Вы находитесь на странице: 1из 313

Их комната

Глава 1. Пересадка.

- Доброе утро, класс. Надеюсь, вы замечательно провели лето, - профессор Вектор


широко улыбнулась студентам. - Как вы, возможно, заметили, в этом году наш класс стал
несколько больше, чем в предыдущие годы. Я уверена, это произошло вовсе не из-за
того, что многим вашим одноклассникам вдруг потребовалась Арифмантика, - она криво
усмехнулась. – Просто число учеников в классах невысокое, и директор Дамблдор решил
объединить все факультеты вместе, чтобы занятия по Арифмантике проходили в одно и то
же время.

Гермиона сидела за первой партой, улыбаясь профессору Вектор. Рядом сидел Дин
Томас: последние два года они работали вместе. С первого взгляда девушка заметила, что
класс действительно стал больше, чем раньше, хотя и ненамного. Они с Дином уже пятый
год посещали Арифмантику. В прошлом и позапрошлом году они занимались вместе с
когтевранцами, а пуффендуйцы занимались со слизеринцами. Но сейчас, оглядев
кабинет, Гермиона была удивлена, увидев двоих пуффендуйцев Ханну Эббот и Джастина
Финч-Флечли, а также Блез Забини из Слизерина. Но должна была признать, что класс,
несмотря на изменения, все-таки остался маленьким. Гермиона вновь прислушалась
профессору Вектор, которая все еще что-то втолковывала студентам.

- Я полагаю, что у всех вас есть определенные привычки, сложившиеся за время учебы: вы
сидите на тех же местах, с теми же людьми, что и в прошлом году, ваши книги
приготовлены к работе. Вы молоды! Вы должны использовать свою жизнь, чтобы
испытать новые чувства, и я здесь, чтобы помочь вам в этом, - она вновь улыбнулась
классу, игнорируя удивленные лица.

Гермиона повернулась к Дину, изумленно подняв брови; это не та профессор Вектор, к


которой она привыкла. Не было того спокойствия, которое сопутствовало этой женщине в
течение всех предыдущих лет. Гермиона не знала, что летом у профессора были
небольшие неприятности с Баньши. И что в Хогвартс она вернулась уже другим
человеком. Человеком, жаждущим приключений.
- Поэтому я решила кое-что изменить. Прежде всего, всю работу вы будете делать в паре.
Мы не будем использовать книги так часто, как раньше. Арифмантика - это
восхитительная и очень сложная магия, вы должны это помнить. Кроме того, в этом году
нас больше, а значит, я уверена, что будет весело, - профессор торжествующе
усмехнулась.

- Ах да, еще кое-что. Я назначу вам новых партнеров, - Ханна и Джастин с каменными
лицами оглядели класс. Они были единственными пуффендуйцами и, конечно же, хотели
быть вместе. Профессор Вектор увидела их обезумевшие лица и рассмеялась.

- Нет, нет, Джастин, Ханна. Если вы проведете несколько часов отдельно друг от друга, это
вам не повредит, - посмотрев на них, Гермиона могла бы сказать, что они сильно в этом
сомневаются. - Я уже разбила вас на пары, которые, я верю, вам подойдут, - с этими
словами профессор вытянула из книги какой-то лист и начала читать:

- Мисс Эббот и мистер Брут.

- Мисс Перкс и мистер Финч-Флечли.

- Мистер Томас и мисс Броклхерст.

Гермиона вздохнула, когда Дин встал и собрал свои вещи. Он улыбнулся ей и сел с
когтевранкой Мэнди Броклхерст. Гермиона смотрела, как он уходит. Дин был
удивительно хорош в Арифмантике, они прекрасно работали вместе. Внезапно она
поняла, что все остальные уже разделены на пары, неужели она пропустила свое имя?

- Мисс Грейнджер и мистер Малфой, - сложив листочек, профессор Вектор убрала его.

Гермиона была в шоке. «Малфой? Но Малфоя даже нет в классе, не так ли?» – мысленно
спросила Гермиона. У нее появилось чувство нарастающего отвращения. «Его нет в
классе, мне просто послышалось, его нет в классе…» - успокаивала она сама себя.
Достаточно убедив себя в том, что это ошибка, Гермиона медленно развернулась на
своем месте. В последнем ряду, впиваясь в нее взглядом, сидел Драко Малфой.

- Пр... Профессор Вектор? - позвала она дрожащим голосом, Вектор повернулась к ней. -
Профессор, я не думаю, что мы с Малфоем можем работать вместе, - женщина в
изумлении подняла брови, Гермиона раньше никогда с ней не спорила.
- Просто... наши мнения очень часто... совершенно не совпадают, - продолжала Гермиона,
пытаясь очаровательно улыбнуться профессору и стараясь не замечать тянущее чувство в
животе.

- Нонсенс, мисс Грейнджер. Два моих лучших ученика будут работать вместе, я не могу
дождаться, чтобы посмотреть, на что вы способны вдвоем. И кстати, противоположности
притягиваются, - при этих словах Гермиона побледнела. Она снова повернулась и через
плечо посмотрела на Малфоя, юноша одарил ее мрачным взглядом. Наконец он
заговорил:

- Что ж, - протянул парень. - Я не собираюсь идти к тебе, Грейнджер, – прежде, чем


собрать свои книги, Гермиона одарила его ледяным взглядом. По дороге к задним рядам,
она перехватила сочувствующую улыбку Дина.

«Как будто у него есть какие-то идеи…» - проворчала Гермиона. «Он работает с
когтевранкой, а я должна работать со слизеринцем, и не с просто каким-то
слизеринцем...» - зло думала она, добираясь до места, где сидел Малфой. С глубоким
вздохом девушка положила свои книги как можно дальше от него, затем достала перо и
начала делать заметки. Через несколько минут она увлеклась и забыла, что сидит со
своим злейшим врагом, пока сильный порыв ветра из открытого окна не унес пергамент
на другой конец стола. Как раз туда, где сидел Малфой. Не обратив на это внимания,
девушка потянулась и забрала пергамент, случайно коснувшись кончиками пальцев руки
слизеринца.

- Не прикасайся ко мне, грязнокровка! - прошипел парень, отодвигаясь от нее.


Пораженная Гермиона с неприязнью впилась в него взглядом.

- Малфой, в тот день, когда я по своей воле к тебе прикоснусь, ты сможешь отвесить мне
поклон, и отвести к Волдеморту, чтобы я стала Пожирателем смерти, - огрызнулась она,
запихивая непослушный пергамент в сумку.

Драко был впечатлен этой тирадой: не у многих людей хватало храбрости произносить
вслух имя Темного Лорда. Юноша был уверен, что его отец никогда не произносил это
имя. Драко вернулся к свои записям, которые были такими же опрятными и подробными,
как у Гермионы. Малфою становилось скучно. Профессор Вектор объясняла что-то одной
из студенток, а он сам прошел это уже давным-давно. Бросив взгляд на Грейнджер,
парень заметил, что она тоже не слушает. «Есть возможность избавиться от скуки...» -
подумал он со злой усмешкой.
- Грейнджер, а где Потти и Уизли? - Гермиона даже на него не взглянула. - Никогда бы не
подумал, что ты в состоянии расстаться со своим бойфрендом на целый урок. Который из
них на этот раз? Или они используют тебя по очереди? - Драко нравилось наблюдать, как
Гермиона злится. – Ты, конечно, не виновата, что ты всего лишь грязнокровка, я это
понимаю. Впрочем, Потти или Уизли тоже не могут быть настоящими парнями для
девчонки. Если ты, конечно, можешь назвать себя дев...

Прежде чем Драко закончил предложение, Гермиона взяла свою книгу по Арифмантике,
которая была в четыре раза тяжелее всех остальных учебников, и неожиданно ударила
его по плечу. Удар был такой сильный, что Малфой, не ожидавший атаки, свалился со
стула.

- Мисс Грейнджер! - профессор Вектор смотрела на Гермиону, которая все еще держала
книгу в руках. Та только сейчас заметила, что все взгляды обращены к ней.

- Эээ... Я очень сожалею, профессор... я не хотела... - Гермиона глубоко вздохнула и


досчитала до десяти, прежде чем положить книгу обратно на парту. Малфой, который все
это время стоял, потирая плечо, осторожно сел на стул.

- Что ж, надеюсь, мы постараемся избежать таких моментов в будущем. Верно, мисс


Грейнджер? - спросила профессор Вектор.

- Конечно, профессор, конечно... - Гермиона с невинным видом подарила ей милую


улыбку и вернулась к своим записям. Она опустила голову, боясь, что профессор заметит
триумфальное выражение ее лица. А вот Дин заметил. Он повернулся к ней и,
дождавшись, когда Вектор посмотрит в другую сторону, поднял вверх два больших
пальца.

В остальное время Гермиона и Малфой сидели тихо, игнорируя друг друга, хотя, иногда
Драко все же на нее поглядывал. Профессор Вектор раздала им несколько
Арифмантических диаграмм для домашней работы. Гермиону удивило то, что они были
больше и подробней тех, которые она делала раньше.

- Они немного больше, чем вы привыкли, но предполагается, что вы будете работать


вместе со своим партнером, - профессор Вектор улыбнулась Гермионе, не обращая
внимания на то, что во взгляде девушки проскальзывало абсолютное недоверие.
- Как она может думать, что я смогу работать с этим... эгоистичным, зловредным,
самовлюбленным... – Гермиона, вероятно, продолжила бы бормотать ругательства в
адрес Малфоя, если бы тот не вырвал диаграмму из ее рук. - Эй! А ну отдай! Это моя
домашняя работа! - девушка сердито потянулась за ней.

- Это и моя домашняя работа, как ты знаешь, - огрызнулся он. - Просто дай мне ее
сделать.

- О, конечно, Малфой. Я собираюсь поручить свою работу человеку такого сорта, как ты… -
прошипела Гермиона и снова попробовала вырвать пергамент из его рук.

- Да, я умираю от желания доверить мою работу твоим чрезвычайно заботливым ручкам.
Даже не мечтай... - Малфой отодвинулся, чтобы девушка не успела ухватиться за
диаграмму.

- Прекрасно, тогда мы будем делать ее вместе, - пробурчала она.

- Великолепно, встретимся в библиотеке... - наконец согласился Малфой, выплевывая


слова так, будто они делают ему больно.

Гермиона отвернулась, делая вид, что разговор закончен, а потом вдруг резко выхватила
несколько диаграмм у него из рук.

- Я пока подержу это у себя… - сказала она и прежде, чем Драко успел отреагировать,
запихнула их поглубже в сумку и выскользнула в коридор, чтобы затеряться в толпе
учеников.

Глава 2. Библиотека.

Драко тихо закрыл за собой дверь в спальню мальчиков. Парень хотел хлопнуть ею, но его
обучали всегда действовать хладнокровно и скрывать свои чувства. Его отец говорил, что
не уметь самому контролировать свои эмоции, значит, предоставить кому-то
возможность контролировать себя. Драко подумал о Люциусе и нахмурился. Он не любил
думать о своем отце, но в данный момент это было лучшее, что он мог сделать.
- Поганая грязнокровка, - прорычал Драко в пустоту.

Подойдя к своей кровати под балдахином, которая находилась в дальнем углу, он


отодвинул темно-зеленые занавески и лег на нее. Юноша позволил своему телу
дрейфовать в забытье, как его обучал Люциус. Отец говорил: «Чтобы быть сильным,
нужно быть сосредоточенным». Драко продолжал думать о своих родителях и о том, что
не слышал о них уже несколько недель. Это было по-своему хорошо. Люциус был занят
деловыми партнерами, и Драко сильно сомневался, что бизнес, который он вел с этими
людьми, был легальным. Юноша презрительно усмехнулся, когда подумал об отце и его
друзьях, Пожирателях смерти. Драко восхищался этим человеком, когда был ребенком,
но с возвращением Волдеморта он понял, как слаб его идеал на самом деле. Слизеринцу
было все равно, что магглы и грязнокровки находятся в опасности. Но видеть своего отца
поклоняющимся человеку, которого практически уничтожил какой-то младенец, было
больно. Люциус говорил Драко снова и снова, как же будет чудесно, когда Темный Лорд
обретет свою силу. Темный Лорд. Отец не мог произнести его имени. Слизеринец
удивлялся, как Волдеморт, который даже среди своих сторонников сеет такой страх,
может быть для кого-то хорошим. Драко до сих пор помнит испуганное выражение лица
Люциуса, когда парень сказал ему, что не намерен стать Пожирателем смерти. Ужас тут
же сменился яростью - Люциус чуть не убил его той ночью. Драко вернулся в Хогвартс
несколькими днями позже. После того случая он так и не видел своего отца, но в его
голове все еще всплывало такое родное, но бледное и залитое гневом его лицо. Драко
чувствовал, что проваливается в сон. Лицо отца внезапно сменилось другим, гораздо
более неприятным ему. Сердитое лицо девушки, окруженное облаком густых каштановых
волос. Драко застонал и сел.

- Тупая грязнокровка, - пробормотал он, переводя дыхание.

Драко никак не мог поверить, что профессор Вектор выбрала ему в пару лучшую
подружку Поттера. Он взглянул на часы. Через несколько минут будет обед, а после него
слизеринец пойдет в библиотеку, чтобы встретиться с ней. Парень закатил глаза, подумав
об этом неизбежном столкновении. Интересно, что скажет его отец, когда узнает, что он
работает с грязнокровкой. Люциус будет просто в ярости, и только это делает совместные
занятия с Грейнджер стоящими.

Дверь спальни с треском распахнулась, и Драко услышал тяжелые шаги,


приближающиеся к его кровати.

- Драко, ты там? - отодвинув занавеску, Малфой посмотрел на унылые лица Крэбба и


Гойла.
- Время обедать, - гордо сказал Крэбб, очевидно впечатленный своей способностью
определять время.

Драко покопался в груде учебников и нашел Арифмантику. Крэбб и Гойл с удивлением


наблюдали, как он, положив учебник в сумку, закинул ее на плечо. Слизеринец вздохнул
и снова пожелал себе более умных компаньонов.

- Я должен встретиться с грязнокровкой Грейнджер в библиотеке после ужина. Мы будем


делать вместе домашнюю работу по Арифмантике, - медленно произнес он, надеясь, что
не придется объяснять детали.

- И ты этого хочешь? - спросил Гойл, несмотря на желание Малфоя, чтобы они хоть
частично поняли ситуацию.

- Я этого не хочу. Профессор Вектор назначила ее мне в пару, у меня не было выбора. А
сейчас нам лучше поспешить, а то опоздаем на ужин, - Драко быстро сменил тему, так как
ему не хотелось сейчас говорить об этом. Все равно они ничем не смогут помочь своему
другу.

Уловка Малфоя сработала. Глаза Крэбба и Гойла засияли в предвкушении еды, и трио
вышло из спальни, направляясь в Большой зал.

***

Драко на мгновение остановился перед дверьми библиотеки. Он изучал старую неровную


древесину, затем скользнул взглядом вниз и принялся исследовать большие каменные
плиты, из которых состояли пол и стены. С сожалением он признал, что библиотечные
двери его совершенно не интересуют. Драко почувствовал толику позора, но Малфои ни
перед чем не останавливаются. Особенно если это касается невыносимых грязнокровок.
Все взгляды поднялись на него, когда он распахнул двери чуть сильнее, чем нужно.
Толстые деревянные ставни ударились о стену с тяжелым глухим звуком, что вызвало
разъяренный взгляд мадам Пинс.

Драко нашел Грейнджер в дальней части библиотеки, глубоко скрытой среди различных
полок. Она, очевидно, надеялась, что там он не сможет ее найти. На лице девушки было
заметно раздражение. Парень кисло взглянул на Гермиону, прежде чем притянуть к себе
кресло и сесть рядом.

- Ты опоздал, - сказала она, смотря на диаграммы, за которые только что взялась.

- Я пришел бы вовремя, если бы ты нашла менее изолированное место для нашего


рандеву, - спокойно ответил Драко, на его губах играла ухмылка.

- Ты действительно хочешь, чтобы нас увидели работающими вместе? - прошипела


Гермиона.

- А почему я должен беспокоиться, что обо мне подумают другие? Ты - грязнокровка, не


я… - Драко аккуратно разложил диаграммы и начал работать.

Грейнджер открыла было рот, но, хорошенько подумав, вернулась к диаграммам. Тишина
длилась очень долго, и вскоре Драко увлекся графиками. Арифмантика давалась ему
легко. Выяснение чисел на свитках всегда действовало на него успокаивающе. Таким
большим волшебным миром управляли какие-то случайные события, но Арифмантика
имела свои правила и структуры. Когда юноша закончил работу, на его лице появилась
триумфальная улыбка. Драко всегда радовало, что он хорош в предмете, который многим
кажется очень трудным. Он оторвал свой взгляд от пергамента, и его серые глаза
встретились с другими, карими. Грейнджер все еще сидела напротив него, остальные
диаграммы, уже законченные, лежали на столе. Со скрещенными на груди руками она
смотрела на парня, изучая.

- Я знаю, что удивительно красив, но разве у тебя нет занятия поинтересней? - Драко
улыбнулся ей, раздраженный тем, что она смотрит на него, и удивленный, что сам этого
не заметил. Также от слизеринца не ускользнуло то, что графики Гермиона сделала
раньше него.

- Ты всегда такой тщеславный? Это у тебя от природы или ты над этим усердно
работаешь? - она все еще смотрела на парня, и он заметил в пристальном взгляде
девушки смущение.

- Вообще-то я могу быть джентльменом, но только когда я в настроении. Это, конечно же,
бывает очень редко, - Драко сардонически ей улыбнулся, с удовольствием замечая, что на
лице Гермионы проскользнуло волнение. Юноша продолжал улыбаться ей, не давая
нарушиться их зрительному контакту. Ее глубокие карие глаза расширились, и он ощутил
странное покалывание в животе. Драко удивленно моргнул, как бы разрешив Грейнджер
посмотреть в другую сторону.

- Ты закончил? - спросила она, взяв в руки его диаграмму. Голос девушки был
взволнованным, а рука дрожала, когда она брала график.

Люциус учил Драко наблюдать за людьми. Он всегда утверждал, что если ты знаешь, на
что надо смотреть, то тебе никогда не потребуется сыворотка правды. Большинство
людей не умеют скрывать свои эмоции и страхи. Но как Малфой не изучал девушку, он не
мог понять, о чем она думает. После небольшой паузы юноша начал проверять ее
диаграмму, надеясь найти хотя бы одну маленькую запинку. Но не нашел и вернул график
неисправленным. Драко ни капли не удивился, когда и в его работе не обнаружилось ни
одной ошибки.

- Все в порядке, Грейнджер, мои поздравления, - сказал он.

- О, заткнись, Малфой, - парировала Гермиона, положив учебник по Арифмантике


обратно в сумку. - Теперь мы будем работать вместе, и ты мог бы попробовать быть
менее неприятным.

- А ты могла бы попробовать расчесать свои волосы, - довольный собой парень начал


собирать свои вещи.

- Иди, погуляй по утесу, Малфой, - огрызнулась Гермиона, пытаясь справиться с


застежкой.

Не задумываясь, он пересек разделяющее их пространство и без труда застегнул сумку.


Грейнджер уставилась на него в недоумении. Драко почувствовал, что удивлен не
меньше. Не сказав ей ни слова, он развернулся и ушел.

Малфой вышел из дверей библиотеки и увидел Крэбба и Гойла, прислонившихся к


противоположной стене. Они были заняты, искоса наблюдая за первокурсниками,
которые нервно блуждали по коридору. Но затем слизеринцы заметили Драко и
перестали обращать на малышей внимание.

- Что вы двое здесь делаете? - спросил парень.


- Мы пришли, чтобы тебя найти, - сказал Крэбб.

- Да, очевидно. Я удивлен, что вы вообще знаете, где находится библиотека. Но что вам
нужно?

- Я слышал сегодня от одного парня с седьмого курса, что лесничий получил какую-то
большую корзину. Он видел, как несколько волшебников несли ее к хижине... - Гойл был
более информативен, чем обычно.

- Я думаю, будет весело, если мы проберемся туда и посмотрим, что в ней. Что скажешь,
Драко? - спросил его Крэбб.

- Да, я думаю, это действительно может быть весело, - внезапно Драко почувствовал на
себе чей-то взгляд. Он повернулся и увидел Грейнджер, которая смотрела на него с
порога библиотеки. Интересно, что она слышала? Понадобилось некоторое время, чтобы
Крэбб с Гойлом заметили ее. Но когда это все же произошло, они начали угрожающе
надвигаться на девушку. Грейнджер повернулась и ушла с высоко поднятой головой.

Глава 3. В лесу.

Гермиона сидела за столом в гостиной Гриффиндора. Она пыталась успокоиться после


встречи с Малфоем.

- Эгоистичный мерзавец! - бормотала она, комкая пергамент в приступе гнева. Слишком


поздно гриффиндорка сообразила, что это ее домашняя работа по Трансфигурации. -
Черт… - проворчала девушка, пытаясь выпрямить лист. Пергамент был решительно против
того, что бы выровняться. С глухим стоном она вытащила новый пергамент, собравшись
переписать все заново.

- Тупой Малфой, - прошептала Гермиона. С того момента, как покинула библиотеку, она
не могла выкинуть жестокую усмешку слизеринца из головы.

Ее сознание все еще блуждало вокруг юноши, но через несколько минут переписывания,
оно, наконец, счастливо погрузилось в работу. Холодный ветер подул от окна и смел все
бумаги на пол. Когда Гермиона закрывала окно, что-то привлекло ее внимание. Три
фигуры, обходя озеро и прячась за деревьями и камнями, направлялись к Запретному
Лесу. Туда, где находилась хижина Хагрида. Девушка с интересом наблюдала за ними,
прикидывая, кто бы это мог быть. Один из них, остановился подождать двух других, более
крупных. Гермиона напрягала глаза, пытаясь разглядеть хотя бы одну знакомую черту в
сгущающихся сумерках. Белесые, бесцветные волосы выделяли юношу полумрака,
царящего вокруг. Девушка почувствовала, как ее кровь закипает.

- Малфой… - прошипела она, сжав кулаки.

Если главный - Малфой, то можно не сомневаться, что остальные двое это Крэбб и Гойл.
Гермиона вскочила на ноги, собираясь бежать за Гарри и Роном, но вдруг вспомнила, что
они на тренировке. Рон был очень доволен, что стал вратарем Гриффиндорской команды
по квиддичу, и они с Гарри очень много тренировались. Девушка оглядела комнату, ища,
кто бы мог ей помочь. В гостиной был только Невилл Лонгботтом и несколько
первокурсников.

- Что ж, придется остановить их самой… - пробормотала Гермиона.

Она тихо поднялась в спальню мальчиков, увидев, что комната пуста, подошла к сундуку
Гарри и достала мантию-невидимку. «Я должна предупредить Хагрида. Будь я проклята,
если дам им сорвать еще один урок…»

Гермиона спустилась обратно в гостиную и проскользнула через портретный проем.


Крадясь по темному коридору, она накинула мантию. Двигаясь как можно тише, девушка,
наконец, добралась до главного входа и вышла на улицу. Будучи невидимой, она могла
сократить свой путь и бежать через лужайку, а не через лес, чтобы скрыться от
посторонних глаз. Еще сильнее натянув мантию, гриффиндорка сделала глубокий вдох и
побежала.

Гермиона достигла хижины всего на несколько минут раньше Малфоя, только Хагрида все
равно не было. Никто не ответил, когда она постучалась в дверь. Девушка поняла, что
Хагрид скорее всего ушел в Хогсмид. Внезапно она что-то услышала. Сквозь деревья было
видно Малфоя, Крэбба и Гойла. В панике Гермиона искала место, где можно спрятаться.
Около нее не было ни одного кустарника, и девушка просто вжалась в стену. Малфой
крадучись вышел на свет и начал осматриваться. Посмотрел прямо на гриффиндорку,
Затем в другую сторону… Кажется, парень ее не заметил. Гермиона в шоке уставилась на
него.
- Идиотка… - тихо прошипела она. Конечно, он ее не видит. Она ж под мантией-
невидимкой.

Малфой остановился и снова посмотрел в ее направлении, словно что-то услышал. Он


шагнул к девушке. Она сползла вниз по стенке, потому что слизеринец нагнулся к окну,
пытаясь увидеть, есть ли кто-нибудь в хижине. Гермиона думала, что ее сердце
остановится, если она посмотрит на него, рука юноши была всего лишь в футе от ее
головы. Но Малфой не догадывался о ее присутствии. Он отошел от стены, и обернулся,
чтобы позвать карабкающихся по склону Крэбба и Гойла.

- Этого безмозглого великана нет дома. Он ушел вместе со своим чудовищем.

Гермиона поняла, что он прав, Клыка нигде не было видно. Малфой направился к загону.
Первый раз в жизни Гермиона видела, чтобы в загоне кто-то был.

- Ну что, вы только посмотрите на это, - сказал Малфой, его голос звучал ошеломленно. -
Неужели этот олух надеется избежать неприятностей. Мы должны показать ему, что
случается, когда кто-то держит монстров вместо домашних животных… - в голосе
слизеринца не было никаких эмоций. Крэбб и Гойл нервно стояли позади него, не желая
подходить ближе.

Задыхаясь, Гермиона пристально всматривалась в клетку, которая стояла в загоне. В


клетке была мантикора. Гермиона никогда их не видела, что не удивительно, но, много о
них читала. Эти существа очень редкие, они чрезвычайно опасны. Их описание было
таково: голова человека, туловище льва и хвост скорпиона. «Это, должно быть, девочка...»
- подумала Гермиона, увидев, что у мантикоры было лицо молодой женщины, ненамного
старше ее самой. Она могла бы быть даже прекрасной, если не принимать во внимание
когти и скорпионий хвост. Существо совсем не двигалось, но его миндалевидные глаза
наблюдали за ними через прутья клетки. Гермиона в ужасе поняла, что мантикора
смотрит прямо на нее. Скорее всего, она могла видеть через мантию-невидимку, или,
может, просто слышала, как Гермиона пришла сюда раньше слизеринцев. Девушка была
поражена тем, что Хагрид приобрел мантикору. Гиппогрифы и драконы - одно дело, но
другое дело - мантикоры. Они были известны не только, как интеллектуальные животные,
обладающие огромным магическим потенциалом, но и как животные, тесно связанные с
темными силами. Когда Гермиона встретилась с ней глазами, по спине гриффиндорки
побежал холодок, и она остро почувствовала желание подойти поближе. Девушка отвела
взгляд и стала внимательно изучать землю у себя под ногами.

Крэбб и Гойл осторожно посмотрели друг на друга. Крэбб наконец-то решился обратиться
к Малфою:
- Что же случается, когда кто-то держит дома монстров, Драко?

Малфой даже не взглянул на него. Он не отрывал взгляда от мантикоры с того момента,


как вошел в загон.

- Иногда они освобождаются... - прошептал он.

Крэбб и Гойл были практически в панике, Гойл заговорил первым.

- Это не очень хорошая идея выпустить ее, Драко. Мы можем избавиться от Хагрида
другим способом, а эта штука может навредить нам, ты так не думаешь? - умолял он
Малфоя, но Драко даже не повернулся в его сторону.

- Я не думаю, что это нам навредит, - ответил Малфой.

Гермиона в шоке уставилась на него. Он что, сумасшедший? Мантикоры - одни из самых


опасных существ, обитающих на планете. Наблюдая за карабкающимся на забор
слизеринцем, она пыталась вспомнить все, что читала про этих животных. Долгое время
полагали, что мантикора - это то же самое, что и сфинкс, но современные изучения
показали другое: сфинкс не связан с темными силами, так, как мантикора. У мантикоры
было три ряда острых зубов, а в скорпионьем хвосте находилось смертельное количество
яда. К счастью ребята находились далеко от него, да и мантикора была еще подростком
всего четырех футов ростом, в то время как взрослая мантикора могла достигать десяти
футов.

- Драко... - произнесли в унисон Крэбб и Гойл, когда их лидер протянул руку через брусья
и дотронулся до темно-коричневого меха этого опасного существа.

- Видите, - он растягивал слова низким, спокойным голосом, обращаясь скорее к


мантикоре, чем к ним. - Я же сказал, что она не тронет нас.

Когда Малфой прикоснулся к замку на клетке, в его глазах был странный блеск. Вытянув
руку, он произнес всего одно слово:
- Алохомора!

С нарастающим страхом девушка смотрела, как дверца клетки распахивается, а Драко


поворачивается лицом к Крэббу и Гойлу. Они сделали несколько шагов назад. Гермиона
была изумлена удивительному уровню интеллекта, который они показывали. В
следующую минуту все произошло настолько быстро, что за всем невозможно было
уследить. Некоторое время Малфой торжествующе стоял в дверях клетки, а потом
мантикора прыгнула на него. Юноша был сбит на землю, его волшебная палочка
выскользнула из руки. Мантикора укусила его за плечо и приподняла, только для того,
чтобы снова бросить обратно. Стоя над Малфоем, существо занесло свой хвост над
головой слизеринца, а потом, словно кинжал, вонзило его в ногу юноши. Малфой
закричал от боли и шока, а затем снова наступила тишина. Крэбб и Гойл взглянули на
своего героя, а затем развернулись и убежали, оставив его один на один с чудовищем.

Гермиона зажала себе рот рукой, чтобы не закричать, когда мантикора атаковала. В ужасе
она наблюдала, как Крэбб и Гойл убегают. Гриффиндорка стояла и смотрела на монстра и
Малфоя. Время тянулось очень медленно. Часть ее сознания говорила: «Разворачивайся и
уходи отсюда, спасайся. Если бы ты была на его месте, он никогда бы не спас тебя. Он
хотел этого и вот теперь получает то, что заслужил…» Гермиона развернулась, готовая
побежать, но остановилась: «Никто такого не заслуживает!» - твердо решила она и
подняла палочку. В порыве храбрости девушка выкрикнула:

- Экспеллиармус!

Мантикора с силой отбросила Малфоя и перевела свой взгляд на Гермиону. Та


задрожала. Миндалевидные глаза, кажется, видели ее насквозь. Стараясь не лишиться
чувств, гриффиндорка выкрикнула еще одно заклинание:

- Ступефай!

Только мантикора не замерла. Чудовище напрягло мышцы, готовясь к прыжку. Гермиона


всхлипнула, пытаясь вспомнить все заклятия, которые она помогала учить Гарри, готовясь
к Турниру Трех Волшебников в позапрошлом году. Мантикора была уже в воздухе, ветер
распушал ее шерсть, она приближалась к Гермионе.

- Пожалуйста... пусть... оно остановится... Ступефай! - закричала девушка изо всех сил.
Кончик ее палочки указывал прямо в грудь животного. Оно сбило гриффиндорку с ног, и
отдаленно Гермиона услышала вызывающий отвращение хруст. Ошеломленная, она
лежала придавленная неповоротливым чудовищем и ждала, когда наступит жгучая боль,
но не чувствовала ничего кроме слабой пульсации в груди и в запястье. Животное
оставалось неподвижным. Гермиона тихонько заскулила и отодвинула создание, оно
было ужасно тяжелым, но девушке удалось выбраться из-под него. Позже Гермиона
поняла, что это просто был шок, ведь она даже не заметила крови на мантии Гарри.
Девушка осторожно сняла ее и положила в сумку. Посмотрев на мантикору, она
задумалась, как долго животное будет оставаться обездвиженным. Вдруг гриффиндорка
вспомнила про Малфоя. Она подбежала к юноше и опустилась на колени рядом с ним.
Гермиона смотрела на него без привычной брезгливости, поскольку он был не в
состоянии общаться. Всегда бледный Драко, сейчас был просто наполнен красками. В
основном красной. На его плече виднелась большая глубокая рана от укуса и такая же
глубокая была на ноге. Вокруг Малфоя растекалась кровь, в то время как какое-то
непонятное вязкое вещество расползалось по его ноге. Гермиона подумала, что это яд.
Она отчаянно обыскала сумку в поисках платка и прижала его к ране, надеясь остановить
поток крови.

- Малфой! - прошептала девушка, пытаясь привести его в чувство. Никакой реакции. Но к


счастью Гермиона заметила, что он дышит.

- Малфой, просыпайся! - прошипела она, косясь на неподвижное чудовище. Внезапно


мантикора тревожно дернулась. Девушка резко подняла голову и посмотрела на нее, в
душе зарождалась паника. Гриффиндорка знала, заклинание подействовало только
потому, что монстр этого не ожидал. Но когда мантикора очнется, она тут же сообразит,
что к чему, и придет в ярость. Гермионе очень хотелось сбежать, но она не могла оставить
Малфоя умирать.

- Драко, пожалуйста... - умоляла девушка, вытирая слезы. Ей не хотелось, чтобы Малфой


умер, как бы она его ни ненавидела. Вдруг, его серые, глубокие глаза открылись, и парень
впился в нее взглядом. Создалось впечатление, что он просто подшутил над девушкой.

- Ты назвала меня по имени, Грейнджер, - прошептал он хриплым голосом, и внезапно


сел: - Мантикора! – вскрикнул Малфой, вспомнив происшедшее.

Гермиона почувствовала себя униженной, но усугублять обстановку было бы глупо.

- Она обездвижена, но я не знаю, сколько это может продлиться…

Мантикора дернулась еще раз и издала странный гортанный звук. Поднявшись на ноги,
Гермиона взяла Малфоя за руку и, так как слизеринец мог наступать только на одну ногу,
позволила ему облокотиться на свое плечо.
Они пробирались по зеленой лужайке и были уже на полпути к замку. Шли очень
медленно: Малфой истекал кровью и еле двигался. Ощутив боль в запястье, Гермиона
мельком взглянула на него и увидела, что оно вывернуто под довольно странным углом.
Но гораздо больше запястья ее беспокоило странное покалывание в груди. Дышать
становилось все тяжелее. Однако отвратительное самочувствие не изменило их скверных
характеров.

- Знаешь, Малфой... Я только, что спасла тебе жизнь. Не значит ли это, что теперь ты у
меня в долгу? - спросила Гермиона, прекрасно понимая, что мысль о долге перед
грязнокровкой его разозлит.

- Заткнись. Если ты посмеешь об этом упомянуть, я постараюсь, что ты об этом сильно


пожалела… - прошипел он сквозь стиснутые зубы. Ему было трудно говорить: жуткая боль
в плече и ноге все усиливалась.

- Малфой. Умирающий - ты не сильно-то опасен, - девушка вдруг вспомнила, что еще


совсем недавно хотела позволить ему умереть, и ее охватило чувство вины. Ведь он до
сих пор находился в опасности из-за очень глубоких ран. Боль в кисти стала уже
невыносимой, и, когда стресс начал проходить, Гермиона ощутила стреляющую боль в
груди. Наконец, достигнув входных дверей Хогвартса, они из последних сил открыли их.
Дойдя до вестибюля, ребята остановились, Малфой не мог идти дальше, он вообще не
мог двигаться, возможно, из-за действия яда. Отпустив Гермиону, Драко сел на пол.
Девушка замерла на некоторое время, понимая, что должна отвести Малфоя в
больничное крыло. «Если он умрет, это будет моя вина. Мне нужно действовать
быстрее…» - пошатываясь от изнеможения, тоскливо думала она. Вдруг на лестнице
вспыхнул свет.

- Ради всего святого, почему в такое время ученики еще не… - голос профессора
МакГонагалл внезапно затих, так как она, спустившись с лестницы, увидела ребят. - Мисс
Грейнджер? - она подбежала к ней, мигом преодолев последние несколько ступенек.
Обессиленная Гермиона, не дождавшись профессора, осела на пол рядом с Малфоем.
Боль заполнила все ее тело, дышать было почти невозможно. И перед тем, как
провалиться в темноту, она услышала вопль МакГонагалл.

Глава 4. Через занавеску.

- Им повезло, что они выжили, Минерва, - послышался тихий голос в темноте.


Драко приоткрыл глаза и тут же пожалел об этом. Боль нахлынула на него, и он
полностью проснулся. Малфой сделал глубокий вдох и приказал боли уйти, как учил его
отец. В результате она почти утихла.

В комнате было темно, за окном тускло светила луна. Юноша пытался понять, что
случилось с занавесками на его кровати с балдахином, прежде чем осознал, что
находится в больничном крыле.

- А директора уведомили? - тихий голос зашептал снова. Драко узнал мадам Помфри.

- Конечно, Поппи, - ответил ей голос профессора МакГонагалл. - Он пошел с Хагридом


ловить это существо. Я думаю, Дамблдору было бы очень любопытно узнать, что мисс
Грейнджер и мистер Малфой делали там.

- Зачем они вообще доставили сюда это злополучное создание? Я знаю, что Хагрид питает
невероятную любовь к монстрам, но это уже переходит все границы… - в голосе мадам
Помфри звучала досада.

- У них не было выбора. Им необходимо было спрятать животное где-нибудь для


сохранности, пока от него нельзя будет должным образом избавиться. А Хагрид -
единственный, кто может обращаться с таким существом, - мягко сказала профессор
МакГонагалл.

Драко еле слышал профессора, потому что ее голос звучал все тише, но постепенно он
начал припоминать события, которые и привели его в больничное крыло. Поход к
хижине, мантикора, атака, и что-то еще, с эмоциональными теплыми карими глазами.

- Грязнокровка... - прошипел слизеринец. Она была там, но почему? Он вспомнил как


она... что она сделала? Боль снова начала затуманивать сознание Драко. «Грейнджер
спасла меня», - подумал он вслух. Странная истома охватила его на мгновение, но юноша
списал это на побочный эффект боли.

Голоса тут же стихли, над его кроватью зажегся свет, и в комнату вбежали мадам Помфри
и МакГонагалл.
- Вы не должны просыпаться, мистер Малфой, - мягко сказала медсестра. - Вы должны
вести себя тихо, чтобы не разбудить мисс Грейнджер.

Драко осторожно повернул голову, чтобы посмотреть на соседнюю кровать. Движение


отдалось сильной болью, но годы тренировок позволили ему скрыть это от зорких глаз
мадам Помфри. Он мог достаточно четко видеть бледное лицо Гермионы, окаймленное
густыми каштановыми волосами, рассыпанными по подушке.

- А что с Грейнджер? – голос юноши, сорвавшийся с сухих губ, звучал резко. Он не помнил,
чтобы она пострадала.

- Она сломала запястье и несколько ребер. Одно из них прокололо ее легкое, - Мадам
Помфри пыталась заставить свой голос звучать беспристрастно.

- С ней все будет в порядке? - Драко был удивлен даже больше, чем мадам Помфри и
МакГонагалл, задав такой вопрос. Они обе посмотрели друг на друга, брови мадам
Помфри слегка приподнялись.

- Да. И с тобой и с мисс Грейнджер все будет нормально, - сказала медсестра. - Но вам
обоим придется некоторое время побыть здесь. Яд мог бы убить тебя, не будь мантикора
еще совсем молодой.

- Я хочу знать, мистер Малфой, что вы делали около хижины Хагрида?.. - МакГонагалл
мрачно смотрела на него.

- Я... - Драко посмотрел на профессора МакГонагалл, а затем снова взглянул на


Грейнджер. - У нас с Грейн... в смысле с Гермионой было несколько вопросов к Хагриду
относительно следующего урока по Уходу За Магическими Существами.

Глаза профессора МакГонагалл сердито сузились.

- Правда? Я что-то раньше не замечала, чтобы вы проводили столько времени друг с


другом.

Драко почувствовал, что ему становится плохо, но не показывал этого. Он старался


держать голову прямо, сосредоточив взгляд на пятне, чуть ниже подбородка профессора
МакГонагалл, и не думать о том, что скажет Люциус, когда обо всем этом узнает. Лучше
бы мантикора его убила. Это была бы достаточно легкая смерть по сравнению с тем, что
ожидает его в поместье.

- Профессор МакГонагалл, - хриплый голос с соседней кровати оторвал Драко от


размышлений. Грейнджер открыла глаза и посмотрела на профессора.

- Мы с Малфоем партнеры по Арифмантике. В библиотеке мы говорили об Уходе За


Магическими Существами и решили узнать мнение Хагрида о нескольких вещах. Я знаю,
что было уже поздно, но не думала, что мы задержимся... - Грейнджер поморщилась.
Драко не мог поверить своим ушам. Во что она играет? Она запросто могла его выдать,
разве нет? Что ей от него нужно?

МакГонагалл подозрительно на нее покосилась. Возможно, она подумала о том же, о чем
и Драко. Она открыла рот, чтобы задать еще какой-то вопрос, но мадам Помфри
незаметно толкнула ее в бок.

- На сегодня достаточно вопросов, Минерва. Детям нужен отдых, - с этими словами, она
ловко ухватила Драко за подбородок и влила ему в рот какое-то зелье. Он еще наблюдал,
как она идет с тем же зельем к Грейнджер, его веки становились все тяжелее и тяжелее.
Гермиона повернула голову, чтобы посмотреть на него, их взгляды пресеклись, и Драко
ощутил странное чувство, прежде чем погрузиться в сон.

Немного позже Драко был разбужен чьими-то голосами. Очевидно, он спал довольно
долго, потому что солнечный свет уже пробивался через плотно задернутые шторы.
Голоса слышались из-за другой стороны занавески, отделяющей его кровать от
Грейнджер. Слизеринец определил, что они принадлежат Поттеру и Уизли, и замер,
слушая их беседу.

- О чем ты, черт возьми, думала? Пойти к Хагриду с Малфоем? Как ты вообще могла пойти
куда-либо с Малфоем? - голос Уизли звучал яростно.

- Рон, наверное, у Гермионы были веские причины на это, правда, Гермиона? - Поттер, как
всегда, выступая в роли посредника, пытался помирить своих друзей.

- Хорошо, хорошо. Так почему ты была там с Малфоем? И не надо говорить нам про
уроки, Малфой ненавидит Уход За Магическими Существами! - доносился голос Рона
через занавеску.
- Послушайте, Рон, Гарри. Я не хочу говорить сейчас о Малфое. Я не хочу думать о
Малфое, я не хочу смотреть на Малфоя. Меня уже тошнит от Малфоя. Мы не можем
поговорить о чем-нибудь другом? - голос Грейнджер казался умоляюще мягким.

Поттер тут же перевел тему с Драко на мантикору:

- Зачем Хагрид вообще ее завел? - спросил он.

- Я не уверена, но МакГонагалл говорила про то, что им надо подержать ее здесь, чтобы
потом надлежащим образом от нее избавиться. Но я не знаю кому "им", и откуда она
появилась. Как вы думаете, ее поймали? - очевидно, Гермиона тоже не спала прошлой
ночью и слышала, о чем говорили мадам Помфри и профессор МакГонагалл.

- Надеюсь, что да, - снова прорезался голос Уизли. - Как будто и так недостаточно разных
противных существ, обитающих в Запретном лесу. Теперь есть еще и мантикора, которую
нельзя упустить.

- Эй, Рон. У нас сейчас урок. Мы принесем тебе домашнюю работу, Гермиона. И придем
навестить во время ужина, хорошо? Постарайся не давать спуску Малфою, - сказал ей
Поттер.

Драко слышал, как они попрощались друг с другом, и притворился спящим, когда
гриффиндорцы вышли из-за занавески, направляясь к выходу. Он подождал несколько
минут, чтобы убедиться, что ребята точно ушли, а затем медленно сел на кровати.
Малфой осторожно потрогал свою ногу и обнаружил, что, несмотря на рану, ходить он
может. Юноша оглянулся в поисках мадам Помфри и увидел, что дверь ее кабинета
закрыта. Он глубоко вдохнул и отдернул занавеску. Драко был доволен, когда Грейнджер
с удивленным вскриком подпрыгнула на кровати. Он быстро двинулся к ней и успел
схватить за руку, прежде чем она ускользнула на другую сторону матраса, подальше от
него. Слизеринец настолько сильно сжал ее руку, что девушка не могла даже
пошевельнуться, и наклонился так, что его лицо было всего лишь в дюйме от нее.

- Зачем? - спросил он.

- Что? - прошептала Грейнджер, широко раскрыв глаза.


- Зачем ты врала в мою защиту? Что тебе надо? - прошипел он зло, стараясь, чтобы его
голос звучал не очень громко, дабы не привлечь внимание медсестры.

- Мне... мне ничего не нужно от тебя, Малфой, - она отклонилась назад, зардевшись от
гнева.

Драко еще сильнее сжал ее руку.

- Я никогда не думал, что ты можешь меня шантажировать, грязнокровка… - он выкрутил


ей руку, наблюдая, как ее лицо бледнеет.

- Ты делаешь мне больно, - сказала она мягко, очевидно боль так подействовала на нее.

Драко тут же отпустил девушку и отступил назад. Юноша понял, что на том месте, за
которое он ее держал, может остаться синяк. Грейнджер осторожно прикоснулась другой
рукой к белому следу, который оставила хватка слизеринца.

- Я... прости, я не хотел… - извинялся он, удивляя и себя и Гермиону. Драко замолчал, не
понимая толком, почему он просит прощения и зачем вообще стоит здесь.

- Как твоя нога? - спросила Грейнджер, нарушив неловкую тишину.

- А ты как думаешь? Болит, - ответил он.

Грейнджер ничего больше ему не сказала и повернулась лицом к стене. Драко простоял
еще около минуты, просто смотря на нее, прежде чем вернуться в свою кровать и
задернуть занавеску.

Глава 5. Хагрид говорит слово.

Гермиона осторожно передвинула сумку и вздрогнула, поскольку она задела рану. Мадам
Помфри срастила кости, но сам этот процесс был очень болезненным. Девушка два дня
провела с Малфоем в больничном крыле. На следующий день Дамблдор пришел к ним в
палату поговорить. С сомнением поглядывая на девушку, Малфой рассказал уже готовую
историю. Перед уходом директор спросил Гермиону, не хочет ли она что-нибудь
добавить. В его мерцающих глазах читалось недоверие, но Дамблдор не казался
рассерженным, только удивленным. Гермиона сделала глубокий вдох, чтобы рассказать
правду, рассказать все, но подумала о Малфое, лежащем на холодной земле и
истекающем кровью. О том, как хотела убежать, оставив его... И содрогнулась. Так и не
получив ответа, директор ушел из больничного крыла.

Гермиона попробовала перекинуть сумку на другое плечо, но стало еще больнее. Она
свернула в маленький проем в стене, избегая толкающихся студентов. Рон и Гарри весь
день помогали ей носить учебники, но сейчас она одна шла на Арифмантику, в то время
как они были на Предсказаниях, находившихся в другой части школы. Гермиона взглянула
на свои часы: урок начнется всего через несколько минут. Сделав глубокий вдох, она
приготовилась перебросить портфель обратно, когда чей-то голос позвал ее.

- Привет, Гермиона, ты что делаешь? Прячешься от монстров или от Малфоя? - это были
Фред и Джордж Уизли. Они стояли, посмеиваясь. Тот факт, что в стенах школы содержится
мантикора, тщательно умалчивался, но, тем не менее, об этом все узнали. Хотя и без
подробностей. Гермиона и Малфой отказывались много говорить об этом с кем-либо.
Большинство учеников просто удивлялись тому, что гриффиндорка и слизеринец вообще
могли делать вместе.

- Куда направляешься? - спросил Фред.

- На Арифмантику, - улыбнулась девушка.

- Что ж, у нас сейчас Трансфигурация, это недалеко. Мы тебя проводим… - сказал Джордж.

- Давай я возьму твою сумку, - Фред забрал ее у Гермионы. С громким "Уууф", он


прислонился к стене. - Боже мой, Гермиона, что ты туда кладешь?

- Фред, позволь тебе помочь, - Джордж подошел к брату, взял сумку за одну лямку, и тут
же плюхнулся на колени. - Не... могу... поднять.

Гермиона скрестила руки на груди и смотрела на них. В глазах проскользнуло изумление.

- Она не такая уж и тяжелая, - неуверенно сказала гриффиндорка.


- Она шутит, Джордж? Наверное, в ее сумке целая библиотека… - Фред притворялся
напряженным, якобы изо всех сил пытаясь удержать сумку.

Джордж прислонился к стене, чтобы крепче ухватиться за ремешок:

- Ты, должно быть, самая сильная девушка в мире, Гермиона.

Фред опустился на колени, изображая на лице жуткую боль, - Кажется, я что-то потянул… -
он издал преувеличенно громкий стон, привлекая к себе взгляды первокурсников.

- Вы оба выглядите смешно, - буркнула Гермиона. - Давай сюда. Я сама справлюсь.

- Нет, бессердечная девица, - Фред с легкостью вскочил на ноги.

- Как подобает рыцарям в блестящих доспехах, мы должны удостовериться, в том, что вы


благополучно доберетесь до места назначения, - Джордж поклонился Гермионе.

С глубоким вздохом девушка последовала за ними по направлению к кабинету. Близнецы


несли сумку между собой, как драгоценную реликвию. Важно шагая по коридору, они
кричали так, чтобы все их слышали:

- Дорогу Леди Гермионе и ее благородной библиотеке!

Гермиона потерла лоб. Сцена, которую устраивали близнецы, имела свою выгоду.
Студенты разошлись, чтобы наблюдать за процессией, и девушка могла больше не
беспокоиться о том, чтобы ни в кого не врезаться. У входа в класс, она собралась забрать у
них сумку, но Фред с Джорджем не хотели даже слышать об этом. Они сопровождали ее
прямо до самого места. Малфой уже был там, наблюдая за гриффидоркой своими
серебряными глазами. Фред и Джордж одарили его мрачными взглядами, прежде чем
повернуться к Гермионе и поклониться ей снова.

- Если понадобимся, мы к твоим услугам, - сказали они в унисон.


- Спасибо, ребята. Возьму на заметку, - девушка улыбнулась им вслед.

- Какая трогательная сцена. Неужели Уизли настолько нуждаются в деньгах, что


прислуживают грязнокровкам? - Драко так гнусно протянул эти слова, что у Гермионы по
коже побежали мурашки.

- Заткнись, Малфой. Я не в настроении. Мы замечательно провели два дня в лазарете, в


полной тишине. Не могли бы мы продолжить в том же духе? - мягко проговорила
Гермиона, пытаясь не поддаться на его колкости.

- Как пожелаешь, Грейнджер... - Малфой переключил все свое внимание на профессора


Вектор.

Остальная часть урока прошла спокойно, Гермиона и Драко сидели тихо, делая свои
записи. Окно было открыто, но ветра сегодня не было. На улице нещадно пекло солнце.
Гермионе подумалось, что это, наверное, один из последних жарких дней перед
холодами. Она расстегнула мантию и закатала рукава, пытаясь хоть как-то спастись от
жары, а затем продолжила записи. Краем глаза Малфой увидел синяки на ее запястье;
«Моя работа», - понял он. Снова какое-то непонятное чувство на секунду охватило его.
Слизеринец подумал, это жалость, но оно исчезло так внезапно, что парень не мог быть в
этом уверен.

Урок пролетел очень быстро. Профессор Вектор раздала им диаграммы для домашней
работы. Гермиона уже собралась было уходить, когда сообразила, что профессор еще не
раздала им с Малфоем графики.

- Э-э-э... Профессор? - Гермиона подошла к парте учителя. - Вы забыли выдать нам


диаграммы.

- Если честно, мисс Грейнджер, я придумала для вас с мистером Малфоем кое-что другое,
- тепло улыбнулась ей преподаватель.

Малфой тоже сделал несколько шагов и встал около Гермионы. Он сообразил, что встал
слишком близко к ней и почувствовал себя неуютно. Его рука почти касались ее руки.
Гермиона сердито взглянула на него и отошла подальше. Драко сделал вид, будто ничего
не заметил.
- Я просмотрела ваши чертежи. Вы знаете, что сдали их на неделю раньше? - профессор
Вектор смотрела на них. Гермиона взглянула на Малфоя, и их взгляды пересеклись. Он
пожал плечами.

- Нет, профессор, - начала Гермиона. - Я думала, что это надо сделать на сегодня.
Происшествие выбило нас из колеи.

