Вы находитесь на странице: 1из 20

Военная тактика Викторио.

(по книгам Р. Уотта)

Глубоко разочарованный ген. Шеридан отметил 22 октября 1879года, что «их тактика состоит в
том, чтобы атаковать и грабить какой-то пункт, а затем они разлетаются веером, как
перепела и встречаются снова, в какой-нибудь другой отдаленной точке, поэтому нашим войскам
чрезвычайно трудно захватить и наказать их. Эта техника фигурирует в отчетах от каждого
уровня командования в армии США. Апачи обычно пытались рассеять своих преследователей,
однако иногда они сражались в арьергарде, выигрывая время, чтобы позволить уйти основной
группе с женщинами и детьми, либо воинам, угнавшим скот.
…Бьюэлл пришел к выводу, что если бы Паркер последовал его указаниям, и отступал бы медленно до тех пор,
пока не подойдет подкрепление из форта Каммингс, то они смогли бы уничтожить апачей. Этот вывод явно
ошибочен. Подкрепление из Каммингса шло по следу Паркера. Викторио получил бы четкое предупреждение о
приближении превосходящих сил, и апачи просто рассеялись бы, перед лицом такой опасности. Бьюэлл признал,
что операция против апачей близ форта Каммингс нарушила его планы по координации своих передвижений с
передвижениями Терразаса и Карра, с тем чтобы напасть на Викторио в Мексике. Тем не менее, свежий след,
ведущий в Мексику, мог дать ему шанс напасть на Викторио. Через несколько дней после возвращения в форт
Каммингс, Бьюэлл послал капитана Бейера с примерно таким же количеством кавалеристов и 50-тью
разведчиками-апачами в горы Потрилло. Они должны были установить точное место, где апачи пересекли
границу. Бейер отыскал пункт пересечения границы, отправил свою команду в Форт Блисс и доложил об этом
Бьюэллу по телеграфу. Теперь у Бьюэлла был четкий след в Мексику, который позволит ему следовать указаниям
генерала Поупа, относительно пересечения границы. Эти нападения в Нью-Мексико, начале сентября 1880 года,
количество вовлеченных воинов и боеприпасы, которые они израсходовали, предполагают, что Викторио все еще
имел большое количество последователей, и хорошо обеспечен боеприпасами в то время. Тем не менее,
перестрелка Викторио с Паркером, возможно, значительно сократила количество его боеприпасов. Со своей
стороны, апачи, по-видимому, знали об угрозе, которую представлял гарнизон Бьюэлла в форте Каммингс, и
тщательно разведали все пограничные земли в районе гор Флорида. Два разведчика, то ли англо-американского,
то ли мексиканского происхождения, вернулись в Форт Блисс и доложили, что Викторио теперь базируется
неподалеку от лагуны Гузман. По возвращении они прошли через горы Потрильо и обнаружили явные
доказательства того, что апачи посылают небольшие отряды к самым высоким точкам этого хребта, просто чтобы
следить за вражескими войсками, пробирающимися на юг, в Мексику. (стр. 298, документ № 116.) Смысл этой
информации заключался в том, что если у Викторио были разведчики, занимающие самые высокие точки гор
Потрильо, то любая попытка переместить крупные силы США на юг к его позиции, была бы быстро замечена.
Оставшейся загадкой остается вопрос о том, что Викторио делал в горах Гудсайт в начале сентября 1880? Почему
тогда апачи напали на дилижанс? И зачем он вообще устроил засаду на Паркера? Во-первых. То, что Викторио
там был лично, подтверждалось и количеством воинов, принимавших участие в этом бою. Кроме того, архивы
из резервации мескалеро, собранные Бьюэлом в ноябре 1880 года в форте Стэнтон, включают интересный отчет
и вдовы Кабальеро, который был застрелен Викторио во время спора, где-то в сентябре, в горах Потрильо. Горы
Гудсайт являются северо-западным продолжением хребта Потрильо. Присутствие Викторио в горах Гудсайт
можно было объяснить несколькими возможными причинами. Дилижанс был атакован группой от 10 до 15
апачей, но они неожиданно получили достойный отпор, включая прибывшее подкрепление из Каммингса. Эта
группа воинов отвлекла внимание от другой, более большой группы. Викторио проделывал подобное и в
прошлом, как успешно (Нью-Мексико, январь-октябрь 1880), так и безуспешно (Техас, июль-август 1880). Он,
возможно, собрал своих людей вместе в горах Потрильо и Гудсайт, готовясь к такому маневру, но быстрая контр-
атака армии сорвала его план. Таким образом, большое облако пыли, замеченное Дадли в направлении
мексиканской границы, возможно, было оставлено людьми Викторио из второй группы, отступающими через
границу от Потрилло, в то время как основная группа воинов, возможно, рассеялась как в Потрилло, так и вниз в
Мексику, перед основной группой. Во-вторых, мы знаем, что к сентябрю 1880 года у апачей осталось
относительно мало боеприпасов. Предполагалось, что попытка Викторио пройти через пикеты Гриерсона в Техасе
вызвала нехватку боеприпасов, хотя бой Паркера 7 сентября в Нью-Мексико, по-видимому, противоречит этому
предположению. Тем не менее, показания апачей и пара отчетов разведчиков указывают на то, что у людей
Викторио не хватало боеприпасов уже с середины сентября 1880 года. Итак, зная, что у них есть еще неплохие, но
уже реально тающие боеприпасы, могли ли апачи попытаться заманить небольшой отряд капитана Хейла в
засаду, не обязательно с целью вызвать гибель его людей, но чисто в попытке захвата резервных боеприпасов
его роты? Археологические свидетельства с апреля 1880 года показывают, что люди Викторио использовали
большое количество винтовок и карабинов Спрингфилда, чьи патроны 45:70 и 45:55 были взаимозаменяемы.
Пехотинцы Лэйла, вероятно, были вооружены винтовками Спрингфилда, так что их вполне можно было считать
заманчивой мишенью. Войска Паркера, которые также, вероятно, были вооружены револьверными карабинами,
возможно, представляли такую же цель. Могла ли эта небольшая группа апачей быть использована в попытке
заманить отряд армии США в ситуацию, когда другая, гораздо большая группа апачей могла бы отделить их от
резервных боеприпасов, которые были упакованы в тюках, на мулах и лошадях? В-третьих, мог ли Викторио,
знавший о том, что Бьюэлл усиливает войска, просто проверить готовность его войск, в непосредственной
близости? Найдя ответ на все вопросы даже быстрее, чем ожидалось, апачи отступили и остановили начальное
преследование по своим следам. В Мексике у них было время, чтобы проанализировать ситуацию. Наконец, мог
ли Викторио попытаться втянуть значительное количество американских войск в тщетную погоню через горы
Потрильо, через страну песчаных холмов в северной части Чиуауа, для засады в горах к северу от лагун Гузман и
Санта-Мария? Это хорошо сработало для него в октябре 1879 года, когда он, наконец, победил майора Морроу и
вынудил его прекратить преследование. Если бы это могло повториться, то Викторио смог бы провести своих
последователей в безопасные зимние квартиры в горах Black Range, San Mateo и Mogollon. Несмотря на то, что
Трапп дал превосходный отчет об экспедиции полковника Хоакина Терразаса, анализ автора мотивации Викторио
во время этой кампании, открыт для оспаривания. Экспедиции США и Мексики предполагали, что Викторио
отступил на восток. Трапп интерпретирует этот шаг как библейский исход на верную гибель. Однако причина, по
которой Викторио двинулся на восток и, как мы видим, далее - на юг, заключалась в том, что он пытался избежать
сил как Буэлла, так и Терразаса. Это, конечно, не означало предопределенной гибели или судьбы: скорее, это был
маневр, рожденный мрачной необходимостью. Поскольку у него было так мало боеприпасов, что он не мог нести
ответственность за сопровождающих его лиц, он мог позволить себе попытаться прорваться через свободный
кордон, идущий с юго-запада на Рио-Гранде и на северо-восток. В действительности, Викторио пытался
ускользнуть на юг, а затем на запад к святилищу в Сьерра-Мадре. Кайвайкла заявляет, что перед Трес-
Кастильос его бабушка сказала ему, что они отправляются в Сьерра-Мадре, или «землю Ху», как она
называла эти горы. Кайвайкла был непреклонен в том, что Викторио, Нана и другие воины очень
беспокоились о том, в каком состоянии находятся боеприпасы, и отправили на их поиски большой
отряд своих младших воинов. Из-за нехватки патронов, даже и с полным комплектом воинов, группа
становилась опасно уязвимой. Уже при появлении мексиканцев было ясно, что финал этой встречи
может быть катастрофическим...
Есть подозрение, что рейд 6-8 сентября был неудачной попыткой продвинуться глубже в Нью-Мексико.
Этот план был сорван неожиданным количеством войск, сосредоточенных в форте Каммингс.
Кабальеро решил покинуть группу Викторио, бросив ему вызов, и потеряв веру в лидерство последнего. У
него имелось полное право воспользоваться этим вариантом, но, видимо, Викторио вызвал его на бой,
чтобы увести с собой прочих мескалеро. Разгоревшийся спор утих сразу, как только Викторио убил
Кабальеро, как было сказано в одном документе, «за неподчинение». Викторио, должно быть, также
знал, что его авторитет, как лидера его народа, мог быть несколько подорван неудачными боями против
разведчиков апачей в конце мая 1880 года, и Десятой кавалерии в июле-августе 1880 года, что почти
наверняка могло заставить его потерять поддержку своих союзников из мескалеро. Лучшее общее
решение на данный момент – это обойти оппозицию, а чтобы достичь этого, апачи, сумев проскользнуть
через очень слабую охрану гор Канделариа, будут пытаться избежать любого контакта со своими
врагами. Если их враги нашли след, то апачи должны были поддерживать достаточное преимущество,
чтобы одолеть врагов, которые их догоняли. Ключевым фактором в этой тактике было то, что апачи
старались поддерживать своих лошадей в максимально хорошем состоянии. Таким образом, Викторио,
однажды оставшись в стороне от своих врагов, предпочел разбить лагерь в течение нескольких дней у
надежного источника воды (Los Lagunas), прежде чем двинуться дальше, поскольку Терразас и Буэлл
двинулись на восток в поисках его группы. Если взглянуть на карту 16.1, то, по-видимому, апачи
путешествовали, вероятно, в отдельных группах, на восток и юг, посещая ряд водных источников и лагун
(Лагунас, Колорадо, Салуда, Эль-Куэрво, Гранде и, возможно, Эль-Уно; и Охо-дель-Карризо, и – в качестве
последнего отдыха – Трес-Кастильос). Посещение таких источников воды позволяло Викторио сохранять
своих собственных лошадей максимально свежими, так что, если любой из его врагов угадает его
местонахождение или обнаружит его след, апачи могли в любом случае обогнать своих
преследователей. При совершении набега на ранчо Саманьего, половина украденных лошадей была
отправлена на запад к горам Канделариа, а вторая - в сторону Сьерра-Ли-Фиерро, что соответствовало
общей тактике. В этот момент Викторио перемещал своих людей из Лагунас-де-Гузман и Санта-Мария к
горам Канделариа. По прибытии в горы Канделариа, их уже ожидали свежие лошади. Именно лошадям
Викторио уделял наибольшее внимание в этой войне, потому что от их состояния зависел исход
преследования. Одна группа отвлекает войска, вторая уводит лошадей и гонит их в определенное место,
куда позже подтягивается и первая группа с добытыми припасами, на загнанных животных, за которой
гонится по пятам вражеская кавалерия, тоже на уставших лошадях, и которая остается на месте, тяжело
дыша, ибо апачи вскакивают на свежих коней и уходят дальше, растворяясь в пустынной пыли на
горизонте…

