Вы находитесь на странице: 1из 35

РЕГИОНЫ

Молдова и Приднестровье:
национальное строительство, территориальные
идентичности, перспективы разрешения конфликта *
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц

Непризнанная Приднестровская Молдавская Республика (ПМР)


представляет собой классический пример «незавершенной» госуP
дарственности и входит в число территорий, которые могут быть
классифицированы как псевдогосударства. Их существование — одP
на из основных особенностей современного мирового геополитичеP
ского порядка. Как правило, правительства государств, от которых
такие территории пытаются отделиться, прилагают значительные
усилия по «воссоединению» своих стран, прибегая либо к силе, лиP
бо к поиску политических решений. Однако возврат псевдогосударP
ства под контроль Центра — длительный процесс. Он зависит от
баланса внутренних и внешних факторов, способствующих и/или
препятствующих воссоединению, от восстановления и развития
контактов мятежной территории со своей «метрополией», от степеP
ни интеграции обоих участников конфликта в мировую экономику,
их отношений с соседями и т. д.
Конкретно для Молдовы перспективы «возвращения» ПриднестP
ровья сильно осложняются изPза экономических, военных, полиP
тических, межнациональных и социальных проблем, которые проP
явились на финальном этапе существования Советского Союза и
типичны для всего постсоветского пространства. Также эти перP
спективы во многом определяются сложной системой геополитичесP
Владимир Александрович Колосов, руководитель Центра геополитических исP
следований Института географии Российской академии наук, Москва; Дмитрий ВикP
торович Заяц, научный сотрудник того же Центра.
* Статья подготовлена при финансовой поддержке, предоставленной програмP
мой Research Support Scheme Института Открытое Общество проекту «Перспективы
разрешения конфликта между Молдовой и Приднестровьем: роль гражданского обP
щества».
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 89

ких отношений Молдовы, а отчасти и ПМР с крупными соседними


государствами: Украиной, Румынией, Россией, равно как и со страP
нами Запада. Более того, отношение мирового сообщества к МолдоP
ве и ПМР очень сильно влияет на отношения между различными
этническими и культурными группами как в Молдове, так и в ПриP
днестровье. Приднестровский конфликт — один из самых интернаP
ционализированных в пределах бывшего СССР 1.
Случай Приднестровья особенно поучителен и по другим причиP
нам. В регионе нет ни одной этнической группы, которая могла бы
претендовать на безусловную гегемонию. Поэтому в ПМР акцент деP
лается скорее на «гражданских», нежели чем на этнических идеалах гоP
сударственности, приоритетное значение отводится созданию новой
политической идентичности. Отсюда и известная ностальгия по соP
ветской идеологии, формировавшей советскую политическую иденP
тичность в качестве альтернативы этническому самосознанию. Но
создание и/или укрепление специфической приднестровской иденP
тичности означает ее соперничество с молдавской идентичностью, а
значит и борьбу между политическими и интеллектуальными элитами
по поводу трактовок общего исторического прошлого, реактуализаP
цию давних разногласий о легитимности изменений границ в регионе.
В то же время конфликт между Молдовой и Приднестровьем не
имеет глубоких исторических корней, характерных для конфликтов
на Кавказе и в Закавказье. В нашей статье мы постараемся показать,
что корни конфликта в другом — в кризисе идентичности и в слабоP
сти государства. Мы попытаемся проанализировать результаты деP
сятилетнего «созидания» национальной и государственноPполитиP
ческой идентичности в Молдове и ПМР, основываясь при этом
главным образом на данных социологического опроса, проведенного
нами на обоих берегах Днестра в апрелеPмае 2000 года. Кроме того,
мы рассматриваем взаимосвязь между поиском новой идентичности
и интернационализацией конфликта, перспективы разрешения конP
фликта и установления стабильности в этой части постсоветского
пространства.

Территория, идентичность, нация и государство


в постсоветском пространстве
Исследованиями последних лет убедительно доказано, что оргаP
низация территории, идентичность (самосознание) ее населения и
протекающий на ней политический процесс образуют неразрывную
90 РЕГИОНЫ

триаду и становятся все более сложными 2. При этом выделяются, по


меньшей мере, четыре типа этнической идентичности:
1) сильная самоидентификация только с одной этнической
группой;
2) устойчивая самоидентификация с двумя группами одновреP
менно;
3) слабая или непостоянная самоидентификация с двумя или
более этническими группами, которая может привести к полному
распаду этнической идентичности, то есть к так называемому «этниP
ческому нигилизму»;
4) самоидентификация с «панэтнической» общностью (наприP
мер, панславянской или пантюркской), охватывающей несколько
этнических групп, или с гражданской общностью вроде «советскоP
го народа».
Национальная идентичность все еще занимает центральное месP
то в иерархии самоидентификации человека с социальными и терP
риториальными группами, но постепенно теряет свою гегемонию.
Все больше людей в современном взаимосвязанном и взаимозависиP
мом мире имеют смешанное этническое происхождение, вовлекаясь
в процессы урбанизации и глобализации, свободно перемещаются
между регионами и странами, либо вынуждены покидать свои дома
изPза гражданских войн, этнических конфликтов и стихийных бедP
ствий 3.
Иерархические множественные идентичности особенно харакP
терны для постсоветского пространства. В советское время в целом
ряде республик и областей этническая разнородность была настольP
ко велика, что доля смешанных браков достигала трети и более в
общем количестве браков. Во многих городах и в «пограничных»
(переходных) культурных зонах образовался своего рода этнический
«коктейль». Правда, в окружающей сельской местности и во «внутP
ренних» регионах население было более однородным.
Иерархия территориальных идентичностей включала этничесP
кие, политические («всесоюзные» и республиканские), региональP
ные и местные компоненты 4 и постоянно менялась. Ее изменчивость
в немалой степени была обусловлена подвижностью границ терриP
ториальных единиц первого порядка, которые стали относительно
устойчивыми только с конца 1950Pх годов. После 1991 года сложP
ность этой иерархии, унаследованной от СССР, усугубляется совпаP
дением в пространстве и во времени процессов государственного и
национального строительства. В новых независимых государствах
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 91

(ННГ) пока еще не созданы полноценные политические идентичноP


сти. Основные причины этого таковы.
1. БŠольшая часть населения ННГ, особенно в отдельных обласP
тях, еще не ассоциирует себя с государственноPполитической общP
ностью (политической нацией) и не разделяет гражданских ценносP
тей, предлагаемых политическими элитами в качестве общих для
всех социальных, этнических и региональных групп. Лучшим свидеP
тельством тому служит образование на обломках СССР пяти самоP
провозглашенных республик 5.
2. В каждом ННГ общество глубоко раздроблено на «выигравP
ших» и «проигравших» в результате экономических реформ 6. ИзPза
этого государство так и не достигло полной легитимности, то есть
признания полномочий центральной власти всеми гражданами.
Чтобы быть полностью легитимным, государство нуждается в приP
знании не только большинством титульной этнической группы, но
и большинством каждого из меньшинств.
3. Уровень участия населения в политической жизни пока далек
от удовлетворительного; часто он не гарантирует территориальную
целостность, национальное единство и политическую стабильность.
4. Принципы перераспределения государственных средств межP
ду этническими группами и регионами не обеспечивают им равного
доступа к ресурсам и привилегиям.
Относительное ослабление роли государства способствует сохраP
нению старых и появлению новых многослойных и смешанных
идентичностей. Другими словами, слабость государства, его неспоP
собность реализовать свои функции — защищать граждан, обеспечиP
вать их основные права, гарантировать им соблюдение законности —
одна из главных причин территориальных конфликтов в постсоветP
ском пространстве. Не все ННГ удовлетворяют основным критериям
суверенного государства, поскольку не в состоянии контролировать
всю территорию, на которую официально распространяется их сувеP
ренитет, и поскольку часть их населения не признает их границы и
не доверяет правящим в них режимам.
Этнические идентичности в прежних советских республиках
очень часто неустойчивы также изPза того, что различные региоP
нальные группы титульной и/или доминирующей этнической групP
пы не выработали согласованных, всеобще принятых представлений
о своем прошлом и будущем, равно как и об отношениях с другими
этническими группами и соседями. Государству здесь приходится
одновременно «склеивать» воедино как гражданскую нацию, состоP
92 РЕГИОНЫ

ящую из многих этнических групп, так и собственно титульный наP


род. И в зависимости от того, на чью поддержку оно рассчитывает —
всей нации или только титульного этноса, — оно следует одной из
двух принципиально различающихся стратегий.
Каждая стратегия имеет свои преимущества и недостатки. ПерP
вая стратегия часто расценивается правящими постсоветскими элиP
тами как таящая в себе угрозу территориальной целостности и
реальной независимости молодого государства. Вторая облегчает
политическую мобилизацию титульного этноса, позволяет удержиP
вать и перераспределять собственность в пользу его элиты, но
сопряжена с опасностью чрезмерного усиления титульного нациоP
нализма и резкой ответной реакции меньшинств, известной в литеP
ратуре как «интерактивный национализм» 7. Поэтому в большинстве
случаев политические элиты не могут однозначно декларировать
выбор одной стратегии и пробуют их комбинировать. Они заявляют
о своей приверженности концепции политической нации и даже деP
лают усилия по ее воплощению в жизнь. Но одновременно они не
останавливаются перед шагами, направленными на установление
привилегий титульным народам и на закрепление в коллективном
сознании этих народов старых и новых этнических мифов.

Объективные предпосылки «битвы за идентичность»


в Приднестровье и Молдове

ПМР — яркий пример территории со сложной идентичностью.


