Вы находитесь на странице: 1из 3

ТИСНЕНЫЕ БЛЯШКИ-0БОЙМИЦЫ ИЗ ШМЯТНИКОВ КУЛЬТУРЫ ПСКОВСКИХ ДЛИННЫХ КУРГАНОВ 161

с рифленым краем (ил. 1,12) найден в погребении 2 кургана 4, раскопанного К. М. Плоткиным (Плоткин, Грач 1978). Из того же
погребения происходит ряд предметов, в том числе 2 трапециевидные подвески1.
Возможно, группа квадратных бляшек-обоймиц была более многочисленна. Из кургана 6 группы Арнико III в восточной
Эстонии происходит серия каменных формочек для отливки украшений из свинцово-оловянистых сплавов. Одна из этих
формочек несет на себе негатив квадратной бляшки-обоймицы с загибающимися с двух противоположных сторон полукруглыми
лопастями и с узнаваемой орнаментальной схемой: косой крест в сочетании с кружками и рубчатой выпуклой линией по всему,
контуру (ил. 1,13) (Аун 1992. Табл. XIX, 4). Формочки для сходных бляшек-обоймиц обнаружены также на двух поселениях в
бассейне Верхней Волги - на селище Подол III (тоже связанном с традициями КПДК) и на Дьяковом городище (в связи с этим
последним уместно, наверное, еще раз напомнить о бляшках-обоймицах из Луковни). ,
О. А. Щеглова, рассматривая украшения из свинцово-оловянистых сплавов на территории Восточной Европы, объединила
негативы этих бляшек в единую группу с крупными подквадратными накладками и подвесками, украшенными похожими
орнаментальными композициями. Сходство это, по-видимому, не случайно (Щеглова 2002. С. 140-141. Рис. 3). Вряд ли, впрочем,
формочка из Арнико предназначалась для изготовления квадратной накладки или подвески: такое предположение не объясняет
наличия на негативе изделия полукруглых лопастей, отходящих от квадратного орнаментированного щитка2.
Бляшки-обоймицы из оловянистых сплавов нам пока не известны. Вместе с тем нужно заметить, что плохая сохраняемость
вещей из оловянистых сплавов, крайняя немногочисленность их находок а сравнении с повсеместной распространенностью таких
украшений в древности уже стали в литературе практически общим местом. Так, из раскопок С. В. Белецкого на городище
Вороним происходит формочка для полусферической бляшки-скорлупки (?) из оловянистого сплава, позднее вторично
использованная как форма для свинцовой заготовки актовой вислой печати (Белецкий, Щеглова 2002). Между тем в
археологических коллекциях известны только бляшки-скорлупки, изготовленные тиснением из тонкого бронзового листа на
выпуклой форме-«патрице».
Таким образом, формочка из Арнико может быть свидетельством существования группы не дошедших до нас украшений.
Прямоугольные бляшки
Помимо описанных выше квадратных, из памятников культуры псковских длинных курганов происходят бляшкиюбоймйцы,
оформленные несколько иначе. Это прямоугольные бляшки, высота которых приблизительно в два раза больше их ширины. Они
орнаментированы, как правило, выпуклыми концентрическими кружками, сосредоточенными в центре накладки или по ее
продольной оси. Продольные края таких накладок часто украшены короткими поперечными штрихами или выпуклыми точками,
поперечные края всегда гладкие (ил. 2, 2-6). В древностях КПДК они немногочисленны и сосредоточены в восточной части
ареала. В отличие от квадратных бляшек-обоймиц, прямоугольные известны также на поселениях: как КПДК (селище Городок I на
р. Шлине) (Буров 1994. С. 95), так и других традиций (селище Юрьевская Горка) (Исланова 1997. Рис. 76,29).
Подобные, но не идентичные, накладки довольно характерны для смоленских длинных курганов (Енуков 1990. С. 54. Рис.
14,11-15), а также имеют аналогии в балтских древностях Латвии (Финно-угры 1987. Табл. CV, CVI, CXI1I и др.),
восточнолитовских курганах (Гуревич 1959. Табл. 4), в древнерусских погребениях XI в. (см., например, Штыхау 1992. Мал. 7;
Успенская 1993. С. 79-135). Похожие обоймы известны в раннесредневековых финских могильниках Поволжья - как в составе
головных венчиков, так и в поясных наборах, сложных привесках и др. (Алихова 1949. С. 26-30; Краснов 1980. С. 42,43; Финно-
угры 1987. Табл. XLV, XLVI, XLIX).
Из восточной части ареала КПДК происходит 8 погребений с находками прямоугольных бляшек-обоймиц:
Гринино II, к. 2, п. 2 (несколько экземпляров) - вместе с синими стеклянными бусинами, спиральными про- низками и
бронзовым колечком (Олейников 1992. С. 107);
Крюково озеро I, к. 4, п. 3 (1 экземпляр) - вместе с долотовидным кресалом, стеклянными бусинами и фрагментом
бубенчика, крепившегося к цепочке (Орлов 1971-А. С. 17-18);
Куреваниха III, к. 16, п. 4 (1 экземпляр) - вместе с разнообразными накладками, спиральными пронизками и фрагментами
браслета3:

