Вы находитесь на странице: 1из 44

Несмотря на огромное количество исследований и разработок в области получения

пробиотиков - препаратов, состоящих из живых микроорганизмов, сохраняющих или


восстанавливающих кишечную микрофлору, до сих пор не получен симбиоз
микроорганизмов, равный по своему разнообразию и коррегирующей эффективности
природному комплексу молочнокислого напитка курунга, который иногда называют в
народе «кумысом из коровьего молока». Более того, надежда на искусственное создание
пробиотиков, обладающих по сравнению с природными многокомпонентными
комплексами более сильным коррегирующим действием, но состоящих из одного или
нескольких микробных штаммов, культивируемых в неестественных условиях, скорее
всего является величайшим заблуждением, каких было немало в истории медицины.

Последние открытия ученых доказывают, что химио- и антибиотикотерапия не


обеспечивают комплексного подхода к организму человека как к экосистеме, и засилье
лекарственной терапии лишило нас иммунитета против вирусных и онкологических
заболеваний. Широкое и долговременное применение антибактериальных средств,
которое В.Т. Лободин назвал медицинским терроризмом, привело к разрушению
экосистемы, создававшейся и совершенствовавшейся в процессе всей эволюции
человеческого организма. Эта экосистема, а конкретнее сотрудничество (симбиоз)
организма человека и бактерий, квалифицируемое как симбионтное
бактерионосительство, является, как оказалось, решающим фактором в формировании
имхмунитета человека. Поэтому применение большинства препаратов должно, прежде
всего, расцениваться как определенное вторжение в сотрудничество симбионтных
микроорганизмов с организмом хозяина. «Мы подобны дереву, только его корни
находятся внутри организма, в кишечнике, -говорит профессор Ашот Хачатрян, всю
жизнь посвятивший изучению микрофлоры человека. - От того, какие «удобрения» туда
попадают, и зависит, каким будет весь организм, все дерево -зеленым, цветущим или
больным, с желтыми, пожухлыми листочками». Если «корни» это кишечник, то
«удобрения» -микробная биомасса кишечника.

A.M. Хазен, говоря о значимости симбионтов, выразился предельно четко: «Симбиоз -


это существо жизни!» И при определении тактики и стратегии лечения этот постулат
должен быть главенствующим, ибо сотрудничают не только микробы с организмом
хозяина, но и все клетки и органы макроорганизма в целом. Разобраться в механизмах
саморегуляции симбиотических отношений такого разнообразия клеток также
фантастично, как и создать искусственно живое тело. А саморегуляция - суть живой
системы. Теоретически можно искусственно создать саморегулирующуюся систему из
многих специально подобранных для этой цели пробиотиков. Но такая система все равно
не будет оптимальной для коррекции сбоев в столь сложной системе, как человеческий
организм. Она, в отличие от «диких» симбиозов будет малоэффективна в силу своей
«инкубаторской» слабости. Лабораторные, т.е. искусственно созданные
малокомпонентные пробиотики не являются саморегулирующимися системами, и ,
напротив, обладают, как правило, таким антагонистическим действием, которое способно
оказывать «медвежью услугу», внося дополнительный хаос в кишечный симбиоз. Исходя
из этих и других соображений, приведенных ниже, наиболее актуальным на данном
уровне развития микробиологии остается совершенствование естественных
симбиотических заквасок таких молочнокислых напитков, как курунга, кумыс, кефир,
айран и т.д.

Принцип великого Гиппократа, в свое время утверждавшего, что «наши пищевые


вещества должны быть лечебным средством, а наши лечебные средства должны быть
пищевыми веществами» и по сей день остается безальтернативным в решении проблем
саморегуляции

Брошюра - Ода курунге >> Симбиоз как форма выживания

Симбиоз как форма выживания

В биологии симбиозом преимущественно называют взаимодействия, когда живые объекты


«доброжелательно» необходимы друг другу.

Благодаря видовому иммунитету, мы не «замечаем» множества микробов и их продуктов. Они


практически выпадают из поля зрения медицинской микробиологии. Ее основное внимание
сконцентрировано на патогенных и условнопатогенных микроорганизмах. Поэтому от внимания
врача ускользают важнейшие факторы выживания, трактуемые как симбиоз полезных бактерий. А
исключительная роль условнопатогенных симбионтов в формировании иммунитета вообще
воспринимается с большой опаской. Врачу проще противовоспалительной терапией вторгнуться в
симбиоз, чем использовать его силу оздоровления. Такой нерациональный подход в лечении
проистекает из того, что симбиоз понимается практиками слишком узко.

В терминах биомеханики (по A.M. Хазену) упрощенно рассмотрим генезис (происхождение)


симбиозов. Хаос химических элементов, совместимых с жизнью, в определенных условиях
неминуемо приводит к появлению примитивных живых систем, суть которых изначально и есть
симбиоз. Хаос, как движущий фактор развития электромагнитной Вселенной, прогоняя первичные
симбиозы по цепочке Случайности - Условия — Запоминание бесчисленное множество раз,
привел первичные симбиозы на нашей планете к невероятному количественному и
качественному разнообразию. Порядок устремляет динамическое равновесие объектов к
статическому равновесию и невозможности развития. Поэтому он не может быть движущим
фактором развития. Конкретному симбиозу, как форме выживания, необходимо балансировать
между хаосом и порядком. Порядок - это медленная стагнация и верная смерть симбиоза как
вида живой системы. Хаос, если повезет, позволит виду выйти на новую ступень развития, если же
не повезет, уничтожит его в историческом плане также мгновенно, как это сделал с другими 99 %
видового разнообразия, существовавшего на планете в прошлом.

Итак, хаотическая комбинация нескольких химических элементов случайно привела к


образованию «первичного бульона». В определенных условиях эта комбинация запомнилась, и
стабильность стала превращаться в саморегулирующуюся систему. Так появилась примитивная
микробная клетка (прокариотическая). Следующая иерархическая ступень в эволюции жизни есть
эукариотическая клетка. Элементы и процессы, используемые эукариотической клеткой, были и
есть в прокариотической. В эукариотической клетке также сохраняются и элементы «первичного
бульона». Эти элементы - рибосомы, потерявшие в структуре эукариотической клетки часть своих
свобод. Прокариоты в составе эукариотической клетки присутствуют в виде самостоятельных
объектов. Например, митохондрии. Они имеют свою оболочку, свою сложную внутреннюю
структуру и содержат свою ДНК, отличную от ядерной в данной клетке. Митохондрии имеют свой
специфический метаболизм. Но они симбионты, поэтому их метаболизм зависит от метаболизма
клетки-хозяина. Митохондрии клеток животных являются специализированными
производителями энергии, которую поставляют в форме аккумулятора и распределителя энергии.
В растительных клетках такие же функции выполняют хлоропласта, которые как и митохондрии
являются самостоятельными составляющими клетки. Остальные объекты эукариотической клетки
также являются аналогами прокариотических клеток в виде их частей и деталей.

Каков механизм появления прокариотов и их частей в составе эукариотической клетки? Ответ на


поверхности - в способе питания прокариот - в фагоцитозе. Случайности поглощения одним
прокариотом других ограничены двумя условиями:

поглощаются продукты молекулярного уровня разрушенной клетки;

поглощается хотя бы частично не разрушенная клетка.

В результате второго условия могут реализоваться даже маловероятные события. При фагоцитозе
поглощается, как правило, функционирующая прокариотическая клетка. Она может частично
повреждаться, но ее составляющие способны к метаболизму, если для этого есть условия.
Поэтому по A.M. Хазену фагоцитоз уникально важен для случайностей жизни и запоминания
выбора из них.

Существует маловероятная возможность, когда результат фагоцитоза не только совместим с


метаболизмом клетки-хозяина, но и когда поглощенная клетка выделяет продукты, полезные или
необходимые для метаболизма клетки-хозяина. Еще меньше вероятность того, что поглощенная
клетка не только может участвовать в метаболизме клетки-хозяина с «пользой» для него, но
может размножаться вместе с клеткой-хозяином. Огромное число проб и ошибок малую
вероятность сделало закономерной в появлении изощренно сложной эукариотической клетки.
Симбиоз прокариотов с более развитой прокариотической клеткой-хозяином есть новая для
прокариотов «экологическая ниша» - будущая эукариотическая клетка. Новая ниша создает для
прокариотических клеток-симбионтов широкие возможности оптимизирующих изменений, в
результате которых отбор закрепил синхронизацию и клетки-хозяина, и ее симбионтов.
Зависимость митохондрии от клетки-хозяина выражается тем, что часть белков, необходимых для
метаболизма митохондрии, синтезируется в цитоплазме только с помощью ядерной ДНК клетки в
целом. В свою очередь митохондриальная ДНК выйдя в цитоплазму клетки-хозяина не может
кодировать новую митохондрию. Будучи чужой, она будет разрезана ферментами-
эндонуклеазами. К тому же, в цитоплазме клетки-хозяина нет транспортных РНК, необходимых
для митохондриальной ДНК. Все это синхронизирует размножение митохондрии-симбионта и
клетки-хозяина.

Клетка не может размножаться быстрее митохондрии потому, что у нее не будет хватать для этого
энергии. Митохондрии могли бы размножаться быстрее клетки, так как сами производят энергию.
Но этим они уничтожают клетку. Одновременно они перестанут быть выживающими - уничтожат
себя вместе с клеткой. Конечно, они попали в клетку не с целью. Они первично были просто
пищей. Клетка не смогла их переварить. Случайно, пока не сработал принцип структурной
комплементарности, еда превратилась в симбиоз, богатый энергией, необходимой для
совершенствования эукариота. Исходно и в процессе эволюции высоковероятны обмены
генетическим материалом между ядром и митохондриями, которые меняют соотношение
количества необходимых им белков, синтезирующихся в ядре или в них самих. Такой симбиоз
закрепляется между ними и организмом в целом для защиты от других бактерий. В широком
смысле симбиоз есть сосуществование даже ценой собственной жизни одного из партнеров
(поглощенная клетка), а не идиллическое содружество. Фагоцитоз как основа происхождения
эукариотической клетки утверждает, что новые организмы появляются в результате объединения
неродственных между собой прокариот. Они из самостоятельных организмов превращаются в
органеллы клетки.

В науке информация строго определена не как «проект», а как функция случайностей.


Информация потому является основой всего сущего, что ее определение связано с
фундаментальной переменной в науке - энтропией, подчиняющейся аксиоме о стремлении к
максимуму беспорядка, известной как второе начало термодинамики. Количество энтропии-
информации, ответственной за прокариоты, как и должно быть, намного больше, чем внутри
следующей ступени развития - эукариот. Это ограничивает изменчивость прокариот (иначе более
сложные живые системы не успевали бы приспосабливаться к этим изменениям). Для старшей
ступени в виде эукариот количества информации (случайностей) внутри ее уменьшились.
Соответственно растет их изменчивость – способность к превращениям.

Для незнакомых с теорией A.M. Хазена вышесказанное можно интерпретировать следующим


образом: чем примитивнее живая система, тем меньше хаос влияет на ее изменчивость, чем
сложнее живая система, тем выше роль порядка в сохранении этой системы. Порядок в живой
системе должен преобладать над хаосом и держать баланс в точке «золотого сечения», близкой к
числу Пифагора 3,14... То есть в саморегуляции живой системы две трети роли принадлежит
порядку и одна треть - хаосу. Одной трети хаоса необходимо для эволюционного развития через
«дозируемую» изменчивость, двух третей порядка достаточно, чтобы не «загонять» систему в
стагнацию.

Итак, симбиоз - это есть морфологическое отображение иерархии синтеза информации, в котором
отображение соответствует «золотому» соотношению между Порядком и Хаосом. Выражаясь
крылатой фразой Хазена, «он присутствует во всех формах и взаимодействиях жизни, всегда и
везде, он сечь существо жизни!».
Образование первичной прокариотической клетки есть переход «первичного бульона» в более
устойчивое состояние. Аналогичный переход в более устойчивое состояние есть причина
возникновения многоклеточных организмов как симбиоза эукариотических клеток.

Теория Хазена говорит, что трактовка дарвинизма как «борьбы» и обсуждения какая из них более
агрессивна – внутривидовая борьба или межвидовая – это вульгарная ошибка. Борьба за
существование - это в первую очередь взаимополезный симбиоз. Бактерии многих видов растут
плотными колониями, но внутривидовой борьбой заниматься и не думают.

Дифференцировка свойств бактерий, образующих колонию, приводит к устойчивому


агрегированию. Отбор закрепил такое агрегирование потому, что оно облегчает поглощение пищи
всей колонией. Взаимополезный симбиоз самостоятельных, генетически тождественных бактерий
является главным для агрегата, а не «внутривидовая борьба».

Агрегирование (объединение) эукариотических клеток есть отображение тех же законов


самоорганизации, что и агрегирование прокариот. Такой же по принципам, что у прокариот,
симбиоз эукариотических клеток запоминается в виде многоклеточных организмов как новой
ступени развития. Устойчивость эукариотических агрегатов выше. Это и есть скачок в эволюции –
генетически тождественные клетки объединяются симбиозом в прочные агрегаты, включая
дифференцировку их морфологии и функций. Более того, такой симбиоз может включать в себя
генетически не тождественные эукариотичекие клетки. Классический пример - клетки мозга в
организме человека. Дифференцированные клетки органов и систем, клетки крови, лимфы,
гормональные клетки и т.д., есть также симбиоз внутри организма.

