Вы находитесь на странице: 1из 4

УДК 821.161.

ЖАНРОВАЯ ПРИРОДА ДРАМАТУРГИЧЕСКОЙ СКАЗКИ В ТВОРЧЕСТВЕ Е. Л. ШВАРЦА

Р. Ш. Велиев
Научный руководитель – В. П. Прищепа, доктор филологических наук, профессор
Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова

В статье предпринята попытка выявить особенности драматургии Е. Ш. Шварца, жанровые трансформации и модификации эле-
ментов и приёмов сказки в творчестве заявленного автора, а также попытка определить функции принципов категории сказочности в
жанре драматургической сказки.
Ключевые слова: драматическая сказка, сатирическая комедия, диалог культур, культурно-исторический контекст, художественное
миромоделирование, литературная кодификация.

К числу актуальных проблем современного литературоведения относится исследование проблем, связанных


с определением жанра. Категория жанра, как правило, рассматривается в качестве некоторой ступени в класси-
фикации жанрово-видовых взаимосвязей. Однако критерии жанровой отнесенности, в рамках которой создаёт-
ся та или иная классификация, до сих пор остаются неясными. Соотношение таких категорий, как род и жанр,
подразумевает под собой наличие особого жанрового критерия, который носит не только системно-
структурный, но и содержательный характер (Я. Лурье). Следовательно, в трактовке природы жанровых явле-
ний необходимо учитывать множество оснований и подходов, которые являются ключевыми для понимания
категории жанра в частности и классификации в целом.
По мысли М. М. Бахтина, «жанровая структура литературного произведения имеет три характерных призна-
ка: тему, композицию и стилистическое наполнение, которые порождают определённые жанры, обусловленные
сферами речевого общения» [1, с. 145].
Я. С. Лурье рассматривал сюжет как фабулу, организованную в соответствии со смыслом высказывания.
Смысловая наполненность сюжета даёт повод судить о типе целого. Следовательно, сюжет является косвенным
жанровым показателем. Учёный видел в сюжете средство выражения авторской позиции и полагал, что фабула
– основополагающая конструкция произведения, а жанровая отнесенность заложена в формировании сюже-
та [2, с. 32].
Жанр сказки является древнейшим, и в науке о литературе он представлен в различных художественно-
стилистических формах и синтетических проявлениях. В мировой литературе жанр сказки представлен как в
поэтических, так и в прозаических произведениях. В контексте авторского мифотворчества сказочная модель
построения действительности имеет свои специфические особенности, которые в той или иной степени описа-
ны в научной литературе. Однако в ключе художественного многообразия и научного обоснования жанровых
особенностей сказки в литературоведении до сих пор нет чёткого ответа на вопрос о развитии и специфике
синкретизма в данном жанре. В науке о литературе выделяют следующие художественные трансформации
сказки: волшебная, новеллистическая (социально-бытовая), мифологическая, фольклорная, литературная, сати-
рическая, сказки о животных (анималистический жанр), театральная сказка и др.
В русской литературе сказка была освоена поэзией, прозой и драматургией. Поэтические и прозаические
формы данного жанра вызвали наибольший интерес в науке о литературе. Меньше всего изучена драматурги-
ческая сказка: в литературоведении к исследованию её жанровых особенностей обратились лишь во второй
половине XX века.
В западноевропейской культурной традиции драматургическая сказка имеет свою многовековую историю
(произведения Шекспира, Гоцци, Гофмана, Метерлинка и др.). Потребность в сказке ощущал сам театр. Но,
заявив о себе в литературе, писатели увидели уникальные художественные возможности данного жанра. Авто-
ры направили свои усилия не на создание инсценировок, а на написание оригинальных произведений, отве-
чающих всем требованиям драматургии.
Учёные-литературоведы не сразу осмыслили оригинальность нового жанра и особенности её поэтики. Воз-