- Ничего страшного, мисс Грейнджер... - профессор Вектор покопалась в пергаментах и


достала несколько листов, которые, как поняла Гермиона, и были их домашней работой.

- С ними что-то не так, профессор? - спокойно спросил Малфой.

- Наоборот, мистер Малфой. Графики идеальные. Я не думаю, что кто-то из ваших


одноклассников может бросить вам вызов. Проблема в том, что мне с вами делать? -
спросила профессор Вектор.

Теперь была очередь Малфоя посмотреть на Гермиону. Встретившись с ним взглядом,


Гермиона пожала плечами и снова повернулась к профессору.

- Я говорила с профессором Дамблдором, и он сообщил мне о пополнении Запретной


секции библиотеки. Мы получили древнюю коллекцию графиков и манускриптов,
которые были написаны старым волшебником много веков назад. Я уверена, что
большинство из них ужасно скучные, но многие могут быть полезны… - с детской
непосредственностью, она взглянула на Гермиону и Малфоя, немного удивленная их
смущенными лицами. - Директор попросил меня пройтись по этим диаграммам и
посмотреть, есть ли в них что-нибудь интересное. Но мне не очень хочется проводить так
много времени в библиотеке. Я думаю, что это как раз то, что вам нужно. И это - гораздо
полезнее, того, что мы делаем в классе. Я должна вас предупредить, что работа будет
трудной, но вы - сильнейшие ученики. Я уже поговорила с профессором Дамблдором, он
тоже думает, что вам двоим стоит этим заняться, - она улыбнулась ребятам в ожидании
ответа.

Гермиона была ошеломлена: такая огромная ответственность. Шанс работать в Запретной


секции библиотеки с разрешением, и к тому же, без надзора. Гриффиндорка весьма
оживилась, когда подумала о грудах старых пыльных диаграмм, ждущих, когда их
откроют и исследуют.
- А что именно нам нужно с ними делать, профессор? - быстро спросил Малфой, Гермиона
уловила мимолетную вспышку в его серых глазах и поняла, что он тоже заинтересован.

- Ну, сначала диаграммы нужно рассортировать, а затем подготовить. Столетия назад


Арифмантика была несколько другой, нежели современная. Сначала исследуйте их
различия, это очень интересно, - она вновь улыбнулась им и была довольна, получив
ответную улыбку Гермионы. Малфой только кивнул.

- Тогда давайте встретимся сегодня часов в восемь вечера, и я подробно объясню вам, что
от вас требуется, - профессор Вектор собрала свои вещи и направилась к выходу.

Гермиона быстро пошла к своей парте, чувствуя чрезвычайное ликование - это был
превосходный шанс. Она обожала Арифмантику, и возможность посвящать ей больше
времени была захватывающей. Внезапно она вспомнила о Малфое - все это
гриффиндорке придется делать вместе с ним. Девушка неожиданно остановилась,
осознав это, и Драко, который шел прямо за ней, чтобы забрать сумку со своего места, не
был к этому готов. Слизеринец налетел на нее, и Гермиона упала. Пол уже приближался,
когда она почувствовала, как его руки обхватили ее талию. Гермиона резко выдохнула,
когда ее внезапное падение было неожиданно приостановлено. Малфой не сразу
отступил. Он, казалось, исследовал ее. Их глаза встретились.

- Спасибо... - пробормотала она и быстро отвела взгляд.

Драко отпустил ее и сердито прошел мимо. Взяв свою сумку, он быстро вышел из
кабинета. Гермиона так и осталась стоять на том же месте, почувствовав какое-то
странное тянущее ощущение внизу живота. Она смотрела вниз, на пол, запутавшись в
собственных мыслях. Малфой повел себя почти по-джентельменски, в общем, настолько,
насколько мог.

- Гермиона?

Гермиона подняла глаза и увидела приближающихся к ней Гарри и Рона.

- Мы встретились с Фредом и Джорджем. Они поведали, что прекрасно провели время с


твоей сумкой… - улыбнувшись, сказал Гарри, взял ее сумку с парты и с легкостью водрузил
себе на плечо. Рон стоял сзади него, бормоча Гермионе что-то про то, как ему хочется
придушить профессора Трелони.
- Рон!

Рон робко ей улыбнулся. - Прости, Гермиона, просто ты не представляешь, сколько она


задала на дом! И причем мы совершенно ничего особенного не сделали!

- На самом деле, Рон, возможно, Трелони удвоила его, потому что ты сказал Симусу, что
ее место - в Св. Мунго, а она услышала, - усмехнулся Гарри.

- Ну, наверное, в этом что-то есть... - смутился Рон. - Ой! Я такой голодный! Давайте лучше
пойдем на обед!

- Гермиона, мы хотим пойти поговорить с Хагридом на перемене… - сказал Гарри.

- Хорошо. Я хочу спросить его о той Мантикоре, - ответила Гермиона, когда они шли по
коридору.

На протяжении всего обеда Гермиона рассказывала им о своем новом проекте по


Арифмантике. Гарри и Рон изо всех сил старались выглядеть крайне заинтересованными.
Обед уже почти заканчивался, когда девушка почувствовала на себе чей-то взгляд.
Озираясь, она небрежно повернула голову и увидела вспышку серебряных волос. Ее
карие глаза встретились с другими, цвета стали. Малфой буквально впивался в неё
взглядом.

- Я спасла ему жизнь, и за это он еще сильнее меня возненавидел... - тихо пробормотала
она, вернувшись к своей тарелке.

***

Поход к хижине Хагрида был совершенно не похож на предыдущие. Предзакатное солнце


освещало их, пока они спокойно шли через грядки. Многие студенты лежали на траве,
делая домашние задания и наслаждаясь последними теплыми днями.

Хагрид копал грядки около хижины. Он обернулся к ребятам, когда они приблизились.
- Я знал, что вы придете.

Он проводил их в свою хижину. Клык немедленно прыгнул на Гарри, прижав его к стене.
Гарри рассмеялся и стал трепать его за уши. Закрыв дверь, Хагрид тут же повернулся к
Гермионе.

- О чем ты думала, Гермиона? Прийти сюда с этим мерзким Малфоем? И не надо


рассказывать мне, что у вас были вопросы по моему предмету! - глаза Хагрида,
смотрящие на нее из-под нависших бровей, вспыхнули.

Гермиона скрестила руки на груди и стала изучать пол у себя под ногами. Хагрид
посмотрел поверх ее головы на Рона и Гарри. Они пожали плечами.

- Гермиона и нам не говорит, что случилось, - вставил Гарри. Рон просто хмуро смотрел на
нее.

- Да... прийти сюда и выпустить мантикору... Я думал о тебе лучше, Гермиона, - от этих
слов Гермиона возмущенно вспыхнула и огрызнулась:

- Я не выпускала ее! Я знала, что это за существо! - она с негодованием посмотрела на


своих друзей.

- Значит, это сделал Малфой! - триумфально вскрикнул Рон. - Значит, сейчас мы идем к
МакГонагалл, ты рассказываешь ей правду, и Малфоя наконец-то выгоняют из школы.

Юноша вскочил с ликующим выражением на веснушчатом лице. Он был уже на полпути к


двери, когда до него донесся возглас Гермионы.

- Рон, я не могу. Извини, но я не могу, - парень обернулся посмотреть на Гермиону,


которая вдруг чрезвычайно заинтересовалась своими ботинками.

- Почему ты не можешь? - спросил ее Гарри.

- Я... Я просто не могу. Извините. Не то, чтобы я этого не хотела. Я была бы рада не видеть
больше Малфоя, но я просто не могу, - Гермиона чувствовала, что хочет все рассказать, но
снова в ее память всплыло его бледное лицо и гадкий тихий внутренний голосок, который
упрашивал ее оставить Малфоя. - Я просто не могу, Рон.

- Хагрид, откуда оно? - Гарри попытался отвлечь внимание от Малфоя более серьезной
проблемой.

- Я пока... эта... не могу сказать, - Хагрид принялся усердно мыть чашки.

- Хагрид, эта штука чуть не убила Гермиону и Малфоя. Она ведь не из наших краев.
Правда, Гермиона? - Гарри сделал паузу, посмотрев на Гермиону, которая быстро
закивала головой. - Я имею в виду, откуда она взялась?

- Слухайте, вам что, нечего делать? К чему вам знать, что задумали темные волшебники? -
Хагрид внезапно перестал мыть посуду и повернулся к Рону, Гарри и Гермионе. -
Профессор Дамблдор думает, что они освобождают опасных существ.

- Но чего они этим добьются? - спросила Гермиона, принимая от него чашку чая.

- Не знаю. Может, хотят досадить Министерству? - Хагрид предложил им


твердокаменного печенья, от которого все вежливо отказались.

- Что ж, они не очень-то хорошо выбирают монстров. Эта штука не смогла даже откусить
Малфою руку, не то что убить... - подмигнул Рон Гарри, но Гермиона, однако, помрачнела.

- Рон! Не говори так! - отрезала она.

- Почему? Теперь ты заступаешься за него? - парировал Рон.

- Ты не был там! Ты ничего не видел! Там было столько крови... и это чудовище… - голос
Гермионы затих, и она стала внимательно рассматривать свою чашку с чаем. Хагрид
наклонился к ней и мягко потрепал по спине.

- Все в порядке, Гермиона? - тихо поинтересовался он.


- Да, все в порядке. Спасибо, Хагрид, - девушка посмотрела на часы и вскрикнула с
облегчением. - Ой! Посмотрите на время! Через несколько минут начнется урок. Пока,
Хагрид! - и прежде, чем Рон, Гарри или Хагрид, успели что-либо сказать, выбежала из
хижины.

Глава 6. Их комната.

Драко сидел в самом дальнем углу библиотеки, положив ноги на стоящую перед ним
парту. Открытая книга лежала у него на коленях. Только здесь слизеринец мог избавиться
от навязчивых Крэбба и Гойла. Они лебезили перед ним, с тех пор, как узнали, что
мантикора не прикончила его, и были весьма признательны, когда юноша сообщил им,
что не сильно-то возражал против их поспешного бегства. В конце концов, его друзья
поверили в то, что Драко справился с чудовищем в одиночку. Эти подхалимы здорово
действовали ему на нервы, поэтому, во избежание их назойливых извинений он и
спрятался в библиотеке, так как это - единственное место, куда они не сунутся. Он и в
самом деле не винил их в том, что они тогда убежали. Но, пребывая в библиотеке,
Малфой понял, что это бегство - весьма серьезное основание, чтобы лишиться лучших
друзей и каких-либо обязательств перед ними. Так же Драко хотел воспользоваться
возможностью узнать побольше о мантикорах. Стол был завален книгами, с информацией
о них. Он признал, что мантикоры были экстраординарными существами. Юноша
перевернул страницу и приступил к чтению.

«Мантикора - жестокое и смертельно-опасное животное, населяющее Грецию и


ближайшие к ней острова. Некоторые из них, как известно, мигрировали немного южнее,
на Ближний Восток. Однако их продвижение на Запад - в Африку, было остановлено
присутствием сфинксов в Египте. (Мантикоры и сфинксы с давних пор являются врагами).
В Англии мантикоры не обитают. Они запрещены на Британских островах из-за их
свирепой натуры, мощного волшебства и вкусу к человеческой плоти».

На этом предложении Драко безрадостно хмыкнул: «Это точно».

«Мантикоры обладают магией непонятной природы, которая позволяет внушать


животному несуществующие чувства. Они могут заставить свою жертву делать то, что им
нужно. В этом аспекте телепатии они похожи на боггартов (см. стр. 120)».

Драко остановился. Он наконец-то все понял. Долгое время после инцидента, юноша
пытался сообразить, что же заставило его тогда открыть клетку. Он ведь прекрасно знал,
на что способно это существо. Но вглядываясь в глаза монстра, слизеринец не чувствовал
агрессии и был убаюкан приступом необъяснимого доверия, просто потому что чудовище
хотело этого. Чувства, которые оно демонстрировало ему, были такими теплыми и
дружелюбными, что Драко не заботился о таких смехотворных вещах, как опасность.

Юноша еще глубже погрузился в книгу, пока краем глаза случайно заметил чье-то
передвижение между стеллажами. Он оторвался от книги, чтобы посмотреть, кто это был.
Фигура остановилась около полки с книгами о мантикорах, Малфоя охватило чувство
раздражения, когда узнал, кто это. Из-за полки показалась Грейнджер, выглядевшая
несколько разочарованно.

- Не это ищешь, грязнокровка? - протянул Драко, показывая ей книгу.

Грейнджер мрачно взглянула на него:

- Нет. Я всего лишь жду профессора Вектор.

Малфой небрежно взглянул на часы.

- На полтора часа раньше? Я вспомнил, ты же фактически живешь в библиотеке. Но все


же, я уверен, что комната, битком набитая гриффиндорцами - лучшее место отдыха.

- Ты пришел сюда первым, - спокойно сказала Грейнджер.

Драко смотрел на нее. Девушка не поддавалась на его колкости, и это в некотором роде
было немного обидно, но все же борьба с Грейнджер была довольно интересной.
Однако, внимательно присмотревшись к ней, Драко заметил, что гриффиндорка только
старается выглядеть спокойно. В ее обычно теплых карих глазах, сейчас проскальзывало
уныние и признание поражения.

- Держи, - Драко покинул свое место и вручил ей книгу. Гермиона подозрительно


взглянула на него и потянулась за ней, но, поколебавшись, задержала руку в воздухе.

- Грейнджер, я не заколдовываю библиотечные книги, - он начал находить забавным, то,


что, преодолев себя, предложил девушке книгу. И все больше удивляясь, он
почувствовал, что бледнеет.
Грейнджер удивленно моргнула глазами, но все же взяла книгу.

- Спасибо, - пробормотала Гермиона и ушла. Она остановилась у выхода, чтобы еще раз
удивленно взглянуть на него, прежде чем исчезнуть.

***

Через большие окна было видно темнеющее небо. Последние лучи заката постепенно
таяли в сумерках. Посмотрев на часы, Драко обнаружил, что пора идти на встречу с
профессором Вектор. Он медленно слез с подоконника, откинул назад свои серебристо-
пепельные волосы и направился дальше по проходу. Обойдя довольно большую полку,
он резко развернулся и тут же на кого-то налетел.

- Смотри, куда идешь, - прошипел слизеринец, еле устояв на ногах.

- Почему бы тебе не делать то же самое? - парировал кто-то непозволительно


фамильярным тоном.

- Грязнокровка, - прошипел Драко и посмотрел вниз.

Грейнджер не удалась попытка удержать равновесие, и она благополучно растянулась


прямо пред ним. Ее волнистые волосы выбились из «конского хвостика», обрамляя
раздраженное лицо. Девушка поднялась на ноги и водрузила сумку обратно на плечо,
вздрогнув при этом, как заметил Драко. Он немного удивился, ведь его мадам Помфри
вылечила очень легко. Он много раз задавался вопросом, зачем Грейнджер вообще
спасла его. Ведь она тоже могла погибнуть. И совсем недавно, он подумал о другом: что
она хочет взамен? Но гриффиндорка, сохраняя молчание, положила книги на ближайшую
полку и одарила его рассерженным взглядом. Развернувшись на пятках, она пошла искать
профессора Вектор. Драко ничего не оставалось, как идти за ней.

Очень взволнованная профессор Вектор, стояла около парты мадам Пинс. Она мягко
улыбнулась ребятам, направляясь к ним. Драко почувствовал еле уловимый аромат духов
и заметил, что одета профессор не как обычно.
- О, как хорошо. Вы оба вовремя. Пойдем скорее... Я объясню вам все по пути. У меня
мало времени, - обратилась женщина к ним. Малфой взглянул на нее. Ее все
возрастающий энтузиазм вызывал у юноши тошноту. – Теперь, - начала профессор, пока
Драко и Гермиона изо всех сил пытались не отстать от нее. - Вы будете использовать
маленький вестибюль в библиотеке. Я дам вам обоим ключи, которыми будете
пользоваться только вы. Намного легче работать, если никто не будет мешать. Поэтому у
вас будет тихое рабочее место. Ах, вот мы и пришли.

Они поднялись по винтовой лестнице в конце библиотеки, которая вела в небольшой


коридор с несколькими закрытыми дверьми. Драко с удовольствием отметил, что от
быстрого бега Грейнджер начала задыхаться, в то время как его пульс оставался
спокойным. Профессор Вектор остановилась у второй двери, достала связку ключей и
вставила в замок маленький серебряный ключик. Малфою пришлось включить в ход все
свои навыки, чтобы не показывать своего удивления. Комната была больше, чем он
ожидал. В ней было много окон и камин, в котором уже горел огонь. Посредине стоял
большой стол и несколько стульев вокруг него. Несмотря на большие размеры, в комнате
все же оставалось немного свободного места - все было заставлено горами книг и
коробок. Открытая коробка демонстрировала древние пергаменты и книги, переплеты
которых были связаны веревками.

- Как я уже говорила раньше, эти пергаменты принадлежат волшебнику, жившему


приблизительно пятьсот лет назад. Я сказала приблизительно, потому что никто не знает
точно. Долгое время ходили слухи, что он был монахом и проживал где-то в диких местах
Ирландии. Не знаю, как профессор Дамблдор нашел эти раритеты, но вот они, перед
нами. Этого колдуна звали Грегориас O Леари, - рассказывая, профессор Вектор
прохаживалась по комнате и проверяла коробки. - Большинство этих книг и графиков
связаны с Арифмантикой и тем, как она влияет на людей. Профессор Дамблдор сказал
мне, что этот волшебник полагал, будто образец числа, который является фундаментом
Арифмантики, так же может являться фундаментом для всей остальной магии. И он
провел всю жизнь, экспериментируя над этим образцом.

Драко взглянул на Грейнджер, зашедшую в комнату. Раньше она казалась ему усталой, но
сейчас была даже возбужденной. Сильно сцепив руки, она осматривалась, стараясь
охватить взглядом как можно больше. Гриффиндорка совершенно не умела скрывать
свои эмоции. Драко иронично усмехнулся, но она его проигнорировала. Юноша
испытывал нестерпимое желание кинуться к этим коробкам и найти что-нибудь
интересное, но продолжал спокойно стоять, скрестив руки на груди. Лицо его выражало
умеренную скуку.

Вектор взглянула на свои маленькие наручные часы и заговорила еще быстрее, чем
раньше.
- Ваша задача просмотреть эти фолианты и изучить открытия этого мага и найти, есть ли
на самом деле какие-то связи между образцами числа Арифмантики и остальной магии.
Вы можете брать книги из запретной секции библиотеки. Директор Дамблдор полагает,
что они могут пригодиться. Вы будете докладывать о ваших достижениях каждую неделю
и, пожалуйста, старайтесь избегать неприятностей. Мы с директором возложили на вас
огромную ответственность, - она снова нервно взглянула на часы и, повернувшись,
посмотрела на свое отражение в окне. Драко мог поклясться, что профессор поверяет
свой макияж. – Что ж, вот и все. Если у вас будут какие-то вопросы, обратитесь ко мне
завтра. Я сейчас очень спешу. Вот, ваши ключи. Удачи! - с этими словами профессор
Вектор практически выбежала из комнаты.

Грейнджер не могла больше сдерживаться. Она бросилась перед открытой коробкой на


колени, ее глаза горели от волнения. Драко услышал, как она прошептала сама себе:
«Потрясающе!»

Малфой обернулся посмотреть в открытую дверь. Была видна небольшая часть


библиотеки. Профессор Вектор быстро перемещалась между стеллажами к выходу. Он
закрыл дверь и подошел к девушке, которая с благоговейной осторожностью
разматывала какой-то свиток.

- Эй, это не твой младенец, Грейнджер. Ох, это было бы страшной картиной - твое лицо и
волосы Уизли, - Драко скривился, но, когда Гермиона подняла голову и взглянула на него,
вся она искрилась восхищением.

- Посмотри на это, Малфой. Это же потрясающе, - девушка протянула ему свиток, и на


секунду Драко понял, на что это будет похоже, если она станет его другом. Грейнджер
пылающим взглядом смотрела на Драко, подавая ему пергамент.

- Я не хочу брать его. Он испачкан твоим прикосновением, - прорычал Драко, чувствуя


себя неудобно из-за того, как она только что на него смотрела. Восхищение Гермионы,
казалось немного проходило, и она убрала назад свиток, на который Драко умирал от
желания посмотреть. Девушка некоторое время молчала.

Она открыла еще несколько ящиков и рылась в них, Драко делал то же самое. Наконец,
он решил начать со старых томов в темно-красных переплетах, в то время как Грейнджер
уже выложила на столе перед собой груду свитков. Работали тихо, делая заметки и
внимательно перечитывая пункты. Но гриффиндорка первая нарушила тишину.
- Знаешь, мы будем проводить много времени вместе. И я не собираюсь упустить такой
шанс, только для того, чтобы не встречаться с тобой, - Гермиона скатывала в трубочку
пергамент, который только что прочла. В нем было много информации относительно
Флоббер-червей и их цикла воспроизводства, связанного с числом девять.

- И что же ты предлагаешь, грязнокровка? - спросил Драко, не глядя на нее.

- Мы заключим что-то вроде перемирия, - ошарашенный таким предложением, Драко


вскинул голову и встретился с Гермионой взглядом. Он на мгновение задумался, как ее
глаза могут вмещать в себя столько оттенков коричневого.

- Перемирие? - повторил Малфой, размышляя о последнем и убеждая себя, что его


совершенно не волнует, сколько оттенков коричневого в глазах этой грязнокровки.

- Да. Перемирие. Ну, знаешь, белый флаг, который обычно держат в руках… - Грейнджер
развернула новый свиток и стала делать записи. - Так нам будет проще работать вместе.

- Работать вместе? Драко Малфой работает вместе с грязнокровкой Грейнджер? Ты


сумасшедшая? - но, произнося эти слова, юноша понимал, что она права. Их работа была
бы намного легче, если бы они не играли друг у друга на нервах.

Гермиона прекратила работать, наблюдая, как он обдумывает эту идею. - Мне не хочется
лишний раз беспокоиться о том, что ты меня заколдуешь, - сказала она. - А постоянно
следить за тобой мне не доставляет никакого удовольствия.

- Грейнджер, ты следишь за мной? Не знал, что я тебя интересую. - Малфой выдал свою
лучшую ухмылку. Гриффиндорка закатила глаза. - Хорошо. У нас будет перемирие.
Клянусь, что в пределах этой комнаты, я не заколдую тебя. Так пойдет?

Немного подумав, Грейнджер, наконец, согласилась.

- Разумеется, вне комнаты, нет никакого перемирия, - твердо сказал Драко, ожидая
возражения, но девушка согласно кивнула.

- Я это и подразумевала, Малфой.


- Хорошо, раз уж у нас сейчас мир, то у меня к тебе один вопрос… - Драко захлопнул книгу,
которую просматривал, и сел на полу. - Что же все-таки произошло той ночью?

- Я... Я видела вас в окно и поспешила к Хагриду, чтобы предупредить его. Когда
мантикора атаковала, я... - Грейнджер остановилась и отвела от Малфоя взгляд. - Я
обездвижила ее, затем разбудила тебя и помогла добраться в замок.

- Но где ты была? Мы не видели тебя, - Драко внимательно смотрел на нее, не упуская из


вида ни малейшего ее движения. То, как она скользила взглядом по комнате, избегая его
пристального взора, накручивала прядь своих волос на палец и неловко ерзала на месте,
чувствуя себя крайне неуютно. Все это показывало ему, что девушка что-то от него
скрывает.

- Я была невидимой, - пробормотала Гермиона.

- Как ты могла быть невидимой? Невидимые чары очень сложные, даже для всезнающей
Грейнджер. Это так же маловероятно для тебя, как и то, что у тебя есть мантия-
невидимка, - Драко ухмыльнулся ей, но она решительно не смотрела на него. - У тебя есть
мантия-невидимка?

- Н... нет. У меня нет никакой мантии-невидимки! - ответила Гермиона, и Драко понял, что
она не лгала, но и не говорила правду. А потом он осознал. У нее нет, но у кого-то другого
есть. Без сомнения, Уизли не мог бы предоставить ей такую мантию, так должно быть
это...

- Поттер. Это была мантия Поттера… - уверенно произнес он и внутренне улыбнулся. Это
определенно было интересно узнать. - Зачем ты спасла меня?

- Никто не заслуживает такой смерти, - прошептала девушка и снова начала читать свой
свиток.

Драко нагнулся через стол и вырвал пергамент из ее рук. Он свирепо посмотрел на нее. -
Даже я, Грейнджер?
- Даже ты, Малфой... - ее карие глаза вспыхнули злостью, и Драко подумал, что она могла
бы быть очень опасна, если бы сильно рассердилась. Девушка потянулась и вырвала
свиток из его рук, но юноша успел схватить ее за руку. - Отпусти меня, Малфой! -
закричала гриффиндорка, пытаясь отцепить его руку.

- Почему ты не сказала правду? Почему ты не выдала меня? – парень снова наклонился к


ней. Этот вопрос сформировался в его мыслях сразу после того, как все произошло. Драко
не хотел чувствовать себя в долгу перед гриффидоркой, и ему нужно было узнать, зачем
она защитила его.

- Не хотела, поэтому и не сказала. Вот и все. А теперь отпусти меня, - гриффиндорка еще
яростнее смотрела на него, но Драко держал ее, потому что знал, если ее отпустить,
Грейнджер тут же убежит. Но слизеринец почувствовал, что держит ее запястье куда
более аккуратно, чем тогда, в больничном крыле. Какая-то крохотная его часть не хотела
причинять девушке боль.

- Я не верю тебе. Я знаю, что ты и твои веселые дружки сделали бы все, чтобы меня
выкинули из школы. Что же тебе мешало? – Драко еще сильнее наклонился к ней. Их лица
находились всего лишь в дюйме друг от друга. Он смотрел ей прямо в глаза, пытаясь
найти в них ответ. И он нашел. Вина. - Ты чувствовала вину? - удивленно спросил юноша.

Грейнджер, казалось, потеряла весь азарт и снова выглядела уставшей. Она перестала
вырываться и успокоилась. - Я... Я хотела оставить тебя… - глаза Драко расширились. - Я
хотела бросить тебя умирать. Я собиралась убежать, но не смогла. Я не такая. Я не знаю,
что это говорило во мне, упрашивало оставить тебя. Но никто этого не заслуживает… - ее
голос становился все тише и тише, пока совсем не затих.

Сейчас гриффиндорка смотрела на него с таким выражением, которое шокировало его. Ее


глаза как будто просили прощения. Девушка выглядела так, что вот-вот заплачет. Это
была не та грязнокровка Грейнджер, которую Драко знал. Внезапно Гермиона осознала,
насколько близко они находятся друг к другу, и отклонилась назад. Малфой опустил ее, и
Гермиона села обратно на свое место. Драко просто сидел и смотрел на нее. Он не знал,
как себя вести дальше. Было намного проще, когда они оскорбляли друг друга.
Грейнджер начала собирать свою сумку, тишина стала гнетущей. Девушка положила свой
маленький ключик в карман и направилась к двери. Она последний раз взглянула на
Драко и открыла дверь. Малфой встал и вышел в коридор, вслед за гриффидоркой. Он
увидел, как ее волнистые волосы исчезли за поворотом.

- Что ж… - прошептал он сам себе. – Это было интересно.


Глава 7. Признание невиновности.

Гермиона прислонилась спиной к стене. - Зачем я все это ему рассказала? - спрашивала
она сама себя.

Когда Малфой смотрел на нее своими темно-серыми, под стать его настроению, глазами,
она не могла врать. Гермионе пришлось рассказать ему то, чего она не рассказывала
никому: что гриффиндорка чуть было не позволила юноше умереть. Девушка думала, что
на такое способен только темный волшебник. И вот, теперь Малфой все знал.

Гермиона бросила свою сумку на пол и опустилась рядом с ней. Она подтянула к себе
коленки и уперлась в них лбом, позволяя волосам упасть на лицо. «Если бы это был не
Малфой...» Некоторое из того, что гриффиндорка узнала в библиотеке тем вечером, было
весьма интересным. Гермиона осознавала, что запросто сможет потерять голову в той
комнате - она так любила Арифмантику, ее структуры и законы. Но как она могла забыться
при Малфое, который буквально впивался в нее взглядом. Девушка ужасно злилась,
думая о нем, о его самодовольном взгляде, недоброй улыбке. Все, что делал слизеринец,
приносило сплошные неприятности.

- Он умеет сверкать глазами, и поэтому возомнил себя красавцем… - ворчала Гермиона. -


Стоп. О чем это я думаю? Его глаза сверкают только тогда, когда он замышляет что-то
гадкое.

- Гермиона? Что ты делаешь?

Девушка подняла голову и увидела Дина Томаса, смотрящего на нее сверху вниз.

- Привет, Дин, - улыбнулась она.

- С тобой все хорошо?

Дин, обнаруживший гриффиндорку в коридоре одну, был крайне заинтересован.


- Я в порядке. Просто думаю о том, как ненавижу Малфоя… - Гермиона рассеянно
озиралась вокруг.

- О, а я думал, тебя кто-то обидел, - юноша широко ей улыбнулся. - Согласись, было бы


гораздо хуже, если бы ты его обожала.

Гермиона слегка отклонилась в сторону, ухватившись за протянутую Дином руку. Он с


легкостью поднял ее на ноги.

Они неторопливо шли вместе обратно в Гриффиндорскую гостиную. Гермиона взахлеб


рассказывала Дину о новой совместной с Малфоем работе по Арифмантике. Когда они
вошли в гостиную, образ слизеринца тут же покинул мысли Гермионы. Девушка всегда
считала, что когда комната не использовалась как зона испытаний Ужастиков Умников
Уизли, она была очень уютной и умиротворяющей. Видимо, тренировка гриффиндорцев
по квиддичу уже закончилась, ведь сейчас вся команда, заляпанная с головы до ног
грязью, стояла у дверей и обсуждала новую тактику. Гермиона, помахав Гарри и Рону,
направилась в спальню для девочек. Лаванда и Парвати весело перешептывались,
склонившись над книгой «Хиромантия любви». Девушка пожала плечами и задвинула
стопку книг под кровать. Надев пижаму, Гермиона с блаженством залезла под одеяло.
Уже засыпая, она подумала: «Я ненавижу Драко Малфоя».

***

- Ну же, Гермиона. Сколько тебе нужно времени, чтобы съесть тарелку овсянки? - Рон
нетерпеливо выковыривал вилкой изюминки из своей каши.

- Ты же знаешь, сегодня воскресенье, мне некуда спешить, - Гермиона налила себе еще
тыквенного сока. Не успела она договорить, как в огромные окна зала влетели совы.
Коричневая сова оставила рядом с Гермионой «Ежедневный пророк». Но прежде, чем
первая сова взлетела, рядом с ней опустилась другая, сероватого оттенка, несколько
крупнее предыдущей. Она неосторожно поставила лапку, к которой было привязано
письмо, прямо в тарелку девушки…

- От кого это, Гермиона? - спросил Гарри, наблюдая, как Букля опускается к нему с
запиской от Хагрида. Гриффиндорка посмотрела вверх как раз в тот момент, когда филин
Малфоя летел к Слизеринскому столу. - Это от Виктора, - ответила она ребятам.
Лицо Рона покраснело при упоминании болгарского ловца. - Зачем этот мерзавец
присылает тебе письма? Я думал, ты сказала ему, что хочешь остаться с ним просто
друзьями.

- Я действительно так ему и сказала, мы - просто друзья. Поэтому он и пишет мне письма.
Рон, я думала, все уже в прошлом, - Гермиона положила письмо в сумку, решив прочитать
его попозже. Не было никакого смысла раздражать Рона, читая послание при нем.

- Вы готовы? Хагрид просит, чтобы мы зашли к нему, - сообщил Гарри, когда Букля улетела
с другими совами. Рон повернулся к Гермионе проверить, закончила ли она завтракать.

- Вы идите, а я ненадолго забегу в библиотеку, - сказала она, потянувшись еще за одним


тостом.

- В библиотеку? Гермиона, но сейчас же выходные! - жалобно протянул Рон.

- Что ж. Я хочу пойти сейчас, чтобы не встретиться там с Малфоем, - заявила Гермиона.

- А откуда ты знаешь, что его сейчас там нет? - поинтересовался Рон.

- Я знаю, что его нет. Вы ведь все утро жалуетесь на то, что слизеринцы первыми
зарезервировали поле для тренировки, и вам негде играть в квиддич. А Малфой - их
ловец! Ты, наверное, забыл? - она выпила еще сока и отодвинула тарелку.

- Ладно. Надеюсь, мы увидимся на обеде, - кивнул Гарри, и они с Роном встали из-за
стола. - Присматривай за Малфоем, - добавил он напоследок.

***

Гермиона сидела в библиотечной комнате. В то утро она уже открыла несколько ящиков.
Оказалось, в каждом были чертежи и манускрипты разных лет. В некоторых она нашла
даже древние книги заклинаний. Девушка долго просматривала их, прежде чем
приступить к работе, время от времени поглядывая в окно, чтобы убедиться, что
тренировка не закончилась, и Малфой все еще на поле. Из окна был очень хорошо виден
стадион. Фигуры в зеленых мантиях уверенно кружили над полем, и у одной из них были
серебристо-белые волосы. Гермиона задержала взгляд. Она признавала, что Малфой был
довольно хорошим ловцом, несмотря на то, что купил себе место. Но все же, по
сравнению с Гарри, он был - ничто.

Девушка открыла окно, села обратно за стол, развернув очередной свиток, и поняла, что
он был не таким интересным, как предыдущие. В нем было больше о Предсказаниях, чем
об Арифмантике. Гермиона зевнула, отложила перо и, передвинув свое мягкое кресло
поближе к камину, устроилась в нем поудобней. К сожалению, ей стало слишком удобно:
девушка даже не заметила, как перо выпало из руки, и она задремала.

- Грейнджер.

Откуда-то издалека Гермиона услышала тихий голос. За ним последовало легкое


прикосновение к ее щеке, и шепот повторился:

- Грейнджер.

Девушка глубоко вздохнула, спрашивая себя, почему Парвати и Лаванда не могут


говорить потише в их общей спальне. Она почувствовала, как чье-то дыхание обжигает ее
щеку, и протянула руку, чтобы погладить своего кота Живоглота, но вместо меха, ее рука
нащупала что-то гладкое и холодное. Сон постепенно отступал, и голос становился все
отчетливее:

- Грейнджер...

Ее рука все еще лежала на чем-то гладком. На чем-то, что вовсе не являлось Живоглотом.
Открыв глаза, Гермиона тут же одернула руку с тихим вскриком, как будто обожглась. Ее
рука все это время лежала на щеке Малфоя. Он опустился на колени рядом с ее креслом,
его лицо было в нескольких сантиметрах от нее. Гриффиндорка так сильно вжалась в
кресло, что оно начало угрожающе отклоняться. Гермиона почувствовала, что падает.
Малфой, поймав ее за руку, потянул на себя и вытащил из кресла. В результате, девушка
плюхнулась рядом с ним на колени.

- Ты ужасно неуклюжая, Грейнджер. Скажи мне: это из-за того, что ты грязнокровка, или
потому что гриффиндорка? - Малфой ухмыльнулся и отпустил ее руку.

- Я думала у нас перемирие, Малфой! - прорычала Гермиона, поднимаясь на ноги.


- Разве ты заколдована? - невинно спросил он, поднявшись вслед за ней.

Гермиона оглядела свои книги, потом перевела взгляд на руки, пытаясь найти признаки
волшебства. Но ничего не было.

- Понадобилась вся моя решительность, чтобы не заколдовать тебя, но я всегда держу


обещания. Все-таки, я – Малфой, - юноша обошел стол и сел с другой стороны.

- Да, это очень много значит. Все Пожиратели смерти известны своей честностью, не так
ли? - Гермиона кое-как собирала сумку. Она была ужасно смущена тем, что Малфой
застал ее спящей.

- Я - не Пожиратель смерти, - тихо произнес слизеринец. Его голос звучал так мягко, что
Гермиона удивленно посмотрела на юношу. Его голубовато-серые глаза смотрели куда-то
вдаль, он выглядел отрешенно.

- Твой отец... - начала было Гермиона, но Малфой прервал ее, яростно вскочив на ноги.

- Я ни слова не сказал про своего отца. Неужели тебя никогда не учили, что нельзя судить
людей по их родителям? - он обошел вокруг стола и встал рядом с девушкой. Изумление,
которое она почувствовала раньше, бесследно исчезло.

- Я не сужу тебя по твоему отцу. Я сужу тебя по тому, что ты - сварливый придурок, -
Гермиона смотрела прямо ему в лицо.

- Ты возьмешь свои слова обратно, грязнокровка! - угрожающе прорычал Малфой. Его


серые глаза потемнели от ярости, когда встретились с ее - янтарными.

- И не подумаю, - Гермиона бросила на него последний взгляд и, развернувшись,


направилась к двери. Она остановилась перед выходом и хмуро взглянула на него. - Ты,
правда, не Пожиратель смерти?

Малфой молча смотрел на нее, и девушка решила, что он не собирается отвечать. Но, уже
выходя за дверь, она услышала голос слизеринца:
- Нет, Грейнджер. Я не Пожиратель.

Глава 8. Письмо от отца.

Драко смял письмо от Люциуса и бросил его на стол. Несколько слизеринцев посмотрели
на него, когда он резко встал и вышел из Большого зала. Юноша чувствовал, что за ним
наблюдает множество глаз, и не стал смотреть, есть ли среди них глаза янтарного цвета. В
данный момент слизеринцу не хотелось встречаться с ней взглядом.

Пройдя через двери Большого зала, Драко достал из кармана смятое письмо и, порвав его
на кусочки, пустил по ветру. Наблюдая за тем, как крохотные клочки бумаги дрейфуют
прямо к озеру, парень размышлял о том, что ему придется ответить на это письмо.
Несмотря на свою нелюбовь к Люциусу, он не мог долго игнорировать его послания и
команды. К тому же, последний приказ был очень простым: ему нужно было встретиться с
ним в Хогсмиде до Хэллоуина. Драко была известна цель этой встречи: Люциус снова
будет уговаривать его стать Пожирателем смерти, пойти по стопам отца. Иногда юноша
действительно не понимал, почему не соглашается. Тем более что все вокруг и так уже
думают, что он - Пожиратель смерти. За исключением Грейнджер. Она, кажется, ему
поверила. Хотя и не понятно почему, но для нее было так важно убедиться в том, что
юноша не Пожиратель. Он был очень удивлен, обнаружив ее крепко спящей в их комнате.
Каштановые кудри девушки обрамляли ее лицо, и Драко подумал, что она вовсе не такая
уж и лохматая, как ему раньше казалось. Глядя на озеро, он вспомнил то утро в
библиотеке и почти на мгновение подумал, что Гермиона красивая.

- Всезнайка Грейнджер красивая? - Драко фыркнул от смеха, который отнюдь не скрывал


его сомнений.

Повернув обратно к школе, Малфой увидел, выходящих из нее учеников. Приблизившись,


он разглядел Поттера и Уизли, несущих метлы, между ними шла Грейнджер.
Гриффиндорцы что-то активно обсуждали.

- Тупая грязнокровка, - прошипел Драко, провожая ее взглядом до самого поля.

Несмотря на то, что Малфой ходил в библиотеку почти каждый день, с Грейнджер они
встречались очень редко. В конечном счете, время, проведенное ими вместе в
библиотеке, сократилось до нескольких минут, когда они обсуждали свои достижения за
неделю, а на Арифмантике ребята совсем не разговаривали. Наконец, Драко догадался,
что Грейнджер просто избегает его. Они встречались и на Зельях, и на Уходе За
Магическими Существами, но там девушка постоянно была в окружении Поттера и Уизли.
Ему не удавалось даже подшутить над ней из-за этого. Всякий раз, когда юноша начинал
ее задирать, гриффиндорка просто отступала, позволяя своим защитникам заступиться за
себя.

- Да кто она такая, чтобы избегать меня! Она! Глупая грязнокровка! - Драко проследил
взглядом, как Поттер и Уизли взлетают на своих метлах, а потом грустно наблюдал за тем,
как они гонялись за снитчем, выпущенным из коробки.

Малфой вошел в школу и направился к подземельям. На одной из стен висело


объявление о матче по квиддичу между Когтевраном и Пуффендуем, который должен
состояться в субботу.

- Я могу пропустить матч и вместо него пойти в библиотеку. Она наверняка будет там, так
как решит, что я пойду на игру, - бормотал он, читая объявление. Драко не понимал,
почему хочет увидеть Грейнджер. Он пытался убедить себя, что просто хочет проверить ее
часть работы. В конце концов, его оценка по Арифмантике наполовину зависела от нее. И,
тем не менее, он смутно ощущал некоторое сомнение в том, что это единственная
причина. Ему будто хотелось видеть Грейнджер, потому что он тосковал без нее. Но
Драко поспешно отогнал эти мысли, они были просто абсурдны. И все-таки он с
нетерпением ждал субботы.

***

Драко пробирался через толпу студентов, которая выплыла на лужайку в ожидании


начала матча. Он, как и собирался, шел в библиотеку, хотя чувствовал себя немного
виноватым. Слизеринец ясно осознавал, что для того, чтобы быть готовым к состязанию с
Пуффендуем, ему необходимо ознакомиться с тактикой их нового ловца, заменившего
Седдрика Диггори. Но Драко очень сомневался, что Пуффендуйцы победят, как бы
хорошо они не играли. Надо сказать, Драко всегда гордился своими способностями к
квиддичу, и то, что Поттер так или иначе обыгрывает его, выводило Малфоя из себя. Он
остановился, осмотрев большую толпу гриффиндорцев, среди которых были Поттер с
Уизли, и был очень доволен, не обнаружив рядом с ними Грейнджер.

Библиотека была совершенно пустой, казалось, там не было даже мадам Пинс. Малфой
прогуливался среди полок, наслаждаясь тишиной. Он обрадовался, увидев открытую
дверь в вестибюль, зная, что Грейнджер столь же осмотрительна, как и он сам: она бы уж
точно проверила, заперта ли дверь, прежде чем уйти. Гермиона никогда не оставляла
комнату открытой, исключая то время, когда сама в ней находилась. Они с Драко знали,
что хоть кроме них письма О Леари никто увидеть не мог, свитки все же были очень
ценными.

Юноша украдкой открыл дверь и проскользнул в комнату. Грейнджер сидела за столом в


мягком кресле, которое так любила. Вокруг нее лежало несколько книг, но ни одна не
была открыта. Подойдя к ней сзади, Драко увидел, что гриффиндорка читает письмо.
Малфой взглянул на него из-за плеча девушки. Быстро пробежав глазами текст, он с
удивлением заметил в конце подпись: «Виктор».

«Неужели это Виктор Крам?» - подумал Драко.

Он всегда думал, что Крам использовал Грейнджер, чтобы победить Поттера в Турнире
Трех Волшебников. «Не понимаю, что может быть общего между таким человеком, как
Виктор Крам и этой всезнайкой с кроличьими зубами? Ну ладно, сейчас у нее уже
нормальные зубы, но это вовсе не значит, что всезнайство - это ее лучшая черта! Во
всяком случае, не настолько, чтобы поддерживать интерес такого известного человека,
как Крам…» - Драко в бешенстве смотрел на письмо.

- Письма почитываем? Что-нибудь интересное? - прошептал он Грейнджер прямо в ухо.


Малфой так близко наклонился к ее голове, что от его дыхания ее вьющиеся волосы
заколыхались.

Гриффиндорка резко обернулась, от испуга ее глаза стали большими.

- Малфой, ты когда-нибудь слышал о том, что нужно стучать?! - вскрикнула она.

- Зачем? У меня есть ключ… - он сел рядом с девушкой, зная, что от этого она чувствует
себя неловко.

- Клянусь, если ты еще раз что-нибудь подобное выкинешь, я тебя заколдую. Не знаю, как,
но я это сделаю… - и хоть ее глаза метали молнии, Драко засомневался, что Грейнджер на
такое способна.

Решив сменить тему разговора, он вырвал письмо из ее руки.


- Что, все еще назначаем свидания Виктору Краму?

- Нет. И вообще, это не твое дело, Малфой.

Драко почувствовал облегчение оттого, что у одной из его любимых знаменитостей нет
привязанности к грязнокровке. – Что ж. Теперь у Уизли есть шанс, не так ли? - он
ухмыльнулся, а Грейнджер сверкнула глазами. - Да, я думаю, Уизли будет рад знать, что
Крам все еще свободен... - хотя Драко и ненавидел Поттера и его друзей, но он всегда за
ними пристально следил. И попытки Рона пообщаться с Крамом не остались им
незамеченными.

Малфой смотрел на покрасневшую Гермиону, в ожидании взрыва негодования, который


как он знал по опыту, должен был вот-вот разразиться. Но, когда она открыла рот, его уши
услышали не ругательства, а... смех. Чистый и звонкий, как колокольчик, который
заполнил собой, наверное, всю пустую библиотеку. Ошеломленно уставившись на
Гермиону, Драко понял, что она смеялась искренне и удивленно, и в ее смехе не было ни
капли иронии. В этот момент Драко снова на долю секунды представил Грейнджер в
качестве друга, а не врага, и подумал, что это было бы не так уж и плохо. Однако его
воспитание снова вернуло юношу к действительности..

- Это самая... - Грейнджер снова залилась смехом, но быстро взяла себя в руки, -
...смешная вещь, которую, я когда-либо слышала. Никогда не говори этого Рону.

- Мне все равно. Что бедный маленький Уизли может мне сделать? Это не моя проблема,
если этот рыжий мерзавец, не разглядел того, что находилось у него прямо под носом, -
Драко усмехнулся, а Грейнджер внезапно затихла.

- Что... что ты имеешь в виду, Малфой? - слегка побледнев, девушка пальцами


перебирала подол своей мантии.

- Что я имею в виду? - Драко больше не слушал Гермиону, очарованный ее белыми


лодыжками. Наконец, он сумел оторвать взгляд от зрелища, которое она ненароком ему
предоставила, и встретился с ее пристальным взглядом. Малфой вдруг осознал то, что
девушка ему сказала, и понял, что сам не имеет ни малейшего представления о том, что
имел в виду. Слизеринец мимолетом взглянул на ее приоткрытые губы и встал.

- Что ты подумала, я имею в виду, грязнокровка?! - неожиданно прошипел он, довольный


тем, что она вздрогнула. Маленький мир, которого они, казалось, достигли на какой-то
момент, разрушился. Он схватил книгу со стола, делая вид, что за этим и пришел, и вышел
из комнаты, оставив Грейнджер растерянно смотреть в пол.

***

Поплотнее закутавшись в мантию, Драко пробирался через толпу к месту встречи, которое
ему назначил Люциус. Инструкция вела его вниз, от одного переулка к другому, пока он
не дошел до, казалось бы, самой ветхой части Хогсмида. Глубоко вздохнув, Драко
постучал в единственный уцелевший дом.

- Добро пожаловать, мистер Малфой, - жеманно сказал незнакомый человек, впустивший


его. - Ваш отец ждет вас в дальней комнате...

Драко медленно шел к последней комнате в конце зала, примечая каждую деталь,
которую видел по пути. Старые обои кое-где облупились, а скудная мебель, которая там
имелась, была покрыта дюймовым слоем пыли. Это явно не соответствовало
нормальным условиям жизни Люциуса. Проходя мимо двери, находившейся слева от
него, он услышал приглушенные голоса нескольких мужчин. Драко остро ощущал, что
ничего хорошего из этой встречи не выйдет. Прежде чем он успел дойти до двери в конце
коридора, она открылась, и юноша предстал перед ледяным взором своего отца.

- Входи, Драко, - сказал Люциус тем низким голосом, который всегда использовал, чтобы
заставить сына дрожать.

Драко вошел в комнату и, не проявляя никаких эмоций, остановился, осматриваясь по


сторонам. Эта комната очень отличалась от других в этом доме. В ней было чисто и тепло,
а старая мебель даже казалась удобной. Люциус предложил ему сесть, но юноша только
покачал головой и задал вопрос, на который заранее знал ответ:

- Что ты хочешь, Люциус? - спросил он холодно, глядя ему прямо в глаза.

- Разве отец не может интересоваться своим сыном? - Люциус даже не попытался придать
искренности своим словам. Он продолжал тем же самым низким голосом, который
приводил в ужас мать Драко:
- Ты был в одном шаге от смертельной ошибки, Драко, - юноша никак не отреагировал на
эту реплику, он знал, что должен оставаться спокойным и тихим. Люциус вздохнул и
вынул свою палочку:

- Сын мой, я действительно предпочел бы, чтобы это было просто и безболезненно. Ты
был бы очень полезен для осуществления планов Темного Лорда, поскольку ты - студент
Хогвартса.

- Крэбб и Гойл очень подходят для этого, Люциус. Я уверен, они были бы рады
присоединиться к вам, - Драко почувствовал, что начинает терять самообладание, когда
ощутил, как мурашки поползли по спине.

- Темному Лорду не нужны Крэбб и Гойл. Ему нужен ты! И я не буду расстраивать его
планы только потому, что ты не знаешь, какое у тебя призвание. И если мне нужно
напомнить тебе обо всем, чем ты мне обязан, то я сделаю это, - Люциус встал перед
Драко и взмахнул палочкой. Юноша держал голову прямо и старался не показывать
своего страха. Он некоторое время смотрел на палочку, прежде чем понял, что совершает
ошибку. Люциус безжалостно улыбнулся своему сыну и прошептал заклинание, которое
часто использовал в присутствии Драко, но никогда на нем:

- Круцио.

Боль была кошмарна, Драко чувствовал как ослепительный белый свет пробегал сквозь
него, выжигая каждый дюйм его тела, иссушая его вены и вызывая мученический крик. Он
упал на колени, но отказывался кричать. Его уши заложило, и парень не слышал, как
Люциус снова и снова повторял заклинание. Драко только знал, что каждая часть его тела
пронизывалась болью, его опаленные волосы прилипали к коже, жгли его плоть. Он
чувствовал, как будто большие ее куски усыхали от высокой температуры и уменьшались.
Драко пытался не кричать, не позволять отцу чувствовать победу. Но низкий стон вышел
из него, постепенно возрастая в болезненный крик поражения. И внезапно боль ушла.

- Открой глаза, сын, - Драко открыл глаза, пытаясь сфокусироваться на лице Люциуса.
Палочка, небрежно направленная на юношу, все еще была у него в руках. Когда боль
ушла, Драко почувствовал слезы, выступившие во время мучений. Он судорожно
вздохнул, пытаясь прийти в себя, но ощущал себя настолько слабым, что даже не мог
пошевелиться.

- Ты присоединишься к нам, Драко, - это не был вопрос. Люциус не ждал больше


возражений, и он кивнул. Но мужчина все еще держал палочку, наблюдая за сыном.
- Да, отец, - прошептал Драко, и голос болезненно обжег его сухое горло.

Юноша неподвижно лежал на полу, прижав колени к подбородку. Люциус повернулся и


вышел из комнаты, не посмотрев на сына. Малфой снова закрыл глаза. Его отец победил.
Боль была так сильна, что он не знал, что делать, и вот, теперь его судьба решена. Драко
почувствовал, как гнев возрастает в нем, но у него не было сил даже пошевелиться.
Действительно, как он мог бороться с этим? Волдеморт слишком силен. По крайней мере,
теперь он был на той стороне, у которой больше шансов на победу. И он не должен был
выносить Поттера и подобных ему. Но в его сознании все еще были ледяные глаза
Люциуса, и юноша ненавидел своего отца, ненавидел его больше всех на свете. А затем
другое лицо, которое он ненавидел, но не так сильно. Чьи-то ласковые карие глаза
смеялись над тем, что он говорил. Кто-то, кто поверил ему, когда слизеринец сказал, что
не является Пожирателем смерти.

