Вы находитесь на странице: 1из 103

Судебная экспертиза на рубеже тысячелетий: Материалы С 89 межведомственной научно-

практической конференции: В 3 ч. Часть 1. - Саратов: СЮИ МВД России, 2002. - 2,14 с.


В сборнике представлены материалы межведомственной научно-практической конференции
“Судебная экспертиза на рубеже тысячелетий”, посвященной 200-летию создания в России Ми-
нистерства внутренних дел. Публикуемые материалы касаются общих теоретических вопросов
судебной экспертизы, путей развития на современном этапе традиционных криминалистических
экспертиз, экспертизы материалов, веществ и изделий, компьютерно-технической и иных видов
экспертных исследований.
Для научных работников, сотрудников экспертных служб, преподавателей вузов,
осуществляющих подготовку судебных экспертов.
Печатается по решению редакционно-издательского совета Саратовского юридического института МВД
России
Саратовский юридический институт МВД России, 2002

В.Н. Хрусталев, СЮИ МВД России


ПРОЦЕССЫ ИНТЕГРАЦИИ И ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ЗНАНИЙ В КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ
ЭКСПЕРТИЗЕ И НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЯВЛЕНИЯ ЕЕ НОВЫХ РОДОВ И ВИДОВ
Наличие специальных познаний у эксперта является необходимым условием
привлечения его к производству экспертизы.
Профессор Аверьянова Т.В. показала, что приобретенный в процессе практической
деятельности опыт играет значительную роль при определении критериев специальных
знаний. Но без соответствующих научных знаний, позволяющих, например,
систематизировать полученные в процессе практической деятельности сведения в целях
дальнейшего совершенствования своего профессионального уровня, субъект не может быть
отнесен к разряду специалистов, обладающих специальными знаниями в должном смысле
этого слова. Отсюда справедливый вывод: “Специальными являются знания, приобретенные
субъектом в процессе обучения и практической деятельности в науке, технике, искусстве,
ремесле и основанные на знании научных разработок в соответствующих областях знаний,
используемые для решения вопросов, возникающих при расследовании и рассмотрении в
суде конкретных дел”.
Специальные познания профессионального судебного эксперта формируются в основном за счет
трансформации знаний из различных областей одной или нескольких наук. До тех пор, пока производство
экспертиз носит эпизодический характер, объем базовых знаний эксперта, определяемых в основном его
базовым образованием, достаточен для их производства. Однако по мере накопления эмпирического материала
и его обобщения, усложнения решаемых задач и их разнообразия с неизбежностью вступают в дей-
ствие диалектически взаимосвязанные процессы дифференциации и интеграции знаний. Первый
ведет к все большему дроблению знания в определенной области, второй способствует
объединению знания различных областей1.
Аверьянова Т.В. Субъекты экспертной деятельности //Вестник криминалистики /Отв. ред. А.Г.
Филиппов. Вып. 2. М.: Изд-во “Спарк”, 2001.
Применительно к предмету экспертизы тенденции дифференциации приводят к появлению
новых видов и направлений в экспертизах. Дифференциация по предмету экспертизы влечет за
собой дифференциацию по объектам, которая может стать основой создания родов экспертиз
внутри классов и видов внутри родов.
В качестве закономерности формирования новых родов (видов) экспертиз наряду с
дифференциацией знаний важное значение имеют интегративные процессы в формировании
специальных знаний от уровня методологии до решения конкретных экспертных задач.
Как в настоящее время процессы дифференциации и интеграции специальных знаний
реализуются при формировании новых родов (видов) экспертиз? Прежде всего этот вопрос
целесообразно рассмотреть в свете предложений профессора Майлис Н.П. 2 о необходимости
интеграции знаний трасологии и теории экспертизы материалов и веществ и выделении нового
рода (вида) - трасолого-материаловедческой экспертизы.
Основы судебной экспертизы. Ч. 1: Общая теория. М.: РФЦСЭ, 1997. С. 149-151. Майлис Н.П. Интеграция
знаний как закономерность формирования новых научных направлений в судебной экспертизе / Криминалистика. XXI
век: Мат. науч.-практ. конф: В 2 т. М.: ГУ ЭКЦ МВД России, 2001.
Прежде всего необходимо отметить, что предложения Майлис Н.П. глубоко обоснованы.
Однако, с нашей точки зрения, речь в данном случае идет не о создании нового рода (вида)
экспертизы, которая будет существовать отдельно от классической трасологическои экспертизы и
КЭВМИ, а о наполнении новым содержанием, выходе на качественно новый, более высокий
уровень трасологии и трасологическои экспертизы, которая приобретает комплексный характер.
До трасологической экспертизы подобную трансформацию прошли технико-криминалистическая
экспертиза документов, судебно-баллистическая экспертиза и криминалистическая
взрывотехническая экспертиза, каждая из которых состоит из двух относительно самостоя-
тельных разделов, по которым предусмотрены самостоятельные экспертные специальности1.
См.: Перечень специализаций экспертов, по которым выдается свидетельство на право производства экспертиз,
утвержденный приказом МВД РФ от 31 марта 1997 г. № 190 “О реорганизации Экспертно-ква-лификационной
комиссии МВД России”; Примерный Перечень видов экспертиз, выполняемых в судебно-экспертных учреждениях
Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденный приказом Министерства юстиции Российской
Федерации от 30 ноября 2000 г. № 363; Перечень родов экспертиз, методов экспертного исследования и экспертных
специальностей, по которым присваивается квалификация судебного эксперта в судебно-экспертных учреждениях
системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденный заместителем министра юстиции Российской
Федерации 11 ноября 1996г.; Варченко И. А. Криминалистическая характеристика и особенности первоначального
этапа расследования преступлений, связанных с применением взрывчатых веществ и взрывных устройств. Дис. ...
канд. юрид. наук. Краснодар, 2001.
Комплексный характер технико-криминалистической экспертизы документов, судебно-
баллистической экспертизы и криминалистической взрывотехнической экспертизы, а также
новое комплексное состояние трасологической экспертизы объясняется следующим. Для
создания реальных предпосылок раскрытия и расследования абсолютного большинства
преступлений требуется комплексное изучение материальной обстановки по делу. Из
имеющегося информационного пространства материального источника информации берется
такая его часть, которая необходима и достаточна для решения поставленной задачи, вплоть до
использования всего информационного пространства. Причем зачастую соответствующие
криминалистические исследования проводятся в форме комплексных экспертиз.
Криминалистическое исследование веществ, материалов и изделий сопровождает
диагностику и идентификацию в трасологии, баллистике, взрывотехнике, фототехнике, технико-
криминалистическом исследовании документов, что значительно облегчают решение
традиционных для соответствующих родов экспертиз задач. Классическая трасология
ориентирована на использование морфологического информационного поля материального
носителя криминалистически значимой информации. Решение традиционных для трасологии
задач возможно и при использовании только субстанционального поля носителя. Однако
наилучшие результаты получаются в результате комплексного использования
морфологического и субстанционального информационных полей материальных носителей
криминалистически значимой информации в рамках комплексных криминалистических
(трасологических и материаловедческих) экспертиз. Такое сочетание одинаково полезно как
при диагностических, так и при идентификационных исследованиях.
Еще одна проблема, которую хотелось бы затронуть, связана с предложением
Моисеевой Т.Ф. об образовании вследствие интеграции знаний в области естественных наук
и традиционной криминалистики в рамках класса судебно-биологической экспертизы нового
вида экспертизы — экспертизы вещества потожировых следов (ЭВПЖС) человека1.
Несомненным достижением автора является формулирование нового комплексного подхода к
экспертному исследованию ПЖС человека, при котором ПЖС человека рассматриваются как
целостный объект, обладающий такими информационными полями, как морфология, состав
вещества и микробная флора.
1 Моисеева Т.Ф. Методология комплексного криминалистического исследования потожировых следов
человека: Автореф. дис. докт. юрид. наук. М.: Академия управления МВД России, 2002.
Моисеева Т.Ф. утверждает, что:
- одорологическая экспертиза является составной частью экспертиз вещества
потожировых следов человека как биологический (биосенсорный) метод анализа;
- исследование потожирового вещества следов для решения общей задачи
идентификации (диагностики) целесообразно выполнять в рамках одной экспертизы
-ЭВПЖС человека - как комплексное исследование;
- автор предлагает создать новую экспертную специальность - “Исследование вещества
ПЖС человека”, которая поглотит и исследование запаха ПЖС человека с помощью собак-
детекторов, и исследование вещества ПЖС человека инструментальными методами.
С нашей точки зрения, ЭВПЖС человека является комплексной по природе, проводится
в форме не комплексного исследования, а комплексной биологической и одорологи-ческой
экспертизы специалистами разных профилей подготовки, разных экспертных
специальностей.
ВЫВОДЫ
1. Диалектически взаимосвязанные процессы дифференциации и интеграции
специальных экспертных знаний и в настоящее время являются основой появления новых
родов и видов экспертиз.
2. С целью комплексного изучения материальной обстановки по делу все чаще задачи,
обычно решаемые в рамках традиционных криминалистических экспертиз в ходе ком-
плексного исследования, вследствие интеграции специальных знаний включают этап
криминалистического материаловедческого исследования и производятся уже в форме
комплексных экспертиз. Процесс дифференциации экспертных знаний в подобных случаях
влечет за собой образование в рамках традиционных криминалистических экспертиз
отдельных экспертных специальностей, часть из которых, как и раньше, нацелена на
использование морфологического информационного поля носителя информации, другая же
часть предусматривает криминалистическое материаловедческое исследование с целью
использования субстанционального информационного поля материального носителя ин-
формации.
3. Утверждение исследователей о том, что новый вид экспертизы является
самостоятельным, а соответствующее экспертное исследование может быть выполнено в
форме комплексного исследования одним экспертом, получившим конкретную экспертную
специальность, должно быть основано на реальной возможности одного субъекта экспертной
деятельности, получившего конкретное базовое образование, в ходе обучения и практической
экспертной деятельности реально освоить соответствующую методику и методы ис-
следования.

В.А. Федоренко, СЮИ МВД России


МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ОРУЖИЕВЕДЕНИЯ
В настоящее время наблюдается интенсивное образование новых видов экспертиз.
Явление дробления крупных разделов на более мелкие характерно для любой развивающейся
науки и является объективным процессом специализации знаний. При таком дроблении
практически всегда остаются вопросы, относящиеся одновременно и к одному, и к другому
разделу некогда единой области знаний. При этом критерии оценки одних и тех же
характеристик объектов исследований не должны зависеть от отрасли знаний, в рамках
которой проводится их исследование.
Иная ситуация складывается в области судебных экспертиз. В результате
самостоятельного и часто необоснованно обособленного развития родственных видов
экспертиз в рамках каждой из них были разработаны различные критерии оценки одних и тех
же характеристик исследуемых объектов и явлений. Это создало предпосылки для
формирования неоднозначных выводов специалистами, исследующими один и тот же объект
или явление в рамках смежных экспертиз. Такое положение характерно для многих видов
экспертиз, в том числе и для судебно-баллистической, взрывотехнической и экспертизы
холодного и метательного оружия, являющихся основными разделами криминалистического
оружиеведения. В качестве подтверждения сказанному рассмотрим несколько примеров.
1. В судебной баллистике используется методика определения поражающей
способности самодельного патрона, апробированная на биологических объектах. В
соответствии с ней снаряд обладает поражающей способностью, если его удельная
кинетическая энергия не менее 50 Дж/см 2. Во взрывотехнике считается, что осколки массой
более 1.1 г обладают поражающей способностью, если их удельная кинетическая энергия
более 100 Дж/см2. Причем это же условие распространяется и на готовые поражающие
элементы, имеющие шарообразную форму. Однако нет никакой разницы в механизме
образования проникающего ранения поражающим элементом в форме шарика, метаемым
взрывным устройством, и круглой пулей такой же массы и размера, выстреленной из
огнестрельного оружия. Поэтому нижний предел поражения по удельной кинетической
энергии для шарообразных осколков и круглых пуль должен быть один. Приведенный
пример является лишь частным случаем, т.к. в настоящее время и в огнестрельном оружии, и
во взрывных устройствах могут использоваться различные типы поражающих элементов
(металлические цилиндры, стальные стрелки, осколки произвольной формы и т.д.). Для всех
основных типов поражающих элементов и в судебной баллистике, и во взрывотехнике
должны быть введены одни и те же нижние границы поражения.
2. Из работ Авертесяна В.Р., Стальмахова А.В. и Федоренко В.А. известно, что при
отстреле путем нагревания открытым пламенем вне огнестрельного оружия охотничьих
патронов, снаряженных дымным порохом, латунные гильзы приобретают скорость движения
до 100 м/с на расстоянии 1.5 метра от центра расположения патрона. При массе гильз около
20 г приобретаемая ими кинетическая энергия была около 100 Дж. В этом случае их удельная
кинетическая энергия была 31 Дж/см 2 и не достигала нижней границы поражения, однако
гильзы пробивали сосновые доски толщиной 25 мм на расстоянии 1.5 м. Очевидно это
свидетельствует о том, что к объектам с такой большой площадью соударения уже не в
полной мере применима величина удельной кинетической энергии 50 Дж/см 2 в качестве
критерия нижней границы поражения. Возможно, такие снаряды следует рассматривать не
столько как элементы проникающего поражения, сколько как элементы ударно-
раздробляющего или ушибающего действия.
3. Известно, что в момент выстрела из длинноствольного ручного огнестрельного
оружия давление вблизи дульного среза достигает нескольких атмосфер и вокруг него
формируется ударная волна, по форме близкая к сферической. Поэтому при выстреле вблизи
органов слуха возможно частичное временное или устойчивое их поражение за счет действия
ударной волны. Однако в судебно-баллистической экспертизе отсутствует методика
определения вероятности поражения органов слуха ударной волной выстрела. При этом
такая методика достаточно широко используется в криминалистической взрывотехнике.
Примеров использования различных критериев для оценки одних и тех же
характеристик в зависимости от вида экспертизы можно привести достаточно много. По мне-
нию автора, проблема неоднозначности оценки важных криминалистических характеристик
исследуемых объектов может быть решена путем оптимизации и универсализации всех
криминалистических методик. Например, в рамках криминалистического оружиеведения
необходимо разработать единые критерии оценки поражающего действия оружия,
боеприпасов и взрывных устройств и в первую очередь определить нижние границы
поражения человека независимо от механизма получения кинетической энергии
поражающим элементом.
Оптимизация и стандартизация криминалистических методик позволит не только
исключить субъективизм при производстве экспертиз, но и будет способствовать
универсализации знаний в области судебных экспертиз.
С.А. Полунин, СЮИ МВД России
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРОИЗВОДСТВА КОМПЛЕКСНОЙ
СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ
Получившее в конце XX века широкое распространение использование в процессе
доказывания комплексных судебных экспертиз нашло свое законодательное закрепление в ст.
201 принятого Государственной думой 22 ноября 2001 г, Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации. Однако, анализируя содержание посвященной производству
судебной экспертизы главы 27 У ПК РФ, представляется преждевременным говорить о
детальной регламентации рассматриваемого вида экспертизы.
Прежде всего следует отметить имеющийся недостаток законодательного определения
комплексной экспертизы. Так, ч. 1 ст. 201 УПК определяет ее как судебную экспертизу, “в
производстве которой участвуют эксперты разных специальностей”. Однако комплексный
характер может носить и экспертиза, выполняемая единолично 1. Такая ситуация возможна,
если эксперт обладает познаниями в различных отраслях знаний и использует их при
экспертном исследовании представленного объекта. Таким образом, при определении
комплексной экспертизы следовало бы сместить акцент не на “участие экспертов разных спе-
циальностей”, а на использование познаний в разных отраслях знаний.
См.: Майлис Н.П, Эффективность комплексного подхода при решении задач судебной экспертизы // Экспертиза на
службе следствия: Мат. науч.-практ. конф. Волгоград, 1998. С. 4.
Содержащаяся в ч. 2 ст. 201 УПК диспозиция правовой нормы регламентирует порядок
оформления заключения экспертов: “В заключении экспертов, участвующих в производстве
комплексной судебной экспертизы, указывается, какие исследования и в каком объеме провел
каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт,
участвовавший в производстве комплексной судебной экспертизы, подписывает ту часть
заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее
ответственность”.
Между тем за пределами уголовно-процессуального регулирования остается целый ряд
вопросов, возникающих при назначении комплексной экспертизы.
Кто определяет комплексный характер назначаемой экспертизы? По отношению к
комиссионной экспертизе этот вопрос решается следователем либо руководителем
экспертного учреждения (ст. 200 УПК). Представляется, что аналогичным образом
определяется и комплексный ее характер.
Каков порядок назначения комплексной экспертизы? Частично ответ на этот вопрос
можно получить, анализируя содержания ч. 1-4 ст. 199 УПК по аналогии к назначению
комиссионной экспертизы: При производстве комплексной судебной экспертизы в
экспертном учреждении следователь направляет постановление о назначении экспертизы и
материалы, необходимые для ее производства, его руководителю. Последний поручает
производство экспертизы экспертам из числа работников данного учреждения и уведомляет
об этом следователя. При этом руководитель экспертного учреждения, за исключением
руководителя государственного судебно-экспертного учреждения, разъясняет экспертам их
права и ответственность, предусмотренные ст. 57 настоящего Кодекса.
Руководитель экспертного учреждения вправе возвратить без исполнения постановление о назначении
судебной экспертизы и материалы, представленные для ее производства, если в данном учреждении нет
эксперта какой-либо из специальностей, необходимой для комплексного исследования, либо специальных
условий для проведения исследований, указав мотивы, по которым производится возврат.
Если комплексная судебная экспертиза производится вне экспертного учреждения, то
следователь вручает постановление и необходимые материалы экспертам и разъясняет им
права и ответственность, предусмотренные ст. 57 настоящего Кодекса.
Вместе с тем остается неясным - как быть в ситуации, если необходимо привлечение
экспертов из различных экспертных учреждений? Актуальность этого вопроса возрастает в
случае, когда требуется привлечение экспертов из учреждений различной ведомственной
принадлежности. Отсутствие процессуальной регламентации данной ситуации порождает
целый ряд проблем, касающихся выбора места производства экспертизы, координации
последовательности и сроков выполнения отдельных исследований, входящих в комплекс,
порядка сношения экспертов различных ведомств по текущим вопросам.
И, наконец, не решенной остается по отношению к комплексной экспертизе ситуация, представленная
содержащейся в ч. 5 ст. 199 УПК гипотезой правовой нормы: как быть в случае “...если представленных
материалов недостаточно для производства судебной экспертизы или он > [эксперт] считает, что не
обладает достаточными знаниями для ее производства”? Надо полагать, что в этой ситуации у входящего в
комиссию эксперта отсутствует субъективное право возвращения без исполнения представленных ему
материалов, и возникает обязанность возбуждения перед следователем предусмотренного ч. 3 ст. 57 УПК
ходатайства о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для формирования выводов в
части порученного ему исследования, либо привлечении к производству судебной экспертизы других экспертов.
Вопрос об отказе в производстве отдельных исследований (возвращения без
исполнения материалов) может быть решен в соответствии с ч. 5 ст. 200 УПК РФ в случае,
если конкретное исследование носит автономный характер и не влияет на выводы других
экспертов.
Представляется, что обозначенные пробелы в уголовно-процессуальном регулирования
назначения комплексных экспертиз могут быть компенсированы изданием соответствующих
ведомственных и межведомственных нормативных актов до введения в действие Уголовно-
процессуального кодекса Российской Федерации.

Ю.Ю. Осипов, А.А. Коссович, СЮИ МВД России


ИНФОРМАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ КОМПЛЕКСНОЙ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ
Говорить при производстве экспертных исследований 6 преобразовании ретроспективной
информации о преступлении в актуальную на конкретном этапе расследования позволяет тот
факт, что непосредственным объектом исследования в указанном случае является информация,
заключенная в объектах, представленных следователем экспертам 1.
Громов Н.А. Заключение эксперта как источник доказательств // Законность. 1997. № 9. С. 45; Пределы
экспертного исследования дорожно-транспортного происшествия. Использование экспертных заключений
следователем и судом (Методическое письмо). М., 1978. С. 8; Назначение и производство судебных экспертиз:
Пособие. М.: Юрид. лит., 1988. С. 294; Онучин А.П. Проблемы расследования дорожно-транс-портных происшествий
с учетом ситуационных факторов. Свердловск: Изд-во Урал, ун-та, 1987. С. 22. .
В то же время цель судебной экспертизы -
обеспечение следователя необходимой информацией¹. Характер взаимодействия
информационных потоков при производстве экспертизы позволяет нам рассматривать
процесс назначения, производства и оценки результатов экспертного исследования как
процесс функционирования саморегулирующейся системы с обратной связью.
1
См.: Исаенко В. Взаимодействие следователей и судебно-медицинских экспертов//Следователь. 1996. № 1. С.
72.
Стремление рассматривать материальную обстановку преступления как целостную
картину, в структурном единстве, как совокупность входящих в нее элементов, несущих
необходимую информацию в виде, например, различных следов, прослеживается в работах
А.И. Винберга и Н.Т. Малаховской, которые предлагают рассматривать материальную
обстановку места происшествия с двух точек зрения. По отношению к окружающей ее среде
(то есть всеобщему информационному полю) она будет являться внешней структурой,
выделяющейся из среды, не несущей признаков преступления. Заключенное в определенные
границы пространство места преступления является внутренней структурой, в
содержание которой включаются взаимосвязанные между собой элементы данной
материальной обстановки, несущие информацию о событии преступления, обусловленную
изменениями, вызванными как действиями преступника или других лиц, так и
особенностями обстановки места происшествия2.
2
См.: Винберг А.И., Малаховская Н.Т. Судебная экслертология (общетеоретические и методологические
проблемы судебной экспертизы): Учеб. пособие. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1979. С. 169-170.
Преступление, как и любое иное событие окружающей нас действительности
сопровождается образованием в окружающей среде всевозможных изменений, то есть
информации, которая затем, в установленном законом порядке, может приобрести значение
доказательств. Речь в данном случае идет о следах преступления в широком смысле.
Информацию о преступлении содержат не только о материально-фиксированные
отображения в виде изменений расположения транспортных средств и пешеходов,
исчезновения и появления определенных предметов и веществ, перемены в состоянии
контактировавших предметов и т. д., но и несущие субъективный характер идеальные
отражения в сознании участников ДТП1.
Еленюк Г.А., Ищенко П.П., Ярослав Ю.Ю. Использование специальных познаний при расследовании дорожно-
транспортных происшест-0 вий: Учеб. пособие. Караганда, 1987. С. 5.
Моделирование расследования преступлений в целом и отдельных следственных
действий в частности должно послужить основанием для снижения субъективизма,
повышения качества, а также недопущения ошибок и неполноты следствия. Построение
информационной модели позволит установить взаимосвязи потоков информации при
назначении, производстве и оценке результатов комплексной судебной экспертизы, а
следовательно, выявить и устранить недостатки при проведении данного действия как со
стороны следователей, так и со стороны экспертов.
Постулируя цель процесса расследования преступления как получение и фиксацию в
установленной форме строго определенного объема информации, можно сделать вывод о
том, что данный процесс по своей сути является дифференцируемым и формализуемым. В
частном случае производства экспертизы по уголовному делу построение информационной
модели данного процесса сводится к определению взаимосвязи информационных потоков с
целью получения новой информации о преступлении (в форме ответов эксперта на
поставленные перед ним вопросы) в рамках четко установленных нормативными актами
граничных условий.
Необходимо отметить, что в философии под моделью наиболее часто понимается такая
мысленно представляемая или материально реализованная система, которая, отображая или
воспроизводя объект исследования, способна замещать ее таким образом, что ее изучение
дает нам новую информацию об этом объекте 2. Главным в предложенном В.А. Штоффом
определении является то, что модель используется для получения систематизации
информации относительно своего прототипа.
Штофф В.А. Моделирование и философия. М.; Л., 1966. С. 19.
Следует отметить, что моделирование является необходимым элементом в работе как
следователя, так и эксперта. Их деятельность подчинена главной задаче - установлению
объективной истины. Как расследование преступления, так и производство экспертизы носит
системный характер, осуществляется по определенному алгоритму, детерминированному как
требованиями нормативных актов, так и положениями криминалистической науки.
Для определения характеристик информационной модели комплексной судебной
экспертизы необходимо обратиться к классификациям, принятым в кибернетике. Исходя из
законов функционирования и характерных особенностей выражения свойств и отношений
оригинала, представленная модель является логической, образно-символической. То есть данная
модель функционирует в сознании человека по законам логики и выражает свойства оригинала
как с помощью наглядных образов, имеющих прообразы среди элементов оригинала или
образцов материального мира, так и посредством условных знаков или символов.
По основанию, определяющему преобразование свойств и отношений модели в свойства и
отношения оригинала, предлагаемая нами модель является условной, выражающей свойства и
отношения оригинала на основании принятого условия или соглашения1.
1
См.: Лебедев А.Н. Моделирование в научно-технических исследованиях. М.: Радио и связь, 1989. С. 5-7;
Куприн В.Т. Моделирование в биологии и медицине: Филос. анализ. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1989. С. 2Ь 61.
Информационную модель проведения экспертизы можно представить состоящей из трех
основных блоков, описывающих элементы рассматриваемого этапа расследования,
а именно:
- подготовка к назначению и назначение экспертизы;
- производство экспертизы;
- оценка следователем результатов экспертного исследования.
Рассмотрим первый блок. К моменту назначения экспертизы, исходя из процессуальных
особенностей рассматриваемого действия, уголовное дело уже возбуждено и у следователя
имеется определенная информация о событии преступления. Затем следователь проводит
обработку и отсев информации, определяя ту, которая, по его мнению, будет необходима и
достаточна экспертам для ответа на поставленные перед ними вопросы. Однако не всегда сле-
дователь может правильно определить содержание и объем объектов исследования, так как в
некоторых случаях для этого так же, как и для производства экспертизы, необходимы
специальные познания. В данной ситуации осуществляется функция обратной связи
саморегулирующейся системы путем направления лицом, проводящим исследования, запроса на
предоставление дополнительной информации, содержащейся в материалах дела либо получаемой
в ходе производства дополнительных следственных действий: допроса, обыска, выемки,
получения образцов для сравнительного исследования и т.д.
Во многих случаях на этапе подготовки и назначения экспертизы невозможно установить,
соответствует ли полученная информация о событии преступления объективной
действительности. Причем использование в данном случае недостоверной информации не всегда
приводит к получению недостоверных результатов.
Второй блок информационной модели производства экспертизы является базовым. Суть
экспертизы состоит в анализе информационного поля поступивших на исследование объектов
для получения доказательной и ориентирующей информации в форме и порядке, установленных
нормативными актами.
В общем виде информационная модель производства однородной экспертизы состоит из
следующих элементов: информация, заключенная в объектах исследования, которую можно
дифференцировать на информацию, выделенную из информационного поля объектов
исследования путем использования однородных специальных познаний, и избыточную
информацию, не используемую при проведении исследования; вспомогательная (справочная)
информация, необходимая экспертам для дачи заключения.
Говоря об использовании в процессе экспертизы специальных познаний, необходимо
отметить, что при проведении данного действия нельзя ставить знак тождества меж ду
информацией, содержащейся в объектах, представленных на исследование, и информацией,
используемой экспертом при производстве экспертизы. Второе понятие шире, так как
включает в себя справочную или вспомогательную информацию, источники получения
которой определяет сам эксперт.
Сущность основного общеметодического подхода в судебно-экспертных исследованиях
состоит в следующем: из имеющегося информационного поля объектов, представленных
на исследование, берется такая его часть, которая необходима и достаточна для решения
поставленной перед экспертами задачи вплоть до использования всего информационного
пространства. Недопустимо разделять единое информационное пространство объекта
носителя на изолированные части в зависимости от дифференциации экспертиз на роды
(виды) или специализации экспертов внутри них, изначально нацеливать исследования на
использование лишь части информационного поля, как это зачастую бывает в предлагаемых
методиках экспертного исследования1.
1
См.: Хрусталев В.Н. Проблемы комплексных криминалистических трасологических и материаловедческих
экспертиз // Росс. след. 2000. № 2. С. 6-8; Он же. Проблемы использования возможностей криминалистической
экспертизы веществ, материалов и изделий в расследовании и раскрытии преступлений // Росс. юст. 1999. № 6. С. 53-
57.
Приступая к построению информационных моделей производства комплексных
экспертных исследований, анализируя процессы движения информационных потоков, при
проведении комплексных экспертиз необходимо учитывать особенности, возникающие при
проведении различных ее видов, а именно, равнозначимой, соподчиненной и
комбинированной экспертизы. Различная ценность специальных познаний как при
производстве исследований, так и при формулировании окончательного вывода экспертами
накладывают свой отпечаток и на информационную модель рассматриваемого действия.
Теоретически возможно разделить вопросы, ставящиеся перед экспертами при
назначении комплексной экспертизы, на конечное число вопросов, относящихся к
компетенции определенного количества однородных экспертиз. Наиболее ярко данная
ситуация прослеживается именно при назначении соподчиненной комплексной экспертизы.
Заключительный блок информационной модели проведения экспертизы состоит в
описании процедуры оценки следователем информации, полученной в ходе проведения
экспертизы. Основная задача данного этапа - нахождение места выделенных с помощью
специальных познаний данных в информационном поле.
Проверка соблюдения требований уголовно-процессуального закона при проведении
экспертного исследования, несомненно, необходима при оценке следователем либо судом
заключения сведущих лиц. Однако, используя оценочные критерии, принятые нами при
разработке информационной модели проведения судебной экспертизы, можно сделать вывод,
что далеко не все нарушения, допущенные в ходе исследования, ведут к получению
недостоверных выводов.
Использование при расследовании преступлении информационной модели
производства судебной экспертизы позволит избежать ошибок при назначении, производстве
и оценке результатов комплексных экспертных исследований, позволит повысить их
качество, сократить сроки их производства, дает реальную возможность алгоритмизировать
рассматриваемый процесс.

В.Г. Стаценко, ВА МВД России


ПРОБЛЕМЫ НОРМАТИВНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ
ПОЗНАНИЙ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ
В условиях научно-технического прогресса возрастающие возможности использования
специальных познаний в уголовном процессе сдерживаются в силу ряда причин. Одна из них
заключается в том, что совершенствование законодательства отстает от нужд практики.
Указания в действующем процессуальном законе на специалиста как на
незаинтересованное лицо, вызываемое следователем для участия в производстве
следственного действия (ст. 133 ч. 1 УПК РСФСР), а на эксперта как на лицо, обладающее
специальными познаниями в науке, технике, искусстве, ремесле (ст. 78 УПК РСФСР), явно
недостаточно, и это вызывало, вызывает и поддерживает дискуссию о статусе специалиста,
эксперта, о месте специальных знаний в установлении истины по уголовному делу.
В этой связи целесообразно остановиться на некоторых положениях, дающих
представление о понятии и значении специальных познаний, возможностях их
использования для расследования преступлений.
Принято считать, что все знания, используемые следователем при расследовании по
уголовному делу, в зависимости от их субъекта можно разделить на два вида. К первому виду
относятся профессиональные знания следователя. Их исключительная важность очевидна.
Они не заменимы. Ко второму виду относятся используемые при необходимости в процессе
доказывания по уголовному делу профессиональные знания субъектов, которых следователь
привлекает к расследованию. Такие знания можно назвать специальными. Они дают
возможность использовать достижения науки и техники при расследовании преступлений в
порядке, установленном законом.
А. А. Эйсманом высказано мнение о том, что специальные знания - это “знания не
общеизвестные, не общедоступные, не имеющие массового распространения; короче, это
знания, которыми располагает ограниченный круг специалистов, причем, очевидно, что
глубокие знания в области, например, физики, являются в указанном смысле специальными
для биолога, и наоборот”1. При этом юридические знания, как известно, не относятся к
специальным знаниям в том смысле, в каком это понятие употребляется в законе (ст. 78 УПК
РСФСР).
Эйсман А. А. Заключение эксперта. Структура и научные обоснования. М., 1967. С. 91.
Представляется верным мнение Закатова А. А. и Оропай Ю.Н., которые считают, что
“под специальными знаниями в судопроизводстве понимаются проверенные практикой
профессиональные знания компетентных лиц, их умение пользоваться научно-техническими
средствами и приемами для обнаружения, фиксации и исследования доказательств в ходе
следственного действия”1.
Закатов А.А., Оропай Ю.Н. Использование научно-технических средств и специальных знаний в
расследовании преступлений. Киев, 1980. С. 81. Философский словарь / Под ред. И.Т. Фролова. М., 1987. С. 368. :
В этой связи хотелось бы обратить внимание на разночтения в УПК РСФСР при
употреблении данного термина. Так, в ст. 78 применяется термин “специальные познания”, в
ст. 133-1 - “специальные знания”. Учитывая, что познание представляет собой “процесс
творческой деятельности людей, формирующий их знания” 2 и таким образом фиксирует в
себе процедурную сторону постижения исследуемого предмета, считаю, что употребление в
уголовно-процессуальном законодательстве термина “специальные знания” является более
точным.
Предлагается изъять из ст. 78 УПК РСФСР термин “специальные познания в науке,
технике, искусстве или ремесле”, отказаться также от сходного термина “специальные
познания эксперта в области науки, техники, искусства или ремесла”, употребленного в ст. 77
проекта УПК РФ. Приведенные формулировки можно понять так, что в них
противопоставляются познания в науке познаниям в технике, в то время как технические
знания основаны на достижениях науки. Не бесспорны термины “познания в искусстве”,
“познания в ремесле”. Рекомендуется ввести термин “специальные знания”. Считаю
необходимым иметь в УПК статью отправного характера об использовании в уголовном
судопроизводстве специальных познаний.
Принятие этих предложений направленно на то, чтобы поднять статус лиц, обладающих
специальными познаниями. Важно, чтобы в рамках уголовно-процессуальной деятельности
использовались все возможности технического и научного прогресса для повышения
эффективности борьбы с преступностью.

А.В. Приходько, СУ при УВД Ленинского района г. Саратова, М.Н. Шухнин, СЮИ МВД
России
О КЛАССИФИКАЦИИ ЭКСПЕРТНЫХ ЗАДАЧ
В зависимости от видов задач, решаемых при производстве экспертиз, экспертные
исследования в научной литературе долгое время было принято подразделять на иден-
тификационные и неидентификационные.
Предложенные более ста лет назад А. Бертильоном и Ф. Гальтоном методы
идентификации личности явились началом формирования идентификации как
самостоятельной криминалистической теории, имеющей в своей основе систе-
матизированные знания и сведения из различных наук.
В дальнейшем теории криминалистической идентификации было посвящено
множество научных работ, в которых она получила свое развитие и систематизацию. По
этому поводу Р.С. Белкин писал: “...современная теория идентификации - одна из наиболее
разработанных частных криминалистических теорий с обширным понятийным аппаратом и
многочисленными практическими приложениями”1.
1
Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М., 1997. С. 79.
Иначе обстояло дело с так называемыми неидентификационными исследованиями,
которые до недавнего времени вообще не были сформулированы в теории судебной экс-
пертизы, и однозначного деления неидентификационных исследований не имелось. К ним
относились все исследования, не связанные с идентификацией, и их не всегда включали в
класс криминалистических экспертиз.
В 1978 году Корухов Ю.Г. предложил разделить неидентификационные исследования в
зависимости от решаемых ими задач на диагностические и классификационные2. В
дальнейшем эти положения им же были развиты и обоснованы в работе
“Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений”, где он приходит к
выводу, что “...деление экспертных криминалистических задач должно быть осуществлено в
рамках трех категорий: идентификационные, классификационные и диагностические”1.
2
Корухов Ю.Г. Сущность неидентификационных трасологических экспертиз /Вопросы современной
трасологии: Вып. 36. М., 1978. С. 71-87.
Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений: Научно-практич.
пособие. М., 1998. С. 68.
Говоря о криминалистической диагностике, В.А. Снетков подчеркивает: “В самом
общем виде диагностический процесс состоит в распознавании определенного, конкретного
явления на основе абстрактного знания об общем, необходимом, существенном, что отличает
такие явления от прочих. Практически диагностический процесс состоит в распознавании
сущности изучаемого явления на основе выявленных признаков и отнесения с их помощью
изучаемого явления к определенному классу явлений, установленному наукой, опытом и
т.д.”2.
Снетков В.А. Диагностика при производстве криминалистических экспертиз // Современные вопросы
криминалистической экспертизы: Сб. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1981. С. 25.
По мнению В.А. Снеткова, диагностика и классификация (классифицирование)
различаются по целям: “...Если в цель диагностики входит изучение сущности данного
конкретного явления с помощью известных классифицированных явлений, то целью
классификации является размещение изучаемого явления в классификации. Субъект
диагностирования должен доказать вывод о сущности явления, субъект классификации -
вывод о раскрытии внутренней необходимости связи между группами (классами, родами и
т.д.), по которым распределены классифицированные явления. Но без классификации
диагностика неосуществима. Классификация является необходимым этапом уяснения
сущности предметов и явлений”3.
Снетков В.А. Указ. соч. С. 27.
Однако в результате анализа вопросов, решаемых так называемой классификационной
экспертизой, мы пришли к мнению, что выделение классификации в отдельный вид
экспертных исследований не вполне корректно.
Во-первых, вызывает возражение сам термин “классификация”. Под классификацией
обычно понимают процесс распределения каких-либо объектов, явлений и т.п. по группам,
разрядам, классам (т.е. создание классификационной системы) либо метод, систему, по
которой что-либо классифицировано1. М.А. Сонис отмечает: “Отнесение предмета к тому
или иному виду - не классификация его, а определение сущности либо места в определенном
множестве с использованием ранее разработанной классификации”2.
' Ожегов С.И. Словарь русского языка: 70 000 слов / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М.: Рус. яз., 1990. С. 277.
2
Сонис М.А. К вопросу о классификации задач судебной экспертизы // Проблемы совершенствования
судебной экспертизы: Сб. науч. тр. ВНИИСЭ. М., 1994. С. 96.
Во-вторых, вопросы отнесения конкретного объекта к какому-либо общепринятому в
науке классификационному разряду (классификация) или к предложенному самим ис-
следователем множеству (установление групповой принадлежности) обычно являются
частью диагностического или идентификационного исследования. Кроме того, отнесение
объекта к какой-либо группе (классу) может являться самостоятельной, конечной целью как
диагностических, так и идентификационных исследований.
Идентификацию определяют как цель, результат и процесс отождествления
индивидуально определенного, единичного объекта. Для установления тождества
необходимо наличие как минимум двух объектов, признаки которых сравниваются между
собой. Если установить тождество в ходе такого исследования не представляется возможным
(например, если в отождествляющих объектах не отобразилась индивидуальная
совокупность идентификационных признаков отождествляемого объекта), исследование
останавливается на стадии установления групповой принадлежности. При этом процесс
исследования остается идентификационным .
Сущность диагностических исследований состоит в распознавании состояния, события,
явления. Круг диагностических задач достаточно широк. При производстве диагностических
исследований так же, как и при идентификации, сначала выделяются признаки исследуемого
объекта (явления), отобразившиеся в диагностирующем объекте. Затем происходит
сравнение этих признаков с признаками обобщенной, идеальной модели явления (предмета).
Установление достаточной в качественном и количественном отношении совокупности
совпадающих признаков позволяет отнести исследуемый объект (явление, предмет) к опре-
деленному классу, виду. Например, в трасологической экспертизе - это определение класса,
вида предметов, которыми могли быть оставлены имеющиеся на одежде повреждения при
отсутствии такового; в экспертизе криминалистической холодного оружия - отнесение
предмета самодельного изготовления к категории холодного оружия в результате сравнения
его конструктивных признаков с признаками известных образцов холодного оружия, в тех-
нико-криминалистической экспертизе документов - установление способа нанесения оттиска
печати при сравнении его признаков с признаками, характерными для известных способов их
нанесения.
Таким образом, решение классификационных задач, по нашему мнению, не образует
самостоятельный вид исследований и относится либо к идентификации, либо к диагностике.
В то же время в рамках задач, традиционно относимых к диагностическим, можно
выделить самостоятельный класс - моделирование.
Если при решении диагностических экспертных задач, как отмечалось ранее,
происходит сравнение признаков исследуемого объекта с признаками идеальной (или реаль-
ной) модели с целью распознавания сущности исследуемого явления (объекта) путем
отнесения его к классу (группе) ранее известных объектов (явлений), то при моделировании
на основании выявления и анализа признаков исследуемого объекта с учетом известных
закономерностей создается модель этого объекта в ином его состоянии.
В этом случае создание модели является конечной целью экспертного исследования.
Такие модели не пригодны для дальнейшей экспертной идентификации и служат оперативно-
розыскным целям.
При создании модели диагностические исследования скорее будут выступать как стадия
моделирования. Например, при моделировании внешнего облика человека по его черепу
необходимо установить пол, антропометрический тип, возраст, признаки внешности
человека, которому он принадлежал. В данном случае признаки изучаются в целях
воссоздания внешнего облика погибшего (умершего) - модели его внешности.
Моделирование можно подразделить на ретроспективное и прогностическое в
зависимости от направленности поставленных задач. Примером ретроспективного моделиро-
вания может служить реконструкция внешнего облика погибшего (умершего) по черепу,
примером прогностического моделирования - создание модели внешнего облика лица во
взрослом (пожилом, старческом) возрасте на основе фотопортрета ребенка.
Таким образом, предлагаемая классификация экспертных задач включает
диагностические, идентификационные задачи и моделирование.
Указанный вариант систематизации экспертных задач не является бесспорным и может
в дальнейшем уточняться и корректироваться.

А.Н. Криворотое, РЮИ МВД России


КЛАССИФИКАЦИЯ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ УЧЕТОВ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ
Криминалистические учеты являются эффективным средством, используемым в целях
раскрытия, расследования преступлений и их профилактики.
В настоящее время массивы различных видов криминалистических учетов и коллекций содержат
большой объем информации. Однако значительная ее часть не востребована. Сложившуюся ситуацию можно
объяснить следующим. Во-первых, подразделения органов внутренних дел (в частности, экспертно-
криминалистические подразделения) располагают достаточным количеством информации, которая может
успешно использоваться в процессе раскрытия и расследования преступлений. Во-вторых, сотрудники
правоохранительных органов испытывают ее недостаток по причине их неосведомленности о существовании
необходимой для них информации. В-третьих, из-за ручного способа поиска и обработки информации она
несвоевременно поступает к пользователю. В связи с этим нарушается оперативность и полнота информации,
необходимой для решения следственно-оперативных задач. Такое положение дел в формировании
криминалистических учетов не отвечает современному этапу развития науки и техники.
В последнее время в функционировании криминалистических учетов и коллекций
наметился новый этап их развития, который можно назвать этапом автоматизации и
компьютеризации криминалистических учетов. Названный этап позволит исправить
создавшееся положение по несвоевременному использованию информации, хранящейся в
массиве криминалистических учетов и коллекций. Широкое внедрение современных
компьютерных комплексов в работу криминалистических учетов позволяет значительно
увеличить их информационный объем на носителях, а также оперативно осуществить поиск
необходимой информации. Рост информационной составляющей учетов убедит сотрудников
правоохранительных органов в том, что необходимая для них информация имеется и носит
самостоятельную ценность в процессе раскрытия и расследования преступлений.
Компьютеризация криминалистических учетов представляет собой развивающуюся
область деятельности по автоматизированному процессу ввода, хранения, поиска, обработки
и выдачи информации пользователю. Движение информации при этом происходит по
замкнутому кругу (контуру) от источника к потребителю информации. Поэтому
автоматизированные криминалистические учеты можно отнести к большой программной
системе, а “самым первым требованием к большой программной системе Должно быть
обеспечение легкости внесения изменений”1.
Дж. М. Фоке. Программное обеспечение и его разработка. М., 1985. С. 103.
Современный этап развития криминалистических учетов вносит корректировку и в их
классификацию.
Классификация криминалистических учетов на современном этапе представляет собой
систематизацию основных признаков, характеризующих их свойства и особенности в целом, как
единый информационный комплекс. В связи с этим выделим следующие существенные
классификационные признаки учетов, это территориальность, уровень развития, основное
целевое назначение, режим распространения информации.
Территориальность криминалистических учетов. По этому признаку все
криминалистические учеты можно подразделить по уровню концентрации сведений,
содержащихся в их массивах. Согласно такой постановки проблемы, на каждом уровне
формируются учеты, необходимые для решения задач в пределах одного уровня. При этом не
будет происходить дублирования информации на различных уровнях. В частности, на учеты
значительных масштабов — глобальные; средних - региональные; малых - зональные.
Глобальные учеты охватывают все ниже располагающиеся по уровню учеты. Такие учеты
сосредоточены в МВД России. Региональные учеты разделяются на два уровня: 1) учеты
Федерального округа; 2) учеты республики, края, области. Учеты первого уровня должны быть
связаны с глобальными учетами и с учетами второго уровня. Зональные учеты объединяют в себе
информацию какой-либо зоны региона (например, города). Такие учеты носят локальный
характер и могут интегрироваться с учетами в пределах зоны (например, разных РОВД в
пределах города). Связаны с региональными учетами второго уровня.
Таким образом создается крупномасштабный контур, охватывающий все виды
криминалистических учетов.
Уровень развития. В этот признак входит уровень распространенности сетей и возможность
организации канала связи между уровнями существующих криминалистических учетов, а также
осуществления межсетевых переходов. По этому признаку учеты делятся на две группы: ручные
и автоматизированные.
Отличительным свойством автоматизированных учетов является возможность их
интеграции. Такое объединение воплощается в действие с помощью общего узла (при его
наличии) или через особые каналы (специально созданные для этих целей). В зависимости от
возможности связи между учетами они подразделяются на открытые (имеют соединение с
другими учетами), закрытые (конфиденциальные, т.е. учеты, которые не должны объединяться в
общие сети) и открытые с частичной закрытостью. Цель закрытости учетов - ограничение
доступа к их массивам отдельных категорий пользователей.
Целевое назначение. По функционально-целевому назначению криминалистические учеты
делятся в соответствии с приказами МВД России.
Режим распространения информации. По этому признаку учеты можно разграничить на
системы с режимом избирательного распространения информации (ИРИ), с режимом
ретроспективного поиска (РП) и интегральные. Первый вид обеспечивает организацию
периодического поиска информации в соответствии с заданным поисковым образом объекта в
массиве поступления новой информации и предоставлением конечного результата пользователю.
Второй вид реализует поиск информации по всему массиву учета в соответствии с конкретно
заданным поисковым образом объекта. Третий вид объединяет в себе предыдущие два. Этот вид
в настоящее время наиболее перспективный.
В заключительной части отметим, что все криминалистические учеты, создаваемые на базе
современных компьютерных комплексов, базируются на научных основах информатики и
кибернетики, а также всеобщих законах диалектики. Основными достоинствами приведенной
классификации криминалистических учетов является следующее:
- относительная эффективность их использования;
- сокращение процесса поиска информации за определенный промежуток времени и
повышение эффективности работы пользователей в целом;
- централизованное использование информации;
- регулирование проверки (анализ) состояния учетов как в целом по МВД, так и по
отдельным регионам;
- универсальность, надежность и удобство в централизованной работе.