никла необходимость жанрового обозначения новых произведений. В литературной критике тех лет драматур-
гические сказки получили статус сатирических комедий, поскольку эти произведения по своей художественной
структуре и сюжетно-композиционным параметрам соответствовали этому жанру. Поэтика его была связана с
концепцией «положительной сатиры» и ориентирована исключительно на детскую аудиторию.
История развития теоретических представлений о жанре драматургической сказки в России была связана с
господствующей общественно-политической идеологией. Попытки драматургов выйти за рамки существующих
идеологических концепций пресекались цензурой.
41
Сказка как литературный жанр имеет свои характерные особенности, к числу которых можно отнести сце-
ническое воплощение, установку на вымысел, архетипичность и др.
В научной литературе представлены и описаны различные трансформации и особенности данного жа н-
ра. Русская сказка в своём развитии претерпела значительные изменения. На данные изменения повлияли
социальные, политические и нравственно-эстетические изменения в обществе, что позволило жанру сказки
ориентироваться не только на детскую аудиторию, но и на взрослого читателя. Также следует отметить тот
факт, что количество созданных произведений этого жанра в ХХ веке больше, чем в XVIII и XIX ве ках.
Существенную роль здесь сыграла тенденция к увеличению объёма жанра и смыкание на его границе ли-
тературных родов: разрабатывается сказка-роман, сказочная повесть, пьеса-сказка. На современном этапе
развития социально-гуманитарных исследований в диалоге культур проходит процесс нетождественной
дифференциации элементов сказочности. Основными жанрообразующими элементами в драматургической
сказке выступают такие критерии, как художественная полифония, автобиографическое начало, художест-
венно-сатирическая направленность, противопоставление реального (действительного) и ирреального (ху-
дожественного).
В русской литературе сказка представлена множеством жанрово-видовых форм в творчестве различных пи-
сателей (А. С. Пушкин, М. Е. Салтыков-Щедрин, Е. Л. Шварц, В. В. Кунин, М. И. Веллер и др.). Но драматур-
гическая сказка является иным литературным жанрообразованием. Тип художественного мышления и полифо-
ния повествования создают в структуре и содержании драматургической сказки особый ассоциативный фон,
который ориентирован на синкретизм сказочного вымысла и реальной действительности.
Данный синкретизм обусловлен множественными факторами. Во-первых, идейно-художественной сложно-
стью русской литературы. Поэты и писатели, создававшие сказки, принадлежали к различным идейным течени-
ям и литературным направлениям. Их общественные и литературные убеждения находили своё выражение в
сказке, равно как и в других жанрах их творчества. Во-вторых, изменялась сказка и под влиянием историческо-
го развития русской литературы в целом. Как и всякий жанр, она реагировала на те социально-исторические
условия, в которых формировалась и развивалась.
Драматургическая сказка как социокультурное явление сложилась в русле культурной традиции западноев-
ропейской классической эстетики. В эстетике господствует представление об объективности как абсолютной
форме, с которой и начинается перспектива в анализе явлений действительности. После долгого господства
позитивизма в обществе начинает возрождаться потребность в духовной проблематике. Данный переход обу-
словлен потребностью литературы в раскрытии нравственно-эстетических категорий, которое происходит через
социально-политические мотивы посредством сатирической гиперболизации. Происходит расширение литера-
турного процесса, характеризующегося значительным углублением проблематики произведений (проблема
личности, конфликт героя с обществом, критика государственных порядков на фоне общественно-
политической ситуации в стране и др.). В центре внимания авторов главное место отводится духовной жизни
общества. Это является прямым продолжением сложившейся традиции русской литературы. Однако данная
