Вы находитесь на странице: 1из 83

Министерство внутренних дел

Российской Федерации

Краснодарский университет

А.Г. Рябченко

Борьба с уголовной преступностью в России (1907-


1914 гг.)

Учебное пособие

Краснодар
КрУ МВД России
2012
УДК 340 (075.8) Одобрено
ББК 67.3 (2) 53 редакционно-издательским советом
Краснодарского университета
МВД России

Рецензенты:
Г.А.Городенцев, кандидат юридических наук, заместитель начальника
кафедры теории и истории права и государства Краснодарского университета
МВД России;
С.В.Трофименко, кандидат юридических наук, заместитель
начальника кафедры уголовного права Краснодарского университета МВД
России.

Рябченко А.Г.
Борьба с уголовной преступностью в России (1907-1914 гг.)/ А.Г.Рябченко -
Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2012. – 83 с.

В учебном пособии дается оценка особенностей и направлений


эволюции отечественной преступности в России в 1907-1914 гг.,
раскрываются задачи борьбы с уголовной преступностью в системе
приоритетов правоохранительной политики России.
Для профессорско-преподавательского состава, курсантов, слушателей
и студентов юридических вузов.

УДК 340 (075.8)


ББК 67.3 (2) 53

© Краснодарский университет МВД России, 2012


© Рябченко А.Г. 2012

2
ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………..…………………..………………….………4-8

Глава 1. Особенности и направления отечественной преступности в


России в 1907-1914 гг………………………………………………………...9-29

Глава 2. Правоохранительная система России и борьба с общеуголовной


преступностью в позднеимперский период……………………………..30-64

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………..............65-67

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ……………...…………..68-83

3
ВВЕДЕНИЕ

Актуальность рассматриваемой проблематики обусловлена неуклонно


растущим общественным и научным интересом к проблемам борьбы с
уголовной преступностью, приобретающим для современного мира
первостепенное значение. В первую очередь оно определяется устойчивой,
доминирующей на протяжении довольно длительного исторического
периода, общемировой тенденцией усиления криминальной активности
населения в условиях индустриальной модернизации и перехода к
информационному обществу. В контексте данной тенденции, к настоящему
времени борьба с преступностью вышла далеко за рамки национальных
границ, превратившись в одну из глобальных проблем современности,
требующих своего разрешения. При этом принципиально важно учитывать
гуманитарную составляющую проблемы, предполагающую использование в
указанных целях методов, находящихся в рамках признанных норм
гуманизма и человеколюбия.
В условиях проводимых в постсоветской России реформ, повлекших за
собой радикальные изменения в сфере социально-политических отношений,
сложилась сложная криминогенная ситуация, которая улучшается крайне
медленно. Между тем, постановка задачи строительства в России правовой
государственности предполагает обеспечение более эффективного
противодействия криминалитету.
В указанном контексте представляется особенно актуальным
переосмысление противоречивого опыта борьбы с уголовной преступностью,
накопленного в имперской России в 1907-1914 гг., когда усиливавшаяся
ориентация государства на признанные либеральные ценности существенно
корректировалась потребностями обеспечения политической стабильности.
В рамках историографического экскурса рассматриваемой проблемы
представляется целесообразным остановиться на постсоветском периоде.

4
В 80-х – 90-х гг. XX столетия интерес к проблемам преступности,
уголовного сыска царской России значительно возрастает. Одновременно
становятся доступнее ранее закрытые материалы. К тому же, в условиях
либеральных реформ у историков появились возможности высказывать
различные точки зрения, использовать немарксистские концепции и
методологию. По-прежнему, большое внимание исследователей привлекала
история российской тайной полиции. 1 В то же время все более внимание ими
обращается на криминальную составляющую революционного движения.2
Специфика периода состояла, в первую очередь, в особом внимании к
духовной, ментальной сфере. В частности, исследователи обращают
внимание на социально-правовые условия: а) неразвитость правовой
системы государства и частое ее реформирование; б) освобождение
огромного количества людей от крепостничества и разрушение крестьянской
общины и городских корпораций (мещанских и купеческих обществ,
ремесленных цехов); в) ослабление корпоративного контроля над
отдельным человеком, превосходство волны городской преступности над
сельской, столичной над городской; г) сплочение и организация преступных
сил в ходе нараставшей антизаконной волны социального протеста против
попыток самодержавия вернуться к прежним порядкам. 3
В целом, российские ученые на новом уровне переосмыслили
трактовки дореволюционных авторов, предложив современное видение
проблем эволюции уголовной преступности в условиях зарождения
процессов глобализации. 4 Исследованию проблематики способствует также

1
Лурье Ф. Полицейские и провокаторы. СПб., 1992; Рууд Ч. Степанов С. Фонтанка,
16.Политический сыск при царях. М., 1993; Жухрай В. Тайны царской охранки:
авантюристы и провокаторы. М., 1991; Перегудова.З.И. Политический сыск России (1880-
1917 гг.). М., 2000.
2
Будницкий О. История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях.
Ростов-н/Д., 1996; и др.
3
Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII - начало XX в.).
СПб., 1999. Т. 2. С. 78 - 108.
4
Лунеев В.В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции. М.,
2005; Ерасов Б.С. Криминал, как продукт крушения цивилизационного устройства //
Восток. 2000. № 3.
5
поиск новых подходов к пониманию характера социально-экономического
строя России,5 имперского государственного строительства.6
Опираясь на широкую базу данных, собранных
дореволюционными исследователями (М.Н. Гернетом, П. П.
Пусторослевым, Н. С. Таганцевым, Е. Н. Тарновским, Н. Я. Файницким и
др.), современные ученые занимаются, прежде всего, изучением проблем,
связанных с историей уголовного права и отечественной криминалистики
В 90-х годах XX века появляется также ряд работ (Мулукаев Р.С.
«Полиция в России (IX - начало XX века)»; Сизиков М.И., Борисов А.В.,
Скрипилев А.Е. «История полиции России»; «Полиция и милиция России:
страницы истории»; «Органы и войска МВД России»; Кошель П.А.
«История сыска в России») и диссертационных исследований (Р.Г.
Нарбутов, В.А. Ефремов, В.В. Лысенко, А.О. Лядов, Т. Л. Матиенко и др.),
посвященных различным аспектам деятельности уголовного сыска. 7 Все
большее внимание ученых привлекают проблемы разработки и реализации
полицейской реформы. 8 К настоящему времени в свет вышло также
несколько работ по истории борьбы с преступностью отделов сыскной
полиции. К этой группе исследований можно отнести работу А.Т.
Скилягина и Р. М. Любвина «Сыщики Петербурга. Документальные
очерки о конкретных делах и специалистах уголовного сыска».9 По теме

5
Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII - начало XX в.). Т. 1-
2. СПб., 1999; и др.
6
Высшие и центральные государственные учреждения России 1801 – 1917 гг. В 4 тт.
СПб., 1998; Курицын В.М. Буржуазные реформы государственного аппарата и развитие
права России в 60-80 годы XIX века. М., 1992; Власть и реформы. От самодержавия к
советской России. СПб., 1996; Балязин В.Н. Московские градоначальники. М., 1997; и др.
7
Борисов А. Дугин А. Малыгин А. Полиция и милиция России: страницы истории. М.,
1995; Сизиков М. Борисов А. История полиции России. М., 1992. Вып. I-II; Скрынников
Р.Г. Царство террора. СПб., 1992; Мулукаев.Р.С. Полиция в России (19в.-начало 20 в.).
Н.Новгород,1993; Елинский В.И. Становление и развитие уголовного розыска в России
(19- нач.20 вв.). М., 1997; История полиции России/ Под ред. В.М. Курицына. М., 1999;
Кручинин В.Н. Становление и развитие законодательной базы организации и
деятельности полиции России. Воронеж, 2002; Пиотровский В. Кудрявцев Д. Очкур Р.
Русская полиция. М-СПб., 2007; Рубцов С.Н. История российской полиции. Иркутск,
1998; и др.
8
Овченко Ю.Ф. Полицейская реформа В.К. Плеве // Вопросы истории. 1993. №8; и др.
6
исследования было защищено и несколько диссертаций на соискание ученой
степени кандидата исторических наук. 10
Однако и в этих работах проблема борьбы полиции с
профессиональной преступностью не рассматривается в достаточном
объеме. Авторы акцентировали внимание преимущественно на общей
характеристике уголовного сыска.
Отдельные авторы делают чрезмерный акцент на политическом
значении сыска, в частности, руководствуясь «концепцией о том, что
отечественные организованные криминальные силы активизировали борьбу
за государственную власть, привлекая при этом в свои ряды все новых
представителей различных слоев российского общества второй половины
XIX - начала XX века. Результатом подобных действий явилось создание
специфического, выросшего в условиях противоборства западного и
восточного менталитетов отечественного криминалитета, причастного к
организации революций в 1905 и 1917 гг.».11 Хотя, следует согласиться с
автором в том, что «отечественной организованной преступности в стране,
значительно повлиявшей на рост социальной напряженности в России начала
XX века». Также верно утверждение: «Периоды усиления или ослабления
отечественного криминала в условиях централизованного государства с
жесткой командно-административной системой управления, полностью
контролирующей и регулирующей все стороны жизни российского
общества, в конечном итоге, попали в прямую зависимость от степени
активности светской и духовной власти. Зачастую под влияние преступности

9
Скилягин А.Т. Любвин Р.М. Сыщики Петербурга. Документальные очерки о конкретных
делах и специалистах уголовного сыска. СПб., 1998.
10
Быкова А. Г. Проституция в истории больших городов Западной Сибири 1880-1914 гг.
Дисс. …канд. ист. наук. Томск, 1999; Зоткина Н.А. Феномен девиантного поведения в
повседневной жизни российского общества на рубеже XIX-XX вв.: преступность,
пьянство, проституция: На материалах Пензенской губернии. Дисс. …канд. ист. наук.
Пенза, 2002; Шиловский Д.М. Полиция Томской губернии в борьбе с преступностью в
1867-1917 гг. Дисс. …канд. ист. наук. Новосибирск, 2002; и др.
11
Смирнов М.А. Отечественная преступность и общественно-политическая ситуация в
России во второй половине XIX – начале XX века. Дисс. … канд. ист. наук. Кострома,
2005. С.30.
7
попадали и сами представители административных органов государства.
Например, из первого кабинета Временного правительства, руководившего
страной с марта по апрель 1917г., десять министров были, так или иначе,
причастны к мировым преступным структурам».12
Вместе с тем, вопросы борьбы с уголовной преступностью по-
прежнему редко становятся предметом специального изучения. 13 В
большинстве отмеченных работ они рассматриваются в общем контексте
ведомственной истории и, соответственно, не отличаются системностью.

Там же. С.35.


12

Шиловский Д.М. Полиция Томской губернии в борьбе с преступностью в 1867-1917 гг.


13

Дисс. … канд. ист. наук. Новосибирск, 2002; Косарецкая Е.Н. Женская преступность в
Орловской губернии во второй половине XIX – начале XX вв. Дисс. … канд. ист. наук.
Орел, 2007; и др.
8
Глава 1. Особенности и направления отечественной преступности в
России в 1907-1914 гг.

Реформы середины XIX – начала XX веков, сменявшиеся периодами


контрреформ, не смогли адекватно разрешить проблемы, стоявшие перед
российским патриархальным обществом на стадии буржуазной
модернизации. С одной стороны, они сделали возможным развитие
светского образа жизни в стране, способствовали увеличению ее социально-
экономического, правового и политического потенциала. Однако, с другой
стороны, насильственное их проведение привело к ряду негативных
последствий: к усилению социальной дифференциации и увеличению
социальной неустроенности большей части населения России.14
Быстрое развитие капитализма, обуславливавшее нарастание процессов
разложения традиционного общества, влекло за собой распад привычных
социальных связей, рост дифференциации, усиление мобильности,
нарастание процессов маргинализации, деклассирования населения,
утверждения в обществе культа наживы, духа стяжательства и т.д.
Углубление кризиса общественной нравственности имело своим следствием
распространение настроений правового нигилизма, неуважения к закону.
Росту преступности способствовал ряд объективных причин,
основными из которых были бурное развитие капиталистических отношений
после реформы 1861 года, а также отмена крепостного права и разрушение
крестьянской общины, что повлекло ослабление общественного контроля за
поведением отдельного человека.15 Кроме того, среди причин,
способствовавших росту числа преступлений, выделяются такие, как
получение населением гражданских прав, утверждение идей законности и
уважения к личности, с одной стороны и облегчение возможности получения

14
Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII - начало XX
века). СПб., 1999. Т. 1. С. 286.
15
Миронов Б.Н. Социальная история России. В 2 т. Т. 2. СПб., 2003. С. 99.
9
судебной защиты благодаря повсеместно утвержденным мировым судам, с
другой.16
Профессиональные воровские шайки в России организуются в
исследуемые годы на артельных началах. Во главе каждой преступной
группировки стоял свой «хозяин» (обычно авторитетный вор-рецидивист)
или «купец», который, не вступая в прямые сношения с ворами, получал и
реализовывал награбленный товар, а также режиссировал преступления,
планируя каждую деталь предстоящего дела.17
В данной связи, С.Я. Лебедев по этому поводу писал: «В XIX столетие
преступный мир вступил окрепшим, сплоченным, монолитным, имеющим
силы и возможности противопоставить себя общественному порядку и
закону. XIX век можно с уверенностью назвать эпохой расцвета преступного
мира... Предшествующие периоды развития преступности, систематическое
совершение преступлений ее представителями способствовали росту их
квалификации. С ростом же преступной квалификации появилась преступная
специализация, а с ними возникло и новое качество преступности -
криминальный профессионализм».18
В частности, следует особо отметить, что в пореформенный период,
вплоть до Октябрьской революции 1917 г. случаи вооруженных ограблений и
убийств в России росли с каждым годом. По распространенности же убийств
и разбоев первое место среди всех территорий Российской империи,
несмотря на весьма энергичную борьбу с этими преступлениями
административных и судебных властей и немалые материальные средства,
издерживаемые на просвещение местного населения, занимал к тому времени
Кавказ. В целом, преступность в пореформенный период в полной мере
укоренилась в самых различных слоях российского общества, а также в
государственных ведомствах России второй половины XIX - начала XX века.
16
Миронов Б.Н. Социальная история России. В 2 т. Т. 2. СПб., 2003. С. 94.
17
Наш преступный мир // Вестник полиции. Еженедельный журнал с иллюстрациями.
1916. №51-52. С. 1068.
18
Лебедев С.Я. Традиции, обычаи и преступность: Теория, методология, опыт
криминологического анализа. М, 1996. С. 96.
10
При этом, на фоне устойчивого увеличения общего числа преступных деяний,
совершенных чинами административных учреждений, большой процент
падал на преступников, так или иначе связанных с финансовой сферой.
Можно отметить, что ряды преступников пополняли не только бродяги
и нищие, иные деклассированные элементы, но представители основных
слоев российского общества. В частности, это было характерно для рабочих
растущих промышленных предприятий. Используя социально-политические
и экономические требования, в ряде случаев они создавали свои
криминальные группировки, вовлекая в них, в основном,
неквалифицированных и малоквалифицированных рабочих, заработок
которых постоянно снижался. Поэтому повод для начала деятельности
подобных структур найти не составляло особого труда.
Неуважение к закону, к праву приобрело самое широкое
распространение и в предпринимательской среде. В данной связи
сознательно укажем на ту часть крестьянства, которая после отмены
крепостного права подалась в сферу фабричного производства, торговли,
услуг. Их общее число к концу XIX века превысило 30% рубеж (вместе с
предпринимателями из элитных слоев общества). 19
При этом деятельность свою они зачастую начинали прямо в селах,
многие из которых после Особого распоряжения 1883 г. были
преобразованы в города. Но некоторые селения длительное время
сохраняли прежний статус по причине нежелания отдельных
новоиспеченных предпринимателей платить повышенные налоги. К таким
населенным пунктам можно отнести села Орехово, Зуево, Никольское
Владимирской губернии.20 Отличительной чертой новых предпринимателей
явилось чрезмерное стремление к труду и накопительству. Желание
добиться сверхприбыли «заставляло» купцов, дельцов, новых фабрикантов не
останавливаться ни перед чем. В итоге, чаще стали обнаруживаться их

19
Миронов Б. И. Указ. соч. Т. I. С. 306.
20
Водарский Я. Е. Промышленные селения центральной России в период генезиса и
развития капитализма. М., 1972. С. 73.
11
конфликты с рабочими, которые начали жаловаться не только на низкие
заработки и длинный трудовой день, но и на грубость мастеров и других
представителей фабричной администрации, на применение физической
силы и употребление мата, на сексуальные посягательства по отношению к
работницам, на обращение к рабочим на «ты», на отношение к ним как «к
детям», «рабам», «крепостным» или «вещам».
В этих условиях происходило деклассирование части крестьянства и
примкнувшей к ней части дворянства, на основе которых формировался
новый класс буржуазии, в значительной степени криминализирующийся
сам и способствующий криминализации других слоев общества. Здесь
необходимо также отметить, что именно представители крестьянских и
дворянских сословий стали во второй половине XIX века своеобразными
носителями криминального импульса в стране.
Таким образом, заниматься махинациями, злоупотреблениями,
воровством для многих становилось куда выгоднее, чем трудиться в
рамках закона. Это касалось и предпринимателей и рабочих. Более того,
кризис правосознания российского общества прослеживается даже в правых
теориях и концепциях наиболее ярких представителей мыслящей части
российского общества или в противостоянии политико-правовых идей в
политической жизни страны, в борьбе политических партий отстаивавших
свое видение политико-правового будущего России, наконец, в повседневной
жизни россиян.
Своеобразным катализатором для развития преступности стала
либерализация такой формы наказания за совершение преступления, как
ссылка и каторжные работы. Число ссыльных и каторжников постоянно
росло, вплоть до начала XX века, когда правительство впервые за всю
историю существования подобной формы наказаний законодательно
попыталось снизить их количество. Однако, несмотря на отмену ссылки в
июне 1900 года, являвшейся, по мнению властей, главной причиной роста