Антагонистический симбиоз широко представлен на уровне самостоятельных организмов. Это


взаимоотношения «хищник-жертва». На клеточном уровне они представлены необходимостью
для выживания постоянного присутствия в организме микробов-жертв и хищников-фагоцитов.
Классический пример нарушения равновесия между хищниками и жертвами - это попутное
подавление антибиотиками непатогенных и условнопатогенных микроорганизмов и, как
следствие, падение иммунитета из-за снижения в крови фагоцитов, к которому приводит их
«пищевой голод».

Деятельность человека создала многие продукты и процессы, для которых принцип структурной
комплементарное™ не применим. Произведенные в массовых количествах некоторые
химические вещества и продукты стали причиной дисбиоза – классического примера
самоубийственного симбиоза, проявляющегося в виде «тихого» или «буйного помешательства»
иммунной системы.

Но прежде рассмотрим роль кишечной микрофлоры.

Роль кишечной микрофлоры

Организм человека не способен усваивать белки, жиры, углеводы и другие пищевые вещества без
предварительной обработки. Эту важнейшую функцию в организме осуществляет
пищеварительная система. Расщепление пищевых веществ, их деполимеризация обеспечивается
системой механических, физико-химических, химических (главным образом ферментативных), а
также микробиологических процессов.

Трудно переоценить роль микрофлоры кишечника не только в процессах пищеварения, но и в


жизнедеятельности всего организма. А.Ю. Барановский и Э.А. Кондрашина выделяет три потока
веществ, формируемые при участии бактериальной флоры кишечника и направленные из
желудочно-кишечного тракта во внутреннюю среду организма. Один из них - поток нутриентов,
модифицированных микрофлорой (например, амины, возникающие при декарбоксилировании
аминокислот), второй - поток продуктов жизнедеятельности самих бактерий и третий - поток
модифицированных бактериальной флорой балластных веществ. При участии микрофлоры
образуются вторичные нутриенты, в том числе моносахариды, летучие жирные кислоты,
витамины, незаменимые аминокислоты и т.д., а также вещества, которые при сегодняшнем
уровне знаний представляются индифферентными (поскольку их роль неясна), и токсичные
соединения, количество которых в норме не переходит определенных границ. Среди токсичных
аминов, обладающих высокой физиологической активностью, описаны кадаверин, гистамин,
октопамин тирамин, пирролидин, пиперидин, диметиламин и другие.

Известно, что в ходе эволюции некоторые токсичные амины включились в регуляторные системы
организма. Так, например, гистамин, образующийся при декарбоксилировании гистидина,
продуцируется преимущественно клетками желудка, функционально и морфологически
сходными с тучными, и контролирует ряд функций гипоталамо-гипофизарной системы, секрецию
соляной кислоты клетками желудка. Здесь мы в очередной раз наблюдаем переход элементов и
процессов из прокариотических клеток в эукариотические. При дисбиозе некоторые микробы
могут продуцировать свой гистамин в избытке, вызывая язвенные поражения
гастродуоденальной зоны вследствие активизации ацидопептической агрессии и усиления
интрагастрального протеолиза.

A.M. Уголев указывает также на то, что усиленная секреция гистамина микрофлорой кишечника
способствует, кроме того, интенсификации его вазодилатирующего эффекта с развитием тяжелых
клинических проявлений гипотонической болезни, создает склонность к нарушению гипоталамо-
гипофизарных функций, к аллергии и т.д.

Но вернемся к нутриентам. За счет бактериального метаболизма образуется значительная доля


различных витаминов, незаменимых аминокислот, углеводов, жиров и т.д. Физиологическая
важность микробных нутриентов, а также такие важнейшие функции микрофлоры кишечника как:

 формирование общего иммунитета;

 поддержание «ферментативного» гомеостаза;

 контроль за условнопатогенными эндосимбионтами;


 производство тепловой энергии,

позволяют выделить эту микрофлору в особый орган пищеварительной системы.


«Функциональное» выделение микрофлоры кишечника или эндосимбионтов в целом в
отдельный орган актуализировал бы детальное изучение роли симбионтов.

Попытаемся сделать короткий экскурс в некоторые исследования в этой области

Относительно производства тепловой энергии известно, что эубиоз (кишечная микрофлора)


млекопитающих за сутки образует до 2200 кДж энергии. Толстой кишке
принадлежитисключительная роль в поддержании постоянного температурного режима
внутренних органов. Не зря она, как тепловая батарея окружает по периметру полость живота.
Длительное снижение температуры при дисбиозе даже на 0,1 градуса нарушает обменные
процессы во внутренних органах. Например, хорошо известна такая зависимость нормального
функционирования яичников, надпочечников и почек. Еще большее снижение температуры
приводит к снижению колонизационной резистентности внутренних органов, недостаточной
активности антиадгезивных, биостатических и биоцидных факторов слизистых оболочек.

«Клетки-тревоги» (тучные клетки) и макрофаги соединительной ткани должны первыми


отреагировать на повреждение, по вследствие температурного снижения обменных процессов,
«зябко» секретируют сигнальные и эффекторные молекулы, повышающие проницаемость сосудов
для плазмы и лейкоцитов из сосудистого русла к очагу воспаления. В свою очередь,
лейкоцитарная реакция тоже становится неактивной, заторможенные нейтрофилы могут
«прозевать» включение гена вирулентности (болезнетворности) условно-патогенных бактерий,
вызывающих гнойное воспаление, заторможенные макрофаги позволяют включиться патогенам,
которые вызывают гранулематозное воспаление (туберкулез, артрит, гломерулонефрит и т.д.)
Разумеется, такие случайности ограничены или расширены многими условиями. Сценарий
температурного запуска инфекционных процессов может быть разным. Важно понимать, какую
роль играет во всем этом кишечный дисбиоз, и что нормальная температура в полости живота и
организма в целом служит одним из факторов конституционного иммунитета, сортирующего свои
микробы на такие, против которых индивид обязан реагировать, и все остальные, которые при
данной температуре не доставят хлопот.

До сих пор роль кишечных резидентов декларировалась формированием общего иммунитета,


делая ее уязвимой из-за содержащих живые бактерии толстой кишки). Прежде всего неизвестно,
насколько активно они ведут себя в кишечнике, а следовательно, в какой степени проявляют свои
полезные свойства, по которым их отбирают in vitro (в пробирке). По крайней мере, после
прекращения поддерживающей терапии штаммы монокультурных препаратов быстро исчезают
из кишечника и замещаются случайной микрофлорой ( А.Н. Маянский). Вызывает скептицизм то,
что хвалебным отзывам об эффективности препаратов, изготовленных на основе живых
бифидобактерий, предшествовал не меньший « восторг» от применения кишечной палочки. То же
самое можно сказать о лактобактерине, который высоко ценился И.И. Мечниковым и его
последователями. Кстати, выбор монокультурного эубиотика на основании бактериологического
анализа (например, назначение бифидумбактерина при дефиците бифидобактерий, а
лактобактерина при недостатке лактобацилл), по мнению А.Н. Маянского, не более чем иллюзия:
опыт показывает, что клиническая эффективность не коррелирует с подобной логикой. Причина
такого несоответствия все та же -нарушение сложных симбиотических отношений между
резидентами кишечника на химическом и полевом уровнях. «Пищевая» энергетика штамма in
vitro строго индивидуальна. В кишечнике симбиотическая энергетика, напротив, унифицируется
настолько, что приобретает характер некой термодинамической машины, в которой
электрические заряды и поля есть главное термодинамического цикла. Штаммы по своей
биохимии и энергетике не могут быть тождественными. Для них также существует случайный
нейтралистский разброс, вызванный прохождением индивидуального пути микроотбора в
пробирке. Этот разброс по принципу «иммунологической несовместимости» затрудняет
(требуется дополнительная энергия) на полевом уровне вхождение «индивидуалиста» в симбиоз
с более сильным унифицированным полем.

Процесс поглощения и процесс выделения метаболитов также заставляет штамм по разному


вести себя в пробирке и в симбиотическом комплексе in vivo ( в естественных условиях). Чем
больше симбионтов, тем сложнее замыкается вследствие выделения ими метаболитов
трофическая (пищевая) цепь. Если бы в жизни микробного комплекса не происходило такого
усложнения, микробы - симбионты постоянно конкурировали бы за пишу и отравляли бы друг
друга своими выделениями. Но in vivo метаболиты включаются в трофическую цепь, то есть
выделения одних микробов становятся пищей других, и это определяет иные свойства и иное
поведение штаммов.

Поэтому монокультурные препараты не дают ожидаемого эффекта при лечении дисбиоза. По этой
причине Р.В. Булгадасва, длительное время исследуя морфологические особенности микробного
комплекса курунги и свойства его отдельных штаммов, пришла к выводу, что эубиотики должны
создаваться в симбиотических условиях, максимально приближенных к естественным, какие
имеются, например, в курунге.

Реальный патогенный микромир, который живет в человеке, по данным Л.Г. Пучко, оказался
значительно шире по спектрам излучения. Скрытые очаги дремлющих инфекций имеют между
собой общие частотные спектры, разбросанные по разным диапазонам и по разным
физиологическим структурам, и, объединенные многочисленными кластерными связями,
образуют высокоустойчивую биорезонансную патогенную систему, хороню приспособленную к
внутренней среде организма.

Имея частотную форму приспособления, то есть, работая на одной и той же волне, что и
некоторые органы, или имея близкие частоты с другими видами, патогенные возбудители
практически перестали попадать под иммунный пресс и сделались неучтожимыми полностью для
широкого класса антибиотиков. При такой ситуации антибиотикотерапия лишь ухудшает
состояние больного. Биорезонансная терапия и введение симбиотических комплексов для
образования в организме более мощных кластерных связей и более устойчивых биорезонансных
систем эндосимбиоптов с целью угнетения и перепрограммирования патогенов выглядят в этой
ситуации более логичными и на практике дают стабильные результаты.

Больная О., 12 лет. Диагноз: хеликобактериозный гастрит, дисбактериоз, подозрение на острый


лейкоз. Жалобы: боли в животе, метеоризм, неустойчивый стул, часто сменяющийся запорами.
Хеликобактериоз подтверждается хеликотест-экспресс-диагностикой. Эндоскопия: эрозии
антрального отдела желудка. В течение 3-х дней проведено антибактериальное лечение
трихополом, в дальнейшем отменено из-за подозрения на острый лейкоз. Биорезонансное
тестирование показывает положительную реакцию на курунгу. С лечебно-профилактической
целью назначена курунга по 100 мл через 1,5 часа после еды. Консультация гематолога не сняла
подозрения на о. лейкоз. В повторном анализе крови картина прежняя: гемоглобин 100,
эритроциты - 3,5 млн/мл, лейкоциты- 12 тыс/ мл, эозинофилы - 10%, палочкоядерные нейтрофилы
- 21 %, сегментоядерные - 50 %, юные миелоциты - 2%, лимфоциты - 15 %, моноциты - 2%.
Назначена повторная консультация гематолога. Реакция на курунгу положительная:
нормализовался стул, на 3 день исчезли боли в животе. Неожиданно сменилась картина крови:
лейкоцитов - 8 тыс/мл, эозинофилов - 10 %, палочкоядерных - 12%, сегментоядерных- 58 %, юные
миелоциты - 0, лимфоциты - 17%, моноциты - 3%. В последующие дни анализы крови отражали
норму с незначительными отклонениями. При выписке хеликотест отрицательный. Проявлений
дисбактериоза нет. Картина подозреваемого острого лейкоза, по всей вероятности, была
спровоцирована дисбактериозом и быстро купировалась курунгой.

Подобных примеров "удивительного" исцеления, конечно не немало. И объясняется это просто. В


тех случаях, когда курунга восстанавливает механизмы саморегуляции, организм быстро
справляется со своими болезнями. Когда с завидным здоровьем бабушка пытается привить
внучатам привычку регулярно употреблять курунгу вместо всевозможных таблеток, особенно
антибиотиков, остается только сожалеть, как мало их осталось – носителей народной мудрости и
опыта.

Патогенетические аспекты дисбиоза

Дисбиоз (дисбактериоз) - это непросто микробиологическое понятие. В клиническом отношении -


это, все-таки, болезнь организма, ибо сверхпредельное изменение симбиоза делает его
самоубийственным.

Антибиотики - сильнейшие иммунодепрессанты. Первыми включаются в борьбу с антибиотиками


как с чужеродным белком лейкоциты. В этой борьбе антибиотики «сжигают», по мнению В.Т.
Лободина, «до 90% энергии иммунитета», снижая и, дезориентируя иммунную систему на
несколько недель. Если Т-хелперов (клеток-убийц чужих микробов) вместо 12 % стало в несколько
раз меньше, организм уже не чувствует опасности. Уменьшение В-лимфоцитов до 2% говорит об
отсутствии сопротивления. Т-хелперов должно быть в 2,5 раза больше, чем В-лимфоцитов.
Уменьшение этого соотношения говорит о полнейшем нарушении симбиоптных отношений и
опасной перестройке резидентной микрофлоры.
Необоснованную или неадекватную антибиотикотерапию В.Т. Лободин назвал «медицинским
терроризмом». В школе Авиценны медикаментозная политика была такая: если даешь
противовоспалительные средства, после этого восстанови микрофлору кишечника. Если ты этого
не делаешь, ты не врач! Об этом сегодня мало кто думает.

Биохимические исследования нарушения иммунитета при дисбактериозах дали более ясную


картину. Пермские ученые А. А. Морова, В.А. Черешнев, И.Н. Рямзина подтвердили, что процессы
возникновения рака, иммунодефицита, тяжелых вирусных заболеваний во многом связаны с
утратой нормальной микрофлоры человека по вине антибактериальных средств.

