эвфемизмов в составе самой
группы. Такие эвфемизмы, как heavy fast-food customer и loyal fast-food
customer, стали чаще употребляться для замены наименования a heavy fast-
food user. По всей видимости, компонент user приобрел негативные
коннотации в качестве компонента таких выражений как drug user, substance
user и подобных им. Как правило, в таких выражениях речь идет об
употреблении запрещенных, нелегальных продуктов, например, наркотиков.
III группа объединяет наиболее распространенные эвфемизмы,
заменяющие лексическую единицу «fat», в которую входит несколько
подгрупп. К 1 подгруппе относятся эвфемистические субституты,
являющиеся нейтральными по экспрессивно-оценочному характеру, данную
группу представляют эвфемизмы overweight, obese, high BMI, full-figured,
plus-sized, heavy, large, big, stout, fleshy, rotund, thickset, heavyset, ample, solidly
built, big-boned, healthfully big, larger feminine form , употребление которых не
ограничивается лишь рамками СМИ, периодики. Нейтральной по своим
коннотациям, выступает лексическая единица «overweight». Лексическая
единица «obese» (тучный, полный) является медицинским термином, от
которого образовался ряд эвфемистических выражений: obesity epidemic,
obesity studies, morbidly obese {morbid - болезненный, патологический)
[БАРС, 1987: 1022], certifiably obese (certifiable - удостоверенный,
засвидетельствованный) [БАРС, 1987: 273]. Например, такие выражения, как
morbidly obese, certifiably obese, используются страховыми компаниями в тех
случаях, когда человеку отказывают в страховке. Во 2 подгруппу входят

'[www.guardian.co.uk/print/0,3858,4205375-102278,00.html]. 2

[www.wanderlist.com/euphemisms].
124

эвфемистические субституты, имеющие положительный экспрессивно-


оценочный характер, так называемые «cute words»: chubby, plump, voluptuous,
Reubenesque, statuesque, curvaceous, curvy, zaftig. Любопытен тот факт, что
некоторые эвфемистические субституты, заменяющие слово fat, имеют
положительную направленность, но только применительно к описанию
мужчин с избыточной массой тела: например, beefy, burly, brawny, stocky.
Вероятно, данная группа эвфемизмов имплицирует не только значение
«повышенная масса тела», но и обладает традиционно позитивным
узнаваемым значением «физическая сила», которая по своей «позитивно-
благотворной» семантике превосходит и усиливает импликацию
«повышенная масса тела». Употребление вышеупомянутых эвфемизмов
применительно к описанию представительниц противоположного пола
окрашивает весь контекст в негативные тона.
В 3 подгруппу входят эвфемизмы, граничащие с дисфемизмами:
chunky, corpulent, blimpy, gross, lardass, fatty, flabby, tubby. 4 подгруппа
представлена эвфемизмами, образованными в соответствии с соблюдением
принципов политической корректности. Обнаружено десять политически
корректных эвфемизмов, заменяющих лексему «fat»: gravitationally
disadvantaged, wide-load, horizontally challenged, horizontally gifted, bodyline
disorder, calorically challenged, rounded feminine beauty ideal, to have a widely
distorted body image, to be of a natural body type, to have a different body type.
Занимательны примеры эвфемистических выражений, которые
употребляются в объявлениях частного порядка типа «Lonely Hearts»,
«Seeking Men». Нами зафиксированы единичные случаи использования
следующих фраз, эвфемистичных по своему характеру, смягчающих понятие
«fat», например, «I'm more woman than most people can handle» (Я больше
женщина, чем многие могут справиться) или «I have abandoned that false
fashion that glorifies starvation» (Я пренебрегла фальшивой модой,
прославляющей голодание), а также, «I'm a big surprise» (Я - большой
сюрприз), «I don't look food disorderly» (Я не выгляжу так, как будто мне не
125

хватает продуктов). Удачное сочетание языковой игры с самоиронией


способствует формированию положительных ассоциаций и приданию
положительного экспрессивно-оценочного характера фразе, заменяющей
слово «fat». Таким образом, стигматичная лексическая единица «fat» нередко
заменяется эвфемистическим выражением, имеющим окказиональный
характер, а также являющимся результатом индивидуального
словотворчества. Национальная языковая культура создается не только
особой метафоричностью слов, но и подбором уникальных языковых
воплощений социально значимых понятий на определенном этапе развития
общества. Классификация эвфемизмов, разработанная в настоящем
диссертационном исследовании, представлена в виде таблицы в приложении
I. Перейдем к рассмотрению структурно-семантических особенностей
эвфемизмов и способов эвфемистической субституции в лингвистических
моделях построения эвфемизмов.

2.6. Структурно-семантические особенности эвфемизмов и способов


эвфемистической субституции в лингвистических моделях построения
эвфемизмов

При эвфемистической субституции замена табуированного


наименования эвфемизмом осуществляется на основе семантических
принципов. Эвфемистическое переименование основывается на одном из
признаков стигматичного денотата. Яркость и контрастность эвфемизма
связана с общим признаком прямого наименования и его субститута: чем
обобщеннее признак, тем выше эвфемистический потенциал субститута. К
основным семантическим способам эвфемизации относятся генерализация и
поляризация значения, метафоризация, метонимизация, а также
перефразирование, заимствование. Ряд эвфемизмов английского языка
содержит в своем составе имена собственные, орфографическим маркером
126

которых является написание с заглавной буквы. В настоящем


диссертационном исследовании уже упоминалось о существовании в разных
языках выражений, в состав которых входят названия различных
национальностей, это явление К. Барридж (Burridge К.) называет
«лингвистической ксенофобией». Исследователь отмечает использование в
английском языке выражений, в состав которых входят слова French, Dutch.
Результаты проведенного исследования показывают, что в состав
эвфемизмов могут входить: 1) географические названия стран и производные
от них, а также названия рек, городов и др.; 2) собственные имена известных
реальных лиц или героев художественных произведений и названия
литературных произведений; 3) имена мифологических и библейских
персонажей. Заимствование лексических единиц из других языков как способ
эвфемизации стоит обособленно от других семантических способов
эвфемизации, но является достаточно популярным в современном
английском языке. К основным морфологическим словообразовательным
способам эвфемизации относятся следующие способы модификации формы
слова: аффиксация: префиксация (преимущественно негативная), а также
аффиксация посредством суффикса -ist как способа эвфемистического
переименования названий профессий, аффиксация посредством адъективного
суффикса -у, аффиксация при помощи диминутивных (уменьшительно-
ласкательных) суффиксов, сокращение (аббревиация), фонетическая
аналогия. Словосложение является также весьма распространенным
способом образования эвфемизмов.

2.6.1. Семантические способы эвфемизации: генерализация значения,


поляризация, метафоризация, метонимизация, перефразирование

Эвфемистическое переименование может осуществляться на основе


родовидовых корреляций, на основе гипер-гипонимической связи в пределах
127

тематической группы, когда происходит процесс субституции гипонима на


гипероним, т.е. видовое понятие меняется на родовое, в таком случае
происходит генерализация значения. Например, для переименования
названия конкретной болезни используется слово с большим объемом
понятия: такие болезни цивилизации, как анорексия и булимия (anorexia,
bulimia) эвфемистично переименованы в eating disorders. Эвфемизм growth
используется для обозначения различных видов новообразований типа
карцинома, тератома, меланома для того, чтобы избежать референции к
стигматичному наименованию cancer. Эвфемистический эффект в таком
случае достигается при субституции гипонима на гипероним (видового
понятия на родовое). Именно такой вид отношений (гипер-гипонимический)
между эвфемизмом и прямым наименованием характерен для многих
политических эвфемизмов. Лексическая единица «other» обладает
широкозначной семантикой, благодаря которой она может входить состав
многих эвфемистических субститутов: other side (death), other side of the
tracks (the poor section of the city), other way (homosexual)1, other woman
(mistress), others (menstruation).
Под широкозначностью семантики лексической единицы мы понимаем
наибольшую степень обобщения значения, которая проявляется в
определенных условиях, т.е. в условиях изоляции, а конкретизация значения
осуществляется при употреблении в речи, с опорой на контекст.
Широкозначные слова типа thing, event, matter имеют бедное содержание,
соответственно, объем значения таких слов огромен, так как известно, что
увеличение содержания понятия пропорционально уменьшению его объема,
и наоборот, уменьшение содержания понятия пропорционально увеличению
его объема. Экстенсионал широкозначных лексических единиц (множество
всех потенциально возможных референтов) превышает экстенсионал
лексических единиц с конкретным значением. Генерализация значения

1
Здесь и далее см. список электронных источников [II. Euphemisms in Different Spheres].
128

является распространенным способом эвфемизации: примерно 18,4% от


всего эвфемистического вокабуляра настоящего исследования. Следует
отметить, что генерализация значения связана с расширением значения
фразовых глаголов в английском языке, с использованием послелогов
(наличие служебного слова в постпозиции, выполняющего
морфосинтаксическую функцию предлога, но не обладающего свойством
раздельнооформленности), имеет широкое распространение в английском
языке: to fade away1, to drop off (to die), to empty out (to urinate).
Эвфемистическая субституция, основанная на противопоставлении
признаков денотата в сфере запрета и эвфемистического переименования,
приводит к контрасту наименований, к их поляризации. Поляризация
значений при эвфемистической субституции бывает основана на полной
антонимичности стигматичного денотата и эвфемистического
переименования или на частичной, лишь на отдельных оценочных
коннотациях. Например, когда эвфемизм statuesque2 (превосходно
сложенный) употребляется вместо слова fat. Вместо лексической единицы
«prostitute» употребляется эвфемизм lady и производные от него
эвфемистические выражения типа lady of pleasure3, lady of the night, lady of the
stage или такой эвфемизм, как angel of the night.
Большинство эвфемистических субститутов или компонентов,
входящих в их состав, образованных на основе поляризации, обладают
положительной оценочной коннотацией, контрастирующей со
стигматичностью прямого наименования. Сужение значения как способ
эвфемизации является более продуктивным в смысле образования
терминологических эвфемизмов-неологизмов, связанных с политической
корректностью и медицинской терминологией. Поляризацию значения
можно охарактеризовать как имеющую, зачастую, окказиональный характер,

1
См. список электронных источников [III. Euphemisms for "Death" and "Dying"].
2
См. список электронных источников [IV. «Fat phobia»].
3
См. список электронных источников [II. Euphemisms in Different Spheres].
129

являющуюся результатом индивидуального словотворчества, когда


контекстуальная опора обеспечивает раскрытие эвфемистического значения
лексической единицы. На эвфемистические субституты, образованные
посредством поляризации, приходится около 5% исследуемого материала.
Эвфемизм и заменяемая им лексическая единица могут быть связаны
синонимическими, антонимическими отношениями. Синонимические
отношения могут связывать эвфемизм и прямое стигматичное наименование
предмета, но при всей своей близости по значению они могут отличаться
друг от друга оттенками значения, стилистической окраской, т.е. сферой
применения, либо тем и другим. Стилистическая характеристика эвфемизмов
определяет его принадлежность к стилистическому регистру, т.е.
обусловленность выбора экспрессивно-стилистических возможностей
эвфемизма темой разговора, значимостью того, о чем идет речь. Целый ряд
слов в толковых словарях имеет пометы «высокое», «книжное»,
«разговорное», «просторечное». Изменение стилистической принадлежности
эвфемизмов способствует созданию эффекта смягчения. Например,
стилистическая разница эвфемизмов, вуалирующих лексему «to die»,
довольно ощутима: to pass away, to go to heaven и to come home feet first
(вперед ногами) и to kick up one's heels (протянуть ноги, коньки отбросить).
Стилистически противопоставлены следующие эвфемизмы: ceased to be,
fallen asleep, gathered to his ancestors, no longer with us и written out of the
script.
Что касается соотношения понятий «стилистическая сниженность
просторечия и сленга» и «эвфемия», то в разделе, посвященном
исследованию эвфемизмов сферы «смерть», было отмечено, что мы
разделяем точку зрения A.M. Кацева, считающего, что «грубость
сленгизмов» не имеет отношения к их предметной соотнесенности,
стилистическая сниженность связана с их стилистической принадлежностью.

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres, III.
Euphemisms for "Death" and "Dying"].
130

Семантическая структура эвфемизмов, относящихся к сниженному стилю,


содержит ассоциативный компонент значения, который обеспечивает
косвенность наименования, «ассоциат, под которым понимается
коннотативный смысл слова, его буквальное и, как правило, этимологическое
значение, всегда позитивнее денотата» [Кацев, 1976: 78]. Эвфемизм и
заменяемая им единица могут быть связаны синонимическими отношениями
идеографического вида, т.е. принадлежащие к одному стилю, но
указывающие на разные стороны признака, на различные степени
насыщенности, интенсивности признака или действия. Необходимо
отметить, что для эвфемистической субституции понижение степени
насыщенности признака, действия более характерно, а это объясняется самим
естеством явления эвфемии, направленным на смягчение, маскировку.
Например, синонимический ряд эвфемизмов backward! (child), retarded,
slow, academically subnormal, ineffective, less prepared, remedial, verbally
deficient, uniquely proficient, developmentally challenged, intellectually
challenged - раскрывает отдельные признаки понятия «a person with
congenital inability to learn». Эвфемистические выражения (child) with soft
skills, with a concentration problem, with special needs заменяют это же
понятие, но дифференцируют разные оттенки понятия. Ощутимое различие
появляется при сопоставлении эвфемизмов всего синонимического ряда, к
которому следует добавить следующие эвфемизмы: late developer,
underachiever. Существенные признаки понятия «a person with congenital
inability to learn» раскрываются в эвфемистических переименованиях по
Einstein /genius/scholar, not a great reader, elevator does not go to the top floor,
without the highest IQ in the world, образованных на основе литоты.
Использование антонима с отрицанием является средством «умаления»
признака. В данном случае семантическим способом эвфемизации является
поляризация значения. В синонимическом ряду эвфемизмов слова sweat -

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres, VI.
Euphemisms and Political Correctness].
131

glow', body odour, BO, underarm wetness - различие заключается в


преуменьшении явления. Эвфемизмы, относящиеся к той же тематике, такие
как smelly, bedewed, odorously challenged2, ретушируют различную степень
проявления признака посредством ослабления свойства. Многозначность
лексических единиц служит основанием для эвфемистической субституции, в
основе которой лежит семантический сдвиг как результат сходства двух
объектов действительности (метафора) или результат наличия
ассоциативных связей (метонимия). Метафоризация и метонимизация могут
осуществляться посредством расширения или сужения значения. Например,
вместо прямого наименования grave употребляется эвфемистический
субститут narrow bea, многочисленные примеры эвфемистической
субституции лексемы «die» основаны на метафорическом переносе
наименования на основании сходства: to answer the call, to fade away, to fall
asleep. Эвфемизмы, образованные на основе метафоры, обладают
образностью, колоритом. Метафоризация является одним из продуктивных
способов эвфемизации (около 15% всех эвфемизмов в настоящем
исследовании).
Эвфемистическая субституция прямого наименования предмета или
явления при перенесении наименования по смежности является
метонимической. Например, эвфемистическое выражение cold feet заменяет
стигматичные слова cowardice и fear, т.е. физическое состояние, которое
испытывают многие люди, переживая испуг. Эвфемистическая субституция в
основе метонимии, может быть сформирована на ассоциациях, связанных с
воображаемыми свойствами предметов, явлений, а не с реально
существующими. Например, лексема «die» заменяется эвфемизмом to give up
the ghost, который, по всей видимости, отражает представление об
освобождении души от телесной оболочки после смерти. Пространственные,