12
преступности в целом по стране, уголовная преступность продолжала
увеличиваться и приобретала угрожающий характер.
Вместе с тюремными заключенными, по министерским подсчетам,
число освобожденных из состава ссыльных и каторжных определялось в 40
тыс. человек.21 К этому необходимо также прибавить большое количество
бежавших из тюрем, ссылки и каторги.
Как и сегодня преступниками использовались следующие методы
вовлечения в свои ряды отдельных представителей мирового социума:
насильственный метод, внушение, заражение, подражание.
В ходе борьбы за вовлечение членов общества в криминальные
структуры противоправные силы применяли в комплексе весь арсенал
названных методов, но по отношению к различным категориям общества в
основном применялся какой-то один из них. Здесь учитывался, прежде всего,
тип и характер преступного сообщества, в которое вовлекался отдельный
индивид или отдельная группа социума. Например, подражанию были
подвержены наиболее часто дети, подростки и молодежь, старающиеся таким
образом походить на «авторитетных», более старших, умудренных опытом
«товарищей».
Данный метод широко применялся, например, в воровском мире.
Внушение являлось основной формой пропаганды и рекламы
политической преступности. Ему в большей степени подвергались
обездоленные слои нищих и бродяг. Одновременно с этим именно они, как
показывают факты, являлись основным источником рецидивизма.
Показатели уголовной статистики иллюстрируют увеличение числа
преступлений в период столыпинской реакции, что было неминуемым по-
рождением самой структуры тогдашнего общественно-политического строя.
Так, количество уголовных дел о тягчайших преступлениях против личности
- убийствах - достигло в этот период громадных абсолютных размеров и
увеличилось с 30 942 в 1909 г. до 34 438 в 1913 г. (почти на 12%), причем

21
РГИА. Ф. 1405. Оп.539. Д. 750. Л.Л. 2-3 об.
13
количество осужденных за убийство возросло с 6777 человек в 1910 г. до
8134 человек в 1912 г. (на 20%).22
Желание «хорошо пожить» приводило к росту подлогов (главным
образом векселей): с 6633 уголовных дел, возбужденных в 1909 г., до 8158 - в
1913 г. (на 25%) и соответственно присвоений и растрат - с 4769 до 5917 (на
25%). Моральное разложение, нравственное лицо тогдашнего общества
прекрасно характеризуется увеличением «преступлений против женской
чести» - с 12 622 уголовных дел до 16 195, или почти на одну треть,
соответственно преступлений «против союза родственного и брачного»,
куда, в частности, включались «прелюбодеяние и кровосмешение», - с 3477
до 5365 уголовных дел (почти на 60%) и «преступления против
нравственности» (педерастия, скотоложество и пр.) - с 1107 до 1279 (на 16%).
В 1912 г. это составляло 34%. Подкупы, взятки, ложные доносы, биржевые
аферы должностных лиц, показывающие нравственный облик значительного
числа «крупных и мелких» служащих в государственных и частных
учреждениях, убедительно подтверждаются ростом служебных преступлений
с 13 461 до 14 501 уголовного дела, а также лжеприсяг, лжесвидетельств и
лжедоносов - с 10 642 до 14 291 дела (более чем на 1/3).
Самой распространенной из наиболее опасных национальных форм
преступности в России долгое время являлось конокрадство. Согласно
абсолютно справедливой оценке современников: «Это величайшее зло,
подчас совершенно разоряющее крестьянина и равносильное убийству его
самого. Отнимите у мужика лошадь и он гол, как сокол». 23
В данной связи заметим, что к началу XX века конокрадство было
фактически поставлено на профессиональные рельсы. Это было вызвано
увеличением числа освободившихся крестьян из-под бремени крепостной
зависимости, которые не смогли найти места в жизни и добывали себе на
пропитание тем, что грабили и продавали домашний скот, с которым всегда
были неразлучно связаны.
22
Свод статистических сведений по делам уголовным за 1912 г. Спб., 1915. с. 8.
23
Вестник полиции. 1910. 10 февраля. № 6. С. 173.
14
Рост конокрадства был также следствием распространения
деятельности цыганского населения страны, которое активно передвигалось
в границах государства, убегая от преследования властей и частых волнений
(войны, бунты, неурожаи и т.д.), систематически потрясавших Россию.
Анализируя деятельность конокрадов, можно проследить эволюцию
отечественных преступных группировок: от шаек, образовавшихся по
уговору для совершения одного или нескольких преступлений (до 10
человек) и до преступных организаций, связанных жесткой дисциплиной и
имеющих связи во властных структурах. Территория их деятельности
вбирала в себя целые губернии и регионы. Просматривая фонды
Министерства юстиции, невольно обращаешь внимание на то, что каждый
второй из десяти осужденных окружными судами центрального региона
страны был осужден за конокрадство.
Следующим видом преступлений отечественного происхождения,
распространившимся в России стала подделка денег, документов и других,
наиболее ценных вещей. Вокруг данного предприятия также собиралось
множество лиц с сомнительными биографиями, со временем
сплачивающихся в единые преступные организации. В полицейских сводках
данные о них с каждым годом идут по возрастающему вектору.
Значительный рост преступных организаций указанного вида приходится на
военные и революционные годы, когда появилась острая необходимость в
приобретении названных вещей. «По полученным в Департаменте полиции
сведениям, в разных местах империи, назначенных для прибытия
неприятельских подданных, появились преступные организации,
занимающиеся снабжением военных за плату подложными паспортами и
разного рода удостоверениями, давая возможность совершать побег из мест
водворения».24
Представляется вполне закономерным устойчивый рост в России
насильственной преступности. Можно отметить, что для профессиональной,

24
ГАРФ. Ф.102. Оп.2. Д. 1633. Л. 80.
15
(как и для организованной) преступности наряду со стремлением к извлечению
дохода характерна длительность и устойчивость преступной деятельности.
Следует согласиться с С.С. Остроумовым, что динамика рецидива
свидетельствует о состоянии прироста населения в два раза. 25 С 1899 по
1908 годы число разбоев и грабежей в России увеличилось на 111 %.26
Наряду с этим все более масштабной и изощренной становилась
корыстная преступность.27 Тем не менее, количество краж с 1909 по 1916
год неуклонно возрастало, и прирост составил 86 %. По данным
Департамента полиции, в основном преступления совершали рабочие
обрабатывающей промышленности. 28 По этим данным можно
констатировать общий неуклонный рост профессиональной преступности в
России в 1907-1914 гг.
Например, по каналам Департамента полиции в 1909 г. прошла
информация, что «...в Самаре организовалась шайка аферистов из евреев и
русских, обобравших проживающих в Самаре: содержателя булочного
магазина Виленской губернии Хухловича на 3 тыс. руб., мещанина
Юроза на 1500 руб. и мещанина Замятина на 900 руб. Шайка организована из
шести человек, распределивших работу по способностям: одни ищут
подходящих «клиентов», другие приобретают золотые и серебряные
монеты в незначительном количестве и продают их за огромную сумму
(бумажных денег), подмешивая вместе с ними обыкновенную медь.
Установлено, что их лидером является польский мещанин по кличке
«Молдаван» (Б. А. Молдавский) 43 лет, а так же участвует еврей лет 30-35 по
кличке «Наум Лысый» из Варшавы и мещанин (еврей) из Жмины,

25
Гернет М.Н. Избранные сочинения. М., 1974. С.43.
26
Остроумов С.С. Указ.соч. С.67.
27
См.: Свод статистических сведений по делам уголовным за 1913 год. Пг., 1916. С. 12;
Тарновский Е.Н. Война и движение преступности в 1911-1916 годах// Сборник статей по
пролетарской революции и праву. 1918. № 1-4. С. 105; Остроумов С.С. Указ. соч. С.47.
28
Суд и преступник // Вестник полиции. Еженедельный журнал с иллюстрациями. 1916.
№ 25. С. 685-687.
16
Черниговской губернии, Арюнов лет 35...». Другие участники группировки
не были опознаны, но видна их непосредственная связь с местным банком.29
Констатируя устойчивый рост преступности, отметим также, что
желание государства пойти по западному пути развития и
приостановить десоциализацию и криминализацию населения с помощью
своего непосредственного «участия» в различных социальных потрясениях
(упоминавшееся уже ведение многочисленных войн, регулирование цен на
хлеб в урожайные и неурожайные годы и т. д.), которые в странах Западной
Европы и Америки способствовали снижению преступности, также не дало
результата.
По мнению М.Н. Гернета, участие России в войнах не могло оказать
влияния на снижение отечественной преступности, потому что оно было
чрезмерным (русско-турецкая война 1877-1878 гг.; русско-японская война
1904-1905 гг.; Первая мировая война и др.); военные действия в основном
велись на отдаленных территориях, что вызывало отчужденность от них
русского народа.30 В результате, например, после окончания русско-японской
войны возросло число воинских и общеуголовных преступлений, увеличился
процент воров, из которых около половины были беженцы. Именно тогда в
большом количестве получил распространение такой тип воров, как
«гастролеры».
Революция 1905-1907 годов особенно усилила развитие негативных
тенденций. В частности, с развитием деклассированных элементов
государства, в различных категориях населения все более романтизируются
паразитические элементы общества (босяки, обитатели Хитровых рынков и,
самое главное, уголовные преступники).
При этом усиливается стремление видеть в них исключительно
жертву социальной системы. Так, революционер М.А. Бунин так
прокомментировал ситуацию по сплочению политических и уголовных

29
Там же. С.11.
30
Гернет М.И. Общественные причины преступности. Социалистические направления в
уголовном праве. М., 1906. С. 416-417.
17
элементов: «Нам надо войти в союз со всеми ворами, разбойниками
русской земли». Русское общество всегда относилось с явной симпатией к
уголовникам и деклассированным элементам, выходящим с топором на
дорогу. Как здесь не вспомнить романтизацию крестьянских движений С.
Разина и Е. Пугачева. Но в новых условиях эта симпатия уже не была сродни
народной симпатии к «несчастным», а выражала страсть к разрушению
национальных начал. 31
В итоге, общее количество преступлений, совершенных против
общественного и государственного порядка в процентном отношении
увеличилось с 13,2% за период 1874 по 1883 гг. до 55,4% за период 1909 по
1913 гг.32 Преступления подобного типа фактически приобрели
универсальный характер, то есть вместе с политическими целями
преследовали и чисто уголовные.
В целом, техническая и социальная революция, подъем
крупной промышленности, начавшийся в России со второй половины XIX
века, вызвали еще больший поток переселенцев в города. В самом начале
процесса государству удавалось с помощью церкви нейтрализовывать его с
разной долей успеха (благотворительные миссии, духовное умиротворение,
социальная амортизация), но с проведением ряда хозяйственных реформ
(например, закона об отношениях фабричных рабочих и предпринимателей в
1895 г.) ситуация становилась неуправляемой.
К январю 1905 г. в России, по оценке фабричных инспекторов,
насчитывалось 1660693 рабочих, из которых значительная часть была
представлена молодыми людьми. Характеризуемые склонностью к
социальному паразитизму (стремление «урвать» материальные блага
любыми, в том числе криминальными способами), к тотальному отрицанию
культурного прогресса, к деструктивным действиям в политической сфере и
31
Одесский М.П. Фельдман Д.М. Поэтика террора и новая административная
ментальность: очерки истории формирования. М.: Российский государственный
гуманитарный университет, 2003. С. 17.
32
Миронов Б.И. Социальная история России периода империи ( XVII-начало XX вв.): М.,
1999. Т.2. С.90.
18
подверженные, в силу безысходности экономической стороны жизненной
ситуации, повышенной возбудимости, они становятся более жестокими,
непримиримыми борцами за свои права». 33 На первых порах требования
рабочих не выходили за рамки закона. Они требовали увеличения
заработной платы, сокращения рабочего дня, выражали недовольство
экономическими условиями труда, высокой зарплатой фабрикантов,
неблагоустройством рабочих помещений, условиями быта, натуральным
обеспечением и т.д.34
Но, исследуя более подробно своды отчетов фабричных инспекторов,
посланных Министерством торговли и промышленности для разрешения
противоречий между рабочими и предпринимателями, за 1907-1914 гг.,
можно проследить эволюцию требований рабочих, постепенно вбиравших в
себя идеи социального паразитизма: забастовки по сочувствию без указания
причин, но совпадающие с общими демонстративно-политическими
требованиями; требования заработной платы за дни прежних и текущих
забастовок, отмена выплат за бракованные изделия, неисправную работу,
опоздания, прогулы; полное уничтожение штрафов и вычетов. При
значительном увеличении общего числа требований рабочих (с 51,8% в
1901 г. до 65 % в 1905 г.) процент последних выходил на первое место вместе
с требованиями об увеличении заработной платы (27%). И это при том, что,
например, в 1905 г. средний заработок рабочего составлял 144 руб. 93 коп.
Общий заработок по Московскому округу в этом же году составлял 975004
руб. 89 коп. Из этой суммы они платили за съестные припасы и товары в
фабричных лавках 418200 руб. 54 кон., на общественные нужды -253034
руб.35
Следует также отметить, что общая сумма содержания рабочих
фабрикантами составляла 9760524 руб. 14 коп., а сумма взыскиваемых с них
33
Свод отчетов фабричных инспекторов за 1905 год. СПб., 1908. С. 5.
34
Михайлов Б. Люмпенизация населения как предпосылка социальной напряженности,
конфликтности в обществе и как угроза безопасности России // Политика. 1996. № 14.
С. 11-26.
35
Свод отчетов фабричных инспекторов за 1 9 1 1 год. СПб., 1912. С. 81-83.
19
штрафов равнялась лишь 44509 руб. 81 коп. И то, она шла на оказание
помощи рабочим, потерявшим способность к труду навсегда (инвалидам) -
819 руб. 50 коп.; временно потерявшим способность к труду по болезни -
11484 руб. 54 коп.; беременным женщинам - 19607 руб. 85 коп.; на
проведение похорон - 5526 руб. 50 коп.; пострадавшим от пожаров и
потерявшим имущество - 20036 руб. 22 коп.; пострадавшим в других
различных ситуациях- 1603 руб. 65 коп. Приведенные цифры
свидетельствуют о том, что уровень жизненного благосостояния рабочих
был вполне достаточным. Но, тем не менее, отношение к труду у них
изменяется: растет количество бракованных изделий (с 68, 7% до 75,9% за
период с 1901 по 1905 гг.), количество прогулов (14-18%). 36
В итоге, увеличивается число нарушений правопорядка не только на
фабриках, но и в местах проживания рабочих (с 10 до 14%) и, в конечном
итоге, растет число преступлений.37 В одной только Москве за 1905-1908 гг.
количество зарегистрированных преступников увеличилось почти в два раза
(с 85184 человек в 1905 г. до 169 575 человек в 1908 г.).38 Расширяется
социальная база преступности. Качественно меняется состав
преступников. За период с 1910 по 1914 гг. на те же 100 тыс. человек
населения страны среднее число осужденных в процентном отношении
составляло 60% представителей крестьян и рабочих, 25% мещан и 10%
представителей привилегированных сословий (в том числе и
духовенства).39
В первую очередь опасения общества вызывал рост насильственной
преступности, в которой возрастала роль организованных групп. Однако
политика власти в данном плане может расцениваться как предельно
либеральная. Так, в 1904-1905 гг. в Санкт-Петербургском окружном суде

36
Свод отчетов фабричных инспекторов за 1905 год. СПб., 1908. С. 14-15, 22-25.
37
Наш преступный мир // Вестник полиции. Еженедельный журнал с иллюстрациями.
1916. №о45. С. 1046.
38
Борьба с преступностью. Тюрьма и преступность // Вестник юстиции. Еженедельный
журнал с иллюстрациями. 1909. № 5. С. 90-92.
39
Гернет М. И. История царской тюрьмы в 5-ти т. М., 1963. Т. 4. С. 24.
20
разбиралось несколько дел арестантов, совершивших убийство, кражи,
грабежи несколько раз (до 4-х). Все они были помилованы и освобождены из
заключения или отправлены в действующую армию.40
Недооценка в судах характера преступлений (рост оправдательных
вердиктов) привело к еще большему увеличению числа преступных
группировок и числа состоящих в них преступников. Группировки
становятся более организованными и дисциплинированными.
Снижение уровня контроля над жизнью россиян, фактическая
безнаказанность за содеянное преступников привели к тому, что последние
стали видеть в своем уголовном настоящем единственный способ
зарабатывания на хлеб. Убийства и грабежи становятся для них
профессиональным делом, а создаваемые ими преступные группировки
(организации) своеобразными фирмами или предприятиями, за счет которых
уголовники сколачивали свой капитал, беспощадно эксплуатируя
подчиненных (других преступников).
Особенно масштабный разгул уголовной преступности страна
пережила именно в годы первой российской революции и
постреволюционный период 1907-1909 годов, когда как уголовники, так и
«революционеры» занялись реализацией масштабных криминальных
проектов.
В данной ситуации даже вокруг прежде относительно спокойных сфер
развернулись настоящие сражения. В частности, укажем на то, что вокруг
тайной проституции стал также процветать организованный преступный
бизнес. Здесь появились свои сутенеры, рекламодатели, деятельность
которых приводила к возмущениям не только со стороны самих проституток,
но и их потенциальных клиентов. Происходили крупные столкновения,
зачастую вооруженные, в которых принимали участие множество
человек. 41