Через систему плазмина, которая имеется только в организме человека и человекообразных


обезьян, выяснилась роль энзима стрептокиназы, продуцируемого бетта-гемолитическим
стрептококком группы А. Способность постоянно поддерживать жидкое состояние крови в сосудах
принадлежит двум системам: неферментативного фибринолиза (гепарин) и ферментативного
фибринолиза (система плазмина). Именно ферментативная система плазмина обеспечивает
молниеносное растворение тромбов в сосудах, образующихся внезапно при определенных физи-
ологических условиях. Эта энзиматическая система обладает большой потенциальной силой,
осуществляя до 98% действия быстрого фибринолиза тромбов. Однако функционирование
системы плазмина в организме человека происходит лишь при наличии в крови активатора этой
системы - бактериального энзима стрептокиназы. В допенициллиновый период, по меньшей мере
80% населения Земли имели высокий титр антител к антигенам гемолитических стрептококков
группы А. Эти данные, подтвержденные многими исследователями, свидетельствуют, что
феномен носительства стрептококков группы А был явлением широко распространенным и
остается обязательным для поддержания гомеостаза.

В настоящее время бесспорно полезным для человека считается симбиоз с кишечными


бактериями, которые улучшают процессы пищеварения за счет выделяемых ими катализаторов –
бактериальных энзимов, но о симбиозе со стрептококками группы А речь до недавнего времени
не велась.

Следует отметить, что вызываемые у человека этими бактериями поражения (ангина, скарлатина,
рожа), причем при едином этиологическом агенте, могут быть обусловлены не только различиями
в биологической активности микроба, но и общими закономерностями формирования
возникающей экосистемы. Первое серьезное проникновение стрептококков группы А обычно
начиналось с инфекционного процесса. Однако очень часто отмечалось и бессимптомное
инфицирование, когда титры антигена к стрептококку группы А возрастали без клинических
проявлений заболевания.

С учетом общебиологических законов становится ясно, что при формировании симбиоза


«макроорганизм-микроорганизмы» стрептококками группы А был выработан не только особый
иммунологический статус (бессимптомное носительство), но и создан уникальный комплекс
энзимов (биокатализаторов), который обеспечивал четкое и долговременное сохранение
гомеостаза. Следовательно, устойчивый микробиоценоз создавал биологическую стабильность
макроорганизма. Человеческий организм не может нормально функционировать без включения в
регуляторные процессы биокатализаторов, продуцируемых гемолитическими стрептококками
группы А: фибринолитических, липолитических, сахаролитических, протеолитических,
нуклеотидных и других, необходимых человеку ферментов.

Необходимо отметить, что согласно исследованиям А.А. Моровой специфический энзим


стрептокиназа, ответственный за молниеносное растворение тромбов, ни организмом человека,
ни другими бактериями не вырабатывается. Энзим липопротеиназа активизирует реакции
разложения холестерина, препятствуя атеросклеротическим изменениям сосудов и улучшая
регуляцию жирового обмена. Не менее важные свойства принадлежат и протеолитическим
энзимам, способным растворять раковые клетки, так как их мембраны проницаемы для этих
энзимов. Комплекс сахаролитических энзимов принимает участие в разложении глюкозы,
лактозы, сахарозы, что улучшает углеводный обмен и препятствует развитию диабетического
синдрома.

Но одной из главных, как выяснилось в последнее время, была до антибиотикотерапии группа


нуклеолитических энзимов, способных разлагать вирусную нуклеиновую кислоту ДНК и РНК на
отдельные фрагменты. Именно при достаточной концентрации в крови этих ферментов
вирусоносительство, что отмечается сейчас во многих странах, было невозможно. Отсюда следует,
что долговременное носительство стрептококков группы А исключает вирусоносительство и
появление медленных вирусных инфекций типа СПИД.

В.А. Черешнев и А.А. Морова собрали множество подтверждений того, что другие виды кокков не
выделяют такого комплекса энзимов, которые необходимы для поддержания генетического
постоянства внутренней среды организма человека. Поэтому положительное влияние
стрептококков группы А на иммунную систему человека неоспоримо. Отсутствие энзима
стрептокиназы и прекращение функционирования системы плазмина при утрате симбиотических
бактерий, продуцирующих этот энзим, перманентно и стало в последнее десятилетие всеобщей
трагедией, вызванной спонтанным внутри сосудистым тромбообразованием (инфаркт миокарда,
инсульт, эмболия, тромбозы и т.д.).

Действие системы плазмина определяется не только способностью предотвращать спонтанное


внутрисосудистое тромбообразование, но и значительно изменять реологические свойства крови,
разжижать ее. А это, в свою очередь, способствует улучшению гемодинамики и кровоснабжения
самых тонких микрокапилляров, в которые сгущенная кровь не поступает. Установлено, что
реологические свойства крови по отношению к воде должны в норме составлять 4,5:5,0. В
настоящее время, вследствие утраты бактериального энзима стрептокиназы и прекращения
функций системы плазмина, показатели вязкости крови превышают норму в 2-4 раза и более, что
исключает нормальное кровоснабжение микрокапилляров мозга, зрительных органов и др.

Применяемые для разжижения крови аспирин и медикаментозные препараты на его основе, не


могут восполнить функции природной энзиматической системы фибринолиза. Кроме того
концентрация ацетилсалициловой кислоты не саморегулируется, как это предусмотрено
симбионтными отношениями, и часто сверхпороговая доза приводит к угрожающему жизни
внутреннему кровотечению. Таким образом, нормальная физиологическая жизнедеятельность
человека возможна только с включением бактериальных симбионтов.

Изучение экологии тела человека (эндоэкологии) позволило выяснить многие закономерности,


которые дают основание полагать, что симбиотические отношения человеческого организма
являются эволюционно-экологической системой, в основе которой лежат антагонистические
отношения бактерий и вирусов.

Широко распространенное мнение, что вирусы есть переходные промежуточные этапы эволюции
между неживой и живой клеткой, ошибочно. Их возникновение и эволюция определены
интервалом времени сосуществования прокариотической клетки и «первичного бульона». Раньше
прокариотов вирусы появиться не могли - не было объектов для атаки и паразитирования в них. В
свою очередь, прокариотические клетки, совершенствуя механизмы защиты, «научились»
использовать молекулярные структуры вирусов для своего развития. Вирусы играют в эволюции
жизни большую роль. Так как могут переносить вместе с собой между клетками относительно
крупные участки ДНК. Такой перенос есть источник новых случайностей, ограничительным
условием для которых является функциональная завершенность переносимых участков ДНК. Это
отнюдь, не означает, что перенесенный вирусом участок обязательно сохраняется, а тем более
будет функционировать в другой ДНК. Вирусы только создают новый уровень случайностей с
новыми ограничительными возможностями, которые повышают вероятность
самовоспроизводящихся результатов. При использовании всех ограничительных возможностей
для эволюционного перехода в новый вид, прокариот вступает в строго антагонистические
отношения с вирусом. Потому эволюционно-экологические связи организма человека,
нуждающегося в защите от вирусов, сложились как система:

МАКРООРГАНИЗМЫ—БАКТЕРИИ-ЭНДОСИМБИОНТЫ — ВИРУСЫ

Такое понимание эволюции экосистемы человека нашло отражение в исследованиях пермских


ученых, подтверждающих, что между организмом человека и вирусами всегда существовало
буферное звено - эндосимбиотические бактерии, которые сдерживали активность вирусов за счет
выделяемых ими нуклеолитических энзимов ДНазы и РНазы, растворяющих вирусную
нуклеиновую кислоту ДНК и РНК независимо от вида вируса. Утрата эндосимбионтных бактерий в
результате антибиотикотерапии, переводит человеческий организм в другое, не предусмотренное
природой состояние, - непосредственный контакт с вирусами:

МАКРООРГАНИЗМ - ВИРУСЫ

На основании этого современное биологическое состояние организма человека ученые


квалифицируют как переход от созданного эволюционным путем носительства бактерий к
новому, опасному для человека биологическому состоянию вирусоносительству. Практически
носительство внеклеточных микроорганизмов (симбиотических бактерий) теперь «заменено» на
носительство внутриклеточных паразитов: вирусов, хламидий и др. Такое вмешательство в
процессы эволюции не дает тысячелетних сроков для адаптации человека к новой экосистеме.
Дисбиоз становится видом самоубийственного симбиоза.

Прокариоты, вопреки ошибочному мнению, в генетической изменчивости очень консервативны.


Конверсия в L-формы достаточно распространена в природе как один из этапов циклического
развития бактерий. С этой точки зрения, для индукции L-формы, по мнению А.Н. Маянского, вовсе
не обязательны искусственные манипуляции, побуждающие сомневаться в реальности феномена
in vivo. Уже давно, например, сообщалось о том, что тот же пенициллин не столько индуцирует,
сколько селекционирует спонтанно образовавшиеся L-клстки стрептококков. Но такие формы
стрептококков, а также других симбиотических бактерий утрачивают способность производить
необходимые организму энзимы.

Патогенные же микроорганизмы, кроме обратной трансформации (реверсии) в бактериальные


формы, все-таки, сохраняют функции экзо- и эндотоксинообразования, способность
продуцировать ферменты патогенности. Кроме этого, они на этапе L-форм приобретают
повышенную резистентность к антибиотикам, переходя в хронические и рецидивирующие
инфекции. Что касается вирулентности условно-патогенных симбионтов, необходимо отметить
следующее. У ряда бактерий обнаружен универсальный механизм, контролирующий активность
генов вирулентности. Включение - выключение таких генов ведет к появлению более или менее
агрессивных клонов, отражая реакцию на среду обитания (температура, рН, концентрация
кислорода, содержание кальция и др.).

В сложных симбиотических комплексах существует межвидовой механизм взаимного контроля.


Особая роль в контроле за вирулентностью симбионтов принадлежит молочнокислым и
бифидобактериям. Тем не менее снижение или увеличение вирулентности условнопатогенных
бактерий в конечном итоге, зависит от состояния организма. Никакой «вины» симбионтов в
возникновении инфекционного процесса нет. Дисбактериоз -результат небережного отношения
человека к собственному организму как экосистеме симбионтов.

Взаимная полезность есть главное для равновесных экологических ниш. В мире


«неодушевленных» форм жизни бесцельная взаимная агрессивность не существует. Системная
агрессивность отличает как биологический вид только и именно человека. Внешняя для вида
экологическая ниша может находиться в динамическом равновесии с ним, существуя неизменной
миллионы и миллиарды лет (как, например, реализуется для некоторых прокариот, или океанских
рыб, или сосновых лесов). Она может медленно эволюционировать, как происходит, например, с
лиственными лесами. Но она может катастрофически разрушаться почти мгновенно при
ничтожных изменениях внешних условий, когда какой-то вид создает ситуацию «победителя» в
борьбе за существование.

Утверждение Хазена убедительно. « Экспонспциалыюсть размножения прокариот до


Кембрийского периода создала геологические масштабы их живой массы. Сразу заселить новую
экологическую нишу внутри многоклеточных организмов, они не могли. За счет больших
количеств информации, отличающей их внутри своей ступени иерархии, им не хватало скорости и
возможностей изменчивости. Это дало время для формирования и экспоненциального
размножения многоклеточных видов жизни. Возникло многообразие их видов и высокая
плотность расселения. Но прокариоты, наконец, накопили случайные изменения, необходимые
для выживания выживающих в новой для них экологической нише - внутри многоклеточных
организмов. Они реализовали свой синтез информации.

Высокая плотность высших форм жизни гарантировала массовое запоминание любой


патологической формы прокариот. Это означало появление массовых и разнообразных болезней.
Эпизоотии охватили весь живой мир Земли. Все повымирало – катастрофа, которая маркировала
конец Кембрийского периода. Инфекционные болезни - вот ключевое слово для описания
катаклизма высших форм жизни в Кембрийской экологической нише.

Важно, что в конце Кембрия ценой вымирания большинства видов высокоразвитой жизни
сформировалась ситуация динамического равновесия, когда выжили отдельные бактерии
совместно с их антагонистами и высшие формы жизни, в которых как в экологической нише
сосуществовали эти бактерии и их антагонисты одновременно. Породила этот симбиоз
маловероятная случайность. Но ведь и вымерло подавляющее большинство (99%)
существовавших тогда видов жизни. Это цена, заплаченная за возникновение иммунитета и
иммунных систем как равновесия многоклеточного организма, питающихся за его счет бактерий и
их антагонистов» (A.M. Хазен. Разум природы и разум человека. Км. 3. М. 2000).

В XX веке в биосфере запущен новый экспоненциальный поток хаоса. В состоянии ли человек


предотвратить в XXI неокембрийский взрыв? Понимают ли врачи, ветеринары и агрономы,
снижающие барьеры для изменчивости бактерии и вирусов, в чем существо их работы? Понимают
ли генетики, что внесенное в ДНК изменение в принципе не может быть подконтрольно?
Самопроизвольное биологическое оружие сродни бактериологическому, и создается оно не
только радиационным или химическим заражением, но и миллионами медицинских и
сельскохозяйственных работников. Подконтрольна ли общественному сознанию такая ситуация?

... Память и разум человека эфемерны.

