Вы находитесь на странице: 1из 359

Косте и Веронике

Предисловие
В 2004 году в бытность мою стажером Эдинбургского королевского
общества Хэмиш Фрейзер задал мне вопрос о ближайших планах. Без
доли сомнения я пообещал ему, что в течение года закончу книгу по
истории Шотландии Нового времени. Тогда мною владело убеждение,
что все необходимое об этом периоде шотландского прошлого я уже
знаю. Но по мере моего погружения в исторические источники Шотлан-
дия открывалась мне совершенно новой — в некоторых аспектах более
традиционной, чем я это представлял, а в других — совершенно опере-
жающей в развитии другие регионы Европы. И сегодня, по прошествии
более десяти лет после того разговора, я уже далеко не уверен, что пред-
ставленный на страницах этого исследования образ Шотландии являет-
ся сколько-нибудь полным.
За время работы над этой монографией материалы по истории Шот-
ландии обнаруживались в самых, казалось бы, необычных местах, как
это случилось, например, в библиотеке государственного университета
Сан-Диего (SDSU), где мне довелось провести несколько счастливых ме-
сяцев. Целый ряд источников по истории шотландцев в Новом Свете из
собраний этой библиотеки оказал значительное влияние на концепцию
данного исследования. Большая же часть материалов для книги была
собрана в научных центрах Великобритании, включая Национальную
библиотеку и Национальный архив Шотландии, библиотеки Эдинбург-
ского и Стратклайдского университетов, университетов Данди и Лидса,
Лондонской школы экономики и политических наук, Британской библи-
отеки и Британского архива в Кью.
Как и при подготовке ранее вышедших монографий, работая над этой
книгой, я имел возможность обсуждать ее концепцию, содержание и от-
дельные вопросы с моими коллегами, которые щедро делились со мной
идеями и информацией, подчас критически, но всегда деликатно отно-
сясь к моим идеям. На разных этапах работы своими советами и участи-
6 Предисловие

ем мне помогали Хэмиш Фрейзер, Дэвид Мун, Юен Камерон, Джанет


Хартли, Уильям Райн, Лиза Райн. Надежда Филатова, Анастасия Ми-
галь и Марина Моисеенко, мои аспиранты, занимающиеся историей Но-
вого времени, оказали неоценимую помощь при составлении Указателя.
Особую благодарность хочу выразить Вячеславу Сергеевичу Савчуку,
моему коллеге и, полагаю, другу, который, будучи одним из первых чи-
тателей книги, как всегда внимательно, но строго отнесся к содержанию
и стилю исследования. Введение
Наконец, мои близкие, сами, вероятно, того не осознавая, сделали О границах и разграничениях
все, чтобы это исследование появилось. Я искренне благодарю и кланя-
юсь моим родителям, а также Татьяне, Косте и юной Веронике за их под-
в шотландской истории
держку и участие. Результаты выборов 5 мая 2011 г., на которых Шотландская нацио-
нальная партия получила беспрецедентные 69 из 129 парламентских
мест, были и неожиданны, и предсказуемы одновременно. Неожидан-
ны — оттого, что как исследователи, так и общественное мнение в по-
следние десятилетия были скорее склонны рассматривать шотландский
национализм как культурное движение, не претендующее на политиче-
скую независимость для страны, что находило выражение в общем-то
незначительном представительстве национальной партии в парламенте.
Вместе с тем, динамика шотландского национализма на протяжении по-
следних десятилетий свидетельствует о непростой природе этого дви-
жения, в которое были вовлечены как деятели культуры и образования,
науки и религии, так и политики, представляющие различные спектры
политической палитры. К тому же опросы последних нескольких лет
свидетельствовали о неуклонном росте националистических настрое-
ний среди шотландцев.
Вместе с тем первые после выборов 2011 года заявления лидеров
ШНП, включая Алека Сэлмонда, также свидетельствовали о двойствен-
ном положении националистов, которые, с одной стороны, должны были
теперь исполнять свои предвыборные обещания и, очевидно, иниции-
ровать референдум о независимости Шотландии, а, с другой, национа-
листическая политическая культура рубежа XX–XXI столетий была и
остается тесно связанной с национальными практиками предшествую-
щего времени, что обращает нас к «юнионистской природе» шотланд-
ского национализма.
Основываясь на достигнутом в 2011 году успехе и после многочислен-
ных и непростых переговоров с правительством Соединенного Королев-
ства, националистами было принято решение о проведении референдума
о независимости Шотландии, который состоялся 18 сентября 2014 года.
Отвечая на вопрос бюллетеня «Должна ли Шотландия быть независи-
8 Введение Введение 9

мым государством», 55 % шотландских избирателей ответили «нет», многих шотландских националистов. Как бы то ни было, современный
тогда как остальные выразили свое желание полной политической само- политический дискурс делает необходимым обращение к шотландско-
стоятельности для страны. И хотя это был результат, предсказываемый му прошлому, в котором могут быть найдены необходимые обоснования
многими политическими комментаторами на ранних стадиях кампании нынешней политики.
за независимость, многих он также удивил. Конечно же, референдум не Кроме того, академические причины делают обращение к истории
поставил точку в дебатах о шотландской независимости, как не были Шотландии не менее важным. Хотя современное историописание по
эти дискуссии и начаты с возникновением Шотландской национальной большей части отказалось от практики больших нарративов, все более
партии в 1934 г. дрейфуя в сторону микроисторических сюжетов, в которых исследова-
Споры противников и сторонников шотландской независимости на- тели отыскивают тенденции глобальных процессов, историю формиро-
чались даже задолго до того, как в 1707 году Шотландия и Англия, за- вания национальных идентичностей можно в равной степени рассматри-
ключившие парламентскую унию, стали частями одного королевства, к вать и как предмет микроистории, и — макроисторических изысканий.
которому столетием позже присоединилась Ирландия. В день подписа- Изучая отдельные сюжеты, связанные с отстаиванием прав на нацио-
ния унии граф Шефилд, один из лидеров шотландского национального нальное самоопределение, национальные символы, практики историопи-
движения, сказал, что уния означает «конец старой песни»1, но если это сания и другие формы реализации национальной идентичности, иссле-
было и так, то последующие поколения борцов за национальную неза- дователь погружается в повседневную жизнь нацие-строительства. Это
висимость все еще не могли в это поверить. В середине XVIII в. Алек- был тот процесс, который Эрнестом Ренаном в его знаменитой лекции
сандр Карлейль, пресвитерианский священник и один из интеллекту- «Что такое нация», прочитанной в Сорбонне, был назван «ежедневным
альных лидеров Просвещения, говорит, что если шотландцы не смогут плебисцитом».
защитить от Лондона право на собственную милицию, то нация станет Однако если исследователь национальной идентичности задастся во-
провинцией и будет завоевана [британским] королевством2. Но, как по- просом о закономерностях (как же старомодно теперь звучит это выраже-
казала история, слухи о смерти Шотландии вновь оказались сильно пре- ние!) процесса нацие-строительства или сформулирует дилемму компара-
увеличены, и в 1792 г. Роберт Бернс снова прощается с «шотландской тивного анализа, ему потребуются несколько иные техники изучения и
молвой», «древней славой» и самим «именем Шотландия». И, наконец, более масштабный взгляд на проблему. Изучая, например, историю пар-
уже в 20–30 гг. XIX в. Вальтер Скотт поет поминальную песнь своей ламентской унии 1707 г., включая ее политическую, социальную, интел-
родной Шотландии и ее былой славе3 — на этот раз поводом послужил лектуальную стороны, мне пришлось столкнуться с целым рядом практик
запрет на печатание собственных бумажных денег. и техник — тех, что отражали представления о нации и идентичности.
Использование прошлого и его мифологизация повсюду и давно ста- Вместе с тем, за пределами того исследования остались другие, подчас бо-
ли факторами национального строительства. В британском же контексте лее традиционные, а иногда — совершенно современные представления
традиционным стало акцентирование внимания на различиях Англии и о своих и чужих, о дозволенном и запрещенном рамками националисти-
Шотландии, даже когда эти различия были не столь уж значительны. На ческого дискурса, о представлениях, связанных с прошлым и будущим.
протяжении последних трех столетий Шотландия обладала автономией, Изучение таких проблем требует постановки иных вопросов.
хотя и не полной, но гораздо большей, чем многие европейские провин- Работая над историей Шотландии в Новое время, я все время испы-
ции в составе более крупных государств. И хотя форма и степень этой тывал искушение писать не одну, а несколько историй, которые соот-
автономии менялись вслед за изменением экономики и общества, идея ветствовали бы шотландскому прошлому, столь разнообразному в своих
о том, что Шотландия — это не просто одна из британских провинций, проявлениях. В самом деле, история европейского Нового времени явля-
а полноправный партнер в рамках унии, питала мечты и устремления ет собой общую тенденцию к унификации, преодолению границ и обосо-
блений. И в этом смысле шотландское прошлое представляет противо-
1
  Scott P. H. 1707: the Union of Scotland and England... P. 65. положность, поскольку некоторые границы, которые пролегли между
2
  Sher R. B. Church and University... P. 226. разными его частями, лишь усиливались в период XVI–XIX столетий,
3
  Ash M. The Strange Death... P. 136. тогда как другие — стирались.
10 Введение Введение 11

Среди границ, занимающих историков, пожалуй, самыми важными историю индустриальной Шотландии, той, что столь горда своими про-
являются хронологические. Хотя проблема перехода от Средневековья мышленными успехами, в которой Глазго, второй по величине город,
к Новому времени не раз дискутировалась в самых разных контекстах, являлся одновременно и вторым городом Британской империи, и в ее
даже сегодня с трудом можно говорить об общем консенсусе. Думает- становлении Шотландия приняла самое непосредственное участие.
ся, что этот спор является лучшим подтверждением множественности И вторую — историю Шотландии горной, куда менее успешной в своем
стратегий перехода от одной эпохи к другой. Полагая основной харак- промышленном развитии, довольствующейся статусом региона, постав-
теристикой Нового времени рыночный способ производства и распре- ляющего рабочую силу для индустриального процветания империи, но
деления материальных благ, историк, конечно же, станет искать корни гордящейся своими кланами.
новой эры в условиях промышленной революции, созревших в Шотлан- Парадоксальность противостояния шотландского Севера и Юга за-
дии к середине XVIII столетия. Другой исследователь, считающий базо- ключалась в том, что граница между ними в Новое время в значитель-
выми чертами модерности народное представительство и его институты, ной степени преодолевалась вовне — даже за пределами Альбиона,
столь же справедливо, как и его коллега, заявит, что революционные по- где именно благодаря хайлендерам, представителям горских кланов,
трясения середины XVII в. вкупе с идеями, выдвигавшимися передовы- шотландцы смогли почувствовать себя строителями империи. Противо-
ми мыслителями, привели к формированию либеральных начал в обще- стояние Севера и Юга является одним из наиболее распространенных в
стве. Наконец историк повседневности, скептически относящийся к истории цивилизаций противоборств, где Север всегда ассоциируется с
«истории сверху», столь же аргументированно обоснует идею о том, что дикостью и варварством, а Юг — с цивилизацией и высокой культурой.
изменения в образе жизни и повседневных практиках произошли лишь в Именно благодаря той бедности, которая испокон веков сопровождала
XIX столетии, и поэтому вплоть до этого времени модерная Европа была горные территории Шотландии, хайлендеры вынуждены были искать
лишь неким идеалом, не достижимым для многих. лучшей доли за пределами родины, отправляясь к югу от границы, в Лон-
Такие объяснения, вероятно, являются справедливыми для большин- дон и другие города соседней Англии, а то и за ее границы. Однако пере-
ства европейских регионов, на протяжении XVI-XIX вв. переживших по- сечение географических барьеров не означало преодоления культурной
трясающие изменения всех сфер жизни. Но только не для Шотландии. дистанции. Так же, как хайлендеры в Эдинбурге рассматривались как
Здесь могущество горских вождей на протяжении столетий определяло и «варвары тех северных земель», выходцы из Шотландии, прибывавшие
материальные взаимоотношения, и практики повседневной жизни, и роль в Лондон и другие графства в югу от границы, считались чужими для
центральной власти. Именно клановые институты, в том или ином виде цивилизованной Англии.
просуществовавшие до начала XX столетия, определили весь облик Шот- Развитие средств коммуникации, в том числе железнодорожное
ландии эпохи Нового времени. И поэтому без понимания клановой орга- строительство XIX в., лишь отчасти решало эту проблему. Благодаря
низации, системы родства и шире — шотландской социальной традиции транспортным сетям все большее количество шотландцев попадало в
— невозможно понять ни феномен уний 1603 и 1707 гг., ни шотландскую Лондон и другие крупные города, а это вызывало негодование многих
просветительскую традицию, ни рабочий протест XIX в. Полагая началом англичан, рассматривавших выходцев с Севера как конкурентов на и без
шотландского Нового времени XVII или даже XVIII вв., как это делают того насыщенном рынке труда. Все в шотландцах — их необычный го-
некоторые историки, и пытаясь встроить Шотландию в общеевропейский вор, манера одеваться, предприимчивость и бережливость, стремление
контекст, мы неизбежно будем редуцировать прошлое. Нововременная к сохранению собственной культуры в чужом окружении — вызывало
история Шотландии — это история рождения, становления, могущества, раздражительность жителей Лондона. И только Империя, где жители и
кризиса и распада клановой организации. Начало этой эпохи совпало с Севера, и Юга оказались в меньшинстве в зачастую враждебном окру-
формированием клановой организации, наиболее отчетливо происходив- жении и вынуждены были вместе решать общие задачи, примирила их и
шим в XV столетии на самом севере Британских островов. заставила искать, зачастую и изобретать, общую традицию и культуру,
Еще одна из границ в шотландской истории пролегла по традици- создавать британскую идентичность.
онной линии противостояния севера и юга. Учитывая эту линию про- Конструируя британскую национальную идентичность, и в этом смыс-
тивостояния, следовало бы написать две истории Шотландии. Одну — ле преодолевая границу, разделявшую жителей двух частей королев-
12 Введение Введение 13

ства, каледонцы не утрачивали собственно шотландской идентичности. Удивительным образом эти противоречия преодолевались в процессе
Социальная и территориальная мобильность, характерные для модерни- обработки прошлого, формируя новый нарратив, отвечающий потребно-
зирующегося общества, сыграли для развития национального самосо- стям времени. Шотландские интеллектуалы XVIII–начала XIX в., кото-
знания Шотландии скорее положительную роль. Несмотря на те преоб- рым довелось жить в период наиболее драматической ломки идентич-
разования, которые Шотландии довелось пережить в XVIII и XIX вв., ности, сочетая «разум», воспетый идеологами Просвещения, и «сердце»,
ей удалось сохранить символы, составлявшие ядро ее идентичности. призывающее сохранить исконный шотландский дух, отыскивали отве-
Представления о прошлом и о нынешнем положении Шотландии в ты на волнующие их вопросы в прошлом, одновременно адаптируя исто-
рамках Британии нашли свое воплощение в сформировавшемся мифо- рию к реалиям модернизирующегося общества. Делая предметом своих
символическом комплексе — смеси мифа, памяти, знаков и символов, изысканий прошлое, они транслировали его в современную им Шотлан-
которая не просто определяла принадлежность к шотландской нации, дию, используя политику в области символов. Превращение культуры
но также и саму идею «шотландскости», выражая то, что значит быть и самого прошлого в китч было необходимо для того, чтобы элитарные
шотландцем. Важно, что существование, статус и безопасность шот- идеи стали достоянием всей нации, тем самым преодолевая кризис иден-
ландской нации находилась в прямой зависимости от статуса ее нацио- тичности. И это было одновременно и разрушение старых границ, вызы-
нальных символов, включая символы прошлого, чем и объясняется их вавшее тревогу и опасение, но и создание новых, основанных на симво-
значимость для нации1. И именно поэтому люди готовы были отстаивать лах и не угрожающих целостности Британии.
эти символы, следовать за своими лидерами, приравнявшими нацио- В процессе трансляции прошлого в настоящее происходило неизбеж-
нальные символы к самой нации. ное редуцирование коллективной памяти, воплощенной в визуальных,
Это отождествление символов с самим прошлым способно, вероятно, нарративных и дискурсивыных символах, формировавших такой язык и
объяснить, почему идея нации в исторической ретроспективе и в совре- знаковую систему, в категориях которой можно было бы объяснить про-
менности столь могущественна, откуда она черпает свои силы. Человек, исходящие изменения. Эта знаковая система, которая даже при утрате
защищающий национальную идентичность, отстаивает в равной степе- формальной независимости Шотландии позволила шотландцам сохра-
ни и свое самосознание, собственные интересы, в том числе и матери- нить собственную культурную идентичность, выжившую, несмотря на
альные блага, и борется за выживание своего народа, своей территории, драматические потрясения XVIII в. На короткое время эти символы,
за веру — все то, что воплощено в национальных символах. И очевидно, «коды» «шотландскости» были изъяты из обращения, чтобы вскоре вер-
что попытки создать идею нации только тогда успешны, когда они под- нуться уже в новое общество развивающейся модернизации и в новом
крепляются политикой в области символов. контексте обрести иной смысл.
В результате процесса трансформации идентичности к середине Многие символы в этом процессе приобретали вневременное значе-
XIX в. сформировался целый ряд бинарных оппозиций, отражающих ние, сохраняя форму, но транслируясь из одного мифа в другой, обретая
противоречивое отношение к процессу англо-шотландской интеграции, разное, порой противоположное содержание. Если «стюартовский» и
однако все они ориентированы не по вертикали, то есть имеют не диа- «ганноверский» мифы противостоят друг другу как прошлое и настоя-
хронный, а синхронный характер, примиряя историю и современность, щее, то горские символы должны были связать эти две временные кате-
подчиняя прошлое настоящему и рассматривая настоящее как ту систе- гории. При этом национальные символы свидетельствовали не только о
му координат, в которой оценивается событие. Среди таких дихотомий процветании Северной Британии, как результате собственного шотланд-
наибольшее значение имели противопоставление «разума», фиксиро- ского выбора, сделанного в 1707 г., но и о том, что народ обрел власть
вавшего целесообразность упрочения англо-шотландских контактов, и над прошлым, установив над ним эффективный контроль, направленный
«души», зовущей шотландцев в независимое прошлое; т. н. «изобрете- на благо своей нации.
ние традиции», которая должна была примирить прошлое и настоящее; Не менее заметная граница, чем та, что пролегала между севером и
и, в конечном счете, сама категория «юнионистский национализм». югом Шотландии, проходила по линии «восток — запад». Разница меж-
ду этими двумя регионами имела, скорее, социально-экономический ха-
1
  Kaufman S. J. Modern Hatreds... P. 25. рактер, но со временем приобрела существенное значение для идентич-
14 Введение Введение 15