40
РГИА. Ф.1405. Оп.521. Д. 167. Л.Л. 56-62.
41
Ночные телеграммы // Ведомости Московской городской полиции. 1905. №122. С. 2.
21
Активная преступная деятельность российских радикалов была
перенесена даже за рубеж. Особенно от нее пострадала Англия, Франция,
Швейцария и Германия. Известны случаи совершения ими преступлений
даже в Монголии.
Российские политические преступники крайнего толка в основном
осуществляли там массовые террористические акты и многочисленные
экспроприации. Причем экспроприировали в основном не денежные
средства крупных капиталистов, а заработную плату простых рабочих, за
интересы которых якобы боролись российские революционеры-боевики.
В частности, «Times» в публикации от 25 января 1909 г. сообщала
следующие подробности о грабеже, совершенном русскими
«экспроприаторами» в Лондоне, которые ограбили кассира с завода
Шнуриена, несшего зарплату рабочим. Было украдено около 1 тыс. руб. При
этом было убито несколько человек, попытавшихся задержать
преступников. В момент задержания один из них покончил с жизнью,
выстрелив в себя. Другой позднее также покончил с собой. Полиция
установила их личности. Грабитель оказался Павлом Гефельдом, русским, из
Риги, жившим в Англии уже 2 года. Его товарищ, но имени Яков, также
русский подданный. Оба анархисты и участвовали в нескольких покушениях
в России. Как отмечала газета, по инициативе штаба анархистов,
находящегося в Лондоне, была также совершена еще одна экспроприация на
Шефтобюргавеню».42
Свидетельством девальвации человеческой жизни стало развитие
практики наемничества, связанной, прежде всего, с устранением
конкурентов, занимающихся предпринимательством, и личных
недоброжелателей. При этом устранялись все, несмотря ни на
происхождение, ни на пол, ни на возраст. Вот лишь один из вопиющих
примеров, поражающих воображение своей рациональной жестокостью. В
1909 г. в Петрограде «произошло заказное убийство восьмилетней девочки,
42
Преследование русских экспроприаторов в Лондоне // Вестник полиции.
Еженедельный журнал с иллюстрациями. 1909. № 3. С. 55.
22
которая помогала родителям, продавая семечки. Заказчик ее конкурентка 50-
ти летняя Анна Апорова, которая наняла для ее убийства 16-летнюю
знакомую девушку Александру Кутафину, пообещав «поблагодарить»
хорошими подарками и в виде «задатка» дав ей 20 коп».43
В данный период образуются целые мафиозные группировки
наемников, имевших своих «людей» - заказчиков во власти. Например, в
1916 г. в Сенате рассматривалось дело владивостокского частного
поверенного А.Г. Рачковского, осужденного за подстрекательство наемных
преступников к изувечению богатого владивостокского купца В. И.
Синкевича, которого Рачковский ревновал к своей жене. В сентябре 1911 г.
по «наводке» Рачковского был облит серной кислотой упомянутый Синкевич
в поезде. Виновным оказался незадолго до того прибывший во Владивосток
после отбывания наказания за кражи и бродяжничество лишенный прав
Александр Макашов. Последний, при посредстве ссыльно-поселенца А.
Вульфовича, был нанят для совершения преступления упомянутым выше А.
Г. Рачковским. Виновные понесли следующие наказания: Рачковского как
подстрекателя приговорили к 6-летней каторге; Макашова - к 3 годам
арестантских отделений и «посредника» Вульфовича - к 1 году 4 месяцам
тюрьмы».44
Однако и в тюрьмах власть была не в состоянии обеспечивать
необходимый порядок. Так, в циркуляре начальника Департамента полиции
от 17 января 1910 г. отмечалось: «За последнее время сделалось весьма
частым и почти обычным то крайне нежелательное явление, что
содержащимся под стражею в различных местах заключения арестантам, как
политическим, так и уголовным, удается поддерживать бесконтрольные
сношения с внешним миром и даже подготавливать при содействии
находящихся на свободе своих единомышленников не только побеги из

43
Еженедельное обозрение. Убийство за 20 коп. // Вестник полиции. Еженедельный
журнал с иллюстрациями. 1909. № 26. С. 554.
44
Суд и преступление. Владивостокская «мафия» // Вестник юстиции. Еженедельный
журнал с иллюстрациями. 1916. № 7. С. 203-205,
23
тюрем, но и массовые арестантские беспорядки и террористические акты в
отношении тюремной администрации; у арестантов зачастую оказывались
доставленные извне не только разного рода запрещенные предметы, орудия
для взлома и поджогов, но и оружие, и боевые припасы, и т. д.».45
Массовость, всеохватность становится, в итоге, основной чертой
российской преступности. В частности, мира в силу сложившихся в
межреволюционные годы политических и социально-экономических причин
пошел еще дальше процесс сращивания государственных чиновников
с представителями уголовного. На это обращали внимание многие
специалисты. Например, начальник Костромского сыскного отделения в
1911 г. считал необходимым правоохранительным структурам, во избежание
окончательного перехода служащих ломбардов, ссудных касс и других
подобных учреждений на охрану криминальных элементов, объединить с
ними усилия в борьбе с преступностью, главным образом, в обнаружении
похитителей и похищенного.46 Это было крайне необходимо сделать именно
потому, что в рассматриваемый период названные представители общества и
государства входили в социально-политические и уголовные преступные
группировки, укрывая (сознательно и несознательно) от полиции их
финансовые и материальные средства за приличные вознаграждения.
«Существует множество ухищрений, практикуемых служащими в
ломбардах, при помощи которых они входят в стычки с похитителями,
укрывают заложенное в ломбардах заведомо краденное, даже принимают
иногда похищенное от воров или же служат посредниками между
последними и скупщиками краденного, а также спекулируют и
мошенничают с обесцененными квитанциями на перезаложенные или
порченые вещи и т.п., доходя даже до систематических краж закладов...
Администрация таких учреждений неправильно прикрывается
утвержденным Правительственным уставом, уклоняется или же оказывает...
противодействие точному и быстрому наведению справок чинам сыскной
45
ГАРФ. Ф. 5800. Оп. 1. Д. 1. Л.2.
46
ГАРФ. Ф. 102. Оп.1. Д. 1622. Л.12 об.
24
полиции, а при рассылке ломбардом предупредительных объявлений очень
редко принимают меры к задержанию но ним предъявителей похищенного».47
Далее начальник просил у прокурора Костромской губернии разрешения на
проведение в ломбардах города систематических осмотров и обысков с
учетом укрываемого чинами сыскной полиции на основании 258 ст. уст. уг.
суд.
Таким образом, к первой четверти XX века в России действовала целая
сеть организованных преступных группировок, в которых государственные
служащие играли важные роли. Если в конце XIX века состав подобного
типа преступников был представлен в основном чинами высшего и среднего
звания (титулярные советники, коллежские регистраторы, высшие
офицерские чины и т.д.) и знатного аристократического происхождения, то к
началу XX века он преобразуется в пеструю неоднородную массу.
Это, в свою очередь, повлияло на развитие насильственной
преступности, привело к снижению порога ее мотивации, увеличению доли
преступных посягательств, сопряженных с неадекватной жестокостью и
проявлением садизма. В сводках происшествий за 1907 -1914 гг.,
предоставляемых императору бывшими в то время министрами юстиции,
часто дается следующее определение характеру тех или иных совершенных
преступлений: «Совершено антизаконное деяние в состоянии раздражения и
аффекта». Прибавьте к этому распространение в массовом сознании культа
вседозволенности, которое повлекло за собой увеличение числа лиц,
совершающих насильственные преступления на почве агрессии и
хулиганских побуждений (иррациональная мотивация). Такие преступления
чаще всего совершала городская и деревенская молодежь, которая так
боролась за свободу собственной личности. 48

47
Вишняков М. В. К вопросу о судебной ответственности министров // Юридические
записки / Под ред. Б.А. Кистяковского. Ярославль: Изд. Демидовский юридический
лицей, 1914. Вып. 1-II (XIX-XX). С. 152-220.
48
Гуревич В. Я. Хулиганство // Отчет общего собрания Русского Международного союза
криминалистов 13 - 16 февраля 1914 г. в Петербурге. Пг., 1916. С. 5 -7.
25
Попустительское в прямом смысле отношение закона к детским
преступлениям способствовало росту самых тяжких преступлений в детской
среде. Но если в 70-90-е гг. грабежи и убийства совершались в одиночку, или
2-3 человеками, то рамках рассматриваемого периода в уголовных сводках
проскальзывает информация о существовании детских организованных
преступных группировок, занимающихся совершением рассматриваемых
преступлений. По данным Е.Н. Тарновского уже к 1908 г. процент
несовершеннолетних преступников достиг 5 % рубежа к общему числу
осужденных.49 Число же убийц и грабителей всех возрастов за это же время
(вместе с политическими) достигло 10%. Получил широкое распространение
также такой вид преступления, как торговля живым товаром. Это явление
стало прогрессировать после Крымской и Русско-турецкой войн,
преимущественно в центральных регионах страны (Владимир, Иваново-
Вознесенск, Москва и т. д.).
Первая мировая война по своим масштабам и принесенным бедствиям
не имела себе равных в прошлом. Ее влияние на преступность было огромно
и не могло идти ни в какое сравнение с предыдущими войнами. Е.
Тарновский, охваченный в начале войны, как и большинство его коллег,
патриотическим восторгом, с пафосом писал: «Настоящая война происходит
при совершенно других обстоятельствах и при другом настроении народной
массы, чем в 1904—1905 гг. Помимо всеобщего объединения уже одно
запрещение продажи спиртных напитков положило прочное начало к
улучшению народной нравственности и уменьшению преступности в
широких слоях населения. Достаточно сказать, что во второй половине 1914
г. преступность сравнительно со второй половиной 1913 г. уменьшилась на
20%».50

49
Тарновский Е. Н. Движение числа несовершеннолетних осужденных в связи с общим
ростом преступности в России за 1901-1910 гг. // Журнал Министерства Юстиции. 1913.
№ 10. С. 45.
50
Тарновский Е. Н. Указ. соч. С. 88.
26
Но столь оптимистический взгляд автора на «улучшение народной
нравственности» и «всеобщее объединение» характеризовал ситуацию лишь
на начальном этапе войны. Позднее в этом убедился и сам Е. Тарновский,
который под влиянием непредвиденных им катастрофических последствий
войны был вынужден в дальнейшем прийти к совершенно противоположным
выводам.
Для исследования движения наиболее серьезных преступлений он
подытожил сведения, взятые им из особых отчетных ведомостей, ежегодно
представляемых председателями окружных судов о числе возникших
следствий по крупнейшим городам страны. В результате были получены
относительные показатели.
Общее число возникших следствий.51
1911 г. 1912 г. 1913 г. 1914 г. 1915 г. 1916 г.
Петроград 100 111 122 119 98 -
Москва 100 105 108 101 109 150
Н. 100 106 105 98 68 116
Новгород
Казань 100 104 103 83 66 98
Саратов 100 92 126 129 119 151
Астрахань 100 97 99 78 79 115
Харьков 100 107 127 121 117 155
Киев 100 106 112 95 85 107
Одесса 100 110 118 108 85 91
Рига 180 108 126 118 76 85
Итого по 100 105 113 104 95 124
9 городам
без Пг.

Как видим, движение преступности в целом по большим городам


Европейской России за указанное время имело одну и ту же тенденцию:
непрерывное повышение числа возникших следствий вплоть до начала
империалистической войны, затем заметное сокращение до минимума в 1915
г., перелом и, наконец, резкое увеличение в 1916 г.

51
Тарновский Е. Н. Война и движение преступности в 1911-1916 гг.
27
В контексте нового неуклонного роста преступности, нельзя обойти
вниманием проблему алкоголизации страны.
Введение ограничительного закона о продаже вина в 1914 г.
способствовало возникновению крайне противоречивой ситуации. Вначале
запрещение алкоголя повлияло на значительное понижение штрафов,
налагаемых на рабочих. В особенности уменьшилось число прогулов
после праздничных дней, что, со своей стороны, способствовало росту
производительности, иногда даже при уменьшении числа рабочих. Пьяные
прогулы совершенно прекратились, праздничные прогулы сократились с 2-
3 дней до одного. Большая часть из них была зарегистрирована во время
мобилизации призывников на войну.52
В результате взаимодействия всех перечисленных выше факторов к
первой четверти XX века в России окончательно сформировывается
совершенно новый социально-исторический облик преступника,
«прошедшего нелегкий путь своего становления», с малолетства до зрелого
возраста. Из биографии убийцы-грабителя Тимирева, совершившего
несколько убийств и более десяти ограблений на общую сумму,
превышающую 2 тыс. руб.: «В первый раз молодой человек судился за кражу
в г. Рижске, когда ему было всего 18-19 лет, двадцати одного года он был
взят на службу, но из полка бежал. Совершив первое убийство в Рязанской
губернии, Тимирев бежал в Германию, где поступил в слесарную
мастерскую, прослужив здесь восемь месяцев, ограбил хозяина и бежал в
Россию. После чего неоднократно судился и отбывал наказания но
подложным документам. В Тамбове судился за убийство, но был
освобожден, как психически больной. Из рассказа убийцы-грабителя
открывается факт, что он бывал в Москве и однажды чуть не попался в руки
полиции в ходе одной из облав. Найденные при Тимиреве записки и его
ответы в ходе дознания свидетельствуют о скрупулезной подготовке
преступника к каждому совершаемому им преступлению».53
52
Свод отчетов фабричных инспекторов за 1914 год. СПб., 1915. С. 56.
53
Раскрытие ряда преступлений и арест неуловимого убийцы-грабителя Тимирева//
28
Таким образом, подводя итоги, следует признать, что в ходе
реализации имперской модели модернизации российского общества налицо
просматриваются процессы нарастания деструктивных явлений в сфере
общественной нравственности, кризис правосознания, нарастание
социальных девиаций и преступности.
В данной ситуации многократное изменение Уголовных уложений,
гражданских кодексов, затянувшаяся тюремная реформа, проведение ряда
крупных амнистий, как для политических, так и для уголовных преступников
(1904, 1913гг.) дали возможность российскому криминалу пустить в стране
глубокие корни и начать активно проводить свою политику в жизни общества.

Глава 2. Правоохранительная система России и борьба с


общеуголовной преступностью в позднеимперский период

Констатируя значительный рост уголовной преступности, российская


государственная власть была поставлена перед необходимостью найти
адекватные ответы на новые вызовы времени, прежде всего, обеспечить

Ведомости Московского градоначальства и столичной полиции. 1916. № 8. С. 3.


29
эффективное противодействие негативным социальным девиациям и
криминализации общества. Растущая актуальность борьбы с уголовно-
политической преступностью, жесткого противодействия криминальному
миру требовала модернизации как законодательства, нормативно-правовой
базы, так и системы государственных правоохранительных органов,
укрепления их организационного и кадрового потенциала.
Первые шаги по данному пути были сделаны еще в 1860-1870-е годы.
Уже полицейская (1862г.) и судебная (1864 г.) реформы основательно
изменили не только всю систему правоохранительных органов, но и
коренным образом сказалась на преобразовании всего российского
законодательства, в котором одновременно существовали старые и новые
государственные принципы. Однако они проходили медленно и
неравномерно по всей территории России, зачастую противопоставляя друг
другу имперское и местное законодательство. В свою очередь, многократное
изменение уголовных кодексов, введение состязательного судебного
процесса и обобществление судебных органов (введение института мировых
судей) способствовали размыванию их роли и функций в государственной
системе наказаний.
Содержание нового этапа борьбы с преступностью, прежде всего,
определялось основными функциями органов правопорядка. Среди
функций наиболее присущих российской государственности в рамках
рассматриваемого периода целесообразно выделить следующие:
репрессивно-карательная, предупредительно-воспитательная или
превентивная, правовосстановительная или компенсационная. При этом
основу, исходные рубежи модернизационных процессов предопределяла
законотворческая деятельность.
В целом, в условиях реформ государство вынуждено было начать
искать более совершенные пути для устранения криминала в стране. А это, в
свою очередь, потребовало принятия серии новых законодательных актов,
зачастую противоречащих друг другу.

30
Самодержавию несколько раз приходилось преобразовывать
нормативно-правовые документы, определявшие методы и приемы борьбы с
преступностью «современного типа». Данный процесс осложнялся тем, что
проходил в рамках модернизации всей государственной системы. А это
способствовало еще большему нагнетанию социальной напряженности в
стране. Например, издание очередного Уголовного Уложения 1866г.,
повлекшего за собой в дальнейшем проведение радикальной тюремной
реформы (70-80-е гг.), по которой тысячи заключенных оказались на воле,
создало законодательную основу для увеличения крупных преступлений.54
Тем не менее, в конечном итоге, в сложившейся ситуации российские
власти просто вынуждены были пойти на дальнейшие законодательные
преобразования в области права для кардинального изменения положения
остававшихся в заключении и получивших свободу преступников. Уже в
1886г. было издано новое Уголовное Уложение, стимулированное рядом
существенных недостатков, содержавшихся в Сводах законов 1845 и 1866 гг.
К ним один из отечественных исследователей истории права И.С. Таганцев
относил противоречия, формализацию, неполноту, неопределенность
санкций и отсутствие четкой иерархии наказаний.55
Но, решая вопрос о наказаниях преступников разными способами в
условиях перехода страны от устаревшей монархической правовой системы к
буржуазно-демократической, власть заложила, таким образом, фундамент
для будущего массового пополнения криминальных рядов. С одной стороны,
наказания стали более гуманными. Например, к бессрочной каторге
приговаривались единицы. Для многих она заменялась на аналогичное
заключение сроком от четырех до двадцати лет. С другой стороны,
применение к осужденным разных видов наказаний (главные,
дополнительные, заменяющие) способствовало увеличению времени