Драко ухватился за подлокотник ближайшего к нему кресла и поднялся. Он стоял и


оглядывался по сторонам. В противоположной стене было окно. Юноша бросился к нему
и налетел на стол. Выругавшись, он услышал шаги в коридоре. Драко открыл окно.
Ледяной ветер обжег его лицо и растрепал волосы. Он был слишком слаб, чтобы вылезти
из окна, поэтому, он просто выпал из него. Кое-как поднявшись на ноги, юноша прильнул
к стене, и пошел, так быстро, как мог, по пустынным улицам. Повернув за угол, он
услышал веселые голоса, приближающиеся к нему; Драко спрятался в переулке,
пропуская их.

Поттер, Уизли и Грейнджер прогуливались вниз по улице, не догадываясь об опасности,


которая затаилась в соседнем переулке. Поттер резко остановился, внимательно
посмотрев туда, где стоял Драко.

- Почему ты скрываешься в темноте, Малфой? - холодно спросил Гарри, и Драко


почувствовал раздражение, когда Поттер и Уизли встали впереди Грейнджер, закрывая
собой девушку.

- Прогуливаюсь, Поттер, не похоже? - огрызнулся юноша, желая, чтобы они поскорее


ушли. - Нужно быть внимательнее. Ты же не хочешь, чтобы из-за тебя у твоих друзей были
неприятности... - он знал, что Люциус и его дружки очень заинтересуются, обнаружив
Поттера на пустынной улице. Не то, чтобы Драко волновало, что случится с Поттером, но
Грейнджер не сделала ничего плохого. Ведь эта девушка не виновата в том, что она
грязнокровка.
Однако Поттер не понял намека. Драко почувствовал, что он разрывается между двумя
большими желаниями: как следует врезать ему или уйти, не связываясь с ним.

- Ну же, Поттер… - Грейнджер выглянула из-за Уизли; ее лицо казалось очень


взволнованным. Драко снова отступил в тень. - Почему бы тебе не взять свою глупую
грязнокровку и не подыскать новый домик для Уизли? Я видел несколько симпатичных
вниз по улице. На некоторых даже есть крыша, да и по цене подходит. Как тебе?

Уизли дернулся вперед, но Поттер удержал его и пробормотал что-то на ухо. Драко не
расслышал, что именно. Все трое одарили его взглядами полными презрения, и ушли
вниз по улице. Драко опустошенно вздохнул и снова прижался к стене. Его коленки
дрожали и он сполз по стене прямо на грязный тротуар. Юноша услышал быстрые шаги,
приближавшиеся к нему, и понял, что все кончено: ему не убежать от Люциуса.

- Малфой? - глаза Драко раскрылись от удивления, когда он услышал ее голос. Грейнджер


стояла в конце дорожки. Она подбежала к нему и села рядом с ним на колени.

- Ты в порядке? Что с тобой случилось? - ее голос дрожал. Драко мысленно улыбнулся:


она волновалась.

- Я сказал вам уходить. Я не нуждаюсь в помощи, - огрызнулся он, скрывая удовольствие


от того, что она беспокоится. Гермиона положила руку ему на плечо, а другой слегка
прикоснулась к его мантии на груди.

- Малфой... - начала она, но Драко внезапно приложил палец к ее губам. Он напряг слух,
пытаясь услышать, кто идет. Юноша посмотрел на Грейнджер, зная, что будет, если они
найдут ее здесь. Он оперся об стену и поднялся на ноги. Гриффиндорка поднялась за ним
и собралась что-то сказать, когда Драко схватил ее и, закрыв ей рот рукой, потянул еще
дальше в темноту.

- Ради всего святого, заткнись, Грейнджер, - прошипел он ей на ухо, думая, что она начнет
спорить, но Гермиона немедленно затихла. Он еще сильнее прижал ее к себе, главным
образом из-за того, что не мог стоять без ее поддержки, но так же и потому, что
крошечная часть его сознания просто хотела ее удержать. Шаги настойчиво к ним
приближались. Драко мог видеть, как Люциус остановился, свысока оглядев переулок.
- Он должен быть недалеко, Гойл. Посмотри там… - командовал он большой фигуре,
которая шла по переулку вслед за ним. - Я не должен был оставлять его одного. Это в нем
от матери - ее тоже было трудно сломать.

Драко почувствовал, как Грейнджер дрожит, и прижал ее сильнее. Замерев, они


наблюдали, как Гойл приближается к ним. Драко заметил, что гриффиндорка тянется за
своей палочкой, но мужчина остановился, другая фигура присоединилась к Люциусу.

- Дамблдор знает, что мы здесь. Мы должны покинуть Хогсмид, - доложил появившийся


мужчина Люциусу. - Не волнуйся. Мы знаем, где твой сын. Ему некуда идти, кроме
Хогвартса.

Люциус, смирившись, кивнул. Он повернулся к собеседникам и все трое аппарировали с


громким хлопком.

Драко еще пару минут постоял неподвижно: а вдруг это просто уловка, и они ждут его?
Спустя некоторое время он все-таки отпустил Грейнджер, и она отступила на несколько
шагов от него. Слизеринец прильнул к стене, чувствуя себя слишком опустошенным,
чтобы шевелиться, и посмотрел на Грейнджер: она была очень испугана. Он был уверен,
что она сейчас развернется и убежит, но, внезапно, девушка обхватила его руками вокруг
шеи, поддерживая его.

- С тобой все хорошо, Малфой? Что они хотели от тебя? - тихо спросила она, немного
отклонившись назад и глядя ему в глаза. Драко почувствовал неловкость, когда осознал,
насколько близко она была.

- Все хорошо, Грейнджер... - ответил он грубо, осторожно отстранив ее от себя. Гермиона


ничего не ответила, только положила его руку на свое плечо и помогла ему отойти от
стены.

- Ну же, Малфой. Я помогу тебе добраться до замка, - сказала она, когда Драко оперся на
нее.

- Люди увидят, - сказал он, когда Грейнджер стала переводить его через переулок. - И я не
нуждаюсь в помощи грязнокровки… - продолжал огрызаться он.
Грейнджер тут же отпустила его руку, и Драко почувствовал, что лежит на земле.
Гермиона обратилась к нему, сверкая глазами:

- Посмотри, Малфой. Все уже в замке, на банкете. И никто не увидит того, что тебе
помогает какая-то грязнокровка. Пожалуйста, ты можешь не быть идиотом хотя бы
несколько минут? - она протянула ему руку, которую Драко принял с большой неохотой.

Порывшись в своей сумке, она вытащила пакетик с только что купленными сладостями, и
немного поразмыслив, достала большую плитку шоколада.

- На, съешь немного... - Гермиона разломала ее напополам и одну половинку протянула


Драко.

- Знаешь, Люциус, не дементор, - Малфой подозрительно покосился на шоколадку.

- Я знаю, но в ней очень много сахара. Тебе станет легче, если ты съешь ее... -
простодушно ответила девушка и засунула пакетик со сладостями обратно в сумку.

К школе они шли медленно, Драко должен был признать, что ему действительно
полегчало. Солнце уже почти село, и тоненькая красная полоска виднелась над
горизонтом. Ему не нужно было больше опираться на Грейнджер, чему он был
несказанно рад. Когда она была близко, ему становилось неуютно. Девушка не задавала
ему вопросов по поводу случившегося, и тишина казалась успокаивающей.

Почти все окна в замке светились, а по пути к Большому залу, они прошли по коридору,
освещенному настенными факелами. Ребята остановились перед дверьми, вслушиваясь в
шумные голоса, которые доносились с другой стороны. Драко посмотрел на Гермиону:

- Грейнджер, - тихо произнес он. - А ты не такая уж и плохая, как я думал.

Она еле заметно улыбнулась слизеринцу: - Спасибо. Я думаю, ты и сам не так уж плох, как
кажешься… - и девушка вошла в Большой зал, чтобы присоединиться к Поттеру и Уизли. А
Драко остался стоять у входа, размышляя о том, что день прошел не так уж и плохо.

Глава 9. Это случилось на матче по Квиддичу...


- Не могу в это поверить! Ты вернулась, чтобы помочь Малфою?! Хагрид прав, ты сошла с
ума, Гермиона!

Девушка печально взглянула на Рона из-за своей домашней работы по зельям, которая
была разложена на столе в Гриффиндорской гостиной.

- Зачем я тебе рассказала? Ты как всегда, слишком бурно на все реагируешь. Малфой
действительно не так уж и плох… - гриффиндорка поспешно отвела взгляд, поскольку Рон
посмотрел на нее так, будто у девушки выросла вторая голова.

- Не так уж плох? Малфой... не так уж плох? - он внезапно наклонился к ней, пощупал


рукой ее лоб. - Не похоже, что у тебя температура, но я думаю, тебе все-таки стоит
сходить к мадам Помфри.

- Рон! - Гермиона отодвинулась от юноши, глядя на него с негодованием. - Со мной все в


порядке. Что такого в моих словах? Ты ведешь себя просто смешно. Гарри, пожалуйста,
скажи ему...

Гарри оторвался от своей работы по зельям. По нему было видно, как гриффиндорцу не
хотелось ввязываться в этот спор. - Гермиона, я должен согласиться с Роном. Это Малфой,
в конце концов. Сказать, что Малфой не так уж и плох, все равно, что назвать
соплохвостов милыми зверюшками.

- Я не могу поверить, что вы это говорите! Значит, теперь меня надо запереть в больнице
Св. Мунго? - Гермиона начала раздражаться, в голове появилось слабое покалывание,
которое, если его сразу же не остановить, предвещало ужасную боль.

- Это неплохая идея. Малфой определенно что-то с тобой делает. Может ты и слишком
умна для него, но я думаю, что умственные способности не сделают погоды, если тебе не
достает здравого смысла... - сказал Рон и в поисках поддержки посмотрел на Гарри, но тот
только покачал головой, зная, что гриффиндорец перешел границу. Гермиона мрачно
взглянула на друзей и начала быстро скидывать книги в сумку.

- Гермиона... - Рон попытался привлечь ее внимание. - Я не хотел! Ну же, не уходи... У нас


еще не сделаны Заклинания! - юноша попытался взять ее за руку, но девушка отступила.
- Сделай их сам, Рон Уизли. А лучше, попроси кого-нибудь со здравым смыслом помочь
тебе! - она развернулась и убежала в спальню для девочек.

- Знаешь, Рон, может я и не прав, но как бы ты не волновался о друге, это не повод, чтобы
оскорблять его... - мягко произнес Гарри, открыв книгу по Заклинаниям.

- Я ничего не могу поделать с тем, что она связалась с ненормальным Малфоем, -


пробормотал Рон, но в его голосе слышалось раскаяние.

***

Гермиона бросила сумку на пол, залезла на кровать и сдвинула вокруг нее занавески.

«Как он посмел? Он был смешон; они оба были смешны. Малфой не плохой. Я же не
говорю, что он - лучший парень в мире или что-то в этом духе…» - мысленно ворчала
гриффиндорка.

После Хогсмида, Гермиона перестала избегать Малфоя, если знала, что он в библиотеке.
Конечно, они не общались, но все же их взаимные оскорбления постепенно перетекали в
дружеские подшучивания.

Девушка перевернулась на спину и посмотрела на навес над своей кроватью. Это вовсе не
значит, что ей нравится Малфой. Просто она ненавидела его не так сильно, как прежде.
Что-то было в его глазах. Они то сверкали, то темнели, что заставляло Гермиону странно
себя чувствовать.

Тот день в Хогсмиде тоже был необычным. Гриффиндорка была так напугана, когда Гойл
приближался к ним в том переулке. Но какая-то часть ее сознания совершенно не думала
об опасности, сосредоточившись только на руках Малфоя, прижимавших ее к себе.
Девушка чувствовала себя в безопасности, как будто Малфой защитил бы ее от всех. Это
действительно было бессмысленно. Она не стала рассказывать друзьям о Люциусе
Малфое и отце Гойла - они только еще сильнее рассердятся из-за того, что Гермиона
осталась помогать Малфою. Тогда она сказала им, что пошла в «Сладкое Королевство»,
чтобы купить еще шоколадных лягушек. Когда девушка увидела Драко, сидящего одного в
темноте, похожего на потерянного ребенка, она всего лишь хотела как-то успокоить его.
Раньше Гермиона никогда не думала, что когда-нибудь захочет помочь Малфою, что он
вообще заслуживает помощи. Иногда в библиотеке они казались друзьями, пока
слизеринец не становился таким противным, каким был всегда. Гермиона не понимала,
почему иногда он казался таким одиноким.

Гриффиндорка громко вздохнула и натянула одеяло до подбородка. Ей совсем не


нравится Малфой, он просто не может ей нравиться.

***

- Эй, Грейнджер. Ты перевела что-нибудь отсюда? - Гермиона посмотрела на коробку,


около которой, склонившись, стоял Малфой.

- Нет, а что?

- Это тарабанщина. Все эти книги - одна сплошная тарабанщина… - Малфой держал одну
из них в руках. Гермиона быстро пересекла комнату и села на колени рядом с коробкой.

- Они не могут быть бессмысленными. Леари был дотошен со всеми остальными


книгами… - она начала вытаскивать тома и просматривать их. Малфой был прав: в них
были одни числа.

- Да. Похоже, старый чудак к этому времени дошел до маразма, - слизеринец был
раздражен тем, что целая коробка была бесполезна.

- Но это невозможно, Малфой. Зачем ему писать книги, содержащие одни числа. Ведь
остальная часть его исследования очень важна, - Гермиона положила книгу на колени,
пытаясь понять, что могли значить эти цифры.

- Грейнджер, в субботу игра: Слизерин против Гриффиндора. Мы собираемся показать


твоим друзьям, как ты думаешь? - дьявольский огонек поигрывал в его глазах.

- Конечно, покажете… - ответила Гермиона, не отрываясь от книги. Малфой хотел что-то


сказать, но вдруг понял, что гриффиндорка его не слушает.

- А Гарри Поттер - бездарный ловец, - усмехнулся Малфой.


- Угу, - Гермиона согласно кивнула. Ее брови сосредоточенно сдвинулись, пока девушка
пыталась разобраться в числах.

- И ты думаешь, что я - самый потрясающий парень в школе... - нетерпеливо сказал


Малфой.

- Что? - Гермиона резко оторвалась от книги и посмотрела на него.

- Мне интересно, пойдешь ли ты на матч по квиддичу в субботу? - быстро пробормотал


Малфой.

- Конечно. Я же должна поддержать свой факультет, не говоря уже о Роне и Гарри, -


сказала Гермиона.

- Ах да. У невероятного Гарри Поттера так мало болельщиков. Почему бы тебе ни создать
фан-клуб своего парня? Ой, или это Уизли завоевал твое сердце? Я никак не могу
запомнить… - Малфой одарил ее мрачным взглядом.

Гермиона изумленно посмотрела на него. До этого их встреча проходила без


прецедентов, и девушке это нравилось.

- Что с тобой, Малфой? - спросила она.

- Ничего, грязнокровка. Просто я устал снова и снова слушать о Поттере и Уизли… -


слизеринец взял сумку со стола и вылетел из комнаты, оставив удивленную Гермиону
одну.

***

- Гермиона... - прошептал Рон, но гриффиндорка смотрела на профессора Снейпа,


пишущего что-то на доске.

- Я же сказал, что извиняюсь… - умолял Рон.


- Пожалуйста, Гермиона, - на сей раз девушка, с большим риском для себя, взглянула на
него краешком глаза и сразу же поняла, что это была ошибка. Рон смотрел на нее своими
большими голубыми глазами и выглядел, как маленький печальный щенок. Он
приподнял брови и слегка улыбнулся.

- Ладно, ладно, извинение принято, теперь перестань на меня так смотреть… - она
улыбнулась в ответ.

Гарри, сидящий рядом с ней, заметно расслабился. Он ненавидел, когда его друзья
ссорились. Гермиона снова переключилась на Снейпа, записывая за ним необходимые
компоненты для зелья. Сегодня они должны были делать зелье прожорливости. Им было
не так просто управлять, как обычным прожорливым заклинанием, поэтому Снейп и
выбрал именно этот отвар.

- Так, сколько нам надо жучьих глаз? - спросил Гарри.

Гермиона заглянула в свой конспект.

- Пять. Нам нужно пять жучьих глаз.

- По-моему я взял слишком много, - глубокомысленно изрек Рон, глядя на свою кучку. А
затем взял один глаз и кинул его прямо в затылок Крэббу. Крэбб обернулся, но Гарри и
Рон с удивительной сосредоточенностью нарезали златоглазок. Они тихо захихикали,
когда Крэбб, с конфуженным выражением лица озирался по сторонам…

- Я все видел, мистер Уизли, десять баллов с Гриффиндора. О, ваше зелье уже готово для
проверки... - профессор стоял сзади них, злорадно ухмыляясь. – Что ж, Уизли, выпейте
его.

Рон с сомнением поглядел в свой пузырящийся котел, наполнил мензурку и залпом


выпил ее. Раздался хлопок, и уши гриффиндорца раздулись вчетверо больше обычного.
Все слизеринцы зашлись в жестоком смехе. Лицо Рона приобрело ярко-красный оттенок.
Снейп снова подошел к доске и начал писать домашнее задание.
- Хорошо выглядишь, Уизли, - протянул Малфой из противоположного угла кабинета. -
Знаешь, твои уши напоминают мне о зубах одной грязнокровки… - Гермиона сердито
вспыхнула и схватила Рона за мантию, когда он ринулся к слизеринцу.

- Он не стоит этого, Рон. Если ты нападешь на него, Снейп не оставит тебя без наказания…
- успокаивающе проговорила девушка.

- Она права, Рон. Снейп воспользуется любым случаем, чтобы помешать нам выиграть
завтра, - добавил Гарри, для безопасности удерживая друга за руку. - Лучше припаси это
для игры. Хорошо?

Рон посмотрел на них и кивнул:

- Да, мы ему покажем.

***

Гермиона сидела между Джинни и Невиллом. Перед ними сидели Симус и Дин. Девушка
поплотнее запахнулась в мантию, поскольку дул ледяной ветер. Глядя на темно-серое
облако, над Запретным Лесом, гриффиндорка пришла к выводу, что скоро пойдет снег.
Немного задержав на этом облаке взгляд, девушка подумала, что оно имеет тот же
оттенок, что и хорошо знакомые ей глаза.

- О, смотри! Они начали! - воскликнула Джинни и схватила Гермиону за руку.

Две команды взмыли в воздух. Со свистком мадам Хуч выпустили мячи. Матч проходил
очень быстро; Гарри поднялся высоко над игроками, высматривая снитч. Он внезапно
нырнул, а Джинни еще сильнее сжала руку Гермионы. Но снитч стремительно скрылся в
вышине.

Рон уже отбил несколько слизеринских мячей, и девушки были очень рады его успешной
игре в первом же матче Гриффиндора.

Когда бладжер чуть не сбросил одного из близнецов, Фред (а может и Джордж) ловко
отбил его, запустив в другой конец поля. Гермиона наблюдала за тем, как мяч выбрал
цель и теперь мчался прямо на Малфоя. Но юноша еще не видел бладжера; и он, и Гарри
заметили золотую вспышку около слизеринских ворот. Они одновременно рванули за
снитчем. Гермиона, кусая губы, крепко держала Джинни за руку, не наблюдая за Гарри.
Все ее внимание было сосредоточено на Малфое. Они были так близко. На расстоянии
всего лишь в десять футов... пять..., но слизеринец заметил бладжер, который несся
прямо на него, и резко повернул в сторону. Гермиона вскрикнула, и Гарри поймал снитч.
Игра была окончена со счетом 180:0. Девушка наблюдала, как мячи засунули обратно в
коробку, после чего Малфой, медленно снизившись, слез с метлы. Внезапно Гермиона
осознала, что все еще держит Джинни за руку. Девочка с изумлением смотрела на нее,
очевидно заметив, что гриффиндорка волновалась вовсе не за Гарри. Гермиона
покраснела и быстро отвернулась:

- Ну же, Джинни! Пойдем, поздравим их! - не дожидаясь ответа, она быстро побежала
вниз по ступенькам.

- Гермиона! - позвала Джинни, но та только ускорила темп. Казалось, весь Гриффиндор


дожидался команду, чтобы дружной толпой сопроводить ее в гостиную. Всех игроков
немедленно подхватили на плечи, и шумная процессия двинулась к школьным воротам.
Гермиона и Джинни присоединились к ней, направляясь к замку. Гермиона знала, что кто-
нибудь обязательно проберется на кухню за едой и празднование растянется на
несколько часов. Девушка была рада, что они победили, что Гарри победил, но не
испытывала ни малейшего желания праздновать. И это странное потягивание внизу
живота, которое появилось, когда бладжер был так близко к Малфою, не давало ей покоя.

На стадионе уже никого не оставалось, все были на пути в школу. Гермиона остановилась
в больших дверях, обернулась и в сгущающихся сумерках увидела одинокую фигуру. Она
отстранилась от толпы, пропуская счастливо галдящих гриффиндорцев. Девушка
подождала, пока все пройдут, после чего развернулась и направилась обратно к полю.
Малфой стоял к ней спиной и смотрел на верхушки Запретного леса. Было уже так темно,
что Гермиона едва могла его разглядеть.

- Малфой, - мягко позвала гриффиндорка, приближаясь к нему.

- Чего тебе надо, Грейнджер? - не оглядываясь, спросил юноша.

- Я... Я просто... - голос Гермионы затих. Она сама не знала, зачем пришла сюда.

- Дай-ка я угадаю… - протянул Малфой, поворачиваясь к девушке. - Ты каким-то образом


вбила себе в голову, что мы друзья, и подумала, что твое присутствие успокоит меня
после сокрушительного поражения. Так, Грейнджер? - он сделал к ней несколько
угрожающих шагов, сердито сверкая глазами. Гермиона пожалела, что находится не в
школе, где тепло и безопасно, а снаружи, рядом с Малфоем, чьи глаза кажутся еще более
холодными, чем любой ветер.

- Ты прав, не знаю, о чем я думала... - Гермиона отвернулась от него и пошла в


направлении школы, но Малфой внезапно схватил ее за руку.

- Мал... - начала было Гермиона, но слизеринец накрыл ее рот своими губами. Она
напряглась, когда Малфой притянул ее ближе, яростно целуя. Настолько яростно, что это
причиняло боль. Гермиона тихо всхлипнула, и слизеринец неожиданно стал очень
нежным. Он обхватил ее за талию, углубляя поцелуй, его губы были на удивление
теплыми и мягкими. Девушка была так потрясена происходящим, что не могла даже
оттолкнуть его. Все в ней кричало, что они должны немедленно остановиться, что Малфой
- ее злейший враг... Пока она вдруг не поняла, что ей все равно. Гермиона обняла его,
отвечая на поцелуй. Он удивился и чуть было не отпустил ее, но удивление схлынуло, и он
поцеловал ее еще настойчивее.

Малфой все сильнее прижимал к себе Гермиону, и она чувствовала, что мир вращается
вокруг нее. Она снова ощутила тянущее чувство внизу живота. Казалось, что силы
покидают ее, и девушка порадовалась, что Малфой поддерживает ее. Он прервал
поцелуй, но не отпускал гриффиндорку, а обхватил ее крепче, будто испугавшись, что она
уйдет, и спрятал лицо в ее волосах. Гермиона чувствовала себя настолько тепло, что ей
было все равно, сколько это длится. Улыбнувшись, она закрыла глаза, а Малфой хрипло
проговорил:

- Что ты делаешь со мной, грязнокровка? - Гермиона напряглась и внезапно осознала, что


произошло. Это же Малфой! Она почувствовала, как гнев разрастается в ней наряду с
болью. Она оттолкнула слизеринца так далеко, как могла. Он удивленно отшатнулся
назад.

- Грейнджер, - он попробовал взять ее за руку, но девушка достала палочку и направила


на него.

- Не подходи ко мне, Малфой, - прошипела гриффиндорка.

Гермиона не могла поверить, что повела себя так глупо. Как она могла позволить ему
сделать это? Как ей могло это понравиться? Девушка почувствовала, что на глаза
наворачиваются злые слезы, и, развернувшись, побежала к замку.
Глава 10. Сумасшествие?

Драко методично отсчитывал яйца гусеницы, необходимые для приготовления зелья.


Профессор Снейп занимался тем, что писал остальные ингредиенты на доске. Он,
казалось, не обращал внимания на шепот, который доносился от Поттера и Уизли. Драко
заскрежетал зубами и начал молоть яйца в своей ступке. Он не стал выяснять, что же
такого смешного увидели гриффиндорцы. Посмотреть на них, значит посмотреть и на нее.

- Грязнокровка, - тихо прошипел он.

Драко весь кипел изнутри после той ночи. Хотя это было уже неделю назад. Он ждал
расправы за то, что сделал. Со стороны слизеринцев - отречения, со стороны Поттера и
Уизли - разъяренных взглядов, и многочисленные перешептывания, которые будут
сопровождать его в Большом зале. Но ничего не происходило, за исключением
Грейнджер, которая всячески избегала его. Странную пустоту, ощущаемую Драко, он
списывал на нервы из-за игры. Слизеринец знал, что Грейнджер игнорировала его и
прежде, но теперь это было совсем по-другому. Она больше не встречалась с ним в
библиотеке, и юноша никогда не видел ее в их комнате. Гермиона все еще делала свою
часть работы, но когда, он понятия не имел. Весь следующий день после матча он провел
за шифрами, частично для того, чтобы избежать самодовольных взглядов
гриффиндорцев, но и потому что хотел встретиться с Грейнджер лицом к лицу. Малфой
был уверен: он не хочет ее видеть, ему просто нужно убедиться в том, что она никому не
разболтала о его проступке. Но гриффиндорка ни разу не пришла. На Арифмантике она
сидела так далеко от юноши, как это было возможно, учитывая то, что они сидели за
одним столом. Драко находил ее ледяное молчание просто ужасным, по сравнению с
колкостями, которыми девушка осыпала его раньше. Что могло быть хуже того, что
Гермиона ведет себя с ним так, будто его не существует. Как она вообще смеет его
игнорировать?

Крэбб и Гойл встали по бокам Драко, когда он приготовился выйти из класса. Чудо-
мальчик Поттер и Уизли ждали Грейнджер, которая пыталась закрыть свою сумку.
Кажется, у нее вообще были проблемы с застежками. Малфой сгорал от желания помочь
девушке, но Томас, один из этих проклятых Гриффиндорцев, наклонившись, сделал это
вместо него. Драко вспыхнул от гнева, когда Грейнджер одарила Дина благодарной
улыбкой. Слизеринец прошмыгнул мимо них в холл. Крэбб и Гойл изо всех сил пытались
не отстать от него.

- Мистер Малфой?
Драко резко повернулся и понял, что стоит перед директором школы. Крэбб и Гойл
отступили от профессора, бросая на Драко беспокойные взгляды.

- Можно вас на два слова? - Профессор Дамблдор дружелюбно улыбнулся Малфою, а


затем повернулся и ушел, не оставив юноше другого выбора, как следовать за ним.
Директор живо шествовал из одного коридора в другой, по пути улыбаясь и кивая
проходящим ученикам. Драко уже начал задаваться вопросом, как долго им еще идти,
когда Дамблдор внезапно остановился. Юноша оглянулся и увидел каменную горгулью.
Директор повернулся к двери и что-то тихо прошептал. Горгулья вытянула лапы и
отклонилась в сторону. Глаза Драко слегка расширились, и это было единственным
признаком удивления, которое выразил Малфой. Директор тихо фыркнул от смеха и
пропустил слизеринца в свой кабинет.

Драко сидел напротив директора, стоически вынося его пристальный взгляд, который
очень раздражал. В выражении лица Дамблдора ясно читалось ожидание.

- Вы хотели поговорить со мной, профессор Дамблдор? - Драко усердно боролся с


иронической ноткой, которая пыталась проскользнуть в его голосе. Может Дамблдор и
сумасшедший старый глупец, но это не мешает ему быть очень могущественным.

- Что ж, мистер Малфой. Я надеялся, у вас есть, что мне рассказать, - директор смотрел на
Драко своими мерцающими голубыми глазами. Юноша, занервничав, тут же отвел взгляд.
Он не просил Грейнджер держать язык за зубами, но все же надеялся, что она сама
додумается.

Дамблдор еще немного подождал, но, не добившись от Драко ни слова, глубоко вздохнул
и вытянул из своей парты письмо.

- Ваш отец послал за вами. Вы должны сесть на поезд Хогсмид-Лондон. Он, кажется,
думает, что под моей заботой, ваша личная безопасность находится под угрозой, -
Дамблдор остановился, ожидая реакции Драко. Его глаза перестали мерцать. Слизеринец
хотел вскочить на ноги и закричать, что он не хочет ехать к Люциусу; что Люциус убьет его,
если не хуже. Но вместо этого юноша произнес:

- Понятно. Когда я отправляюсь?


- Мистер Малфой. Я слышал сплетни, о том, что Пожиратели Смерти появлялись в
Хогсмиде. Я думаю, они появлялись там во время вашего последнего визита в Хогсмид. Я
прав? - профессор Дамблдор снова остановился, выжидающе глядя на Малфоя.

Драко стиснул руки и уставился в пол. Страх от мысли о возвращении в поместье


сменился гневом. Он доверял ей, надеялся, что она не скажет. И прежде, чем вспомнить,
что он сидит в кабинете большого любителя магглов, и остановиться, слизеринец
прошептал слово, которое многих волшебников приводило в ярость:

- Грязнокровка.

Дамблдор изумленно выгнул брови. - Я полагаю, что, говоря это восхитительное слово, вы
подразумеваете мисс Грейнджер?

Драко продолжал впиваться взглядом в пол. Он чувствовал себя преданным. Он знал, что
никому нельзя доверять, особенно одному из дружков Поттера. Они, вероятно, теперь все
сидят в гостиной Гриффиндора и слушают, как Грейнджер снова и снова пересказывает
им эту историю.

- Позвольте вас уверить, мистер Малфой, что мисс Грейнджер не выдала ни одного из
ваших секретов, - Драко посмотрел в глаза Дамблдору и понял, что он говорит не только о
походе в Хогсмид. Юноша почувствовал, что краснеет, и резко встал.

- Вы хотите поговорить еще о чем-то, профессор? - он не хотел больше находиться рядом


с этим человеком. Слизеринец устал от глаз Дамблдора, в которых было видно, что он
что-то знает.

- Нет, мистер Малфой. Это все, - сказал директор. Веселые огоньки в его глазах погасли, и
сменились выражением жалости на лице, когда он смотрел на удаляющуюся фигуру
мальчика.

***

Драко сидел на кровати и разглядывал свой наполовину упакованный чемодан. Он не


знал, зачем утруждает себя укладыванием вещей; если Люциус доведен до нужной
кондиции, то они могут ему больше не понадобиться.
Малфой вздохнул и прокрутил в голове последний матч, пытаясь обнаружить сделанные
им ошибки. Концентрация на Квиддиче помогала ему отвлечься от тягостных мыслей. Но
поскольку он думал об игре, его мысли начали плавно перетекать в иное русло. Драко
попытался переключиться на другое, но слишком поздно. И он увидел ее карие глаза,
наполненные беспокойством и сомнением. Слизеринец поцеловал ее потому, что был
зол. Зол на Поттера, зол на весь мир за то, что он позволил ему быть так близко к снитчу и
все же дал чудо-мальчику выиграть снова. Драко хотел сделать больно Поттеру, забрать
что-то принадлежащее ему и сделать это своей собственностью. Он жестко целовал ее, от
всей души желая, чтобы Поттер видел, что слизеринец делает с его девушкой. И вдруг все
изменилось, он больше не был зол, когда вдруг осознал, что Грейнджер поцеловала его в
ответ. И впервые он понял, что может быть, она и не принадлежит Поттеру. На какой-то
момент, Драко даже забыл, кто она; пока девушка не оттолкнула его. Как она посмела
оттолкнуть его? Юноша не мог в это поверить. Он - Драко Малфой, красивый и
обворожительный, и он знает об этом. И Грейнджер... Что ж, Грейнджер всего лишь
грязнокровка, но как у нее хватило смелости оттолкнуть его? Как только это случилось, он
тут же осознал свою ошибку. Малфой позволил поцеловать себя какой-то лохматой
всезнайке. Он был разъярен и из-за себя, и из-за нее.

- Проклятая грязнокровка. Ненавижу ее, - пробормотал слизеринец.

Драко знал, что ненавидит ее. Каждый раз, когда он видел ее в окружении улыбающихся
гриффиндорцев, юноша приходил в ярость. Малфой хотел схватить ее и трясти, когда
видел рядом с ними, такими счастливыми. Но он никак не мог понять, почему так хочет
увидеть ее сейчас.

- Она всего лишь грязнокровка, - Драко встал, пнул свой закрытый чемодан и вышел из
спальни. Он понятия не имел, где сейчас Крэбб и Гойл, но его это совершенно не
волновало. Юноша небрежно шел по коридору, не зная, куда именно направляется. В
конце концов, он оказался в дверях библиотеки. Прогуливаясь между полок, Драко
почувствовал спокойствие, которое не чувствовал уже давно. Не было никаких
Пожирателей смерти, никакого Волдеморта, Люциуса и Грейнджер.

Он сидел на стуле с прямой спинкой в их комнате наверху и смотрел на груды диаграмм.


Их было так много, что казалось, Малфой их никогда не закончит. Драко знал, что она
регулярно приходит сюда, но не знал когда именно. Рулоны диаграмм лежали немного не
так, как слизеринец оставлял их накануне. В камине, за решеткой лежал новый пепел,
будто она была здесь прошлой ночью. Но это невозможно. Драко был здесь прошлым
вечером. И работал без огня.
- Значит, она пришла сюда и развела огонь? - размышлял Драко. Он смотрел на пепел и
представлял, как, весело потрескивая, горел огонь. Слизеринец практически видел ее,
сидящую за столом, сосредоточенно сдвинувшую брови. Неожиданно к нему пришло
воспоминание: Грейнджер сидит перед ним и, избегая его пристальных глаз, скользит
взглядом по комнате. Она смотрела на огонь, когда рассказывала ему о мантии-
невидимке Поттера.

- Конечно. Мантия-невидимка! - Драко ругал себя за то, что не вспомнил о ней раньше.
Грейнджер прокрадывается в библиотеку после ее закрытия. В этом был смысл, он
никогда бы не подумал, что гриффиндорка на такое осмелится. Но действительно, как по-
другому она могла делать свою работу? Драко взглянул на часы; ужин закончился 2 часа
назад. Ему просто нужно ждать.

***

В полночь дверь тихонько приоткрылась. Он не видел девушку, но ощущал ее


присутствие. Драко сидел в кресле с высокой спинкой, спиной к двери. В комнате было
темно, и она не знала, что он там. Малфой сидел, не двигаясь, ожидая, когда
гриффиндорка подойдет ближе. Дверь за ней закрылась, а тихий щелчок, сообщил о том,
что Грейнджер ее заперла. Он слышал ее осторожное передвижение мимо корзин с
книгами. Девушка села на колени перед камином и тихо прошептала заклинание. Огонь
счастливо загорелся, освещая темную комнату. Гермиона облегченно вздохнула и,
обернувшись, увидела Драко. Ее глаза расширились, и сама она напряглась, но
слизеринец уже стоял рядом с ней. Грейнджер успела сделать несколько шагов назад,
прежде чем Малфой схватил ее за руки и отодвинул от камина. Глядя на нее, освещенную
огнем и смотревшую на него, как на монстра, Драко пришел в ярость. Он рывком
развернул девушку и усадил на стул. Тихий вздох вырвался из ее груди, но Грейнджер не
кричала. Драко вцепился в подлокотники и наклонился к ней, пристально рассматривая.
Гермиона сильнее вжалась в спинку кресла, глядя на него большими испуганными
глазами.

- Не смотри на меня так, - прошипел слизеринец. Ему не нравилось, когда она так на него
смотрела. Его это тревожило.

- Тогда прекрати меня пугать… - прошептала Грейнджер, ее всю била мелкая дрожь.
Драко выпрямился и отцепился от ее кресла. Неожиданно он буквально упал в кресло
напротив и потер лоб. Малфой думал, что сейчас, когда он ее уже не держит, Грейнджер
убежит, но она даже не пошевельнулась.
- Мне интересно было узнать, как ты делаешь свою работу без моего ведома, - тихо
проговорил юноша.

- Я не хотела тебя видеть, - прошептала Гермиона дрожащим голосом. Наконец, она


встала и подняла с пола свою сумку, которую выронила, когда Драко схватил ее.
Слизеринец попытался не обращать внимания на то, как дрожала ее рука, когда девушка
тянулась за ней.

- Что ж, я тоже не хотел тебя видеть… - огрызнулся Драко. Он не знал, зачем пришел сюда.
Парень не хотел ее видеть и ничего не понимал.

- Глупая грязнокровка, - пробормотал он. Грейнджер посмотрела на него, вместо испуга


ее глаза стали наполняться яростью. Она задохнулась от возмущения и запустила в него
своей сумкой. Драко был настолько удивлен, что еле успел увернуться.

- Как ты смеешь?! Кем ты себя возомнил?! - Грейнджер сжала руки в кулаки и просто
тряслась от гнева.

- Кем? - Драко вскочил на ноги. - Человеком, на чью шею навязалась грязнокровка!

Глаза Грейнджер вспыхнули, и она двинулась на юношу. Двигалась она быстрее, чем
Драко мог подумать. И прежде, чем он успел что-то сделать, гриффиндорка ударила его
прямо в челюсть. Драко в шоке уставился на нее, но был готов, когда девушка
замахнулась к следующему удару: он схватил ее за руки и сжал покрепче.

- Я ненавижу это название! Я так его ненавижу! Как ты смеешь так меня называть? Как ты
смеешь обзываться таким грязным образом, когда сам уже почти Пожиратель Смерти? Я
ненавижу их, и я ненавижу тебя! - Грейнджер пыталась вырваться, но Драко крепко
держал ее, постепенно наклоняясь к ней.

- Хорошо. Больше тебе не придется это выносить, - угрожающе прошептал он.

- Только не говори мне, что мои мечты неожиданно осуществятся, - процедила Гермиона.

- Я уезжаю домой, Грейнджер. Назад в поместье, назад к Люциусу, - едко проговорил


Драко.
- Что? Ты... Ты не можешь этого сделать. Ты не можешь поехать туда. Только не после
того, что он сделал… - ее сердитые глаза снова наполнились теплом. Девушка больше не
вырывалась, а просто стояла и смотрела на него.

- Да ты даже не знаешь, что он сделал, Грейнджер, - сказал Драко и отпустил ее руки.


Внезапно почувствовав себя утомленным, юноша отступил от нее, глядя на огонь.

- Ну, я могу предположить, что ничего хорошего. Ты не можешь поехать, - отрезала


Грейнджер.

- Он послал за мной. У меня нет выбора. Через несколько дней я уезжаю в Лондон… -
Драко не смотрел на нее и очень удивился, когда она положила руку ему на плечо;
слизеринец не слышал, как она подошла.

- Поговори с Дамблдором, расскажи ему о случившемся. Ты можешь ему доверять. Если


ты скажешь ему, что не хочешь ехать, он не позволит твоему отцу забрать тебя.

- Этот чокнутый старик не сможет мне помочь, - огрызнулся Драко.

- Он не чокнутый, он - гениальный! - на мгновение Грейнджер рассердилась, но вскоре ее


глаза снова наполнились беспокойством. - Драко, ты не можешь туда вернуться. Ты не
один из них… - слизеринец хотел что-то сказать, но остановился. Смутное воспоминание...
«Драко, пожалуйста...» Она уже называла его по имени, после нападения мантикоры. Из
ее уст его имя звучало странно.

- Откуда ты знаешь, что я не один из них? - тихо спросил он.

- Потому что ты сам сказал мне это, и я тебе поверила… - прошептала Грейнджер.

Драко широко раскрыл глаза, когда она сказала это. Он видел в ее взгляде доверие.
Малфой протянул руку и заправил за ухо прядку, которая выбилась из ее конского
хвостика. Грейнджер вся сжалась от его прикосновения, но не отступила. Драко погладил
ее щеку и изящно скользнул пальцами по скуле. Гриффиндорка слегка задрожала. Юноша
наклонился к ней и, не понимая, зачем делает это, слегка прикоснулся своими губами к
ее. Драко посмотрел на Грейнджер, ее глаза были закрыты в ожидании поцелуя.
Отбросив все сомнения, он нежно обнял ее за шею и поцеловал. Гермиона наклонилась
еще ближе и положила свою тоненькую руку ему на плечо. Драко углубил поцелуй,
удивляясь, почему целоваться с Грейнджер приятнее, чем с кем-то еще. Он притянул ее
еще ближе и сильнее припал к ее рту, лаская языком ее мягкие губы. Стройная ручка
сжала плечо Драко, а затем резко отодвинула его.

- Мне... Мне надо идти, - прошептала девушка, отстраняясь. - Ты ведь поговоришь с


Дамблдором, правда?

Драко кивнул. Он вынужден был дышать глубоко, чтобы успокоиться. Малфой никак не
мог понять, почему поцеловал ее, по крайней мере, в прошлый раз у него хотя бы была
для этого причина. Сейчас не было ни причины, ни оправдания. Грейнджер достала из
своей сумки серебристую мантию и, прежде чем надеть ее, посмотрела на слизеринца.
Дверь открылась. Закрылась. Она ушла. Драко понял, что ему нравится целовать ее и, что
еще хуже, часть его хочет целовать ее еще.

Глава 11. Diablo.

- Рон.

- Рон?

Гермиона сердито вздохнула и ткнула Рона вилкой прямо под ребра.

- Чт... Что? - Рон подскочил на полфута, наконец-то отведя взгляд от стола Пуффендуя. Он
во всем глаза смотрел на Сьюзен Боунс с самого ее прихода в Большой зал.

- Если честно, Рон, - сказала Гермиона немного раздраженно. - Все, что от тебя требуется -
это смазливая мордашка.

- Зачем ты ударила меня? - проворчал гриффиндорец, потирая свой бок.

- Рон, - сказал Фред. - Пришло время узнать тебе правду о нашей дорогой Гермионе.
- Прости, Гермиона, мы не можем больше хранить твою тайну, он должен знать ужасную
истину… - добавил Джордж.

Фред наклонился к Рону с Гермионой и загадочно прошептал.

- Видишь ли, брат... Вообще-то, Гермиона - ужасный маньяк-убийца, орудующий вилкой, -


Фред повысил голос, и теперь весь Гриффиндор с интересом уставился на четверку.

- Ну, хватит уже. Рон, ты не мог бы... - но Гермиону перебил Джордж:

- Она – сумасшедшая… - Джордж издал маниакальный смешок.

- Рон! - Гермиона заговорила снова. - Ты не мог бы передать мне почечный пирог?

- Ка... какой пирог? - спросил он, не глядя на нее. Близнецы устроили настоящее
представление, тыкая друг в друга вилками, наподобие странной средневековой дуэли.

- Который лежит на подносе слева от тебя... - Гермиона похлопала Рона по плечу, но тот
еще не пришел в себя, провожая взглядом недавно заинтересовавшую его симпатичную
пуффендуйку.

- О, не бери в голову, - пробормотала девушка и достала свою палочку:

- Акцио пирог.

Почечный пирог пролетел мимо Рона, едва не задев кончик его носа, и аккуратно
приземлился прямо в протянутые гриффиндоркой руки.

- Показуха… - мрачно изрек Рон.

Гермиона только начала нарезать пирог, когда Гарри проскользнул на место рядом с ней.

- Привет, Гарри. Где ты был? - спросила девушка, подталкивая к нему кусок пирога.
- И почему во время обеда? - добавил Рон, наконец способный воспринимать
происходящее после ухода Сьюзен.

- Ну, я встретился с Хагридом возле библиотеки, мне нужно было отнести книгу. Он сказал
мне, что Дамблдор решил... - но в этот момент сам директор неожиданно встал из-за
стола.

Профессор Дамблдор терпеливо ждал, когда зал успокоится. Тишина наступила быстро,
поскольку каждый студент повернулся, чтобы посмотреть на высокого человека в ярко-
фиолетовой мантии.

- Я надеюсь, вы простите меня за то, что я прервал восхитительный обед, но я хотел бы


сделать объявление… - Гермиона взглянула на Гарри и сразу поняла, что это было связано
с тем, что он собирался рассказать им. Гарри выжидающе смотрел на директора.

- Святочный Бал, который состоялся в позапрошлом году, был таким успешным, что мы
решили устроить его и в этом... - Дамблдор сиял, поскольку за его словами последовала
волна перешептываний. - И, поскольку мы так замечательно провели время в прошлый
раз, я решил пустить на бал всех. Все курсы могут участвовать.

Зал застыл в пораженной тишине. Младшим курсам никогда раньше не доводилось


посещать бал.

- Ну что ж, думаю, я и так надолго задержал вас, спасибо за терпение, - Дамблдор снова
улыбнулся и сел обратно за преподавательский стол. За его словами последовал
оглушительный шум. Гермиона, Гарри и Рон вынуждены были поближе наклониться друг
к другу, потому что все вокруг громко разговаривали.

- Но я думал, что Святочный Бал - это традиция Турнира Трех Волшебников… - произнес
Рон.

- Согласно учебникам, Святочный Бал проводится во время Турнира. Я не понимаю,


почему они изменили это, - ответила Гермиона, сосредоточенно сдвинув брови.
- А как насчет третьего, второго и первого курса? Они тоже идут… - спросил он. Девушка
только пожала плечами.

- Я знаю, - Гарри огляделся, удостоверившись, что их никто не слышит. - Святочный бал


должен проходить каждые три года. Но вы помните, как много людей остались в
Хогвартсе на рождественские каникулы, когда он проходил?

Гермиона с Роном кивнули.

- Дамблдор хочет оставить в Хогвартсе так много людей, как это только возможно. Из-за
Волдеморта… - сказал Гарри. Рон не вздрогнул от упоминания имени Темного Лорда, но
все же выглядел слегка ошарашено.

- Это тебе Хагрид сказал?

- Ну, знаете ли, он ускользал от темы. Сказал только, что я не буду скучать на каникулах,
поскольку все останутся на бал. Это лучший способ за всеми уследить.

- Вещи, должно быть, принимают совсем дурной оборот, если Дамблдор хочет оставить
всех студентов в Хогвартсе на каникулы. Забавно, что в «Ежедневном Пророке» нет
никаких упоминаний о Темном Лорде… - задумчиво прошептала Гермиона.

- Вероятно, Министерство пытается держать все в секрете, - согласился Рон.

- Да уж… - Пробормотал Гарри. - Они будут притворяться, что ничего не случилось, пока
Волдеморт сам не постучится к ним в дверь.

- Пожалуйста, можешь не произносить это имя? - взмолился Рон.

- Что, Уизли, просматриваете с Поттером список тех, кого можно подкупить на то, чтобы
пойти с вами на бал?

Гермиона напряглась, когда Малфой, растягивая слова, влез в их беседу. Гарри и Рон уже
были на ногах, в то время как она только разворачивалась на месте. Малфой стоял прямо
позади гриффиндорцев со своей мерзкой ухмылкой на лице. Крэбб и Гойл находились в
двух шагах от него.

- У Поттера, по крайней мере, есть немного денег, но, Уизли... Не знаю, как ты
справишься. Может быть, уговоришь какую-нибудь девушку пойти с тобой из жалости? -
протянул юноша.

Рон бросился к Малфою и успел врезать ему прежде, чем Гарри присоединился к драке.
Гермиона так и не поняла, пытался он оттащить Рона или хотел внести свою лепту.
Появился Снейп.

- Поттер! Уизли! Что вы делаете?! - прорычал он, оттаскивая ребят от слизеринца.

Лицо Рона было красным от гнева.

- Малфой первый начал… – задыхаясь, сказал он.

- Профессор Снейп, я пришел сюда только для того, чтобы отдать Грейнджер книгу, для
нашего проекта по Арифмантике... - парень вытащил книгу из своей сумки и протянул
Гермионе. - А потом Поттер и Уизли напали на меня.

- Наказание, Поттер. К вам это тоже относится, Уизли. Драка – прямое нарушение правил,
как вы оба прекрасно знаете.

Гермиона поняла, что Малфой все еще протягивает девушке книгу, и узнала в ней один из
томов Леари.

- Возьми ее, Грейнджер. В ней есть кое-что, что тебе нужно увидеть… - Гермиона
взглянула на книгу, а затем на Малфоя. Темно-серые глаза, казалось, видели
гриффиндорку насквозь. Она почувствовала, что начала краснеть, и отвернулась, но книгу
взяла. Юноша пристально посмотрел на нее, прежде чем уйти.

Гермиона повернулась к столу и начала листать книгу. Она усердно старалась не слушать
Рона, который сравнивал, кто хуже: Малфой или Снейп? Аккуратно переворачивая
страницы, девушка наткнулась на маленький свернутый в трубочку клочок пергамента.
»Библиотека. После ужина», - было написано в нем аккуратным почерком Малфоя.

Гермиона задержала дыхание и положила записку обратно в книгу. Она повернулась,


небрежно посмотрев на Слизеринский стол. Малфой сидел, запрокинув голову назад,
пока жеманничающая Панси, прикладывала, что-то к его окровавленной щеке. Он,
казалось, почувствовал взгляд гриффиндорки и, приподняв голову, встретился с ней
глазами. Гермиона еле заметно кивнула и развернулась, чтобы послушать Рона,
рассказывающего, что именно он хотел бы сделать с Малфоем.

***

Гермиона тихо шла по лестнице, ведущей из Большого зала. Взволнованная болтовня


постепенно затихала, поскольку она спускалась все ниже, из одного темного зала в
другой. Не в первый раз гриффиндорка спросила себя, о чем она думала. Как она могла
согласиться встретиться с Малфоем в таком изолированном месте? Девушка снова
почувствовала, как будто внизу ее живота порхают бабочки.

- Глупый Малфой... - тихо пробормотала она.

Хоть она и опасалась оставаться с ним наедине, но не могла отказать ему. Независимо от
того сколько раз Гермиона убеждала себя в том, что ей нет никакого дела до того, что
происходит со слизеринцем, девушка не могла подавить чувство смертельного страха за
него, покидающего Хогвартс. Малфой не рассказал ей, что же случилось с его отцом тогда,
в Хогсмиде. Но Гермиона была умной девочкой, и яростное выражение лица Люциуса,
когда он искал Драко, заставило ее кровь стыть в жилах.

- Если он еще не поговорил с Дамблдором, я заставлю его сделать это, - твердо решила
она.

Гермиона знала, что он не хочет ехать к Люциусу; она знала, что он не хочет становиться
Пожирателем Смерти. Это больше всего ее удивляло. Ну, конечно было кое-что еще:
ощущения, которые она испытывала, когда Малфой поглаживал ее по щекам, когда
притягивал ее ближе к себе, когда он...

- Прекрати! Прекрати думать об этом! - ругала Гермиона сама себя, повернув в коридор,
который вел к библиотеке. Не то чтобы ей понравилось то, что сделал Малфой, что
сделала она, просто девушка никак не могла выкинуть это из головы. И подходя к дверям
библиотеки, она почти смогла поверить в то, что ей не нравится Малфой. Не нравится.

***

Гермиона остановилась перед их комнатой и, судорожно вздохнув, открыла дверь. Огонь


бодро потрескивал в камине, а Малфой сидел за столом. Он посмотрел на нее, и на
мгновение Гермиона увидела в его взгляде вспышку чего-то теплого и манящего, но она
исчезла так же быстро, как и появилась, и девушка снова смотрела на того самого
слизеринца, которого всегда презирала.

- Я не был уверен, что ты придешь, Грейнджер. Думал, что Поттер и Уизли теперь не
отпустят тебя от себя ни на метр, - сказал Малфой, растягивая слова в своей обычной
манере.

- Знаешь, ты не должен был устраивать представление только для того, чтобы передать
мне записку, - ответила Гермиона, запирая за собой дверь.

- Конечно, но как я могу упустить такой шанс? - ухмыльнулся слизеринец.

- Знаешь, Малфой. Ты иногда такой идиот… - отрезала девушка. Она села на стул прямо
напротив него. Их разделял целый стол, чему гриффиндорка была несказанно рада.
Малфой ничего не говорил, просто наблюдал за ней. Прядь белых волос упала ему на
глаза, и Гермионе стоило больших усилий заставить себя не поправить ее. Она слегка
задрожала, представив, как ее пальцы перебирают золотисто-белые волосы.

