Вы находитесь на странице: 1из 6

«Буря» Уильям Шекспир

Истоки сюжета трагикомедии

Завязка пьесы – буря – была подсказана Шекспиру природной стихией,


разбившей в 1609-м году английскую эскадру под руководством адмирала
Дж. Сомерса около Бермудских островов. Вышедшее год спустя описание
экспедиции, изобиловавшее страхами насчёт населявших чужие земли ведьм
и дьяволов, послужило основой для волшебной природы острова
Калибана/Просперо.

Жанровая специфика пьесы

Одна из самых коротких пьес Шекспира впервые увидела свет в 1611-м (на
театральных подмостках) и напечатана в фолио (собрании пьес) в 1623-м
году. По мнению ряда исследователей, она имеет вставки не принадлежащие
перу английского драматурга (маскарадное действо + эпилог), но большая
часть литературных критиков всё-таки склоняется к тому, что небольшой
размер пьесы был обусловлен её функциональной принадлежностью – для
придворного театра.
Сюжетная основа «Бури», скорее всего, восходит к недошедшей до нас
старой английской пьесе, в которой упоминался сверженный волшебник, его
дочь, подчинённый дух, дикий человек и княжеский сын. Подтверждением
данного факта является немецкая драма «Прекрасная Сидея»,
принадлежащая перу Якоба Айрера, увидевшая свет в конце XVI – начале
XVII века. Сюжетное сходство пьес двух незнакомых друг с другом авторов
позволяет сделать вывод о наличии общего для них литературного
источника.

Особенности сюжета и композиции


"Буря" - единственная драма Шекспира, в которой соблюдены все три
классических единства - действия, места и времени. Это, однако, возникло не
от искусственного приурочения событий к определенному месту и времени,
а как естественное следствие принципа, положенного Шекспиром в основу
сюжета, - сосредоточения всего действия к моменту развязки, как это имеет
место в некоторых классических образцах античной драмы.

Сюжетная основа «Бури», скорее всего, восходит к недошедшей до нас


старой английской пьесе, в которой упоминался сверженный волшебник, его
дочь, подчинённый дух, дикий человек и княжеский сын. Подтверждением
данного факта является немецкая драма «Прекрасная Сидея»,
принадлежащая перу Якоба Айрера, увидевшая свет в конце XVI – начале
XVII века. Сюжетное сходство пьес двух незнакомых друг с другом авторов
позволяет сделать вывод о наличии общего для них литературного
источника.
Центральной движущей силой «Бури» является её главный герой –
миланский герцог Просперо. Могущественный благородный волшебник
пользуется своими магическими способностями для того, чтобы
восстановить справедливость: вернуть себе власть и привести обидчиков к
покаянию. Просперо не ставит перед собой цели – отомстить. Гораздо
больше его привлекает идея христианского всепрощения и последующего
отказа от волшебства. Восстановление справедливости Просперо
разыгрывает с помощью воздушного духа Ариэля и подчиняющихся ему
более мелких духов, которые могут становиться невидимыми или принимать
разнообразные облики животных (к примеру, гончих псов, терзающих
укравших разноцветные одежды Тринкуло и Стефано) и божеств (нимфы,
Ирида, Юнона, Церера). Волшебник точно знает, как и что нужно делать, для
того, чтобы проявить в людях их наиболее яркие качества: любовь к сыну
короля Алонзо, благородство принца Фердинанда, верную службу старого
советника короля Гонзало, преступную подлость брата короля – Себастьяна и
собственного брата – Антонио, пьяные выходки королевского дворецкого
Стефано и придворного шута Тринкуло.
По приказу Просперо Ариэль топит возвращающийся из Туниса королевский
корабль, остатки которого вместе с моряками отправляет на стоянку к
Бермудским островам, и рассеивает по острову королевскую свиту на три
части, каждой из которых устраивается свой вид испытания:
Фердинанд встречается с дочерью Просперо – красавицей Мирандой,
влюбляется в неё и проходит тест на верность отцу (волшебник искушает его
возможной властью), трудолюбие (принц носит тяжёлые брёвна в качестве
«урока» от Просперо) и уважение к будущей жене (данный Фердинандом
обет не нарушать девической чистоты Миранды до свадьбы).
Себастьяну и Антонио подстраивается возможность убить во сне короля
Неаполя – Алонзо с тем, чтобы первый смог захватить власть над страной, а
второй избавиться от податей в королевскую казну и получить в своё
единоличное владение Милан.
Королевский шут Тринкуло и дворецкий Стефано используются Просперо
для отвлечения внимания Калибана и окончательной проверки последнего на
признательность воспитавшему его человеку.
Фердинанд с честью выдерживает испытание. Свои волшебные силы
Просперо применяет к нему только на начальном этапе, когда показывает
принцу его невозможность к сопротивлению.
Преступление Себастьяна и Антонио в решающий момент предотвращается
Ариэлем, который в начале погружает короля со свитой в непробудный сон,
а затем резко приводит в чувство.
Покушение на жизнь Просперо Калибана в начале отодвигается обманным
манёвром (Ариэль заводит Стефано с Тринкуло в болото), а затем снимается
с помощью обычных тряпок, привлекающих внимание мелких придворных
своей красотой и многоцветьем.
Все трагические моменты пьесы к финалу получают счастливую развязку:
Алонзо и Гонзало избегают смерти, Фердинанд получает в жёны Миранду,
разбитый в щепки корабль восстанавливается, Алонзо и Фердинанд узнают о
чудесном спасении друг друга, Просперо возвращает власть над Миланским
герцогством и даже Калибан в качестве единственного наказания получает
задание навести порядок в пещере.
Просперо от души прощает всех: он берёт только то, что принадлежит ему по
праву, и не мстит ни предавшему его брату, ни его соучастнику – королю
Неаполя Алонзо. Волшебник не выдаёт и нового преступления – покушения
на убийство Себастьяна и Антонио: он только предупреждает героев о том,
что знает их дурные помыслы.

