Вы находитесь на странице: 1из 4

Добраться до дома, где генерал королевской стражи пробыл несколько дней под надзором

невидимого целителя, было... сложно. Одинаковые деревья, как злые духи, заключили
стража в своем бесконечном лабиринте, из которого практически невозможно было
выбраться. Руки постепенно становились неподвижными и неспособными держать
подоженный факел, а щеки и нос окрасились в пурпуный цвет.

Однако Алан все равно шел вперед, а следом за ним, неуклюже перебирая передними
лапами-крыльями, шагала Жемчужина. Огонь танцевал, безобразно искривляя тени от
стволов деревьев, кустов и, конечно же, их самих. Тени... Воспоминания о том позорном
дне вновь всплыли из глубин сознания, заставляя Алана злиться. Злиться на самого себя.
Хруст свежевыпавшего снега и сухих веток, спратавшихся под холодныи белым одеялом,
вынуждал постоянно оборачиваться, останавливаться и прислушиваться к каждому шороху.
Сердцебиение участилось, а рука сама легла на рукоять меча.

Пламя в очередной раз дрогнуло, и парень заметил вдалеке силуэт, расплывшийся


огромным чернильным пятном по округе, - это были очертания хижины, той самой хижины,
из которой генерал не смог выбраться по собственной воле. Стиснув зубы, он медленно
направился к ней, однако вскоре остановился. Алан поднял факел повыше и прищурился,
пытаясь рассмотреть поляну, где находилась старая, слегка покосившаяся постройка.
Парень осторожно начал приближаться к хижине.

Холод заключил в объятия этот дом. От его ледяного дыхания на окнах распустились белые
цветы, закручивающиеся в причудливые узоры, а бревна - и даже сама дверь - покрылась
тонким слоем инея. Нахмурив брови, он занес было руку над дверью, но заметил, что она
была приоткрыта. Машинально схватившись за меч свободной рукой, Алан слегка толкнул
ее плечом и сделал один осторожный шаг внутрь дома. Вокруг было слишком тихо...

Сделав жест Жемчужине, означающий ждать, генерал шагнул в темноту, которую спугнул с
места живые языки пламени: тьма зашипела, как дикий зверь, и тотчас скрылась в углах и
щелях. Изо рта юноши вырвался клуб белого пара. Он оглянулся по сторонам и замер,
вслушиваясь в противный скрип деревьев, что доносился до него снаружи. Алан подошел к
камину и дотронулся до него рукой, мгновенно почувствовав, как холод облизнул его
пальцы, одернулся. Здесь никого не было уже долгое время.

Этот дом, его бывшая темница, был


оставлен: ящики, столы, стулья, шкафы - все было пустым, а сами вещи давно покрылись
слоем пыли, на котором можно было выводить незамысловатые рисунки. Алан - насколько
позволяли ему это сделать окоченевшие руки - крепко сжал факел и меч, в мыслях
проклиная все на свете и в особенности самого себя. Он чувствовал, как внутри него вновь
начинают бить бурным ключом знакомые эмоции, затмевающие сознание, и проклинал
свою эмоциональность и несдержанность. Он должен быть забыть тот случай, вычеркнуть
его из своей жизни, запереть воспоминания о нем в глубине сознания, но... не мог. Просто
не мог этого сделать, и виной этому были уязвленные гордость и самолюбие, не
прощающие ошибок.
Все началось заново.

Алан, переполняемый сильным желанием как можно быстрее покинуть это место, резко
развернулся и случайно задел ногой один ящик с рукописными свитками и книгами. В его
голове промелькнула мысль, что именно в этих листах пергамента, аккуратно связанных
друг с другом, может быть подсказка. Однако только стоило взять пару свитков, как на
улице послышались чьи-то голоса, хруст снега и шелест крыльев Жемчужины, смешанный с
ее рычанием. Положив бумагу обратно в ящик, Алан мгновенно погасил факел, взял в руки
меч и осторожно подкрался к двери. Сквозь небольшую щель он смог увидеть два
размытых силуэта, которые неспешно приближались к брошенной хижине с каким-то
грузом, тянущимся позади. Крыша противно заскрипела, и на генерала осыпалась пыль -
виверна забралась на дом, не желая оставаться внизу. Неожиданно силуэты остановились,
и до ушей блондина донеслись женский и мужские голоса, хоть и скрипучие, но
взволнованные.

Опасность не бродила в округе.

Алан осторожно толкнул дверь и вышел на улицу. Люди, что стояли напротив двери дома,
вздрогнули и сделали пару неуверенных шагов назад. Встретить кого-либо в ночную пору
было странно, особенно когда весь Тор-Шолле поглотил хаос. Генерал убрал меч обратно в
ножны и поклонился - пугать простых крестьян не было в его планах.