Исторически эта территория была расположена на границе между
восточноPримскими культурами, кочевниками Большой Степи и
восточнославянским миром, являлась частью малонаселенного ДиP
кого Поля — пограничной области между Российским государством
и Османской империей (и в этом отношении напоминает Нагорный
Карабах и Абхазию). Здесь украинские казаки боролись за свою неP
зависимость и православную веру против мусульманской Турции и
католической Польши. В то же время Приднестровье представляет
собой своего рода ворота на пути из Восточноевропейской равнины
на Балканы и в Южную Европу.
Присоединение Приднестровья в XVIII веке к Российской импеP
рии, обеспечив защиту молдавского, украинского и русского правоP
славного населения регулярными российскими войсками и казачьиP
ми формированиями, стимулировало освоение его плодородных
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 93

равнин. Российские власти активно привлекали на здешние свободP


ные земли и иностранных поселенцев: немцев, болгар, сербов и гагаP
узов. Правительство распределяло сельскохозяйственные угодья среP
ди молдавских бояр, поддержавших Россию в войне против Турции,
что усилило перемещение крестьянPмолдаван на левый берег ДнестP
ра. Заселение Приднестровья колонистами разных национальностей
привело к формированию полиэтнической структуры и укоренению
традиций взаимного уважения и терпимости. За исключением периP
ода Гражданской войны, Приднестровье не знало кровопролития в
течение более чем 130 лет, до самых трагических событий 1992 года.
К началу ХХ века полиэтническое общество сформировалось и
на правом берегу Днестра. Здесь также сложились традиции мирноP
го сосуществования различных этнических групп, получившие наиP
большее развитие в крупных городах. Согласно переписи населения
1897 года, молдаване составляли лишь 47,6% от населения БессараP
бии, то есть территории между реками Днестр и Прут от Буковины
до дельты Дуная 8.
В историкоPэтнографическом отношении Приднестровье неодP
нородно. В северной его части, некогда принадлежавшей Польше,
большинство населения всегда составляли украинцы, хотя и имеP
лись некоторые молдавские деревни. Постоянное население южной
части Приднестровья, находившейся под властью вассала ОсманP
ской империи Крымского ханства, вплоть до конца XVIII века было
крайне незначительным. По Ясскому мирному договору 1792 года
территория между Днестром и Южным Бугом была присоединена к
Российской империи. Позже, в результате русскоPтурецкой войны
1812 года, в состав России полностью вошла Бессарабия. ПриднестP
ровье же стало частью Херсонской губернии. Его земли были заселеP
ны преимущественно казаками, которые основали большинство
здешних поселений. В деревнях здесь до сих пор преобладают украP
инцы или русские.
В 1918 году Бессарабия была захвачена Румынией, а ПриднестроP
вье стало частью Советской Украины. В 1924 году советское правиP
тельство образовало на его территории Молдавскую Автономную
Советскую Социалистическую Республику (МАССР) с администраP
тивным центром сначала в Балте, а с 1929 года — в Тирасполе. ОсновP
ную часть этой автономии составляли области, населенные почти
исключительно украинцами, которые доминировали в населении
МАССР (48,5%, вместе с русскими — 57%), в то время как на долю
молдаван приходилось приблизительно 30% населения 9. Очевидной
94 РЕГИОНЫ

целью советского руководства было создание титульной молдавской


государственной единицы в рамках СССР с учетом перспективы
возвращения Бессарабии. Левый берег Днестра снова стал приграP
ничьем.
В 1940 году, после аннексии Бессарабии Советским Союзом,
11 из 17 районов МАССР были возвращены Украине, а 6 районов
присоединены к только что образованной Молдавской ССР. Путем
перекройки политикоPадминистративной карты этого региона СтаP
лин, видимо, хотел компенсировать Молдавии потерю южной БесP
сарабии, включенной в Измаильскую область Украинской ССР
(ныне — часть Одесской области) и северной Буковины, присоедиP
ненной к Черновицкой области. В 1941 году территория будущей
ПМР, как и Молдовы, была оккупирована германскими войсками,
которые передали этот регион под управление Румынии. В 1944 гоP
ду МССР была восстановлена в своих довоенных границах.
Таким образом, левый берег Днестра был частью Румынии в течеP
ние всего лишь нескольких военных лет. Опыт государственности
1924–1940 годов, хотя и сильно ограниченной тоталитарным сталинP
ским режимом, служит современным лидерам Приднестровья одним
из главных аргументов при обосновании региональной идентичносP
ти. Важно отметить, что карта региона была перекроена без учета
мнения местного населения, позиция которого стала одним из факP
торов, внесших вклад в эскалацию конфликта в начале 1990Pх годов.
В советской Молдавии Приднестровье было наиболее промышP
ленным и урбанизированным регионом. Здесь проживало лишь 17%
населения республики, зато производилось около 35% республиканP
ского ВВП, 56% потребительских товаров, треть продукции сельP
ского хозяйства, почти вся электроэнергия (Молдавская ГРЭС
мощностью 2500 МВт и Дубоссарская ГЭС в 110 МВт) 10. В ПриднеP
стровье было возведено много уникальных промышленных предP
приятий. Например, главным источником внешнеторговой выручки
ПМР (около 55%) является экспорт продукции Молдавского металP
лургического завода в Рыбнице, построенного в 1985 году при исP
пользовании современных технологий. Многие коммуникации,
связывающие Молдову с ее восточными соседями (автомобильные
и железные дороги, газопровод, высоковольтные линии), пересекаP
ют территорию Приднестровья. Во время «горячей» стадии конP
фликта с Молдовой ПМР угрожала блокировать эти коммуникации.
Потеряв деPфакто Приднестровье, Республика Молдова (РМ) с
момента своего образования стала ощущать серьезный энергетичеP
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 95

ский дефицит. Она должна России за поставки природного газа


860 млн долларов. Для сравнительно небольшого государства это огP
ромная сумма. Впрочем, государственный долг Приднестровья РосP
сии тоже значителен. В попытке диверсифицировать источники
энергоснабжения РМ прибегла к импорту электроэнергии из РумыP
нии, но и на этом направлении ее долги стали быстро расти — до
31 млн долларов к весне 2000 года 11.
Индустриализация Приднестровья и Молдовы в целом вызвала
глубокие преобразования в структуре населения. Их следует считать
одной из важнейших причин конфликта. В годы сталинского режиP
ма из Бессарабии были высланы тысячи людей. То были главным
образом городские жители, выходцы из так называемым враждебP
ных классов. Особенно пострадала от репрессий интеллигенция, в
том числе национальная молдавская. Кроме того, тысячи людей,
опятьPтаки преимущественно горожане, были вынуждены уехать изP
за голода в первые послевоенные годы. Этническая и демографичеP
ская структура Молдавии сильно изменилась в результате выезда
многих местных жителей на «стройки коммунизма» и на целину, а
также эмиграции бессарабских евреев 12.
В то же время мощные миграционные потоки были направлены
в Молдавию из России, Украины и Белоруссии. Сначала республике
требовались воспитанные в советских традициях квалифицированP
ные специалисты в области управления, современных технологий, а
также ученые и творческая интеллигенция. Приблизительно с начаP
ла 1960Pх годов, благодаря благоприятному климату и довольно выP
сокому уровню благосостояния, республика стала привлекать и друP
гие категории мигрантов — от отставных офицеров до жителей
Крайнего Севера и Дальнего Востока, ищущих на склоне лет сравP
нительно комфортное место для поселения. Особенно интенсивным
приток мигрантов, преимущественно русских, был в Приднестровье,
где они строили промышленные объекты союзного значения, вклюP
чая предприятия военноPпромышленного комплекса. В результате,
несмотря на то что миграционный отток был довольно значительP
ным по объему, к 1989 году доля русских в населении ПриднестроP
вья не сократилась по сравнению с 1926 годом (26%), а к 1996 году
даже повысилась (29%). Доля украинцев изменилась незначительно
и в 1996 году составила те же 29%. На деле около половины населеP
ния ПМР имеет смешанное этническое происхождение 13.
До 1970–1980Pх годов молдаване доминировали в сельском
хозяйстве, торговле, социальных науках и культуре, а остальные этP
96 РЕГИОНЫ

нические группы были шире представлены в управлении, промышP


ленности, особенно среди инженеров и других квалифицированных
работников, а также в образовании и естественных науках. Однако
массы молдавской молодежи покидали деревню в поисках работы и
образования. Эти перемещения были связаны с увеличением чисP
ленности рабочих мест в промышленности и более высоким качестP
вом жизни в городах. Кроме того, в течение долгого времени рождаP
емость среди титульного сельского населения была намного выше,
чем у более урбанизированного славянского населения. Уроженцы
молдавской деревни заканчивали высшие учебные заведения и преP
тендовали на более престижные и высокооплачиваемые рабочие меP
ста. Соперничество за них постоянно усиливалось, так как быстрое
развитие высшего образования в республике устранило разрыв в обP
разовательных уровнях титульного и нетитульного, главным обраP
зом славянского, населения 14. Таким образом, «разделение труда»
между различными этническими группами, сложившееся в первые
послевоенные годы, радикально менялось.
Была прервана преемственность поколений молдавских интелP
лигентов: старого поколения горожан — хранителей терпимости в
межэтнических отношениях, во взаимодействии между культурами,
и нового поколения — выходцев из сельской местности по преимуP
ществу. Часть новых молдавских интеллектуалов не устояла перед
искушением объяснить все проблемы в прошлом и настоящем инP
тригами «чужаков» — славян, евреев и др., которые будто бы способP
ствовали уничтожению языка и древних традиций молдавской
культуры. Они обвиняли «мигрантов» в том, что те служат проводP
никами политики Центра по непродуманному внедрению индустриP
альных методов ведения сельского хозяйства в рамках общесоюзной
специализации Молдавии на производстве овощей и фруктов.
Для обоснования преимущества для представителей титульной
национальности в продвижении по службе, в доступе к престижным
занятиям и высокооплачиваемым рабочим местам были необхоP
димы исторические и этногенетические аргументы. Их нашли в
свидетельствах принадлежности молдаван к крупной европейской
этнической группе — румынской нации, чье древнее романское
происхождение вполне могло служить причиной национальной горP
дости. Стали идеализировать румынский период в истории МолдаP
вии, а также организацию государственных институтов и жизни в РуP
мынии. А в период распада СССР с прорумынскими настроениями
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 97

интеллигенции совпали и интересы части представителей титульной


национальности в политической элите Молдавской ССР.
До начала 1960Pх годов Москва рассматривала уроженцев БессаP
рабии как неблагонадежных и пополняла высший кадровый состав
партийных и государственных функционеров выдвиженцами преP
имущественно из числа левобережных молдаван или славян, нередP
ко приезжавших в Молдавию издалека. Ситуация изменилась за
долгие годы правления первого секретаря ЦК КП МССР И. И. БоP
дюла, этнического молдаванина, рожденного на Украине, к тому
же пришедшиеся на то время, когда контроль Центра над союзными
республиками вообще начал ослабевать 15. Бодюл, личный друг
Л. Брежнева, постепенно заменил глав районов и городов республиP
ки (в том числе и в Приднестровье) более активными, деятельными
и сплоченными бессарабцами. Доверие высокого кремлевского поP
кровителя обеспечивало ему значительную свободу в принятии
решений.
Бессарабские партийные и правительственные функционеры
пытались укрепить свои ведущие позиции. Они справедливо увидеP
ли значительный политический ресурс в прогрессирующей «румыP
низации», поскольку, в отличие от значительной части молдаван
даже на правом берегу, владели литературной версией румынского
языка. Коалиция партийной бюрократии и гуманитарной интеллиP
генции, играющей ведущую идеологическую роль, была очень расP
пространенным явлением в союзных и автономных республиках
СССР накануне его распада. Эта коалиция стала продвигать румынP
ское самосознание в ущерб сложившимся надэтническим, политиP
ческим и региональным идентичностям.