Система образов

Все герои в “Гамлете” возникают непосредственными участниками


драматургического действа и могут быть объединены в своеобразные пары за
признаками как похожести, так и антагонистичности. Тем не менее единение
или противостояние героев трагедии есть подвижным, ситуативным и
происходит по признакам родственных связей, общих интересов или
позиций.

Условно первую завязку отношений на поле драматического конфликта


будут представлять Клавдий и Гертруда. Мать и дядя главного героя
трагедии - правители, которые узурпируют власть хотя, за традиционной
интерпретацией, Гертруда чаще всего воспринимается как невольная жертва,
и Гертруда, и Клавдий могут выступать как антиподы.

Вторую - Полоний и Озрик. Канцлер Датского королевства, который


находится на верхушке феодального общества, плохая копия талантливого
интригана, соединяются в готовности выполнить любой приказ власти, не
забывая о своей пользе.

Третью - Офелия и Лаэрт - дочь и сын Полония, чья судьба непосредственно


связана с поступками Гамлета. По традиционной версии, Офелия и Лаэрт -
жертвы, марионетки или невольные прислужники власти.

Четвертую - Горацио.. Розенкранц и Гильденстерн - товарищи Гамлета по


обучению в Виттенбергском университете. В перечне действующих лиц
Горацио указан как друг принца. Он всегда рядом с ним, кроме тех моментов,
когда появляются Розенкранц и Гильденстерн. Этих героев принц так же
считает своими друзьями, тем не менее, по мнению зрителей (читателей), они
принимают сторону власти и становятся исполнителями ее приказов. Почти
полное отсутствие персонификации признаков дает возможность
воспринимать их как одного героя.
Пятую - принц Фортинбрас. Гамлет не встретится с ним на сцене, однако
ощущение того, что Фортинбрас является своеобразным двойником главного
героя, не исчезает. Некоторые события жизни норвежского принца
совпадают с историей принца Гамлета (как, кстати, и с историей Лаэрта), тем
не менее жизненные приоритеты каждый определяет по-своему. В реальном
пространстве трагедии Фортинбрас может быть парой своему отцу, убитому
королем Гамлетом, самому Гамлету и Лаэрту

Вне системы реально действующих героев остается персонаж, который


инспирирует завязку главной сюжетной линии. Это Призрак, Тень отца
Гамлета. Сфера реализации этого персонажа ограничивается общением с
Гамлетом, Призрак подталкивает принца Гамлета к активным действиям.
События, которые состоялись к началу спектакля, переводятся в плоскость
морального выбора и побуждают героя к определению приоритетов бытия, к
поискам и утверждению, даже ценой жизни, новой системы ценностей

Тем не менее, исследователями рассматривается и другой вариант


возможной схематизации образной системы трагедии: Гамлет - два короля
(Гамлет, Клавдий); Гамлет - две женщины (Гертруда, Офелия); Гамлет -
молодые вассалы, которых принц считает друзьями (Горацио, Розенкранц-
Гильденстерн); Гамлет - сыны-мстители (Фортинбрас, Лаэрт).

За любым вариантом рассмотрения трагедии роль второстепенных


персонажей в понимании событий, мыслей и поступков главного героя есть
значащей, а раскрытие многогранности художественной плоскости
произведения было бы невозможным без учета своеобразных скрещений
мыслей и позиций главного и второстепенных героев. “Между персонажами,
- читаем в литературном комментарии В. А. Аникста, - просматриваются
нити связи. Ничего в трагедии не изолировано, все взаимосвязано,
человеческие судьбы скрещиваются, и Гамлет не только то, что он есть сам
по себе, но и какой он в своих отношениях с другими”.