О.Р. Матов, СЮИ МВД России


ПРОБЛЕМЫ ПРОИЗВОДСТВА ЭКСПЕРТИЗЫ ХОЛОДНОГО ОРУЖИЯ
- Криминалистическая экспертиза холодного оружия на протяжении всей истории ее
развития и практики носила самый субъективный и неоднозначный характер. Это было
связано с отсутствием четких количественных критериев относимости объектов к категории
холодного оружия.
Чтобы преодолеть указанные недостатки, межведомственной комиссией в 1998 году
был принят и утвержден нормативный документ “Методика экспертного решения вопроса о
принадлежности предмета к холодному оружию” (далее по тексту — Методика). Согласно
данной Методике все эксперты имеют возможность: во-первых, исследовать объекты по
единой методической схеме; во-вторых, при исследовании больше пользоваться
объективными количественными критериями, тем самым уменьшая долю субъективного фак-
тора - так называемой “внутренней убежденности эксперта”. Однако некоторые положения
этой Методики, на мой взгляд, спорны, либо их трудно применять в практической деятель-
ности.
1. Согласно Методике, при исследовании клинкового оружия “обязательным является
определение твердости клинка”, хотя на практике это не всегда возможно (например, когда
имеется большая ширина линии заточки в сочетании с большой толщиной клинка).
2. Совершенно непонятно, как исследовать самодельные кинжалы, у которых длина
клинка находится в пределах от 90 до 150 мм. Некоторые эксперты ошибочно считают, что
такие предметы вообще не могут относиться к холодному оружию.
3. В “Сборниках информационных листков холодного, метательного оружия и изделий
хозяйственно-бытового назначения, конструктивно сходных с таким оружием, прошедших
сертификационные криминалистические испытания...”, являющихся официальной
справочной литературой, с которыми Методика требует обязательного сравнения при
выполнении исследований, приведены ножи с твердостью клинков намного ниже
указанной в Методике как необходимой для гражданского холодного оружия, однако которые
все-таки относятся к холодному оружию. В частности, это касается ножей, тип которых, на
мой взгляд, ошибочно определен как ножи боевого назначения, стоящих на вооружении
армий различных государств.
4. В “Криминалистических требованиях к холодному оружию ...”, которые прилагаются
к Методике, приведены требования к туристическим ножам и ножам охотничьим двойного
назначения, которые совершенно не выполняются при сертификационных испытаниях,
проводимых авторами данной Методики.
5. В “Сборниках информационных листков ...” за разные годы приведены ножи,
которые сначала признавались холодным оружием, потом относились к предметам хозяйст-
венно-бытового назначения.
Таким образом, Методика по сути является не криминалистической, а
сертификационной, так как полной ясности в вопросе о том, как проводить исследование
самодельного клинкового холодного оружия в настоящее время нет.

С.М. Колотушкин, ВА МВД России.


КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ ОБЛИКА. ОСКОЛОЧНОГО ВЗРЫВНОГО
УСТРОЙСТВА ПО СЛЕДАМ ЕГО ВЗРЫВА.
При расследовании преступлений, связанных с применением взрывных устройств (ВУ),
проводится комплекс лабораторных научно-технических исследований и экспертиз. Практика
показывает, что во многих оперативно-следственных мероприятиях наиболее эффективно
первоначально организовать производство взрывотехнических экспертиз и исследований,
решающих общие вопросы о природе взрыва, конструкции и принципе действия само-
дельного или штатного ВУ.
При взрыве штатных военных боеприпасов решение вопроса о характеристиках боевой
части обычно не вызывает трудности в исследовательской работе эксперта - взрывотехника. В
этой ситуации на месте взрыва боеприпаса остаются его элементы или фрагменты, обладающие
индивидуальными признаками, по которым часто имеется возможность правильно
классифицировать ВУ. При исследовании взрыва самодельного ВУ вопрос о правильной
классификации его облика решается определением следующих характеристик:
— тип взрывчатого вещества (ВВ) и его масса;
(или)
— форма, размеры и масса боевой части (БЧ);
— способ изготовления осколочной оболочки и осколочных поражающих элементов.
В настоящее время в практике проведения взрывотехнических исследований при
определении состава ВВ взорванного устройства применяется несколько видов и этапов ис-
следования. Наиболее доступными из них являются методы физико-химического анализа
микроколичеств непрореагировшего ВВ или продуктов взрыва (копоть, сажа) тонкослойной или
газожидкостной хроматографией.
Масса заряда ВВ, как правило, определяется по имеющимся повреждениям на объектах
окружающей обстановки. При этом используются аналитические зависимости характера
разрушений в зоне бризантного действия ВУ (размер воронки, разрушение элементов из бетона,
металла, дерева и др.).
Трудности в решении задач по реконструкции ВУ вызывают исследования по
восстановлению облика осколочной БЧ. Вследствие недостаточно глубоких методических и
экспериментальных разработок вопросы, касающиеся определения формы, размеров и массы
осколочной БЧ самодельного ВУ, до настоящего времени не находили своего решения в
экспертной практике.
При осмотре места происшествия, связанного с взрывом осколочного ВУ в ограниченном
пространстве (в помещении, в салоне транспорта и т.п.), по характеру распределения следов
осколков на преградах не сложно определить вид формы боевой части - шар, цилиндр или
плоский заряд с осколками. Однако вопрос о размерах и массе боевой части указанной формы
остается открытым.
Масса осколочной оболочки рассчитывается через коэффициент нагрузки В, который в
свою очередь определяется начальной скоростью осколка и его скоростью соударения с
преградой. Таким образом решается обратная многопараметрическая задача - зная дальность
полета и скорость соударения осколка с преградой, определяется его начальная скорость метания
при взрыве, и через коэффициент нагрузки определяется масса оболочки. Сложность
использования представленной схемы расчета заключается в сложности определения скорости
соударения осколка с преградой по следам деформации самой преграды. Военными
специалистами в 80-е годы были разработаны численные методы оценки пробивной способности
осколков разной формы и массы по броне, стали повышенной прочности и авиационному
дюралюминию. Данные методики не находят широкого применения из-за сложности обработки
математического аппарата и исключительно редкими ситуациями, когда на месте происшествия
имеются такие преграды, как броня или авиационный дюралюминий со следами осколков.
Исходя из этого, была определена задача исследований по оценке воздействия осколка на
различные, преграды, достаточно традиционные для мест происшествий: предметы из дерева,
пластмассы, резины, штукатурные покрытия, кирпичная кладка и др. В ходе экспериментальных
исследований осколочных боевых частей на взрывотехническом комплексе Волгоградской
академии МВД России были решены следующие научные задачи:
- получены зависимости законов распределения осколочного потока в горизонтальных и
вертикальных углах разлета от формы осколочной оболочки и геометрических соотношений ее
элементов (например, для цилиндрических оболочек - соотношение высоты к диаметру);
- получены расчетные зависимости глубины внедрения металлического осколка в
деревянную преграду от скорости его полета, массы, размеров и формы.
Результаты исследований представлены в виде монограмм и графиков для различных
ситуаций и схем распределения координат осколков на преградах. Расчеты, связанные с
глубиной внедрения осколков в преграды, представлены в виде математических
зависимостей. Например, расчет скорости соударения осколка при имеющихся данных его
массогабаритных параметров и глубине внедрения осколка в преграду - сухую сосновую
доску - выражен следующей формулой, полученной путем аппроксимации результатов
экспериментов.
С целью простоты и удобства работы эксперта полученные громоздкие эмпирические
зависимости представлены в виде графиков и гистограмм с иллюстрациями примеров
расчета.
В качестве рекомендаций по подготовке исходных данных для расчетов по
представленной методике предлагается следующая схема осмотра места взрыва обнаружения
и фиксации его следов:
1 - определение эпицентра взрыва боеприпаса;
2 - фиксация разрушений в эпицентре взрыва и в ближней зоне действия ударной
волны;
3 - обнаружение и координатная трехмерная (в трех плоскостях) фиксация следов
попадания осколков в преграды;
4 - обнаружение и изъятие фрагментов однородных преград с внедрившимися в них
осколками;
5 - обнаружение и изъятие элементов ВУ, частиц непрореагировавшего взрывчатого
вещества, копоти, иных продуктов взрыва.
Исходя из полноты собранных и зафиксированных следов взрыва, может быть
рекомендована следующая последовательность проведения расчетов: а) физико-химическими
методами исследований определяется тип ВВ; б) по локальным разрушениям в эпицентре
взрыва и в ближней зоне определяется масса ВВ; в) имея исходные данные по
массогабаритным параметрам осколка и его глубине внедрения в однородную преграду,
определяется скорость соударения осколка с преградой; г) исходя из дальности полета
исследуемого осколка до внедрения в преграду, рассчитывается его начальная скорость; д)
через начальную скорость осколка определяется коэффициент нагрузки БЧ и масса
осколочной оболочки боеприпаса; е) с использованием графиков и монограмм
горизонтальных и вертикальных углов разлета осколков рассчитывается форма осколочной
оболочки и соотношение ее элементов; ж) производится расчет общих габаритов осколочной
БЧ.
Таким образом, представленная частная методика по криминалистической
реконструкции БЧ самодельного осколочного боеприпаса по следам на месте взрыва
позволяет расширить сведения о ВУ, получить дополнительную розыскную информацию, а
также решать ряд диагностических задач по способу изготовления, использованию мате-
риалов и изделий, оценке поражающих свойств.

Н.Ю. Жигалов, А.Г. Андреев, ВА МВД России


ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРОИЗВОДСТВА ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ В РОССИИ И
США (СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ)
Правоотношения в сфере оборота и, в частности, производства огнестрельного оружия
и боеприпасов к нему в Российской Федерации регулируются Федеральным Законом РФ “Об
оружии” от 13.11.96 г., а уголовное законодательство (ст.ст. 222, 223 УК РФ) предусматривает
ответственность за противоправные действия с такими объектами.
Основным отличием российского законодательства от американского в вопросе,
регулирующем правоотношения, возникающие при обороте огнестрельного оружия, является
то, что по всей территории Российской Федерации действует только один Федеральный Закон
“Об оружии”, а в США помимо общегосударственного законодательства действует
множество региональных законов. Это объясняется тем, что на уровне законодательств
отдельных штатов, а также решениями муниципальных властей возможно введение в
федеральное законодательство ряда дополнитель ных требований. Таких правовых актов в
США к последнему времени насчитывалось около 20 тысяч1.
1
Я ни С. Сквозь прорезь прицела // Сов. юст. 1991. № 18. С. 15. 36
На уровне федерального, иными словами, общегосударственного законодательства (Закон
“О контроле оборота оружия” (“Оип Соп1то1 Ас1-ССА-68”) принят в 1968 г.) действует ряд
ограничений общего характера. Например, являются незаконными любые действия с оружием
для лиц: моложе 18 лет; ранее судимых за преступления с лишением свободы на срок свыше
одного года; скрывающихся от правосудия; невменяемых; нелегальных эмигрантов; уволенных
из Вооруженных Сил США за действия, порочащие честь; отказавшихся от гражданства США;
участвующих в судебном разбирательстве (§ 922 (§) (1-8)).
Федеральный закон РФ “Об оружии” от 13 ноября 1996 года № 150-ФЗ. в п. 13 ст. 1 дает
понятие производства оружия, в которое входит исследование, разработка, испытание,
изготовление, а также художественная отделка и ремонт оружия, изготовление боеприпасов,
патронов и их составных частей.
В США так же, как и в России, на право заниматься деятельностью по производству
огнестрельного оружия и боеприпасов к нему государственными органами выдается лицензия.
Данное требование носит общегосударственный характер (§ 923 (а)).
Любое поданое заявление будет рассмотрено, если: заявителю исполнилось 21 год, и он не
подпадает под категорию лиц, которым запрещены любые действия с оружием; если он не
сфальсифицировал факты, приведенные в заявлении; если бизнес по производству оружия не
запрещен законами штата (§ 923 (о) (1)).
В связи с различиями в законодательстве отдельных штатов срок проверки личности -
“период ожидания” -колеблется от 30 дней (штат Нью-Йорк и некоторые другие северо-
восточные штаты “Новая Англия”) до полного отсутствия такового в южных и западных штатах,
например, Вирджинии и Орегоне.
Максимально установленный срок, за который полиция обязана произвести проверку, - 60
дней с момента подачи заявления.
В соответствии с Законом “Об оружии” в Российской федерации контроль над
производством гражданского и служебного оружия выполняют органы, осуществляющие
лицензирование данной сферы деятельности. В США контрольные функции осуществляет Бюро
по алкогольным напиткам, табаку и огнестрельному оружию министерства финансов.
В отличие от США, где заниматься производством оружия может любое физическое или
юридическое лицо, в Российской Федерации изготовление оружия и его ремонт могут
осуществлять только юридические лица, которые для получения лицензии должны помимо
заявления предоставить еще 15 различных документов, подтверждающих соответствие
предприятия предъявляемым требования1. Сложность выполнения этих требований исключает
участие в производстве и ремонте огнестрельного оружия малых предприятий с неразвитой
инфраструктурой, а также самостоятельных мастерских по ремонту. Поэтому в нашей стране
мастерские по ремонту огнестрельного оружия, в основном, существуют только на предприятиях,
изготавливающих оружие. В США отремонтировать оружие можно не только в
специализированных мастерских, но и в оружейном магазине, при котором, как правило,
находится тир, где можно проверить работоспособность оружия.
Постановление Правительства РФ от 19.03.2001 г. № 207 / Сб. зако-нодат. актов РФ № 13 от 26.03.2001 г.
Ст.ст. 3094-3103.
Помимо крупных корпораций и фирм, таких как “Кольт индастриз”, “Смит энд Вессон”,
“Винчестер”, в бизнес по производству огнестрельного оружия включено множество небольших
фирм, которые изготавливают не только отдельные компоненты к известным моделям оружия, но
и самостоятельно конструируют и выпускают новые модели.
На протяжении многих лет статистика правоохранительных органов США отмечала
тенденцию к постоянному росту огневой мощи преступного мира. Поэтому в 1986 году Конгресс
США запретил производство автоматического оружия для невоенных целей.
С наложением запрета на производство автоматического оружия ситуация не улучшилась.
Это подтверждали и данные полиции, которые свидетельствовали, что количество тяжких
преступлений, совершаемых с применением огнестрельного оружия, не уменьшилось. По
данным ФБР, смертность от огнестрельного оружия составляет девять человек на каждые сто
тысяч жителей. Это в несколько раз превышает аналогичный показатель в Европе.
В Конгрессе объяснение сложившейся ситуации нашли в том, что преступники стали
переделывать полуавтоматическое оружие в автоматическое, способное вести непрерывный
огонь при разовом нажатии на спусковой крючок1.
1 Яни С. Указ. соч. ,
1 сентября 1994 года Палатой представителей Конгресса США был принят Закон о
“штурмовом (наступательном) оружии”, который стал составной частью Закона о контроле
насильственных преступлений. Данный закон запретил производство 19 типов
огнестрельного оружия из-за наличия специфических деталей - приклада, штыка, глушителя
и т.п. Ручные пулеметы и полуавтоматическое оружие были также включены в этот список.
Закон запретил гражданским лицам владеть магазинами емкостью более десяти патронов.
(СК при МВД России Информационный бюллетень. № 2(108) - М., 2001, с. 171.
Законодательно запрещено и производство бронебойных боеприпасов (§ 921).
В США законодательством установлено, что при внесении изменений (переделке)
огнестрельное оружие не должно обладать признаками оружия, запрещенного к обороту. Так
же предъявляются требования и к основным частям (компонентам), их форма должна
обязательно определяться рентгеновскими лучами (§ 922).
В настоящее время, в США при относительно свободном доступе к огнестрельному
оружию незаконные действия по его изготовлению, в основном выражаются в нарушениях
при оформлении лицензии, а также при регистрации выпускаемого оружия (типа, модели,
калибра и серийного номера каждого изготовленного образца) или при уплате налога. В
России же, преступления, связанные с незаконным изготовлением огнестрельного оружия,
выражаются в незаконных действиях в самодельном (самостоятельном) изготовлении.
Если ранее в США преступники использовали для переделки полуавтоматическое
оружие, то в Российской Федерации большинство самодельного оружия составляет пере-
деланное газо-шумовое оружие, а также гладкоствольное охотничье (обрезы). Это
обстоятельство свидетельствует о том, что в Российской Федерации данный вид оружия
наиболее доступен для криминальных элементов.
Для сравнения хочется отметить, что в УК РФ максимальное наказание,
предусмотренное ст. 223, - это лишение свободы на срок до восьми лет (при совершении пре-
ступления организованной группой). За аналогичное деяние в США предусматривается
наказание в виде лишения свободы до 10 лет (§ 924).
На наш взгляд, наличие оружия у населения отнюдь не всегда является криминогенным
фактором. По-видимому, многое зависит от отношения государства, его граждан к оружию,
от социальной обстановки, сложившейся в обществе. При высокой степени наркотизации и
алкоголизации общества, низкой эффективности действий правоохранительных органов по
защите граждан от преступных посягательств, низкого качества жизни и множества других
негативных факторов всегда будет высок количественный показатель преступлений,
совершенных с применением огнестрельного оружия.

А.В. Нестеров, Главная таможенная лаборатория


ЭКСПЕРТНОЕ ДЕЛО
Федеральный закон Российской Федерации “О государственной судебно-экспертной
деятельности в Российской Федерации” (далее - Закон) регулирует не только отношения,
возникающие в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве, связанные с
судебной экспертизой, но и в соответствии со ст. 37 Закона фактически вводит экспертно-
исследовательскую услугу, которая выполняется в рамках договора на проведение
экспертного исследования для граждан и юридических лиц. Кроме того, государственные
судебно-экспертные учреждения вправе “взимать плату за производство судебных экспертиз по
гражданским и арбитражным делам, делам об административных правонарушениях”. По данным
категориям дел взыскиваются издержки на производство судебных экспертиз в пользу не только
эксперта, но и государственного судебно-экспертного учреждения.
Таким образом, Закон кроме субъектов государственной судебно-экспертной деятельности,
судебной экспертизы и судебно-экспертного исследования вводит понятие “субъекты
экспертно-исследователъской услуги”. К данным субъектам можно отнести, с одной стороны,
государственные судебно-экспертные учреждения, а с другой - лиц, обратившихся в данные
учреждения с целью проведения любых исследований, в которых используются
специальные экспертные знания и применяются экспертные методы и методики. Данная
статья Закона фактически легализовала досудебные и внесудебные экспертные исследования,
т.е. применение специальных экспертных знаний вне рамок судопроизводства. Договорные
отношения между заказчиком и государственным судебно-экспертным учреждением
регламентируются Гражданским кодексом Российской Федерации. Если же экспертиза
проводится по направлению суда по гражданскому, арбитражному делу или делу об
административном правонарушении, то договор с субъектом не заключается, а оплата
издержек по экспертизе проводится по определению суда или органа власти,
рассматривающего дело об административных правонарушениях. Оплата производится по
справке государственного судебно-экспертного учреждения, в которой указывается сумма
понесенных издержек на проведение экспертизы. Издержки на проведение экспертизы
определяются на основании договорных цен либо путем тарификации с учетом стоимости одного
человеко-дня работы эксперта.
Если в процессуальной доктрине достаточно хорошо прописаны свойства субъекта,
назначающего экспертизу, т.е. его права, обязанности и ответственность, то свойства субъекта
экспертно-исследовательской услуги практически не определены. Аналогичное замечание можно
сделать и по поводу свойств субъекта, выполняющего судебную экспертизу, и субъекта,
выполняющего экспертизу или исследование в юридически значимых процессах, например, при
таможенном или экологическом контроле.
Свойства лица, обладающего специальными знаниями, характеризуется наличием:
трудового опыта в определенной области знания или по определенному вопросу, что должно
подтверждаться записями в трудовой книжке или других документах, свидетельствующих о
возможности заниматься определенным видом трудовой деятельности; высшего или
специального образования по определенной специальности или специализации, что должно
подтверждаться дипломом, аттестатом или другим официальным документом; принадлежности к
определенному профессиональному сообществу, в частности, к системе аттестации, например, на
право самостоятельного проведения экспертных исследований, что должно подтверждаться
соответствующим аттестатом (свидетельством).
Современные юридически значимые процессы, например, таможенный контроль, требуют
наличия применения наукоемких и дорогостоящих исследовательских инструментов, которые
могут приобретать только организации, (юридические лица) и в отдельных случаях - индивиду-
альные предприниматели, поэтому лица, которых привлекают в качестве экспертов, как правило,
трудятся в организациях. Либо являются внештатными работниками данных организаций.
В соответствии с процессуальной доктриной субъект, назначающий экспертизу, должен
лично убедиться, что лицо (группа лиц), которое он выбрал для проведения экспертизы, обладает
специальными знаниями в объеме, позволяющем проведение экспертизы и дачу заключения.
Однако, если экспертиза поручается государственному судебно-экспертному учреждению, то
данное право разрешается делегировать руководителю данного учреждения.
Если экспертиза назначается лицу, обладающему специальными знаниями, работающему в
экспертной организации или другой организации, которая выбрана субъектом, назначающим
экспертизу, в качестве экспертного учреждения, то данный субъект должен лично
(непосредственно) удостовериться, что данная организация (юридическое лицо) обладает
соответствующими свойствами как экспертное учреждение.
Свойства субъекта, которого выбирают в качестве экспертного учреждения,
характеризуются наличием: лицензии на право выполнения определенного вида работ или
услуг, если данные работы или услуги попадают под лицензирование; аттестата
аккредитации в определенной системе аккредитации специальных организаций, например,
лабораторий, с обязательным приложением области аккредитации, определяющей
техническую компетенцию организации проводить определенные виды исследований, опре-
деленных предметов исследования, определенных видов объектов, по определенным видам
методик, на определенных видах оборудования; метрологически поверенного оборудования,
что подтверждается соответствующей метрологической системой; аттестованного персонала,
что подтверждается соответствующей системой аттестации персонала; аттестованных
методик исследования, что подтверждается соответствующей системой стандартизации.
Кроме того, желательно наличие сертифицированной системы качества проведения
исследований, что подтверждается соответствующим сертификатом.
Лицо, обладающее специальными знаниями, при ответе на один и тот же вопрос после
проведения исследования одного и того же объекта может оформить три вида документов.
Если его назначили экспертом в юридически значимом процессе, то это будет заключение
эксперта. Если его привлекли в качестве лица, обладающего специальными знаниями,
например, при таможенном контроле для проведения исследования, назовем его
“исследователь”, чтобы не путать со специалистом в процессуальном плане, то это может
быть заключение инспектора, подписанное сотрудником (инспектором) таможенной
лаборатории. Если данный сотрудник выполнил это исследование вне рамок таможенного
контроля по заявке участника внешнеэкономической деятельности, то это может быть
заключение, справка, свидетельство, в зависимости от того, с какой целью проводилось
исследование и какой объект исследовался, подписанные сотрудником таможенной
лаборатории - исследователем, т.к. в последнем случае он выступает в качестве
“исследователя” или консультанта, а не эксперта или специалиста в процессуальном смысле.
В практике известны так называемые “экспертные заключения”, “акты экспертизы”,
“отчеты экспертной оценки” и т.п., которые только вводят в заблуждение заинтересованные
стороны.
Таким образом, в документах, оформляемых лицом, обладающим специальными
знаниями, должны указываться не должность лица, его подписавшего, а его юридический
(процессуальный) статус, что предопределяет его права, обязанности и ответственность, и,
соответственно, юридические последствия данных документов будут различные.
На наш взгляд, справка, подписанная консультантом (исследователем), - документ, не
предназначенный для юридически значимых процессов, и содержит ответы на заданные
вопросы об объекте (предмете) исследования в виде выписки из информационных
источников (ресурсов) без привязки к конкретному объекту.
Свидетельство, подписанное консультантом (исследователем), - документ, не
предназначенный для юридически значимых процессов, содержащий выводы, имеющие от-
ношение к исследованному типовому образцу (пробе), который характеризует объект, но не
является подконтрольным объектом органа власти.
Заключение, подписанное консультантом (исследователем), - документ, не
предназначенный для юридически значимых процессов и содержащий выводы, имеющие от-
ношение к исследованному конкретному образцу (пробе), который взят из подконтрольного
объекта по инициативе заинтересованного лица и с разрешения контролирующего органа
власти.
Таким образом, экспертно-исследовательские услуги, оказываемые экспертными
организациями, в том числе государственными судебно-экспертными учреждениями должны
найти регламентацию в новом направлении экспертно-исследовательской деятельности -
экспертном деле.

Е.И. Галяшина, ГУ ЭКЦ МВД России


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ФОНОСКОПИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ
В современных условиях для документирования противоправной деятельности широко
применяются различные средства аудио- и видеозаписи, которые могут быть получены из разных
источников и используются для исследования фактов и обстоятельств, подлежащих
установлению по делу. Это не только способствует формированию и укреплению
доказательственной базы, но и объективно приводит к увеличению потребности в
процессуальной проверке собираемых таким способом доказательств посредством судебной
фоноскопической экспертизы.
Зафиксированная на материальном носителе звучащая речь и связанные с нею другие
объекты (технические средства аудиозаписи, устройства съема и трансляции звука и т.д.) могут
выступать в качестве орудия, средства или способа совершения преступления, сохранять на себе
его следы, содержать сведения о фактических данных, имеющих значение доказательств,
являться средством для обнаружения преступления и установления обстоятельств, подлежащих
доказыванию.
Особая проблема для современной судебной, следственной и экспертной практики
заключается в установлении фактов и обстоятельств, имеющих доказательственное значение по
документам, исходно представленным в цифровом виде. Кроме того, широкое распространение
получили компьютерные программы, позволяющие редактировать цифровые звукозаписи и
производить разнообразные манипуляции с речевой информацией.
Такие обстоятельства формируют основу для сомнений в подлинности и достоверности
информации, зафиксированной на фонограммах - вещественных доказательствах или иных
документах, создают предпосылки для исключения фонограмм, фиксирующих ход и содержание
процессуальных действий или полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий, из
числа доказательств как недостоверных и недоброкачественных, а нередко и фальси-
фицированных .
Опубликованные в открытой или специальной литературе экспертные методики
исследования фонограмм не содержат конкретных рекомендаций по комплексной процес-
суальной проверке и оценке доказательственного значения приобщаемых к делу звукозаписей.
Имеющаяся немногочисленная специальная литература устарела и не соответствует
изменившимся социально-экономическим условиям, не учитывает требования современного
процессуального законодательства. На практике это приводит к многочисленным недостаткам
при назначении и организации производства экспертиз, ошибкам при приобщении фонограмм к
материалам уголовного дела, недостаткам в оценке заключений эксперта и, как результат, - к
сужению доказательственной базы.
До настоящего времени в разных ведомствах не устоялось единое и общепринятое название
данной экспертизы. В МВД России используют термин судебная фоноскопическая экспертиза,
тогда как в системе государственных судебно-экспертных учреждений МЮ России и других ве-
домств применяется термин “фонографическая” или “видеофонографическая” экспертиза, а
также “техническое исследование магнитных записей”.
Терминологическая неоднозначность негативно сказываться на практике назначения,
организации и производства данной экспертизы, затрудняет определение пределов компетенции
и объем требуемых специальных познаний экспертов, дезориентирует участников уголовного
судопроизводства как на стадии назначения, так и оценки заключений экспертов следователем и
судом.
Отсутствие единых концептуальных основ судебной экспертизы данного рода не отвечает
требованиям современного законодательства1 об осуществлении деятельности по организации
производства экспертиз государственными судебно-экспертными учреждениями одного и того же
профиля на основе единого научно-методического подхода к экспертной практике,
профессиональной подготовке и специализации экспертов.
См. ст. 11 Федерального закона “О Государственной судебно-экспертной Деятельности в Российской
Федерации” от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации № 23 от 4.06:2001.
СТ. 2291.
Это крайне негативно сказывается на качестве и эффективности раскрытия и расследования
тяжких и особо тяжких преступлений, имеющих наиболее агрессивный, организованный,
изощренный характер, препятствует расширению доказательственной базы за счет привлечения
криминалистически значимой информации, зафиксированной в фонодокументах, полученных,
истребованных или представленных в порядке, установленном уголовно-процессуальным
законом.
Судебная фоноскопическая экспертиза возникла на стыке разных наук из практической
потребности криминалистов в получении объективных научных фактов на основе экспертного
исследования таких нетрадиционных следов преступления, как голос и речь человека, звуки
выстрелов, записанных на материальном носителе, позволяющем многократно их
воспроизводить, прослушивать и анализировать. Новое направление экспертной деятельности
возникло и развивалось под воздействием определенных объективных тенденций и
закономерностей, однако только надлежащее правое закрепление процессуального статуса
звукозаписи в рамках уголовного процесса могло создать необходимые правовые условия для
возникновения судебной фоноскопической экспертизы как процессуальной деятельности и ис-
пользования фонограмм в качестве основы для формирования доказательств в уголовном
судопроизводстве.
Цель судебной фоноскопической экспертизы - установление на основе исследования
фонограмм фактических данных, имеющих доказательственное значение. Судебная
фоноскопическая экспертиза осуществляется на основе применения интегрированного комплекса
специальных познаний о природе и свойствах звука, его источнике, процессе трансмиссии и
фиксации, о материалах, устройствах и способах звукозаписи, а также способах и методах их ис-
следования.
Особое внимание в последнее время привлекает проблема комплексности судебной
фоноскопической экспертизы, нередко смешиваются понятия комплекса судебных
фоноскопических экспертиз, комплексного исследования в рамках конкретной судебной
фоноскопической экспертизы и комплексной экспертизы с долевым участием эксперта-
фоноскописта.
Наличие различного исходного базового образования эксперта (технического или
филологического) определяет только специфику индивидуальной подготовки и программу
обучения экспертов, получающих одну и ту же специализацию, например, “Техническое
исследование фонограмм” в рамках одной формирующейся пока специальности “Судебная
фоноскопическая экспертиза”. Экспертиза по идентификации диктора1, проводимая двумя
экспертами, имеющими одну экспертную специализацию, но разное базовое образование
(филологическое и техническое), представляет собой комплексное исследование одних и тех же
объектов в целях решения одного и того же вопроса на основе интегральной совокупности
признаков, получаемых как при помощи акустического, так и лингвистического анализов. Такая
экспертиза, по мнению автора, комплексной не является. Таким образом, судебная
фоноскопическая экспертиза может производиться специалистами разного базового профиля
высшего образования, однако в рамках единой судебно-экспертной специальности 2.
Ее нередко называют “комплексной фонографической”. Сегодня, например, в системе экспертно-
криминалистических подразделений МВД России в структуре 42 лабораторий в субъектах Российской Федерации
общая численность экспертов-фоноскопистов превышает 150 человек, из которых 60% по базовому образованию
инженеры, а 40% -лингвисты. На практике комплексный подход с использованием синтеза результатов инженерных и
лингвистических методов используется не только при решении идентификационных и диагностических задач по
голосу и речи, но и при выявлении признаков монтажа фонограмм.
Понятие комплексной экспертизы сегодня четко сформулировано в ст. 201 УПК РФ. Тем не
менее в ней в отличие от ст. 23 Федерального закона “О государственной судебно-экспертной
деятельности в Российской Федерации” не зафиксировано право на общий вывод, который
делают эксперты, компетентные в оценке полученных результатов и формулировании данного
вывода.
Однако, по мнению автора, сегодня еще не достаточно четко определено наличие всех
пограничных областей знания и возможности комплексного решения смежных вопросов
фоноскопической экспертизы и иных родов и классов судебных экспертиз (например,
судебной технико-криминалистической экспертизы документов, судебной авторо-
ведческой экспертизы, судебной трасологической экспертизы, судебной видеотехнической
экспертизы, судебной компьютерно-технической экспертизы, судебной экономической
экспертизы, судебной психологической экспертизы и т.д.).
Разночтения в понимании проблемы комплексности экспертизы применительно к
судебной фоноскопической экспертизе коренятся в отсутствии единой для разных ведомств
классификации судебно-экспертных специальностей. Проблема может быть решена с
введением такой специальности, как “Судебная фоноскопическая экспертиза” и осуществле-
нием в ее рамках профессиональной подготовки экспертов.
Выяснение содержания понятия специальных знаний субъекта судебной
фоноскопической экспертизы является определяющим для определения ее сущности,
пределов компетенции и возможности решения конкретных экспертных задач, а также для
формирования содержания соответствующей экспертной специальности “Судебная фоно-
скопическая экспертиза”, по которой целесообразно организовать систематическую
подготовку и переподготовку экспертов-фоноскопистов. Представляется, что их обучение
должно осуществляться на базе соответствующего высшего учебного заведения, где на
требуемом уровне может быть организовано преподавание необходимых для подготовки
судебного эксперта-фоноскописта дисциплин, включая юридические дисциплины,
акустику, математику, технику звукозаписи и специальные экспертные методики решения
конкретных задач фоноскопической экспертизы,
При этом необходимо отличать специальность или квалификацию, указанную в
дипломе о профессиональном высшем образовании, судебно-экспертную специальность и
специализацию экспертов при их аттестации1 на право сасостоятельного производства
судебных экспертиз. Так, можно говорить об экспертной специальности, соответствующей
родовому делению судебных экспертиз и специализации экспертов по видам экспертной
деятельности в рамках видового или внутривидового деления каждого рода экспертиз.
1
См.: Положение об аттестации работников на право самостоятельного производства судебной экспертизы в
судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации // Российская газета.
В то же время очевидна необходимость создания единой номенклатуры судебно-
экспертных специальностей не только по родам, но и по видам судебных экспертиз (а в
отельных случаях и по подвидам), зафиксированной в межведомственных нормативных
правовых актах федеральных органов исполнительной власти. Такой документ может иметь
статус единого Государственного реестра судебно-экспертных специальностей.

Е.В. Булгакова, ВолГУ, В.Г. Булгаков, ВА МВД России


ОБ ИЗУЧЕНИИ ОСОБЕННОСТЕЙ РАССЛЕДОВАНИЯ - ДОРОЖНО-ТРАНСПОРТНЫХ
ПРЕСТУПЛЕНИЙ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ АВТОМОБИЛЕЙ ИНОСТРАННОГО
ПРОИЗВОДСТВА В КУРСЕ “КРИМИНАЛИСТИКА”
В структуре современной преступности значительное место занимают преступления,
совершаемые с использованием автотранспортных средств иностранного производства.
Изучение следственной и экспертной практики показывает, что число таких преступлений
постоянно растет. Объясняется это тем, что ежегодно отечественный парк автомобилей
пополняется значительным количеством иномарок -около 250-350 тыс. машин в год (по
данным ГУ ГИБДД).
При расследовании преступлений, связанных с использованием иномарок,
практические работники органов внутренних дел сталкиваются с рядом проблем. Помочь
решить эти проблемы может знание особенностей поиска, сбора и фиксации вещественных
доказательств, технические познания и т.д. Лицо, производящее расследование
дорожно-транспортных преступлений, должно: разбираться в типах и марках транспортных
средств, иметь представление об устройстве различных типов транспортных средств и
управлении ими, обладать познаниями о технических неисправностях, влияющих на
безопасность движения транспортного средства. Необходимо знать также возможности
современных экспертиз, которые назначаются по данным видам преступления.
Конструктивные особенности иномарок, не приспособленных к условиям российских
дорог, являются потенциально опасными: автомобили иностранного производства имеют
более высокие скоростные возможности, отличия в тормозной системе, подвеску, не
приспособленную к отечественному дорожному покрытию, правый руль и т.д. Удельный вес
иностранных автомобилей с правым рулем в общем числе ДТП, совершенных всеми
иномарками, составляет более 30%.
Криминалистическая характеристика любого вида преступления включает в себя
совокупность общих, частных и индивидуальных взаимообусловленных черт, проявляю-
щихся преимущественно в механизме преступления, некоторых особенностях способа его
совершения, обстановки и средств совершения преступления, а также особенностях
личностного характера участников. Криминалистическая характеристика преступлений,
совершенных с использованием иномарок, будет иметь и свои особенности.
Интересно исследовать и психологический портрет владельца иномарки (крупные
бизнесмены, криминалитет и т.д.), манеры его поведения на дорогах (нарушения правил
дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, оставление места ДТП, угрозы и
давление по отношению к другим участникам ДТП и т.д.).
Кроме дорожно-транспортных преступлений, предусмотренных статьями УК РФ:
“Нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств” (ст. 264 УК
РФ), “Оставление места ДТП” (ст. 265 УК РФ), “Недобросовестный ремонт транспортных
средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями” (ст. 266 УК РФ),
“Приведение в негодность транспортных средств или путей их сообщения” (ст. 267 УК РФ),
на дорогах владельцами иномарок совершаются и другие виды преступлений.
В последнее время появился новый вид преступления, так называемый “рэкет
столкновений”, когда владелец престижного автомобиля иностранного производства в
процессе маневрирования на дороге организует столкновение с другим участником
движения, после чего требует без привлечения сотрудников ГИБДД возместить ущерб (день-
гами, недвижимостью и т.д.). Известны случаи инсценировки ДТП с участием иномарок с
целью получения крупных страховых сумм.
При допросе свидетелей не удаётся получить достоверных показаний из-за боязни
очевидцев совершённого преступления свидетельствовать против “крутых” владельцев
иномарок, со стороны которых часто применяются угрозы, давление, подкуп свидетелей.
Владельцы иномарок, совершившие преступление с учетом скоростных возможностей своих
автомобилей, имеют гораздо больше шансов скрыться с места преступления, чем владельцы
отечественных машин. Кроме того, владельцы иномарок часто используют двойные
номерные знаки, перебивают номера на кузове, двигателе, перекрашивают автомобиль,
разбирают на запасные части и т.д. В результате раскрываемость ДТП с участием иномарок
имеет низкие показатели.
Изучение особенностей расследования преступлений, совершенных с использованием
иномарок, в курсе “Криминалистика” позволит дать ряд необходимых рекомендаций
обучаемым, которые им помогут более эффективно раскрывать и расследовать данный вид
преступлений.

Ф.П. Орлов, СЮИ МВД России


К ВОПРОСУ О ПОДГОТОВКЕ ЭКСПЕРТА
В условиях коренной перестройки социально-экономического уклада России также
резко изменилась и преступность. Удельный вес преступлений сместился в сторону тяжких,
преступники используют в своих интересах современные компьютерные технологии, оружие и
технику. Появились новые способы совершения преступлений, расширяется круг объектов,
которые вовлекаются в незаконные оборот. Общий рост преступности, наблюдаемый в последние
годы, выдвигает новые требования к подготовке экспертов-криминалистов.
Эксперты участвуют в раскрытии преступлений и судебных заседаниях. В первом случае
они осуществляют собирание вещественных доказательств и производство экспертизы
представленных объектов. В последствии их заключения являются неопровержимым основанием
для оправдания или осуждения обвиняемых. Заключение эксперта как доказательство — это
совокупность фактических данных, содержащихся в его сообщении следователю и суду и уста-
новленных в результате исследования материальных объектов, а также сведений, собранных в
уголовном деле лицом, сведущим в определенной области науки, техники или иных специальных
знаний, с применением этих знаний1. В сложных случаях эксперты выступают в суде, доказывая
истинность своих заключений. В связи с этим роль эксперта и роль ошибки эксперта становится,
без преувеличения, очень важной. В случае ошибки суд не может достичь своей главной цели -
невиновный может быть осужден, а виновный - оправдан. За решением эксперта всегда стоит
судьба человека.
1
Теория доказательств в советском уголовном процессе. 2-е изд., испр. и доп. М., 1973. С. 70.
Чтобы результаты экспертизы невозможно было поставить под сомнение, эксперт должен
продемонстрировать высокую правовую культуру, широкий научно-технический кругозор,
хорошую естественнонаучную подготовку и компьютерную грамотность. Конституция РФ
провозгласила принцип состязательности в уголовном процессе. Поэтому защита может
поставить под сомнение объективность заключения эксперта по уголовному делу, если оно
составлено неграмотно, или показания эксперта в суде неубедительны (согласно ст.ст. 260, 263
ГПК назначение повторной экспертизы возможно по просьбе лиц, участвующих в деле, а также
по инициативе суда). В соответствии с п. 3 ст. 49
Конституции РФ “неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу
обвиняемого”. Этот принцип имеет большие последствия, теоретически он допускает, например,
возможность вынесения приговора, если доказано, что вероятность совершения подсудимым
преступления меньше 50% (это положение давно работает в судопроизводстве США).
По имеющимся данным, в результате “вымывания” в последние годы квалифицированных
сотрудников общая характеристика возможностей экспертных служб выглядит следующим
образом. В ЭКО эксперты выполняют экспертизы по жестким шаблонам. Более половины (53%)
не имеют представление о структуре заключения эксперта и, как правило, существенно
нарушают методику криминалистического исследования, в некоторых случаях делая ошибочные
выводы1. Примерно 57% экспертов имеют высшее, 35% - среднее специальное, 5% - среднее
образование. 58,5% имеют стаж работы менее одного года.
Вопросы совершенствования преподавания экспертно-криминалис-тических дисциплин: Межвуз. сб. науч. ст. /
Под ред. Б.Н. Морозова. Саратов: СЮИ МВД России, 2001. С. 78;.
Планировать подготовку экспертов-криминалистов нужно с учетом сложившейся ситуации,
предусматривая изучение большого блока естественных наук, а также необходимый уровень
юридической подготовки. Подготовка эксперта должна формировать принципиально новое зна-
ние (а не механическую смесь данных из области физики, химии, биологии и правовых знаний).
Частично криминалистика уже вступила на этот путь - если раньше она в своих интересах
использовала сложные инструментальные методы естественных наук, то в настоящее время
имеет собственные (разработанные исключительно для целей экспертизы) методы,
использующие тонкую структуру материи. Широко распространены такие методы исследования,
как ренгеноструктурный, нейтронно-активационный, спектральный и др. 2
Вестник учебно-методического объединения образовательных учреждений профессионального образования в
области судебной экспертизы. Вып. 1. Саратов: СЮИ МВД России, 2000. С. 74. Ваганов П.А., Лукницкий В.А,
Нейтроны и криминалистика. Л., 1981
Экспертизы, проводящиеся в уголовно-процессуальной практике, все являются
судебными. Понятие “судебная экспертиза” лишь подчеркивает судебную направленность
конкретного экспертного исследования (в отличие, например, от экологической экспертизы
какого-либо строительного проекта). Судебные экспертизы - очень широкое понятие, они
включают в себя, все виды проводимых в настоящее время экспертиз и насчитывают, по
различным источникам, около 60 видов (искусствоведческие, психологические,
автотехнические и др.). Специальные познания в этих отраслях знания специалисты могут
приобрести лишь в специализированных вузах, которые обладают целым рядом признаков
достаточности, и среди них материально-техническая база и высокая квалификация
профессорско-преподавательского коллектива, многолетние научные традиции и школы.
Поэтому для подготовки эксперта по любому нетрадиционному виду судебной экспертизы
экономически, выгоднее осуществить дополнительную процессуальную, правовую
подготовку выпускника вуза. Именно по такому пути идет большинство стран мира.
Наиболее распространенными являются следующие виды криминалистических
экспертиз: дактилоскопическая, баллистическая, трасологическая, почерковедческая, ис-
следования документов, холодного оружия, габитологическая. Все прочие - судебно-
медицинская, судебно-психиатрическая, судебно-бухгалтерская и др. - принято называть
судебными1.
' Уголовный процесс. М., 1995. С. 177.
При проведении криминалистических экспертиз широко используются познания в
естественных и технических науках. Поэтому подготовка экспертов-криминалистов может
осуществляться на базе юридических вузов при условии изучения выпускниками
значительного естественнонаучного блока. При подготовке эксперта-криминалиста вузовские
программы должны ориентироваться на получение обучаемыми твердых профессиональных
знаний и навыков. Принимая во внимание, что свое заключение эксперт синтезирует,
основываясь на своих профессиональных познаниях и внутреннем убеждении в
правильности полученных выводов, специальным (естественнонаучным) знаниям следует
присвоить высший приоритет.
Новый государственный образовательный стандарт высшего профессионального
образования, утвержденный в 1999 году, значительно усилил естественнонаучную
подготовку экспертов-криминалистов. Но анализ времени, отведенного на изучение
естественнонаучного блока, с учетом требований к качеству подготовки экспертов (600
ч./8964 ч.=6,7%) показывает, что за это время получить добротные знания по физике, химии,
биологии невозможно. Знание компьютера, программирования сегодня - не признак
грамотности, т.к. эти навыки имеет выпускник любого учебного заведения. Грамотность
эксперта предполагает знание природы физических явлений, термодинамики процессов,
строения веществ, особенностей взаимодействия тел, а также основ автоматизации
экспертного исследования, цифровых измерений.
Из 600 часов лишь 300 отведены на концепции современного естествознания (КСЕ) и
методы и средства экспертного исследования (соответственно 200+100 часов). Первая
дисциплина является переходной от школьной физики и химии к познанию
фундаментальных законов естествознания, которые должны стать базой для профессио-
нальной подготовки. Но в силу общности изучаемых вопросов в рамках дисциплины КСЕ
можно познать лишь концепции развития отдельных областей естественных наук. Изучение
второй дисциплины позволяет освоить некоторые методы естественных наук, которые в
последнее время все чаще находят применение при производстве криминалистических
экспертиз (спектральные, хроматографические, масс-спектрометрию ).
Чтобы эксперт получил достаточные знания с целью последующего их использования в
практической деятельности судебно-экспертных учреждений и мог бы проводить
рационализаторскую и изобретательскую работу в целях совершенствования и модернизации
криминалистической техники1, в программу необходимо ввести физику, физическую химию
и биологию, а также курс “Измерения”. В новом курсе будущие эксперты должны подробно
ознакомиться с теорией погрешностей, аналого-цифровыми и цифро-аналоговыми
преобразователями, датчиками физических величин и электрическими измерениями
неэлектрических величин, принципом действия самописцев, осциллографов и так далее - т.е.
с теми приборами, которые сейчас работают в современных экспертных лабораториях. Особо
следует сказать о дисциплине “Физическая химия”, которая сочетает в себе необходимый
минимум знаний аналитической химии с ознакомлением физической сущности протекающих
процессов, строением материалов и веществ, связи свойств веществ с их строением. В
качестве первого этапа даже введение одной физической химии скажется положительно на
качестве подготовки выпускников института.
Вестник учебно-методического объединения образовательных учреждений профессионального
образования в области судебной экспертизы. Вып. 1. Саратов: СЮИ МВД России, 2000. С. 21.
Однако обучать курсантов со слабой естественнонаучной подготовкой - означает
впустую тратить учебное время на повторение школьного материала. Для того, чтобы
абитуриенты имели хорошую естественнонаучную подготовку, неплохо бы ввести при
поступлении в институт экзамен или тест по физике в объеме средней школы.
Эксперты-криминалисты - элита МВД, однако то, что эта специальность не является
привлекательной для абитуриентов - результат неправильной работы с нашими выпу-
скниками на местах. Неправильно и экономически не выгодно использовать экспертов на
других должностях. С другой стороны, нужно дифференцирование (по результатам сдачи
госэкзаменов и выполнения дипломной работы) подходить к предоставлению выпускникам
права самостоятельного производства экспертиз. Принципы и критерии отбора разрешенных
видов экспертиз выработать несложно. При этом выпускники будут приходить в ЭКП со
строго очерченными потенциальными возможностями, известными руководителю ЭКП.
Новые принципы образования не только вооружат знаниями обучаемого, но и сформирует
потребность в непрерывном самообразовании, самостоятельном творческом подходе к
профессиональным знаниям. Это позволит осуществить также отбор выпускников, которые
смогут успешно освоить следующий этап профессиональной подготовки - магистратуру.