Симбиотический комплекс ЭМ-курунга

Фундаментальные исследования В.А. Черешнева, А.А. Моровой, И.Н. Рямзиной показали


исключительную роль в поддержании гомеостаза такого симбионта, как бетта-гемолитический
стрептококк группы А, длительно персистиру-ющего в лимфатической системе. Учитывая, что
между бактериями и вирусами всегда существует эволюционно-экологический антагонизм,
который является эффективной защитой организма от длительной персистенции вирусов,
пермскими учеными разработан немедикаментозный способ лечения фатальных и неизлечимых
заболеваний, в том числе вирусных, который заключается в восстановлении прежнего, созданного
эволюцией, биологического статуса организма и возобновлении функционирования его
важнейших бактериальных энзиматических систем. Суть этого способа заключается в применении
внутрикожных прививок вакцины Pyrotat из штамма бетта-гемолитического стрептококка группы
А.
В отличие от вакцины бактерии ЭМ-курунги не обладают специфическим действием, но в
регуляции первичного звена нормофлоры кишечника оказались очень эффективными (ЭМ-
эффективные микроорганизмы). Вообще, отыскать первичные и последующие звенья в
возникновении дисбактериоза столь же непросто, как и в механизмах самого патологического
процесса. Патология кишечника и других органов предрасполагает к нарушениям микрофлоры, а
они в свою очередь могут негативно влиять на функции кишечника и организма в целом, от
которых зависит норма микробиоценоза.

По мнению А.Н. Маянского, патогенетическое лидерство в реализации этого порочного круга


принадлежит оппортунистическим инфекциям, которые возникают при активации эндогенных
бактерий или развиваются при экзогенном инфицировании. Примерами являются
клостридиальпый колит, кандидамикоз. Значение других «дисбактериозных» микроорганизмов
(золотистый стафилококк, атипичные эшерихии, протей и другие энтеробактерии, синегнойная
палочка, кандиды, гемолитические стрептококки) менее очевидно, хотя часто и воспринимается
как аксиома. В подобных случаях в лечебные схемы вводятся химиопрепараты и тогда терапия, по
сути, становится этиотропной, т.е. дисбактериоз лечат как инфекционное состояние. Для
сохранения внутренней экосистемы такая терапия выглядит совершенно нелогичной -
специфичность антимикробных средств относительна и попутно неизбежно страдает резидентная
микрофлора, т.е. в борьбе с одним оппортунистом, «включившим» ген вирулентности, подавляем
тех, которые сами должны «выключить» ген вирулентности и «поставить на место» этого
оппортуниста. Механизм такого выключения не изучен, но ясно, что в нем участвуют такие
резиденты как молочнокислые бактерии, молочнокислые стрептококки, бифидобактерии,
некоторые дрожжи и другие, не вызывающие инфекционного процесса. Причем совместное их
участие в этом механизме эффективнее, надежнее чем по отдельности. Вот почему практика
применения монокультурных препаратов (колибактерин, лактобактерин, бифидобактерии и т.д.)
оказалось уязвимой.

Многолетнее изучение курунги подтвердило большую эффективность симбиотических


комплексов в лечении дисбактериоза, чем монокультурных пищевых добавок. Лечебно-
профилактический продукт «ЭМ-курунга» селекционирован нами путем нетрадиционного
смешения разных видов молочнокислого напитка, представляющего собой сложный природный
симбиоз, известного в этнической Бурятии под названием «курунга».

Общие сведения. Курунга - кисломолочный продукт, приготовляемый на естественной


многокомпонентной закваске из коровьего молока, широко распространенный до недавнего
времени среди народов Центральной и Северной Азии. В силу своих лечебно-профилактических
свойств, похож на кумыс, во вкусовом отношении курунга - кисловатый, шипучий продукт.

Способ приготовления кисломолочного напитка и его производных таких как арса, базо, айраг,
тарасун, был известен с давних пор. В прошлом эти продукты служили в летнее время
исключительным источником питания. В то же время курунга, несмотря на ее историческую
давность и широту распространения, а также исключительную питательную ценность,
недостаточно популярна и мало известна теперь даже на родине ее появления. Связано это с
кардинальным и ошибочным изменением рациона питания и лечебно-профилактических
мероприятий.

Первое описание курунги мы находим у А. Потанина (1890г) в статье «Молочное хозяйство у бурят
Верхнеудинского округа», у М. Хангалова (1900г) в статье «Молочное хозяйство у бурят». Однако
эти описания имеют преимущественно историческое, а не научное значение.

Изучением физико-химических свойств и микрофлоры курунги занимались В.Р. Филиппов и М.Н.


Богданов (1947-1948 г.г.) По данным доктора ветеринарных наук В.Р. Филиппова курунгу можно
успешно использовать в качестве препарата для стимуляции физиологической функции организма
и при лечении желудочно-кишечных заболеваний молодняка сельскохозяйственных животных.

Микрофлора курунги и ее биохимические свойства были подробно изучены A.M. Скородумовой и


З.П. Чужовой (1961-1965 г.г.). в последующие годы более детальные исследования проводили Р.В.
Булгадаева, Г.Б. Лев, Г.М. Паткуль, Г.Г. Гончиков, И.А. Нечесов. Оценку клинической эффективности
курунголечения давали Л.А. Решетник, О.И. Птичкина, И.Н. Леонтьева, И.С. Кривицкая.

Наиболее широкие исследования в области технологии приготовления курунги и ее применения в


лечебно-профилактических целях желудочно-кишечных заболеваний и туберкулеза легких
проведены Л.Е. Хундановым. Результаты этих исследований изложены в разделах данной главы.

Материалом для производства курунги обычно служит парное коровье молоко, реже
сепарированное, пастеризованное молоко.

По содержанию белков, жира и минеральных веществ, а также витаминов А и В курунга


превосходит кумыс, уступая ему лишь по содержанию молочного сахара, спирта и витамина С.
Большим достоинством курунги по сравнению с кумысом является ее дешевизна, доступность и
простота приготовления. Bсe можно рассматривать как кумыс, приготовленный из коровьего
молока. Но в то время, как приготовление кумыса требует условий и времени, курунга при
наличии закваски может быть приготовлена всюду и в любое время года.

обиология курунги и его пробиотические свойства

Производство молочнокислых продуктов основано на широком использовании


микробиологических процессов. Роль последних абсолютна, так как при брожении молоко не
подвергается почти никакой другой обработке, кроме микробиологической. В силу этого
производство данного рода принадлежит к числу наиболее простых производств: в своей
первоначальной форме оно не требует практически никакого специального оборудования.
Процесс основывается на использовании естественных сил природы и протекает почти без участия
человека. Все это делает доступным приготовление традиционных молочнокислых продуктов не
только в самых примитивных молочных хозяйствах, но и в домашнем обиходе.

Современные кисломолочные продукты с микробиологической точки зрения могут быть


разделены на две большие группы:
1) молочнокислые продукты, получаемые путем самопроизвольного сквашивания;

2) молочнокислые продукты, получаемые путем сквашивания на специальных заквасках.

К продуктам первой группы относятся простокваша, лактобацилловое молоко и сметана (кроме


промышленного производства сметаны, которое всегда основано на заквасках).

Ко второй группе молочнокислых продуктов относятся курунга, кефир, кумыс, армянский мацун,
донское и кубанское "кислое молоко", болгарское " кисело-млеко", турецкий и греческий "ягурт",
египетский "лебен" и многие другие.

Все эти продукты и соответствующие им закваски в микробиологическом отношении весьма


близки между собой, образуя как бы один варьирующий тип: это сложные комбинированные
закваски, микрофлора которых всегда состоит, по крайней мере из двух компонентов -
молочнокислых бактерий и дрожжей. Но так как и те, и другие обычно бывают представлены не
менее чем двумя видами, то и количество необходимых компонентов чаще возрастает до 3-4.
Несколько особое место по своей микробиологической структуре занимает кефир, причем это
относится лишь к закваске, а не к готовому продукту. Для большинства этих продуктов характерно
то, что в созревании весьма существенную роль играют представители группы молочнокислых
палочек и именно наиболее типичный вариант этой группы - термофильный тип, склонный к
образованию ветвистых колоний.

В зависимости от преобладания того или иного процесса, лежащего в основе созревания этих
продуктов - молочнокислого или спиртового, резко изменяется характер конечных продуктов,
прежде всего их консистенция. Чем сильнее развиваются дрожжи и связанное с ними спиртовое
брожение, тем более жидкую консистенцию приобретает конечный продукт (консистенция
кумыса). Преобладание молочнокислого процесса влияет в обратном направлении, т.е. продукт
получается более густой (консистенция простокваши). На этом основании все указанные продукты
можно разделить на два основных типа, различающихся не только по своим внешним признакам,
но и по микробиологическим процессам: 1) продукты с густым, плотным сгустком - то, что
известно под названием простокваши, и 2) продукты с разжиженным, мелкохлопьевидным
сгустком - напитки вроде курунги, кумыса и др.

К первому типу относится ряд молочнокислых продуктов, распространенных в южных и юго-


восточных областях России (донская и кубанская простокваша, армянский мацун) и во всех
странах, окружающих Средиземное море. В каждой из этих стран они носят особое название, но
по существу все это разновидности одного и того же типа.

Ко второму типу относятся главным образом, как указывалось выше, три родственных и весьма
распространенных продукта: курунга, кумыс и кефир.

Курунга представляет собой жидкий пенящийся продукт молочно-белого цвета с мелкими


хлопьями казеина, с кисловатым запахом и вкусом, получающийся путем сбраживания коровьего
молока культурами молочнокислых бактерий и молочных дрожжей. Некоторые совершенно
справедливо называют курунгу живым напитком, так как в нем продолжается жизнедеятельность
микроорганизмов, которые вызывают превращение молочного сахара в молочную кислоту, спирт
и углекислый газ. Следовательно, образование курунги является чисто микробиологическим
процессом, успех которого в основном зависит от свойств микроорганизмов и созданных им
условий жизнедеятельности (температура, аэрация и пр.); другими словами, качество курунги
зависит главным образом от закваски и технологии производства.

Микрофлора курунги, как правило, состоит из двух видов местной расы молочнокислых бактерий -
вида Bact. casei (Bact. bulgaricum), составляющего 72%, и Bact. Lactis asidi (Zeichmann) -постоянно
сопутствующего предыдущему виду, но численно ему уступающего (7%), а также молочнокислых
стрептококков и бифидобактерий. Дрожжи в курунге представлены обычно двумя типами
молочных дрожжей Torula, способных не только сбраживать молочный сахар, но и энергично
участвовать в спиртовом процессе. Они по отношению к другим микроорганизмам курунги
составляют около 11 %.

Таким образом, в курунге мы имеем не механическую смесь различных элементов микрофлоры, а


типичное явление симбиоза. Дрожжи для своего развития нуждаются в продуктах
жизнедеятельности молочнокислых бактерий и в образуемой ими молочной кислоте.
Молочнокислые бактерии в присутствии дрожжей лучше развиваются и дольше сохраняют свою
активность. Эти симбиотические отношения в курунге сохраняются в течение долгого времени,
без подавления одного из составных элементов микрофлоры другими.

Многие исследователи относят ассоциации заквасочной микрофлоры таких кисломолочных


продуктов как курунга, кумыс и кефир к протосимбиотическим. имея в виду, что даже такие
наиболее устойчивые ассоциации не являются симбиозами в истинном смысле слова. Но в
отличие от кумыса и кефира курунга обличается завидным равновесием качественного состава
микрофлоры. Количественный состав также как и у кумыса, и у кефира не отличается особой
устойчивостью, но качественный состав микрофлоры курунги является ее характерной
особенностью, позволяющей относить эту природную ассоциацию к истинным симбиозам.

Даже в деревянной кадке, в деревенских, далеко не стерильных условиях, на протяжении многих


лет приготовляемая курунга при умелом ведении брожения остается неизменной. Производство
же "окультуренного" кумыса и особенно кефира требует недопущения в процесс брожения
посторонней микрофлоры. Для курунги природная "посторонняя" микрофлора является
обязательной. Именно она определяет лечебные свойства основных фракций микробной
ассоциации, их антибиотическую активность.

Антибиотики, являясь специфическими продуктами жизнедеятельности микроорганизмов,


обладают высокой физиологической активностью но отношению к определенным патогенным
бактериям, вирусам или злокачественным процессам, задерживая их рост или полностью
подавляя их развитие. Но антибиотики антибиотикам рознь. Настало время внесения изменений в
понятийный аппарат. Слово "антибиотик" означает "направленный против жизни". В этом смысле
все антибиотики, полученные из чистых культур, оправдывают свое название. Даже если они
получены из какой-нибудь безобидной молочнокислой палочки или бифидобактерии. Грубо
говоря, микробы-симбионты, выращенные по отдельности производят вредные антибиотики. Эти
же микробы-симбионты, выращенные в симбиозе, производя! полезные антибиотики. Иначе быть
не может. Образно говоря, одиночки (эгоисты) разрушают все вокруг себя, коллективисты
созидают вокруг себя. Поэтому антибиотическую активность симбиозов правильнее было бы
называть снмбиотической, а их биологически активные вещества - симбиотиками, то есть
веществами, недопускающими в симбиоз чужеродные, болезнетворные микроорганизмы. Для
доходчивости можно сказать так: "Антибиотики убивают всех подряд, симбиотики только чужих".

Изучением микрофлоры курунги занималось немало исследователей, но никому так и не удалось


выяснить в чем природа мощного по своему физиологическому воздействию напитка.
Сравнительный анализ литературных данных показывает, что курунга содержит в себе всю
микрофлору, которая встречается в кумысе, кефире, мацони, шубате, чале и т.д. и еще целую
группу микроорганизмов, так называемых "посторонних", но очень важных.