Стратегия уклонения Викторио.

Викторио использовал расширенный вариант базового передвижного формирования в качестве


стратегической приманки, чтобы подорвать способность своих врагов преследовать апачей,
одновременно защищая свои семьи и материально-техническую базу. Он берет большинство своих
воинов и совершает рейды в одной части страны, что позволяет другой группе, состоящей в основном из
женщин и детей, с небольшим эскортом воинов, перебраться из своего нынешнего лагеря в новое место,
расположенное за много миль от района, атакованного Викторио. Таким образом, апачи сохраняли
целостность собственной «логистической базы», нацеливаясь на логистику своих противников. В январе
1880 года, когда Викторио и его последователи вернулись в Нью-Мексико из Чиуауа, они столкнулись с
проблемой уклонения американских войск, дислоцированных в южной части Нью-Мексико, для
перехвата апачей, если они попытаются вернуться в свои цитадели в США. В течение ноября и декабря
1879 года воины Викторио украли сотни лошадей и крупного рогатого скота в Чиуауа, а в январе 1880 года
он должен был доставить их в резервацию мескалеро, примерно в 30 милях к востоку от Белых Песков,
где они могли быть проданы недобросовестным торговцам, в обмен на винтовки и боеприпасы.
Викторио теперь использовал тот же метод стратегической приманки, чтобы привлечь американские
войска под командованием майора Альберта П. Морроу, 9-й кавалерии, для преследования своей группы
воинов на север, от Goodsight Mts до Black Range и до горы Кабальо, до Кучильо Негро и далее. 16
января Викторио провел короткую встречу в Канаде Аламоса с Эндрю Келли, который сообщит, что
вождь возглавлял около 60 хорошо вооруженных воинов. (Келли был переводчиком в старой
резиденции Викторио в Охо Кальенте, и также выступал посредником между Викторио и армией США в
феврале 1879года). После того, как погоня за Морроу началась, появилась вторая группа апачей и
направила свое большое и уязвимое стадо на северо-восток через район, только что освобожденный
армией, чтобы благополучно добраться до места назначения. От этой уловки был получен еще один
дивиденд: втягивание американских войск в длительное преследование по очень пересеченной
местности, измотало людей и коней этих перегруженных амуницией подразделений. Апачи могли бы
опередить солдат пешком, если это было необходимо, но если бы они были верхом на лошадях, то было
почти невозможно поддерживать их успешное преследование. Во время этого стратегического движения
Викторио решил устроить несколько показательных перестрелок, которые майор Морроу
интерпретировал как арьергардные действия по защите иждивенцев апачей - однако Викторио, по-
видимому, был совершенно не обременен ни семьями, ни добычей. Причиной, позволившей 9-й
Кавалерии оказаться втянутой в эти перестрелки, было создание иллюзии среди преследователей, что
при небольшом дополнительном усилии, победа окажется в их руках. Добившись своей главной цели-
отвлечь кавалерию от маршрута апачей и утомить их - воины могли рассеяться веером, в любое время по
своему выбору. К концу этого преследования редактор The Grant County Herald сообщил 21 февраля 1880
года, что: [Морроу] мужчины были оборваны, многие из них босиком, и почти половина из них были без
лошадей. Все были голодны и измучены. Офицеры и солдаты не отличались, а список больных
увеличивался с каждым днем. Команда, которая была на ходу постоянно почти в течение шести недель,
была не в состоянии продолжить кампанию. Последнее предложение имеет особое значение. Майора
Морроу высоко оценили за его настойчивость во время нескольких длительных преследований
Викторио в 1879 и 1880 годах – но на самом деле все эти проявления упрямой выносливости, приведшей
к полной усталости и небоеспособности, и было именно тем результатом, на который надеялся Викторио.