54
См.: Балыбин В.А. Уголовное уложение Российской империи 1903 года. Л. , 1982.
С.8-9.
55
Таганцев Н.С. Лекции по русскому уголовному праву. Часть Общая. СПб., 1887. С.15-
16.
31
пребывания их в иных местах заключения. Ссылка стала иметь 30 степеней:
от года до четырех лет в разные районы страны (по степени удаленности от
центра). Заключение в исправительный дом могло продолжаться от полутора
до шести лет, арест - от одного дня до шести месяцев, тюремное заключение
- от двух месяцев до двух лет. Уложение 1886г. предусматривало и ряд
других мер: отдачу под надзор, высылку за границу, запрещение жить в
определенных местах и т.д. Многие осужденные и даже подозреваемые
могли отбывать наказания сразу но нескольким статьям, предусмотренным
главным уголовно-правовым документом страны.56
Отметим также, что уже Александр III понимал, что Уложение
1886 г., несмотря на все имевшиеся подвижки но отношению к
предыдущим аналогичным законодательным актам, не разрешило многих
противоречий. Им была поставлена задача разработать новый проект
Уголовного Уложения, который должен был предусматривать исключительно
все виды и формы наказания «современной преступности». За каждый
отдельный вид преступных деяний совершивший его должен был нести
соответственное наказание. Все это, в свою очередь, предопределяло
необходимость обсуждения каждой статьи проекта во всех силовых органах
власти. И данный процесс затянулся на несколько десятилетий.
Атмосфера постоянного обсуждения законопроекта Уголовного
Уложения оставалась весьма напряженной. Так и не решив ни одного из 24
вопросов, имевших большое значение, Особое присутствие передало проект
в Общее собрание Государственного Совета. Оно за один день работы (10
февраля 1903 г.) не смогло их даже рассмотреть. Тем не менее, новый
император России Николай II подписал в этот день заключение, посвященное
Уголовному Уложению и содержащее также комментарии, которые вскоре
стали препятствием на пути введения закона в действие. Одновременно на
рассмотрение Николая II были представлены Государственным Советом 17
спорных вопросов. По 14 из них им было утверждено мнение большинства;
56
См.: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных в редакции 1886 года // Свод
законов Российской империи. Т.XIII-XV. СПб., 1914. C. 469-653.
32
по двум - мнение меньшинства, а по одному вопросу, где голоса
распределились поровну, император утвердил мнение тех, с кем был великий
князь Михаил Николаевич- Председатель Государственного Совета.
В конечном итоге, Указом от 22 марта 1903 г. Николай II утвердил
проект нового Уложения, которое состояло из 37 глав и 687 статей. Первая
глава называлась «О преступных деяниях и наказаниях вообще» и
фактически представляла общую часть закона, а остальные - особенную.
К достоинствам Уголовного Уложения 1903 г. относили четкое
определение субъектов преступления, под которыми понимались «лица» или
«служащие», а не «дворяне», «купцы» и т.д., как это было в предыдущих
Уложениях. 57
Очередные изменения, внесенные в новое Уголовное Уложение, в
первое время, до середины 1904 г., повлияли на значительное снижение
количества преступлений. Прежде всего, это было связано с увеличением
возрастного ценза для привлечения к суду (с 7 лет в 1886г. до 10 лет в
1903г.), а также с еще большим смягчением некоторых форм наказания.
Например, смертная казнь совершалась через повешение публично и не
применялась к лицам моложе семнадцати лет и старше семидесяти лет. Срок
каторги составлял от четырех до пятнадцати лет. Ссылка назначалась без
срока, но с правом досрочного освобождения за хорошее поведение.
Заключение в крепость назначалось на срок до шести лет, в тюрьму - до двух
лет, арест - на срок до шести месяцев, помещение в исправительный дом -
до восьми лет.
В свою очередь, модернизация нормативно-правовой базы страны
потребовала кардинальных преобразований в органах правопорядка, что, в
конечном счете, предопределило изменение уголовно-карательной формы
борьбы с отечественным криминалом.
Увеличение криминала в условиях дальнейшей либерализации
отечественного уголовного законодательства потребовало от самодержавия
Уголовное уложение 1903 года // Российское законодательство Х-ХХ веков. Т.9. М.:
57

Юрид. лит., 1994. С.271-326.


33
проведения в жизнь консервативных жестких карательных мер для борьбы с
ним, приспособленных к новой социальной действительности. Выход
монархия нашла в расширении деятельности агентурной системы
министерства внутренних дел и Департамента полиции, которая занималась
одновременно и следствием, и розыском, и наблюдением. В данной ситуации
была сформирована концепция преобладающего значения внутреннего
наблюдения (филерство) за различными видами отечественной
преступности. Проводимая политика полностью соответствовала букве
закона рассматриваемого времени. Ее нельзя оценивать с точки зрения
морали. Инструмент не может быть аморальным, он оценивается лишь в
связи с его эффективностью.58
В то же время, приходится отметить, что необходимых финансовых
средств для реального укрепления общей полиции изыскать так и не удалось.
В итоге, существующие полицейские органы просто не в состоянии были
справиться с нарастающей волной преступности.
Полицию России на рубеже XIX - XX веков отличала от полиции
других европейских государств сложность структуры. Полицейские органы
возникали по мере необходимости и не образовывали единой системы. В
основу классификации органов российской полиции могут быть положены
различные основания.
Так, в зависимости от принадлежности и источника финансирования
все «виды полиции России конца XIX - начала XX века можно условно
разделить на государственную, ведомственную и частную полицию. В
структуру государственной полиции входили политическая и общая полиция,
которые не были тесно связаны между собой, хотя и подчинялись
Министерству внутренних дел. Функции политической полиции выполняли
губернские жандармские управления (ГЖУ) и охранные отделения. Борьбой
с уголовной преступностью, а также выполнением других многочисленных

58
Жаров С.Н. Нормативное регулирование деятельности политической полиции
Российской империи: Автореферат дисс... канд. юридических наук. Екатеринбург: Изд.-
во Южно-Уральского государственного университета, 2000. С. 11-14.
34
обязанностей занималась общая полиция в составе городских и уездных
4
управлений. Уездному исправнику подчинялись становые приставы.
Последние руководили работой полицейских урядников, стражников,
сельских сотских и десятских. Полицейские управления городов возглавляли
полицмейстеры. В состав управления входили: приставы, помощники
пристава и полицейские надзиратели. Городское полицейское управление
руководило деятельностью околоточных надзирателей и городовых.59
Рост революционных выступлений, уголовной преступности, которая в
значительной степени приобрела профессиональный характер, постоянно
требовали увеличения численности полицейских. Учитывая постоянную
нехватку средств, правительство было вынуждено изыскивать иные меры для
проведения этих мероприятий. Они, в основном, сводились к следующему.
Во-первых, по мере изыскания финансовых средств на местах учреждались
дополнительные должности полицейских. Во-вторых, правительство
активнее шло на создание подразделений и отдельных должностей,
полностью содержащихся за счет ведомств, промышленных и акционерных
компаний, общественных организаций, и даже отдельных лиц.60
Широко использовался и смешанный способ. Так, горные исправники и
иные горные полицейские стражи содержались частично за счет казны,
частично за счет золотопромышленников. Привлеченные средства позволяли
образовывать ведомственные виды полиции: ярмарочную, портовую,
речную, фабрично-заводскую, лесную стражу, горно-полицейскую стражу,
предназначавшуюся «для охраны мест Высочайшего пребывания» и
состоявшую в полном подчинении Министерства Императорского двора.61 В-
третьих, полицейскими функциями наделялись те или иные звенья
существовавших структур государственного аппарата и должностные лица,
использовалась полицейская повинность, широко применявшаяся в сельской
59
Учреждение полиции. СПб., 1913. С. 9.
60
Нарбутов Р.В. Проект развития полицейских органов России // Советское государство и
право. 1990. № 11. С. 58.
61
Нарбутов Р.В. Проект развития полицейских органов России // Советское государство и
право. 1990. № 11. С. 58.
35
местности до 1903 года, когда сельская сословная полиция была упразднена
и создана уездная полицейская стража.
Сельские десятские и сотские входили в состав уездной полицейской
стражи. В обязанности выборных сельских старост, волостных старшин,
сотских и десятских также вменялись полицейские функции.62
Кроме вышеуказанного деления полицию царской России можно
разделить и по территориально-уездному принципу.
В соответствии с этим принципом полиция делилась на:
1. Уездную и городскую;
2. Уездную полицейскую стражу;
3. Сельскую полицию;
4. Жандармскую полицию.63
Во главе уездной полиции стоял уездный исправник. Начальником
городской полиции был полицмейстер, а в городских поселениях, где этой
должности не учреждалось, городской полицейский пристав или чин уездной
полиции.
В 1903 году был создан новый вид полиции - уездная полицейская
стража, состоявшая из офицеров полицейской стражи, урядников, старших
стражников и стражников. Чинам стражи полагалось быть конными. Таким
образом, уездная полицейская стража являлась наиболее маневренным видом
полиции, в любую минуту готова была направиться в любую точку уезда в
случае возникновения беспорядков или выступления крестьян. Уездная
полицейская стража должна была оказывать всяческое содействие
волостному и сельскому «начальству» при исполнении последними
возложенных на них полицейских обязанностей.
Следующий вид - сельская полиция. Начальником сельской полиции
в пределах волости был волостной старшина, а в пределах сельской общины -

62
Нарбутов Р.В. Проект развития полицейских органов России // Советское государство и
право. 1990. № 11. С. 58.
63
Учреждение полиции. С. 8.
36
сельский староста. Волостному старшине были подчинены сельские
старосты и десятские.64
Жандармская (политическая) полиция организационно состояла из
Отдельного Корпуса жандармов и охранных отделений. На местах она была
представлена соответственно Губернским жандармским управлением во
главе с ч начальником, а также с конца 1902 года районными охранными
отделениями. Охранные отделения вели оперативно-розыскную работу, а
ГЖУ - следствия по политическим преступлениям, а также совместно с
общей полицией осуществляли надзор за ссыльными и политически
неблагонадежными гражданами.
Все вышеуказанные части полиции структурно входили в состав
Министерства внутренних дел. Это Министерство объединяло под своим
началом практически все существующие в то время правоохранительные
органы Российской империи. Но не только. Его полномочия
распространялись и на сферы, далеко выходящие за эти рамки. В частности, в
разные периоды существования этого Министерства в его состав входили:
Главное Управление Почт и Телеграфов, Главное Управление по делам
печати, Хозяйственный департамент, Департамент Духовных Дел
Иностранных Исповеданий, Медицинский департамент, Департамент Общих
дел, Земской Отдел, Статистический Отдел, Ветеринарный Комитет,
Техническо-Строительный Комитет, также Канцелярия и Медицинский
Совет.65
Непосредственное руководство полицией осуществлял Департамент
полиции. Во главе Департамента полиции стоял директор. 66 «Хотя Директор
и является, прежде всего, докладчиком дел Министру, но, кроме того,
пользуется и некоторой долей власти. Ст. 232 п. 3. «Учреждения
министерства» постановляет, что Директору принадлежит «разрешение
силою существующих законов и учреждений всех затруднений,

64
Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России. С. 12.
65
Грабовский А. Н. Указ. соч. С. 112.
66
Свод Законов Российской империи. СПб., 1892. Т. I. Ч. 2. С. 188.
37
встречающихся при исполнении». Это не значит, однако, чтобы все дела,
могущие быть разрешенными силою существующих законов, решались без
доклада министру. Но всему этому на деле директора являются лишь
докладчиками в большинстве случаев дел министрам, снимая с себя, таким
образом, всякую ответственность».67
Департамент полиции состоял из отделов или делопроизводств,
руководивших отдельными сторонами его деятельности. Количество
делопроизводств, в зависимости от ситуации в стране, менялось.68
1-е делопроизводство (1880 - 1917 гг.) - распорядительное. Оно
заведовало общеполицейскими делами - личным составом всех учреждений
полиции, подготовкой полицейского резерва, заведовало «перемещением,
увольнением и награждением чинов полиции, наблюдало за назначением
пенсий». 1-е делопроизводство, кроме того, заведовало картотекой, где
хранились материалы личного состава департамента и досье агентов и
провокаторов.69
2-е делопроизводство (декабрь 1880 - 1917 гг.) - законодательное,
занималось составлением полицейских инструкций, циркуляров, а также
законопроектов. С 1911 года по решению П.А. Столыпина 2-е
делопроизводство стало заниматься вопросами о реформе Департамента
полиции, о паспортном уставе, а также разработкой фабрично-заводского
законодательства. В 1906 году в составе 2-го делопроизводства работало
несколько комиссий, занимавшихся проблемой реформы полиции. Это
комиссии Фриша, Макарова и Коханова.
3-е делопроизводство (декабрь 1880 - 1917 гг.) - секретное, до конца
XIX века было важнейшим во всей структуре департамента. Заведовало
всеми делами политического розыска, надзором за политическими

67
Коркунов Н.М. Русское государственное право. С. 382 - 383.
68
Полиция и милиция России. С. 46.
69
Полиция и милиция России. С. 41.
38
организациями и партиями. С 1 января 1898 года важнейшие дела 3-го
делопроизводства были переданы в особый отдел.70
4-е делопроизводство (февраль 1883 - 1902 гг.; 1903 - 1914 гг.) - это
делопроизводство наблюдало за ходом политических дознаний в губернских
и жандармских управлениях, а после 1907 года осуществляло надзор за
массовым рабочим и крестьянским движением и за деятельностью легальных
обществ. Через это делопроизводство проходило утверждение уставов
обществ, а также разрешение публичных лекций, чтений, выставок и съездов.
5-е делопроизводство (1883 - 1917 гг.) - ведало гласным и негласным
надзором, а также наблюдало за иностранцами, проживавшими в России.
6-е делопроизводство - следило за изготовлением, хранением и
перевозкой взрывчатых веществ, пожарной охраной, а также фабрично-
заводским законодательством.
7-е делопроизводство (1902 - 1914 гг.) - особый отдел - наследовал
функции 4-го делопроизводства по наблюдению и дознанию по
политическим делам.
8-е делопроизводство (1908 - 1917 гг.) - заведовало сыскными
отделениями. Образованное в 1908 году, хотя и явилось самым «молодым»
делопроизводством Департамента полиции, но приобрело огромное
значение. Непосредственным «шефом» этого делопроизводства являлся
министр внутренних дел, который лично назначал начальников отделений,
их помощников, надзирателей, переводчиков и даже канцелярских
чиновников.71
9-е делопроизводство (1914 - 1917 гг.) - занималось делами,
связанными с войной. В компетенцию этого делопроизводства входило:
ведение политического сыска в Российской империи и за ее пределами (в том
числе и штаты розыскных органов), ведение разведывательной деятельности,
надзор за военнопленными, розыск и поимка дезертиров, охранение и
возобновление государственной границы Российской империи, охрана
70
Полиция и милиция России. С. 42.
71
Кошко А.Ф. Указ. соч. С. 54.
39
императорской семьи и самого императора.72 Также 9-е делопроизводство
наследовало все дела упраздненного 13 апреля 1914 года 7-го
делопроизводства.73
Все вышеперечисленные делопроизводства могли взаимодействовать
друг с другом посредством их руководителей, в том случае, когда одному из
отделений требовались какие-либо сведения, являющиеся компетенцией
другого делопроизводства.
Однако эти меры уже не являлись вполне достаточными, что и
подтвердили события 1905-1907 гг.
В частности, это становится очевидным при обращении к проблемам
борьбы с преступностью (в том числе и профессиональной), которая в
этот период всецело составляла обязанность общей полиции. Однако она
была не в состоянии оказывать организованное сопротивление преступным
посягательствам, не в последнюю очередь потому, что это была лишь одна
из многих ее обязанностей. Рост профессиональной преступности
неуклонно продолжался, но никаких специальных мер к его прекращению
не принималось. Для борьбы с уголовной преступностью до учреждения
системы сыскных отделений предусматривался кредит на сыскные
надобности. В 1898-1900 годах он составлял 100000 рублей, к 1907 году
составил 130000 рублей. Из этого кредита следовало покрывать расходы
обшей полиции на производство розысков по общеуголовным делам.
Но это не могло решить проблемы по следующим причинам. Во-
первых, сумма кредита при распределении по губерниям составляла
ничтожную величину (в среднем не более двух тысяч в год, при этом
колебания размеров ассигнований находились в пределах от 300 до 3000
рублей), из которой надлежало покрывать все расходы по оплате услуг
конфидентов, ведению учета профессиональных преступников, по
командировкам, связанным с розыском и прочее. Если учесть, что
ассигнования следовало более или менее равномерно распределить в
72
ГАРФ. Ф. 102. Оп. 1. Д. 372. Л. 102.
73
ГАРФ. Ф. 102. Оп. 1. Д. 372. Л. 101.
40
соответствии с количеством уездов в губернии, то на каждый уезд
ежемесячно выделялась ничтожная сумма (1 р. 33 коп, 2 р. 50 коп и т.п.).
Распределение кредита осуществлялось «в зависимости от степени
заботливости местных властей и настоятельности требований,
предъявляемых ими к центральным учреждениям». 74
Во-вторых, для производства розысков нужны были не только
деньги, но выделенные и подготовленные для этого люди, поскольку перед
общей полицией не ставились специально задачи в данной области. Кроме
того, из-за перегруженности другими многочисленными обязанностями
она не имела времени для осуществления розыскных мероприятий, а
сотрудники не располагали необходимыми навыками.
Несмотря на сложную и разветвленную структуру полицейских
органов, их деятельность в борьбе с профессиональной преступностью была
недостаточно эффективной.
Поскольку основная роль в борьбе с криминалитетом принадлежала
полиции, государство, прежде всего, приняло меры по ее усилению. В
данной связи особенно важно подчеркнуть, что потребность в ее
реформировании, а также в законодательном регулировании ее деятельности
остро осознавалась и в самой полиции. Полагаем, что глава Департамента
полиции совершенно справедливо пенял законодателю: «Система или, вернее,
бессистемность кодификации русских законов не нашла нужным в своде их
отнести полиции особое место.75 При этом он четко фиксировал: «Итак, вся
организация полиции в России подлежит реформированию. Преобразование
полиции становится делом тем более неотложным, что именно ей
принадлежит в настоящее время главенствующая роль среди всех
учреждений страны и, следовательно, на нее падает наибольшая доля вины в

74
Организация и деятельность уголовного сыска в дореволюционной России (конец
XIX -начало XX вв.). М., 1984. С.54.
75
Лопухин А.А. Настоящее и будущее русской полиции. М., 1907. С. 8.
41
творящемся в России хаосе. Исчезновение его может настать только с
водворением господства права, гражданской и политической свободы».76
В условиях взрывного роста преступности, характеризовавшего период
первой русской революции, интерес к формированию полицейских
подразделений проявляют местные власти, представители бизнеса, широкая
общественность. В данной связи отражением быстрого хозяйственного
развития страны стало также возникновение здесь различных видов
ведомственной полиции. В частности, в 1903 году в 18 портовых городах
России создаются подразделения портовой полиции в целях «охранения
внешнего порядка, благочиния и безопасности».77
Поскольку кадров полиции для поддержания общественного порядка
все же было явно недостаточно, местными властями, общественностью
предпринимались меры по введению различных охранных структур.
Особенно явно потребность в них выявилась в годы первой российской
революции.
Важно отметить и то, что решение вопроса об учреждении специальных
подразделений уголовного сыска состоялось лишь под влиянием
общественности в лице ее представителей в Государственной Думе. Судебно-
административная комиссия Государственной Думы при обсуждении проекта
закона об организации сыскной части решительно выступила за его скорейшее
принятие, так как в самой Думе признавалось, что состояние сыска в империи
представляло собой «прямую опасность во время столь быстрого роста
преступности», и создание сыскных отделений было чрезвычайно
своевременной мерой.
Законопроект «Об организации сыскной части» был подписан П.А.
Столыпиным 29 декабря 1907 г. В нем, в частности, особо отмечалось общее
значение предполагаемых преобразований, подчеркивалось, что
«одновременное введение в действие целой сети сыскных отделений даст

Лопухин А.А. Настоящее и будущее русской полиции. М., 1907. С. 6-7.