ности. Восточное побережье с его сельскохозяйственными угодьями, жителей Каледонии. В этом смысле Генеральная ассамблея церкви явля-
пастбищами и зерновыми полями, являло разительный контраст бурой лась в XVIII в. своеобразным парламентом по решению общенациональ-
растительности северо-запада, где лишь изредка и сегодня можно встре- ных вопросов. Она была гораздо более демократична, чем парламент
тить одинокие фермы. Именно северо-западные регионы страны тради- Вестминстера или чем епископальная церковь Англии. В нее входили
ционно являлись источником эмиграции как внутри королевства, так и священники, старейшины, представители городов, университетов и дру-
в пределах империи, тогда как восточные земли становились той частью гих национальных учреждений. Теоретически каждый член Генераль-
королевства, откуда различного вида сырье, включая дорогостоящий ной ассамблеи обладал одинаковым правом голоса, хотя Эдинбург имел
лес и уголь, вывозилось в разные части Европы. большее влияние, которое, как правило, использовалось для защиты
Индустриальная революция XIX в. хотя несколько и сгладила разли- шотландских интересов от «влиятельных мужей» из Лондона.
чия между этими двумя частями Шотландии, все же не устранила их Вместе с тем, церковь управлялась, исходя из принципов британского
полностью. В этом смысле две Шотландии продолжали существовать на рационализма. В основе этого управления лежали принципы протестан-
протяжении всего Нового времени. Полагая империю одним из основ- тизма, связывающие Шотландию с остальной Британией, но уния 1707
ных источников шотландской национальной идентичности, следует, г. гарантировала религиозные свободы, с одной стороны, и закрепляла
вероятно, признать, что эмиграция из северо-западных регионов в коло- шотландские особенности протестантизма, с другой. Все это отнюдь не
нии непосредственным образом сказалась на динамике национального разделяло две части королевства, а скорее дополняло их.
самосознания в XIX столетии. Обезземеливание крестьян в результате Что касается защиты и покровительства церкви от британского госу-
чисток времен индустриальной революции превращало трагедию от- дарства, выражавших якобы национализм, то это было скорее традици-
дельной семьи в источник национального процветания. онное противостояние светской и духовной власти внутри шотландского
Еще одна усиливающаяся линия противостояния пролегла по рели- общества, но не конфликт Эдинбурга и Лондона. Националистический
гиозному признаку. На протяжении столетий, начиная с реформацион- аспект может быть прослежен лишь в вопросе о судьбе евангелистской
ного движения XVI столетия, религия была одновременно и одним из церкви, но и здесь ось конфликта пролегала между землевладельцами
факторов раскола, и консолидирующей силой. В этом смысле Шотлан- и городскими советами, а не между частями британского государства.
дия ничем не отличается от других регионов Европы, где на протяжении Претензии к Лондону заключались в том, что центр не желает обеспе-
всего Нового времени религиозная эмансипация шла рука об руку с фор- чить права евангелистов, но, апеллируя в государству, шотландцы тем
мированием национальной государственности и превращением религии самым демонстрировали лояльность ему.
в частное дело граждан. Наконец, важно и то, что, несмотря на превращение пресвитериа-
В Шотландии, однако же, религия была не просто вопросом индиви- низма в доминирующую религию, католицизм не исчез полностью, и
дуального выбора. Более тесная, чем во многих европейских странах, католическая эмансипация 1829 г., проведенная в масштабах всего ко-
связь религии и государства, сохранявшаяся на протяжении XVII и ролевства, была чрезвычайно важна для промышленной Шотландии, где
XVIII столетий, привела к тому, что большинство политических практик количество ирландских католиков в XIX в. росло чрезвычайно быстро.
в Шотландии в той или иной степени были связаны с церковью. Тесная Однако это увеличение католиков отражало потребность индустриали-
взаимосвязь религиозного и политического обусловила, например, охо- зирующейся Шотландии в дешевой рабочей силе, что свидетельствова-
ту на ведьм, ставшую важной частью процесса нацие-строительства в ло о промышленной мощи нации, входящей в число наиболее индустри-
Шотландии. В эпоху же унии и утраты собственной государственности, ально развитых европейских регионов.
обусловивших поиск основ и символов национального самосознания, Религиозное противостояние, вместе с тем, отражает и еще одну ли-
церковь Шотландии стала одним из трех институтов, наряду с системой нию раскола, вероятно, наиболее важную для этого исследования и про-
права и приходским образованием, заложивших базу институциональ- легавшую между националистами и юнионистами. При этом каждая из
ной идентичности. групп не была единой и эволюционировала на протяжении всего Нового
Церковь, объединявшая шотландскую нацию поверх государствен- времени. Более того, юнионизм и национализм в шотландском контексте
ных институтов, регулировала то, что составляло повседневную жизнь были настолько связаны, что породили такое явление как «юнионист-
16 Введение Введение 17

ский национализм», вступление которого на историческую сцену отно- положения стала эмиграция, процент которой на протяжении XIX в. все
сится к началу XIX века, а продолжает он существовать и в начале XXI в1. возрастал.
Согласно общему убеждению, чтобы быть истинным юнионистом, нуж- Однако шотландская культура этого периода была не только народ-
но было быть националистом, потому что иначе Шотландия не стала ной или радикальной. Шотландское просвещение заложило прочную
бы партнером Англии, заняв равновеликое с ней положение, а была бы основу этой культуры, которую не смогли поколебать даже новые про-
подчинена Лондоном, превратившись в колонию. Отсюда и культ на- блемы и цели, появившиеся после 1820 г. Направление развития этой
циональных героев, таких как Роберт Брюс и Уильям Уоллес, под чьим культуры было заложено научными и техническими открытиями, на-
лидерством Шотландия вела борьбу и освободилась от английской экс- шедшими свое воплощение в архитектуре и градостроительстве, изме-
пансии в начале XIV в. Но эти герои почитались в первую очередь шот- нившими облик многих шотландских городов. Логичным воплощением
ландскими юнионистами, считавшими, что без них Шотландия не могла духа филантропии стало и строительство огромного количества обще-
бы заключить унию с такой могущественной страной как Англия. ственных зданий, школ, музеев, стоявших на службе распространения
Чтобы быть истинным националистом, таким образом, нужно было знаний. И все это также являлось формой идентичности, направленной,
быть юнионистом. Сложно было не признать, что в условиях повсемест- скорее, на признание общности с остальной Британией, чем на обосо-
ной экспансии XIX столетия суверенитет маленькой нации мог быть бление от нее.
ограничен, и поэтому наилучший вариант защиты шотландских интере- Иными словами, если мы зададимся вопросом о том, чем был шот-
сов — это поддержка английской внешней политики. Только в этом слу- ландский национализм в XIX в., то ответ может быть двояким. С одной
чае Шотландия могла развиваться как независимая нация с собственной стороны, основой его было самостоятельное институциональное и ре-
культурой и социальной жизнью. Более того, шотландская культура вы- лигиозное развитие Шотландии. В этом смысле шотландский национа-
шла за пределы собственно Каледонии, став частью британского цело- лизм был очень успешен, он был активным и признанным национальным
го, находя свои проявления в рамках обширной Британской империи. движением, нашедшим выражение в государственном строительстве,
Персонализированный образец и символ викторианской буржуазии был аналогичном многим европейским странам. Он же способствовал и
выходцем из эдинбургских протестантов. успешному социальному развитию, и экономическим успехам, которые
Национализм, частью которого стало возрождение и процветание лишь подтверждали претензии и чаяния шотландских националистов.
народной шотландской культуры, становился таким образом не разде- Но с другой стороны, это была идентичность, которой не требовался
ляющей, а объединяющей силой. Крайности в выражении своей иден- шотландский парламент, по той простой причине, что всего, чего шот-
тичности, порой встречающиеся в шотландской культуре XVIII и XIX ландцы добивались (экономического роста, торговли без ограничений,
вв., были направлены против представителей собственной шотландской свободы, культурной автономии), они могли получить и добивались без
элиты, и в этом смысле юнионистский национализм способствовал со- парламента.
хранению социальных границ. Так было, например, с призывом расши- Культура — еще одна сфера, где мы можем обнаружить юнионист-
рения прав среди представителей всех слоев населения, или протестом в ский национализм, хотя политическое влияние порой присутствовало
Хайленде против сгона крестьян с земли лендлордами в целях расшире- и там. Эту ситуацию можно выразить словами Генри Кобурна, сказан-
ния пастбищ. Определенный сегмент радикального движения, особенно ными в 1853 г., о том, что «особенность народа и впечатление от него
в конце XIX в., выступал с идеей возвращения шотландского парламен- нельзя облекать лишь в формальные рамки»1. Шотландцы создали обще-
та, но большая часть протестующих была приверженцами чартизма, ак- ство, где чувство нации лежит в народе и в культуре, а государственные
центировавшего внимание на социальной реформе. Врагом для нее был формы лишь очерчивают его.
шотландский правящий класс, узурпировавший власть. И ассоцииро- Оттого, что культурное возрождение не было свободно от полити-
вать это движение с борьбой за независимость Шотландии очень слож- ческого влияния, оно постепенно приобретало новые формы. По мне-
но. Для многих рабочих и крестьян своеобразным выходом из сложного нию Х. Ханхама, начало нового этапа национализма можно датировать

1 1
  Morton G. Unionist Nationalism...   Smout T. «Patterns of Culture»... P. 261.
18 Введение Введение 19

1850-ми годами1, когда была инициирована кампания по возвращению одной из самых дискуссионных. Ответ на него не легок, как не просты
парламента. Однако даже в этих условиях уния не оспаривалась, по- и сами феномены нации и государства. Если подходить с точки зрения
скольку объединенный парламент устраивал шотландский бизнес и веберовского понимания государства как института насилия — то ответ
обеспечивал внешнюю торговлю и защиту общей британской культуры. должен быть отрицательным, в Шотландии такой структуры построено
В свою очередь Англия не желала ущемлять права шотландцев. Основ- не было. Но в реальности государство гораздо более широкое понятие,
ные трения в Британии носили межпартийный характер, а не англо- нежели просто институт ведения войны с внешним врагом или принуж-
шотландский. Шотландцы имели прочные связи с английской либераль- дение оппозиции внутренней. Шотландия имела свое локальное государ-
ной партией или английскими религиозными диссидентами. ство, и его правящие структуры обладали властью символической, но
Шотландцы продолжали развитие своей идентичности в тесной свя- той, которой местное население готово было подчиняться. Кроме того,
зи с англичанами. Наибольшая возможность для ассимиляции теперь шотландцы верили в единство британского народа. Будучи либералами,
таилась в сфере бизнеса. Торговцы из Глазго были гораздо более заинте- они желали свободной торговли, свободного выражения мыслей и про-
ресованы в развитии свободной узаконенной торговли, нежели в каких- тестантской гегемонии, а также очень хорошо понимали, что Британия
то древних правах и интересах шотландской культуры. Менялась соци- может их всем этим обеспечить. Они верили, что быть с Англией, значит
альная ситуация, менялись законы, менялось отношение к ним. победить. Все это обеспечивало их лояльность Британии.
Шотландцы впитывали и имперскую идеологию. В этом смысле они Таким образом, среди множества границ в шотландской истории Но-
были обычной европейской страной. Такие авторы, как Роберт Льюис вого времени наименее значительной является та, что пролегла между
Стивенсон или Вайолет Джейкоб, акцентировали внимание на связях Каледонией и Англией. Воскрешаемая многими поколениями борцов за
между имперской культурой и развитием колоний. Но народная куль- политическую независимость, граница между двумя частями единого
тура адаптировала национализм не только посредством литературы, но королевства определялась вдоль разломов, проходивших по отдельным
и других источников, например, рассказов миссионеров, таких как шот- вопросам — будь то противостояние пресвитерианской и епископальной
ландец Дэвид Ливингстон, который воспевал британский военный па- церковной организации или вопрос об особенностях правовой системы.
триотизм, основанный на шотландском национализме, а также расист- Хотя многие из таких характерных черт легли в основу шотландскости
ский миф о цивилизационном влиянии шотландской протестантской — того типа национальной идентичности, который акцентировал вни-
культуры на коренные народы. мание скорее на различиях, чем на сходствах, эти особенности не сфор-
Когда в 1920-е гг. в Шотландии стала возрождаться националисти- мировали противоположных идентичностей. В шотландской истории
ческая культура, лозунгом националистов было то, что на протяжении Нового времени всегда было то, что способствовало преодолению этих
XIX в. Шотландия была подчинена Англии. В качестве аргумента при- внутренних границ шотландского прошлого. Они, как правило исчеза-
водился факт, что даже движение в защиту парламента всячески пода- ли, когда речь заходила о положении Шотландии в рамках Британии,
влялось, его просто не было. В действительности же все было наоборот игравшей двойственную роль в истории древней Каледонии. С одной
— движение за возрождение шотландского парламента не получило стороны, оппозиция англицизации объединяла шотландцев, расколотых
развития из-за того, что шотландский средний класс был самодостато- различными противостояниями, а, с другой, сама Британская империя
чен и обладал реальной автономией. Массы людей были устранены от была средством интеграции шотландцев, предоставляя им многочислен-
механизмов реальной власти, но и в этом Шотландия была типичной ев- ные возможности.
ропейской страной. Неоднозначный характер шотландского самосознания, вероятно,
Была ли политическая система, созданная шотландцами, государ- ставит перед исследователем проблему операционного характера на-
ством? Граница между государством и нацией — это еще одна проблема, циональной идентичности, конфигурируемой в ответ на определенные и
связанная с изучением шотландской национальной идентичности. И этот конкретные вызовы. Использование этой категории способно принести
вопрос в шотландской истории последних трех столетий также является новые аналитические приемы в изучение многих исторических явлений,
в том числе и концептов «нация» и «национализм», в первую очередь по-
1
  Hanham H. J. The development of Scottish Office... тому, что идентичность, будучи комплексным понятием, интегрирует
20 Введение Введение 21

различные отношения «Я» к окружающему миру, столь быстро меняв- что, в свою очередь, приводило к разрушению идентификации с одними
шемуся в XVI–XIX вв., и определяется их связанностью и известной общественными группами и к формированию новых связей. Новое вре-
степенью соотнесенности. мя — это еще и период зарождения наций и национализма.
Думается, что одним из ценных открытий исследований идентич- Породив кризис идентичности, уния стала своеобразной ментальной
ности стало введение категорий «кризис идентичности» и «смешение границей между двумя Шотландиями, стимулировав одновременно и
идентичности», которые впервые были использованы в годы Второй поиск новых объяснительных моделей прошлого. В этом процессе важ-
мировой войны в психиатрической клинике реабилитации ветеранов на но было то, что в результате англо-шотландской интеграции был начат
горе Сион, а уже вскоре получили широкое применение и в медицинской процесс «собирания» шотландских идентичностей, социальных, инсти-
практике, и в области изучения социальной психологии. Сам термин туциональных, религиозных, культурных и других, складывавшихся в
«кризис» в области исторического сознания не представляет собой ниче- одну — национальную идентичность. Этот новый тип модерного самосо-
го специфического или особенного. Напротив, по мнению Й. Рюзена, он знания формировался как модульная целостность, сконструированная
«конституирует историческое сознание, поэтому можно сказать, что без вокруг идеи нации, основополагающими элементами которой в разных
кризиса — нет исторического сознания». Кризис — это особое состоя- ситуациях объявлялись то клановый и рабочий эгалитаризм, то пресви-
ние, связанное с переживанием времени и прошлого, посредством кото- терианская религия вместе с особым способом изживания ведовства, то
рого реализуется современная идентичность. Однако это переживание шотландская просветительская традиция, или повседневные практики.
прошлого обостряется, как правило, в связи с каким-то событием, про-
тиворечащим традиционной исторической идентичности. Событие, или, ***
употребляя категорию Й. Рюзена, случайность, лежит в основе кризиса Полагая национальную идентичность в качестве фрагментированной
идентичности. С этой точки зрения, например, англо-шотландская уния целостности, я постарался структурировать это исследование посред-
1707 г. была таким событием, которое легло в основу кризиса идентич- ством тех элементов национального самосознания, которые сыграли в
ности. Шотландцам, идентичность которых основывалась на осознании Новое время решающую роль в развитии Шотландии и составили не-
величия своего прошлого, завоеванного в битвах с англичанами, крайне отъемлемую часть национальной идентичности Северной Британии.
не легко было смириться с потерей независимого парламента. Каждый из изучаемых здесь элементов словно бы вынимался из истории
Гуманитарии уже давно отошли от традиции рассматривать кризис и предъявлялся в случае необходимости отстоять свои национальные
как нечто фатальное и неизменно предшествующее гибели обществен- особенности и должен был свидетельствовать об особом пути развития.
ного организма. Скорее наоборот, кризис знаменует перерождение, пе- Однако, вместе с тем, эти сюжеты прошлого не содержали в себе во-
реход в новое качество, а зачастую и обретение новой формы. В поисках инственного противопоставления соседней Англии. Наоборот, они, став
выхода из кризиса, порожденного столкновением реальной действитель- частью национальной традиции, должны были дополнить и укрепить
ности и исторического мифа, лежащего в основе всякой идентичности, британскость. Все это в равной степени относится к шотландским кла-
общество создает некий новый нарратив, целью которого становится нам и рабочему движению с их сильными эгалитаристскими корнями, и
изменение исторического сознания. Такой текст, будучи средством к экономическим проблемам и индустриальному процветанию, и к поли-
преодоления кризиса и придания определенной целостности неким со- тическим расколам и коалициям, и к особенностям интеллектуального
бытиям прошлого и настоящего, в первую очередь апеллировал к этому развития и повседневной жизни.
прошлому, стремясь объяснить его, исходя из событий настоящего. В Шотландская история позднего Средневековья и раннего Нового
этом смысле зависимость настоящего от прошлого является столь же времени теснейшим образом связана с клановыми структурами, исто-
очевидной, как и зависимость прошлого от настоящего. рии которых посвящена первая глава книги. Несмотря на разные пред-
Особое значение изучение кризиса идентичности имеет для перио- положения относительно истоков шотландской клановой организации,
да Нового времени, когда происходила ломка традиционных институтов очевидно, что они стали результатом того кризиса власти, который
общества и формирование новых связей. Соответственно этим процес- сложился на севере Британских островов на исходе Средневековья.
сам менялось сознание и трансформировалась историческая память, И в этом смысле история шотландских кланов принадлежит Новому вре-
22 Введение Введение 23