Охо Кальенте, 4 сентября 1879 г.

Апачи, как было известно, следили за противником в течение нескольких дней, чтобы выявить любые
уязвимые места в его обороне. 4 Сентября, 1879, Викторио и ряд воинов напали на табун лошадей,
принадлежащих роте Е, 9-й Кавалерии. Они убили пятерых мужчин охранявших 50 лошадей и 18 мулов,
и угнали все стадо, не потревожив остальной гарнизон. Они смогли сделать это, наблюдая за рутиной
коневодов терпеливо, и нанесли удар только тогда, когда стадо было вне поля зрения и слышимости для
остальной части гарнизона. Апачи отмечали, что каждый день лошадей и мулов выводили пастись все
дальше и дальше, вверх по долине от поста, и что когда стадо повернуло назад к Охо Кальенте, оно
прошло через участок на дальней стороне невысокого хребта, который был прорезан рядом арройос
(русла ручьев), спускающихся на более ровную землю. В то время как стадо гнали по склону хребта и
через эти арройо, погонщики устроились на ожидаемый апачами отдых, и именно в этот момент апачи
напали. Когда земля была обследована после нападения, было отмечено, что апачи разделились на три
группы. Первой, около 12-15 воинов, было поручено убить охранников, и они спрятались вокруг области,
где солдаты (которые были вооружены только револьверами) отдыхали. Другие спешившиеся апачи
были спрятаны вдоль флангов движения стада, чтобы гнать лошадей и мулов вниз по арройо. Третья
группа была спрятана в другом арройо дальше по горному хребту, чтобы развернуть всех животных,
которые попытаются вернуться в Охо -Кальенте. Считалось, что трое из пяти охранников были спешены,
когда апачи открыли огонь, в то время как двое мужчин, которые все еще были верхом, были выбиты из
сёдел, когда стадо пошло вниз по арройо. Следы показали, что, по крайней мере, некоторые лошади
пытались повернуть назад в сторону Охо- Кальенте, прежде чем верховые апачи отбили их, собрали в
стадо и погнали. У апачей было два часа форы над теперь уже практически пешим гарнизоном (на
одном оставшемся муле должен был быть послан курьер за помощью). Рота «E» не получала
подкрепления до декабря 1879 года, что не позволило ей принять участие в погоне за Викторио в составе
армии, в сентябре и октябре 1879 года. Это преследование армии закончилось, когда апачи ушли в
Мексику. Они отбили своих истощенных преследователей в горах, недалеко от Лагуна-де Гузман в
Чиуауа, в ночь с 27 на 28 октября.

Black Range (Mimbres Mts),

Река Кучильо-Негро, 30 сентября 1879 года

29 сентября 1879 года разведчики апачей во главе с лейтенантами Августом П. Блоксом и Чарльзом
Гейтвудом, из 6-й Кавалерии, при поддержке солдат из 9-го Кавалерийского майора Морроу, атаковали
лагерь Викторио у реки Кучильо-Негро. Им удалось убить двух воинов апачей и одну женщину, прежде
чем остальные смогли сбежать в ближайшие горы, когда наступила темнота. Гейтвуд и Блоксом разбили
лагерь примерно в полумиле вверх по каньону от того места, где стоял 9-й Кавалерийский Морроу. Рано
утром следующего дня разведчики апачей вышли из своего лагеря в поисках противника, оставив
Гейтвуда и Блоксома в их лагере с отрядом из 6-го Кавалерийского (последний присоединяется к
индейским разведывательным отрядам просто для того, чтобы охранять их караван мулов). Тем
временем, некоторые из воинов Викторио проникли на высоты вокруг лагеря Морроу, а другие
проскользнули на позиции над 6-м Кавалерийским. Противники ждали до завтрака, когда майор Морроу
снял 11 из 12 человек с поста охраны на обрывах, окружавших его лагерь. Оставшийся часовый был
застрелен в голову снайпером апачей, а остальные апачи открыли быстрый огонь со всех сторон, в оба
лагеря. Гейтвуд зафиксировал замешательство, вызванное этой атакой: «рано утром следующего дня,
когда мы только что закончили завтракать, в каньоне раздался один выстрел, затем залп, внезапно
переросший в канонаду, и началось ревущее столпотворение, которого было достаточно, чтобы
взволновать нервного человека. Я не верил, что вокруг был хоть какой-то здравомыслящий человек,
кроме капрала, который через некоторое время хладнокровно сообщил мне, что я сижу не с той стороны
скалы, и указал мне на другое место, более защищенное от пуль. Тупик был сломлен штурмом одного
из утесов 6-ми кавалеристами, которые затем обеспечили прикрытие огнем, когда Морроу возглавил
штурм другого утеса». В этот момент вернулись разведчики апачей, и люди Викторио отступили в горы.
Морроу позже сообщил, что он отогнал апачей, но был вынужден отступить из-за нехватки воды; Гейтвуд
рассказал совсем другую историю, заявив, что противники отступили к более лучшей позиции, с которой
их нельзя было сбросить. Когда Морроу начал отступать, эти апачи возобновили атаку и преследовали
команду до тех пор, пока не достигли более открытой местности. Ключевым моментом является то, что
враждебные апачи были достаточно знакомы с рутиной армии США, чтобы нанести удар по команде,
когда она находилась в наиболее уязвимом положении.

Убийственная засада: горы Канделариа, ноябрь 1879 г.

Нам повезло, что есть сообщения об этом инциденте, -который фактически уничтожил две партии
мексиканских ополченцев из деревни Эль-Карризаль - от мексиканцев и техасских рейнджеров, которые
прибыли на место происшествия менее чем через две недели после происшествия, и из более поздних
воспоминаний Джеймса Кайвайклы, который будучи совсем молодым воином из Уорм-Спрингс принял
участие в первом этапе двойной засады. Он внятно описывает, как Викторио разрабатывал различные
элементы этой засады, распределял роли среди его людей. И апачи, и техасские рейнджеры
утверждают, что выживших в первая партия из 14 милиционеров не было (хотя мексиканский источник
упоминает одного раненого). В то время как первый этап был успешно завершен при помощи умелого
позиционирования, скрытности и хорошей огневой дисциплины, второй не только усиливает впечатление
от контроля Викторио над своими воинами, но также предполагает использование им знаний как о
культуре своих противников, так и их предполагаемого понимания тактики самих апачей. Техасские
рейнджеры по следам и телам разобрались, что апачи - весьма необычный факт - не сразу ушли после
уничтожения первой партии нерегулярных войск (сельское ополчение) из Эль-Карризаля, а оставались в
месте засады в течение двух ночей. Викторио, очевидно, ожидал, что вторая группа мексиканцев
подтянется искать своих товарищей в полной уверенности, что апачи покинули этот район. (Если
мексиканский источник был прав, что обнаружили одного раненого, то это еще больше укрепило бы их
веру.) Вторая группа собрала тела своих односельчан и выкопала могилу, столпившись гуськом вокруг
неё, вот тут-то апачи и нанесли очередной свой убийственный удар. Автор предположил бы, что это
указывает на то, что Викторио знал достаточно о том, как мексиканцы будут реагировать на обнаружение
тел, чтобы поймать их в наиболее уязвимым положении. Большая часть второй партии была убита на
месте. Некоторым из них удалось вырваться из ловушки, а некоторые из них полностью сбежали, а один
был найден убитым после того, как пробежал 600 ярдов по открытой местности, а два других так и не
были найдены. Местный мексиканский источник, который писал в течение нескольких дней после
события, признал потерю в общей сложности 33 человек в двойной засаде. Эта засада подчеркивает
терпение и дисциплину, проявленные апачами. По всей вероятности, большинство, если не все, были в
неподвижном положении в течение всего времени, когда вторая группа мексиканцев собирала своих
мертвецов для захоронения, и ни один из этих воинов ничем не выдал своего присутствия. По сравнению
с индейской культурой «подсчетов ударов» 1860–70-х годов, культура апачей не поощряла проявления
индивидуальной смелости, а скорее умение следовать направлению уважаемого лидера. Молодой апач,
преждевременно открывший огонь и угробивший хитрую засаду, будет отмечен как ненадежный, даже
опасный, и сверстники будут его всячески избегать. Доказательства техасских рейнджеров также
показали, что апачи соблюдали принцип минимального риска. Один мексиканец заполз в расщелину, из
которой он мог стрелять в любого, приближающегося к нему с востока или запада, и был спрятан от
воинов на скалах над ними. Однако его ноги были видны стрелкам апачей на противоположной
(северной) стороне каньона, и - вместо того, чтобы подождать, когда он высунется, что, несомненно,
позволило бы ему сбить хотя бы одного из них – последние начали стрелять по его ногам, и «буквально
изрешетили их до колен». Апачи, вероятно, понесли очень малые потери, если вообще имели место
жертвы, в каждой из этих засад.
На первом этапе апачи поджидали по обе стороны каньона . Как только мексиканцы (синие) въехали в каньон, воины, которых
Викторио разместил по обе стороны от входа и выхода вдоль склона слева и справа от мексиканцев (красные), открыли
огонь. Лошади мексиканцев были основной целью этой первой атаки. Мексиканцы побежали под укрытие камней слева
от них. В этот момент большинство апачей, которые ждали в укрытии на вершине этого склона (красные треугольники),
открыли огонь сверху и сзади их. Мексиканцы были уничтожены. Когда 9 ноября, вторая партия из 20-30 всадников из Эль
Карризаль и ранчо Саманьего прибыла, мексиканцы собрали тела своих родственники и соседей, и приступили к рытью
братской могилы. Апачи подождали, пока они собрались в компактную группу вокруг могилы перед тем, как захлопнуть
ловушку.
Река Лас Анимас, 18 сентября 1879 г.