Тишина длилась еще несколько минут. И все это время Гермиона неловко ерзала на
стуле, не зная, куда себя деть под пристальным взглядом серых глаз. Ее ладони начали
влажнеть, и сама она чувствовала, что краснеет, но Малфой так и продолжал
рассматривать ее.

- Ну? - наконец спросила девушка, надеясь, что выглядит спокойнее, чем на самом деле.

- Что? - ответил Малфой; он казался погруженным в размышления.


- Ты поговорил с профессором Дамблдором? - уточнила Гермиона, отчаянно желая знать
ответ, но и боясь этого.

Малфой, кажется, понял, как сильно она жаждет узнать правду, и теперь преднамеренно
тянул время, глядя в окно.

- Прекрасная ночь, не так ли? Такая красивая луна... не находишь, Грейнджер? - сказал он,
ухмыляясь все сильнее.

- Проклятье. Малфой, если ты не поговорил с ним, то я сама притащу тебя в его кабинет, -
Гермиона встала, ее глаза горели.

- Ммм... Это было бы интересно. Не думаешь? - Малфой снова пристально вгляделся в


нее. Девушка сжала руки в кулаки и впилась взглядом в стол. Как же это трудно! Ее
безумно раздражал тот факт, что девушка беспокоится, ужасно беспокоится о нем.
Малфой тихо вздохнул, и Гермиона снова взглянула на него. Злобная ухмылка исчезла, и
она вдруг вспомнила о потерянном юноше, которого встретила тогда в Хогсмиде.

- Я говорил с ним, и я остаюсь. Не знаю, что он скажет Люциусу, но уверен - отец будет
разъярен. Но сомневаюсь, что Дамблдора это побеспокоит. Он ведь ушел из
Министерства, да? - тихо спросил Малфой.

Гермиона кивнула.

- Да, ушел. Фадж не воспринял факт возвращения Волдеморта.

- Так почему же они пытаются с этим бороться? - Малфой пригладил прядь волос, которая
так мучила Гермиону с того момента, как девушка зашла в комнату. - Если мнения
Дамблдора и Министерства разделены, то разве есть шанс победить Волдеморта?

Убранная прядь выставила на обозрение подбитый глаз, и, увидев это зрелище,


гриффиндорка не смогла сдержать улыбку. Малфой с любопытством посмотрел на нее.

- Что такого забавного ты во мне нашла, Грейнджер? - спросил он.


- Ничего. Но я рада была узнать, что ты не остался безнаказанным, Малфой... - сказала
Гермиона.

- Просто удачный удар.

Девушка могла поклясться, что юноша улыбался.

- Знаешь, вовсе не обязательно со всеми вести себя по-свински… - мягко сказала она.

- Конечно, знаю. Но должен же кто-то опускать Поттера и Уизли с небес на землю, -


ответил Малфой.

- Малфой, что он сделал? Зачем твой отец искал тебя в Хогсмиде? - слова вырвались,
прежде чем она успела остановить их. Гермиона хотела спросить его об этом уже давно,
но не смела. Теперь девушка чувствовала себя спокойней, зная, что слизеринец не
собирается отправляться на встречу своей гибели.

- Мы с Люциусом просто обсуждали наши будущие планы, - спокойно проговорил он


ничего не выражающим тоном.

- Малфой... - тихо пробормотала Гермиона.

- Слушай, Грейнджер. Что ты хочешь, чтобы я сказал? Ты действительно хочешь услышать,


что мой отец с удовольствием убил бы меня, если бы Волдеморт приказал ему? Что
Люциус, так или иначе, убьет меня, несмотря на то, что говорит ваш драгоценный
директор? Что ты хочешь узнать, Грейнджер? - глаза Драко опасно засверкали, но он
замолчал и отвернулся. Малфой зарылся руками в своих волосах, а затем спрятал лицо в
ладонях, опершись локтями о стол. Гермиона обошла стол и мягко коснулась его руки;
слизеринец вздрогнул и поднял на нее взгляд. Девушка тут же одернула руку и села на
свое место, усиленно борясь с подступающим румянцем.

- Малфой… Я думаю, все будет хорошо. Здесь в Хогвартсе, рядом с Дамблдором, ты в


безопасности, - сказала ему Гермиона, обретя дар речи.

Парень издал ироничный смешок.


- О, да. Ведь Дамблдор так надежно охранял Поттера.

Гермиона побледнела. Ей не надо было напоминать о том, как часто Гарри находился в
опасности. Как будто она не потратила большинство свободного времени, переживая за
них с Роном. Девушка задалась вопросом: неужели она теперь так же будет волноваться и
за Малфоя? Гермиона закусила нижнюю губу, изучая причудливый резной рисунок на
столе, пока не почувствовала на себе взгляд. По выражению лица Малфоя невозможно
было догадаться, о чем он думает. Гриффиндорка ощутила мрачное предчувствие и,
вспомнив их последнюю встречу, вскочила со стула, едва не опрокинув его.

- Библиотека скоро закроется… - объявила она, надеясь, что Малфой не обратил внимания
на то, как резко повысился тон ее голоса.

- И ты, наверное, раньше никогда не приходила в библиотеку после закрытия, Грейнджер.

- Послушай, я не хочу, чтобы у нас были неприятности, Малфой… - Гермиона порылась в


груде диаграмм и вытащила несколько, для работы в общей гостиной. Она подошла к
двери и обернулась. Слизеринец не двигался, он только на секунду задержал на ней свой
взгляд, но затем снова повернулся к огню.

- Я... Я рада, что ты остаешься, Малфой, - тихо сказала девушка, удивленная тем, что
когда-нибудь сможет сказать такое. Юноша не произнес ни слова, не отрывая взгляда от
играющего пламени.

***

Гермиона посильнее запахнулась в зимнюю мантию и пожалела, что не взяла с собой


выпить чего-нибудь горячего. Она посмотрела вверх, где в воздухе тренировалась
команда Гриффиндора по Квиддичу. Гарри помахал ей, он парил немного выше, чем
остальные, поскольку ждал появления снитча. Обычно Гермиона любила наблюдать за
тренировками, но сегодня на улице было слишком холодно, чтобы проводить снаружи так
много времени. Девушка подышала на руки, слегка улыбнувшись облаку пара,
окружившему ее.

- Привет, Гермиона... - гриффиндорка посмотрела вниз и увидела Дина Томаса,


поднимающегося к ней по ступенькам.
- Привет, Дин. Как дела? - весело спросила она.

Юноша ухмыльнулся и сел рядом с гриффиндоркой. Он порылся в своей сумке и достал из


нее маггловский термос. Гермиона широко улыбнулась и подвинулась ближе к нему.

- А что это у тебя там? - спросила она с любопытством.

- Горячий сидр, домашние эльфы весь день готовили его на кухне. Мы с Симусом решили,
что стоит сбегать туда, чтобы взять немного... - Дин налил золотисто-коричневую
жидкость в крышку термоса, которая по совместительству служила и чашкой, а потом
протянул ее Гермионе.

- Спасибо. Здесь ужасно холодно. Не знаю, зачем я согласилась прийти посмотреть на


тренировку, лучше бы сделала что-нибудь полезное, - задумчиво сказала девушка.

- Например, Арифмантику? - усмехнулся Дин. - В любом случае, смотреть Квиддич лучше.


А еще лучше может быть только футбольный матч.

- Почему все мои друзья спортивные фанаты? - страдальческим тоном спросила


Гермиона.

- Ну, вообще-то, мне интересно, не могла бы ты... Я имею в виду... Мы же друзья… - Дин
робко посмотрел на свои ботинки. - Я хорошо подумал, вероятно, ты уже идешь с Роном
или Гарри, но если нет и... так как мы друзья... - Дин сделал паузу и посмотрел на
Гермиону. - Ты не хотела бы пойти на бал со мной?

Девушка улыбнулась.

- Нет. Я не иду с Роном или Гарри. Они решили, что если уж их и заставят пойти на бал, то
они пойдут без пары… - Гриффиндорец, услышав ее слова, вздохнул свободнее.

- Я хочу пойти с тобой, Дин. Это будет очень здорово… - сказала Гермиона. - О, смотри! Я
думаю, они уже закончили.
Дин отвернулся взглянуть на поле. Команда Гриффиндора снижалась на землю.

- Ты хочешь спуститься к ним? - спросил юноша.

- Конечно… - Гермиона встала, допив остатки сидра и наслаждаясь согревающей изнутри


теплотой. Дин положил свой термос обратно в сумку и стоял немного позади
гриффиндорки, ожидая, когда она соберет свои вещи. Девушка посмотрела на
гриффиндорца, он улыбнулся ей и, покраснев, отвернулся.

Гермиона, мысленно улыбнувшись, натянула сумку на плечо. Дин ей нравился, он милый.


«О да…» - прошептал ей внутренний голос. – «Очень милый. И надежный».

Внезапно, на ум пришло изображение потерянного и одинокого Малфоя. Слизеринец


смотрел на нее с выражением, которое она никак не могла расшифровать, но от которого
внизу ее живота начинали порхать бабочки. Она никогда не чувствовала этого глядя на
Дина.

- Почему все мои мысли только о Малфое? Может, Рон прав? Может, я сошла с ума? -
подумала Гермиона.

«Ну да…» - снова заговорил внутренний голос. – «Ты просто ищешь оправдание».

- Ой, заткнись! - воскликнула Гермиона.

Дин покосился на нее через плечо, и девушка покраснела, внезапно осознав, что
последнюю фразу произнесла вслух. Гриффиндорка прибавила шагу и догнала юношу,
вместе они спустились на поле. Гермиона решила больше никогда не думать о Малфое.

Глава 12. Обсуждая бал.

Драко небрежно облокотился об забор, оглядывая столпившихся вместе учеников


Гриффиндора и Слизерина. Он позволил своему пристальному взгляду задержаться на
Грейнджер, которая, в окружении Поттера и Уизли, стояла около домика Хагрида.
Перешептываясь друг с другом, они почти не обращали внимания на лесничего. Время от
времени один из ребят нервно оглядывался по сторонам, проверяя, что их никто не
подслушивает. Грейнджер резко обернулась назад, и солнце игриво отразилось в
коричневых завитках ее волос. Драко с изумлением подумал, как обычные каштановые
волосы могут стать легкого темно-рыжего цвета. Не то, чтобы он был удивлен
множеством оттенков, которые отражали волосы Грейнджер... Просто это бросилось ему
в глаза. Девушка, казалось, почувствовала взгляд слизеринца и посмотрела на него. До
этого она улыбалась, но как только в поле ее зрения попал Малфой, улыбка исчезла.

Громкий бас отвлек юношу от Грейнджер, и Драко посмотрел в центр загона, где Хагрид
держал какого-то нового монстра.

- Это - Безеркер. Смотри, не приближайся к нему слишком близко, Финниган.

Слизеринец насмешливо фыркнул. Безеркер, который в данный момент мирно спал,


представлял собой сияющее существо, похожее на огромного льва. На него невозможно
было смотреть без рези в глазах.

Хагрид рассказывал что-то о магических способностях этого животного, но Малфой не


слушал. Это был последний урок перед зимними каникулами, и все, чего он хотел - это
оставаться в тепле и приглядывать за «любимой» гриффиндорской троицей.

Внезапно, громоподобный рык привлек его внимание, и мимо Драко пронесся волкодав.

Клык, как лесничий называл собаку, перепрыгнул заграждение и угрожающе зарычал на


спящего льва. Огромный кот вяло приоткрыл один глаз и лениво потянулся. С
отсутствующим интересом он огляделся по сторонам. Собака, издавая низкое рычание,
медленно подползала к причудливому экземпляру из семейства кошачьих. "Экземпляр" с
наслаждением зевнул и внезапно ударил волкодава прямо по морде.

Собака испуганно взвизгнула и выскочила из загона. Драко с растущим интересом


наблюдал, как большой кот рассматривает окруживших его студентов.

- А теперь ведите себя спокойней и... это... Не мельтешите у него перед глазами... - тихо
сказал Хагрид.

Подобно большинству животных, как волшебных, так и обычных, безеркер мог


чувствовать страх. Он направил взгляд своих огромных золотых глаз на Лонгботтома и
зашипел. Тупой гриффиндорец издал истеричный вопль и побежал по направлению к
замку.

Драко тихо рассмеялся, когда кот, преследуя Лонгботтома, игриво ухватил его за пятку.
Всемирный герой Поттер, а за ним и Уизли, с палочками наготове помчались за
Невиллом. Хагрид так же присоединился к погоне. Смех Малфоя становился все громче.
Гриффиндорцы с ужасом наблюдали за происходящим, в то время как слизеринцы просто
валялись от хохота.

Лонгботтом исчез где-то за холмом, и весь класс помчался за ним, не желая пропустить
что-нибудь интересное, Драко отошел от заграждения. В нескольких шагах от Крэбба и
Гойла на него накатило какое-то странное чувство. Не совсем понимая, что произошло, он
остановился в ожидании его повторения. Так и случилось. Создавалось такое ощущение,
что кто-то звал его. Драко обернулся, но большинство студентов покинули загон, а те, кто
остались, не обращали на него никакого внимания. Юноша повернулся и пошел к хижине
Хагрида. Чувство было тревожно знакомым. Озираясь по сторонам, Малфой прошел
мимо. В глубине леса был построен маленький ангар. Слизеринец медленно
приближался к нему и внезапно остановился: что-то наблюдало за ним. Но Драко не
видел ничего кроме деревьев. Наконец, он решил, что правильнее всего будет вернуться
в замок и позавтракать, а что за чувство его охватило, знать вовсе и не обязательно... Но
вдруг до юноши донесся голос:

- Не двигайся, Клык, или я не смогу тебе помочь!

Малфой тяжело вздохнул:

- И как она умудряется быть повсюду?

Зайдя за угол маленького навеса, он увидел Грейнджер, которая, схватив вырывающуюся


собаку за шиворот, пыталась ее удержать. Собака уже давно убежала бы в хижину, но
девушка накинула ей на шею веревку и несколько раз обернула ее вокруг дерева. Под
напором Клыка дерево наклонилось в сторону.

- Что ты делаешь, Грейнджер? – холодно спросил Драко.

Она пораженно уставилась на слизеринца, зажав в руке небольшую флягу. Он узнал


заживляющий бальзам; то самое зелье, которым мадам Помфри лечила травмы,
полученные им во время квиддича. Очевидно, Грейнджер пыталась смазать им глубокую
рану на носу собаки.

- А на что это похоже, Малфой? – с трудом проговорила она.

Произнося эти слова, девушка пыталась спрятаться за собакой, перебираясь маленькими


шажками за ее спину. Последнее время она всегда старалась сделать так, чтобы между
ней и Малфоем кто-нибудь находился. Драко думал, что это было совсем не плохо: его
раздражало, когда гриффиндорка находилась слишком близко.

Внезапно Драко заметил, как недалеко от них хрустнула ветка. Он прислушался, надеясь
услышать еще что-нибудь, но было тихо. Слишком тихо.

- Грейнджер, я думаю нам лучше уйти… - мягко сказал он, доставая палочку.

- Зачем? И, так или иначе, с тобой я никуда не пойду.

Драко сузил глаза, забыв даже о своем нехорошем предчувствии, когда Гермиона,
неодобрительно глядя на него, скрестила руки на груди. Но звук ломающейся ветки, на
этот раз гораздо ближе, напомнил ему о приближающейся опасности. Шагнув вперед, он
схватил гриффиндорку за запястье и оттащил от собаки.

- Там что-то есть, Грейнджер. Мы должны идти… - яростно прошептал Драко, когда она
попыталась вырваться. Гермиона посмотрела на него с очевидным недоверием, а затем
взглянула на собаку. Волкодав все еще отчаянно боролся за свободу. Внезапно, прижав
уши, он зарычал на деревья.

Грейнджер, широко раскрыв глаза, резко оглянулась. Драко внезапно почувствовал, как
мягкая теплота обволакивает его. Это было самое потрясающее из того, что он когда-либо
чувствовал. Слизеринец расслабился и отпустил запястье гриффиндорки. Девушка
повернулась и вопросительно посмотрела на него. Ее карие глаза, казалось, видели его
насквозь.

- Да... - как-то отдаленно думал юноша. - Я бы вечно смотрел в ее глаза… - его охватила
сильная сонливость. Хотелось просто лечь, и уснуть.
- Малфой? - звонкий голос Грейнджер вывел его из забытья.

Драко оглянулся, и в его голове все прояснилось; он понял, кто охотился на них.

- Это мантикора, Грейнджер, - прошептал он.

- Что?! Это невозможно! - воскликнула Гермиона.

Но Драко не собирался спорить; он испытывал такие чувства раньше - когда выпустил эту
штуку из клетки. Он снова схватил Грейнджер за руку и потянул за собой, ускоряя шаг и
борясь с желанием побежать. Малфой больше не хотел чувствовать себя добычей.

- Но Клык... - возразила гриффиндорка.

- Да оставь ты эту чертову собаку! - рявкнул Драко, шагая все быстрее.

- Не могу! - закричала девушка и вырвалась. Слизеринец смотрел, как она понеслась


обратно по дорожке. Он не знал, почему просто не оставил ее. Если она твердо решила
умереть, почему его должно это беспокоить? Но почему-то беспокоило, и Драко, издав
разочарованный стон, побежал за гриффиндоркой.

Грейнджер бросилась на колени, пытаясь развязать узлы, удерживающие собаку. Ее руки


дрожали от страха, и пальцы бессмысленно скользили по веревке. Собака так и стояла,
ощетинившись и грозно рыча.

- Дай мне! - Драко оттолкнул Гермиону и схватил веревку. Он с легкостью развязал узел и
дернул, пытаясь привлечь внимание собаки. Волкодав взглянул на них и рванул к
ближайшим кустам.

- Не сейчас, Клык! - прошипела Гермиона, схватив его за загривок.

Драко взял ее за руку и потянул за собой. Приглушенное рычание раздалось из соседних


кустов. Они неслись вслед за собакой, даже не задумываясь о том, удастся ли им убежать.
Посмотрев назад, Малфой увидел существо, прыгнувшее вслед за ними. Вспышки
золотистого меха, наполовину скрытого листвой, и блеск скорпионьего хвоста, дали ему
понять, что он не ошибся. Слизеринец уже задавался вопросом, как долго они смогут
убегать, когда Грейнджер резко потянула его влево. Она остановилась настолько
внезапно, что Драко чуть было не врезался в нее. Перед ними стояла хижина Хагрида.

Даже притом, что он слышал приближение мантикоры, юноша все же думал о гордости
Малфоев.

- Ни за что в жизни туда не зайду, - твердо сказал он.

Грейнджер впилась в него взглядом и с силой затолкнула в домик. Драко упал и, быстро
повернувшись, увидел мантикору, летящую прямо на него, но Грейнджер захлопнула
дверь прямо перед ее носом. На несколько секунд наступила тишина, но вскоре что-то
громадное обрушилось на хижину. Драко нервно оглядел ее, раздумывая над тем,
насколько она крепкая. Снова сильный удар в дверь, но хижина осталась невредимой.

Они сидели за деревянным столом, прислушиваясь к происходящему снаружи. Клык


сгорбился в углу, тихо рыча, его уши все еще были прижаты к голове.

- Как ты думаешь, сколько мы здесь будем торчать? - наконец спросил Драко.

- Откуда я знаю, Малфой? - сварливо ответила Гермиона.

- Ты же вроде бы все знаешь, гряз... Грейнджер, - пробормотал Драко.

Гермиона, кажется, не заметила его оговорки. Она встала, тихонько прокралась к окнам и
выглянула в одно из них.

- Я ничего не вижу, может, оно ушло? - она с надеждой посмотрела на слизеринца через
плечо.

- Проклятье. Грейнджер, отойди от окна. Ты только привлекаешь его.


Девушка резко развернулась и впилась в него взглядом. Драко тоже встал и сделал к ней
несколько шагов, но мантикора вновь атаковала хижину. Гермиона только взвизгнула,
когда она прыгнула на окно. Гриффиндорка пулей подлетела к столу и села обратно,
пытаясь восстановить дыхание.

- Я же говорил… - изрек Драко.

- Хагрид должно быть наложил заклятия на хижину, поэтому она такая крепкая… -
пробормотала Гермиона, никак не отреагировав на эту фразу.

Она встала, подошла к деревянному буфету и достала массивный заварной чайник и две
чашки. Слизеринец наблюдал за ней, пока она занималась у огня.

Разогревая чайник, она рассеянно заправляла за ухо упрямо вырывающуюся прядь волос.
Драко ощутил на мгновение, что ему приятно даже просто на нее смотреть. Грейнджер
оглянулась, в ее янтарных глазах отражался огонь. Она все еще была немного испугана,
но не теряла решительности. У Малфоя внезапно пересохло во рту. Он отвел взгляд и
начал рассматривать хижину.

- Неужели кто-нибудь согласился бы жить здесь?

- А я думаю, что здесь очень уютно… - заупрямилась Грейнджер.

- Ах да, как я мог забыть, ты ведь так любишь проводить время у Уизли. Их жилище
полностью соответствует твоим вкусам.

Гриффиндорка вспыхнула, а затем наклонилась к нему и угрожающе прошептала:

- Мне жаль тебя, Малфой. Ты никогда не был в хорошем доме. Ты всегда жил в холодном
негостеприимном поместье, которое так любишь. Однажды ты осознаешь, что деньги не
помогут, когда вокруг тебя один холод.

Она разлила дымящийся чай по кружкам, прежде чем сесть. Сильно сжимая чашку
пальцами, девушка поднесла ее к губам. Драко в шоке уставился на нее. Гриффиндорка
была права, вот в чем проблема. Как она может все знать? Как она может чувствовать это,
просто глядя на него? Единственное, что действительно тревожило слизеринца, это
поместье. Большой старый дом, который мог бы принадлежать ему, дом в котором он
вырос. Она была права; внутри него все будто бы было сковано льдом.

- Я... Я сожалею, Малфой. Я не должна была говорить этого.

Удивившись, Драко посмотрел на нее. Грейнджер нервно водила пальцами по краям


кружки.

- Я не должна никому говорить таких вещей… - Малфой усмехнулся; Гермиона закатила


глаза и продолжила. - Да, даже тебе.

Драко откинулся на спинку своего деревянного стула, признав, что, не смотря ни на что,
стул был довольно удобным, и ухмыльнулся сильнее.

- Что, Грейнджер?.. Ждешь, не дождешься своего свидания с Поттером? – спросил он


через несколько минут.

Гермиона оторвалась от своего чая и с изумлением посмотрела на него.

- Ради всего святого, о чем ты говоришь, Малфой? - спросила она.

- Святочный Бал, Грейнджер. Тебе надо быть повнимательнее... - язвительно ответил


юноша.

- Я иду не с Гарри.

- Что? Только не говори мне, что ты согласилась идти с Уизли! У него же ничего нет... Я
имею в виду, ты видела мантию, в которой он появился на прошлом Балу? - быстро
проговорил Малфой. Лучше бы она пошла с Поттером, но только не с Уизли. По крайней
мере, Поттер знаменит.

- Чтоб ты знал, я не иду ни с Гарри, ни с Роном.


- У тебя еще нет пары? - Драко не мог скрыть потрясения в своем голосе. Хоть она и
гриффиндорка, но довольно симпатичная, даже привлекательная.

- Вообще-то, я иду с Дином, - Грейнджер не смотрела на него. Драко быстро соображал,


пытаясь вспомнить его. Высокий парень на Зельях...

- Томас? Ты идешь с Томасом? Он же на два фута выше тебя. Держу пари, он ужасно
неуклюж и совсем не умеет танцевать.

- Мне нравится Дин и он совсем не неуклюжий, - парировала Грейнджер. - А с кем идешь


на Бал ты?

На мгновение Драко представил, как входит в двери Большого зала за руку с сияющей
девушкой в легких воздушных одеждах. Она смотрит на него своими теплыми янтарными
глазами, а ее каштановые кудри падают ей на лицо...

- Пэнси. Я иду с Пэнси.

- О... - вырвалось у гриффиндорки. Малфою показалось, что она выглядит немного уныло,
но девушка быстро отвела взгляд.

После этого они замолчали. Драко пытался представить ее в качестве своей пары на Балу.
Слизеринец не наврал про то, что идет с Пэнси; он атаковала его, когда он возвращался от
Дамблдора. Драко согласился пойти с ней, потому что из всего Слизерина, она была
самой симпатичной девчонкой. К тому же, она здорово льстила его самолюбию, что он
находил очень приятным. Но когда Грейнджер спросила его с кем он идет, он думал не о
Пэнси, а о ней. И это казалось настолько естественным, настолько правильным, настолько
нормальным…

Грейнджер встала и снова начала копаться в буфете, через некоторое время, она
появилась с тарелкой твердокаменных пирожков. Когда девушка с трудом пыталась
закрыть дверцу, небольшой свиток пергамента, покружившись в воздухе, упал на пол.
Нахмурившись, она поставила тарелку на стол и подобрала его. Драко через плечо
наблюдал, как она садится. Непонятные каракули сначала невозможно было разобрать.

Свиток был испещрен многочисленными черточками и закорючками. Драко


понадобилась минута, чтобы понять, что все это написано на списке из магазина.
- Наверное, этот олух составил какой-то код, - предположил он. Грейнджер насмешливо
взглянула на него.

- Ты знаешь стенографию?

- Люциус внес в нее свои личные изменения. Таким образом тратишь меньше времени на
записи. Но, естественно, он пользовался ей не из-за этого. Просто ее очень трудно
расшифровать тому, кто ей не владеет… - Драко с довольной улыбкой откинулся на стуле.
Он выучил личную стенографию Люциуса раньше, чем научился писать буквами.

Когда Малфой говорил, Гермиона сначала смотрела на него, а потом, задумавшись,


переключилась на пергамент. Ее глаза расширились, и девушка тихо говорила сама с
собой.

Она встала настолько внезапно, что ее стул упал, и сама гриффиндорка едва не
опрокинула чайник.

- Вот оно! - закричала Грейнджер, размахивая листком, прямо перед его носом. - Вот,
почему они казались нам бессмысленными!

- Что? - пораженно спросил Драко.

- Это просто код! - Гермиона чуть ли не прыгала от радости.

- Что? Какой код? Грейнджер, о чем ты говоришь? - Драко встал, поскольку ему стало
неуютно сидеть рядом с гриффиндоркой, которая, казалось, вот-вот запрыгает от радости.

- Книги! Книги О Леари! Те, в которых одни цифры! Это, наверное, просто код! -
Грейнджер действительно подпрыгивала на месте, с явным удовольствием на лице.

И Драко понял, о чем она говорила. Конечно, в них был смысл, просто весь этот смысл
заключался в коде. Его взбесило то, что он не додумался до этого раньше. Тем временем
Гермиона помчалась к двери и, уже схватившись за ручку, повернулась к нему.
- Ну же! Мы срочно должны бежать в библиотеку! - Драко сообразил, что она собирается
сделать, и молнией подлетел к ней. Он поймал ее запястье и оттащил от двери прежде,
чем девушка успела открыть ее. Грейнджер споткнулась и упала на слизеринца. Его руки,
как будто живя собственной жизнью, обхватили ее за талию. Она напряглась сначала, но
постепенно расслабилась. Малфой поставил ее на ноги, но не отпустил. Юноша
почувствовал, как яростно бьется его сердце, и притянул девушку ближе. Она подняла
голову, в то время как Драко начал наклоняться к ней...

- Гермиона! Ты че делаешь?! - голос Хагрида заполнил собой всю хижину.

Повисла неловкая пауза. В мыслях юноши возникла картина: громадный черный ботинок
бьет его прямо по голове. Грейнджер внезапно отскочила от него, тем самым, вырвав
слизеринца из размышлений.

Она так резко вырвалась, что Драко чуть не потерял равновесие.

- Хагрид! Слава Богу, ты вернулся! - нервный голос гриффиндорки звучал на тон выше, чем
раньше. Хагрид без долгих размышлений, схватил Малфоя за шиворот, оторвав от земли.

- Какого черта ты, эта, делаешь? - его голос звучал угрожающе низко.

- Хагрид, пожалуйста, это не то, что ты подумал… - умоляла его Гермиона. - Мантикора
была здесь! Она преследовала нас, и мы не успевали добежать до замка!

Хагрид отпустил Драко, и тот упал на пол.

- Э... Ты уверена, Гермиона? - Грейнджер кивнула. Хагрид пулей подбежал к камину и


склонился над огнем. Он прошептал несколько слов, раздались хлопки и вспышки света, и
огонь стал прозрачным. Через кружащийся дымок можно было разглядеть кабинет
директора Хогвартса.

- Профессор Дамблдор. Вы эта... меня слышите? - позвал лесничий.

- Да, Хагрид? - в пламени появилось лицо Дамблдора.


- Вы эта... были правы. Оно вернулось, загнало Гермиону и Малфоя в мою э-э-э хижину.

- Я сейчас приду. Дождитесь меня, пожалуйста, - лицо Дамблдора исчезло.

Драко поднялся с пола и насмешливо взглянул на Грейнджер. Она тихонько пожала


плечами и снова посмотрела на Хагрида. Лесничий копался в большом сундуке, который
стоял у ножек его кровати. Он вытащил оттуда арбалет и несколько стрел, завернутых в
материю, что очень удивило слизеринца.

- Не может быть! Это что, зубы дракона? - прошептала Гермиона.

- Ага... - ответил Хагрид, внимательно исследуя каждую стрелу. Кажется, их было семь.

Драко не ожидал, что у этого олуха могут быть такие вещи. Зубы дракона достать очень
трудно, они исключительно ценные и почти столь же твердые, как алмазы. Они могут
перерезать что угодно. Люциус очень гордился своим кинжалом, сделанным из
драконьих зубов, а тут такого добра целый колчан.

- Ты собираешься убить его, Хагрид? - сипло спросила Грейнджер.

- Ага. Если мы сможем его эта... поймать, - ответил он. - Я все знаю о правах магических
животных, но, как бы мне не было больно, оно не оставит вас в покое, если мы не
сделаем этого.

- Что ты имеешь в виду под: "Не оставит вас в покое, если мы не сделаем это?" - спросил
Драко.

- Видите ли, мистер Малфой, - Драко повернулся и увидел Дамблдора, стоящего в дверях.
Сзади него был профессор Снейп. - Мантикора известна своим дурным нравом, и если
она выбрала себе жертву, то не успокоится, пока не расправится с ней.

- Вы хотите сказать... - начала Гермиона, но директор продолжил:


- Да, мисс Грейнджер. Я догадывался, что мантикора будет где-то поблизости, в надежде
заполучить свою жертву. А сейчас, Северус, пожалуйста, проводите их в замок. Мы с
Хагридом позаботимся об этом.

У Драко не было возможности спорить, так как он пришел в себя уже по дороге в школу, в
сопровождении профессора Снейпа и Гермионы. Профессор не сказал им ни слова и
отлично держался в роли телохранителя. Дойдя до дверей, они остановились.

- Теперь мисс Грейнджер, я предлагаю вам пройти в свою комнату отдыха, то же самое
относится и к вам, Драко.

- Но профессор, мы с Малфоем собирались идти в библиотеку... - быстро сказала


гриффиндорка. Драко заметил, что она все еще волнуется.

- Вам не кажется, что сегодня вы и так провели достаточно времени с Малфоем? Что
скажут люди? - отрезал Снейп.

- Это была не ее вина, профессор, - Драко встал на ее защиту прежде, чем понял это.

Профессор Снейп резко повернулся к нему, и он, и Гермиона выглядели потрясенными.

Малфой с трудом боролся с подступающим румянцем, и, наконец, не выдержав,


развернулся и пошел по коридору, держа путь в подземелья.

Глава 13. Прогулка с Джинни.

Гермиона нетерпеливо взглянула на часы, стоящие на ночном столике. Последний раз она
делала это пять минут назад. Часы показывали 5:35 утра. Сокрушенно вздохнув, девушка
повернулась на спину и окинула взглядом темно-красный полог, закрывающий ее
кровать. Библиотека откроется, по меньшей мере, через час. Если бы не проклятый Снейп,
она выбралась бы в библиотеку еще прошлым вечером. Да еще и Гарри с Роном не дали
ей мантию-невидимку, сказав, что она и так проводит там слишком много времени.
Вместо этого они заставили ее играть с ними в шахматы в течение нескольких часов.
Гермиона закрыла глаза и попыталась уснуть. Неудачно. Сон, который она видела до
этого, был какой-то тревожный. Ей снилось, как темно-серые глаза, в обнимку с текстами
по Арифмантике, кружатся вокруг нее, пока она спит. Думать об Арифмантике было для
Гермионы в порядке вещей, но вот Драко Малфой в этот порядок никак не укладывался.

Наконец, осознав, что уснуть уже не удастся, Гермиона вылезла из кровати и надела свои
тапочки. Они были голубыми и напоминали ей нечто, что надела бы только старая дева.
Несмотря на это, Гермиона считала их очень удобными, особенно ранним зимним утром,
когда коридор, ведущий в ванную для девушек, продувался холодным сквозняком.

Помещение, что неудивительно, этим утром было пустынно. Гермиона направилась к


одной из ванн в самом углу. Завернувшись в полотенце, она присела на краешек ванны с
когтистыми лапами и отодвинула темно-красные с золотым занавески, скрывающие от
посторонних глаз. Было немного холодно, домовые эльфы только совсем недавно зажгли
факелы. Гермиона подошла к полке и, выбрав бутылочку с фиолетовой пеной, добавила
несколько капель в воду. Тут же появились фиолетовые пузырьки, которые, весело
лопаясь, наполняли комнату запахом лаванды.

Девушка медленно погрузилась в воду и закрыла глаза, позволив себе помечтать.


Гермиона оказалась в комнате, в которой никогда не была прежде. В углу стояла большая
кровать, застланная темно-синим шелком. В камине горел яркий огонь. Внезапно, дверь в
противоположном углу комнаты распахнулась, и вошел Малфой. Приблизившись к ней,
он улыбнулся.

- Малфой? Что ты здесь делаешь?

Однако слизеринец не ответил. Вместо этого он поставил ее на ноги и запечатал ее рот


глубоким поцелуем. Гермиона почувствовала, как растворяется в этом поцелуе, но, взяв
себя в руки, нашла в себе силы оттолкнуть его. Драко отпустил ее и влюблено улыбнулся.

- Игра стоит свеч, Гермиона? Что же я такого сделал, что снова стал Малфоем? - искренняя
улыбка озарила его лицо, когда он нежно провел пальцами по ее щеке.

- Что происходит, Малфой? - нервно спросила девушка.

Но он не ответил, его рука спустилась вниз по ее шее, прямо к застежке на одежде.


Гермиона только вздрогнула, когда легкая ткань скользнула с плеч и упала к лодыжкам.
Малфой положил руки на ее голые плечи и притянул к себе. Он снова завладел ее губами,
а его руки скользили по ее телу все ниже и ниже.

Гермиона проснулась от удушья, расплескав почти всю воду на пол, и тут же выбралась из
ванны. Задыхаясь, она посмотрела на фарфоровую ванну так, будто та была во всем
виновата.

- Гермиона, это ты?

Резко вдохнув, девушка поплотнее закуталась в полотенце и раздвинула драпировки. В


другом конце комнаты, кое-как расплетая свою огненно-рыжую косу, стояла сонная
Джинни.

- Джинни? Ты что так рано встала? - спросила Гермиона, отчаянно краснея.

Джинни прикрыла рот ладошкой и широко зевнула.

- Рон и Гарри хотят уйти в Хогсмид пораньше, так что мы отправляемся прямо после
завтрака… - ответила Джинни, которой все-таки удалось расплести свои волосы, и теперь
все внимание она переключила на Гермиону. - С тобой все в порядке? Ты выглядишь как-
то взбудоражено.

- О, нет. Все хорошо. Просто слишком долго лежала в ванной, - быстро проговорила
Гермиона и неловко улыбнулась.

Младшая Уизли сложила руки на груди и посмотрела на гриффиндорку сверху вниз.

- Что происходит у вас с Малфоем? - Гермиона быстро развернулась и, преднамеренно не


глядя на подругу, начала собирать вещи.

- Ничего. Мы просто вынуждены сотрудничать из-за проекта по Арифмантике, кажется, я


тебе это уже рассказывала.

Джинни сузила глаза.


- Может быть, Рон с Гарри тебе и верят, но я немного наблюдательней их обоих.

Что-то словно надломилось в Гермионе. Она, вскрикнув, плюхнулась на одну из


маленьких скамеек, которые мирно стояли вдоль стены. Девушка спрятала лицо в
ладонях и глубоко вздохнула.

- Я не знаю, что происходит с Малфоем… - простонала Гернмиона. Джинни села рядом с


ней и положила руку ей на плечо.

- Так, значит, что-то все-таки происходит, - наконец прошептала Уизли. Гермиона убрала
ее руку и уткнулась головой в стенку.

- Да, - сказала она медленно. - Что-то происходит, но я не знаю, что.

- Хочешь поговорить об этом? - мягко спросила Джинни, на ее лице читалось явное


беспокойство.

Гермиона покачала головой.

- Нет, Джинни. Даже мысли о нем вызывают у меня головную боль. Ты не расскажешь
Рону и Гарри, правда?

- Конечно, нет. Если они не замечают того, что происходит вокруг них, то бладжер с ними!
- усмехнулась Джинни.

- Спасибо. Я пошла одеваться. Увидимся на завтраке?

- Ага. И скажи Рону с Гарри, чтоб не уходили в Хогсмид без меня, если я опоздаю. Они
сегодня как-то уж слишком спешат.

С этими словами Джинни залезла в ванну, в которой еще несколько минут назад так
беспокойно спала Гермиона, и задернула занавески. Накинув полотенце на руку,
Гермиона тихонько проскользнула обратно в свою комнату. Сон постепенно начал
блекнуть и забываться, гриффиндорка пришла к выводу, что просто-напросто съела
слишком много мясных пирожков за ужином. Разговор с Джинни никак не выходил из
головы, пока она искала свою школьную форму. Девушка была уверенна, что Джинни
ничего не скажет Гарри или Рону, но если она заметила, то вполне возможно, что и ребята
тоже что-то заподозрили. Гермиона даже думать боялась об их реакции, если бы они
узнали о том, что ей может нравиться Малфой.

- Нет. Этого никогда не будет, - твердо решила Гермиона, натягивая робу. Драко Малфой -
всего лишь на всего эгоцентричный избалованный ребенок, который только и умеет, что
изводить ее друзей и ее саму. Но, завязывая волосы в хвост и закрепляя их простенькой
невзрачной заколочкой, она не могла не думать об одиночестве, которое, казалось,
исходило от него иногда, или о теплоте, которая, она могла поклясться, изредка
появлялась в его непроницаемых, холодных глазах. Глубоко вздохнув, Гермиона собрала
свою школьную сумку и спустилась вниз по лестнице.

Гарри и Рон уже были в общей гостиной и улыбнулись ей, когда она спустилась.

- Зачем тебе это? - спросил Рон, указывая на ее сумку.

- После завтрака я пойду в библиотеку, - ответила Гермиона.

- Нет, не пойдешь, - сказал Гарри, а Рон энергично закивал. - После завтрака ты


отправляешься с нами в Хогсмид.

- Нет, правда. Мне очень многое нужно сделать. Я на пороге большого открытия, а если я
пойду в Хогсмид, то только потеряю зря время.

Гермиона чувствовала, что ее позиция ухудшается, поскольку взгляды Рона и Гарри


становились все более решительными. Она попробовала проскользнуть мимо них, но
друзья оказались быстрее. Рон схватил ее за руку и крепко прижал к себе, в то время как
Гарри вытащил из кармана ее палочку. Гермиона неистово брыкалась, но зеленоглазый
гриффиндорец с усмешкой отскочил назад. Рон отпустил ее, и девушка тут же устремилась
к Гарри. Но прежде, чем она успела что-то сделать, Рон сорвал сумку с ее плеча. Сердито
повернувшись, Гермиона впилась взглядом в него, а затем в Гарри.

- Очень смешно. А теперь отдай мою палочку, Гарри.


- Гермиона, ты слишком много времени уделяешь учебе. Это вредно для здоровья... -
мягко ответил тот.

- Да. И проводить столько времени с Малфоем тоже вредно для здоровья, - с


отвращением фыркнул Рон.

При упоминании Малфоя, девушка почувствовала, что начинает краснеть, и в бешенстве,


которому сама удивилась, посмотрела на друзей.

- Послушай, Гермиона… - тихо сказал Гарри. - Мы знаем, что ты живешь для школы, и ты
бы спала в библиотеке, если бы мадам Пинс разрешила, но мы беспокоимся о тебе, когда
ты проводишь там все свободное время.

Гермиона вздохнула и посмотрела в пол. Она пренебрегала друзьями и прекрасно это


осознавала. Последнее время она постоянно сидела в библиотеке с Малфоем,
естественно не из-за него.

- Ну... Думаю, если я разок схожу в Хогсмид, это не сильно мне повредит, - согласилась
она, только для того, чтобы успокоить друзей.

- Тем более ты отдохнешь от Малфоя, - донесся голос из-за ее спины.

Гермиона обернулась. На лестнице, которая вела в спальню для девочек, стояла Джинни.
Девушка улыбалась ей, а Гермиона с трудом боролась с румянцем, норовившим
появиться на щеках. Про себя она отметила, что надо будет угостить Джинни сливочным
пивом.

- Ну, теперь все улажено. Пошли быстрей, я ужасно голоден, - радостно воскликнул Рон, и,
к ужасу Гермионы, швырнул ее сумку на стул, стоящий рядом с камином. Но прежде, чем
она успела что-то сказать, Джинни подошла к ней, взяла за руку, и, хитро улыбаясь,
потянула к отверстию в портрете.

Под руку с Джинни, Гермиона шагала по проваливающемуся снегу, прогуливаясь по


Хогсмиду. Снежная метель постепенно надвигалась на деревушку с юга, но сильной
обещала стать только к вечеру. В настоящее время, снежинки изящно падали с неба,
делая эту идиллическую картину совсем уж рождественской. От каждого столба были
протянуты тонкие гирлянды, а узоры в форме сердец, сделанных их листьев, казалось,
украшали все окна и двери.

Гермиона была рада, что Гарри с Роном заставили ее пойти. Обычно они не ходили в
Хогсмид во время каникул, но в этот раз были особые обстоятельства. В этом году в школе
осталось огромное количество учеников, так что идея похода в Хогсмид всем очень
понравилась.

Рон и Гарри шли на несколько шагов впереди девочек. Достигнув главной площади,
четверка остановилась и повернулась лицом друг к другу.

- Ну… Раз уж мы здесь... Мы с Гарри хотели бы сделать несколько покупок одни. Если вы,
конечно, не против, - нервно проговорил Рон.

Джинни скрестила руки на груди и осуждающе посмотрела на брата.

- Прекрасно, Рон. Мы с Джинни все равно собирались подыскать себе новые мантии. Мои
родители как раз прислали мне немного денег к Рождеству, на карманные расходы, -
сказала Гермиона, пресекая замечания, готовые сорваться с языка рыжеволосой девушки.

- Отлично! - обрадовался Гарри. - Тогда встретимся в Трех Метлах через час.

Гермиона кивнула, и они разошлись, тихо перешептываясь между собой.

- Это доказывает, что они опять тянули с Рождественскими подарками до последнего


момента… - заметила Джинни. - А я сделала это сто лет назад.

- Перестань, Джинни. Пойдем лучше купим мне новую мантию, а то старая уже совсем
мала. Еще полдюйма и у меня будут неприятности...

Магазин одежды в Хогсмиде был так же, как и другие строения, обильно украшен к
Рождеству. На карнизе здания то и дело вспыхивали волшебные вечно-горящие свечи.
Около двери трио маленьких зеленых эльфов весело распевало рождественский гимн.
Магазин, казалось, состоял из одних окон, и девушки восхищенно разглядывали
разноцветные мантии, выставленные в витрине.
Гермиона никогда особенно не любила магазины одежды, поэтому радовалась тому, что
является ведьмой. Ведь они носят только мантии, и не надо сильно беспокоиться о своем
гардеробе. Но младшая Уизли была просто помешана на моде, и вскоре Гермиона
оказалась завалена черными мантиями разнообразного фасона и материала.

- Джинни, мне нужна обычная школьная роба! - взмолилась девушка из-под


стремительно растущей груды одежды.

- Ерунда! Обычная мантия очень скучная. Что ты думаешь вот об этом? - спросила Уизли.
Гермиона вытянула шею, пытаясь разглядеть смешную блестящую мантию, которую ей
протягивала Джинни. Выглядела она так, будто была сделана из кожи какой-то рептилии.
Девушка поморщилась.

- Я категорически против того, что бы натянуть на себя вещь, сделанную из змеиной кожи,
- твердо сказала она.

Джинни, на мгновение показалась побежденной, и пристально посмотрела мимо


Гермионы. Внезапно улыбка озарила ее лицо, взволнованно взвизгнув, девушка
отодвинула Гермиону и та, закатив глаза, вдруг остро пожалела о том, что находится не в
библиотеке. Гермиона передала груду одежды в руки молодой ведьмы-продавщицы,
которая терпеливо ждала, пока они выберут подходящую мантию. Гермиона быстро
отвернулась, избегая раздраженного взгляда, которым та смотрела на нее и на кипу
одежды возле Джинни.

Сама Джинни была в секции с парадными мантиями. Она держала перед собой
фиолетовую мантию, прикидывая, подойдет она ей или нет. Отыскав взглядом Гермиону,
она жестом подозвала ее к себе.

- Что думаешь? - спросила Джинни, поворачиваясь к ней лицом.

- Она красивая. Но у тебя уже есть новая мантия на этот год, - восхищенно пробормотала
Гермиона - фиолетовый цвет был Джинни очень к лицу.

- Я знаю. Перси сделал мне подарок на День Рождения, но с этим его не сравнить. Ладно,
не будем об этом. Давай лучше подыщем что-нибудь тебе, - Джинни повесила обратно
парадную мантию и начала рыться в соседних отделах.
- Мне не нужна парадная мантия! Мне нравится та, что у меня есть, - печально сказала
Гермиона, вспомнив как весело было на прошлом Балу.

- Да, но ты уже надевала ее... - Джинни четко выговаривала каждое слово. - И раз уж ты
выросла из своей школьной робы, то значит, ты выросла и из парадной мантии.

- Я... - Гермиона сделала паузу. Она действительно не подумала об этом. То, что говорила
Джинни, имело смысл. Девушка посмотрела на висящие вокруг нее робы и вздохнула.
Похоже, она пробудет здесь дольше, чем планировала. Юная Уизли была совсем не
против. Она уже вытащила несколько мантий на примерку.

Гермиона провела рукой по тканям: некоторые мантии были гладкими, как стекло,
некоторые грубые и накрахмаленные, а одна даже была сделана из драконьей кожи.
Девушка старалась не обращать внимания на груду парадных мантий, лежащих на
столике рядом с зеркалом, которая становилась все больше и больше, и уставилась на
стеллаж перед ней. Одна роба привлекла ее внимание, и она взяла ее, чтобы рассмотреть
получше. Теплая мантия, темно-красного цвета, напомнила Гермионе о ягодах
остролиста. Сама ткань была мягкой, как шелк, но немного толще, она была матовой и
поэтому мантия не отражала свет так, как это делали некоторые другие одежды. Роба
обладала утонченной красотой. Ее немного расширенные рукава украшали ярко-красные
ленты, завязанные в бант. По лицу Гермионы пробежала улыбка и она повернулась к
Джинни, чтобы показать ей свою находку.

- Взгляни на это! - одновременно произнесли они.

Джинни уже протягивала Гермионе мантию. Обмениваясь восхищенными охами и ахами,


девочки разглядывали одежды. Роба, которую принесла Джинни, была легкая и
воздушная, ярко-голубого цвета, и, казалось, мерцала на свету. На рукавах, сужавшихся
книзу, располагались кружевные оборки. Гермиона подолгу рассматривала мантии,
затем, усмехнувшись, посмотрела на Джинни. Что же ей выбрать? Но Джинни молчала,
смотря мимо Гермионы.

- Что? - спросила та, оборачиваясь.

У магазина, наблюдая за ними сквозь большие окна, стоял Драко Малфой. Трио эльфов
пело, приплясывая вокруг него, но он не обращал на них внимания, погрузившись в свои
мысли. Гермиона задалась вопросом, как долго он стоит там, глядя на то, как они
выбирают одежду, и на ее лице вспыхнул румянец. А Малфой, казалось, пришел в себя и,
осознав, что делает, резко развернулся и пошел по снежным сугробам.

- Странно... - ошеломленно пробормотала Джинни.

Гермиона открыла дверь в их комнату и остановилась: каким-то образом Малфою все-


таки удалось заставить ее вернуться в школу. Он сидел за столом, положив ноги на груду
использованных пергаментов, на коленях у него лежала книга. Малфой посмотрел на нее,
и Гермионе тут же вспомнились подробности из ее сна. Почувствовав, что краснеет, она
глубоко вздохнула и закрыла за собой дверь.

- Что-то не так, Грейнджер? Ты выглядишь взволнованно, - спросил Малфой с усмешкой в


своих серебристых глазах. Гермиона, не отвечая, прошла к корзине около окна, достала
один из томов, вернулась к столу и, так же молча, села. Девушка продолжала
игнорировать его в течение нескольких минут, но от осознания того, что он смотрит на
нее, по коже бегали мурашки.

- Что? - в конце концов, спросила девушка с видимым раздражением. - Что ты нашел


такого интересного?

Малфой ухмыльнулся, очевидно, довольный своими способностями надоедать


Грейнджер.

- Ничего. Просто мне кажется забавным то, как ты сейчас похожа на Уизли. Не знал, что ты
можешь быть такой красной.

- На улице было холодно. И я предпочитаю думать, что я просто слегка румяная, -


ответила Гермиона.

- Как пожелаешь, Грейнджер… - Малфой почти приятно улыбнулся ей и продолжил


чтение.

Прежде, чем заняться книгой, Гермиона потратила впустую еще некоторое время, яростно
смотря на его взъерошенную макушку. Летели минуты, на улице уже смеркалось, и
начался снегопад. В какой-то момент Малфой, не говоря ни слова, вдруг покинул комнату.
Гермиона, наблюдавшая за ним уголком глаза, пожала плечами.
Девушка тихо застонала и пальцами помассировала виски. Она работала уже около часа,
но код так и оставался бессмысленным. Ежась от холода, она сильнее закуталась в свою
мантию, думая о теплом плаще, лежащем на кровати рядом с ее новыми мантиями.

Открылась дверь, и Малфой вошел обратно в комнату. В руках он держал две чашки и
прежде, чем сесть на свое место, поставил одну перед Гермионой. Девушка посмотрела
на темную, дымящуюся жидкость, а затем на Малфоя, который уже пил из своей чашки.

- Что это?

- А на что это похоже, Грейнджер? Это кофе, - злобно ответил Малфой.

- Я вижу, что это кофе, но зачем он мне? - подозрительно спросила Гермиона.

- Я замерз, поэтому решил нанести визит домовому эльфу и взять выпить чего-нибудь
теплого. Я подумал, что это будет по-джентельменски, если я возьму кофе и для тебя
тоже.

Гермиона оторвала взгляд от Малфоя и снова уставилась на кофе, с сомнением


помешивая темную жидкость.

- Ты же можешь пить черный, не так ли? Я знаю, что некоторые ведьмы слишком
слабохарактерны, чтобы пить что-либо крепкое, - ухмыльнулся Малфой.

- Конечно, я могу пить черный кофе, - огрызнулась Гермиона и, как будто в доказательство
того, что он не обладает хрупкой конституцией, сделала большой глоток обжигающей
жидкости.

Чувствуя, как по всему телу распространяется тепло, Гермиона вернулась к своему тому,
не заметив, что по лицу Малфоя скользнула легкая улыбка.