традиция теряет свои четкие границы и координаты, приобретая условный характер. В свою очередь, социаль-
но-гуманистическая программа автора осуществляется в гротескной и гиперболической формах, которые ставят
под сомнение серьёзность принципов и канонов современных политических систем.
Одним из выдающихся писателей, в творчестве которого жанр драматургической сказки достиг художест-
венного апофеоза, является Е. Л. Шварц (см. об этом подробнее, например, в работе М. Холодковой [3]). Отли-
чительной особенностью произведений Е. Л. Шварца является культурно-исторический контекст («Голый ко-
роль, «Тень», «Убить Дракона» и др.). В драматургии, как синкретичном жанре литературы, важную роль игра-
ет историческая линия, общественно-историческая обусловленность, где художественное миромоделирование
проецируется на современность, а современное состояние проблемы рассматривается в контексте мировой ис-
тории. Средством выявления художественной трансформации реалий выступает принцип литературной коди-
фикации. В этом отношении интерпретация художественного произведения в ключе общественно значимых
фактов исторической действительности и авторского замысла позволяет расширить его границы в читательском
сознании.
Диалогическая структура драматургических сказок Е. Шварца обусловила её специфические свойства. Ав-
тор растворяется в героях и тексте художественного произведения, не говорит от своего имени, и все образы
несут равную функциональную нагрузку. Отсюда вытекает главная художественная черта произведений
Е. Шварца – сюжетно-композиционный полицентризм, при котором происходит наложение сюжетных ли-
ний, каждая из которых обладает относительной самостоятельностью (диалоги Ученого и Аннунциаты в «Тени»,
Короля и Ученого в пьесе «Голый король», Дракона и Ланцелота в пьесе «Убить Дракона», Волшебника и Мед-
ведя из «Обыкновенного чуда» и др.). Для доказательства данного тезиса приведём следующие примеры, взятые
из указанных произведений:
42
«Голый король»
Король: …Говорите родословную, но короче.
Учёный: Слушаю Ваше величество! Когда Адам…
Король: Какой ужас! Принцесса еврейка?
Учёный: Что Вы ваше величество!
Король: Но ведь Адам был еврей?
Учёный: Это спорный вопрос, ваше величество. У меня есть сведения, что он был караим.
Король: Ну то-то! Мне главное, чтобы принцесса была чистой крови. Это сейчас очень модно, а я франт
[4, с. 175].
«Тень»
Аннунциата: …В книгах о нашей стране много пишут про здоровый климат, чистый воздух, прекрасные ви-
ды, жаркое солнце, ну, словом, вы сами знаете, что пишут в книгах о нашей стране…
Учёный: Конечно, знаю. Ведь поэтому я и приехал сюда.
Аннунциата: Да. Вам известно, что написано о нас в книгах, но то, что там о нас не написано, вам неиз-
вестно …Вы не знаете, что живёте в совсем особенной стране. Всё, что рассказывают в сказках, всё, что
кажется у других народов выдумкой, – у нас бывает на самом деле каждый день. …Будьте осторожны. Вы
очень хороший человек, а именно таким чаще всего приходится плохо.
Учёный: Знаете, вечером, да ещё сняв очки, я готов в это верить. Но утром, выйдя из дому, я вижу совсем
другое. Ваша страна – увы! – похожа на все страны в мире. Богатство и бедность, знатность и рабство,
разум и глупость, смерть и несчастье, святость, преступление, совесть, бесстыдство – всё это перемешано
так тесно, что просто ужасаешься. Очень трудно будет всё это распутать, разобрать и привести в поря-
док, чтобы не повредить ничему живому [5, с. 11, 13].
«Убить Дракона»
Дракон: …Мои люди очень страшные, таких больше нигде не найдешь. Моя работа. Я их кроил.
Ланцелот: И всё-таки они люди.
Дракон: Это снаружи. …Если бы ты увидел их души – ох, задрожал бы… Я же их, любезный мой, лично по-
калечил …Человеческие души, любезный, очень живучи. Разрубишь тело пополам – человек околеет. А душу
разорвешь – станет послушней, и только. … Таких душ нигде не подберешь. Безрукие души, безногие души,
глухонемые души, легавые души, окаянные души.