Идентичности, национальное и государственное строительство


в конфликте между Молдовой и Приднестровьем

Казалось бы, построение новой национальной идентичности


в РМ, намного более этнически однородной, чем Приднестровье,
должно было пойти тем же путем, какой был опробован в БалтийP
ских странах: противопоставление «нас», титульного и истинно
европейского населения, «им», вновь прибывшим мигрантам, «манP
куртам», пытающимся к тому же нарушить территориальную целоP
стность страны. В действительности это не так (или не совсем так) —
по трем основным причинам.
98 РЕГИОНЫ

Вопервых, конфликт в Приднестровье расколол не только терP


риторию страны, но и поставил под сомнение само существоваP
ние самостоятельного молдавского этноса. Коль скоро жители
Молдовы — румыны, молдавская идентичность, если она и сущестP
вует, носит второстепенный, региональный характер. На рубеже
1980–1990 годов пропаганда Народного фронта утверждала, что
только те, кто считают себя румынами, являются настоящими патриP
отами и лояльными гражданами. Прочие молдаване объявлялись
носителями «примитивного молдовенизма», не помнящими родства.
Выбор между румынской и молдавской идентичностями очень
непрост. «Румынизм» — это во многом отказ от наследия почти
200 последних лет истории страны, от русской («общесоветской»)
культуры, от особых гуманитарных и экономических отношений с
восточными соседями и от прежней геополитической ориентации,
в конце концов, от лояльности собственной стране, обреченной на
поглощение более крупной соседкой. Активное приобретение гражP
данами РМ румынского гражданства (общее число лиц, получивших
паспорта Румынии, оценивается в 200–250 тыс.16) не может слуP
жить свидетельством смены идентичности. Оно объясняется прагP
матическими соображениями: облегченным визовым режимом для
граждан Румынии в развитых странах и перспективой вступления
Румынии в ЕС. Что касается смешанной «румынскоPмолдавской»
идентичности, то она вряд ли может возникнуть изPза ее внутренней
противоречивости.
Между тем уже сегодня школьники в РМ изучают историю и геоP
графию Румынии с включением в нее территории Молдовы. Они
переходят на румынские программы и учебники, только часть котоP
рых переведена на русский язык. Напротив, в ПМР используются
главным образом российские, приднестровские (по истории) и украP
инские учебники (последние только в украинских школах). В реP
зультате одни и те же события преподносятся на уроках истории с
диаметрально противоположных позиций. Как могут жить в «общем
государстве» граждане, изучавшие историю по учебникам, в которых
события Второй мировой войны описываются следующим образом?
Молдавская версия. «После освобождения Бессарабии и БуковиP
ны румынскими и немецкими войсками на их территориях были соP
зданы отдельные провинции в составе румынского государства...
Особое внимание уделялось развитию сельского хозяйства, поP
скольку основной целью румынского руководства было обеспечение
продуктами армии и гражданского населения... После отступления
РЕСПУБЛИКАÓìàíü
МОЛДОВА
Äíåñòð
Ìîãèëåâ-Ïîäîëüñêèé

ßìïîëü
Ó

Þ
Åäèíöû

æ

Ê

óã
Ñîðîêè
Êóï÷èíü
Ïð

Ð
óò

Êàìåíêà

À
Ðåóò
Áåëüöû Ðûáíèöà
Ð

È
Äíå
Ï
ñòð
ÌÎËÄÎÂÀ

Í
Ó

Îðãååâ
Äóáîññàðû

À
Óíãåíû Ãðèãîðèîïîëü
ßññû
Ì

Ì
ÊÈØÈÍÅÂ
Ïð

Áåíäåðû
óò

Òèðàñïîëü
Õûí÷åøòü
Ð
Û

Áàêýó Âàñëóé
Äí
åñ
òð
Í

Êîìðàò
À
Í
È
È

À
Ïðóò

Òàðàêëèÿ
Êàãóë
Ð
Ê
ß

Ôîêøàíè
å
å ìîð
Ó

Ãàëàö Äóíàé
Èçìàèë
×åðíî

Áðýèëà
Ñóëèíà
Áóçýó
Òóë÷à
100 РЕГИОНЫ

советских войск на территориях между Днестром и Бугом 19 августа


1941 г. было основано Губернаторство Транснистрия... ДеятельP
ность местной администрации была направлена на поддержание поP
рядка и безопасности, восстановление обрабатываемых площадей, а
также на реконструкцию предприятий и железных дорог» 17.
Приднестровская версия. «В августе вся Молдавия была захвачена
оккупантами. Фашисты создали в Кишиневе, Оргееве, Кагуле, РыбP
нице, Дубоссарах, Единцах и во многих других городах и селах лагеP
ря смерти, в которых пытали и уничтожали советских людей... На
борьбу с врагами поднялся весь советский народ. На захваченной
территории создавались подпольные партизанские группы, развораP
чивалось движение партизан, которые не давали покоя фашистам
ни днем, ни ночью... С надеждой и радостью узнавали жители оккуP
пированной территории о победах советских войск над врагом» 18.
Вовторых, экономическое положение РМ остается очень сложP
ным, большинство ее граждан озабочены поиском источников дохода,
обеспечивающего элементарное выживание. Достаточно сказать,
что по меньшей мере 600 тыс. граждан Молдовы, то есть примерно
15% всего населения республики, находятся на заработках за предеP
лами своей страны 19. Неудивительно, что, по общему признанию саP
мых разных собеседников авторов в Кишиневе — от политических
деятелей и депутатов парламента до сотрудников академических учP
реждений, — проблема территориальной целостности РМ далеко не
приоритетна сейчас для ее жителей. Тем более что люди уже приспоP
собились к границе по Днестру, и их повседневной жизни она не
слишком мешает. Этот фактор, без сомнения, сильно способствует
консервации статусPкво и затягиванию переговорного процесса.
Втретьих, как уже отмечалось, коллективный опыт жителей
Молдовы включает гораздо более давние традиции мирного сосущеP
ствования представителей разных национальностей, чем в той же
Прибалтике. Уровень владения русским языком, распространенP
ность функционального двуязычия и общих для постсоветского
пространства ценностей в Молдове заметно выше. По переписи
1989 года 66% жителей республики назвали молдавский язык родP
ным или заявили, что владеют им свободно, а русским — 68%, то
есть практически столько же. А вот литературным румынским языP
ком владеют далеко не все молдаване.
Переходя к Приднестровью, сразу же следует признать, что местP
ная специфическая идентичность реально существует. Поскольку
территория ПМР никогда, кроме нескольких военных лет, не была
ПРИДНЕСТРОВСКАЯ
МОЛДАВСКАЯ
Îêíèöà РЕСПУБЛИКА

Êàìåíêà

Äíåñòð

ÐÛÁÍÈÖÀ

Äóáîññàðñêîå
âäõð.

ÄÓÁÎÑÑÀÐÛ Ìàÿê

Ãðèãîðèîïîëü
Äí

ñò
å

ÒÈÐÀÑÏÎËÜ
ÁÅÍÄÅÐÛ

Ïàðêàíû
Íîâîòèðàñïîëüñêèé
Ïåðâîìàéñê
Êó÷óðãàí

Ñëîáîäçåÿ
Êðàñíîå
ñê îå âä

Äíåñòðîâñê
õð .

Äíåñ
òð
102 РЕГИОНЫ

частью Румынии, вынужденная «румынизация» воспринимается


приднестровцами как внешняя угроза. В Молдове и Приднестровье
действуют различные системы законодательства, и привести их
«к общему знаменателю» уже очень трудно. Так, с 2000 года РМ стала
парламентской республикой, тогда как ПМР остается республикой
президентской. Хотя ни одна из стран мира юридически не признала
существования ПМР, она обладает всеми атрибутами независимого
государства: парламентом, правительством, избираемыми органами
местного самоуправления, силовыми структурами, государственной
символикой и т. д. С 1994 года введена в обращение собственная
валюта, приднестровский рубль, в 1995 году была принята конституP
ция, по которой молдавский, русский и украинский языки признаP
ны тремя государственными языками. При этом молдавский язык в
Приднестровье не считается идентичным румынскому, для него
продолжает использоваться кириллица.
Многие авторы публикаций по проблеме идентичности склоняP
ются к мнению, что этническое самосознание не предопределено
изначально, а создается и управляется политическими активистами.
Лидеры, находящиеся у власти, заинтересованы в построении устойP
чивой идентичности, соответствующей границам государства, разP
резающим ареалы прежде существовавших идентичностей 20. В ряде
исследований доказывается ведущая роль государства, националисP
тически настроенных интеллектуалов и в целом образованных слоев
общества в создании или укреплении политических идентичностей 21.
И действительно, руководство ПМР не жалеет сил для укреплеP
ния приднестровской идентичности. Поскольку в населении ПриP
днестровья не доминирует ни одна этническая группа, эта идентичP
ность носит исключительно политический характер, легитимируется
через общность исторической судьбы местных жителей. Не только
принят полный набор государственной символики, но и установлеP
ны государственные праздники. Например, в сентябре 2000 года
широко отмечалось десятилетие республики. Работают республиP
канские телевидение и радио, издаются газеты. Еще в 1997 году
были выделены средства для издания атласа ПМР на русском и ангP
лийском языках. Особое внимание уделяется истории. Изданы учебP
ники для средней и высшей школы, готовится фундаментальная чеP
тырехтомная история Приднестровья. Действуют музей в Бендерах
и другие экспозиции, рассказывающие о войне 1992 года. Память о
походе из Кишинева «против сепаратистов» и о сопутствовавшем
ему кровопролитии в коллективном сознании приднестровцев еще
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 103

крепка и значительно способствует их сплочению. Широко пропаP


гандируется факт использования иностранных займов РМ исклюP
чительно на нужды правобережной территории. Их общая сумма
уже превысила 1,3 млрд долларов 22. «Почему жители ПриднестроP
вья, не получившие ни цента из этих займов, должны в случае объP
единения выплачивать бессарабские долги?» — задаются вопросом
в Тирасполе.