Спустя довольно долгое время Гермиона взглянула на часы, и, вспомнив, что скоро
библиотека закроется, отчаянно попыталась разобраться, в чем же суть этой книги.
- Ты что-нибудь понял, Малфой?

- Что? Ты так ни до чего и не додумалась, Грейнджер? - ответил вопросом на вопрос


Малфой.

Гермиона впилась в него взглядом, но, так или иначе, проглотила свою гордость.

- Нет. Еще нет. Что скажешь? - тихо проговорила она, ощутив, как от волнения
перехватило дыхание. Возможности, которые книги могли открыть, широко простирались
перед ней.

- Не имею ни малейшего представления, - для пущего эффекта Малфой бросил книгу на


стол перед собой.

- Что? Но я думала... ты же сказал... Ты иногда такой идиот, Малфой, - Гермиона скрестила


руки на груди и раздраженно посмотрела на него.

- Я знаю, но все же я чертовски красив и это восполняет все мои недостатки, которых и так
не много, - Малфой добродушно улыбнулся ей.

Гермиона злобно усмехнулась и захлопнула свою книгу. Решив, что уже слишком
утомлена, чтобы продолжать работу, девушка положила книгу рядом с грудой
исписанных пергаментов. Она быстро просмотрела их еще раз, чтобы ничего не
пропустить. Гриффиндорке теперь стало очевидно, что код в этих книгах все же был, но к
разгадке они не приблизились ни на шаг. Уникальные группы цифр практически всегда
были равны одиннадцати. Гермиона подавила зевок и решила, что работать, чувствуя
такую усталость, совершенно бессмысленно. Повесив сумку на плечо, она направилась к
выходу.

- Увидимся завтра, Грейнджер? - крикнул ей вслед Малфой.

- Конечно… - сонно ответила она прежде, чем закрыть за собой дверь.

Глава 14. Святочный бал.


Белые хлопья снега, кружась в воздухе, окутывали Хогвартс. Метель, разыгравшаяся
ночью, наконец-то утихла, и выглянуло долгожданное солнце, порадовав замок своим
присутствием. Рождественский день обещал стать великолепным. В Хогвартсе было тихо.
Только из кухни, где уже неистово суетились домашние эльфы, доносились какие-то
звуки. Все студенты за исключением Драко Малфоя еще крепко спали.

Драко лежал в своей кровати и безуспешно пытался прикрыть свои уши подушкой.
Громкий храп Гойла, который, по обыкновению, помогал ему заснуть, разбудил его
намного раньше, чем ему бы хотелось. А Малфой не относился к числу людей,
отказывающихся от нескольких дополнительных часов сна утром. Но стало совершенно
ясно, что уснуть ему уже не удастся. Недовольно простонав, Драко отбросил подушку в
сторону и сел. Раздвинув темно-зеленые драпировки, он нащупал в кармане палочку.
Цель была видна плохо, потому что в комнате еще было темно, хотя домовые эльфы уже
должны были зажечь все факелы. Наконец, Драко удалось сфокусировать свой взгляд на
Гойле. К сожалению для Гойла, он никогда не удосуживался задвигать занавески на
пологе.

- Петрификус Тоталус, - прошептал Драко.

Он подождал реакции Гойла, но ответом была тишина. С самодовольным вздохом Драко


растянулся на постели, заправленной серебряным и зеленым бельем. Теперь он мог
вернуться ко сну, который был так грубо прерван. Юноша чувствовал, как теряет связь с
реальностью, все глубже погружаясь в сон. В момент, когда его сознание отправилось в
полет, перед его взором отчетливо мелькнула библиотека. Малфой знал, куда шел, и кого
будет дожидаться, и надеялся, что она будет в той самой одежде, в которой была до того,
как он проснулся.

Вдруг раздался резкий звук, сопровождаемый длинным низким свистом. Раздраженно


застонав, Драко снова сел.

- Только Гойл может храпеть с полностью онемевшим телом, - проворчал он.

Встав с кровати, Малфой начал угрожающе надвигаться на Гойла. Каменная темница,


служившая слизеринскому пятикурснику спальней, внезапно осветилась мерцающими
факелами. Растерявшись на мгновение, Драко взглянул на огонь, полыхающий за
каминной решеткой, которая всего несколько секунд назад была совсем холодной.
Очевидно, домовые эльфы приступили к работе. Он остановился и вздохнул, признав
поражение. Теперь не было никакого смысла бороться с храпом Гойла.
Буркнув контрзаклятье, Малфой отвернулся от однокурсника, и впервые обратил
внимание на огромную груду подарков в яркой обертке, располагавшуюся у ножек его
кровати. На секунду он этому удивился, ведь Люциус вроде как собирался убить его, а не
присылать подарки. Но затем слизеринец предположил, что Люциус просто не стал
информировать всех о том, что Драко сбежал от него. Ведь другим может показаться
подозрительным то, что отец игнорирует сына.

Юноша осторожно ткнул один из пакетов кончиком палочки. Ничего не произошло,


поэтому Малфой сгреб подарки в охапку и швырнул их в камин. Вспоминая прошлое
письмо отца, Драко решил, что лучше не трогать вещи, к которым приложил руку Люциус.
Малфой младший так и не понял, что за порошок был в конверте, хотя его пальцы на
несколько дней покрылись красными волдырями. Но все же Драко осознал, что эффект от
порошка был бы гораздо сильнее, если бы получателем был не он - сын Люциуса Малфоя.

Слизеринец стоял перед камином и наблюдал за тем, как подарки исчезают в пламени.
Вернувшись к кровати, Драко посмотрел на небольшую кучку оставшихся подарков.
Подчиниться Люциусу было намного проще, чем столкнуться с этим. Дамблдор заверил
его, что в Хогвартсе, он будет в абсолютной безопасности. Но Драко слишком хорошо знал
Люциуса и сомневался, что это действительно так. И все причины не идти по стопам отца
и Волдеморта, меркли с осознанием неизбежной смерти. Все причины исчезали при
упоминании Темного Лорда. Все... Кроме карих глаз, которые смотрели бы на него с
лютой ненавистью, позволь он заклеймить свое предплечье черной меткой.

Ученики были чрезвычайно взволнованы предстоящим праздником, по крайней мере, так


казалось Драко. Для Малфоев, общественные праздники в поместье были обычным
делом, поэтому какой-то жалкий бал вовсе не впечатлял его. Но в этот раз все было
иначе: впервые младшекурсникам разрешили присутствовать на балу, поэтому Драко
смог простить шум в Большом зале во время завтрака. Он был в состоянии игнорировать
грохот в библиотеке, когда даже Мадам Пинс бросила попытки сдержать рвение
студентов. Но он не мог не посмотреть на толпу гриффиндорцев, устроивших игры в снегу.

Прищурившись, Драко стоял у входа в школу. Сможет ли он когда-нибудь нормально


отдохнуть от этих буйных гриффиндорцев, у которых даже не хватило мозгов остаться в
школе в такой мороз? Конечно же, там была звезда Гриффиндора - Поттер, собственной
персоной, а также Уизли. Но Грейнджер с ними не было. Слизеринец исследовал
взглядом заснеженные холмы и, наконец, увидел ее. Она прогуливалась с тем парнем с
зелий, с которым она идет на бал. Драко скривился. Ему никогда особо не нравился Дин
Томас. Грейнджер могла бы найти кого-нибудь получше.
Воздух начали рассекать снежки, сопровождаемые неожиданными воплями
спрятавшихся за деревьями близнецов Уизли.

Драко отошел на несколько шагов, и незаметно продолжил наблюдать за хаосом,


который воцарился, когда близнецы начали снежную перестрелку. Снежки летели во все
стороны, но ни один не попал в Малфоя, как будто испугавшись его неодобрения и
полного отвращения взгляда. Грейнджер и тот парень пока оставались невредимы, но вот
Уизли зачерпнул большую пригоршню снега и погнался за девушкой. Она тут же
развернулась и побежала ко входу в замок. Гриффиндорка мчалась с такой скоростью, с
какой только могла, постоянно оглядываясь на догоняющего ее парня, поэтому не
заметила Драко и со всей силы врезалась в него. Испуганно вскрикнув, она упала,
растянувшись на снегу прямо перед Малфоем. Сначала он хотел поймать девушку, как
уже делал раньше... Но, увидев спешащих к ней Уизли и Томаса, решил, что раз уж
девушка тратит время на то, чтобы гулять с ними, то пусть они ее и ловят. Драко свирепо
посмотрел на Грейнджер. Густые каштановые волосы и красивое личико разозлили его
еще сильнее, и оскорбления посыпались из него прежде, чем он смог остановиться:

- Смотри, куда идешь, грязнокровка, - прошипел Малфой, забыв на время, что он -


единственный слизеринец среди толпы гриффиндорцев.

Она потрясенно посмотрела на слизеринца, услышав его слова. Вокруг воцарилась


тишина: гриффиндорцы оставили свое занятие и теперь смотрели на Драко с лютой
ненавистью.

Уизли достиг их первым и замахнулся на Малфоя кулаком. Тот искусно увернулся и


бросил быстрый взгляд в сторону Грейнджер, которой Томас помогал подняться на ноги.
Мимолетная заминка дорого ему стоила, поскольку близнецы тоже присоединились к
драке. Вскоре Драко обнаружил себя висящим в воздухе. Близнецы крепко держали его,
обеспечивая Рону прекрасную возможность не промахнуться.

- Рон! Прекрати! - голос Грейнджер прорезался сквозь сердитые возгласы, издаваемые ее


друзьями. - Фред, Джордж, поставьте его на место!

- Что?! - одновременно воскликнули близнецы.

- Гермиона, - огрызнулся Рон, - ты что, не слышала, что он сказал?


Грейнджер подошла к нему, положила руку на зависший в воздухе кулак Рона и тихо
сказала:

- Я слышала его. Просто мне все равно. Абсолютно все равно, что он говорит.

Драко удивленно посмотрел на нее, она всего лишь скользнула по нему взглядом, но
этого было достаточно. Грейнджер не выглядела сердитой, только уставшей и
пострадавшей. Малфой тут же почувствовал себя виноватым во всем этом. Теперь, когда
он смог взглянуть ей в глаза, слизеринец не знал, почему так рассердился.

Близнецы неохотно отпустили его, и все трое Уизли, повернувшись к нему спиной,
побрели к своим товарищам.

- Грейнджер, я... - начал Драко, желая как-то все объяснить, но она перебила его:

- Уходи, Малфой, - сказала она с грустью и поражением в голосе, - тебе здесь не рады.

- Драко, вот ты где! Я уже начала думать, что ты обо мне забыл.

Малфой оглядел гостиную Слизерина и заметил Панси, спешащую к нему в


переливающейся голубой мантии.

- Конечно нет, Панси. Бал начинается в семь, и я сказал, что встречу тебя без четверти, -
Драко говорил с ней медленным спокойным голосом, как с маленьким ребенком.

Панси скорчила недовольную мину, но затем, видимо передумав, снова улыбнулась.

- Хорошо, но сейчас-то ты здесь. Разве я не очаровательна? - Панси покружилась перед


ним. Обтягивающая голубая мантия хорошо подчеркивала ее стройную фигуру, и Драко
вынужден был признать, что выглядит она и впрямь восхитительно.

- Ммм... - ответил он. - Может, пойдем?


Панси улыбнулась еще более радостно и приняла руку, которую ей протянул Драко.
Прогулявшись по подземельям, они, наконец, очутились перед дверьми Большого Зала,
которые были широко открыты, позволяя людям проходить внутрь. Панси улыбалась
почти каждому встречному. Это не было показателем дружелюбия, только гордости и
тщеславия. Раньше Драко это не беспокоило, но сейчас он находил ее хвастовство
довольно неприятным. Ее голубая роба была почти болезненно откровенной и, если
раньше Драко считал это благоприятным преимуществом, то сегодня ее одеяние казалось
ему бесстыдным, и он не мог не думать о гриффиндорке с каштановыми волосами,
которая никогда не одела бы такое, какая бы красивая фигура у нее ни была.

Они сели за маленький стол, рядом с Крэббом, Гойлом и их спутницами. Оба его друга
убедили слизеринских второкурсниц сопровождать их. Драко подумал, что девочки вряд
ли согласились на это добровольно. Они сидели, прижавшись друг к дружке, и испуганно
смотрели на двух неповоротливых бестолковых парней, расположившихся напротив них.

С обедом покончили быстро, и теперь ученики могли приступить к танцам. Панси


вцепилась в Драко и потянула его на танцевальную площадку. Она тут же прижалась к
нему, обняв его за шею. Ее тело ритмично двигалось в такт музыке. Когда-то Малфой
считал это весьма возбуждающим, но сейчас Панси казалась лишь слабой тенью того, кого
он хотел. Драко остановился.

- Я хочу Грейнджер?.. - в шоке прошептал он. - Вот в чем причина? Грейнджер?..

Панси сердито скрестила руки на груди:

- Да что с тобой, Драко?

Слизеринец посмотрел на Панси невидящим взглядом. Его разум витал вокруг внезапного
объекта его мыслей. Да, он целовал ее, и не раз, но никогда не думал, что хочет ее. Она
была очень притягательна, и Драко прекрасно это осознавал. Но хотеть ее... он просто не
считал это возможным.

- Драко... - захныкала Панси. Внезапно озаренная идеей, она наклонилась к нему еще
ближе:

- Независимо от того, что тебя отвлекло, попозже я могу показать тебе кое-что
поинтересней, - промурлыкала она ему на ухо. И так обхватила его руками, что у Драко не
возникло сомнений насчет того, что она хотела этим сказать.
- Нет, спасибо, Панси… - ответил он с долей отвращения в голосе.

Девушка яростно впилась в него взглядом, затем развернулась на каблуках и помчалась к


выходу. Но Драко не обратил внимания на ее уход, уже оглядывая толпу в поисках
Грейнджер.

Юноша отошел, чтобы лучше рассмотреть танцующих. Найти кого-то в таком


столпотворении было трудно. Так как присутствовали все курсы, в зале было очень
шумно. Почти невозможно было рассмотреть труппу женщин, которые выглядели почти
как баньши, и вопили высокими голосами. Чтобы найти гриффиндорку, Драко
потребовалось несколько минут. Она танцевала с тем парнем. Малфой уставился на них,
чувствуя себя так же, как и днем, когда увидел их вдвоем. Томас двигался неуклюже
рядом с Грейнджер, которая казалась настолько изящной, что ее можно было бы
запросто сравнить с бабочкой, танцующей со слоном.

На ней была та самая красная мантия, которой она так восхищалась в магазине. Малфой
заметил, что красный цвет подчеркивает множество оттенков, которыми обладали ее
пышные каштановые волосы. Грейнджер выглядела вполне счастливой, но Драко знал,
что она заслуживала лучшего.

На следующей песне пара остановилась и направилась к столу, где расположились


гриффиндорцы. Драко холодно наблюдал за тем, как она садится рядом со своими
друзьями. Поттер и Уизли пришли без пар и, казалось, наслаждались этим. Эти двое
оживленно беседовали с Томасом и их общим ирландским другом. Когда Уизли внезапно
вскочил на ноги и сделал нападающее движение рукой, Малфой понял, что они
обсуждают квиддич. Драко любил квиддич так же, как любой волшебник, но это был не
повод пугать своих друзей резким движением рук на балу. Конечно же, Грейнджер стало
скучно. А Малфой, заинтересованный поведением Томаса, не подумал о, вероятно,
обезумевшей от гнева Панси Паркинсон.

Грейнджер наклонилась к Томасу и что-то прошептала. Он кивнул, и девушка встала из-за


стола. Она подошла к столу с прохладительными напитками и налила в стакан ароматного
тыквенного сока. Грейнджер пила его медленно, прогуливаясь вдоль танцующих пар.
Внезапно что-то привлекло ее внимание, и девушка двинулась в сторону дверей, ведущих
из зала.

Драко проследил за ее взглядом: глазами полными восхищения, она смотрела куда-то в


сторону выхода. Слизеринец знал, что думал о ней в весьма специфическом смысле, но
никогда раньше не придавал этим мыслям значения. Драко полагал, что они исчезнут
самостоятельно. Но сейчас, когда Малфой столкнулся с идеей, что хочет ее, новое, более
тревожное чувство прокралось в его сознание... А что, если на самом деле она ему
нравится? Что, если эти мысли появлялись у него вовсе не из-за похоти? Что тогда?

Грейнджер обернулась, чтобы посмотреть на Томаса и своих друзей. Они все еще
увлеченно говорили о чем-то и, казалось, совершенно забыли о бале.

- Я действительно могу пойти против всего, что Люциус внушал мне о грязнокровках и
чистокровных волшебниках? Я действительно могу что-то чувствовать к Гермионе
Грейнджер? - тихо спросил себя Драко, почти боясь ответа.

Грейнджер бросила последний взгляд на свою пару и вышла через на улицу. К тому
моменту, когда малиновая ткань исчезла в дверном проеме, Малфой принял решение.

- Хорошо, - прошептал он, - есть только один способ узнать. Тем более, прошло много
времени с тех пор, как я слушался Люциуса.

Драко пробирался через танцевальную площадку, избегая танцующие пары, пока,


наконец, не достиг дверей и не ринулся на встречу холодному воздуху. Но вскоре он
обнаружил, что, в конце концов, было не так уж и холодно. Очевидно, снаружи были
задействованы какие-то заклинания, чтобы поддерживалась комфортная температура.
Слизеринцу даже не нужно было набрасывать теплую мантию. Прохладный ветер
развевал его дымчато-серые одежды, но этого было недостаточно, чтобы замерзнуть.

В прошлом году, он ушел с бала, чтобы вместе с Панси исследовать украшенный парк
Хогвартса. Не то, чтобы они исследовали очень много, по крайней мере, не в том смысле.
В этом году украшения были немного другими. Все, казалось, было сделано изо льда.
Там, где раньше была открытая лужайка, теперь был ледяной лабиринт. Толстые стены
были выложены ледяными кирпичами, с ясного, без единого облачка, неба, падали
изящные снежинки. На одной большой поляне Драко нашел водопад, также сделанный
изо льда, вода беспокойно била из него ключом, замерзая еще в воздухе и образуя
крошечные сосульки, которые таяли, едва достигнув земли. Он не видел ни одного
фонаря, но все пространство пылало розовым сиянием. Розовым? Малфой посмотрел с
другого угла, и сияние стало голубым, зеленым, а затем желтым. Свет, должно быть,
исходил от самих льдин. Осторожно прикоснувшись к стене, Драко обнаружил, что она
совсем не холодная.
Слизеринец гулял по парку достаточно долго, но не видел ни единого признака
Грейнджер. Он взглянул на две безымянные фигуры, которые стояли на тропинке, тесно
прижавшись друг к другу в горячем объятии.

Малфой услышал, что мелодичная музыка стала громче. Или он приблизился ко входу в
школу, или музыка на самом деле усилилась. Чувствуя себя разбитым, Драко сел на
декоративно вырезанную скамью, которая, как ни странно, не была заморожена.
Внезапно чье-то движение привлекло его взгляд и, сквозь противоположную ледяную
стену он увидел расплывчатый силуэт в красном. Стремительно поднявшись на ноги,
Драко снова ступил на тропинку. Повернув влево на первом же повороте, он оглянулся и
понял, что находится в круглом внутреннем дворике с лавочками, стоящими вдоль стены.
Грейнджер сидела на одной из них и смотрела, как с неба падают снежинки. Несколько
каштановых кудряшек обрамляло ее лицо, остальные красивыми локонами лежали на
плечах.

- Ты знаешь, нет одинаковых снежинок, каждая из них - особенное маленькое чудо... -


сказала она тихим голосом, так, будто в действительности была очень далеко от него,
вне досягаемости.

- Вообще-то, - ответил он, небрежно шлепнувшись на соседнюю скамейку, - тебе нужно


просто использовать отражающее заклинание и дублировать их. В детстве я постоянно так
делал... А маглы приходили в ужас, увидев одинаковые снежинки.

Грейнджер холодно посмотрела на него, и, только появившаяся на лице Драко


ностальгическая улыбка, тут же исчезла.

- Что тебе нужно, Малфой?

- Я... С чего ты взяла, что мне что-то нужно? - огрызнулся слизеринец.

Грейнджер отвернулась, не сказав ни слова. Драко подумал, что, сидя здесь, она выглядит
немного чудно: маленькое алое пятно среди белых льдин. Юноша почувствовал, что что-
то внутри него смягчилось.

- Извини, что обозвал тебя.


Она удивленно посмотрела на него:

- Почему ты извиняешься?

- Я не должен был говорить так, - Драко сделал паузу и снова взглянул на нее, - и я вовсе
не это имел в виду.

Их глаза встретились, и Грейнджер улыбнулась. Ухмылка снова появилась на лице


слизеринца, и он вздохнул с облегчением, так и должно быть. Музыка заиграла снова. Это
была отдаленная мелодия, проникающая сквозь ледяные стены. Юноша встал и протянул
ей руку. Грейнджер насмешливо взглянула на него.

- Что?

Драко закатил глаза:

- Я приглашаю тебя на танец.

- Что?

- Танец, Грейнджер. Это то, чем обычно люди занимаются на балу, - в его голосе
проскользнул намек на веселье.

Девушка нахмурилась:

- Ты, наверное, шутишь?

- Я видел, как ты танцевала с Томасом, и подумал, что ты заслуживаешь хотя бы один


танец с хорошим партнером. Я же говорил тебе, что он неуклюжий, - терпеливо ответил
Драко.

- Он не неуклюжий, - возразила девушка, но Малфой с уверенностью мог бы сказать, что


говорила она так только из гордости за Гриффиндор.
- Грейнджер? - Драко все еще протягивал ей руку.

Ее взгляд говорил, что ничего хорошего из этого не выйдет, но, несмотря на это,
Грейнджер осторожно приняла его руку. Он на секунду удивился тому, какой хрупкой
казалась ее маленькая ручка в его руке, прежде чем, потянув девушку на себя, поднять ее
с лавки.

Гриффиндорка нервно посмотрела на Драко и неловко положила руку ему на плечо.


Малфой усмехнулся и обхватил рукой ее талию, другой чуть надавив на ее спину там, где
его рука соприкасалась с ее кожей. Глаза Грейнджер расширились от этого
прикосновения, и она, кажется, собралась отчитать его за это, но Малфой уже закружил
ее в танце.

По-видимому, беспокойство ее оставило, потому что во время танца девушка разрешила


притянуть себя ближе. В какой-то момент девушка начала вести себя совершенно
непринужденно, и Драко увидел, как она мечтательно улыбается. Ее глаза были
прикрыты, гриффиндорка медленно двигалась в такт музыке. Когда музыка замедлилась,
она положила голову ему на плечо. Теперь они едва двигались, снежинки все еще
кружились вокруг них, мягкий свет исходил от льдин, но Драко было уже все равно. Он
видел только ее: одну из его многочисленных врагов, и, возможно, его единственного
друга. Малфой осознал, что в этот прекрасный момент ему плевать, что он чистокровный,
а она грязнокровка. Не имело никакого значения, что Люциус не одобрит этого, и что
Темный Лорд, вероятно, убьет их всех через год или два. Все, что имело значение это то,
что девушка его мечты сейчас рядом с ним, и он собирается поцеловать ее.

Он наклонил к ней голову в поисках ее губ, ужасно желая почувствовать ее ответ. Драко
закрыл глаза, зная, что для того, чтобы найти ее, они ему не нужны.

- Малфой, что с нами происходит? - тихо прошептала Грейнджер.

Драко моментально пришел в себя. Гриффиндорка смотрела на него, на ее лице застыл


вопрос. Малфой почувствовал, как прекрасный момент ускользает, и тяжесть
действительности снова давит на него. Он не мог нуждаться в ней, но и не мог
притвориться, что это не так.

- Почему ты все время называешь меня Малфоем? - спросил юноша и, отпустив ее,
отступил на несколько шагов.
- Чт... Что? - Грейнджер выглядела озадаченно.

Внезапная смена темы застала ее врасплох, вызвав у Драко его лучшую ухмылку.

- Ты все время называешь меня Малфоем, а я все время зову тебя Грейнджер. Почему?

- Я... Я не знаю, - теперь она выглядела взволнованной. - Мы ведь не были представлены


должным образом… - похоже, эта нелепая фраза вырвалась у Грейнджер от отчаяния.

- Правда. Мы не обсуждали такие тонкости при нашей первой встрече, - Драко


почувствовал, что снова может контролировать ситуацию. - Знаешь, это легко исправить.
Драко Аквилис Малфой, к вашим услугам… - он слегка поклонился.

Девушка остолбенела, она несколько раз открыла и закрыла рот, очевидно пытаясь
придумать остроумный ответ. Потерпев неудачу, она покраснела и посмотрела на свои
ноги, прежде чем ответить.

- Гермиона Анна Грейнджер. И не смейся на инициалами.

Драко улыбнулся, сейчас они выглядели как друзья.

- Аквилис? Это ведь латынь? - внезапно спросила Гермиона, снова привлекая к себе его
внимание.

- Да, как и Драко.

- Это я знаю. Драко - это Дракон. А вот Аквилис? - сосредоточенно сдвинув брови,
девушка начала мерить дворик шагами. - Аквилис... Это значит... Темный?

Малфой широко улыбнулся, странно гордясь ее сообразительностью, и кивнул.

- Тебя назвали Темным Драконом? - по лицу Грейнджер проскользнула усмешка.


- Это семейное имя, - возмутился Драко.

- Конечно, конечно… - согласилась она, безуспешно пытаясь перестать хихикать.

- Теперь я понимаю, почему нас никогда не представляют полностью, - раздраженно


сказал Драко, но в его глазах не было гнева, и гриффиндорка знала это.

- Я не буду больше смеяться, обещаю, - сумела выпалить она после очередного смешка.

Драко неодобрительно посмотрел на нее, и ее смех сразу угас, а лицо снова приобрело
задумчивое выражение.

- Мал... Драко, - мягко произнесла она.

Слизеринец с трудом поборол улыбку, когда она назвала его по имени.

- Да?

- Если бы ты был волшебником, живущим в 16 веке, и тебе нужно было бы написать что-
то очень важное, на каком языке ты бы это написал? - на одном дыхании спросила
Гермиона.

- Что ж, - Драко пытался сообразить, - это зависит от образования. Я имею в виду,


большинство волшебников умело писать, но самые интеллектуально развитые
пользовались мертвыми языками. Такими как греческий, или... - он затих, и их глаза
встретились, - Ты думаешь о том же, о чем и я?..

- Конечно! Это все объясняет! - с ликованием воскликнула девушка. – До того, как


перевести книгу в Арифмантический код, он написал ее на латыни!

Гермиона подскочила к Драко и, обняв его, взволнованно чмокнула в щеку. Прежде, чем
он успел что-либо сделать, она развернулась и потянула его за собой на ледяную
тропинку.
- Что?.. Куда мы идем? – с трудом вымолвил Драко, слегка ошарашенный ее внезапным
порывом.

- В библиотеку, конечно. Мы должны сейчас же начать перевод! - бросила девушка через


плечо.

- Но как же бал?

- Как можно в такой ситуации думать о бале? - она остановилась и повернулась к нему
лицом. - Мы на грани открытия того, что написано в этих книгах. Неужели ты не хочешь
узнать то, что О Леари считал таким важным? – Гермиона отпустила его руку. - Так ты
идешь, или нет?

Драко смотрел на одетую в темно-красное гриффиндорку. Она выглядела так, будто вот-
вот взорвется от возбуждения. И Малфой должен был признать, что чувствует тоже самое.

- Конечно, иду... Гермиона.

Глава 15. Засада и Чай с Хагридом.

Гермиона зевнула и, протянув руку, попыталась подоткнуть подушку обратно под щеку.
Но вдруг она отчетливо осознала, что у нее под головой вовсе не подушка.

"Надо убирать книжки, прежде чем ложиться спать", - сонно подумала гриффиндорка.

Некоторое время Гермиона находилась в состоянии между сном и реальностью, пока не


вспомнила нечто важное. Она ведь так и не легла спать прошлой ночью. Эта мысль так
шокировала ее, что девушка полностью проснулась.

Гриффиндорка все еще была в их комнате. Она спала в своем большом, мягком кресле,
используя книгу, которую пыталась перевести, как подушку. Девушка потерла глаза. В
комнате было темно, как будто камин никогда не разжигали, а свечи истлели сами собой
сто лет назад. Воздух был холодным, и Гермиона закуталась в мантию, пытаясь согреться.
Но ведь свою она в спешке забыла на балу, у Дина... Эта же мантия была темно-серой, и
она прекрасно бы смотрелась с одеждой Драко.

Гермиона плотно запахнула отвороты мантии, и чуть наклонила голову так, что щекой
смогла почувствовать мягкость ткани. От нее слабо пахло экзотическими специями,
кажется, пачули. В темноте девушка заметила Драко, собственной персоной, он
полулежал напротив нее, подперев голову рукой. Светлые взъерошенные волосы,
казалось, тускло светились, обрамляя его лицо. Гриффиндорка зевнула еще раз и
подумала о том, как она изменилась. Раньше она непременно напоила бы его ядом.
Проснуться в кресле, да еще и в темной холодной комнате - это уже достаточно плохо, к
тому же, она уснула в своей новой праздничной одежде.

Девушка неуверенно поднялась на ноги и подошла к окну, снаружи было темно, хотя она
вряд ли смогла бы разглядеть что-нибудь, даже если бы это не была полночь. Просто
стекла были покрыты ледяной коркой.

Она вернулась к столу и слегка коснулась плеча Драко. Он не пошевелился. Тогда она
нагнулась к нему и тихо прошептала:

- Мал... Драко, проснись.

Юноша не реагировал. Гермиона оглядела спящую фигуру... Похоже, спал он крепко.


Нагнувшись еще ниже, она взяла его за руку.

- Драко, проснись.

И он проснулся. Испуганно вздрогнув, слизеринец резко оттолкнулся от стола и схватил


ее. Гермиона даже не успела понять, что происходит, когда обнаружила себя лежащей на
столе, глядя на Драко широко открытыми глазами. Ее рука была до боли стиснута, а в
горло упирался кончик волшебной палочки.

- Малфой! Ты что, с ума сошел?.. – зло и очень испуганно прошипела девушка.

Взгляд его темно-серых глаз потеплел, когда он узнал ее и отпустил ее руку.


- Гермиона, что ты делаешь в моей спальне? - Драко замер в удивлении, чарующе
улыбаясь.

- Отстань, Драко. Я не в твоей спальне, и ты, кстати, тоже... - угрюмо проворчала


гриффиндорка.

Она все еще была прижата к столу, заметив это, Драко отступил назад, и Гермиона села.
Рука слегка побаливала, и девушка поморщилась.

- Я сделал тебе больно? - улыбка слизеринца исчезла.

- Нет, что ты... Я уверена, если кровь все еще течет по венам, значит, все будет в порядке, -
съязвила Гермиона.

- Дай мне посмотреть.

Драко не стал ждать ответа, он взял ее руку и осторожно закатал широкий рукав, алый
цвет которого казался темно-бордовым и сильно контрастировал с ее белой кожей. Даже
в темноте были видны маленькие красные отметины, в том месте, где он ее сжимал руку
гриффиндорки.

- Проклятье, Грейнджер, почему у тебя все время появляются синяки? Так неинтересно!

Гермиона посмотрела на него, но он снова весело улыбался. Слизеринец не опускал ее


руку, и девушка растерянно наблюдала за тем, как он водит своим пальцем по
отметинам. Гриффиндорка судорожно сглотнула. Он смотрел на нее, словно изучая.
Внезапно осознав, как близко она к нему находится, девушка попыталась отодвинуться,
что, конечно, было невозможно, поскольку она прислонялась к тяжелому деревянному
столу.

Драко, похоже, очнулся от их близости и отпустил ее руку, позволив рукаву снова


опуститься. Он отвернулся от нее и начал рыться в коробках, в поисках свечи. Гермиона
вздохнула с облегчением и почувствовала, что сердце снова бьется спокойно.

- Мы, должно быть, уснули, - задумчиво сказала она.


- Наконец-то ты показала свою наблюдательность.

В темноте лучшую ухмылку Драко видно не было, но Гермиона знала, что парень
ухмылялся.

- Ты такой противный из-за того, что прервали твой чудесный сон, не так ли? –
огрызнулась девушка.

Свеча ярко вспыхнула и прежде, чем лицо слизеринца снова успело затеряться среди
теней, Гермиона заметила его озадаченный взгляд. Он поставил свечу на стол и склонился
над книгой, которую просматривал.

- Это труднее, чем я думала… - прошептала гриффиндорка, обращаясь скорее к себе, чем
к Драко.

- Проклятый код. Какого черта он надумал сделать свою собственную арифмантическую


систему? - парень раздраженно посмотрел на книгу.

- Код? Я говорю о латыни. Арифмантика - это достаточно просто. Всего лишь список
аналогичных чисел, - Гермиона удрученно села рядом с ним.

- Certum est, quia impossibile, - тихо произнес Драко.

Гриффиндорка удивленно приподняла бровь:

- Ты говоришь на латыни?

- Я говорю, пишу и читаю на ней, - в голосе слизеринца послышалась гордость.

- Ты шутишь.
- Классическое образование… - сказал Драко обиженно. - Ты что, думаешь, что я начал
учиться только здесь? В Хогвартсе?

- Ну... Разве большинство ведьм и волшебников...

- Малфоев можно сравнить с большинством ведьм и волшебников? – ответил он


вопросом на вопрос. - Сколько себя помню, у меня все время были учителя. Люциус
хотел, чтобы у меня был твердый фундамент для дальнейшего образования. А, еще,
большинство Черномагических заклинаний именно на латыни, - добавил слизеринец.

- Я это запомню, - сказала девушка, разрываясь между весельем и неодобрением.

- Гермиона, я думаю, ты смотришь на это не с той стороны, - терпеливо произнес Драко.

- Да неужели? Я всего-навсего потратила на этот проект кучу времени и так ни к чему и не


пришла. Я знаю, что ответ прямо у меня перед глазами, но я не вижу его... - выпалила она,
умолкнув, чтобы перевести дыхание.

- Ой, да ладно тебе, Гермиона. Взгляни на это рационально, - парень говорил медленно,
как будто боялся новой вспышки эмоций, но Гермиона была уверена, что он находит все
это весьма забавным.

- Я мыслю нерационально, Малфой? - спросила она едко.

- Да, Грейнджер, - резко возразил Драко. - Ты творишь чудеса с кодами, а я


лингвистический гений.

Девушка закатила глаза.

- Ну же, Грейнджер. Сложи это вместе, - Драко решил, что она слишком устала, чтобы
думать надлежащим образом, поэтому не стал дожидаться ответа. - Ты можешь
разгадывать коды, а я переводить. Если мы будем работать вместе, то не будет никаких
проблем. Работа в команде, Грейнджер.
Гермиона вздохнула. У нее болела голова, и она совсем ослабла от холода. Конечно, он
был прав. Она ненавидела, когда он был прав.

- Хорошо! Будем работать вместе, - наконец согласилась гриффиндорка. - Но я думаю, что


начать лучше завтра.

Драко кивнул и затушил свечи. Гермиона собралась забрать свои вещи, но вспомнила, что
пришла сюда прямо с бала. Перед тем, как направиться в библиотеку, она на секунду
заскочила в Большой Зал, чтобы извиниться перед Дином за столь ранний уход. Гарри и
Рон возмущенно напомнили подруге, что она обещала потанцевать с ними, а Джинни
бросила на нее понимающий взгляд, прежде чем ей удалось скрыться от них и выбежать
в коридор. В спешке девушка даже не заметила, что Гарри и Рон видели, как она
покинула Большой Зал вместе с Драко…

- Готова? - прошептал Драко, стоящий возле двери в их комнату.

Гермиона кивнула, отчего ее вьющиеся волосы слегка взметнулись в воздухе, и только


потом подумала, что в темноте он этого не видит.

После того, как она заперла дверь, они тихонько спустились по винтовой лестнице и
пересекли библиотеку. Драко, видимо, слишком задумался, поэтому и пошел с ней по
тихим коридорам к гриффиндорской башне. Гермиона взглянула на него краешком глаза,
но юноша казался таким далеким.

Полная Дама мирно посапывала, когда они достигли портрета. Гермиона повернулась к
слизеринцу. Он вообще понял, что сопровождал ее?

- Драко?.. - прошептала она.

- Так вот как пройти к гриффиндорской башне?.. Возьму на заметку, - тихо пробормотал
он.

- О да, ты просто горишь желанием посещать гриффиндорцев время от времени.


Гермиона стояла и терпеливо ждала, когда Драко уйдет. Не смотря на то, что она устала,
девушка не собиралась называть пароль пока он рядом. Но парень, казалось, ни на что не
обращал внимания. Гермиона вспомнила о его мантии.

- Вот, - прошептала она, стягивая с плеч темно-серую мантию.

Драко медленно взял ее, как будто на самом деле ее не видел. Он смотрел на Гермиону
таким взглядом, который девушка могла назвать и тревожным, и волнующим
одновременно. Его серые глаза казались грозными и темными, лицо было наполовину
скрыто тенью. Он словно собирался сказать, или сделать что-то важное, но внезапно чье-
то движение привлекло их внимание.

В нескольких шагах от них сидела миссис Норрис, изучая их своими большими, словно
горящими в темноте, глазами.

Гермиона ахнула и отступила назад:

- Тебе лучше идти. Она позовет Филча быстрее, чем ты думаешь.

- И как часто ты убегала от этой проклятой кошки после отбоя? - удивленно прошептал
Драко с ноткой уважения в голосе.

- Чаще, чем мне бы хотелось. Тебе надо уходить, быстрее! - Гермиона указала рукой на
лестницу.

Драко стоял не шелохнувшись.

- Слушай, если тебя поймают, кто поможет мне переводить с латыни завтра? - взмолилась
девушка.

Слизеринец взглянул на миссис Норрис, а затем снова на Гермиону. Кивнув, он бросился к


лестнице. Миссис Норрис смерила гриффиндорку ледяным взглядом и начала
преследование.

Гермиона повернулась к портрету и прошептала:


- Да здравствует Рождество.

Полная Дама сонно всхрапнула и, зевнув, заговорила:

- Уже поздно, моя дорогая. Тебе нужно сказать своему молодому человеку, чтобы он не
задерживал тебя допоздна. Кстати, он красивый, - дама в розовом улыбнулась, когда
Гермиона покраснела.

- Он не мой молодой человек! - прошипела она, ступив в проход, открытый портретом.

- Конечно, конечно… - раздался веселый голос, и портрет опустился на свое место позади
нее.

В общей гостиной было темно, Гермиона поднялась по лестнице, ведущей в спальню


девочек. Парвати и Лаванда крепко спали, когда она вошла. Часы над изголовьем кровати
показывали четыре утра. Гриффиндорка быстро скинула с себя робу и платье и скользнула
в пижаму. В мягкой фланели было очень комфортно, и Гермиона разрешила себе
подумать о том, кто не выходил у нее из головы всю ночь. Драко Малфой.

Гермиона забралась в кровать и задернула драпировки. Укрывшись тонким одеялом, она


уперлась взглядом в ярко-алый балдахин. Что же, черт возьми, происходит?

Гриффиндорка не могла не заметить, в какие-то мгновения он был тем самым Малфоем.


Тем парнем, который ненавидит грязнокровок и не желает ни ей, ни ее друзьям ничего
кроме неприятностей. Но в то же время он может быть добрым и заботливым. Гермиона
вздрогнула, снова представив себе его глубокие серые глаза, изучающие ее.

Она не ожидала, что слизеринец подойдет к ней на балу. И все же она была рада, что он
сделал это. Ей понравилось танцевать с ним, но это было не то, чего она хотела. Может,
это и глупо, но девушка ожидала чего-то волшебного.

И пусть даже сама Гермиона не хотела этого признавать, но на самом деле танец с Драко
под открытым небом, со снежинками, кружащимися вокруг них, - это было волшебнее
всего, о чем она мечтала.
Наступило утро: ясное, свежее и яркое. Солнце освещало все вокруг, и снег искрился в его
лучах. Не было никаких признаков надвигающейся бури ни внутри гриффиндорской
башни, ни снаружи. И Гермиона проснулась счастливой, но она четко ощутила искорку
нетерпения внутри себя. Девушка не знала, то ли это от прогресса с книгами, то ли оттого,
что Драко будет ждать ее.

Быстро одеваясь, Гермиона сдернула со стула черную школьную робу и подобрала с пола
портфель перед тем, как пойти в сторону общей гостиной. Спускаясь по лестнице, она
напевала мелодию. Немного поразмыслив, гриффиндорка вспомнила, что это была песня,
под которую танцевали они с Драко. Но девушка чувствовала себя настолько беззаботно,
что не стала принимать этого во внимание.

Она уже почти спустилась, но тут открылась дверь в девичью спальню четвертого курса.
Послышались торопливые шаги.

- Гермиона? - голос Джинни эхом разнесся по лестнице.

Уже около входа в общую гостиную Гермиона обернулась:

- Я спешу, Джин. Встретимся в Большом зале.

- Нет, подожди, ты не понимаешь.

Но просьба Джинни не была услышана: Гермиона уже проходила через арку в гостиную.
Она на секунду остановилась, увидев Рона и Гарри, сидящих у стола. Их лица ничего не
выражали, но, судя по тому, как напряженно выглядел Гарри, Гермиона все поняла: их с
Драко вычислили. Непрошенная мысль проскользнула в голову гриффиндорки, когда они
смерили ее взглядом: засада.

- Гермиона, - неожиданно перед ней появилась задыхающаяся Джинни. Ее взгляд упал на


Гарри и Рона. - Я пыталась тебя предупредить… - прошептала она.

- Что... Что происходит? - настороженно спросила девушка, ее хорошее настроение


испарилось.
- Тебе лучше сесть, - решительно сказал Гарри.

Гермиона перевела взгляд, направленный на Гарри, к Рону, а затем снова посмотрела на


Джинни, прежде чем села за стол. Когда Джинни села рядом с ней, ее брат смерил
девушку мрачным взглядом, но ничего не сказал. Гриффиндорцы посмотрели друг на
друга, не зная, с чего начать. Наконец, Рон, перевел взгляд на Гермиону и, рассвирепев до
предела, практически набросился на нее.

- Какого черта ты общаешься с этим идиотом Малфоем?!

Гриффиндорка в шоке уставилась на Рона. Как он узнал? Неужели так очевидно, что у нее
появились странные чувства и мысли по отношению к Драко?

- Мы видели, как ты уходила с бала вместе с ним... - произнес Гарри, поскольку по Рону
было видно, что он собирается сказать что-то неприличное.

- О, - Гермиона вздохнула с облегчением. - Это все?.. Нам с Драко все лишь надо было
сходить в библиотеку.

Лицо Рона залилось краской, и девушка поняла, что сказала что-то лишнее.

- Драко? С каких это пор ты зовешь его Драко? - голос Рона внезапно стал тише и жестче.

- Я... Ну, это же намного проще, чем все время называть его Малфоем... - пробормотала
она.

- Гермиона, что происходит? - спокойно спросил Гарри.

- Что происходит? Гарри, разве не очевидно? Этот тупой мерзавец что-то с ней сделал!

- Заткнись, Рон! - воскликнула Гермиона, потеряв самообладание.


Парень изумленно взглянул на нее.

- Знаешь, он совсем не злой, - сердито сказала она. - Вы даже ни разу не дали ему шанса!
Конечно, я допускаю, что он его просто не заслужил... Но вы злитесь только из-за того, что
я нашла что-то хорошее в этой ситуации. А потом просто поняла, что и сама ситуация
вовсе не была такой уж плохой!

- Не может быть! - Рон с негодованием смотрел на Гермиону.

- Рон, - Гарри попытался перебить его, но Рон проигнорировал его.

- Это - Малфой! Он - слизеринец, и он - зло. Как ты могла забыть об этом? Он уже внесен в
список будущих Пожирателей Смерти. Как ты можешь его защищать?

Произнося свою тираду, Рон поднялся на ноги. И Гермиона тоже сразу вскочила, чтобы не
смотреть на него снизу вверх. Гарри и Джинни решили держаться подальше от
ссорящейся парочки.

- Он не Пожиратель Смерти! - закричала Гермиона. - И не собирается им становиться!

- Ой, как здорово! Он сказал тебе это, когда ты увидела его помогающим старой ведьме
перейти через дорогу в Хогсмиде? - лицо Рона стало ярко красного цвета и все, кто
наблюдал за этой сценой, тут же отвернулись.

- Рон… - Гарри попытался остановить своего друга, пока он не зашел слишком далеко.

- Я верю ему! - отрезала девушка, тоже покраснев.

- Ты не можешь верить ему! Он - гнусный слизеринец! - Рон стряхнул руку Гарри. - Ты


такая глупая и наивная, Гермиона!

- Рон! - ахнули Гарри с Джинни.


Тот замолчал, с безумным выражением лица хватая ртом воздух. Он осознал смысл
сказанного. В гостиной воцарилась полная тишина, он оглянулся: все взгляды были
прикованы к ним.

Рон снова повернулся к Гермионе, она была неестественно бледной.

- Гермиона, - начал юноша.

Гриффиндорка шагнула назад, подальше от стола. Ее руки дрожали, и девушка едва ли


что-то видела за серебристой пеленой выступивших слез. Она закинула свой портфель
обратно на плечо и сделала еще один шаг назад.

- Гермиона, я вовсе не это имел в виду… - прошептал Рон.

Она покачала головой и почувствовала, как слезинка скользнула по щеке. Гермиона


неожиданно развернулась и побежала к выходу из гостиной. Девушка метнулась через
проход, открываемый портретом, и даже не закрыла его за собой. Рон отчаянно
выкрикнул ее имя, но та не остановилась.

Гермиона бежала по лестнице, не глядя под ноги. Она пересекала один коридор за
другим, чтобы оказаться подальше от Рона, Гарри и... себя. Она игнорировала
удивленные взгляды, встречающихся ей на пути одноклассников, и она даже не заметила,
как врезалась в Невилла около кабинета трансфигурации.

Стремление к уединению вело гриффиндорку в библиотеку. В девушке все еще была


глубокая и прочна вера в то, что с какой бы проблемой она не столкнулась, книга как-то ее
сгладит. Наконец, она обнаружила себя стоящей в конце галереи, которая вела в заветное
хранилище книг.

Дверь справа нее распахнулась и оттуда вышла знакомая светловолосая фигура в


слизеринской мантии. Гермиона посмотрела на Драко с удивлением и облегчением. Его
присутствие успокаивало, и неважно, что она не могла понять почему. Его глаза свирепо
сверкнули, когда слизеринец увидел на ее лице дорожки от слез. Драко, казалось, хотел
что-то сказать, но дверь снова отворилась и из нее вышли Крэбб и Гойл, везде
следовавшие за Малфоем.
Гермиона вытерла слезы рукавом, но ничто не могло скрыть румяные щеки и
покрасневшие глаза. На лицах Крэбба и Гойла появились одинаковые жестокие ухмылки.

- О, посмотрите, грязнокровка плакала, - Гойл ухмыльнулся еще шире.

- Что случилось, Грейнджер? Поттер и Уизли больше тебя не любят? – громкий смех
Крэбба разнесся по коридору.

Гермиона проглотила комок в горле и взглянула на Драко. Он отвернулся в другую


сторону, сосредоточенно рассматривая что-то на стене. Она поняла, что слизеринец не
собирается ничего говорить, что он так и будет стоять и изображать, будто между ними
ничего нет, что они все еще враги... Они все еще враги?

Во второй раз за вечер гриффиндорка осознала, что неспособна смотреть на человека,


который что-то для нее значит. Она отвела взгляд от его лица и взглянула себе под ноги.
Крэбб и Гойл угрожающе шагнули к ней, вынудив отступить назад. Девушка поняла, что
сегодня спасительные ответы библиотека ей не подскажет. Она чувствовала, что стены
словно надвигаются на нее, и слезы, почти остановившиеся от встречи с Драко, уже
готовы были вновь побежать по щекам. Девушка отвернулась от трио и поспешила в холл.

Едва ли она знала, куда направляется. Единственное, что ей было сейчас нужно - выйти на
улицу, на свежий воздух, туда, где она сможет дышать. Гермиона бежала, не
останавливаясь, пока не достигла кромки озера. Там она села на большое поваленное
дерево, пытаясь восстановить дыхание.

Вокруг были снежные сугробы, а озеро покрылось тонким слоем льда. Небо, яркое рано
утром, сейчас потемнело в преддверии надвигающейся зимней бури. Подул ветер, и
Гермиона задрожала от холода. Во всей этой путанице она умудрилась забыть свою
теплую мантию, оставшуюся лежать в общей гостиной. Гриффиндорка подтянула колени к
подбородку и обхватила их руками, пытаясь согреться. Это практически не помогло.

- Гермиона? - от раскатистого голоса, девушка чуть не свалилась с дерева.

- Хагрид… - тихо ответила она, все еще дрожащим голосом.

- Э-э-э, знаешь, тебя тут Рон с Гарри искали. Ну, спрашивали, не видел ли тебя. Волнуются,
наверное.
Гермиона отвернулась от Хагрида, сдерживая слезы. Как она может смотреть им в глаза?
После того, что Рон сказал ей в присутствии всех. Как она может вернуться, зная, что он
все же прав.

Внезапно что-то тяжелое упало ей на плечи, и девушка оказалась укутанной в кротовую


шубу лесничего. Она удивленно повернулась к нему.

- Это... Пойдем, я сделаю чая немного. Тебе бы не помешало… - Хагрид с легкостью


поставил ее на ноги. Он развернулся и направился к своей хижине. Гермионе ничего не
оставалось, как пойти за ним.

После двух дымящихся кружек чая, девушка начала приходить в себя. Хагрид, казалось, и
так прекрасно все знал, не стал спрашивать, в чем дело. Вместо этого он принялся
рассказывать о планах следующих уроков. Занятия должны были начаться через
несколько дней, и он был так же рад, как и Гермиона. Лесничий с увлечением поведал ей
о том, что собирается приобрести парочку Баллетов. Гриффиндорка не стала спрашивать,
где он их возьмет и зачем они вообще ему нужны, она и так знала. Ей было известно, что
эти опасные животные в Великобритании не обитают. Они были знамениты своей
склонностью к мясу и свирепостью в драках, но девушка поняла, что улыбается
неуклюжему лесничему.

- Хагрид, - внезапно ей в голову пришла одна мысль. - Вы с профессором Дамблдором


поймали мантикору?

- Ага, с неделю назад, а то и раньше. Пришлось применить силу... - лицо Хагрида


осунулось при воспоминании об этом. - Интересно, с чего эта штука преследовала
Малфоя?.. Он ведь всего лишь сын Люциуса, копия папаши.

- Но Драко не такой как Люциус! - возмущенно выпалила Гермиона прежде, чем


остановить себя.

- Э-э-э... Драко?

Девушка вспыхнула, но глаза Хагрида весело заблестели.


- Рон упоминал, что ты проводишь много времени с этим слизеринцем... да. Но я сказал
им с Гарри, что у тебя есть голова на плечах и ты это... сможешь о себе позаботиться, - он
налил еще по чашечке чая.

Гермиона улыбнулась лесничему и еле заметно покачала головой.

- Не знаю, Хагрид. Может быть, они и правы. Драко иногда так невозможен. Я все еще его
ненавижу, но…

- Я не думаю, что этот гаденыш умеет правильно вести себя с тем, кто ему нравится. И, да,
Гермиона, ты это... красивая девушка.

Гриффиндорка очень надеялась, что не расплачется снова, но проиграла эту битву, и


Хагрид уже протягивал ей свой громадный носовой платок, который она запросто могла
бы обернуть вокруг себя и расхаживать в нем как в юбке.

- Я не берусь судить. Мальчишки делают странные вещи, когда затронуты их эмоции. И


если ты спросишь, я не смогу тебе ответить, почему. Наверное, мы никогда из этого не
вырастаем… - он искренне рассмеялся, и вскоре Гермиона к нему присоединилась.