В.В. Рассказова, СЮИ МВД России


ОРГАНИЗАЦИОННО-МЕТОДИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ВВЕДЕНИЯ ПРОГРАММЫ
ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В СФЕРЕ СУДЕБНОЙ
ЭКСПЕРТИЗЫ
Целями любой дополнительной профессиональной образовательной программы
являются: углубленное изучение специальных дисциплин и формирование навыков и умений
обучающегося но профилю основной образовательной программы. Специальность 350600
Судебная экспертиза утверждена Приказом Министерства образования Российской
Федерации от 02.03.2000г. № 686,"и СЮИ МВД России ведет подготовку специалистов по
этой специальности с момента утверждения Государственного образовательного стандарта.
Образовательное учреждение вправе осуществлять образовательный процесс по
дополнительной профессиональной образовательной программе в двух видах: первый -
обеспечение совершенствования знаний специалистов для выполнения нового вида
профессиональной деятельности; второй - получение дополнительной квалификации. В
данном исследовании рассматривается второй вид организации образовательного процесса
применительно к получению дополнительного профессиональной квалификации “судебный
эксперт”. Относительно требований, предъявляемым к данной специальности
Государственным стандартом, программа дополнительного профессионального образования
должна включать в себя знание теории судебной экспертизы; научных основ конкретного
вида экспертизы, по которому предполагается присвоение дополнительной квалификации;
общего статуса, функций и задач экспертного подразделения; процессуального положения
специалиста, получающего дополнительную квалификацию и т.п.
При подготовке программы немаловажное значение имеют и такие параметры, как сфера
профессиональной Деятельности специалиста в области судебной экспертизы, Умения и навыки,
приобретаемые обучаемым, права и обязанности сторон, период времени, отводимый на обучение с четким
разграничением периода теоретического и практического обучения.
В настоящее время высказывается достаточно много вполне обоснованных
предложений не только по введению программы дополнительного профессионального
образования, но даже стандарта по этому виду подготовки судебных экспертов. Поэтому
особую актуальность приобретает вопрос организационно-методических проблем
подготовки специалистов по специальности 350600 Судебная экспертиза. “... Необходимо
разработать стандарт дополнительного профессионального образования, где четко
дифференцировать переподготовку (подготовку) экспертов с целью получения допусков на
право производства тех или иных видов экспертиз...”1.
1
Мишаков И.Е. К вопросу подготовки экспертов-криминалистов в системе повышения квалификации и
переподготовки сотрудников органов внутренних дел // Проблемы повышения эффективности учебно-воспитательного
процесса в условиях реализации государственных образовательных стандартов второго поколения: Мат. научно-метод. конф-
Ч. 1. Саратов: СЮИ МВД России, 2001. С. 117-122.
В предположении обсуждения данного вопроса, ниже представлены основные
организационно-методические проблемы введения программы дополнительного
профессионального образования в сфере судебной экспертизы, и их можно свести к
следующим основным позициям.
1. Первоначальное профессиональное образования лица, желающего получить
дополнительную квалификацию в области конкретного вида экспертизы.
2. Цель программы, сфера профессиональной деятельности и перспективы работы в
выбранной сфере (с учетом дополнительной квалификации, документа государственного
образца и профессионального роста).
3. Наличие требований к минимуму содержания учебных дисциплин, включающих не
только цикл специальных дисциплин, но в обязательном порядке циклы
общепрофессиональных и факультативных дисциплин.
4. Требования к минимуму содержания дисциплин должны содержать в своем составе
не только перечень и наименование дисциплин, но, в обязательном порядке, разделы и
содержание дисциплин.
5. Примерный учебный план, входящий в программу, должен предусматривать не
только перечень изучаемых дисциплин, но и такие необходимые параметры, как график
учебного процесса, сводные данные по бюджету времени, план учебного процесса, индексы
дисциплин, форму контроля, - в строгом соответствии с требованиями, предъявляемыми
нормативными документами Министерства образования Российской Федерации и МВД
России. Нормативный срок прохождения профессиональной переподготовки специалистов
для выполнения нового вида профессиональной деятельности должен составлять свыше 500
часов аудиторных занятий1.
Нормативное обеспечение дополнительных профессиональных образовательных программ для получения
дополнительных квалификаций. М. : МАДИ (ТУ), 2000. С. 13.
6. Итоговая государственная аттестация (ИГА) состоит из подготовки к ней и
непосредственно самой государственной аттестации, которая может реализовываться в виде
государственного экзамена по одной дисциплине, итогового государственного
междисциплинарного экзамена или защиты выпускной квалификационной работы. Поэтому
примерный учебный план должен предусматривать как время на подготовку к ИГА, так и
время, отводимое непосредственно на саму итоговую аттестацию.
7. В целях конкретизации изучаемых дисциплин и для ясности обучаемого в программу
необходимо включать примерные программы по учебным дисциплинам, разработанные и
прошедшие рецензирование не только в высших учебных заведениях данного профиля, но и
в экспертно-криминалистических подразделениях МВД России, других министерствах и
ведомствах.

К.В. Гурьянов, СЮИ МВД России


ОРГАНИЗАЦИОННЫЙ АСПЕКТ ВВЕДЕНИЯ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ “ГГ-ТЕХНОЛОГИИ
В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ”
Наибольшего успеха добивается тот, кто располагает лучшей информацией
Бенджамин Дизраэли (1804-1881)
(Веп)апнп О1згаеН, Еаг! ВеасомйеЫ)

В современных философских и социологических теориях разработан ряд типологий


(классификаций) цивилизаций. Одной из наиболее известных, аргументированных и признанных
на рубеже тысячелетий стала типология американского философа Элвина Тоффлера,
предложенная им еще в 1980 году - в своем развитии человечество проходит три основные
стадии: аграрно-ремесленную, индустриальную и информационную.
Если задаться вопросом о главных событиях Х1Х-ХХ веков, то ответом будут ссылки на
многочисленные и кровопролитные войны, но на самом деле - это индустриальная революция,
заслуга которой в том, что она преобразила мир так, как не смогла никакая война.
В век индустриализации и развития пролетариата общепризнанной и основополагающей
теорией эпохи была формула закона сохранения энергии А, Эйнштейна Е~тс 2, в наступившем
веке информации определякшдей теорией стал закон Мура, в соответствии с которым количество
информации удваивается каждые восемнадцать месяцев.
Индустриальная стадия развития человечества характеризуется тем, что значительные
перемены происходили достаточно медленно и знания, полученные людьми в процессе учебы,
могли служить достаточно долго. На смену индустриальному обществу - пролетариату - пришло
новое общество - информационное - общество, вызвавшее к жизни новый класс людей, не только
обладающих новой и лучшей информацией, но и умеющих эту информацию использовать.
Причем использовать не всегда на пользу породившему их обществу. “Криминальные структуры
в полной мере ... приняли на вооружение современные информационные технологии для
совершения “высокотехнологичных” преступлений и обеспечения своей “традиционной”
преступной деятельности, создания систем конспирации и скрытой связи. Сегодня
компьютерные средства используются преступниками не только в противоправных целях но и
для оказания активного противодействия правосудию”1.
Российская Е.Р., Усов А. И. Судебная компьютерно-техническая экспертиза. М.: Право и закон, 2001. С. 8-9.
Наше время не менее .революционное, чем век индустриальный, и на переднем фронте
этой революции, безусловно, находятся компьютерные технологии. В соответствии с этим в
наступившем тысячелетии настолько велика роль профессионального образования, как никогда
она не была значима за всю историю развития человечества. В общей и значительной своей массе
человечество, оставив позади век индустриальный и вступив в век информационных технологий,
вступило в новую фазу своего развития, последствия которого пока еще оценить никто не в
силах. Единственное, в чем сходятся во мнениях специалисты, и гуманитарии, и технари - это то,
что ценность образования сейчас растет непрерывно.
В своей работе “Мегатенденции” Джон Нейсбитт еще двадцать лет назад описал десять
ключевых мегатенденций, которые будут характеризовать переход человечества, к новому
МШеппшт: превращение индустриального общества в информационное, появление новых
технологий, поглощение одной мировой экономикой множества национальных, децентрализация,
разрушение традиционных иерархий, торжество индивидуализма и пр.
Как уже было не раз в истории развития человечества: самые новые, самые передовые
идеи, долженствующие служить торжеству разума и добра, в реальности становятся на
противоположный полюс - и служат преступности. Тому множество примеров. Великое
изобретение - газовая резка металлов, и ее первое практическое применение - вскрытие
банковского сейфа. Безналичная система расчетов через кредитные карты и их использование для
снятия денег с чужих счетов. Использование лазерных устройств для хранения информации и
применение их для производства “пиратской” программной, аудио- и видеопродукции.
Преимущества телекоммуникаций с помощью мобильных телефонов и киберпространство
1п1егпе1, и их использование в преступных целях - дистанционные взрывные устройства,
телефоны-двойники, подключение к Internet с использованием чужих имен и паролей. Список
можно бесконечно продолжать, и он вряд ли когда иссякнет. Каждое новое изобретение
человечества в сфере ГТ-технологий поступает на службу преступности. Более десяти лет назад
в международной терминологии появился термин “сотриег сптез” - преступления, связанные с
использованием персональных компьютеров, который в конце 90-х гг. прошлого века входит в
более широкое понятие “Н1-1;есп спте” - преступления в сфере высоких технологий или “1Т
спте” - информационно-технологические преступления.
“Боже мой, в какое фантастическое время предстоит жить!” - закончил свои
“Мегатенденции” Д. Нейсбитт. И именно в это фантастическое время, в наш век - век ин-
формации, ничто не может быть получено так быстро и столь же быстро устареть, как знания
человека в конкретной предметной области, поэтому и определяющим фактором становится не
столько их получение, сколько обновление и переосмысление уже имеющихся знаний и умение
предвидеть ближайшие трансформации в конкретной сфере своей профессиональной
деятельности .
Английское слово еёисаг-юп (образование, просвещение) происходит от латинского слова
ес!исаге, что означает “вынимать, извлекать”. Другими словами - пробуждать интерес курсанта к
новым знаниям на основе уже имеющихся, полученных в средней школе, выявлять талант
слушателя гораздо важнее, чем вкладывать в него знания, которые - гарантированно (!!!) -
устареют через год-два после окончания учебного заведения. Пробуждению интереса к новым
знаниям и должна служить предлагаемая новая дисциплина - 1Т-технологии в деятельности
ОВД, которая может быть включена в цикл СД.ОО Специальные дисциплины Государственного
стандарта высшего профессионального образования по специальности 350600 Судебная
экспертиза.
Государственный стандарт специальности, утвержденной на рубеже тысячелетий (Приказ
Министерства образования России от 02.03.2000 г. № 686), предусматривает изучение
компьютерных технологий в курсе информатики и математики; частично можно отнести к этой
сфере и некоторые вопросы, рассматриваемые в дисциплинах криминалистики,
криминалистического исследования веществ, материалов и изделий, методов и средств
экспертных исследований. Перечень вопросов, входящих в содержание дисциплин, вполне
представителен, но не исчерпывающ. Включая такие вопросы, как: компьютерные технологии в
экспертно-криминалистической деятельности; основы компьютерно-технической экспертизы;
особенности расследования преступлений в сфере движения компьютерной информации;
компьютеризированное рабочее место эксперта; применение компьютерных информационно-
поисковых и экспертных систем при выполнении трасоло-гических экспертиз; исследование
машинописных документов и документов, выполненных способами компьютерной техники,
стандарт не предусматривает вопросов, ставших уже не только предметом научных споров, но и
презентабельно описанных в российской литературе 1.
Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т. М., 1997; Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.:
Мегатрон XXI, 2000; Энциклопедия судебной экспертизы / Под ред. Т.В. Аверьяновой и Е.Р. Российской. М.: Юристъ,
1999; Российская Е.Р,, Усов А.И. Судебная . компьютерно-техническая экспертиза. М.: Право и закон, 2001. Усов А.И.
Судебная компьютерно-техническая экспертиза. М.: Право и закон, 2001. С. 23-24.
Другими словами, высшее учебное заведение готовит специалиста с высшим
профессиональным образованием сегодняшнего дня, но не завтрашнего. В то же время “...общее
количество преступлений, совершенных в сфере высоких технологий за 2000 год составило 1463,
...ежегодный прирост данного вида преступлений, начиная с 1997 г., составляет 300%”2. Таким
образом, в системе профессионального образования существует огромная пропасть между тем,
что, по нашему мнению, должно работать, и тем, что на самом деле работает.
Учитывая вышесказанное, в качестве обсуждения предлагаются следующие положения.
1. Включение в стандарт по специальности 350600 Судебная экспертиза в цикл СД.ОО
Специальные дисциплины (ив примерный учебный план) дисциплины “1Т-технологии в
органах внутренних дел”.
2. Создание на кадровой основе кафедр информатики, криминалистики, специальной
техники, новой специализированной кафедры, готовящей специалистов по борьбе с 1Т-
преступностью.
3. Формирование отдельной группы наиболее квалифицированных слушателей 3-4
курсов (на этапе введения и становления дисциплины) с целью предоставления им права
производства компьютерно-технических экспертиз.
4. Обсуждение варианта названия дисциплины, проекта пояснительной записки и
содержания дисциплины (ограниченный объем издания не позволяет привести предлагаемые
материалы в полном объеме).
Проект
IТ-ТЕХНОЛОГИИ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОВД:
ПРИМЕРНАЯ ПРОГРАММА ПО КУРСУ
Пояснительная записка
Перспективным путем совершенствования деятельности правоохранительных органов
является повышение эффективности их функционирования за счет внедрения новейших
научно-технических, программно-методических и информационных средств в сфере борьбы
с преступностью.
Активное и многоаспектное использование информационной техники в служебной
деятельности органов внутренних дел требует, чтобы во всей совокупности теоретических
знаний, практических умений и навыков выпускников высших учебных заведений МВД
России определенное место занимала квалифицированная подготовка в области ис-
пользования компьютерных систем и информационных технологий.
Основными целями курса являются:
- изучение слушателями теоретических, методических и практических проблем
использования 1Т-технологий в деятельности органов внутренних дел;
- приобретение обучаемыми знаний об организации внедрения и использования новых
информационных технологий, методах и способах использования 1Т-техники для повышения
эффективности охраны правопорядка и борьбы с преступностью;
- привитие слушателям практических навыков и умений работы с техникой,
применяемой в сфере высоких информационных технологий, необходимых для
осуществления служебной деятельности на высоком профессиональном уровне.
В результате изучения курса у обучаемых должны быть выработаны навыки
использования новых 1Т-технологий в служебной деятельности ОВД, постановки
информационных задач, сбора и анализа информации в социально-правовой сфере.
Слушатели должны знать:
- современное состояние 1Т-технологий и возможности их применения в практической
деятельности ОВД;
- принципы построения и функционирования средств 1Т-технологий;
- правовые основы применения 1Т-технологий в ОВД;
- принципы построения и функционирования информационных систем,
автоматизированных рабочих мест эксперта по производству судебных компьютерно-
технических экспертиз;
Слушатели должны уметь:
- работать с 1Т-технологиями;
- эффективно использовать специализированное прикладное программное обеспечение;
- обрабатывать информацию с использованием автоматизированных информационных
систем.
Учебный курс “1Т-технологии в деятельности ОВД” изучается на четвертом курсе,
носит ярко выраженную индивидуальную практическую направленность и охватывает все
аспекты использования ПГ-технологий в деятельности органов внутренних дел,
заканчивается экзаменом. Он содержит темы, раскрывающие теоретические основы и прак-
тику использования 1Т-технологий в деятельности ОВД.
При проведении практических занятий учебная группа в обязательном порядке делится
на подгруппы численностью не более 8 человек.
Программа курса строится на базе изучения дисциплин “Информатика и математика”,
“Компьютерные технологии в экспертно-криминалистической деятельности”, и курс должен
являться логическим завершением рассмотрения применения новых информационных
технологий в деятельности органов внутренних дел.
Примерное содержание курса
Предмет, задачи, структура и содержание курса. Системы обработки информации в
сфере 1Т-технологий. Нормативные документы Международной организации по ком-
пьютерным уликам - ЮСЕ (1п1;егпа1;юпа1 Ог^ашгаиоп оп Сотри1ег Еу1с1епсе).
Аппаратное обеспечение. Программное обеспечение. Сервисные программы.
Использование прикладных программ в деятельности сотрудников органов внутренних дел.
Средства передачи информации. Информационные сети. Киберпространство. Средства
связи. \УеЪ-дизайн. Аппаратное и программное обеспечение. Модемная компьютерная связь.
Электронные средства денежных расчетов. Кредитные карты и электронные
документы. Штрихкод. Аппаратное и программное обеспечение. Электронная подпись.
Информационные системы.
Аудио- и видеоинформация. Программное и аппаратное обеспечение сжатия аудио- и
видеоданных. 5ГО Соёе. Цифровые средства передачи и методы фиксации
криминалистически значимой информации.
Прикладная вирусология.
Преступления в сфере 1Т-технологий. Современные 1Т-технологические методы,
средства и приемы поиска, обнаружения, фиксации, изъятия и исследования источников
информации в целях раскрытия и расследования преступлений. Особенности расследования
преступлений в сфере 1Т-технологий.
Защита информации в сфере 1Т-технологий. Системы подготовки принятия решений.
Экспертные системы.

К.С. Сапожников, СЮИ МВД России


О СОВРЕМЕННОМ ПОДХОДЕ ЗАКОНОДАТЕЛЯ К ПРОЦЕССУАЛЬНЫМ ВОПРОСАМ
НАЗНАЧЕНИЯ СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ
Назначение судебной экспертизы — одно из распространенных процессуальных действий, направленных
на решение вопросов, требующих специальных знаний. Следователем, лицом, производящим дознание, судом о
назначении экспертизы выносится постановление (определение), в котором указываются объекты, подлежащие
экспертному исследованию, формулируется задание эксперту и указывается, кому поручается производство
экспертизы: экспертному учреждению или конкретному сведущему лицу. Постановление или определение
является юридическим основанием для производства судебной экспертизы. По действующему уголовно-
процессуальному законодательству назначение экспертизы может иметь место только после возбуждения
уголовного дела.
Вопросы назначения судебной экспертизы составляют содержание одного из основных
элементов её правового института.
Судебная реформа, предпринятая в нашей стране в последние годы, неизбежно
затрагивает многие процессуальные институты, в том числе и правовой институт судебной
экспертизы.
Современный подход законодателя к вопросам назначения судебной экспертизы
рассмотрим на примере нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Лицам, производящим расследование, следователям, прокурорам, судьям, руководителям
экспертных учреждений и экспертам важно и полезно знать об изменениях в правовом
институте судебной экспертизы.
Безусловно, компетентное толкование норм УПК РФ и основательные комментарии к
ним будут даны учеными-правоведами в ближайшее время. Однако отдельные ключевые
моменты назначения судебной экспертизы нуждаются, на наш взгляд, в оценке со стороны
субъектов судебно-экспертной деятельности.
Нельзя не обратить внимание на то, что законодатель ввел два новых термина:
“Комплексная экспертиза” (ст. 200) и “Комиссионная экспертиза” (ст. 201). (Анализ данных ста-
тей не входит в задачу автора).
Более четко и системно в законе определен процессуальный статус судебного эксперта как
“иного участника судопроизводства” (ст. 57) и компетенция судебного эксперта. По новому
закону эксперт - это “лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, уста-
новленном настоящим Кодексом, для производства судебной экспертизы и дачи заключения (п. 1,
ст. 57)”.
Пункт 4 ст. 57 УПК РФ содержит правовые запреты, .т.е. то, что эксперт делать не вправе.
Особое внимание уделено ответственности эксперта за разглашение данных предварительного
следствия в соответствии со ст. 310 УК РФ, если он был об этом предупрежден в порядке,
предусмотренном ст. 161 УПК РФ.
Произошли положительные изменения, касающиеся обстоятельств, исключающих участие
эксперта в уголовном судопроизводстве. Согласно ст. 70, не является основанием Для отвода
эксперта его предыдущее участие в производстве по уголовному делу в качестве эксперта или
специалиста.
Статья 195 нового УПК России устанавливает, кто может быть назначен судебным
экспертом. К ним законодатель относит как государственных судебных экспертов, так и иных
экспертов из числа лиц, обладающих специальными знаниями.
Расширен круг оснований отказа эксперта от дачи заключения. Кроме оснований,
указанных в ст. 57, эксперт вправе возвратить без исполнения постановление о назначении
судебной экспертизы, если представленных материалов не достаточно для производства
экспертизы либо он считает, что не обладает достаточными знаниями для ее производства (п. 5,
ст. 199).
Достаточно демократично подходит законодатель к вопросу взаимодействия следователя и
эксперта при назначении экспертизы: если судебная экспертиза производится вне экспертного
учреждения, то согласно п. 4 ст. 199 УПК РФ следователь вручает постановление и необходимые
материалы эксперту и разъясняет ему права и ответственность, предусмотренные ст. 57
настоящего Кодекса.
Если же судебная экспертиза производится в экспертном учреждении, то следователь
согласно п. 1 ст. 199 направляет постановление о ее назначении и материалы, необходимые для ее
производства, руководителю соответствующего экспертного учреждения.
Законодатель дифференцировано подходит к понятиям “руководитель экспертного
учреждения” и “руководитель государственного экспертного учреждения”, наделяя каждого из
этих субъектов соответствующими правами и обязанностями.
После получения постановления руководитель экспертного учреждения вправе:
- поручить производство судебной экспертизы конкретному эксперту (экспертам) из числа
работников данного учреждения;
- за исключением руководителя государственного судебного-экспертного учреждения,
разъяснять эксперту (экспертам) его права и ответственность, предусмотренные ст. 57 на-
стоящего Кодекса;
- возвратить без исполнения постановление о назначении судебной экспертизы и
материалы, представленные для ее производства, если в данном учреждении нет эксперта
конкретной специальности либо специальных условий для проведения исследований, указав
мотивы, по которым производится возврат.
Руководитель экспертного учреждения обязан:
- уведомить следователя о том, какому конкретно эксперту (экспертам) из числа
сотрудников данного учреждения он поручил производство экспертизы.
Анализ перечисленных выше норм свидетельствует о том, что этап назначения экспертизы
в уголовном судопроизводстве стал проще и демократичнее.
Несомненно, что при подготовке закона разработчики учли положения, прописанные в
Федеральном законе “О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской
Федерации”.
Позиция законодателя однозначно определяет отношение следователя к назначению
экспертизы: судебная экспертиза должна быть назначена своевременно и произведена на
высоком качественном уровне. Возможность получить возврат без исполнения
постановления о назначении экспертизы вынуждает следователя более серьезно относится к
таким вопросам, как:
- выбор эксперта и экспертного учреждения;
- подготовка объектов экспертного исследования;
- отбор образцов, необходимых для сравнительного исследования;
- условия хранения объектов экспертизы, их упаковка и транспортировка.
Несомненно, перечисленные факторы положительно скажутся на качестве заключений
экспертов, данных с использованием современных достижений науки и техники, обеспечив
им максимальную объективность, всесторонность и полноту экспертных исследований.

И.В. Абрамова, СЮИ МВД России


АНАЛИЗ ПОНЯТИЙ НАУЧНОГО И ЭКСПЕРТНОГО ЭКСПЕРИМЕНТА
Определение понятия эксперимента вообще и в криминалистике в частности трактуется
по-разному. Объясняется это тем, что весьма затруднительно дать универсальное оп-
ределение этому термину. Указанные трудности возникают из-за того, что только в
криминалистике существует несколько основных понятий экспериментов - следственный,
судебный и экспертный, имеющие свои определения и специфику. В других отраслях знаний
имеется еще большее разнообразие трактовок этого понятия, среди которых выделяются:
подтверждающий, зондирующий, творческий, фундаментальный, выдающийся эксперимент 1.
При этом каждое из этих понятий имеет свое определение, заметно отличающееся от других.
1
Дэниел К. Применение статистики в промышленном эксперименте. М.: Мир. 1980.
Автором настоящей работы предпринята попытка дифференцировать эти понятия, на
основе чего дать определение экспертного эксперимента.
Прежде чем сформулировать понятие экспертного эксперимента целесообразно
рассмотреть определения, имеющиеся в различных областях знаний и приводимые в неко-
торых изданиях справочного характера.
Философская энциклопедия трактует этот термин следующим образом: “Эксперимент
(от лат. ехрептеп1;ит -проба, опыт) - чувственно-предметная деятельность в науке,
осуществляемая теоретически познанными средствами. В научном языке термин
“эксперимент” обычно используется интуитивно в значении, общем для целого ряда со-
пряженных понятий: опыт, целенаправленное наблюдение, воспроизведение объекта
познания, организация особых условий его существования, проверка предсказаний и т.п.”1.
Философская энциклопедия. Т. 5. М.: “Советская энциклопедия”. 1970.
При анализе этого определения, во-первых, возникает вопрос относительно
чувственно-предметной деятельности. Например, что предметно чувствует исследователь,
экспериментируя с рентгеновскими лучами или различного рода полями
(электромагнитными, магнитными). Если же речь идет о целенаправленном наблюдении,
становится не совсем ясным, какие действия совершает экспериментатор, достигая своей
цели. Само наблюдение не может считаться экспериментированием, как если мы наблюдаем,
к примеру, за автомобилем, движущимся по дороге. Но если поставить своей целью узнать
его среднюю скорость, необходимо будет произвести определенные действия - измерить путь
и время, произвести арифметические вычисления. Очевидно, что только в совокупности с
этими действиями можно говорить об эксперименте. Поэтому целенаправленное наблюдение
может осуществляться за каким-либо процессом и, по мнению автора, должно
сопровождаться фиксированием факторов, влияющих на течение этого процесса.
В физике понятие “эксперимент” означает действие, направленное на искусственное
создание условий для осуществления того или иного физического явления и для наблюдения
этого явления в условиях, по возможности, наиболее чистых, т.е. не осложняемых другими
физическими явлениями. Уже упомянутый К. Дэниел трактует понятие “эксперимент”
следующим образом: “Эксперимент связан с вмешательством в функционирование действующей
системы. Обычно он проводится для изучения воздействия на систему изменяющихся условий.
Некоторые из этих условий являются контролируемыми, другие же (по крайней мере, одно)
должны быть управляемыми”.
“Эксперимент - систематическое изменение условий наблюдаемого явления и связи его с
другими, с целью выяснения его природы, его происхождения и методов сознательного
овладения данным процессом”1. И там же, со ссылкой на Ж. Кювье: “Наблюдатель слушает
природу, экспериментатор вопрошает и принуждает ее разоблачиться”. Следовательно, чтобы
“вопрошать”, необходимо сформулировать вопрос и соответственно ему поставить цель, затем
построить план “разоблачения”. Между тем как раз формулирование вопроса может быть
представлено в виде теории. Известно множество примеров, когда целый ряд гипотез, причем
теоретически весьма серьезно обоснованных, оказывались несостоятельными после получения
неопровержимых экспериментальных данных.
Отчасти это определение может быть применено к эксперименту, целью которого является
получение сравнительных образцов при исследовании динамических следов орудий и
инструментов, когда экспериментатор, меняя условия следообразования, добивается наиболее
достоверных результатов опытным путем. По-видимому, исходя из этих же соображений, Р.С.
Белкин предлагает аналогичную редакцию этого понятия применительно к криминалистическим
исследованиям “...прежде всего искусственно вызванное явление и его изучение, познание его
сущности и происхождения, определение путей и методов сознательного овладения этим
явлением”. Далее он пишет: “В процессе эксперимента исследователь по своей воле вызывает
интересующее его явление, наблюдает и изучает процесс его течения и изменения,
возникновения и прекращения. Как всякое искусственно вызываемое явление, эксперимент,
может протекать в специальных условиях, определяемых экспериментатором. Эти условия
обычно являются наиболее благоприятными для изучения экспериментального явления. Они
позволяют исследовать его при необходимости в чистом виде, изолированно от связанных с ним
причин и следствий”.
В более поздних работах понятие эксперимента определяется несколько иначе: “Под
экспериментом понимается такое целенаправленное поведение человека по отношению к
окружающей среде и обществу, специфика которого заключается в планируемом изменяющем
воздействии на состояние и поведение объектов или процессов объективной реальности. Цель
этого воздействия состоит в том, чтобы, исходя из его влияния, делать выводы в отношении
объекта познания, которые могут касаться как характера результатов воздействия, так и
специфической природы объекта познания, подвергнутого воздействию”.
В “Основах судебной экспертизы” эксперимент определяется как “опытное действие,
искусственное систематическое изменение условий наблюдения явления, его связи с другими
явлениями. В процессе эксперимента выявляют природу и сущность наблюдаемого явления.
Эксперимент представляет собой единство трех моментов, без которых он не может быть
достаточно надежным и эффективным. Во-первых, это технический и теоретический базис, во-
вторых, - упорядоченность экспериментальных операций (опытов) и, в-третьих,
подтверждающий или опровергающий характер выводов, сделанных на основе эксперимента”1. И
далее отмечается, что “в судебной экспертизе широко распространен эксперимент, проводимый
экспертом в целях выявления механизма взаимодействия объектов экспертного исследования,
механизма следообразования, его отдельных параметров, а также получение экспериментальных
образцов для сравнительного исследования. Он заключается в изучении интересующих эксперта
процессов в условиях, максимально близких к условиям, имевшим место в момент
происшедшего события, с учетом возможной вариационности”.
Основы судебной экспертизы. Ч. 1. М., 1997.
При проведении психологических исследований определение понятия эксперимента
дается как: “Экспериментировать - это значит в целях решения вопроса, поставленного в
результате конкретного наблюдения и проверки возникшей гипотезы, держать под своим
контролем все условия возникновения какого-либо явления и систематически варьировать
каждое из них. Оставляя неизменными остальные, чтобы точно определить их влияние на
данное явление”1. Там же указывается, что экспериментирование имеет свои моральные
аспекты, т.е. нельзя экспериментировать на человеке как на неорганической материи. Этот же
аспект встречается и в трасологических исследованиях повреждений на одежде, когда
необходимо выполнить экспериментальные следы на одежде, покрывающей аналогичной
телу человека поверхность. По этому поводу существует множество мнений, начиная от
предложений проводить эксперимент на трупах, животных и кончая различными
полимерными материалами, близкими по прочностным характеристикам телу человека, из
которых изготавливаются манекены.
1
Робер М.-А., Тилъман Ф. Психология индивида и группы. М., 1988.
В американской энциклопедии приводится следующее определение: “Эксперимент -
операция, предназначенная для обнаружения истины, принципа или эффекта; или после их
обнаружения для уточнения или иллюстрации. Он отличается от наблюдения тем, что
наблюдаемые явления в большей степени контролируются человеком”2.
Епсус1оре<На Атепсапа. V. 10. 1944.
Представляется, что последняя трактовка понятия эксперимента отличается .от
предыдущих наибольшей общностью, по отношению к достаточно широкому кругу
исследовательской деятельности. Однако не ясно, что подразумевается под понятиями,
вложенными в это определение. Так, термин “операция” (от лат. Орегагло — действие) -
законченное действие или ряд связанных между собой действий, направленных на решение
определенной задачи”3. Смысл понятия “обнаружение истины”, по мнению автора, за-
ключается в первую очередь в том, что из множества противоположных или спорных гипотез
обнаруживается единственно верная. Для экспертного эксперимента такими гипотезами
являются экспертные версии.
3
Советский энциклопедический словарь. М., 1979.
Таким образом, если брать за основу указанную трактовку понятия эксперимента для
формулирования этого определения применительно к экспертным исследованиям, то
основной задачей является дифференциация действий, необходимых для осуществления
эксперимента.
Кратко рассмотрим, какие действия при выполнении эксперимента необходимо
проводить в трасологических экспертизах:
1) идентификационные исследования - действия, направленные на изготовление
образцов для сравнительного исследования с целью подтверждения той или иной экспертной
версии;
2) диагностические исследования - действия, позволяющие установить
последовательность и механизм следообразования, получить доступ к внутренним
поверхностям и элементам замков, пломб или ЗПУ с целью получения (или не получения)
определенной информации, так же для подтверждения выдвинутых экспертных версий.
Анализ имеющихся в литературе понятий эксперимента позволяет сформулировать и
понятие экспертного эксперимента. По мнению автора, экспертный эксперимент - это
опытные действия, проводящиеся экспертом в ходе исследования конкретных объектов в
целях подтверждения той или иной экспертной гипотезы.

Н.С. Кудинова, А.Г. Сухарев, СЮИ МВД РФ


К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЕКТАХ ТРАСОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ПРОИЗВОДСТВЕННO-
ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ СЛЕДОВ
Трасологическая экспертиза производственно-технологических следов относится к
наиболее сложным видам криминалистических экспертиз. Это связано, в первую очередь, с
огромным разнообразием объектов экспертизы. До недавнего времени она имела название
“экспертиза следов производственных механизмов”, и к ее объектам традиционно относили
рабочие части производственных механизмов и иных технических устройств, а также
промышленные изделия и полуфабрикаты со следами обработки. Другими словами, считалось,
что каждое изделие по окончании процесса его обработки несет на себе целый комплекс следов, в
которых могут отображаться только признаки внешнего строения рабочих частей
производственных механизмов - типичные следы-отображения. Поэтому их криминалистическое
исследование практически проводилось согласно методики трасологической экспертизы следов
инструментов, а для решения экспертных задач в основном использовались морфологические
признаки следообразующего объекта. Основные экспертные задачи, которые решались в рамках
этой экспертизы: установление источника происхождения изделия (конкретного предприятия,
оборудования, рабочей детали) и установление общности происхождения нескольких изделий.
При этом считалось, что эксперт должен иметь только представление об устройстве механизмов
и технологическом процессе.
Позднее многими криминалистами совершенно справедливо было отмечено, что на
современном этапе развития производства данному виду экспертизы более соответствует
название “экспертиза производственно-технологических следов”. Оно в большей степени
выражает сущность проводимых исследований, которые гораздо шире прежних. К объектам
данной экспертизы помимо рабочих частей производственных механизмов и изделий со следами
обработки было предложено относить также технологические процессы, используемые при
изготовлении и обработке изделий, а также конструктивные особенности оборудования 1. То есть
в список задач экспертизы производственно-технологических следов на изделиях дополнительно
были введены задачи по установлению видов технологических процессов и установлению
групповой принадлежности оборудования.
Скоморохова А.Г. Механоскопическая экспертиза производственно-тех
; ::;
нологических следов: Учеб. пособие. М., 1996. ' '
На сегодняшний день список объектов трасологической экспертизы производственно-
технологических следов требует дальнейшего уточнения. Это связано с непрерывном процессом
развития уровня техники, технологии и организации производства. В производственной
технологии появились новые понятия, такие как комплексный автоматизированный
технологический процесс, комплексное рабочее место, технологический модуль и др. То есть
современное производственно-технологическое оборудование приобретает новый комплекс
свойств. Постепенно утрачивает свое значение понятие “рабочая часть установки”, так как в
процесс следообразования включаются практически все конструктивные системы
технологического оборудования: энергетический узел, блоки управления механическим
перемещением заготовок, энергетическими параметрами, узел сканирования и т.д. Кроме этого во
всех отраслях индустрии начинают активно внедряться новые, так называемые “высокие”
технологии, которые ранее использовались в оборонной, авиационной, космической
промышленности и при изготовлении изделий специального назначения. В качестве примеров
можно привести технологические процессы, где обработка деталей проводится в результате
воздействия на заготовку электрического тока (электроэрозионная, электроконтактная,
электрохимическая обработки), потока элементарных частиц (плазменная резка и сварка) и
оптического излучения (лазерная обработка). При этих процессах рабочая часть установки и
обрабатываемая поверхность непосредственно механически не контактируют, а обработка
изделия проходит в результате активного дистанционного контакта.
В результате в следах на изделиях, обработанных или изготовленных на некоторых
видах современных установок, отсутствует традиционный набор морфологических
признаков. Кроме того, для большей части современного производственного оборудования
изменение параметров или режимов работы равносильно изменению свойств самой
установки, так как приводит к изменениям в следах обработки. Например, при обработке
изделий на автоматизированных установках одним из основных параметров, оказывающих
влияние на процесс следообразования, становится вид программирования (рис. 1).

Рис. 1. Лазерная маркировка на зажимах ЗПУ


“Спрут-Универсал”, выполненная на одной установке с использованием различных
управляющих компьютерных программ: а) в режиме растровой графики; б) в режиме векторной
графики
Поэтому корректное решение экспертных задач возможно только на основе анализа
конструктивно-технологических свойств установки, к которым относятся: режимы работы
энергетических узлов, виды обработки и их последовательность, конструктивные параметры
элементов узлов, виды и особенности работы компьютерных управляющих программ и др.
Они выражаются в виде единого комплекса конструктивно-технологических признаков и
являются информационным проявлением системы взаимодействия технологического
процесса и конструктивных параметров установки.
Введение конструктивно-технологических свойств промышленных установок в
категорию объектов экспертного исследования не противоречит основным
криминалистическим принципам. Во-первых, что свойства объектов криминалистических
экспертиз могут быть связаны как с самим материальным телом (предметом, вещью), так и с
событиями, явлениями, процессами и “относиться к внутреннему содержанию вещи, ее
сущности, к внутренним связям ее элементов”1. Во-вторых, эти свойства должны иметь “при-
кладной характер”, то есть представлять интерес для решения экспертных задач,
направленных на раскрытие, расследование и предупреждение преступлений.
Белкин Р. С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. М., 1987.
Для трасологических экспертиз свойства материальных тел являются традиционным
объектом исследования. Однако эти свойства всегда вторичны по отношению к фун-
даментальным свойствам материи. Например, существует фундаментальное свойство
материальных тел - механическое движение. Теоретические законы механики хорошо
изучены и подтверждены экспериментально. Объектом же трасологических экспертиз
является не само механическое движение, а способность различных предметов перемещаться
относительно неподвижной окружающей обстановки. Признаком перемещения является
изменение координат предмета за какой-то интервал времени, наличие определенной
скорости. Признаки относительного перемещения способны отображаться в следах качения
или скольжения, по которым можно установить сам факт перемещения, оценить скорость и
направление движения.
Конструктивно-технологические свойства также не являются фундаментальными, так
как могут изучаться на основе установленных ранее законов и закономерностей. Они
объективно существуют и выражаются через конструктивно-технологические признаки,
которые отображаются в следах обработки на изделиях. Их изучение в рамках экспертизы
производственно-технологических следов делает возможным решение таких задач, как
установление групповой принадлежности или идентификация современных технологических
установок. Таким образом, конструктивно-технологические свойства промышленного
оборудования в полной мере соответствуют категории объектов трасологического
исследования.

М А.В. Стальмахов, В.А. Федоренко, СЮИ МВД России


ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОРАЖАЮЩЕЙ СПОСОБНОСТИ У ПАТРОНОВ, ОТСТРЕЛЯННЫХ ВНЕ
ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ
Одной из проблем судебной баллистики является установление поражающей
способности частей патронов, отстрел которых происходит вне огнестрельного оружия путем
их нагревания открытым пламенем, например, пламенем костра. Эта задача инициирована
случаями из экспертной практики, когда необходимо было решить вопрос о возможности
нанесения частями патронов, брошенных в костер, проникающих повреждений телу
человека. Данной проблеме посвящена работа Авертесяна В.Р., опубликованная в 1976 году1,
в которой была предпринята попытка решения этой задачи. Автором получены интересные
результаты, которые, однако, на наш взгляд, нуждаются в дальнейшем развитии как с точки
зрения расширения спектра исследуемых патронов, так и измерения скорости разлета их
частей.
' Авертесян В. Р. О пробивном действии частей взорвавшихся патронов к гладкоствольному охотничьему и
боевому огнестрельному оружию // Экспертная практика и новые методы исследования. Вып. 8. М., 1976.
Для проведения экспериментов были выбраны следующие типы и виды патронов:
винтовочные - 7.62 мм патрон обр. 1908 г. с легкой и трассирующей пулями; промежуточные
- 5.45 мм военный патрон, 7.62 мм патрон образца 1943 г. (боевой и холостой); пистолетные -
6.35 мм патрон “Браунинг”, 7.62 мм патрон к пистолету обр. 1930-1933 гг. конструкции
Токарева, 7.63 мм патрон к пистолету “Маузер”, 7.65 мм патрон “Браунинг”, 9 мм короткий
патрон “Браунинг”, 9 мм патрон к пистолету Макарова, 9 мм патрон “Парабеллум”, патрон к
пистолету “Кольт” 45 калибра; строительно-монтажный патрон группы В—9 и охотничьи
патроны с латунной гильзой к гладкоствольному оружию 12 и 16 калибров, снаряженные как
бездымным, так и дымным порохом.
Для отстрела патронов вне огнестрельного оружия путем их нагрева и определения
поражающей способности их составных частей была собрана экспериментальная установка.
Она состояла из двух стандартных измерителей скорости рС-4М с нижним пределом
измерения около 80 м/с, держателя патрона, нагревателя и деревянных мишеней. Нагрев
патронов осуществлялся открытым пламенем нагревателя с щелевидным соплом. Блок-схема
установки показана на рис. 1. Эксперименты проводились следующим образом. Патрон
свободно располагался на двух проволочных опорах держателя так, что продольная ось
патрона проходила через середину рабочих окон оптических датчиков измерителей скорости,
и корпус гильзы снизу нагревался пламенем. Два измерителя скорости позволяли
одновременно фиксировать скорости разлета частей патронов и их фрагментов в двух
противоположных направлениях.