Основные проблемы и мотивы в трагикомедии


Основной конфликт в пьесе состоит в том, что воля, стремления, характер
каждого действующего лица, включая и фантастические персонажи,
приходят в столкновение с волей Просперо. Он оказывается нравственным
судьей каждого, направляя и исправляя присущие любому из них
стремления. Даже Миранда по-своему вовлечена в этот конфликт. Ее любовь
к Фердинанду также оказывается под нравственным воздействием
Просперо.
Помимо личных конфликтов в «Буре» поднимается и актуальная для
Великобритании XVII века проблема колонизации: Калибан воплощает в
пьесе собирательный образ дикарей, Просперо и Стефано – колонизаторов.
Первый учит «чудовище» говорить на своём языке, но в ответ не получает
никакой благодарности: Калибан не желает подчиняться, не понимает,
почему не может получить Миранду, но чётко осознаёт, что освоение нового
языка – не такое уж и большое благо, ведь у него до появления Просперо был
и свой язык, и свой остров. Стефано поступает проще: он покупает
привязанность дикаря с помощью вина. Калибан в начале поддаётся влиянию
алкоголя, но со временем понимает, что принимал за божество обычного
человека. Он вновь переходит под власть Просперо, но всё так же не из
чувства благодарности за приобщение к цивилизации, а из-за страха быть
побитым духами.

Фантастический компонент в пьесе

Как и другие романтические драмы последнего периода деятельности


Шекспира, "Буря" сочетает смелый художественный вымысел с жизненной
правдой. В пьесе очень сильны элементы фантастики, но современный
Шекспиру зритель ощущал это в неизмеримо меньшей мере, чем мы, и
воспринимал то, что нам кажется только вымыслом, иначе. Далекие миры,
которые открывали в ту эпоху мореходы и путешественники, были окружены
ореолом необычности. Даже то реальное, что видели посетители дальних
стран, в глазах англичан было фантастически необыкновенным. Поэтому
любой небылице легко верили. Вспомним еще раз рассказ Отелло в
венецианском сенате о тех приключениях, которые он пережил на суше и на
море, и мы без труда представим себе, как воспринимались описания
путешествий современниками Шекспира. Все кажущееся нам теперь
фантазией тогда воспринималось как правда, но не житейская, а правда о
странных и необыкновенных явлениях.

Черты маньеризма в пьесе

Тема сна в «Буре» Шекспира предоставляет возможность увидеть, как на


смену маньеризму приходит барокко. В «Буре» драматически
двойственными оказываются и природа, и «естественный человек», и
социум, и культура. В барочных драмах реальность часто уподобляется сну, с
ужасом которого борется пробуждающееся нравственное сознание. Однако
если оно побеждает, его торжеству сопутствуют трагические ноты

Стилевые особенности пьесы


По своему стилю и общему характеру (принадлежность к жанру
трагикомедиии определяемая этим пышность и живописность) "Буря"
относится кпоследнему периоду творчества Шекспира, тесно примыкая к
"Периклу","Цимбелину" и "Зимней сказке". Шекспир творил здесь
свободнее, чем когда-либо с тех пор, как он написал «Сон в летнюю ночь».
Пьеса проникнута лирикой и патетикой, что позволяет Шекспиру сильно
воздействовать на эмоции читающего, пробудить чувства, которыми
проникнуто произведение.
Из всех драм Шекспира "Буря" является наиболее символическим
произведением. Персонажи здесь почти лишены индивидуальности, ибо для
действия в целом они нужны не как личности, с ярко выраженным
индивидуальным характером, а в качестве воплощения неких общих
типичных черт. Поэтому злой человек в таком сюжете всегда не только
данное лицо, но и зло вообще, точно так же, как добрые представляют
обобщенное воплощение положительных нравственных качеств.
В “Буре” особая роль принадлежит музыке, звучащей для того, чтобы
усыплять или пробуждать, "странная и торжественная музыка" на пиру,
"нежная музыка" во время бракосочетания и "торжественная музыка",
звучащая, когда Просперо погребает в землю волшебный жезл, чтобы
заворожить двор. В пьесе звучат стоны бури, гром и собачий лай. Музыка
ассоциируется со злобой Калибана, честолюбием Антонио и скорбью
Фердинанда об отце. В сценах с Просперо и Мирандой, Фердинандом и
Мирандой, Гонзало и Алонзо музыки больше, чем в других эпизодах. Она
передает наиболее ярко главные эмоции, чувства и даже черты характера
персонажей. Пьеса проникнута лирикой и патетикой, что позволяет
Шекспиру сильно воздействовать на эмоции читающего, пробудить чувства,
которыми проникнуто произведение.
Основной особенностью “Бури” является сочетание прозы и стихов. Зачастую
прозой говорят персонажи простые — простые не обязательно по рождению,
но и по душевному складу. К таким персонажам относится Себастьян.
Примечательно, что во второй сцене первого акта Стефано и Тринкуло
говорят прозой, тогда как Калибан, чудище, — стихами. Данный способ
написания произведения позволяет подчеркнуть различия между
персонажами, разделить их на некоторые ранги.