Л.Е. Хунданов в своих исследованиях показал, что дрожжи курунги нуждаются в продуктах
жизнедеятельности молочнокислых бактерий и в образуемой ими молочной кислоте. Аналогично
К.Ч. Маханта и В.М. Богданов доказали, что для получения кумыса с определенным содержанием
молочной кислоты, биологически активных веществ и спирта необходимы комбинации дрожжей с
молочнокислой палочкой L. Bulgaricum. Как и в курунге, так и в кумысе встречаются дрожжи,
сбраживающие (S. Lactis) и несбраживающие (S. Cartilaginosus) лактозу, обладающие
неодинаковой антибиотической ( симбиотической) активностью и способствующие образованию
различного вкуса и аромата напитков. Также в обоих напитках встречаются дрожжи рода
Mycoderma , не сбраживающие углеводы и дрожжи рода Torulopsis. Все выделенные штаммы
дрожжей, особенно Torulopsis, при совместном культивировании с молочнокислыми и
ацетобактериями обладают высокой антибиотической активностью по отношению к S. Aureus, В.
Subtilis, C.albicans, Mycobacterium citerium и др.

В процессе автолиза дрожжи обогащают среду рядом экстрацеллюлярных продуктов


метаболизма: аминокислотами и витаминами и делают ее более благоприятной для развития
молочнокислых бактерий. Также они обладают способностью в известной степени
ассимилировать органические кислоты, повышая pH среды, опять же благоприятствуя развитию
молочнокислых бактерий.

Накапливаемый дрожжами спирт тормозит скорость клеточного деления, замедляя старение


популяции. Подкисление среды, вызываемое молочнокислыми бактериями, дает дрожжам
преимущество в конкурентной борьбе, особенно в субстратах, достаточно обеспеченных
углеводами и азотсодержащими веществами.

Как и в кефире, в куруиге также встречаются дрожжи Saccharomyces cerevisiae, S. Unisporus,


Torulopsis chaerica, Torulaspora delbrueskii, Candida kefir, С Holmii, С Friendrichii, Kluyveromyces lactis,
K. Marxianus.
Молочнокислые микроорганизмы также отличаются большим разнообразием. В разные годы
разными коллективами выявлялось от 40 до 64 штаммов: Lactobacillus acidophilus, L. Plantarum, L.
Bulgaricus, L. Helveticus, L. Brevis, L. Fennentum, L. Casei rliamnosus, L. Casei tolerans, L. Casei
pseudoplantarium, а также Lactococeus lactis, виды рода Leuconostoe, Streptococcus cremoris, S.
Diacetilactis, S. Salivarius и т.д. Обладая более полной по сравнению с дрожжами системой
протеолитических ферментов, молочнокислые микроорганизмы расщепляют сложные
азотсодержащие соединения и тем самым благоприятствуют питанию дрожжей. Лактобациллы
курунги можно отнести к двум тинам. Первый тип по своим свойствам близок к болгарской
палочке, то есть использует лактозу, сахарозу, глюкозу, галактозу, раффинозу, в меньшей степени
левулезу и декстрины. Второй тип продуцирует больше кислоты, сбраживая все углеводы,
приближаясь по своим свойствам к ацидофильной палочке.

По данным O.K. Палладиной ацидофильные бактерии синтезируют витамин В 12, витамин С,


тиамин, рибофлавин, биотип и др. Среди них более активными являются штаммы, отличающиеся
повышенным кислотообразованием. Ацидофильные палочки при совместном культивировании с
уксуснокислыми бактериями способствуют накоплению антибиотических веществ - ацидофилина
и дактоцидина.

Уксуснокислые бактерии находятся в симбиозе с молочнокислыми. Они используют в качестве


источника энергии молочную кислоту, снижая соответственно кислотность среды и создавая
благоприятные условия для молочнокислых бактерий.

При длительном хранении курунги уксуснокислые бактерии сохраняют ее активность, усиливают


антибиотическую активность. При этом консистенция курунги становится вязкой и тягучей, что
объясняется частичным разложением белков, обогащением среды витамином В12.
Соответственно меняется вкус напитка. Lactobacillus casei задает предельную кислотность куруиге
и более высокий температурный оптимум.

Стрептококки и стрептобактерии курунги являются активными кислотообразователями. Также они


стимулируют рост ароматообразующих видов рода Leuconostoe Citrovonis.

Leuconostoe dextranicum. Некоторые исследователи полагают, что Beta-Strepfobacterium является


ключевым звеном в поддержании симбиоза.

Изучение изменения численности молочнокислых бактерий, стрептококков и дрожжей в


различных образцах курунги показало, что в начальный период (до 24ч) постепенно нарастает
количество молочнокислых бактерий, при этом основными представителями микрофлоры
являются молочнокислый стрептококк и ацидофильная палочка. В более поздней стадии ( 24ч
выдержки курунги) с повышением кислотности продукта до 200-250 грач 1 наибольшее развитие
получает болгарская палочка и в некоторой степени молочнокислый стрептококк (термофильный).
Развитие не последнего при данных условиях, вероятно, объясняется прочным симбиозом между
этими культурами и наличием факторов роста. После односуточной выдержки отмечается
уменьшение количества всех видов молочнокислых бактерий. Численность дрожжей и их
динамика во всех образцах курунги значительно отличаются от содержания молочнокислых
бактерии. Дрожжи вначале брожения развиваются очень слабо и максимума численности
достигают только к 48ч.

Заметим, что курунга характеризуется своеобразным постоянством качественного состав;;


микроорганизмов, но но отличается особой устойчивостью в количественном отношении п\ в
зависимости от образцов курунги. Предел колебаний численности молочнокислых бактерий шире
для курунги. выработанной в Баргузинском районе, а дрожжей — для курунги, выработанной в
Курумканском районе.

Л.Е. Хунданов отмечает, что результаты биохимической характеристики курунги, приготовленной


на естественной закваске, отражают средние значения по районам (см. таблицу). Показано, что
количество продуктов брожения в курунге изменяется как от срока сквашивания, так и от места ее
производства. Необходимо отметить, что в образцах курунги с высокими показателями по
кислотности содержится меньше спирта и углекислоты. Вероятно, высокие концентрации
молочной кислоты резко снижают жизнедеятельность дрожжевых клеток. Вкус такого продукта
кислый, слабо выраженный, не специфичный для курунги.

Район выработки курунги

Титруемая кислотность, градТ

Спирт, %

Летучие жирные кислоты, мл 0,1 и NaOH

С02, %

Срок созревания, сут

Характеристика вкуса

Баргузинский

172

0,32

3,5

0,08

Выраженный, кислоспиртовый

276

0,53
6,4

0,051

Кислый с привкусом уксусной кислоты

320

0,41

11

0,028

Излишне кислый

Курумканский

138

0,1

1,5

0,03

Слабо выраженный, чистый

175

0,48

3,1

0,0

Выраженный, кислоспиртов

4,1

|0,1
3

Наиболее выраженный

Улан-Удэнский

121

0,21

1,2

0,057

Слабо выраженный, чистый, молочный

171

0,42

2,8

0,057

Выраженный кислоспиртовый

195

0,55

4,2

0,082

Наиболее выраженный

Содержание в курунге летучих жирных кислот в пределах 6,4 - I I 0,1мл и NaOH отрицательно
сказывалось на ее качестве. Продукт был излишне кислый, с выраженным привкусом уксусной
кислоты. Возможное повышение температуры сквашивания в домашних условиях до 30 град. С
создавало благоприятные условия для развития уксуснокислых бактерий, имеющихся в
незначительном количестве в отдельных образцах курунги из Баргузинского района. При своем
развитии уксуснокислые бактерии сбраживали спирт до уксусной кислоты, придавая продукту
острый, щиплющий, уксуснокислый вкус и запах. Авторы характеризуют ото как порок курунги -
«арабка». Снижение летучих жирных кислот до 1,2-1,5 мл 0,1 н NaOH и низкие концентрации
спирта 0,1 -- 0,2% также не обеспечивали специфичности вкуса: он был чистый молочный, но
слабо выраженный.

Органолептическая опенка исследованных образцов позволила установить, что кислотность 180-


200 град Т, содержание спирта 0.55 - 0,7%, углекислоты 0,082-0,1% и летучих жирных кислот 4,1-
4,2мл 0,1 н NaOH сообщают продукту наиболее выраженный кислоспиртовый, освежающий вкус,
специфичный для курунги. Объяснением непостоянства в содержании основных групп
микроорганизмов и продуктов молочнокислого и спиртового брожении в курунге,
приготовленной на естественной закваске, может быть качество молока, микробиологический
состав и доза закваски, режим приготовления, которые в домашних условиях подвержены
большим колебаниям.

Попытки выделить и изолировать отдельные микроорганизмы из курунги и в дальнейшем


использовать их для приготовления искусственной закваски не увенчались успехом. Хотя Л.Е.
Хунданов отмечал, что при заквашивании свежего пастеризованного молока комбинацией из
нескольких рас курунговых дрожжей Torula curunga и молочнокислых бактерий типа Bact. Lactis
acidi получалась курунга постоянного состава и высоких вкусовых качеств. Но в таких заквасках
очень быстро изменяется соотношение микроорганизмов, наблюдается преимущественное
развитие какого-либо одного вида.

Химия курунги (приведена по Л.Е. Хунданову). Физико-химические процессы, происходящие в


коровьем молоке при приготовлении курунги, состоят главным образом в брожении молочного
сахара с образованием молочной кислоты, спирта, углекислоты в частичном распаде белков и
жира молока. Одновременно с этими основными процессами происходит ряд второстепенных,
побочных, благодаря чему курунга обогащается продуктами, не свойственными коровьему
молоку. В начале брожения в кадках происходит преимущественно образование молочной
кислоты, так как сравнительно высокая температура (24-26 град) способствует размножению
молочнокислых бактерий. Спиртовое брожение протекает несколько слабее, и содержание спирта
в этом периоде составляет не более 0,5-1%. Образуемые микроорганизмами протеолитические
ферменты и молочная кислота действуют на белки молока, вызывая незначительный их распад.
Казеин осаждается в виде мелких хлопьев.

Что касается физических свойств курунги, то она имеет жидкую консистенцию. Обуславливается
это тем, что выпадение казеина в коровьем молоке под влиянием кислот происходит в виде
мелких хлопьев, мало изменяющих вязкость жидкости. К тому же хлопья казеина разбиваются в
результате частого помешивания жидкости. Сравнительный химический состав курунги кумыса
приведен в таблице.

Как видно из таблицы, курунга по содержанию жира, белка и минеральных веществ в два с
лишним раза превосходит кумыс.

Химический состав курунги и кумыса (в%)


Химический состав

Курунга

Кумыс

Удельный вес

1,030

1,022

Вода

88,00

92,63

Молочный сахар

0,84

2,72

Молочная кислота

1,70

1,03

Угольная кислота

0,64

Спирт

1,00

1,25

Белковые вещества

4,30

1,98

Казеин

3,00
0,22

Жир

4,22

2,10

Зола

0,83

0,36

Витамин С

0,0019

0,0048

Это обстоятельство позволяет возлагать большие надежды на курунгу как на высококалорийный,


легко усвояемый лечебно-диетический напиток. Наиболее сильному разложению в молоке при
курунговом брожении подвергается молочный сахар, претерпевающий молочнокислое и
спиртовое брожение. Молочнокислое брожение в курунге протекает по обычному типу
разложения молочного сахара на молочную кислоту под влиянием молочнокислых бактерий,
внесенных с курунговой закваской.

Присутствие в курунге дрожжей типа Torala вызывает спиртовое брожение молочного сахара.

Поскольку качество курунги зависит от количественного соотношения молочной кислоты и спирта,


оба вида брожения должны протекать согласованно. При повышении температуры брожения до
25-28 град получается резко кислая курунга, почти не шипучая вследствие усиления
молочнокислого брожения. Наоборот, сильное понижение температуры, замедляя
молочнокислое брожение, усиливает спиртовое брожение, и курунга приобретает неприятный,
дрожжевой, бескислотный вкус. Оптимальной температурой для курунгового брожения считается
20-22 град. Брожение молочного сахара в курунге происходит очень энергично лишь в первое
время, затем оно постепенно замедляется и, наконец, почти совершенно прекращается. В первый
день брожения, по нашим данным разлагается до 85% всего имеющегося сахара в молоке, на
второй день - 9%, на третий день - 3%, на четвертый день - 1,5% и в последующие дни брожения
почти вовсе прекращается.

Предел разложения молочного сахара на молочную кислоту в курунге во многом зависит от


образовавшейся кислоты, подавляющей весьма энергичную деятельность молочнокислых
микроорганизмов. Этот предел в курунге обычно не превышает концентрации 2-2,5% молочной
кислоты.
Образование спирта в однодневной курунге достигает в среднем 0,93%, в двухдневной курунге -
1-1,27%. В трехдневной курунге спирта содержится обычно даже меньше, чем в однодневной
курунге - 0,88. Объясняется это тем, что в трехдневной курунге содержание молочной кислоты
нередко достигает 2-2,5%, что губительно влияет на дрожжевую флору курунги, образовавшийся
до этого спирт, постепенно окисляясь, переходит в другие продукты.

Белковые вещества в курунге претерпевают те же изменения, что в кумысе. Разложение их


происходит под влиянием как протеолитических ферментов, выделяемых бактериями, так и
гидролизирующего действия образующейся в курунге молочной кислоты. Альбумин и казеин в
курунге пептонизируются с образованием ряда промежуточных продуктов, благодаря чему
курунга приобретает совершенно иные качественные особенности, способствующие легкому ее
усвоению организмом.

Жир молока при курунговом брожении изменяется незначительно. Но обычно для приготовления
курунги предпочитают брать нежирное молоко (2-2,5%), так как курунга из жирного молока хуже
переносится при заболеваниях желудочно-кишечного тракта; кроме того, по нашим
наблюдениям, жир способствует появлению в курунге маслянокислого брожения, особенно при
продолжительном хранении напитка и более высокой температуре.