Рис. 1. Блок-схема экспериментальной установки:


1 - измерители скорости РС—4М, 2 — держатель патрона, 3 - нагреватель, 4 - деревянные
мишени, 5 — исследуемый патрон
Рассмотрим вначале результаты экспериментов, полученные для боевых патронов.
После начала нагрева через 1~3 минуты в зависимости от типа патрона происходил его
отстрел. Процесс отстрела носил взрывной характер. Корпус гильз со стороны дульца
разрушался с образованием отдельных фрагментов и характерным загибом оставшейся части
в сторону дна (рис. 2, отм. 1-9). При этом пуля и Донная часть с остатками корпуса
разлетались в противоположных направлениях, близких к продольной оси патрона, а мелкие
фрагменты - во всех направлениях. Донная часть гильз не получала видимой деформации, но
во всех случаях капсюли гильз вылетали из капсюльного гнезда. Степень фрагментации
корпуса гильзы и деформации оставшейся части зависела от типа патронов. Скорости пуль и
донных частей с остатками корпуса гильз измерителями скорости не удалось зафиксировать.
Это свидетельствует о том, что при взрывном разрушении патронов эти части приобретали
скорости менее 80 м/с. Скорости более 100 м/с были замерены у вылетающих из дна гильз
капсюлей и отдельных мелких фрагментов корпуса гильз. Для капсюлей винтовочных
патронов полученные результаты были наиболее стабильны. Скорость их движения фикси-
ровалась на расстоянии около 0.7 м от первоначального положения патрона и достигала 120
м/с, что соответствует удельной кинетической энергии от 10 до 25 Дж/см 2 в зависимости от
ориентации капсюля в полете, что меньше нижней границы поражения человека,
составляющей 50 Дж/см2. Аналогичные расчеты, проведенные для разлетающихся
фрагментов корпуса гильз, показали, что они также не обладают удельной кинетической
энергией, превышающей нижнюю границу поражения. Несмотря на это, наблюдалось их
внедрение острыми краями в сосновую доску на глубину до 5 мм.
Следует отметить, что при отстреле винтовочных 7.62 мм патронов с трассирующей
пулей срабатывание трассирующего состава не наблюдалось во всех проведенных опытах,
что связано, по-видимому, с малой длительностью воздействия раскаленных пороховых газов
на дно пули.
Аналогично описанному выше происходило разрушение гильз исследуемых холостых и
строительно-монтажных патронов (рис. 2, отм. 10, 11).
В проведенных опытах с отстрелом боевых патронов не наблюдалось взрывного
разрушения у гильзы 6.35 мм пистолетного патрона “Браунинг” (рис. 2, отм. 12), что обу-
словлено малой величиной его пороховой навески.
Рассмотрим теперь результаты исследований, проведенных для охотничьих патронов,
снаряженных бездымным и дымным порохом. В качестве снарядов в охотничьих патронах
использовались свинцовые пули и картечь. При отстреле патронов, снаряженных бездымным
порохом, наблюдалось, как и для боевых, взрывное разрушение гильз (рис. 3, отм. 1). При
этом все результаты по измеренным скоростям частей патронов и фрагментов гильз были
аналогичны полученным для боевых патронов.
Рис. 2. Внешний вид гильз патронов, снаряженных бездымным порохом, после их отстрела
Рис. 3. Внешний вид гильз охотничьих патронов после их отстрела
На наш взгляд, значительный интерес представляют результаты исследований
охотничьих патронов, снаряженных дымным порохом. Проведенные эксперименты показали,
что после воспламенения порохового заряда и увеличения давления внутри гильзы не
наблюдается ее взрывного разрушений (рис. 3, отм. 2). Пыжи и снаряд вылетают из среза
гильзы, а она приобретает высоконаправленное движение в противоположную сторону вдоль
продольной оси патрона. Скорость, приобретенная при этом снарядами, не фиксировалась
измерителем РС-4М, что свидетельствует о скорости менее 80 м/с. На деревянной мишени
снаряды оставляли лишь незначительные вмятины. В отличие от снарядов гильзы
охотничьих патронов, снаряженных дымным порохом, развивали скорость до 100 м/с, то есть
при их массе 19.5 г приобретаемая ими кинетическая энергия была около 100 Дж. Следует
отметить, что хотя в этом случае удельная кинетическая энергия была 31 Дж/см 2 (диаметр
дна гильзы 20 мм) и не достигала нижней границы поражения, гильзы пробивали сосновые
доски толщиной 25 мм на расстоянии около 1.5 м (рис. 4). Это, по-видимому, свидетельствует
о том, что к объектам такого диаметра и, как следствие, с большой площадью соударения не в
полной мере применима величина удельной кинетической энергии - 50 Дж/см 2 в качестве
критерия нижней границы поражения.
Таким образом, проведенные эксперименты с отстрелом патронов путем теплового
воздействия показали следующее. Гильзы патронов, снаряженных бездымным порохом,
претерпевают взрывное разрушение, при этом фрагменты гильзы и капсюль могут
приобретать скорость более 100 м/с. Гильзы патронов, снаряженных дымным порохом,
не разрушаются и приобретают направленное движение со скоростью до 100 м/с и
кинетической энергией до 100 Дж, при этом они пробивали сквозные отверстия в сосновых
досках толщиной 25 мм.

Л.Ю. Воронков, О.Р. Матов, СЮИ МВД России


ОБНАРУЖЕНИЕ МЕДИ В СЛЕДАХ ВЫСТРЕЛА НА ПРЕГРАДЕ
Одним из основных признаков огнестрельного повреждения является отложение в
области входного отверстия металлов, являющихся частью копоти выстрела (медь, цинк,
никель, свинец). Обнаружение металлических частиц имеет большое значение, так как
помогает определить вид снаряда, указывает входное отверстие и иногда приблизительную
дистанцию выстрела.
В экспертной практике наиболее распространенными способами выявления следов
металлизации являются контактно-диффузионный и электрографический методы 1, которые
Рис. 4. Пробоина от охотничьей гильзы в
деревянной доске толщиной 25 мм
позволяют выявить наличие металлов на преграде и их топографическое распределение.
Суть этих методов состоит в окрашивании ионов металлов, перешедших с преграды в
эмульсионный слой отфиксированной фотобумаги под действием реактива-растворителя или
электрического тока.
Балагин И. С. К вопросу о химическом исследовании огнестрельных повреждений на тканях
одежды // Теория и практика криминалистической экспертизы. Судебно-баллистическая экспертиза: Сб. №
5. М., 1958.
Как известно, одним из наиболее распространенным покрытием оболочек пуль патронов ручного
огнестрельного оружия является томпак, который как минимум на 90% состоит из меди. В справочной
литературе для экспертов предлагается выявлять медь в следах выстрела вышеуказанными методами с
помощью рубеановодородной кислоты1. Однако данная кислота в настоящее время стала труднодоступна для
экспертов, поэтому мы предлагаем использовать в качестве реактива-проявителя для контактно-диффузионного
и электрографического метода насыщенный раствор аммиака.
1 Балагин И. С. К вопросу о химическом исследовании огнестрельных повреждений на тканях одежды //
Теория и практика криминалистической экспертизы. Судебно-баллистическая экспертиза: Сборник № 5, М., 1958;
Сталъмахов А.В., Сумарока А.М., Егоров А.Г., Сухарев А.Г. Судебная баллистика и судебно-баллистическая
экспертиза / Учеб. Саратов: СЮИ МВД РФ, 1998.
Для обнаружения в эмульсионном слое фотобумаги ионов меди, перешедших с
преграды, необходимо капнуть несколько капель проявителя на фотобумагу и растереть
ватным тампоном. При взаимодействии аммиака с ионами меди образуются аммиакаты меди
темно-синего или почти черного цвета. Окрашивание появляется примерно через 1 мин.

Л.Ю. Воронков, А.В. Ситников, СЮИ МВД России


ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГАЗОВОГО РЕВОЛЬВЕРА “АЙСБЕРГ” В КАЧЕСТВЕ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО
ОРУЖИЯ
Повреждения, возникающие при использовании газового оружия, представляют
большой интерес для правоохранительных органов, поэтому исследования этих повреждений
экспертами-баллистами являются актуальными.
Газовое ствольное оружие по внешнему виду, размерам и конструктивным особенностям похоже на
соответствующие модели боевого оружия (пистолеты, револьверы), но имеет ряд отличий. В канале ствола
таких устройств поля нарезов отсутствуют, но смонтирована перемычка (рассекатель), как правило, в виде
идущей вдоль канала металлической пластины толщиной 2-2,5 мм. Рассекатель пропускает струю газа,
препятствует попыткам произвести выстрел одноэлементным компактным снарядом и затрудняет
рассверливание ствола для стрельбы патронами к огнестрельному оружию1.
Исаков В.Д., Бабаханян Р.В. и др. Особенности огнестрельных по- вРеждений, нанесенных из газового
ствольного оружия // Судебно-Медицинская экспертиза. 1996. № 2.
Авторами были исследованы две модификации 9 мм газового револьвера “Айсберг”:
СК-205 и СК-207. Длина ствола СК-205 составляет 94-96 мм, а СК-207 - 60-62 мм. При
изучении механического действия пороховых газов на ткань одежды установлено, что на
дистанциях до 5 см наблюдаются сквозные разрывы. При этом следы, остающиеся на
преграде, сходны со следами воздействия холостого выстрела из огнестрельного оружия.
Органы следствия еще интересуют поражающие свойства газового ствольного оружия
при наличии переделок ствола. При удалении рассекателя у дульного среза и наличии
рассекателя у казенного среза возникает возможность использовать такое газовое оружие в
качестве огнестрельного, имеющего раздельное заряжание (пуля вкладывается в ствол со
стороны дульного среза, а в патронник заряжается холостой или газовый патрон). Иссле-
дование поражающих свойств такого оружия проводится по методике для самодельного
огнестрельного оружия.
При изучении стволов модификаций револьверов “Айсберг” было установлено, что они
имеют двойной рассекатель в виде прямоугольных выступов, расположенных у казенного
среза. Протяженность их по каналу ствола не превышает 15 мм. Такая конструкция позволяет
применять данные револьверы при использовании раздельного заряжания в качестве
огнестрельного оружия без каких-либо переделок. В качестве пуль возможно использовать 8
мм картечь или свинцовые пули от 7,62 мм спортивного револьверного патрона. Результаты
экспериментальной стрельбы таким способом приведены в таблице.
Таблица
Модификация револьвера Еуд. для 8 мм картечи Еуд. для 7,62 мм пуль

СК-205 96 Дж/см2 СК-207 107 Дж/см2


76 Дж/см2 78 Дж/см2

А.В. Ситников, СЮИ МВД России


ПРИЗНАКИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ УСТРОЙСТВА ПОДАВЛЕНИЯ ЗВУКА ВЫСТРЕЛА В СЛЕДАХ
НА ВЫСТРЕЛЕННОЙ ПУЛЕ
В последнее время становится все более распространенным использование с
огнестрельным оружием устройств подавления звука (глушителя) как при проведении специ-
альных операций, так и при его применении в противоправных целях. Наибольшее
распространение получили два конструктивных типа глушителей: расширительный и рас-
ширительно-обтюраторный. Простейший глушитель расширительного типа представляет
собой цилиндр, разделенный перегородками на отдельные камеры, а в глушителе с об-
тюратором имеется еще шайба из эластичного материала, как правило - резины, которая
отсекает газовую струю при пронизывающ ее пулей1.
Мураховский В.И., Слуцкий Е.А. Оружие специального назначения. М., 1995.
Наличие глушителя существенно изменяет механизм истечения газовой струи из канала
ствола, и это влияет на характер следов, возникающих на преграде при близком выстреле и
на стреляной гильзе2. Имеющиеся данные3 свидетельствуют о том, что прибор бесшумной
стрельбы (ПБС-1) для АКМ также вносит изменения и в следы канала ствола на пуле. Это
проявляется в сглаженности рельефа следов от полей нарезов и дугообразном соединении
вершин следов от боевой и холостой грани. Кроме этого, указывается, что на пулях,
выстреленных из АКМ с ПБС, на головной части отсутствовало лаковое маркиро-вочное
обозначение и наблюдалось интенсивное окопчение дна. Степень влияния глушителя на
характер указанных следов уменьшалась по мере износа обтюратора. Выявленные авторами
особенности в следах на пулях позволяют в результате сравнения дифференцировать пули,
выстреленные с использованием ПБС и без него.
²Исаков В.Д., Бабаханян Р.В. Медико-криминалистическая характеристика следов применения огнестрельного
оружия, снабженного глушителем. С-Пб,, 1998.
³
Там же.
Для экспертной практики в большей степени представляет интерес возможность
установления факта применения оружия с глушителем по результатам безотносительных
исследований пуль или других частей патрона, то есть в случае, когда невозможно провести
сравнение элементов патрона, использованных в одном и том же оружии, как снабженном
глушителем так и без него.
С целью выявления следов на пуле, обусловленных применением устройств подавления
звука выстрела, нами была проведена серия экспериментов с оружием, снабженным
глушителями разного типа как промышленного, так и самодельного изготовления.
Для экспериментов с устройствами подавления звука расширительного типа были
выбраны ВСК-94 со штатным глушителем и пистолет Макарова, приспособленный для
использования с самодельным глушителем.
Выстрелы производились в водный пулеулавливатель. Из каждого вида оружия была
произведена серия выстрелов с глушителем и без него. Пули, выстреленные в каждой серии,
сравнивались между собой на предмет стабильности механизма следообразования, а затем
проводилось сравнение пуль, выстреленных с использованием глушителя и без него. Как и
следовало ожидать, глушитель расширительного типа, независимо от способа его
изготовления, не влияет на следы на пулях. Изменений не было выявлено ни в рельефе
следов, ни в степени их выраженности, ни в степени окопчения пуль.
Исключение составляет случай ненадежного крепления глушителя на стволе, в
результате чего при стрельбе нарушается соосность канала ствола и отверстий в перего-
родках глушителя. Вылетающая пуля контактирует с внутренними краями перегородок, и на
ней образуются хорошо выраженные обширные следы, состоящие из трасс практически
параллельных продольной оси пули.
Экспериментальные выстрелы с применением глушителей, в конструкции которых
имеется обтюратор, проводились из АКМ, снабженного ПБС-1; ИЖ-78, ПСМ, ПМ и
револьвера Нагана, переделанными для использования с самодельными глушителями.
Устройство глушителей, их размерные характеристики (для пистолетов ИЖ-78 и ПСМ) были
практически одинаковыми. При этом у глуши, теля, установленного на ИЖ-78 обтюратор
был изготовлен из белой резины, а у глушителя, установленного на ПСМ, - из черной. У всех
самодельных глушителей, в отличие от ПБС-1, обтюраторы располагались после
расширительных камер вблизи переднего среза. За исключением глушителя для ПМ
обтюраторы были новыми, без следов использования. Порядок проведения экспериментов не
отличался от описанного выше.
Сравнивая пули, выстреленные из АКМ с ПБС и без него, видно, что при
использовании ПБС выстреленная пуля имеет более светлую поверхность и частично
стертую маркировочную окраску головной части, особенно у вершины. Рельеф следов канала
ствола выражен слабее на пулях, выстреленных через ПБС.
Для оружия с самодельными глушителями наблюдалась противоположная картина за
исключением выраженности следов канала ствола. На ведущих частях всех пуль,
выстреленных из указанного оружия с глушителями, имелся сплошной налет вещества
черного цвета. Следует обратить особое внимание, что черным налетом были покрыты и пу-
ли, прошедшие через обтюратор из белой резины (ИЖ-78). В отличии от копоти выстрела
налет обладал хорошей адгезией к поверхности пули и был устойчив к механическому
воздействию со стороны преграды. Налет сохранялся при прохождении пулей 50 мм
соснового бруска, стального листа толщиной 0,5 мм и закаленного 4мм стекла.
Для выяснения природы выявленного на пулях налета был проведен ряд
экспериментов, суть которых в следующем.
Из указанного оружия со снятым устройством подавления звука были проведены
выстрелы в водный пулеулавливатель через резиновые листы толщиной, соответствующей
толщине обтюратора. При этом листы резины располагались от дульного среза на
расстоянии, примерно равном длине корпуса глушителя. При указанных условиях стрельбы
наличие черного налета на пулях обнаружено не было. Налет, аналогичный выявленному,
появлялся на пулях лишь в случае увеличения количества листов резины до количества, при
котором происходила практически полная потеря пулей своей скорости.
Из анализа результатов проведенных экспериментов следует, что налет образуется на
пуле только в том случае, если одновременно выполняются три условия:
- оружие снабжено глушителем обтюраторного типа;
- обтюратор сделан из резины;
- обтюратор располагается после расширительной камеры.
Таким образом, можно предположить следующий механизм образования налета:
обогнавшие пулю пороховые газы взаимодействуют с резиновым обтюратором, образуя
газовую взвесь, в состав которой входят элементы резины, и концентрируются в корпусе
глушителя. Затем частицы взвеси осаждаются на внутренних деталях корпуса и на
пролетающей пуле. Справедливость предположения подтверждается отсутствием налета на
пулях, выстреленных из АКМ с ПБС, у которого обтюратор находится вблизи дульного среза
перед расширительными камерами и не допускает обгона пули пороховыми газами, и
выстреленных через лист резины, когда не происходит локализации газовой взвеси в корпусе
глушителя.
Соотносительное исследование пуль, выстреленных из одного и того же оружия с
глушителем обтюраторного типа и без него, показало:
- на пулях, прошедших через глушитель, в следах от канала ствола трассы выражены
слабее либо совсем отсутствуют;
- на отдельных участках поверхности пуль имеется налет вещества черного цвета,
которое маскирует собой фрагменты следов или группы трасс в них;
- имеющиеся на пулях маркировочные обозначения, нанесенные краской, частично
стирались, особенно возле вершинки.

А.В. Ситников, СЮИ МВД России


УСТРОЙСТВА ПОДАВЛЕНИЯ ЗВУКА ВЫСТРЕЛА И ИХ КЛАССИФИКАЦИЯ.
К настоящему времени сформировались два пути в решении задачи подавления звука
выстрела - это создание комплекса, включающего бесшумный боеприпас и специальное оружие,
например, патрон СП-4 и ПСС, и применение с обычным оружием устройств подавления звука
выстрела (так называемых глушителей), представляющих собой один из видов дульных насадок 1.
Мураховский В.И., Слуцкий Е.А. Оружие специального назначения. М.,1995.
Малая распространенность и достаточно высокая стоимость бесшумных боеприпасов
делает их труднодоступными для использования в криминальных целях. Напротив, относительно
простая конструкция многих устройств подавления звука выстрела и возможность
самостоятельного изготовления таких устройств обуславливает широкое использование оружия,
снабженного подобными устройствами, в противоправных целях.
Для использования устройств подавления звука с огнестрельным оружием, которое
изначально для этого не было предназначено, это оружие тем или иным способом дораба -
тывается либо переделывается. Например, у пистолетов, имеющих кожух-затвор, полностью
закрывающий ствол, для того чтобы обеспечить возможность крепления используемых
устройств, заменяют ствол на более длинный, имеющий резьбу на дульной части.
В процессе изучения работы экспертных органов и за время исследования непосредственно
огнестрельного оружия, оснащенного устройствами подавления звука, установлено, что замена
ствола на более длинный была произведена в 80% случаев. В этих случаях для стрельбы
использовались автоматические пистолеты, имеющие систему автоматики с отдачей свободного
кожух-затвора и систему запирания при помощи массы затвора (ПМ, ПСМ, Браунинг, Минта и
др.).
В результате проведенного анализа различных типов и конструкций устройств подавления
звука выстрела как заводских, так и самодельных, предлагается классификация этих устройств по
следующим основаниям.
1. По принципу действия:
1.1. Расширительные
1.1.1. По форме камер
* с продольными камерами;
* с поперечными камерами;
* смешанные.
1.1.2. По расположению камер по отношению дульного среза
* переднекамерные;
* заднекамерные;
* смешанные.
1.1.3. По расположению отверстия для пролета пули относительно оси глушителя:
* центральные;
* эксцентричные.
1.1.4. По количеству камер
* однокамерные;
* двухкамерные;;
* многокамерные.
1.1.5. По наличию наполнителя
* с металлической сеткой;
*с металлической стружкой;
* без наполнителя.
1.2. Обтюраторные
1.2.1. По количеству обтюраторов
* с одним обтюратором;
* с двумя и более обтюраторами.
1.2.2. По материалу обтюраторов
* резиновые;
* войлочные;
* из иных материалов.
1.3. Комбинированные (расширительно-обтюраторные)
1.3.1. По расположению обтюратора относительно расширительных камер
* докамерные;
*послекамерные.
1.4. Механические
* инерционные;
* пружинные.
2. По способу изготовления:
2.1. Промышленные
2.2. Самодельные
* с применением промышленного оборудования; ф с использованием доработанных
предметов хозяйственно-бытового назначения;
* с использованием предметов хозяйственно-бытового назначения.
3. По виду крепления с оружием
*интегрированные;
* автономные.
4. По способу крепления
4.1. Постоянные
4.2. Съемные
* с резьбовым соединением;
* с помощью Г-образного паза;
* насаживаемые плотной посадкой.
5. По конструкции
* цельные; ф разборные.
6. По используемым патронам
* с обычными патронами;
* со специальными патронами (уменьшенной скорости).
Разница между обтюраторным и расширительно-обтюраторным устройством подавления
звука заключается в наличии хотя бы одной камеры объемом больше объема канала ствола в 20
раз. Если объем мал, то это либо вообще не устройство для подавления звука, либо, при наличии
обтюратора, относится к устройствам обтюраторного типа.
Данная классификация охватывает все существующие промышленные образцы устройств
подавления звука выстрела, а также те образцы самодельных устройств, встреченные нами в
практической деятельности экспертных органов и описанные в криминалистической литературе.

Д.Ю- Воронков, А.А. Погребной, СЮИ МВД РФ


РАСЧЕТ ПОРОХОВОГО ЗАРЯДА ДЛЯ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО ОПРЕДЕЛЕНИЯ
ПОРАЖАЮЩЕЙ СПОСОБНОСТИ САМОДЕЛЬНОГО ДУЛЬНОЗАРЯДНОГО
ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ
Среди общего количества изымаемого самодельного огнестрельного оружия особое место
занимают дульнозарядные или шомпольные пистолеты. Экспертное исследование таких
объектов, в частности, проведение экспериментального выстрела затруднено из-за отсутствия
информации об используемом в них типе и массе заряда и снаряда, а также об условиях
заряжания.
В криминалистической литературе имеются несколько рекомендаций по определению
навески порохового заряда для экспериментального выстрела из дульнозарядного стреляющего
устройства1. Расчет зарядов для различных калибров шомпольных пистолетов по указанным
рекомендациям показал, что итоговые навески дымного пороха примерно совпадают (кроме
оружия крупного калибра), однако навески бездымного существенно различаются.
Каледин А. И. Судебно-баллистическое исследование самодельного огнестрельного оружия // Экспертная
практика и новые методы исследования. М.: ВНИИСЭ, 1981. Вып. 9; Сталъмахов А.В., Сумарока А.М., Егоров
А.Г., Сухарев А.Г. Судебная баллистика и судебно-баллистическая экспертиза: Учеб. /Под общ. ред. А.Г.
Егорова. Саратов: СЮИ МВД РФ, 1998; Тихонов Е.Н. Актуальные вопросы методики установления
принадлежности объекта к огнестрельному оружию, его виду и образцу // Экспертная практика и новые методы
исследования. М.: ВНИИСЭ, 1981. Вып. 24.
Для устранения имеющихся различий результатов определения навесок пороховых зарядов
для шомпольного оружия по различным методическим рекомендациям мы решили провести
экспериментальную проверку работоспособности рассчитанных по ним пороховых навесок.
Нами была проведена серия из 34 экспериментальных выстрелов из дульнозарядного
оружия. В качестве стволов мы использовали стальные трубки с различным внутренним
диаметром, в которые с одной стороны ввинчивался на резьбе болт. Для герметизации резьбового
соединения болта и трубки использовалась свинцовая прокладка. Запальные отверстия
располагались непосредственно у дна трубки, образованного поверхностью ввинченного болта.
Трубки имели длину от 124 до 190 мм, внутренний диаметр — от 5,4 до 9,9 мм, среднюю
толщину стенок - 3,2 мм ц диаметр затравочного отверстия - 1,2 мм.
Для заряжания трубок применялись дымный порох, бездымные охотничьи пороха “Сокол”
и “Барс” и порох к стандартному 5.6 мм спортивно-охотничьему патрону кольцевого
воспламенения. Пыжи комплектовались из круглых кусочков плотного картона, фрагментов
войлока, кусочков газетной бумаги и прослойки пластилина. Усилие уплотнения заряда и пыжа -
5 кг. В качестве снарядов мы использовали круглые свинцовые пули строго по калибру оружия,
массой от 0,0009 до 0,006 кг и площадью поперечного сечения от 0,22 до 0,75 см 2.
Для взвешивания пороховых навесок и снарядов применялись электронные весы
5АКТОКШЗ ЬС 1201 5, с точностью взвешивания 0,001 г. Измерение скорости снаряда
производилось на участке 1 м от дульного среза с помощью регистратора скорости РС-2. Работа
установки была предварительно проверена с помощью стандартного малокалиберного оружия.
Результаты серии экспериментальных выстрелов с использованием дымного пороха
показали, что имеющиеся рекомендации по определению навески дымного пороха 1 эффективны.
* Каледин А. И. Судебно-баллистическое исследование самодельного огнестрельного оружия // Экспертная
практика и новые методы исследования. М.: ВНИИСЭ, 1981. Вып. 9; Тихонов Е.Н. Актуальные вопросы методики
установления принадлежности объекта к огнестрельному оружию, его виду и образцу // Экспертная практика и новые
методы исследования. М.: ВНИИСЭ, 1981. Вып. 24.
Результаты экспериментальных выстрелов с применением бездымных порохов “Сокол” и
“Барс” позволили скорректировать предложенную формулу для расчета навески пороха 2. С
учетом этой рекомендации формула принимает вид:
где со - навеска заряда бездымного пороха, в г; 5 -площадь поперечного сечения снаряда, в
мм2; X — поправочный коэффициент. Значение коэффициента (X) для оружия малого калибра
(5.4-6.5 мм) составляет 1.1; для оружия нормального калибра (6.5-9 мм) - 1.2; для оружия
крупного калибра (более 9 мм) - 1.3.
2 Каледин А. И. Судебно-баллистическое исследование самодельного огнестрельного оружия // Экспертная
практика и новые методы исследования. М.: ВНИИСЭ, 1981. Вып. 9.

А.А- Погребной, В.А. Федоренко, СЮИ МВД России


ПРОБЛЕМЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ ПО СЛЕДАМ БОЙКА
В экспертной практике нередки случаи, когда сравнительным исследованием следов бойка
на гильзах устанавливается существенное различие их микрорельефа. На первый взгляд
логичным выходом из этой ситуации является категорический отрицательный вывод о том, что
исследуемые гильзы были стреляны в разных экземплярах оружия, который зачастую и выносят
эксперты. Однако нам представляется, что это не так.
Изучение нескольких десятков различных типов патронов и гильз, изготовленных в период
1945-2001 гг. показало, что поверхность капсюлей большинства патронов имеет собственный
микрорельеф, наличие, характер и выраженность которого зависит от способа изготовления,
условий хранения патрона и других факторов. Так, заводская технология изготовления некоторых
современных патронов, в частности, 7.62 мм патрона к пистолету образца 1930/33 гг.,
обуславливает наличие на капсюле рельефа в виде относительно глубоких параллельных валиков
и бороздок, которые нередко ошибочно принимают за следы патронного упора затвора. Кроме
того, микрорельеф поверхности капсюля в виде хаотично расположенных вмятин и царапин
появляется также в результате ненадлежащих условий Хранения патронов, поскольку на
относительно мягком материале капсюля остаются следы даже слабых механических
воздействий.
Дальнейшие исследования показали, что на фоне собственного микрорельефа капсюля
индивидуальные признаки бойка не всегда различимы. Относительно крупные вмятины на
капсюле “поглощают” более мелкий рельеф поверхности бойка. Вмятины и царапины
меньшего размера практически идентичны признакам бойка, и их нередко принимают за
таковые.
Таким образом, причины существенных различий микрорельефа в следах бойка могут
быть обусловлены не только производством выстрела из иного экземпляра оружия, но также
тем, что поверхность капсюлей исследуемой и экспериментальных гильз на месте следа
бойка имеет собственный микрорельеф. Принимая во внимание, что разграничение
признаков бойка и признаков капсюля в следах бойка весьма затруднительно, при наличии в
них существенных различий признаков, нельзя однозначно утверждать, что это обусловлено
разным микрорельефом поверхности бойка.
Учитывая эти обстоятельства, считаем, что необходимо дополнить методику
идентификации оружия по следам на гильзах следующими положениями.
Во-первых, при наличии существенных различий в следах бойка недопустимо
выносить категорический отрицательный вывод о том, что исследуемые гильзы стреляны в
разных экземплярах оружия. В данном случае должен быть вынесен вывод о непригодности
следа бойка для идентификации, а при отсутствии возможности идентифицировать оружие
по иным следам на гильзе - вывод о непригодности гильзы для идентификации оружия или о
невозможности решения вопроса по существу.
Во-вторых, в ходе детального исследования представленной гильзы необходимо особое
внимание обращать на наличие и характер собственного микрорельефа поверхности капсюля
вокруг следа бойка. Наличие такого микрорельефа в случае отрицательного результата
сопоставления следует использовать для обоснования вывода о непригодности следа бойка
для идентификации.
В-третьих, перед получением образцов для сравнительного исследования донные части
патронов для устранения имеющегося на них микрорельефа следует обрабатывать
шлифовальным порошком. Необходимое качество обработки поверхности обеспечивает,
например, корундовый порошок с размером частиц не более 20 мкм.
В-четвертых, следует обращать внимание на расположение и размеры признаков бойка
и микрорельефа капсюля. В случае одинакового их расположения и существенного
превышения размеров признаков капсюля над признаками бойка, след бойка в большинстве
случаев непригоден для идентификации. Если же признаки капсюля относительно невелики
и расположены в иных местах, нежели признаки бойка, сопоставление может стать
основанием для категорического или вероятного вывода о тождестве. При сопоставлении
следует учитывать, что признаки бойка на фоне признаков капсюля могут отображаться
частично или в искаженном виде, например, в виде какого-либо элемента вмятины, выступа,
иметь меньшую глубину, иную форму и т.п. В этом случае основное внимание следует
уделять расположению и взаиморасположению индивидуальных признаков бойка.

А.М. Чугунов, А.В. Ситников, СЮИ МВД России


ПОЛУЧЕНИЕ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИ ЗНАЧИМОЙ ИНФОРМАЦИИ ПРИ АНАЛИЗЕ СЛЕДОВ
ВЫСТРЕЛА НА ПРЕГРАДЕ ИЗ СТЕКЛА
В судебной баллистике в настоящее время существует РЯД проблем, далеких от своего
разрешения. Одной из таких проблем является проблема установления дистанции Дальнего
выстрела1. Общеизвестная экспертная методика, основанная на исследовании следов
действия дополнительных факторов выстрела, может быть использована при условии, что
дистанция стрельбы не превышала 2,5-3 м. При расследовании заказных убийств с
использованием нарезного оружия с оптическим прицелом дистанция выстрела, как правило,
значительно превышает указанную величину, следы действия дополнительных факторов
выстрела на преграде практически отсутствуют, и определение дистанции выстрела
превращается в практически не разрешимую экспертную задачу. При поражении цели
снарядом, летящим по параболической навесной траектории, дистанция выстрела может
быть рассчитана по формулам внешней баллистики 1. В специальной литературе имеются
справочные данные2, полученные экспериментальным путем, с помощью которых можно
оценить дистанцию выстрела по глубине внедрения пуль в преграды из различных мате-
риалов (грунт, кирпичную кладку, древесину и т.п.), но эти данные недостаточно полны для
решения экспертных задач. Проведенные нами исследования показали, что при изучении
следов выстрела на преградах из стекла и других хрупких материалов возможен
принципиально иной подход к решению данной проблемы.
Сталъмахов А.В., Сумарока А.М., Егоров А.Г., Сухарев А.Г. Судебная баллистика и судебно-баллистическая
экспертиза. Саратов, 1998. С. 11.
Дворянский И.А. Судебно-баллистическая экспертиза. Вып. 2. М., 1976.
2 Мишин Ю.В., Сомме М.А. Определение глубины проникания снарядов (пуль) в преграды // Экспертная
техника. 1986. Вып. 97. С. 45-53.
Из механики хрупкого разрушения3 известно, что рост трещин в стекле подчиняется
определенным физическим законам. В зоне непосредственного контакта снаряда и
стекла возникают контактные напряжения Герца, многократно превышающие предел
прочности стекла на сжатие и сдвиг. Происходит дробление стекла на мелкие осколки и
стеклянную пыль, которые как бы “проталкиваются” снарядом вперед, что приводит к
образованию сквозной пробоины, расширяющейся в направлении движения снаряда. В
процессе пробивания снарядом преграды вокруг пробоины возникает система тангенциально
и радиально направленных напряжений. Под действием растягивающих напряжений
происходит инициирование и рост радиальных и концентрических трещин в стекле. Длина
образующихся трещин пропорциональна квадрату приложенной расклинивающей нагрузки.
Рост трещин происходит с конечной скоростью только в процессе прохождения снарядом
преграды и прекращается в момент выхода снаряда из стекла. Скорость роста трещин
зависит прежде всего от энергии снаряда: при сравнительно небольшой энергии снаряда рост
трещин происходит “спокойно”, с дозвуковой скоростью, при воздействии снаряда с высокой
кинетической энергией процесс трещинообразования приобретает “взрывной” характер.
Трещины растут со сверхзвуковой скоростью, происходит их ветвление с образованием
узловых точек. Чем больше кинетической энергии сообщено преграде, тем больше при
прочих равных условиях будет длина и общее количество трещин, количество узловых точек
и тем ближе узловые точки будут расположены к краям пробоины.
3 Солнцев С.С., Морозов Е.М. Разрушение стекла. М., 1978.
В соответствии с законами механики хрупкого разрушения большое влияние на процесс
роста трещин оказывает также длительность промежутка времени, в течение которого снаряд
преодолевает преграду. Величина этого временного промежутка зависит от многих факторов:
от скорости снаряда, формы его головной части, твердости и деформируемости материала
снаряда, твердости и прочности стекла, его размеров и толщины и т.д. Цель настоящей
работы состояла в том, чтобы экспериментальным путем установить взаимосвязь
параметров, характеризующих систему трещин, образующихся в стекле при пробивании сна-
рядом с энергией, скоростью снаряда и дистанцией выстрела, а также определить
возможность использования данной зависимости для решения судебно-баллистических
задач.
Экспериментальная стрельба проводилась в закрытом тире из различных систем
оружия с дистанции 2 м по образцам листового стекла различной толщины (3-6 мм)
размером 500x500 мм, жестко закрепленным по четырем кромкам в обрезиненной
металлической рамке. С целью моделирования дальнего выстрела пулям патронов прида-
валась различная начальная скорость заряда с последующей закаткой кромки дульца.
Скорость пули измеряли установкой “Скорость”. Дистанцию выстрела рассчитывали по
изменен
Влияние калибра ствола. Испытания были проведены на небольшом количестве
образцов и не дали однозначных результатов. Данные, полученные при стрельбе 9 мм пат-
ронами СП—5, пуля которого имеет начальную скорость менее 300 м/с, трудно сопоставимы
с результатами стрельб значительно более мощными 7,62 мм и 5,45 мм промежуточными
патронами с высокой начальной скоростью пули. Для установления четкой зависимости
необходимо проведение дополнительных экспериментов с использованием более широкого
круга моделей оружия и на большем количестве образцов.
Полученные результаты находятся в полном соответствии с положениями теории
хрупкого разрушения, изложенными в начале данной статьи. Они свидетельствуют о том, что
существует принципиальная возможность определения дистанции выстрела по выбранным
параметрам, характеризующим картину разрушения хрупкой преграды для моделей оружия,
типов боеприпасов и толщин стекла, указанных в таблице. Полученные данные могут быть
полезны для судебных экспертов при решении ситуационных судебно-баллистических задач.

Н.С. Кудинова, А.Г. Сухарев, СЮИ МВД России Т.Н. Соколова, Е.Л. Сурменко, СГТУ
УСТАНОВЛЕНИЕ ГРУППОВОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПРОМЫШЛЕННЫХ ЛАЗЕРНЫХ
УСТАНОВОК
Возможность установления групповой принадлежности лазерных установок по следам
обработки на изделиях промышленного производства была показана в работе1. При этом
данная задача решалась на основе анализа таких конструктивно-технологических свойств
установки, как режимы работы, виды и методы обработки, режимы излучения и параметры
сканирующей системы. В данной работе рассматриваются свойства основного узла
установки - лазерного излучателя и их проявление через комплекс конструктивно-
технологических признаков.
* Кудинова Н.С., Сухарев А.Г., Соколова Т.Н., Сурменко Е.Л. Возможность криминалистической
идентификации лазерных технологических установок по следам размерной обработки и маркировки // Судебная
экспертиза: Межвуз. сб. науч. ст. Саратов: СЮИ МВД России, 2001. С. 130-141.
Лазерные установки включают в себя: источник лазерного излучения, фокусирующую
(проецирующую) оптическую систему, систему сканирования, блок питания и блок управ-
ления. К свойствам источника лазерного излучения относятся свойства активного элемента и
свойства оптического резонатора. Активный элемент с оптическим резонатором
конструктивно представляет собой единый функциональный узел - лазерный излучатель, в
который также может входить элемент управления излучением (модулятор).
Лазерный излучатель следует рассматривать как некий следообразующий объект,
интегративные свойства которого определены его материальной: структурой и характером
внутренних и внешних связей. Эти свойства излучателя проявляются через комплекс
конструктивно-технологических признаков, классифицирование которых на общие и частные
в данном случае не может быть проведено с большой степенью достоверности. Это
определяется несколькими причинами. Во-первых, при дистанционном контакте признаки
внешнего строения следообразующего объекта (излучателя) в следах лазерной обработки не
отображаются. Во-вторых, практически все части установки имеют электрическую или
оптическую связь между собой и свойство отдельной части или отдельного элемента
проявляется относительно редко. Поэтому в дальнейшем будем уделять большее внимание
классификации конструктивно-технологических признаков по их идентификационной
значимости и разделять их на групповые либо индивидуализирующие.
К основным свойствам активного элемента относятся: материал активного элемента, его геометрические
размеры, химический состав легирующих добавок и степень однородности их распределения, оптические
параметры обработки торцов, максимальная энергия излучения. Большей частью они проявляются в признаках
как интегративные. Например, максимальная энергия излучения является паспортной характеристикой и
зависит от многих факторов. Поскольку в промышленных лазерных установках эксплуатация активного
элемента с превышением паспортных значений недопустима, признаком этого свойства является использование
лазерных установок для вполне определенных видов обработки, в зависимости от их энергетических
характеристик. Поэтому, оценив величину энергии излучения по следам обработки (принимая во внимание вид
обработки, вид материала, глубину проплавления и др.) и используя справочные данные, возможно отнести
применявшуюся установку к определенномы классу, например, с энергией излучения не менее 10 Дж.
Исключение составляет такое свойство, как химический состав активного элемента,
признаком которого является определенная длина волны излучения. Его отображение в
следах лазерной обработки связано с зависимостью коэффициентов поглощения и отражения
от длины волны для многих обрабатываемых материалов. Учитывая тот факт, что в
промышленных лазерных установках применяются активные элементы, излучающие
энергию, в основном, в трех диапазонах длин волн (0.69 мкм - рубин; 1.06 - гранат или
стекло, активированные неодимом; 10,06 мкм -С О2), иногда возможно методом исключения
определить длину волны излучения. Как видно, признаки активного элемента должны быть
классифицированы как групповые, так как позволяют выделить только группу лазерных
установок с названными оптическими и энергетическими параметрами.
Оптический резонатор включает в себя зеркала и элемент управления излучением
(модулятор), в качестве которого обычно используется электрооптический или механический
затвор. К основным свойствам резонатора относятся: оптические параметры зеркал, вид
элемента управления, конструктивные особенности, способ формирования импульса
излучения, вид модуляции и модовая структура излучения. Как и в случае активного
элемента, они проявляются в групповых признаках.
Наиболее ярко отображаются в следах обработки признаки, связанные со способами
формирования импульса излучения. При обработки изделий на промышленных установках
импульс излучения обычно формируется двумя способами: импульсом лампы накачки
(режим свободной генерации) и элементом управления, введенным в резонатор (режим
модулированной добротности). Эти способы отличаются не только своим технических
решением, но и параметрами, получаемых импульсов излучения. Так, например, признаком
свободной генерации является наличие импульса излучения длительностью от десятков
микросекунд до единиц миллисекунд с пологим фронтом и сложной формой вершины.
Импульсы, формируемые в режиме модулированной добротности, имеют длительность 10-50
не и отличаются крутыми фронтом и срезом. Эти признаки отображаются в следах лазерной
обработки и позволяют с высокой степенью достоверности выявить тот или иной режим
излучения. Например, признаком маркировки, выполненной в режиме свободной генерации,
является наличие объемных следов в виде кратеров, а в режиме модулированной
добротности - наличие поверхностных следов -“ожогов” с характерными цветовыми
разводами (Рис. 4).
Рис. 4. Маркировка на затворе пистолета ТТ:
а — выполненная в режиме свободной генерации б — модулированной добротности
Таким образом, анализ конструктивно-технологических свойств основного узла
установки - источника лазерного излучения - позволяет отнести ее к группе установок,
имеющих определенные конструктивные особенности и работающих в конкретном
технологическом режиме.