мени, даже несмотря на то, что их внутренняя организация содержит турные процессы, выглядит как прелюдия к тем потрясениям, которые
элементы патриархального строя. Осознавая спорность и неоднознач- ожидали регион в веке восемнадцатом. Именно он, как никакой другой,
ность отнесения истории шотландского XVI столетия в Новому време- остро поставил проблему конструирования национальной идентичности
ни, необходимо помнить и о том, что вплоть до XX века, и особенно в из элементов и символов, завещанных предшествующими эпохами.
годы Наполеоновских войн XIX столетия и сражений Первой мировой Второй раздел книги посвящен XVIII веку. Будучи, пожалуй, самым
войны, кланы из разных регионов Шотландии являлись олицетворением драматическим и противоречивым столетием шотландской истории, он
шотландского военного духа, составляя неотъемлемую часть британ- знаменовался подписанием англо-шотландской парламентской унии, ко-
ской идентичности. торой посвящена первая глава раздела. Именно союз 1707 г. обусловил
Шотландская реформация, рассматриваемая во второй главе первого трансформацию идентичности, определившую не только шотландское
раздела книги, в такой же степени, что и клановая организация, стала прошлое периода Нового времени, но и новейшую историю Шотландии.
символом прошлого Каледонии и перехода его в Новое время. Являясь в Экономические и социальные процессы, в том числе миграция шотланд-
равной степени религиозным и политическим движением, реформация цев, ставшая одним из условий и символов ее процветания в последующее
заложила основу пресвитерианской религии, на протяжении несколь- столетие, рассматриваются во второй и третьей главах этой части книги.
ких столетий рассматривающейся как специфическая черта шотланд- Стремление шотландцев объяснить природу унии в категориях разума и
скости. Ставшая частью реформационного движения, политическая прогресса в значительной степени обусловили просветительское движе-
борьба, которой посвящена третья глава, не только составила важный ние, символами которого стали Дэвид Юм и Адам Смит. Перед этими мыс-
этап шотландской истории, но и связана с такими символами прошло- лителями стояла непростая задача объяснить, как гордая и независимая
го Каледонии, как, например, Джеймс I. Более того, англо-шотландская нация сделала такой неоднозначный выбор, заключив союз с Англией.
уния 1603 г., объединившая короны двух частей Британии, стала нача- Интеллектуальным и социальным аспектам шотландского Просвещения
лом длительного процесса формирования единого государства. посвящена четвертая глава раздела. Наконец, как и в первом разделе,
Несмотря на то, что в исследованиях по истории революции середи- часть, посвященная XVIII столетию, заканчивается исследованием по-
ны XVII в. Шотландии уделяется несравненно меньше внимания, чем вседневной жизни шотландского общества, в которой нашли выражение
Англии, что нашло выражение в самом названии «Английская револю- наиболее характерные для Каледонии черты. При этом прослеживается,
ция», события на севере Британских островов, исследуемые в четвер- как в Шотландии формируются техники управления повседневной жиз-
той главе, были не менее значимы, чем собственно в Англии. Кромве- нью на уровне религиозных, правовых и политических практик и как в
левское завоевание Шотландии осталось в памяти жителей Каледонии условиях утраты собственного парламента и активно развивающейся мо-
как попытка насильственной англизации и рассматривается как одна из дернизации традиция трансформируется в инновацию.
трагических страниц шотландского прошлого. И в этом смысле то, что Третий раздел монографии посвящен анализу становления индустри-
в отечественных учебниках истории до сих пор именуется английской ального общества в Шотландии. Уходя своими истоками еще в XVIII в.,
революцией, было, конечно же, революцией британской. сложившиеся условия для развития промышленности способствовали
Наконец, шотландская народная культура раннего Нового времени, тому, что регион стал одним из наиболее успешных в индустриальном
интегрировашая традиционные верования и практики, но, вместе с тем, плане регионов Европы и одновременно символом промышленного раз-
отразившая новые представления и религиозные культы, включая ведов- вития Великобритании. С имперскими успехами, исследуемыми в пер-
ские процессы, составила значимую часть шотландской национальной вой главе раздела, связано экономическое и социальное процветание
идентичности. Все эти идеи, представленные в пятой и шестой главах, Шотландии в XIX столетии. Успехи, достигнутые шотландцами в ко-
словно бы отразили сложности и противоречия шотландской истории лониях, не только способствовали англо-шотландской интеграции, но
Нового времени с ее поиском внутренних и внешних границ, порой воз- и позволили сформировать идентичность, в которой шотландcкость и
двигавшихся поверх уже исчезающих традиционных средневековых британскость не противоречили друг другу и взаимно дополнялись. В
практик. Вместе с тем история Шотландии XVI и XVII столетий, вклю- самой Шотландии процесс становления индустриального общества вы-
чая события политической и религиозной борьбы, социальные и куль- разился в массовом сгоне крестьян с земли и в формировании крупного
24 Введение Введение 25

землевладения, сопровождающемся соответствующими социальными дучи укорененными в мифе, они определяют выбор людей, и отношение
изменениями — процесс, который исследуется во второй главе разде- нации к реальным процессам прошлого и настоящего формируется со-
ла. Наряду с экономической интеграцией, политическое развитие, изу- гласно той ассоциации, которую вызывает символ. Этот факт является
чаемое в третьей главе, способствовало формированию такой системы основанием для политики в области символов, позволяет использовать
управления, в которой, несмотря на отсутствие основных политических само прошлое в качестве орудия отстаивания интересов.
легислатур, шотландцы создали институты власти, отчасти укоренен- Используя визуальную и нарративную природу символов, дискурс
ные в традиции и позволявшие им решать основные вопросы развития нации трансформировался из элитарных представлений и концепций в
и повседневной жизни. Как и во всей остальной Европе, становление массовые идеи. В этом заключается еще одна функция национальных
промышленного общества сопровождалось социальным протестом. символов — посредством доступного языка знаков превратить элитар-
Особенности этого движения, нашедшие отражение в четвертой главе ное в массовое, новое в традиционное, чужое в свое. И хотя символы, со-
раздела, были связаны с тем, что борьба за социальную справедливость ставляющие часть национального мифа, зачастую происходят именно из
сопровождалась стремлением отстоять собственную национальную массовой культуры, необходимым условием их трансформации и обрете-
идентичность. Наконец, исследование повседневной жизни индустри- ния ими национального дискурса является интеллектуальная «редакту-
альной эпохи, в которой отразились характерные черты шотландского ра». Символы на время словно изымаются из массового использования
общества, свидетельствует о том, что национальная идентичность вовсе и, пройдя процесс интеллектуальной обработки и адаптации, обретают
не требует собственных политических институтов, а может выражаться новый смысл и значение.
в повседневных практиках и традициях. Часто возвращение старых символов, которые неожиданно приобре-
История Шотландии Нового времени свидетельствует о том, что тают новый смысл, является следствием изменения самого контекста, из
идея нации представляет богатую почву для мифотворчества и полна которого они были изъяты. Условия существования культуры, включая
символов в силу того, что по своей природе национальная идентичность язык, ценности, институты, являются не просто важным составляющим
эмоциональна и экспрессивна и может выражаться во множестве мета- жизни символов, но определяют значение собственного человеческого
фор. Особую роль процесс мифо— и символо-творчества приобретает опыта. При этом взаимодействие языка, опыта и исторических изме-
в Новое время, когда политические, геополитические и социокультур- нений, по мнению Генриетты Л. Мур, является ядром, вокруг которого
ные процессы рождают или пере-рождают нации. Могущество симво- конструируется культура1. Очевидно, что соотношение этих же усло-
лов на этом этапе объясняется тем, что в рамках мифо-символических вий, включая персональный и общественный опыт, вырабатываемый ин-
комплексов они в равной степени имеют и когнитивную, и эмоциональ- теллектуалами язык, и историческая динамика становятся решающими
ную окраску, определяя место нации в окружающем политическом и в наделении значением символов. В этом смысле, прошлое никогда не
культурном пространстве, ее врагов и друзей, прошлое и настоящее. В является просто историей, отражая, во-первых, тот контекст, в котором
богатую конфликтами эпоху нацие-строительства, символы использу- оно существует, а, во-вторых, всегда тесно связано с субъектом, к кото-
ются в противостоянии с теми группами, которые потенциально угро- рому оно обращено. Особенно это важно, когда речь идет о динамичном
жают формирующейся нации, тем самым, разделяя на «своих» и «чу- и порой драматическом процессе нацие-строительства, в процессе кото-
жих» социокультурное пространство жизни национального коллектива, рого трансформируется и общество, включая его представление о самом
формируя его идентичность. Эта экстравертная направленность мифо- себе, о собственном прошлом и настоящем, и этнические мифы, леги-
символического комплекса, ориентирующая нацию по горизонтали, со- тимирующие новую нацию, и символы, посредством которого прошлое
четается с интровертной функцией, в которой национальная общность, обретает новую целостность в коллективных представлениях нации.
используя временные категории, определяет себя по вертикали, форми-
руя отношение настоящего с прошлым.
Важность национальных символов не только в том, что они фиксиру-
ют отношение людей к окружающему социокультурному пространству
и отражают процесс конструирования идентичности, но и в том, что, бу- 1
  Moor H. L. The Subject of Anthropology... P. 26.
Глава 1. От кланового общества к национальному государству 27

ложение хоть сколько-либо принималось в расчет политическими, эко-


номическими и интеллектуальными элитами Европы. Экономический
прорыв, который был совершен на севере Туманного Альбиона лишь во
второй половине XVIII в., а также социальные процессы, связанные с
этой трансформацией, отделяют Каледонию патриархальную от Шот-
ландии индустриальной. Шотландская экономика, социальные и поли-
Часть I тические практики доиндустриального периода, скорее, сближают ее со
скандинавскими государствами того времени, а также с Ирландией, чем
ШОТЛАНДИЯ НА РУБЕЖЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ с такими странами как Англия, Франция или даже Германия.
И НОВОГО ВРЕМЕНИ: ОТ ТРАДИЦИОННОГО Одной из особенностей Шотландии являются ярко выраженные
региональные отличия, подобные французским или итальянским, но
ОБЩЕСТВА К ОБЩЕСТВУ ТРАДИЦИЙ гораздо более заметные ввиду малых размеров королевства. Можно с
уверенностью сказать, что в стране с такой пересеченной местностью,
какой является Шотландия, каждая долина обладает особым своеобра-
зием — природным, культурным, порой языковым. Однако принципи-
Глава 1 альные различия сформировались между горными районами Шотландии
От кланового общества и островами, с одной стороны, и равнинной Шотландией, с другой.
Разделение Шотландии на северную (горную) и южную (равнинную)
к национальному государству имеет не только этническую или социокультурную, но географическую,
«Каким ветром занесло нас к этим берегам? Доселе мы и не ведали, в том числе и геологическую, основу. Северная Шотландия отделяется
что такое нищета и лишения!»1. Эти слова французских рыцарей, выса- от южной цепью Грамплианских гор, порой прерываемых долинами —
дившихся в Шотландии в 1385 г. для того, чтобы маршем отправиться на гленами, протянувшимися с северо-востока на запад. В рамках самого
Англию, стали расхожим выражением для описания бедности, природ- Хайленда не менее значимым представляется разделение на западный
ных и социальных невзгод, которые испокон веков сопровождали жизнь и восточный, тоже обусловленное и геологическими, и социокультур-
шотландцев. Жан Фруассар, французский хронист, передает и чувства ными условиями. Для ранних периодов истории такие естественные
шотландцев, довольно неоднозначно воспринявших весть о подмоге с границы были чрезвычайно значимыми. Воин VI или VII века из горной
Континента, пришедшей для того, что одолеть англичан. «Какого дьявола Шотландии описывался своими современниками, как пришедший «из-за
им надобно? И кто только их звал? Неужто мы и без них с Англией не Банага» — так на гэльском языке называлась группа холмов на границе
справимся? До сих пор какой был нам от них прок? Пусть плывут обрат- центральной и горной части Каледонии. А в VIII в. пиктский король был
но, ибо народа в Шотландии достаточно, чтобы мы свои домашние распри назван правителем «страны гор», что подтверждало особое положение
уладили сами...»2 — в этом заочном диалоге переплелись и представления Моррэя, откуда он происходил, по сравнению с другими частями Шот-
самих шотландцев о себе, и образ этой дикой земли, возникающий в со- ландии. В этой связи не приходится удивляться тому, что и политиче-
знании чужеземцев, и противоречивые отношения с Францией. ское разделение часто следовало за географическим.
Еще одной из особенностей природного ландшафта Шотландии явля-
*** ется огромное количество островов, расположенных, главным образом,
у северо-западного ее побережья, некоторые из которых объединены в
И в Cредние века, и в раннее Новое время Шотландия представляла
группы — Оркнейские, Гебридские, Шетландские. Всего их насчитыва-
собой маленькое и слишком бедное королевство, для того чтобы его по-
ется 787, но обитаема лишь незначительная их часть. На островах также
1
  Warrack J. Domestiс Life in Scotland... P. 2. существовал особый социокультурный уклад, на протяжении веков под-
2
  Фруaссар Жан. Старый союз... С. 90. держиваемый властью могущественных Лордов островов, правителей,
28 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 29

стоявших во главе объединения, часто относимого к протогосударствен- шотландских горцев, имела своей целью поиск интенсивных форм хо-
ным образованиям, просуществовавшим вплоть до конца XV столетия. зяйственной деятельности, которые в довольно ограниченных условиях
Одним из мифов, касающихся особенностей природно-географических окружающей среды воплотились в своеобразный комплекс отраслей
условий Шотландии, является утверждение, будто бы она была сплошь хозяйства.
покрыта лесами. Очевидно, что леса были истреблены здесь, в том числе И чем сложнее было приспособиться и выжить, тем более значимы-
и в горах, задолго до наступления средневековья в целях организации ми являлись эти преобразования для формирования идентичности на-
пастбищ. Деревьев хватало лишь на постройку жилищ, и уже средне- рода, тем неотделимее процесс хозяйственной деятельности от процес-
вековые описания страны свидетельствуют, что «лесов в Каледонии са исторического восхождения народа к этапу национального развития.
нет»1. В 80-е гг. XIX в. леса, населенные дикими оленями, составляли В этой связи освоение территории сравнимо по значимости с написани-
площадь два миллиона акров — десятую часть Шотландии. Расположен- ем истории народа, которая неотделима от земли, на которой он прожи-
ные, главным образом, в северных прибрежных районах,они стали даже вал. Здесь нам не раз еще придется возвращаться к теме неразрывности
фактором социального напряжения, поскольку из-за дефицита земель клановой истории и неотделимости самого понятия «клан» от террито-
крестьяне требовали их вырубки, на что правительство никак не шло, рии, заселенной им, и изменений, происходящих на этой земле.
поскольку разведение диких оленей сулило немалую прибыль при мини- Природные отличия между шотландскими регионами усиливались
мальных затратах труда. Если вплоть до XV в. на территории Хайленда и культурным разделением. На островах Шотландии вплоть до XVII в.
лишь единицы домов были построены из камня, то в период XVI–XVII вв. существовала древнескандинавская правовая система, и использовал-
количество каменных жилых строений увеличивается, и они становятся ся диалект, пришедший из Скандинавии, наиболее близкий норвеж-
относительно постоянными местами обитания жителей гор. В прежние скому языку. Весьма значимым для Шотландии было разделение на
времена такое встречалось сравнительно редко, и жилища из торфяных гэлоязычных и скоттоговорящих, с одной стороны, и англоговорящих,
блоков, покрытые вереском и приспособленные, главным образом, для с другой. Эта граница была не только языковой. Она определяла куль-
нужд пастухов, имели временный характер. Вересковые пустоши, сегод- турные, образовательные, религиозные и социальные отличия. Шот-
ня являющиеся одним из символов Шотландии, также, очевидно, стали ландия была гэллоговорящей страной в раннее Средневековье, однако
продуктом относительно недавней человеческой деятельности и появи- к началу XVI в. гэльский язык сохранился лишь в Хайленде и отчасти
лись в течение последних 200-300 лет, а в средние века были характер- на юго-западе королевства. Остальное население с XVI в. стало поль-
ной чертой пейзажа лишь в районе Чевиотского нагорья. зоваться шотландским в качестве основного языка, имевшим много
Распространенное мнение, что ландшафт северной Шотландии не общего с английским. Исчезновение гэльского языка было связано с
менялся вплоть до периода модернизации XVIII-XIX вв., является далеко временной миграцией и экономическими контактами Хайленда с Лоу-
ошибочным. И хотя экономическая трансформация была более динамич- лендом и соответствовало процессу образования национального госу-
ной, чем изменения ландшафта, уже первые поселенцы, приспосабливая дарства. И только в XVIII и XIX веках гэльский вновь войдет в моду,
природу под свои потребности, обрабатывали землю, строили каменные уже в другом социальном и культурном контексте, но будет выполнять
сооружения, вырубали немногочисленные леса. Не говоря уже о том, важную функцию сохранения национальной идентичности в условиях
что начиная с периода средних веков, а, возможно, и ранее, существова- англо-шотландской интеграции, становясь часто фактором полити-
ли торговые связи, в которые были втянуты и горцы, в частности, пикты, ческих столкновений. Связь языка, как одного из главных элементов
обладавшие большим флотом. Гильдас говорит, что «ужасные полчища идентичности, включая национальную, и политических процессов,
скоттов и пиктов тут же высадились из своих курук, на которых плавали вероятно, как нигде более видна в истории шотландского национализ-
как через проливы, так и в далекие моря»2. Несомненно одно: трансфор- ма. Под знаменами борьбы за возвращение гэльского языка в оборот
мация ландшафта, происходившая в процессе осознанной деятельности выступали шотландские националисты XVIII столетия, и одержанная
ими к концу следующего века победа означала то, что шотландская на-
1
  The New Penguin History of Scotland... P. xxv. ция вновь обрела право на существование.
2
  Гильдас. О разорении Британии... С. 216. Данные о численности шотландского населения в период до появле-
30 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 31