- Доброго вечера, - спокойно произнес Алан и тоже слегка поклонился; он пытался держать
себя строго и спокойно, но, услышав незнакомое имя, не смог сдержать удивления - слегка
нахмурил брови и наклонил голову. - Аль? - недоуменно спросил парень и поднял взгляд на
крышу дома, откуда на него смотрела Жемчужина - спускаться драконица не горела
желанием. - А не подскажете ли, куда именно уехала она?

- Куда уехала? - мужчина с женщиной переглянулись. - В этот, как его, в Тор-Шолле же.
Зимой делать здесь нечего.

***

- Генерал, подождите! - откуда-то из толпы раздался бойкий юношеский голос, и Алан,


застыв на месте, вынуждено обернулся.

Откуда-то издалека, прорываясь сквозь бессметное количество жителей МиорЛайна,


неспешно бредущих по торговой улице, прибежал запыхавшийся рыжеволосый юнец. Он,
вцепившись в булку хлеба, пытался отдышаться и прийти в себя - бежал. Генерал
королевской стражи презрительно хмыкнул и возобновил шаг. Сегодня он обязан был
сделать то, чего не смог сделать несколько дней назад.

- Эй, почему Вы меня не подождали? - возмущенно выкрикнул юноша и, как-то по-детски


нахмурившись, принялся догонять стража, отламывая от булки небольшие кусочки и тотчас
поедая их. - Я же сказал, что хотел купить хлеба, это не заняло бы много...

- Я не обязан с тобой нянчиться, - холодно ответил Алан, не сбавляя шагу и даже не


оборачиваясь.

Эти юстициаре... От одной лишь мысли об этих "элитных" бойцах самого короля Алан
стискивал до скрипа зубы и старался держать самообладание. Они творили то, что хотели,
что считали нужным и правильным, поэтому без капли сомнения возвели всех вальтов до
ранга стражей. Этих слабаков, с трудом держащих меч и стоящих на ногах под тяжестью лат,
сравняли с воинами, что не один год доказывали всему миру свои отточенные навыки и
блестящую храбрость. Среди стражей вспыхнуло негодование, но оно не успело разрастись
до необузданного пожара: нехватка сил и людей, а также вынужденная необходимость
быть везде и всегда стали основными факторами, под которыми королевские стражи
прогнулись. Теперь же бывшие валеты, словно слепые щенки, от которых нельзя было
избавиться, мешались под ногами. Кэррон бросил косой взгляд на мальца, что недовольно
плелся позади него, и хмыкнул: "Головная боль".

Уже больше трех часов Алан бессмысленно скитался по улицам города-столицы,


расспрашивая людей о таинственном лекаре из Пестролистного леса. Кто-то в недоумении
разводил руками в разные стороны, кто-то задумчиво чесал подбородок в безуспешных
попытках вспомнить нужную информацию и лишь редкие люди с радостной улыбкой на
лицах рассказывали о той девушке, спасшей его жизнь. Дочь Эдолины, волшебница,
чудесница - это лишь часть слов, которыми описывали Альбиону, ту самую знахорку.
Многие были уверены, что ей под силу вытащить больного из когтистых лап смерти. Всякий
раз выслушивая это, Алан хмыкал, но доказывать обратное не хотел, не имело смысла.
Однако несмотря на все это, генерал смог заполучить в руки то, что он так давно искал -
примерное расположение дома, где жила - по крайней мере, парень хотел найти ее там -
его целительница, нужно было всего лишь добраться до противоположной стороны Тор-
Шолле.

Окрикнув валета, что без дела слонялся в округе и бросал мелкий камень в голубей,
молодой генерал поймал драконью повозку и приказал кучеру двигаться в конкретном
направлении. И только еще спустя несколько часов езды по извилистым улицам смог
прибыть туда, куда нужно было. Сойдя на землю и заплатив мужчине за работу, Алан
оглянулся: место, где располагался дом Альбионы, было тихим и спокойным, а
прорастающие рядом деревья и кусты лишь сильнее придавали этому место чувство
умиротворенности.

Тяжело вздохнув, Алан сделал шаг вперед.

- Генерал! - позади него вновь раздался до боли знакомый юношеский голос, заставляя
стража мысленно закатить глаза. - Зачем мы сюда прибыли? Ведь наша служба должна
проходить в другом месте!
- Сюда мне нужно по одному делу, это много времени не займет.

Валет замолчал и, оглянувшись по сторонам, поровнялся вместе со своим наставником -


приказ есть приказ. Алан же пытался найти небольшой каменный дом, одна стена которого
была покрыта густым вьющимся плющем, а как только заметил его, сразу же направился к
нему.

Деньги в кошеле, привязанному к поясу, тихо звенели.