М.П. Родионова, СЮИ МВД России


ИНДИВИДУАЛИЗАЦИЯ ИСТОЧНИКА ПРОИСХОЖДЕНИЯ, ПРЕДМЕТОВ ИСКОМОГО
ЕДИНОГО
Тождество предмета самому себе в качестве необходимого условия существования
предполагает одновременное отличие этого предмета от всех подобных.
“Качественная определенность вещи постигается не только через отождествление, но и
через различия, причем, то и другое взаимосвязано в едином процессе определения. Это
видно из самого понятия о качестве. То, чем по своей природе оказывается данная вещь,
выясняется через сопоставление ее с другими вещами и через установление ее отличии от
них”
1
Савинов А.В. Логические законы мышления. М., 1958. С. 130.
Первая задача требует установить относительную неизменяемость в пространстве и
времени тех сторон данного объекта, которые мы можем использовать для его иденти-
фикации.
Как уже говорилось выше, в действительности отождествление объекта производится
по сравнительно небольшому конечному числу отношений данного объекта к окружающей
действительности. Если в течение данного промежутка времени эти отношения, свойства
идентифицируемого объекта не сохраняются, то оснований для отождествления данным
способом может и не быть.
Например, для отождествления золотой вещи (кольца) в качестве одного из признаков
можно использовать заранее известный (ранее определенный) вес этого предмета.
Но при идентификации, например, куска нафталина вес образца не может быть
использован в качестве признака, пригодного для отождествления из-за способности нафта-
лина к сублимации.
“...Признак, по которому производится отождествление, должен быть непрерывно
существующим, пока длится состояние предмета, которому принадлежит признак при
данных обстоятельствах и отношениях...”2. Необходимым условием при идентификации
предмета по внешней картине составляющей его материи (форме) является способность
сохранять эту форму в течение определенного отрезка времени. При идентификации же
предмета по материальным отображениям (следам) таким условием является его способность
сохранять форму при данных условиях следообразования.
2 Савинов А.В. Указ. соч. С. 140.
Тождество устанавливается по комплексу признаков, необходимых и достаточных для
отличия данного объекта.
Решение первой группы указанных выше задач относится к установлению признаков,
необходимых для тождества.
Второй задачей, решаемой при отождествлении объекта, является доказательство
достаточности, выявленной в совокупности признаков, для отличия этого объекта от ему
подобных.
Доказательство достаточности выбранной совокупности для идентификации объекта по
существу и есть оценка объективной ценности нашего заключения, вывода о тождестве.
В криминалистической литературе достаточно много писалось об объективных
научных основах той или иной идентификационной экспертизы. Но при внимательном
рассмотрении многих работ криминалистов выявляется совершенно поразительный факт
всеобщего умалчивания о том, что большинство криминалистических идентификационных
исследований не имеет общепризнанного однозначного объективного мерила оценки
совпадающих признаков и формулирования на их основе своих выводов.
Достаточность данной совокупности признаков для идентификации лица по почерку,
пальца по отпечатку, обуви по следу, оружия по следам на пулях и гильзах в конкретных
случаях экспертизы устанавливается на основании оценки их с точки зрения опыта данного
эксперта. Конечно, отрицать некоторую объективную значимость этого опыта нельзя.
Аналитический, вдумчивый подход любого эксперта к исследованию серий однотипных
объектов приводит к появлению у него общих навыков оценки Признаков изучаемого
объекта.
Единообразная практика работы ряда экспертов с постоянным обменным опытом,
дополненная знанием основных причин изменяемости признаков того или иного объекта, в
известной мере стихийно объективизирует оценку явления данным экспертом.
Но во всех случаях остается нерешенным такой важный вопрос: какова степень этой
объективизации убежденности эксперта. Ссылаясь на принципы диалектического метода, многие
ученые-криминалисты указывают, что мерилом объективной истинности криминалистического
отождествления является практика.
Ведь известно, рассуждают эти криминалисты, что правильность идентификационных
исследований подтверждается по большинству уголовных дел другими доказательствами,
соответствием результатов идентификации материальной истине по делу.
Нам представляется, что вопрос о практике как критерий истинности выводов эксперта при
установлении тождества указанным образом не решается.
Ведь очевидно, что в ходе расследований круг объектов, среди которых находится
идентифицируемый объект, сужен до предела, до нескольких, большей частью весьма
различающихся объектов. То, что по данной совокупности признаков эксперт правильно выбрал
объект из числа представленных следователем или идентифицировал один представленный
объект, не может быть практическим критерием достаточности этой совокупности для
установления тождества.
Практика как критерий истинности при решении идентификационных вопросов
заключается в ином.
В процессе идентификации эксперт должен иметь возможность путем сопоставления
исследуемых объектов с подобными им устанавливать идентификационную значимость
выявленной им совокупности признаков.
В настоящее время в лабораториях судебной экспертизы при установлении источника
происхождения разного рода объектов либо идентификации целого по частям нет заранее
установленных практических данных для объективной оценки значимости той или иной
совокупности признаков для доказательства тождества.
В связи с этим в качестве методического положения мы выдвигаем требование о
необходимости получать такие данные в процессе проведения самой экспертизы.
Для этого параллельно с исследованием самих вещественных доказательств проводится
изучение аналогичных однородных объектов, имеющих заведомо различное происхождение.
Если же подобные объекты исследовались раньше, то следует использовать эти данные в
качестве экспериментального материала при производстве экспертизы.
Практически указанное выше требование выполняется следующим образом. Если на
исследование поступили осколки фарного рассеивателя, и производится их сравнительное ис-
следование по химическому составу, то параллельно определяется состав 10-15 образцов фарных
рассеивателей той же марки, но имеющих различное происхождение. Если все эти объекты
(вещественные доказательства - с одной стороны и произвольные образцы - с другой) дифферен-
цируются данным методом по источнику происхождения, то данная методика пригодна для
отбора. Если же этой дифференциации не будет, то методика не обеспечивает такой отборочной
точности.
Ценность методики может быть известна и заранее, для чего несколько десятков или сотен
однородных объектов исследуются данным методом и сравниваются по этой совокупности
признаков. Отношение числа случаев совпадения свойств объектов заведомо разного
происхождения к числу всех исследованных объектов показывает отборочную точность метода
по выявленной совокупности признаков. Введение в число исследуемых объектов образцов
произвольного происхождения помогает эксперту, органам следствия и суду более объективно
оценить правильность и обоснованность полученных экспертом результатов.

П.В. Бондаренко, СЮИ МВД России Б.А. Евстигнеев, СГАП


ПРОБЛЕМЫ ДИАГНОСТИКИ В СУДЕБНОМ ПОЧЕРКОВЕДЕНИИ
Применение экспериментальных методов в научном исследовании, начатое в судебном
почерковедении в 50-е годы XX века, позволило к 70-ым годам не только разработать
основные теоретические и практические вопросы почерковедческой идентификации 1, но и
вплотную подойти к решению проблем диагностического исследования рукописных
объектов. Правда, сам термин “диагностика” был предложен В.А. Снетковым позднее 2, но
задачи по установлению некоторых фактов почерковедами уже решались3. Были
предприняты попытки систематизировать эти задачи 4, разработать элементы теории судебно-
почерковедческой диагностики5. Но разрыв между практикой -разработкой методик решения
экспертных задач - и теорией сохранялся. Он сохраняется и в настоящее время, что, по-
нашему мнению, проявляется в следующих моментах:
1
Манцветова А.И., Орлова В.Ф., Славуцкая И.А. Теоретические основы судебного почерковедения //Труды
ВНИИСЭ. М., 1967. Вып. 1; Орлова В.Ф. Теория судебно-почерковедческой идентификации //Труды ВНИИСЭ. М.,
1973. Вып. 6.
2
Снетков В.А. Проблемы криминалистической диагностики // Труды ВНИИ МВД СССР. Вып. 23. М., 1972.
3
Кулагин П.Г., Колонутова А.И. Экспертная методика дифференциации рукописей на мужские и женские. М.,
1970.
4
Неидентификационные исследования в почерковедческой экспертизе / Отв. ред. Л.Е. Ароцкер. Харьков, 1972.
5
Серегин В. В. Возможности судебно-почерковедческой диагностики свойств исполнителей рукописей:
Автореф. ... к. ю. н. М., 1983.
1. Отсутствие общепризнанной систематизации задач почерковедческой экспертизы.
Можно говорить, по крайней мере, о двух подходах. Ю.Г. Корухов и В.Ф. Орлова предлагают
подразделять экспертизы на идентификационные и диагностические, которые, в свою
очередь - на ситуационно-диагностические, собственно-диагностические и
классификационно-диагностические1. В.В. Серегин выделяет идентификационные,
диагностические и ситуационные задачи2.
Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений: Научно-практич. пособие.
М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА-М, 1998.
Серегин В. В. Возможности судебно-почерковедческой диагностики свойств исполнителей рукописей:
Автореф. ... к. ю. н. М., 1983; Он же: Некоторые вопросы диагностических и ситуационных исследований // Научно-
технический процесс и возможности криминалистики. Волгоград, 1991.
2. Нечетко определено понятие диагностического признака. Ведь сам по себе признак,
например, “преобладание интервального вида соединений букв в словах и элементов в
буквах” - может нести информацию как об особенностях навыка исполнителя
(идентификационный признак), так и о внешних условиях выполнения рукописи
(ситуационный признак) или о внутреннем состоянии писавшего (диагностический признак).
В рекомендациях по исследованию измененных рукописей говорится о необходимости
разграничения диагностических (ситуационных) и идентификационных признаков, иногда в
категорической форме: “в комплекс идентификационных признаков нельзя включать
ситуационные признаки, указывающие на факт необычности выполнения рукописи”3. В то же
время, например, согласно информационной диагностической модели леворучного почерка
диагностические признаки имеют различную значимость, т.е. признак может встречаться в
измененном почерке одного лица и не встречаться в измененном почерке другого лица 4.
Возникает вопрос, что препятствует использовать эту информацию для обоснования
идентификационного вывода?
Серегин В. В. Возможности судебно-почерковедческой диагностики свойств исполнителей рукописей:
Автореф. ... к. ю. н. М., 1983. С. 137.
Кошманов М.П., Шнайдер А.А., Шаова Т,Г., Исматова Т.И. Криминалистическое исследование рукописей,
выполненных непривычной пишущей рукой // Криминалистическая экспертиза: исследование документов: Межвуз.
сб. науч. ст. / Под ред. Б.Н. Морозова. Саратов: СЮИ МВД России, 1998. С. 65-67.
3. Экспериментальные исследования направлены на построение вероятностно-
статистических, описательных моделей. Такие модели формальны, трудно воспринимаемы,
поскольку за признаками не видны свойства почерка, от эксперта скрыта их закономерная
связь со свойствами личности. Сказываются и недостатки самого вероятностно-статистического
метода. Так, со времени разработки методики определения пола исполнителя рукописного текста 1
произошли изменения в методике обучения письму, не осталась застывшей и сама письменная
практика, что привело к появлению новых признаков и более редкому употреблению старых.
Например, увеличилась доля пишущих с левым наклоном почерка. А поскольку в
экспериментальном массиве таких почерков было меньше, то и информативная значимость
признаков для них другая. Не удивительно, что ошибки при определении пола исполнителя
рукописи, выполненной левонаклонным почерком, встречаются (по нашему опыту обучения
экспертов) чаще, чем при исследовании правонаклонных почерков.
Кулагин П.Г., Колонутова А.И. Экспертная методика дифференциации рукописей на мужские и женские. М.,
1970.
4. Не разработаны теоретические модели влияния на почерк значительного числа
сбивающих факторов, что делает невозможным их установление. Вообще очень остро, на наш
взгляд, стоит сам вопрос о моделировании в почерковедении. В.Ф. Орловой для объяснения
закономерностей, связанных с выполнением рукописных записей, были использованы
психофизиологические модели Н.А. Бернштейна и П.К. Анохина 2. “Психологический” компонент
в этих моделях представлен недостаточно. Двигательный акт рассматривается в значительной
степени с физиологической стороны. Поэтому применение данных моделей для объяснения
закономерностей выполнения рукописей и подписей с намеренным изменением признаков,
неподлинных подписей, где участие сознательного, “психологического” компонента значительно,
- мало эффективно.
2
Орлова В. Ф. Теория судебно-почерковедческой идентификации // Труды ВНИИСЭ. М., 1973. Вып. 6.
“Исследование почерка не исчерпывается изучением только двигательной стороны письма,
хотя она и должна занимать в этом познавательном процессе центральное место. Необходимо,
кроме того, изучение психологической стороны формирования, реализации образа и многих
составляющих его компонентов”, - подчеркивала В.Ф. Орлова1 , и это утверждение не потеряло
своей актуальности в настоящее время. Если проанализировать научные публикации последних
лет, то можно заметить, что для объяснения закономерностей выполнения многих почерковых
объектов учеными привлекаются различные модели, разработанные в рамках психологии или
психофизиологии после Н.А. Бернштейна и П.К. Анохина. Происходит как бы поиск адекватных
изучаемым закономерностям моделей, других взглядов на изучаемое явление. Очевидно, что
таких моделей и должно быть много. Важно, чтобы они использовались для получения новой
информации о почерке, а не для придания наукообразного вида сочинениям на темы о почерке.
Орлова В. Ф. Некоторые аспекты развития понятия почерка // Вопросы теории криминалистики и судебной
экспертизы: Мат. науч. конф. 1969. М.: ЦНИИСЭ, 1969. С. 44.
5. Кроме того, возникает проблема соотношения применяемых моделей и уже
наработанных систем признаков, методических рекомендаций. Так, например, возрастные изме-
нения, происходящие в почерке, затрагивают в большей степени физиологическую его
составляющую, чем психологическую. Проявлением дрожания рук, свойственным больным
паркинсонизмом, является извилистость штрихов. Чтобы подчеркнуть ее особый характер,
говорят о “следах мелкого дрожания пишущего прибора” 2.
Криминалистическое исследование подписей, выполненных от имени лиц пожилого и старческого возраста:
Методич. рек. для экспертов. М., 1983. С. 21.
В то же время при выполнении импровизированной подписи, где также происходят
изменения в почерке, но затрагивающие в большей степени психологическую составляющую,
можно наблюдать извилистость протяженных штрихов. Объяснить ее можно с позиций
психологии исполнительного действия тем, что программа построения такого движения из
единой структуры превращается в последовательность программ более мелких движений3. За
“извилистостью” в подписи лица, страдающего болезнь Паркинсона, и “извилистостью” в
импровизированной подписи стоят разные явления. Для того чтобы их выделить, нужно либо
вводить специальные термины, либо более точно описывать наблюдаемые характеристики
штрихов. По первому пути идут, например, при описании признаков почерка лиц пожилого
возраста (“признаки атаксии”, “персеверация движений” и др.). Здесь используются термины
физиологии и медицины. Второй путь предполагает описывать диагностические признаки,
например, по виду, степени выраженности и распределению в исследуемых почерковых
реализациях. Одним из авторов употреблялись термины: “характер проявления признаков
необычности”, “картина распределения признаков необычности”
Бондаренко П.В. Криминалистическое исследование подписей, выполненных от имени вымышленных лиц:
Дис. канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 115.
По-видимому, систему диагностических признаков еще только предстоит разработать.
И уже сейчас видны недостатки второго подхода: значительный перечень таких признаков;
определенная зависимость описания их вида от используемой модели (например,
“немотивированная остановка пишущего прибора”); вместо “степени выраженности” может
понадобиться более точное описание движения, например, по амплитуде, направлению и др.
(предположим, “мелкая извилистость штрихов, направленная перпендикулярно основному
движению”).
Таким образом, научные исследования по разрешению названных проблем, по мнению
авторов, должны быть направлены на разработку стройной, логичной системы,
включающей понятие судебно-почерковедческой диагностики, систематизацию ее задач,
создание теоретических моделей решения отдельных задач, систематизацию
диагностических признаков, разработку методик решения отдельных задач.
' Бондаренко П.В. Криминалистическое исследование подписей, выполненных от имени вымышленных лиц:
Дис. канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 176.

П.П. Комков, Саратовская ЛСЭ С.В. Галаев, СГУ


ОСОБЕННОСТИ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ХАРАКТЕРИСТИК ОБЪЕКТА ПРИ ПРОВЕДЕНИИ
ИНФОРМАЦИОННО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗ
В настоящее время в 90% случаев при проведении экспертных исследований
компонентов вычислительной техники бывает необходимо установить их характеристики.
Определение характеристик приборов возможно двумя способами. Первый заключается
в анализе маркировочных обозначений, присутствующих на компонентах. Второй же,
применимый для компьютерной техники способ, на который нам хотелось бы обратить
внимание - программные методы определения характеристик.
Первый метод включает в себя исследование и анализ существующих маркировочных
обозначений на внешних поверхностях деталей. Причем данный метод пригоден и в том
случае, когда исследуемый прибор работоспособен, и когда он неисправен.
Технология нанесения, а также сами маркировочные обозначения сильно различаются в
зависимости от типа и производителя компонента. Некоторые производители ог-
раничиваются идентификатором (номером) модели прибора, нанесенным краской на
поверхность печатной платы, например, прибор СВЗ-938ВМ - модуль памяти П1ММ
производства М.1ес. Серийный номер при этом наносится на наклейку, которая помещается
на поверхность прибора.
В маркировке процессоров имеются следующие особенности: производители
процессоров обычно указывают как название и номенклатуру (тактовую частоту прибора,
объем кэша, напряжение питания), так и уникальный серийный номер (который в новых
процессорах можно получить программно). Например, процессор 1п1е1® Реп^ит® III - 733
может иметь маркировку “733/256/133/1.IV 0043А334-0830-ЗЬ4СС”, где “733” - тактовая
частота процессора, “256” -объем кэш-памяти, “133” - тактовая частота шины, “1.7” -рабочее
напряжение, “0043А334-0830-5ЫСО” - серийный номер.
Производители жестких дисков и других многокомпонентных устройств очень часто
указывают набор номеров, из которых можно определить как непосредственно серийный
номер сборки прибора (и дату сборки), так и дату, время и место изготовления отдельных
компонентов, версию программного обеспечения контроллера диска. Например, на жестком
диске (}иап1ит ПгеЬаП 1с1 20 объемом 30 гигабайт часть обозначений нанесена на наклейки:
“30.0 СВ АТ Р1геЪа11 1с1 20, <2иапт,ит РаЛ МитЪег ОМЬЗООООЬО-А, Кеу: АОО, РМ: ;Р-
012340-125410115-12<ЭА, СТ: 239741055ЬРН01, Р/М: 204532-001, ОТЬА: 1ЛЭЗОА011-01-А
ЗО.ОАТ, 5М 353102621179 РО2ХХ”, а часть - краской или гравировкой: “(Зиапгдпп Р1геЪа11
1с1 20, 1220 2 В, АЬВЬ 0900, Т01212, 908 РА2 11242”. Здесь “риап^ит” - название фирмы-
производителя, “Р1геЪа11 20 1сЬ> - модель, “ЗООВ” - объем, “АТ” - интерфейс, остальные
обозначения - номера, присвоенные устройству и его компонентам на различных этапах
изготовления. Помимо этого краской нанесены номера патентов и стандартов безопасности
различных стран, которым соответствует жесткий диск.
Следует отметить, что многокомпонентные электронные устройства состоят из
большого количества микросхем, по маркировочным обозначениям которых в некоторых
случаях можно восстановить характеристики прибора. Например, нередко встречаются
“попате” (безымянные) сетевые карты, на которых не указана их модель, но имеется мар-
кировка основной микросхемы-контроллера, по которой можно определить характеристики
исследуемой карты. То есть, если на одной из микросхем присутствует маркировка
11М9003АР, то мы имеем дело с 10-мегабитной сетевой картой на базе контроллера 1ЛМС
ПМ9003АР.
Известны случаи, когда маркировочные обозначения могут быть фальсифицированы.
Так, в середине 90-х годов XX века на радиорынках города Москвы продавались так
называемые “пиленые” процессоры, маркировочные обозначения на которых были сточены
наждачной бумагой, и были нанесены новые, а именно, вместо “Реп(лит 90” наносилось
“РепИит 100”. Перемаркированные таким образом процессоры продавались по цене РепШт
100. Использовался тот факт, что тактовая частота процессоров определяется путем
интенсивного тестирования на заводе, и при наличии усиленного охлаждения процессор
будет работать на несколько большей, чем официальная, частоте.
Еще один пример несоответствия маркировочных обозначений - в 1998 году в Саратове
одной из компьютерных фирм под видом видеокарты 53 была продана видеокарта 51§та
ВезАдш Кее1Ма§1с 64ОХ. Маркировка на этой видеокарте соответствовала маркировке 53.
Если же исследуемый прибор работоспособен, то более рациональным способом
определения конфигурации системы и технических характеристик ее компонентов являются
программные методы - самодиагностика и самоинвентаризация системы. Безусловно,
необходимо при этом проанализировать маркировку объектов - несоответствие между
“заявленными” и реальными характеристиками объекта может представлять интерес для
органов, назначивших экспертизу.
Нам хотелось бы отметить, что различные компоненты (системного блока)
обеспечивают различные способы получения информации о себе, например, для процессоров
-инструкции срш<1, а для жестких дисков и дисководов СВ-КОМ - ответы на служебные
команды контроллера.
Возможности программных методов исследования базируются на том, что современная
вычислительная техника на платформе 1А-32 построена по принципу открытой архитектуры,
которая позволяет использовать компоненты разных производителей и с различающимися на
порядок характеристиками. Для того, чтобы собранная система могла функционировать,
элементы системы должны подчиняться соответствующему стандарту и сообщать свои
возможности (сараЬШ1лез) остальным элементам, и для определения характеристик
компонентов достаточно определить эти сараБШИез. Это дает возможность определить
ключевые параметры элементов, необходимые для работы системы, и даже в некоторых
случаях мы можем узнать заводские номера процессора, модулей памяти и других устройств.
Например, программным способом можно определить номера завода и конвейера, на которых
осуществлялась сборка современного жесткого диска путем подачи определенных команд
контроллеру.
Кроме прямых методов (запрос типа, модели устройства) выяснения характеристик компонентов системы
имеется возможность использования косвенных методов, таких как определение скорости выполнения
некоторых операций. Например, программа 5уз1ет Зреео! Тез{; позволяет выявить, какие устройства
установлены в системе (процессор, память и др.), работоспособны ли они и каковы их характеристики. Эта
программа содержит набор оценочных данных по скорости выполнения операций различными устройствами и
базу данных идентификаторов устройств.
Как показывает практика, не только современные компьютеры, но и практически все
современные модульные устройства, применяющиеся для построения информационных
систем, например, маршрутизаторы, содержат в себе возможность узнать их аппаратную
конфигурацию программными методами.
Необходимо отметить, что программные методы наряду с определением характеристик
устройств применяются для диагностики, то есть для определения работоспособности как
системы в целом, так и отдельных ее компонентов. Более того, только программными
методами можно осуществить достоверную диагностику компонентов системы, таких как
процессор, устройства хранения и передачи данных.

М.Н. Сосенушкина, ГУ ЭКЦ МВД России


ОСОБЕННОСТИ ИДЕНТИФИКАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ОТТИСКОВ
УДОСТОВЕРИТЕЛЬНЫХ ПЕЧАТНЫХ ФОРМ (ПЕЧАТЕЙ И ШТАМПОВ), ИЗГОТОВЛЕННЫХ
ПО СОВРЕМЕННЫМ ТЕХНОЛОГИЯМ
Оттиски удостоверительных печатных форм (печатей и штампов) относятся к одним из
наиболее часто встречающихся объектов технико-криминалистической экспертизы
документов. По данным ГУ ЭКЦ МВД России, данные объекты в 2001 году составляли 78%
от всего количества исследованных реквизитов документов.
Изучение копий заключений экспертиз по результатам исследования оттисков
удостоверительных печатных форм, проведенных экспертами экспертно-
криминалистических подразделений органов внутренних дел, беседы с экспертами данных
органов в процессе стажировок и семинаров показали, что несмотря на имеющиеся в их
распоряжении методические рекомендации1, затруднения при решении вопросов о тождестве
оттисков печатей и штампов, изготовленных по современным технологиям, встречаются
весьма часто.
1
Сафроненко Т.И., Сосенушкина М.Н., Белоусов Г.Г. Криминалистическое исследование удостоверительных
печатных форм (печатей и штампов), изготовленных по новым технологиям. М., 1999.
Изучение значительного количества удостоверительных печатных форм и их оттисков
показало, что даже при изготовлении нескольких экземпляров печатной формы с одной
фотоформы (при использовании фотополимерной технологии) или одновременное их
“вырезание” на резине с одного компьютерного набора (при использовании технологии
лазерного гравирования) и тем более при изготовлении печатной формы “с оттиска” можно
найти частные признаки, характеризующие конкретную печатную форму.
В связи с этим представляется необходимым остановиться на ряде особенностей
проведения идентификационных исследований оттисков удостоверительных печатных форм.
1. Важную роль при решении вопросов о тождестве играет фактор “сопоставимости”
сравниваемых оттисков по следующим критериям:
- качество бумаги, на которую они нанесены;
- толщина подложки;
- интенсивность окраски оттисков;
- сила нажима печатной формы;
- материал штемпельной подушки;
- цвет и качество штемпельной краски.
2. Немаловажное значение при решении вопроса о тождестве имеет наличие свободных
образцов оттисков удостоверительных печатных форм (особенно при наличии ряда
различающихся признаков, которые могут быть объяснены либо разницей во времени
проставления оттисков, либо когда причину различий нельзя объяснить).
3. При идентификационном исследовании оттисков удостоверительных печатных форм,
имеющих отдельные элементы защиты (растрированные элементы, микротексты), важно
изучение именно этих элементов. При подделке таких печатных форм достаточно сложно с
высокой точностью воспроизвести растр. Нередко можно встретить оттиски поддельных
печатей, в которых наблюдается (при достаточно большом увеличении) незначительное
несоответствие взаимного размещения отдельных элементов микротекстов, расположенных
по внешним ободкам. По этой причине изучению знаков микротекста (их размера,
графического рисунка знаков и их элементов), размещению его либо его отдельных
элементов по отношению к основному тексту оттисков следует уделять максимальное
внимание.
4. При наличии комплекса совпадающих общих и частных признаков необходимо
изучение микроструктуры границ краев штрихов. При этом увеличение микроскопа не
должно быть менее 24-х.
5. При идентификационном исследовании оттисков удостоверительных печатных форм
могут быть сделаны следующие выводы:
— категорический положительный вывод о наличии тождества (в случае совпадения
всех выявленных признаков как общих, так и частных);
— категорический положительный вывод об отсутствии тождества (при обнаружении
существенных различий);
— вероятный вывод о наличии либо об отсутствии тождества (когда выявленные
признаки не составляют совокупности, достаточной для категорического вывода);
— вывод о невозможности решения вопроса (в случае отсутствия совокупности,
достаточной для какого-либо вывода, как категорического, так и отрицательного, например,
когда сравниваемые оттиски нанесены печатью, не бывшей длительное время в
эксплуатации).
Ранее в методических рекомендациях1 мы предлагали делать условно-категорический
вывод (когда при совпадении комплекса признаков, индивидуализирующих печатную форму,
обнаруживаются существенные различия в оттисках), например: “...при условии, что при
изготовлении печати не были повторно использованы оригинал-макет, фотоформа, а также не
был использован оттиск подлинной печати в качестве оригинала, исследуемый оттиск
нанесен представленной на экспертизу печатью”.
Сафроненко Т.И., Сосенушкина М.Н., Белоусов Г.Г, Криминалистическое исследование удостоверительных печатных
форм (печатей и штампов), изготовленных по новым технологиям. М., 1999.
Помимо этого в ряде изученных нами заключений экспертов по результатам технико-
криминалистического исследования оттисков удостоверительных печатных форм мы
обнаруживали “альтернативные” выводы (например: “оттиск, расположенный в документе”,
мог быть нанесен как печатью, экспериментальные образцы оттисков которой представлены
для сравнения, так и иной, имеющей с ней общий источник происхождения (один
компьютерный набор, одна фотоформа и пр.). При этом вопрос о конкретном способе
изготовления печатной формы, кроме как констатация того, что в документе имеется “оттиск,
нанесенный высокой печатной формой”, не решался.
На наш взгляд, указанные выводы в отношении оттисков удостоверительных печатных форм не
корректны. Связано это с тем, что согласно методики идентификационного исследования удостоверительных
печатных форм после установления факта, что в документе имеется именно оттиск, а не его имитация,
необходимо установление конкретной технологии изготовления печатных форм, которыми нанесены
сравниваемые оттиски (традиционная, фотополимерная, “флеш”, технология лазерного гравирования и пр.).
Однако в процессе экспертного исследования конкретный способ изготовления печатной формы по ряду
объективных причин (низкое качество штемпельной подушки, слабое окрашивание оттиска, “смазанность”
оттиска) не всегда возможно установить. Поэтому в процессе Дальнейшего сравнительного исследования
становится затруднительным разделить выявленные признаки на общие и частные, поскольку для одной
технологии определенные признаки являются общими, а для другой - частными.
Таким образом, как в условно-категорическом, так и в альтернативном выводе
предполагается то, что для изготовления сравниваемых оттисков могли быть использованы
различные технологии изготовления печатных форм, что делает данный вывод выводом о
невозможности решения вопроса о тождестве.

П.М. Кошманов, ВА МВД России


РОЛЬ Е.Ф. БУРИНСКОГО И С.М. ПОТАПОВА В СОЗДАНИИ КЛАССИФИКАЦИИ
ИДЕНТИФИКАЦИОННЫХ ПРИЗНАКОВ ПОЧЕРКА
В методологии науки общепризнанным считается тот факт, что создание стройной
классификации есть сверхсложная задача. Сложность этого процесса в первую очередь
обусловлена выбором основания классификации, так как “при классификационной
деятельности основания и являются именно такими средствами, с помощью которых
возводится весь каркас классификационной системы”1.
1
Жог В.И., Леонов В.П. Методологический анализ оснований классификации наук // Философские науки:
Научно-теоретический журнал. М., 1991. Вып. № 2. С. 84.
Логически правильная классификация идентификационных признаков почерка не
только упорядочивает распределение признаков в системе, но и позитивно сказывается на
процессе экспертного исследования, а именно:
1) позволяет последовательно от общего к частному осуществлять анализ признаков в
рукописи;
2) дает возможность экспертам единообразно выделять и однозначно оценивать каждый
отдельный признак почерка и их совокупность, на основе которой строится вывод эксперта-
почерковеда;
3) дает возможность одинаково описывать признаки почерка в заключениях экспертов-почерковедов и
размечать их в фототаблице;
4) упорядочивает процесс экспертного исследования, делает его логически
последовательным;
5) способствует объективной оценке выводов эксперта-почерковеда следователем и
судом.
В России создание классификации признаков почерка во многом обязано работам Е.Ф.
Буринского. Проделанный им анализ обширной иностранной литературы, а также
собственный эмпирический материал послужил базой для написания монографической
работы по исследованию документов, в которой значительное место отводилось судебному
почерковедению. Этот термин в последующем и стал означать отрасль знаний, предметом
исследования которой являются закономерности формирования письменно-двигательного
навыка и процесса его экспертного исследования.
См: Буринский Е.Ф. Судебная экспертиза документов. СПб., 1903. С. 177-190.
Несмотря на то, что в указанной работе система признаков почерка не была объектом
исследования, тем не менее анализ основных положений этой работы позволил нам выделить
комплекс признаков, которыми оперировал автор в процессе производства экспертиз.
Таковыми являются:
1. Направление движения, которое определялось как левоокружное и правоокружное.
2. Построение почерка - это выделение основных элементов и изучение их взаимных
зависимостей (конструктивное строение почерка).
3. Общее направление линии строки подразделялось на поднимающееся и
опускающееся.
4. Угол выпрямления строки представлял собой положения отдельных частей строки к
общей линии письма. По этому признаку почерки дифференцировались на “падающие” и
“поднимающиеся” (наклон).
5. Размах почерка или “амплитуда” определялись посредством количества знаков,
выполненных без перемещения руки.
6. Разгон почерка понимался как отношение высоты букв к длине слов.
7. Непрерывность письма устанавливалась по знакам выполненным без отрыва пишущего
прибора (степень связности).
8. Напряжение почерка представляет собой отношение высоты букв к представленной в
виде прямой линии ширине знаков (разгону).
Кроме названных признаков в работе описывался ряд диагностических признаков,
характеризующих болезненно-патологические состояния исполнителя рукописи.
Приведенный Е.Ф. Буринским комплекс признаков не представлял собой системного
образования. К тому же сами признаки отождествлялись им с основными элементами и их
взаимной зависимости, что было подвергнуто справедливой критике С.М. Потаповым1. Кроме
того, практически все признаки были выражением особенностей, характеризующих почерк в
целом. Тем не менее отдельные признаки были использованы в более поздних классификациях, а
их понимание автором представляло несомненный интерес для судебного почерковедения.
* См.: Потапов С.М. Научное почерковедение //Советское государство и право. 1940. № 12. С. 81.
Следующим шагом на пути становления системы признаков явилась классификация,
разработанная С.М. Потаповым2.
2
См.: Криминалистика //Техника и тактика расследования преступлений. Кн. 1: Советское законодательство.
М., 1935. С. 117-127; Криминалистика //Техника и тактика расследования преступлений. М., 1938. С. 269-282.
В ней все признаки почерка делятся на три группы. Первая характеризует привычки
пишущего по размещению текста, и в ее состав входят: поля и конфигурация линии поля;
разделы текста (абзацы); размер интервалов (промежутков) между строками; направление линии
строки (параллельность); размещение слов относительно линии строки (положение); размещение
самостоятельных фрагментов; расстановка знаков препинания; употребление знаков переносов
слов и других; способы сокращения слов для обозначения сумм и мер.
Вторая группа включает в себя общие признаки почерка, которые представляют собой
следующее:
выработанность почерка, определяемую через твердость, четкость, беглость и округлость
движений;
направление движений в почерке, которое определялось для криволинейных элементов как
правоокружное и левоокружное, для прямолинейных элементов - как поднимающееся и
падающее;
взаимоотношение движений в почерке включало в себя: размер, разгон, напряжение
(связность), наклон, нажим.
Третья группа содержала особенные признаки, в состав которых вошли:
- рефлекторные движения в штрихах;
- мелкие привычки письма.
Рассмотренная классификация признаков почерка заметно отличается от предыдущей
большей степенью логичности и научности ее структуры. В ней по существу четко выражено
деление признаков на общие и особенные (частные). Довольно детально разработаны многие
общие признаки почерка и даны некоторые критерии их определения. Существенным
недостатком этой классификации явилась незавершенность анализа особенных (частных)
признаков почерка. Несмотря на это, многие из приведенных в ней признаков почерка, а также
основания их систематизации были использованы в последующих классификациях, которые
применялись в практической экспертной деятельности различных ведомств до середины
шестидесятых годов прошлого столетия.

И.В. Огорелков, в/ч 34435


МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ АНАЛИЗА ТЕКСТОВ
С МАСКИРОВКОЙ ОСОБЕННОСТЕЙ ПИСЬМЕННОЙ РЕЧИ
1. Автороведческое исследование принадлежит к числу тех криминалистических
исследований, которые занимаются изучением проявлений навыковой деятельности. Предметом
автороведческого исследования является проявление навыка речи и мышления, или
речемыслительного навыка.
2. Речемыслительный навык находит свое отражение в разного рода высказываниях
(текстах): устных, рукописных, машинописных, печатных. В связи с этим объектом
лингвистического анализа, т.е. тем материалом, в котором навык проявляется и может быть
изучен, является текст.
3. В тексте содержатся два вида информации: основная - о познаваемом объекте,
предмете изложения, дополнительная - о самом познающем субъекте, его особенностях и со-
стояниях.
В подавляющем большинстве случаев автор высказывания не имеет четкого
представления о передаваемой им дополнительной информации, так как его внимание не
сосредоточено на ней. Однако в ряде случаев дополнительная информация сознательно
вносится в высказывание автором (например, при имитации авторства). Такая информация не
всегда носит объективный характер, она в наибольшей степени осознается автором и поэтому
может быть умышленно введена в текст в целях маскировки.
4. В то же время носителем дополнительной информации об особенностях личности
автора служат не только особенности смысловой стороны текста (которые сравнительно
легко подвергаются искажению в целях маскировки), но и языковой стороны текста.
5. Дополнительная информация не исчерпывает всего объема информации о личности
автора, которая может быть получена при исследовании текста документа. Необходимо также
учитывать особенности основной информации текста, которая может быть установлена без
специальных знаний. В основной информации могут содержаться конкретные сведения об
авторе (о возрасте, поле, национальности, профессии) и которые отобразились в его
сознании. Такая информация осознается автором текста и легко применяется в целях
маскировки личности автора. Для доказательства ложности такой информации необходимо
проведение комплексного лингвистического исследования письменной речи автора.
6. Письменная речь есть фиксируемая с помощью системы графических знаков
деятельность индивида, применяющего язык для взаимодействия с другими членами данного
языкового коллектива. Эту деятельность можно рассматрирать как сложно организованную и
саморегулирующуюся систему, функционирование которой осуществляется на основе
комплекса навыков, качественно неоднородных.
Под признаками письменной речи следует понимать особенности смысловых и
языковых структур текста, в которых отображаются свойства речемыслительного навыка
личности. Можно обозначить две основные группы признаков письменной речи: смысловые
(формально-содержательные) и языковые (лингвистические).
7. Лингвистическое исследование предполагает анализ как смысловых (формально-
содержательных), так и лингвистических признаков письменной речи автора в
совокупности. Конечной целью исследований является построение модели
речемыслительного навыка, отразившегося в данном тексте. Так же, как разработка почерка в
почерковедении, модель речемыслительного навыка, во-первых, используется при розыске ее
“владельца” (после чего проводится сравнительное исследование и
отождествление/разделение навыка), во-вторых, входит основной частью в диагностическую
разновидность автороведческого исследования (комплексное исследование документа с
целью выдвижения предположений о личности его автора и исполнителя). Однако в
отдельных случаях, составляя модель речемыслительного навыка, исследователь может
обратить внимание на несоответствие между смысловыми и лингвистическими
признаками письменной речи (в тексте, составленном от лица женщины, содержатся, в
основном, признаки письменной речи, отражающие психолингвистические навыки
мужчины). В таких случаях целесообразно ввести в автороведческое исследование понятие
“маскировка письменной речи”.
8. Побудительной причиной появления маскировки обычно является желание автора
сообщить адресату некую информацию таким образом, чтобы данные об авторе остались
неизвестными, скрытыми от гласности. Таким образом, можно дать следующее определение
данного понятия: маскировка письменной речи - это сознательное изменение автором текста
формально-содержательной (смысловой) и языковой структуры своей письменной речи с
целью скрыть от адресата информацию о своей личности или дать заведомо ложную
информацию.
9. Необходимым и достаточным условием факта маскировки письменной речи является
наличие в исследуемом тексте несоответствий между отдельными элементами лингвистических
признаков (например, высокая степень развития пунктуационных, орфографических навыков
явно не соответствует низкой степени развития синтаксических навыков), несоответствий между
смысловыми и лингвистическими признаками письменной речи (в тексте, составленном от лица
мужчины, содержатся, в основном, признаки, отражающие психолингвистические навыки
женщины).
10. Если маскировка проведена очень тщательно, то обнаружить значительное число
отклонений от особенностей письменной речи, под которую произведена подстройка,
практически невозможно. Если же маскировка произведена небрежно, на основании
обнаруженных отклонений можно сделать вероятное, а иногда и прямое заключение в отношении
лица, совершившего маскировку.
11. Маскировка письменной речи достаточно условно разделяется на три основных
вида: подстройку под письменную речь конкретного лица, искажение письменной речи (за счет
снижения уровня грамотности, изменения уровня культуры речи, нейтрализации письменной
речи), имитацию авторства (женщины, мужчины, лиц молодого, пожилого возраста, лиц с
психическими отклонениями, лиц конкретных профессий).
12. Подстройка под письменную речь конкретного лица представляет собой изменение
автором отдельных смысловых признаков письменной речи, выделенных в тексте-источнике
подстройки.
13. Искажение письменной речи представляет собой сознательное (умышленное)
изменение автором отдельных лексических, стилистических, синтаксических, орфографических,
пунктуационных особенностей своей письменной речи с целью скрыть от адресата информацию
об отдельных свойствах своего речемыслительного навыка.
Существуют три основные разновидности искажения письменной речи: искажение
письменной речи за счет снижения уровня грамотности, за счет изменения своего уровня
культуры речи, за счет нейтрализации своей письменной речи. Необходимым и достаточным
условием для установления факта искажения письменной речи (всех трех ее разновидностей)
является наличие в исследуемом тексте несоответствий определенных лексико-стилистических,
синтаксических и других структур.
14. Имитация авторства представляет собой составление текста документа от имени лица с
другими социально-биографическими характеристиками, что влечет за собой изменение
смысловых (формально-содержательных) признаков письменной речи и малой части
лингвистических (изменение категории рода). Можно выделить несколько разновидностей
имитации авторства в зависимости от того, от имени какого лица (с какими социально-
биографическими характеристиками) составлен исследуемый текст: имитация авторства
мужчины, женщины, лица молодого возраста, лица пожилого возраста, лица конкретной
профессии, лица с отклонениями в психике. Необходимым и достаточным условием для
установления факта имитации авторства является наличие в тексте признаков письменной речи
(высокоинформативных), не свойственных тому лицу, от имени которого составлен исследуемый
текст.
15. Все перечисленные виды маскировки письменной речи достаточно часто встречаются в
документах, исследуемых специалистами-автороведами, и поэтому разработка данной
проблематики актуальна для экспертной практики криминалистических подразделений.
Г.В. Аверкова, СГАП (

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИАГНОСТИКИ ЛИЧНОСТИ ПО ФОНОГРАММАМ


УСТНОЙ РЕЧИ
В последнее время в практике работы правоохранительных органов участились случаи
поступления по телефону сообщений от граждан о фактах, имеющих непосредственное
отношение к событию преступления. При этом звонившие по определенным причинам не
желают называть себя, чем усложняют процесс расследования преступления и увеличивают
сроки его производства. Иногда граждане самостоятельно приносят фонограмму,
произведенную ими, чтобы доказать, что какой-то неизвестный шантажирует' оскорбляет или
угрожает им по телефону.
Значительное количество фонограмм, используемых для раскрытия преступлений,
появляется в результате применения технических средств аудиозаписи при проведении опе-
ративно-розыскных мероприятий, предусмотренных ст. 6 Федерального закона “Об
оперативно-розыскной деятельности”1. Представляется, что производство такого следствен-
ного действия, как контроль и прослушивание переговоров, предусмотренного ст. 186 УПК
РФ, увеличит объем получения следователем аудиоинформации. Но даже и в этих случаях
могут складываться ситуации, когда, несмотря на принятие ряда оперативных мер, лица,
интересующие правоохранительные органы, оказываются не установленными. Причем в
данную категорию входят не только потенциальные подозреваемые в совершении
преступления, но также и те лица, которые предположительно или действительно рас-
полагают значимой для следствия информацией. При таких обстоятельствах возникает
острая необходимость проведения экспертного исследования фонограмм устной речи в целях
выявления ряда физиологических, социальных и иных личностных характеристик
неизвестных лиц.
1
ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности” от 05.07.95. // Информационно-правовая система
Гарант 5.0.
В экспертных учреждениях МЮ РФ и МВД РФ был разработан ряд экспериментальных
методик, позволяющих диагностировать некоторые личностные характеристики человека по
фонограммам устной речи. Такие диагностические исследования проводятся в рамках
специального вида экспертиз - фоноскопической2.
Термин “специальная” применительно к рассматриваемому виду фоноскопического исследования указан
в п. 1.2 Приложения 2 к Типовому положению о базовом межрегиональном отделе (отделении) специальных
экспертиз и исследований ЭКП ГУВД, УВД краев, областей, г.г. Москвы, Санкт-Петербурга и Ленинградской
области, УВДТ, утв. Приказом МВД РФ от 26.07.95. №284 //Информационно-правовая система Гарант 5.0.
Вопрос о названии данного вида экспертиз на сегодняшний день остается
дискуссионным. Первоначально такие исследования называли фоноскопическими, что в
переводе с греческого (“рЬопе” - звук и “зкорю” - смотрю, наблюдаю) означает “наблюдение
звука”. Впоследствии было предложено более точное, по мнению авторского коллектива
методического пособия “Идентификация человека по магнитным записям его речи” 1,
название: фонографическая экспертиза (греч. “рЬопе” - звук и “§гарЬо” - пишу) -“экспертиза
записи звука”. В настоящее время первое название применяется экспертными учреждениями
системы МВД РФ, а второе - экспертными учреждениями системы Министерства юстиции
РФ.
Идентификация человека по магнитным записям его речи. М., 1995.
По нашему мнению, эта дилемма разрешима, если обратиться к сущностям
исследуемых на экспертизе явлений и процессов. Кроме указанного этимологического
значения слова “фоноскопия” (наблюдение звука), один из вариантов перевода трактует его
как “звукорассмотрение” (“рЬо-по” - звук, “зкорю” - рассматриваю). Представляется, что
именно данный термин в полной мере соотносится с сущностями идентификационных и
диагностических исследований фонограмм с записью устной речи с целью установления
принадлежности записанной на фонограмме речи личностных характеристик человека, так
как “рассмотрение” звука предполагает обращение к его содержанию в различных аспектах и
т.п., не затрагивая процесса получения магнитного отображения звука. Фонографию (“рпопо”
- звук, “§гаргю” - пишу, дословно “звукозапись”), под которой понимается и сам процесс, и
его конечный результат (фонограмма), можно определить как технико-криминалистическое
исследование фонограмм (установление характеристик аппаратуры магнитной записи,
установление условий и способа записи фонограммы (оригинал - копия, монтаж, радиоканал
- телефонный - акустический канал и др.).
Нашу позицию подтверждает также и существующие специализации экспертов, которые выделяются в
соответствии с дифференциацией экспертиз: 1) идентификация лиц по фонограммам устной речи; 2)
техническое исследование фонограмм1.
' Приложение к Положению о Центральной экспертно-квалифи-кационной комиссии МВД РФ. Утв. Приказом
МВД РФ от 31.03.97. № 190 // Информационно-правовая система - Гарант 5.0.
Диагностика личностных характеристик человека по фонограммам речи не включена в этот
перечень ввиду недостаточной теоретической изученности и ограниченной эмпирической базы.
Тем не менее, на наш взгляд, этот вид фоноскопических исследований должен быть включен в
Перечень специализаций экспертов и объединен в один блок с идентификационными
исследованиями устной речи.
Объединение в рамках одного вида экспертиз диагностических и идентификационных
исследований устной речи человека связано прежде всего с тем, что методика иден-
тификационных и методика диагностических исследований существенно не различаются, если не
иметь в виду обусловленный целями изучения различный подход к оценке степени
индивидуальности контекста и признаков устной речи, выявленных в процессе экспертизы. В
идентификационных исследованиях анализируется индивидуальность контекста, позволяющая
отличить человека от любого другого; в диагностических - совокупность признаков, по которым
его можно причислить к определенной группе. Принципы, порядок, правила производства и
другие требования к указанным исследованиям в целом являются общими 2. Вместе с этим первая
задача, стоящая перед экспертами, — определение категориальных свойств личности говорящего
(образования, сферы профессиональных интересов, регионального диалекта и т.д.). Это служит
предпосылкой того, что в дальнейшем, когда определен круг подозреваемых лиц, можно было
получить сравнительные образцы их голоса и речи для дальнейшей идентификации.
2 Ложкевич А.А., Снетков В.А., Чиванов В.А., Шаршунский В.Л. Основы экспертного криминалистического
исследования магнитных фонограмм. М., 1977.
Как и любое исследование диагностика имеет свои задачи, цели, предмет и объект.
Существует несколько классификаций диагностических задач. Особого внимания, на наш
взгляд, заслуживает классификация диагностических задач, предложенная Ю.Г. Коруховым. Ее
положения носят общий характер, но тем не менее легко позволяют установить особенности,
присущие диагностике личности. В основе выделения общих групп диагностических задач
лежит характер изучаемых свойств и условий: 1) внутренние - свойства и состояния объекта; 2)
внешние, обстановочные - время, место функционирования объектов; 3) исследующие механизм
возникновения и протекания процессов, взаимодействие объектов между собой; 4) исследующие
соотношения объектов (событий, действий)1.
Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений. М., 1998.
Анализ данного перечня дает возможность установить, что сущность изучаемого нами
явления выражает группа внутренних задач, которая в свою очередь подразделяется на
подгруппы и принимает следующий вид:
1.1. диагностическое исследование свойств и состояний объекта при его непосредственном
исследовании;
1.2. диагностическое исследование свойств и состояния по отображению объекта:
1.2.1. определение наличия следа - отображения объекта и степени его информативности;
1.2.2. установление причины изменений свойств объекта, зафиксированных в отображении;
1.2.3. установление свойств и состояния объекта в момент возникновения его отображения
(в нашем случае - это диагностика свойств личности по фонограмме устной речи.
К диагностическим задачам, связанным с получением сведений о личностных
характеристиках человека, речь которого зафиксирована на фонограмме, относятся:
1) определение пола, возраста, анатомических особенностей речеобразующего тракта,
физических и психологических характеристик лица, речь которого представлена на фонограмме;
2) установление местности, где формировалась устная речь, и возможных мест длительного
проживания лица, речь которого зафиксирована на магнитном носителе;
3) распознавание некоторых социальных характеристик лица (уровень и
направленность образования, интеллект, уровень культуры и т.п.)
4) выявление и определение эмоционального состояния лица в период звукозаписи его
устной речи1.
1
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Криминалистика. М., 2000.
Необходимо отметить, что данные классификации диагностических задач представляют
собой гармоничное единство, дающее системное представление о назначении диагностики
личностных характеристик человека по фонограммам речи, а также ее предмете и целях.
Предметом фоноскопической диагностической экспертизы будет выступать исследование
отображений объекта, направленное на получение информации о людях, чьи голоса записаны
на фонограмме. Целью такого исследования является установление объекта на основе
предварительного накопления о нем знаний.
Проблемным в диагностической экспертизе свойств человека является определение
объекта исследования, что обусловлено отсутствием единого подхода к определению его
содержания в теории криминалистики. В криминалистической и процессуальной литературе
под объектом экспертизы понимается в его общем плане материальный носитель
информации о фактических данных, связанных с расследуемым событием. Отсюда
выводятся главные свойства такого объекта: его материальная природа, информационная
роль в установлении фактических данных, связь установленных данных с совершенным
преступлением2. Такого рода трактовка объекта хотя и отражает главные его свойства как
носителя информации, однако не раскрывает в полной мере понятия “объект”. Для раскрытия
данного понятия должна быть рассмотрена не только материальная природа носителя
информации, но и источник информации. В фоноскопическом исследовании таким ис-
точником является личность.
2
Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследования преступлений. М., 1998.
Объект экспертизы представляет достаточно сложную систему, включающую три
элемента: а) фактические обстоятельства как источник информации; б) материальный носи-
тель этой информации; в) условия передачи, закрепления и хранения информации, т.е.
механизм взаимодействия отражаемого (источника) и отражающего (носителя)1. Примени-
тельно к фоноскопическому диагностическому исследованию элементы, составляющие ее
объект, характеризуются следующими особенностями. При распознавании личностных
характеристик человека необходимо различать источник информации в широком и узком
смыслах. Источником информации является непосредственно сам человек — носитель
определенных свойств (физиологических, психических, социальных и др.), которые дают
возможность окружающим (в т.ч. оперативному работнику, следователю, эксперту)
воспринимать его целостно, как личность. Любая экспертиза, исследующая человека, изучает
либо какую-то одну область его свойств и их проявлений (так, судебно-медицинская
экспертиза обращается к анатомии и физиологии человека), либо несколько свойств в их
совокупном проявлении (например, фоноскопическая экспертиза - установление и
физиологических, и психологических, и социальных свойств). Поэтому источником
информации в широком смысле является человек во всей совокупности своих характеристик
и свойств. В узком значении источником информации в фоноскопической диагностике
являются устно-речевые навыки человека. Именно речевая деятельность является
приоритетным способом передачи сведений, дает возможность получить данные об
интересующих следствие свойствах личности. Таким образом, целесообразно выделить 2
объекта в диагностической экспертизе личностных характеристик человека:
диагностируемый - человек - и диагностирующий - устно-речевые навыки.
Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений. М., 1998.
Одним из способов фиксирования, накопления и сохранения звуковой речевой
информации является магнитная звукозапись. Такая информация фиксируется на специально
предназначенных для этого носителях записи2. Процесс магнитной звукозаписи представляет
собой преобразование непосредственной формы УР (механических колебаний частиц упругой
среды) в опосредованную форму, т.е. в соответствующие механическим колебаниям изменения
локальной намагниченности носителя записи. Непосредственная УР создает лишь мысленный
звуковой образ. Но при производстве экспертизы звуковой образ не может быть подвергнут
исследованию, поскольку нет средств и методов, позволяющих его объективно воспроизвести.
Поэтому формой, дающей возможность фиксировать и многократно воспроизводить речевые
сообщения, является фонограмма.
Ложкевич А.А., Снетков В.А., Чиванов В.А., Шаршунский В.Л. Криминалистическое исследование магнитных
фонограмм. М., 1976.
Возможность проведения диагностических исследований УР по ее фонограммам вызвана
теми свойствами системы магнитной звукозаписи, которая позволяет ей однозначно, практически
без искажений воспринимать отражающие признаки диагностируемого объекта 1.
1
Белкин Р.С., Винберг А.И, Криминалистика и доказывание. М., 1969.
На основании вышеизложенного можно дать следующую характеристику:
криминалистическая диагностика личности по фонограммам устной речи представляет собой
исследование, проводимое путем выявления закономерностей формирования и реализации устно-
речевых навыков, зафиксированных на фонограмме в целях получения розыскной и
доказательственной информации.