1 Комплекс не опубликован, хранится в отделе археологии Государственнго музея истории Санкт-Петербурга (б/н).
2 На рисунке формочка ошибочно обозначена как происходящая из Лоози, но в тексте правильно указано именно Арнико.
3 Материалы раскопок А. Н. Башенькина в 2004 г. пока не опубликованы и любезно сообщены мне руководителем раскопок, которому
выражаю искреннюю признательность. Еще одна аналогичная найденной в погребении бляшка-обоймица обнаружена во рву того же кургана.
182 Е. Р. МИХАЙЛОВА

Ил. 2. Прямоугольные бляшки-обоймицы (2-6) и бляшка-обоймица переходного типа (1)


1 - Подол I, к. 1; 2 - Любахин I, к. 1; 3 - Любахин I, к. 4; 4 - Ладыгинокий Бор, к. 4; 5 -Усть- Белая I, к. 8; б - Казихи, к. 19

Ладыгинокий Бор, к. 4 (1 экземпляр) - вместе с долотовидным кресалом и ножом (Данилов 1880. С. 39-40); Любахин I, к. 1,
р. 2 (2 экземпляра) - вместе с бусинами из синего стекла и красной стеклянной пасты (Ба- шенькин 1995. С. 25);
Любахин I, к. 4, п. 1 (3 экземпляра) - вместе с бусинами из синего стекла и браслетом с утолщенными конца ми
(Башенькин 1995. С. 27);
Щихино, к. 28 (1 экземпляр) - вместе с бусинами из фиолетового стекла (Исланова 2006. Рис. 101, 6);
Усть-Белая I, к. 8 (1 экземпляр) (Башенькин, Васенина 2004. С. 24).
Говорить о более или менее точной дате этих погребений можно лишь в Гринино, для которого проделан радио-
углеродный анализ. Плашки, пёрекрывшие погребение, датируются 825 ± 70 гг. н. э. (Олейников 1992. С. 108).
Узкие бляшки-обоймицы с «точечным» орнаментом относятся к сложным конструкциям, собранным из обой- миц и
пронизок, надетых на узкие ремешки, и застегивавшимся миниатюрными четырехугольными пряжками из бронзовой
проволоки. Такие хорошо сохранившиеся венчики-вайнаги с прямоугольными бляшками и рядами спиралей происходят из
двух памятников, занимающих (в культурном отношении) промежуточное положение между псковскими и смоленскими
длинными курганами - Шихино (к. 1) (Фехнер 1965-А. Рис. 31) и Казихи (к. 19) (Седов 1969. С. 96). Объясняется ли
неопределенность их облика контактами обеих культур или чисто хронологическими причинами, пока судить трудно.
Промежуточное положение между обеими группами - квадратными и прямоугольными - занимает бляшка из кургана 1
группы Подол 1 на оз. Кафтино - квадратная, орнаментированная выпуклым кружком в центре, окруженным выпуклым Же
кольцом, и двойными рядами мелких выпуклых точек - по вертикальным краям (ил. 2, 1). В другом погребении того же кургана
найден костяной гребень с горбатой спинкой, возможно, имеющий позднеримские прототипы (Черных, Малыгин, Томашевич
1998. С. 394-408). Думается, что с ранней датировкой кургана и связана некоторая неопределенность вида бляшки-обоймицы -
храктерные для КПДК типы вещей еще не успели окончательно сформироваться.
Даже эти весьма скудные сведения позволяют сделать определенные выводы о месте бляшек-обоймиц в костюме
населения КПДК и их распространении во времени и пространстве. (Заметим, что в тех немногочисленных случаях, когда
производилось антропологическое определение останков, погребения с бляшками-обой- мицами оказывались женскими.)
ТИСНЕНЫЕ БЛЯШКИ-ОБОЙМЙЦЫ ИЗ ПАМЯТНИКОВ КУЛЬТУРЫ ПСКОВСКИХ ДЛИННЫХ КУРГАНОВ
163
Можно утверждать, что бляшки-обойми'цы разных типов относятся к различным вариантам женского костюма КПД К.
В состав первого из этих вариантов входили: лента, украшенная квадратными бляшками-обоймицами (налобный венчик или шейная
лента?), браслеты с расширенными концами, ожерелье из стелкянных бусин и спиральные пронизки. Это, по всей вероятности, наиб^ее
распространенный в культуре псковских длинных курганов вариант женского костюма, который формируется 4 начале существования
культуры (Березно, Полибино) и бытует вплоть до ее окончания, появляясь и в наиболее поздних памятниках (Репьи, Северик).
С прямоугольными бляшками-обоймицами связан другой вариант женского костюма (возникающий позднее первого). Для него
характерны наличие сложного головного венчика из удлиненных бляшек-обоймиц и спиральных или трубчатых пронизок,
застегивающегося миниатюрной пряжкой из бронзовой проволоки, стеклянных бусин различных цветов: дротовых браслетов; ножа.
Возникновение и распространение такого костюма совпадает с широким распространением в Восточной Европе вещей так называемого
балтского облика - в это же время формируются смоленские длинные курганы, которые многие исследователи, опиряаясь на вещевой
инвентарь, считают памятниками балтского населения; «балтские» вещи широко распространяются в древностях Волго-Окского бассейна;
наконец, собственно балтские культуры Юго-Восточной Прибалтики переживают расцвет ювелирного производства.