Ланцелот: Люди испугались бы, увидев своими глазами, во что превратились их души... [5, с. 120].
Обыкновенное чудо
Хозяин: Ты! Держи ответ! Как ты посмел не поцеловать принцессу?
Медведь: Но ведь вы знаете, чем это кончилось бы!
Хозяин: Нет, не знаю! Ты не любил девушку!
Медведь: Неправда!
Хозяин: Не любил, иначе волшебная сила безрассудства охватила бы тебя. Кто смеет рассуждать или
предсказывать, когда высокие чувства овладевают человеком? Нищие, безоружные люди сбрасывают королей
с престола из любви к ближнему. Из любви к Родине солдаты попирают смерть ногами, и та бежит без ог-
лядки. Мудрецы поднимаются на небо и ныряют в самый ад – из любви к истине. Землю перестраивают из
любви к прекрасному [5, с. 335].
В приведенных примерах видно, как нарушается полнота повествовательной цепи путём членения текста на
отрезки. Каждый пласт развивает свою сюжетную канву, где попеременно происходит переакцентуация автор-
ского и читательского восприятия. Как отмечает исследователь В. Я. Головчинер, «каждый сюжет у Шварца
обрастает дополнительными сюжетами… текст состоит из множества микротекстов» [6, с. 46]. Следовательно,
можно сделать вывод о том, что шварцевский текст уже не существует в границах художественного повество-
вания, а развивается по собственным законам художественного миромоделирования. (Об особенностях компо-
зиции шварцовских сказок см. дополнительно в работах [7; 8]).
Е. Л. Шварц, опираясь на традиции фольклорной и литературной сказок, используя различные приёмы и
средства (ирония, сатира, гротеск, метафора), пытается осмыслить вечные проблемы, вписывая их в контекст
современной жизни. Автор пишет о современной действительности, о месте в ней не вымышленного, а настоя-
щего человека с его достоинствами и недостатками.
С поразительной точностью, яркостью и остроумием Е. Шварц сумел затронуть и раскрыть актуальные про-
блемы своего времени в форме открытого художественного диалога с читателем. И именно такой подход в рас-
крытии проблем современности является доминирующим в развитии драматургической литературы второй по-
ловины XX – начала XXI века. Заимствуя у сказки форму иносказательности, а также сюжетные элементы,
Е. Л. Шварц подвергает их процессу художественной трансформации и модификации. Данные изменения про-
43
диктованы спецификой авторского текстопорождения, которое вырабатывается в условиях развития общества
и с учётом индивидуальных предпочтений читателя-адресата. Жанровая специфика сказок Е. Л. Шварца в соче-
тании с художественной проблематикой произведений позволяет говорить об эволюции формы драматургиче-
ской сказки как нового подхода в исследовании актуальных проблем современности.
Библиографический список
1. Бахтин, М. М. Вопросы литературы и эстетики / М. М. Бахтин. – М: Художественная литература, 1975. – 504 с.
2. Лурье, Я. С. После Льва Толстого / Я. С. Лурье. – СПб., 1993. – 116 с.
3. Холодкова, М. Жанр литературной сказки в творчестве Евгения Шварца (на материале пьес «Голый король», «Снежная королева»,
«Тень», «Дракон», «Обыкновенное чудо») / М. Холодкова // Голоса молодых учёных. – М., 2003. – Вып. 12. – С. 145–162.
4. Шварц, Е. Л. Пьесы. Собрание сочинений. В 5 т. Т. 1 / под ред. Е. Сапунцовой / Е. Л. Шварц. – М: Книжный клуб «Книговек», 2010.
5. Шварц, Е. Л. Пьесы. Собрание сочинений. В 5 т. Т. 2 / под ред. Е. Сапунцовой / Е. Л. Шварц. – М: Книжный клуб «Книговек», 2010.
6. Головчинер, В. Е. «Обыкновенное чудо» в творческих исканиях Е. Шварца / В. Е. Головчинер // Драма и театр. – Тверь, 2002. – Вып. 4.
– С. 36–48.
7. Головчинер, В. Е. Некоторые особенности конфликта и композиции в пьесе Е. Шварца «Голый король» / В. Е. Головчинер // Труды
молодых учёных Томского университета. – Вып. 2. – Томск, 1973. – С. 162–178.
8. Головчинер, В. Е. Организация пространства в пьесе Е. Шварца «Дракон» / В. Е. Головчинер, О. Н. Русанова // Трансформация и функ-
ционирование культурных моделей в русской литературе XX века. – Томск, 2002. – С. 67–75.

© Велиев Р. Ш., 2013

44