Молдавская и приднестровская идентичности:


основа для согласований или источник разногласий?

В конце апреля 2000 года мы провели социологический опрос в


Республике Молдове и Приднестровье 23. Его результаты были сопоP
ставлены с другими исследованиями такого рода. Всего было опроP
шено 1011 человек (513 в РМ и 498 в Приднестровье), в том числе в
Кишиневе, Тирасполе, районных центрах и селах пропорционально
их доле в населении. Выборка репрезентативна по половозрастной
и национальной структуре населения и уровню его образования.
Опрос проводился в квартирах и домах респондентов, отобранных
по случайной выборке улиц и домов в каждом районном центре,
селе и административном районе Кишинева или Тирасполя. В РМ
и ПМР была использована одна и та же анкета, включавшая 73 воP
проса, которые соответствовали пяти основным направлениям исP
следования: социодемографические характеристики; материальное
благосостояние; идентичность; восприятие соседа; перспективы реP
шения территориального конфликта.
Главный вывод, который можно сделать по полученным ответам,
заключается в следующем: существенные различия в идентичностях
граждан Молдовы по обе стороны Днестра, безусловно, имеются
(принимая во внимание состав населения и историю, особенно неP
давнюю, было бы удивительно, если бы их не было), однако и общеP
го в них немало.
В обеих частях Молдовы политическая идентичность далеко не
сформирована и явно носит переходный характер. Многие граждане
дезориентированы и не хотят или не могут отождествлять себя с гоP
сударством, в котором они живут, будь то признанная международP
ным сообществом РМ или ПМР с ее неурегулированным статусом.
Такое положение характерно для многих постсоветских госуP
дарств, не является исключением и Молдова. Так, здесь поPпрежнему
104 РЕГИОНЫ

самоотождествляются с «затонувшей Атлантидой», называя себя


«советскими людьми», 9,2% респондентов. В России таких в 1997 гоP
ду было еще больше — 12,4%. Не желая определять своего отношения
к стране проживания, 23,8% респондентов ограничились идентифиP
кацией по месту жительства. Для сравнения: в России в 1997 году так
поступили 29,4% опрошенных; в среднем по Украине в 1995 — начаP
ле 1996 года — 43,8%. Вместе эти данные говорят о постепенном соP
кращении в постсоветском пространстве доли людей с размытой
идентичностью: чем ближе к нам по времени то или иное обследоваP
ние, тем меньше процент неопределившихся. Однако в Молдове это
сокращение не сопровождается ускоренным становлением гражP
данской идентичности. Хотя наш опрос — самый «свежий» по сравP
нению с опросами в России и Украине, он показывает, что в РМ
доля тех, кто идентифицирует себя в первую очередь по гражданстP
ву страны проживания, а лишь затем — по этнической принадлежP
ности, все еще меньше, чем в России или Украине: 44,8% против
58,2% в России в 1997 году и 62% в Украине в 1999 году.
В Приднестровье доля полагающих себя в первую очередь гражP
данами ПМР — 34,9%. Много это или мало? Мало, если сравнить с
аналогичной цифрой для РМ. Много, если учесть, что речь идет о
непризнанной республике, и к тем, кто четко самоопределился как
ее гражданин, добавить еще и те 13,9% респондентов, которые
уклончиво отнесли себя к «жителям своей местности», то есть того
же Приднестровья. Если же принять во внимание, что только 4,4%
опрошенных считают себя гражданами Молдовы и никем более, а
еще 3,6% «соединили» в своих ответах гражданство Молдовы с этниP
ческой принадлежностью, не отдав предпочтения какомуPлибо из
этих двух способов идентификации, то получается, что подавляюP
щее большинство граждан Приднестровья, в том числе и молдаван,
считает нынешнюю РМ чужим для себя государством; и это невозP
можно игнорировать при оценке перспектив урегулирования.
Усредненные цифры скрывают большие различия в идентичносP
тях главных этнических групп, ярко выраженные в Молдове. Здесь
59,8% этнических молдаван относят себя в первую очередь к граждаP
нам РМ, но только 23,6% русских и 29,8% украинцев поступают анаP
логичным образом. Связывают себя в первую очередь со своей
этнической группой 5,4% молдаван, 9,1% русских и 14,0% украинP
цев. «Советских людей» среди русских и украинцев вдвое больше,
чем среди молдаван, «европейцев» (еще одна размытая идентичP
ность) — вчетверо. Но это отнюдь не означает, что русские и украP
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 105

инцы нелояльны к Республике Молдове: доля тех, кто, отдавая


предпочтение какойPто другой идентичности, в то же время считает
себя гражданином Молдовы, составляет у русских 50,8%, у украинP
цев — 75,3%. Идентичность у тех и других более многослойна, чем у
этнических молдаван, и структурирована таким образом, что ее
гражданская составляющая находится как бы на втором уровне. РазP
ница между русскими и украинцами объясняется тем, что первые —
главным образом городские жители, многие из которых прибыли в
Молдову не так давно, вторые же в большей степени укоренены в
Молдове, на севере которой много старых украинских сел.
Ситуация в Приднестровье потенциально менее конфликтна:
35,1% молдаван, 31,6% русских и 40,4% украинцев прежде всего
ассоциируют себя с ПМР. Правда, доля «советских людей» в трех
основных этнических группах на левом берегу больше, чем на праP
вобережье: 17,5% у молдаван, 21,6% у русских и 18,5% у украинцев.
Вместе с тем всего 9,7% приднестровских молдаван полагали себя в
первую очередь гражданами Молдовы. Для русских и украинцев соP
ответствующие показатели и вовсе ничтожны: 1,4 и 2,6%.
Похоже, что ПМР несколько больше преуспела в формировании
своей идентичности, чем РМ. Хотя по обе стороны Днестра лишь
меньшинство опрошенных гордится своим гражданством, в неприP
знанной республике доля гордящихся (17,7%) побольше, чем в приP
знанной (11,3%). Если к ним добавить тех, кто считает, что их страна
«так же хороша, как и большинство других стран», то разрыв станет
еще более заметным — 40,8% и 25,3% соответственно. Да и по негаP
тивной квалификации мятежная «провинция» выглядит лучше
«метрополии»: «очень многое не нравится в своей стране» 47,6%
опрошенных в РМ и 38,4% респондентов в ПМР.
Специфическая левобережная идентичность подпитывается
убежденностью части жителей Приднестровья, особенно пожилых,
в том, что экономическое положение в ПМР лучше, чем в Молдове.
Пенсии и зарплаты, пусть низкие, выплачиваются вовремя, сохраP
няется бŠольшая часть рабочих мест, жилье и коммунальные услуги
поPпрежнему дотируются из государственного бюджета. Как на
самом деле соотносятся между собой уровни жизни по разные стороP
ны Днестра, сказать трудно; для этого требуется провести специальP
ное исследование, в котором учитывалась бы разница в методологии
сбора и обработки статистической информации в Кишиневе и ТираP
споле и были бы преодолены трудности сопоставления показателей,
выраженных в разных валютах. Важно, однако, что в массовом
106 РЕГИОНЫ

сознании не только в ПМР, но и в РМ господствует представление,


что жить легче на левом берегу. Так, 47,4% приднестровцев уверены,
что у них социальноPэкономическая ситуация лучше или намного
лучше, чем за Днестром, — и это при том, что 79,1% вообщеPто оцеP
нивают эту ситуацию как плохую или очень плохую. В ответах житеP
лей РМ пессимизма куда больше. Только 16,6% правобережных
респондентов думают, что у них ситуация лучше, 94,9% (!) называют
ее плохой и очень плохой (61,6% — именно очень плохой).
Отвечая на используемый ВЦИОМ стандартный вопрос о субъP
ективной оценке ситуации, 9,6% опрошенных жителей ПриднестP
ровья заявили, что «все не так уж плохо, и вполне можно жить», а
еще 44,2% — что «жить трудно, но можно терпеть» (44,2%). В сумме
респондентов, разделяющих две эти оценки, было больше половиP
ны — 53,8%. Это почти вдвое больше, чем на противоположном беP
регу Днестра, где аналогичная суммарная доля ответов с более или
менее позитивными оценками социального самочувствия людей
упала до 28,5%, тогда как 68,4% респондентов признали, что «терP
петь бедственное положение уже невозможно». Эти оценки практиP
чески не изменяются среди разных этнических групп.
Одним из показателей сформированности политической иденP
тичности следует считать легитимность политического режима в
глазах граждан, их доверие различным властным и общественным
институтам. В РМ в момент опроса полностью доверяли или скорее
доверяли президенту и оспаривавшему у него власть парламенту, а
также местным властям всего несколько процентов респондентов,
причем этнические различия в данном случае опять практически не
были выражены. Зато уровень доверия правительству, армии, полиP
ции и церкви, а также телевидению и газетам у молдаван оказался
более чем вдвое выше, чем у русских, и заметно выше, чем у украинP
цев. Наибольшим доверием, как и во многих других бывших советP
ских республиках, пользуются церковь (57,7%), газеты (36,1%),
армия (31,2%) и телевидение (31,3%).
В Приднестровье уровень поддержки президента, харизматичесP
кого лидера И. Смирнова, несравненно выше. Полностью доверяют
или скорее доверяют ему 45,2% респондентов, при этом среди русP
ских и украинцев доверяющих примерно на 10% больше, чем среди
молдаван. Правительству доверяют 38,7%, Верховному Совету —
37,1%. Армия пользуется высоким авторитетом, особенно среди
русских и украинцев, и по уровню доверия (64,7%) опережает даже
церковь (48,6%), что, видимо, следует считать прямым результатом
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 107