ЛИТЕРАТУРА

Архивные источники
Кузьмин 1991-А - Кузьмин С. Л. Отпето полевых исследованиях Плюсского отряда Ленинградской Областной Экспедиции ЛОИА АН СССР
в 1991 г. Архив ИА РАН. Ф. Р-1. № 16203.1991 г.
Мильков 1989-А - Мильков В. В. Отчет к Открытому листу № 66 о проведении раскопок археологического комплекса у деревень Плесо-
Потерпелицы Боровического района, жальника у деревни Каплино в Мошенском районе, курганно-жальнич» ного комплекса Бор-
Заручевье в Окуловском районе, а также археологических разведок в Любытинском, Мошенском и Хвойнинском районах
Новгородской области. Архив ИА РАН. Р-1. № 13742.1989 г.
Орлов 1971-А - Орлов С. Н. Отчет об археологических исследованиях на территории Новгородской области в сезон 1971 г. Архив ИА РАН,
Р-1. № 4517.1971 г.
Фехнер 1965-А - Фехнер М. В. Отчет об археологических раскопках в Калининской области в 1965 г. Архив ИА РАН. Р-1. №3098.1965 г.
■^
Чернягин 1940-А - Чернягин Н. Н. Отчет о раскопках курганов в Середкинском, Полновском и Гдовском районах Псковского округа в 1940 г.
Архив ИИМК РАН. Ф. 35. Д. 35.1940 г.

Алихова 1949 - Алихова А. Е. Мордва и мурома // КСИИМК. 1949. Вып, XXX. С. 26-30.
Аун 1992 - Аун М. Археологические памятники второй половины 1-го тысячелетия н. э. в юго-восточной Эстонии. Таллин, 1992.
Башенькин 1995 - Башенькин А. Н. Культурно-исторические процессы в Молого-Шекснинском междуречье в конце I тыс. до н, э, - I тыс. н.
э.// Проблемы истории Северо-Запада Руси (Славяно-русские древности. Вып. 3). СПб., 1995. С. 3-29.
Башенькин, Васенина 2004 - Башенькин А. Н„ Васенина М. Г. Усть-Бельский археологический комплекс на р. Кобоже: 20 лет
исследований // Чагодощенская земля: культура, история, люди: Материалы краеведческой конф; Чагода, 9-10 янв. 2004 г. Вологда,
2004. С. 19-54.
Белецкий, Щеглова 2002 - Белецкий С. В., Щеглова 0. А. Литейная форма из раскопок городища Воронин в 2002 г. Ц Новое в
византийской сфрагистике: Международная науч, конф., поев, юбилею В. С. Шандровской. СПб., 2002. С. 6-11.
Буров 1994 - Буров В. А. »А погостЖабна пуст...» М., 1994.
Гуревич 1959 - Гуревич Ф. Д. Археологическая разведка 1955 г. в Понеманье // Вопросы этнической истории народов При балтики по
данным археологии, этнографии и антропологии / Под ред. С. А. Таракановой и Л. Н. Терентьевой. М„ 1959. С. 233-253. (Труды
Прибалтийской объединенной комплексной экспедиции. [Т.] 1).
Давидан 1986 - Давидан О. И. Этнокультурные контакты Старой Ладоги // АСГЭ. Л„ 1986. Вып. 27. С. 99-105.
Данилов 1880 - Данилов И. Г. Раскопки слушателями Института курганов в Гдовском и Лугском уездах С.-Петербургской губ. и в
Валдайском уезде Новгородской губ. (Из летних экскурсий слушателей в 1878/9 академическом году) // Сб. Археологического
Института. Кн. 3. Отд. I. СПб., 1880. С. 20-40.
Енуков 1990 - Енуков В. В. Ранние этапы формирования смоленско-полоцких кривичей (по археологическим матералам). М., 1990.
Исланова 1997 - Исланова И. В. Удомельское поозерье в эпоху железа и раннего средневековья. М., 1997.
Исланова 2006 - Исланова И. В. Верхнее Помостье в раннем средневековье. М., 2006.
Конецкий и др. 1996 - Конецкий В. Я., Иванов А. Ю., Сивохин С. Г., Торопов С. Е. Новые данные о погребальных памятниках в долине р.
Белой // Новгород и Новгородская земля. История и археология: Материалы науч. конф. Новгород, 23-25 янв. 1996 г. Вып. 10.
Новгород, 1997. С. 32-37.