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, П. Euphemisms in Different Spheres].
2
[VI. Euphemisms and Political Correctness].
3
Здесь и далее см. список электронных источников [HI. Euphemisms for "Death" and "Dying"].
132

событийные, понятийные отношения между предметами, лицами,


действиями, явлениями и событиями, местом, временем и т.п. могут служить
основой метонимизации. Около 12% всего исследуемого нами материала
составляют метонимические эвфемизмы.
Относительная многочисленность эвфемизмов, имеющих в своем
составе имена собственные, в частности имена реально существующих лиц,
героев художественных произведений, географические названия стран и
производные от них, рек, городов и др., позволяет выделить среди
семантических способов эвфемизации группу эвфемизмов, образованных при
помощи имен собственных, в основе которых лежат метафора, метонимия,
аллюзия. Эвфемизмы, имеющие в своем составе имена собственные,
являются вербальным отражением зафиксированных в языковой системе
экстралингвистических фактов - примерно 2,4% от общего количества
эвфемистической лексики.
В первую группу выделены эвфемизмы, в состав которых входят
географические названия стран и производные от них, рек, городов и др. Эта
группа наиболее многочисленная: French ache1 (syphilis), French kiss, French
leave, French letter (contraceptive sheath worn by a male), а также эвфемизмы,
содержащие лексическую единицу «Dutch», такие как Dutch bargain (unfair or
unprofitable deal), что отражает исторический антагонизм отношений между
странами. По-видимому, восприятие некоторых народов, наций и наделение
их определенными чертами характера находит свое выражение в вербальных
средствах носителей того или иного языка. Сложное переплетение
социальных, нравственных, психологических аспектов, особенности
менталитета, национальная специфика находят свое отражение в вербальных
средствах языка. Например, эвфемистические наименования наркотиков
China white (heroin), Chinese tobacco (opium) или следующие
эвфемистические выражения Chinese copy (production model stolen from

Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres]. 2
Там же
133

another's design). Эвфемистические субституты, в состав которых входят


собственные имена известных реальных лиц или героев художественных
произведений или названий литературных произведений, включены во
вторую группу. Например, такие эвфемизмы, как Best Brian1 (devoted,
industrious servant), Cressida (рго5ШШе)явяяются именами реально живших
людей, а эвфемизмы old Harry, Lord Harry (devil), Davy Jones's locker (grave
at sea) взяты из художественных произведений.
В состав третьей группы входят эвфемизмы, имеющие в своем составе
имена мифологических и библейских персонажей. Например, as Allah made
him (naked), to cross the river of Jordan, to cross the Styx. Эвфемизмы на основе
метафоры являются наиболее многочисленной группой эвфемизмов,
имеющих в своем составе имена собственные (около 86,2 %). Антономазия,
переход нарицательных имен в собственные и рифмованный сленг являются
способами, образующими эвфемизмы, в состав которых входят имена
собственные. При антономазии происходит метафорическое использование
собственного имени для обозначения лица, наделенного свойствами
известного из истории, литературы, мифологии обладателя этого имени.
Эвфемизмы такого типа составляют примерно 6,1 % от общего количества:
Tom, Uncle Тот (a black man who defers unduly to whites), Magdalene
(prostitute). Эвфемизм Dark Gable (темнокожий сексапильный мужчина)
образован от имени актера Clark Gable, который исполнял роль Ретта Батлера
в фильме «Унесенные ветром». В данном случае имеет место аллюзия.
При переходе имени нарицательного в собственное, имя нарицательное
используется в качестве собственного, в данном случае происходит
персонификация (персонализация, олицетворение), когда неодушевленным
предметам приписываются свойства и признаки одушевленных. Например,
эвфемизмы Mr. Badger2, Mrs. Badger обозначают преступников,
участвующих в «badger game» - это вид шантажа, когда женщина соблазняет

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres].
2
Там же.
134

мужчину, а в решающий момент появляется сообщник («муж») и, угрожая


скандалом, требует деньги. Эвфемизм Saturday-night security маскирует
выражение «постоянный ухажер», любовница на уик-энд эвфемистически
завуалирована выражением Saturday-to-Monday. Примерно 2,3% составляют
эвфемизмы, образованные на основе персонификации.
Весьма популярны эвфемистические субституты, образованные на
основе рифмованного сленга, возникшего как шифрованный язык для того,
чтобы люди, Кокни, населявшие восточный район Лондона, могли общаться
на понятном только им языке. Характерной чертой рифмованного сленга
является замена зашифрованного слова на рифмующуюся с ним фразу. Для
большей секретности зарифмованная часть фразы часто опускается, и
употребляется только первая часть фразы вместо зашифрованного слова.
Например, эвфемизмы uncle Dick, dicky (unwell) образованы от слова sick, Т
Rex (sex), эвфемизм Brahms (drunk) от выражения «Brahms and Liszt, pissed»,
Donald Trump (dump - defecate), примерно 5,4 % составляют эвфемизмы,
образованные на основе рифмованного сленга.
Перефразирование представляет собой один из наиболее
распространенных семантических способов эвфемизации. Перифрастические
эвфемизмы представляют собой многосоставные описательные обороты,
целью которых является обозначение стигматичного денотата посредством
смягченной, обтекаемой формы. Большое число перифрастических
эвфемизмов связано с политикой, экономикой. Толчком к созданию
большого количества перифрастических эвфемизмов явилась культурно-
поведенческая и языковая практика - политическая корректность. Около
33,2 % исследуемых эвфемистических субститутов образованы при помощи
перефразирования, например, community treatment center вместо prison.
Перифрастическим эвфемизмам уделяется внимание далее, в параграфе,
посвященном особенностям лингвистических моделей построения
эвфемизмов. Заимствование как один из семантических способов

' Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
135

эвфемизации, представляет собой использование лексических средств других


языков для обозначения табуированных понятий, является достаточно
популярным во многих языках, в том числе и английском. В исследовании
примерно 3% эвфемизмов-заимствований, например, douceur1 (bribe), menage
a trios (treepeople living together in a sexual relationship), в настоящее время в
обиходе слово bra, chere amie (sexual mistress), a la natural (в естественном
виде).

2.6.2. Морфологические словообразовательные способы эвфемизации

К морфологическим словообразовательным эвфемистическим


модификациям формы слова относятся аффиксация: 1) префиксация,
особенно негативная, 2) аффиксация посредством суффикса -ist и
адъективного суффикса -у и при помощи диминутивных (уменьшительно-
ласкательных) суффиксов, 3) сокращение (аббревиация), 4) фонетическая
аналогия. Согласно результатам проведенного исследования, эвфемизмы
образуются в соответствии со стандартными для современного английского
языка словообразовательными моделями. На долю морфологических
словообразовательных способов эвфемизации приходится около 11% всего
эвфемистического вокабуляра в настоящем исследовании. Эвфемистический
эффект достигается при помощи модификации формы табуированной
лексической единицы, в результате чего содержательная сторона предстает в
завуалированной форме. О семантическом потенциале префикса para- в
контексте эвфемии уже упоминалось в настоящем диссертационном
исследовании.
Необходимо упомянуть об эвфемизмах, образованных при помощи
префиксов pre-, pro-, поп-, dis-. Снижение определенной степени
насыщенности, интенсивности признака достигается выражением

1
Здесь далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres].
136

противоположного качества, действия и осуществляется при помощи


префиксов in-, ir-, ж-, under-, fife-. Аффиксация (а именно - негативная
префиксация) является одним из распространенных морфологических
средств эвфемизации (около 19% эвфемизмов). Необходимо отметить, что
вышеперечисленные префиксы являются морфологическими средствами
эвфемизации, которые вносят изменения в виде дополнительного оттенка не
только в структуру лексических единиц, но и в значение. Например,
эвфемизмы типа untruth1, disinformation, inaccuracy (lie) или unwaged,
unassigned (unemployed) воспринимаются как менее негативные потому, что в
своем составе содержат лексемы, вызывающие позитивные ассоциации.
Например, эвфемизмы unbalanced, unsound, смягчающие понятие «mad»,
создают позитивный «настрой» с точки зрения прагматики. Таким образом,
болезнь воспринимается как нечто временное и незначительное.
Многие эвфемизмы прямых наименований негативных качеств,
характеристик или действий представляют собой номинации отрицания
положительных свойств, характеристик. При негативной префиксации
наиболее типичной является следующая модель: «негативный префикс в
составе существительного, прилагательного или глагола», антонимичных
прямому стигматичному наименованию. Эвфемизмы с префиксом fife-
характерны для официально-делового общения, связанного с языком
бюрократического аппарата власти, например, dehire, delayering, de-
accession (dismiss from employment). Стилистическая принадлежность
эвфемизма и прямого наименования способствует созданию
эвфемистического эффекта, например, лексическая единица «embalm»
употребляется в разговорном стиле, а для эвфемистического субститута
decontaminate характерна книжная, официальная стилевая принадлежность.
Исследование выявило наличие эвфемизмов, образованных
посредством суффикса -ist как эвфемистических переименований профессий,

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VII. Political Euphemisms, War Euphemisms].
2
Там же.
137

которые способствуют повышению социально-статусной принадлежности


индивида в социуме. Например, название garbage collector при помощи
суффикса -ist, превращает название профессии в garbologist1.
Эвфемистическое переименование названий профессий соответствует
современным тенденциям в лингвистике, отражающим стремление человека
к продвижению по «социальной лестнице» в современном обществе, и не
вступает в противоречие с принципами политической корректности.
Эвфемизмы типа curvy, beefy, burly, brawny, stocky, образованные
посредством суффикса -у, реализуют функцию смягчения, несмотря на то,
что имеют в своем составе прямые стигматичные наименования, в данном
случае создается эффект снижения насыщенности признака. Эффект
смягчения в выражении Oldies and Wrinklies (морщинистые
старички/старики-разбойники) достигается посредством диминутивного
суффикса -ie, нейтрализующего прямое стигматичное наименование при
помощи безобидный манеры репрезентации данного понятия. На эвфемизмы,
образованные посредством суффиксации приходится примерно 3,6%
исследуемой эвфемистической лексики, образованной посредством
морфологических способов эвфемизации.
В морфологических способах словообразования, связанных с
изменением формы табуированного слова или словосочетания, наиболее
продуктивным способом является сокращение (аббревиация) - около 40,1%
всей эвфемистической лексики. Аббревиация как морфологический способ
образования эвфемизмов бывает двух видов: путем сокращения морфем
табуированного слова и образование эвфемизма (акронима) путем сложения
начальных букв или начальных звуков исходного табуированного
словосочетания (инициальный тип). При первом виде аббревиации может
быть усечено начало табуированного слова (аферезис), усечение морфем
внутри слова - синкопа, усечение конечных морфем - апокопа или усечение

1
[VI. Euphemisms and Political Correctness].
2
Здесь и далее см. список электронных источников [IV. «Fat phobia»].
3
Здесь и далее см. список электронных источников [V. Euphemisms for "Old"].
138

начальных и конечных морфем. Исследование выявило аббревиатуры


(акронимы) следующих типов: 1) буквенные, образованные из алфавитных
названий начальных букв исходного словосочетания, 2) буквенно-звуковые,
сочетающие буквенный и звуковой типы, 3) звуковые, 4) смешанный тип
аббревиатуры, состоящий из целого слова с предшествующим ему
буквенным сокращением. Например, эвфемизмы chair1 (chairman,
chairperson), vamp (vampire), undies (underwear) - апокопа, vert (pervert) —
аферезис, эвфемизм U-wear (underwear) - синкопа, эвфемизмы ARC (AIDS
related condition), b.f. (bloody fool), B.O. (body odor), b.t.m (bottom), CSW
(commercial sex worker), S/S (save sex) в объявлениях о поиске партнера
-буквенная аббревиатура.
Эвфемизмы типа О.В. man (акушер-гинеколог), S.A. girl (sex appeal girl)
представляют собой аббревиатуры смешанного типа, примером звуковой
аббревиатуры является эвфемизм AIDS. Следует отметить количественное
преобладание буквенных аббревиатур и аббревиатур смешанного типа в
английском языке. Аббревиация, являясь относительно «молодым» способом
словообразования, представляет собой продуктивный морфологический
способ эвфемизации. Двусмысленность эвфемистических аббревиатур
инициального типа представляется особенно привлекательной с точки зрения
маскировки слов фривольного плана.
Фонетическая (звуковая) аналогия как морфологический способ
образования эвфемизмов представляет собой любопытное средство
отвлечения от табуированного денотата во всех языках, в том числе и
английском. При звуковой аналогии изменение формы табуированного слова
приводит к эффекту смягчения и маскировке прямого наименования. В
данном случае речь пойдет об эксплетивах, вводимых в высказывание в силу
традиции либо для придания высказыванию большей экспрессивности и
связанных с богохульным употреблением слов. В первую очередь, это

' Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres, VI.
Euphemisms and Political Correctness]
139

образование эвфемизмов по звуковой аналогии с эксплетивами, связанными с


именем Бога, Иисуса Христа, дьявола. Разнообразие эвфемизмов данной
тематики обусловлено социально-регламентируемым запретом на
ругательства, осуждением, неодобрительным отношением в социуме к
употреблению ругательств. Например, эвфемизмы Gord1, gorra, gory, gosh
заменяют лексическую единицу «God», эвфемизмы jacks, jaises, jees, jeez
употребляются вместо Jesus. Следует отметить, что речь идет о любых
эксплетивах, выражающих разные эмоции, и об эвфемизмах любой
тематической соотнесенности, сформированных по звуковой аналогии с
табуированным словом. В настоящем диссертационном исследовании
зафиксировано приблизительно 1,3% эвфемизмов, образованных
посредством звуковой аналогии. Систематизация вариативных возможностей
таких эвфемизмов не входит в задачи настоящего диссертационного
исследования.
Словосложение (основосложение) как структурная модель образования
эвфемизмов, представляющая собой соединение двух или более морфем,
которые являются корневыми в отдельных словах, и характеризующаяся
цельнооформленностью, является распространенной лингвистической
моделью в современном английском языке. В настоящем исследовании
зафиксировано 36% эвфемизмов-композитов. Эвфемистические субституты,
образованные словосложением, представляют собой сложные слова или
композиты, обладающие признаками цельнооформленности. Следующие
признаки цельнооформленности позволяют дифференцировать эвфемизмы
как эвфемистические композиты: во-первых, наличие фиксированного
порядка компонентов; во-вторых, идиоматичность значения; в-третьих,
наличие главного ударения; в-четвертых, особый графический облик
(слитное или дефисное написание).
По характеру синтаксического отношения между компонентами
эвфемистического субститута композиты могут быть: 1) сочинительные

1
Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres].
140

(соединение равноправных компонентов) и 2) подчинительные (соединение


синтаксически главного компонента и зависимого). Подчинительные
эвфемистические композиты могут быть посессивными (бахуврихи
-санскрит, термин), выражающими обладание предметом или свойством,
обозначенным при помощи компонентов композита. Возможность вывести
значение и грамматические функции композита из его компонентов
позволяет говорить об эндоцентричных эвфемистических композитах, а при
отсутствии такой возможности - об экзоцентричных эвфемистических
композитах.
По способу соединения компонентов эвфемистических композитов
различаются атематические композиты, при непосредственном соединении
корневых морфем (основ), и тематические композиты, соединяющиеся
посредством интерфикса. Со структурной точки зрения эвфемистические
композиты могут быть нейтральные (сложение корневых морфем),
морфологические (тематические, сложение посредством соединительных
элементов) и синтаксические (соединение посредством артиклей, предлогов,
отражающих отношения синтагматического плана).
Нейтральные эвфемистические композиты в свою очередь делятся на
три подгруппы: 1) простые композиты, состоящие из корневых морфем;
2) сложнопроизводные, имеющие в своем составе компоненты, образованные
при помощи аффиксов (деривативы); 3) сложносокращенные композиты,
имеющие в составе сокращенные основы. Например, стремление избежать
употребления наименований профессий, указывающих на половую
принадлежность в соответствии с принципами культурно-поведенческой и
языковой практики, обусловливает формирование политически корректных
эвфемизмов, лишенных «сексистских» суффиксов -man, -ess и образованных
посредством словосложения. Вместо слов bellman1 или bellboy появляется
эвфемизм bellhop, который является сочинительным, эндоцентричным,
простым (атематическим) композитом. Эвфемизмы differently-brained,

1
Здесь и далее см. список электронных источников [VI. Euphemisms and Political Correctness].
141

generationally-different, kindness-impaired являются подчинительными,


эндоцентричными, сложнопроизводными (атематическими) композитами.
Эвфемизмы full-figured, big-boned являются подчинительными,
посессивными (бахуврихи), эндоцентричными, сложнопроизводными
(атематическими) композитами, эвфемизм plus-sized - сочинительный,
экзоцентричный, сложнопроизводный (атематический) композит. К
сочинительным экзоцентричным, простым (атематическим) композитам
относятся эвфемизмы chalkboard к pretty-plus. Эвфемизм the f-word является
подчинительным, эндоцентричным, сложносокращенным (атематическим)
композитом. Следует отметить малочисленность группы сочинительных,
эндоцентричных, морфологических (тематических) эвфемистических
композитов типа Afro-American и сочинительных, эндоцентричных,
синтаксических эвфемизмов типа Saturday-to-Monday, you-know-what.