- Спасибо, Хагрид, - тихо прошептала девушка, чуть улыбнувшись.

Глава 16, часть 1. Это все игра.

Перевод, совместный с Wasser Риччи (wasser_richi@mail.ru).

Драко зашел в библиотеку, словно сумрак, опускавшйся на школу Хогвартс.


Приближалась сильная метель, и директор во время обеда запретил студентам покидать
замок, пока она не закончится. Малфой надеялся найти Гермиону за столом
Гриффиндора. Он не хотел видеть ее с ненавистными гриффиндорцами, но тогда девушка
хотя бы была у него перед глазами. Драко нигде не мог найти ее после инцидента тем
утром.
Она исчезла почти сразу, и если бы он не прочитал Историю Хогвартса на первом году
обучения, то поспросил бы на все благосостояние Малфоев, что она просто аппарировала
из школы. Но так как это было невозможно, Драко полагал, что гриффиндорка должна
была быть где-то неподалеку. Он пробовал следовать за нею, когда Кребб и Гойл
отправились завтракать, но потерял ее след где-то около кабинета Трансфигурации.
Следующие несколько часов он бродил по школе, ища ее всюду. Но, учитывая мышление
Гермионы, и то, что она была Гриффиндоре, Малфой вполне логично сообразил, что
бесполезно искать ее в подземельях. Однажды он услышал, как она рассказывала о своей
неприязни к профессору Трелони и ее урокам Предсказаний, поэтому вряд ли Грейнджер
направилась бы в башню астрономии. И Гермиона слишком сильно уважала своих
профессоров, чтобы зайти в гостиную какого-либо чужого факультета. Таким образом,
Драко искал везде, кроме отметенных по его соображениям мест, но все было тщетно.

Он видел, как взволнованы Поттер и Уизли, проходя мимо класса Арифмантики. Драко
скрылся в тени, и они не заметили его, проходя мимо и полностью углубившись в
разговор.

- Куда она могла пойти? – встревожено спросил Уизли.

- Джинни проверила все спальни и ванные девочек. Мы точно знаем, что там ее нет, -
ответил Поттер. - Фред и Джордж сказали, что они будут выслеживать ее около Большого
зала.

- Не факт, что Джинни сообщила бы нам, даже если б действительно нашла Гермиону.
Фред и Джордж только пообещали, а сами наверняка уже завтракают вместо того, чтобы
следить, - проворчал Уизли.

- Думаешь, мы должны снова проверить библиотеку? Ты же знаешь Гермиону…

- Поправка: мы действительно знали, какой была Гермиона. Теперь, когда она связалась с
тем мерзавцем... Она ведь защищала его! О, действительно, Малфой не такой плохой,
каким был раньше, мы все должны принять его сторону! А еще дать ему медаль за то, что
он не кажется теперь таким злобным! - гриффиндорец исковеркал слова подруги, умело
копируя ее голос.

- Рон...
- Да знаю я, знаю. Я не должен был говорить ей этого. Но она всегда выбирает
неправильные пути! - хмуро глядя в пол, ответил Уизли.

- Я думаю, иногда, мы все сбиваемся с правильного пути, - Поттер говорил абсолютно


спокойно.

Драко еле сдерживался, чтобы не наброситься на этих идиотов. Ему очень хотелось
выскочить сзади и проклясть двух гриффиндорцев, как только он был способен, но
слизеринец не был настолько глуп. Поттер множество раз противостоял Темному Лорду, и
даже Уизли мог нанести неплохой удар. Слизеринец позволил им уйти, до боли сжимая в
руке волшебную палочку, но не покидая укрытия. Это произошло еще до обеда, на
котором он не увидел Гермиону, Малфой лишь потом осознал, что гриффиндорка
защищала его перед друзьями…

Маленькая часть Драко радовалась тому, как смотрели Поттер и Уизли во время обеда.
Было очевидно, что они так же не знают, где ее искать. И он злорадствовал бы еще
больше, если бы не волновался за нее. После обеда слизеринец решил, что вообще не
будет ее искать, ведь девушка похоже находилась в очень укромном месте. Поэтому, не
придумав ничего лучше, он пошел в библиотеку.

Драко открыл дверь в их комнату и остановился. Он ожидал, что здесь будет темно,
холодно и пусто. Вместо этого огонь трещал в камине, и в комнате было тепло.
Удивительнее всего было то, что гриффиндорка сидела за столом, зарывшись с головой в
башни из книг. Позади него с громким щелчком закрылась дверь. Гермиона подняла
глаза. Он не успел заметить мелькнувшего на ее лице странного выражения - девушка тут
же скрыла эмоции под натянутой холодной улыбкой.

- Я все думала, когда же ты придешь сюда, просидела здесь несколько часов.

Она глубоко вздохнула перед тем, как продолжить.

- Думаю, что могу перевести это. Я придумала несколько различных ключей, - Гермиона
показала на стопку пергаментов и сделала паузу, - Конечно, я не могу быть уверенной, что
они сработают, пока не увижу перевод для сравнения. Так что, если хочешь, можем
приступить к переводу сейчас, - она перетасовала стопку пергаментов, пока не нашла тот,
который был ей нужен. Грейнджер протянула лист ему, все с той же улыбкой, которую он
не мог понять. В его голове вертелось множество вопросов, и он задал первый, который
пришел на ум:
- Где ты была?

- Я зашла к Хагриду на чай, - надменно ответила она.

- Ты ушла в эту отвратительную погоду, никому не сказав ни слова, пить чай с этим
полукровкой? - ее холодная маска с его помощью тут же превратилась в гнев.

- Погода была нормальной, когда я пошла туда. И Хагрид проводил меня потом до замка,
- девушка пыталась говорить спокойно, но ее щеки покрылись легким румянцем.

- Ты даже не соизволила ничего сказать своим друзьям, делаешь только так, как тебе
хочется! - резко бросил Драко.

- О, в следующий раз я обязательно получу ваше личное разрешение, надеюсь, это вас
осчастливит? - ее голос задрожал.

- Не надо разговаривать со мной так снисходительно, Грейнджер.

- Тогда не веди себя, как ребенок, Малфой.

Драко взглянул на нее сверху вниз. Сидя с прямой спиной и скрещенными руками, она
была похожа на сердитую мамочку, отчитывающую своего сына за низкую успеваемость.
Она встретила его взгляд с вызовом, подняв кверху подбородок. Прежде, чем Драко смог
остановить себя, он взял ее за подбородок, а затем нежно провел по щеке. Ее зрачки
расширились, но она уверенно отказалась отвести взгляд. Он так неожиданно ее
поцеловал, что казалось, оба были удивлены. Драко даже не понял, когда принял
решение сделать это, и принимал ли вообще. Он стал спускаться руками все ниже, не
останавливая поцелуй. Девушка подалась к нему, и его руки обхватили ее за талию. Он
потерялся в секундном блаженстве, когда почувствовал ее слабое сопротивление. Драко
разочарованно отпустил ее.

- Останови это! - выкрикнула она, освобождаясь от его объятий. Ее глаза наполнились


слезами, а надменный тон, которым она с ним разговаривала в начале, исчез.
- Ты не должен целовать меня! - ее голос дрожал, - Я не способна ненавидеть тебя, а в
следующее мгновение делать это... - слеза скатилась вниз по ее щеке, но девушка сердито
ее стерла.

- Мы должны здесь только работать, хорошо? - она снова протянула ему стопку
пергаментов, и на этот раз он взял их, а девушка тут же начала собирать свои книги в
сумку.

- Ты уходишь? - Драко наконец обрел дар речи. Гермиона лишь кивнула, не поднимая
глаз. Ее плечи дрожали, но Малфой стоял спокойно, не зная, что делать.

- Я уже сделала столько, сколько смогла...

Драко посмотрел на бумаги в его руке. Ее заметки были небрежно написаны поперек
листов. Он заметил, что его руки немного дрожат. Слизеринец отвернулся от нее и
подошел к столу, неожиданно громко закинув на него свою сумку, что наконец заставило
Гермиону взглянуть на него. Теплые карие глаза были заполнены неуверенностью в себе
и болью, которую она пыталась скрыть. Гриффиндорка отвела взгляд и направилась к
двери.

- Они искали тебя. Твои друзья, Поттер и Уизли, - она застыла на месте, - я подумал, что ты
должна знать, что они волновались за тебя.

Драко наблюдал за ней.

- Спасибо, - сказала она, перед тем, как уйти.

- Я тоже волновался... - сказал он пустой комнате через несколько минут.

Остальную часть зимних каникул Драко старательно работал в библиотеке. На второй


день он смог разобрать шифр, точнее, они сделали это вместе. Но Гермиона больше не
появлялась их комнате, хотя он надеялся на заслуженную похвалу. Не то чтобы сильно
рассчитывал, но ему было бы приятно. Книги, как оказалось, были дневниками человека,
очень длинными и скучными личными дневниками. Но Драко все равно сидел в
библиотеке каждый день, чтобы перевести их, все время надеясь, что она все-таки
придет. Но Гермиона не приходила. Если бы слизеринец не находил свое фиаско столь
раздражающим, он даже удивился бы ее стойкости, но сейчас он считал девушку просто
очень упрямой.

Единственной приятной стороной было то, что она, казалось, проводила еще меньше
времени с Поттером и Уизли, нежели с ним. Он был уверен, что Гермиона больше не
сидела с ними в Большом зале. Она вообще отсела на другой край гриффиндорского
стола к младшей Уизли. И иногда она даже сидела за столом Равенкло, с некоторыми
друзьями по Арифмантике. Время от времени Драко замечал взгляды гриффиндорцев,
которые они бросали на нее, и ему ужасно нравилось то, что Грейнджер их полностью
игнорировала. Это даже помогало ему забывать, что его она тоже игнорировала.

В последний день Рождественских каникул Драко наконец снова увидел ее с Поттером и


Уизли. Девушка сидела в одном из пустынных внутренних дворов, читая книгу. Он как раз
собирался подойти, когда Поттер и Уизли появились через один из каменных сводчатых
проходов. Драко находился слишком далеко, чтобы услышать то, о чем они
разговаривали, но в какой-то момент Гермиона расплакалась, а парни выглядели очень
облегченными. Драко сжал зубы, когда она бросилась к Уизли и обняла его. Еще больше
его разозлило, когда Уизли начал успокаивающе гладить гриффиндорку по спине. Но
когда она обернулась, чтобы обнять Поттера, Драко не смог больше сдерживать себя. Он
уверенно зашагал к ним. Уизли первым заметил его.

- Чего тебе надо, Малфой?

- Просто хотел поздравить вас всех с примирением… Вся школа будет счастлива увидеть
знаменитое три в полном составе! – сказал Драко, растягивая слова.

- Заткнись, Малфой! - резко ответил Поттер.

- Не провоцируй меня.

Поттер медленно отошел от Гермионы, и они с Уизли развернулись к Драко. Слизеринец


не боялся – он сжимал в кармане свою палочку, готовясь отразить удар. Но прежде, чем
кто-то из них успел что-либо сделать, Гермиона рванулась вперед, встав между ними.

- Не надо, Гарри, Рон, пожалуйста, - гриффиндорка умоляла их. Она посмотрела на Драко
с немой просьбой. Но Малфой был слишком зол, и ее умоляющий взгляд разгневал его
еще больше.
- Почему ты всегда вмешиваешься, Грейнджер? – прошипел он в ответ. Она вздрогнула,
но не сдвинулась с места. Уизли отодвинул ее за плечи.

- Не смей с ней так разговаривать, Малфой! – воскликнул он.

- Я буду разговаривать с ней так, как захочу, Уизли.

Поттер сделал шаг вперед, направляя свою палочку на него.

- Поттер, зачем тебе палочка? Разве мы находимся не в кругу друзей? – издевательски


усмехаясь, спросил Драко.

- Очень смешно, Малфой, - натянуто произнес Уизли.

- Разве мы не друзья, Гермиона? – внезапно повернувшись к девушке, спросил Драко,


насмешливо выделив ее имя.

Она отвела взгляд, ничего не говоря. И Малфой почувствовал себя несколько увереннее.

- Мы должны быть друзьями, я знаю тебя настолько хорошо, что ты даже не можешь себе
представить.

Он погладил её щеку кончиками пальцев и усмехнулся, когда она покраснела. Драко


чувствовал себя торжествующим, а Поттер и Уизли взирали на него с шоком и
недоверием.

- Что это значит, Малфой? - спросил Поттер.

- Вы понимаете, что я имею в виду, - ответил Драко и подмигнул им. Злобно зарычав,
гриффиндорцы угрожающе двинулись на него, но внезапно Гермиона сделала то, что
заставило всех застыть на месте. Она дала ему пощечину. Его легкие светлые волосы
упали на глаза, когда слизеринец изумленно посмотрел на нее. Глаза девушки были
заполнены слезами. Поттер и Уизли удивленно перевели взгляд на подругу.
- Я не хотела… - прошептала она. Драко не был уверен, слышат ли это Поттер и Уизли, но в
данный момент казалось, что Гермиона не обращает на них никакого внимания. Он был
совершенно неспособен отвести от нее взгляд, а она не пыталась кричать на него, слезы
катились по ее красивому лицу. Девушка не отрывала от него глаз еще несколько
мгновений, после чего резко развернулась и пошла прочь с высоко поднятой головой.
Поттер и Уизли лишь наблюдали, как она уходит от них в тишине. Как только
гриффиндорка исчезла из виду, оба посмотрели на Драко.

Глава 16, часть 2. Это все игра.

Перевод, совместный с Wasser Риччи (wasser_richi@mail.ru).

- Что тебе еще от нас нужно, Малфой? - спросил Поттер холодно. Драко заметил, его лицо
было таким красным от злости, что казалось, он может убить слизеринца голыми руками.

- Пойдем, - пробормотал он другу. Уизли злобно покосился на Драко, но все же пошел


вслед за Поттером. Драко остался один посреди заснеженного двора. Грейнджер не
понимала его. Это не было очень справедливо! Она простила их. Этих двух чертовых
гриффиндорцев! Малфой сердито пинал снег ногой, но совесть подсказывала, что во всем
виноват он сам.

Слизеринец все время буравил Гермиону взглядом, но она смотрела только прямо перед
собой и полностью игнорировала его присутствие. В первый учебный день Драко с
нетерпением ждал Арифмантики. Это был его любимый урок после Зелий, и что еще
более важно, там она не могла избегать его. Но к его большому раздражению
гриффиндорка именно так и поступала. Профессор Вектор читала лекцию, вероятно очень
интересную, но Драко никак не мог заставить себя сосредоточиться. Все было так, как
несколько месяцев назад, когда они ненавидели друг друга.

Гермиона сидела от него настолько далеко, насколько это вообще было возможно. Все ее
вещи аккуратно лежали на краю стола. Ее перо строчило конспект. Было заметно, что
девушка пытается ни на что не отвлекаться и полностью сосредоточиться на профессоре,
хотя не было никакой особой причины слушать лекцию так внимательно. Драко понимал,
что Гермиона знает Арифмантику возможно даже лучше, чем он, и единственной
причиной ее усердия было желание не видеть его. Это было трудно признать, потому что
понятие о том, что мир вращается вокруг него, было заложено в генах слизеринца.
Он смотрел на песочные часы, стоящие на сомнительной стопке книг, взгроможденной на
столе профессора. Гермиона ни разу даже не взглянула на него. Драко впился взглядом в
ее профиль, а затем будто случайно уронил учебник на пол. Внезапный шум заставил всех
посмотреть на него, включая и ее. Впервые через несколько дней Драко смотрел в ее
темные глаза. Гермиона впивалась в него тем самым взглядом, который был ему так
хорошо знаком. Ее глаза были заполнены ненавистью, но где-то в глубине виднелась боль
предательства. Отвернувшись от слизеринца, она снова сосредоточилась на профессоре
Вектор и больше не обращала на него внимания.

Драко выглядел убитым, поскольку последние фиолетовые песчинки заскользили к


основанию песочных часов. Студенты начали собирать вещи. Гермиона стала быстро
складывать книги в сумку, и у него вдруг возникла идея. Драко вскочил с места и побежал
за ней, перескакивая через ступеньку. Он схватил ее за руку и удержал прежде, чем она
могла раствориться в толпе. Девушка развернулась к нему и хотела вспылить, но не
смогла сделать это при профессоре.

- Профессор Вектор! - Драко потянул Гермиону к учительскому столу.

- Мистер Малфой, мисс Грейнджер, как ваш проект? Нашли что-нибудь интересное? –
спросила она у них.

- О, да профессор, Гермиона и я посвятили большинство наших каникул расшифровке


дневников О Леари, которые он написал на латыни, а затем закодировал, - Драко
натянуто улыбнулся и усилил хватку на руке девушки.

- Я очень рада вашим успехам! Если честно, я боялась, что это могло бы быть слишком
тяжело для вас обоих. Понимаю, я просила слишком многого.

- Ну что вы, профессор! - Драко использовал все очарование Малфоев, которое он имел. -
После нашего последнего доклада о достигнутых результатах Вы сказали, что хотите
посмотреть на нашу работу. Я подумал, если Вы не слишком заняты, мы могли бы пойти и
взглянуть? – слизеринец широко улыбнулся.

- Это превосходная идея, мистер Малфой, - Драко усмехнулся, когда профессор


последовала за ним из класса. Затем усмешка превратилась в победную улыбку, когда
Гермиона направилась следом, отставая на несколько шагов. Они быстро подошли к
библиотеке. Так как с ними был преподаватель, другие студенты уступали им дорогу.
Профессор Вектор была очень впечатлена переводом, который написал Драко, и очень
хвалила Гермиону за исследование различных ключей к коду. Затем профессор ушла,
оставив их наедине.

- Гермиона? – мягко позвал Драко. Девушка задумчиво глядела в окно. Гриффиндорка


вздрогнула, услышав его голос и внезапно осознав, что они остались одни. Она
направилась к двери, но Драко преградил ей путь.

- Нет, ты не уйдешь, - твердо сказал он.

- Нравится видеть, что можешь меня остановить? – холодно поинтересовалась она.

- Это намек, Грейнджер?

- Ты действительно наслаждаешься этим, не так ли? Для тебя все это лишь игра, - она
скрестила руки на груди и посмотрела на него с негодованием.

- О чем ты говоришь? - Драко тоже скрестил руки, подражая ей.

- Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю! – закипела девушка, - Ты так любишь играть с


людьми! Знаешь, а ведь Гарри с Роном все еще злятся на меня... Рон вообще как будто не
замечает моего присутствия.

Драко подвинулся, полностью закрывая проход, чтобы она не смогла уйти.

- Я расстроил Поттера и Уизли? О нет, как я буду теперь жить, зная об этом?..

- Что действительно грустно, так это то, что я даже не могу злиться на тебя. А я ведь всегда
знала, какой ты эгоистичный и бесчувственный, - ее голос снова задрожал, то ли от боли,
то ли от злости.

- Они были правы на счет тебя. Для тебя это только игра, - девушка замолчала и отвела
взгляд.
Драко тихо подошел к ней, пока она вытирала глаза. Грейнджер заметила его близость
лишь в тот момент, когда он убрал с ее лба выбившиеся из прически прядки. Она
отшатнулась, удивленная, но Драко ожидал это. Его рука обхватила ее за талию,
удерживая на месте. Гермиона понимала, что вырываться бесполезно – он был намного
сильнее ее. Девушка пристально смотрела на него своими большими глазами, боясь его
дальнейших действий. Слизеринец наклонил ее голову и легонько дотронулся губами до
ее лба.

- Я не знаю, что это, но это никогда не было игрой, - прошептал он в ее волосы.

Глава 17. Визит директора.

Как и всегда поступки Драко были ей непонятны, поэтому Гермиона начала искать
причину, чтобы выбраться из его крепких объятий. Ее голова покоилась на груди
слизеринца, и девушка бесцельно прислушивалась к биению его сердца. Его грудь
поднималась и опускалась в такт дыханию, но Гермионе казалось, что они вместе лишь
одну секунду.

Он нежно гладил ее по голове, путаясь пальцами в ее густых волосах, затем притянул ее


еще ближе к себе, будто пытаясь охватить всю целиком, не желая отпускать. Гермиона
внезапно испугалась, нелогично и неудержимо.

Она выбралась из его объятий и побежала прочь. Слизеринец хотел догнать ее, но был так
растерян, что когда повернулся, девушка уже вылетела из комнаты, и он слышал ее
удаляющиеся шаги.

- Гермиона! – позвал Драко, но было бесполезно.

Девушка не остановилась, пока не достигла Большого зала. Там только начинался обед.
Гермиона с трудом восстановила дыхание. Ноги болели, она подумала, что вряд ли
вообще когда-то в жизни так бегала. Вниз по лестницам, через длинные коридоры,
наталкиваясь на спешащих по своим делам студентов…

Гермиона зашла в большой зал и села за гриффиндорский стол. Рон и Гарри уже сидели
там. Она с тоской посмотрела на пустующее место рядом с ними, но все равно устроилась
в одиночестве в конце стола. Гермиона старалась не замечать, что Симус сел там, где
совсем недавно было ее место. Девушке было мучительно это видеть.

Это был ужасный день. Как будто жестоких слов Драко было недостаточно, чтобы
испортить его. Она видела осуждающее лицо Рона, и твердый, словно корочка пирога,
обвиняющий в предательстве взгляд Гарри. Конечно, было недоверие. Они следовали за
ней по пути в общую гостиную. Атмосфера там была отвратительно неприятна. Она не
могла лгать им. Не было ничего важнее их во всем мире. Гермиона могла бы опустить
некоторые вещи, замять мелкие детали, но она никогда не будет им лгать. Не то, чтобы
Гарри и Рон ценили ее честность. По их мнению, она совершила большой грех. И теперь
она молилась, лишь бы они простили ее.

Гермиона подавленно намазывала маслом кусок хлеба, замечая, как раздражающе


сверкает ее тарелка. Она понимала, чего они ждут. Гарри и Рон хотели, чтобы она сказала,
что ненавидит его, что Драко был для нее ничем, что Рон прав, и она выбрала неверный
путь. Но она не сказала бы им, что ненавидела Драко. Просто потому, что не испытывала к
нему ненависти.

Постепенно гриффиндорка начинала понимать противоречивость своих чувств. Не


сказать, что она полюбила Драко, он был слишком большим идиотом для этого. Но
Гермиона начинала принимать тот факт, что она действительно беспокоилась о нем, даже
когда он вел себя эгоистично. И именно это испугало ее больше, чем что-либо еще.

- Гермиона?

Голос прервал ее размышления, и Гермиона оглянулась. Гарри садился рядом с нею, а


Рон только что устроился напротив нее. Ей очень хотелось улыбнуться им, но стоило
только бросить взгляд на Рона, вспомнить все его жестокие слова – этого было
достаточно, чтобы стереть любую улыбку, пытавшуюся появиться на ее лице. Гермиона
мрачно нахмурилась:

- О, здравствуй Рон, неужели придумал, как еще можешь оскорбить меня? Хочешь еще
раз попробовать? Проверить, можете ли вы заставить меня кричать? - она огрызалась на
Рона, помня тот красочный язык, который он использовал на днях относительно нее.

- Гермиона, - умоляюще начал Гарри, - мы только волнуемся о тебе. Ты знаешь это. Рон и
я просто справедливо вспоминаем то суровое время, которое ты возможно забыла. Я
говорю о том, что Малфой всегда ужасно к нам относился.
- Гарри, я знаю, что делаю. Поверь, я ничего не забыла, - голос Гермионы стал тихим. -
Всем только кажется, что прошлое не имеет для меня больше значения.

- Ты любишь его? Действительно? Это же Малфой, я думаю, что даже мать не любила его,
- Гарри выглядел озадаченным.

- Я не знаю, Гарри. Это не тот ответ, который вы хотите услышать, но я просто не знаю, -
Рон слегка прокашлялся, но Гермиона подумала, что это, возможно, для того, чтобы
скрыть хихиканье. Она впилась в него ледяным взглядом, и он покраснел.

- А что относительно тебя, Рон? Что ты можешь сказать? – спросила она его резко. Рон
пробормотал что-то неразборчивое и отвел взгляд. После этого оба замолчали, возникла
неловкая пауза. Шумно вздохнув, рядом с братом села Джинни. Она только что зашла в
Большой зал.

- Если Гермиона позволит мне, я скажу за тебя, - Джинни на мгновение задержала взгляд
на своем брате, прежде чем снова посмотреть на Гермиону. - Мой брат пробует принести
извинения за то, что назвал тебя ужасными словами на днях. Что-нибудь еще, Рон?

Рон впился взглядом в сестру, но Гермиона не могла не заметить, что его уши порозовели.
Гарри упорно пытался сдержать смех.

- Действительно, Рон? - спросила Гермиона. - Ты действительно извиняешься? - снова Рон


пробормотал что-то неразборчивое, что озадачило и Гермиону, и Гарри. Джинни
прочистила горло и начала переводить:

- Он говорит, что ты тоже должна извиниться. За дружбу с этим идиотом Малфоем. И он


также хочет, чтобы ты знала, что в Норе он спит в очаровательной ночной…

- Достаточно, Джинни, иди отсюда! Я же не говорю людям о твоем собрании «Несчастных


куколок – волшебниц»… - перебил ее Рон.

Джинни вспыхнула, а Гермиона с Гарри взорвались приступами смеха. И внезапно все


вернулось на свои места, и Гермиона была очень рада такому исходу. Остальную часть
трапезы они провели, обсуждая свойства современного волшебного вечернего света.
Гермиона даже достаточно осмелела, чтобы спросить Рона, где можно было купить такую
вещь.

Завтрак, казалось, заканчивался раньше, чем хотелось Гермионе. Они направились к


классу, но девушка не могла не чувствовать, что оставила кое-что незаконченным.
Она следовала за Гарри и Роном к кабинету, но не могла заглушить чувство беспокойства.
Хуже всего было то, что она знала, что так грызет ее - Драко и библиотека. Она должна все
еще быть рассерженной на него за то, что он сказал Гарри и Рону. Но она не злилась.
Малфой даже не извинился перед ней, а девушка уже простила его. Гермиона поняла, что
простила ему даже момент, когда он коснулся ее щеки.

Она остановилась, Рон и Гарри энергично обсуждали квиддич и не заметили этого. Вряд
ли он будет в библиотеке, но Гермиона не могла успокоить иррациональную сторону ее
мышления, которая настаивала, что Драко все еще там. Она развернулась и направилась к
ближайшей лестнице, никому ничего не говоря.

Она старалась не думать о том, что делала. Гермиона не хотела позволять себе думать о
нем, зная, что будет слишком нервничать, если позволит слизеринцу занимать все ее
мысли. Но это было почти невозможно, особенно, когда она шла к нему. Девушка
продолжала вспоминать его во всех обличьях, понимая, что они ее не смущают.

Ей представлялся разозленный Драко, набрасывающийся на нее, или тот, который,


казалось, даже заботился о ней... Дружба с Гарри и Роном была восстановлена, но даже
это не могло ее отвлечь. Гермиона чувствовала себя очень усталой, часть ее хотела
возвратиться, найти друзей, пойти в класс и, наконец, вычеркнуть Драко из ее мыслей. Но
гриффиндорка понимала, что она уже не могла бы быть собой без этого человека.

Казалось, сейчас она достигла их комнаты почти мгновенно. Девушка заглянула внутрь, но
там было пусто. Гермиона закрыла за собой дверь, и подавленно осмотрелась вокруг
себя. Его здесь не было. Она грустно вздохнула. Но чего она ожидала, в конце концов?

Гермиона уже решила идти обратно в класс и извиняться за опоздание у профессора


Спраут, когда дверь открылась. Драко задумчиво листал большую книгу. Он удивился,
увидев ее. Выражение его лица стало кислым.

- Ты вернулась, Грейнджер? – привычно растягивая слова, спросил он. - А как же Поттер с


Уизли?..
Но прежде, чем слизеринец закончил фразу, прежде чем он мог придумать оскорбление,
прежде чем она подумала об уроке, Гермиона обвила руки вокруг его шеи и впилась в его
губы. Драко был так поражен, что выронил книгу. Он был ошеломлен только мгновение, и
пока она не успела передумать и отступить, он обнял гриффиндорку одной рукой, а
другой закрыл за собой дверь. Малфой отпрянул на секунду, чтобы посмотреть на нее.
Они были так близко, что девушка чувствовала его сбивчивое дыхание.

- Ты вернулась, - в его нежном голосе не было и намека на злобу.

- Я... Ну, в общем, я хотела доделать некоторые диаграммы, - прошептала Гермиона, и


яркий румянец залил ее щеки.

Заметив это, Драко хитро усмехнулся:

- Ты вернулась, чтобы сделать Арифмантику?

Он наклонился к ней, нежно проведя губами по уху. Рука Драко была для нее
единственной поддержкой. Он мягко засмеялся и снова ее поцеловал. Гермиона
счастливо вздохнула, когда его губы коснулись ее. Они были охвачены внезапной волной
чувств и эмоций, так охвачены, что не слышали, как открылась позади них дверь... И даже
не поняли, что не одни в комнате, пока не услышали настойчивое сухое покашливание,
которое заставило их резко отпрыгнуть друг от друга.

- О, директор, - произнес Драко севшим голосом.

- Извините, что прервал, - Дамблдор улыбнулся и снова прокашлялся. Драко повернулся к


Гермионе, но она стояла неподвижно, прикрывая руками пепельно-белое лицо.

- Директор Дамблдор, - Драко ловко закрыл собой девушку. - Это не была ошибка
Гермионы, я сам поцеловал ее.

- Я еще не настолько стар, я помню свою юность, Мистер Малфой. Вы оба выглядели
одинаково увлеченными мгновенье назад.
Гермиона издала приглушенный хныкающий звук. Она поняла, что полностью неспособна
двигаться или говорить. Ее только что поймали на чем-то незаконном, и не просто
профессор, а сам директор школы.

- Сейчас, сейчас, мисс Грейнджер, - Дамблдор обошел Драко, и мягко взяв Гермиону за
руку, отвел ее к столу. - Не надо удивляться. Профессор Вектор не могла бы
предположить, что ее два лучших студента способны на такое. Но я хорошо знаю, что
студенты одинаковы во все времена.

Драко рассеянно посмотрел на директора, а потом перевел взгляд на Гермиону. Она все
еще была в шоке, но, заметив вопросительный взгляд слизеринца, утвердительно
кивнула, будто подтверждая то, что директор Дамблдор действительно сошел с ума.

- Причина, по которой я пришел сегодня сюда, заключается в том, что я столкнулся с


профессором Вектор после завтрака, и она упомянула о большом объеме работы,
проделанной вами. Я решил зайти посмотреть на это лично.

Гермиона попыталась сглотнуть, но горло совсем пересохло. Она так сильно сжала руки в
кулаки, что пальцы побелели, и если бы Драко не заметил этого и не расцепил их, когда
директор отвернулся, то она, наверное, до крови разодрала бы кожу.

Дамблдор же казался очень увлеченным, читая перевод, и задумчивая улыбка появилась


на его лице.

- Очаровательно, - пробормотал себе под нос.

- Профессор? – Гермиона, наконец, обрела голос.

- Мне кажется, что это очень полезные записи... – сказал он, обращаясь скорее к самому
себе, чем к кому-либо из них.

Девушка взглянула на Драко и их взгляды пересеклись. Она пожала плечами. Профессор


Дамблдор просматривал их работу еще несколько минут, не говоря ни слова. Больше
всего его заинтересовали старые дневники. Пролистывая древние страницы, он, время от
времени что-то неразборчиво бормотал, вздыхая. Он дочитал перевод, и повернулся к
ним:
- Вы превосходно потрудились. Я очень рад, как и профессор Вектор, но работа еще не
закончена, - директор вытащил что-то из глубокого кармана его фиолетовой мантии. Он
мельком взглянул на странный металлический кружок, который висел на цепочке.

- О, уже четыре часа? Тогда мне остается лишь пожелать вам хорошего дня, - директор
улыбнулся им и вышел из комнаты.

Так же, как и в первый раз, когда директор только вошел в комнату, Гермиона шумно
выдохнула. Она опустилась в кресло и закрыла глаза. Девушка очень захотела, чтобы все
это было только сном. Возможно, она съела за обедом нечто подозрительное, хотя эльфы
не позволяли себе готовить такое. Гриффиндорка снова открыла глаза. Драко сидел
напротив нее, наблюдая за изменениями на ее лице.

- По-моему, меня тошнит... – прошептала она подавленно.

- Все не так уж и плохо. Он даже не снял с нас баллы, не назначил наказание... Ты бы


видела, что творит в таких случаях МакГонагалл! Да даже Снейп частенько зверствует.
Естественно, я убедился в этом не на своем опыте... – добавил он быстро, когда Гермиона
сверкнула на него глазами.

- Не так уж и плохо? Не так уж и плохо! Ты в своем уме? – Гермиона неожиданно вскочила


и начала мерить шагами комнату. - Нас поймал директор. Директор! - девушка села на
подоконник и выглянула в окно. Драко, тревожно посмотрел на нее и сел рядом.

- Все будет хорошо, Гермиона, я обещаю… - она подняла на глаза слизеринца. - Он уже
знал о нас.

- Что значит: он уже знал о нас? – опасливо спросила девушка.

- Я не знаю, как он узнал, но он знал. Готов поклясться, что старый дурак шпионил за
нами, - добавил Драко.

- Не говори так о нем! – раздраженно ответила Гермиона. - Он - великий волшебник!


Драко перевел взгляд на окно. Солнечное тепло уже начинало растапливать толстый слой
инея на стекле. Гермиона посмотрела на лес, надежно укрытый снежной мантией. У нее
возникло назойливое ощущение, что она что-то упустила. Что-то очень важное. Гермиона
сосредоточилась на солнечных бликах, отражающихся от стекла, пытаясь вспомнить, что
же она забыла.

- О чем он говорил? – наконец спросила она Драко.

- Что? О чем ты?

- Профессор Дамблдор, о чем он говорил? Когда сказал, что наша работа очень важна? –
Гермиона посмотрела на стол, усыпанный графиками и диаграммами.

- Понятия не имею, - Драко подавил зевок. - Возможно, эта информация подскажет ему,
как лучше выращивать флобберчервей. Или вашему другу-полугиганту это поможет. Мне
кажется, что он действительно любит этих маленьких скользких тварей.

- Я серьезно, Драко, - произнесла Гермиона. Подойдя к столу, она взяла один из старых
дневников и стала сосредоточенно рассматривать обложку. - Они должны быть очень
важны! - Малфой закатил глаза, но девушка не обратила на это внимания. - Ты перевел
только пару страниц из этой книги. Кто знает, что там дальше?

Драко вздохнул.

- Ты собираешься просидеть здесь всю ночь, не так ли? – Гермиона кивнула, не


отвлекаясь. Она села за стол, деловито просматривая книгу.

- Прекрасно, тогда я принесу чего-нибудь с кухни.

Гриффиндорка даже не оторвалась от книги, когда Драко вышел из комнаты. Она решила,
что сначала надо внимательно прочитать то, что уже перевел Малфой. Возможно, он
пропустил что-нибудь, какую-нибудь важную деталь. Книга, казалось, содержала только
личные мысли. Девушка начала читать примечания Драко.

Он перевел только несколько страниц, но, продолжая читать, Гермиона обнаружила, что
одна страница отсутствовала. Она вздохнула и начала просматривать кипы бумаг,
лежащих на столе. Гриффиндорка уже было расстроилась, когда наконец-то заметила
недостающую часть пергамента под столом.

Присев на колени, она подняла ее. Возвращаясь на место, девушка случайно скинула
один из дневников со стола. Он, открывшись, упал около камина. Гермиона наклонилась,
поднимая дневник: те же самые линии чисел на страницах, но она заметила еще кое-что.
Свет от камина, падающий на книгу, открыл ей маленький чернильный след. Поискав на
столе, девушка нашла лупу, которую они использовали, чтобы легче было
расшифровывать крошечные записи.

Наклонившись к книге, Гермиона тщательно рассмотрела изображенный на ней рисунок,


который показался ей какой-то эмблемой. На вид обыкновенная клякса, при ближайшем
рассмотрении оказалась сидящим драконом, расправившим крылья. Девушка
задумалась, нахмурив брови. Эта картинка была очень знакома, она могла поклясться, что
видела ее.
Гермиона достала кусок пергамента и срисовала картинку так аккуратно, как только
могла. Пометив эту страницу в книге, гриффиндорка вышла из комнаты, решив поискать в
библиотеке. Ничего не было ни в «Древней Арифмантике», ни в «Волшебном Прошлом»,
ни в «Волшебной Книге Иконографии». Сев за один из столов, Гермиона стала безучастно
изучать стену взглядом, пытаясь понять, почему крошечный дракон был знаком ей.

Задумавшись, она не сразу заметила группу семикурсников, проходивших мимо ее стола.

- Да, мама не слишком рада моему желанию стать аврором, особенно после смерти
Седрика в прошлом году, но я думаю, что это будет правильным решением, - сказал
рыжеволосый мальчик.

- А это не слишком опасно? – взволнованно спросил кто-то, после чего они исчезли за
углом.

Голоса стихли мгновение спустя, и Гермиона снова осталась одна. Внезапная догадка
озарила ее, быстро вскочив, она помчалась мимо библиотечных полок. Потребовалась
всего минута, чтобы найти нужную полку, гриффиндорка действительно знала библиотеку
наизусть. Еще несколько минут ушли на поиски книги - «Волшебная
Правоприменительная деятельность: Прошлое, Настоящее и Будущее».
Уткнувшись в книгу, девушка направилась обратно к их комнате. Сев на стул, она даже не
заметила, что оставила дверь открытой. Драко пришел мгновение спустя, с полной сумкой
яств с кухни. Он с любопытством взглянул на открытую дверь, прежде чем войти.

- Гермиона? – спросил слизеринец, садясь за стол.

Она посмотрела на него, глаза девушки блестели от волнения:

- Драко, я кое-что нашла.

Глава 18, часть 1. Бунтарка.

- Он… что? – переспросил Драко, оборвав Гермиону на полуслове.

Девушка глубоко вздохнула и повторила:

- Я думаю, что он рыцарь Aequitus.

Она улыбнулась ему, показывая, что раз для нее это очевидно, то он тоже должен
непременно понять смысл сказанного. Драко почувствовал, что начинает злиться, ведь не
так часто бывало, чтобы он чего-то не знал. Гермиона заметила его недовольство и,
казалось, была удовлетворена этим фактом. Она заговорила своим излюбленным
поучительным тоном. Но Драко внезапно осознал, что этот тон не раздражает его так же
сильно, как прежде.

- Скажу тебе честно, о них действительно не так уж много всего известно… - медленно
начала свою лекцию Гермиона. - Я знаю, что они принадлежали к секретному
магическому обществу, образованному в конце XIV века или начале XV века. В то время
несколько очень сильных волшебников захватили Министерство магии, которое тогда
еще только зарождалось.

- Что? Я ни разу не слышал об этом. Старый Бинс снова и снова твердит о революции
гоблинов и жестокости людоедов, но он никогда не рассказывает об интересных фактах…
- Драко было досадно, что он не знал таких подробностей.
- Ладно, - голос Гермионы отвлек его от мыслей. – Я знаю, что нам не повезло услышать
этого на Истории Магии. Министерство любит держать в секрете свое корыстное
прошлое. Это подобно тому, как они эксплуатируют домашних эльфов.

Слизеринец вздохнул:

- Гермиона…

- Я имею в виду, что пока мы просто игнорируем домашних эльфов, их рабство будет
считаться чем-то естественным.

- Гермиона…

- Это еще одна небольшая часть пакостных деяний Министерства, которую они не хотят
выставлять напоказ. Если бы они хоть что-то знали о грязной тяжелой работе…

- Гермиона! – воскликнул Драко.

- Что? - девушка покраснела, когда поняла, что совсем отошла от темы. – Так вот, как я
начала говорить, самые высокие должности в Министерстве заняли действительно
ужасные люди. Злые, темные волшебники.

- Правда? Странно, что Люциус никогда не говорил мне о них. Он всегда указывал мне на
успешных темных магов. Я думаю, он хотел, чтобы они стали для меня примером для
подражания, - Драко закинул ноги на стол, злобно ухмыляясь Гермионе, но она
проигнорировала этот жест.

Сделав вид, что не услышала ни единого сказанного им слова, девушка продолжила:

- Рыцари Aequitus сделали все возможное, чтобы противостоять Министерству, пока оно
было под контролем этих волшебников. Большая часть из информации, которую я смогла
отыскать (хотя ее совсем немного), говорит, что они были похожи на современных
авроров. Но я думаю, в наш время их гораздо больше, чем было тогда. На самом деле, я
должна была немедленно разгадать эти символы.
- И ты умудрилась понять это все с помощью маленького, трудно различимого
изображения, которое старый простофиля, вероятно, нарисовал однажды вечером за
очередным стаканом абсента? – Драко надменно растягивал слова, но вовсе не затем,
чтобы разозлить гриффиндорку. Ему просто нравилось иногда над ней подтрунивать.

Но Гермиона не попалась на удочку:


- Нет, конечно, изображение было всего лишь ключом. Остальное я узнала на уроке.

- На уроке? Но ты ведь согласилась, что Бинс никогда не упоминал об этом.

- Да, но я же не сказала, что это было здесь, в Хогвартсе, - девушка нервно отвернулась.

- Извини, я не предполагал, что у тебя есть время для двух разных школ.

- Летом у меня много свободного времени, - пробормотала Гермиона, стараясь не


смотреть ему в глаза. Было заметно, что девушка не хотела говорить на эту тему. Но это
лишь еще больше заинтересовало слизеринца.

- Только ты можешь охотно посещать занятия еще и летом. У тебя действительно нет
жизни вне школы, - Драко понял, что ударил по больному месту, заметив, как смутилась
гриффиндорка.

- Это был просто курс лекций, совсем не длинный курс. Я даже не должна была выходить
из дома, мне все присылали по совиной почте... – резко ответила девушка.

- И о чем был этот курс, за исключением мертвых авроров, которые, очевидно, не были
хороши в своем деле? – словесная перепалка с Гермионой была для Драко уже
привычной игрой.

- Эти лекции были о промахах министерства, - слизеринец удивленно посмотрел на нее. –


Я стала интересоваться их прошлыми ошибками после того, как они назвали убийство
Седрика Диггори в прошлом году несчастным случаем.

- Я не могу поверить, что Министерство одобрило школу, в которой есть подобные курсы.
- Эта школа не является официальной, - мягко сказала Гермиона.

Осознание того, о чем идет речь, пришло к Драко довольно внезапно:

- Ты говоришь о Святом Стефане? Эта дыра, вниз по улице, возле Бристова? Мой отец
рассказывал мне про эту школу. В ней руководят какие-то сумасшедшие негодяи, которые
зашли даже дальше, чем наш директор.

Гермиона заметно разозлилась. На миг Драко показалось, что она не может подобрать
слов, чтобы выразить свое возмущение.

- Директор Дамблдор – один из величайших волшебников все времен. А профессор


Грейсон не сумасшедший, просто чудак, как и все великие люди. У его школы очень
хорошие рекомендации.

Драко понимал, что он зашел слишком далеко, но уже не мог остановиться:

- И кто же рекомендовал тебе его курсы? Сумасшедший, сбежавший из больницы Святого


Мунго?

- Это совершенно не твое дело, если ты меня спросишь об этом еще раз, обещаю, что
использую обездвиживающее заклятие и оставлю тебя здесь одного, пока тебя не найдут
домашние эльфы, - медленно произнесла она, поджав губы.

- Ладно-ладно, не беспокойся… - Драко выставил вперед руки в знак примирения. – Но


пока мы не закончили, дай мне внести ясность. Ты прошла курс лекций, определенно
осуждающих Министерство, в том месте, которое даже официально не признано школой?
Да и еще у человека, который разыскивался властями долгое время из-за унизительных
статей, написанных им о Фадже несколько лет назад? – Гермиона пристально смотрела на
него. Драко знал, что она пыталась решить, удастся ли ей выхватить палочку и произнести
заклинание быстрее, чем он успеет уклониться.

- Грейнджер, никогда бы не подумал, что ты такая бунтарка, - произнес Драко, ухмыляясь,


нотка одобрения появилась в его голосе.
- О, заткнись, Малфой! – ответила Гермиона. Увидев на ее лице улыбку, Драко вздохнул с
облегчением.

Глава 18, часть 2. Защитник.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

Следующим утром Драко не спеша прогуливался по коридору. Ночь в библиотеке была


очень долгой, но все же у них оставалось еще много дел. Сколько бы они там не
находились, им всегда не хватало времени, чтобы закончить свою работу. Но даже
учитывая, как немного ему удалось поспать после разборок с Гермионой, настроение
слизеринца было невероятно легким. Он как раз был на пути в библиотеку. На
единственном сдвоенном с Гриффиндором уроке Зелий он провел большинство времени
смотря то на Гермиону, то на профессора Снейпа. Совсем игнорировать Мастера Зелий не
было разумным поступком. Казалось, он всегда знал, когда ученики переставали
обращать на него внимание.

Все студенты направлялись в Большой Зал на ужин, поэтому коридоры почти опустели.
Драко уловил случайное движение, и, повернувшись, заметил Гермиону, спускающуюся
по лестнице. Она поймала его взгляд и улыбнулась. Драко почувствовал странное
напряжение и почти шагнул вперед, чтобы подойти к ней, но внезапно остановился и
огляделся: «А что, если…»

- Не волнуйся, никто не увидит тебя с грязнокровкой, - холодно сказала Гермиона,


подходя к нему.

Малфой напрягся, когда она произнесла слово «грязнокровка». Он уже давно его не
использовал, но сейчас, когда он слышал его из чужих уст, оно звучало грубо и жестоко.

- Я даже не подумал об этом, - огрызнулся он в ответ. Драко отвел взгляд, чувствуя за


собой вину и понимая, что соврал. Это было странно, потому что он никогда раньше не
чувствовал себя виноватым, до этого года, до неё…

- Все в порядке, - сказала она мягко, - я не возражаю.


Но и это была неправда, которую никто из них не мог не заметить.

Вместе они молча продолжили свой путь в библиотеку. Гриффиндорка была права, никто
не увидел бы их. Эта часть школы была неестественно пуста.

- Вот, - Гермиона начала рыться в своей сумке и достала очень толстый свиток. - Я
подумала, ты захочешь взглянуть на это.

Драко взял у неё свиток, который оказался очень тяжелым. Он был перевязан толстой
кожаной лентой, на одной из его сторон было написано «Министерские Промахи. Томас
Грейсон».

- Что, в Святом Стефане не могли позволить себе нормальные книги? - мягко поддразнил
он.

Она улыбнулась, и Драко поймал себя на том, что остановился посреди коридора, чтобы
посмотреть на неё. Гермиона улыбнулась еще раз, и Драко потянулся к ней, чтобы
спрятать выбившуюся кудряшку обратно ей за ухо.

- Драко! - оглушающий визг бурного ликования заполнил коридор, и Панси Паркинсон,


вышедшая из класса позади Малфоя, внезапно бросилась ему на шею с такой силой, что
он споткнулся и столкнул Гермиону на пол. Её сумка раскрылась, отчего все книги и перья
рассыпались по полу.

- Драко, - промурлыкала Панси позади него, все еще обвивая руками его шею, - где ты
прятался в последнее время? Я соскучилась, - её тон давал волю воображению, и глаза
Гермионы опасно потемнели.

Панси подошла к нему спереди и прижалась с такой силой, с какой это вообще было
возможно. Когда девушка заметила Гермиону, которая пыталась собрать рассыпавшиеся
перья в сумку, её губы растянулись в гадкой улыбочке.

- Так-так, гриффиндорская кривозубая грязнокровка? Скажи-ка мне, Грейнджер, а где


Поттер с Уизли? Только не говори, что они оставили тебя без присмотра. Знаешь,
находиться совсем одной бывает опасно, особенно если ты магглорожденная…
Панси подошла ближе и наступила прямо на палочку Гермионы, которая выпала из сумки
вместе с остальными вещами.

- Предполагается, что я должна бояться тебя, Панси? - смело спросила Гермиона.

- Оставь её в покое, - тихо сказал Драко, удивленный своими же словами.

Паркинсон, не обратив на него внимания, вытащила свою палочку из кармана. Гермиона


осторожно встала и огляделась, очевидно надеясь, что кто-нибудь из профессоров
пройдет мимо.

- Оставь её в покое, Панси,- снова сказал Драко, но уже тверже.

- Ой, да брось, Драко. Всего лишь немного повеселимся. Спорим, я сделаю так, что её
зубы станут такими, какими были раньше?! - Панси угрожающе оскалилась.

- Я сказал, - Драко схватил её за руки и резко рванул на себя. - оставить её в покое, - его
голос был низким и опасным.

Панси вывернулась из его хватки.

- Ты совсем не умеешь веселиться, Драко. Она всего лишь тупая мелкая грязнокровка,
разве ты не видишь?

Драко свирепо посмотрел на неё и почувствовал, как сжимаются его кулаки. Как бы
сильно Панси его не раздражала, он никогда не хотел ударить её… до этого момента, во
всяком случае. Опасаясь того, что может случиться, Гермиона стремительно бросилась
вперед, чтобы схватить Малфоя за запястье.

- Не надо, Драко!

Их глаза встретились, и Драко смог увидеть её страх.


Гермиона боялась, он мог поступить необдуманно и попасть в неприятную ситуацию.
Кроме того, Драко увидел огромную признательность в её глазах за то, что он вступился за
неё. В нескольких футах шокированная Панси уставилась на них с открывшимся от
удивления ртом.
- Ах, понятно. Так вот, в чем дело... Грязнокровка всему причина, - прошипела она. Драко
повернулся, свирепо смотря на девушку, но та лишь улыбалась. Она резко развернулась и
пошла прочь, слегка посмеиваясь.

- Выбрать ее из всех... - усмехалась она себе под нос, спускаясь по лестнице.

- Драко? - мягко прошептала Гермиона.

- Что?.. - сказал он злобно. Его голос был резче, чем ему хотелось бы.

Девушка выпустила руку слизеринца и отступила, осторожно смотря на него. Она


опустилась на колени и начала собирать свои вещи обратно в сумку. Драко стоял позади
неё, не зная, что делать. Он оглянулся и увидел студентов, начинающих выходить из того
же класса, из которого вышла Панси. Малфой подумал, что это, должно быть, её группа по
Чарам, о которой она однажды упомянула.

Драко отступил от Гермионы. На секунду она замерла и слегка повернулась, чтобы


посмотреть на него через плечо. Он ничего не смог прочесть в этом взгляде. Драко это
раздражало. Он мог понять мысли кого угодно, но Гермиона… она - загадка.

- Увидимся позже, в библиотеке,- пробормотал он, когда еще несколько человек


заинтересованно посмотрели в их сторону.

Гермиона молча кивнула головой, и Драко ушел. Он спешно миновал двери библиотеки,
зная, что если остановится, то точно зайдет внутрь и дождется её. Но он был Малфоем, а
Малфои не должны никого ждать. Драко с беспокойством осознавал, что будет ждать её
вечно, если она попросит. Однако он не совсем точно понимал, что же это значит. Драко
шел по коридору, не оглядываясь. Невыносимая мысль застилала его разум: кому же
расскажет Панси? Драко был сказочно популярным слизеринцем, посмеет ли она
распускать о нем слухи? Он знал, что посмеет. Панси была невероятно зловредна. Что
скажут другие слизеринцы, когда узнают, что Драко встречается с Гермионой? С
магглорожденной?
Он с ней встречается? Драко не был уверен. Он знал, что ничего не чувствует к Панси. Хотя
не так давно лишь одна мысль о чувственных изгибах её тела не давала спать по ночам.
Но что всё это значило?..