Третий пример засады на приманку произошел, когда 18 сентября 1879 года в верховьях Рио-Лас-
Анимас возникли две роты 9-й Кавалерии на Черном Хребте. Здесь очевиден след в горы, ведущий вокруг
выбранного места засады. Апачи заняли позиции вокруг и над этой тропой и стали ждать. По тропе
следовало около 40 «солдат-бизонов» из 9-й Кавалерийской роты «A» и «B», возглавляемой капитаном
Байроном Доусоном и сопровождаемой четырьмя разведчиками навахо. Несмотря на беспокойство
навахо относительно мудрости следования по этой дороге, Доусон продолжал движение, и в полдень
отряд внезапно подвергся обстрелу как сверху, так и со всех сторон сразу. Один из навахо был убит
первым залпом, но большая часть огня апачей, по-видимому, была направлена на лошадей Доусона.
Солдаты укрылись как могли, но оказались зажаты в смертоносном перекрестном огне, из которого
невозможно было выбраться. К полудню у людей Доусона осталось мало боеприпасов, но помощь тогда
прибыла в виде команды «C» и «G» от 9-ого, сопровождаемой гражданскими добровольцами из
шахтерского лагеря Хиллсборо. Тем не менее, эти подкрепления были в скором времени придавлены
огнем. Хотя они и смогли выйти из окружения только после наступления темноты, потери снова были
удивительно малы- два разведчика навахо, один мирный житель и два - три солдата из 9-го Кав-го.
Потеря лошадей была несоизмеримо выше: ежемесячные отчеты полка подтвердили, что в бою было
убито 29 лошадей, в то время как отчеты форта Байярд заявило о потере 28 лошадей (но признало, что
некоторые из них сбежали, а не были убиты). Было признано, что отряду пришлось отказаться от
большого количества амуниции при их отступлении, а тела убитых были обнаружены лишь спустя почти
неделю. Есть некоторые подозрения, что один или два из этих людей, возможно, были живы и пропали в
темноте, когда отряд отступал. Простая засада на приманку подорвала боеспособность четырех рот 9-й
Кавалерии, исключила их немедленное преследование, и вынудила их оставить большую часть
амуниции и припасов апачам.

Приманка огнём: ранчо McEvers, 10–11 сентября 1879 г.

Через неделю после того, как они забрали лошадей роты «E», 9-й Кавалерии из Охо Кальенте, воины
Викторио напали на мексиканское поселение в Харалосе, примерно в 56 милях к югу. Здесь они убили от
семи до десяти мужчин, женщин и детей. Известие об атаке достигло шахтерского поселка Хиллсборо, что
примерно в 20 милях к северу, и люди оседлали коней и поехали на юг, чтобы оказать любую возможную
помощь в поимке апачей. Погоня, похоже, была не очень хорошо организована: вовлеченные в
кампанию кадры неясны, и они не ехали все вместе, как одна группа. Когда люди из Хиллсборо прибыли
в Харалоса, они были возмущены тем, что нашли там. Один из них, Уильям Бейтс, опрошенный в 1940
году, вспоминал, что на телах были доказательства чрезвычайной жестокости, приведшей к смерти;
даже сегодня некоторые потомки людей, которые жили в этом районе, вспоминают это как зверство,
даже по стандартам апачей. Отряд услышал выстрелы с направления Ранчо Макиверс, примерно в 2
милях к юго-востоку от Харалосы, и они последовали в этом направлении, где попали по частям в
засаду, в которой от десяти до 18 человек были убиты. Фактическое место засады неизвестно, но, изучив
местность, автор считает, что наиболее вероятное место находится за пределами ранчо. Количество
погибших свидетельствует о том, что засада, должно быть, произошла с очень близкого расстояния. Еще
дальше от ранчо есть хребет, который якобы и является местом засады; однако местность там не
предполагает лёгкие пути отхода с боевых позиций, близких к тропе, и если бы апачи были развернуты
вдоль самой гряды, они были бы слишком далеко, чтобы нанести такие потери. Место, где, как мы
полагаем, произошла засада, позволяет хорошо спрятаться недалеко от дороги, с хорошими путями
отхода. Площадка для засады находится чуть дальше тупика, и местность не выглядит особенно
угрожающей, пока вы не окажетесь внутри опасной зоны. Использование приманки апачами имеет
решающее значение для понимания сути этой засады. Приманка в этом смысле - любая уловка, чтобы
привлечь внимание цели и затем втянуть его в устроенную засаду. В этом случае нападение на Харалосу
привлекло внимание вооруженных гражданских лиц в Хиллсборо, и то, что они обнаружили по прибытии
туда, привело их в ярость (как и предполагали апачи, без сомнения). Злые люди, жаждущие мести, не
думают так ясно, как следовало бы, и как только они были втянуты в общую зону, стрельба с ранчо
МакЭверс неосторожно повлекла отряд вниз по дороге и в засаду, которая была готова к их приёму.
Здесь апачи не просто следили за движениями целей, а затем устроили засаду на их пути; они заранее
продумали последовательность событий и организовали их так, чтобы манипулировать реакцией
противника. Разместив засаду в самой выгодной местности вдоль прогнозируемой линии движения
отряда, они открыли приманку. Это создало у людей из Хиллсборо впечатление, что еще одна группа
поселенцев все еще может быть спасена от ужасов, которые они обнаружили в Харалосе, а также, что их
собственный подход не был обнаружен - прошлый опыт показал, что апачи, как правило, бежали перед
лицом существенного численного превосходства, а также хорошо вооруженных отрядов. Местные
газеты периодически публиковали рассказы о «трусливой» манере, в которой сражались апачи; на ранчо
McEvers апачи, очевидно, воспользовались этой репутацией и вернули ее своим врагам.