2.7. Особенности лингвистических моделей построения эвфемизмов


в современном английском языке

Эвфемизмы выделяются большим структурным разнообразием.


Эвфемизмами могут быть слова, словосочетания, предложения. Все
знаменательные части речи: существительное, глагол, прилагательное,
наречие, местоимение, числительное - могут выступать в качестве
эвфемизма. В этой связи особое внимание привлекает тенденция к
использованию эвфемистических субститутов в виде словосочетаний.
Интерес представляют собой эвфемистические субституты, являющиеся
синтаксическими конструкциями, которые образуются посредством
соединения двух или более знаменательных слов, и служащие средством
номинации, в обозначении предмета, явления, качества. С точки зрения
семантики эвфемизмы-словосочетания состоят из главного компонента и

1
Здесь и далее см. список электронных источников [IV. «Fat phobia»].
142

зависимого, который уточняет, конкретизирует главный компонент. В


зависимости от главного компонента эвфемизмы бывают субстантивные,
адъективные, глагольные и наречные. При сохранении самостоятельности
лексических значений всех входящих в состав эвфемистического
словосочетания компонентов эвфемизм является свободным. При утрате или
ослаблении лексической самостоятельности одного или всех
компонентов, эвфемистическое словосочетание является несвободным и
его значение приближается к отдельной лексеме. Эвфемистические
словосочетания образуются главным образом на основе перифраза как
описательные выражения, обозначающие в непрямой, описательной
форме предметы, явления действительности, прямые наименования
которых оказались под запретом. Проведенное исследование выявило
следующие особенности лингвистических моделей построения эвфемизмов.
Во-первых, наиболее распространенными образцами являются
субстантивные несвободные эвфемистические субституты, которые
формируются по модели «зависимые компоненты - имя существительное
(главный компонент)». Например, эвфемизмы типа pre-owned car1,
experienced car, early school leavers, career-change opportunity, free-speech
zones и др. составляют 47,6% исследуемых эвфемизмов.
Во-вторых, среди субстантивных свободных эвфемистических
словосочетаний наиболее популярными являются: 1) эвфемизмы,
образованные по образцу «зависимый компонент -
engineer/technician/ехрегЬу (31,2%,): например, petroleum transfer
technician/petroleum engineer; 2) эвфемизмы, образованные по образцу «имя
существительное - предлог (with/of) - зависимые компоненты» (49%,):
people of the "third age", children with self-paced cognitive ability;

Здесь и далее см. список электронных источников [I. Euphemisms, II. Euphemisms in Different Spheres, VI.
Euphemisms and Political Correctness].
143

3) эвфемизмы, образованные по образцу «зависимые компоненты


-facility/home/center», например, animal-testing facility, youth correctional
centers, juvenile detention facilities, homes for emotionally disturbed adults
(19,8%.). В-третьих, большую популярность обрели адъективные по своему
характеру свободные эвфемистические субституты, которые образуются по
модели «зависимые компоненты - причастие II» (43,2%)):. verbally
challenged, vertically inconvenienced, differently organized. Самыми
высокочастотными и продуктивными образцами данной модели
эвфемистических субститутов являются следующие модели: «наречие
-challenged» - 35,4%, , «наречие - gifted» - 16,3%. Следует отметить
многочисленность эвфемизмов, образованных на основе распространенной
до недавнего времени модели «наречие + disadvantaged/disabled»,
«наречие - inconvenienced», «наречие + impaired» - 41,6%. Что касается
эвфемизмов типа visually impaired, то они не получили такого широкого
распространения как эвфемизмы, основанные на предыдущей модели,
(около 0,7% эвфемизмов).
В-четвертых, научно-технический прогресс, глобализация проблем
мирового сообщества, СМИ, приоритетное значение социально-статусных
порядков обусловливают тенденцию к формированию терминологически
перегруженного языка, созданию эффекта «перенасыщения» технической
терминологией. Например, многокомпонентные эвфемистические
субституты типа focused management program for correction an imbalance of
forces and skills вместо «firing» составляют примерно 9,2%) всех
перифрастических эвфемизмов. Следует отметить, что процесс
«технологизации» языка, создание эффекта «перенасыщения» технической
терминологией свойственны всем лингвистическим моделям построения
эвфемизмов. В языковой системе происходит формирование тенденции к
установлению оппозиции «научно-терминологическое - эстетическое
звучание» лексической единицы.
144

Выводы по главе II

Проведенный анализ результатов исследования в соответствии с


поставленными задачами в настоящем диссертационном исследовании
позволяет прийти к следующим выводам
1. Основными функциями эвфемизмов являются: 1) функция
смягчения; 2) функция соблюдения морально-этических норм для
поддержания бесконфликтного общения; 3) функция маскировки в свете трех
взаимосвязанных аспектов функционирования эвфемизмов:
социокультурного (в том числе и психологического), прагматического и
собственно лингвистического.
1.38. В языке политики широко используется видоизмененный способ
репрезентации информации, в основе которого лежит социально-оценочное
использование политических эвфемизмов как средства языковой маскировки.
1.39. Основными мотивами использования политических эвфемизмов
являются: 1) стремление завуалировать негативные стороны явлений
действительности; 2) стремление ретушировать негативные последствия
неприглядных политических и экономических мер; 3) стремление сохранить
баланс социально-статусных интересов на уровне государства с целью
создания оправдательного пропагандистского эффекта как средства
предотвращения общественного резонанса.
4. Использование особой терминологической «завесы»,
эвфемистических словосочетаний и выражений, «отрепетированных»,
откорректированных терминов в СМИ англоязычных стран способствует: 1)
абстрагированию и обезличиванию войны; 2) созданию эффекта смягчения и
маскировки; 3) притуплению негативных эмоций и формированию
терпимого общественного отношения к военным действиям.
5. Разграничение эвфемии в сфере экономики, политики и культурно-
поведенческой и языковой практики - политической корректности в -
социальных сферах осложняется, во-первых, близостью этих сфер; во-
145

вторых, наличием сходства, при незначительности отличий; в-третьих,


отсутствием релевантных критериев для более четкого разграничения.
6. Политическая корректность как культурно-поведенческая и языковая
практика представляет собой способ избежать вербальной агрессии.
Причины политической корректности в английском языке связаны, во-
первых, с существующими и осознаваемыми членами социума формами и
разновидностями дискриминации; во-вторых, со стремлением к преодолению
дискриминации, обусловленным культурно-поведенческими традициями,
высоким уровнем социальной культуры, менталитетом западного общества;
в-третьих, с коммерческим интересом, с манипулятивной деятельностью
рекламной коммуникации.
1.40. Лексический уровень политической корректности представлен
эвфемизмами, ориентированными на исключение возможных манифестаций
различных видов дискриминации (расовой, этнической, возрастной, по
состоянию здоровья, внешнему виду, по социальному статусу).
Систематизация полученных данных позволила выделить четыре принципа
политической корректности: 1) принцип соблюдения межрасовой и
межэтнической толерантности; 2) принцип безотносительности
наименования профессии к половой принадлежности; 3) принцип
соответствия требованиям политически корректной избирательности. 4)
принцип социальной приемлемости словоупотребления.
1.41. Политически корректные эвфемизмы являются индикатором
стремительного развития тенденции к формированию «терминологически
нагруженных» наименований, имеющих наукообразное звучание.
9. Исследование продуктивных сфер с точки зрения формирования
эвфемизмов выявило увеличение численности эвфемизмов
«антропоцентрического» плана, что связано с интенсивностью процессов
эвфемизации в социальных сферах.
10. Многие проблемы социально-статусного и нравственно-этического
характера явились катализатором увеличения численности эвфемизмов в
146

сферах «смерть», «возрастные различия, старение человеческого организма,


болезни», «внешний вид», «умственные и физические недостатки».
Предпринятая попытка систематизировать и классифицировать эвфемизмы
выше перечисленных сфер позволяет выявить лингвокультурную специфику
формирования и функционирования эвфемизмов соответствующей тематики.
11. Сочетание эвфемии с иронией или юмором связано с экспрессивно-
образным и эмоционально-оценочным употреблением языковых единиц. В
основе употребления эвфемистических субститутов с шутливым или
ироничным оттенком лежит принцип семантической двуплановости,
создаваемый узуальными и окказиональными, прямыми и переносными
значениями.
12. Особенностью формирования эвфемистических субститутов
«антропоцентричного» плана на данном этапе развития англоязычного
общества является переключение внимания посредством вербальной
трансформации «недостатков» в достоинства, актуализация
«положительного» смысла, эффект «позитивизации минусов».
13. При большой структурной вариативности эвфемизмов наибольшую
популярность приобрели эвфемизмы в виде словосочетаний, образованных
на основе перифраза. Особенности лингвистических моделей построения
таких эвфемизмов заключаются, во-первых, в том, что распространенными
образцами являются субстантивные несвободные эвфемистические
субституты, которые формируются по модели «зависимые компоненты - имя
существительное (главный компонент)»; во-вторых, среди субстантивных
свободных эвфемистических словосочетаний наиболее популярными
являются: 1) эвфемизмы, образованные по образцу «зависимый компонент -
engineer/technician/expert»; 2) эвфемизмы, образованные по образцу «имя
существительное - предлог (with/of) - зависимые компоненты»; 3)
эвфемизмы, образованные по образцу «зависимые компоненты -
facility/home/center»; в-третьих, большую популярность обрели адъективные
по своему характеру свободные эвфемистические субституты, которые
147

формируются по модели «зависимые компоненты - причастие II». Самыми


высокочастотными и продуктивными образцами данной модели являются
«наречие - challenged», «наречие - inconvenienced», «причастие - gifted».
14. Результаты исследования показывают формирование и усиление в
языковой системе устойчивой тенденции к установлению оппозиции
«научно-терминологическое - эстетическое звучание» лексической единицы.
148

Заключение

В настоящей работе предпринята попытка провести системное


исследование лингвокультурной специфики формирования и
функционирования эвфемизмов в современном английском языке на основе
обобщения и анализа, имеющихся теоретических и практических материалов
в области эвфемии, а также на основе материалов англоязычных Интернет-
сайтов. Комплексный подход к явлению эвфемии включает в себя
рассмотрение ряда вопросов, в том числе и проблему соотношения табу и
эвфемизма. Взаимосвязь трех аспектов: психологического, социального и
лингвистического - обусловливает многогранность проблемы табу и
эвфемии. Отсутствие статичности, неизменности религиозных, моральных,
этических, нравственно-ценностных мотивов предопределяет сужение одних
сфер табуизации и эвфемизации и расширение других. Универсальность табу
и эвфемизма, внешняя языковая манифестация этих явлений, взаимосвязь
лингвистических и экстралингвистических факторов составляет суть
лингвистического аспекта. «Антропоцентричность» современного табу
представляется закономерным процессом на современном этапе развития
англоязычного общества.
Принимая во внимание различные подходы, аспекты, лежащие в
основе дефиниций эвфемизма, а также основываясь на элементах метода
компонентного анализа, выделены характеристики, отражающие сущность
понятия «эвфемизм». Целесообразность выделения основных характеристик
эвфемизма обоснована поставленной целью и рядом задач исследования.
Выведение собственного определения эвфемизма не входило в задачи
настоящего диссертационного исследования, но в ходе рассмотрения
проблемы терминологии по эвфемии, возник вопрос о собственной
дефиниции. В широком понимании эвфемистической субституции,
релевантным критерием для идентификации эвфемизма является
способность эвфемизма придать значению лексической единицы, которая
149

изначально обладает или приобретает стигму, положительную оценочную


направленность. Процесс аккумуляции негативных ассоциаций
предопределяет «изнашивание» эвфемизма и стирание его эвфемистической
функции, как следствие, возникает потребность в новом эвфемизме. Общая
сущностная характеристика эвфемизма, понимаемая в самом широком
смысле, заключается в его способности модифицировать тематически
стигматичное явление посредством изменения формы при относительном
сохранении содержания. На основании полученных данных возникла
необходимость в корректировке традиционной характеристики эвфемизма
как «эмоционально-нейтрального слова».
В роли эвфемизмов зачастую выступают лексические единицы с
ироничным, даже пренебрежительным оттенком, свойственным лексике
сниженного стиля. Рассмотрение понятий «эвфемизм» и «мелиоратив» в
случаях, связанных с переименованием профессиональной деятельности,
привело к выводу о том, что четкое разведение этих понятий практически
невозможно в силу традиционного использования данных понятий в
лингвистике и отсутствия наиболее релевантных критериев их
дифференциации, в силу высокой степени их близости. Тем не менее,
переименование названий малопрестижных профессий, следует
интерпретировать как эвфемистическую субституцию.
Значимость системы «имиджей», иерархия престижности, социальный
статус человека в обществе, его социальные приоритеты и др. привели к
появлению эвфемистических по своему содержанию названий для немодных,
среднестатистических профессий. Эвфемистические переименования названий
непрестижных профессий как средство приобщения к представителям
привлекательной статусной группы обладают, с одной стороны,
«компенсаторной силой» а с другой стороны, создают эфемерную надежду на
возможность повышения своего статуса, иллюзию «повышения в ранге».
Использование политических эвфемизмов как средства языковой
маскировки представляет собой видоизмененный способ репрезентации
150