В.Ф. Финогенов, О.А. Косыгин, СЮИ МВД России


ВОЗМОЖНОСТИ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ДОКУМЕНТОВ В
ПРОФИЛАКТИКЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С КРАЖАМИ И УГОНАМИ
АВТОТРАНСПОРТНЫХ СРЕДСТВ
Эффективная борьба с кражами и угонами автотранспортных средств (АТС) возможна
лишь при условии знания сотрудниками ОВД видов и способов подделки документов на право
владения и управления АТС, а также навыков выявления подделок в данных документах.
Анализ проведенных нами исследований показал, что продолжается рост числа поддельных
документов на право владения и управления АТС. Причем наиболее часто фальсифицируются
следующие три группы документов: документы на право управления; документы,
подтверждающие регистрацию; документы, подтверждающие владение и распоряжение АТС.
Документы на АТС подделываются полностью либо частично. В первом случае
изготавливается целиком бланк документа, соответствующие клише удостоверительных
печатных форм (например, печати МРЭО), после этого бланк заполняется с нанесением на него
соответствующих реквизитов (записи, подписи от имени должностных лиц, оттиски печатей и
штампов). В последнее время большая часть поддельных бланков изготавливается
полиграфическим способом либо с использованием компьютерных технологий. Наиболее часто
встречаемые документы с подделкой такого рода: паспорт транспортного средства (ПТС);
свидетельство о регистрации транспортного средства; справка-счет; временное разрешение и
водительское удостоверение. Исключение составляют бланки водительских удостоверений,
изготовляемых на базе комплексных автоматизированных систем изготовления и учета
водительских удостоверений с использованием специальной синтетической бумаги1.
1
Приказ МВД России № 120 от 19 февраля 1999 г. “Об утверждении образцов водительских удостоверений”.
В большинстве случаев выявить подделку такого вида возможно только после проведения
экспертного исследования, так как современнтые технические средства позволяют добиваются
высокой имитации специальных защитных средств.
Частичная подделка сводится, как правило, к внесению в подлинный документ каких-либо
изменений путем исправлений, подчистки, дописки, подделки оттиска печати (штампа).
Наиболее часто такого вида изменения вносятся в следующих документах: в ПТС - фиктивная
запись о замене кузова (двигателя) с неподлинным оттиском печати МРЭО; в ПТС ставятся
фиктивные отметки о снятии АТС с учета; в ПТС, справку-счет вносятся изменения в записи о
цвете, марке, годе выпуска, идентификационного номера (У1М), номера двигателя (кузова),
адреса и наименование собственника транспортного средства1.
Частичная подделка во многих случаях может и должна выявляться при внимательном
осмотре документа, однако часто бывает, что и здесь не обойтись без экспертного ис-
следования.
На практике встречаются случаи, когда вследствие нарушения хранения документов
преступники используют похищенные бланки документов, печатей и штампов.
Для установления подлинности (неподлинности) документов назначается
криминалистическая экспертиза документов, в зависимости от задачи - технико-
криминалистическая, почерковедческая либо комплексная.
При назначении технико-криминалистической экспертизы документов перед экспертом
часто ставятся следующие вопросы:
в случае полной подделки документа:
- каким способом изготовлен бланк исследуемого документа;
- не с данной ли печатной формы выполнен исследуемый бланк;
- не использовались ли для изготовления документа средства и материалы,
обнаруженные у подозреваемого; в случае частичной подделки:
- изменялось ли первоначальное содержание документа, если да, то каким способом и
каково первоначальное содержание;
- каким способом нанесен оттиск печати в документе;
- каков способ изготовления печатной формы, оттиски которой нанесены в документе;
- не данной ли печатью (штампом) нанесены оттиски в документе;
- какова последовательность выполнения реквизитов документа.
В документах на АТС нового образца практически все записи выполняются с помощью
печатающих устройств, в связи с этим возрастает значение подписи должностного лица.
Фальсифицированной подписи стараются придать максимальное сходство с подписью лица,
от имени которого она выполняется. При этом в одних случаях подражают почерку лица, от
имени которого выполняется подпись, в других случаях применяют различные технические
средства и приемы с целью добиться сходства с подписью-оригиналом. При этом, как
правило, назначается комплексная технико-криминалистическая и почерковедческая
экспертиза, и перед экспертом могут быть поставлены вопросы следующего характера:
- не выполнена ли подпись от имени ... с использованием технических средств или
приемов, если да, то каких именно;
- кем, Ивановым И.И. или другим лицом выполнена подпись от имени ... в исследуемом
документе.
В настоящее время ведутся активные работы по разработке и внедрению документов на
АТС, имеющих повышенную степень защиты от подделки.
Так, в связи со значительным количеством поддельных доверенностей на АТС было
предложено выполнять бланки доверенностей однотипными, защищенными от подделки, со
строгой отчетностью в их использовании1. На смену техническим паспортам,
представляющим собой бланк-книжку с низкой степенью защиты от подделки, в настоящее
время используется более защищенный документ -свидетельство о регистрации
транспортного средства. Бланк этого документа имеет ряд степеней защиты, его реквизиты
заполняются с помощью печатного устройства, после чего документ ламинируется2. Ведутся
работы, направленные на повышение защищенности водительских удостоверений, справки-
счета, ПТС и других документов.
1
Баехчев В.Г. Некоторые особенности расследования краж АТС, совершенных организованными группами //
Вестник МВД РФ. № 5. 1997. С. 5.
Раскрытие преступлений, связанных с хищением автотранспорта // Инф. сб. НЦБ Интерпола в РФ. № 14.
1995. С.50. 2 Дмитриев С.Н. ДПС ГАИ. М., 1997.
Помимо классических средств защиты (использование бумаги с водяными знаками, защитной нитью и
волокнами, микротекстом, повышенной рельефностью и люминисценцией отдельных реквизитов)
используются новые средства: голограммы, КИПП-эффект, элемент ОУ1, магнитная метка.
Проведенные мероприятия позволили несколько снизить количество подделок документов
на право владения и управления АТС, но в то же время решить данную проблему возможно лишь
путем дальнейшего развития работ по усовершенствованию имеющихся и разработки новых
документов с современными, более совершенными средствами защиты от подделки, жесткой
регламентации порядка и правил оформления документов на АТС.

М.Г. Пименов, ГУ ЭКЦ МВД России


СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ МЕТОДА
КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ДНК-АНАЛИЗА
В промышленно развитых странах в практику правоохранительных органов активно
внедряется новый метод идентификации личности - метод ДНК-анализа или генной
дактилоскопии, который ведущими экспертами характеризуется как наиболее важный
технологический прорыв со времен изобретения традиционной дактилоскопии. Его достоинство
состоит в возможности идентифицировать индивидуум по ничтожно малому количеству
биологического материала - капле крови, слюне на сигарете, волосу. Уже первый опыт
применения метода показал перспективность его использования в оперативно-розыскной
деятельности, раскрытии и расследовании особо опасных преступлений. Широкое практическое
освоение и внедрение метода ДНК-анализа особенно актуально в условиях современных
процессов глобализации, характеризующихся открытостью межгосударственных границ и
ослаблением контроля за миграцией населения при повсеместном росте противозаконной
деятельности, в том числе террористических, сепаратистских и религиозно-фундаменталистских
группировок и организаций, групп парко дельцов или подпольных торговцев оружием,
представляющих наибольшую угрозу общественной безопасности.
Метод ДНК-анализа занимает лидирующее положение в практике экспертно-
криминалистических служб ведущих зарубежных стран (Англия, США, Германия и др.), и его
развитие привело к пониманию необходимости накопления данных исследования ДНК. Наиболее
значимым с точки зрения масштабов применения и получаемых результатов является
использование баз данных ДНК-анализа, которые впервые начали функционировать в
Великобритании с 1995 г. При помощи базы данных были установлены преступники более чем в
100 тыс. случаев и задержаны более 20 тыс. правонарушителей, еженедельно с ее помощью
раскрывается в среднем по 800 преступлений. Использование базы данных ДНК (фактически
генетического криминалистического учета) в Великобритании позволило значительно увеличить
общий процент раскрываемое, а также раскрыть дела, считавшиеся долгое время “бесперспек-
тивными”. Метод позволяет не только доказывать вину, но и оправдывать уже осужденных, так, в
США, по данным доклада министерства юстиции “Приговоренные судом, оправданные наукой”,
результаты анализа ДНК исключали виновность подавших прошение о пересмотре дела при-
мерно в 30% случаев. В настоящее время Национальными базами данных ДНК-анализа
располагают многие развитые страны, в числе которых Германия, Канада, Австрия, Австралия и
др. Создание таких баз данных требует огромных финансовых затрат. Так, в 2000 г. только на
расширение Национальной базы данных Великобритании Правительство выделило
дополнительно 154,7 млн. долларов США.
Внедрение метода криминалистического ДНК-анализа (генотипоскопии) в практику работы
Всесоюзного научно-криминалистического центра МВД СССР (ныне - ЭКЦ МВД России)
началось в 1988 г. В течение 1988-1990 гг. активно проводилась научно-исследовательская работа
по совершенствованию методологии ДНК-анализа для идентификации личности и были
выполнены первые генотипоскопические экспертизы. Использование данного метода в
экспертной практике быстро подтвердило его высокую эф фективность и перспективность, а
развитие этого направления остается приоритетным на многие десятилетия вперед.
В 1990-1991 гг. в рамках централизованных закупок МВД России были приобретены
оборудование и расходные материалы для лабораторий генотипоскопии биологических
отделений ЭКУ УВД Алтайского края, Самарской, Тульской, Нижегородской областей. В
других регионах такие лабораторий формировались за счет местного финансирования. На
сегодняшний день в ЭКП ОВД России уже создано 17 лабораторий генотипоскопии, еще в 4
регионах ведется работа по их оснащению.
Столь активное развитие и внедрение метода в экспертную практику ЭКП ОВД России
связано с тем, что он позволяет решить проблему идентификации конкретного человека даже
по микроследам, обнаруженным на месте происшествия. Таким образом, может быть
обеспечено расследование и раскрытие особо тяжких преступлений против личности, в том
числе заказных, хорошо спланированных и организованных, которые особенно характерны
для современной специфики и структуры преступности.
Однако возможности генотипоскопической экспертизы при расследовании
преступлений до сегодняшнего дня используются далеко не в полном объеме, и это
обусловлено рядом причин.
Метод относится к категории “дорогих”. Для создания лаборатории необходимо
выделение отдельных помещений, дополнительных штатов, что даже в лучшие времена было
крайне проблематичным.
В связи с недостатком финансовых средств на реактивы эксперты в процессе анализа
вынуждены исследовать 2-3 участка (локуса) ДНК вместо 8-13, необходимых для од-
нозначного решения вопроса о происхождении биологического следа от конкретного лица. А
достижение такого результата является одним из основных критериев при оценке
эффективности метода сотрудниками оперативно-следственных аппаратов и руководством
ЭКП при решении вопроса о целесообразности создания и развития ДНК-лабораторий.
Наблюдающееся в последние годы стремительное ухудшение финансирования
экспертно-криминалистической службы и ОВД в целом не только делает невозможным
создание новых лабораторий, но и ставит на грань выживания уже существующие. Они
вынуждены “сворачиваться” - экономить на всем, в том числе на реактивах и расходных
материалах, ограничивать глубину исследования представленных объектов традиционными,
заведомо значительно менее информативными методами, которые не позволяют решить
вопрос о происхождении следа от конкретного лица. Такие негативные процессы уже
начались даже в лучших базовых лабораториях, например, в ЭКУ УВД Волгоградской
области, Алтайского края и др. Все это делает невозможным получение необходимой
доказательной информации по многим уголовным делам.
Важность и актуальность создания баз данных ДНК-анализа в России подтверждается
Федеральной целевой программой по борьбе с преступностью на 1994—1995 гг.
Федеральной целевой программой по усилению борьбы с преступностью на 1996-1997 гг. и
Концепцией развития ОВД и ВВ МВД России до 2005 г., которыми предусматривалось
создание федерального учета “генетических паспортов” биологических следов, изымаемых с
мест нераскрытых преступлений, на базе ЭКЦ МВД России. На его создание силами МВД,
Минюста, Генпрокуратуры, ФСБ, Минфина, Минздравмедпрома России планировалось
выделить из федерального бюджета 100,6 млрд. рублей (25,5 млн. долларов США). Однако в
связи с отсутствием целевого финансирования данное мероприятие осталось не
выполненным. В настоящее время работа в этом направлении практически свернута.
В настоящее время страна в целом и правоохранительные органы в частности ни
экономически, ни организационно не готовы к осуществлению проекта создания системы
генетического учета в масштабах всей страны. И тем не менее работа в этом направлении
должна проводиться и проводится. В апреле 2002 г. руководству Министерства внутренних
дел России были направлены предложения о создании базы данных ДНК биологических
следов, изымаемых с мест нераскрытых тяжких и особо тяжких преступлений на сексуальной
почве, совершенных на территории г. Москвы и Московской области, которую можно рас-
сматривать как первый этап или модель генетического учета и на ее основе отработать
технологию формирования и ведения Национальной базы, подготовить наставление по ее работе,
рассчитать требуемые финансовые затраты, штатную численность и объемы лабораторных
помещений.
Однако кроме финансовых и организационных существуют серьезные правовые
ограничения. Создание генетических учетов и использование их данных в качестве
доказательства в уголовном процессе не имеют необходимого правового обеспечения и требуют
соответствующего законодательного закрепления. Предполагаемый объем законотворческой
деятельности легко представить на примере Конгресса США, которым в 2000 г. внесено 50 актов
и поправок, связанных с практикой использования анализа ДНК, в 2001 г. - более 30. Даже в
странах, наиболее продвинутых в области ДНК-анализа, правовое обеспечение находится в
стадии формирования, и существуют разные подходы к его реализации. Например, взятие
образцов для базы данных только у преступников, совершивших насилие на сексуальной почве
(Германия, Австралия), и хранения результатов анализа или образцов всех, попавших в поле
зрения полиции (Великобритания).
В докладе хотелось бы остановиться и на проблемах оценки доказательной силы
результатов ДНК-анализа. Наверное, данный вопрос целесообразно рассмотреть на практике
применения метода в криминалистической службы Великобритании, где она наиболее развита, и
где в 1995 г. создается Национальная база данных генных дактилограмм по четырем локусам.
Вероятность случайного совпадения дактилограмм оценивалось как одно совпадение на 800
тысяч, а после перехода в 1997 г. на исследование по шести локусам вероятность была
уменьшена на 37 млн. Тем не менее в 2000 г. был факт случайного совпадения дактилограмм.
Только благодаря алиби подозреваемого (он был сильно болен и физически не мог совершить
данное преступление) был проведен анализ по 10 локусам, который доказал его непричастность.
И уже с 2000 г. генное дактилоскопирование для целей криминалистики проводится по 10
локусам. Надежность метода ДНК-анализа можно сравнить с традиционной дактилоскопией,
хотя надежность традиционной дактилоскопии в судах под сомнение не ставится, но случаи
ложной идентификации преступника известны. Однако уверенность в этом методе
криминалистике настолько велика, что специалисты не предпринимали серьезных попыток
расчета вероятности совершения ошибки в процессе сравнения дактилограмм, неизменно считая
ее равной нулю. Внедрение в практику правоохранительных органов научно проработанного
метода ДНК-анализа спровоцировало пересмотр существующих оценок доказательной силы
результатов различных методов криминалистики и особенно традиционной дактилоскопии,
наиболее мощного инструмента криминалистики. В 1995 г. независимую проверку достоверно-
сти традиционного дактилоскопирования предприняла Международная ассоциация по
идентификации личности. Первые же тесты по сравнению массива в 50000 отпечатков пальцев и
дактилограмм разных людей выявили ложную идентификацию в 22% случаев. Теоретически
вероятность совпадения отпечатков пальцев двух человек оценивается как один случай на
миллиард, и в этом отношении традиционный способ идентификации личности достаточно на-
дежен. Эксперты утверждают, что переход в будущем на сверку отпечатков в оцифрованном виде
позволит существенно снизить вероятность ошибки. Существующий метод ДНК-анализа уже в
настоящее время позволяет получать оцифрованные данные, а имеющиеся в ГУ ЭКЦ МВД Рос-
сии оборудование и реактивы позволяют проводить исследования биологических следов по 10-20
генетическим системам. Вероятность встречаемости устанавливаемых генотипов при
исследовании 16 систем составляет 3,06хЮ"14 или 1:3,27х1013 (один из 32,7 триллионов мужчин).
Полученное значение вероятности свидетельствует о том, что теоретически среди населения
Земли (около б млрд человек) только один человек обладает выявленным сочетанием ге-
нетических признаков. Вопрос и состоит в том, что поскольку вероятность существования
другого человека ничтожно мала, но она отлична от нуля, и имеет ли эксперт право давать
категоричный вывод?
Но несмотря на все сопутствующие трудности, современный криминалистический
ДНК-анализ - это веление сегодняшнего дня и наиболее стремительно развивающееся
направление в мировой криминалистике, и по прогнозам ведущих специалистов в этой
области в ближайшем будущем станет возможным по результатам исследования ДНК
восстанавливать такие внешние данные подозреваемого, как цвет волос и глаз, величина
ушной мочки, а в перспективе, возможно, и полный его портрет. Любое цивилизованное
государство рано или поздно будет вынуждено заняться названными проблемами, иначе оно
рискует остаться на обочине мирового прогресса в борьбе с пре
ступностью.
Е.А. Комкова, Саратовская лаборатория судебной экспертизы В.В. Зайцев, СЮИ МВД России РА.
Гусев, СГУ
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ АВТОМАТИЗАЦИИ ' ЭКСПЕРТНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
СТЕКЛА И ИЗДЕЛИЙ ИЗ НЕГО
Экспертиза стекла и изделий из него (КЭС) возникла в связи с необходимостью
установления фактических данных и обстоятельств при расследовании преступлений и
судебном рассмотрении уголовных дел о дорожно-транспортных происшествиях (ДТП);
убийствах с использованием бутылок, осколков оконного стекла и др.; хищениях; пожарах;
катастрофах и т.п.
Экспертиза стекла - один из видов криминалистической экспертизы материалов,
веществ и изделий (КЭМВИ). Ее становление осуществлялось на основе теоретических и на-
учно-методических положений КЭМВИ, трасологии и знаний об объекте. Дальнейшее
развитие КЭС определяется, с одной стороны, спецификой судебно-следственных задач, а с
другой - возможностями аналитических методов, на базе которых разрабатываются частные и
комплексные методики, а также методические схемы решения конкретных экспертных задач.
В настоящее время развитие КЭС продолжается в направлениях:
- дальнейшего совершенствования аналитических методик и схем комплексного
исследования объектов из стекла;
- разработки методик решения новых экспертных задач, выдвигаемых судебно-
следственной практикой;
- завершения информационного обеспечения экспертных исследований и создания
информационно-поисковых систем.
Последнее направление заслуживает особого внимания в связи с тем, что в последние
годы значительно возросло количество проводимых экспертиз стекла и изделий из него при
прежней численности экспертных учреждений.
Объектами исследования экспертизы данного рода являются изделия, применяемые в
автомобилестроении, электротехнической промышленности, промышленности строительных
материалов и ювелирных изделий, приборостроения и др. отраслей.
№ Наименование экспертизы Процентное
п\п соотношение
1. Травмобезопасного стекла 51%
2. Автомобильных рассеивателей22%
3. Микрочастиц стекла 18% .
4. Остальное 9% •
Наиболее часто встречающимися объектами судебно-экспертного исследования стекла
являются осколки следующих изделий:
— травмобезопасного стекла (закаленного и трехслойного), колб электроламп;
— осветительной и светосигнальной арматуры транспортных средств
(рассеивателей фар и др.);
— зеркал, при расследовании дел о дорожно-транспортных происшествиях;
— тарного и бытового стекла (бутылок, стаканов, зеркал, очков и т.п.), а также бижутерии -
по делам об убийствах и нанесении телесных повреждений;
— различных видов изделий из стекла строительного назначения (оконного и витринного
стекла, стеклоблоков, стекловаты и стеклоткани) - по делам об убийствах, изнасилованиях,
кражах;
— стекла медицинского назначения (ампул, шприцев, тары для медпрепаратов и др.) - по
делам о кражах и употреблении наркотических и сильнодействующих препаратов и т.п.;
— электротехнического стекла (колбы электроламп; детали электроприборов и устройств и
др.) - по делам о ДТП, убийствах, взрывах, пожарах;
— изделий из хрусталя и художественного стекла - по делам о хищениях и др.
Объекты на основе стекла разнообразны по составу, структуре и свойствам. Свойства и
характеристики стекла и изделий из него исследованы достаточно основательно, но имеющиеся
сведения разрознены и не систематизированы, что приводит к значительному увеличению
времени на проведение экспертиз. Для оптимизации процесса проведения экспертизы стекла и
изделий из него Саратовской лабораторией судебных экспертиз совместно с кафедрой КОРП
СЮИ МВД РФ и механико-математическим факультетом СГУ проводится работа по созданию
комплексной информационной системы, направленной на автоматизацию экспертного
исследования стекла и изделий из него. Планируется, что информационная система будет содер -
жать все известные на данный момент сведения, касающиеся всех видов стекла и изделий из
него. Кроме того, предусмотрена возможность периодического обновления сведений и
автоматический поиск заданных параметров. Информационная система будет содержать
обобщенные схемы решения идентификационных задач КЭС и общие положения
диагностических исследований, а также краткие сведения об особенностях экспертного
исследования осколков изделий разного вида и микрочастиц стекла.
Основной частью программного комплекса по автоматизации экспертного исследования
стекла будет информационная система. В ее базе данных будут храниться сведения, полученные
путем сбора и анализа существующих источников информации о стекле и изделиях из него, не -
обходимые для проведения экспертизы. Такими сведениями являются:
* физико-химические свойства;
*химический (элементный) состав;
*данные о производителе;
* сведения о технологическом процессе;
* функциональное назначение;
*перечень изготавливаемых изделий, временные границы их выпуска;
*перечень изделий, в состав которых входит (или может входить) данное;
*прочие сведения.
В свою очередь информационная система предоставит эксперту следующие возможности:
*поиск информации об изделиях из стекла по точным значениям или диапазону значений
различных параметров;
* поиск по неполному набору параметров;
* поиск “похожих” изделий по заданным параметрам;
* добавление новых параметров (например, электронного изображения изделия), которые
не были предусмотрены разработчиком;
* ввод новых, дополнение или изменение существующих сведений о стекле и изделий из
него.
В виду разрозненности источников информации о стекле и изделий из него видится
перспективной централизация подобной информационной системы, что позволит в кратчайшие
сроки получить новые сведения всем экспертам, снизить издержки на проведение экспертизы и
повысить ее качество.
Другой составляющей программного комплекса будет экспертная система, которая
позволит автоматически (или с минимальным участием человека) решать типовые
классификационные и идентификационные задачи. Также система будет содержать общие
методические указания по экспертному исследованию осколков и микрочастиц изделий из
стекла. Исходные данные экспертная система будет получать из информационной системы,
описанной выше, что позволит решать комплексные задачи, стоящие перед экспертом.
Все это в значительной степени сможет ускорить и облегчить процесс экспертного
исследования при повышении качества и достоверности результатов исследования.

В.И. Шапочкин, В А. Ручкин, ВА МВД России И.А. Усачев, ЭКУ ГУВД Волгоградской области
СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА ИЗДЕЛИЙ ИЗ ДРАГОЦЕННЫХ МЕТАЛЛОВ
В настоящее время изделия из драгоценных металлов часто становятся предметом
преступлений. В процессе расследования данных видов преступлений перед экспертом
ставятся задачи исследования изделий из драгоценных металлов как диагностического
(определение родовой и групповой принадлежности объектов, обладающих общими
свойствами, способа и технологии их производства), так и идентификационного характера
(установление индивидуального тождества, установление целого по частям при отсутствии
общей линии разделения).
Анализ следственной и экспертной практики ГУВД Волгоградской области показал, что
в течение 2000-2001 гг. было произведено 64 исследования объектов, изготовленных из
драгоценных металлов, что почти на 40% больше, чем за предыдущие два года. В основном
эти исследования проводились в связи с расследованием событий, имеющих признаки
преступления, предусмотренного ст. 191 УК РФ (незаконный оборот драгоценных металлов,
природных драгоценных металлов или жемчуга); так же по признакам преступления,
предусмотренного ст. 171 УК РФ (незаконное предпринимательство). На исследование
поступали ювелирные изделия, лом ювелирных изделий, предметы, похожие на ювелирные
изделия, с клеймами, не соответствующими утвержденным для применения в РФ пробирным
клеймам, золотые слитки, предметы, похожие на заготовки и полуфабрикаты ювелирных
изделий, радиодетали и их фрагменты и пр.
В настоящее время исследования изделий из драгоценных металлов в ЭКП ОВД
проводятся методами анализа элементного состава металлов (эмиссионный спектральный,
лазерный микроспектральный, атомно-адсорбционный, рентгенофлуоресцентный 1 и
выявлением морфологических признаков (трасология).
1
Корнеев В.А., Пчелипцев А.М., Ивченко Е.А. Криминалистическое исследование золото-серебряных сплавов с
помощью безэталонного микроспектрального анализа //Экспертная техника. Вып. 93. М., 1986; Зорин Ю.В., Донцова И.И.,
Щербаков К.Г., Пыцкая Е.А. Комплексное криминалистическое исследование самородного золота с целью определения
района его добычи: Методические рекомендации. М.: ЭКЦ МВД России, 1995.
Объектами экспертных исследований, в основном, являются стандартные сплавы
драгоценных металлов, регламентированные Государственными стандартами, и потому
имеющие сходный химический состав. Например, на исследование очень часто поступают
ювелирные изделия из золота 585-ой пробы, химический состав которых согласно ГОСТ
Р51152-98 находится в следующих пределах: 58,5-59,0% массовых долей золота, 7,5-35,5%
серебра, остальное — медь. Гораздо реже попадаются золотые сплавы, содержащие
палладий, цинк, кадмий. Указанный выше Государственный стандарт, а так же ГОСТ 6836-80
регламентируют лишь несколько марок серебряных сплавов, и в большинстве случаев
(ювелирные изделия, контакты, электротехнические проводники) они имеют химический
состав: 80-99,99% массовых долей серебра, 3-20% меди и незначительное количество
примесей.
Поэтому при решении задач идентификационного характера факт схожести исследуемых сплавов по
химическому составу сам по себе не является достаточным идентификационным признаком. Кроме того, из-за
отсутствия наборов стандартных образцов количественный анализ в экспертной практике обычно
проводят безэталонными методами. Результаты, полученные данными методами, имеют
минимальную информативную ценность, так как количественный состав определяется с большой
погрешностью (до 10%).
Совокупности морфологических признаков изделий из драгоценных металлов, выявленных
путем трасологического исследования, так же часто бывает недостаточно для решения задач
идентификационного характера: обычно заключительной стадией процесса изготовления изделия
является полировка его поверхности, в результате которой уничтожаются трассы от
инструментов. Более информативным может быть результат сравнительного изучения оттисков
клейм на объектах. Что же касается экспертного исследования подлинности клейм, то его
возможности ограничены, так как в экспертно-криминалистических подразделениях МВД РФ
отсутствуют коллекции оттисков клейм (в том числе пробирных и именников), а имеется лишь
(неполная) справочная информация по типу, форме и содержанию оттисков клейм на
рассматриваемых изделиях. Во многих случаях эксперт не может сделать вывод о подлинности
клейм в категоричной форме.
Таким образом, экспертное исследование изделий из драгоценных металлов, проводимое в
настоящий момент времени методами элементного анализа и путем изучения морфологических
признаков объектов, не позволяет решать многие идентификационные задачи. Очевидна
необходимость выявления дополнительных признаков, позволяющих сужать групповую
принадлежность объектов, делать выводы о предыстории, происхождении (изготовлении),
способе производства объектов.
На базе научно-исследовательской лаборатории ВА МВД России нами применяются
следующие методы исследования, которые позволяют выявлять дополнительные признаки
изделий из драгоценных металлов:
— металлографический метод исследования, используются металлографические
микроскопы “МЕТАМ-ЛВ31”, “МИМ-8М” и “МеорЬоЬ 32”;
— метод рентгеноструктурного анализа, используются рентгеновский дифрактометр
“ДРОН-УМ1”, дифрактометр для исследования микроколичеств вещества “МИД-2”.
Металлографический метод позволил выявить следующие существенные частные
признаки: размер зерен, особенности строения структурных составляющих (твердых растворов),
наличие текстуры, особенности технологии механической обработки.
Метод рентгеноструктурного анализа является неразрушающим и позволяет не изменять
свойств объекта при проведении исследования. Так же, как и эмиссионный, и лазерный
микроспектральный, рентгенофлуоресцентный, рентгеноструктурный метод анализа позволил
определить количественное содержание золота в сплавах путем анализа дифракционных линий,
соответствующих упорядоченным сплавам (сверхструктурам) Си3Аи, Аи3Си, СиАи. Кроме того,
путем анализа профиля и положения дифракционных максимумов выявлены следующие
значимые идентификационные признаки для сплавов драгоценных металлов: величина
микронапряжений и блоков мозаики, плотность дислокаций, характеристическая температура
“Дебая”. Произведя съемку объекта в трех взаимноперпендикулярных плоскостях, получена
информация о наличии и степени текстурированности, которая является одним из признаков
технологии производства данного объекта.
Дополнительно нами применялся метод определения микротвердости объектов. При этом
использовались мик-ротведомеры “ПМТ-ЗМ”, “ТКМ”. Значение микротвердости принималось
как среднее по десяти измерениям на равноотстоящих друг от друга точках прямой линии.
Результаты определения микротвердости характеризовали структуру сплавов и также являлись
идентификационным признаком.
Таким образом, применение методов исследования: металлографии, рентгенографии,
определения микротвердости за счет выявления совокупности значимых идентификационных
признаков позволяет производить сужение групповой принадлежности, делать выводы о
предыстории, происхождении (изготовлении), способе производства из делий из драгоценных
металлов, решать идентификационные задачи экспертного исследования объектов данного
вида, что вносит существенный вклад в работу правоохранительных органов по раскрытию
преступлений, связанных с незаконным оборотом драгоценных металлов, незаконным
предпринимательством и других видов преступлений, с которыми каким-либо образом
связаны изделия из драгоценных металлов.

В.И. Шапочкин, М.В. Субботина, ВА МВД России Е.В. Левчук, ЭКУ ГУВД Волгоградской обл.
ПРИМЕНЕНИЕ РЕНТГЕНОСТРУКТУРНОГО АНАЛИЗА ПРИ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОМ
ИССЛЕДОВАНИИ ТЕКСТИЛЬНЫХ ХИМИЧЕСКИХ ВОЛОКОН
Актуальными задачами развития теоретических и методических основ
криминалистической экспертизы текстильных волокон являются совершенствование и
расширение уже существующих методик экспертного исследования с целью извлечения
современными средствами из объектов максимума доказательственной информации.
Текстильные химические волокна обладают сложной структурой, включающей в себя
признаки технологии синтеза волокнообразующего полимера (например, в расплаве или в
растворе), технологии переработки его в волокно (мокрый или сухой способ формования
волокна), а также индивидуализирующие признаки перерабатывающего механизма и
признаки эксплуатации волокнистого изделия. Перечисленные признаки выявляются на
основе определения параметров надмолекулярной структуры полимера, так как она отражает
различные термомеханические воздействия, которые испытывает полимер во время
технологических процессов. Структурообразование при формовании волокон определяется
процессами затвердевания струй расплава или осаждения в них полимера с одновременным
формованием надмолекулярной и микроструктуры волокна. Ориентированное состояние
кристаллизующихся полимеров может быть достигнуто двумя различными путями:
ориентационной кристаллизацией (в процессе формования заготовки из расплава полимера)
и ориентационной вытяжкой уже сформованного волокна. Образование ориентированной
надмолекулярной структуры в волокне происходит под влиянием продольного градиента
скорости формуемого волокна, матричного эффекта на границе раздела с уже осажденным
полимером и др. Метод и условия формования оказывают существенное влияние на
микроструктуру волокон: поперечную гетерогенность, форму поперечного сечения,
пористость, характер поверхности. Большинство химических волокон имеет фибриллярную
аморфно-кристаллическую структуру со степенью кристалличности 50-95% и углом
среднемолекулярной разориентации 25-10°. Наибольший объем информации о
надмолекулярной структуре ориентированных кристаллизующихся полимеров дает
использование рентгеноструктурного анализа.
Рентгеновский структурный анализ (РСА) — метод исследования структуры вещества
по распределению в пространстве и интенсивностям рассеянного на анализируемом объекте
рентгеновского излучения. РСА является дифракционным структурным методом; в его
основе лежит взаимодействие рентгеновского излучения с электронами вещества, в
результате которого возникает дифракция рентгеновских лучей. Для исследования атомной
структуры применяют излучение с длиной волны “1,0 А, т.е. порядка размеров атомов. С
помощью РСА исследуют молекулярные кристаллы, находят длины связей, углы между
ними, определяют конформацию молекулы и упаковку молекул в кристалле. Этим методом
определены параметры элементарных ячеек кристаллов многих полимеров и конформации
макромолекул в кристаллическом состоянии. РСА применяется также для определения
характера и степени ориентации кристаллитов в ориентированных полимерах, для оценки
степени кристалличности, для определения размеров кристаллитов и степени порядка внутри
них.
На рентгенограммах многих полимеров наряду с узкими кристаллическими рефлексами
обнаруживаются широкие гало, характерные для дифракции на аморфных неупорядоченных
структурах. Поэтому для неориентированных образцов полимеров методом РСА можно
определить степень кристалличности, сравнивая интенсивности рефлексов и гало.
Для изучения структуры аморфных 'полимеров применяется рентгенографический метод
радиального распределения. Метод заключается в том, что из кривой распределения
интенсивности, полученной от аморфного вещества, с помощью преобразования Фурье получают
кривую радиального распределении. Эта кривая показывает, как в среднем меняется плотность
по мере удаления от какого-либо атома в структуре. Анализ кривой радиального распределения
дает возможность сделать ряд заключений о конформации макромолекул и их взаимном
расположении.
На рентгенограммах ориентированных образцов в отличии от изотропных,
представляющих собой концентрические кольца одинаковой интенсивности по всей окружности,
нарушается равномерное азимутальное распределение интенсивности колец, появляются
симметричные относительно направления оси ориентации и центра рентгенограммы сгущения
интенсивности. С увеличением степени ориентации кольца вырождаются в сегменты (дуги), ази-
мутальная протяженность (ширина) которых определяется величиной угла разориентации.
Характерная особенность ориентированного состояния волокон - наличие аксиальных текстур,
при которых кристаллиты ориентированы таким образом, что одна из осей кристаллической
решетки расположена вдоль оси ориентации, совпадающей с направлением растяжения;
остальные две оси решетки вращаются относительно этого направления (одноосная ориентация).
Количественная оценка степени ориентации может быть осуществлена путем вычисления
функций ориентации, а также непосредственно по рентгенограммам измерением распределения
интенсивности по азимуту какого-либо дифракционного максимума. При этом необходимо
учитывать соотношение скоростей вытяжки, охлаждения и скорости релаксации деформаций
в результате теплового движения макромолекул.
Использование рентеноструктурного анализа для установления надмолекулярной
структуры кристаллических полимеров в ориентированном состоянии дает возможность:
установить наличие ориентации и тип текстуры; определить степень ориентации; вычислить
размеры кристаллитов в различных направлениях. В свою очередь, метод рентгеноструктурного
анализа с фотографической регистрацией рассеянного излучения позволяет получить полную и
наглядную картину ориентации (взаимное азимутальное расположение всех необходимых для
анализа рефлексов) и отличается сравнительной простотой от дифрактометрического метода, так
как дает возможность установить тип текстуры и оценить относительную степень ориентации не-
посредственно по рентгенограммам, не прибегая к сложным и трудоемким операциям (например,
построению полюсных фигур для каждого рефлекса). В связи с этим применение фотометода на
первом этапе анализа структуры полимеров в ориентированном состоянии является не-
обходимым.
К преимуществам рентгеноструктурного анализа при исследовании структуры полимеров
также относится практическое отсутствие влияния рентгеновского излучения используемых длин
волн и интенсивностей на строение полимера. Кроме того, подготовка образца для проведения
РСА не требует изменения состояния материала.
Параметры ориентационной структуры волокон, как и другие характеристики структуры и
состава, сами по себе - не идентификационные признаки объектов как элементов вещной
обстановки. Основываясь на классификации идентификационных признаков по характеристике
объектов идентификации, технологические признаки производства химических волокон нужно
отнести к групповым, т.е. признакам, характеризующим объекты с общими условиями
происхождения (производства), либо признакам источника происхождения (предприятия-
изготовителя) - в зависимости от того, что является конечной целью идентификационного
исследования: установление групповой принадлежности или источника происхождения.
Применение метода РСА с фоторегистрацией дифрагированного излучения позволяет
определять параметры ориентационной структуры полимерных материалов и волокон
которые в силу взаимосвязи с технологией их производства дают возможность выделения
идентификационных признаков производства этих объектов, таких, как способ и
технологический режим переработки волокнообразующего полимера. Использование
указанных признаков позволяет дифференцировать волокна, в том числе совершенно
одинакового состава и толщины, по функционально-динамическим особенностям
перерабатывающих устройств, отображающимся в виде формирования определенной
системы структурной ориентации волокнообразующих полимеров, и решать при проведении
криминалистических исследований как идентификационные задачи (установление общей
или определенной групповой принадлежности, единого либо конкретного источника
происхождения - предприятия-изготовителя), так и диагностические, которые могут быть или
конечной целью экспертного исследования, или его промежуточным этапом (например,
способ производства волокна). Важное значение имеет выявление технологических
признаков производства при решении вопросов о возможности факта выпуска определенного
материала из волокна на конкретном предприятии при использовании определенного способа
производства и конкретных технологических режимов.
Таким образом, применение метода РСА при исследовании химических волокон для
решения криминалистических задач позволяет выявить ряд новых важных идентифика-
ционных признаков. При оценке результатов РСА исследуемых материалов необходимо
иметь в виду, что установление их ориентационной структуры не является конечной целью
криминалистического исследования и не имеет самостоятельного значения, а может
использоваться лишь в рамках комплексного исследования.