Жиры будучи не растворимы в воде, подобно настоящим белкам, могут усваиваться


микроорганизмами лишь после того, как они разлагаются при содействии фермента липазы на
растворимые глицерин и жирные кислоты. Этот процесс, протекающий путем гидролиза, мы
должны рассматривать как пищеварительный акт микроорганизмов, осуществляемый ими в
окружающей среде, т.е. в курунге.

В виду того, что жиры не содержат в себе азота, они могут служить для микроорганизмов лишь
источником углеродистого питания. Но и по отношению к углероду жир, а также составные части,
на которые он распадается, являются довольно плохим источником питания, им пользуются лишь
немногие молочнокислые бактерии да и то при отсутствии других, лучших источников углерода.

Химические процессы, протекающие при образовании курунги, становятся более отчетливыми,


если проследить за ними в течение нескольких суток, т.е. сравнить состав однодневной,
двухдневной и т.д. курунги (см. след. таблицу).

Как видно из таблицы, показателем интенсивности процессов молочнокислого и спиртового


брожения в курунге является количество распавшегося молочного сахара. Интенсивность
брожения или количество разложившегося сахара нетрудно определить, зная первоначальное
количество сахара в молоке до начала брожения и образовавшееся количество молочной кислоты
или по крайней мере, спирта.

В этой таблице обращает на себя внимание изменение кислотности, которая в связи с


интенсивным распадом молочного сахара все время возрастает при относительно медленном
распаде азотистых веществ и жира молока.
Что касается спирта, то, как уже указывалось, количество его может увеличиваться до тех пор,
пока содержание молочной кислоты в курунге не достигает 2-2,5%. По достижении этого предела
дрожжевая флора курунги начинает постепенно гибнуть Поэтому в старой, многодневной курунге
содержится, меньше спирта, чем в свежей - однодневной или двухдневной курунге В
однодневной курунге содержание спирта обычно достигает 0 93% в двухдневной - 1,27%,
трехдневной - 0,87 и четырехдневной -0 53%

Кислотность свежей курунги колеблется в среднем в пределах 1,18-1,30/о, в однодневной курунге


составляет 1 66% в двухдневной - 2,26% и, наконец, в четырехдневной курунге - 2 66% Эти цифры
показывают, что кислотность курунги находится в прямой зависимости от ее возраста, т.е. от
продолжительности брожения.

Химический состав курунги в зависимости от ее возраста (в%)

Возраст курунги

Удель -ный вес

Молочный сахар

Молочная кисло -та

Алкоголь

Белко- вые вещес -тва

Жир

Сухие вещес -тва

Зола

Аскор- битовая кислота

1- дневная

1,030

1,84

1,66

0,93

3,8

11,5

0,82
0,0019

2- х дневная

1,027

0,96

2,08

1,27

4,3

3,7

12,0

0,0022

3- х дневная

1,025

0,25

2,26

0,87

3,9

3,5

11,8

0,85

0,0024

4- х дневная

1,022

0,15

2,66

0,53
3,2

10,5

0,0017

Говоря о среднем химическом составе курунги, не следует забывать о составе исходного


материала, т.е. о молоке, из которого изготавливается курунга. Средний состав курунги, как
правило, находится в прямой зависимости от состава молока. Молоко от большого числа коров,
находящихся в различных периодах лактации, в зависимости от особенности ухода, кормления и
т.д. дает более постоянный состав курунги с относительно небольшими колебаниями ее
составных частей.

Молоко от небольшого числа животных дает большую амплитуду колебаний в составе курунги и,
наконец, молоко от отдельных животных дает такие показатели составных элементов курунги,
которые не укладываются ни в какие цифры. Зная заранее состав молока, из которого готовится
курунга, мы можем более или менее правильно определить средний химический состав курунги с
учетом возможных изменений в молоке при курунговом брожении.

Животноводческая практика, а также многие исследования показывают, что резкие изменения


количества белков и других веществ в рационе лактирующих коров всегда вызывают изменение
белков, жира и других составных веществ в молоке, что в свою очередь оказывает существенное
влияние на состав, свойства курунги. Содержание витаминов в курунге зависит главным образом
от наличия их в исходном материале. Судя по литературным данным, нужно полагать, что
содержание витамина А и В в курунге несколько больше, чем в кумысе, поскольку коровье молоко
богаче этими витаминами, чем кобылье. По зато курунга уступает кумысу по содержанию
витамина С. В курунге он составляет 0,0019-0,0024%, тогда как в кумысе 0,0048-0,0058%).

Концентрация витаминов в молочнокислых продуктах, как правило, бывает больше, чем в


исходном материале - молоке, что, бесспорно, указывает на синтез их в молочнокислых продуктах
под влиянием молочнокислых бактерий

Курунголечение как метод восстановительной бактериотерапии

Что дает своевременное восстановление микробиоценоза кишечного тракта?

- По меньшей мере, восстановление общего иммунитета.

Много это, или мало?

- Достаточно, чтобы иметь завидное здоровье.

Какие пробиотики предпочтительны для коррекции микрофлоры кишечника?

- Однозначно - естественные симбиотические комплексы.


По своему лечебному воздействию к курунге наиболее близок кумыс, который СП. Боткин назвал
прекрасным лечебным средством и считал, что приготовление кумыса должно быть
общенародным достоянием, как приготовление творога, простокваши и др.

Обобщая вековой опыт санаторного кумысолечения крупнейшие кумысоделы ( П.Ю. Берлин, М.Н.
Карнаухов, Н.А. Крамов, А.В. Сигриот) приходят к выводу, что кумысолечение - наиболее
эффективный метод среди других методов санаторно- курортного лечения легочного туберкулеза.
Параллельно поставленные наблюдения над кумысным и безкумысным лечением неизменно
показывают превосходство кумысного лечения. М.Н. Карнаухов указывает, что действие кумыса
на организм человека настолько многообразно, что нельзя поставить с ним в ряд ни одно
фармацевтическое средство.

Жаль, конечно, что большинство исследователей не имеют возможностей проводить


сравнительный анализ лечебного воздействия прикаспийского кумыса с далекой сибирской
курунгой, от пития которого "исчезали все недуги холодной зимы". Серьезное изучение лечебных
свойств курунги началось лишь в последние десятилетия.

Коллективами кафедр микробиологии ИГУ (Р.В. Булгадаева) и детских болезней ИГМИ (Л.А.
Решетник) была поставлена цель: дать микробиологическую характеристику курунги и оценить ее
клиническую эффективность. На первом этапе изучался количественный и качественный состав
микробного комплекса курунги, проведена их видовая и родовая идентификация, определена
антагонистическая активность молочнокислых бактерий, выделенных из курунги, а также самого
микробного комплекса по отношению к кишечным палочкам и золотистому стафилококку.

В качестве объекта исследования использовались образцы курунги, приготовленной на


естественной закваске, взятой у частных лиц сельских районов Иркутской области, Бурятии.
Количественный учет микроорганизмов проводился методом высева на плотные питательные
среды и методом предельных разведений. Для определения качественного состава
микроорганизмов изучались культуральные, морфологические и физико-биохимические признаки
общедоступными микробиологическими методами анализа с применением дифференциальных
питательных сред . В ходе исследования было выделено 64 штамма микроорганизмов, из них 42
идентифицированы до рода и вида.

Антагонистическая активность молочнокислых бактерий определялась инфузионным методом с


использованием лунок. Антагонистическая активность вызывала задержку роста кишечной
палочки от 8 до 14,5мм, стрептококка - от 6 до 8мм, причем она намного выше у самого продукта,
чем у отдельно взятых штаммов. Курунга образует задержку роста тест-культур от 24 до 30мм.

На втором этапе была оценена клиническая эффективность курунги у детей с гастродуоденальной


патологией, ассоциированной с хеликобактериозом. После выписки из стационара были
сформированы 2 группы наблюдения по типу копия-пара (по возрасту, полу, давности
заболевания, результату хеликотеста). Детям первой группы (30 чел.) была назначена курунга как
средство профилактического лечения по 50- 100мл через 1,5 часа после еды. 33 ребенка лечения
не получали. При диспансерном осмотре через 4-5 месяцев (19 детей 1-й группы и 27 детей 2-й
группы) были проанализированы клинические синдромы. Обострение болевого и
абдоминального синдромов отмечено в 15,7% случаев 1-й группы и 62,3% случаев 2-й группы
(р<0,01), нарушений деятельности кишечника у детей 1-й группы не выявлено, в то время как
метеоризм, запоры и неустойчивый стул отмечен у 66,65 детей второй группы. Проявление
диспептического синдрома (отрыжка, тошнота, изжога, рвота) было у 42,1% детей 1-й группы и
92,5% детей 2-й группы (р<0,01).

Таким образом, проведенные исследования убедительно показывают эффективность курунги как


профилактического и лечебного средства и предполагают к дальнейшим исследованиям
антибиотического действия курунги на хеликобактериозную инфекцию и отработке режимов и
дозы назначения курунги в детской гастроэнтерологической практике.

Больной Д., 1963 г. рождения. Диагноз: очаговый туберкулез верхней доли легкого. Жалобы:
кашель, потливость, мокрота с прожилками крови, боли под правой лопаткой, в правом
подреберье. Два года состоит на учете в тубдиспансере. С момента выявления туберкулеза
проведено 9-месячное стационарное лечение. Выписан в стадии ремиссии на амбулаторное
лечение и наблюдение по месту жительства. При повторной госпитализации проведен 3-
месячный курс лечения фтивазидом и ртрептомицином. Отмечались аллергия, увеличение
печени, дисбактериоз, потеря веса на 3,2 кг. В стадии повторной ремиссии переведен в
противотуберкулезный санаторий на курунголечение. Реакция на курунгу в первые сутки
проявилась усилением метеоризма, в течение недели жалоб не было, отмечалось заметное
улучшение общего состояния. На 12 день объективные показатели значительно улучшились:
гемоглобин увеличился до 140 (было 125), эритроциты 4,9млн/мл (4,7), ретикулоциты 6% (3,8%)
тромбоциты 290 тыс/ мл, лейкоциты 7 тыс/ мл (10), базофилы 0,3% (0,8), эозинофилы 10% (9%),
нейтрофилы палочкоядерные 2,7% (3,2), нейтрофилы сегментоядерные 56% (68), лимфоциты 26%
(17), моноциты 6% (2), РОЭ 7 мин (11). Обращает внимание значительное снижение базофилов
при восстановлении моноцитов до нормы, что указывает на улучшение работы печени и
снижение аллергической реакции, на что указывает также исчезновение эритем и зуда. Снижение
нейтрофилов, особенно палочкоядерных, а также лимфоцитов и РОЭ подтверждает
эффективность курунголечения. С 15 дня доза курунги уменьшена с 6 стаканов до 3 в день по 200
мл за прием. Курс лечения решено продолжить до 1 месяца. При выписке все показатели крови в
норме, вес увеличился на 3,8 кг. Желудочно-кишечные расстройства не наблюдались,
копрограмма без отклонений. На рентгенограмме инфильтраты вокруг узелков отсутствуют,
узелки кальцинировались, уменьшились в размерах. Рекомендовано регулярно потреблять
курунгу. Через 5 лет пациент снят с диспансерного учета.

Данные, приведенные Л.Е. Хундановым в статье «Кисломолочный продукт курунга как


вспомогательное средство при лечении туберкулеза», отражают общую тенденцию. 11срвичпая
реакция на курунгу многих туберкулезных больных проявляется в усилении кашля, увеличении
мокроты, повышении РОЭ, увеличении нейтрофилов в крови. Чем декомпенсированней легочный
процесс, тем сильнее первичная реакция на курунголечение. Дозировка в таких случаях
начиналась с 250 мл в день. Лишь через неделю - другую доводилась до 1 литра.
Одним из важных результатов курунголечения является стойкое увеличение веса в среднем на 4
кг у истощенных больных. В единичных случаях отмечалось увеличение веса за месяц до 9 и более
килограммов. В результате лечения у большинства больных значительно повышался гемоглобин в
среднем на 53,5% за счет повышения полноценности эритроцитов. В 70% случаев РОЭ снижалось
до нормы! Прогностическая ценность РОЭ в утих случаях настолько высока, что немногие
показатели могу!' конкурировать с нею в объективности и определенности. К концу
курунголечения в норму приходила и лейкоцитарная картина. У 70% всех туберкулезных больных
наблюдаются желудочно-кишечные расстройства. И в этих случаях при курунголечепии
наблюдалась стойкая регуляция деятельности желудочно-кишечного тракта, что подтверждается
также увеличением веса. У 71,2% больных легочным туберкулезом наступило выраженное
укрепление всего организма, что обеспечивало положительную динамику легочных процессов.
Эти данные получены в результате многолетних исследований и требуют настоятельных
рекомендаций для расширения курунголечения туберкулезных больных.

Несомненно, что курунголечение окажет положительное действие при иммунодефицитных


состояниях, онкозаболеваниях.

В 2000 году нами был проведен эксперимент на подмосковной птицефабрике смысл которого
заключался в сравнительной оценке антибиотикотерапии и курунголечения. Цыплятам первой
батареи (2000 голов) вместе с кормом давали антибиотики тетрациклинового ряда - апрамицин с
целью снижения падежа. Цыплятам второй батареи (2000 голов) - сыворотку ЭМ-курунги в дозе
1мл на 10 голов с питьем. Третья батарея (2000 голов) – контрольная. Через месяц наши
предположения подтвердились: падеж цыплят в батарее, где проводилась антибиотиковая
профилактика, оказался в 2 раза выше падежа в контрольной батарее. В батарее, где добавлялась
в питье курунга, падеж, как и следовало ожидать, был значительно ниже - в 6 раз меньше чем в
первой батарее, что подтверждает высокое общеукрепляющее действие симбиотического
комплекса «ЭМ-курунга».