информации, в основе которого лежит социально-оценочное использование


политических эвфемизмов с целью передачи смысла высказывания при
наделении предмета высказывания необходимым смыслом. Эвфемия в сфере
экономики, политики и политическая корректность в социальных сферах
имеют много сходства. В результате, отсутствуют релевантные критерии для
четкого разграничения этих двух взаимосвязанных явлений.
Итогом рассмотрения лексического уровня политической корректности
является выделение четырех принципов политической корректности:
принципа межрасовой и межэтнической толерантности; принципа
безотносительности наименования профессии к половой принадлежности;
принципа соответствия требованиям политически корректной
избирательности; принципа социальной приемлемости.
Процесс «насаждения» политически корректной терминологии
вызывает к жизни выражения, представляющие собой иронично-
юмористические образцы политически корректного словотворчества,
нередко с элементами гротеска и издевки. Понимание политически
корректной терминологии сопряжено с рядом трудностей, в связи с этим, в
перспективе возможно составление словаря политически корректной
лексики. Результаты исследования свидетельствуют о том, что проблемы
социально-статусного и нравственно-этического плана способствуют
увеличению числа политически корректных эвфемизмов в
«антропоцентрических» сферах.
Особенностью формирования и функционирования эвфемизмов в
современном английском языке, в сферах «антропоцентричного» плана
является «техника переключения внимания посредством вербальной
трансформации «недостатков» в достоинства», актуализация
«положительного» смысла, создание эффекта «позитивизации минусов».
Политически корректные эвфемизмы являются яркой иллюстрацией
тенденции к формированию в языковой системе «терминологически
нагруженных» наименований.
151

С точки зрения структурного разнообразия эвфемизмов наибольшее


распространение приобретают перифрастические эвфемистические
словосочетания. Наиболее распространенные лингвистические модели
построения эвфемизмов соответствуют стандартным словообразовательными
моделями современного английского языка.
Анализ и обобщение фактического материала свидетельствуют, во-
первых, о наличии в современном английском языке устойчивой тенденции к
формированию эвфемизмов, лингвистические модели построения которых
можно охарактеризовать как терминологически «нагруженные»; во-вторых,
развитие научно-технического прогресса, усиление процесса глобализации
обусловливают формирование в языковой системе устойчивой тенденции к
установлению оппозиции «научно-терминологическое - эстетическое
звучание» лексической единицы.
Таким образом, явление эвфемии представляется более сложным и
многогранным, чем его традиционная интерпретация. В настоящем
исследовании предпринята попытка рассмотрения лингвокультурных
особенностей формирования и функционирования эвфемизмов, взаимосвязи
социальных сфер и процесса эвфемизации, которые являются одними из
наиболее интересных явлений в современном английском языке.
152

БИБЛИОГРАФИЯ
1.42. Александров, А. В. О терминах «табу» и «эвфемизмах»
[Текст] / А. В.Александров // Іноземна філология I Львов, гос. ун-т. -
Львов, 1966. -Вып. 8. - С. 25-32.
1.43. Арнольд, И. В. Стилистика современного английского языка
[Текст] : (стилистика декодирования) / И. В. Арнольд. - 3-е изд. - М.
: Просвещение, 1990 - 300 с. - (Учеб. пособие для пед. ин-тов).
1.44. Артюшкина, Л. В. Семантический аспект эвфемистической
лексики в современном английском языке [Текст] : дис. ... канд. филол.
наук : 10.02.04 / Л. В. Артюшкина. - М., 2002. - 135 с.
1.45. Арутюнова, Н. Д. Типы языковых значений [Текст] : Оценка.
Событие. Факт / Н. Д. Арутюнова ; АН СССР, Ин-т языкознания. - М. :
Наука, 1988.-338 с.
1.46. Асеева, Ж. В. Лексические средства выражения
идеологии политической корректности в современном английском
языке [Текст] : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Ж. В. Асеева. -
Иркутск, 1999. -189 с.
1.47. Баландина, М. И. Проблема перевода арго и дисфемизмов
в двуязычной ситуации [Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук :
10.02.20 / М. И. Баландина; [Моск. пед. ун-т]. - М., 2000. - 27 с.: ил.
1.48. Баркова, Л. А. Эвфемизмы как единицы языковой
системы и социальные сферы их употребления [Текст] / Л. А.
Баркова // Системная организация английской фразеологии : [сб. ст. /
отв. ред. А.
B. Кунин]; Моск. гос. пед. ин-т иностр. яз. им. М. Тореза. - М., 1986. -
Вып. 262.-С. 107-116.
1.49. Беляева, Т. М. Нестандартная лексика английского языка
[Текст] / Т. М. Беляева, В. А. Хомяков. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1985. - 136 с.
1.50. Бенвенист, Э. Эвфемизмы древние и современные
[Текст] / Э. Бенвенист // Бенвенист, Э. Общая лингвистика : пер. с фр. /
под ред. Ю.
C. Степанова. - М.: Прогресс, 1974. - С. 370-376. - (Языковеды мира).
153

Ю.Бердова, Н. М. Иносказательность эвфемизмов [Текст] / Н. М. Бердова


// Структурно-семантическое исследование немецкой лексики : [сб. ст.]
/ Калинин, гос. ун-т. - Калинин, 1989. - С. 3-15. 11 .Бердова, Н. М.
Эвфемизмы в современном немецком языке [Текст] :
автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Н. М. Бердова ; Киев.
гос. пед. ин-тиностр. яз. -Киев, 1981. - 19 с. 12.Болдырева, С. И.
Политически корректный язык [Текст] / С. И.
Болдырева, М. В. Болдырева // Когнитивно-прагматические аспекты
лингвистических исследований : сб. науч. тр. / Калинингр. гос. ун-т. -
Калининград, 1999. - С. 35-39. ІЗ.Болинджер, Д. Атомизация
значения [Текст] / Д. Болинджер //
Лингвистическая семантика: [сб. ст.] / сост., общ. ред. и вступ, ст. В. А.
Звегинцева. - М, 1981. - С. 200-235. - (Новое в зарубеж. лингвистике ;
Вып. 10). И.Босчаева, Н. Ц. Контекстуальная эвфемия в современном
английском
языке [Текст] : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Н. Ц. Босчаева. -
Л., 1989.-190 с. 15.Босчаева, Н. Ц. Роль социальных и
психологических мотивов в
процессе эвфемизации [Текст] : (на материале соврем, англ. яз.) / Н. Ц.
Босчаева. - Л., 1989, - 13 с. - Деп. в ИНИОН АН СССР 5.06.89, №
38183. Іб.Босчаева, Н. Ц. Функциональная семантика
контекстуальных
эвфемизмов [Текст] / Н. Ц. Босчаева, М. А. Кащеева // Проблемы
функциональной семантики : межвуз. сб. науч. тр. / Калинингр. гос. ун-
т. - Калининград, 1993. - С. 34-41. П.Бушуева, Т. С. Прагматический
аспект эвфемизмов и дисфемизмов в
современном английском языке [Текст] : дис. ... канд. филол. наук :
10.02.04 / Т. С. Бушуева. - Смоленск, 2005. - 176 с. 18.Вандриес, Ж.
Язык [Текст] : лингвистич. введение в историю : пер. с
фр. / Ж. Вандриес. - М.: Соцэкгиз, 1937. - 410 с.
154

19.Вахтин, Н. Б. Социолингвистика и социология языка [Текст] : учеб.


пособие / Н. Б. Бахтин, Е. В. Головко. - СПб. : Гуманит. Акад. : Европ.
ун-т в Санкт-Петербурге, 2004. - 336 с. 20.Вебер, Е. А. Опыт
лингвистического исследования когнитивного
диссонанса в английском дипломатическом дискурсе : автореф. дис. ...
канд. филол. наук : 10.02.04 / Е. А. Вебер ; [Иркут. гос. лингв, ун-т]. -
Иркутск, 2004.-19 с. 21.Вежбицкая, А. Язык. Культура. Познание
[Текст] : [пер. с англ.] / А.
Вежбицкая. - М.: Рус. слов., 1996.-411 с. 22.Верещагин, Е. М.
Язык и культура : лингвострановедение в
преподавании рус. яз. как иностранного [Текст] : метод, руководство /
Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров. - 4-е изд., перераб. и доп. - М. :
Рус. яз., 1990. - 246 с. : ил. - (Б-ка преподавателя рус. яз. как
иностранного). 23.Видлак, С. Проблема эвфемизма на фоне теории
языкового поля
[Текст] / С. Видлак // Этимология, 1965 : материалы и исслед. по европ.
и др. яз. / отв. ред. О. Н. Трубачев ; АН СССР, Ин-т рус. яз. - М, 1967.
-С. 267-285. 24.Виссон, Л. Язык оптимистов и политкорректность
[Текст] / Л. Виссон //
Русские проблемы в английской речи : слова и фразы в контексте двух
культур : авториз. пер. с англ. / Л. Виссон. - М., 2003. - С. 29-48.
25.Витлицкая, Е. В. Лингвистическая репрезентация тендерных
стереотипов в рекламе [Текст] : на материале англояз. и русскояз.
реклам, текстов : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.19 / Е. В. Витлицкая.
- Тамбов, 2005. - 144 с.: ил. 26.Водак, Р. Язык. Дискурс. Политика
[Текст] : пер. с англ. и нем. / Р.
Водак ; Волгоград, гос. пед. ун-т, Науч.-исслед. лаб. «Язык и
личность». - Волгоград : Перемена, 1997. - 139 с.
155

27.Вольф, Е. М. Функциональная семантика оценки [Текст] / Е. М. Вольф;-


отв. ред. Г. В. Степанов ; АН СССР, Ин-т языкознания. - М. : Наука,
1985.-228 с. 28.Гак, В. Г. Повторная номинация и ее стилистическое
использование
[Текст] / В. Г. Гак // Вопросы французской филологии : сб. тр. / Моск.
гос. пед. ин-т им. Ленина. - М., 1972. - С. 123-126. 29.Гак, В. Г.
Семантическая структура слова как компонент
семантической структуры высказывания [Текст] / В. Г. Гак //
Семантическая структура слова : психолингв, исслед. : [сб. ст.] / АН
СССР, Ин-т языкознания. - М., 1971. - С. 78-96. ЗО.Гальчук, Л. М.
«Важно ли имя?» [Текст] : к проблеме табу и
эвфемизмов в английском языке / Л. М. Гальчук // Вопросы
лингвистики и методики преподавания иностранных языков в высшей
школе : межвуз. сб. науч. тр. / Новосиб. гос. акад. вод. трансп. -
Новосибирск, 2000. - С. 90-98. 31 .Гатина, М. М. О некоторых
современных направлениях в исследовании
эвфемистической лексики английского языка [Текст] / М. М. Гатина. -
Хабаровск, 1998. - 20 с. - Деп. в ИНИОН РАН, № 54113.
32.Гизатулина, Ю. Ф. Престиж как социокультурный феномен [Текст] :
дис. ... канд. социол. наук : 22.00.06 / Ю. Ф. Гизатулина. - М., 1994. -
198 с. 33.Голованова, Е. Ю. Эвфемизация табуированных соматизмов
[Текст] :
на материале французского и русского языков : автореф. дис ... канд.
филол. наук : 10.02.20 / Е. Ю. Голованова ; Башкир, гос. ун-т. - Уфа,
2005.-24 с. 34.Голубкова, Е. В. Коннотативные аспекты варьирования
наименований
[Текст] / Е. В. Голубкова // Проблемы лексических номинаций в
английском языке : сб. науч. тр. / Моск. гос. пед. ин-т иностр. яз. им. М.
Тореза. -М., 1981.-Вып. 171.-С. 123-135.
156

35.Голубкова, Е. В. Номинативное варьирование как средство речевого


этикета [Текст] : (на материале соврем, англ. яз.) : автореф. дис. ...
канд. филол. наук : 10.02.04 / Е. В. Голубкова ; Моск. гос. пед. ин-т
иностр. яз. им. М. Тореза. - М., 1982. - 28 с. Зб.Гриценко, Е. С.
Мелиоративная лексика в английской разговорной
речи [Текст] : дис. ... канд. филол. наук / Е. С. Грищенко ; Львов, гос.
ун-т им. И. Франко. - Львов, 1986. - 208 с. 37.Гуманова, Ю. Л.
Политическая корректность как социокультурный
прогресс [Текст] : на примере США : дис. ... канд. филол. наук :
22.00.04 / Ю. Л. Туманова. - М„ 1999. - 157 с. 38.Девкин, В. Д.
Переименование [Текст] / В. Д. Девкин // Речевые
аспекты изучения современного немецкого языка : межвуз. сб. науч. тр.
/ Моск. гос. пед. ин-т им. В. И. Ленина ; под ред. В. Д. Девкина. - М.,
1984.-С. 3-29. 39.Донской, В. Ф. О табу и эвфемизмах [Текст] / В.
Ф. Донской //
Проблемы стилистики, лексикологии и фразеологии : англ., нем., фр. и
исп. яз. : [сб. ст.] / Голов, иркут. гос. пед. ин-т. - Иркутск, 1977. - С.
119-132. 40.Доценко, Е. Л. Психология манипуляции [Текст] :
феномены,
механизмы и защита / Е. Л. Доценко. - М.: ЧеРо : Изд-во МГУ, 1996. -
343 с. 41.Ермакова, О. П. Ирония и проблемы лексической семантики
[Текст] /
О. П. Ермакова // Известия Российской Академии наук. Сер.
Литературы и языка. - 2002. - Т. 61, № 4. - С. 30-34. 42.Жельвис, В.
И. К вопросу о национально-культурной специфике
эвфемизмов и запретов инвективной лексики [Текст] / В. И. Жельвис //
Текст и культура: общие и частные проблемы : [сб. ст.] / АН СССР, Ин-
т языкознания. - М., 1985.-С. 133-141. 43.Жельвис, В. И.
Преуменьшение как средство усиления эмоционального
напряжения в дискурсе [Текст] / В. И. Жельвис // Массовая культура на
157

рубеже XX-XXI веков : человек и его дискурс : сб. науч. тр. / РАН, Ин-
т языкознания. - М., 2003. - С. 81-90. 44.3аботкина, В. И.
Когнитивно-прагматический подход к неологии
[Текст] / В. И. Заботкина // Когнитивно-прагматические аспекты
лингвистических исследований : сб. науч. тр. / Калинингр. гос. ун-т. -
Калининград, 1999. - С. 3-8. 45.3аботкина, В. И. Культурный
контекст и лексикон [Текст] / В. И.
Заботкина // Английский лексикон в лингвистическом и
культурологическом пространстве : сб. науч. тр. / Моск. гос. лингв, ун-
т. - М., 1992. - Вып. 400. - С. 75-83. 46.3аботкина, В. И. Новая
лексика современного английского языка
[Текст] : [учеб. пособие для филол. фак. ун-тов] / В. И. Заботкина. - М.
: Высш. шк., 1989. - 124 с. 47.3вегинцев, В. А. Семасиология [Текст] /
В. А. Звегинцев. - М. : Изд-во
Моск. ун-та, 1957. - 322 с. 48.Зеленин, Д. К. Табу слов у народов
восточной Европы и северной Азии
[Текст] / Д. К. Зеленин // Сб. Музея антропологии и этнографии. - Л.,
1929. - Т. 8, ч. 1: Запреты на охоте и иных промыслах. - 151 с. 49.3уева,
Н. А. Языковая компетентность как основа социального
взаимодействия [Текст] / Н. А. Зуева // Тендер: язык, культура,
коммуникация : докл. Первой междунар. конф., 25-26 нояб. 1999 г. /
МГЛУ. - М., 2001. - С. 54-55. 50.Иванова, Е. С. Коммуникативная
эффективность англоязычной
рекламы [Текст] : (когнитивно-семантические основы) : автореф. дис.
... канд. филол. наук : 10.02.04 / Е. С. Иванова ; Моск. гос. лингвист.
ун-т. - М., 2002. - 24 с.: ил. 51.Иванова, О. Ф. Эвфемистическая
лексика английского языка как
отражение ценностей англоязычных культур [Текст] : дис. ... канд.
филол. наук : 10.02.04 / О. Ф. Иванова. -М., 2004. - 181 с.
158