Л.П. Морозов, ГУ Чувашская ЛСЭ МЮ России


О ТРАСОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ, ПРИМЕНЯЕМЫХ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ
ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ОБУВИ В РАМКАХ ЗАКОНА “О ЗАЩИТЕ ПРАВ
ПОТРЕБИТЕЛЕЙ”
Высокая роль криминалистической экспертизы в уголовном и гражданском процессах
подтверждена многолетней практикой.
В результате многолетних трудов по совершенствованию экспертных
криминалистических исследований, а также благодаря регламентации процессуальной
стороны экспертизы криминалистические исследования заняли прочное место в
расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел. Не является редкостью
криминалистическая экспертиза и по гражданским делам.
Криминалистические исследования проводятся и вне рамок процесса, т.е. не по
уголовным, не по гражданским и не по арбитражным делам.
Значительное количество экспертных исследований проводится также по делам о
защите прав потребителей. Исследования такого рода в настоящее время приобретают
закономерный характер. Об этом свидетельствует анализ экспертной деятельности.
Так, за 10 лет количество несудебных экспертиз, проводимых судебно-экспертными
учреждениями системы Министерства юстиции РФ, увеличилось в несколько раз.
Значительное увеличение производства несудебных экспертиз произошло и в ГУ Чувашская
лаборатория судебной экспертизы МЮ РФ, в т.ч. по делам о защите прав потребителей.
Прав Ю.Г. Корухов, когда говорит о том, что “процесс выхода криминалистических
исследований за рамки уголовных и гражданских дел следует признать вполне зако-
номерным”1.
1
Корухов Ю.Г. К вопросу о криминалистических исследованиях, не регламентированных процессуальным
законодательством // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 12. М., 1970. С. 36.
Так же и В.А. Васенков1 пишет об увеличении экспертных исследований по заданиям
несудебных органов и необходимости разработки теоретических основ и практического
порядка проведения криминалистического исследования для несудебных органов. К тому же
в настоящее время возросли возможности криминалистических исследований в
установлении фактов не только в следственных и судебных правоотношениях, но и в других
сферах, в том числе по делам о защите прав потребителей.
Васенков В.А. О криминалистической экспертизе документов, проводимой по заданиям органов нотариата //
Теоретические и методические вопросы судебной экспертизы: Сб. научи, тр. ВНИИСА. М., 1974. С. 94-99.
Основным видом криминалистических исследований по делам о защите прав
потребителей являются трасологические исследования. Анализ практики производства
криминалистических экспертных исследований по заданиям несудебных органов показал,
что в большинстве случаев они связаны с применением трасологических исследований при
проведении потребительской экспертизы кожаной обуви в соответствии с Законом РФ “О
защите прав потребителей” и проводятся чаще всего при решении вопросов о механизме
возникновения дефекта товара. Нередко необходимость в такого рода исследованиях
возникает при решении вопроса: “Имеются ли следы носки обуви?”2.
2
Архив Чувашской ЛСЭ МЮ РФ N 935/52-2000.
Многие не знают, что можно обменять даже вполне качественную обувь. Скажем, вдруг
выяснилось, что сапоги все-таки жмут, не подходят по цвету или попросту не понравились.
Правда, это можно сделать при условии, что у потребителя остался чек, со дня покупки
прошло не более 14 дней и сама обувь не побывала в носке, т.е. полностью сохранила свои
потребительские свойства и товарный вид. Решение вопросов, сохранила ли обувь
потребительские свойства и товарный вид, входят в компетенцию эксперта-товароведа, а
побывала ли обувь в носке, можно решить только трасологическими методами сравнения.
По мнению А.Р. Шляхова, Т.Е. Аверьяновой, Б.Д. Богодуховой 3 и др. “трасологический
метод сравнения является сугубо рабочим методом экспертного исследования”.
3
Шляхов А.Р. Судебная экспертиза: организация и проведение. М., 1974. С. 96; Аверьянова Т.В.
Содержание и характеристика методов
Методика судебно-экспертного исследования. Алма-Ата, 1991; Богодухоеа Б.Д. Понятие трасологических
методов судебной экспертизы // Вопросы теории и практики судебной экспертизы: Сб. научн. тр. М., 1983. С. 102-109.
В последнее время развитие криминалистической экспертизы характеризуется
“проникновением” методов, разработанных для исследования объектов одного рода или вида,
в другие роды и виды экспертной деятельности. Такая возможность обусловлена единством
принципов изучения объектов при всем различии их характеристик и задач исследования. По
мнению многих криминалистов, эти принципы, базируясь на теории идентификации и
судебной экспертологии1, могут служить исходным пунктом методологии отдельных родов
(видов) экспертиз, изучающих кроме проблем собственно следообразования внешнее
строение объектов посредством сопоставления свойств поверхностей, анализа механизма
отражения их свойств.
1
ВинбергА.И., Малаховская Н.Т. Судебная экспертология (Общетеоретические и методологические проблемы
судебных экспертиз). Волгоград, 1979.
В криминалистической литературе Г.А. Грановский, Е.И. Зуев, В.М. Прищепа, М.Я.
Сегай, Л.Г. Эджубов широко освещали применение трасологических методов исследования
следов обуви с целью идентификации. Разработкой теоретических основ трасологической
идентификации занимались Н.П. Май лис, Д. А. Турчин, Б. Шевченко и многие другие
ученые.
Следы - это результат сложного взаимодействия объектов, в ходе которого происходит отображение
свойств одного из них на другом. При идентификации обуви по следам следообразующим объектом является
обувь (подошва), а следовоспринимающим - поверхность земли. При решении вопроса о том, побывала ли
обувь в носке, наоборот, следообразующим объектом является поверхность земли (асфальт, почва и др), а
следоотражающим - подошва обуви. Данное соотношение взаимодействующих объектов носит условный
характер, так как постоянно меняется, зависит от твердости их поверхностей и интенсивности взаимодействия
(ношения обуви). При движении объектов (ношении обуви) образуются динамические следы. В этом случае
сила, действующая на следообразующий объект (подошва обуви), направлена под углом меньше прямого:
поверхность подошвы как бы скользит по поверхности земли, и происходит изменение рельефа подошвы обуви.
При этом след получается протяженным, начало и окончание следа могут различаться по рельефу.
Таким образом, трасологические методы позволяют решить экспертную задачу -
установление механизма отображения следов на подошве обуви в ходе носки. Поэтому
эксперты-товароведы должны овладевать трасологическими методами исследования.
С.А. Гунарев, СЮИ МЮ России
ЗНАЧЕНИЕ СУДЕБНО-ГЕНЕТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ В РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
Возрастающее значение судебно-генетической экспертизы в раскрытии и
расследовании насильственных преступлений против личности определяется возможностью
использования ее результатов.
Применительно к стадии предварительного расследования использование результатов
данной экспертизы является важным фактором для принятия процессуальных решений,
производства отдельных следственных действий и проведения оперативно-розыскных
мероприятий. Это также способствует достижению конкретных задач по собиранию,
проверке и оценке доказательств.
Из всех процессуальных решений1, которые принимаются в ходе расследования при
проведении следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, можно выделить
те, в которых данные, полученные в результате судебно-генетической экспертизы следов
биологического происхождения, могут при известных обстоятельствах сыграть решающую
роль. Это возбуждение уголовного дела, задержание по подозрению в совершении
преступления, допрос, обыск, негласное взятие образцов, исследование предметов и
документов, отождествление личности и т.д.
См.: Карнеева Л.М., Генрихов Г.М. Особенности оценки доказательств на различных этапах предварительного
следствия // Советское государство и право. 1966. № 8. С. 74-75; Лупинская П.А. Решение в уголовном
судопроизводстве. М., 1976. С. 26.
Согласно ч. 2 ст. 108 У ПК РСФСР, “дело может быть возбуждено только в тех случаях,
когда имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления”, причем эти
данные “могут быть получены вне рамок уголовного процесса... и процессуальными
средствами”1.
1
Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. Изд. 2-е, перераб. и доп.
М.: “Спарк”, 1997. С. 211.
По факту убийства основанием для возбуждения уголовного дела служит обнаружение
трупа с признаками насильственной смерти. По факту изнасилования таким основанием
служит, как правило, заявление потерпевшей. Однако наибольшие сложности возникают при
возбуждении уголовных дел, связанных с исчезновением потерпевшего, когда не только
причины смерти, но и сама смерть этого лица предположительны. Проблема состоит в том,
что, с одной стороны, возбуждение уголовного дела привело бы к излишней перегрузке
следственного аппарата. Достаточно часто бывает, что человек незаметно уезжает и не дает о
себе знать по каким-либо личным мотивам. С другой стороны, в этой ситуации возможно
убийство с дальнейшим сокрытием или уничтожением трупа. Тогда преступление остается
нераскрытым в случае отказа в возбуждении уголовного дела.
Однако в настоящее время вопрос о возможности проведения судебно-генетической
экспертизы до возбуждения уголовного дела может решаться положительно в рамках
истребования материалов согласно ч. 2 ст. 109 УПК РСФСР (ч. 4 ст. 146 УПК РФ).
Задержание лица по подозрению в совершении преступления осуществляется на основании данных,
подтверждающих его участие в данном преступлении. Одним из таких оснований, предусмотренных ст. 122
УПК РСФСР (п. 3 ч. 1 ст. 91 УПК РФ), служит обнаружение на подоз реваемом, его одежде или в жилище
явных следов преступления.
С другой стороны, результаты судебно-генетической экспертизы могут снять подозрение с
невиновного. Например, в г. Саранске в вечернее время неизвестный нанес побои и изнасиловал
гражданок В. и А. Впоследствии был задержан гр. К, который, как утверждали потерпевшие, был
похож на насильника. Проведенная в БСМЭ Минздрава Республики Мордовия судебно-
биологическая экспертиза не исключила происхождение спермы в следах и на. объектах от гр. К.,
который свою причастность к преступлению отрицал. В ходе судебно-генетической экспертизы
было установлено, что сперма произошла не от гр. К. Результат экспертизы снял подозрение с гр.
К., и он был освобожден1.
1
По данным ГУ ЭКЦ МВД РФ 1999 г.
Использование результатов судебно-генетической экспертизы при допросе происходит
такими же способами, которые используются при предъявлении других доказательств. Здесь
следует обратить внимание на следующие моменты. Поскольку наличие следов биологического
происхождения не является прямым доказательством вины, то, прежде чем предъявлять
заключение эксперта об идентификации биологических следов обвиняемого, необходимо
выяснить, при каких обстоятельствах на обвиняемом, его одежде, у него дома образовались
следы биологического происхождения, или как он оставил свои биологические следы на месте
происшествия. То же самое следует исследовать в отношении следов жертвы при допросе
потерпевших, оставшихся в живых, их родственников, знакомых и т.д. Только после этого стоит
предъявить доказательства, изобличающие обвиняемого.
Результаты судебно-генетической экспертизы могут служить, во-первых, основанием для
задержания лица по подозрению в совершении преступления (если на месте происшествия будет
обнаружена кровь либо другие биологические следы, принадлежащие лицу, ранее занесенному в
учет); во-вторых, основанием для проведения обыска.
Оперативно-розыскные мероприятия могут проводиться как в рамках оперативного
сопровождения уголовного дела, так и при осуществлении оперативной проверки, разработки.
Основные возможности судебно-генетической экспертизы в оперативно-розыскной деятельности
отражаются в сборе сравнительных образцов, исследовании предметов и отождествлении
личности, которые в этой работе подробно не рассматриваются, но, как указывает, например, Е.А.
Доля1, требуют процессуального закрепления для приобретения статуса доказательств.
1
Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. М.: “Спарк”.
1996. С. 77-103.
Таким образом, результаты судебно-генетической экспертизы могут играть заметную роль
на стадии возбуждения уголовного дела, при проведении предварительного расследования и в
ходе оперативно-розыскной деятельности.

А.В. Гортинский, СЮИ МВД России


ВОПРОСЫ КОМПЛЕКСНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ДОКУМЕНТОВ, ИЗГОТОВЛЕННЫХ В
СФЕРЕ КОМПЬЮТЕРНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ
Проникновение компьютерных информационных технологий в традиционные сферы
человеческой деятельности вносит серьезные изменения в их структуру. В криминалистике и
судебной экспертизе это явление также нашло свое отражение. Изготовление документов на
компьютерах стало повсеместным и привычным делом. Конечно же, выгоды от такого способа
изготовления очевидны: эффективная корректировка и размножение документов, доступность,
гибкость и т.д. Однако судебно-техническое исследование документов, изготовленных таким
способом, представляет серьезную проблему с точки зрения установления обстоятельств их
изготовления.
Компьютерные технологии изготовления документов в силу их специфичности диктуют
свои приоритеты и предпочтения при выполнении подделок.
Как известно, подделка бывает материальная и интеллектуальная.
Технология подделки документа, изготавливаемого в сфере компьютерных технологий,
имеет ряд особенностей, которые проистекают, прежде всего, из того, что печать документа
производится автоматическим способом, то есть без непосредственного участия человека в
этом процессе. Инициализация самого процесса лежит, конечно же, на субъекте,
изготавливающем документ, а вот сам процесс воссоздания текста на бумаге производится по
программе, составленной, как правило, отнюдь не пользователем. Следовательно, возможно
вмешательство в различные этапы процесса изготовления документа.
Интеллектуальная подделка, ранее доступная в основном только должностному лицу,
изготовляющему документ, перестает быть только его прерогативой. Как, например, называть
такого рода подделку, когда изменения вносятся в базу данных (скажем, бухгалтерскую), а
ничего не подозревающий добросовестный бухгалтер изготавливает документ, основанный
на ложных цифрах, и снабжает его необходимыми реквизитами? Несомненно, что это очень
“интеллектуальная” подделка. Документ целиком и полностью изготовлен по предписанной
технологии. Однако эта подделка имеет материальный признак. Изменения все-таки
вносились в электронный образ документа1, и следы этого вмешательства в системе
присутствуют. Вот только на самом бумажном документе следов материальной подделки нет.
1
Отличие электронного образа документа от собственно электронного документа, по нашему мнению, состоит
в том, что электронный документ не всегда имеет вид, удобный для его воспроизведения в виде твердой копии - на
принтере. Это может быть и база данных или группа ее записей, или графический файл неопределенного размера, или
какой-либо иной файл. Электронный же образ документа представляет собой отдельный файл или совокупность (с
использованием специальных программ) файлов в форме, удобной для печати на принтере и подготовленный именно
с этой целью.
Ситуация не столь распространенная, однако вполне реальная. Материальная подделка
может быть полной или частичной.
Материальная подделка документов (в традиционном смысле этого термина),
изготавливаемых в сфере компьютерных технологий, чаще всего бывает полной, вплоть до
имитации оттиска печати, штампа или подписи компьютерными средствами, хотя
встречаются и допечатки в текст, и правки отдельных символов в тексте.
Особенность судебно-технического исследования таких документов состоит в том, что
необходимо учитывать не только признаки печатающего механизма, и, следовательно, иметь
принтер в качестве объекта идентификации (диагностики) и поиска, но и учитывать признаки
программного обеспечения компьютера, которые также находят свое отражение в документе.
Это мнение было высказано нами при разработке теоретических основ исследования
документов, изготовленных на знакосинтезирующих печатающих устройствах игольчатого
типа1. К этому же выводу пришел и Шашкин С.Б., проводивший исследования о
возможности идентификации струйных принтеров2. Крайне сложно установить само
печатающее устройство, которое обладает множественностью режимов печати и шрифтов, по
изготовленному на нем документу без наличия электронного образа этого документа. Однако
если речь идет о возможности обнаружения электронного образа документа, то почему бы не
поставить вопрос об установлении всего аппаратно-программного комплекса, на котором
этот документ подготавливался и распечатывался. Необходимо заметить, что в данном случае
также возможны варианты, а именно: электронный образ документа мог быть подготовлен на
одном компьютере, а его твердая копия (на бумаге) получена на совершенно другом. Также
следует учесть, что принтер как отдельно выполненное устройство также может быть
подключен к различным компьютерам.
1
См.: Гортинский А.В. Теоретические и методические основы криминалистической диагностики и
идентификации компьютерных печатающих устройств матричного типа: Дис. канд. юрид. наук. Саратов, 2000.
2
Шашкин С.Б., Воробьев С.А. Общие положения идентификации струйных знакосинтезирующих печатающих
устройств // Судебная экспертиза: Межвуз. сб. науч. ст. Саратов: СЮИ МВД РФ, 2001. Вып. 1. С. 92-98; Они же. К
проблеме идентификации струйных знакосинтезирующих печатающих устройств //Экспертная практика. М., 2000. №
50. С. 15-22.
Документ, изготовленный с применением компьютерных технологий, имеет три поля
признаков, связанных со средством изготовления: поле признаков исполнительных меха-
низмов принтера, поле признаков программного обеспечения принтера и поле признаков
программного обеспечения компьютера. Полный перечень признаков приведен в работе1.
Гортинский А.В Теоретические и методические основы криминалистической диагностики и идентификации
компьютерных печатающих устройств матричного типа. Дис. канд. юрид. наук. Саратов. 2000.
Эти поля признаков исследуются разными родами экспертиз: первое - СТЭД, а второе и
третье - КТЭ2.
Компьютерно-техническая экспертиза. Название предложено Российской Е.Р. В дальнейшем это понятие
развито ею и Усовым А.И. и в работе (Россиская Е.Р., Усов А.И. Классификация компьютерно-технической
экспертизы и ее задачи // Уголовный процесс и криминалистика на рубеже веков. М., 2000.), где приведены четыре
вида этого рода экспертиз.
Таким образом, если речь идет об идентификации средства изготовления документов,
выполненных в сфере компьютерных технологий, то эту задачу должна решать комплексная
экспертиза.
Наличие электронного образа документа во внешней памяти компьютера, следов
подготовки его электронного образа и последующей печати на установленном в системе
принтере (марка и модель принтера хранятся в настройках системы, а следы печати
документа могут быть обнаружены в различных временных вспомогательных системных
файлах), характерные признаки исполнительных механизмов самого печатающего
устройства на исследуемом документе могут служить доказательствами того, что и подго-
товка, и печать производились на конкретном средстве изготовления документов.
Обнаружение только файла - электронного образа поддельного документа во внешней
памяти компьютера - само по себе не является доказательством того, что пользователь
занимался подделкой. Это файл мог попасть к нему “случайно”. Для доказательства умысла
потребуется установление ряда обстоятельств, указывающих на то, когда и каким образом
попал файл на носитель компьютера, открывали его или нет и т.д., а это сфера деятельности
специалиста по компьютерным технологиям.
Таким образом, для идентификации средства изготовления документа требуется
установление компьютера (компьютеров), на котором (которых) велась подготовка
электронного образа документа и печатающего устройства - принтера, на котором этот
документ обрел форму твердой копии, соответственно должна быть назначена комплексная
экспертиза: СТЭД и КТЭ.

О.Е. Третьяков, СЮИ МВД России


ФОНОСКОПИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА; ТРАДИЦИОННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И
ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ
Исследования магнитных фонограмм голоса человека проводятся более 50 лет. В органах внутренних дел
первые судебные фонографические исследования появились в 1970-х годах. Долгое время - вплоть до открытия
доступа к разработкам военно-промышленного комплекса - исследования в этой области носили закрытый
характер. В настоящее время фонографические экспертизы и фонографические исследования проводятся
экспертно-криминалистическими подразделениями МВД, Министерства юстиции, ФСБ России, а также Бюро
независимых экспертиз “Версия” (Москва) и Центром речевых технологий (СПб).
Актуальность криминалистических исследований голоса и речи человека возрастает в
связи с:
1) развитием технических средств звукозаписи;
2) расширением бытового использования населением телефонных и радиотелефонных
средств связи, что связано с научно-техническим прогрессом;
3) ростом числа правонарушений (терроризм; коррупция; наркобизнес; преступлений,
носящих организованный характер), для профилактики, раскрытия и расследования которых
существенное значение имеет звукозапись речи;
4) необходимостью придания фонограммам значения вещественных доказательств, т.е.
необходимостью соответствующего процессуального оформления фонограмм при их
использовании в судебном производстве.
В качестве вещественного доказательства фонограмма может быть использована только
в случае объективного и всестороннего экспертного исследования, включающего решение
комплекса вопросов1.
См.: Лажкевич А. А., Снетков В. А., Чиванов В. А., Шаршунский В. Л. Основы экспертного
криминалистического исследования магнитных фонограмм. М., 1978; Фоноскопическая экспертиза // Криминалис-
тические экспертизы, выполняемые в органах внутренних дел. Библ. следователя. Разд. 15. М., 1988. С. 47; Галяшина
Е.И. Судебная фо-носкопическая экспертиза. М.", 2001. См.: Галяшина Е.И. Судебная фоноскопическая экспертиза.
М., 2001.
Предметом судебной фоноскопической экспертизы являются факты и обстоятельства,
которые придают фонограммам доказательное значение в судебном производстве.
Содержание судебной фоноскопической экспертизы состоит в определении
причастности конкретных лиц к фрагментам записи речи или в определении технических
средств, условий и обстоятельств записи фонограммы.
Вопросы, решаемые фоноскопической экспертизой, различны2, их можно
сгруппировать следующим образом:
1.1. Содержит ли представленная фонограмма речь конкретных лиц?
1.2. Кому из предъявленных лиц могут принадлежать указанные в фонограммах слова
или фразы?
1.3. Соответствует ли информация, имеющаяся на фонограмме, тем источникам звука,
которые имели место в момент записи?
2.1. Соблюдается ли на фонограмме реальная временная последовательность
возникновения звуковых сигналов?
2.2. Содержит ли фонограмма перерывы, неоправданные технически или ситуационно?
2.3. Производилась ли представленная запись с помощью указанных
звукозаписывающих устройств?
3.1. Записаны ли сигналы звуковой информации непосредственно от их источников?
3.2. Содержит ли фонограмма сигналы всех источников, которые функционировали в
момент записи?
3.3. Принадлежат ли записанные звуковые сигналы именно тем конкретным
источникам, которые связаны с обстоятельствами записи?
4.1. Представленная запись является оригиналом или копией (перезаписью)?
4.2. Могут ли помехи (треск, щелчки и пр.), имеющиеся на пленке, рассматриваться как
попытка изменить первоначальный текст оригинала?
4.3. Нет ли в представленной фонограмме монтажа, стирания, дописок и т.п.?
Вопросы, связанные с фоноскопическими исследованиями, могут быть использованы в
учебном процессе СЮИ МВД РФ для разных категорий курсантов и слушателей:
для слушателей оперативно-розыскной специализации (в частности, в рамках
дисциплины “Концепции современного естествознания”) - с целью формирования представ-
лений о том, с какими сложностями сталкивается специалист, проводящий фоноскопическую
экспертизу, из-за низкого качества звукозаписи, а также о том, какими способами молено
повысить качество звукозаписи, проводимой в связи с оперативно-розыскными
мероприятиями;
для слушателей следственной специализации (например, в рамках дисциплины
“Концепции современного естествознания”) - с целью повышения их компетентности в части
задач, решаемых фоноскопической экспертизой и ее современными возможностями, т.к.
успешное проведение следствия во многом зависит от того, какие вопросы поставил
следователь перед экспертизой;
для слушателей экспертной специализации - с целью формирования представлений о
возможностях современных естественнонаучных методов и расширением кругозора
курсантов в вопросах экспертных исследований.
Подготовку экспертов-криминалистов, специализирующихся на проведении
фоноскопической экспертизы, в настоящее время успешно проводит государственное учреж-
дение Экспертно-криминалистический центр МВД России. Практика такого обучения
заслуживает изучения и использования на факультетах переподготовки и повышения ква-
лификации в вузах МВД РФ как менее затратная в финансовом отношении по сравнению с
дневной формой обучения.
Кроме того, факультету переподготовки и повышения квалификации, отделу
технических средств обучения совместно с отделом кадров и кафедрой криминалистического
обеспечения раскрытия преступлений СЮИ МВД РФ целесообразно рассмотреть вопрос о
создании рабочего места и комплектации его имеющимися в СЮИ техническими
средствами, необходимыми для проведения фоноскопических исследований, а именно:
аудиоаппаратурой, желательно цифровой звуковоспроизводящей фирмы “Сони”;
звукоусилительными системами;
персональным компьютером (с процессором не ниже 1 486 и оперативной памятью
более 16 Мб) с математическим обеспечением, а также со средствами ввода и вывода
аудиосигнала и средствами стыковки с аудиоаппаратурой;
монитором (не менее 15 дюймов) и черно-белым лазерным принтером;
измерительной техникой (цифровым осциллографом и мультиметром,
спектроанализатором и генератором сигналов);
аналоговым преобразователем, который преобразует аналоговые сигналы в цифровые;
устройством ввода аналогового сигнала с магнитной ленты в компьютер и устройством
вывода цифровых данных из компьютера и их представления в виде аналогового сигнала; эти
устройства монтируются на одной плате и вставляются в ПЭВМ или оборудуются в виде
отдельного устройства1.
1
Галяшина Е.И. Судебная фоноскопическая экспертиза. М., 2001. С. 77, 91, 94.
Указанная аппаратура (которая в основном уже имеется в наличии в СЮИ) и рабочее место в целом
могут размещаться в отделе ТСО и использоваться факультетом переподготовки и повышения квалификации и
кафедрами как в учебном процессе, так и для проведения научно-исследовательских работ.
Применительно к фоноскопической экспертизе круг научных тем, требующих
исследования, достаточно широк. Сегодня, по мнению 1 одного из ведущих специалистов в
области фоноскопической экспертизы - Е.И. Галяшиной, такими темами могут быть:
исследование фактов предполагаемого монтажа;
идентификация диктора в условиях звуковой интерференции, например, в связи с тем,
что индивидуальные особенности голоса сглаживаются, когда человек говорит не на родном
языке;
идентификация диктора в необычных условиях, например, при использовании
технических приемов, изменяющих параметры голоса;
получение розыскной информации по устной речи;
проблема понимания подтекста и эвфемизмов без прямой номинации и другие.
Из личной беседы.
В этой связи полезными могут быть разработки нейролингвистическо-го программирования (НЛП) - направления в
современной практической психологии.
Развитие фоноскопической экспертизы в третьем тысячелетии будет связано как с
совершенствованием технических и технологических методов экспертных исследований, так
и с использованием возможностей, предоставленных человеку от рождения и развитых в
ходе регулярных тренировок. Это позволит проводить диагностики, основанные на
идентификации диктора не только по физической структуре звуковой волны или на основе
лингвистического анализа2 речевых навыков, сформированных в ходе становления личности,
а также проводить экспресс-диагностики, основанные на использовании скрытых
возможностей человека. Базой для подобных занятий могут служить результаты
современных естественнонаучных исследований в области биологической радиометрии и
биополя, а также в области раскрытия экстрасенсорных способностей человека 3.
Биоэкстрасенсорика и научные основы культуры здоровья на рубеже веков // Мат. междунар. конф. / Под общ. ред.
И.М. Когана. М., 1996.
Направлениями перспективного развития судебной фоноскопической экспертизы могут
быть:
развитие наукоемких технологий, составляющих естественнонаучный базис
фоноскопической экспертизы;
подготовка кадров и совершенствование системы повышения квалификации специалистов,
занимающихся фоноскопическими исследованиями; использование скрытых возможностей
человека, дарованных ему природой и развитых в процессе систематических и
целенаправленных тренировок;
совершенствование частных криминалистических методов фоноскопической экспертизы;
совершенствованием приборов и технических устройств, связанных с проведением
судебной фоноскопической экспертизы.
В.М. Райгородский, СЮИ МВД России
ВОЗМОЖНОСТИ РЕНТГЕНОСТРУКТУРНОГО АНАЛИЗА ПРИ ПРОВЕДЕНИИ
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ БУМАГИ
Документы могут являться источниками доказательств, связанными с событиями
преступлений, и фигурировать в качестве вещественных доказательств при расследовании
самых различных категорий уголовных дел. Объектами технико-криминалистического
исследования документов являются сами документы с необходимыми реквизитами (текстом,
подписями, оттисками печатей и штампов, пометками, резолюциями и т.д.), орудия письма, а
также материалы документов1. К последним относят бумагу и картон, материалы письма,
представляющие собой красящие вещества, используемые для выполнения реквизитов и обо-
значений в документе, а также вспомогательные материалы, включающие покровные и
переплетные материалы, клеи, травящие вещества.
1
Общие положения технико-криминалистической экспертизы документов: Учеб. пособие/ Под ред. В.А.
Снеткова. М., 1987.
Исследование материалов документов может являться составной частью технико-
криминалистического исследования документов, а также выступать как самостоятельный вид
исследования. Одним из наиболее распространенных объектов криминалистического
исследования материалов документов является бумага. При исследовании бумаги могут успешно
решаться различные задачи диагностического и идентификационного характера: установление
потребительского назначения бумаги, ее вида, типа, марки, принадлежности листов бумаги
конкретной партии или изделию (тетради, пачке), принадлежности фрагментов листа одному
целому и т.д.
В криминалистическом исследовании бумаги возможно применение рентгеноструктурного
анализа, основанного на дифракции рентгеновских лучей в исследуемом материале 1. При этом в
качестве дифракционной решетки выступают сами узлы кристаллической структуры. Метод
позволяет определить межплоскостные расстояния между атомами, профили дифракционных
линий и, как следствие, установить элементный и фазовый состав объектов, наличие различного
рода искажений и деформаций в кристаллической структуре.
1
См.: Митричев Л.С., Торяник В.В., Стрелова С.В. Применение рентгеноструктурного анализа в
криминалистической экспертизе. М., 1973; Российская Е.Р., Корольков А.Г. Рентгенофазовый анализ минерального
состава бумаги. М., 1989; Уманский Я.С., Скакав Ю.А., Иванов А.Н., Расторгуев Л.Н, Кристаллография,
рентгенография и электронная микроскопия. М., 1982.
Рентгеноструктурный анализ может быть реализован в двух вариантах. В первом из них -
фотометоде - образец в виде порошка помещается в центре специальной камеры, в которой он
облучается рентгеновским излучением, длина волны которого определяется материалом анода
рентгеновской трубки. Полученная дифракционная картина фиксируется на фотопленку,
расположенную по периметру камеры. Недостатками метода являются его низкая точность при
определении межплоскостных расстояний и профилей дифракционных максимумов,
значительная длительность проведения процесса, необходимость в изготовлении по-
рошкообразных образцов, невозможность автоматизировать расчет рентгенограмм.
Во втором варианте рентгеноструктурного анализа - рентгенодифракционном методе -
образец помещается в центре гониометра, осуществляющем медленное вращение вокруг
своей оси с постоянной скоростью. Фиксация дифракционных линий осуществляется с
помощью самописца, сигнал на который поступает со счетчика квантов рентгеновского
излучения. Последний, в свою очередь, вращается вокруг гониометра со скоростью, в два
раза превышающей скорость образца.
Рентгенодифракционный метод обладает высокой точностью определения
межплоскостных расстояний и профилей дифракционных линий. Возможность проведения
анализа на плоских образцах позволяет проводить исследования без их разрушения.
Последнее обстоятельство делает возможным широкое использование указанного метода в
предварительных исследованиях.
Целью данной работы является изучение принципиальной возможности использования
метода рентгеноструктурного анализа для разработки методики определения вида бумаги при
проведении предварительных исследований. Анализ проводили на образцах
электроизоляционной, этикеточной, газетной Б, писчей № 1, писчей мелованной бумагах.
Исследуемые образцы, имевшие прямоугольную форму с размерами сторон 15x5 мм 2,
приклеивали к органическому стеклу с помощью цапонлака и затем помещали в
гониометрическую приставку ГП-4, установленную на дифрактометре ДРОН-ЗМ. Для
анализа использовали фильтрованное СоКа-излучение. Электрические режимы
рентгеновской трубки: 11=35 кУ, 1=15 тА. Гониометр был сфокусирован по Бреггу-Брентано.
В качестве счетчика рентгеновского излучения использовали сцинтилляционный детектор.
Съемку дифрактограмм осуществляли при постоянном вращении образца в собственной
плоскости, что исключало ошибку в определении интенсивностей дифракционных линий из-
за преимущественной ориентировки кристаллитов компонентов бумаги. Съемку
дифрактограмм проводили в диапазоне углов от 10 до 32°. Расшифровку полученных
рентгенограмм проводили с помощью данных из работы1.
1
Российская Е.Р., Корольков А. Г. Рентгенофазовый анализ минерального состава бумаги. М., 1989.
На дифрактограммах всех исследованных образцов наблюдали дифракционные линии
следующих веществ: целлюлозы, талька, каолина, сернокислого бария. Дифракционные
линии целлюлозы для всех образцов были значительно уширены, что связано с ее низким
структурным совершенством. Их интенсивность максимальна для газетной бумаги,
постепенно уменьшается для электроизоляционной и этикеточной и минимальна для
мелованной бумаги. Для последней характерна максимальная интенсивность линий каолина,
которая уменьшается для писчей и газетной бумаг, а для электроизоляционной отсутствует
совсем. В мелованной бумаге, кроме того, присутствуют такие наполнители, как тальк
финский и сернокислый барий.
Для экспрессного определения вида бумаги нами выбраны дифракционные линии
каолина с межплоскостным расстоянием (1=3,57 А и линия целлюлозы с с!=3,89 А. Выбор
линий с близкими межплоскостными расстояниями позволяет производить съемку
фрагментов рентгенограмм в малом диапазоне углов дифракции, что значительно сокращает
время проведения анализа. В данном случае диапазон составлял 13-16°. Отсутствие
наложения выбранных линий позволяет с высокой точностью определить их профили и
интенсивности.
Обработку полученных рентгенограмм проводили двумя способами:
— определением отношения интенсивностей дифракционных максимумов каолина и
целлюлозы (1К/1Ц);
- определением отношения площадей для данных линий (5К/5Ц). Площади линий при
этом были ограничены уровнем фона.
Результаты расчетов для бумаг различного вида представлены в таблице.
Анализ результатов показывает, что обе приведенные характеристики зависят от вида
бумаги. Можно также предположить, что отношение 1 К /1Ц зависит от структурного
совершенства целлюлозы и каолина, которое может меняться от образца к образцу, в то время
как отношение площадей этих линий определяется только относительным содержанием
соответствующих веществ. Для проверки последнего предположения были выбраны пять
образцов газетной бумаги, изготовленных в различное время, для которых определялись обе
вышеприведенные характеристики. При этом оказалось, что отношение 1 К/1Ц от образца к
образцу меняется более чем в два раза (минимальное значение 0,25, максимальное - 0,55), в
то время как отношение площадей дифракционных линий остается практически постоянным,
изменяясь от образца к образцу не более чем на 5%.
Таблица
Сорт бумаги [ 1К /1Ц , отн. | 5К /5Ц , отн.
| Электроизоляцио ед. 0.05 ед. 0.008
нная Этикеточная -••••'''.•" 0.18 0.025
Газетная Б 0.48 0.063
Писчая № 1 ^ •••' 1.60 0.190
Писчая 23.1 3.80
мелованная
Представленные результаты показывают принципиальную возможность описанного
метода для определения вида бумаги. Отличием данной методики от известных является
сокращение времени на проведение анализа, что наряду с ее неразрушающим характером
позволяет широко использовать разрабатываемую методику в предварительных
исследованиях бумаги.

И.Н. Мельников, В.М. Райгородский, СЮИ МВД России


ВОЗМОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДА ТОНКОСЛОЙНОЙ ХРОМАТОГРАФИИ В
ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ ИССЛЕДОВАНИИ СМАЗОЧНЫХ МАТЕРИАЛОВ
Горюче-смазочные материалы (ГСМ) являются весьма распространенными объектами
криминалистического исследования материалов, веществ и изделий и фигурируют в качестве
вещественных доказательств при расследовании различных категорий уголовных дел:
дорожно-транспортных происшествий, поджогов, хищений, в т.ч. огнестрельного оружия, и
пр. Эффективность расследования таких преступлений, возможность поиска преступника по
горячим следам во многом зависят от результатов предварительных исследований,
квалификации специалиста, производящего их.
Предварительное исследование начинается с визуального осмотра, органолептического
исследования, анализа люминесценции, возбужденной под действием УФ-излучения. Важное
значение имеют наличие, внешний вид и размерные характеристики инородных частиц,
которые обычно указывают на возможность эксплуатации ГСМ, несут необходимую
информацию для идентификации исследуемых веществ. Предварительное исследование
может быть продолжено с использованием физических и химических методов анализа,
наиболее распространенными среди которых являются рефрактометрический и
хроматографический анализы. Последние находят широкое применение, в основном, при
проведении экспертных исследований1.
Катаев А,В., Киселева В.А., Карлин И.П., Щербаков К.Г. Комплексное криминалистическое исследование
трансмиссионных масел для автотранспортных средств: Учеб. пособие. М., 1989; Камаев А.В., Киселева В.А., Карлин И.П.,
Щербаков К.Г., Зорин Ю.В. Комплексное криминалистическое исследование пластичных смазок для автотранс портных
средств: Учеб. пособие. М., 1991; Комплексное криминалистическое исследование моторных масел для автотранспортных
средств.: Учеб. пособие / Г.Г. Бутрименко, В.Н. Галяшин, И.А. Золо-таревская и др. М., 1989.
Среди хроматографических методов выделяется метод тонкослойной хроматографии
(ТСХ) как не требующий дорогостоящего оборудования, обладающий экспрессностью и
простотой выполнения анализов. Указанные преимущества обеспечивают возможность
широкого применения метода ТСХ в предварительных исследованиях горюче-смазочных
материалов. Методика проведения исследований данным методом определяется, в первую
очередь, свойствами всех веществ, участвующих в процессе: разделяемых веществ,
растворителей (подвижных фаз), сорбентов.
Цель данной работы состоит в оптимизации условий проведения процесса ТСХ
применительно к смазочным материалам. Основное внимание при этом было уделено уни-
версальности разрабатываемого процесса как одному из необходимых условий его
использования в предварительных исследованиях смазочных материалов.
Объектами исследования служили следующие смазочные материалы:
- моторные масла М6-12Г, М63-12П, Е$5о Унта КПУ-40, Лукойл Арктик ЗАЕ 5\У-40,
Лукойл Стандарт 10\У-30, Езво ШШэ ЗАЕ КПУ-40;
- трансмиссионные масла ТАД-17И, Лукойл ТМ-5 ЗАЕ 85^-90, Сазсго! ЕР 80 ЗАЕ 80;
- пластичные смазки ЗШсопМ! МР-12, ЦИАТИМ-201, Литол-24, ШРУС-4;
- другие типы смазочных материалов: промывочное масло, масло вазелиновое
медицинское.
При выборе условий хроматографирования были использованы результаты работы1, а
именно, разделение проводили методом нормально-фазовой распределительной ТСХ,
поскольку применение метода обращенно-фазовой ТСХ в данной работе 2 не привело к
положительному результату при разделении моторных масел. Хроматографи-рование
проводили на пластинах для тонкослойной хроматографии ЗПиго! 11У-254 (изготовитель —
фирма Зегуа), 5огЪг11 (изготовитель - АО “Сорбполимер”, г. Краснодар) и ВС - АЫгоНеп
РоНагшо! (изготовитель — фирма Мегск). Размер пластин составлял 15x15 см2. При выборе
систем растворителей первоначально использовали органические растворители с
постепенным увеличением полярности: гек-сан, бензол, толуол, четыреххлористый углерод.
Затем хроматографирование проводили с использованием более сложных систем на основе
смесей органических растворителей с добавлением уксусной кислоты. Полученные
хроматографические зоны наблюдали в видимой и ультрафиолетовой областях спектра с
длиной волны 254 и 360 нм, а также проявляли в парах йода.
Экспертное исследование веществ органической природы методом обращенно-фазовой тонкослойной
хроматографии: Методич. рекоменд. / В.Н. Агинский, Г.С. Зибров, А.В. Камаев и др. М., 1993. 2 Там же.
Исследуемые образцы растворяли в гексане в соотношении 1:10, после чего в
количестве 5 мкл поэтапно наносили на стартовую линию хроматографической пластины.
Однократное хроматографирование проводили до момента, когда от фронта растворителя до
верхнего края пластины оставалось около 1 см. Результаты хроматографирования для случая,
когда подвижными фазами (элюентами) являлись органические растворители, представлены
в табл. 1.
Как следует из табл. 1, при хроматографировании исследуемых смазочных материалов
присутствует незначительное количество хроматографических зон. Одновременно с этим
наблюдаются хорошо заметные пятна на линии старта. Полученные результаты указывают на
возможность разделения масляной основы смазочных материалов в растворителях,
различающихся по полярности, а также на неразделение присадок при использовании таких
неполярных растворителей, как гексан. Рост полярности растворителей приводит к
увеличению подвижности разделяемых веществ, что проявляется в увеличении количества
хроматографических зон. Использование бензола в нашем случае не привело к разделению
компонентов присадок в моторных маслах, которое наблюдали авторы указанной выше
работы.
Из табл. 1 также следует, что разделение веществ на хроматографических пластинах
ОС-А1и1о11еп РоНагшо1 заметно хуже, чем на пластинах ЗНигЫ 11У-254. Различие
результатов хроматографического разделения, полученных на пластинах ЗПиЫ 11У-254 и
ЗогЬШ, менее существенно.
Дальнейшую оптимизацию состава элюентов проводили при использовании в качестве
основы гексана, в который добавляли толуол, четыреххлористый углерод и уксусную кислоту
в различных соотношениях. Использование в системах растворителей, значительно
различающихся по полярности, имело целью увеличить подвижность компонентов,
составляющих масляную основу смазок, а также присадок. При этом были опробованы две
системы растворителей. В состав первой из них входили гексан: толуол: четыреххлористый
углерод: уксусная кислота с соотношением компонентов 7 : 1 : 1 : 1 (об. ед.).
Для второй системы соотношение тех же компонентов составляло 3 : 1 : 1 : 1 (об. ед.).
Результаты хроматогра-фирования смазочных материалов на пластинах 5Пи{Ы 11У-254 и
ЗогЪШ с использованием в качестве растворителей указанных смесей представлены в табл.
2. Анализ результатов показывает, что наилучшее разделение компонентов получено при
использовании системы 7 : 1 : 1 : 1 на хроматографических пластинах ЗПигЫ ЦУ-254.
Применение пластин ЗогЪШ привело к меньшему количеству хроматографических зон для
большинства образцов.
Как следует из табл. 2, система 7:1:1:1 может быть использована не только для
диагностических исследований по определению вида, типа, марки смазочного материала, но
также и для идентификационных исследований при установлении общности источника
происхождения исследуемых объектов. На последнее указывает тот факт, что результаты
хроматографического разделения различаются для образцов одной марки, изготовленных на
различных предприятиях, а также до и после их эксплуатации. Это подтверждается данными,
представленными в таблице для пластичных смазок Литол-24 фирмы РИКОС г. Ростов и
Ярославского НПЗ им. Менделеева, а также для моторного масла Лукойл Арктик 5АЕ 5\У40,
анализ которого был произведен до и после длительной эксплуатации двигателя.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 1 1 1 1 1 1
Масло моторное 0 0 0 0 0 0 01 02 03 0 4 05 0
Лукойл Арктик 5АЕ 5^- ,47 ,62 ,80 ,92 ,14 ,09 ,43 ,79 ,45 ,60 ,47
40
Масло моторное 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
Лукойл Арктик 5АЕ ,18 ,43 ,82 ,14 ,38 ,85 ,21 ,82 ,85 ,24 ,77
5Ш-40 (после
эксплуатации)
Масло моторное 0 0 0 0 0 0 0
Лукойл Стандарт 5АЕ ,22 ,34 ,16 ,58 ,75 ,70 ,63
10^-30 _ _ _ _ _ _
Масло моторное 0 0 0 0 0 0 0 0
Еззо ШКо 5АЕ 10\У-40 ,14 ,29 ,26 ,31 ,67 ,33 ,53 ,21
Масло 0 0 0 0 0 0 0 0 0
трансмиссионное ТАД- ,32 ,64 ,90 ,80 ,44 ,88 ,35 ,56 ,56
17И
Масло 0 0 0 0 0 0 0 0 0
трансмиссионное ,15 ,37 ,32 ,10 ,18 ,33 ,46 ,68 ,71
Лукойл ТМ-5 5АЕ
85\У90Масло 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
трансмиссионное ,15 ,37 ,37 ,14 ,07 ,40 ,78 ,50 ,80 ,83
Саз1;го1 ЕР 80, 5АЕ 80 _ _ _ _ _
Промывочное 0 0 0 0 0 0 0 0 0
масло ,19 _
,37 ,93 _ _
,13 ,89 _ -
,71 _ -
,48 ,65 ,79
Масло 0 0 0 0 0 0 0
вазелиновое ,50 _ _
,78 _ _
,46 -
,48 ,91 ,62 ,82
Пластичная 0 0 0 0 0 0 0 0 0
смазка ЗШсоп&Ы НР-12 ,92 ,22 ,87 ,61 ,75 ,93 ,25 ,19 ,44
1 2 3 4 5 6 7 8 9 1 1 1 1 1 1
Пластичная ^
_ 0 _ . 0 . . 0 01 02 3 04 05 0
смазка ЦИАТИМ -201 ,85 ,56 ,27 ,50 ,94 ,80 ,93
Пластичная 0 0 0 0 0 0 0 0 0
смазка Литол-24 (пр-во ,24 ,11 ,75 ,14 ,35 ,29 ,40 ,57 ,64
Ярославского НПО)
Пластичная 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
смазка Литол-24 (цр-во ,19 ,73 ,87 ,97 ,44 ,57 ,27 ,75 ,98 ,89 ,93
фирмы РИКОС г.
Ростов)
Пластичная 0 - 0 0 - 0 0 _ 0 - - 0 0 0
смазка ШРУС-4 ,24 ,19 ,77 ,56 ,78 ,77 ,90 ,90 ,93
Таблица 2
Результаты разделения смазочных материалов методом ТСХ с использованием в качестве
элюентов смесей растворителей: гексан : толуол : четыреххлористый углерод : уксусная
кислота с соотношением компонентов 7:1:1:1 (система 7 : 1 : 1 : 1), а также 3:1:1:1
(система 3 : 1 : 1 : 1) на хроматографических пластинах 5Пи(ч>1 11У-254 и 5огЬШ
Наименование Хроиатографические пластины 5ПитЫ 1)У-254 Хроматограф
смазочного материала и-ческие пластины
ЗогЬШ
Система 3:1:1:1 Система 7:1:1:1 Система
7:1:1:1
К К Н К К К % К К
к н к к ко
2 30 4“ 5и 6 7 8я 9н 1 1 1н 1 1 1
Масло 0 0 . 0 0 00 01 .2 .3 04 .5 .
моторное М6-12Г ,29 ,76 ,05 ,15 ,65 ,85 ,79
„ _
Масло 0 0 0 0 0 0 0 0 _ 0 0
моторное М6Я-12Г, ,26 ,50 ,76 ,09 ,17 ,34 ,60 ,83 ,43 ,86
Масло 0 0 0 0 0 0
моторное Еззо 1Л1га ,20 ,43 ,02 ,17 ,43 ,77
10\У-40
Масло 0 0 0 0 0 0 0
моторное Лукойл ,22 ,53 ,67 ,06 ,17 ,74 .85
Арктик 5АЕ 5^-40
Масло 0 0 0 0 0 0
моторное Лукойл ,23 ,77 ,14 ,74 ,39 ,92
Арктик 5АЕ 5\У-40
(после эксплуатации)
2. 3 4 5 6 7 8 9 1 1 1 1 1 1
Лукойл 0 0 0 0 0 00 1 2 4 04 5
Стандарт 5АЕ КЯУ- ,15 ,34 ,64 ,16 ,60 ,73 ,69
30
Масло 0 0 0 0 0 0 0
моторное Езко иш!;о ,15 ,26 ,05 ,45 ,08 ,54 77
ЗАЕ 10Ш-40
Масло 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
трансмиссионное ,27 ,43 ,86 ,03 ,14 ,31 69 77 ,88 ,43 72
ТАД-17И
Масло 0 0 0 0 0 0 0 0
трансмиссионное ,23 ,38 ,03 ,13 57 ,73 ,46 77
Лукойл ТМ-5 5АЕ
85\У90
Масло 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
трансмиссионное ,15 ,38 ,47 ,08 ,58 ,66 ,69 81 ,23 ,39 85
Са51го1 ЕР 80, 5АЕ
80
Промывочное 0 0 0 0 0 0 0 0 0
масло ,29 ,64 ,69 ,76 ,08 17 74 ,43 71
_ _
Масло 0 - 0 . 0
вазелиновое ,42 ,6? ,77
„ _
Пластичная 0 0 0 0 0 0
смазка ,20 ,73 1? ,69 ,77 85
Пластичная 0 0 0 - 0 0 0 0 . 0 _
смазка ЦИАТИМ ,24 ,58 ,91 1? ,28 ,65 ,77 ,89
-201 Установлено также, что время проведения процесса зависит от типа пластин и
растворителя, используемого в качестве основы для приготовления системы. Наименьшее
время анализа наблюдалось при использовании системы растворителей на основе гексана и
проведении процесса на пластинах 511иЫ. Время процесса при этом составляло 5 мин.
Использование пластин ЗогЬШ приводило к увеличению длительности процесса до 20 мин.
Таким образом, на основании представленных результатов хроматографических
исследований можно сделать вывод что наилучшими свойствами по разделению смазочных
материалов обладает система гексан: толуол: четыреххло-ристый углерод: уксусная кислота с
сотношением компонентов 7 • 1 ' 1 • 1 при использовании хроматографических пластин
511иЫ иУ-254. Данная система растворителей достаточно универсальна и может
использоваться для эффективного разделения на компоненты масел и пластичных смазок.