Засада на ранчо McEvers, 10 сентября 1879 года. Отправная точка отряда в Харалосе находится в верхней части
эскиза карты, а пункт назначения на ранчо находится в нескольких сотнях ярдов от нижнего левого угла.
Всадники, следовавшие по дороге (двойные пунктирные линии) на юг, проходили мимо болота слева от них, а
справа - несколько холмов и хребтов - высотой всего около 50 футов, но крутых, и предполагающих множество
естественных огневых позиций вблизи трассы в (B), (C) и (D). Как только отряд достиг (A), апачи могли
обстреливать их с трех сторон с близкого расстояния. Любые выжившие могли найти укрытие в болоте, но если
бы апачи разместили стрелков в (E), их бы там расстреляли. Точка (F) обеспечивала превосходный
наблюдательный пункт, с которого Викторио, либо любой другой, мог подавать сигналами инструкции своим
воинам.

Приманка имитацией паники: горы Кабальо, 30 января 1880 г.

Женщины также должны были сыграть ключевую роль в засаде на капитана Луи Б. Ракера на горе
Кабальо, во время погони Майора Морроу за Викторио в январе 1880 года. Капитан Ракер, ведущий отряд
из 9-й Кавалерии в сопровождении гражданских добровольцев, пересек Рио-Гранде следуя по тропе в
каньон (возможно, Мескаль Каньон) на севере гор Кабальо. Примерно в миле вверх по каньону они
натолкнулись на стадо скота, охранявшееся тремя или четырьмя женщинами апачей, которые
немедленно «запаниковали» и попытались загнать стадо в каньон. Люди Ракера пустились в
стремительное преследование. Когда они бросились к стаду, они вдруг попали под перекрестный огонь
воинов апачей, пули летели и сверху, и вокруг них. Один разведчик навахо был убит и трое кавалеристов
были ранены. Некоторые солдаты запаниковали и убежали обратно, к другой стороне Рио-Гранде.
Ракер, с другим офицером и десятью мужчинами, боролся в арьергарде, отступая вниз по каньону, когда
апачи преследовали их с возвышенности, на протяжении всего их отступления к реке. Сообщение об этой
стычке в ежемесячном полковом отчете интересен. Было признано, что Рукер потерял пять лошадей,
убитых в этой засаде. Другой источник утверждал, что четыре лошади были расстреляны по приказу из-
за их истощения еще до засады, и признал только одну потерянную лошадь. Оба набора записей
отмечают, что трое военнослужащих были ранены в бою, но не сообщают подробностей. Тем не менее,
The Grant County Herald сообщил подробности этой стычки 21 февраля 1880 года. Эта публикация была не
особенно удачной в отношении афро-американской 9-й Кавалерии, но личное письмо от одного
лейтенанта Морроу также подтвердило, что небольшой отряд был побежден в Кабальо 30 января.

Mescal Canyon, at the northern end of the Caballo Mts

Специальные засады: апачская «придорожная бомба». Быстро устроенная специальная засада


делается либо при неожиданном появлении заманчивой цели, или для попытки замедлить, или
покалечить преследующего врага. Одна из вещей, которая быстро становится очевидной, когда
путешествуете по Апачерии, это выбор потенциального места для засады апачей, чтобы застать врагов
врасплох. Они знали, что при прохождении через каньон их враги почти наверняка будут настороже,
ожидая всяческих неприятностей. Но, выбирая позиции в явно равнинной местности, апачи могли
поймать их врасплох, либо незадолго до того, как солдаты напрягли свое внимание, при въезде в
труднопроходимую местность, или когда они вздохнули с облегчением, после прохода опасного места.
Что мы могли бы назвать «придорожной бомбой» апачей. Техника - по аналогии с современными СВУ в
Ираке и Афганистане – типичное использование явно безвредной местности, для засад. Одна засада
такого типа была устроена после крупного поражения, нанесенного Викторио скаутами апачей 24 мая
1880 года, в Черном Хребте (Black Range), в окрестностях реки Паломас. Несколькими группами апачи
бежали на юг в Мексику, и 29 мая одна из этих групп заметила отряд из пяти человек с фургоном, которая
двигалась в сторону каньона Кука. Перед входом в сам каньон апачи занимали небольшую узкую полоску
арройо (высохший ручей), размытую сильными дождями, периодически обрушивающимися на регион.
Эти узкие овраги могут быть достаточно глубокими, чтобы скрыть стоящего человека, и практически
невидимы до тех пор, пока не натыкаешься на них. Там, где эти арройо сходятся или идут параллельно
тропе, они обеспечивают отличные позиции, с которых можно открыть огонь в упор, без
предупреждения. В данном случае, сожженный фургон и трупы были позже найдены американскими
войсками из форта Каммингс. Викторио был не единственным военачальником апачей, который
использовал эту технику.

Типичное арройо.

Goodsight Mountains, 7 сентября 1880 г.

Более обычная специальная засада использовалась, когда апачи пытались остановить или, по крайней
мере, замедлить врага, который был в близком и энергичном преследовании. Несколько смущает, что два
офицера с одной и той же фамилией фигурируют в двух лучших примерах такого рода действий. 6
сентября 1880 года дилижанс попал в засаду апачей в районе гор Гудсайт, примерно в 18 милях к востоку
от форта Каммингс. Когда известие достигло форта, полковник Джордж П. Бьюэлл (командир 15-го
Пехотного полка США, ныне командующий полевыми операциями против апачей на юге Нью-Мексико),
послал капитана Леопольда Паркера с ротой «А», из 4-го Кавалерийского, в сопровождении десяти
скаутов-апачей, к месту нападения, с приказом взять след. Так как было наиболее вероятно, что
налетчики убегут в Мексику либо через горы Флорида, либо через Потрильо, вторая рота 4-го полка была
послана прямо на юг к Флориде, чтобы перехватить апачей, если они пойдут туда; если никаких
признаков их присутствия не будет обнаружено, этот второй отряд должен был двинуться на восток, к
горам Потрильо. Капитан Паркер обнаружил, что след апачей вел на юг вдоль восточного берега гор
Гудсайт, и пустился в погоню; к сожалению, он оставил только двух своих людей на флангах. Ближе к
южной оконечности гор он попал в засаду, устроенную по меньшей мере 30-тью апачами, которые
спрятались вдоль невысокого хребта; там, где не было естественного укрытия, они выложили небольшие
каменные брустверы. В дебютном залпе два скаута апача и один кавалерист были убиты, и еще три
солдата были ранены (в том числе солдат по имени Акер, который согласно двухмесячному отчеты роты,
был поражен пулей «через мясистую часть бедра и мошонки»). Паркер отступил, спешился и попытался
отогнать апачей с гребня, наступая в стычке с всадниками в тылу. После нескольких неудачных атак он
отступил на несколько миль, и послал в форт Каммингс за подкреплением. Полковник Бьюэлл покинул
форт с большим отрядом 9-й Кавалерии под командованием лейтенанта Натана Дадли, в сопровождении
пулемета Гатлинга, и горной гаубицы Хочкиса. К тому времени, когда они прибыли, апачи, конечно, уже
давно ушли, рассеявшись и переформировавшись примерно на 20 миль дальше на юг, в горах Потрильо.
Все, что Бьюэлл видел во время погони, - это было лишь далекое облако пыли, пробирающееся в
Мексику, и когда он с сухим языком добрался до Потрилло, то обнаружил, что апачи, использовав его
резервуар для воды, отравили его лошадиными внутренностями. Бьюэлл пришел к выводу, что без
каравана мулов для перевозки еды и бочонков с водой, дальнейшее преследование было бесполезным.
Вторая 4-я Кавалерийская рота, не обнаружив никаких следов апачей в горах Флорида, достигла
Потрилло только на следующий день. В сущности, план Бьюэлла был вполне разумным: он правильно
предсказал широкие веерообразные передвижения апачей, и разработал план для их отсечения.
Проблема заключалась лишь в том, что скорость, с которой апачи могли передвигаться по стране,
преследуемые превосходящим противником, делала почти невозможным для американской кавалерии
догнать их, не убив и не покалечив при этом, своих более тяжело нагруженных лошадей. (И даже если бы
план Бьюэлла сработал, апачи просто снова развеялись бы.) С точки зрения апачей, они остановились и
отбили преследование, выиграв время, чтобы установить достаточное расстояние между собой и
преследователями, чтобы спокойно уйти в Мексику.