вооруженного конфликта 1992 года. Процент населения, доверяюP


щего средствам массовой информации, примерно такой же, как и на
правом берегу Днестра.
На территориях, контролируемых Кишиневом, люди обнаружиP
вают меньшую склонность к политической и социальной активносP
ти, чем в Приднестровье. Так, в Молдове в демонстрациях готовы
принять участие 38,4% опрошенных, а в забастовках — 44,3%. СоотP
ветствующие цифры для Приднестровья — 55,0 и 56,8%. Тут, несоP
мненно, сказывается опыт борьбы приднестровцев против законов о
языке и последующие драматические события их недавней истории.
При этом в РМ русские и украинцы, живущие в основном в городах,
настроены более решительно, чем молдаване. В то же время, если
судить по ответам наших респондентов, в последних парламентских
выборах приняло участие относительно меньше русских и украинP
цев, чем молдаван. Наоборот, в ПМР в выборах в Верховный Совет
молдаване участвовали менее охотно и более склонны прибегать к
активным средствам протеста, чем славянское население. ТревожP
ный симптом для «строителей» молдавской государственности и для
миротворцев!
Опрос еще раз показал, что приднестровская идентичность осноP
вывается не только на субъективном мнении о текущей ситуации,
но и на взглядах на историю Молдовы, роль ее наиболее известных
деятелей. В этом отношении статистические различия вполне выраP
жены. Например, нельзя не заметить, что жители Бессарабии более
позитивно, чем приднестровцы, оценивают тот период истории МолP
довы, когда она входила в румынское государство (1918–1940 годы):
относятся к нему очень положительно или скорее положительно
24,0% респондентов в РМ и лишь 6,8% в ПМР. Вместе с тем больP
шинство опрошенных в обеих частях Молдовы дают этому периоду
резко отрицательную или скорее отрицательную оценку: соответP
ственно 38,8 и 56,6%. Примечательно, что молдаван, одобряющих
«румынский» период, в РМ хоть и меньшинство, но все же вдвое
больше, чем среди русских (26,3 и 12,7%), тогда как в ПриднестроP
вье различия между этническими группами несущественны.
Наибольшая солидарность между жителями двух берегов ДнестP
ра наблюдается в отношении к советскому периоду истории МолдоP
вы (1945–1990 годы). Очень положительно («это были лучшие годы
в ее истории») и положительно его воспринимают 74,8% опрошенP
ных в РМ и 82,0% в ПМР. Картина различий между этническими
группами та же: в РМ они вполне заметны, в Приднестровье практиP
108 РЕГИОНЫ

чески отсутствуют. Наконец, мнения относительно выдающихся


писателей, поэтов и композиторов и т. д. показывают все еще важP
ную роль «общесоветской» (российской) культуры и в то же самое
время незавершенность процесса становления единой политической
идентичности на обоих берегах Днестра, особенно в РМ. Российские
писатели и поэты были названы большинством респондентов незавиP
симо от их этнической принадлежности, в то время как румынские
(молдавские) деятели культуры назывались почти исключительно
молдаванами.
Отвечая на вопрос «Кто виноват в вооруженном конфликте
1992 года между Молдовой и Приднестровьем?», жители РМ в равP
ной мере обвиняли лидеров обеих сторон (39,0%), а также внешние
силы (33,1%). А вот 47,2% приднестровцев возлагали вину в первую
очередь на руководство Молдовы, да и тех, кто считал, что ответстP
венность за происшедшее разделяют обе стороны, на левом берегу
было несколько меньше (35,3%). На вопрос о причинах конфликта
можно было предложить два варианта ответа. По первому варианту
ответы двух групп оказались очень близкими: 48,0% опрошенных в
РМ и 41,2% респондентов из ПМР сошлись во мнении, что главным
фактором дестабилизации стало принятие парламентом Молдовы в
августе 1990 года закона о языке. Второй вариант — нежелание лиP
деров Молдовы идти на уступки Приднестровью — оказался куда
менее популярен на правом берегу (35,1%), чем на левом (53,4%).
Кроме того, событием, сильно повлиявшим на эскалацию конP
фликта, 39,6% опрошенных в РМ и 48,% отвечавших в ПМР назваP
ли распад СССР.
При уточнении позиции жителей обеих сторон Днестра по воP
просу о языке просматриваются важные общие моменты, но видны
и существенные различия. Абсолютное большинство на обоих береP
гах — против того, чтобы государственным и официальным языком
был только румынский: в РМ — 62,3%, в ПМР — 82,4%. При этом
38% жителей РМ выступают за придание русскому статуса второго
государственного языка, в том числе 52,7% опрошенных русских,
64,9% украинцев, но только 26,3% молдаван. Впрочем, если учесть,
что за предоставление русскому статуса официального языка, допуP
стимого на работе, в сфере образования и т. д., высказались еще
22,7% молдаван, то становится понятно, что почти половина титульP
ного населения Молдовы не против русскоязычия.
Среди приднестровцев 63,3% опрошенных, притом практически
вне зависимости от их этнической принадлежности, в языковом
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 109

вопросе придерживаются положений Конституции ПМР: государP


ственными должны быть и русский, и украинский, и молдавский
языки. Только 14,3% респондентов полагают, что русский язык долP
жен быть единственным государственным языком республики, а
еще 4,8% хотели бы предоставить такой статус молдавскому языку,
но при условии, что русский и украинский языки будут считаться
официальными.
С точки зрения перспектив урегулирования приднестровского
конфликта взгляды жителей РМ на основы молдавской государстP
венности, казалось бы, внушают определенный оптимизм. Времена,
когда часть населения правого берега (впрочем, и тогда сравнительно
небольшая) была склонна идти за националPрадикалами под лозунP
гами типа «чемодан — вокзал — Россия», прошли. Только 10,9% опроP
шенных в РМ согласились с утверждением, что Молдова — это
государство молдаван и им должно принадлежать там решающее
слово; 21,8% считают, что все народы страны должны совместно
участвовать в управлении; 39,0% убеждены, что этнический фактор
вообще не должен получать какоеPто специальное выражение в
управлении государством; а 24,0% главное видят в реальном соблюP
дении демократических законов. Иными словами, в молдавском обP
ществе в целом нет условий для разжигания розни по этническому
или языковому признакам. Большинство вовсе не настаивает на
исключительных привилегиях для титульной нации или румынP
ского языка.
Тем не менее на нынешнем, еще раннем этапе строительства ноP
вой молдавской государственности и формирования политической
идентичности далеко не все респонденты в РМ готовы на компромисP
сы. Из двух третей опрошенных, считающих воссоединение возможP
ным в ближайшем будущем, только 7,0% готовы принять предложеP
ние лидеров ПМР об образовании конфедерации двух суверенных
государств, еще 11,9% согласны с идеей федерации равноправных
членов, 30,8% являются сторонниками официальной позиции РМ,
то есть согласны на предоставление Приднестровью «широкой автоP
номии», а 18,3%, в том числе почти треть молдаван, настроены бесP
компромиссно: Приднестровье не должно иметь какойPто особый
статус и может быть разделено на обыкновенные уезды.
В Приднестровье, напротив, из 54,2% респондентов, полагаюP
щих воссоединение реальным, за конфедерацию выступают 22,5%
(и внутри группы, давшей такие ответы, нет заметных различий по
этническому признаку), за федерацию — 16,9% и за автономию —
110 РЕГИОНЫ

только 5,6%. Обычной административной единицей в составе МолP


довы не видит Приднестровье практически никто (0,8%). ОбщестP
венное мнение об устройстве будущего «общего государства» важно,
в частности, потому что, по Конституции ПМР, договор об изменеP
нии ее статуса должен быть одобрен на референдуме.
Таким образом, хотя есть немало сходного в восприятии жителяP
ми правого и левого берега социальноPэкономической ситуации, в
оценке ими совсем близкого и более отдаленного прошлого, в степеP
ни критического отношения к действиям и решениям, повлекшим
за собой раскол по Днестру, и хотя можно говорить об определенной
толерантности двух общностей по отношению друг к другу, согласие
в общественном мнении пока просматривается с трудом. И особенP
но это касается принципиального вопроса о путях разрешения конP
фликта.

Идентичность и внешняя политика.


Интересы и позиции сторон, участвующих
в разрешении конфликта

Как показал косовский кризис, внешняя политика все сильнее


зависит от общественного мнения, — по крайней мере, в индустриP
ально развитых странах 23. Но, кроме того, она является важным элеP
ментом национальной и этнической идентичности. Здесь прослеP
живаются прямые и обратные зависимости, и ситуация в Молдове и
ПМР блестяще это иллюстрирует.
Безусловно, отношение к России и в целом к восточным соседям
в РМ значительно «спокойнее», чем за Днестром. Одновременно
многие жители правого берега питают теплые чувства к родственной
стране за Прутом. Тем не менее прозападные настроения не очень
сильны. В идентичности населения республики, по всей видимости,
успешно совмещаются обе установки: и на сохранение особых отноP
шений с Россией, Украиной и другими странами СНГ, и на открыP
тость западной границы, поддержание тесных связей с Румынией.
Правда, далеко не всегда эти установки свойственны одним и тем же
людям. Но в любом случае, если бы политическая элита РМ задалась
целью радикально переориентировать общественное мнение страны
на Запад, поднять популярность НАТО и т. п., ей бы пришлось приP
ложить большие усилия и затратить немало времени. И уж соверP
шенно точно такая переориентация вообще не была бы в обозримом
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 111