И.В. Брусенцова, М.Н. Шухнин, СЮИ МВД России


УСТАНОВЛЕНИЕ ЛИЧНОСТИ ПО НЕОПОЗНАННОМУ ТРУПУ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ
АЛИС
Одной из приоритетных функций органов внутренних дел направленных на защиту
прав и свобод личности, гарантированных Конституцией Российской Федерации, является
установление личности погибших (умерших) граждан и розыск без вести пропавших лиц,
значительная часть которых становится жертвами преступлений - чаще всего умышленных
убийств, замаскированных под безвестное исчезновение. Установление личности погибших
по трупу необходимый элемент доказывания при расследовании
Как известно, папиллярные узоры возникают у плода человека в момент формирования
кожных покровов. Их индивидуальность обусловлена не только генетически, на
формирование папиллярного узора влияют еще до конца не изученные факторы внешней
среды. Папиллярные узоры полностью восстанавливаются после поверхностных по-
вреждений кожи, при глубоких повреждениях остаются шрамы, имеющие индивидуальный
характер. Разрушаются Папиллярные узоры лишь спустя определенный период времени
после смерти человека вместе с кожей.
Индивидуальность и постоянство папиллярных узоров кожного покрова внутренней
поверхности кистей рук обусловили широкое применение дактилоскопии в целях
криминалистического установления личности. На сегодняшний день дактилоскопическая
идентификация является наиболее достоверным и экономичным способом отождествления
погибших по неопознанным трупам. Установление личности по отпечаткам пальцев
возможно по федеральному или местному учетам. Кроме того, при наличии версии о
личности погибшего можно осуществлять сравнение его отпечатков пальцев со следами рук,
изъятыми с места жительства, работы, последнего пребывания без вести пропавшего лица.
Суть дактилоскопического метода идентификации состоит в том, что экспертом
производится сравнительное исследование двух отображений папиллярных узоров, проис-
хождение одного из которых от конкретного человека известно, а происхождение второго
неизвестно или вызывает сомнения. Папиллярные узоры сравнивают сначала по общим
признакам, таким, как тип, вид узора и т.д.. Затем сопоставляются детали строения, при этом
учитывается наличие, положение деталей в сравниваемых отображениях и их
взаиморасположение. При совпадении всех обнаруженных деталей по признакам и
отсутствии существенных различий тождество считается установленным.
Согласно статистике, по различным регионам от 13 до 40% трупов неизвестных лиц
обнаруживаются в той или иной стадии гнилостных изменений. Изменяющиеся условия
внешней среды могут вызывать различные сочетания процессов гниения, мацерации и
высыхания, которые приводят к комбинированным повреждениям слоев кожи. Существует
более десятка способов дактилоскопирования трупов в различном состоянии кожного
покрова пальцев рук. Получение отпечатков посмертно измененных пальцев рук является
сложным медико-криминалистическим исследованием.
Дактилоскопирование неизмененных кистей рук мало отличается от
дактилоскопирования живых лиц. Приказом МВД РФ от 21.07.93г. № 349 функция
дактилоскопирования неопознанных трупов возложена на медиков-криминалистов ЭКП
ОВД. В простейших случаях неопознанные трупы дактилоскопируют эксперты-
криминалисты ЭКП МВД, судебные медики МЗ РФ, сотрудники уголовного розыска.
Существует более десятка способов дактилоскопирования трупов в различном
состоянии кожного покрова пальцев рук1.
1 Дактилоскопическая экспертиза: Курс лекций. Саратов: СЮИ МВД России, 2000. С. 83-96.
В последние годы все более широкое распространение получают электронные средства
бескраскового дактилоскопирования (системы “живой сканер”). Бескрасковый электронный
дактилоскопический сканер имеет в своем составе оптический блок и предназначен для
получения отпечатков пальцев и оттисков ладоней. В электронном виде создается
дактилокарта, которая в последующем хранится в собственной базе данных системы
управления сканером и передается для сравнения с отпечатками и следами в автомати-
зированную дактилоскопическую информационную систему (АДИС). Указанные системы
исключают возможность утраты дактилоскопической информации и ее искажение, т.к. имеют
многоуровневое разграничение доступа к базе данных, а дактилоскопическая информация
передается по закрытым каналам связи. Подобные устройства могут успешно применяться
для оперативного получения отпечатков пальцев и оттисков ладони погибшего (умершего).
Полученные отпечатки пальцев рук трупа проверяются по дактилокартотеке. Этот процесс может
проходить в двух вариантах: ручной и автоматизированный. В первом случае вычисляют основную и
дополнительную дактилоскопические формулы. Для этого необходимо иметь полные отпечатки не менее 5
пальцев одной руки для ИЦ ре гионов и не менее 7 пальцев - для ГИЦ МВД РФ. При проверке с
использованием автоматизированной дактилоскопической информационной системы (АДИС)
необходимо получить хотя бы один отпечаток одного из пальцев, который будет включать
интегральные особенности (центр, дельта) и 10 и более особенностей строения папиллярных
линий. По АДИС могут проверяться и фрагменты отпечатков папиллярных узоров и с более
плохими характеристиками (например, отображение одной интегральной особенности с
количеством деталей менее 6).
Так, например, в октябре 1998 года в Советском районе г. Воронежа были обнаружены
обгоревшие останки человека. Медику-криминалисту удалось получить лишь один опечаток
среднего пальца левой руки. С помощью АДИС “Сонда+97” была установлена личность
погибшего, а преступление раскрыто в короткие сроки.
При проверке по АДИС отпечатков рук расчлененного трупа, обнаруженного в пос.
Отрадное Кировского района Ленинградской области, по дактилокарте был идентифицирован
гражданин Б., ранее задерживавшийся Приморским РУВД за попытку совершения квартирной
кражи и отпущенный под подписку о невыезде. В дальнейшем было установлено, что гражданин
Б. являлся лидером одной из преступных групп и был убит своими же сообщниками в ходе
“разборки”.
В декабре 2000 года были завершены испытания АДИС-ГИЦ на массиве 3,5 млн.
дактилокарт и 60 тыс. следов. Массив был сформирован из базового массива Федерального банка
данных дактилоскопической информации (ФБДДИ) и реальных дактилокарт оперативно-
справочных учетов ГУВД Краснодарского края, МВД республики Татарстан, УВД Приморского
края, ГУВД Пермской и Кемеровской областей и некоторых других регионов. Тестовый массив
состоял из 500 контрольных дактилокарт, 500 пар (1000 дактилокарт) на 500 лиц, 241 пара “карта
трупа - прижизненная карта” (482 дактилокарт), 90 дактилокарт с ограниченным числом
отпечатков, 50 неполных отпечатков (по фрагменту отпечатка одного пальца трупа), специальный
проверочный массив реальных следов рук. За период испытаний по реальным запросам
установлены личности 54 трупов. По ФБДДИ проверялись трупы по запросам ГУВД Москвы,
МВД Украины, ГУВД Санкт-Петербурга, Челябинской, Свердловской областей, Краснодарского
края. Идентифицированы 88 погибших. Установление личности носит, как правило,
межрегиональный характер и распределяется по регионам пропорционально числу отработанных
запросов. Так, например, украинский труп идентифицирован по кемеровскому сегменту базы
данных, московский труп - по челябинскому, петербургский труп - по владивостокскому. По
статистике, по межрегиональной базе данных в 3,5 млн. дактилокарт идентифицируется до 2%
трупов независимо от региона, из которого поступил запрос.
Таким образом, можно с уверенностью сказать, что эффективность использования
автоматизированных учетов достаточно высока, а перевод дактилокартотек в электронный вид
(повсеместное внедрение АДИС, создание региональных и федерального банка данных и каналов
связи) резко сократит время проверки полученной дактилоскопической информации.

С.М. Колотушкин, ВА МВД России


ВЗРЫВОТЕХНИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА: УРОВНИ И ОСОБЕННОСТИ ПРОИЗВОДСТВА
Взрывотехническая экспертиза, входящая в класс судебных инженерно-технических
экспертиз, занимает отдельное по роду место среди автотехнической, металловедческой,
пожарно-технической и других экспертиз, базирующихся на фундаментально разработанных
отраслях знания. Деления взрывотехнической экспертизы на элементы (виды) следующего
уровня пока нет. К сожалению, нет, хотя целесообразность такого деления по видам назрела.
Сделаем попытку обосновать такую необходимость и обозначить основания для разделения. По
нашему мнению, такие основания носят характер методического и организационного
обеспечения взрывотехнических экспертиз и позволят достичь следующих целей:
а) сделать возможным проведение несложных “валовых” взрывотехнических экспертиз
экспертами-криминалистами на уровне районных и городских ОВД;
б) повысить оперативность и безопасность представления объектов для проведения
взрывотехнических экспертиз;
в) сконцентрировать научный потенциал, силы и средства по территориальному и
ведомственному принципу для решения сложных задач взрывотехнической экспертизы.
Для достижения этих целей, по нашему мнению, необходимо в рамках
взрывотехнической экспертизы выделить следующие виды экспертиз:
- экспертиза взрывчатых веществ (ВВ), взрывных устройств (ВУ), боеприпасов и
пиротехнических средств промышленного изготовления;
- экспертиза ВВ и их остатков после взрыва;
- экспертиза конструкций ВУ.
Любое нововведение должно исходить из принципа целесообразности, сущность
которого выражается как повышение эффективности в работе по раскрытию и расследо-
ванию преступлений.
Более 70% изымаемых взрывоопасных объектов в настоящее время являются объектами
промышленного изготовления без изменения их конструкций и состояния. В большинстве
своем (до 50%) это ручные гранаты, средства взрывания - детонаторы и запалы, ВВ и
стандартные заряды. Из пиротехнических изделий в экспертной практике чаще встречаются
имитационные и сигнальные средства. В отношении таких объектов, как правило, решаются
классификационные и диагностические задачи, целью которых является отнесение
(неотнесение) указанных объектов к категории ВВ и ВУ, что является квалифицирующим
признаком составов преступлений, предусмотренных ст.ст, 222, 223, 225, 226 УК РФ.
На практике очень часто от оперативного решения подобных вопросов в рамках
предварительных исследований указанных объектов в стадии возбуждения уголовного дела
зависит успех развития следственной ситуации в целом. На сегодняшний день в силу
недостаточного количества экспертов-взрывотехников (исходя из штатной положенности 1-3
на регион) все обнаруженные и изъятые взрывоопасные объекты направляются, как правило,
в экспертно-криминалистическое управление, которое находится в областном или краевом
центре. В отдельных случаях на место выезжает эксперт-взрывотехник. Результаты
исследований в таких условиях могут быть получены (в зависимости от удаленности и
характера транспортных коммуникаций) через несколько суток.
Взрывоопасные объекты перевозятся следователями, оперативными работниками,
представителями других служб и подразделений без соблюдения требований “Единых
правил безопасности при взрывных работах”. Эти правила регламентируют порядок
хранения, транспортировки и использования взрывных материалов.
При соответствующей методической подготовке экспертов-криминалистов, имеющих
допуск на производство судебно-баллистической экспертизы 1, обеспечении их инфор-
мационно-справочными материалами, по нашему мнению, может быть решена проблема
оперативного проведения многочисленных и несложных взрывотехнических экспертиз.
Система подготовки таких специалистов может быть аналогична проверенной и хорошо себя
зарекомендовавшей системе обучения на факультетах повышения квалификации учебных
заведений МВД России. Подготовка может включать в себя шестинедельные занятия очной
формы обучения и работу под руководством в течение года.
' До 1993 года в МВД в условиях организационного и методического вакуума в отношении взрывоопасных объектов
указанные задачи решали эксперты-баллисты, В.М. Плескачевский в своей монографии приводит подобные примеры с
исследованием ручных гранат.
Таким образом, мы обозначили первый уровень взрывотехнической экспертизы, не требующей
специального базового образования в области взрывных явлений, — решение классификационных и
диагностических задач в отношении взрывоопасных предметов промышленного изготовления, находящихся в
обезвреженном или транспортном (безопасном) положении.
Второй уровень объединяет в себе экспертизу взрывчатых веществ и их остатков после
взрыва, а также экспертизу конструкций ВУ. Субъектом таких исследований выступает эксперт-
взрывотехник, имеющий базовое образование в области взрыва. В рамках этих двух видов
экспертиз решается практически весь спектр вопросов, относящихся к предмету
взрывотехнических исследований: определение типа, состояния и способа изготовления ВВ;
назначение и принцип работы ВУ, его компоненты и навыки изготовителя; оценка поражающих
свойств взрывоопасного объекта; причины и характер протекания взрыва и многое другое.
Высказанные предложения могут вызвать вопрос, зачем второй уровень взрыво-
технической экспертизы разделять на два вида: экспертиза ВВ и экспертиза конструкций ВУ.
Такой подход возник не сразу. Ю.М. Д и ль дин во взрыво-технической экспертизе выделяет два
относительно самостоятельных направления исследований: первое - в области химии и
технологии ВВ; второе - анализ конструкций и действия ВУ 1. Основными причинами указанного
разделения являются существенные отличия в методической и экспериментальной части
экспертных исследований данных объектов.
* Основы инженерно-технических экспертиз: Учеб. пособие / Под ред.
Исследуя вопрос признаков классификаций судебных экспертиз, А.Р. Шляхов выделяет в
качестве необходимых оснований формирования каждого рода и вида экспертизы предмет, объект
и методику исследований. “Без уяснения предмета, объекта и методики экспертизы... невозможно
понять сущность судебной экспертизы”2. Следует отметить, что строгой теоретической
дифференциации между методами исследований в настоящее время в науке не проводится.
Многие исследования в разных областях познаний имеют хорошие результаты на стыках
предметных наук, их взаимопроникновение стало обычным явлением в решении многих научных
задач. Вместе с тем сущность методов (отдельных методик), характер объектов исследований
определяют область и содержание познаний конкретного эксперта, его специализацию как
субъекта судебной экспертизы. Содержание специальных познаний эксперта в области
конкретного вида экспертизы (знание и владение методами исследований) характеризуют его
квалификацию, компетентность и способность решения экспертных задач.
Ю.М. Дильдина. М.: ЭКЦ МВД России, 1993. С. 8. Шляхов А.Р. Судебная экспертиза: Организация и
проведение. М., 1979. С. 10.
Нам представляется, что в настоящее время нет экспертов-взрывотехников, в одинаковой
степени владеющих комплексом методов исследования составов ВВ и их продуктов после взрыва
и методами исследования физических параметров взрыва в зависимости от конструкции ВУ.
Исследования составов ВВ и их продуктов после взрыва могут быть связаны с
применением самых разнообразных методов (тонкослойная, газожидкостная хроматография,
хроматомасс спектрометрия, ИК-спектрометрия, микрохимический, кристаллос конический и
рентгенофлуоресцентный анализ, большое многообразие химических тестов и экспресс-
анализов), требующих соответствующей подготовки и квалификации.
Исследования конструкции ВУ, его принципа действия, оценки поражающих свойств, а
также решение задач реконструкции ВУ по следам взрыва должны быть связаны с глубокими
познаниями эксперта в области физики (механика, электротехника, сопротивление материалов,
термодинамика и др.) и специальными познаниями конструкций ВУ, характером их изменений
после взрыва.
В настоящее время пока нет полного теоретического обоснования деления
взрывотехнической экспертизы по предложенным уровням, хотя некоторые взгляды по этому
вопросу высказываются (И.Д. Моторный, В.М. Плескачевский и др.). С учетом изложенного нам
представляется допустимой следующая схема классификации взрывотехнической экспертизы и
структурно-организационная ее реализация в системе экспертной службы МВД России:
экспертиза ВВ, ВУ, боеприпасов и пиротехнических средств промышленного изготовления,
находящихся в транспортном состоянии. Допуск на право проведения такой экспертизы может
предоставляться экспертам-баллистам после соответствующего их обучения и прохождения
стажировки.
Возможность проведения таких исследований на уровне районных и городских ОВД
позволит оперативно решать задачи предварительных исследований в стадии возбуждения
уголовного дела, а также в короткие сроки проводить несложные экспертизы штатных
средств, относящихся к взрывоопасным предметам;
экспертиза ВВ и их остатков после взрыва;
экспертиза конструкций взрывных устройств.
Допуск на право проведения таких экспертиз предоставляется специалистам,
имеющим базовое специальное образование в областях знаний, связанных со взрывом, после
обучения в ГУ ЭКЦ МВД России и прохождения соответствующей стажировки 1. Указанные
специалисты работают в региональных (областных и краевых) экспертно-
криминалистических управлениях в составе взрывотехнических отделений или лабораторий,
имеющих соответствующее оборудование и оснащение.
1
В настоящее время обучение экспертов-взрывотехников в ЭКЦ МВД России проводится в срок от двух недель
до одного месяца, этого времени недостаточно, т.к. невозможно усвоить большой объем аналитической информации,
овладеть многообразными методами и методиками исследований, понять сущность криминалистического
исследования взрывоопасных объектов и следов их применения.

Ю.А. Неклюдов, Ю.Д. Алексеев, А.А. Ефимов, А,В. Павлов, СГМУ


К ВОПРОСУ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВОЗРАСТА ТРУПОВ НЕИЗВЕСТНЫХ ЛИЦ
В последние годы интерес к определению возраста неизвестного человека как составляющей части
идентификации личности резко возрос в связи с геополитическими катаклизмами (локальные войны во многих
регионах мира), непредвиденной, масштабной и зачастую нелегальной миграцией населения, терроризмом,
техногенными и природными катастрофами с большим количеством жертв и, наконец, выраженной
криминализацией общества, сопровождающейся увеличением обезображивающих убийств и т.д.
В связи с создавшейся ситуацией резко увеличилось количество неопознанных трупов и
даже отдельных их частей, доставляемых на судебно-медицинскую экспертизу. Все это
создает большие трудности при опознании трупов и в проведении соответствующих
экспертиз, в задачу которых входит определение возраста умершего.
На тему определения возраста выполнено огромное количество научных исследований
самого разного уровня, но решения вопроса определения возраста как у живого человека (по
физиологическим тестам), так и у мертвого (по морфологическим тестам) практически не
удалось приблизить к желаемому пределу.
Ошибки оставались достаточно большими, и если раньше их 14 пытались объяснить
несовершенством методик или методологическими нарушениями разработчика метода, то в
последние годы стало ясно, что ошибки в определении паспортного возраста
предопределены самой природой, то есть биологией старения.
Твердо доказанная асинхронность старения на организменном, органном и тканевом
уровнях делает невозможным точное определение календарного возраста, так как
календарный и биологический возраст может совпасть лишь случайно.
Какой бы метод определения возраста ни применялся, какие бы сверхсовременные и
точные приборы ни использовались, они определяют состояние измеряемого морфо-
логического параметра, которого он достиг к моменту исследования, то есть всегда
определяются параметры биологического возраста.
Следует отказаться от попыток найти (разработать) способ точного определения
паспортного возраста, а искать пути сокращения ошибок в его определении, пути
приближения расчетного возраста к хронологическому, объективизировать применяемые
методы, чтобы полностью исключить субъективизм эксперта (широкое внедрение
морфометрических методов по Г.Г. Автандилову и др.) и рационально использовать методы
математического моделирования на современном уровне.
Работы, проведенные на кафедре судебной медицины СГМУ в предшествующий период
(Неклюдов Ю.А., 1997; Павлов А.В., 1999; Спиридонов А.В., 1997; Ефимов А.А., 1999, Алексеев
Ю.Д., 1999 и др.), показали, что величина отклонений расчетного возраста от календарного во
многом зависит от характера используемого параметра, в частности, от коэффициента
корреляции его с возрастом и количества используемых параметров.
Работами Звягина В.Н. (1982) и Неклюдова Ю.А. (2001) показано, что на костной системе,
до сих пор используемой экспертами для определения возраста, задействованы практически все
параметры, связанные с возрастом, и точность комплексного определения возраста по костям
скелета фактически достигла своего биологического предела. Отсюда возникла идея искать
критерии возраста за пределами костной системы.
В работах Спиридонова А.В. (1997), Павлова А.В. (1999), Ефимова А.А. (1999), Алексеева
Ю.Д. (1999) показано, что в структуре щитовидной, предстательной желез, семенниках и аорте
имеются параметры, тесно коррелирующие с возрастом, на основании чего авторам удалось
составить расчетные регрессионные формулы для определения биологического возраста,
довольно близко приближенного к паспортному.
Однако эти методы, существенно расширяющие возможности экспертизы возраста по
объектам, по точности мало отличаются от методов, существующих для других объектов (кожа,
кости, зубы).
Точность определения паспортного возраста, по мнению Неклюдова Ю.А. (2001), связана с
типом старения: менее точные результаты выявлялись при гипогерическом типе старения (когда
все используемые параметры на костях верхней конечности соответствовали более молодому воз-
расту) и при гипергерическом - когда наблюдалось обратная картина.
Наиболее близкое приближение вычисленного биологического возраста к паспортному
наблюдалось при так называемом асинхронном типе старения, когда часть параметров
соответствовала более молодому, а часть - более старому биологическому возрасту.
Убедительно было показано, что отнесение определенного индивидуума к конкретному
типу зависит от широты анализируемого комплекса параметров. Чем шире этот комплекс, тем
больше вероятность, что значения возраста, вычисленные по отдельным параметрам,
расположатся по обе стороны от паспортного возраста, то есть мы будем чаще встречаться с
асинхронным типом старения, при котором получается более точный результат. Этим также
объясняется необходимость поиска возрастных тестов за пределами традиционной костной
системы.

А.В. Калякин, А.А. Киселев, А.И. Головченко, СЮИ МВД России


ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГРАФОАНАЛИТИЧЕСКОГО МЕТОДА ДЛЯ ОЦЕНОЧНОГО
ИССЛЕДОВАНИЯ НЕКОТОРЫХ ВИДОВ ДИНАМИЧЕСКИХ СЛЕДОВ ОРУДИЙ И ИНСТРУМЕНТОВ
Вопросы, касающиеся проведения экспертного эксперимента в трасологии, всегда
привлекали пристальное внимание многих отечественных и зарубежных ученых. Объясняется
это многими факторами.
Во-первых, сложностью определения понятия “экспертного эксперимента” и его
классификацией применительно к различным видам экспертных исследований. Следует
отметить, что даже само понятие “эксперимент” трактуется в литературе, весьма многогранно и
разнообразно1.
1
Налимов В.В., Чернова Н.А. Статистические методы планирования экстремальных экспериментов. М., 1965.
Во-вторых, теоретические основы экспертного эксперимента до настоящего времени,
весьма далеки от совершенства. Особенно это касается трасологической экспертизы, которая
отличается от других видов экспертиз уникальным разнообразием исследуемых объектов и
решаемых вопросов.
Проблемам экспертного эксперимента посвящены работы многих отечественных ученых -
Белкина Р.С., Грановского Г.Л., Майлис Н.П., Колдина В.Я., Винберга А.И., Шевченко Б.И.,
Ароцкера Л.Е. и др.
Так, например, Белкин Р.С. указывает: “Как во всяком научном эксперименте, условия
при экспериментировании в процессе экспертизы определяются самим экспериментатором и
зависят от целей эксперимента и той экспертной версии, для проверки которой ставится
эксперимент”, при этом он акцентирует внимание на важности подбора материала для
экспериментирования, “...при подборе материала, на котором будут проводиться
эксперименты, следует иметь в виду и задачу сохранения в неповрежденном виде
идентифицируемого объекта. Дело в том, что при экспериментировании с
идентифицируемым объектом он может утратить часть прежних и приобрести какое-то
количество новых признаков в зависимости от материала следовоспринимающего объекта” 1.
Полностью соглашаясь с этим утверждением, следует отметить, что, используя для получе-
ния экспериментальных следов пластилин, парафин и подобные им по структуре материалы,
очень важно учитывать состояние их поверхностей, т.к. оно весьма сильно зависит от
температуры окружающей среды. Это может проявляться не только при выполнении
экспериментальных следов, но и в процессе их сравнения с исследуемыми, когда необходимо
получить фотоизображения с использованием искусственного освещения.
1
Белкин Р.С. Эксперимент в следственной, судебной и экспертной практике. М., 1964.
Кроме этого на представленных следообразующих объектах могут быть различные
микрочастицы или волокна, исследование которых в ряде случаев может оказаться не-
обходимым впоследствии.
В трасологических исследованиях неоднократно предпринимались попытки
использования различных методов моделирования (в частности, геометрических построений)
с целью реконструкции и идентификации следообразующего объекта2.
* Грановский Г.Л., Поляков В.З., Майлис Н.П. Математическое моделирование в производстве
трасологических экспертиз // Сб. науч. тр. ВНИИСЭ. Вып. 49. М., 1981.
Весьма оригинальный способ избежать указанных последствий эксперимента был, в
частности, предложен Г.Л. Грановским в виде так называемого метода получения
“фотоследов”. Этот метод заключается в том, что следообразующую кромку инструмента
закрепляют перед объективом фотокамеры, освещая ее косонаправленным светом щелевого
или точечного осветителя, и экспонируют на движущуюся пленку или фотобумагу. Элементы
рельефа следообразующей кромки отражают свет, в результате чего на фотопленке после
проявления наблюдается система параллельных линий, которые по сути являются
фотографическими моделями трасс следа. В то же время этот метод имеет недостатки,
вызванные существенными искажениями из-за неравномерности отражения света
выступающими точками, наличием бликов и др1.
Грановский Г.Л. Некоторые приемы и средства моделирования в тра-сологии // Сб. “Криминалистика и
судебная экспертиза”. Вып. 6. Киев, 1969.
Авторами настоящей работы предлагается графоаналитический метод исследования объемных
динамических следов, оставленных инструментами режущего действия (стамеска, нож, кусачки, ножницы и
т.п.), позволяющий проводить сравнительное исследование трасс следа методом совмещения. При этом стадия
экспертного эксперимента может быть заменена или предварять его соответствующими графическими
построениями и элементарными расчетами. Следует сразу оговориться, что данный метод нельзя счи тать
универсальным, т.к. динамические следы весьма разнообразны именно с точки зрения специфических особен-
ностей следообразования. Поэтому в качестве частного случая в настоящей работе исследовались следы
соскоба. Целью исследования являлось выяснение возможности использования графического построения
(моделирования) трасс и сравнения путем их совмещения с фотоизображением трасс на различных объектах.
Для того чтобы максимально упростить процесс исследования, следы выполнялись на ровной пластилиновой и
парафиновой поверхностях специально заточенной металлической пластиной толщиной 1,5 мм. Серия
экспериментальных следов соскоба выполнялась при различных встречных углах, при этом фрон-
тальный угол был заранее фиксированным и составлял 90 , угол заточки рабочей кромки
инструмента составлял 10°.
Процесс следообразования динамических следов соскоба состоит в том, что форма трасс в
этих следах зависит от ряда факторов, некоторые из которых могут быть учтены и
смоделированы еще до начала выполнения эксперимента. К основным таким факторам
относятся: угловые параметры (фронтальный, встречный и рабочий углы), результирующая сила,
приложенная к инструменту, структурные и прочностные характеристики материала
следовоспринимающей поверхности (его пластичность, упругость и т.п.). Очевидно, что в
основном при образовании таких следов для исследователя наибольший интерес представляет
расположение и взаиморасположение трасс, поскольку при совмещении исследуемого и
экспериментального следов именно совпадение (или несовпадение) трасс является решающим
при формировании вывода.
Предложенный авторами метод заключается в предварительном построении расположения
трасс но увеличенному изображению рабочей кромки инструмента. Очевидно, что при встречном
угле, равном 90 , и такой глубине внедрения рабочей кромки, когда все точки рельефа кромки
контактируют со следовоспринимающей поверхностью, ширина следа должна равняться ширине
кромки. Если же величина встречного угла меняется, то и след соответственно будет иметь
другую ширину, пропорционально величине измененного угла. Очевидно, что при этом
изменится взаиморасположение трасс. Исходя из этих рассуждений, возможно простейшее
вычисление значения встречного угла, исключив зачастую многочисленные экспериментальные
действия по его определению.
Например, на исследование представлен динамический след соскоба и стамеска, которой
предположительно он был оставлен. Необходимо определить встречный угол, если фронтальный
был равен 90 (рис. 1).
Тогда, чтобы найти встречный угол, достаточно вычислить соз а = В/С, после чего
определяется угол а, соответственно встречный угол определиться как 90-01.

Рис. 1. Графическое определение встречного угла: В - ширина следа в мм; С - ширина рабочей
кромки в мм
Зная значение угла а, возможно графическим путем моделировать расположение и
взаиморасположение трасс для заданных величин этого угла. Методика графического построения
трасс следующая: на листе бумаги вычерчивается (или копируется с фотографии) увеличенное
изображение рельефа рабочей кромки инструмента, затем отмечаются характерные точки,
участвующие в процессе следообразования. Эти точки являются началом трасс, которые
проводятся параллельно друг другу под углом ОС по отношению к линии контактирующих точек
инструмента. Построение выполняется в том же масштабе, что и фотоизображение следа,
поступившего на исследование. Затем изображения трасс, построенных графически и трасс следа
совмещаются. В основном результаты совмещения трасс вполне удовлетворительные. Таким
образом, предложенный метод, с учетом указанных допущений, может быть использован для
предварительной оценки следов с точки зрения целесообразности выполнения экспертного экспе-
римента. Такой метод может быть использован и в том случае, если есть вероятность, что
следообразующий объект в результате выполнения экспериментальных следов может быть
поврежден или его следообразующая часть утратит индивидуализирующие признаки.
Следует отметить, что предлагаемый метод является промежуточным этапом исследования,
т.к. в настоящее время в СЮИ МВД России разработана компьютерная программа, с помощью
которой построение и совмещение трасс осуществляется автоматически. В этом случае изо-
бражения следа и рабочей кромки инструмента сканируются и выводятся на экран. Затем в одном
масштабе производится совмещение трасс исследуемого следа с трассами, построенными по
характерным точкам рабочей части инструмента. При полном совмещении трасс численное
значение встречного угла выводится на экран.

СОДЕРЖАНИЕ
Хрусталев В.Н.
ПРОЦЕССЫ ИНТЕГРАЦИИ И ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ЗНАНИЙ В КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЕ И
НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЯВЛЕНИЯ ЕЕ НОВЫХ РОДОВ И ВИДОВ...................3

Федоренко В.А.
МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО
ОРУЖИЕВЕДЕНИЯ...............................................................................8

Полунин С.А.
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРОИЗВОДСТВА КОМПЛЕКСНОЙ СУДЕБНОЙ
ЭКСПЕРТИЗЫ........ 10

Осипов Ю.Ю., Коссович А.А.


ИНФОРМАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ КОМПЛЕКСНОЙ СУДЕБНОЙ
ЭКСПЕРТИЗЫ................................................................. 13

Стаценко В.Г.
ПРОБЛЕМЫ НОРМАТИВНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ ПОЗНАНИЙ В
УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ ............................................................... 19

Приходько А.В., Шухнин М.Н.


О КЛАССИФИКАЦИИ ЭКСПЕРТНЫХ ЗАДАЧ.................................... 22

Криворотое А.Н.
КЛАССИФИКАЦИЯ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИХ УЧЕТОВ НА СОВРЕМЕННОМ
ЭТАПЕ............................................................... 26

Матов О.Р.
ПРОБЛЕМЫ ПРОИЗВОДСТВА ЭКСПЕРТИЗЫ ХОЛОДНОГО ОРУЖИЯ...................................................................... 30
Колотушкин С.М.
КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ ОБЛИКА ОСКОЛОЧНОГО ВЗРЫВНОГО УСТРОЙСТВА ПО
СЛЕДАМ ЕГО ВЗРЫВА ................................................................ 31

Жигалов Н.Ю., Андреев А.Г. .35


ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРОИЗВОДСТВА ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ В РОССИИ И США
(СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ) ...............................

Нестеров А.В. .39


ЭКСПЕРТНОЕ ДЕЛО....................................

Галяшина Е.И.
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ФОНОСКОПИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ....... .44

Булгакова Е.В., Булгаков В. Г.


ОБ ИЗУЧЕНИИ ОСОБЕННОСТЕЙ РАССЛЕДОВАНИЯ ДОРОЖНО-ТРАНСПОРТНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ С
ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ АВТОМОБИЛЕЙ ИНОСТРАННОГО ПРОИЗВОДСТВА В КУРСЕ
“КРИМИНАЛИСТИКА............. ...................................... ......49

Орлов Ф.П.
К ВОПРОСУ О ПОДГОТОВКЕ ЭКСПЕРТА ..........................................51

Рассказова В. В.
ОРГАНИЗАЦИОННО-МЕТОДИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ВВЕДЕНИЯ ПРОГРАММЫ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО
ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В СФЕРЕ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ .......................57

Гурьянов К.В.
ОРГАНИЗАЦИОННЫЙ АСПЕКТ ВВЕДЕНИЯ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ “1Т-ТЕХНОЛОГИИ В ОРГАНАХ
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ...................................... ............... ........................60

Сапожников К. С.
О СОВРЕМЕННОМ ПОДХОДЕ ЗАКОНОДАТЕЛЯ К ПРОЦЕССУАЛЬНЫМ ВОПРОСАМ НАЗНАЧЕНИЯ
СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ. ............................................................... .....67

Абрамова И. В.
АНАЛИЗ ПОНЯТИЙ НАУЧНОГО И ЭКСПЕРТНОГО
ЭКСПЕРИМЕНТА. .......................................................... ......................70

Кудинова Н.С., Сухарев А.Г.


К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЕКТАХ ТРАСОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ПРОИЗВОДСТВЕННО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ
СЛЕДОВ.......................76

Стальмахов А.В., Федоренко В. А.


ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОРАЖАЮЩЕЙ СПОСОБНОСТИ ПАТРОНОВ, ОТСТРЕЛЯННЫХ ВНЕ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО
ОРУЖИЯ ...................................80

Воронков Л.Ю., Матов О.Р.


ОБНАРУЖЕНИЕ МЕДИ В СЛЕДАХ ВЫСТРЕЛА НА ПРЕГРАДЕ......"... 85

Воронков Л.Ю., Ситников А.В.


ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГАЗОВОГО РЕВОЛЬВЕРА “АЙСБЕРГ” В КАЧЕСТВЕ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО
ОРУЖИЯ....................................... 86

Ситников А.В.
ПРИЗНАКИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ УСТРОЙСТВА ПОДАВЛЕНИЯ ЗВУКА ВЫСТРЕЛА В СЛЕДАХ НА
ВЫСТРЕЛЕННОЙ ПУЛЕ......

Ситников А.В.
УСТРОЙСТВА ПОДАВЛЕНИЯ ЗВУКА ВЫСТРЕЛА И ИХ
КЛАССИФИКАЦИЯ................................................................... 92

Воронков Л.Ю., Погребной А.А.


РАСЧЕТ ПОРОХОВОГО ЗАРЯДА ДЛЯ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПОРАЖАЮЩЕЙ
СПОСОБНОСТИ САМОДЕЛЬНОГО ДУЛЬНОЗАРЯДНОГО ОГНЕСТРЕЛЬНОГО
ОРУЖИЯ ............................................................ 95

Погребной А.А., Федоренко В.А.


ПРОБЛЕМЫ ИДЕНТИФИКАЦИИ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ ПО СЛЕДАМ
БОЙКА .......................................................... 97

Чугунов А.М., Ситников А.В.


ПОЛУЧЕНИЕ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИ ЗНАЧИМОЙ ИНФОРМАЦИИ ПРИ АНАЛИЗЕ СЛЕДОВ ВЫСТРЕЛА
НА ПРЕГРАДЕ ИЗ СТЕКЛА................................................................. 99

Кудинова Н.С., Сухарев А.Г., Соколова Т.Н., Сурменко Е.Л.


УСТАНОВЛЕНИЕ ГРУППОВОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПРОМЫШЛЕННЫХ ЛАЗЕРНЫХ
УСТАНОВОК ............................... 104

Родионова М.П.
ИНДИВИДУАЛИЗАЦИЯ ИСТОЧНИКА ПРОИСХОЖДЕНИЯ ПРЕДМЕТОВ ИСКОМОГО
ЕДИНОГО................................................ 108

Бондаренко П.В., Евстигнеев Б.А.


ПРОБЛЕМЫ ДИАГНОСТИКИ В СУДЕБНОМ ПОЧЕРКОВЕДЕНИИ....................................... 112

Комков П.П., Галаев С.В.


ОСОБЕННОСТИ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ХАРАКТЕРИСТИК ОБЪЕКТА ПРИ ПРОВЕДЕНИИ ИНФОРМАЦИОННО-
ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ ЭКСПЕРТИЗ.......................................................................................117
Сосенушкина М.Н.
ОСОБЕННОСТИ ИДЕНТИФИКАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ОТТИСКОВ УДОСТОВЕРИТЕЛЬНЫХ
ПЕЧАТНЫХ ФОРМ (ПЕЧАТЕЙ И ШТАМПОВ), ИЗГОТОВЛЕННЫХ ПО СОВРЕМЕННЫМ
ТЕХНОЛОГИЯМ..........................................120

Кошманов П.М.
РОЛЬ Е.Ф. БУРИНСКОГО И С.М. ПОТАПОВА В СОЗДАНИИ КЛАССИФИКАЦИИ
ИДЕНТИФИКАЦИОННЫХ ПРИЗНАКОВ ПОЧЕРКА............................................................ ,124

Огорелков И.В.
МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ АНАЛИЗА ТЕКСТОВ С МАСКИРОВКОЙ ОСОБЕННОСТЕЙ ПИСЬМЕННОЙ
РЕЧИ ........... 127
Аверкова Г.В.
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИАГНОСТИКИ ЛИЧНОСТИ ПО ФОНОГРАММАМ УСТНОЙ
РЕЧИ ............................................... 131

Финогенов В.Ф., Косыгин О.А.


. ВОЗМОЖНОСТИ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ДОКУМЕНТОВ В ПРОФИЛАКТИКЕ
ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С КРАЖАМИ И УГОНАМИ АВТОТРАНСПОРТНЫХ
СРЕДСТВ ..................................................... 138

Пименов М.Г.
СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ “ МЕТОДА КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ДНК-
АНАЛИЗА..................... 142

Комкова Е.А., Зайцев В.В., Гусев Р.А.


АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ АВТОМАТИЗАЦИИ ЭКСПЕРТНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ СТЕКЛА И ИЗДЕЛИЙ ИЗ
НЕГО.......................... 148

Шапочкин В.И., Ручкин В.А., Усачев И.А.


СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА ИЗДЕЛИЙ ИЗ ДРАГОЦЕННЫХ
МЕТАЛЛОВ........................................................................................ 152

Шапочкин В.И., Субботина М.В., Левчук Е.В.


ПРИМЕНЕНИЕ РЕНТГЕНОСТРУКТУРНОГО АНАЛИЗА ПРИ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОМ ИССЛЕДОВАНИИ
ТЕКСТИЛЬНЫХ ХИМИЧЕСКИХ ВОЛОКОН..................................... 156

Морозов Л.П.
О ТРАСОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ, ПРИМЕНЯЕМЫХ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЙ
ЭКСПЕРТИЗЫ ОБУВИ В РАМКАХ ЗАКОНА “О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ”. 161

Гунарёв С.А.
ЗНАЧЕНИЕ СУДЕБНО-ГЕНЕТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ В РАССЛЕДОВАНИИ
ПРЕСТУПЛЕНИЙ ............................164

Гортинский А.В.
ВОПРОСЫ КОМПЛЕКСНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ДОКУМЕНТОВ, ИЗГОТОВЛЕННЫХ В СФЕРЕ
КОМПЬЮТЕРНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ.....167

Третьяков О.Е.
ФОНОСКОПИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА: ТРАДИЦИОННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ
РАЗВИТИЯ .............................171

Райгородский В.М.
ВОЗМОЖНОСТИ РЕНТГЕНОСТРУКТУРНОГО АНАЛИЗА ПРИ ПРОВЕДЕНИИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫХ
ИССЛЕДОВАНИЙ БУМАГИ............................................................................................. 176

Мельников И.Н., Райгородский В.М.


ВОЗМОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДА ТОНКОСЛОЙНОЙ ХРОМАТОГРАФИИ В ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ
ИССЛЕДОВАНИИ СМАЗОЧНЫХ МАТЕРИАЛОВ ............................................................ 181

Брусенцова И.В., Шухнин М.Н.


УСТАНОВЛЕНИЕ ЛИЧНОСТИ ПО НЕОПОЗНАННОМУ ТРУПУ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ
АДИС............................................................ 191

Колотушкин С.М.
ВЗРЫВОТЕХНИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА: УРОВНИ И ОСОБЕННОСТИ
ПРОИЗВОДСТВА................................................195

Неклюдов Ю.А., Алексеев Ю.Д., Ефимов А.А., Павлов А.В.


К ВОПРОСУ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВОЗРАСТА ТРУПОВ НЕИЗВЕСТНЫХ
ЛИЦ.........................................................................200

Калякин А.В., Киселев А.А. ,Головченко А.И.


ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГРАФОАНАЛИТИЧЕСКОГО МЕТОДА ДЛЯ ОЦЕНОЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ НЕКОТОРЫХ
ВИДОВ ДИНАМИЧЕСКИХ СЛЕДОВ ОРУДИЙ И ИНСТРУМЕНТОВ..............203