76

77
Министерство внутренних дел России: 1802-2002: Исторический очерк: В 2 т. Т.2. С.55-
56.
42
несуществующую ныне возможность устроить их по однородной системе
работы и регистрации, держать личный состав их по указаниям из центра в
курсе усовершенствований сыскного дела, а главное - связать органически их
работу установлением правильного взаимодействия, каковое условие
особенно важно при преследовании профессиональных шаек, причиняющих
огромный ущерб населению и остающихся неуловимыми из-за отсутствия
связи между органами, производящими уголовный розыск».78
Непосредственно сам долгожданный Закон «Об организации сыскной
части»79 был принят 6 июля 1908 года. Этим законом в составе полицейских
управлений России учреждались сыскные отделения четырех разрядов «для
производства розыска по делам общеуголовного характера.80
Первоначально кроме учреждения сыскной полиции в крупных
городах, предполагалось также создание сыскной полиции в уездах, но этот
замысел, также по причинам финансового порядка, так и остался на бумаге.
В итоге сложилась ситуация, при которой сыскная полиция, действовавшая в
городах, практически не имела связи с уездами своей губернии. 81 Это было
крупным минусом в организации сыскных отделений и зачастую приводило
к нерациональному использованию и без того немногочисленных штатов
сыскной полиции.
Первоначально было учреждено 89 отделений, в подавляющем
большинстве расположенных в более или менее крупных городах Европейской
России и Сибири. К 1 разряду были отнесены сыскные отделения Киева,
Харькова и Тифлиса. Отделений 2 разряда насчитывалось 14. Самым
многочисленным был 3 разряд, куда входило 53 отделения. 4 разряд включал 19
отделений. Кроме того, продолжали существовать внеразрядные сыскные
отделения и сыскные полиции в Санкт-Петербурге, Москве, Севастополе,
Одессе, Баку, Ростове-на-Дону, Лодзи, Риге, Варшаве, созданные до 1908 года. В

78
Организация и деятельность уголовного сыска в дореволюционной России. С. 37.
79
Инструкция чинам сыскных отделений. С.33-38.
80
ГАРФ. Ф.102. Оп.219. Д.4. Ч.3. Лит.Б. Л.34.
81
Вестник полиции. 1913. № 5. С. 118.
43
период до 1915 года были дополнительно учреждены следующие отделения: 3
разряд - Кокандское; 4 разряд - Александровско-Грушевское, Ашхабадское,
Верненское, Самаркандское, Холмское; вне разряда - Гагринское, Ялтинское,
Архангельское.82 Законом был установлен объем прав и обязанностей чинов
сыскных отделений по аналогии с общей полицией.
При определении разрядности за основу был взят штат Киевского
сыскного отделения, созданного в 1880 году. К 1908 году население Киева
составляло примерно 320 тысяч человек. Что касается числа преступлений,
то тут Киев прочно занимал первое место в Российской империи: на каждые
10 тысяч населения в нем совершалось 6498 уголовных преступлений.
По закону 1908 года Киевское сыскное отделение было отнесено к
отделениям 1-го разряда. В 1906 году его личный состав состоял из:
заведующего сыскной частью, 2-х околоточных надзирателей и 20-ти
городовых, четверо из которых выполняли обязанности чиновников по
сыскной части. Один заведовал делопроизводством сыскного отделения, трое
заведовали столами: личного задержания, наблюдений и справок,
происшествий и регистратурой, соответственно, двое осуществляли
заведование антропометрическим кабинетом и фотографией, а остальные
десять несли сыскную службу.83 Проверка, проведенная там в 1906 году,
показала, что раскрываемость преступлений достигала уровня в 35%,84 что в
сравнении с показателями по другим городам (в Москве, например, этот
показатель составлял всего лишь 10%) было достаточно неплохим
результатом.
Ко второму разряду Закон от 6 июля 1908 года отнес те города,
численность которых составляла примерно 50 - 100 тысяч жителей, т.е. около
половины населения городов, отнесенных к первому разряду.

82
ГАРФ. Ф.102. Оп.223. Д.26. Л.1-10.
83
Отчет о деятельности Сыскного отделения Киевской городской полиции. Киев, 1907. С.
3.
84
Мулукаев Р., Полубинский Р. Сказ о сыске // Советская милиция. 1990. № 11. С. 37.
44
Что касается третьего разряда, то в него вошли города с общей
численностью населения до 35 тыс. человек.
И, наконец, к четвертому разряду были отнесены города, имеющие
крупные промышленные предприятия, учреждения государственной власти
либо важные транспортные узлы.
Закон 6 июля 1908 года выделил сыскную часть из ведения общей
полиции и, таким образом, с этого времени можно говорить о
сосуществовании трех ветвей государственной полиции: политической,
общей и сыскной, которые отличались по своим задачам, формам и методам
работы.85
Тем не менее, между ними существовало достаточно тесное
взаимодействие. Это было вызвано тем, что общая полиция была
предназначена для предупреждения, пресечения и расследования (в форме
дознания) общеуголовных преступлений. В этом она была сходна по своим
задачам с сыскной полицией. Но в отличие от последней, она применяла на
практике преимущественно гласные методы и формы работы, в то время как
в основе деятельности сыскной полиции лежали, напротив, негласные
методы расследования, больше характерные для политической полиции.
Неудивительно, что одновременно с процессом становления сыскной
полиции и обретения ею все большей самостоятельности в деле раскрытия
преступлений взаимоотношения между ней и общей полицией все более
осложнялись.
Важно подчеркнуть, что сыскная полиция не была полностью
структурно выделена из состава общей полиции Российской империи. Об
этом свидетельствует тот факт, что сыскные отделения по Закону от 6 июля
1908 года создавались в составе Полицейских Управлений. Кроме того,
параграф 41 Инструкции вменяла в обязанность сыскным отделениям при
составлении периодических отчетов о своей деятельности направлять один

85
Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период империализма. С. 14.
45
экземпляр в Департамент полиции, а второй экземпляр предоставлять
начальнику местной полиции.86
Особого внимание заслуживает также вопрос о проблемах кадрового
комплектования органов сыска.
В данной связи заметим, что уже в первых сыскных отделениях данный
вопрос встал крайне остро, что в немалой степени объяснялось проблемами
материального обеспечения. Так, в отчете сыскного отделения Киевской
городской полиции за 1906 год указывалось, что «...в сыскную полицию
невозможно привлечь на службу более или менее способных людей, а те
агенты полиции, которые состоят на службе, или оставляют таковую при
первом удобном случае, или же, встречая на каждом шагу, вместо
нравственной поддержки, одно лишь противодействие и ненависть в среде
охраняемого им населения...продолжают служить не за совесть, а за страх.
Одной из главных причин (препятствующих успешной борьбе с
преступностью – авт.) служит прежде всего отсутствие достаточных
материальных средств... В общем каждый из них получает в год:
чиновники по 360 руб. и агенты по 300 руб. в год, смотря по заслугам.
Нечего и говорить, что такое мизерное вознаграждение далеко не удовлетво-
ряет самых насущных потребностей чинов сыскной полиции за их тяжелый и
сопряженный с опасностью для жизни труд, благодаря чему на службу в сы-
скную полицию зачастую попадают люди малоспособные, иногда даже вы-
бившиеся из колеи и хватающиеся за службу сыщика, как за якорь
спасения от мучительного голода».87
Естественно, что такой кадровый состав определял и горизонты работы
сыска. В данной связи интересны оценки, данные ей в докладной записке
прокурора Московского окружного суда Московскому градоначальнику
Рейнботу о деятельности Московской сыскной полиции в 1905-1907 годах.
В частности, в ней отмечалось, что в отношении сыскной техники

86
Инструкция чинам сыскных отделений. С. 18.
87
Отчет о деятельности сыскного отделения Киевской городской полиции за 1906 год.
С.12.
46
приемы полиции первобытны, элементарное правило сыска - немедленный
опрос задержанных - известен мало, допросы неумелы, вялы, грубы. Осуще-
ствление непрерывного наблюдения, умение разговориться с нужными ли-
цами, завязать отношения - почти недоступно сыскной полиции. Указывалось
также на неудовлетворительное ведение измерительной и справочной части,
неправильную регистрацию вещественных доказательств, отсутствие специ-
ального обучения для вновь поступающих в сыскное отделение. 88
Большое внимание обращалось также на весь личный состав
уголовного сыска. При комплектовании кадров сыскной полиции к ним
предъявлялся ряд довольно важных требований. Лица, ранее
привлекавшиеся к ответственности за преступления, и зарегистрированные
за порочное поведение на службу в сыскные отделения не принимались.89
«Совершенно секретные правила» (дополнение к «Инструкции чинам
сыскных отделений») предписывали также служащему сыскного отделения
предоставлять начальнику сведения о личности жены, ее близких
родственников, о роде их занятий и состоянии. Кроме того, чинам сыскных
отделений и их женам воспрещаюсь иметь какие-либо побочные занятия,
например, торговля, ремесло и т.д. Лишь съезд начальников сыскных
отделений в 1913 году несколько смягчил указанные положения. В
частности, было решено предоставлять сведения только о жене, исключая ее
близких родственников. Что касается побочных занятий, то они безусловно
воспрещались чинам сыскных отделений, если же кто-либо из членов семьи
имел такое занятие, то об этом следовало доложить начальству.90
Как оказалось на практике, введенные в 1908 году оклады содержания и
штаты были недостаточны не только для успешного ведения борьбы с про-
фессиональной преступностью, но и просто для нормального
функционирования сыскных отделений. Это оказало отрицательное влияние
на эффективность работы сыскных отделений. Во-первых, изначально

88
ЦИАМ. Ф.131. Оп.17 Д.677. Л.4.
89
Инструкция чинам сыскных отделений. С.7-8.
90
Вестник полиции. 1913. №30. С.688.
47
сыскные отделения 3 и 4 разрядов, обслуживавшие небольшие города, где
и совершалась основная масса преступлений, имели малочисленный
состав, не обеспечивавший возможности хотя бы минимально
эффективного распределения обязанностей. Кроме того, их штатное
финансирование в условиях роста цен не давало возможности покрывать
все необходимые служебные расходы и обеспечивать чинам отделения про-
житочный минимум. Следует оговориться, что финансирование и штатная
численность отделения 2 разряда также не вызывали восторга, но в нем, по
крайней мере, обеспечивался минимум расходов и возможность
организации деятельности по розыску и регистрации преступников. Не
следует забывать, что было учреждено 72 отделения 3 и 4 разрядов, иначе
говоря, 80 % от общего числа всех отделений.
К очевидным недостаткам следует отнести и то, что сыскные
отделения были созданы только в более или менее крупных городах и
включены в состав городских управлений. Разумеется, деятельность их
осуществлялась в подавляющем преимуществе на городской территории. В
уездах же борьба с профессиональной преступностью оставалась на
попечении становых приставов.
К сожалению, комплектование сыскных отделений не всегда
учитывало и индивидуальные способности к сыскной работе и проводилось
полицмейстерами зачастую из числа лиц, не пригодных к работе в общей
полиции.91 В отчете Департамента полиции было сделано заключение о
том, что в сыскные отделения приходят «неудачники по общеполицейской
службе и случайные кандидаты».92 В данной связи была даже сделана
попытка облегчить продвижение по службе талантливых сыщиков, не
имевших необходимого ценза. В частности, циркуляр от 9 февраля 1910 года
допускал возможность укомплектования штатных сыскных отделений

91
К вопросу о постановке дела в провинциальных сыскных отделениях// Вестник
полиции. 1909. № 30. С.638.; № 35. С.742.
92
Организация и деятельность уголовного сыска дореволюционной России. С.91.
48
лучшими из агентов. Однако циркуляр от 4 октября 1911 года категорически
исключал такую возможность.93
С комплектованием штата полицейских надзирателей ситуация была
ничуть не проще, чем с замещением должностей начальников отделений.
Место полицейских надзирателей часто занимали городовые наружной по-
лиции, далеко не всегда подготовленные должным образом.94
Отсутствие должной организации комплектования порою приводило к
чрезмерной текучести кадров, а это, в свою очередь, не позволяло сформиро-
вать профессионально подготовленное, опытное в практическом отношении
ядро сыскного отделения, которое обеспечиваю бы максимально эффектив-
ную борьбу с профессиональной преступностью. Из 83 кандидатов, окон-
чивших курсы в 1908 году к 1913 году остаюсь на должностях начальников
сыскных отделений только 38. Из 45 чиновников, оставивших эту
должность, стали полицмейстерами. 1 - исправником. 1 начальником
уездной полиции, помощниками полицмейстера, 2 - помощниками
исправника, 10 – приставами, 3 - полицейскими надзирателями, 19 оставили
службу, 4 были преданы суду за служебные преступления.95 В 1912 году по
России только за первую половину года к судебной ответственности
привлекались 6 начальников сыскных отделений и 14 полицейских
надзирателей.96 Они обвинялись преимущественно в оскорблениях,
истязаниях, принуждении к даче показаний, присвоения и растрате вещест-
венных доказательств, взяточничестве.
Отмечая несомненные позитивные перемены, следует, в то же время
признать, что уже к 1910 году стало очевидным, что борьба с профессио-
нальной преступностью, особенно в уездах, несмотря на учреждение
сыскных отделений, по-прежнему малоэффективна. Распределение финансов
на оплату сыскных расходов по губерниям далеко не всегда производилось с

93
ГАРФ. Ф. 102. Оп. 292. Д.2. Л. 196.
94
Организация и деятельность уголовного сыска в дореволюционной России. С.69.
95
Организация и деятельность уголовного сыска в дореволюционной России. С.90.
96
Организация и деятельность уголовного сыска дореволюционной России. С.91.
49
учетом оперативной обстановки. Это вело к нерациональному расходованию
средств в условиях их общей недостаточности. Кроме того, оставался
открытым вопрос о качественном составе кадров, которые должны были
бороться с профессиональной преступностью в уездах. Сыскные отделения в
составе городских управлений осуществляли свою деятельность
преимущественно в городе, оставляя борьбу с преступностью в уездах на
попечение общей полиции, не подготовленной к противостоянию
профессиональной преступности.

Таким образом, в основном замкнувшись в рамках крупных городов, не


получив структурных подразделений в уездах, сыскные отделения оторвались
от «земли». В данной связи, в рамках периода активно разрабатывались
многочисленные проекты улучшения сыскного дела.
В частности, 7 июня 1912 года делопроизводитель 8 делопроизводства
В.И. Лебедев подготовил на рассмотрение министру внутренних дел
докладную записку о проекте общих оснований организации летучих
отрядов сыскной полиции «в целях планомерной борьбы с преступностью в
уездах вне мест нахождения сыскных отделений, главным образом для
предупреждения и пресечения деятельности разбойничьих, воровских или
мошеннических преступных организаций, и вообще для задержания и
изобличения таких профессиональных преступников, которые в своей
противозаконной деятельности не ограничиваются какой-либо определенной
территорией, но постоянно переезжают с места на место, осуществляют
преступные замыслы в разных губерниях, нередко имеют сообщников или
руководителей за границей».97
В.И. Лебедев отмечал, что уголовный розыск сосредоточился исключи-
тельно в губернских и некоторых уездных городах с большим количеством
населения. Для обеспечения защиты от прогрессирующей профессиональной
преступности необходима дополнительная сыскная сила. Преступники зачас-
тую свободно проживают в уездах и устраивают там притоны для сокрытия и
97
ГАРФ. Ф.102. Оп.219. Д.4. Ч.З. Лит.Б. Л.12-18.
50
сбыта похищенного, поскольку отсутствует «систематизация наблюдения и
розыскного материала. Раскрывается только 1 из 4 преступлений, совершае-
мых в уездах. При отсутствии специальных розыскных органов в уездах зна-
чительная часть империи остается необеспеченной в борьбе с преступно -
стью. Ограниченность состава уездной полиции, обширная территория,
чрезмерная обремененность различными обязанностями, недостаточный
профессионализм работников уездной полиции в негласном сыске не способ-
ствуют успешности розысков».
Автор записки доказывал, что созданные по закону от 1908 года
сыскные отделения за недостаточностью материальных средств и личного
состава не в состоянии были эффективно выполнять даже собственные
насущные задачи по борьбе с профессиональной преступностью, не говоря уже
о работе в уездах. Кредит на розыски вне мест нахождения сыскных отделений
(286900 рублей) по отношению к количеству населения и росту уголовной
преступности составлял ничтожную величину. Кроме того, губернаторы
нерационально распределяли сыскные суммы между исправниками, что
снижало возможности ведения сыскной работы.
К сожалению, и на этот раз инициатива В.И. Лебедева не была
поддержана. Вопрос о формировании уездных сыскных отделений остался
неразрешенным.
Введение сыскных команд дало положительный эффект в деле
борьбы с преступностью, но в ходе ревизии обнаружился один
существенный недостаток. Деньги чинам сыскных команд, в нарушение
установленного порядка финансирования, выдавались не через
казначейство, а через уездных исправников. В связи с этим со стороны
уездных управ и предводителей дворянства к ним предъявлялись
всевозможные требования, возлагались самые разнообразные поручения под
угрозой невыплаты содержания. В этих условиях сыскные команды не
могли успешно противостоять профессиональной преступности, поскольку