будущем воспринята за Днестром. Более того, в случае ее принятия


она оказалась бы дополнительной причиной разногласий между
двумя берегами.
Что касается ПМР, то там нет особых симпатий к Румынии, зато
неразрывной частью идентичности абсолютного большинства ресP
пондентов является ориентация на Россию и Украину. Приведем
некоторые цифры: особенно дружескими и тесными хотели бы виP
деть отношения своей страны с Россией 45,8% опрошенных в РМ и
73,3 % — в ПМР, с Украиной — соответственно 36,5 и 57,6%, с РумыP
нией — 41,5 и 7,8%, со странами Западной Европы — 28,7 и 11,2%.
Неслучайно бŠольшая часть населения ПМР одобрила обращение
к Москве и Минску о присоединении к российскоPбелорусскому
Союзу. ПМР стремится участвовать в деятельности всех структур
СНГ и выступает за сохранение и укрепление этой организации.
Показательно, что общественному мнению по обе стороны ДнеP
стра соответствует реальная направленность внешнеэкономических
связей РМ и ПМР. Внешняя торговля Кишинева до сих пор в основP
ном ориентирована на страны СНГ (52% экспорта и 47% импорта),
хотя их доля, еще в 1994 году составлявшая 72% внешнеторгового
оборота республики, за последние годы существенно сократилась 25.
Доля западных партнеров, наоборот, возросла, и в начале 2000 года
на страны ЕС приходилось 29% экспорта и 22% импорта РМ. Во
внешней торговле ПМР абсолютно преобладали бывшие советские
республики, прежде всего Россия и РМ, которую приднестровская
статистика относит к зарубежным государствам. На страны СНГ
еще совсем недавно, в 1995 году, приходилось до 88% внешнеторгоP
вого оборота. После экономического кризиса 1998 года внешнеторP
говые связи левого берега стали более диверсифицированными, и
этому не помешало то обстоятельство, что Приднестровье не облаP
дает международноPпризнанным государственным статусом. В наP
стоящее время торговля со странами Содружества дает лишь 35%
экспорта и 58% импорта ПМР 26.
Начиная с 1992 года, Россия, Украина и ОБСЕ играют роль поP
средников в длинном переговорном процессе между Молдовой и
ПМР. Достигнуты бесспорные успехи: установлены устойчивые
международные гарантии от новой вспышки военных действий,
нормализована повседневная жизнь населения, обеспечены условия
для поддержания экономических контактов между конфликтующиP
ми сторонами. В зоне конфликта размещены миротворческие силы
России, Молдовы и Приднестровья. За развитием ситуации следит
112 РЕГИОНЫ

Объединенная контрольная комиссия, составленная из представиP


телей сторон, участвующих в процессе разоружения. Молдова и
Приднестровье согласились уважать принцип территориальной цеP
лостности РМ как единственного субъекта международного права в
пределах границ МССР на 1 января 1990 года, отказались от одноP
сторонних действий и использования силы.
В мае 1997 года президенты Молдовы и Приднестровья подписаP
ли в Москве Меморандум об основных принципах нормализации
отношений. Документ был также подписан тремя гарантами переP
говорного процесса — президентами России и Украины и предстаP
вителем ОБСЕ. Стороны выразили согласие строить «общее госуP
дарство» в пределах границ советской Молдавии. Кишинев дал
предварительные гарантии участия представителей Приднестровья
в принятии решений, затрагивающих его интересы, предоставил
Тирасполю право внешнеторговой деятельности. В 1999 году КишиP
нев и Тирасполь согласились строить свои отношения на принципах
общих границ и единого экономического, юридического, оборонP
ного и социального пространства.
Тем не менее конфликт пока далек от окончательного разрешеP
ния. Камень преткновения — государственноPправовой статус ПриP
днестровья. Формулу «общее государство», которую, как считается,
предложил Е. М. Примаков в бытность его министром иностранных
дел России, обе стороны изначально интерпретируют поPразному.
Руководство ПМР понимает под ней конфедерацию, то есть союз
двух равноправных и суверенных субъектов международного права.
При этом оно готово делегировать Кишиневу лишь немногие полP
номочия (в области обороны, инфраструктуры, экономического заP
конодательства) и настаивает на сохранении собственной валюты,
отдельного бюджета, гражданства и т. д. На правом берегу считают,
что общее государство — это то же самое, что и единое государство,
соглашаются предоставить Приднестровью только автономию с
ограниченным кругом полномочий, а предмет переговоров видят в
определении этих полномочий. При этом в Кишиневе полагают, что
тираспольская трактовка общего государства неприемлема потому,
что суверенитет Приднестровья не признан мировым сообществом.
Лидеры Молдовы заявляют также, что их страна слишком мала, чтоP
бы позволить себе быть федеральным государством: федерализация
вызовет ее распад, утрату Молдовой государственности.
Результаты переговоров зависят от возможных политических изP
менений сразу на трех уровнях: локальном, региональном и макроP
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 113

региональном. Первый уровень — это Молдова в границах на 1 янP


варя 1990 года; второй — Молдова в совокупности с ее соседями
(Украиной, Россией, Румынией и в меньшей степени Турцией); треP
тий же определяется отношениями между крупными блоками геоP
политического пространства.
На каждом уровне главные политические акторы понимают стаP
бильность поPразному. Трагедия Молдовы во многом обусловлена
глубоким противоречием между ее собственными потребностями во
внутренней стабильности и амбициями региональных и глобальных
игроков, вовлеченных в ее конфликт с Приднестровьем, стремяP
щихся влиять на ее политику. Решения, которые могли бы способP
ствовать стабилизации на местном уровне, нередко по тем или иным
причинам не устраивают акторов, располагающихся на верхних
«этажах».
На локальном уровне Молдова стоит перед угрозой беспрецеP
дентного экономического и общеполитического кризиса, который
может оказать глубокое воздействие не только на отношения страны
с соседними странами, но и на взаимоотношения между ее регионаP
ми. Успешное урегулирование конфликта между Кишиневом и
Комратом всегда рассматривалось как образец для подражания при
решении проблемы Приднестровья. Однако в октябре 2000 года
подтвердились наихудшие ожидания некоторых экспертов: Гагаузия
заявила о своем праве участвовать в переговорах между Кишиневом и
Тирасполем в качестве равного партнера. Нельзя отказать ей в опреP
деленной логике: если Приднестровью может быть предоставлен
статус члена (кон)федерации, почему его не предлагают гагаузам?
Причины же этого политического демарша лежат главным образом
в сфере экономики: Комрат возражает против низведения Гагаузии
до уровня обычного уезда, что позволяет Кишеневу приватизироP
вать основные гагаузские промышленные предприятия дешево и без
всяких консультаций с местной властью. Верховный Совет ПриднеP
стровья не заставил себя ждать c одобрением позиции Гагаузии 27.
Далее, хотя Кишинев и удовлетворил недавно требования значиP
тельного болгарского этнического меньшинства (88 тыс. человек),
компактно проживающего на югоPвостоке республики, и отказался
от планов включения Тараклийского района, населенного в основP
ном болгарами, в Кагульский уезд 28, молдавские болгары остаются
потенциальными союзниками Приднестровья и Гагаузии.
Не вызывает сомнения тот факт, что кризис межнациональных
отношений непосредственно связан со слабостью власти в Кишиневе.
114 РЕГИОНЫ

Летом 2000 года парламент Молдовы принял конституционные поP


правки. Они фактически означают, что место президентской ресP
публики заняла республика парламентская. Но парламент — в том
виде, в котором он существовал до февральских выборов 2001 гоP
да — был чрезвычайно непопулярен, его работу часто парализовали
глубокие межфракционные противоречия. Это усиливало политиP
ческую нестабильность в стране, ослабляло и подчас делало вообще
непредсказуемой позицию молдавской стороны на переговорах с
Тирасполем. Возможно, в ближайшие месяцы ситуация заметно изP
менится. Коммунисты одержали внушительную победу на выборах в
парламент и уже заявили, что ими разработана стратегия урегулироP
вания конфликта с Приднестровьем. Но следует иметь в виду, что на
левом берегу политический пасьянс сложился совершенно противоP
положным образом: там на декабрьских выборах 2000 года в ВерховP
ный Совет прошли всего два коммуниста 29.
На региональном уровне пути разрешения конфликта в большой
мере определяются Россией, а также Румынией и Украиной. ПМР
регулярно подчеркивает, что для успешного миротворческого проP
цесса требуется предоставление гарантий со стороны России и УкраP
ины. Молдова должна принимать во внимание также и румынскую
позицию.
Россия остается главным экономическим партнером и Молдовы
и ПМР. В ней легально и нелегально работают сотни тысяч молдавP
ских граждан. Она играла ключевую роль в миротворческом процесP
се. Прежний российский президент Б. Н. Ельцин и другие высокоP
поставленные лица многократно декларировали, в том числе на
саммите СНГ в Кишиневе в октябре 1997 года, что Россия будет
иметь дело только с признанными международным сообществом
властями РМ. Прямые контакты с Тирасполем сократились до миP
нимума, а если и имеют место, то только при участии или с ведома
Кишинева. Тем временем приблизительно 70 тыс. приднестровцев
приняли российское гражданство 30. Когда представитель посольства
РФ в Молдове прибывает в Тирасполь, можно наблюдать длинные
очереди людей, желающих получить российские паспорта.
Хотя политические отношения Москвы с Кишиневом отнюдь не
безоблачны, близкие связи между ними так или иначе сохраняются.
Пророссийские заявления молдавского президента, звучавшие все
громче по мере приближения выборов, были услышаны Москвой.
Дело в том, что единственным шансом П. Лучинского удержать
власть и добиться переизбрания был прорыв в деле урегулирования
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 115

приднестровского кризиса, для чего в свою очередь надо было заруP


читься твердой поддержкой молдавских предложений со стороны
России 31. ПоэтомуPто Лучинский и побил все рекорды по числу
встреч с В. В. Путиным. В конце концов, после визита президента
России в Молдову в июне 2000 года, в ходе которого, наряду с экоP
номическими вопросами, очень активно обсуждались перспективы
решения конфликта в Приднестровье, был подготовлен проект раP
мочного соглашения между Россией и РМ, призванный сбалансиP
ровать недавно подписанный Кишиневом договор с Румынией.
Путин распорядился о создании Государственной комиссии по
разрешению конфликта в Приднестровье и назначил ее главой ПриP
макова. В сентябре 2000 года комиссия представила свой проект
урегулирования. Он в основных чертах следует генеральной линии
проектов, разработанных ОБСЕ и другими западными экспертами.
В некоторых аспектах эти предложения благоприятствовали КишиP
неву, что не помешало правым партиям РМ и президенту ЛучинскоP
му (к удивлению Москвы) их отклонить. Лидеры ПМР восприняли
это с большим удовлетворением. Они заявили, что они, как и раньше,
готовы к диалогу и достижению соглашения, но не видят подобного
желания у руководства РМ, и обвинили Кишинев в невыполнении
своих обязательств по Московскому меморандуму, равно как и в неP
выполнении РМ обязательства привлекать представителей ТирасP
поля к выработке решений, напрямую касающихся Приднестровья.
В начале 1990Pх годов Народный Фронт инициировал проведеP
ние референдума по вопросу об объединении Молдовы с Румынией.
Тогда в пользу объединения высказались лишь 6% избирателей. НеP
смотря на это, лидеры РМ продолжают политику сближения со своP
им западным соседом. Мотивы ее ясны: «Румыния — это для нас
мост в Европу», — заявил первый вицеPпремьер Молдовы A. Куку в
апреле 2000 года 32. Хотя у Бухареста нет никаких оснований горP
диться своими экономическими достижениями, он принят в БольP
шом Европейском доме и стоит в очереди на членство в НАТО и ЕС.
10 апреля 2000 года РМ подписала с Румынией упомянутый Договор
о привилегированном партнерстве и добрососедстве. Бухарестские
эксперты упорно настаивали, чтобы в текст договора, недвусмысP
ленно осуждающий пакт МолотоваPРиббентропа, были включены
формулы «два румынских государства» и «экономическая, культурP
ная и духовная интеграция». Молдавская сторона дезавуировала
этот подход, отказавшись называть подписанный документ «соглаP
шением о братстве». Румынские газеты откликнулись следующим
116 РЕГИОНЫ