52.Каменева, В. А. Гендерно-обусловленные стереотипы в


публицистическом дискурсе [Текст] : на материале американской
прессы : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.19, 10.02.04 / В. А. Каменева.
- Кемерово, 2005. - 252 с. 53.Карасик, В. И. Язык социального
статуса [Текст] : Социолингвист.
аспект. Прагмалингвист. аспект. Лингвосемант. аспект / В. И. Карасик.
-М. :Гнозис,2002.-ЗЗЗс. 54.Карасик, В. И. Языковой круг: личность,
концепты, дискурс [Текст] / В.
И. Карасик ; Науч.-исслед. лаб. «Аксиол. лингвистика». - М. :
ГНОЗИС,2004.-389с. 55.Караулов, Ю. Н. Русский язык и языковая
личность [Текст] / Ю. Н.
Караулов ; АН СССР, Отд-ние лит. и яз. - М.: Наука, 1987. - 261 с.
56.Карташкова, Ф. И. Косвенная номинация в английском языке [Текст] :
деятельностно-процессный подход : дис. ... д-ра филол. наук : 10.02.04
/ Ф. И. Карташкова. - Иваново, 2001. - 391 с. 57.Кацев, А. М. О
социолингвистическом подходе к проблеме эвфемизмов
[Текст] / А. М. Кацев // Проблемы интерпретации текста : сб. науч.
работ / ЛГПИ им. А. И. Герцена. - Л., 1975. - С. 37. 58.Кацев, А. М.
Об одном способе организации семантической структуры
эвфемизмов [Текст] / А. М. Кацев // Семантика и структура слова : сб.
науч. тр. / Калин, гос. ун-т. - Калинин, 1984. - С. 52-58. 59.Кацев, А. М.
Роль ассоциативности в эвфемии [Текст] / А. М. Кацев //
Проблемы синхронного и диахронного описания германских языков :
межвуз. сб. / Пятигор. гос. пед. ин-т иностр. яз. - Пятигорск, 1981. - С.
140-146. бО.Кацев, А. М. Словообразование как способ
пополнения
эвфемистического словаря английского языка [Текст] / А. М. Кацев //
Морфемная и словообразовательная структура слова : межвуз. темат.
сб. / Калинин, гос. ун-т. - Калинин, 1979. - С. 80-84.
159

бІ.Кацев, А. М. Эвфемизмы в современном английском языке : опыт


социолингвист, описания [Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук /
А. М. Кацев ; Ленинград, гос. пед. ин-т им. А. И. Герцена. - Л., 1977. -
22 с. 62.Кацев, А. М. Эвфемизмы-неологизмы в английском языке
[Текст] / А.
М. Кацев // Лексическая семантика и фразеология : межвуз. сб. науч.
тр. / Ленингр. гос. пед. ин-т им. Герцена. - Л., 1987. - С. 64-74.
63.Кацев, А. М. Эвфемистический потенциал и его реализация в речи
[Текст] / А. М. Кацев // Некоторые проблемы слова и предложения в
современном английском языке : респ. сб. / Горьк. гос. пед. ин-т им. А.
М. Горького. - Горький, 1976. - С. 19-35. 64.Кацев, А. М. Языковое
табу и эвфемия [Текст] : учеб. пособие к
спецкурсу / А. М. Кацев ; Ленингр. гос. пед. ин-т им. А. И. Герцена. -
Л. :ЛГПИ, 1988.-79 с. 65.Кацнельсон, С. Д. Содержание слова,
значение и обозначение [Текст] /
С. Д. Кацнельсон ; АН СССР, Науч. Совет по теории сов. языкознания
при Отд-нии лит. и яз. - Л.: Наука, 1965. - 110 с. бб.Кипрская, Е.
В. Политические эвфемизмы как средство
камуфлирования действительности в СМИ [Текст] : на примере
конфликта в Ираке 2003-2004 гг.: дис. ... канд. филол. наук : 10.02.19 /
Е. В. Кипрская. - Киров, 2005. - 159 с. 67.Киселева, Л. А. Вопросы
теории речевого воздействия [Текст] / Л. А.
Киселева. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1978. - 160 с. 68.Кодухов, В. И. Контекст
как лингвистическое понятие [Текст] / В. И.
Кодухов // Языковые единицы и контекст : сб. науч. тр. / ЛГПИ им. А.
И. Герцена. - Л., 1973. - С. 54-72. 69.Колшанский, Г. В. Контекстная
семантика [Текст] / Г. В. Колшанский ;
АН СССР, Ин-т языкознания. -М.: Наука, 1980. - 149 с.
160

70.Комлев, Н. Г. Компоненты содержательной структуры слова [Текст] /


Н. Г. Комлев. - 2-е изд., стер. - М. : Едиториал УРСС, 2003. - 192 с. :
ил. - (Лингвист, наследие XX века).
71.Корнилов, О. А. Языковые картины мира как производные
национальных менталитетов [Текст] / О. А. Корнилов ; [Моск. гос. ун-т
им. М. В. Ломоносова, Фак. иностр. яз.]. - 2-е изд., испр. и доп. - М. :
ЧеРо, 2003. - 349 с.
72.Кочеткова, Т. В. Эвфемизмы в речи носителя элитарной речевой
культуры [Текст] / Т. В. Кочеткова // Человек и текст : [сб. ст.] / Ин-т
рус. яз. и лит. при филол. фак. Сарат. гос. ун-та им. Н. Г.
Чернышевского. - Саратов, 1998. - С. 168-178. - (Вопросы стилистики
; Вып. 27).
73.Кравченко, В. А. Эвфемизация лексики, обозначающей понятия
«зависть», «жадность/скупость/алчность» в английском языке [Текст] /
В. А. Кравченко ; Иван.-Франк. гос. пед. ин-т им. В. Стефаника.
-Ивано-Франковск, 1989. - 7 с. - Деп. в ИНИОН АН СССР 28.11.89,
№40261.
74.Кравченко, В. А. Эвфемизация политической и социально-
экономической лексики в современном английском языке [Текст] / В.
A. Кравченко, В. В. Понаморев // Некоторые вопросы филологии и
методики преподавания иностранных языков. - Калинин, 1990. - С. 29-
34.
75.Красных, В. В. «Свой» среди «чужих»: миф или реальность? [Текст] /
B. В. Красных. - М.: Гнозис, 2003. - 375 с.
76.Кремих, И. И. Отрицательный оценочный компонент в семантической
структуре слова [Текст] / И. И. Кремих // Когнитивно-прагматические
аспекты лингвистических исследований : сб. науч. тр. / Калинингр. гос.
ун-т. - Калининград, 1999. - С. 28-48.
77.Крысин, Л. М. Иноязычное слово в контексте современной
общественной жизни [Текст] / Л. П. Крысин // Русский язык конца XX
161

столетия (1985-1995) I РАН, Ин-т рус. яз. - 2-е изд. - М. : Яз. рус.
культуры, 2000. - С. 142-161. 78.Крысин, Л. П. Эвфемизмы в
современной русской речи [Текст] / Л. П.
Крысин // Русский язык конца XX столетия (1985-1995) / РАН, Ин-т
рус. яз. - 2-е изд. - М.: Яз. рус. культуры, 2000. - С. 384-408.
79.Крысин, Л. П. Эвфемистические способы выражения в современном
русском языке [Текст] / Л. П. Крысин // Русский язык в школе. - 1994. -
№ 5. - С. 76-82. 80.Кудряшова, А. П. Процессы образования и
функционирования
эвфемизмов в семантических полях «смерть», «болезнь», «возраст»
[Текст] : на материале современных рус. и нем. яз.: автореф. дис. ...
канд. филол. наук : 10.02.19 / А. П. Кудряшова ; Сарат. гос. ун-т им. Н.
Г. Чернышевского. - Саратов, 2002. - 24 с. 81.Кужим, Г. Г.
Универсальный лингвистический закон триады,
мелиорация и детериорация в современном английском и русском
языках, явление эвфемии в свете закона триады [Текст] : дис. ... канд.
филол. наук / Г. Г. Кужим. - Армавир, 2003. - 188 с. 82.Купина, Н. А.
Лингвистические проблемы толерантности [Текст] / Н.
А. Купина, О. А. Михайлова // Толерантность в современной
цивилизации : материалы междунар. конф., Екатеринбург, 14-19 мая
2001 г. / Ур. гос. ун-т им. А. М. Горького, Ур. межрегион, ин-т обществ.
наук, Каф. истории философии УрГУ. - Екатеринбург, 2001. - С. 50-69.
83.Куркиев, А. С. О классификации эвфемистических названий в русском
языке. Классификация эвфемизмов по порождающим мотивам [Текст] /
А. С. Куркиев. - Грозный, 1977. - 88 с. 84.Лабов, У. Структура
денотативных значений [Текст] / У. Лабов //
Проблемы и методы лексикографии : [сб. ст.]. - М., 1983. - С. 54-72. -
(Новое в зарубеж. лингвистике ; Вып. 14). 85.Лайонз, Д. Введение в
теоретическую лингвистику [Текст] : пер. с англ.
/ Д. Лайонз. - М.: Прогресс, 1978. - 544 с.
162

86.Ларин, Б. А. Об эвфемизмах [Текст] / Б. А. Ларин // Проблемы


языкознания : сб. ст. / Ленингр. гос. ун-т. - 1961 ; Ученые записки ЛГУ.
Сер. филол. наук.-Л., 1961.-№301, вып. 60.-С. 110-124.
87.Лексикология английского языка [Текст] / Р. 3. Гиндзбург, С. С.
Хидкель, Г. Ю. Князева А. А. Санкин. - 2-е изд., испр. и доп. - М. :
Высш. шк., 1979.-269 с.: ил. 88.Леонтьев, А. А. Психологическая
структура значения [Текст] / А. А.
Леонтьев // Семантическая структура слова : психолингв, исслед. : [сб.
ст.] / АН СССР, Ин-т языкознания. - М., 1971. - С. 7-19. 89.Макарова,
Г. А. Способы и средства мелиоративной субституции в
современном французском языке [Текст]: дис. ... канд. филол. наук / Г.
А. Макарова. - Калинин, 1986. - 184 с. 90.Манзуллина, 3. А.
Языковая категоризация тендерных стереотипов:
сопоставительный аспект [Текст] : на материале рус. и франц. яз. : дис.
... канд. филол. наук : 10.02.20 / 3. А. Манзуллина. - Уфа, 2005. - 176 с.
: ил. 91.Медникова, 3. М. Значение слова и методы его описания
[Текст] : [на
материале соврем, англ. яз.] / 3. М. Медникова. - М. : Высш. шк., 1974.
- 202 с. - (Б-ка филолога). 92.Мейриева, А. С. Эвфемистическая
лексика в современном русском
языке [Текст] : комплексная характеристика : дис. ... канд. филол. наук
: 10.02.01 / А. С. Мейриева. -Магас, 2004. - 186 с. 93.Михайлова, О.
А. Содержание понятия эвфемизм [Текст]: к постановке
проблемы / О. А. Михайлова, Н. Е. Якименко // Слово. Фраза. Текст :
[сб. науч. ст. к 60-летию проф. М. А. Алексеенко]. - М., 2002. - С. 280-
284. 94.Москвин, В. П. Способы эвфемистической зашифровки в
современном
русском языке [Текст] / В. П. Москвин // Языковая личность :
социолингвист, и эмотивный аспекты : сб. науч. тр. / Волгогр. гос. пед.
163

ун-т, Науч.-исслед. лаб. «Яз. и личность», Сарат. гос. ун-т, Науч.-


исслед. ин-т рус. яз. и лит. - Волгоград, Саратов, 1998. - С. 160-168.
95.Москвин, В. П. Эвфемизмы [Текст] : системные связи, функции и
способы образования / В. П. Москвин // Вопросы языкознания. - 2001.
-№3.-С. 58-70. 96.Музыкант, В. Л. Реклама: функции, цели, каналы
распространения
[Текст]: курс лекций / В. Л. Музыкант ; Междунар. независимый экол.-
политол. ун-т. - М.: Изд-во МНЭПУ, 1996. - Ч. 1. - 106 с. 97.Нефедова,
Л. А. Лексические средства манипулятивного воздействия в
повседневном общении [Текст] : на материале соврем, нем. яз.: дис. ...
канд. филол. наук : 10.02.04 / Л. А. Нефедова. - М., 1997. - 230 с.
98.Никитин, М. В. Лексическое значение слова [Текст] : структура и
комбинаторика / М. В. Никитин. - М. : Высш. школа, 1983. - 124 с. -
(Б-ка филолога). 99.0бвинцева, О. В. Эвфемизм в политической
коммуникации [Текст] : на
материале англ. яз. в сопоставлении с русским : дис. ... канд. филол.
наук : 10.02.20 / О. В. Обвинцева. - Екатеринбург, 2004. - 192 с.
ЮО.Орденова, Н. О. Феномен политической корректности и его
выражение в языковой деятельности людей [Текст]: на материале англ.
яз. : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Н. О. Орденова. - М., 2003. -
140 с.: ил. 101. Остроух, А. В. «Политическая корректность»
в США:
культурологический аспект проблемы [Текст] : автореф. дис. ... канд.
культуролог, наук : 24.00.02 / А. В. Остроух ; Моск. пед. гос. ун-т. - М.,
1998.-25 с. Ю2.0хримович, К. В. Ирония и принцип вежливости в
английском
диалоге [Текст] : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / К. В.
Охримович. - Уфа, 2004. - 230 с.: ил.
164

1.51. Павлова, И. П. Лексическая система эвфемизмов якутского языка:


семантика и структура [Текст] : автореф. ... канд. филол. наук :
10.02.06 / И. П. Павлова ; Якутский ун-т. - Якутск, 1996. - 23 с.
1.52. Палажченко, М. Ю. Политическая корректность в языковой и
культурной традиции [Текст] : на англ. и рус. материале : дис. ... канд.
культуролог, наук : 24.00.01 / М. Ю. Палажченко. - М, 2004. - 239 с.
1.53. Панин, В. В. Политическая корректность культурно-поведенческая и

языковая категория [Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук :


10.02.20 / В. В. Панин ; Тюмен. гос. ун-т. - Тюмень, 2004. - 24 с.
1.54. Парфенова, С. О. Эвфемия и дисфемия речевого переименования
[Текст] / С. О. Парфенова. - СПб.: РГПУ им. А. И. Герцена, 1997. - 3 с.
- Деп. в ИНИОН РАН, № 52983.
Ю7.Пименова, М. В. Концепты страх, боязнь, испуг, паника и ужас
(сопоставительный аспект) [Текст] / М. В. Пименова // Концепт и
культура : материалы II Междунар. науч. конф., Кемерово, 30-31 марта
2006 г. - Кемерово, 2006. - С. 424-432.
Ю8.Порохницкая, Л. В. Культурологические и когнитивные принципы
эвфемии в современном английском языке [Текст] : дис. ... канд.
филол. наук / Л. В. Порохницкая. - М., 2004. - 195 с.
1.55. Походня, С. И. Языковые виды и средства реализации иронии
[Текст] / С. И. Походня ; АН УССР, Каф. иностр. яз. - Киев : Наук,
думка, 1989.-128 с.
1.56. Почепцов, Г. Г. Язык и юмор [Текст] / Г. Г. Почепцов. - Киев : Вища
шк., 1974.-318 с: ил.
Ш.Прохорова, О. Н. Концепты жизнь и смерть как отражение высших
ценностей в языке и речи [Текст] / О. Н. Прохорова, И. В. Чекулай //
Единство системного и функционального анализа языковых единиц :
материалы междунар. науч. конф. / БелГУ. - Белгород, 2006. - Вып. 9,
Ч.І.-С. 209-216.
165

1.57. Резникова, О. И. Эвфемизмы как лингвистическое явление


[Текст] : на материале соврем, англ. яз. / О. И. Резникова, М. Р.
Царева // Некоторые проблемы германской филологии : межвуз. сб.
науч. тр. / Пятигор. гос. лингв, ун-т. - Пятигорск, 2000. - С. 31-39.
1.58. Реформатский, А. А. Введение в языковедение [Текст] : учеб. для
вузов / А. А. Реформатский. - М. : Аспект-пресс, 1996. - 536 с. -
(Классич. учебник).
П4.Родченко, А. В. Средства эвфемии в современном испанском языке
[Текст] : на материале кубинского национального варианта : дис. ...
канд. филол. наук : 10.02.05 / А. В. Родченко. - М., 1999. - 206 с.
1.59. Розенталь, Д. Э. Язык рекламных текстов [Текст] : [учеб. пособие
для вузов] / Д. Э. Розенталь, Н. Н. Кохтев. - М.: Высш. шк., 1981. - 128
с.
1.60. Сепир, Э. Избранные труды по языкознанию и культурологи
[Текст] / Э. Сепир ; пер. с англ. А. Е. Кибрика. - М, 1993. - С. 594-
610. -(Филологи мира).
1.61. Силинский, С. В. Эвфемизмы в современной американской прессе
[Текст] / С. В. Силинский // Антропоцентризм в языке и речи : межвуз.
сб. - СПб., 2003. - С. 168-174. - (Вопросы структуры английского
языка в синхронии и диахронии ; Вып. 8).
П8.Скребнев, Ю. М. Принцип произвольности языкового знака и
субституция [Текст] / Ю. М. Скребнев // Ученые записки / Горьков.
пед. ин-т ин. яз. - Горький, 1975. - 175 с.
1.62. Соссюр, Ф. Курс общей лингвистики [Текст] / Ф. Соссюр.
-Екатеринбург : Изд-во Урал, ун-та, 1999. - 426 с.: ил.
1.63. Стернин, И. А. Введение в речевое воздействие [Текст] / И. А.
Стернин. - Воронеж : Изд-во Воронеж, ун-та, 2001. - 252 с. - (Речевое
воздействие).
1.64. Стернин, И. А. Проблемы анализа структуры значения слова [Текст]
/ И. А. Стернин. - Воронеж : Изд-во Воронеж, ун-та, 1979. - 156 с.
166

1.65. Стилистика английского языка [Текст] / А. Н. Мороховский, О. П.


Воробьева, Н. И. Лихошерст, 3. В. Тимошенко : учебник. - Киев :
Выщашк., 1991.-272 с.
1.66. Телия, В. Н. Вторичная номинация и ее виды [Текст] / В. Н.
Телия // Языковая номинация : виды наименований / АН СССР. Ин-
т языкознания. - М., 1977. - Кн. 2. - С. 129-221.
1.67. Телия, В. Н. Типы языковых значений [Текст]: связан, значение
слова в яз. / В. Н. Телия ; АН СССР, Ин-т языкознания. - М. : Наука,
1981. -268 с.
125.Темирбаева, Е. К. Политические эвфемизмы в прессе США [Текст ]:
их функциональный, денотатив. и коннотатив. Аспекты : на примере
публ. газ. «Вашингтон пост», посвящ. Уотергейтскому скандалу / Е. К.
Темирбаева ; МГУ им. М. В. Ломоносова, Фак. журналистики. - М.,
1991. - 29 с. - Деп. в ИНИОН АН СССР 4.03.91, №44052.
1.68. Темирбаева, Е. К. Эвфемизмы в языке политики США [Текст] : их
леке, и стилист, аспекты : на материале публ. газ. «Вашингтон пост»,
посвящ. Уотергейтскому скандалу / Е. К. Темирбаева ; МГУ им. М. В.
Ломоносова, Фак. журналистики. - М., 1991. - 24 с. - Деп. в ИНИОН
АН СССР 4.03.91, №44058.
1.69. Терещенко, Н. В. Эвфемистические средства объективации концепта

«страх» [Текст] : на материале рус. и англ. яз. : дис. ... канд. филол.
наук : 10.02.20 / Н. В. Терещенко. - Пятигорск, 2005. - 147 с.
128.Тер-Минасова, С. Г. Язык и межкультурная коммуникация [Текст] :
учеб. пособие / С. Г. Тер-Минасова. - 2-е изд., дораб. - М. : Изд-во
МГУ, 2004. - 352 с.: ил. - (Классич. университет, учебник).
129.Торопцева, Е. Н. Эвфемистические наименования в аспектах языка,
истории и культуры [Текст]: дис.... канд. филол. наук : 10.02.19 / Е. Н.
Торопцева. - М., 2003. - 193 с.
167

1.70. Трубачев, О. Н. Из истории табуистических названий [Текст] / О.


Н. Трубачев // Вопросы славянского языкознания : сб. ст. / АН СССР,
Ин-т славяноведения. - М., 1958. - Вып. 3.-С. 120-126.
1.71. Турганбаева, Л. С. Функциональная семантика эвфемизмов в
современном французском языке [Текст] : автореф. дис. ... канд.
филол. наук : 10.02.05 / Л. С. Турганбаева ; Моск. гос. ин-т иностр. яз.
им. М. Тореза. -М., 1989. - 23 с.
1.72. Тюрина, Е. Е. Семантический статус эвфемизмов и их место в
системе номинативных средств языка [Текст] : на материале соврем,
англ. яз. : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Е. Е. Тюрина. - Н.
Новгород, 1998.-134 с.
1.73. Ульман, С. Семантические универсалии [Текст] : пер.с англ. / С.
Ульман // Языковые универсали. - М., 1970. - С. 250-294. - (Новое в
зарубеж. лингвистике ; Вып. 5).
134.Уфимцева, А. А. Лексическое значение [Текст] : принцип семиолог.
описания лексики / А. А. Уфимцева. - 2-е изд., стер. - М. : Едиториал
УРСС,2002.-240с.
1.74. Уфимцева, А. А. Семантический аспект языковых знаков [Текст] /
А. А. Уфимцева // Принципы и методы семантических исследований :
[сб. ст.] / АН СССР, Ин-т языкознания. - М., 1976. - С. 31-46.
1.75. Фомин, А. Г. Прагмалингвистические условия порождения
рекламного текста [Текст] : на материале англояз. рекламы : автореф.
дис. ... канд. филол. наук : 10.02.10. /. А. Г. Фомин ; [Алт. гос. ун-т].
-Барнаул, 1999. - 18 с.: ил.
1.76. Фрэзер, Д. Д. Запретные слова [Текст] / Д. Д. Фрэзер // Фрэзер, Д.
Д. Золотая ветвь : исслед. магии и религии : пер. с англ. - М., 1980. - С.
277-295.
1.77. Хомяков, В. А. Введение в изучение слэнга - основного компонента
английского просторечия [Текст] / В. А. Хомяков. - Вологда :
[Вологод. гос. пед. ин-т], 1971. - 101 с.
168

139. Хомяков, В. А. Структурно-семантические и социально-


стилистические особенности английского экспрессивного просторечия
[Текст] / В. А. Хомяков. - Вологда : [Вологод. гос. пед. ин-т], 1974.
-104 с.
140.Цараева, М. Р. Эвфемизмы как лингвистическое явление : на
материале соврем, англ. яз. [Текст] / М. Р. Цараева, О. И. Реунова //
Некоторые проблемы германской филологии : межвуз. сб. науч. тр. /
Пятигор. гос. лингв, ун-т. - Пятигорск, 2000. - С. 31-39.
ИІ.Цурикова, Л. В. Политическая корректность как социокультурный и
прагматический феномен [Текст] / Л. В. Цурикова // Эссе о социальной
власти языка / Воронеж, межрегион, ин-т обществ, наук, Воронеж, гос.
ун-т, Фак. романо-герм. филологии. - Воронеж, 2001. - С. 94-102.
142. Шаталова, О. В. Культурологический аспект концептуализации
памяти [Текст] / О. В. Шаталова // Концепт и культура : материалы II
междунар. науч. конф., Кемерово, 30-31 марта 2006 г. / КемГУ.
-Кемерово, 2006. - С. 499-512.
НЗ.Шахжури, К. К. Эвфемизмы и их роль в изменении значения слов
[Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук / К. К. Шахжури ; Тбилис.
гос. ун-т. - Тбилиси, 1956. - 20 с.
144. Швейцер, А. Д. Литературный английский в США и Англии [Текст] /
А. Д. Швейцер. -М.: Высш. шк., 1971. - 199 с.
145.Шейгал, Е. И. Семиотика политического дискурса [Текст] / Е. И.
Шейгал ; РАН, Ин-т языкознания, Волгогр. гос. пед. ун-т. - Волгоград :
Перемена, 2000. - 368 с.
1.78. Шейгал, Е. И. Эвфемизм, ирония в политическом тексте [Текст] /
Е. И. Шейгал // Филология. - Краснодар, 1997. - № 11. - С. 47-49.
1.79. Шмелев, Д. Н. Проблемы семантического анализа лексики
[Текст] : на материале рус. лексики / Д. Н. Шмелев ; АН СССР, Ин-т
рус. яз. -М.-.Наука, 1973.-280 с.
169

1.80. Шмелев, Д. Н. Современный русский язык [Текст] : лексика :


[учеб. пособие] / Д. Н. Шмелев. - 2-е изд., стер. - М.: Едиториал УРСС,
2003. -335 с.
1.81. Шувалов, В. И. Стилистические аспекты мелиорации [Текст] / В.
И. Шувалов // Прагматика слова : межвуз. сб. науч. тр. / Моск. гос.
пед. ин-т им. В. И. Ленина. - М., 1985. - С. 62-68.
150.Якупова, 3. И. К вопросу о некоторых экстралингвистических
особенностях эвфемизмов [Текст] / 3. И. Якупова // Структурное
развитие французского языка : сб. науч. тр. / Калинин, гос. ун-т.
-Калинин, 1985.-С. 104-120.
1.82. Anderson, L. G. Bad Language [Text] IL. G. Anderson, P. Trudgill. - L.:
Penguin Books, 1992. - 208 p.
1.83. Andrews, E. Cultural Sensitivity and Political Correctness [Text] : The
Linguistic Problem of Naming I E. Andrews II American Speech : A
Quarterly of Linguistic Usage. - 1996, № 4. - P. 389-404.
1.84. Ayto, J. Euphemisms [Text] I J. Ayto. - L.: Bloomsbury, 1993. - 332 p.
1.85. Axtell, R. E. Do's and Taboos of Using English Around the World [Text]
I R. E. Axtell. - N. Y.: Wiley, 1995. - 206 p.: ill.
155.Bolinger, D. Language, The loaded Weapon [Text] : The Use and the
Abuse of the Language Today ID. Bolinger. - L.; N. Y.: Longman, 1980.
-214 p.
1.86. Burgoon, M. PC at last! PC at last! Thank God All Mighty, We are PC at

Last! [Text] IM. Burgoon, W. Bailey II Journal of Communication I


University of Arizona. -1992. - V. 42, № 2. - P. 95-104.

1.87. Burridge, K. Political Correctness: Euphemism with Attitude [Text] IK.


Burridge II English Today. - 1996. - V. 12, № 3. - P. 42-49.

1.88. Burridge, K. Blooming English [Text] : Observation on the Roots,


Cultivation and Hybrids of the English Language I K. Burridge.
-Cambridge ; N. Y.: Cambridge University Press, 2004. - 242 p.
1.89. Claire, E. Dangerous English 2000 : An Indispensable Guide for Language
170

Learners and Others [Text] I E. Claire. - Delta Publishing Co., 2000. - 202
P-
160. Cooper, B. Euphemism and Taboo of Language [Text] : (with Particular
Reference to Russian) IB. Cooper II Australian. Slavonic and East European
Studies. - Melbourne, 1993. - V. 7, № 2. - P. 61-84.
1.90. Cruse, D. A. Meaning in the Language : An Introduction to Semantics
and Pragmatics [Text] I A. D. Cruse. - Oxford : Oxford University Press,
2000. - 424 p. - (Oxford linguistics).
1.91. Crystal, D. The English Language [Text] I D. Crystal. - L. : Penguin
Books, 1990.-288 p.
1.92. Diamond, J. Status and Power in Verbal Interaction [Text] : a study of

discourse in a close-knit social network I J. Diamond. - Amsterdam ;


Philadelphia : J. Benjamins publishing company, 1996. - 180 p.
1.93. Edwards, J. Language, Society and Identity [Text] I J. Edwards. -
Oxford ; N. Y.,, USA : B. Blackwell in association with A. Deutsch, 1985. -
245 p.
165.Enright, D. J. Fair of Speech [Text] : The Users of Euphemism I D. J.
Enright. - Oxford; N. Y.: Oxford University Press, 1985.- 222 p.
1.94. Fowler, H. W. A Dictionary of Modern English Usage [Text] I H. W.
Fowler. - 2 nd ed. rev. I by Sir E. Gowers. - N. Y. ; Oxford : Oxford
University Press, 1991. - 724 p.
1.95. Hughes, G. Words in Time [Text] : A Social History of the English
Vocabulary IG. Hughes. - Oxford; N. Y.: B. Blackwell, 1989. - 270 p.
1.96. Hughes, S. E. Expletives of Lower Working-Class Women [Text] I S. E.
Hughes II Language in Society, 1992. - V. 21. - P. 291-303.
169.Kany, Ch. E. American-Spanish Euphemisms [Text] I Ch. E. Kany.
-Berkley; Los Angeles : University of California Press, 1960. - 249 p.
170. Klerk, V. de. How taboos are taboo words for girls? [Text] IV. de Klerk II
Language in Society. - 1992. - V. 21, № 2. - P. 277-289.
171

171. Jay, Т. Cursing in America : a Psychololinguistic Study of Dirty Language


in the Courts, in the Movies, in the Schoolyards and on Streets [Text] I T.
Jay. - Philadelphia : J. Benjamins Pub. Co., 1992. - 273 p. 172.Labov, W.
The study of language in its social context [Text] II Linguistic
Patterns. - Philadelphia : University of Pennsylvania Press, 1972. - P. 183-
259. 173.Labov, W. The Social Stratification of English in New York City
[Text] I
W. Labov. - Washington : Center for Applied Linguistics, 1966. - 655 p.
174. Lawrence, J. Unmentionables and Other Euphemisms [Text] I J. Lawrence.
- L.: Gentry Books, 1973.- 84 p. 175.Locher, M. A. Power and
Politeness in Action [Text] I M. A. Locher. -
Berlin; N. Y.: M. de Gruyter, 2004. - 365 p. 176.Lutz, W. Doublespeak
[Text] : From "Revenue Enchancement" to
"Terminal Living" : How Government, Business, Advertisers and others Use
Language to Deceive You IW. Lutz. -N. Y.: Harper&Row, 1989. - 290 p.
1.97.Meier, A. J. Passages in Politeness [Text] I A. J. Meier II Journal of
Pragmatics. - 1995. - № 24. - P. 381-392.
1.98.Mencken, H. L. The American Language: An Inquire into the
Development of English in the United States [Text] I H. L. Mencken. - N.
Y.: Alfred A. Knopf, 1980. - 482 p.
179.Michaelsen, 0. V. PC Madness [Text] IO. V. Michaelsen II Word Ways :
The Journal of Recreational Linguistics. - 1999. - № 4. - P. 269 180.
Murray-Smith, S. Right Words [Text] I S. Murray-Smith. - Penguin
Books, 1989.-438 p. 181.Neaman, J. S. The Wordsworth Book of
Euphemism [Text] I J. S. Neaman,
С G. Silver. - Ware : Wordsworth, 1995. - 373 p. - (Wordsworth
Reference). 182. Partridge, E. Usage and Abusage [Text] I A. Partridge. -
N. Y. : Citadel
Press, 1964.-379 p.
172

1.99. Smith, P. M. Language, the Sexes and Society [Text] I P. M.


Smith. -Oxford ; N. Y.: Basil Blackwell, 1985. - 211 p.
1.100. Safire, W. I Stand Corrected [Text] : More on Language I W.
Safire. - N. Y.: Times Books, 1984. - 468 p.: ill.
185.Trudgill, P. Sociolinguistics [Text] : An Introduction to Language and
Society I P. Trudgill. - L.; N. Y.: Penguin:, 1995. - 204 p.: ill., maps.
186. Warren, B. What Euphemisms tell us about the Interpretation of Words
[Text] I B.Warren II Studia Linguistica. - 1992. - V. 46, № 2. - P. 128-172.