ния статистики Вебстера, относящейся к 1755 г.1, чрезвычайно фрагмен- И в этом Шотландия раннего Нового времени являет собой типичный
тарны. Тем не менее, не беспочвенными представляются данные о том, пример традиционного общества, где высокий уровень смертности ком-
что между 1500 г. и концом XVI в. население Шотландии выросло с 500 пенсировался высокой рождаемостью, и первый год жизни младенца
до 700–800 тысяч, затем — до одного миллиона в 1700 г., и 1 600 тысяч был периодом наиболее подверженным рискам.
ко времени первой официальной переписи в 1801 г.2 Целый ряд фактов Средняя продолжительность жизни была меньше, чем в Англии —
свидетельствует в пользу того, что с конца XVI в. и, особенно, в начале 30 лет на протяжении XVI и XVII вв., и несколько меньше чем 35 лет
XVII в. рост ускорился, а стабилизация численности произошла во вто- — в XVIII столетии1. Изменение продолжительности жизни, как и во
рой половине XVIII в. Это закрепление количества населения, очевидно, Франции, было связано с преодолением высокого порога смертности —
можно связать с тем, что довольно высокие естественные демографиче- как только со второй половины XVIII в. изменяется ее структура, уве-
ские показатели были уравновешены повышенной смертностью и вы- личивается и средняя продолжительность жизни. Высокая смертность
нужденной миграцией периода политических потрясений, что в целом была побеждена посредством прививания от оспы, что автоматически
соответствует европейской демографической тенденции того времени. повлекло за собой снижение вирулентности заболевания. Кроме того,
Интересно и то, что показатели демографических процессов в Англии и усовершенствование агрикультуры способствовало преодолению смерт-
в Шотландии редко совпадают, исключение составляет лишь, пожалуй, ности от голода. Традиционный демографический порядок постепенно
миграционная динамика, связанная с передвижением населения между заменялся новыми процессами.
Шотландией и Англией. Средний брачный возраст женщин был аналогичным английскому
Структура типичного шотландского домохозяйства XVI и XVII вв. — 23–26 лет, хотя в целом женское безбрачие было несколько выше.
была похожа на состав аналогичных хозяйств в других странах северо- Уровень внебрачных связей также превосходил тот, что существовал во
западной Европы и включала в среднем пять человек, с довольно незна- Франции и в Англии (до середины XVIII в.), и этот уровень повышает-
чительной динамикой в период 1500–1800 гг. В отличие от других стран ся к концу XVIII в., корреспондируясь с общеевропейской тенденцией.
Западной Европы здесь не наблюдалось процесса нуклеализации семьи Количество внебрачных рождений имеет устойчивую тенденцию роста
и перехода от крупных семейных комплексов к мелким и индивидуаль- в Новое время — с 1 % в 1650 г. до 5 % — в 1800 г. В сфере внебрач-
ным. Исключение, пожалуй, составляет горная Шотландия, где средний ных связей более строгая мораль равнинных территорий соседствует с
размер семьи был несколько выше, а в XVIII в. наблюдается процесс со- большей вседозволенностью Хайленда — если между 1660 и 1760 гг.
кращения ее средней численности. количество внебрачных рождений в Лоуленде выросло на 2–3 %, то в
Хотя шотландские источники по истории раннего Нового времени горной Шотландии — на 3–6 %2. Добрачные вольности, приводившие к
довольно фрагментарны и включают в себя в основном приходские за- рождениям, были более свойственны лесным европейским регионам, и
писи, даже на их основании можно сделать вывод о том, что в этот пе- церковь, хотя и боровшаяся с этим грехом, зачастую была бессильна.
риод Шотландия испытала значительный демографический «перегрев», Регион горной Шотландии, очевидно, имеет больше сходства с Ирлан-
подобно тому, что наблюдался во Франции и Ирландии. Высокий уро- дией с сфере демографических процессов, учитывая то, что Хайленд в боль-
вень рождаемости совпал с повышенной смертностью, и это балансиро- шей степени пострадал от голода 1690-х гг. Растущий дисбаланс между ди-
вание на грани голодного гомеостаза был свойственно для всего XVI и намикой населения и недостаточностью ресурсов приводил к расширению
XVII столетий, а в Хайленде сохранялось еще и век спустя. Большая часть уровня миграции из региона в соседние области и за океан — проблема, с
смертей была связана со смертностью от голода и гибелью от заболева- которой столкнулся целый ряд европейских стран в этот период.
ний, и эта тенденция сохранялась в Шотландии несколько дольше, чем в Внутренняя миграция приводила к перенаселению одних регионов, в
Англии, а ее преодоление совпадает по времени с аналогичными процес- частности, Лоуленда, и к запустению других. Число жителей Эдинбур-
сами в Швеции и корреспондируется с ростом уровня жизни XVIII века. га, который был королевским городом, выросло с 12 тысяч в 1560 г. до

1 1
  An Account of the Number of People in Scotland...   Flinn M. W. Scottish Population History... P. 164–186.
2 2
  Scottish Population Statistics... P. xx.   Ibid. P. 279–282.
32 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 33

20–25 тысяч в 1635 г., 30-50 тысяч в 1700 г., и до 82 тысяч ко време- XVI в. чрезвычайно интересен для историка с точки зрения и эконо-
ни первой переписи 1801 г. Рост численности городского населения в мических, и социальных процессов, происходивших в Шотландии. Он
Шотландии был наиболее динамичным во всей Европе в XVIII в., будучи является принципиальным для понимания шотландского прошлого Но-
в значительной мере связанным с эмиграцией из сельской местности. вого времени потому, что именно в тот период были заложены основы
Этот рост характерен для всего периода шотландской Новой истории, социальных процессов, определявших развитие региона в следующие
но в наибольшей степени свойственен для конца XVI–начала XVII вв. два столетия. Наиболее фундаментальным из этих процессов было окон-
и для времени, следующего сразу за подавлением якобитского движе- чательное инстиуциональное разделение тех, кто работает на земле, и
ния1. Особенностью городской ситуации в Шотландии является то, что, тех, кто ею владеет. Именно XVI столетие было последним веком шот-
хотя Эдинбург был самым ее крупным городом до начала XVIII века, ландской истории, когда возможности социальной мобильности были
соотношение численности населения, проживающего в столице и в относительно велики. Одновременно, XVI в. еще не провел резкого со-
других городах, было ниже, чем в других европейских странах. Такие циального разграничения между джентри и представителями других со-
городские центры как Глазго, Данди, Абердин, Перт, или меньшие по циальных слоев.
размеру и численности населения города вроде Инвернесса и Дамфриза, Между тем, очевидно, что такой системы социальных рангов, кото-
играли несмоненно большую роль в экономическом развитии страны в рая существовала во Франции XVII в. или в Пруссии столетия XVIII, в
целом, чем даже более крупные города в других европейских центрах. Шотландии не было. Однако на уровне церковного прихода, например,
Кроме того, городской рост в Шотландии имел еще ряд особенностей. существовало разделение на хозяев, свободных владельцев, фьюеров,
Во-первых, он был крайне регионализирован, поскольку практически державших землю на условии фиксированной платы, собственников и
все города располагались в Лоуленде, по крайне мере, это утверждение тех, кто обрабатывал землю. Такое разделение закреплено в большин-
является бесспорным для периода до XVIII в. Во-вторых, шотландское стве письменных документов. На уровне городской классификации, как
городское население между 1500 и 1600 гг. росло в тех же пропорциях, правило, выделяли тех, кто обладает городскими привилегиями, и всех
что и английское. Еще более эти темпы ускорились в XVIII в., что было остальных.
уникальным европейским процессом. Кроме того, цифры городского ро- Сегодня, на основании анализа записей о поступлениях налогов, а
ста говорят и об экономической динамике в целом после 1750 г., когда также поместных документов, историк имеет возможность составить
темпы экономического развития Шотландии намного опережали тен- хотя бы самую общую классификацию социальных групп Шотландии
денции развития других регионов. Нового времени в зависимости от уровня их имущественного положе-
Еще одним общепринятым утверждением является то, что экономи- ния. В частности записи о налогах свидетельствуют об имущественной
ческое развитие Шотландии в Новое время было тесно связано с эволю- дифференциации конца XVII в. в Лоуленде. Изучение этого периода осо-
цией т. н. «примитивных социальных структур», какими были, в частно- бенно важно, учитывая экономический кризис 1690-х гг., выступивший
сти, хайлендерские кланы. Удивительно, но утверждение Рона Хастона, катализатором исподволь развивающихся процессов.
сделанное им почти четверть века назад, об отсутствии полноценных Подавляющее количество земли принадлежало крупным владельцам,
исследований о шотландской социальной структуре Нового времени, обладающим политическим и судебным авторитетом и использующим
до сих пор нечем опровергнуть2. Британская и церковная, и светская патронажные практики для защиты собственных интересов. При этом
историография предпочитали обходить этот вопрос стороной. Светские земельный рынок был развит крайне слабо, а оживление операций на зе-
историки всегда ограничивались лишь констатацией различий социаль- мельном рынке в конце XVIII века было связано с развитием городских
ных структур Англии и Шотландии; в работах же, принадлежащих перу слоев торговцев и профессиональных служащих. Корона, города и от-
церковных историков, чаще речь идет о взаимоотношениях между чело- дельные мелкие владельцы владели лишь незначительной частью земли
веком и богом, чем между человеком и человеком. в Шотландии, и только лишь в западных, центральных и юго-западных
частях Лоуленда было несколько более развито крестьянское землевла-
1
  Vries J. The European Urbanization... P. 39. дение. Западные же острова были вообще объединены в единое владе-
2
  Scottish Society, 1500–1800... P. 8. ние, Лордство островов, где наследовались все земли целиком. Незначи-
34 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 35

тельное исключение составляет Восточный Лотиан и Файф, территории Семьи коттеров составляли массу сельского населения в большинстве
вокруг Эдинбурга, где земельная собственность была меньших размеров шотландских приходов, и большая часть сельских слуг, очевидно, про-
и рынок земли был более динамичным. исходила из этой категории. Они, как правило, получали небольшой
В Шотландии не было эквивалента английских йоменов, за незначи- участок земли в фермерских владениях в обмен на работу в хозяйстве
тельным исключением тех, кто проживал в поместьях мелких землевла- землевладельца-фермера. По сути они являлись сельскохозяйственны-
дельцев или порционеров, наследовавших лишь часть земельного дер- ми рабочими, и различные региональные особенности этой группы на
жания. Однако таких к концу XVII в. насчитывалось не более 8 тысяч территории Шотландии не стоит переоценивать. Историки спорят и о
человек1. Те, кого в Англии называли копигольдерами, в Шотландии процентном соотношении коттеров и крестьян-субдержателей относи-
уже в конце XVI и начале XVII столетия стали арендаторами земли, мел- тельно общей численности населения1. В целом, из-за высокой плотно-
кое же землевладение получает все большее распространение, начиная сти населения и скудости земельных ресурсов, субдержания были боль-
с середины XVI столетия, когда реформация разрушила крупное церков- ше распространены в Шотландии и Ирландии, чем в Англии, и уже на
ное землевладение. Однако, во-первых, экономическое значение таких протяжении XV в. целый ряд монастырей обзавелся многочисленными
хозяйств было невелико в XVI в., а, во-вторых, в XVII столетии большая коттерскими коммунами, для того чтобы удовлетворять монастырские
их часть вошла в состав более крупных владений лендлордов. нужды.
Таким образом, и в XVI, и в XVII столетиях доступ для большинства В Хайленде массовое распространение коттерства приходится на
крестьян к земле мог быть возможен только благодаря аренде. Если на XVIII в., когда тысячи горцев, владея крошечными земельными участка-
протяжении XVI и большей части XVII вв. преобладает краткосрочная ми, устраивали на них свое хозяйство, выживая с помощью рыбной лов-
аренда, то в конце XVII столетия очевидно проступает тенденция к уве- ли и дистиляции виски. Западно-хайлендерских и гебридских коттеров
личению арендных сроков. Если на Атолле земли поместья Туллибардин называли гэльским словом «скаллагс». В Лоуленде, начиная с экономи-
в период с 1688 по 1783 гг. в среднем сдавались на срок 9 лет, в 1725 — ческого кризиса 1690-х гг., многие коттеры нанимались на мануфакту-
11 лет, то в 1760 — 19 лет2. Увеличение сроков аренды свидетельству- ры, постепенно втягиваясь в формирующийся индустриальный рынок и
ет о том, что земли все чаще используются с коммерческими целями, составляя основу рабочих слоев населения.
как землевладельцами, так и арендаторами. Хотя для Шотландии это не Если сельская бедность в Шотландии была представлена, главным
было совсем новым явлением — такие же длительные сроки временных образом, коттерами, то социальная группа городской бедноты была бо-
держаний были характерны для XV и начала XVI вв. лее разнообразна и включала слуг, временных рабочих, странствующих
Сельское сообщество возглавлялось лендлордами. За ними шли фер- актеров, попрошаек, бродяг и сирот, вдов и стариков. Три четверти тех,
меры, лично обрабатывающие землю, за ними их семьи и нанятые котте- кто находился на попечении в Абердине в 1695–1705 гг. составляли
ры и слуги. Владения таких фермеров были чрезвычайно разнообразны женщины, из которых две трети были вдовами. Система социального
и с точки зрения размера и структуры, и с позиции тех, кто трудился попечительства была более развита в городах, особенно в Эдинбурге,
на этой ферме. В некоторых районах Шотландии таких фермеров насчи- в который стекался поток людей из сельской местности, резко возрас-
тывалось до 50 % от всего мужского населения, в других — эта цифра тавший в такие кризисные периоды как конец XVI или конец XVII ве-
колеблется в районе 20 %, а некоторых случаях фермами могли владеть ков. Церковные записи Перта, датируемые 1584 г., свидетельствуют,
сразу несколько хозяев3. что четверть городского населения, составлявшего четыре с половиной
Отличительной особенностью Шотландии по сравнению в Англией тысячи, были бедняки, с трудом добывавшие себе пропитание. А на про-
является то, что, даже несмотря на чрезвычайно маленькие земельные тяжении кризиса 1690-х гг. пятая часть всего миллионного населения
участки, в ней практически не было полностью безземельных крестьян. Шотландии была ввергнута в бедность2. Несмотря на распространенные
эгалитаристские представления и существующую систему взаимопомо-
1
  Mitchison R. From Lordship to Patronage... P. 16.
2 1
  Leneman L. Living in Atoll... P. 40.   Dodgshon R. A. Land and Society in Early Scotland... P. 206–214.
3 2
  Scottish Society, 1500–1800... P. 11–12.   Flinn M. W. Scottish Population History... P. 170.
36 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 37

щи, шотландская бедность была серьезным вызовом еще и в XIX в., тог- и XVIII вв. у границ модернизирующейся Англии, сам ушел в прошлое
да как в Англии в целом эту проблему удалось уже решить. и является академическим анахронизмом. Бесспорно, что большее эв-
Имущественная и социальная дифференциация, конечно же, явля- ристическое значение имеет такое понимание шотландских кланов, со-
лась фактором, детерминирующим процесс формирования националь- гласно которому они представляют собой чрезвычайно гибкий и вместе
ного государства в Шотландии. Происходило это в той же мере, что с тем устойчивый социальный организм, залогом жизненности которого
в других регионах Европы. Вместе с тем, специфика этого процесса является способность отвечать на вызовы времени.
определялась связями, далеко выходящими за пределы экономических Наконец, важно и то, что шотландские кланы могут быть изучены
процессов. Шотландская клановая система являлась тем элементом со- как с точки зрения генетического подхода, так и с функциональных
циальных отношений, который словно бы проходил над всеми другими позиций. Каждый из двух методов способен принести интересные ис-
компонентами, и в итоге именно долгое существование родственных от- следовательские результаты. В первом случае историк должен будет
ношений, лежащих в основе кланового родства, определило и особен- обратить внимание на формирование и эволюцию клановой системы,
ности развития национального государства. Клановое родство, в основе которая, вопреки распространенному мнению, является детищем позд-
которого лежал не кровнородственный принцип, а особые социокуль- него средневековья. Второй подход, думается, более целесообразен для
турные практики, являлось важным фактором общественной динамики данного исследования. Исходя из предложенного понимания клановой
еще и на протяжении XIX в., будучи при этом основой социальной систе- системы, как комплексного эволюционирующего родового организма,
мы Шотландии на протяжении всего средневекового периода и раннего необходимо проследить то, как институты родства приспосабливались к
Нового времени. меняющемуся социокультурному и политическому контексту.
Относительно природы шотландской клановости необходимо сде- Традиционно принято считать, что формирующееся национальное
лать ряд предварительных замечаний. Во-первых, наиболее долго кла- государство должно уничтожать все другие идентичности, препятству-
новая система продолжала существовать в горной Шотландии, где она ющие процессу нацие-строительства. История формирования шотланд-
являлась первоочередным фактором, определяющим все процессы — ской национальной государственности опровергает это представление.
политические, социокультурные, экономические. Вместе с тем, хотя и Кланы не только не помешали политической консолидации и были во-
больше подверженный внешнему влиянию, Лоуленд также был родовым влечены в сам процесс формирования нации, но и стали одним из наи-
сообществом, где принадлежность к клану определялась не только фа- более значимых символов этого процесса. Более того, клановое родство
милией, но и особыми социальными практиками и ритуалами. При этом использовалось в качестве одного из механизмов политической и нацио-
сама природа клановости имела ярко выраженные региональные особен- нальной интеграции.
ности, отвечая вызовам, существовавшим в той или иной части Шотлан- Сам термин «клан» происходит от гэльского «Chlann», что дословно
дии. Оказывая влияние на развитие локальных сообществ и будучи фак- обозначает «дети» и отражает политическое, социальное и культурное
тором национального развития, кланы и сами не являлись застывшими единение, являвшееся странным сочетанием эгалитарных представле-
во времени образованиями, но подвергались изменениям в зависимости ний о родстве, феодальных принципов господства-подчинения, а также
от конъюнктур разного рода. региональных и локальных особенностей1. И в горной, и в равнинной
Во-вторых, клановое родство и родовые практики, существовавшие Шотландии взаимные кровные обязательства, существующие на про-
в Шотландии, не являются пережитками патриархального или феодаль- тяжении столетий, в XV в., в условиях расширявшейся клановой экс-
ного общества. Скорее, они представляют собой особую систему взаимо- пансии, потребовали письменной фиксации, а в XVI столетии допол-
отношений, основанную на традиционных социальных практиках. При нительным фактором необходимости письменного скрепления союзов
этом социальная традиция — это не нечто вымирающее или клонящееся стало то, что Реформация освободила обширные земельные владения
к упадку, а целая система взаимоотношений, которая рождается, живет церкви, которые перешли во владения лендлордов и потребовали заселе-
и гибнет в определенном социальном контексте. Историографический ния новыми крестьянами. Исходя из основной функции клана, которая
канон, согласно которому кланы было принято рассматривать как ста-
тический пережиток былого, анахронизм, чудом сохранившийся в XVII 1
  Macinnes A. I. Clanship... P. 1.
38 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 39