образом: «Русские им этого не позволят» 33. Румынские СМИ и поP


литические деятели требуют скорейшего вывода российских войск
из Приднестровья и резко критикуют план Примакова по разрешеP
нию конфликта, отмечая, что предложенный в нем подход не совмеP
стим с договором между Молдовой и Румынией.
Украина, заинтересованная в поддержании мира на своих югоP
западных рубежах, в последние годы стала более активной в процесP
се переговоров. Она внесла заметный вклад во встречи на высшем
уровне в Одессе (1998) и в Киеве (1999), провела киевскую междунаP
родную встречу экспертов (2000), посвященную конфликту в ПриP
днестровье. Киев выразил свою заинтересованность в участии в
силах по поддержанию мира в зоне конфликта, хотел бы стать гаранP
том интересов крупной украинской общины в РМ и в ПМР.
На макрорегиональном уровне очевидна дилемма. Сложная экоP
номическая ситуация в РМ и слабые надежды на значительную поP
мощь России объективно подталкивают лидеров Молдовы к более
широкому сотрудничеству с Западом. Существенная, если не преобP
ладающая, часть молдавской политической элиты во многом по
идеологическим причинам желала бы преимущественного развития
отношений страны с Западом (непосредственно и через Румынию),
а главное препятствие этому видит в близких отношениях с Россией.
РМ была одним из инициаторов создания блока ГУУАМ (Грузия,
Узбекистан, Украина, Азербайджан и Молдова), призванного стать
альтернативой СНГ, противовесом России на постсоветском простP
ранстве. Молдова решила не возобновлять свое участие в ТашкентP
ском договоре о коллективной безопасности, срок которого истек в
1999 году. Некоторые молдавские политические деятели хотели бы
заменить Россию в качестве миротворца странами Запада, а российP
ский воинский контингент в зоне конфликта — контингентом ООН
или НАТО. Об этом свидетельствует тот факт, что официальный
представитель президента Молдовы на переговорном процессе А. ЦэP
рану в 1998 году выдвинул план урегулирования «СперанцаP2001»;
в нем, в обмен на право использования НАТО военных аэродромов
в Молдове, предлагается подключить к мирному процессу междунаP
родные силы, под которыми явно подразумеваются подразделения
альянса 34.
В то же время очевидно, что «дрейф на запад» не снимет конP
фликтной ситуации, а воссоединение Молдовы с Румынией только
усилит ее. Приднестровье тогда окончательно отделится. Будет соP
здан опасный прецедент, способный взорвать послевоенную систему
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 117

границ в ЮгоPВосточной Европе. И никакие «размены» в этом слуP


чае не помогут. В Кишиневе и Тирасполе обсуждался сценарий,
по которому Приднестровье становится автономной республикой в
составе Украины, а Молдова в качестве компенсации получает южP
ную Бессарабию и северную Буковину и вместе с ними присоединяP
ется к Румынии. Однако реализовать его невозможно: воPпервых,
потому что украинцы составляют подавляющее большинство на тех
территориях, которые планируется передать Молдове/Румынии;
воPвторых, потому что его осуществление спровоцировало бы цепP
ную реакцию территориальных претензий по всей ЮгоPВосточной
Европе.
Таким образом, границы Молдовы абсолютно невозможно измеP
нить без радикальной дестабилизации обстановки в регионе. Вместе
с тем и для России, и для Украины прямая поддержка тираспольP
ских властей невозможна изPза собственных внутренних проблем,
связанных с реальным (Чечня) или потенциальным (Крым) сепараP
тизмом. Киев также опасается пограничных споров с Румынией,
которая может потребовать возврата ранее принадлежавших ей сеP
верной Буковины и южной Бессарабии.
В особый контекст ставит процесс урегулирования расширение
НАТО. Молдова — один из наиболее активных участников программы
«Партнерство ради мира». По мнению некоторых западных эксперP
тов, российское военное присутствие — главное препятствие на
пути воссоединения Молдовы и Румынии, их интеграции в западные
экономические и военноPполитические структуры. НАТО и США
все активнее пытаются участвовать в процессе приднестровского
урегулирования с целью усилить свое влияние в регионе. Но главное
для них — добиться выполнения Россией решений Стамбульского
саммита 1999 года о выводе к 2002 году с территории ПриднестроP
вья без всяких условий 2500 военнослужащих Оперативной группы
российских войск (ОГРВ), в которую были преобразованы остатки
14Pй армии. А также вывоза крупных запасов вооружений, в свое
время накопленных советскими стратегами в Тирасполе, который
они сделали главной военной базой на южном направлении. В начаP
ле 1999 года Россия начала вывозить из региона технику и боеприпаP
сы, но вскоре этот процесс замедлился. Теперь Россия настаивает на
том, что и вывоз оружия, и вывод войск должны быть синхронизиP
рованы с ходом разрешения конфликта 35.
Молдова приветствовала решения Стамбульского саммита, рукоP
водство же ПМР, как обычно, выступило против плана сокращеP
118 РЕГИОНЫ

ния российского военного присутствия в регионе. Ранее, 26 марта


1995 года, в Приднестровье был даже проведен референдум по этой
проблеме, и 75% его участников высказались против вывода российP
ских войск 36. Приднестровские лидеры заявляют, что оружие и боеP
припасы принадлежат ПМР на том основании, что на день распада
Советского Союза находились на ее территории. Впрочем, они соP
глашаются уступить половину оружия при условии компенсации его
стоимости. Но они категорически возражают против полного вывоP
за вооружений в Россию, так как понимают, что защита армейских
складов на земле Приднестровья — единственный неоспоримый
предлог для продолжения российского военного присутствия.
Часть российского истеблишмента и особенно военные убеждеP
ны, что прозападная линия во внешней политике Молдовы должна
рассматриваться в комплексе с перспективами включения балтийP
ских стран в НАТО. Они также полагают, что, избавляясь от остатP
ков 14Pй армии в Приднестровье, Запад преднамеренно удаляет
один из возможных краеугольных камней разрешения конфликта.
По их мнению, Тирасполь рано или поздно сделает уступки в вопроP
се о статусе, чтобы легализовать присутствие российских миротворP
цев на территории Приднестровья, а Кишинев эти уступки примет.
Все другие вопросы вторичны и могут быть легко решены в пределах
данной схемы 37. Встречается и такая точка зрения: Запад и НАТО
намеренно придают исключительное значение малочисленному росP
сийскому контингенту в Приднестровье, дабы отвлечь внимание от
быстрого усиления военного присутствия НАТО на Балканах.
Во всех этих суждениях и мнениях речь идет о роли России не
только в Приднестровье, но и в других бывших союзных республиP
ках, а в более широком смысле — о ее статусе крупной региональной
державы. Поэтому ответ на вопрос, стабилизирует ли вывод росP
сийских войск ситуацию в Приднестровье, вовсе не очевиден. Он
зависит от того, как и с чьей точки зрения определяется понятие стаP
бильности.

Перспективы и принципы разрешения конфликта

Обе стороны так или иначе объективно заинтересованы в разреP


шении конфликта. Для Кишинева это крупнейшая внутриполитиP
ческая проблема, решение которой может в значительной степени
компенсировать отсутствие прогресса на экономическом фронте и
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 119

сильно поднять рейтинг политиков, добившихся урегулирования.


Оно стало бы важнейшим шагом на пути укрепления молдавской гоP
сударственности и идентичности. В то же время в Кишиневе есть
влиятельные силы, заинтересованные в сохранении существующего
положения. Достаточно напомнить, что ПМР официально получиP
ла от Кишинева право на растаможивание грузов, поступающих изP
за рубежа в Молдову. Туда направляются крупные партии алкоголя,
сигарет и других подакцизных товаров. От контрабандных операций
с этими товарами, реализуемыми на рынках Молдовы и соседних
стран СНГ, теневой бизнес по обе стороны Днестра имеет крупные
барыши.
Тирасполь, несмотря на декларируемую готовность стоять до
конца, заинтересован в легитимации и прорыве международной
изоляции республики. Отсутствие признанного статуса ограничиваP
ет возможности экономического развития, расширения хозяйственP
ных связей в пределах СНГ и с «дальним зарубежьем». Отставание с
началом экономического подъема может в дальнейшем ослабить реP
гиональную идентичность. Люди не могут постоянно жить в режиме
мобилизации для отражения гипотетического нападения изPза ДнеP
стра. Рано или поздно сменится поколение, в памяти которого живы
события 1991–1992 годов.
И все же стороны пока не готовы на значимые компромиссы,
стараются свести их к минимуму. Скорее всего, решение возможно
на пути федерализации страны при четких международных гарантиP
ях со стороны России, Украины и ОБСЕ. Государственность ПриP
днестровья не может быть кемPто «отменена», его население должно
иметь право само решать свою судьбу в случае, если Молдова захочет
присоединиться к Румынии. Подписав Московской меморандум,
РМ фактически признала за Приднестровьем право на Конституцию,
свои законы, экономическую самостоятельность, государственную
атрибутику. Хотя Меморандум касается внутренних проблем МолP
довы, он является международным документом. Подписав его, ПМР
деPфакто выступила субъектом международного права.
Население Приднестровья нуждается в гарантиях против возможP
ного игнорирования его культурных и социальноPэкономических
запросов. Пусть Кишиневу придется пойти для этого на значительP
ные уступки — единство страны того стоит. Чем дольше затягиваетP
ся решение конфликта, тем труднее его решать. Урегулирование,
поPвидимому, должно быть поэтапным. Процедура воссоединения,
предложенная в 2000 году на семинаре в Киеве европейскими,
120 РЕГИОНЫ