51
попадали в зависимость от местных властей. По данной причине опыт
создания сыскных команд не был признан особенно удачным.
В том же 1912 году начальником сыскного отделения Кишинева Н. Де-
Грасс-Добровольским была подготовлена докладная записка «О главнейших
мероприятиях к улучшению постановки дела общеуголовного сыска». Ссы-
лаясь на брошюру В. Фрома «Новейшие методы антропометрической
фотографии», он отстаивал необходимость подчинения сыскных отделений
непосредственно губернатору, создания централизованного органа при
Департаменте полиции, руководящего деятельностью всех сыскных отделений
и учреждения районных инспекторов, руководящих работой отделений на
местах.98 Однако никаких решений по этому поводу принято не было.
На практике, принятая «Инструкция...» установила, что по службе
начальник сыскного отделения, как руководитель одного из подразделений,
подчинялся начальнику полиции (полицмейстеру или градоначальнику). К
обязанностям начальника она относила общее руководство деятельностью
отделения, распределение обязанностей личного состава, производство
розысков и расследований по особо выдающимся делам.99 Помимо этого,
согласно статье 694 Общего учреждения губернского, сыскное отделение
подчинялось губернатору и губернскому правлению, как учреждение,
подведомственное полицейскому управлению.100
Поскольку сыскные отделения образовывались в составе полицейских
управлений, то помещения для них, согласно циркуляру Департамента
полиции от 24 июля 1908 года, предоставлялись за счет городских средств.
Квартиры же (если в штатном расписании не было предусмотрено
предоставление квартиры начальнику, как, например, в Санкт-Петербурге
и Москве) все чины сыскного отделения нанимали за свой счет.
В отношении урегулирования финансового обеспечения сыскных отде-
лений «Инструкция чинам сыскных отделений» установила, что штатное со-

98
ГАРФ. Ф 102. Оп.261. Д.201. Л 1-2.
99
Инструкция чинам сыскных отделений. СПб., 1910. С.7.
100
Законы о полиции. М., 1910. С. 148.
52
держание они получают в полицейском управлении, при котором и
состоят.101 Средства на канцелярию, фотографию и агентуру должны были
выдаваться авансами полицмейстеру. Полицмейстер же в свою очередь
выдавал их начальнику сыскного отделения с истребованием необходимых
оправдательных документов и занесением движения сумм в приходно-
расходные книги.
Контролировать финансовую деятельность сыскного отделения
должен был лично начальник полиции. По расходам на агентуру следовало
представлять расписки агентов, но допускалось в виде исключения, при
невозможности их получения, оправдывать расходы документами за
подписью начальника сыскного отделения. В 1913 году съезд начальников
сыскных отделений постановил ассигновать кредиты на канцелярию,
фотографию и другие подконтрольные надобности из губернских
правлений непосредственно сыскным отделениям.102
Иногда, впрочем, кредит на сыскные надобности расходовался не по
прямому назначению. В связи с этим циркуляром Департамента полиции
от 14 октября 1909 года было запрещено относить на сыскной кредит
расходы: I) на поездки чинов полиции и сыскных отделений за пределы
порученных участков для производства розысков; 2) на содержание и
доставку арестованных; 3) на оплату телеграмм; 4) на награды и пособия
чинам полиции и частным лицам (только в исключительных случаях за
особые отличия при наличии особого разрешения Министерства
внутренних дел); 5) на покупку канцелярских принадлежностей и мебели;
6) на проезд чинов полиции в суды; 7) на вооружение чинов сыскных
отделений (оно производилось за счет их жалованья); 8) на перевозку и
содержание воинских частей, вызываемых в помощь полиции. В случае
нарушения правил расходования кредита издержки пополнялись из личных
средств распорядителя кредита. Отчеты по расходованию кредита было
предписано представлять по мере расходования не реже 1 раза в 3 месяца,
101
Там же. С 20.
102
Вестник полиции. 1913. №28 С.641.
53
хотя вначале циркуляр от 16 марта 1909 года допускал представление
отчетов 1 раз в год. Впрочем, менее чем через полгода циркуляр от 9
февраля 1910 года разрешил относить на сыскной кредит отправку
телеграмм по предмету розыска и задержания преступников (особенно по
горячим сле дам) и расходы на переезды чинов полиции в случаях,
требующих исключительной быстроты действий или соблюдения
полнейшей тайны.
Циркуляр Департамента полиции от 4 октября 1911 года установил
правила расходования сыскного кредита на розыски по делам
общеуголовного характера и формы отчетности по сыскным суммам,
представляемые непосредственно в Департамент полиции (а не в
Контрольную палату).103 Сыскной кредит, отпускаемый отделению, и кредит
на розыски вне мест нахождения сыскного отделения предназначался только
на расходы, связанные с предупреждением и пресечением преступлений
общеуголовного характера, с их раскрытием и служебными розысками. Не
соответствующие правилам расходы покрывались из личных средств
распорядителя кредита.
Размеры сумм, предназначенные для сыскных отделений, определялись
штатными расписаниями, а суммы для розысков вне районов сыскных отде-
лений - общим кредитом в 286900 рублей, распределяемым по губерниям
Министерством внутренних дел в зависимости от местных условий. Штат-
ные суммы ассигновались непосредственно начальникам сыскных отделе-
ний. Из этих сумм уплачивалось вознаграждение агентам-осведомителям и
проводилась оплата всех счетов. Остатки от кредитов истекшего года воз-
вращались в казначейство. Следует отметить, что порядок выплаты зачастую
нарушался, и деньги по-прежнему выплачивались начальнику отделения че-
рез полицмейстера, что отрицательно сказывалось на эффективности борьбы
с уголовной преступностью, лишая сыскные отделения финансовой
самостоятельности при осуществлении розыскных мероприятий.104
103
ГАРФ. Ф.102. Оп.292. Д.2. Л.195-203.
104
К съезду начальников сыскных отделений // Вестник полиции. 1913. № 14. С.318.
54
Полный список издержек по сыскному кредиту включал расходы на
негласных агентов, на розыски чинами сыскного отделения и полиции,
оплату случайных сведений от частных лиц, регистрацию (приобретение
необходимых материалов, принадлежностей и пособий по регистрации, их
ремонт), потребности во вспомогательных средствах для уголовных
розысков, вознаграждение женщин, проводящих обыск преступниц,
фотографирование в отделениях 3 и 4 разряда общеуголовных
преступников, приобретение платья для переодеваний при розысках, на
покупку и содержание дрессированных собак (при условии действительной
необходимости и ознакомления одного из чинов с правильным применением
их к розыску), на новое техническое оборудование, телеграммы
(исключительно по розыскам общеуголовного характера), на оплату
телефонной связи, поездки чинов полиции и сыскного отделения,
командируемых по сыскным делам за пределы порученных участков (при
недостатке прогонного кредита и по делам, требующим исключительной
быстроты и соблюдения полнейшей тайны), оплата разъездов на извозчиках в
пределах города в случаях чрезвычайной необходимости (преследование
преступников, осуществление наблюдения с помощью извозчиков). За
особые отличия чинам полиции и частным лицам из сыскного кредита с
разрешения Министерства могли выдаваться денежные вознаграждения.
Расходы по сыскному кредиту заносились в приходно-расходную тет-
радь, которая представлялась на ревизию вместе с оправдательными доку-
ментами начальнику полиции не менее одного раза в месяц. По всем издерж-
кам прилагались оправдательные документы: счета или расписки с подписью
начальника отделения. В случае полной невозможности получения оправда-
тельного документа начальником отделения составлялся отчет, который ви-
зировался начальником полиции. Документы по расходам на розыски вне
места расположения сыскных отделений заверялись подписью начальника
уездной полиции. Каждые три месяца в Департамент полиции представля -
лась подробная отчетность о расходах по специально утвержденным формам.

55
Категорически запрещалось относить на суммы сыскного кредита рас-
ходы на розыски по делам политического свойства, на наем помещения
для сыскного отделения и квартир для его служащих, на обмундирование и
вооружение классных чинов сыскного отделения, на извозчиков (за
исключением экстренных случаев), на содержание и перевозку задержанных
преступников и их конвоя, за исключением чрезвычайной необходимости в
быстрой доставке в интересах особой успешности розыска, на вызов войск в
помощь гражданским властям, на мебель, канцелярские принадлежности и
мелкие домашние вещи.
Отчетность, представляемая в Департамент полиции по расходам сы-
скного кредита штатных сыскных отделений, содержала четыре основные
формы. Все подлинные расписки, оплаченные счета и прочие
оправдательные документы должны были храниться при делопроизводстве
губернского правления и не передаваться в местную Контрольную палату.
Борьба с профессиональной преступностью требовала постоянных и
значительных затрат. Из сыскного кредита в первую очередь оплачивались
расходы на негласную агентуру, поскольку она была одним из основных
источников оперативной информации. Издержки чинов сыскных отделений
при проведении розыскных мероприятий в силу незначительности
выплачиваемого жалованья также должны были возмещаться в полном
объеме. Но размер сыскного кредита не позволял покрывать все расходы
по розыскам. По этой причине расходы на регистрацию и фотографические
работы в отделениях 3 и 4 разрядов, оплата вспомогательных средств
уголовного сыска производились по остаточному принципу. Это, кстати, и
было основной причиной перерасхода сыскного кредита за счет других
статей сметы.
В целом, проблемы ограниченного финансирования сыска крайне
негативно сказывались на его деятельности.
В целом, нужно признать, что поскольку при правильной организации
работы сыскные отделения приносили ощутимую пользу в борьбе с

56
профессиональной преступностью, то практиковалось дополнительное
финансирование чинов отделения и прикомандирование к отделению
дополнительных штатных единиц за счет штатов и средств городского
управления.105 Для отделений 2 разряда откомандировывалось, как правило,
5 полицейских чиновников, в основном околоточные надзиратели и
городовые. Данная практика приносила обоюдную пользу. Сыскные
отделения получали в свое распоряжение недостающие штаты, а городское
полицейское управление после прибытия откомандированных в свое
распоряжение получало чинов общей полиции, ознакомленных с практикой
уголовного сыска.
Полагаем, что эти позитивные перемены были не случайными. В
немалой степени они были обусловлены тем вниманием, которое уделялось
вопросам совершенствования подготовки чинов сыскных отделений.
В целом, по мере развития системы сыска, постепенно становились
очевидными различные неурядицы в устройстве системы органов уголовной
полиции. Для обсуждения наиболее значимых вопросов деятельности с 26
июня по 3 июля 1913 года в Санкт-Петербурге был проведен первый (и
единственный) съезд начальников сыскных отделений.106 Нa съезд были
приглашены директор Департамента полиции С.П. Белецкий, начальник
Санкт-Петербургской сыскной полиции В.Г. Филиппов, начальник
Московской сыскной полиции Кошко А.Ф., чиновник для особых поручений
Департамента полиции О.Г. Фрейнат, делопроизводитель 8 делопроизводства
Департамента полиции В.И. Лебедев, прокурор Санкт-Петербургской
судебной палаты С.Н. Трегубов.
Программа съезда предусматривала обсуждение двух крупных тем: 1)
организация уголовного сыска в связи с общими мерами борьбы с преступ -
ностью и 2) современная техника уголовного сыска. 107 Основные проблемы

105
ГАРФ. Ф.102. Оп.291. Д. 10. Т.2. Л.43.
106
Вестник полиции. 1913. № 25. С.579.
107
Программа съезда начальников сыскных отделений/7 Вестник полиции. 1913. №
26. С.597-598.
57
строительства и деятельности сыскной полиции кратко охарактеризовал в
обращении к съезду товарищ министра внутренних дел В.Ф. Джунковский. 108
Он указал на необеспеченность личного состава, бессистемность
делопроизводства, небрежное расходование сыскного кредита, недостаточное
объединение сыскных отделений с общей полицией и жандармской полицией,
наличие между ними конкуренции, отсутствие летучих отрядов сыскной
полиции, недостаточную конспиративность сыска, случаи бесцельной
жестокости при личном задержании и провокационного использования
негласной агентуры. Джунковский считал систему сыскных отделений,
созданную в 1908 году («наскоро» по его собственному выражению),
сравнительно слабым средством для систематической и планомерной
борьбы с преступностью. Особое значение он придавал созданию уездных
сыскных отделений, учреждению органов уголовного сыска при
железнодорожной жандармской полиции и созданию летучих отрядов.
В ходе прений на съезде становилось все более очевидным, что сыск-
ные отделения при существующем положении дел не справляются с постав
ленными задачами по борьбе с общеуголовной и профессиональной преступ-
ностью. Вопрос о необходимости реформы организационных основ деятель-
ности, принципов кадрового и финансового обеспечения сыскных отделений
требовал скорейшего решения. Поэтому было внесено предложение провести
реформу сыскных отделений непосредственно по результатам съезда
начальников сыскных отделений.
Предложенный в 1913 году проект реформы вносил следующие карди-
нальные изменения.109 Прежде всего, предполагалось введение 3 разрядов сы-
скных отделений с некоторым увеличением штатной численности во 2 и 3
разряде по сравнению с предыдущими штатами и введением новых должностей.
Наиболее значимым для функционирования системы сыскных отделений
должно было стать существенное увеличение штатов содержания и расходов на
оперативно-розыскную деятельность.
108
Вестник полиции. 1913. № 27. С.620-621; № 28. С.664-665.
109
Успенский П.А. О форме надзирателей// Вестник полиции. 1913. № 20. С.462.
58
Однако, вопрос финансового обеспечения по предлагаемым проектам
урегулирован не был. Новые штаты сыскных отделений были утверждены
только через три года, в 1916 г., законом от 23 октября.
В целом, период 1907-1914 гг. можно с полным основанием определить
как «время формирования нормативно-правовой базы … деятельности
сыскных отделений».110
Тем не менее, общий прогресс в деле разработки и реализации
полицейской реформы оказался вполне скромным. В немалой степени это
определялось трудностями кадровой работы полиции в условиях ее
ограниченного финансирования. Учитывая, что на службу в полицию из-за
низкого жалованья шли в ряде случаев люди, которые по своему
образовательному уровню и нравственным качествам не всегда
соответствовали данной профессии, а также, постоянное их общение с
правонарушителями, можно сделать вывод о характере поведения низших
чинов полиции.
Здесь следует отметить, что правительство Российской Империи и
руководство полиции заботились о качественном составе полицейского
аппарата, добивались, чтобы «в практической повседневной деятельности
чины полиции, по достоинству своему и нравственным качествам,
удовлетворяли предъявляемым к ним требованиям». 111 Однако работа в
данном направлении не приносила должных в силу ее плохой
обеспеченности. Нижние чины полиции с материальной точки зрения
обеспечивались крайне плохо, тем не менее, именно для них существовало
множество материальных наказаний за самые незначительные проступки.
Например, за невнимательность к окружающим, отвлекающие от службы
разговоры со знакомым, полицейский подвергался штрафу в 1 рубль. За сон в
будке во время несения службы полагался штраф до 2 рублей. 112 Для того,
чтобы понять насколько эти наказания были строгими, достаточно отметить,

110
Короткова С.В. Уголовная полиция… Самара, 2008. С.169.
111
Лысенко В.В. Указ. соч. С. 26.
112
ГАРФ. Ф. 270. Оп. 1. Д.46. Л.37.
59
что в среднем заработная плата младшего городового в то время составляла
не более 20 рублей в месяц.113
В целом, соблюдение служебной дисциплины по-прежнему было
достаточно серьезной проблемой для полиции Российской Империи. Анализ
исторических документов дает основание констатировать, что многие
нарушения дисциплины по своей сущности идентичны нарушениям,
совершаемым сотрудниками современной российской полиции. Рассмотрим
более подробно типичные нарушения служебной дисциплины в российской
полиции.
Во-первых, практиковалось использование нижних чинов полиции не
по назначению. В циркуляре Департамента полиции № 7675 от 3 декабря
1912 г. прямо указывалось, что в широких размерах допускалось
использование городовых в роли личной прислуги (поваров, лакеев, кучеров
и т.п.) у полицейских начальников. 114 Во-вторых, очень часто использовалось
служебное положение в личных целях.
Кроме перечисленных, служащими полиции допускались также
следующие нарушения дисциплины: несвоевременное исполнение
распоряжений, неотдание воинского приветствия, небрежное отношение к
казенному оружию и пр.
Поэтому, в частности, не случайными представляются факты,
свидетельствующие о том, что именно на предреволюционный (до событий
1905г.) и межреволюционный периоды приходятся наиболее громкие и
впечатляющие разоблачения секретных сотрудников полиции. Они
напрямую указывают на процесс интеграции правоохранительных органов и
отечественного криминала. Так в списке разоблаченных агентов, работавших
в Бунде и на жандармерию, значились отец и сын Судаки, бывшие
одновременно контрабандистами.115

113
Свод законов об обязанностях полиции. СПб., 1909. Ст. 666.
114
См.: Реент Ю.А. Общая и политическая полиция России (1900–1917 гг.). Рязань, 2001. С.
67.
115
ГАРФ. Ф.5802. Оп. 2. Д. 184. Л. 34.
60
Обычно суд благосклонно относился к преступникам, имеющим
воинские звания и представляющим органы правопорядка. В большинстве
случаев они оправдывались или приговаривались к малым срокам
заключения, а то и просто ограничивались штрафами. Такое состояние дел в
сфере наказания преступников, служивших в силовых ведомствах
государства, толкало их к свершению более тяжких преступлений.
Все это способствовало тому, что уже и служащие полиции нередко
совершали антизаконные деяния. В течение двадцати с лишним лет
преступления, совершаемые подобными структурами и организациями из
силовых ведомств, увеличивались, и уже к 1909 г. Министерство юстиции,
Департамент полиции и Сенат косвенно признали тот факт, что их отделы
имеют связи с уголовным миром. Представители этих ведомств говорили о
чрезмерной зависимости правоохранительных органов от разнообразных
общественных учреждений, «... не могущих обойтись без услуг и содействия
[их] и зачастую регламентирующих своими собственными уставами,
инструкциями, наказаниями и т.п. не только рамки, но и даже способы этого
содействия».116
Представители силовых структур в составе организованных
преступных группировок также принимали участие в ограблениях, в ходе
которых «изымались» оружие, деньги, военная одежда и многое др.
Значительная подверженность органов правопорядка преступности
негативно сказывалась и на отношении к ним населения, отдельные
представители которого жестоко расправлялись с «перебежчиками», избивая
их, заживо сжигая в участках.117
Одной из последних попыток монархии удержать контроль над
преступностью было проведение очередной незаконченной тюремной
реформы с принятием Высочайшего Указа от 21 февраля 1913г.,

116
Официальная часть. Косунович Л. О чрезмерной «зависимости» полиции (из
товарищеских бесед) // Вестник полиции. Еженедельный журнал с иллюстрациями.
1907-1908. № 23. С.8-9.
117
РГИА. Ф.1405. Оп.521. Д. 167. Л.Л.363-363 об.
61
объявлявшего новую государственную амнистию огромному числу
преступников. В итоге, вместо ожидаемых положительных результатов
власть получила еще большую, чем прежде, массу озлобленных и
душевнобольных осужденных.
В заключение, следует отметить, что уровень и темпы развития
российского криминала напрямую зависели от силы воздействия государства
на него. Чем быстрее происходило разрушение полицейской империи, тем
больше возможностей появлялось у преступности для изменения своего вида,
социально-политического статуса и расширения границ поля деятельности.
В целом, нужно признать, что главным препятствием для модернизации
правоохранительной системы и, прежде всего, полиции, стала острая
нехватка материальных средств, в силу которой все наиболее крупные
реформы оказались ограниченными.
Выбитые же из привычного образа жизни, где господствовала
абсолютная дисциплина и вера в верховную власть, служащие
правоохранительных органов постепенно впадали в духовно-нравственную
пустоту, становясь либо морально неустойчивыми индивидами, либо вовсе
равнодушными личностями, которые заботились, прежде всего, о
собственной карьере, а не о служении Родине.
Новые кадры, приходившие работать полицейскими, в
рассматриваемый в работе отрезок времени, искали, прежде всего, острых
ощущений или легкого заработка. Нетрудно представить, какой уровень
подготовленности был у контингента силовых структур России в начале XX
века.
Законодательная база также находилась в состоянии незаконченного
реформирования, что позволяло по-разному истолковывать отдельные
документы, которые с каждым новым десятилетием освобождали
преступников от какой-либо ответственности перед обществом и от боязни
быть наказанными государством.