Перестрелка Конлайна, 5 апреля 1880 г.

Как уже говорилось, апачи очень редко начинали прямую атаку на противника, если они не застали их
врасплох, и как правило, такая атака могла быть предпринята только в том случае, если шансы на успех
были в их пользу. Как пример случай, который произошел 5 апреля 1880 года, когда лейтенант Джон
Конлайн из 9-й Кавалерии вошел в каньон Хембрильо на горе Сан-Андрес. Там он подвергся нападению
со стороны превосходящих сил апачей и, вероятно, был спасен от значительных потерь или даже
катастрофы, только благодаря наступлению темноты. Конлайн был прикреплен к батальону из четырех
рот (A, D, F & G) 9-й Кавалерии под командой капитана Генри Кэрролла. Это была часть трех батальонного
отряда, которому было поручено пытаться поймать Викторио, который тогда, как считалось, базировался
в горах Сан-Андрес. 5 апреля капитан Кэрролл приказал Конлайну с 29 солдатами и двумя проводниками
разведать восточную сторону хребта Сан-Андрес. В тот день они наткнулись на тропу, сделанную около
50-тью лошадьми и сотней голов крупного рогатого скота, которая привела их в Хембрильо Каньон.
Конлайн последовал по этим следам на запад до 4:30 вечера. Каньон начал сужаться, и,
обеспокоенный возможностью засады, Конлайн остановился и послал шесть человек на разведку дальше
вперед. Примерно в 5.30 вечера Конлайн заметил двух апачей, спускающихся по склону левой (южной)
стороны каньона, а затем увидел еще, от 35-ти до 50-ти других, быстро двигающихся вниз по каньону к
нему. По словам Конлайна, он заблокировал каньон перестрелкой и сумел победить, пытаясь повернуть
фланг. Около 19:30 апачи прекратили сражение, позволив отряду отступить, только два человека
получили легкие ранения. Сообщение, оставленное Конлайном, является ярким во всех деталях; один из
его проводников, Хосе Карильо, лично знал Викторио и определил лидера апачей, который руководил
этой атакой. Эта атака, вероятно, была вызвана попыткой устроить засаду на Конлайна, но засада не
получилась, потому что солдаты не продвинулись достаточно далеко по каньону. Однако, увидев
численность отряда и место, где они решили остановиться, Викторио должно быть решил, что местность
и численность были в его пользу, и двинулся вниз по каньону. Фактическая проверка места показала, что
позиция Конлайна была не идеальна, - он решил остановиться там, где апачи смогли доминировать над
его левым флангом сверху, и проникнуть на близкую дистанцию по земле, сразу к его фронту. Что было
хуже - и отсутствовало в отчете Конлайна – это тот факт, что они могли использовать сухое русло, чтобы
повернуть правый фланг Конлайна, поскольку он не растянул линию огня через весь каньон. Вероятно,
две вещи спасли Конлайна и его людей. Во-первых, они не паниковали и образовали подковообразную
защиту; это привело к тому, что апачи столкнулись с необходимостью приблизиться, что могло обернуться
большими жертвами. Во-вторых, наступление темноты, вероятно, убедило апачей в том, что риски были
слишком велики, и не желая сражаться ночью, они использовали тьму для того, чтобы уйти. Прямая атака,
подобная той, которая была совершена на Конлайне, была редкостью, но она показывает, на что
способны апачи, если у них было много людей, современное оружие с обильными боеприпасами,
благоприятная местность и превосходное лидерство. Лейтенанту и его людям повезло, что они не
встретили Викторио ранее в тот же день. Их спокойная защита служила им хорошо; если бы они
попытались сбежать, они бы побудили апачей добиваться своего преимущества и, вероятно, понесли бы
значительно более тяжелые потери. Но ни одно решение нельзя было принять быстро и без риска: они
были зажаты внутри и без воды, кроме той, что оставалась в их флягах. Спокойная защита не позволила
апачам приблизиться ближе из-за боязни понести неприемлемые потери, но люди Конлайна
подвергались обстрелу со стороны воинов, которые проникли вокруг них и занимали гораздо более
защищенные позиции. Если бы это было в начале дня, у апачей было бы время сидеть в безопасности и
наказывать солдат. Как только апачи повернули на правый фланг, лошади роты «А» оказались в
пределах досягаемости их стрел; по крайней мере, потери конной пехоты Конлайна были бы гораздо
более значительными, если бы это окружение апачей было проведено ранее, в тот же день.

Лейтенант Джон Конлайн с двумя разведчиками и 29 солдатами своего отряда 9-й кавалерии шел по тропе
примерно на запад вверх по каньону Хембрильо в горах Сан-Андрес. Достигнув сужения каньона около 16:30, он
остановился и отправил дозор (2 и 3) вперед для разведки и (1) влево и вверх по склону. В какой-то момент
Конлайн образовал линию перестрелки (4), с лошадьми позади и ниже него (5). В 5:30 вечера были замечены
апачи (6). Дозор столкнулся с апачами на ходу, когда отступал к основным силам Конлина (7 и врезка).
Разведчик Хосе Карильо опознал Викторио, когда тот подавал (8). Несколько воинов заняли позиции на
северных склонах (9), выше и справа от Конлайна. Многие из них использовали арройо, чтобы образовать
огневую линию (10–11). С позиций выше, слева и перед солдатами, апачи вступили с ними в перестрелку в
диапазоне около 200 ярдов.
Начальная линия обороны отряда Конлайна (1) была особенно уязвима на его правом фланге. В то
время как солдаты сражались с воинами впереди (2)и над ними слева (3), апачи затем начали атаку на
их правом фланге (4), прокладывая себе путь вперед по неровной земле на нижних склонах левой
(южной) стороны каньона. Некоторые из воинов Викторио прошли по арройо (5-6), которое вело их по
всему флангу к правому тылу Конлайна (7).Отсюда они открыли огонь по его лошадям; по крайней
мере один апач поднялся на северную сторону каньона, чтобы открыть огонь (8), а другой занял
позицию непосредственно за исходной линией перестрелки (9). Похоже, что некоторые солдаты из
этой линии и некоторые из тех, кто охранял лошадей, затем сформировали вторую линию перестрелки
(10), чтобы противостоять этой новой угрозе. Примерно в 7.30 вечера решительная подковообразная
оборона и наступающие сумерки, похоже, убедили апачей отступить вверх по каньону, вместо того
чтобы продолжить атаку. Врезка: воин, крадущийся по арройо к тылу правого фланга лейтенанта
Конлайна; апачи славились своим умением прятаться в самом ненадежном укрытии. Если у них было
время подготовиться к битве, они часто раздевались до набедренной повязки и мокасин, но сохраняли
предметы, которые передавали «военную магию», такие как оперенные военные шапки. У этого
чирикауа, который следовал за Викторио из резервации Уорм Спрингс, также есть вышитый бисером
мешочек с амулетами, окаймленный жестяными конусами. Он вооружен винчестерским карабином
1873 года; за патронташ заткнута боевая дубинка. Несмотря на свою устрашающую репутацию, апачи
обычно не славились меткой стрельбой. В бою 5 апреля рота лейтенанта Конлайна имела двух
раненых, одна лошадь была убита, а вторая ранена.