Малфой направился в подземелья, прямо в гостиную Слизерина. Драко знал,


бессмысленно отрицать, что он привлекает гриффиндорку. Раньше он мог прогнать свои
чувства так же просто, как мог и использовать их против Поттера, потому что он искренне
презирал очкарика с его слишком правильным поведением. Или, например, можно было
бы воспользоваться ситуацией и позлить Люциуса. Но теперь, перешагнув порог гостиной
Слизерина, Драко знал, что все гораздо сложнее. Даже сейчас, когда портрет закрылся за
его спиной, ему приходилось бороться с желанием развернуться и пойти в библиотеку, к
ней. Драко знал, что все это нелепо, у них все равно ничего не выйдет. Из печальных
историй о романах волшебников, которые иногда читала его мать, можно было легко
понять – любые отношения с Гермионой ни к чему не приведут. Но почему он не может
просто выбросить её из головы?

Драко сел на край постели и уставился в пол. Что делать с Панси? Что она скажет
остальным? Погубит ли она его здесь, в Хогвартсе? Он соскочил с кровати и стал
вышагивать взад-вперед по комнате.

«Не то чтобы я заботился о ней или что-нибудь еще, она просто девчонка, к тому же
магглорожденная». Но Драко знал, что обманывает себя. Он был почти готов убить Панси
за то, что та угрожала Гермионе. Однако он практически не сомневался, что Гермиона бы
выстояла одна против Панси. Вполне возможно, она бы постояла за себя даже против
самого Драко, Гермиона была очень сильной ведьмой. Он воспринимал её на равных. Это
была честь – он не мог припомнить ни одного человека, о ком мог бы сказать то же самое.
Она постоянно занимала все его мысли, и Драко осознал, что пытается подходить под те
стандарты, которых не знал раньше. Стандарты, где он не был жесток, где начинал
задумываться, к каким последствиям могут привести его действия. Драко снова лег на
кровать и, потерявшись в своих мыслях, стал разглядывать на балдахин.

***
- Рада, что ты наконец-то решил прийти и помочь.

Драко закрыл за собой дверь и проигнорировал её. Она оглянулась, чтобы посмотреть на
него. Гермиона сидела в том кресле, которое, казалось, очень полюбила.

- У меня были дела, Грейнджер, - произнес Драко холодно, обходя стол и присаживаясь с
другой стороны.
Он заметил, что гриффиндорка слегка напряглась, но больше ничего ему не сказала.
Драко взял ближайшую книгу и постарался погрузиться в работу. Он никогда не мог
сказать что-нибудь путное, когда она рядом.

Драко полностью сосредоточился на своих записях. Если он остановит взгляд на


огромном свитке перед ним, тогда, возможно, ему не придется смотреть на неё. Сначала
время тянулось медленно, их взаимное молчание казалось оглушающее громким, но чем
дольше они работали, тем проще им становилось. Тишина казалась менее зловещей.

- Я думаю, ты права, - неожиданно сказал слизеринец, глядя поверх книги.

Гермиона заинтересованно наклонилась вперед, Драко положил книгу перед собой и


начал читать.

- «Темные силы захватили контроль над Министерством, несмотря на наши отважные


усилия предотвратить это. Я переживаю за моего сподвижника, который находится в
отставке, я могу только молиться, чтобы те, кто оказался недалеко от стычки, смогли
избежать зачистки. Эти Министерские овечки с готовностью подписали разрешение на
массовое убийство. Но что же с остальными? Неужели я остался совсем один? Я могу
лишь надеяться, что мои исследования не оказались бесполезными».

Драко перестал читать и посмотрел на Гермиону:

- Что он подразумевал под «его исследованиями»?

- Я не уверена, - задумчиво сказала девушка, - но это может быть связано кое с чем… - она
выложила тексты, с которыми работала. - Сначала я не понимала, что тут написано.
Списки странных вещей... Но сейчас я начинаю догадываться. Вот, например, как здесь:
wormswood и night-thistle, перевод не совсем точен, но я практически уверена, что это
«полынь обыкновенная» с латыни.

- Ингредиенты для зелья? - спросил Драко


- Я думаю, это книга заклинаний, - мягко сказала Гермиона. - И, скорее всего, не только
заклинаний.
Драко взял у неё книгу и начал читать.

- Я не узнаю ни одного заклинания или зелья. Есть, конечно, некоторые компоненты,


которыми мы пользуемся сейчас, но как на счет всего остального?

Гермиона вздохнула и откинулась на спинку кресла.

- Я просто не могу понять, что он делает со всем этим. Половина комбинаций даже не
сработает! И здесь же у него списки ингредиентов, написанные снова и снова, с
некоторыми изменениями. Чем же он занимался? - пробормотала она в замешательстве.

Драко продолжил просматривать книгу, пока Гермиона нервно кусала губу. Он ничем не
мог помочь, но чувствовал, что было здесь что-то важное, что-то особенное... Вот только
что именно?

- Я думаю, - медленно проговорил Драко, пока идея формировалась в его голове, - что он
разрабатывал свои собственные заклинания. Он упомянул о исследовании в одном
журнале, возможно, это была его должность в Рыцарях. Действительно, разве сможет
старый Арифмантик напасть так же, как это сделает кто-нибудь другой, сражаясь с
темным магом?

Глаза Гермионы расширились.

- Ты думаешь, это то, о чем говорил директор? Он знал, что О Леари написал собственные
книги заклинаний? - заинтересовалась Гермиона.

Драко нахмурился.

- Я сомневаюсь, что он доверил бы что-то столь важное паре студентов.

- Ну, Гарри считает, что директор таким образом смотрит на что мы способны, он любит
проверять нас, - произнесла Гермиона гордо.
Драко не был уверен, кем она гордится больше, Поттером или собой.

- Что ж, если это на самом деле так, то старый глупец даже более сумасшедший, чем я
подозревал.

- Драко... - быстро предупредила она, но её тон был спокойным.

Малфой ухмыльнулся, довольный тем, что догадался раньше неё. Это не было
соревнованием, но Драко привык быть самым умным среди своих друзей. Конечно,
квашеный тритон умнее Кребба и Гойла. Панси, например, любила преподносить себя
недалекой девицей. Но слизеринец понимал, что нужно было иметь недюжий ум, чтобы
так обводить всех вокруг пальца. Он слегка сморщился при упоминании о ней. Может
быть, она сейчас в Большом Зале рассказывает всем про Драко и Гермиону? Не то, чтобы
ей действительно было, о чем рассказать... Она же не видела их целующимися в том
коридоре. Драко поймал себя на том, что начинает сомневаться, какой из вариантов был
бы лучше. Если бы его застали за поцелуем с ней, он мог бы объяснить, что это всего лишь
уловка, чтобы добраться до Поттера. Однако Панси не поймала его в компрометирующем
положении, они просто были одни в коридоре. Но Панси не могла вспомнить такой
случай, чтобы Драко защищал кого-либо столь же яростно, как защитил Гермиону. Да и
сам он не был уверен в том, что когда-нибудь так выходил из себя.

- Драко?

Он оглянулся и заметил её взволнованный взгляд.

- Что? - резко спросил слизеринец, чувствуя себя так, будто его застали за чем-то очень
нехорошим.

- Ничего... Просто такое ощущение, - она замолчала, обдумывая то, что собиралась
сказать, - что ты очень далеко отсюда. На секунду мне так показалось.

Драко почувствовал, что улыбается без особой на то причины. Он прошел мимо стола и
взял её за руку. Она была намного меньше, но, казалось, очень подходила к его
собственной. Взяв её ладошку в свою, он начал водить пальцем по многочисленным
тонким линиям. Девушка немного напряглась, и Драко заметил, что она начала
стремительно краснеть. Гермиона сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Он
ухмыльнулся.
- Это, моя дорогая, - начал слизеринец тихим загадочным голосом, звучащим точь-в-точь
как у профессора Трелони, - линия твоей жизни. Боже мой, тебе предстоит очень долгая
жизнь, какая жалость. Тем не менее, я все равно вижу несчастье на твоем пути. Ох, что
это? Что? Симпатичный незнакомец, блондин… какой мужчина!

Гермиона начала посмеиваться, но не убирала руку, чтобы он мог продолжать.

- А вот это - линия твоего сердца... Другими словами, путь к нему, - его голос неожиданно
затих, и Гермиона потянула руку обратно.

Она не могла определиться, восхищаться ей или беспокоиться. На несколько секунд


Драко потерял дар речи. Он знал, что лучше держать язык за зубами, нежели сказать
какую-нибудь чушь.

Внезапно Гермиона встала.

- Я… я лучше пойду. Я обещала Гарри и Рону, что проверю их домашнюю работу по


Трансфигурации.

Девушка начала собирать свои вещи. Драко тоже встал и собрал сумку. Он последовал за
ней, и они вместе покинули библиотеку, не говоря ни слова, находя обоюдное молчание
вполне уместным. У самых дверей она взглянула на него:

- Драко, - начала она, но была прервана.

- Гермиона!

Они вместе оглянулись и увидели приближающихся к ним Гарри и Рона, все еще одетых в
квиддичную форму. Они остановились в нескольких футах, когда заметили Драко.

- Малфой, - холодно произнес Поттер.


Драко боялся, что Гермиона разозлиться. С её стороны послышались звуки, как будто она
пыталась что-то сказать, чтобы остановить назревающий конфликт. С мольбой в глазах
она посмотрела на него, на своих друзей, а потом снова на Драко.

- Поттер, Уизли, - невозмутимо ответил слизеринец, потом кивнул головой в сторону


гриффиндорки перед тем, как развернуться и покинуть удивленных Гарри, Рона и весьма
довольную Гермиону.

Глава 19. Снова в Больничное Крыло.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

- Ох, берегись, Гарри! - отчаянно закричала Гермиона, несмотря на то, что её возглас
затерялся в реве толпы.

Гарри пролетел под одним из загонщиков Когтеврана и резко затормозил, успев


увернуться от бладжера, который преследовал его.

Гермиона вздохнула с облегчением и снова села рядом с Джинни. У неё была лишь
секунда, чтобы восстановить дыхание, прежде чем молниеносный пас одного из
охотников заставил их с Джинни снова соскочить с мест и закричать Рону:

- Берегись! Он приближается!

Но ему не понадобились их предупреждения, поймав мяч, он со скучающим видом


отправил его обратно.

- Игра начинает затягиваться, - сказала младшая Уизли, сев обратно на свое место.

- Я думаю, это одна из самых долгих игр в Хогвартсе за последние тридцать лет, - ответила
Гермиона, поглядывая на часы. Солнце уже начинало садиться за деревья, тогда как игра
началась рано утром.
- Гарри давно мог бы победить, мы видели снитч уже два раза, но он просто не хочет
обыгрывать Чжоу, - мрачно пробормотала Джинни.

Гермиона осторожно взглянула на подругу.

- Я не думаю, что он делает это специально, - на самом деле, Гермиона была уверена, что
Гарри спосбен выиграть даже матч международного уровня. - Возможно, он просто дает
ей шанс, - предположила она достаточно правдоподобно.

Не слишком впечатлившись, Джинни сурово посмотрела на Чанг, когда та пролетела


мимо.

- Понятия не имею, что он в ней нашел, - тихо проворчала девушка. И, взглянув на


Гермиону, добавила:

- Не то, чтобы меня это беспокоило…

Гриффиндорка оставила её реплику без комментариев. Джинни пришлось постараться,


чтобы перестать поклоняться Гарри, но Гермиона часто спрашивала себя, как далеко ее
подруга смогла в этом продвинуться. Было очевидно, что она до сих пор по уши влюблена
в него, а бедный Гарри просто ничего не замечает. У Гермионы не было свободного
времени, чтобы вникать в отношения своих друзей. Она была занята школой,
арифмантическим проектом, и, пожалуй, Драко.

Неожиданное объявление о том, что Фред чуть не столкнулся с охотником Когтеврана,


заставило девушек вскочить на ноги.

- Знаешь, он опять смотрит на тебя, - прошептала Джинии, когда они сели обратно.

- Что? Кто смотрит? - в замешательстве спросила Гермиона.

- Малфой, конечно. И не говори мне, что ты не заметила, - Джинни недоверчиво


взглянула на Гермиону и разраженно вздохнула. - Ты безнадежна! Он вон там.
Гриффиндорка проследила за направлением, которое указала Джинни, и увидела Драко,
сидящего в противоположной секции. Слизеринец явно наблюдал за ней.

- Что ему нужно? - спросила Джинни угрожающим тоном.

- Понятия не имею, - тихо ответила Гермиона, пытаясь поймать его взгляд. Слизеринец
резко встал и начал спускаться по лестнице, остановившись в самом низу, чтобы еще раз
требовательно посмотреть на неё.

- Джинни, я скоро вернусь.

- Что? А как же игра? - Джинни схватила Гермиону за руку.

- Я скоро, - повторила Гермиона уже тверже и освободила свою руку.

Оставив разочарованную девушку одну, Гермиона последовала за Драко. Он обогнул


трибуны и встал в ожидании гриффиндорки, небрежно прислонившись к перилам.
Добравшись до него, Гермиона не могла точно понять, улыбался он ей искренне или же
самодовольно ухмылялся. Она подошла к нему, ожидая, что он заговорит, но вместо этого
Драко лишь поправил выбившуюся прядь её волос и притянул ближе, чтобы поцеловать
её.

- Что ты делаешь? - удивленно спросила Гермиона, отпрянув от него. - Вся школа здесь, ты
с ума сошел?

Сейчас было очевидно, что Драко ухмылялся.

- Я бы не стал беспокоиться, все твои гриффиндорские дружки смотрят игру.

- А как на счет вашего маленького слизеринского гадюшника? Где они все ползают? -
передразнила его Гермиона.

Драко ухмыльнулся:
- Болеют за Когтевран, я бы сказал так.

- Чего ты хочешь, Драко? - казалось, девушка была в гневе.

- Ну, - Малфой приблизился к ней, - отрывки из книг, которые я вчера перевёл, не


содержали никаких рецептов зелий. Вместо этого там было несколько заклинаний - чары,
я думаю, но я не уверен.

- Правда? - восхищенно спросила Гермиона. Все это время в книгах О Леари им


встречались только зелья. Ребята были весьма удивлены, выяснив, что О Леари создавал
собственные зелья. Но изобретение заклинаний? Это было слишком необычно.

- Я полагаю, нам нужно отправиться в библиотеку и поработать над этим, - закончил


Драко.

- Сейчас? Но я не могу. Идет середина матча.

Серебряные глаза слизеринца потемнели, и он нахмурился.

- Ты знаешь, что твой святой Поттер поймает снитч, даже если он так бездарно тратит
время. Едва ли я вижу смысл оставаться.

- Я должна остаться и поддержать Рона и Гарри, - резко ответила Гермиона.

- Не похоже, чтобы они заметили, что ты ушла. Боюсь, им всё равно... - сказал ей Драко
холодно.

Гермиона в ярости уставилась на него. Они стали повышать голоса, поэтому девушка
осмотрелась, чтобы убедиться в том, что они всё ещё были одни. Повернувшись обратно к
Малфою, она тихо произнесла:

- Я собираюсь пойти и досмотреть с Джинни игру. После этого я приду в библиотеку, при
условии, что ты перестанешь говорить вещи, которые будят во мне непреодолимое
желание запустить заклятьем в твою высокомерную физиономию.
Взгляд Драко становился всё свирепее.

- И что прикажешь мне сейчас делать, Грейнджер?

- Не знаю, - Гермиона отвернулась от него, - почему бы тебе не придумать другую


ловушку, чтобы остаться со мной наедине?

***
Эйфория от победы в матче еще не начала угасать в башне Гриффиндора, когда Гермиона
собрала свои книги и направилась в библиотеку. После еще одного часа игры, Гарри
наконец-то совершил судьбоносный нырок, который заставил всех в ужасе соскочить со
своих мест только ради того, чтобы посмотреть, как в самую последнюю секунду он
выравнивает метлу и ловит снитч. Когда Гарри жал руку Чжоу, нещадно краснея, Джинни
была в таком гневе, что Гермиона не многим от неё отличалась. Малфой так нервировал
её. Он действительно думал, что она бросит всё, стоит ему только попросить.

- Гермиона? Ты уходишь?

Она остановилась, собираясь уже открыть портретный проем.

- Всего лишь на некоторое время, Гарри, - сказала она, смотря через плечо на своего
друга, всё ещё одетого в алую форму.

- Опять Малфой? - он постарался спрятать неодобрение в своем голосе.

- Дело не только в Малфое, книги действительно ценные. Они очень важны для меня, -
ответила Гермиона, борясь с желанием просто выскользнуть за дверь и уйти от этого
проклятого разговора.

Гарри скрестил руки на груди, как это обычно делала Гермиона.

- И он тоже важен для тебя, не так ли?


Девушка покраснела и уставилась в пол, пытаясь найти такие слова, которые могли бы
объяснить, что именно она чувствовала к Драко. Сколько раз она хотела просто бросить
всё и уйти, но потом понимала, что единственное, чего она хочет, это быть рядом и
разговаривать с ним.

- Да, - наконец прошептала она, - да, я думаю, важен.

Гарри начал говорить что-то, но Гермиона так и не поняла, какова была его первая
реакция. Через портрет вошли Фред и Джордж, нагруженные сладостями с кухни.
Гриффиндорцы сразу окружили их около входа, и Гермиона потеряла Гарри из виду.
Решив, что сейчас наилучшая возможность уйти, она повернулась и стала пробивать себе
путь через толпу в коридор.

Сквозь арочные окна, которые она миновала, девушка могла видеть мерцающие звезды.
Она никогда не знала точного расположения Хогвартса, но подозревала, что это была
какая-то возвышенность. Звезды никогда не казались такими близкими через окна её
дома, а здесь, Гермиона иногда думала, что стоит ей потянуться немного дальше, и она
сможет сорвать одну из них прямо с неба. Такие причудливые идеи, как срывание звезд с
открытого неба, посещали её нечасто, но в такую ночь было просто невозможно
остановиться.

Вблизи от Запретного Леса дул леденящий ветер, шевеля верхушки старинных деревьев.
Снег мягко укрывал землю, отражая звездное свечение. Гермиона плотнее запахнула
пальто и продолжила свой путь в библиотеку.

Несколько студентов до сих пор задержались среди нечеткого очертания книжного


хранилища. Но никто не обратил внимания на гриффиндорку, когда она отправилась в
безлюдное пространство в конце библиотеки, а затем вверх по маленькой лестнице.
Когда она бесшумно преодолела потайной коридор, который вел в их комнату, несколько
оставшихся студентов отправились с Мадам Пинс к выходу.

Гермиона замерла, положив руку на старую бронзовую дверную ручку, и задержала


дыхание. Затихающие внизу голоса потерялись в скрипе закрывающихся парадных
дверей, и в этот момент девушка потянула ручку на себя.

Она не услышала произнесенного заклинания, которое отбросило её назад к перилам с


невероятной силой. Гермиона потрясенно лежала, некоторое время не в состоянии
прийти в себя. Яркий свет, ударивший в неё, всё ещё сверкал перед глазами. Она
попробовала потрясти головой, чтобы избавиться от него, но это не помогло.
- Гермиона? - услышала она сквозь жгучую боль в голове,- Гермиона, ты в порядке?

Она моргнула, и оказалось, что свет потускнел настолько, что она смогла увидеть
обеспокоенное лицо Драко.

- Что ты сделал?

- Ты в порядке? Можешь встать? Какого черта ты полезла открывать эту дверь? - Малфой
был еще бледнее, чем обычно.
Гермиона зажмурилась, стараясь избавиться от света, который, как ей казалось, всё ещё
сверкал вокруг неё.

Резкая боль пронзила её голову так, что девушка мгновенно почувствовала слабость.

- Чем ты тут занимался? - спросила она, слегка просвистывая звуки из-за сломанного зуба.

- Я устал тебя ждать и решил попробовать применить несколько заклинаний, про которые
говорил, - Драко, встав на колени около неё, старался помочь ей подняться.

- Итак, ты решил испытать их на мне? - огрызнулась она и почувствовала, как из ранки на


лбу тонкой струйкой по щеке течет кровь.

- Ну, ты итак всегда была не совсем здорова, чтобы тебе это могло чем-то навредить, -
сказал Драко, когда наконец-то помог ей встать.

Гермиона всего на секунду смогла самостоятельно удержаться на ногах, после чего


потеряла равновесие и обессилено начала оседать на пол. Слизеринец быстро поймал её
и взял на руки.

- Всё, я несу тебя в больничное крыло, - твердо сказал Драко, слегка убаюкивая её.

- Мне не нужно в больничное крыло, - так же твердо ответила девушка, безуспешно


пытаясь высвободиться из его объятий.
- Конечно, не нужно! У тебя ведь по жизни подкашиваются ноги, и ты всегда истекаешь
кровью! Это так... гриффиндорская традиция, - Драко не стал её отпускать.

- Ой, заткнись, Малфой, - пробормотала Гермиона сердито.

***
- Я думаю, это было что-то вроде оглушающего заклятья, - задумчиво произнес Драко,
смотря в потолок.

Гермиона взглянула на него с постели.

- Что ж, оно отлично сработало, учитывая то, что ты никогда раньше его не использовал.

- Извини, что из-за этого ты чуть не потеряла сознание. Но я думал, это заклятье должно
вызвать только свечение, на подобие люмоса. Откуда мне было знать, что оно опасно. И
тем более, что ты вовремя откроешь дверь, - Драко присел на соседнюю кровать и
посмотрел на девушку.

Гермиона натянула одеяло повыше, чувствуя себя слишком обнаженной в больничном


халате.

- Я знаю, ты сделал это не специально. Однако я думаю, теперь, когда мы будем


практиковать заклинания, стоит делать это на улице.

Драко соскользнул с кровати и, подойдя ближе, навис над ней.

- Правда? Ты всё ещё хочешь их испытывать, даже после того, что случилось? Знаешь, а
ведь могло бы быть и хуже. Я думал, что перевел все вполне точно, чтобы просчитать все
возможные результаты.

- Ну, - задумалась она, - свечение все-таки было.

- Точно, - согласился Драко.


Гермиона взглянула в сторону кабинета Мадам Помфри. Конечно, с девушкой всё будет в
порядке. Они сказали, что Гермиона просто упала, хотя и не были уверены, поверили им
или нет, но школьная медсестра всегда больше была обеспокоена ранами, нежели
обстоятельствами, которые послужили им причиной.

Драко пристроился на краю её кровати и ухмыльнулся, глядя на Гермиону сверху вниз.


Такое поведение слизеринца часто тревожило её. Она постаралась отползти подальше, но
места на узкой кровати больше не оказалось.

- Мадам Помфри очень разозлится, если узнает, что ты всё ещё здесь, - быстро сказала
Гермиона, опасаясь темноты в комнате и того, что на ней был только больничный халат.

- Эта назойливая медсестра меня не беспокоит. В любом случае, услышать что-либо через
стены её кабинета практически невозможно. На третьем курсе мы с Крэббом заколдовали
несколько больничных уток так, чтобы они везде преследовали того малолетнего идиота,
который вечно носится с камерой. Они с таким звоном лязгали обо все стены, даже
стучали по её кабинету, но Мадам Помфри не услышала ни звука. Это было очень весело,
- Драко рассмеялся.

Гермиона неодобрительно смотрела на него, но злиться не могла. Она бы никогда никому


не призналась, особенно Малфою, что однажды сама наложила на Колина заклятье. Он
всегда преследовал их, мешался под ногами, фотографируя Гарри. Однажды он даже
опрокинул целый пузырек фиолетовых чернил Лаванды на её домашнюю работу по
Чарам...

Подняв руку, она прикоснулась к едва заметной опухоли на лбу. Мадам Помфри уже
вылечила порез, и гриффиндорка чувствовала себя нормально. Она считала, что нет
необходимости оставаться в больничном крыле на ночь, но медсестра настояла на
обратном. Комната была пуста, она укрывала их приятным полумраком, сквозь который
Драко смотрел на Гермиону таким взглядом, от которого у неё всегда подкашивались
колени.

- Драко, - начала она, но остановилась, когда он наклонился, чтобы поцеловать её. Его
рука слегка погладила её лицо. Её часто удивляло то, каким нежным мог быть Малфой. Её
дыхание начало учащаться и он придвинулся ближе, другой рукой пытаясь найти её руку.
Место, где Драко провел подушечками пальцев, покрылось мурашками, прежде чем он
накрыл её ладонь своей.
- Отвали от неё!

Сразу за оглушительным воплем показалось рыжее пятно, которое сшибло Драко на пол.
Гермиона с ужасом увидела, как Рон наносит удары Драко прямо по лицу.

- Прекрати, Рон!- кричала она изо всех сил, выпутываясь из больничного одеяла.

Рон не обратил никакого внимания на Гермиону и продолжил избивать Драко, который


был так ошарашен, что, казалось, и не собирался ничего предпринимать, чтобы бороться
с взбешенным Уизли.

- Рон! - Гермиона спрыгнула с кровати и схватила его за руку прежде, чем он успел
нанести еще один удар. - Рон, остановись!

- Остановиться? - гриффиндорец посмотрел на неё в замешательстве. - Но он же напал на


тебя!

Гермиона неистово покраснела и только сейчас заметила Гарри, стоящего в нескольких


шагах от её постели с настороженным видом.

- Нет, он не нападал на меня,- наконец прошептала она.

- О чем ты говоришь? - тихо спросил Рон, разрываясь между яростью и потрясением.

- Я... - Гермиона перевела взгляд с Рона на Драко, который пристально смотрел на неё, не
замечая струйку крови, сочащуюся из разбитой губы.

Луч света внезапно пронзил тьму в больничной комнате. Мадам Помфри стояла на пороге
своего кабинета и гневно смотрела на них.

- Что, скажите на милость, здесь происходит? Драка? В школе запрещено драться!

Рон отступил от Малфоя, и Гермиона заметила, что он немного прихрамывал.


- Мисс Грейнджер, обратно в постель. А вы будете наказаны. Все трое.

Никто из парней не спорил, в ярости медсестра, казалось, могла спалить их взглядом.

- Что с твоей ногой? - спросила она Рона.

- Я подвернул лодыжку, пока показывал Дину, как я отбил сегодня квоффл, - пробормотал
Уизли.

- Ясно, в мой кабинет. У тебя, - она повернулась к Драко, - серьезный порез на губе, туда, в
ту комнату, жди меня.

Драко посмотрел на Гермиону и пошел в маленькую комнату, очевидно служащую


кладовой.

- И мистер Поттер, это было бы не больничное крыло, если бы вы не явились. Итак, что на
этот раз? - резко спросила Мадам Помфри.

- Ничего, я только помог Рону добраться сюда, - ответил ей Гарри.

Медсестра кивнула и указала на дверь.

- Вон, - было всё, что она сказала, и Гарри развернулся и быстро вышел из комнаты.

Медсестра посмотрела на Гермиону и задернула ширму около её постели.

Девушка лежала, смотря в потолок, искренне желая никогда не покидать больничное


крыло. Что Рон и Гарри скажут ей завтра? А еще хуже, что скажет Драко? Она помнила,
как он отреагировал, когда Панси увидела их одних в коридоре, хоть это и было вполне
безобидно. Но это вышло за рамки обычного… Заснуть Гермиона смогла еще очень
нескоро.
Глава 20. Новости от Панси.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

Зима подходила к концу. Растаял последний снег, однако холода не хотели оставлять
земли Хогвартса. Солнечный свет, пробивающийся сквозь деревья, не очень-то и
согревал, но Драко всё равно пребывал в отличном расположении духа.

- Вот, попробуй так, - Малфой наклонил вправо кисть Гермионы, в которой она держала
палочку. - Теперь скажи это снова.

Девушка сконфуженно взглянула на него и повторила заклинание. Она мелодично


произносила слова, которые, казалось, надо было напевать, а не проговаривать. Зелёный
туман, больше похожий на дым, чем на что-либо ещё, выстрелил из палочки
гриффиндорки и проник в землю под её ногами. Драко и Гермиона, затаив дыхание,
наблюдали, как вокруг туфлей девушки стали виться крошечные ростки зелёной травы.
Пока они с трепетом смотрели на происходящее, маленькие побеги травы стали увядать,
после чего и вовсе засохли.

- Печально, - мгновение спустя произнесла Гермиона. - Мы вдохнули в них жизнь, но


сейчас на улице слишком холодно. У меня такое ощущение, как будто я предала их в
каком-то роде…

Драко изумлённо посмотрел на неё.

- Гермиона, это всего лишь пара травинок.

Девушка нерешительно взглянула на него и села на огромный камень. Вокруг неё были
разбросаны книги и свитки пергамента. Драко наблюдал за тем, как гриффиндорка
стянула перчатку и стала рыться в своей сумке в поисках пера. Она огорченно вздохнула и
стала искать еще более тщательно. Блондин пошарил в карманах своей мантии и достал
чёрное перо.
- Лови! - крикнул он Гермионе, подбрасывая перо. - И что ты вообще делаешь?

- Записываю это заклинание в список полезных.

- Оно не кажется мне особенно полезным, - Драко посмотрел на древнюю книгу в своей
руке и на заметки, которые сделал сам. - От этого заклинания всего лишь выросла трава.

- Честно, - Гермиона сосредоточенно посмотрела на юношу, - всё то, что не вызывает


грохот и огонь, кажется тебе бесполезным. Все мальчишки одинаковы, что в
Гриффиндоре, что в Слизерине.

- Неправда, мне понравилось то заклинание, которое ты произносила до этого. То,


которое заглотило твою мантию.

Гермиона покраснела и быстро отвернулась.

- Но ведь это очень важное заклинание, если оно помогает растениям прорастать
быстрее. Только представь, что профессор Спраут может сделать с его помощью?

Драко всё ещё улыбался воспоминанию о Гермионе почти лишившейся своей мантии.

- Я полагаю, если бы профессор могла выращивать растения быстрее, ты бы не провела


так много времени в Больничном Крыле на втором курсе.

Гермиона удивлённо подняла глаза.

- Откуда ты знал?

- Все знали. Фактически вся школа ударилась в панику из-за этой истории с Наследником
Слизерина, - ностальгическая улыбка мелькнула на лице Малфоя.

Девушка раздражённо посмотрела на него.


- Что ж, это всегда полезно - держать на крючке своего врага, - произнёс Драко.

Гермиона скрестила руки на груди и пристально посмотрела на парня.

- Не то, чтобы ты мне нравилась тогда или что-то ещё, - нервно добавил Малфой. Под ее
пристальным взглядом Драко начинал чувствовать себя крайне неловко.

- Сейчас я тебе нравлюсь? - Гермиона до сих пор смотрела на него, а её голос был очень
тихим.

Драко встретился с ней взглядом в попытке придумать ответ. Он не мог признаться и


сказать гриффиндорке, что она ему нравится. Он сам не был полностью уверен в этом.
Драко знал, что часто думает о ней, но было ли это тем, о чём спрашивала Гермиона?

- Я думаю, следующим надо попробовать это заклинание, - сказал он, неожиданно


вставая и захлопывая зажатую в руке книгу.

Геромиона проследила за ним взглядом и кивнула. Драко отвернулся и стал снова и снова
повторять заклинание. Он старался не замечать, что улыбка, практически весь день
освещавшая лицо девушки, погасла, а сверкающие и широко открытые глаза стали
непроницаемыми.

Драко мысленно пнул себя. Он никогда не знал, что сказать. С большинством девушек он
был образцом спокойствия и хладнокровия, но рядом с Гермионой он часто чувствовал,
что лучше всегда держать язык за зубами. Но, правда, чего ещё она ожидала? Что он
упадёт на колени и признается в вечной любви или в чём-нибудь столь же невероятном?
Драко скорее поцелует соплохвоста, чем сделает что-нибудь из этой нелепой
романтичной чепухи, о которой всегда мечтала Панси. А теперь Гермиона просила его о
том же. Разве нет? Малфой не был уверен в том, чего она хотела.

Грейнджер снова села и начала просматривать свои записи.

- Да, я думаю, мы можем попробовать это заклинание, если ты хочешь. Что означает его
перевод?

Драко с облегчением углубился в свои заметки.


- Вечно-зеленый.

- И это твой перевод? - Гермиона скрестила руки на груди, - Не слишком точно, не так ли?

- Записи были запачканы кляксами, - сказал Драко в свою защиту. - В любом случае, мы
узнаем, что оно делает, буквально через минуту! - быстро добавил он, уж слишком сильно
Гермиона напоминала профессора МакГонагалл в этот момент.

Малфой достал из кармана палочку и огляделся в поисках подходящей цели. Рядом с


камнем, на котором сидела Гермиона, был маленький сухой куст, не переживший
суровую зиму. Драко самодовольно ухмыльнулся и указал палочкой на куст.

- Inligo!

Некоторое время ничего не происходило. Не было ни вспышки из палочки, ни снопа искр,


ничего. Драко нахмурился. Внезапно раздался какой-то шум и куст дёрнулся. Гермиона
широко раскрыла глаза, немного отодвинулась от куста и стала недоверчиво следить за
происходящим. Это было очень мудро с её стороны, так как куст опять совершил рывок и
начал разрастаться во всех направлениях. Мёртвые, голые ветки достигали всего.
Гермиона ахнула и забралась на верхушку камня. Но ползущие ветки настигли её и
обхватили за лодыжку. Девушка отчаянно пыталась освободить ногу, но это казалось
невозможным. К ней подбиралось всё больше и больше веток, Гермиона в страхе
закричала.

- Finite! Finite Incantateum! - заорал Драко, наконец придя в себя и бросаясь на помощь
Гермионе.

Кустарник хоть и не отступил, но прекратил ужасающе надвигаться на девушку. Девушка


попыталась выдернуть ногу из захвата, но ветки сжимали ее слишком крепко.

- Вот, - Драко достал небольшой чёрный предмет из кармана, который потом оказался
маленьким раскладным ножиком. Он с лёгкостью отрезал сухие ветки и помог Гермионе
слезть с камня.

- У тебя есть нож? - удивленно спросила она.


- Люциус всегда считал, что надо быть готовым ко всему. Никогда не знаешь, в какой
момент можешь остаться без палочки, и представится отличная возможность
использовать его, - Гермиона сузила глаза, и Драко поспешил сменить тему. - Что ж, это
заклинание можно считать полезным.

- О, да, безусловно. Мне безумно понравилось, как этот куст пытался съесть меня. Очень
воодушевляюще! - огрызнулась Гермиона.

- Не страшно, он бы не смог съесть тебя, у него нет рта. Он бы просто поглотил тебя и
расщепил на части, - Малфой ухмыльнулся.

- Это, конечно, очень утешает, Драко, - Гермиона только на мгновение смогла удержать
хмурый взгляд, прежде чем всё-таки улыбнуться ему.

Девушка начала очищать подол своей мантии от остатков сухих веток, но внезапно
остановилась и нахмурилась. Был слышен приближающийся гул голосов. Драко смотрел,
как она снова забирается на камень и внимательно вглядывается вдаль. Гермиона
наклонилась и, схватив сумку, быстро соскочила с камня.

- Что ты делаешь?- спросил Драко.

- Шшш... Они услышат тебя, - Гермиона быстро собирала вещи. Закончив, она взяла Драко
за руку и повлекла за собой. Голоса, тем временем, слышались отчётливее.

- Кто услышит?

- Рон и Гарри, они идут сюда, - Гермиона затащила Драко за огромное дерево в
нескольких шагах от Запретного Леса.

- И что? Чудо-мальчик Поттер и его дружок знают, что мы проводим время вместе. Или
они такие тугодумы, что только сообразили? - Драко чувствовал себя оскорбленным.

Ему не очень-то хотелось скрываться от Поттера или Уизли.


Осматриваясь, Гермиона выглядывала из-за ствола дерева, а затем повернулась и
пристально взглянула на Малфоя.

- Конечно, они знают, но после того случая в Больничном Крыле, я стараюсь не


напоминать им об этом, - сказала она. - Кроме того, я думаю, Рон еле сдерживается,
чтобы не высказать тебе всё, что он думает, - пробормотала Гермиона.

- После того случая? Что ты имеешь в виду под случаем? Ты говоришь так, будто это было
чем-то вроде неправильного ответа по твоей домашней работе, - Драко обиженно
посмотрел на неё.

- Ничего особенного, - прошептала гриффиндорка, звук шагов уже был слышен недалеко
от них.

- Ничего особенного? Конечно ничего, твои замечательные маленькие друзья каждый раз
ловят тебя, целующуюся с врагом. Могу поспорить, они были взволнованны, наверное,
даже закатили вечеринку в честь тебя, потому что ты доказала, что не такая уж приличная
девочка, как все думают, - Драко был в бешенстве.

- Драко, пожалуйста, потише! - отчаянно прошептала Гермиона. - Они услышат тебя...

- Меня это не волнует! - рявкнул он. Малфой схватил её за руки и толкнул к дереву. Он
был так зол, что едва мог видеть её. Драко с жадностью накинулся на губы девушки. Его
руки крепко сжали запястья Гермионы и он всем телом навалился на неё, прижимая к
дереву. Краем сознания он мог слышать беседу Поттера и Уизли, уже находящихся в
нескольких шагах от них. Но Драко не отпускал Гермиону. Он сильнее сжал девушку,
целуя ее так же, как и в первый раз. Услышав, как гриффиндорка захныкала, Малфой
резко остановился и отпустил её. Он отступил на шаг и взглянул на девушку.

Гермиона прижималась к дереву. Её полные страха глаза были широко открыты. Драко
внезапно осознал, что он наделал. Застёжка на её мантии была оторвана и ткань криво
лежала на плечах. Красно-желтая кофта, которую она носила под мантией, была порвана.
Драко осознал, что его руки блуждали по телу Гермионы. Он снова посмотрел в её глаза и
увидел, что они полны слёз. Он хотел что-то сказать, хоть что-нибудь, что могло бы
успокоить ее, но горло внезапно пересохло.

Слезинка скатилась по щеке, оставляя на ней влажный след. Гермиона неровно вздохнула
сквозь искусанные губы. Она оттолкнулась от дерева и медленно обошла Драко, стараясь
не касаться его. Пройдя мимо, она с опаской подобрала свою сумку и отступила ещё на
несколько шагов от слизеринца, прежде чем повернуться и кинуться обратно в школу.

Драко смотрел ей вслед, не имея возможности сказать то, что должен был. Не имея
возможности объяснить ей, что ему жаль, что он не собирался делать этого.

Он вернулся к тому огромному камню, около которого они практиковали заклинания, и


уныло сел на него. Малфой мог притвориться, что Гермиона до сих пор здесь, что
последних нескольких минут не было вовсе. Это было намного приятней, чем понимать,
что она далеко отсюда, в Гриффиндорской башне и презирает его. Драко встал и начал
мерить шагами землю. Правда, он грубо обращался с ней, так, будто он был каким-то
страдающим от любви подростком. Было много вещей, которые Малфои должны делать,
а которые – нет. Вести себя как влюблённый подросток – вещь, которую делать не стоит.
Но именно это он и делал - трогал девушку, не заботясь о том, что другие подумают об
этом. Ситуацию ухудшило то, что он был так зол в тот момент, что даже не мог точно
вспомнить всего. Были его руки, держащие её запястья, потом скользящие по её плечам и
вниз... Драко перестал беспорядочно ходить и посмотрел вдаль, на школу.

- Она никогда не простит меня за это, - произнёс он вслух.

Следующие несколько дней были бесконечными и серыми. Время тянулось невероятно


медленно. Ливень, казалось, никогда не остановится. Однако, дождь совсем не влиял на
подземелья. Там всегда было достаточно холодно, и вечно царил сквозняк. Каменные
стены Слизеринских комнат были сырыми, и в воздухе всегда витал затхлый запах
плесени, хотя эльфы всегда активно боролись с ним.

Вся эта атмосфера еще больше удручала Драко. Он сидел перед камином на стуле с
высокой спинкой, погружённый в раздумья. Малфой потратил первую половину утра,
развлекая себя тем, что призывал свитки с домашним заданием из сумок, проходящих
мимо первогодок. Но уже через час это занятие утратило свою привлекательность. Кребб
и Гойл хотели пойти полетать. Только они могли догадаться полетать в такую погоду.
Какая-то часть Драко надеялась на то, что их снесёт каким-нибудь особенно сильным
порывом ветра, но он сомневался, что ему когда-нибудь выпадет такая удача.

Что он действительно хотел делать сейчас, так это быть где-нибудь в сухом и тёплом
месте рядом с Гермионой Грейнджер. Он был бы счастлив просто тихо сидеть с ней и
читать или обсуждать домашнюю работу по Зельям. Или гриффиндорка могла просто
молча пристально смотреть на него, если бы она хотела этого.
Драко сердито взглянул на камин. Он ненавидел, когда девушка избегала его. И у него не
было ни малейшего понятия, как ей удаётся так хорошо это делать. У них вместе
проходили уроки, они занимались одним проектом, и он из кожи вон лез, чтобы
постараться поймать её где-нибудь одну. Но, казалось, проклятая гриффиндорка знала
каждый поворот в школе и пользовалась этим, тихо проскальзывая в коридоре, а потом
теряясь в толпе. Но если и это не помогало, она полностью окружала себя другими
гриффиндорцами. Некоторые из них, кстати, ей даже не нравились. Драко точно знал, что
Гермиона едва переносит Лаванду Браун, а стоило ему, наконец, поймать её одну в
библиотеке, как она тут же села за стол к Лаванде, чтобы обсудить с ней Предсказания.
Драко издевательски засмеялся, он знал, что Гермиона ненавидела этот предмет.

- Что-то случилось, Драко? - прошелестел слащавый голос рядом с его ухом.

Драко не заговаривал с ней первым. Он сидел абсолютно спокойно.

- Что тебе надо, Панси?

Слизеринка проскользнула на стул, стоявший радом со стулом Драко. Она медленно


положила ногу на ногу и разгладила складки на своей мантии. Её голубые глаза озорно
блеснули, встретившись с взглядом Малфоя.

- Я всего лишь хотела выразить свои соболезнования, я только что узнала, - она
наклонилась вперёд и положила прохладную руку на руку Драко.

Малфой никак не отреагировал на это, он знал, что стоило ему только захотеть, и Панси
тут же рассказала бы, о чём вела речь.

Её улыбка не дрогнула и она сильней сжала его руку.

- Если тебе нужен кто-то, с кем бы ты хотел поговорить…


На секунду Драко подумал, что она намекала на Гермиону, но он знал, что это
невозможно.

- О чём ты говоришь? - мрачно спросил он.


- Что? Ты не знаешь? - улыбка покинула лицо Панси, но глаза оживлённо блестели, она
наслаждалась этим разговором. - Ну да, конечно, ты не знаешь. Как глупо с моей стороны
забыть о том, что ты сжигаешь всё письма, которые присылает тебе отец.

Драко напрягся и пронзил Панси острым взглядом. Он всегда удостоверялся в том, что
находится один, когда уничтожал письма Люциуса. Панси, наверное, следила за ним.

- О, Драко, не знаю, тот ли я человек, который должен сообщить тебе это, но твоя мать
больна, - Панси усиленно пыталась удержаться от улыбки.

- Ты лжёшь, - просто сказал он, сдерживая желание вцепиться в девушку голыми руками и
держать так до тех пор, пока она не расскажет всё, что знает.

- О, Драко... - мягко прошептала она, симулируя боль. - Я бы никогда не стала лгать тебе.
Вспомни, наши мамы каждый год ездят в Rue De Champs в Париже, но не в этом. Твой
отец сказал моей матери, что Нарцисса очень больна и наблюдается у специалиста в Св.
Мунго.

Драко ничего не ответил на это. Он прекрасно знал, что каждой весной его мать ездила с
миссис Паркинсон в Париж, чтобы сделать покупки. Это уже давно стало их хобби, и
Нарцисса скорей бы умерла, чем пропустила поездку. Панси всё ещё сидела рядом с ним,
и её рука сочувственно накрывала ладонь Малфоя, а губы растягивала почти незаметная
улыбка. Она наслаждалась этим, ей нравилось видеть его расстроенным. Драко всегда
полагал, что Панси поверхностна и глупа. Но она была слизеринкой, в конце концов, и он
первый раз увидел в ней нечто большее. Жестокость, которая ускользала раньше от его
внимания.

- Я могу сделать что-нибудь для тебя? - спросила Паркинсон мягко. Её голос был добрым и
нежным, Панси никогда не говорила так раньше.

- Нет, - резко вставая, произнёс Драко, он знал, с кем ему надо поговорить, даже если ему
пришлось бы применить к ней оглушающее заклятье.

- Но Драко… - послышался голос Панси после того, как он покинул общую гостиную. Она
дождалась, пока он уйдет, прежде чем откинутся на спинку стула и победно усмехнуться.
Не то, чтобы он был очень близок с Нарциссой. Но Драко действительно заботился о ней.
Она была его матерью, в конце концов, и ему не приходилось выбирать. Большее
количество времени она проводила вдали от Малфой-Менора, встречаясь с друзьями или
делая покупки. Они состояли в обществе, где Нарцисса наслаждалась жизнью и хорошо
проводила время, по большей части, с матерью Панси. Но ей много приходилось терпеть,
являясь женой Люциуса. И теперь, оглядываясь назад, Драко очень надеялся, что не был
проблемным сыном для неё. Он не хотел, чтобы она болела.

Школа гудела, скоро должны были начаться послеобеденные уроки. Драко решил
притвориться больным и провёл всё утро, сидя в общей гостиной в мрачном
расположении духа. Сейчас он чувствовал себя странно нездоровым, и он не мог найти
Гермиону.

- Где она, чёрт возьми? - пробормотал слизеринец.

Она должна была с минуты на минуту пройти этот коридор, чтобы попасть в кабинет
Трансфигурации, но Драко до сих пор не видел её. Гриффиндорцы протискивались позади
него, с опаской поглядывая на слизеринца, но ему было не до них, так как Гермиона,
наконец, появилась в конце коридора. Она шла вместе с Поттером и Уизли.

Драко пошёл к ним навстречу.

- Мне надо поговорить с тобой, - быстро сказал он.

Гермиона удивленно уставилась на Малфоя, а Поттер и Уизли пристально смотрели на


него.

- Я не думаю, что это хорошая идея, Малфой, - быстро произнесла она, оглядываясь на
других гриффиндорцев, которые топтались вокруг и с острым интересом смотрели на
происходящее.

- Мне надо поговорить с тобой сейчас, - сказал Драко твёрдо, но панические нотки
проскользнули в его голосе.

- Уходи, Малфой, ей нечего сказать тебе, - холодно произнес Поттер.

Драко не надо было смотреть вокруг, он и так знал, что находится на вражеской
территории. Он был окружен гриффиндорцами, но Гермиона была нужна ему.
- Я не с тобой говорил, Поттер, - прошипел он.

- Уходи, Драко, - Гермиона попыталась протиснуться за его спину, но он поймал её за руку


и резко толкнул назад.
Послышались крики со стороны Поттера и Уизли, и все гриффиндорцы вокруг что-то
яростно кричали.

- Пожалуйста, - прошептал Драко. - Пожалуйста, мне надо поговорить с тобой.

Глаза гриффиндорки расширились, в какой-то момент Драко подумал, что она просто
уйдёт. И прошла, казалось, вечность, прежде чем Гермиона, наконец, кивнула.

- Хорошо, - шепнула она, удивлённая его свирепостью и своей же уступкой.

Отовсюду послышались голоса смотрящих на них студентов, и Драко крепче схватил


девушку за руку, боясь, что она передумает и проскользнёт в кабинет. Поттер и Уизли
пристально смотрели на него, но не сделали ни единого движения, чтобы остановить
Малфоя, потянувшего Гермиону из коридора. Все смотрели на то, как Драко расталкивал
студентов со своего пути. К тому времени как он, наконец, нашёл пустой кабинет, лицо
Гермионы было ярко красным от смущения.

- Я надеюсь, у тебя есть веская причина для всего этого, - резко произнесла
гриффиндорка, когда дверь за ними захлопнулась, и они остались одни.

Теперь, когда Драко остался с ней наедине, он совершенно не знал, что сказать.
Посмотрев в её яркие карие глаза, он неожиданно понял, что не знает, зачем ему так
необходимо было поговорить с ней.

- Так что? У меня сейчас должен быть урок, как ты знаешь. Мы проходим заклинание
Devoveo сегодня. Я уверена, что оно будет на экзамене, - Гермиона села на парту и
скрестила руки, глядя на него.

Драко отвернулся к огромному окну, которое занимало большую часть стены. До сих пор
моросил дождь, из-за влажности запотевали окна, хотя на улице было всё еще холодно.
Этот дождь не вызывал хороших чувств.
- Так что? - терпение Гермионы заканчивалось.

- Возможно, моя мать больна, - мягко произнёс Драко.

Грффиндорка опустила руки и посмотрела на него.

- Что?.. Откуда ты знаешь?

Драко повернулся и встретился с ней взглядом.

- Панси сказала. Она проговорилась, - он усмехнулся. - Вернее, это была просто


грандиозная игра с её стороны.

Гермиона встала и подошла к нему.

- Ну, то что Панси сказала тебе об этом, ещё не значит, что это правда. Скорее всего, она
врёт. Более того, если бы твоя мать была нездорова, Дамблдор сказал бы тебе.

- Да, конечно, сказал бы, - в голосе Драко проскользнул сарказм. - Он известен своей
откровенностью и прямотой.

- Он сказал бы тебе. Я знаю, что сказал бы, - мягко произнесла Гермиона и приблизилась к
нему, чтобы взять за руку.

Драко шагнул назад, избегая прикосновения.

- Скажи мне, Грейнджер, рассказывал ли тебе наш замечательный директор о том, что
происходило с дорогим Поттером, когда чудо-мальчик очередной раз попадал в
Больничное крыло?

- Это нечестно, - резко сказала Гермиона и опустила свою руку. - Гарри не имеет к этому
отношения.
- Гарри ко всему имеет отношение, также как и твои глупые идеалы, - Драко не знал,
почему говорит это. Он просто не мог усмирить эмоции, которые бушевали в его душе.

- Так что ты хотел от меня, Малфой? - голос Гермионы был низким и деловым.

- Мне ничего не нужно от тебя, - прошипел он.

- Отлично, - она повернулась и открыла дверь.

Драко отвернулся и уставился в окно. Всё терялось в темноте, в сером тумане, который
был похож на его настроение. Внезапно он почувствовал себя очень уставшим и мечтал
только о том, чтобы оказаться в общей гостиной перед камином.

Слизеринец не слышал её приближения, но пара нежных рук неожиданно обхватила его


сзади. Он автоматически напрягся, но с облегчением выдохнул, когда почувствовал, как
Гермиона прижалась к его спине щекой.

- Знаешь, всё будет хорошо, - прошептала она.

Глава 21, часть 1. Слухи.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

Утром, когда Гермиона проснулась, накрапывал легкий дождик, но сырость не проникала


в башню Гриффиндора. Яркое пламя полыхало в нескольких футах от кровати девушки,
красноватый свет очерчивал контур её лица, она никогда не задергивала шторы, ложась
спать. Гермиона открыла глаза и посмотрела на балдахин своей кровати, радуясь
моменту, пока она могла просто молча лежать и наслаждаться уединением. Хорошо,
когда есть хотя бы одно безопасное место. Место, куда можно прийти и спокойно
подумать, где Рон и Гарри не докучали ей; место, которое спрячет ее от проницательного
взгляда Драко. На самом деле, спальня стала ее единственным убежищем, где она могла
скрыться от внешнего мира. Только здесь у Гермионы была возможность спрятаться под
красно-золотым лоскутным одеялом и притвориться, будто вся школа не шепчется за ее
спиной.

Казалось, то, что еще недавно было тайной, в мгновение ока превратилось в самый
занимательный объект для обсуждения всего Хогвартса. Все знали о том, что Гермиона
была назначена заниматься в паре с Драко. Большинство людей находили это весьма
приемлемым, в особенности те, кто знал девушку и понимал её полную преданность
учебе. Но накануне вечером, школа будто ожила, и все, наконец, заметили, что она не
просто работала с Драко Малфоем, как могло показаться на первый взгляд, а даже
получала от этого удовольствие. Но слизеринцы, к слову, не выглядели слишком
возмущенными их сотрудничеством.