заключалась в защите своих членов, в XV в. усиление родовых связей перейти шотландской короне, что, правда, в краткосрочной перспективе
в шотландском обществе было одновременно и причиной межклановой сулило лишь новые испытания.
вражды, и ответом родового общества на происходящие изменения в История Лордства тесно связана и с прошлым самой Шотландии, по-
регионе. В основе этого процесса трансформации лежали изменения во скольку еще шотландские монархи XIII в., пытавшиеся вовлечь западные
взаимоотношениях между землевладельцами и теми, кто проживал на острова в орбиту своего влияния, всячески способствовали матримони-
этой земле, связанные с кризисом феодального принципа господства и альным союзам, а также бондам между лордами островов и соседними с
подчинения, сочетавшим иммунитетные и экономические права. Фор- ними гэллоговорящими регионами Шотландии, принадлежащими Коми-
мирование клановости было, таким образом, ответом на разрушение нам и Стюартам. Укрепление Лордства часто оборачивалось потерями
прежней общественной системы, взамен которой клан предлагал иную для Шотландии и наоборот.
систему — не экономическую и политическую, а принцип родства, как Нестабильная ситуация на западе Шотландии сопровождалась и
основу взаимоотношений. Таким образом, традиция клановости, изо- сложными внутриполитическими процессами. Если XIV в. шотландской
бретенная в XIX в., о которой писал Хью Тревор-Ропер, была отнюдь не истории может быть охарактеризован как столетие, когда в королевстве
первым прецедентом в этой области. господствовали крупные династии, ставшие самостоятельными полити-
Не менее важны были и геополитические процессы. Эскалация на- ческими силами и использовавшие свои военные ресурсы для отстаива-
пряженности достигает своей высшей точки в регионе Западного Хай- ния независимости, то XV в. стал столетием укрепления королевской
ленда с падением государства Лордов островов в 1493 г. Это объедине- власти. Однако речь шла не только о том, что установить баланс между
ние, иначе еще называемое Лордство Островов, возникло после того, властью магнатов и короны. Шотландские монархи претендовали на то,
как правнуки Олафа Красного, последнего короля Мэна, разделили чтобы значительно расширить свою власть, территориально и институ-
земли, некогда принадлежавшие их предкам, и один из них, Доналд, в ционально, что отражало общие тенденции экономической, социальной
1164 г. наследовал не только титул Лорда островов, но и территории и политической жизни королевства. В конце XV в. Эдинбург становится
клана Доналдов — Гленко, Гленгарри, а также земли боковых ветвей столицей Шотландии, и это означало, что в него переместилась полити-
клана — Раналдов и Макянов. Возникновение Лордства островов было ческая власть и экономический центр страны. И хотя аристократия те-
результатом борьбы корон Мэна, Норвегии и Каледонии за контроль над перь прибывала ко двору в поисках должностей и королевских милостей,
островами, прилегающими к западному побережью Шотландии, а так- такое расширение могущества Стюартов создавало новые противоречия.
же следствием брачного союза, заключенного между одной из дочерей В правление Джеймса III (1460-1488 гг.) и Джеймса IV (1488–1513 гг.)
Олафа и Сомерледом, потомком одного из островных вождей Джодфри шотландская корона была вовлечена в целый ряд конфликтов, в том
Макфергюса. Хотя феномен Лордства островов практически не изучен в числе и в перманентное противостояние с Лордством островов. После
историографии, ни отечественной, ни британской, думается, что по сво- того как Макдоналды, управлявшие землями на западных островах, ли-
ему характеру это было протогосударственное образование, обладавшее шились своих владений в Россе и Кинтайре в 1475–1476 гг., аннексия
влиянием в Хайленде и посредством постоянной экспансии сглаживав- Лордства была уже вопросом времени, и поэтому события 1493 г. не вы-
шее основные противоречия в регионе. На протяжении нескольких сто- звали удивления современников.
летий геополитическая ситуация в регионе характеризовалась тем, что Упадок государственного образования, существовавшего на северо-
главы родов, проживающих на территории Хайленда, обязаны были при- западе Шотландии с конца XII в., привел к резкому снижению влияния
носить присягу главе Лордства и становились танами, то есть наместни- Макдоналдов, которые на протяжении всей истории Лордства островов
ками, неся ответственность за порядок на своих землях. олицетворяли его силу и могущество. Некогда могущественное и неза-
1493 г. стал особым годом шотландской истории. Тогда Лордство висимое государственное объединение распадается на многочисленные
островов, на протяжении многих лет угрожавшее западным пределам кланы и ветви кланов, оспаривающие лидерство, что явилось основой
Шотландии, было окончательно разрушено, а вместе с ним ушли в про- межклановой борьбы и кровопролитий, развернувшихся в Шотландии в
шлое и опасения, что на западе Шотландии будет существовать неза- XVI столетии. Эти процессы способствовали лишь усилению клановой
висимое государственное образование. Теперь его земли должны были солидарности и закреплению такого типа социальной организации, в ко-
40 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 41

тором социальное положение определялось, в первую очередь, не уров- XV–XVI вв. он встречается повсюду в письменных документах и обо-
нем богатства, а принадлежностью к клану. И институты, и отношения значает денежные или земельные обязательства одного по отношению
в рамках такого родового общества были крайне персонализированы к другому. Вторая же составляющая этого понятия — гораздо более
— XVI и XVII столетия представляют тому множество доказательств. сложная проблема, связанная с социальной динамикой и меняющимися
Вместе с тем, по мнению ряда исследователей, именно это родство спо- практиками общественных связей на заре Нового времени.
собствовало достижению социального консенсуса и такому развитию «Manrent» очень редкий и достаточно архаичный термин, который
общественной системы, в которой равные предоставляемые всем воз- был вновь извлечен в социальную коммуникацию в середине XV в. и стал
можности приводили к сглаживанию социальных противоречий и гар- означать отношения между человеком и его землевладельцем. Вплоть до
монии, неведанной большинству европейских стран1. начала XVII в., когда исчезает практика бондов, а вместе с ней и само
Хотя история средневековой Шотландии ассоциируется с сильными слово, этот термин был крайне распространен. Проделав долгую эволю-
родовыми связями, слабой королевской властью и непрекращающейся цию в XI и XII вв., затем практически исчезнув из употребления, в 40-х
кровавой враждой, фактически мы знаем очень немного о шотландской гг. XV века категория «manrent» вновь появляется и обозначает не что
вражде периода до XV в. — среди источников нет ни юридических за- иное, как «быть человеком». Анализ этих документов показывает, что
писей об этом, ни литературных памятников. Свидетельством массового это были не просто договоры покровительства и защиты, что содержа-
распространения кровной вражды становятся лишь более восьмисот т. н. лось в перечне обязательств. Скорее это были политические контрак-
«договоров людей», заключенных в конце XV в. между простолюдинами ты взаимной поддержки, используемые в массовом порядке в XVI в. в
и их лордами, а также «контрактов дружбы» между людьми одинакового определенной политической ситуации, когда «эпоха набегов» и вражды
статуса. Эти документы являются свидетельством той ответственности, обуславливала необходимость консолидации в целях защиты интересов.
которую несли представители клановой аристократии по отношению к Нестабильность XVI столетия, таким образом, стала еще одним факто-
рядовым клансменам в сфере частного права2. В конце XVI — начале ром формирования клановости.
XVII вв. шотландские юристы стали издавать и комментировать эти до- Что касается вражды в более ранние периоды шотландской истории,
говоры, благодаря чему многие из них дошли до нас, и мы можем просле- то в распоряжении исследователей есть лишь т. н. «Древнее право»
дить как частное право работало в традиционном обществе и чего люди (Auld Lawes) — коллекция многочисленных записей королевского,
от него ожидали. городского, обычного права с XII по XIV вв. с незначительными отсту-
Сам термин «договор людей», в шотландском варианте XV века — плениями в XI и даже в X столетие. Сколь-либо детального анализа
«band of manrent», в определенной степени уникален, хотя бы потому, этого источника так и не проведено, хотя в нескольких работах по со-
что в других североевропейских странах в период позднего Средневе- ответствующим периодам встречаются на эти законы отсылки. В самом
ковья и раннего Нового времени не произошло смены названия для общем виде «Древнее право» свидетельствует о двух вещах. Во-первых,
отношений между землевладельцем и людьми, проживавшими на его о географическом распространении кровной вражды, а, во-вторых, о по-
территории. В Англии в XV и XVI вв. по-прежнему был распространен стоянных попытках короны взять под контроль эту сферу общественных
indenture, во Франции — alliance, в Германии — Dienerbrief. И хотя отношений. При этом важно, что кровная вражда была распространена
содержательно эти категории могли меняться, но лингвистически ис- повсюду в Шотландии, а не только в гэльской ее части, которую тради-
пользовались традиционные термины3. Термин «band», происходящий ционно принято считать наиболее дикой. При этом в механизме реали-
из средне-шотландского диалекта, тоже не представляет сложности — в зации кровной вражды, а, значит, и в том, как эти проблемы решались
на уровне институциональном, сходства между Лоулендом и Хайлендом
1
  Donaldson G. Scotland... Р. 237. гораздо больше, чем различия. Исключение составляет разве что линг-
2
  Сам термин «частное право» в данном случае используется не как отрасль права, а вистической аспект.
отражает персональные отношения между людьми. Термин широко используется в ан- В конце XV века появляется целый ряд специальных терминов, запи-
глосаксонской литературе, в исследованиях, посвященных кровной вражде. См., напр.:
Brown J. B. Bonds of Manrent in Scotland... санных и изданных в 1597 г. Джоном Скене, который прокомментировал
3
  Wormald J. Lords and Men in Scotland... их, порой отчасти модернизировав, чем сохранил свидетельства распро-
42 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 43

странения этих слов в языке судопроизводства. Часть этих слов имеет признание права рода, к которому принадлежал убитый «железом или
кельтское или ирландское происхождение, другая — валлийские корни. водой» человек, на компенсацию со стороны виновных в этом.
Как бы то ни было, все они отражают широкое распространение обычаев Очевидно, что в отличие от англо-саксонского права, шотландская
компенсации или мести за причиненный ущерб. Эти первые по времени корона признавала право на возмещение. Признание этого права сопро-
дошедшие до нас записи показывают контакты с Ирландией, Уэльсом и вождалось разработкой специальной процедуры, и государство, таким
Нортумбрией, также кельтское и североанглийское влияние. В целом, образом, не устранялось от функционирования институтов кровной
очевидно, что существовала преемственность между ранне— и позд- мести, а, наоборот, становилось его частью. Предлагая паллиативные
несредневековой враждой, а также между гэльским и англо-саксонским способы решения проблемы, суд становился то на сторону потерпев-
прошлым. шей стороны, то принимал сторону обидчика, но неизменно принимая
Эта преемственность важна и с точки зрения влияния короны на во внимание законы кровной мести. Мало кто представлял, насколько
институты кровной вражды. Мы не знаем о том, какой была ситуации были стары те законы, которыми руководствовалось судопроизводство,
до XII в., хотя и возникает порой искушение считать, что она мало чем важно было лишь то, что они способны были решить конфликт между
отличалась от века XVII. Очевидно лишь, что ранние шотландские мо- сторонами, а также сгладить противоречия между интересами короны и
нархи добились определенных успехов в деле регулирования этих про- институтами кровной мести.
цессов, и только нормандское завоевание обострило вопрос о роли ко- В марте 1587 г., через месяц после казни Марии Стюарт, состоялась
роны1. На протяжении XII и XIII веков прерогативы короны постоянно встреча представителей Англии и Шотландии, на которой было заявлено,
расширялись, в то время как сфера действия родового права была незна- что Елизавета очень сожалеет, что ей пришлось лишить жизни Марию,
чительной. Причина этого была объяснена еще в 1960-е гг. шотландским и предлагает Джеймсу возмещение. На это шотландские представители
историком Джефри Барроу2, который в своей более поздней работе пи- заявили, что они готовы были требовать такой компенсации, поскольку,
сал, что шотландское родство, как особый тип социальной организации, согласно родовому обычаю, родственники и близкие казненного имеют
свой наиболее отличительный характер приобрело в конце XIII века3. на нее право. Этот пример иллюстрирует устойчивость родовых связей
Норманны, по мнению историка, пришедшие не как завоеватели, а как на всех уровнях, институциализацию родства, а также его влияние на
поселенцы не знали родового права, и не родовые институты, а монархи международные отношения.
были ответственны за людей «вне рода». Сами родственные отношения На протяжении XV и XVI вв. корона постоянно расширяла свои
в этот период начинают дрейфовать в сторону отношений феодальных, прерога­тивы до такой степени, что шотландская правовая система к
считает целый ряд исследователей. И хотя норманны не были завоевате- концу XVI в. полностью изменилась по сравнению с XII столетием.
лями и никогда не стали по-настоящему правящей элитой, как это было В XV–XVI вв. в Шотландии сложилась странная система, сочетающая
в Англии, они заложили основу собственным родам, от которых проис- элементы частного права и права короны. В конце XVI в. юрист Джеймс
ходят многие знаменитые шотландские кланы и адаптировались к тради- Балфур с удивлением отмечал, что род, а не отдельный человек является
ционным шотландским нормам. в Шотландии субъектом права и может получать или налагать наказа-
В этих условиях действительно существовала возможность конфлик- ния. Заявление о совершенном убийстве и требование наказания за пре-
та между короной и родовым сообществом, что столь часто встречается ступление должно было подисываться представителями четырех ветвей
в европейской истории. Однако в Шотландии именно корона частич- — двух со стороны отца жертвы и двух— по материнской линии. Шот-
но адаптировав нормы традиционного права, признала право налагать ландские родовые группы представляли собой обширные объединения,
штраф даже на монарха, если он был повинен в смерти человека. Еще чье участие в осуществлении судопроизводства было определяющим.
большее значение для сглаживания потенциальных конфликтов имело Естественно, что все индивидуальные и общественные практики
были обусловлены принадлежностью к тому или иному клану, а сами ро-
1
  Withers J. Bloodfeud, Kindred and Government... P. 63–64. довые группы в Шотландии были могущественной силой, определяющей
2
  Barrow G. W. S. Kingdom of the Scots... разного рода социальные и политические процессы. Одна из причин это-
3
  Barrow G. W. S. Kingship and Unity... го заключается в агнативном родстве, которое препятствует конфлик-
44 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 45

там в большей степени, чем когнативное. Родство по материнской линии риод. В конце XVI столетия известный юрист Томас Крэйг Риккартон
не отрицалось в Шотландии, но это был особый тип социальных связей. описал чудовищную ситуацию кровной вражды, в которую «вовлечены
Вступление в брак не приводило к взаимным обязательствам мужа братья, а, иногда, отцы и сыновья»1. На практике известно лишь о не-
и жены. Даже и в раннее Новое время, когда использование фамилий скольких случаях такой вражды между отцами и сыновьями, которая
только входило в употребление, вступая в брак, женщина не принимала выливалась в военные действия. Таким был случай Александра Огилви,
родовое имя мужа, что позволяло ее роду не быть полностью ассимили- который в 1545 г. лишил наследства своего сына в пользу третьего сына
рованным кланом супруга. графа Хантли, принявшего имя Огилви. Однако Крэйг писал в эпоху,
Сила родственных связей может быть объяснена помимо прочих фак- когда коренным образом менялись социальные процессы. Помимо того,
торов еще и географическими условиями Шотландии. Родовые группы, что расширялась практика передачи земель не прямым наследникам, а
как правило, были локализованы в пределах одного географического Реформация закрыла двери для церковной карьеры младшим сыновьям
ареала обитания, занимая одну долину, территория которой имела ярко шотландской аристократии, рушились традиционные связи с Францией,
выраженные естественные границы. Осознавая силу родственных свя- в армии которой служили шотландские солдаты. Земельный вопрос был
зей, историческую, культурную, а также их естественноприродную уко- как никогда остр, что приводило к эскалации напряженности и ожив-
рененность, монархи не пытались разрушить эти структуры, а, скорее, лению старых конфликтов. Хотя сколько-нибудь удовлетворительного
использовали для расширения собственного влияния. исследования о положении младших сыновей в Шотландии еще не про-
В целом шотландские группы довольно легко идентифицировать, ведено, можно с уверенностью сказать, что именно их шаткий статус
поскольку они использовали для самообозначения клановые имена. привел к тому, что с конца XVI в. они стали обучаться в Эдинбурге юри-
Это был своеобразный «тест» на родство, в котором имя и фамилия дическим профессиям и заложили основу известным профессиональным
были тождественны в культурном отношении. По источникам слож- династиям из этой сферы2.
но проследить размер и состав таких родовых групп, поскольку спи- Родовые отношения были тесно связаны с вопросами лордства.
ски членов клана — очень редкая удача для исследователя. Одним из В Шотландии не много можно найти примеров того, что родовые свя-
примеров такой удачи — перечень сорока одного лэрда клана Мюррей зи ослаблялись распространяющимися феодальными связями, даже в
среди множества непоименованных рядовых клансменов, все признаю- период норманской феодализации. В раннее же Новое время родство
щие общие обязательства друг перед другом. Их девиз гласил: «один и лордство, бесспорно, способствовали усилению друг друга. Докумен-
будет всеми, все будут одним». Другим примером является список ты, описывающие отношения в рамках владений лордства, оперируют
227 членов клана Гамильтонов. Однако эти свидетельства, скорее, ис- не терминами земельных отношений или пожалований, а категориями
ключения, как с точки зрения редкости информации, приводимой в родства между лордом, его друзьями и клиентами. Это были договоры
них, так и в отношении размера описываемых групп, которые в боль- дружбы, зависимости, в которых указывались право на защиты и покро-
шинстве своем были гораздо меньше. Гамильтоны, в частности, явля- вительство со стороны более сильных, а также службы и обязательств
ются необычным случаем в силу своего небывалого влияния в XVI в., как категорий и лордства, и родства. Однако если отношения родства не
особенно во второй половине столетия. Как правило, в источниках, со- нуждались в письменной фиксации, то связи между землевладельцем и
держащих в том или ином виде информацию о клане, сначала перечис- землепользователями скреплялись юридическим договором, в котором
ляются лэрды, а затем следует фраза «все остальные», как это указано использовался все тот же язык родства. Фразы, заключающие в себе
в «Перечне примечательных событий Шотландии» — «все остальные обязательство человека по отношению к лорду «действовать и повино-
Гамильтоны... прибыли в Линлизго»1. ваться так, как будто он мой отец, и я его сын», поскольку «этот лорд на-
Родовая солидарность, очевидно, ослабевает в XV и XVI вв. Отча- столько добр, что оставил меня [на земле], как будто я его собственный
сти оттого, что появляются другие консолидирующие связи, отчасти по сын», являются естественными для таких контрактов.
причине того эффекта, который имело родство в предшествующий пе-
1
  Craig of Riccarton, Thomas. Ius feudale... P. 13.
1 2
  A Diurnal of Remarkable Occurrence in Scotland... P. 151.   Donaldson G. The Legal Profession in Scottish Society... P. 11–19.
46 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 47