62
Главной силой государства в борьбе с преступностью в этот период
стала общеуголовная полиция. Неудивительно, что на протяжении
практически всего XIX - начала XX веков постоянно предпринимались
попытки реформирования полиции, создания отдельных
специализированных служб, способных эффективно бороться с ростом
преступности в стране. В целом, несмотря на рост профессиональной
преступности, решение о создании специализированных полицейских
учреждениях для борьбы с этим явлением долгое время откладываюсь
правительством. По сути, царское правительство упустило момент, когда
учреждение сыскных отделений могло стать эффективным средством
борьбы с профессиональной преступностью.
Первая русская революция 1905 - 1907 гг. способствовала активизации
этого процесса в провинции, расширению полицейских штатов на местах,
повышению квалификации ее личного состава. В результате принятия Закона
от 6 июля 1908 года «Об организации сыскной части» в 89 городах
Российской империи были созданы сыскные отделения. С изданием Закона
1908 года и введением в действие Инструкции чинам сыскных отделений от
10 августа 1910 года, выделилась в самостоятельную структуру в рамках
общей полиции. Одновременно с этим создается школа для обучения кадров
полиции, специализирующихся в раскрытии уголовных преступлений, тем
самым была заложена организационно-правовая основа сыскной полиции.

63
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Революция 1905-1907 гг. наглядно показала, что ослабление


государства, бессилие власти создают максимально благоприятные условия
для криминальной активности, причем как уголовников, так и
революционеров. К примеру, в Москве за 1905-1908 гг. количество
зарегистрированных преступников увеличилось почти в два раза (с 85184
человек в 1905 г. до 169 575 - в 1908 г.). Сила криминальной инерции была
столь велика, что подавление революции и вхождение страны в полосу
политической реакции не смогли остановить рост уголовной преступности. В
1908-1913 гг. число дел в общих судах (работавших по наиболее серьезным
преступлениям) увеличилось на 18%, в мировых судах - на 28%, в уездных -
на 31%, в городских - на 29 %. В среднем по стране здесь ежегодно
рассматривалось около 2,5 млн. дел.
Среди наиболее прогрессирующих видов преступных деяний россиян, в
первую очередь отметим традиционное доминирование корыстной

64
преступности. В стране неуклонно росло число преступлений против
собственности, прежде всего, краж. В то же время, опережающими темпами
(до 25%) росли квалифицированные виды преступлений – подлоги, растраты,
присвоения и пр. Параллельно с этим существенно выросло число
преступлений против личности (особенно наиболее тяжких). В частности,
число убийств в 1909-1913 гг. увеличилось почти на 12%, изнасилований - на
30%. Почти на 15% выросло число преступлений против порядка управления.
В целом, усиление правового нигилизма привело к укоренению
преступности в самых различных слоях общества и ее омоложению. В
частности, массовую базу для нее создавала растущая армия асоциальных
элементов (к примеру, до 4,5 млн. нищих) - важный источник рецидивной
преступности, благодаря которому 10-20-кратная судимость за нищенство и
бродяжничество сделалась обычным явлением. В то же время уголовная
преступность в не меньшей степени поразила основные социальные слои (в
1910-1914 гг. 60% осужденных составляли крестьяне и рабочие, 25% -
мещане, 10% - привилегированные сословия).
На фоне количественного роста и расширения социальной базы
преступности происходило усиление ее общественной опасности. В рамках
периода преступления становились все квалифицированнее, изощреннее,
организованнее. В частности, преступность получала все большее
распространение в государственных ведомствах, в бизнес-сообществе.
Одновременно набирали силу процессы сращивания государственных
чиновников с представителями уголовного мира, росла квалификация
преступников. В стране множилось число организованных криминальных
сообществ.
Деградация общественной морали стала очевидной в деятельности
органов правоохраны, ярко проявилась в настроениях «просвещенного»
общества. В частности, непредвзятые исследователи констатировали, что в
отечественной адвокатуре распустилось «махровым цветком» такое уродливое
явление как безудержная погоня за уголовными защитами. При этом в

65
довольно широких слоях населения, в т.ч. интеллигенции, утвердилось
вполне снисходительное отношение к уголовной преступности.
Динамика преступности в 1907-1914 гг. предъявила дополнительные
требования к работе по противодействию данному негативному социальному
явлению, потребовал модернизации законодательства, а также всей системы
органов правопорядка, укрепления их организационно-штатного потенциала.
Государство активизировало свои усилия в указанной сфере. Вместе с тем,
принятые в рамках периода меры оказались непоследовательными и
недостаточными.
Поскольку основная роль в борьбе с криминалитетом принадлежала
полиции, государство, прежде всего, приняло меры по ее усилению. Уже в
условиях революции МВД выделялись дополнительные средства и т.п.
Однако эти меры уже не являлись достаточными, что и подтвердили события
1905-1907 гг. Как показала практика, обремененная многими обязанностями,
общая полиция оказалась не в состоянии остановить криминальную волну.
Поэтому, испытывая острую нехватку средств, правительство пошло по пути
мобилизации общественности, в частности, сделало ставку на развитие
частновладельческой стражи, фабрично-заводской полиции и т.д
К числу наиболее действенных мероприятий относится создание в 1908
г. в составе полицейских управлений 89 крупных городов Европейской России
и Сибири сыскных отделений - специализированных органов «для
производства розыска по делам общеуголовного характера».
Подчинявшиеся полицмейстерам, с одной стороны, и Департаменту
полиции - с другой, органы сыска фактически образовали децентрализованную
систему, недостаточно органично вписавшуюся в правоохранительное
пространство России. В основном замкнувшись в рамках крупных городов,
не получив структурных подразделений в уездах, они оторвались от «земли».
Попытки выйти из ситуации за счет создания «летучих отрядов» сыскной
полиции, уездных сыскных команд, не дали особых результатов. В итоге, уезд
стал заповедником уголовных элементов.

66
В конечном счете, реформа оказалась незавершенной. Основная нагрузка
в борьбе с уголовной преступностью по-прежнему приходилась на общую
полицию и судебно-следственный аппарат. В то же время, в связи с
недостаточным разграничением компетенции, органы сыска порой
находились с ними в состоянии конкуренции, а то и конфликта, что прямо
сказывалось на эффективности оперативно-розыскной деятельности.
В связи с осложнением криминогенной ситуации, несовершенство
работы органов правопорядка становилось все более очевидным. Как показали
документы, не удавалось обеспечивать необходимый порядок даже в
тюрьмах, контингент которых только в 1905-1908 гг. удвоился.
Таким образом, рост преступности в Российском государстве по прежнему
оставался одной из серьезных социально-политических проблем, требующих
своего разрешения.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ


Опубликованные документы и материалы
Государственная Дума. II созыв. Законодательные заявления. СПб., 1907.
Государственная Дума. Стенографические отчеты. Сессия I. T.1. СПб., 1906.
Законодательные проекты и предложения партии народной свободы 1905-
1907. СПб., 1907.
Законы о полиции. М., 1910.
Инструкция чинам сыскных отделений. СПб.: [Б. и.], 1910.
История государства и права СССР. Сборник документов. Ч.2. /Под ред. А.Ф.
Гончарова, Ю.П. Титова. М., 1968.
История государственных учреждений в документах и материалах. М., 1975.
Ч. 1-2.
История полиции дореволюционной России: Сборник документов и
материалов по истории государства и права. М., 1981.
Краткая объяснительная записка к заключению междуведомственной
комиссии под председательством сенатора А.А. Макарова по
67
преобразованию полиции в Империи. СПб., 1911.
О преобразовании полиции в Империи. СПб., 1913.
Об усилении штата сыскной полиции города С.-Петербурга СПб.: [Б. и.],
1903.
Общая тюремная инструкция. 1915г. М.: Академия МВД СССР, 1976.
Основные положения об отмене ограничении в правах, связанных с
национальностью и вероисповеданием, основные положения о собраниях и
союзах // Государственная Дума. Стенографический отчет. 1907. Т. 2. СПб.,
1906.

Особенные обязанности нижних чинов и служителей уездной полиции.


Калязин, 1913.

Отчет о деятельности Сыскного отделения Киевской городской полиции.


Киев: [Б. и.], 1907.
Правила для приема в Школу дрессировщиков. СПб., 1909.
Программа съезда начальников сыскных отделений// Вестник полиции.
1913. № 26.
Российское законодательство X - XX вв. М.: Юридическая литература, 1984-
1991. Т. 1-3.
Сборник инструкций, законоположений и распоряжений для нижних чинов
полиции и полицейских урядников. СПб., 1908.
Сборник указов и постановлений Временного правительства. Пг., 1917. Вып.
1.
Свод законов об обязанностях полиции. СПб., 1909.
Свод отчетов фабричных инспекторов. 1905 - 1915 гг. СПб., 1916.
Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемых при
Правительствующем Сенате. СПб., 1907-1914.
Совещание по вопросу о реформе полиции. Витебск, 1908.
Суд присяжных в России; громкие уголовные процессы. 1864 -1917./ Сост.
С.М. Казанцев. Л., 1991.

68
Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. - Петроград: [Б. и.],
1916.
Устав о предупреждении и пресечении преступлений 1876 г. СПб.: [Б. и.],
1876.
Статистическая и справочная литература
Государственность России (конец XV в. – февраль 1917 г.): Словарь-
справочник. Т.1-4. М., 1998-2001.
Краевский К.Ф. Справочная книжка для полицейского урядника. Его права,
обязанности и ответственность. М., 1912.
Розыскной альбом. Вып.1. Воры-карманники (марвихеры). Пг., 1914.
Россия, 1913 год: Статистико-документальный справочник. СПб., 1995.
Сборник статистических сведений министерства юстиции (1910-1915 гг.).
СПб, 1916.
Свод статистических сведений по делам уголовным за 1912 год. СПб., 1915.
Статистический ежегодник России…(1907-1914). СПб., 1908-1916.
Цветков П.П. Полное руководство для чинов полиции и справочная книга
для земских начальников, городских судей, волостных управлений и торгово-
промышленных лиц. СПб., 1895.
Юбилейный сборник Центрального статистического комитета Министерства
внутренних дел. 1863 - 1913. СПб., 1913.
Юридический энциклопедический словарь. М. 1999. 145с.
Периодическая печать
Ведомости Московского градоначальства и столичной полиции. 1907-1916.
Ведомости Московской городской полиции. 1907.
Вестник Петербургской городской полиции. 1907-1914.
Вестник полиции. Еженедельный журнал с иллюстрациями. 1906-1916.
Вестник права. Журнал юридического общества. 1905.
Вестник юстиции. Еженедельный журнал с иллюстрациями. 1907-1916.
Журнал юридического общества при Императорском Санкт-Петербургском
университете. 1907-1916.

69
Кубанская мысль. 1913-1916.
Кубанские ведомости. 1914.
Право. 1907-1917.
Северокавказский край. 1914.
Судебный вестник. 1905
Терские ведомости. 1914-1917.
Юридические записки. 1914.
Юридический Вестник. 1907-1917.
Мемуары
Архив русской революции. В 22х т.: Т.2. М., 1991.
Витте С. Ю. Избранные воспоминания, 1849 -1911гг. М.: Мысль, 1991.
Кони А.Ф. Собрание сочинений в восьми томах. М.: Юридическая литература,
1966.
Кошко А.Ф. Очерки уголовного мира царской России. М., 1992. Т.1-3.
Кошко А.Ф. Очерки уголовного мира царской России. Ростов н/Д, 1993.
Кошко И.Ф. Воспоминания губернатора 1905 - 1914: Новгород - Самара -
Пенза. Петроград, 1916.
Лопухин А.А. Настоящее и будущее русской полиции: Из итогов служебного
опыта. М., 1907.
Милюков П. Н. Воспоминания (1859-1917). М.: Современник, 1990.
Преступления, раскрытые начальником Санкт-Петербургской сыскной
полиции И.Д. Путилиным. М., 1990.
Путилин И.Д. Записки начальника Санкт-Петербургской сыскной полиции.

М., 1995.

Путилин И.Д. 40 лет среди убийц и грабителей. Записки первого начальника


сыскной полиции. Петроград. М., 1916.
Савинков Б. В. Записки террориста. М.: Политиздат, 1991.
Архивные материалы
Российский Государственный Исторический Архив (РГИА)

70
Ф. 1276. Совет министров.
Ф.1282 Канцелярия Министра внутренних дел.
Ф.1286 Департамент полиции исполнительной МВД.
Ф. 1405. Министерство юстиции.
Ф. 1406. Министерство юстиции.
Государственный Архив Российской Федерации (ГАРФ)
Ф. 63. Отдел по охранению общественной безопасности и порядка в Москве
при управлении Московского градоначальника.
Ф. 102. Департамент полиции.
Ф. 112. Сенат.
Ф. 241. Лодзинское охранное отделение.
Ф. 474. Временное правительство.
Ф. 1792. Юридическое совещание при Временном правительстве.
Центральный исторический архив г. Москвы (ЦИАМ)
Ф.131. Материалы окружных судов.
Ф.1293. Московская сыскная полиция.

Государственный архив Краснодарского края


Ф. 454 – Канцелярия начальника Кубанской области.
Ф. 585 – Екатеринодарское отделение жандармско-полицейского управления
Исследования.
Акимов В.В. «Самовольное» переселение крестьян // Вестник права. Журнал
юридического общества при Императорском Санкт-Петербургском
университете. 1904. Кн. 8. С. 2 -35.
Алексеев С.С. Государство и право. М., 1994.
Андреева И.А. Очерки истории органов внутренних дел России. Омск, 2000.
Аносов И. А. Этика и уголовное право // Юридический вестник. Журнал
Московского юридического общества. 1917. Кн. XVII (I). С. 85 - 99.
Антонян Ю.М. Бородин С.В. Преступность и психологические аномалии.
М.,1987.
Апостолов П. Я. Искореним из нашей жизни пьянство. Ставрополь, 1912.
71
Архангельский А.В. Пьянство в Ставропольской губернии. Ставрополь,
1909.
Асташов А. Водка, война, революция... // Трезвость и культура. 1993. № 6.
Ашаффенбург Г. Преступление и борьба с ним. Одесса, 1906.
Бажанов Е.А. Вольный город пионеров Дикого Поля. Самара, 1995.
Балыбин В. А. Уголовное уложение Российской империи 1903 года. Л.: Изд.-
во Ленинградского государственного университета им. А.А. Жданова, 1982.
Балязин В.Н. Московские градоначальники. М., 1997.
Белкин Р. С. История отечественной криминалистики. М.: Изд.-во НОРМА,
1999. - 496 с.
Болонина С.В. Правосознание молодежи: проблемы в условиях социального
кризиса //Юрист. М., 1999. №10.
Борисов А. Дугин А. Малыгин А. Полиция и милиция России: страницы
истории. М.: Наука, 1995.
Бородин Д.Н. Кабак и его прошлое. СПб., 1910.
Бородин Д.Н. Поджог как одна из причин пожарных бедствий и борьба с
этим преступлением. Спб., 1912.
Брюнелли П. Правa Русского гражданина. (Как их определить, как их
осуществить, как их отстаивать). СПб., 1913 // Практическая энциклопедия
«Вестника знания». СПб., 1913. Т.4. Вып.2.
Веденский А. Религиозные сомнения наших дней. В 2-х тт. Одесса, 1914.
Викторский С.К. История смертной казни в России и ее современное
состояние. М., 1912.
Вишняков М.В. К вопросу о судебной ответственности министров //
Юридические записки / Под ред. Б. А. Кистяковского. Ярославль: Изд.
Демидовский юридический лицей. 1914. Вып. 1-2. (Х1Х-ХХ). С. 152-220.
Владимиров Л.Е. Уголовный законодатель как воспитатель народа. СПб.,
1903.
Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов-на –
Дону: РГУ, 1995.