За последние 4 года проведены на животных десятки экспериментов по изучении


общеукрепляющего эффекта ЭМ-курунги (в ветеринарии используется торговая марка «Урга»). В
опытных группах не было случаев вспышек кишечных инфекций, тогда как они не раз
наблюдались в контрольных группах, где всякий раз проводилась профилактика антибиотиками.
ЭМ-курунга в малых дозах уменьшала падеж телят и поросят в среднем в 1,5-2 раза, при этом на
20-30% увеличивался привес молодняка.

Интересен опыт, проведенный в Бурятии на откормочной площадке совхоза «Никольский».


Специфика откорма бычков заключалась в самом рационе: лузга овса и барда, подаваемая по
трубам непосредственно со спиртзавода. Из-за повышенного содержания сивушных масел и
спирта в барде в 8-9 месяцев у бычков развив&чся алкогольный цирроз печени, поэтому откорм в
этом возрасте прекращался и животных отправляли на забой. На эксперимент было взято 40
бычков в 5-месячном возрасте. Ежедневно в барду добавлялась сыворотка ЭМ-курунги из расчета
50 мл на голову в сутки. Фактическая доза симбиотического комплекса увеличивалась благодаря
его росту в барде, которой постоянно наполнялись корыта. При забое ни в одном случае не
обнаружен цирроз печени. Характерно и значительное - более чем в 2 раза - увеличение
ежесуточного привеса бычков в первый месяц эксперимента.

Такие оздоровительные результаты при восстановлении микробиоцеиоза можно было бы считать


удивительными, если бы не доказательства, что это является нормой, присущей человеку и
животным эволюционно. Микробиологическое удобрение «Байкал ЭМ-1», созданное нами на
основе отобранных симбионтов курунги с замыканием трофической цепи на азотфиксирующие и
фотосинтезирующие бактерии, эффективно восстанавливает биогеоценоз почв и растений.
Исследования, проведенные в России, Украине, подтверждают, что ЭМ-технология способна не
только остановить падение гумуса в почве (лучшие российские и украинские черноземы за
последнее столетие снизили его с 16 до 6 и ниже %), но и восстановить его за несколько
десятилетий. Великий русский почвовед В.В. Докучаев говорил: «Чернозем дороже всякой нефти,
всякого каменного угля, дороже золотых и железных руд; в нем вековечное, не истощаемое
богатство». А.Н. Тюрюканов назвал почвы «супербазисом человечества». Не только пищи, но и
здоровья.

Планировалось, что химизация даст прибавку урожая на 50 %, а на самом деле оказалось всего на
4 %. При этом объем производства минеральных удобрений вполне сопоставим с объемом
производства сельскохозяйственной продукции. Но данным А.Н. Тюрюканова, минеральных
удобрений было произведено в 1987 году лишь вдвое меньше сельскохозяйственной продукции,
проданной населению!

Но биосферной проблемой стало нарушение трофической цепи и падение иммунитета всех ее


звеньев. Вся эволюция растительного мира шла по пути преимущественного использования калия,
фосфора и особенно азота биоорганических, а не минеральных соединений. И сейчас, как
показали исследования, здоровые растения предпочитают биоорганический азот.

Биохимические изменения, благодаря изменению пищевых реакций (вспомните пиноцитоз),


делают растения больными. Употребление в пищу таких растений приводит к биохимическим
изменениям в организме животных и человека, приводящим к нарушениям иммунитета и
системным заболеваниям. Курунголечение и здесь оказывает свое положительное действие. О
механизмах нейтрализации пищевых ядов микробами-симбионтами изложено не мало в научной
литературе. Поэтому хотелось бы обратить более пристальное внимание на другую сторону
проблемы пищевой несовместимости.

Кровь содержит пищевую память о десятках тысяч лет. Пищевой код напрямую связан с группой
крови. Большинство людей считает, что группа крови является каким-то инертным фактором и
учитывать ее необходимо только тогда, когда возникает некая потребность во врачебном
вмешательстве. Но именно этот «инертный» фактор всегда был движущей силой человеческого
выживания, средством адаптации к новому климату, окружению, к потребляемой пище. Тип
крови является ключом ко всей иммунной системе организма. Он контролирует влияние вирусов,
бактерий, других инфекций, химических веществ, стрессов и всех прочих внешних факторов и
условий, с которыми имеет дело иммунная система.

Каждый врач знает, что самыми мощными антигенами в человеческом организме являются те,
которые определяют группу крови. Но практически нет врачей соизмеряющих лекарственную
терапию с группой крови пациента. Исключение составляют единичные врачи, владеющие
биорезонансным методом определения совместимости препаратов с организмом больного.
Поэтому в курунголечении диетотерапия, соответствующая группе крови человека, является
важнейшей определяющей успешного результата. Без диеты, соответствующей группе крови,
курунголечения как метода восстановительной терапии быть не может. Это претит
симбиотическим принципам восстановления экосистемы человека.

Антропохронология групп крови показывает, что групповые антигенные различия крови


появились примерно в середине эволюции человека. В первой половине эволюционного развития
у всех людей была первая группа крови, а во второй половине появились три остальные.
Появление группы А (II) связано с переходом части первобытного населения от охотничье-
собирательного образа жизни к аграрному (примерно 20 тыс. лет до н.э.). Основной пищей в этот
период стали зерно-бобовые и другие продукты растительного происхождения. Группа В (III)
появилась примерно 10 тыс. лет назад как результат массового переселения на другие
континенты и смены пищи. В рационе вновь преобладало мясо, увеличилась доля молочных и
морских продуктов, сменились растительные продукты. Группа АВ (IV) появилась на рубеже нашей
эры как результат смешения рас и народов.

Все продукты питания изобилуют лектинами (фитогемагглютининами) - разнообразными


белками, обладающими склеивающим (адгезивным) действием, в том числе и по отношению к
клеткам крови. Именно на них, в первую очередь, реагируют антигены группы крови по принципу
«свой» или «чужой».

По своим характеристикам многие пищевые лектпны достаточно близки к антигенам одной


группы, что делает их «непримиримыми врагами» другой. Например, молоко обладает В-
подобными лектинами; если его употребил обладатель крови группы А (II), то в желудочно-
кишечном тракте сразу же начинается процесс агглютинации с целью отторжения этого продукта.
Иммунная система не совсем надежно защищает организм от них; 95% лектинов, потребляемых
вместе с обычной пищей, выводятся из организма, по, по меньшей мере, 5% проникают в кровь,
разрушая ее красные и белые клетки. Проникновение неразрушенных лектинов во внутренние
органы вызывает цирроз печени, гломерулоиефрит и т.д.

Лектинами прежде всего насыщены бобовые растения, морепродукты, злаки и овощи. Например,
клейковина, наиболее широко распространенный лектин, обнаруженный в пшенице и других
злаках, связывается со слизистой оболочкой тонкого кишечника, вызывая воспаление у людей с
первой группой крови.

Кроме питания согласно группе крови необходимо употреблять натуральные экологически


безопасные продукты. Например, если обладатель группы В (III), которому подходят мясные
продукты, употребляет в пищу нитритную колбасу, ничего хорошего ожидать не приходится.
Нитриты увеличиваю! и токсичное, и канцерогенное действие для обладателя такой группы в 90
раз по сравнению с таким же действием на обладателя группы крови AB(IV).

В общем, необходимо придерживаться рациона, который был характерен для очень далеких
предков по принципу: -группа крови О (I) - охотник; -группа крови А (I) - земледелец; -группа крови
В (III) - кочевник; -группа крови АВ (IV) - загадка. Для обладателей четвертой группы крови надо
знать, что в основном подходят продукты рациона и земледельца, и кочевника, но у каждого есть
свои индивидуальные предпочтения, поэтому лучше придерживаться национального характера
питания предков последних веков.

В курунголечении необходимо также придерживаться пока единственной научно разработанной


карты Питером Д Адамо, основателем диетологии по группам крови. Диетологическая карта,
изложенная автором в популярной книге «4 группы крови - 4 пути к здоровью» довольно полная и
рассматривает диету для четырех типов крови из шестнадцати групп пищевых продуктов:

мясо и домашняя птица;

молочные продукты и яйца;

масла и жиры;

плоды бобовых растений;

злаки и крупы;

хлеб и сдоба;

зерна и макароны;

овощи;

фрукты и ягоды;

орехи и семена;

пряности и специи;

приправы;

травяные чаи (настои);

соки и жидкости;

прочие напитки.
В каждой из них указаны для каждой группы крови три категории: особо полезные (продукты,
выступающие в роли лекарства), нейтральные (действующие как пища) и продукты, которых
следует избегать (приносящие непоправимый вред организму).

Возвращаясь к курунге, затрону общую для природных симбиотических комплексов


производственную проблему -отсутствие критериев на утверждение технологических условий и
технологических инструкций производства таких эубиотиков.

Микробный комплекс курунги характеризуется многокомпонентностью и большим


разнообразием видов микроорганизмов в зависимости от природных условий (растения,
почвы).Микробный комплекс этого продукта ( по Р.В. Булгадаевой) можно поделить на три
группы. К первой группе относятся молочнокислые палочки, дрожжи, ко второй группе
молочнокислые стрептококки и уксуснокислые бактерии и к третьей - «посторонние»,
представленные хемооргано-гетеротрофными споровыми и не споровыми палочковидными и
кокковидиыми бактериями, широко распространенными в природе. Между выше названными
группами микроорганизмов складывается стабильное разнообразие взаимоотношений, в
основном благоприятные, т.е. приносящие взаимную им пользу (симбиоз, взаимную им пользу
(симбиоз, мутуализм и др.). Это, вероятно, задает те свойства, которые присущи этому напитку.
Они определяют его органолептику, пищевую ценность, лечебно-профилактический и лечебно-
диетический эффекты и относительное постоянство микробного комплекса курунги в течение
многовековой практики ее использования народами северовосточной Азии.

Многолетние исследования Р.В. Булгадаевой по.микробному комплексу курунги, приготовленного


на многокомпонентной естественной закваске, показали, что при соблюдении технологии
выработки продукта «посторонние» бактерии постоянно присутствуют в ней и количество их
может достигать 10 - 10 клеток/ мл. Это содержание «посторонних» бактерий в продукте вполне
соответствуют принятым санитарно-гигиеническим нормам и, развиваясь в напитке, не вызывает
какие либо пищевые отравления, или интоксикацию у потребителя. Качественный состав
«посторонних» бактерий в основном бывает представлен культурами родов Bacillus, Micrococcus.
В значительно меньшем количестве, но также постоянно обнаруживаются культуры родов
Pseudomonas и Staphylococcus.

Количественное и качественное разнообразие «посторонних» бактерий также относительно


постоянно, но, в зависимости от региона отбора проб маточной закваски, в их составе
наблюдаются некоторые изменения.

Эти исследования показали, что антибиотическая активность продукта тесно связана с


разнообразием и содержанием «посторонних» бактерий - как правило с уменьшением их
разнообразия и содержания снижается и антибиотическая активность продукта. Вероятно
«посторонние» бактерии оказывают влияние в формировании основного микробного комплекса,
обуславливающего пищевые диетические и лечебные свойства напитка.

Антибиотическая активность напитка курунги, сгустка, сыворотки определялась по отношению к


разным штаммам: li. coli, Sarcina flava, Sarcina rubra, Pseudomonas aurantiaca, Pseudomonas putida,
Bacillus mesentericus, Bacillus subtilis, Bacillus cereus, Bacillus thuringiensis, Bacillus megaterium,
Staphylococcus aureus. В большинстве анализов активность сгустка и сыворотки практически не
отличалась, а активность напитка имела тенденцию быть всегда выше,

При этом следует заметить, если видовой состав основных групп микроорганизмов курунги и их
биологические свойства изучены довольно полно, то этого нельзя отметить для «посторонних»
бактерий, в частности недостаточно изучены типы взаимоотношения их с представителями
основных групп микроорганизмов маточной закваски.

Также обращает внимание, то что в продукте, выработанном на естественной многокомпонентной


закваске, содержание культур не идентифицируемых по таким признакам как
макроморфологическим, микроморфологическим, культуральным, физиологическим, может
составлять до 10% от общего количества выделенных культур основных групп микробного
комплекса курунги.

Технологические регламенты производства эубиотиков разработаны для монокультурных


препаратов и жестко ограничивают присутствие в препаратах «посторонних». В производстве
кисломолочных продуктов, для закваски которых применяются монокультурные препараты,
допускается с большой натяжкой присутствие «посторонней» микрофлоры. Но природные
симбиотические комплексы невозможны без присутствия «посторонней» микрофлоры! Для их
производства требуются новые (отдельные) технологические регламенты.

По свидетельству ведущих ученых США, за последние 50 лет количество больных сепсисом


увеличилось в 10 раз. На вооружении медиков находится огромный арсенал сильнейших
антибиотиков, способных уничтожить в организме человека всех живых микробов, а летальность
от сепсиса доходит до 70%.