Лорды, таким образом, выступали в роли отцов, а взаимная ответствен- обидчика, как в сфере земельных отношений, так и в уголовном праве,
ность между ними и клансменами была одновременно и взаимным правом, было наложение такого наказания, которое даже не возмещало убытки
и обоюдной обязанностью. В этих договорах из раза в раз повторяется потерпевшего, а поддерживало status quo в регионе. И это касалось как
обещание действовать и выступать сообща, привлекая всех сподвижни- материальных благ и условий, так и важной для традиционного обще-
ков, а в качестве наказания за нарушение данного обещания указывается ства составляющей престижа и авторитета. Успешное урегулирование
возможность лишения покровительства для такого человека. Колин, граф конфликта зависело от двух условий: во-первых, от связей лорда или
Аргайл, например, в своем договоре с Уильямом, графом Гленкайрном в рода, а, значит, от той власти, которой они располагали в регионе, а, во-
1576 г., и Джоном, графом Маром в 1578 г. особо оговорил условие, что вторых, от содержания договоров, заключенных по итогам разрешения
если убийца или другой нарушитель появится в их землях, среди их род- конфликта. Необходима была тонкая политика по умиротворению тех
ственников или зависимых от них людей, то это никак не скажется на их родов, противоречия между которыми казались порой непреодолимыми,
дружбе, в том случае если они сами накажут преступника. и компромисс являлся необходимым условием этого умиротворения.
Подобные договоры свидетельствуют о сохранении частноправовых Кроме того, само право должно было вершиться не только сторонами,
отношений и практических методов борьбы с нарушителями закона. вовлеченными в конфликт, но и людьми, чей авторитет был бы залогом
В данном случае речь не идет о противостоянии традиционных родовых сохранения мира.
институтов с правительственными практиками. Скорее важно было то, Такая ситуация была естественна для XV и XVI вв., но она сохраня-
какие из институтов более действенны в борьбе с нарушителями, и какие лась и в XVII столетии, когда формирующееся национальное государство
практики стоит использовать, чтобы максимально достичь желаемого ре- стремилось развивать систему центрального правосудия. В XV в. в Шот-
зультата. Так, неудовлетворенность неэфективными действиями прави- ландии существовала разветвленная система местных судов — шериф-
тельства в 1545 г., которое на протяжении целого года не могло удовлет- ских, городских, барониальных. Однако не было ни одного центрального
ворить жалобу Вальтера Огилви Данлагаса на Томаса Байрда, незаконно суда как такового — королевское правосудие вершилось в парламенте
захватившего земли Огилви, толкнула пострадавшего в объятия традици- и в королевском совете. В 1426 г. был основан новый судебный орган,
онного права мести. Обратившись к вождю старшей ветви клана Огилви, получивший название Судебная сессия. Изначально он задумывался как
а также к могущественному местному магнату Джорджу графу Хантли, передвижной суд, который должен был собираться два-три раза в год в
Вальтер Огилви получил в свое распоряжение целую армию и молниенос- крупнейших шотландских городах и использовать наиболее влиятель-
но отвоевал обратно свои земли. В отличие от центрального судопроиз- ные группы местной знати в качестве судей1. И только с конца XV в.
водства, которое могло растягиваться на долгие месяцы, наказание в рам- Сессия стала постоянно заседать в Эдинбурге. А поскольку гражданское
ках родовых практик приходило быстро и неминуемо. В этой связи можно право сильно отличалось от уголовного, то Сессия являлась и высшей
говорить, скорее, о слабости институтов национального государства, чем инстанцией по гражданским делам. Уголовное же судопроизводство
о силе традиционно родовых практик. При этом в равной степени частное по-прежнему оставалось в ведении местных властей. Но уже к концу
право эффективно действовало и в земельных отношениях, и в вопросах XVI в. ситуация меняется радикально. Еще в 1532 г. Сессия вошла в
уголовных преступлений, поскольку не просто использовало традицион- состав Коллегии юстиции, во главе которой стоял президент и четыр-
ные практики взаимоотношений, но и исходило из необходимости поддер- надцать оплачиваемых лордов, которых стали называть лорды Сессии.
жания баланса сил в местном сообществе. Правда общее количество лордов могло меняться, и в случае необходи-
Сохранение равновесия было необходимым условием поддержания мости в ее состав временно вводились новые члены2, что коренным об-
мира в регионе. Антрополог Макс Глюкман предложил революционную разом отличалось от ситуации XV в., когда в качестве судей выступала
теорию «Мир во вражде», в рамках которой вражда рассматривается знать, на свои средства заседавшая в судах и видевшая в этом средство
не как дестабилизирующий, а, скорее, как уравновешивающий фак- поддержания собственного престижа. Отныне Сессия стала и высшим
тор общественных отношений1. Однако важным принципом наказания
1
  APS. Vol. II. P. 11.
1 2
  Glukcman M. Custom and Conflict in Africa...; Gluckman M. Politics, Law and Ritual... .   APS. Vol. II, P. 48.
48 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 49

криминальным судом, а Эдинбург бесспорной судебной столицей Шот- цинично, считая, что само основание Коллегии было ни чем иным, как
ландии, в которой стал формироваться целый класс профессиональных средством легализации церковных экспроприаций, проводимых Джейм-
юристов, получавших жалование за свою работу1. И этот процесс также сом V1. В этом смысле шотландские монархи раннего Нового времени
стал фактором, оказавшим влияние, с одной стороны, на процесс цен- ничем не отличались от своих современников в других странах — буду-
трализации и профессионализации шотландской правовой системы, чи наиболее могущественными представителями власти, они использо-
а, с другой, на эволюции институтов кровной вражды в шотландском вали правовую систему в своих интересах и обладали особыми право-
обществе. выми институтами для защиты собственных, часто противозаконных,
Корона в этом процессе играла несомненно важную роль. Шотланд- действий. Одним из таких институтов была должность королевского
ские монархи претендовали на то, что все мероприятия в области юсти- адвоката, являвшегося центральной фигурой Шотландского управления
ции должны соответствовать интересам государства и лишать оппози- на протяжении нескольких столетий.
ционные группировки возможности контроля над таким ресурсом, как История этого титула в Шотландии берет свое начало в 1488 г., когда
правовая система. Вместе с тем, обстоятельства не всегда складывались Джеймс III Шотландский, собрав верные ему войска, двинул их на своего
в их пользу. Конечно, короли Шотландии стремились осуществлять мятежного сына и поддержавших его пэров, расположившихся лагерем
правосудие самостоятельно и в своих интересах, но эти цели не всег- неподалеку от Стирлинга. В битве при Сауч-Берне королевская армия
да достигались, что ставило под сомнение сам процесс централизации. потерпела поражение, и король, упавший с лошади, был предательски
В XV столетии короли редко привлекали народ для разбирательства убит. Среди баронов, сражавшихся на стороне короны, защищавших мо-
в свои суды, и то, что они делали, порой даже вызывало панику среди нарха в том фатальном для него сражении и потерявших тогда все свое
населения, как, например, указ о том, что в качестве суда первой ин- состояние, был сэр Джон Росс Монтгринан, Королевский адвокат.
станции можно обращаться только в свой местный суд, а королевское Замок Монтгринана, который описывают как «хорошо укрепленную
правосудие использовать только как суд высшей инстанции2. Джеймс III и спланированную башню», располагался в Айршире. Имя сэра Джона
обрушивался с критикой на парламент за то, что тот мало внимания уде- Росса впервые встречается в записях шотландского парламента, членом
ляет вопросам юстиции, однако этот вопрос поднимался в парламенте 6 которого он был, под 6 апреля 1478 г. Он и является первым Королев-
раз только за период с 1473 по 1478 гг. 3, и это, очевидно, как свидетель- ским адвокатом, чье имя донесла до нас история, хотя достоверно и не
ство пристального внимания короны к этому вопросу, так и показатель известно, когда эта должность появилась. В июне 1479 г. он участвовал
неэффективности предпринимаемых мер. В общем-то провал всех начи- в акции против мятежного Джона Элема Баттердена и его сообщников,
наний Джеймса в правовой сфере широко известен. Менее известно то, организовавших заговор против короля и укрепившихся в крепости
что самим основанием Сессии Джеймс I пытался освободить свой Совет Данбар. В октябре того же года, когда заговорщики предстали перед
от рутинной бюрократической работы, связанной с разбирательством сессией парламента и не признали себя виновными, Адвокат призвал
земельных вопросов, и сосредоточить такую важную для государства, Палату осудить их. Согласно решению парламента, все их земли были
особенно в период формирования национального государства, стратеги- переданы короне. В данном случае парламентская запись не содержит
ческую сферу как земельные отношения в ведении отдельного органа, имени Адвоката короля. Но под 8 июля 1483 г., когда мятеж поднял гер-
просуществовавшего как самостоятельный институт более ста лет. цог Албанский, от «имени короля и в его защиту» выступает «Джон Росс
1532 г., когда Сессия прекратила свое самостоятельное существо- Монтгринен, Адвокат Его Величества», призывавший направить войска
вание, рассматривается юристами как поворотная точка эволюции против герцога. 2
шотландской правовой системы, окончание «темного периода» ее исто- После поражения верных Джеймсу III войск юный монарх, лишь
рии. Историки, правда, подходят к оценке этого события гораздо более только вступивший на престол, решил проучить тех, кто сражался на
стороне его отца, включая и Джона Росса, который по велению долга и
1
  Donaldson G. The Legal Profession in Scottish Society... P. 12–17.
2 1
  APS. Vol. II, P. 9,94, 107, 111, 177–178.   Withers J. Bloodfeud, Kindred and Government... P. 78–79.
3 2
  APS. Vol. II, P. 104, 118, 139, 165, 170, 176.   APS. Vol. II. P. 151.
50 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 51

совести не только с оружием в руках защищал короля, но и показал себя Интересна судьба этого поста в период заключения унии корон
в этой битве как отважный и талантливый воин. Указом нового монарха 1603 г. В последние годы XVI в. эту должность занимал Томас Гамиль-
ему было приказано явиться на заседание парламента, где должно было тон, прославившийся в течение своего долгого четырнадцатилетнего
слушаться его дело, но строптивый адвокат не выполнил приказа. И тог- пребывания на посту в большей степени не как юрист, а как политиче-
да лорд-канцлер призвал парламент приговорить его к смерти, а земли, ский деятель, и которого, очевидно, с 1598 г. стали называть лордом-
принадлежащие графу Джону Россу, передать короне. Это решение и адвокатом. Титул «лорд» получали тогда все члены шотландского Каби-
было вынесено 14 октября 1488 г. В тот же день земли Монтгринана нета. Характерно, что перенос королевской резиденции в 1603 г. никак
указом короля перешли Патрику Фасткаслу. не сказался на его функциях, с тем лишь исключением, что большую
Однако противники сэра Джона Росса недооценили могущества его часть времени он стал проводить в Лондоне в качестве королевского
друзей. Еще в 1486 г. он был направлен в качестве посла к Генриху VII советника. Правда, в 1604 г. Гамильтон прославился своими речами в
Английскому, с которым у них завязалось даже подобие дружеских от- шотландском парламенте, где он предупреждал о тех угрозах, которые
ношений. Поэтому, когда до Англии дошел слух о шотландских событи- способна принести англо-шотландская уния корон. Вероятно, за свою
ях и роли в них Монтгринена, английский монарх обратился с письмом к слишком активную деятельность в 1611 г. он был смещен со своего по-
Папе Иннокентию VIII и, прося понтифика вступиться за невинно осуж- ста в качестве «заслуженного пенсионера», и государство назначило
денного барона, характеризовал его как «рыцаря отважного, защищав- ему пожизненное содержание в тысячу фунтов, заместив гораздо более
шего своего монарха»1. Папа употребил все свое влияние, и результатом лояльным короне Уильямом Олифантом.
его усилий стало решение Парламента 1489 г., даровавшего прощение Как бы то ни было, и «Записи Тайного совета Шотландии», как и
Монтгринену2. В октябре 1490 г. он стал одним из лордов Тайного со- «Акты шотландского парламента» свидетельствуют, что только с конца
вета, и вскоре ему были возвращены все его поместья и замок. Это по- XVI в. королевский адвокат становится относительно публичной фигу-
ложение он сохранял вплоть до смерти, произошедшей, очевидно, до рой, и на смену родовым принципам, определяющим его деятельность,
12 марта 1495 г., поскольку под этой датой содержится уже информа- приходят интересы публичной власти1.
ция, что некто Томас Росс, скорее всего, сын Джона Росса, подарил по- Все это одновременно свидетельствует и о том, что сами монархи
местье Монтгринан Джону лорду Сэмплу3. рассматривали государство и его институты как поле родовых и патро-
Такова была жизнь первого Королевского адвоката, чье имя дошло нажных институтов, хотя, вместе с тем, развитие правовой системы
до нас. Однако история утаивает дату появления этой должности. Сам находилось в поле их постоянного внимания — все монархи династии
же термин «адвокат» использовался в Шотландии на протяжении долго- Стюартов, за исключением лишь, пожалуй, Джеймса III, снискали себе
го времени, и уже в правление Александра III в его обязанности входил высокую репутацию современников. Эта оценка происходила из их по-
надзор за исполнением законов. Хотя термин «королевский адвокат» нимания того факта, что эффективное судопроизводство, в первую оче-
тогда еще не встречается. Его появлением, как считают некоторые исто- редь, основывается на локальной судебной системе, и что компромисс и
рики, Шотландия, вероятно, обязана своим контактам с Францией, где компенсация ущерба являются лучшим ответом на преступление, чем
уже тогда существовала должность Королевского Прокурора (Procureur наказание. Такое понимание имеет много общего с тем подходом, ко-
du Roi). Но каким бы ни было происхождение должности Адвоката, в торый исповедовался на местах лордами в осуществлении их судебных
XV в. в Шотландии она появляется не как публичный пост, а лишь как функций. На всех уровнях осуществления судопроизводства основной
лицо, представляющее короля. И только при Джеймсе VI появится пост задачей виделось изживание конфликта — формальными и неформаль-
Общественного обвинителя, в результате чего произойдет окончатель- ными способами, а справедливым монархом был тот, кто поддерживал
ная государственная институциализация должности. родовое судопроизводство и осуществление суда лордами.
Даже Джеймс I, который провел 18 лет своей жизни, наблюдая ан-
1
  Omond G. W. T. The Lords Advocates of Scotland... P. 3. глийскую правовую систему, по возвращении в Шотландию очень бы-
2
  APS. Vol. II. P. 216–217.
3 1
  Omond G. W. T. The Lords Advocates of Scotland... P. 3.   RPC. Vol. III. P. 173 (year 1579); APS. Vol. III, P. 144 (year 1579), 457 (year 1587).
52 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 53

стро адаптировал ее нормы к шотландской действительности. Его пер- левским и родовым правом, причем, этот баланс имел не только матери-
вый парламент, собранный сразу же после его возвращения в 1424 году, альное выражение. Сохранением и поддержкой кланового правосудия
открылся со впечатляющего заявления монарха о том, в Шотландии корона укрепляла свой авторитет среди местных магнатов, вершивших
отныне будет существовать система правосудия. Это было благородное суд на местах и не видевших разницы между частным и королевским
намерение, но представление о том, как его реализовать, кроме как опи- правом.
раясь на традиционные родовые институты, было чрезвычайно слабым1. Лишь в конце XVI в. Джеймс VI, не уничтожая традиционной систе-
Год спустя стали прорисовываться детали. В 1425 г. было провозглаше- мы правосудия, предпринимает попытку внести некоторые изменения.
но создание Совета бедных, своего рода «юридической консультации», В 1598 г. он инициирует «Акт о сокращении и устранении смертель-
работа которого оплачивалась не государством, а проигравшими в спо- ной вражды», ратифицированный парламентов в 1600 г. Этот документ
рах сторонами. Все остальные мероприятия были крайне далеки от но- представляет собой странную компиляцию из прежних документов и
ваторства. Как в прежние времена, было даровано прощение тем, кто новых идей. Начинается он традиционно с подтверждения права друзей
совершил преступления до возвращения монарха, — эта мера, правда, и родственников мстить и получать компенсацию в случае нанесения
могла быть применена, главным образом, для Лоуленда. им ущерба. Кроме того, гарантируется, что монарх и его совет окажут
В целом же мероприятия Джеймса I в отношени шотландской право- потерпевшим необходимую поддержку. После этого следует описание
вой системы вполне объяснимы. Основным направлением было совер- трех типов вражды: такой конфликт, где с обеих сторон не был убит ни-
шенствование судопроизводства на местах, что не означало расширение кто, столкновение, где есть убитый с одной стороны, и, наконец, есть
полномочий центра. Скорее это подразумевало интеграцию королевских убитые с обеих сторон конфликта. Для первого случая следовало поль-
чиновников в институты родового общества и адаптацию ими кровно- зоваться установленными процедурами, в третьем случае король имел
родственных практик осуществления суда. Деятельность парламентов и право добиваться достижения взаимного соглашения сторон — и в этом
1426, и 1432 годов была посвящена этому вопросу. Все законодательство не было ничего нового.
этого периода учитывало интересы клановой солидарности. Любой ше- Новелла законодательства содержалась в регулировании второй си-
риф или другой чиновник, который был заподозрен в нарушении клано- туации, когда убит был представитель одной стороны конфликта. Соглас-
вых прав, должен был быть заключен под стражу и выплатить штраф в 40 но традиционному праву, в этом случае существовала принципиальная
фунтов в королевскую казну, а также дополнительный штраф потерпев- возможность, что стороны конфликта придут ко взаимному соглашению
шему роду. Интересно, что штраф в пользу клана обозначался термином посредством уплаты соответствующих компенсаций. Родовое право
croy, производным от кельтского cro2, что уже само по себе свидетель- предусматривало возможность такого решения конфликта. Теперь же
ствует об уважении к родовой культуре шотландцев со стороны власти. монарх мог преследовать и наказать совершивших убийство даже в том
В целом деятельность Джеймса I в области права имела двоякое значе- случае, если между сторонами был заключен мир1. Таким образом, в ре-
ние. С одной стороны, она свидетельствовала о преемственности с про- альности происходило то, что было зафиксировано в Англии еще в 1221 г.,
шлым, а, с другой, закладывала основу правовой эволюции на последую- когда человек, совершивший убийство, был обезглавлен по приказу ко-
щие два столетия. Его сын Джеймс II, вступивший на престол в 1437 г. роля, даже несмотря на то, что им был заключено мир с семьей убитого,
в возрасте шести лет, сразу же после своего совершеннолетия просто подтвержденный матримониальным союзом и санкцией шерифа2.
повторил парламентские акты 1425 и 1426 гг. Однако принятие акта 1598 г., конечно же, не привело к революции
Вопрос, к которому новый монарх обращался постоянно, был связан в судопроизводстве, и родовое право не было заменено правом королев-
с помилованием преступнику. Оно могло исходить от монарха взамен ским. Помимо всего прочего этому препятствовало еще и то, что фор-
на уплату компенсации в королевскую казну. Широкое использование мировавшийся в Шотландии слой профессиональных юристов был тес-
этого права, особенно Джеймсом III, установило баланс между коро- но связан родовыми и клиентскими узами с теми, кого они защищали.