Самые близкие друзья знали, что между ними происходит нечто большее, чем
совместное выполнение задания.

Существовало несколько предположений на этот счет, однако самое распространенное


более или менее соответствовало высказыванию Рона:

- Все, она пропала, черт побери!

Гермиона хорошо понимала, что он имел в виду. Она также знала, что Гарри и Рон просто
пытаются защитить её. Но ей всегда нравилось быть единственным ребенком в семье; она
совершенно не нуждалась ни в каких чересчур заботливых братьях.

Всё это выглядело так, будто её друзья решили, что какие бы неприятности она не
навлекла на себя, общаясь с Драко, всегда должно было быть что-то, что останется только
между ними. Казалось, все были вполне согласны игнорировать её странное поведение и
хорошее отношение к Драко. Школа продолжала жить дальше, не зная всей правды о
паре, которая уединялась в их тайной комнате в библиотеке.

Конечно, всё изменилось с тех пор, как Драко напал на гриффиндорку. Не было сказано
ничего из того, что могло бы вызвать какие-либо подозрения, но наблюдавшим людям не
нужны были иные доказательства; все они слышали злость и отчаяние, сквозившие в
обычно таком спокойном и язвительном голосе Драко. Но что более удивительно,
Гермиона добровольно выполнила его настойчивую просьбу.
Слухи разлетелись немедленно. Как давно они разговаривают на так тонах? Почему
Гермиона всё ещё не заколдовала его? Почему Драко терпит грязнокровку в своем
присутствии? Они друзья? Или, может быть даже больше, чем друзья? В этом году в
Хогвартсе не происходило ничего захватывающего: никаких тремудрых турниров,
окаменевших студентов или сбежавших преступников. Поэтому небольшой слух о
возможном зарождении отношений между гриффиндоркой и слизеринцем
распространялся по коридорам школы подобно необузданному пламени. Гермиона
сомневалась, что когда-либо находилась в таком смущении со времен первого курса,
когда по её вине факультет лишился нескольких баллов.

Она устроилась поудобнее под своим одеялом и снова закрыла глаза. Она никогда
больше не хотела покидать эту комнату.

- Гермиона? Ты не спишь? - прошептал голос очень близко.


Гермиона открыла глаза и посмотрела в сторону и увидела Парвати и Лаванду, сидящих
на соседней кровати. Что-то в их взгляде заставило ее тихо застонать.

- Гермиона, мы так рады, что ты проснулась, мы хотели поговорить с тобой. Ну, женский
разговор, понимаешь, - сказала Лаванда, расплываясь в улыбке, которая не понравилась
Гермионе.

- Видишь ли, Гермиона, в последнее время в школе ходят разные слухи и… - начала
Парвати, но была прервана Гермионой, резко сдернувшей с себя одеяло и быстро
соскочившей с постели.

- О, нет, взгляните на время, уже действительно семь тридцать? - спросила девушка,


перед тем как нырнуть в свой шкаф и, показавшись из него всего на несколько секунд,
натянуть школьную робу поверх одежды.

Лаванда и Парвати так просто сдаваться не собирались, поэтому начали преследовать её,
пока Гермиона собирала перья и книги:

- Ты собираешься встретиться с Малфоем? - спросила Лаванда.

Она повернулась к девушкам:


- С Малфоем? Конечно нет, я собиралась пойти посмотреть как Гарри и Рон тренируются
перед следующей игрой, - естественно, это была ложь, она планировала попасть в
библиотеку, чтобы увидеться с Драко, к тому же, она даже не знала, была ли у ребят
назначена тренировка на сегодняшнее утро.

- Что ж, тогда пойдем вместе, - засияла Парвати и, взяв Гермиону по руку, потянула её к
двери.

- Нет, всё в порядке, я думаю, что сама найду дорогу, - отчаянно взмолилась Гермиона,
понимая, что ей уже не избежать допроса.

- Чепуха! Мы с Парвати любим смотреть квиддич, к тому же мы слишком мало времени


проводим вместе. Не так ли, Парвати?

Они потащили её вниз по лестничному пролету, а Гермиона всячески старалась придумать


что-нибудь, что поможет избавиться от соседок по комнате, начинающих напоминать ей
парочку гарпий.

- Гермиона! - позвал голос из комнаты четверокурсниц. - Ох, я так рада, что встретила
тебя, я хотела, чтобы ты помогла мне разобраться с домашней работой по Чарам,-
Джинни вышла из своей комнаты и лучезарно улыбнулась.

- Гермиона идет с нами на тренировку по квиддичу, - холодно сказала Парвати.

- Ой, девочки, это займет всего пару минут, - Джинни схватила Гермиону за руку и
потянула в сторону, - она вас догонит! - Джинни затащила Гермиону в комнату и
захлопнула дверь прямо перед лицами Парвати и Лаванды.

Гермиона села на край кровати Джинни и с облегчением вздохнула:

- Спасибо!

- Не стоит, я подумала, что тебе не помешает моя помощь. Этим двум прилипалам больше
нечем заняться? - Джинни всё еще была в пижаме, она устроилась на своей кровати
рядом с Гермионой.
- Что ж, похоже, всем остальным тоже больше нечем заняться,- проворчала Гермиона.

- Ну, если честно, чего еще ты ожидала? Ты ведь с Малфоем, да? - девушка взглянула на
Гермиону.

- Что?! - покраснела Гермиона, - Я... Нет! Неужели именно об все говорят?

- Это одна из самых популярных теорий. Есть еще предположение, что ты используешь
Драко, чтобы заставить Рона или Гарри ревновать, или что он нашел что-то, чем тебя
можно шантажировать, чтобы ты делала всю его домашнюю работу. Моё любимое,
например, что ты – давно пропавшая сестра-близнец Малфоя, и что вы двое так
счастливы, что наконец нашли друг друга, что проводите всё время вместе.

- Но я даже не похожа на Драко, - пробормотала Гермиона. Несколько секунд она


выглядела ошеломленной, а потом внимательно посмотрела на Джинни. - Ты только что
выдумала это!

- Ну, да, возможно. Но серьезно, некоторые вещи, которые люди говорят, абсолютно
абсурдны.

- Это мало успокаивает, Джинни, - угрюмо прошептала Гермиона.

Девушка дружелюбно улыбнулась в ответ:

- Я поработаю над этим, обещаю. Просто в школе сейчас слишком скучно. Помнишь какие
слухи летали, после того как ты пошла на бал с Виктором Крамом в прошлом году? Что я
могу тебе сказать, Гермиона, подробности твоей личной жизни слишком интересны,
чтобы Хогвартс мог их игнорировать.

- Я польщена, - Гермиона встала и начала мерить комнату шагами. - Но что мне теперь
делать?

Джинни полезла в свой шкаф и появилась оттуда уже в школьной робе.


- Пойти на завтрак со мной, разумеется. Завтракать в одиночестве только ради того, чтобы
избежать всех остальных в школе, не очень разумно. И, кроме того, чем больше ты ото
всех прячешься, тем более виноватой выглядишь.

- Откуда ты всё это знаешь? - спросила Гермиона.

- У меня 6 старших братьев и ты знакома с моей матерью. Я знаю, как избежать


неприятностей. Самое лучшее, что ты можешь сделать – посмотреть им в лицо и
посмеяться, - Джинни взяла Гермиону под руку, и они покинули спальню вслед за
остальными девочками.

- Сомневаюсь, что это хорошая идея, - тихо произнесла Гермиона, когда они покинули
Гриффирдорскую башню.

Завтрак прошел спокойнее, чем она ожидала. Весь зал воодушевленно шушукался до её
появления, но решительное выражение лица гриффиндорки не ускользнуло от внимания
самых ярых сплетников. После нескольких недовольных взглядов в её сторону,
большинство студентов, так и не решившись подлить масла в огонь, вернулось к завтраку,
оставив Гермиону в покое.

- Ох, Гермиона, попробуй вот это, - Джинни положила большую порцию яичницы в её
тарелку. По всему блюду были разбросаны крошечные ярко-выкрашенные съедобные
яичные скорлупки.

Гермиона вопросительно взглянула на свою тарелку, а потом обратно на подругу:

- Знаешь, Джинн, моя мама обычно старается отделять скорлупу от еды.

Джинни сморщила носик:

- Зачем? Скорлупа придает некую пикантность! В этом вся изюминка! - она погрузила
вилку в свою порцию.

Гермиона ничего не сказала и потянулась за кусочком тоста. Обычно она любила


волшебную еду, но сегодня ей хотелось чего-то более привычного.
Какая-то суматоха привлекла её внимание, и она взглянула наверх, наблюдая, как совы с
утренней почтой летят к ним. Хедвиг приземлилась на их стол и начала оглядываться в
поисках Гарри.

- Извини, Хедвиг, - сказала Джинни белоснежной сове, - Гарри на тренировке.

Сова с досадой оттолкнулась от стола, и Джинни наблюдала, как она устремилась наверх,
а глаза Гермионы в этот момент наблюдали за другой птицей. Сова Драко резко начала
снижаться по направлению к слизеринскому столу, остановившись лишь в последнюю
секунду, едва не задев своими острыми когтями голову Малфоя. Птица сжимала в лапе
письмо, Гермиона уронила свой тост. Она знала, что он собирался все же прочитать это
письмо от своего отца. А потом он однозначно совершит какую-нибудь глупость в порыве
эмоций.

Гермиона изо всех сил старалась убедить блондина, что если бы его мать была
действительно нездорова, директор обязательно сказал бы ему об этом. Она надеялась,
что это прозвучало достаточно убедительно, хотя сама не чувствовала такой уверенности.
У Драко, однако, было особое мнение насчет старого интригана. Но девушка не могла
поверить, что Панси говорила правду, скорее всего, это был какой-то заговор.

Драко посмотрел с другого конца зала, и Гермиона встретилась с его серыми глазами.
Даже с такого расстояния она понимала, о чем думает слизеринец. Он должен знать,
даже если письмо содержит какое-нибудь подлое проклятье. Даже если его отец врал, он
должен был это выяснить.
Драко так резко поднялся из-за стола, что несколько слизеринцев от неожиданности
перестали есть и уставились на него. Еще пару мгновений он держал с ней зрительный
контакт, прежде чем отвернуться и поспешно покинуть обеденный зал с письмом в руке.

Гермиона вскочила вслед за ним, чуть не опрокинув стакан с тыквенным соком. Джинни
удивленно взглянула на девушку, но та уже отодвинула свой стул и сорвалась с места,
проходя мимо остальных гриффиндорцев.

- Гермиона, что ты… - Джинни запнулась, проследив за направлением ее взгляда, и


увидела Драко, выходящего из зала.

- Гермиона, это не самая удачная идея, - прошептала она, чтобы не привлекать лишнего
внимания.
Но девушка проигнорировала слова подруги и побежала мимо столов к двери вслед за
Драко. Забавно, но в этот момент гриффиндорке было безразлично, что могут о них
подумать.

Будем ждать Ваших отзывов. Не только здесь, но и на форуме, в теме, посвященной


нашему переводу: http://www.hogwartsnet.ru/forum/index.php?showtopic=13233

Глава 21, часть 2. Все больше загадок.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

Гермионе даже не нужно было думать, где он мог находиться: в её сознании сразу
возникла их комната. Девушка приближалась к библиотеке, мчась по коридору, и
остановилась лишь тогда, когда заметила профессора МакГонагалл и профессора
Флитвика, вместе выходящих из кабинета. Это задержало её на несколько секунд, но как
только они прошли мимо, девушка снова побежала и подумала, как это, должно быть,
иронично выглядит со стороны: она гналась за Драко Малфоем, тогда как всего год назад
она бы и глазом не моргнула, зная, что он страдает. Хотя, если бы не она, возможно, он
бы и не страдал. Но Гермиона никогда не считала, что его дела имеют к ней какое-либо
отношение. Она даже никогда не спрашивала Драко, почему он не стал Пожирателем
Смерти.

Она налетела на груду книг, когда вошла в библиотеку, и, проигнорировав возмущенные


крики библиотекаря, направилась к их комнате. Некоторые студенты провожали
Гермиону удивленными взглядами, девушка была частой гостью в библиотеке, но
сшибать вещи для нее было несколько необычно. Она поднялась по винтовой лестнице,
иногда перескакивая через две ступеньки, и открыла дверь с такой силой, что та
ударилась об стену.

- Драко, не надо!- крикнула она в отчаянии.


Малфой стоял в нескольких шагах от неё в глубине комнаты, держа в руках уже
распечатанный конверт.

- Не волнуйся, - сказал он, даже не взглянув на девушку, и развернул пергамент. - Это


просто письмо.

- Ты уверен?- спросила она, пытаясь отдышаться.

Блондин кивнул, и Гермиона с облегчением села на стул и начала растирать бок, который
пронзила острая боль еще по пути в библиотеку.

- Можешь прочитать, если хочешь, - безучастно произнес он и бросил письмо ей на


колени, прежде чем отвернуться, взять первую попавшуюся книгу и опуститься на диван.

Гермиона с опаской посмотрела на пергамент, а затем на Драко, который уже начал


отмечать что-то в книге, выглядя при этом абсолютно незаинтересованным в ней или в
письме.

Девушка пожала плечами и начала читать:

«Драко,

Я не имею ни малейшего представления, как ты получил эту информацию. Мне остается


лишь надеяться, что ты, в конце концов, оставил свое детское упрямство и прочитал
письма, которые я посылал тебе по совиной почте. Я догадываюсь, что большую их часть
ты уничтожил, но смысл все-таки дошел до тебя.

Боюсь, у твоей дорогой матери осталось слишком мало времени. Она слегла с
тяжелейшим случаем Aucupor, но специалисты из Святого Мунго уверяют меня в том, что
они делают всё возможное, чтобы помочь ей. Однако, это очень редкая болезнь, а твоя
мать всегда была слишком слабой и хрупкой женщиной, поэтому я сомневаюсь в том, что
у неё хватит сил выбраться. Кроме того, она пережила огромное потрясение, когда ты стал
отдаляться от нас. У меня есть основания полагать, что по большей части этим мы
обязаны дурному влиянию некоторых неблагонадежных личностей в твоей школе. А
точнее влиянию директора и его драгоценных грязнокровок. Мы с тобой знаем правду,
однако осознание того, что ты предал свою семью таким жалким и недостойным образом
бесповоротно уничтожают все шансы на её выздоровление.
Я стараюсь держать факт её болезни в тайне настолько, насколько это возможно. Я
уверен, навязчивое проявление сострадания со стороны её знакомых может
неблаготворно сказаться на её здоровье, к тому же не стоит забывать о тех, кто может
использовать её слабость, чтобы помешать мне в достижении моих целей. Только
несколько самых близких друзей проинформированы о степени серьезности её недуга.

Я не питаю ложных иллюзий о твоем отношении ко мне, но я бы хотел надеяться, что


информации оказалось достаточно для того, чтобы ты проявил немного заботы
относительно происшествия с твоей матерью. Но выбор, естественно, лежит на твоих
весьма ненадежных плечах.

Отец»

Гермиона подняла взгляд.

- Драко?

- Я не хочу говорить об этом, - просто сказал он, так и не оторвав взгляда от книги.

- Но ты ведь не веришь…

- Я сказал, - Драко захлопнул книгу и взглянул на Гермиону, - что не желаю обсуждать это.

- Но ты ведь не можешь принять это за пустой звук, - девушка встала и начала шагать по
комнате. - Я имею в виду, что нет никаких доказательств того, что твоя мать хотя бы
простудилась, не говоря о таком критическом состоянии ее здоровья.

Драко поднялся и в ярости посмотрел на Гермиону.

- Это не твоё дело, Грейнджер.

Девушка остановилась и удивленно уставилась на него.


- Что?

- Это не твоё дело, - Драко отвернулся от неё, подошел к куче книг и взял одну из них. Он
вернулся на диван и вытащил перо из-под свитка пергамента.

Гермиона стояла перед ним, потеряв дар речи.

- Значит, вот как ты решил? - она ждала, что он скажет или сделает что-нибудь, но
блондин сидел, не двигаясь. -Отлично.

Она ещё раз окинула его взглядом, а потом схватила первую попавшуюся на глаза книгу,
положила её в сумку, оглянулась на него через плечо и вылетела из комнаты. Драко так и
не посмотрел в её сторону.

***
Гермиона села на пол около своей кровати, скрестив ноги, и со злостью открыла Словарь
Латыни. Странный трещащий звук привлек её внимание, и девушка непонимающе
посмотрела на оторванную страницу словаря, которую держала в руке.

- Да что ж такое?! - она отложила книгу в сторону, достала волшебную палочку и быстро
вернула вырванную страницу на место.

Облокотившись на спинку кровати, Гермиона закрыла глаза и постаралась забыть о


письме. Она не хотела думать о Малфоях, в особенности о Драко. Девушка и не заметила,
когда блондин стал занимать все её мысли, и сейчас она была не в силах изгнать его
оттуда.

Гермиона просто не могла понять, почему Драко не замечал, что всё это не более, чем
просто фарс. Это ведь не могло быть правдой? Слишком много было совпадений, но
казалось, Драко не замечал их. Она не понимала, как могло случиться, что все, чего они
достигли за последнее время, что объединяло их, рушило между ними барьеры, сейчас
исчезло. Она покинула их комнату с чувством, будто они были незнакомцами.

- Нет, не незнакомцами, - прошептала она, - врагами.


***
Переулок был тусклым, но мощеные камнем улицы отражали лунный свет глубоко в
темное убежище, где укрылась Гермиона. В тишине улицы можно было различить чьи-то
голоса, и девушка постаралась прислушаться к ним. Резкий и пронзительный взрыв смеха
заглушил остальные звуки, и она выглянула из своего убежища, чтобы посмотреть, что
происходит. Она заметила группу мужчин, собравшихся около какого-то обветшалого
дома. Драко Малфой лежал на земле в неестественной позе и со страхом смотрел на
людей, окруживших его. Из разбитой губы тонкой струйкой стекала кровь, а на обычно
белоснежных щеках виднелись ссадины. Люциус стоял прямо перед сыном, небрежно
нацеливая на него палочку. От неожиданности Гермиона задохнулась, и, споткнувшись,
показалась в свете переулка.

- Драко, - закричала она, зная, что ничем не сможет помочь ему.

Драко посмотрел в её направлении:

- Значит, всё это было зря?

- Что? - прошептала Гермиона, не понимая, о чем говорил парень. Остальные темные


фигуры, казалось, не замечали её присутствия.

- Все мои исследования оказались бесполезны? - повторил Драко.

Гермиона задрожала, когда холодный порыв ветра всколыхнул её робу. Но на ней не


было никакой робы... Она была в своей фланелевой пижаме, которую ей подарила мать
на Рождество в этом году. Девушка вздрогнула еще раз и проснулась.

Леденящий ветер завывал снаружи Гриффиндорской башни, и сквозняк проник в общую


спальню девочек. В какой-то момент во время сна одеяло соскользнуло с неё и теперь
лежало на полу. Наклонившись, Гермиона сгребла его обратно и завернулась в него. Сидя
на постели, она взяла палочку с прикроватной тумбочки.

- Люмос!
Из кончика волшебной палочки вырвался голубовато-белый свет, на мгновение
ослепивший девушку. Сияние, исходившее от палочки, было успокаивающим и уютным
после непроглядной тьмы ее сна.

- Гермиона, - прозвучал голос с соседней кровати. Лаванда не могла спать при свете. Она
сбросила свое одеяло и, щурясь, посмотрела на соседку по комнате.

- Что ты делаешь? Уже… - она взглянула на маленькие часы, стоящие на её тумбочке, - три
ночи.

- Извини, - прошептала Гермиона. - Просто плохой сон приснился. Сейчас выключу свет.

Лаванда села на постели и зажгла свою палочку.

- Сон? Правда? Какой именно сон? Про одного слизеринца?

- Нет, - резко ответила Гермиона и покраснела, она никогда не умела врать.

- Да ладно, ты можешь рассказать мне, я знаю всё о снах, - Лаванда гордо ей улыбнулась.
- Профессор Трелони говорит, что сны, это внутренний механизм подсознания.

Гермиона недоверчиво подняла бровь.

- Ну хорошо, это я так думаю, но сны на самом деле очень важны.

Гермиона погасила свет и легла обратно в постель. Она закрыла глаза и постаралась
заснуть, но это не помогало; слова Драко повторялись снова и снова в её голове.

- Лаванда, - обернувшись, сказала она и снова зажгла палочку, - в моем сне кое-кто
повторял одну фразу так, будто это было очень важно.

Лаванда оперлась на локоть.


- Ну что ж, эти слова что-то значат для тебя?

- Я…Я так не думаю.

- Ты уверена? Ты раньше слышала это где-нибудь? Или, зная тебя, может быть, читала? Не
могу поверить в то, что говорю это, но напряги извилины, Гермиона.

Лаванда сильнее укуталась в одеяло и добавила:

- Иногда мы упускаем что-то важное из внимания, а сны могут помочь нам вспомнить что
именно. Почти все сновидения основаны на более или менее знакомых нам вещах.

Гермиона закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Фраза была весьма узнаваемой, но


она могла прочесть её где угодно, правильно? Она подавлено вздохнула и сердито
посмотрела на пол. Словарь Латыни лежал, открытый, рядом с какими-то старыми
библиотечными журналами. Она была слишком раздражена и не позаботилась о том,
чтобы убрать их на место. Это было так не похоже на неё: обращаться с книгами
подобным образом. Неожиданно Гермиона опять резко села. Она небрежно скинула
одеяло, спрыгнула с кровати и опустилась на колени рядом с горой книг. Девушка
открыла самую верхнюю из них и начала неистово перелистывать страницы, выискивая
что-то.

Лаванда слегка наклонилась вперед и посмотрела на девушку с интересом.

- Что-то вспомнила?

- Я не уверена, - прошептала Гермиона, отбрасывая в сторону первую книгу и приступая к


исследованию следующей.

Драко просматривал этот фолиант еще тогда, когда они впервые выяснили, кем был О
Леари. Она скользила взглядом по тексту, быстро добравшись до того места, где
остановился слизеринец. Они так и не закончили изучение этой книги, потому что другая,
с заклинаниями, привлекала их больше. Пальцем она следила за зашифрованным кодом,
пока не нашла то, что искала. Драко вложил маленькую закладку в этом месте.
«Я могу лишь надеяться, что мои исследования не оказались бесполезными».

- Драко сказал именно это, - пробормотала Гермиона, забыв о цепком взгляде Лаванды,
следившем за ней.

- Драко? - переспросила Лаванда, глаза которой от удивления расширились. Конечно, все


слышали слухи, но это оказалось намного более интригующим, чем она могла себе
вообразить.

Гермиона больше не слушала Лаванду. Она поднялась на ноги и направилась к шкафу.


Девушка поспешно оделась и начала собирать сумку.

- Гермиона, ты ведь не в библиотеку собралась? - спросила Лаванда, не веря своим


глазам.

Парвати что-то проворчала и тоже села на кровати.

- Не могли бы вы говорить потише? Сейчас три часа ночи? - желая снова уснуть,
раздраженно сказала она.

- Гермионе приснился Драко Малфой, и сейчас она пытается улизнуть в библиотеку, -


выделила суть Лаванда, наблюдая за тем, как Гермиона одевает туфли.

- Что, правда? - заинтересовалась Парвати.

Гермиона не удостоила своих соседок даже взглядом и немедленно направилась к


выходу.

- Смотри, не попадись! - мягко сказала Лаванда, когда Гермиона тихо прикрыла за собой
дверь.

По пути в библиотеку девушка постоянно слышала голос Драко в своей голове. То что он
сказал ей во сне и то, что она прочла в книге было слишком похоже. Это должно было что-
то значить. Кроме того, эти слова принадлежали О Леари, а не Драко, и они были
чрезвычайно ценны.
Глава 22. Несчастный случай на Зельях.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

В одной из спален Хогвартса резко проснулся Драко Малфой. Всё его тело было покрыто
испариной, несмотря даже на то, что огонь в камине давно погас, а изо всех возможных
щелей нещадно дуло. Была глубокая ночь, но Драко понимал, что заснуть ему больше не
удастся. Он не мог вспомнить, что заставило его проснуться, и о чём был сон. Но это было
даже к лучшему. Сны Малфоя были куда более мрачными, чем сновидения Гермионы,
ведь и в жизни Драко видел намного больше жестокости, нежели гриффиндорка. Будучи
сыном Люциуса, он не раз становился свидетелем того, как его отец наглядно
демонстрировал своё неодобрение. А учитывая то, какими глубокими были познания
Малфоя-старшего в черной магии, повидать Драко пришлось не мало.

Отбросив зелёное атласное покрывало, слизеринец соскочил с кровати и пересёк


комнату, направляясь к шкафу. Он переоделся в тонкую школьную мантию, затем покинул
свою комнату и вышел в коридор, тускло освещённый свечами. Двери в другие спальни
были открыты, но Драко спустился в гостиную. Там было пусто и тихо. Осмотревшись, он
выскользнул за пределы общежития. Драко хотел снова попробовать разобраться с
письмом, может быть, какие-нибудь фразы подскажут ему, что происходит на самом
деле. Он знал, что это бесполезная попытка, ведь своему красноречию Драко научился у
Люциуса. Но слизеринец не мог уснуть и надеялся, что это поможет ему отвлечься.

Дорога в библиотеку заняла немало времени, Драко пришлось несколько раз прятаться за
доспехами и даже нырнуть пару раз в пустой кабинет. Чёртова кошка пыталась его
выследить, казалось, это облезлое создание знало о его присутствии, но не могло найти
его. Драко был крайне доволен и удивлён, что ему не встретились преподаватели,
патрулирующие коридоры. Ему казалось, что стоило им с Крэббом и Гойлом выскользнуть
куда-нибудь, как профессора тут же оказывались поблизости. Правда, уже прошло много
времени с тех пор, как он последний раз бродил с ними по замку. Или с тех пор как они с
Панси ходили любоваться видом из Астрономической башни. Но Малфой не скучал по
этому. Больше количество его времени теперь уходило на работу с Гермионой и мысли о
ней. Но он как всегда всё испортил и опять причинил ей боль. Стоило ей только простить
его глупость, а он пошёл и сделал ещё одну. Серьезно, если бы он был на её месте, то уже
давно заколдовал бы своего нерадивого ухажера. Нахмурившись Драко подумал, что у
него просто не получается быть хорошим.
Он подошёл к их комнате и снял заклинание с двери. Пока оно растворялось в воздухе,
Драко уловил тусклое мерцание света сквозь щель. Отрыв дверь, он с удивлением
обнаружил Гермиону, сидящую за столом и погружённую в чтение книги. Она посмотрела
на него, и в какой-то момент в её карих глазах проскользнуло облегчение, но тут же
сменилось на страх, а затем на беспокойство, будто она вспомнила о чём-то. Её взгляд
снова вернулся к книге.

Письмо Малфоя лежало на столе, где оно и было оставлено ранее.

- Сейчас не слишком поздний час? - спросил он тихо.

- Я не могу больше уснуть, - прошептала девушка. - Мне кое-что приснилось, - добавила


она, когда Драко внимательно посмотрел на неё. - Почему ты здесь?

- Я тоже не могу уснуть, - ответил слизеринец.

- Страшный сон?
- Наверное, сейчас я уже не помню точно, - Драко захлопнул за собой дверь, что заставило
Гермиону подпрыгнуть на месте. – Так что тебе приснилось? - с интересом спросил Драко.
Обычно она не была такой нервной.

- Ни о чем, - прошептала она, отводя взгляд. Это был верный признак того, что что-то
произошло.

- Я был там? - обольстительно улыбнулся Драко.

- Нет! - резко выкрикнула Гермиона, что заставило его ухмыльнуться ещё больше, она
совершенно не умела врать. - И даже если ты и был в моем сне, это не такой сон, о
котором ты подумал.

- Но тебе снились раньше такие сны? Со мной? - блондин победно улыбнулся.

- Я…я не говорила такого, - голос Гермионы дрогнул, и она залилась краской.


Драко самодовольно ухмыльнулся ей, и она спрятала лицо в ладонях.

- Ты такой придурок, Малфой, ты ведь знаешь, да?

- Ты упоминала об этом пару раз, Грейнджер, - нежно сказал он, всё ещё улыбаясь. - Итак,
твой сон, который не о том, о чем я подумал, о чем он был на самом деле? - Драко сел на
подоконник и посмотрел на неё.

- Я не уверена, может, предупреждение? - пробормотала гриффиндорка, поднимая


голову, чтобы взглянуть на него.

- Я думал, ты не одобряешь всякие прорицательские штучки.

- Вообще-то нет, но это что-то другое, - Гермиона перевернула страницу в книге и начала
делать заметки. - Мне кажется, у меня почти получилось что-то, но я не уверена. Есть кое-
какие сложности в переводе, - она резко сменила тему.

Драко протянул руку к книге, и Гермиона замешкалась, но потом все же опустилась рядом
с ним на подоконник. Слизеринец осмотрел книгу, это был один из первых
зашифрованных текстов, с которыми они работали.

- Я помню эту книгу, - пробормотал он и стал просматривать перевод девушки. - Что ж, ты


прекрасно справилась, учитывая то, что латынь не твой конёк.

Гермиона сердито посмотрела на него, и Драко сразу понял, что она только что подавила
желание стукнуть его книжкой по голове. Вместо этого гриффиндорка проигнорировала
его комментарий.

- Вот это слово и фраза в следующем абзаце. Я не могу разгадать их.

Драко взглянул туда, куда показывала Гермиона и его глаза расширились.


- Я знаю, что это значит, - быстро проговорил он, указывая на фразу. - Здесь сказано «Nex
Necis». Так они называли непростительные заклятия, это настоящее название.

- Что? - резко побелев, спросила Гермиона.

- О, только не говори мне, что это скрыли от вас, маленьких гриффиндорцев?


Непростительные заклятия, знаешь, Круциатус, Империус и Ав…

Гермиона быстро перебила его.

- Конечно, я знаю о них, но почему он пишет об этом?

Драко нахмурился.

- Ну, очевидно, потому что они были созданы именно в его время.

- В его время? Я не знала об этом, - Гермиона постепенно приходила в себя.

- Вообще-то это не столь известный факт, но предположительно они были созданы


группой волшебников во время захвата Министерства в 15 веке.

- Откуда ты знаешь всё это? - Гермиона выглядела удивлённой.

Драко с гордостью ухмыльнулся.

- Ну я всего лишь сложил вместе мои знания о тёмных искусствах и информацию из того
свитка, который ты дала мне. Я могу быть иногда очень находчивым.

- Я заинтригованна твоими познаниями о зле, Драко, - мрачно сказала Гермиона. - Значит,


потом волшебники удерживали Министерство, создав эти заклятия.
-Нет, - быстро сказал Драко. - Нет, они были созданы кем-то другим. Люциус всегда
говорил, что мы многим обязаны нескольким болванам, которые пытались сделать
правильные вещи.

Гермиона медленно села, её пальцы рассеяно играли с прядью тёмных волос.

- Ты не думаешь, - она остановилась, а потом продолжила шепотом, - что О Леари создал


их? Он не мог…или мог? Это тёмные заклинания.

- Ну, он казался отчаявшимся в своих записях, - задумчиво произнёс Драко, - и мы знаем,


что он мог создавать собственные заклинания.

- Но это зло, - вновь прошептала Гермиона, явно находясь в шоке.- Он не мог, он не


должен был!

- Только то, что это темные заклинания не значит, что они бесполезны, - автоматически
сказал Драко.

Гермиона шокировано посмотрела на него, прежде чем встать.

- Ты ужасен, просто отвратителен, ты знаешь об этом?

- Что ж, это правда, - просто ответил Драко, наблюдая, как она начала в гневе мерить
комнату шагами. - Только то, что кто-то делает что-то плохое, не значит, что он не имеет
места в этом мире.

- Эти заклятия причинили боль стольким людям, неужели ты не понимаешь этого? Одно
из них убило родителей Гарри! Тебе неважно это? - Гермиона не дала Драко возможности
отреагировать, продолжая разражаться тирадами. - Конечно, тебя это не волнует, ты
такой же, как и остальные Пожиратели, несмотря на то, что ты говоришь. Ты всего лишь
подлый, мерзкий, злой…

- Я не злой! И уж наверняка я не Пожиратель Смерти! - воскликнул Малфой прерывая


Гермиону.
- Почему нет? - мягко спросила она, злость исчезла из её глаз, осталось только
любопытство.

- Из-за тебя…я думаю, - тихо ответил он.

- Это ничего не значит, - девушка вернулась и села рядом с Драко.

- Я знаю, - прошептал он.

Гермиона закрыла глаза на секунду.

- Драко, ты в опасности из-за меня?

В её вопросе было столько невысказанного волнения и надежды, что Драко почувствовал


невыносимое давление, оказываемое её словами, и его захлестнула волна
неконтролируемого гнева. Грубые слова вырвались сами собой.

- Конечно, я в опасности из-за тебя. Что? Неужели ты думала, мой отец будет счастлив,
узнав, что я получаю удовольствие, целуя грязнокровку?

В комнате повисла оглушительная тишина, во время которой Драко отчаянно желал


родиться немым, после чего Гермиона встала со своего места. Она даже не посмотрела на
парня, а только тихо собрала свои вещи. Но остановившись около двери, она обернулась,
и её глаза встретились с глазами Драко. И он отчётливо понял о чём говорил её взгляд -
она больше не вернётся.

Драко бросился к ней, но Гермиона быстро выскользнула за дверь. Она стрелой


метнулась вниз по лестницам, но Драко оказался быстрей. Он схватил её за руку и втянул
обратно. Гермиона пыталась отбиться от него, и её рука скользнула к карману, где
находилась её палочка, но Драко перехватил ладонь девушки, прежде чем она успела
дотянуться до нее. Девушка в бешенстве взглянула на него.

- Я буду кричать, - прошипела она.


- Нет, не будешь, - твёрдо ответил он, надеясь, что в его словах было больше уверенности,
чем он ощущал на самом деле.

Драко втащил её обратно в комнату и закрыл за ними дверь. Гермиона всё ещё пыталась
освободиться от его хватки, но у неё ничего не получалось.

- Ты прекратишь, наконец? Ты зря тратишь время, не говоря уже об энергии, - слизеринец


ещё больше усилил хватку.

Гермиона гневно посмотрела на него, но перестала сопротивляться.

- Послушай… Извини, - осторожно сказал Драко. - Я не думаю так о тебе…уже нет. Ты


знаешь, что не думаю.

- Я ничего не знаю о том, что ты думаешь, Малфой. Ты говоришь не то, что думаешь, или,
что ещё хуже, ты вообще ничего не говоришь. Меня уже тошнит от этого, - казалось, вся
ярость покинула её, и тело Гермионы расслабилось. - Я сражаюсь с тобой даже больше,
чем с Роном.

Драко почувствовал захлестнувшую его волну гнева.

- Что ж, если быть со мной так ужасно, почему бы тебе не пойти к своему дружку? - после
этих слов Драко отпустил Гермиону, и девушка быстро отступила назад.

Её глаза гневно сверкали и она вся, казалось, надулась от злости.

- Я итак не с тобой! - Гермиона шагнула к нему. - Мы вместе только тогда, когда


находимся в этой комнате.

- Разве? - раздражённо спросил Драко, ещё больше приближаясь к ней.

- Конечно, мы же не можем пачкать твоё имя, связывая его с именем грязнокровки.


- Моё имя тут не причем! - от этого разговора уже начала болеть голова, и Драко подумал,
что их наверняка кто-нибудь услышит, если они не будут говорить тише.

- Не причем? Конеч…

Голос Гермионы достиг таких высоких нот, что Драко показалось, что он уже слышит
скрип открывающихся дверей и Филча, поднимающегося по лестницам.

Стремясь к тому, что бы Гермиона только замолчала, Драко сделал совершенно


безрассудную вещь. Он поцеловал её, прерывая на середине предложения её
напыщенную речь.

Гермиона была настолько удивлена его порывом, что несколько секунд просто стояла, не
в силах пошевелиться. Этого времени хватило Драко, чтобы притянуть девушку к себе. И
когда, Гермиона, наконец, отреагировала, на действие Драко, она не оттолкнула его, а
сильнее вжалась в блондина, обивая руками его шею.

Драко не стал останавливаться, чтобы задаться вопросом о таком странном повороте


событий. Он был занят осознанием того, как его тело реагирует на близость Гермионы.
Его удивляло, что пара простых поцелуев может оказывать на него такое воздействие.
Далёкая часть сознания Драко восхищалась силой его желания, он хотел Гермиону так,
как не хотел никого и никогда. Его губы покинули губы гриффиндорки и переместились на
её скулы. Драко потянул голову Гермионы назад и его губы остановились на шелковистой
коже чуть ниже уха. Он вдохнул запах её волос, слабый аромат ванили.
Драко оторвался от неё - но не выпустил из своих объятий - и стал изучать её лицо. Глаза
Гермионы открылись и их взгляды встретились.

- Теперь ты со мной, - хрипло прошептал Драко.

Гермиона снова закрыла глаза.

- Теперь я с тобой, - согласилась она.

Драко снова поцеловал гриффиндорку. Пальцы Гермионы зарылись в светлые волосы и


притянули голову блондина ближе. Он потянул её за собой, спотыкаясь о разбросанные
по комнате вещи. Они приблизились к подоконнику, и, сев на него, Драко притянул к себе
Гермиону. Одной рукой он обивал талию девушки, а второй обхватывал её голову. Е руки
опустились с его шеи и скользнули по груди, обдавая жаром всё тело Драко. Он не
побеспокоился о том, чтобы надеть рубашку перед выходом из своей спальни, поэтому на
нём была только мантия и пижамные штаны. И теперь, когда пальцы Гермионы коснулись
его обнажённой кожи, он был весьма рад своей спешке при одевании.

Она наклонилась к нему, опираясь на подоконник, и Драко открылась прекрасная


возможность поцеловать её во впадинку у основания шеи. Он немного отодвинулся от
девушки, вглядываясь в её лицо. Под пристальным взглядом блондина щёки
гриффиндорки окрасились в розовый цвет, а глаза стали почти прозрачными. Всё также
рассматривая её, Драко протянул руку и заправил выбившуюся кудряшку ей за ухо.
Гермиона вздрогнула, когда его пальцы коснулись виска. Малфой сглотнул, почувствовав
сухость во рту, его рука, тем временем, скользнула вниз по её лицу. Глаза Гермионы
расширились, когда она поняла, что именно он собирается сделать, но гриффиндорка не
предприняла ни единой попытки, чтобы остановить его пальцы, ищущие застёжку
мантии.

Драко снимал тёмную ткань, делая это нарочно медленно, стараясь не поддаться
желанию разорвать её на кусочки. Выражение крайнего удивления появилось на его
лице, когда он понял, что под мантией Гермиона тоже была одета только в пижаму,
мягкую, фланелевую, с узорами звёзд на ней. Гермиона увидела выражение его лица и
нахмурилась. Драко понял, что она хочет что-то сказать, и снова поцеловал её, прежде
чем она успела произнести хоть слово. И девушка опять растаяла в его руках, её руки
сжались на его плечах и притянули ближе к себе.

Её близость опьяняла, и Драко боролся с собой, чтобы не набросится на неё. Он не хотел


сделать что-то не так, чтобы она ударила его и убежала снова.

Драко понял, что его руки скользнули по бокам и остановились внизу её ночной рубашки.
Он слегка поднял их, оголяя часть бледной кожи чуть выше пупка. Гермиона напряглась,
когда пальцы стали исследовать обнажённую кожу. Его руки остановились у края её
рубашки, прежде чем скользнуть под тёплую ткань. Гермиона тихо застонала,
почувствовав ладони Драко. Внезапно её руки выскользнули из-под мантии Драко, и она
схватила ими руки Драко, прежде чем они успели забраться слишком далеко.
Она держала его руки в своих, а её глаза молили о прощении. Драко сел назад, его руки
до сих пор были крепко сжаты, он глубоко вздохнул и попытался успокоить себя. Глаза
Гермионы засверкали от подступающих слёз. Она уже была готова вскочить, но Драко
вытянул свои руки из её хватки, взял её за плечи и нежно поцеловал в макушку. Гермиона
была совершенно неподвижна некоторое время, но потом облегчённо выдохнула и
положила голову на грудь Драко. Он слушал её дыхание, не произнося ни слова. Он знал
из прошлого опыта, что ему лучше не открывать рот и избегать возможности сказать что-
нибудь безупречно тупое. Гермиона затихла. и Драко понял, что она заснула. Он
подождал несколько минут, наслаждаясь её беззащитностью. Он не был уверен, что
когда-либо находился рядом с кем-то, кто настолько доверял ему.

Драко улыбнулся и закрыл глаза, не надеясь уснуть, но отчаянно желая, чтобы этот
момент длился вечно. Голова становилась всё тяжелей, и до того как он смог бороться с
этим, он забылся в счастливом сне.

Он знал, что глупо полагать, что именно её отсутствие разбудило его несколько часов
спустя, когда солнце уже осветило горизонт. Это, вероятно, были внутренние часы,
которые говорили, что он опоздает на Зелья, если не встанет в ближайшее время. Но
когда он проснулся утром в пустой комнате, то не мог избавиться от ощущения, что
проснулся он именно из-за того, что Гермионы не было рядом.

Лучи утреннего солнца просачивались сквозь высокие окна и Драко вспомнил, что он до
сих пор в своей пижаме. Профессор Снейп хоть и покрывал слизеринцев, но всегда с
неодобрением относился к опозданиям. Драко вылетел из комнаты, блокируя дверь, что
заняло у него довольно много времени. Малфой очень надеялся, что если его кто-нибудь
его увидит, то подумает, что он всего лишь слишком рано встал, а не слишком поздно лёг.

***
Драко сел на своё место и окинул взглядом подземелья. Весь класс был здесь, исключая
Гермиону. Поттер и Уизли сидели с одинаково удивлёнными лицами - Гермиона никогда
не опаздывала. Случайно, а может с подозрением Поттер взглянул на Драко. Малфой
самодовольно ухмыльнулся гриффиндорскому мальчику.

Все взгляды обратились на внезапно распахнувшуюся дверь, и Гермиона чуть не


споткнувшись, влетела в кабинет.

- Ах, мисс Грейнджер, я так благодарен, что вы решили присоединиться к нам сегодня, -
холодно произнёс профессор Снейп.

- Профессор, мне очень жаль. Я… - начала объясняться Гермиона.

- Я не желаю слушать ваши жалкие попытки извиниться. Десять очков с Гриффиндора. А


теперь сядьте на место, пока вы не заняли у класса ещё больше времени ,- голос Снейпа
заставил нахмуриться Драко - в конце концов, она извинилась.
Смущённая Гермиона быстро кивнула и стала занимать своё место. Но тут она увидела
Драко и остановилась. Её глаза расширились, и она густо покраснела. Драко показалось,
что она хотела что-то сказать, но это было невозможно, пока Снейп неотрывно смотрел на
Гермиону, ожидая, когда она сядет.

- Что-то не так, мисс Грейнджер? Никогда не думал, что мистер Малфой может быть таким
интересным.

Гермиона задохнулась от стыда и быстро юркнула на своё место, повернувшись спиной к


Драко.

Малфой понял, что уже некоторое время смотрит на своего любимого профессора.
Вообще-то Драко находил забавным то, что Снейп устраивал разнос гриффиндорцам, но
Гермиона совсем не заслужила этого. По её кругам под глазами было видно, что она
недостаточно спала ночью. Мысли о прошлой ночи вызвали широкую улыбку на лице
Драко, и он откинулся на стуле, окунаясь в воспоминания.

Его зелье, как и предполагалось, кипело, что было удивительно, ведь он весь урок не
сводил взгляда с Гермионы, наблюдая за тем, как она отмеряет ингредиенты.
Гриффиндорка стянула свои тёмные коричневые волосы в слабый узел, который она легко
соорудила, используя одну ленточку. Её вид пробуждал в Драко воспоминания -
обнажённая тонкая шея с маленькими выбившимися из узла кудряшками.

Пока он смотрел на неё, одна из гриффиндорок (Лаванда, насколько он помнил)


проходила между рядами. Она поскользнулась о край своей слишком длинной мантии и
налетела прямо на Гермиону. Раздался взрыв из-за брошенной Гермионой в котёл
горстки растёртого в порошок корня лотоса, вместо одной щепотки. Лаванда, плача и
держась руками за лицо, упала на пол. Но меньше всего Драко беспокоился о ней, он
оттолкнул назад упавшую девушку. Гермиона молча смотрела на свой расплавленный
котёл, кислотная жидкость до сих пор стекала по краю её стола. Драко кинулся к ней
прежде чем, кто-нибудь ещё смог среагировать на происшествие. Он заметил, что руки
Гермионы были покрыты той же жидкостью, которой была перепачкана её мантия. Она
рассеяно подняла глаза на другую девушку.

- Лаванда? - медленно прошептала она.


Профессор Снейп в гневе кричал о том, что ожёг от порошка корня лотоса, мог разорвать
руки Гермионы на кусочки. Но девушка не обращала внимания ни на что, её взгляд был
прикован к гриффиндорке, сидевшей на полу. Драко быстро расстегнул застежки на её
мантии и стянул с неё запачканную ткань, к счастью Грейнджер, она всё-таки надела
маггловскую одежду под мантию. Она была одета в простой свитер и коричневую
плиссированную юбку. Драко скомкал тлеющую мантию и бросил в испорченный котёл.

- Лаванда, ты в порядке? - голос Гермионы дрожал от боли и шока.

- Что ты наделала, глупая девчонка? - профессор Снейп отнял руки Лаванды от её лица и
теперь кричал на Гермиону.

- Она в порядке? Я не хотела. Это был несчастный случай.

- Несчастный случай? Несчастных случаев не бывает, - Снейп поднял Лаванду на ноги.

Девушка безостановочно плакала, а Мастер Зелий сердито смотрел на Гермиону.

- Профессор, - возмущенно произнес Поттер, подходя и становясь рядом с Драко, -


Гермиона не виновата, Лаванда споткнулась и врезалась в неё.

Драко быстро кивнул, понимая, что Снейп поверит больше ему, чем Поттеру.

- Меня это не волнует, Грейнджер должна знать, что нельзя измерять порошок из корня
лотоса над котлом, - Снейп продолжал сверлить взглядом Гермиону. - Выйдите из моего
класса. Заберите мисс Браун в больничное крыло и не возвращайтесь, пока не напишите
сочинения на пять футов о технике безопасности во время приготовления зелий.

Гермиона молча кивнула и обхватила перемотанной рукой Лаванду за талию и повела её


из кабинета, её плечи тряслись.
В первый раз за всю свою жизнь Драко обнаружил себя в гневе кричавшим вместе с
гриффиндорцами, а не против них. Он был на одной стороне с Поттером и Уизли, и оба
парня теперь с удивлением смотрели на него. Но никто больше не замечал Драко в этом
хаосе.
- Сядьте! - обычно спокойный голос Снейпа надломился в крике, и все в кабинете тут же
затихли.

- Это была не её вина, - опять рявкнул Драко на профессора.

- Да, - зло выпалил Уизли. - Это Лаванда была невнимательна.

- Гойл сделал то же самое на прошлой неделе. Гермионе попало только из-за того, что она
гриффиндорка, - пробормотал Поттер.

- Конечно, - согласился Драко.

Возникла неловкая пауза, во время которой три парня смотрели друг на друга. Драко
развернулся на каблуках и вернулся на своё место. Оставшуюся часть урока он провел,
напуская на себя скучающий вид, стараясь скрыть беспокойство.

Глава 23. Убийца.

Перевод, совместный с TuSik (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=24194)


и Lovely BLONDIE girl (http://www.hogwartsnet.ru/fanf/member.php?l=0&id=42981).

- Ну же, детка, перестань плакать. Всё не так уж плохо, - успокаивающе проговорила


мадам Помфри, после того как осмотрела лицо Лаванды, - Мисс Грейнджер приняла
большую часть удара на себя.

Обеспокоенная Гермиона сидела на соседней кровати.

- С ней всё будет в порядке? Не могу поверить, что я могла допустить это.

В это время медсестра легкими прикосновениями начала наносить какой-то синий крем
на лицо Лаванды.
- Вот, так-то лучше. Всего лишь легкий ожог, все следы исчезнут уже к обеду. А тебе, -
сказала она, повернувшись к Гермионе, - придется носить повязки до утра.

Девушка резко пала духом.

- Так долго?! Но мне нужно сделать домашнее задание…

Мадам Помфри пристально взглянула на гриффиндорку. Видеть студентов, жалующихся


на неспособность делать домашнее задание, ей доводилось нечасто.

- Уверена, ты переживешь это, - наконец выдохнула она.

Гермиона снова повернулась к Лаванде.

- Как ты? Мне действительно очень жаль…

Лаванда в свою очередь, сумев-таки успокоиться, подняла на неё красные, полные слез
глаза и произнесла дрожащим голосом:

- Все хорошо, Гермиона. Это я во всем виновата - я запнулась и толкнула тебя.

- Но Снейп прав, я не должна была отмерять корень лотоса над котлом. Я и сама
прекрасно это понимаю.

И действительно, девушка отлично знала все правила безопасности, что касались


приготовления зелий. А «измерение ингредиентов подальше от огня» было чуть ли не
первым в списке. Но Гермиона была просто сбита с толку с тех самых пор, как вошла в
кабинет. Она позволила его взгляду поймать свой, а потом было слишком поздно, она
попалась. Остаток урока она просидела со слегка покрасневшим щеками, дрожащими
руками и тысячами бабочек, трепещущими где-то в районе живота.

Гермиона не была уверена, но могла поклясться, что кто-то наблюдал за ней на


протяжении большей части урока, и угадать, кто это мог быть, не составило бы ей особого
труда. Но она так и не осмелилась повернуться и посмотреть. Пока девушка не увидит
этого собственными глазами, она не может знать наверняка. А отсутствие уверенности
казалось намного более безопасным, чем вероятность того, что Драко Малфой наблюдает
за ней и всё помнит.

- Ну что ж, с вами двоими я закончила, - голос Мадам Помфри вернул Гермиону из


душевных переживаний обратно в больничное крыло. - А Вы, мисс Грейнджер, помните
что я вам сказала: повязку снимать нельзя. Вам необходимо большее количество мази,
чем мисс Браун, а если вы подвергнете лекарство воздействию воздуха, оно не успеет
впитаться.

Гермиона молча кивнула, встала и взглянула на свои руки, которые были покрыты
тонкими белыми бинтами. Казалось, с её руками постоянно что-нибудь случалось. Будто
бы сама судьба знала, что единственной истинной пыткой для девушки была
неспособность выполнять домашнее задание. Осторожно попытавшись слегка согнуть
пальцы, Гермиона ясно поняла, что никоим образом не сможет сегодня писать. Даже не
принимая во внимания вес повязок, движение одеревенелыми пальцами причиняло
достаточно боли, чтобы не пытаться больше это повторить.

Гриффиндорки разошлись в разные стороны, едва достигнув лестницы над парадным


входом. Лаванда собиралась использовать свободное послеобеденное время, смешивая
Mavis’ Magical Makeup с небольшим количеством маггловских румян Ханны Эббот. Эффект
от получившегося состава можно было рассмотреть почти за километр. Гермиона,
например, категорически не могла понять, что заставляет девочек хотеть блестеть как
светофор. Но она слишком долго общается с Лавандой, чтобы сказать ей это. Девушка
лишь вежливо отказалась от макияжа, который Лаванда с завидным рвением предлагала
ей нанести, и решила вместо этого прогуляться к озеру.

Легкий весенний бриз пронесся над кристально-чистой водой, и Гермиона порадовалась,


что холода уже отступили. Через несколько месяцев им предстоит сдавать СОВы. От этой
мысли девушка горько скривилась, она могла бы потратить это время на подготовку к
ним, но нет, надо было взять и взорвать чертов котел.

Гермиона остановилась у самой кромки воды. Запретный лес в очередной раз пытался
захватить в плен тропинку, пролегающую по берегу озера. В Хогвартсе она читала
исто