российскими, украинскими, молдавскими и приднестровскими


экспертами, предполагает создание единых надгосударственных заP
конодательных, исполнительных и судебных структур и учреждений
РМ и ПМР, которые будут существовать параллельно с их собстP
венными учреждениями. Эти новые структуры получили бы открыP
тый список полномочий, делегированных обеими сторонами. План
Примакова предусматривает формирование сначала объединенного
органа оперативного и стратегического управления, который на наP
чальном этапе своей деятельности занимался бы только экономиP
кой. Согласно обоим планам, в случае объединения Молдовы и
Румынии, Приднестровье имеет право на политическое и территоP
риальное самоопределение, реализуемое посредством признанной
международным сообществом процедуры. В любом случае процесс
создания «общего государства» должен идти постепенно и основыP
ваться на всестороннем подходе к поиску взаимопонимания и комP
промиссов в конкретных областях.
В заключение сформулируем два необходимых геополитических
(макрорегиональных) условия урегулирования конфликта в ПриP
днестровье и установления стабильности во всей ЮгоPВосточной
Европе.
1. Для Молдовы важно избежать дальнейшего пребывания в «сеP
рой» области соперничества между западным сообществом (НАТО)
и Россией. Ей надо «идти в Европу» вместе с Украиной и Россией,
развивать экономические, политические и иные контакты с ЕС,
Румынией и другими странами Центральной и Восточной Европы
вместе, а не вместо ее традиционных отношений с восточными сосеP
дями. Для страны, две трети населения которой говорит на романP
ском языке, а треть — на славянских языках, такой выбор был бы
естественным. Кстати, альтернатива «вместо или вместе» стоит пеP
ред большинством стран СНГ, в частности перед Украиной 38.
2. Для России и Запада Молдова должна стать не объектом соP
перничества за влияние, а областью конструктивного взаимодейстP
вия. Мэр Кишинева С. Урекяну абсолютно прав, утверждая, что,
если такое взаимодействие станет реальностью, Молдова имеет верP
ный шанс преодолеть кризис и сделаться полноправной участницей
процесса европейской интеграции. Если же и Россия, и Запад будут
заставлять ее занять жестко предопределенное место в поле новой
конфронтации, она превратиться в источник дестабилизации в ценP
тре Европы. Последствия могут быть сопоставимы с результатами
косовского кризиса 39.
Владимир Колосов, Дмитрий Заяц. Молдова и Приднестровье... 121

ПРИМЕЧАНИЯ

1
Kolossov V., O’Loughlin J., Tchepalyga A. National Construction. Territorial
Separatism, and PostPSoviet Geopolitics in the Transniester Moldovan Republic // PostP
Soviet Geography and Economics, 1998. Vol. 39. No. 6. P. 336–337.
2
См., например: Murphy A. The sovereign state system as politicalPterritorial ideal:
historical and contemporary considerations // T. Biersteker and C. Weber (eds.). State
Sovereignty as Social Construct. Cambridge, 1996. P. 81–120; Paasi A. Territories,
Boundaries and Consciousness: The Changing Geographies of the FinnishPRussian Border.
Chichester, 1996.
3
Kolossov V., O’Loughlin J. New borders for new world orders. Territorialities at the finP
dePsiecle // GeoJournal, 1998. Vol. 44. No. 2. P. 263.
4
В этой связи заслуживает внимания концепция «матрешечного» национализма,
предложенная Р. Тарасом. Она объясняет многие политические события в бывшей
Восточной Европе после 1988 года. См.:Taras R. Making sense of matrioshka nationalism
// I. Bremmer and R. Taras (eds.). Nations and Politics in the Soviet Successor States.
Cambridge, 1993. P. 513–538.
5
Подробнее см.: Kolossov V. Ethnic and Political Identities and Territorialities in the
PostPSoviet Space // GeoJournal, 2000. Vol. 48. No. 1. P. 71–81.
6
Ср.: Kitschelt H. The formation of party systems in East Central Europe // Politics and
Society. 1992. Vol. 20. No. 1. P. 7–50.
7
Подробнее см.: Hennayake S. Interactive Ethnonationalism: An Alternative
Explanation of Minority Ethnonationalism // Political Geography, 1992. Vol. 11. No. 6.
P. 526–549; Chinn J., Kaiser R. Russians as the New Minority: Ethnicity and Nationalism in
the Soviet Successor States. Boulder, Colorado, 1994. Сh. 2, 11.
8
Ширяев Е. Е. История Приднестровья в картах. М., 1993. С. 6.
9
Феномен Приднестровья. Тирасполь, 2000. С. 179.
10
Подсчитано по: Народное хозяйство Республики Молдова. Кишинев, 1992.
11
Айрапетова Н. Третья сила // Независимая газета, 2000, 12 октября.
12
Бабилунга Н. В. Приднестровский конфликт: источники, характер, особенносP
ти // Феномен Приднестровья... С. 123–186.
13
Для более детального ознакомления с этими и другими предпосылками конP
фликта см.: Kolossov V., O’Loughlin J., Tchepalyga A. National Construction... P. 332–358;
O’Loughlin J., Kolossov V. PseudoPStates as Harbingers of a New Geopolitics: The Example
of the TransPDniestr Moldovan Republic (TMR) // D. Newman D. (ed.). Boundaries,
Territories and Postmodernity. London, 1999. P. 151–176; Kolossov V., Tchepalyga A. Le
conflit de Transnistrie, ou les limites du droit des peuples a disposer d’euxPmemes // Le secP
ond printemps des nations. Sous la direction de W. Dressler. Bruxelles, 1999. P. 227–256.
14
Аналогичные сдвиги происходили во всех союзных и автономных республиках.
См. об этом: Дробижева Л., Аклаев А., Коротеева В., Солдатова Г. Демократизация и
образы национализма в Российской Федерации 90Pх гг. М., 1996. C. 252–253; Kaiser R. J.
The Geography of Nationalism in Russia and the USSR. Princeton, 1994. P. 225–243.
15
Феномен Приднестровья... С. 189–191.
16
Интервью авторов с депутатом парламента РМ В. Жосулом, 25 апреля 2000 г.
17
Палладе Г. Ф., Шаров И. М. История румын. Новейшее время. Учебник для
9 класса. Кишинев, 1999. C. 63–65.
18
Бабилунга Н. В., Бомешко Б. Г. Страницы родной истории. Учебное пособие по
истории для 5 класса средней школы. Тирасполь, 1997. С. 94–95.
19
Пасат В. Исход // Независимая Молдова, 2000, 22 февраля.
122 РЕГИОНЫ

20
Пожалуй, наиболее ярко этот тезис выражен в известной работе Бенедикта АнP
дерсона. См.: Anderson B. Imagined Communities. London, 1991. См. также: Newman D.,
Paasi A. Fences and neighbors in the postmodern world: Boundary narratives in political
geography // Progress in Human Geography, 1998. Vol. 23. No. 4. P. 717–736.
21
См., например: Drobizheva L. The role of the intelligentsia in developing national
consciousness among the peoples of the USSR under perestroika // Ethnic and Racial
Studies, 1991. Vol. 14. No. 1. P. 87–99.
22
Интервью авторов с председателем Комитета по внешнеэкономическим связям
ПМР В. М. Роляковым, 18 апреля 2000 года.
23
В проведении опроса участвовали А. Д. Криндач (Институт географии РАН) и
партнеры авторов по проекту Института Открытое Общество: дPр Л. Друмя (ИнстиP
тут национальных меньшинств АН Молдовы) и зав. лабораторией Тираспольского
университета им. Т. Г. Шевченко доц. Н. В. Бабилунга.
24
Cм., например: O’Toal G. Critical Geopolitics: The Politics of Writing Global Space.
Minneapolis, 1996; O’Loughlin J. Geopolitical Fantasies and Ordinary Russians: Perception
and Reality in the PostPYeltsin Era. A paper submitted to the annual meeting of the
Association of American Geographers, Pittsburgh, April 2000; O’Loughlin J., Kolossov V. Still
«not worth the bones of a single Pomeranian grenadier»: What the geopolitics of the Kosovo
war of 1999 revealed about U.S. hegemony, Russian insecurity and European identities //
Political Geography, 2001. Vol. 20 (forthcoming).
25
Статистический ежегодник республики Молдова. Кишинев, 2000. С. 428–480.
26
Статистический ежегодник Приднестровской Молдавской республики. ТирасP
поль. 1999. С. 144–151.
27
Айрапетова Н. Экономика должна быть «непризнанной?» // Независимая газеP
та, 2000, 8 сентября.
28
Что вытекает из текста распоряжения правительства республики Молдова
№ 1203PII от 29 октября 1999 года // Архив авторов.
29
Независимая газета, 2001, 27 февраля.
30
Интервью авторов с вицеPпрезидентом ПМР А. А. Караманом, 19 апреля
2000 года.
31
Брутер В. Осень президента Лучинского // Независимая газета, 2000, 17 августа.
32
Независимая газета, 2000, 21 апреля.
33
Независимая газета, 2000, 10 апреля.
34
Архив авторов.
35
Независимая газета, 2000, 12 января.
36
Интервью авторов с А. А. Караманом.
37
Сосновин В. Мышеловка для Российской дипломатии // НГ — Дипкурьер , 2000,
25 октября.
38
Kolossov V. NationP and statePbuilding and RussianPUkrainian relations as the main
factor of stability in the postPSoviet space // The Role of Ethnocultural Cleavages and the
Perspectives of Relations between Russia and its Frontiers. Turin, 2001 (forthcoming).
39
Урекяну С. Преобразование мышления необходимо? Молдавия как европейP
ский проект // Независимая газета, 2000, 8 июня.