1 1
  APS. Vol. II. P. 3.   APS. Vol. IV, P. 158–159.
2 2
  APS. Vol. II. P. 21.   Withers J. Bloodfeud, Kindred and Government... P. 86.
54 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 55

Кроме того, формирующаяся группа академических юристов, юристов- Вместе с тем, еще и в начале XVII в. этот процесс был далек от завер-
теоретиков права, пристальное внимание уделяла «Древнему праву» шения. В документах этого периода нередки упоминания о клиентских
Шотландии. Они изучали и механизм действия традиционного права ме- договорах, как, например, соглашение 1603 г., заключенное Фрэнсисом
сти, и для них оно являлось гораздо большим, чем реликт прошлого. Это графом Эрроллом, с обещанием поддержки своему роду в их вражде с
была часть судебной системы, обладающая особой аурой и авторитетом, другим кланом1. Но главная причина, очевидно, заключалась в том, что
связанными с древним законом. новое сообщество образованных юристов занималось преимущественно
Шотландские юристы конца XVI и XVII столетий лишь подтверждали гражданскими и земельными спорами. Именно гражданские процессы
взаимосвязь между публичным и частным правом. Парадокс не только в обеспечивали юристов гонорарами, в то время как вопросы об убийствах
том, что они не ставили под сомнение принципы частного права. Закон- шотландцы предпочитали все еще решать на основе кровнородственно-
ники делали нечто гораздо более значимое и фатальное для эволюции го права. И здесь центральное правительство не обладало властью что-
шотландской правовой системы. Они принимали и использовали его, либо изменить.
и эта интервенция неизбежно работала против частноправовых норм Решающий перелом, в результате которого частное право оконча-
судопроизводства. Внедрение институтов частного права на государ- тельно ушло в прошлое, произошел, очевидно, в середине XVII в., а к
ственном уровне оказалось для него смертельным — то, что работало концу этого столетия «Институты права» виконта Стара засвидетель-
на уровне местных клановых сообществ, не могло быть использовано на ствовали окончательное исчезновение судебной системы, основанной
общегосударственном уровне. на кровнородственных отношениях. Парламент 1649 г. объявил все т.
Этот процесс совпал по времени и с развитием системы образования н. «прощения», непременный элемент частноправовых судебных отно-
в шотландском обществе. Шотландия становилась более грамотной, об- шений, применяемый по отношению к убийцам, прощенным родствен-
разованной, в области права начинается переход от юристов-любителей никами жертвы, отмененными. Более того, обладавшие «прощенными
к профессиональной юриспруденции. Так называемый «Образователь- грамотами» подвергались наказанию, включая смертную казнь2. В этом
ный акт» 1496 г. предписывал направлять старших сыновей лэндлордов же акте давалось определение убийству, несколько более узкое, чем то,
«учиться латыни», а затем изучать право. Это была своего рода «тихая что существовало ранее. Убийство каралось смертью, и такое сужение
революция», которая вылилась в одно из наиболее ранних европейских давало возможность судьям исходить из более конкретного определения
мероприятий, призванных обеспечить местное правосудие профессио- при назначении наказания. Человек, обвиненный в убийстве, заключал-
нальными юристами, что положило начало процессу внедрения судеб- ся под стражу, и его следовало привести к судье для разбирательства с
ной системы, в рамках которой решение принимает профессиональный родственниками убитого. Если в суде XVI в. назначалась компенсация
судья1. Уже столетия спустя в Шотландии стала очевидна фантастиче- потерпевшему роду, то в суде XVII столетия наказывали виновного.
ская разница между теми лэрдами, кто получил университетское обра- Нововведения 1649 г. продемонстрировали доминирование в Шот-
зование, и теми, кто изолированно проживал в своих поместьях. Если в ландии сторонников крайнего ковенанта, возглавляемых Арчибальдом,
XV в. неудовлетворенная решением сторона должна была жаловаться в маркизом Аргайлом. Парламент 1649 г. целиком находился под влияни-
совет или парламент, то в XVI в. за апелляцией отправлялись в высший ем ковенантской партии, для которой реформы 1649 г. стали наиболее
центральный суд в Эдинбурге, где дело разбирали профессиональные значимым успехом со времен начала Реформации. Совместная деятель-
юристы. Все эти процессы постепенно формировали контекст, формы и ность церкви и государства по наказанию преступников рассматрива-
процедуры права, находившего выражение в письменной форме, кото- лись не иначе как богоугодное дело.
рые свидетельствовали о преодолении норм и институтов родовых отно- Более значимое влияние реформированной церкви на судопроиз-
шений. Формирующееся национальное государство использовало право водство заключалось в другом. Кальвинизм делал акцент на дисципли-
в качестве одного из инструментов подавления локализма и распростра- не, которая воплощалась в иерархии церковных судов в Шотландии —
нения общегосударственных норм.
1
  Erroll Charters... P. 281–282.
1 2
  Simpson G. G. Scottish Handwriting... P. 10–12.   APS. Vol. VI, P. 173.
56 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 57

от церковной сессии на приходском уровне до сессии генеральной ассам- тоже были максимально персонализированные — они зависели от того,
блеи церкви на национальном. Независимо от социального происхожде- кто окружал монарха, под чьей опекой он находился в период своего не-
ния, проживания в городе или сельской местности, каждый должен был совершеннолетия, от тех, кто составлял королевскую администрацию.
подчиняться решениям суда. Кроме того, особое внимание кальвинизма Как бы то ни было, двор был сердцем политической жизни страны, и
к вопросам морали, особенно сексуальной, формировало новый уровень большая часть решений принималась именно там. И поэтому можно с
институциализации норм права, связанный в равной степени как с тра- уверенностью говорить, что сам двор был в какой-то степени локальным
диционным правом, так и с публичными отношениями, в которых каль- организмом, в котором существовали свои правила и практики и кото-
винистская доктрина играла все более важную роль. рый, подобно клановым родовым и локальным сообществам, включал
Монархи защищали принципы кровного родства потому, что они да- множественные разнонаправленные интересы.
вали возможность управлять местными сообществами, а юристы адап- Представители высшей шотландской элиты, прибывавшие ко двору,
тировали их и строили на них правовые процедуры. Но юристы, эта были озабочены защитой своих интересов, которые были нарушены со-
профессиональная элита, сами были продуктом этого общества, именно седями или собственно представителями короны, и находились в состоя-
поэтому необходима была и политическая воля для того, чтобы кровные нии постоянного соперничества друг с другом. Соперничество, происхо-
отношения окончательно ушли в прошлое. До тех пор, пока судопроиз- дившее в шотландских долинах, переносилось в кулуары эдинбургской
водство, основанное на родстве, было более эффективно, чем государ- резиденции монархов. При этом те местные связи, которые зачастую пи-
ственная судебная система, оно превалировало, Джеймс VI, еще до того тали вражду между кланами, оказывались и в столичных домах знати.
как перебрался в Лондон прокомментировал кровную вражду следую- XVI в. был периодом кардинальной смены политических идеологий,
щим образом: «Большая часть твоего народа, — писал он, обращаясь к языка политики и принципов средневековой лояльности. Повсюду в Ев-
сыну, — питают естественное уважение к правосудию»1. Джеймс был ропе долгое время существовавшие связи и отношения подвергались
прав, поскольку правосудие, основанное на кровном родстве, отвечало проверке на прочность. Церковь, государство, представители знати —
интересам и потребностям общества, а потому и сосуществовало долгое все они соревновались за преданность своих поданных. Шотландское
время наряду с зарождающимися институтами права национального го- общество, в отличие от других социальных организмов, было более под-
сударства. готовлено к таким испытаниям — и социальный контекст, и идеология
Не менее важным, чем функциональное, было для формирования общества, находящегося в состоянии перманентной войны, сделали шот-
шотландского национального государства и институциональное значе- ландцев устойчивыми к вызовам меняющихся социальных отношений.
ние долгого сохранения родственных связей. Патронаж, определивший Однако Шотландия была одновременно и страной, в которой мыслители,
политическую историю Шотландии Нового времени, вырос из социаль- подобные Джорджу Бьюкенену и Эндрю Мельвиллю, заложили основы
ных практик родового общества. радикальной философской традиции, с ее обильным критицизмом, дис-
Представляя шотландское общество раннего Нового времени как куссиями, связанными с правами подданных и принцев, спорами о при-
чрезвычайно «регионализированный» социум, находящийся в состоя- роде церкви. Очевидным становилось столкновение двух идеологий —
нии перманентной вражды между его субъектами, мы, тем не менее, не верности и лояльности, с одной стороны, и социального критицизма, с
должны забывать, что у него был центр, идеологически олицетворявший другой. Причем обе они существовали в условиях большего или мень-
королевскую власть, а материальное воплощение находивший в коро- шего повиновения короне. Но как бы то ни было, шотландская элита,
левском дворе, включавшем самого монарха, его семью, знать, при дво- политическая, религиозная, интеллектуальная, часто сталкивалась с не-
ре лоббировашую определенные решения, и многих других. Чаще этот обходимостью построения иерархии лояльностей.
двор находился в Эдинбурге, порой — в Фолкирке или Стирлинге, еще Шотландский парламент не играл в этом процессе сколь-либо значи-
реже — использовал другие королевские или частные резиденции. От- мую роль. В целом, парламенты и представительные ассамблеи раннего
ношения при дворе, как и отношения в шотландском обществе в целом, Нового времени служили, главным образом, тому, чтобы обеспечивать
расширяющиеся финансовые потребности монархов, которые тратили
1
  James I. Basilicon Doron... все большие суммы на ведение войн, расширяя масштабы патронажа,
58 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 59

и стремились к увеличению королевского престижа посредством пре- исследование того, что ожидали от представительных учреждений ран-
вращения монаршего двора в центр политической жизни. Но несмотря него Нового времени их современники. На сомнительную аргументацию
на то, что парламенты сталкивались с общими внешними вызовами, они этого «допустительного бессилия» обратил внимание И. Томпсон в ис-
тем не менее обладали разными полномочиями, как и различной струк- следованиях, посвященных кастильским кортесам, которые вплоть до
турой и процессуальными правилами, которые скорее отражали соответ- 1664 г. выполняли важные функции, связанные с регулированием на-
ствующую политическую культуру. Более того, отношения между цен- логообложения1.
тральными и провинциальными органами власти, представительными Вопрос же о том, почему одни представительные ассамблеи исчезли,
учреждениями и правителями могли значительно трансформироваться тогда как другие процветали, или, по крайней мере, сохраняли свою жиз-
в зависимости от того, кто находился у власти. Однако практически по- неспособность, довольно сложен. Попытки связать социальную струк-
всеместно в раннее Новое время в среде представительных ассамблей туру и социальные процессы с типами парламентских представительств
возникали дискуссии по поводу их традиционных прав и ущемления и формами государства, думается, в целом доказали свою несостоятель-
этих исконных привилегий расширяющимися королевскими прерогати- ность2. Не может эта проблема, очевидно, быть и решена в категориях
вами. В этом смысле Шотландия являла собой типичный пример евро- действий и политики агрессивных правителей, поскольку ряд сильных
пейского королевства. европейских монархов успешно сосуществовал с представительными
Историографические оценки роли представительных органов в Евро- органами. Так случилось, например, в Пьемонте и Савойе, когда в 1559 г.
пе в Новое время исходили, по большей части, из идей представителей сословия поддержали герцога Эммануэля в его попытках увеличить на-
вигской историографии, которые, в свою очередь, в качестве критерия логообложение в целях реформы армии. Вероятно, то же самое мож-
оценки использовали стандарты политических отношений в рамках ев- но отнести к бранденбургско-прусским землям, в которых, способ-
ропейских демократий более позднего периода. В этом смысле не сложно ствуя усилению политического веса сословий, Фридрих-Вильгельм в
было рассматривать парламентские ассамблеи в качестве жертв насту- 1660–1670 гг. закладывал основы военно-бюрократической монархии
пающего Левиафана, хотя в некоторых случаях историками констатиро- XVIII в.3 Однако даже в тех случаях, когда права сословий попирались,
вались успехи представительных органов в борьбе с монархией. В том как это было, например, в Баварии в конце XVI в., нельзя говорить о том,
случае, когда борьба оканчивалась поражением парламентов, то их судь- что представительные органы полностью исчезли.
ба оказывалась незавидной, и чаще они подчинялись монархии или даже Судьба шотландского парламента в этом смысле представляет собой
полностью исчезали. Незавидная участь ждала представительные учреж- особый случай. Миф о том, что Шотландия полностью провалила свой
дения во Франции (1614 г.), Богемии (1620 г.), Португалии (1640 г.), парламентский проект, восходит, очевидно, еще к правлению Джеймса
Бранденбурге (1653 г.), Дании (1660 г.), Норвегии (1661 г.), Кастилии VI, который, рассматривая английский парламент как эффективный по-
(1664 г.), Баварии (1669 г.), Швеции (1680 г.). С другой стороны, при- литический институт, представлял его как «сердце королевского двора и
меры успешной борьбы в истории парламентов представлены польским вассалов монарха»4. Те, кто служил британской монархии, позже склон-
сеймом, по крайней мере, до 1760 г., представительным учреждением ны были повторять мнение Джеймса. В частности, Джон Мейтланд Ло-
Соединенных провинций, венгерским и английским парламентами. дердейл, секретарь Чарльза II и член парламента, констатировал в 1674 г.,
Основная линия раздела между этими примерами связана с той ролью, что шотландский парламент «как никогда не эффективен». Нескольки-
которую представительные учреждения играли в процессе ограничения ми годами позже, в 1678 г., граф Шефтсбери отмечал, что шотландское
расширяющихся монарших полномочий. В частности, ситуацию в Сое- сословное представительство препятствует процветанию свобод и бла-
диненных провинциях Гельмут Кенигсбергер рассматривает в терминах
конфликта «власти и свободы», которому было подчинено все остальное
политическое противостояние1. Однако такой подход, истоки которого 1
  Thompson I. A. A. Crown and Cortes in Castile... P. 29.
коренятся еще в представлениях XVIII и XIX вв., полностью игнорирует 2
  Bulst N. Rulers, representative institutions... P. 44–47.
3
  Koch H. W. Brandenburg-Prussia... P. 145–146.
1 4
  Koenigsberger H. G. Monarchies, States generals and Parliament... P. 322.   King James VI and I... P. 137.
60 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 61

гополучия подданных1. Иными словами, истоки негативной оценки роли до смерти Джеймса IV — если в предыдущий период парламент соби-
шотландского парламента в развитии нации восходят еще к XVII столе- рался ежегодно, то с 1496 по 1513 гг. он был созван всего лишь трижды
тию2. В последующем якобиты, подобные Джону Кобурну3 и Джорджу — в 1504, 1506, 1509 гг. После череды правлений малолетних монархов,
Локхарту,4 способствовали утверждению взгляда, что шотландский пар- когда роль представительного органа в политической жизни значитель-
ламент, занимая ультралояльную позицию, представлял собой не более, но выросла, и он превратился в арену борьбы враждующих группировок
чем продолжение королевского феодального двора. В то же время, все за власть, Джеймс IV показал себя сторонником новых методов, в кото-
критики признавали легитимность шотландского парламента, существо- рых ассамблее было отведено гораздо более скромное место. Это дости-
вавшего после 1689 г., отмечая, что сессия 1706–1707 гг. была прервана галось передачей полномочий, ранее принадлежавших парламенту, дру-
английским вмешательством. Согласно якобитской политической мифо- гим институтам, генеральному совету и собранию лордов совета, влиять
логии, парламент являлся виновником свержения истинной монархии в на решения которых было гораздо проще, поскольку большая часть ре-
1689 г. и предателем народных интересов в 1707 г. шений могла приниматься неформально, и подавляющее число членов
На протяжении всего средневекового периода и раннего Нового вре- этих органов были лично связаны с монархом, в то время как третье со-
мени шотландский парламент включал в себя представителей трех со- словие вообще не было представлено в них. Избегая таким образом об-
словий — духовенства и знати, в состав которых входили как наслед- суждения вопроса о налогах, проблемы, которая вызывала наибольшие
ственные пэры, так и назначаемые нетитулованные бароны, а также разногласия в парламенте на протяжении всего XV столетия, Джеймс
представителей городов, избираемых городскими советами. Как и Гене- показывал себя мудрым правителем, и несмотря на то, что парламент
ральные штаты во Франции до 1560 г. или парламент Неаполя, шотланд- практически полностью был устранен из политической жизни Шотлан-
ское представительство являлось однопалатным органом, в котором все дии начала XVI в., недовольства по этому поводу не проявлялось. После
три сословия заседали вместе. Особенностью же шотландской ситуации 1496 г. власть в Шотландии была как никогда стабильна, и этот факт
являлось то, что в его структуре существовал комитет Лордов статей, был оценен современниками, которые мало задумывались о ценностях
который готовил решения, принимаемые ассамблеей. Лишь отдаленное конституционного правления1.
сходство у этого органа было со шведским секретным комитетом, выпол- Самостоятельное правление Джеймса IV, начавшееся в 1496 г., было
нявшим близкие функции. Лорды статей являлись основным проводни- по мнению многих, наиболее успешным, а сам монарх признавался од-
ком королевской воли в парламенте, контролируя и представляя монар- ним из наиболее популярных королей династии Стюартов. При этом
шие интересы5. Другим исключительно шотландским парламентским между 1496 г. и смертью короля в 1513 г. монарх, по большей части,
институтом, особенно характерным для XVI в., являлась конвенция со- правил самостоятельно, созвав парламент лишь трижды. Самостоятель-
словий, которая собиралась в обход «правила 40 дней», используемого ные правления и Джеймса IV, и Джеймса V свидетельствуют, что коро-
для созыва парламента, и выполнявшая функции одобрения налогов. Но ли очень легко могли оттеснить парламент от политического участия.
снова, польский сейм имел нечто подобное в своем составе, поскольку Правда, как считают некоторые историки, это было связано в большей
его сессии также имели ординарный и экстраординарный характер6. мере с личными качествами монархов, чем с радикальными изменения-
Несмотря на значительную роль парламента, которую он играл на ми в отношениях между шотландской короной и парламентом2. Но даже
протяжении XV в., 1496 г. стал своеобразным водоразделом в его исто- если так, бесспорно, что Джеймс IV и Джеймс V, наиболее успешные
рии, после которого ассамблея перестала собираться регулярно вплоть монархи династии Стюартов, обладая финансовыми и политическими
ресурсами и подавляя деятельность парламента, были в этом отношении
1
  Laudardale Papers... P. 36. уникальными фигурами современной им европейской истории. Во Фран-
2
  Kidd C. Subverting Scotland’s Past... P. 130–144. ции в тот же период монархи активно прибегали к помощи ассамблей,
3
  Cockburn J. A Short History of the Revolution... P. 4–6. утверждавших дополнительные налоги, или использовали их в борьбе
4
  Lockhart G. Memoirs... P. 3–4, 8–25, 19–22.
5 1
  Rait R. S. Parliamentary Representation... P. xiii.   Macdougall. The Estates in Eclipse... P. 145.159.
6 2
  Young J. R. The Scottish parliament... P. 171.   Parliament and Politics in Scotland... P. 23.
62 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 63