Hembrillo Canyon

Бассейн реки Хембрильо, 6/7 апреля 1880 г.

Апачи также могли комбинировать методы засады, атаки и уклонения, в зависимости от того, как
разворачивались события. Смешанная группа Викторио, состоящая из воинов Уорм-Спрингс, Чирикауа и
Мескалеро, продемонстрирует весь этот диапазон тактики апачей через два дня после «перестрелки
лейтенанта Конлайна». Поздно вечером 5 апреля, Конлайн присоединился к батальону капитана
Кэрролла. Последний решил, что просто войти в каньон Хембрильо по тому же маршруту было слишком
предсказуемо. Он оставался неуверенным относительно местоположения базы Викторио, но ему
пришлось действовать немедленно, так как апачи, возможно, решили рассеяться в качестве меры
предосторожности. На следующий день он отправил лейтенанта Патрика Кьюсака с отрядами «A» и «G»
9-й Кавалерии обратно в направлении, взятом Конлайном накануне. Сам Кэрролл вместе с 71 мужчиной
из отрядов «D» и «F» вошел в горы Сан-Андрес, к северу от каньона Хембрильо; они следовали по
параллельному каньону, который в конечном итоге привел их в то, что сейчас известно как бассейн
Хембрильо - обширную территорию высоко в Сан-Андрес, где и располагался лагерь Викторио. Подход
Кэрролла с севера по менее очевидному маршруту, похоже, застал апачей врасплох. Тем не менее, они
успели устроить специальную засаду, призванную остановить его наступление, и это сработало лучше,
чем ожидалось. Команда Кэрролла внезапно оказалось в ловушке на невысоком хребте, где преобладали
возвышенности, из-за которых апачи обстреливали их в темное время. Апачи также разместили людей
между солдатами и небольшим ручьем, который бежал ниже их позиции, и ночью несколько солдат были
ранены во время попыток добраться до воды. Рано утром 7 апреля, апачи начали приближаться к людям
капитана Кэрролла, которых спасло прибытие капитана Маклеллана с двумя ротами скаутов-апачей и
ротой 6-й Кавалерии из другого батальона, и лейтенанта Кьюсака с остатком батальона Кэрролла.
Несмотря на это, апачи постоянно отступали с боями, выигрывая время для своих людей, чтобы сбежать
из бассейна Хембрильо, прежде чем окончательно рассеяться в горах. Капитан Кэрролл и семеро его
людей были тяжело ранены (трое из последних позже скончались от полученных ран), и сообщалось, что
апачи также убили 25 лошадей и мулов, и захватили в плен еще четверых.
(1) ближе к вечеру, 6 апреля: капитан Кэрролл с 9-й кавалерийской дивизией продвигается в бассейн
реки Хембрильо и к лагерю Викторио. Наблюдатели предупреждают апачей вовремя, чтобы они
установили оборонительную V-образную засаду. Кэрролл гонит воинов с восточных склонов, но
затем попадает в ловушку и должен сформировать оборонительную позицию на ночь. (2) воины
Викторио смыкаются вокруг команды Кэрролла. С первыми лучами солнца они начинают атаки (3) на
рассвете 7 апреля лейтенант Кьюсак прибывает с кавалерией, и освобождает команду Кэрролла. (4)
почти одновременно капитан Маклеллан прибывает другим маршрутом, с отрядом (5)под атакой как
Кьюсака, так и Маклеллана, апачи возвращаются к хребту (6) рота 6-й кавалерии Маклеллана атакует
левую половину линии Викторио, и скауты-апачи продвигаются вперед, чтобы зацепиться за левый
фланг противника. (7) роты 9-й кавалерии Кьюсака атакуют правую половину арьергарда апачей. (8)
Реакция апачей на американские технологии.

Апачи быстро раскусили угрозу телеграфа и отреагировали, уничтожая участки проводов. Это имело
двойную пользу - мешало связи армии США, и одновременно, привлекало внимание и персонал армии к
данному конкретному месту. В январе 1880 года, когда Викторио нужно было отвлечь внимание от
шумного стада скота, перегоняемого с мексиканской границы в резервацию мескалеро, внимание
майора Морроу привлекло в первую очередь разрушение длинного участка телеграфной линии между
фортом Каммингс и Ла-Месильей. Когда ремонтные бригады прибыли на место происшествия, они
доложили об обнаружении большого следа, оставленного апачами, и Морроу привел свои войска в
движение. Викторио, возможно, также использовал более тонкий вариант в 1880 году, и это, безусловно,
было известно армии США и в 1885-86 годах. Телеграфный провод перерезали на верхушке столба или на
любом дереве, через которое проходила линия, а затем оба конца привязывали на место полосками
сыромятной кожи. Это заставляло армейские ремонтные бригады тратить время на проверку каждого
столба и дерева, пока они не обнаруживали разрыв. Осмотр места сражения в бассейне реки Хембрильо
позволяет предположить, что апачи использовали различные типы заряжаемых с казенной части
винтовок, чтобы максимизировать свои преимущества. Винтовки Винчестера и Генри Левер-экшн с их
высокой скорострельностью, но более короткой эффективной дальнобойностью - были развернуты ближе
к позициям кавалерии США, в то время как апачи с однозарядными винтовками Спрингфилда и
Ремингтона были развернуты так, чтобы можно было максимально использовать их дальнобойность.

Ряд засад, рассмотренных выше, также показывают, что апачи оценили качество охоты на своих врагов
перекрестным огнем, с хорошо защищенных позиций, окружающих цель. Также, стрелки должны быть
расположены так, чтобы избежать «дружественного огня» с других позиций апачей. Апачи также знали о
психологическом эффекте заряжаемого с казенной части оружия. В конце апреля 1880 года воины
Викторио нанесли удар по шахтерским и скотоводческим общинам на южной окраине гор Могольон в
штате Нью-Мексико. Сообщалось, что когда апачи напали на некоторые семьи, которые «укрепились» на
одном ранчо недалеко от современной Альмы: «индейцы смогли поддерживать постоянный огонь,
поскольку пятнадцать воинов подъезжали и стреляли, а затем отступали, чтобы перезарядить свои ружья,
и еще пятнадцать занимали их место, тем самым поддерживая постоянный огонь, поскольку они всегда
двигались по кругу. Насчитали двести тринадцать воинов». По правде говоря, этот рейдовый отряд,
вероятно, состоял не более чем из 25-30 воинов, и нападение, возможно, было совершено всего лишь
десятью-пятнадцатью мужчинами. Апачи обычно использовали местность для «огня и передвижения»,
создавая преувеличенное впечатление о своей численности. Если противник не бежал, то атака была бы
отброшена, но ее можно было бы повторить несколько раз, чтобы проверить боевой дух своих
противников. Апачи пытались заставить осажденных покинуть ранчо, чтобы его можно было спокойно
разграбить. Когда это не удавалось, арьергард был оставлен, чтобы прижать защитников зданий, в то
время как остальные апачи двигались дальше, чтобы заняться новыми целями. Развертывание
артиллерии - особенно горных гаубиц, которые легко можно было спрятать в повозках или разобрать и
перевезти на мулах, – неизменно заставляло апачей разбегаться. Эффект от них был больше
психологическим, поскольку к тому времени, когда эти орудия были собраны и приведены в рабочее
состояние, апачи уже успели бы закончить бой. В декабре 1879 года в форт-Марси, штат Нью-Мексико,
была произведена пробная стрельба из гаубицы по горному хребту на расстоянии 1400 ярдов. Было
установлено, что при нулевой высоте дальность полета снаряда составляла 300 ярдов; при высоте 5º и 3º
снаряд проходил над целевым хребтом; а четвертый и пятый выстрелы, при высоте 1º, достигали ударов
на дальности 550-575 ярдов, хотя эффективность снаряда зависела от того, была ли земля мягкой или
твердой – лучшим результатом был 40-ярдовый радиус осколка. Эти результаты предполагают, что
потребуется некоторое время, чтобы навести гаубицу на цель, но как только дальность будет найдена - и
местность позволит - оружие может нанести значительные потери, даже среди скрытых и рассеянных
воинов апачей. В одной стычке между 9-й Кавалерией и апачами 12 января 1880 года, горная гаубица
была в конечном счете приведена в действие, и апачи отступили. Тем не менее, единственным
человеком, убитым в этой перестрелке, был сержант, руководивший развертыванием гаубицы - что
говорит о том, что апачи заметили угрозу, попытались противостоять ей, а затем удалились, прежде чем
она смогла нанести удар.