72
Власов В.И. Гончаров Н.Ф. История розыскного процесса в России
(законодательство и практика). Домодедово, 1997.
Власть и реформы. От самодержавия к советской России. СПб., 1996.
Водарский Я.Е. Промышленные селения центральной России в период
генезиса и развития капитализма. М., 1972.
Волков Н.Т. Полицейский стражник. СПб., 1912.
Воронин Д.И. Жизнь деревни в дни трезвости. Пг., 1916.
Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская полиция и градоначальство. СПб., 1903.
Высшие и центральные государственные учреждения России 1801 – 1917 гг.
В 4 тт. СПб., 1998.
Гайдук С.П. Тюремная политика и тюремное законодательство в
пореформенной России. М.: Наука,1987.
Гальперин В.И. Проституция детей. М., 1912.
Генсиор И. Заметки об уголовном розыске. Ревель, 1911.
Гернет М. П. Преступление и борьба с ним в связи с эволюцией общества. М.:
Изд.-во т-ва «Мир», 1914.
Гернет М.Н. Библиографические указатели по вопросам уголовного права.
СПб., 1913
Гернет М.Н. Моральная статистика (уголовная статистика и статистика
самоубийств). М., 1922.
Гернет М.Н. Преступление и борьба с ним в связи с эволюцией общества.
Ч.III. М., 1914.
Гернет М.Н. Преступность и самоубийства во время войны и после нее. М.,
1927.
Гернет М.Н. Смертная казнь. М., 1913.
Гернет М.Н. Революция, рост преступности и смертная казнь. М.: Изд-во С.
Скирмунта, 1917.
Гернет М.Н. История царской тюрьмы. М.: Государственное издательство
юридической литературы, 1960-1963. Т. 1-5.

73
Гернет М.Н. Общественные причины преступности. Социалистическое
направление в науке уголовного права. М.: Изд. - во С.Скирмунта, 1906.
Гессен В. Адвокатура, общество и государство в 1864-1914// История
русской адвокатуры. Т.1. М., 1914.
Гессен В.М. Государственная дума //Конституционное государство. М., 1905.
470 с.
Гессен В.М. О правовом государстве. CПб., 1906.
Гессен В.М. Теория правового государства// Политический строй
современных государств. М., 1905. Т. 1.
Гилинский Я. Афанасьев В. Социология девиантного (отклоняющегося)
поведения. СПб, 1993.
Голод С.И. Голосенко И.А. Социологические исследования проституции в
России (история и современное состояние). СПб., 1998.
Голосенко И.А. Нищенство как социальная проблема (из истории
дореволюционной социологии бедности) // Социс. 1996. №7.
Гончаров Ю.М. Городская семья Сибири второй половины XIX – начала XX
вв. Барнаул, 2002.
Грановский Л. Алкоголизм и кооперация. М., 1919.
Грибовский В.М. Государственное устройство и управление Российской
империей (Из лекций по русскому государственному и административному
праву). Одесса, 1912.
Громов И.А. Кабинет научно-судебной экспертизы. СПб., 1913.
Грошев А.В. Уголовный закон и правосознание (Теоретические проблемы
уголовно-правового регулирования). Екатеринбург, 1994.
Гуревич В.Я. Хулиганство // Отчет общего собрания Русского
Международного союза криминалистов 13-16 февраля 1914 г. в Петербурге.
Пг., 1916.
Дембо Л.И. Очерк деятельности Комиссии по вопросу об алкоголизме за 15
лет (1898-1913). СПб., 1913.

74
Демидов А.И. Политический радикализм как источник правового

нигилизма // Государство и право. 1992. №4.

Длуголянский Я.Н. Военно-гражданская и полицейская власть Санкт-


Петербурга-Петрограда. Генерал-губернаторы, гражданские губернаторы,
генерал-полицмейстеры (обер-полицмейстеры), градоначальники. СПб.,
2001.
Дмитриев В.К. Критическое исследование о потреблении алкоголя в России.
М., 1991.
Дриль Д. О мерах по борьбе с преступностью несовершеннолетних. Спб.,
1909.
Дриль Д.А. Учение о преступности и мерах борьбы с нею. СПб., 1912.
Ежов М. В. История государственного управления России. IX – начало XX вв.
СПб., 1996.
Елинский В.И. Исаков В.М. Становление и развитие уголовного розыска в
России (XIX – начало XX в.). М., 1998.
Ерасов Б.С. Криминал, как продукт крушения цивилизационного
устройства. // Восток. 2000. № 3.
Ерошкин П.П. История государственных учреждений дореволюционной
России. М., 1983.
Ефремова Н.Н. Министерство юстиции Российской империи. 1802-1917 гг.
Историко-правовое исследование. М., 1983.
Желудков А.В. Буланова А.Г. История государства и права зарубежных стран
(конспект лекций). М.: «Издательство ПРИОР», 2001.
Желудкова Т.И. Основные направления деятельности полиции
дореволюционной России по охране феодального и буржуазного порядка. М.,
1977.
Жеребцов В. Предварительное следствие. СПб., 1911.
Жидков О.А. История буржуазного государства. М., 1971.
Жижиленко А. Меры социальной защиты в отношении опасных

75
преступников. Спб., 1911.
Журчало Я. Современная тюрьма и ее особенности. СПб., 1910.
Закревский И. Об ученых уголовно-антропологической школы. // Журнал
юридического общества при Императорском Санкт - Петербургском
университете. 1893. Кн. 1. С. 69 - 70.
Заменгоф М.Ф. Город и деревня в преступности// Труды слушателей
юридического семинария Московского городского народного университета
им. А.Л. Шанявского. М., 1913.
Зеньковский В.В. Россия и Православие. Киев, 1916.
Злоказов Г.И. Материалы Особой следственной комиссии Временного
правительства об июльских событиях 1917 года // Отечественная история.
1999. №5. С. 78 - 87.
Золин П.М. Преступность в стране в 1909 - 1918 гг. Сравнительная
статистика // Советское государство и право. 1991. №5.
Иванов В. Путь к истине. Пг., 1914.
Ильин И.А. О сущности правосознания. Соч. В 2-х томах. М., 1993.
История полиции России/ Под ред. В.М. Курицына. М., 1999.
Калачев Б.Ф. Взгляд на проблему через столетие// Проституция и
преступность. М., 1991.
Каминская В.И., Ратинов А.Р. Правосознание как элемент правовой
культуры// Правовая культура и вопросы правового воспитания населения.
М., 1974.
Карпец И.И. Ратинов А.Р. Правосознание и причины преступности//
Советское государство и право. 1968. №12.
Кенигсон А.В. Проступки и преступления по службе государственной и
общественной. СПб., 1913.
Кистяковский Б.А. Социальные науки и право. М., 1916. 443 с.
Кистяковский В.А. В защиту права. Интеллигенция и правосознание// Вехи.
Из глубины. М., 1991.
Клейгельс Н.В. Основы полицейской службы. СПб., 1905.

76
Ковалевский М. М. Общее учение о государстве. М., 1909. 214 с.
Ковалевский П. Борьба с преступностью путем воспитания. СПб., 1910.
Колосов Г. А. Условия жизни населения Терской области с точки зрения
неврно-психической гигиены. М., 1909.
Коркунов Н.М. Лекции но общей теории права: Издание 9-е. СПб.,1914. 265
с.
Круглевский А.Н. Имущественные преступления. Спб., 1914.
Кручинин В.Н. Становление и развитие законодательной базы организации и
деятельности полиции России. Воронеж, 2002.
Лунеев В.В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские
тенденции. М., 2005.
Министерство внутренних дел: страницы истории (1802-2002 гг.). СПб.,
2001.
Миронов Б. Преступность в России в начале ХХ века//Отечественная история.
1998. №3.
Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII -начало
XX в.). СПб.: Изд.-во «Дмитрий Буланин»,1999. Т. 1 - 2.
Михайлов Б. Люмпенизация населения как предпосылка социальной
напряженности, конфликтности в обществе и как угроза безопасности России
// Политика. 1996. № 14. С. 11-26.
Московичи С. Век толп. Исторический трактат по психологии масс. / Пер. с
фр. М.: Центр психологии и психотерапии, 1998. Т. 1 - 4.
Мулукаев Р.С. Желудкова Г.И. Смоляков В.Г. История органов внутренних
дел. М., 1989.
Мулукаев Р.С. Общеуголовная полиция дореволюционной России. Ее
классовый характер. М., 1979.
Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., 1991.
Ольденбург С.С. Царствование императора Николая II. СПб.: Петрополь, 1991.
Организация деятельности уголовного сыска в дореволюционной России
(конец XIX – начало XX века). М., 1984.

77
Остроумов С.С. Очерки по истории уголовной статистики дореволюционной
России. М.: 1-типография Профиздата, 1979.- 303 с.
Остроумов С.С. Преступность и ее причины в дореволюционной России. М.,
1960; 2-е изд. 1980.
Пайпс Р. Русская революция. М.: Росспэн, 1994. Кн. 1-2.
Палин А.В. Томское губернское управление (1895-1917 гг.): структура,
компетенция, администрация. Кемерово, 2004.
Перегудова 3.И. Департамент полиции в борьбе с революционным
движением (Годы реакции и нового революционного подъема). М., 1988.
Петражицкий Л.И. Теория государства и права. СПб., 1909.
Пиотровский В. Кудрявцев Д. Очкур Р. Русская полиция. М-СПб., 2007.
Платонов О.А. Русская цивилизация. М.: Роман-газета, 1995.
Платонов С.Ф. Полный курс лекций но русской истории. СПб.: Кристалл,
1997.
Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. М., 1993.
Проценко Е.Д. Профессиональное образование в органах и войсках МВД
России: история, теория, практика. СПб., 1998.
Реент Ю.А. История правоохранительных органов: Полицейские и тюремные
структуры России. Рязань, 2002.
Реент Ю.А. Общая и политическая полиция России (1900-1917 гг.). Рязань,
2001.
Реент Ю.А. Сельские охранно-полицейские структуры самодержавной
России. Рязань, 2000.
Рикман В. Ю. Дворянское законодательство Российской империи. М., 1992.
Рубцов С.Н. История российской полиции. Иркутск, 1998.
Руднев П.И. Начальник Московской сыскной полиции А.Ф. Кошко //
Вопросы истории. 1999. № 4-5.
Руткевич П. Исторический очерк образования и развития полицейских
учреждений в России. СПб., 1913.
Сабинин Л. Лесные нарушения и порядок их преследования. Спб., 1909.

78
Сизиков М. Борисов А. История полиции России. М., 1992. Вып. I-II.
Скилягин А.Т. Любвин Р.М. Сыщики Петербурга. Документальные очерки о
конкретных делах и специалистах уголовного сыска. СПб.: ГПРИК
«Культура», 1998. - 136 с.
Скрипилев Е.А. Об одном из учреждений враждебного Октябрьской
революции лагеря // Советское государство и право. 1967. № 5.
Скрынников Р.Г. Царство террора. СПб., 1992.
Смирнов М.А. Криминализация армии как проявление кризиса в России
начала XX века// Волжский рубеж. Научный и публицистический журнал.
Кострома, 2002. №4.
Столыпин П.А. Нам нужна Великая Россия ... : Полный сборник речей в
Государственной Думе и Государственном Совете. 1906-1911. М. , 1991.
Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. М., 1986.
Сюкияйнен Л.Р. Шариат и мусульманская правовая культура. М., 1997.
Тарновский Е.Н. Война и движение преступности в 1911-1916 гг.// Сборник
статей по пролетарскому праву. 1918. №4.
Тарновский Е.Н. Движение преступности в 12 естественных регионах России
// Журнал Министерства Юстиции. 1902. №4 .
Тарновский Е.Н. Движение преступности в Российской империи за 1899-
1908 годы// Журнал Министерства юстиции. 1908. №9.
Тарновский Е.Н. Движение числа несовершеннолетних осужденных в связи с
общим ростом преступности в России за 1901-1910 гг. // Журнал
Министерства Юстиции. 1913. № 10.
Тарновский Е.Н. Преступность в России // Юридический вестник. 1885. Т.
XIX. Кн. 4.
Тенишев В.В. Правосудие в русском крестьянском быту. Брянск, 1907.
Тимашев Н. Условное осуждение. Спб., 1914.
Трайнин А. Преступность города и деревни в России// Русская мысль. 1909.
№7.
Фаресов А. И. Народ и трезвость. Пг., 1917.

79
Федоров К.Г. Ярмыш А.Н. История полиции дореволюционной России.
Ростов-н/Д, 1976.
Федорченко С.З. Народ на войне. М., 1925.
Фирсов П. Г. Рабочие и Православная церковь в начале ХХ века. // Рабочие и
интеллигенция в эпоху реформ и революции 1861 – февраль 1917 гг. СПб.,
1997.
Фоменко К. Хулиганство// Киевские епархальные ведомости. 1913. №40.
Хейфец И. Подстрекательство к преступлению. М., 1914.
Хойман С.Е. Взгляд на правовую культуру предреволюционной России//
Государство и право. 1991. №1.

Черкасов П.П. Чернышевский Д.В. История императорской России. От Петра


Великого до Николая II. М., 1994.
Шепелев Л.Е. Чиновный мир России: XVIII – начала XX вв. СПб., 1999.
Шинджикашвили Д.И. Сыскная полиция царской России в период
империализма. Омск, 1973.
Ширяев Б.Н. Наука уголовного права // Юридический вестник. Журнал
Московского юридического общества. 1917. Кн. XVII (1).
Ширяев В. Религиозные преступления. Спб., 1910.
Юдин И. К истории полицейской реформы// Русский архив. 1913. №10.
Диссертации
Бузманова О.Г. Судебная власть в Сибири в конце XIX – начале XX вв. Дисс.
… канд. ист. наук. Томск, 2004.
Быкова А. Г. Проституция в истории больших городов Западной Сибири
1880-1914 гг. Дисс. . . канд. ист. наук. Томск, 1999.
Волков А.Э. Тобольская губерния в период Третьеиюньской Монархии:
1907- июль 1914 гг. Дисс. … канд. ист. наук. Тюмень, 2007.
Гамерман Е.В. Правоохранительные органы Дальнего Востока России во
второй половине XIX – начале XX в. Дисс. … канд. ист. наук. Владивосток,
2005.

80
Гибов В.В. Сыскная полиция в механизме Российского государства
(теоретический и историко-правовой аспект). Дисс… канд. юрид. наук. СПб.,
1998.

Грачев А.А. Губернское правление, канцелярия губернатора и полиция в


системе государственного управления Пензенской губернии в начале 20 века.
Дисс. … канд. ист. наук. Пенза, 2002.
Детков М.Г. Развитие системы исполнения уголовного наказания в виде
лишения свободы в России. Дисс... докт. юрид. наук. М., 1994.
Захватов Д.В. Сыскная полиция Нижегородской губернии во второй
половине XIX – начале XX в. Дисс. … канд. юрид. наук. Владимир, 2005.
Зоткина Н.А. Феномен девиантного поведения в повседневной жизни
российского общества на рубеже XIX-XX вв.: преступность, пьянство,
проституция: на материалах Пензенской губернии. Дисс. … канд. ист. наук.
Пенза, 2002.
Иноземцев И.В. Миграции крестьян Воронежской губернии в 1861-1914 гг.
Дисс. … канд. ист. наук. Воронеж, 2005.
Калашникова С.И. История уголовного сыска в России в конце XIX – начале
XX вв. (на материалах Забайкальской области). Дисс. … канд. ист. наук.
Улан-Удэ, 2007.
Кладов В.Ю. Полиция Пензенской губернии в 1903-1917 гг. Дисс. … канд.
ист. наук. Пенза, 2007.
Короткова С.В. Уголовная полиция в системе органов охраны общественного
порядка Российской империи в начале XX века: по материалам Самарской,
Саратовской и Пензенской губернии. Дисс. … канд. ист. наук. Самара, 2008.
Косарецкая Е.Н. Женская преступность в Орловской губернии во второй
половине XIX – начале XX вв. Дисс. … канд. ист. наук. Орел, 2007.
Макаричев М.В. Политический и уголовный сыск России в конце XIX –
начале XX века: по материалам Нижегородской губернии. Дисс. … канд. ист.
наук. Саранск, 2003.

81
Макаров Г.А. История развития полиции и жандармерии на Северном
Кавказе во второй половине XIX – начале XX вв.: На материалах
Ставрополья и Кубани. Дисс. … канд. ист. наук. Пятигорск, 2005.
Петров А.В. Полиция и милиция Урала и Западной Сибири в начале XX в.:
историко-правовое исследование. Дисс. … докт. юрид. наук. М., 2007.
Полянская Ю.М. «Классические маргиналы» в социальной структуре
Москвы 1861-1914 гг. Дисс. … канд. ист. наук. М., 2004.
Реент Ю.А. Полицейская система Российской империи начала XX века
(1900-1917 гг.). Дисс. … докт. ист. наук. М., 2002.
Романов К.С. Департамент полиции МВД России накануне и в годы Первой
мировой войны (1913-1917 гг.). Дисс. … канд. ист. наук. М., 2002.
Седунов А.В. Псковская городская полиция в XVIII – начале XX вв. Дисс. …
канд. ист. наук. СПб., 2004.
Сичинский Е.П. Становление полиции на Южном Урале (последняя четверть
XVIII – начало XX вв.). Дисс. … докт. ист. наук. Челябинск, 2006.
ситуация в России во второй половине XIX – начале XX века. Дисс. … канд.
ист. наук. Кострома, 2005.
Смурова О.В. Неземледельческий отход крестьян в столицы и его влияние на
эволюцию образа жизни города и деревни в 1811-1914 гг.: На материалах
Санкт-Петербурга, Москвы, Костромской, Тверской и Ярославской губерний.
Дисс. … докт. ист. наук. СПб., 2006.
Тот Ю.В. Реформа уездной полиции в правительственной политике России в
XIX веке. Дисс. … докт. ист. наук. СПб., 2003.
Чернова И.В. Томская городская полиция в конце XVIII – начале XX вв.
Дисс. … канд. ист. наук. Томск, 2005.
Шабаев В.В. Уездная полиция Российского государства второй половины
XIX – начала XX века: на территории Мордовии. Дисс. … канд. ист. наук.
Саранск, 2007.
Шиловский Д.М. Полиция Томской губернии в борьбе с преступностью в
1867-1917 гг. Дисс. … канд. ист. наук. Новосибирск, 2002.

82
Ялтаев Д.А. Уездная полиция в Казанской губернии в 1862-1917 годах: По
материалам чувашских уездов. Дисс. … канд. ист. наук. Чебоксары, 2004.

83