Словари
1.101. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов [Текст] :
[ок. 7000 терминов] / О. С. Ахманова. - 3-е изд., стер.- М. : URSS :
КомКнига, 2005.-569 с.
1.102. Большой англо-русский словарь [Текст] : в 2-х т. : ок. 160
000 слов / под общ. рук. И. Р. Гальперина, Э. М. Медниковой. - 4-е
изд., испр., с доп. - М.: Рус. яз, 1987. - Т. I: А-М. - 1037 с.; Т. II: N-Z. -
1071 с.
1.103. Языкознание. Большой энцикл. словарь [Текст] / гл. ред. В. Н.
Ярцева.
- 2-е изд. - М. : Большая рос. энцикл., 2000. - 682 с. : ил. - (Большие
энцикл. словари).
1.104. Краткий словарь по социологии [Текст] / под общ. ред. Д.
М. Гвишиани, Н. И. Лапина. - М.: Политиздат, 1988. - 477 с.
1.105. Кудрявцев, А. Ю. Англо-русский словарь-справочник
табуизированной лексики и эвфемизмов [Текст] : ок. 14 000 слов и
выражений / А. Ю. Кудрявцев, Г. Д. Куропаткин. - Минск : ООО
«Кузьма», 2001. - 384 с.
1.106. Розенталь, Д. Э. Справочник по русскому языку. Словарь
лингвистических терминов [Текст] / Д. Э. Розенталь, М. А. Теленкова.
- М.: Оникс 21 век : Мир и Образование, 2003. - 623 с.
7. Хорнби, А. С. Учебный словарь современного английского языка
[Текст] : спец. изд. для СССР / А. С. Хорнби при участии К. Руз. - М. :
Просвещение, 1984. - XII, 769 с.
173

1.107. Barnhart, С. L. The Second Barnhart Dictionary of New English


[Text] I C. L. Barnhart, S. Steinmetz, R. K. Barnhart. - Bronxville, N.Y. :
Barnhart Books, 1980.-520 p.
1.108. Brewer, E. C. Brewer's Dictionary of phrase and fable [Text] IE.
C. Brewer ; rev. ed. by I. H. Evans. -L.: Cassell, 1981. - 1213 p.
lO.Fowler, H. W. A Dictionary of Modern English Usage [Text] I H. W.
Fowler. - 2nd ed. rev. - Oxford ; N. Y. : Oxford University Press, 1991.-
724 p. 11.Green, J. The Slang Thesauras [Text] I J. Green. - N. Y. :
Penguin, 1999. -
511 p. 12.Holder, R. W. A Dictionary of American and British
Euphemisms [Text] :
The Language of Evasion, Hypocrisy, Prudery and Deceit I R.W. Holder. -
Bath : Bath University Press, 1989. - 282 p. 13.Holder, R.W. How not to
say what you mean : A Dictionary of Euphemisms
[Text] I R.W. Holder. - 3rd. ed. - Oxford ; N. Y.: Oxford University Press,
2002.-501 p. H.Longman Dictionary of Contemporary English [Text]. -
Harlow : Longman,
2001.-1752 p. 15.Longman Dictionary of English Language and Culture
[Text]. - Harlow :
Longman, 2000.-1568 p. 16.McDonald, J. The Wordsworth Dictionary of
Obscenity and Taboo [Text] I
J. McDonald. - L.: Wordsworth Editions Ltd, 1996. - 168 p. 17.Rawson's
Dictionary of Euphemisms and other Doubletalk [Text] : being a
compilation of linguistic fig leaves and verbal flourishes for artful users of
the English language. - 1st rev. ed. -N. Y.: Crown Publishers Inc., 1995. -
463 p.
174

Список электронных источников I.


Euphemisms
1.109. www.alfernet.org/columnists/story/34160
1.110. www.answers.com/topic/euphemism
1.111. www.bartleboy.com/68/3/2303 .html
1.112. www.benedelman.org/news/041805 - l.html
1.113. www.blog.outer-court.com/archive/2005 12 10_n88.html
1.114. www.butterfliesandwheels.com/euphemisms.php.
1.115. www.cartoonstock.com/directoryle/euphemisms.asp.
1.116. www.cbv.ns.ca/sstudies/english/ceclang026.html
1.117. www.chickenhead.com/bottom50/doinit.asp.
1.118. www.dalythoughts.com/?p=l 166
1.119. www.dur.ac.uk/martin.ward/gkc/books/on evil_euphemisms.html
1.120. www.encarta.msn.com/encnef/features/dictionary/aspx?..
1.121. www.en.wikipedia.org/wiki/Categorv:Euphemisms
1.122. www.els.fis.edu.
1.123. www.familyhaven.com/booksstore/reference/0192800515
AMUS206311.shtml.
1.124. www.guardian.co.uk/print/0,3858.4750065 - 108733, OO.html
1.125. www.humor.about.com/od/euphemisms
1.126. www.humor.about.com/od/euphemisms forsex
1.127. www.iceboxman.com/car/in/pad.php.
1.128. www.illegalaliens.us/eephemisms.htm
1.129. www.info-pollution.com/euphemisms.htm
1.130. www.iteslj.org/lessons/Alkire-Euphemisms.html
1.131. www.j-walkblog.com/index.php7/webblog/posts/website
euphemisms
24.www.kds.eparhia.ru/publishinq/sobesednik/eleven/articletwenty/
1.132. www.kith.org/logos/word/supper/Euphemism.html
1.133. www.konansky.com/Other/EuphemismsForRectalFunctions.txt.
1.134. www.ksu.ru/fil/kn7/index.php?sod=l 1
175

1.135. www.lasikinfocenter.net/ Webpages/EuphemismsWebpage.html


1.136. www.local.co.uk/euphemisms.html
1.137. www.mantex.co.uk/reviews/oxf-euphemism.htm
1.138. www.mises.org/fullstorv.asp?
control^949&FS=No+More+Euphemisms
1.139. www.m.-w.com/cgi-bin/dictionary?book=Dictionary&va=euphemism
1.140. www.nfb.org/vodold/vsum9812htm
1.141. www.nyu.edu/classes/copyXediting/euphemisms.html
1.142. www.personal.riverrusers.comMhegrendel/euphemism.html
36.www.phrases.org.uk/meanings/euphemism.html
1.143. www.prettyfakes.com/?p=588
1.144. www.priestsforlife/org/magisterium/bishops/henry.3htm
1.145. www.prontistery.50megs.com/longpig/dead.html
1.146. www.propagandacritic.com/articles/ctng.euphemism.html
1.147. www.ramdac.org/article/id/58
1.148. www.realityblurred.com/realitytv/archives/the model.html
1.149. www.robertfulford.com/Euphemisms.html
1.150. www.tisbi.ru/science/vestnik/20002/issue4/Fi!4/Fil4.html
1.151. www.thewordnerds.libsvn.com/index.php7post id=31649
1.152. www.tolerance.org/teach/web/.../section 2/2 05
identifyng^euphemisms 47.www.20.uludag.edu.tr/-
acan/studies/languSex.htm
48. www.usingenglish.com/links/Word Oddities and Trivia/Euphemisms
49.www.walkingdead.net/perl/euphemism
1.153. www.washingtonpost.com/wp-
dvn/content/article/.../AR200509/302087 pf.html
1.154. www.webserve.govst.edu/pal/Schema/euphemisms.htm
1.155. www.weeklyscheiss.blogspot.com/2004/ll/euphemism.html
1.156. www.wordreference.com/definition/euphemism
1.157. www.writingenglish.com/euphemism.htm
1.158. www.xtaur.us/?p=140
56.www.yourdictinary.com/ahd/ele02338300.html
176

II. Euphemisms in Different Spheres


1.159. www.ama.assn.org/amednews/2005/01/17/h/sa0117.htm
1.160. www.animallaw.info/articles/arus25uhawali/rev481 .htm
1.161. www.bbc.couk/dna/h2g2/a711190
1.162. www.bellwriting.com/samples/literature-euphemism.htm
1.163. www.benedelman.org/news/04/805-l .html
1.164. www.biorenew.com/news articles/casualties corporate medicinehtm
1.165. www.blogsforterri.com/archives/2005/07/letas stop with.php
1.166. www.boston.com/news/nation/article/2006/02/22/.../?page=full
1.167. www.dalythoughts.com/?p=l 166
1.168. www.els.org/drugs/da snakeoil/cfm
1.169. www.emedicine.com/emerg/topic691.html
1.170. www.en.wikipedia.org/wiki/Vance
1.171. www.forensics-intl.com/art24.html
1.172. www.geocities.com/healthbase/sCam.html
1.173. www.gurdian.co.uk/print/0,3858.47 500065-108733, OO.html
1.174. www.list.msu.edu/cgi-bin/wa?
A2=ind9902a&L=aeimc&F=&S=&P 11.
www.medscape.com/mediine/abstract/9443691
1.175. www.mindfully.org/Food7Food-last-Forever-4html
1.176. www.mum.org/words.html
1.177. www.nfb.org/vodold/vsum9812.htm
1.178. www.nursinghomes.co.uk
1.179. www.omnis.com/knowledge/957.html
1.180. www.peta.org/feat/jams/htm
1.181. www.priestforlife.org/euthanasia/cardinalbarraganhtm
1.182. www.profam.org/pub/rs/rs 2004.htm
1.183. www.reference.com/brouse/wiki/Prostitution
26.www.reolobit.com/news/.../letter euphemisms for mental handicap/indexhtml
1.184. www.salonl999.com/mediacircus.html
1.185. www.satva//amag.com/ian05/iones.html
177

1.186. www.time.corn/time/magazine/article/0,9171,903380,00html
1.187. www.uk-//articles.animalconcems.org/ar-voices/archive/ar ukhtm
1.188. www.uludag.edutr/~acan/studies/languageSex.htm
1.189. www.webmd.com/content/Article/117/112546.htm
1.190. www.weeklyscheiss.blogspot.com/2004/11/euphemisms.html
1.191. www.wesleyismith.comMog/2006/02/euphemisms-r-us.html
1.192. www.whaleto/m/map.html
1.193. www.writing.upenn.edu/~atilreis/Packard50s/parckard-chzz.html III.
Euphemisms for "Death" and "Dying"
1.194. www.accd.edu/sac/aging/gersl391/lcture2.htm
1.195. www.a.c.wwu.edu/~eaton/deathwebpage.htm
1.196. www.bradsucks.net/archives/2005/02/07/euphemisms-for-death-and-
for-dying
1.197. www.chebucto.ns.cal/~aa896/Front_Door/Group/Musing.htm
1.198. www.comnet.ca/~forrest/gravlist.html
6. www.crusebereavementcare.org.uk/intlconf/pdfs/Wilson
1.199. www.davetrowbridge.com/MT/archive/000204.html
1.200. www.deathpool.insmllofcrap.com/oldcrap/0141183.html
1.201. www.deathslang.com/tech
1.202. www.en.wikipedia.org/wiki/Eupemism
1.203. www.freerepublic.com/life^ooks/excerpts/2004-08-25-on-
death_x.html
1.204. www.frontpagemag.com/GoPostal/commentdetail.asp?ID=75428&
commentID=88095
1.205. www.geocities.com/neocentromere/death2.html
1.206. www.hannitv.com/forum/archive/index.php/t-56254.html
1.207. www.homepacbell.net/ivmd/euphemisms.html
1.208. www.humanities.uchicago.edu/forms_unrest/ROGET.html
17.www.indiana.edu/~hperf558/spring97/unit3.html
1.209. www.itee.ug.edu.au/~bof/Death/euphemisms.html
1.210. www.itesj.org/questions/death.html
178

20.www.kn.sbc.com/wired/fil/pages/listeuphemisge.html
1.211. www.lalaland.clmsu.edu/~anhoose/humor/0538.html
1.212. www.liberty.com/encyc/articles/euphemism.html
1.213. www.ling.helsenki.fil~kkpitkan/gradu.ps/gradu.index.html
1.214. www.listserv.linguistlist.org/cgi-bin/wa?Al=ind0409a&L=ads-l-
25.www.manonri.anu.edu.au/humour/0035.html
1.215. www.mdmd.essortment.com/childdeathcopi fexb.htm
1.216. www.mssamantics.us/euphemisms/i-death.htm
1.217. www.netfunny.com/rhf/iokes/93q2/moretechwrhtml
1.218. www.noeptexas.org/ce/deathdying/1 asp
1.219. www.nursing.gr/socialdeath.pdf
1.220. www.opinioneditorials.com/guestcontributors/glandrith_20050331
.html
1.221. www.phrases.org.uk/bulletin board/13/messages/491 .html
1.222. www.pittedu/~dash/aging.html
1.223. www.practicingourfaith.org/prct dyingways ideas.html
1.224. www.prontistery.50megs.com/longpig/dead.html
1.225. www.psyplexus.com/excl/death.html
1.226. www.schillmania.com/content/opinion/2005/10/dont-believe-the-
web-20-hype
1.227. www.synonym.org/euphemism.html
1.228. www.theanswerbank.co.uk/article 1914.html
1.229. www.thereporter.corn/portlet/article/html/fragments/print_article.isp?
..
1.230. www.topfive.com/arcs/t5101599.shtml
1.231. www.trinity.edu/~mkear/death-1 .html
1.232. www.u.arizona.edu/~marcum/holocaustdenial.html
44.www.uni.edu/dor/community/resourses/focus/DeadSilent.doc 45.
www.uta.fi/FAST/USl/Pl/SLA/skspade.html
46.www.uta.fi/FAST/USl/Pl/Gen/follicul.html
1.233. www.wallofjokes.hypermart.net/Computer/Internet_Euphemisms_Dea
th
1.234. www.wayheturney.20m.com/medea.htm
179