120мм. Горная гаубица Хочкисса.

Тактика террора.

В общих понятиях, Викторио имел репутацию крайне жестокого человека, которая обычно не
подтверждается первичными записями (несмотря на инцидент в Харалосе). Тем не менее, эти записи
предполагают причину, по которой враги Викторио, возможно, думали о нем таким образом.
Независимо от того, применяли апачи пытки или нет, они очень редко брали в плен взрослых мужчин.
Таких пленников нельзя было принять в общество апачей, и поэтому их убивали, если они были взяты
живыми, – а если апачи боялись разоблачения, они убивали также всех женщин и детей, попавших к ним
в руки. Воины, сражавшиеся под руководством Викторио и его преемника Наны, не проводили никаких
европейских различий между комбатантами и некомбатантами, и наносили очень тяжелые потери среди
шахтеров, старателей, пастухов и работников ранчо по обе стороны границы между 1879 и 1881 годами.
(Действительно, поскольку многие из этих людей обычно были вооружены, различие между
«комбатантами» и «некомбатантами» было довольно размытым. Обращение с попавшими в руки
апачей, зависело от обстоятельств. Джеймс Кайвайкла в «Уорм Спрингс Апачес» описал случай, когда
были убиты четыре мексиканца, в том числе женщина и ребенок. Несмотря на весь очевидный ужас,
когда он вспоминал об этом событии много лет спустя, он также отметил, что апачей тогда смертельно
преследовали американские войска, и что любые живые свидетели могли поставить под угрозу их
собственную безопасность. Когда апачи не чувствовали угрозы, они обычно не причиняли вреда
женщинам и детям. Кайвайкла вспоминал случай, когда партия во главе с Наной поймала двух
подростков в Нью-Мексико. Нана приказал своему заместителю Кайтенае избавиться от двух пленников,
так как они могли предупредить власти о местонахождении налетчиков. Однако Кайтенае, как лидер
арьергардной партии, решил освободить их – решение, которое Нана принял без комментариев. В этом
конкретном случае, апачи были в движении, и к тому времени, когда поднялась бы тревога, они были бы
уже далеко.

Эпилог.

Начиная с генерала Крука в 1871–72 годах, американские командиры могли использовать межплеменное
соперничество, чтобы привлечь сотни скаутов- апачей, чье присутствие, как правило, было решающим, и
особенно - их навыки следопытства. Единственное крупное поражение Викторио на территории США
было нанесено 62-мя скаутами –апачами во главе с капитаном Генри К. Паркером, 23/24 мая 1880 года
в неизвестном месте на Черном Хребте, где-то между нынешними Уинстоном и Кингстоном. Ночью
разведчики апачей окружили лагерь с трех сторон, и на рассвете открыли огонь. Викторио разместил
одного сторожа над своим лагерем, и этот человек был убит одним из скаутов, в то время как остальная
часть этой группы ворвалась в лагерь. Люди Викторио попытались бежать, но заблокированные второй
группой скаутов, они затем попытались убежать в другом направлении, только чтобы быть
заблокированными еще раз, уже третьей группой Паркера. Обнаружив, что все пути к бегству отрезаны,
выжившие укрылись среди валунов, и наступила долгая патовая ситуация. Викторио был ранен в ногу во
время атаки, и он и его оставшиеся в живых последователи смогли убежать только тогда, когда скауты-
апачи – будучи уже почти без боеприпасов – были вынуждены отступить, так как ожидаемое
подкрепление армии США, на горизонте так и не появилось. Викторио, как сообщалось, потерял 55 своих
людей в этом бою, и многие из них были женщинами и детьми. Боеприпасов, которые могли быть
отбиты во время рейдов, никогда не хватало, чтобы обеспечить всех достаточным их количеством. Им
приходилось вступать в контакт с нелегальными торговцами по обе стороны границы, чтобы пополнить
свои запасы оружия и патронов, и – несмотря на свою грозную репутацию – апачи должны были
сохранять бдительность в отношении предательства, во время таких торговых сделок. Было несколько
случаев, когда, проведя свою торговлю в мексиканских городах, воинов уговаривали напиться с
хозяевами, а затем убивали, в надежде разбогатеть на их скальпах. Главным фактором,
способствовавшим смерти Викторио в Трес -Кастильос в Чиуауа 14/15 октября 1880 года, была нехватка
боеприпасов его группы, по вине армии США. Сразу же после битвы в бассейне реки Хембрильо
резервация апачей мескалеро была поставлена под усиленную охрану армии. Попытка разоружить и
деморализовать мескалеро провалилась, но эффективное закрытие резервации лишило Викторио самого
надежного источника боеприпасов. Когда он пытался обойти войска в Нью-Мексико, путешествуя через
Западный Техас в попытке добраться до мескалеро, его переиграли отряды из 10-й Кавалерийской
дивизии (тогда командовал, наряду с округом Пекос, знаменитый герой Гражданской войны полковник
Бенджамин Х. Гриерсон). Испытывая недостаток в боеприпасах и преследуемый войсками штата Чиуауа
во главе с Хоакином Терразасом, которому помогали войска из Нью-Мексико во главе с Джорджем П.
Бьюэллом, Викторио должен был рассеять многих своих воинов, в поисках свежих боеприпасов. Эти люди
отсутствовали, когда Терразас поймал Викторио и его оставшихся людей в Трес -Кастильос. Наконец, хотя
мы видели, что апачи были великолепно -искусными партизанами, они не были совершенны. Иногда их
можно было застать врасплох, и, учитывая их малочисленность, эти случаи могли иметь решающее
значение и печальные последствия. (В развороте современного комментария о борьбе с терроризмом,
мы могли бы сказать, что апачи должны были быть удачливы каждый раз, в то время как армия США
должна была быть счастлива только один или два раза.) После поражения от скаутов- апачей в мае 1880
года, Викторио разбил лагерь на месте, превратившемся в смертельную ловушку. Он правильно
предположил, что стряхнул с себя 9-ю Кавалерию, но, по-видимому, не учел в уравнении следопытов-
тараумара, и его постигли печальные последствия.
После года напряженной кампании, Викторио наконец был убит. Хотя, как известно, Нана и его последователи
продолжат борьбу, но один из наиболее опытных лидеров «войн апачей», завершил свою борьбу. Следующие
слова хоть и не были произнесены Викторио, но они отражают саму суть, стоящую за его сопротивлением:
каждая борьба, выигранная или проигранная, укрепляет нас на будущее. Это плохо для людей, у которых легкая
жизнь, - они становятся слабыми и неэффективными, когда перестают бороться. Некоторым нужно несколько
поражений, прежде чем набраться сил и смелости, чтобы потом одержать победу.
Порядок передвижения апачей на марше.

Оценить