По данным Пермского института экологии микроорганизмов можно свидетельствовать, что


медицинская катастрофа уже состоялась. За 50 лет борьбы с бактериями человечество
воспроизвело и пустило в свет таких бактериальных мутантов, которых в природе еще не было.
Вмешательством в микромир с антибиотиками - оружием, подобным атомному в макромире,
-человек нарушил очень хрупкое равновесие в природе,

создававшееся десятками, сотнями тысяч лет. Чтобы создать такое равновесное состояние между
макро- и микроорганизмами, потребовалось пройти естественный отбор, в ходе которого, но всей
вероятности, вымерла не одна человеческая линия. В человеческой популяции сохранились
только самые приспособленные особи, которым удалось создать экологические системы и
иступить и симбионтные отношения с некоторыми представителями огромного микромира.
Именно только некоторые представители микромира стали сожителями организма человека и
расселились в определенных экологических нишах: кишечнике, гениталыюй области,
лимфатической системе. С тех пор посторонним микроорганизмам вход в эти зоны был закрыт -
это был взаимовыгодный симбиоз макро- и микроорганизмов. Симбиоз прокариотов и
эукариотов. Симбиоз, сформировавший иммунитет, достаточный для выживания и тех, и других.
Дисбактериоз (дисбиоз) есть нарушение иммунитета. Степень дисбактериоза измерима, она
соответствует степени аутоиммунных или дегенеративных изменений. Прав А.П. Лебедев,
утверждая, что существуют не тысячи видов болезней, а только два:

1. Аутоиммунные болезни — это болезни повышенного иммунитета: ангина, грипп, пневмония,


туберкулез, бронхиальная астма, волчанка, корь, ветрянка, свинка, почти все кожные
заболевания, отит, плеврит. Символ воспаления - женщина, ребенок.

2. Дегенерационные болезни — это болезни пониженною иммунитета: холецистит, пиелонефрит,


ишемическая болезнь, стенокардия, диабет, рак, СПИД, инсульты, инфаркт, опухоли, гепатиты
группы С, Д, Е и др., герпес, инфекционные заболевания, давно существующие и перешедшие в
хронические, моноиуклеозы. Символ дегенерации — это мужчина, пожилой человек. Если у
женщины «мужские» болезни — это говорит о серьезных нарушениях в иммунной системе. И
наоборот, трудно лечить мужчину с «женскими» заболеваниями.

Если аутоиммунное заболевание сменилось дегеперационным, значит стратегия лечения была в


корне неверной, это говорит о серьезном вмешательстве в симбиоз и соответствующем
иммунодефиците.

Обычно дисбактериоз воспринимается как эфемерное понятие, при этом забывается, что любое
инфицирование, его проявление – это и есть дисбактериоз (дисбиоз). Микробы в макроорганизме
образуют на полевом уровне устойчивые кластеры двух видов, соответственно влияющих на
гуморальный или клеточный иммунитет. Логично предположить, что в основе «гуморальных»
кластеров лежат и (или) контролируют их такие неболезнетворные симбионты, как
молочнокислые палочки, бифидобактерии, молочнокислые стрептококки и др., а в основе
«клеточных» кластеров лежат и контролируют их условнопатогенные эндосимбионты. Симбиоз
внутри кластеров должен быть антагонистическим, по принципу «охотник - жертва». Мало
«охотников» - много «жертв», инфекционный процесс генерализуется. В свою очередь, оба вида
кластеров взаимно влияют друг на друга, поддерживая систему в динамическом равновесии.

Антибиотикотерапия тем и опасна, что подавляет все составляющие кластеров, и тех, которые
контролируют равновесие, и тех, которые разрушают это равновесие. Восстановится ли
равновесие - дело случая. Судьба макроорганизма при такой терапии непредсказуема. Чем
мощнее антибиотикотерапия при сепсисе, например, тем меньше гарантий на выживание.
Лечение же должно быть максимально гарантированным, застрахованным от неудач.

В одной из научно-исследовательских клиник собрали интересный материал по 12 больным,


которых там лечили от туберкулеза современными средствами. После завершения лечения у них
наблюдались такие болезни: у женщин - фиброма матки, мастопатия; у мужчин - заболевание
предстательной железы, щитовидной железы. У всех были проблемы с желудком, кишечником,
печенью, почками. У семи из двенадцати обнаружились разные виды опухолей. Все больные
просили вернуть их в прежнее состояние, пусть даже с туберкулезом. При искусственном возврате
в аутоиммунное состояние почти все приобретенные в результате лечения болезни исчезли.
А.П. Лебедев считает, что лучше оставлять больного в зоне той болезни, какую он имеет. Если это
аутоиммунное заболевание,

то лучший выход поменять болезнь на более легкую, но из .этой же аутоиммунной зоны. По


возможности без применения сильных иммунодепрессантов. И это правильно. Важнее сохранить
хоть какое-то прежнее равновесие экосистемы, чем разрушить его окончательно. К новому
равновесию, если суждено, организм придет ценой других заболеваний, хорошо если, не рака,
например. Рак такой же случайный выбор организма на пути к равновесию как и другие болезни.
Мутации всегда количественно и качественно направлены. Но не теми целями, которые им
навязывает человек, а стремлением к статическому или динамическому равновесию. Мутации
закономерно увеличивают свою частоту так, как это нужно для восстановления равновесия. Бели
равновесие обеспечивается, например, переходом от аэробного гликолиза к анаэробному, то этот
переход с высокой вероятностью при наличии условий состоится. Тайны рака в таком понимании
ист. Образование раковой клетки связано с обычными биологическими процессами, которые при
клеточном делении проходят в условиях отсутствия кислорода. Генный аппарат клетки в этом
случае включает «аварийный» бескислородный путь обмена.

Курунголечение восстанавливает и усиливает контроль молочнокислых палочек, молочнокислых


стрептококков, бифидобактерии над первым кластером микроорганизмов, формируя
гуморальный иммунитет. Хотя симбиотический комплекс курунги в составе «гуморального»
кластера контролирует восстановление «клеточного» кластера, в конечном итоге, не может
заменить исчезнувшие в результате антибиотикотерапии эндосимбионты «клеточного» кластера.
В этих случаях необходимо дополнительное введение в организм других симбионтов, в первую
очередь, бетта-гемолитического стрептококка группы А, аттенуированного штамма в составе
препарата Pyrotat. До введения в лечебную практику антибактериальных препаратов феномен
бессимптомного носительства гемолитических стрептококков группы А отмечался у 80%
населения Земли, что фиксировалось высокими титрами антител к его антигенам в крови людей.
Перечень энзимов, продуцируемых важнейшим эндосимбионтом приводится ниже.

Перечень энзимов, продуцируемых бетта-гемолитическим стрептококком группы А ( по Мс.


Corthy)

№ п/п

Энзимы (биокатализаторы)

Принимают участие в биохимических процессах в организме человека и ускоряют реакции

Стрептокиназа

Активатор фибринолитической системы плазмина. Немедленное растворение выпадающего из


тока крови фибрина. Поддерживает постоянно в кровеносных сосудах жидкое состояние крови,
улучшает ее реологию
2

Стрептококковая протеиназа

Растворяет цитоплазматические структуры раковых клеток

Стрептококковая эсте-раза и липопротеиназа

Ускоряют реакции этерификации жиров и разложение холестерина

Стрептококковая амилаза и сахаролитические энзимы

Разлагает углеводы, в том числе глюкозу, сахарозу, лактозу до С02 и воды

Стрептококковая дезоксирибонуклеаза А, дезоксирибонуклеаза В, дезоксирибонуклеаза С,


дезоксирибонуклеаза D

Обеспечивают процесс фрагментарного расчленения вирусной нуклеиновой кислоты ДНК и дегра-


дацию вирионов в диапазоне рН 6,8-8,0

Стрептококковая рибонуклеаза

Лизис вирусной РНК

Стрептококковая гиалуронидаза

Растворение тканевой гиалуроновой кислоты

Стрептолизин-S

Деградация раковых клеток

Стрептолизин-0
Гемолиз эритроцитов (деградированных)

10

Эритрогенный токсин

Участие в реакции гиперчувствительности замедленного чипа

Утрата бактериальных иммуностимуляторов приводит к недоразвитости и неполноценности


иммунной системы, что выражается в туберкулезной эпидемии от противотуберкулезной вакцины
БЦЖ. Ослабленный штамм туберкулезной вакцины при нормально сформированной иммунной
системе раньше вызывал положительный иммунный ответ, защищая организм от инфицирования.
Теперь же, при неполноценной иммунной системе, даже этот безобидный когда-то штамм стал
опасен.

Но самое печальное, что ожидает нас при утрате эндосимбионтов – эпидемии новых вирусных
ВИЧ-инфекций или подобных им.

Состояние иммунодепрессии с проявлением первичного иммунодефицита и недоразвитости


иммунной системы в процессе онтогенеза, вызванное утратой эндосимбионтов, -основное
условие для появления вирусов с новыми свойствами. Стрептококки группы В, населявшие
крупный рогатый скот, продуцируют комплекс энзимов, подобный комплексу энзимов
стрептококков группы А, только не продуцируют фибринолитический энзим стрептокиназу,
специфичный только для организма человека. При стойловом содержании животных в качестве
добавок вводятся в корма антибактериальные препараты, что снимает у них бактериальную,
противовирусную и противопреоновую защиту.

«Коровье бешенство» как масштабное биологическое явление свидетельствует о той большой


опасности, которой подвергает себя человечество с потерей своего нормального бактериального
микробиоценоза. Происшедшую трагедию можно оценить как запланированный эксперимент,
поставленный человеком для определения своего будущего.

Технология домашнего приготовления ЭМ-курунги и ее производных

1. Приготовление первичной закваски.

Одну дозу (2 гр) сухой ЭМ-курунги высыпать в небольшую бутылочку или флакон (100-200 мл),
залить доверху пастеризованным или стерилизованным молоком (жирностью 0,5 -2,5 %), закрыть
плотно крышкой и хорошо перемешать встряхиванием флакона. Выдержать сутки при комнатной
температуре. Частое встряхивание способствует равномерному распределению микроорганизмов
в закваске.

2. Приготовление целебного напитка.

Через сутки закваску перелить в литровую банку, добавить доверху молока и 1 чайную ложку
меда. После расслоения напитка на плотный сгусток и сыворотку (через сутки-двое) напиток
можно употреблять, оставляя каждый раз пол-банки ЭМ-курунги и добавляя до верху молока. Эту
процедуру можно повторять в течение 2-4 недель, затем лучше приготовить новую закваску. По
возможности используйте для приготовления курунги сепарированное парное молоко. При этом
напиток очень долго не теряет своих лечебных свойств - до 2-4 месяцев.

Правильно приготовленная курунга представляет собой пенистый напиток кисловато-винного


вкуса со своеобразным ароматом. Перед употреблением расслоившуюся курунгу следует
перемешать. Для снижения кислотности можно добавить немного молока. Но лица с I и II группой
крови, как правило, плохо переносят молоко, поэтому лучше употреблять закисленную курунгу, в
которой лактоза и молочный белок уже переработаны микроорганизмами. Для раскисления в
этом случае лучше добавить воду, а также сахар или мед.

Для тех, кто не очень-то жалует кисломолочные напитки, можно готовить курунговую медовуху.
Это самый простой способ выращивания микробного комплекса не на молоке. На три литра
теплой кипяченной воды добавить 3 столовые ложки меда и полстакана курунговой сыворотки,
полученной путем фильтрации курунги через плотную ткань. Через каждые сутки брожения при
комнатной температуре добавлять еще по 1 столовой ложке меда.

На 3-4 сутки медовуха будет готова к употреблению. Принимать но стакану за 20 минут до еды.
Для людей с I и II группой крови курунговая медовуха - прекрасная замена молочнокислого
напитка.

Обычная схема применения курунги: детям от 1 года до 5 лет 4-5 раз в сутки, всего 100-200 мл.
Детям постарше и взрослым по стакану в день перед едой (утром или вечером). При лечении
бронхо-легочных заболеваний, особенно туберкулеза, при простых хронических инфекциях
суточную дозу курунги или курунговой медовухи лучше увеличить до 1,5 литров. При наружных
гнойных заболеваниях эффективны маски, прочие аппликации, спринцевания сывороткой и т.д.

Для лиц с Ш и IV группой крови курунга может быть основным продуктом в рационе (без
ограничений).

Полезные советы:

При употреблении курунги впервые во избежание диспепсии в первые 1-2 дня ограничить
разовый прием в пределах % или Vi стакана.

Во избежание неприятного запаха посуду из под курунги необходимо менять еженедельно.


Запах появляется не от самой курунги, а от краев банки и крышки, где без доступа к свежему
молоку (питанию) происходит аутолиз (разложение) дрожжей.

Для разнообразия из курунги можно приготовить высокопитательный продукт (особенно для


истощенных больных) под названием арса. Этот напиток готовится следующим образом: на 2
стакана курунги добавляется 3 стакана воды и 3 столовые ложки муки, тщательно перемешивается
и варится на слабом огне 10 минут после закипания. Перед выключением добавляется 1-3
столовые ложки сметаны, щепотка соли. Употреблять лучше зимой в горячем, летом в холодном
виде, дозы не ограничены.

Окрошка из курунги гораздо полезнее, чем из кваса. Рецеш приготовления обычный для
окрошки, только вместо кваса применяется сыворотка курунги или курунговая медовуха.

Для целенаправленного лечения можно готовить курунговый экстракт различных трав.


Например, при тяжелом дисбактериозе, сопровождающем туберкулез, обычно назначается отвар
из следующих трав:

Ромашка, цветы - 2 части

Шалфей, листья - 1 часть

Мать-мачеха, листья - 2 части

Календула, цветы - 5 частей

Березовые почки - 2 части

Брусничный лист - 2 части.

Этот же сбор с большим успехом можно использовать для экстрагирования его лечебных веществ
курунгой. Для этого на 1 литр свежей курунги используется 1 столовая ложка сбора и настаивается
в марлевом или капроновом мешочке непосредственно в напитке. Курунговый экстракт
употребляется по обычной для курунги схеме. Каждую неделю мешочек со сборами трав меняется
на свежую.

Таким образом можно использовать любые травы или сборы, задавая курунге определенные
лечебные свойства, которыми обладают эти травы.

Доктор медицинских наук П.Шаблин

Оценить