49. www.wesleyjsmith.com/blog/2006/02/euphemisms.html
IV. «Fat phobia»
1.235. www.abc.net.au/lateline/stories/sl98381 .htm
1.236. www.amazon.calexec/obidos/ASIN/1582344280
1.237. www. article8gothicclothes.html
1.238. www.becominggapediatrician.com/health/52/fat-americans.html
1.239. www.bigfatblog.com/discussions/archive/001289.php.
1.240. www.bloomburv.com/BookCatalog/Productiterm.asp?
S=&sku= 320829&EmailMe=
1.241. www.boards.ing.com/Message.aspx?topic=76666966
1.242. www.clientwithanatittude.com
1.243. www.dictionary-x.com/chubbv.html
1.244. www.dictionary.laborlawtalk.com/zoftig
1.245. www.dietyordoor.com/weightlasp
1.246. www.drcederiquist.com/flweightloss/news
1.247. www.en.wikipedia.org./wiki/Talk:Fat_Man
1.248. www.fanfiction.net/dictionarv.php?word=stout
1.249. www.3fatchicks.com/forarn/showpost.php7p
=268967@postcount=3
1.250. www.fp.uni.edu/northia/archives3asp?ID=l700
1.251. www.freerepublic.com/focus/f-news/1190133/posts?page=23
18.www.freerepublic.com/forum/a381439c30817.htm
1.252. www.fumento.com/fatgirl.html
1.253. www.funnyplanet.com/ostout.htm
1.254. www.guardian.co.uk/print/0,3858,4205375 - 102278, OO.html
1.255. www.homepage.mac.com/ioebbrin/marilyn CU/MarilynCU.html
1.256. www.infoplease.com/thesarurus/plump
24.www.itesli.org/Lessons/Alkire-Euphemisms.html
25.www.keepmedia.com/pubs/USATODAY/2004/07/13/505408
1.257. www.lookwayup.com/lwu.exe/lwu/d?s=f&w=buxom
1.258. www.maddogproductions.com/ds_failing.htm
180

1.259. www.mopie.com/blog/2004 07 01 bfdarchive.html


1.260. www.nauvoo.com/ubb/cgi/ulmateebb.cgi?ubb=get topic;f=l
:=001678
1.261. www.onelook.com/?w=portlier
1.262. www.opinionjornal.com/taste?id=l 10003857
1.263. www.pinonlive.com/PlanetPapers/IdealWomen/html
1.264. www.plus-size-apparel.com
1.265. www.plussizeliving.com/links
1.266. www.plus-sizegothic-clothes.html
1.267. www.rhvmezone.com/r/d?u=stout
1.268. www.sfweeklv.com/issues/2001-01-17/news/featurehtml
1.269. www.sizenet.com/showdoc.asp?id=42
1.270. www.thebigmama.com/thebigmama
40.www.uta.fi/FAST/USl/Pl/SLA/sk-euph.html
1.271. www.wanderlist.com/euphemisms
1.272. www.wikipedia.org/wiki/Talk:Fat Man
1.273. www.wordreference.com/focus/definition/plum
p V. Euphemisms for"01d"
1.274. www.ablemuse.com/erafo/ubbdttm/Forum9/HTML/001371-l
1.html
1.275. www, article8gothicclothes.html
1.276. www.artsiournal.com/herman
1.277. www.bartlebv.com/64/C006/053.html
1.278. www.bored.com
1.279. www.btinternetcom/~quin/Col/Sup/lingua/euph l.html
1.280. www.corner.nationalreview.com/05_l2_04_corner-archive.asp
1.281. www.florileguim.org
1.282. www.freerepublic.com/focus/f-news/1190133/posts?page=23
1.283. www.globalaging.org/elderrights/us/2004/geezers.htm
1.284. www.guardian.co.uk/print/0,3858,4205375 - 102278, OO.html
1.285. www.how-to-learn-anv-language.com/forum/forum posts.asp?
TID=
1023&PN=1
181

1.286. www.saga.couk/magazine/article/ED92207-05-4D05-B566-3ABE563
C5B10.as....
1.287. www.tcsn.net/iackie/Archive/glory_of war
euphemisms.htm 15.www.timegoesby.net/2005/10/the danger of
e.html
1.288. www.uta.fi/FAST/US 1 /P1 /SLA/sk-euph.html
1.289. www.webserve.govst.edu/users/ghrank/Schema/euphemismasp.htm
1.290. www.wikinfo/org/wiki.php?title=01d
age VI. Euphemisms and Political
Correctness
1.291. www.abc.net.au/rn/arts/ling/stories/S21564.htm
1.292. www.andrewinandodge.com/index.php/archives/2004/12/09/269/
1.293. www.antimoon.com/forum/posts/6588.htm
1.294. www.baetzler.del/humor/pc female_terms.html
1.295. www.christian-politics.com/politicallycorrect.html
1.296. www.christmasbattle.com/nwes/article.asp7ARTICLE ID=29995
1.297. www.condor.stcloudstate.edu/~scogdill 1339/polcor.html
1.298. www.cyberpat.com/shirlsite/samples/polcor.html
1.299. www.decanherald.com/decanherald/mar252004/edu6.asp.
1.300. www.en.wikipedia.org/wiki/Politically correct
1.301. www.evula.com/junk/pc terms.php
1.302. www.expling.blogspot.com/2005/07/teachers-consider-blaming-
fail.html
1.303. www.//forums.pcper.com/showthread.php?t=368400
1.304. www.futes/~apym/student/PC.html
1.305. www.//home.insightbb.com/~imwil/cox/pcwomen.html
1.306. www.humorcafe.com/humor/iokes/terms for men.htm
1.307. www.//hypocrisvtoday.com/euphem.htm
1.308. www.jargondatabase.com/iargon.aspx?id=733
1.309. www.iargondatabase.com/iargon.aspx?id=83
1.310. www.ieffindsav.com/PCPhysics.html
1.311. www.iestsandiokes.com/show.php3?ioke=259
1.312. www.karendecoster.com/blog/archives/000218. html
182

23.www.lamblion.com/articles/other/social/Si-05-php
24.www.languagemonitor.com/wst_page20html
1.313. www.liberalsindia.com/relevence/PolliticalCorrestness.php
1.314. www.lovedungeon.net/humor/misc/pcterms.html
27.www.mcsweeneys.net/links/list/25-LdDavis.html
1.315. www.members.aol.com/williefank/pc-essav.htm
1.316. www.mendosa.com/pc.html
1.317. www.mixed-up.com/markb/humor/show=?pc.html
1.318. www.mla.org/ade/bulletin/n060/060009.htm
1.319. www.ourcivilasation.com/cooray/vilifV/viliry.htm
1.320. www.ourcivilasation.com/declined/example/htl .htm
1.321. www.ourcivilasation.com/declined/ht2.htm
1.322. www.ourcivilasation.com/decline/badlaws.htm
1.323. www.ourcivilasation.com/pc.htm
1.324. www.pages.infinit.net/badge/pages/pc.htm
1.325. www.parret.net/winup/98-99/Political Correctness.html
1.326. www.pcphrases.com/
1.327. www.philip.greenspun.com/zoo/
1.328. www.probe.org/content/view/811/88
1.329. www.pswatch.blogspot.com/2004_09_0 lpcwatch_archive.html#
109623066698925109
1.330. www.pubs.socialistreviewindex.org.uk/isi61/molyneuz.htm
1.331. www.rit.edu/~962/political correctness.html
1.332. www.shabbir.com/iokes/adults/
1.333. www.science.martianbachelor.com/PC
comm.html 47.www.s-t.com/daily/02-00/02-08-
00/04op083.htm
1.334. www.sustainer.org/dhm-achives/search.php?
display_article=vn384pced
1.335. www.3sympatico.ca/taniah/cats/politically.html
1.336. www.thebestisyet.net/cgi-bin/cgiwrap/pandol9/start.cgi/ttt8.htm
1.337. www.thefunnvbone.com/submissions/submit872402580.shtml
183

52. www.top20fun.com/funnv iokes/397.html


53.www.ukpoliticsmisc.org.uk/usenet evidence/politicalcorrectness.htm
1.338. www.uta.fi/FAST/US 1/REF/pciargon.html
1.339. www.uta.fi/FAST/Usl7SLA/sk-euph.html
56.www.warriorlibrarian.com/LIBLAUGHS/politicallycorrect.html
1.340. www.webaabout.com/iokes/pcwomen.html
1.341. www.worldnetdailv.com/news/article.asp7ARTICLE ID=41700
VII. Political Euphemisms, War Euphemisms
1.342. www.aafp.org/afp/20011215/1975.html
1.343. www.abcasiapacific.com/nexus/stories/sl 122106.htm
1.344. www.ablemuse.com/erato/uubbhtml/Forum97HTML/001371 .html
1.345. www.accepted.com/media/faq.aspx
1.346. www.alternativeperspective.blogspot.com/2004 04
18 alternativespectiv
1.347. www.ammawav.itlamwavMC2086.htm
1.348. www.archive.democrats.com/prerview.cfm?term=Iraq+War+Politics
1.349. www.bimmerfest.com/forums/showthread.php?=45027
1.350. www.blogsforterri.com/archives/2005/07/letas stopwith.php
1.351. www.bmibmiiournals.com/cgiletters/331/751/8/681
1.352. www.boards.buffolobills.com/forum/index.php?showtopic=35394
12.www.bushout.blogspot.com/2003 11 01bushoutarchives.html
1.353. www.commondreams.org/cgi-bin/print.cgi?file=/headlines03/l 102-
08.htm
1.354. www.com.uark.edu/~jbennet/bush.html
1.355. www.damianpenny.com/archived/003181 .html
1.356. www.ddh.nl/pipermail/were/dcrisis/2003-November.txt
1.357. www.doublestandards.org/eufs.html
1.358. www.enwikipedia.org/wiki/Euphemism
1.359. www.fair.org/press-releases/settlement-euphemisms.html
20.www.fff.org/comment/com0407a.asp
2L www.forums.starwars.com/thread.ispa?thredID=92062
184

1.360. www.growinggames.com/?cat=16
1.361. www.growinggames.com/?cat=60
1.362. www.gseis.ucla.edu/faculty/kellner/papers/gulfwar6.htm
1.363. www.hometimes.org/commentary/wardrobe.html
1.364. www.img.slate.com/id/2152119
1.365. www.informationclearinghouse.info/archive20.htm
1.366. www.inst.af/trans/15Nr/08_4/velicacarmenl5.htm
1.367. www.lasikinfocenter.net/Webpages7Euphemism%20webpage.html
30.www.list.msu.edu/cgi-bin/wa?A2=ind9902a&L=aejmc&L
=aejmc&F=&S=&P=1935
1.368. www.malu-aina.org/Iraq.htm
1.369. www.matrixmasters.com/world/america/iraq/2004_01_0l_archiveiraq.ht
ml 33.www.modernliberalism.org/idl5.htm
1.370. www.motheragainstherdraft.org/archive/index.php/t-232.html
1.371. www.nashivillecitypaper.com/index.cfin?
section=40&...&news_id=30978
1.372. www.newsgrounds.com/bbs/topic.php?id==135622
1.373. www.notgeniuses.com/archives/2003_l 1.html
1.374. www.nucnews.net/nucnews/2005nn/0503nn/050319nn.txt
1.375. www.pakdef.info/forum/archive/index.php/t-3207.html
1.376. www.propagandacritic.com
1.377. www.refresher.com/leuphemism.html
42.www.samcat.blogspot.com/2004/ll/terror-bush-wins-award-from.html
1.378. www.sf.indymedia.org/mail.php?id=167847
1.379. www.slate.com/id/2081161
1.380. www.thersites.org.ul^blog/2006/07/29/euphemisms
1.381. www.sourcewatch.org/index.php?title=Doublespeak
47.www.thetalentshow.org/archives/000178.html
1.382. www.tomdispatch.com/index/html/rss/index.mhtml?pid=l 176
1.383. www.townhall.eom/colmnists/iohnleo/i/20040223.shtml
50.www.townhall.com/print storv.php?sid=10839&loc=/.../02/23/l0839.html
185

51. www.uexpress.com/printable/print.html7uc_full date


=20040022&uc comic=il
52.www.undergroundlondon.com/antimega/archives/000076.html
1.384. www.welcomehomesoldier.com/article_category
index.php/type=default
1.385. www.whistleases.typepad.com/boot george in 2004/
1.386. www.yourdictionary.com/library/drlang008.html
1.387. www.zmag.org/content/showarticle.cfm?SectionID=l5&itemID=4836
186

Разновидности эвфемизма

Общеизвестные эвфемизмы

Эвфемизмы используются в следующих сферах: 1) религия; 2) политика и экономика; 3) преступления,


нарушения общественных норм, пороки; 4) возраст, внешность; 5) умственные и физические недостатки;
6) физиология, секс; 7) смерть и болезни; 8) наименования, повышающие статус малопрестижных профессий.
Политические эвфемизмы Политически корректные эвфемизмы

Мотивы использования: Мотивы использования:


1) стремление завуалировать негативные 1) существующие и осознаваемые членами
стороны социума формы и разновидности дискриминации;
явлений действительности; ретушировать 2) стремление к преодолению дискриминации,
негативные последствия неприглядных обусловленное культурно-поведенческими традициями,
политических и экономических мер; высоким уровнем социальной культуры, менталитетом
2) создание положительного оправдательного западного общества;
и пропагандистского эффекта как средства 3) коммерческий интерес, связанный
предотвращения общественного резонанса; с манипулятивной деятельностью рекламной
3) для сохранения «баланса» социально- коммуникации.
статусных интересов на уровне государства.

Политически корректные эвфемизмы


I фуппа II группа эвфемизмов, III фуппа эвфемизмов, IV фуппа иронично-
эвфемизмов, объединенная на юмористических
обозначающих исключающих основе эвфемизмов,
представителей канфопоценфических» связанных со сферой
дискриминацию на основе
различных рас парамефов, (состоит из описания
и этносов. социально-статусной 4 подфупп). поведенческих и
личностных качеств
принадлежности;
человека на основе
и эвфемизмы, гендерного признака.
образованные в соответствии
Подфуппа 1: эвфемизмы эвфе-
с «принципом безотносительности дескриптивные «женской» мизмы
наименования профессии к половой эвфемизмы, афибуции. «муж-
относящиеся к сфере ской»
принадлежности», не имеющие описания внешности и афибу
тендерной маркировки. личностных качеств ции.
человека.
Подгруппа 2:
эвфемизмы как замена
социально
неприемлемых слов и
выражений,
указывающих на
возрастную
принадлежность
человека.
187
Подгруппа 3:
эвфемизмы,
исключающие
дискриминацию на
основе физических
возможностей
индивидуума {ableism).

Подгруппа 4:
эвфемизмы как замена
возможных языковых
манифестаций
различных видов
дискриминации,
основанной на мнимом
превосходстве человека
над всеми остальными
биологическими
видами.