с группировками знати. В Шотландии конца XV-XVI вв. посредством в новой роли правителя, или охраняя Маргариту в крепости, парламент
политических интриг и определенной финансовой независимости, полу- выполнял важную роль поддержания равновесия между сторонами про-
чаемой от налогообложений, можно было избежать участия парламен- тивостояния и обеспечения мирного перехода власти.
та в политических решениях при Джеймсе IV или получить поддержку Снижение же роли парламента в правление Джеймса IV было обу-
ассамблеи при Джеймсе V, однако никогда шотландские монархи не словлено фактом деятельности политически активного и дееспособного
пытались ликвидировать представительный орган. Роль парламента, монарха, что вновь было подтверждено правлением Джеймса V. Однако
свойственная этому органу, очевидно, изначально, зависела от ряда если Джеймс IV время от времени появлялся в парламенте, то его на-
факторов, включая экономическое состояние общества и популярность следник полностью отказался от его посещения, и ассамблея собиралась
монарха. После смерти Джеймса V в 1542 г. шотландские политические реже, чем это было до 1496 г. Но даже когда сословно-представительный
элиты уже не могли себе позволить такую роскошь, как игнорировать орган собирался, его сессии становились все менее значимыми с поли-
парламент, и должны были выбирать между бедностью парламента и его тической точки зрения и сводились лишь к утверждению государствен-
нерасторопностью в принятии решений. ных чиновников на высшие должности1. Однако смерть Джеймса V в
Между тем, даже период расцвета шотландской монархии, пришед- 1542 г. вернула парламенту то положение, которое он занимал в пред-
шийся на юные годы Джеймса V, ставшие одним из наиболее сложных шествующие два столетия. И это, по мнению ряда исследователей, сви-
периодов шотландской политической истории, показал, что парламент детельствует о том, что полномасштабного и необратимого упадка роли
еще способен играть ключевую роль в важнейших событиях1. При этом парламента в первой половине XVI в. не произошло, даже несмотря на
так же, как и в английское правление Тюдоров, он являлся местом, где попытки двух монархов, обладающих незаурядной политической во-
наиболее влиятельные люди королевства совместно обсуждали сложив- лей2. Пять парламентов, созванных за четыре года регентства Марии де
шиеся между ними противоречия и способы их преодоления с наимень- Гиз, вернули ассамблее то положение, которым она обладала в XV в.,
шими потерями для королевства в целом. И эти решения, по крайней а активная критика французского господства в Шотландии обеспечи-
мере до 1529 г., не адресовались напрямую двору или местным поли- ли Марии поддержку трех шотландских сословий в ее парламентской
тическим элитам2, а отражали интересы тех, кто их принимал. Так, в деятельности3.
феврале 1525 г. решением шотландского парламента правительство Деятельность Марии де Гиз в качестве регента стала последней ста-
Маргариты Тюдор было заменено правительством Арчибальда Дугла- дией установления французского господства в политической жизни
са, шестого графа Ангуса, так же, как когда-то менялись правительства Шотландии, ставшего прямым результатом Хаддингтонского договора
при малолетстве Джеймса II и Джеймса III. В реальности правительство 1548 г. Этот договор был важен для Шотландии, поскольку, во-первых,
Маргариты находилось в состоянии кризиса еще до того, как собрался открывал ей доступ к французской финансовой и военной помощи про-
парламент, и задачей постепенно слабеющего органа сословного пред- тив оккупации английскими войсками, возглавляемыми Сомерсетом, а, с
ставительства было оказать поддержку Ангусу, закрепив его положе- другой стороны, закладывал основу династической франко-шотландской
ние в правительстве. При этом в самом парламенте господствовали две унии корон, по которой Мария Стюарт и Франциск, дофин Франции,
фракции, и решение принималось часто с перевесом в один-два голоса. должны были сочетаться браком. Особенность этого договора заключа-
В результате Маргарита полностью утратила контроль над ситуацией лась в том, что по нему между Францией и Шотландией устанавливать
и была заключена в Эдинбургскую крепость в феврале 1525 г., но, учи- отношения протектората в рамках «древнего союза» (auld allies)4. Под-
тывая интересы как самой королевы, так и факт ее широкой поддержки держка тремя шотландскими сословиями притязаний Генриха II долж-
в парламенте, было принято компромиссное решение сохранить ее по- на была защитить Шотландию от Англии и сделать ее протекторатом
зиции в Тайном совете. Поддерживая ли позиции Ангуса, и давая ему в
распоряжение 600 вооруженных всадников, когда он прибыл в Эдинбург 1
  Cameron J. James V... P. 38–42, 213–214.
2
  Ritchie P. E. Mary of Guise in Scotland...
1 3
  Emond W. K. The Minority of King James V...   Ritchie P. E. Mary of Guise and the Three Estates... Ch. 8.
2 4
  Elton G. R. Tudor government...   Ritchie P. E. Mary of Guise in Scotland... P. 30–95.
64 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 65

Франции1. В качестве протектора Генрих устанавливал контроль над Интересно, что явка парламентариев на парламентские заседания
шотландской внешней политикой и дипломатией, а также договор давал была на высоком уровне до 1496 г., хотя и несколько снизилась в начале
ему возможность контролировать правительство и решать, когда Мария XVI в., в период самостоятельных правлений монархов, отражая высо-
будет готова приступить к самостоятельному правлению и кто будет ре- кий уровень противоречий, разбираемых в парламенте. Династические
гентом до тех пор. Таким образом, граф Арран становился фактически проблемы, обсуждаемые в парламенте, а также вопросы налогообло-
правителем Шотландии и получал в свои руки все финансы. В 1553 г. он жения способствовали активизации сословий после 1496 г., и на про-
открыто заявлял, что «до тех пор, пока он и жив, никто, кроме него, не тяжении большей части XVI столетия эти проблемы являлись важной
будет управлять Шотландией»2. Однако в своих интригах против Марии политической дилеммой. Исследователи отмечают, что высокий уро-
де Гиз граф оказался слабее, правда, вопрос о назначении регентом Ма- вень участия лэрдов и баронов в парламенте 1556 г. был связан с обсуж-
рии вместо Аррана решался не шотландским парламентом, а парламен- даемым там вопросом о налогах. Эта тенденция стала заметной после
том Парижа3. 1560 г., что, как считают историки, свидетельствует о социальных изме-
Повышение налогов стало одним из первых мероприятий Марии де нениях, связанных с появлением нового социального класса и о потере
Гиз, которой необходимы были средства для защиты королевства. Даже власти крупными феодалами1. Думается, что это не совсем так. Важным
апеллируя к парламенту, в 1556 г. дополнительный налог было ввести не является и понимание того, что истоки этого процесса восходят еще к
проще, чем в 1426 г., поэтому политика Марии вызвала всеобщее недо- правлению Джеймса III, когда парламент пополнился значительным ко-
вольство и спровоцировала дремавшую оппозицию на выступления. Пока личеством лэрдов, отстаивавших в нем свои налоговые интересы. Тоже
противники налогообложения выступали в парламенте в 1555 и 1556 гг. самое относится и к реформационному парламенту 1560 г., значитель-
против нарушения их традиционных прав, Гиз в 1557 г. получила значи- ное участие в котором лэрдов является, очевидно, возвратом к нормам
мую для нее поддержку по вопросу о династической унии между Шот- XV в., а не показателем радикализации общества. Кроме того, большая
ландией и Францией. Ее парламентская деятельность в ноябре 1558 г., часть лэрдов, этих землевладельцев средней руки, отдавая дань принци-
когда парламент ратифицировал разрешение на брак Марии и Фран- пам патронажа, в своей парламентской деятельности ориентировались
циска, стала кульминацией политической карьеры регентши. Теперь на позиции крупных землевладельцев и высшей знати. Такая практика
французский наследник становился шотландским королем, получая все была укоренена в традициях родовой солидарности бондов, которые не
монаршие полномочия своей жены. Примечательно, что в этой своей изжили себя и из шотландских долин переносились и в стены парламен-
деятельности Мария получила поддержку всех трех парламентских со- та. Однако и тогда, когда голос высшей знати был не слышен в парламен-
словий, что свидетельствует, очевидно, о популярности ее политики. те, и когда аристократы, используя патронажные практики, отстаивали
Вместе с тем, регентство Марии де Гиз опровергает точку зрения о свои права, они редко противопоставляли свое мнение интересам дру-
том, что после правления Джеймса IV и Джеймса V шотландский пар- гих сословий, заседавших в ассамблее. В отличие от органов сословного
ламент был недееспособен, полностью подчинившись воле монарха. В представительства, действующих в других странах, шотландская знать
действительности, отношения между короной и парламентом в 1558 г. не пыталась переложить тяжесть налогов на плечи других сословий.
мало чем отличались от тех, что существовали в XIV или XV вв. Парла- Скорее можно говорить, что все три сословия действовали в парламенте
мент не выполнял каждодневных функций по управлению страной, но заодно2.
он оказывал непосредственное влияние на Тайный совет, который за- Правления Джеймса IV и Джеймса V, достигших совершеннолетнего
нимался этими вопросами, и только решение парламента могло сделать возраста, показали, что успешные монархи легко могут низвести парла-
правительство легальным, санкционировав его деятельность, и в этой мент до второстепенного органа, в том числе и посредством контроля
связи XVI в. сохранил шотландские традиции. над комитетом Лордов статей, в руки которого перешли наиболее важ-
ные парламентские функции и который еще и до 1496 г. являлся орудием
1
  The Records of the Parliaments of Scotland...
2 1
  Calendar of Letters... Vol. X. P. 586.   Lynch M. Scotland... P. 247, 252–253.
3 2
  Ritchie P. E. Mary of Guise and the Three Estates... P. 182.   Craig T. Jus Feudale... P. 88-90.
66 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 67

королевской воли. Хотя подобное развитие в большей степени обуслав- шении Франции и рост налогов, которые, как декларировалось, должны
ливалось и личными качествами монархов, их способностью управлять были пойти на защиту королевства. И хотя оппозиция открыто заявила
и популярностью среди своих подданных, что являлось свидетельством о своем протесте в парламентах 1555 и 1556 гг., уже в следующем году
радикальных общественных перемен, в которых короли бы подчиняли Марии де Гиз удалось обеспечить себе поддержку посредством заключе-
парламент. Такое подчинение ассамблеи было временным явлением и ния матримониального союза с Францией. Таким образом, хотя в тече-
скорее отражало силу и независимость монархов, чем слабость и подчи- ние нескольких десятилетий правлений Джеймса IV и Джеймса V пар-
ненность представительного органа, и, конечно же, не являлось свиде- ламент утратил часть своих полномочий, это был временный процесс, а
тельством «абсолютизации» власти. После смерти Джеймса V в 1542 г. парламентская сессия 1558 г. не слишком отличалась от парламентов
монархия вновь утратила полномочия контроля над парламентом1. 1366, 1431 или 1473 гг. Важные решения по-прежнему требовали одо-
Кроме того, даже несмотря на то, что монархия Стюартов в Шотлан- брения коллективного органа.
дии находилась на вершине своего могущества, правление несовершен- Конец средневековой парламентской традиции и рождение шотланд-
нолетнего Джеймса V показало, что парламент не утратил полностью ской ассамблеи, для которой характерны черты раннего Нового времени,
своих стремлений к тому, чтобы играть роль ключевого игрока в полити- относится к реформационному парламенту 1560 г. Протестантская пар-
ческой жизни. Ассамблея все еще выполняла роль того института, в сте- тия, занимавшая большинство парламентских мест, отстаивала интересы
нах которого наиболее могущественные люди королевства встречались новой религии и нового богоугодного сообщества1. Политический и рели-
для того, чтобы обсуждать решения и бороться за власть, и парламент гиозный раскол 1559–1560 гг. отразился в политическом противостоянии
февраля 1525 г., на заседаниях и в кулуарных встречах которого было следующей четверти столетия, когда в парламенте развернулась фракци-
решено, что правительство королевы Маргариты Тюдор должно быть онная борьба, отличавшаяся от средневековых парламентских фронд тем,
заменено группой Арчибальда Дугласа, шестого графа Ангуса, лишнее что объединение групп происходило не столько вокруг отдельных аристо-
тому подтверждение. Однако достижение монархом совершеннолетне- кратов, сколько вокруг определенных идей, хотя индивидуальный фактор
го возраста вновь продемонстрировало подчиненную роль парламента играл также значимую роль. На протяжении единоличного правления
королю. И хотя новый правитель не последовал примеру своего пред- Марии с 1561 по 1567 гг. парламент созывался трижды, и также дважды
шественника, практически не созывавшего ассамблею, представитель- была собрана конвенция сословий, но только парламент 1563 г. отличил-
ный орган собирался реже, чем это было до 1496 г. Но даже тогда, когда ся значимым вкладом в политическое противостояние2.
представители сословий встречались на сессиях, их заседания обнару- В отношениях представительного органа и монархии сложно вы-
живали гораздо меньше споров и противоречий, чем это можно было делить какую-то одну закономерность сводящуюся к поступательному
бы ожидать от встреч представителей столь разных сословий — корона ослаблению одной стороны и однонаправленному усилению власти дру-
в этих обстоятельствах играла решающую роль в принятии решений, гой. На протяжении раннего Нового времени отдельные индивиды, как и
оставляя представительному органу лишь функции одобрения того, что отдельные сословия, время от времени обладали то более, то менее силь-
было сделано комитетом лордов статей. ными полномочиями3. В этом смысле шотландский парламент не пред-
Однако со смертью Джеймса V в 1542 г. ситуация с ролью парламен- ставлял собой чего-то особого, и то, что его размер и власть после 1560 г.
та вернулась к тому, какой она было на протяжении двух предшествую- стали меняться, пусть и не в значительной мере, также не является ис-
щих столетий, и это стало свидетельством того, что ассамблея все же ключением по сравнению с другими европейскими ассамблеями. К уже
сохранила свое значение в политической жизни страны. Тот факт, что указанным слоям, представленным в парламенте, добавились государ-
за четыре года регентства Марии де Гиз было созвано пять парламентов, ственные служащие, чьей властью в представительном органе легко
свидетельствует о возвращении практик, характерных для XV в. Пред- было управлять. То, насколько этот факт кооптации бюрократии в пар-
ставители всех трех сословий показали себя верными сторонниками
монархии и ее политики, даже несмотря на мероприятия короны в отно- 1
  Brown K. M. The Reformation Parliament...
2
  Goodare J. The first parliament of Mary Queen of Scots...
1 3
  Tanner R. J. The Lords of the Article... P. 210–211.   Bulst N. Rulers, Representative Institutions... P. 43–44.
68 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 69

ламент отражал общее противостояние короны и ее критиков, является В годы реформации парламент стал ареной борьбы различных рели-
предметом дискуссии, как и степень, в которой эти изменения соответ- гиозных группировок. Законодательство 1560 г. было ратифицировано в
ствовали общим социальным переменам в шотландском обществе. Что декабре 1567 г., сразу же после отречения Марии, однако даже это не ре-
касается размера ассамблеи, то на протяжении второй половины XVI в. шило тонкого вопроса о взаимоотношениях церкви и короны. Проблема
среднее число парламентариев равнялось шестидесяти1, хотя в опреде- отношений короны, церкви и парламента оставалась не решена вплоть
ленных чрезвычайных случаях, как это было, например, в 1563 г., среди до 1689 г. Джон Нокс и его сподвижники, отстаивая идею превосход-
парламентариев насчитывалось 53 представителя духовенства, 51 пэр, ства божественной власти, особо апеллировали к парламенту, который
44 городских депутатов и неопределенное количество баронов2. наиболее полно, по их мнению, мог отражать эту идею на политическом
Гражданская война 1567–1573 гг. и последующее десятилетие поли- уровне1. В мае 1584 г. парламент принял т. н. «Черный акт», признаю-
тической нестабильности показали, что парламент может быть орудием щий супрематию короны, и хотя протестантские лидеры, вроде Эндрю
в руках фракций, поведение которых определялось принадлежностью к Мельвилля, критиковали эрастианскую2 природу закона 1584 г., даже
религиозным группировкам, политической идеологией, отношениями с они вынуждены были признать необходимость превосходства светской
королевской властью, а также интересами кровной вражды. В особен- власти, правда, в лице парламента, которая должна была обеспечивать
ной мере это продемонстрировали парламенты 1567 г. В то время как политическую поддержку реформации3.
депутаты сессии, собранной в апреле, посредством серии законопро- Результатом реформации стало то, что духовенство лишилось своего
ектов попытались закрепить власть Марии, в декабрьском парламен- парламентского представительства в Шотландии так же, как это произо-
те большинство составляли противники королевы, которые передали шло в других регионах Европы, например, в Бранденбурге и Пруссии. 4
власть Джеймсу VI и приняли ряд законов, направленных на закрепле- До 1560 г. духовенство в парламенте было представлено двумя архие-
ние реформационных положений 1560 г. Политическая нестабильность пископами, одиннадцатью епископами и двадцатью семью настоятелями
обуславливала тот факт, что в период с 1567 по 1584 гг. шотландский соборов, которые одновременно являлись и членами высшей шотланд-
парламент созывался как никогда часто — в это время было собрано ской знати, что обеспечивало исподволь идущий процесс секуляризации
12 заседаний ассамблеи, и около 17 раз созывалась конвенция сосло- клерикального представительства в парламенте. В период 1560–1606 гг.
вий. Только за время 1571–1573 гг., период апогея гражданской войны, подавляющее число церковных мест в ассамблее принадлежало уже
парламент собирался 5 раз. В мае 1571 г. партия Джеймса собрала т. н. крупным землевладельцам. После того, как Генеральная ассамблея
«ползающий парламент», название которого произошло от того унизи- церкви Шотландии настойчиво стала проводить политику отделения
тельного факта, что депутаты должны были пригнувшись пробираться церкви от государства, шотландские епископы практически полностью
на заседания ассамблеи в Канонгейте, близ Эдинбурга, подвергаемого утратили контроль над светской жизнью, а сам епископат постепенно
пушечному обстрелу со стороны противников; в следующем месяце пар- становился исключительно религиозным институтом. Сама же Гене-
ламент собрала партия королевы3. Хотя в регентство Моргана на про- ральная ассамблея церкви с самого своего основания в 1560 г. вплоть до
тяжении 1573–1578 гг. удалось достичь определенной стабильности, 1605 г., когда Джеймс стал активно вмешиваться в ее решения и в итоге
его правление подвергалось критике за то, что он правил единолично, до 1618 г. прекратил ее работу, представляла собой могущественное не-
не проводя консультаций с представителями других политических сил. зависимое лобби. Присутствие в ней мирских старейшин означало, что
Окончание его регентства в 1578 г. было ознаменовано тем, что королев-
ство вновь было ввергнуто во фракционное противостояние, в котором 1
  Mason A. Knox, Resistance and the Royal Supremacy...
парламент использовался как основное средство борьбы. 2
  Эрастианство — направление церковно-богословской мысли в Англии и Шотландии
XVI–XVII вв., согласно которому церковные организации не должны иметь никакой дис-
циплинарной власти над своими членами и находиться в полном подчинении у государ-
1
  Минимальное количество, 48 человек, относится к августу 1584 г., максимальное, ственной власти. Направление названо по имени Томаса Эраста, немецко-швейцарского
83 представителя, было насчитано в декабре 1567 г. и в 1579 г. протестантского богослова, естествоиспытателя и врача.
2 3
  Goodare J. The Scottish Political Community... P. 375.   The History of the Scottish parliament...
3 4
  Donaldson G. All the Queen’s Men...   Graves M. A. R. The Parliaments of Early Modern Europe... P. 166.
70 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 71

генеральная ассамблея представляет собой не просто орган церковного Реформационный парламент 1560 г., заседания которого в равной
управления, но, подобно кастильским или французским религиозным степени имели определяющее значение как для политической, так и для
ассамблеям, могла рассматривать вопросы, находящиеся в компетенции религиозной истории Шотландии, не может быть, конечно, отнесен к
представительной ассамблеи1. Для церкви в конце XVI в. более важным парламентам средневековым. Помимо всего прочего, именно этот пар-
вопросом была не проблема представительства как такового, а как это ламент разорвал контакты с Римом, что, в свою очередь, привело к из-
парламентское представительство формируется, однако после 1597 г. и менению отношений с Англией — факт, в значительной степени опреде-
этот механизм был взят под контроль монархией. Все это в итоге привело ливший шотландскую историю Нового времени. Однако с точки зрения
к решению, замысел которого, очевидно, у Джеймса возник еще в 1584 г., той роли, которую ассамблея играла в шотландском обществе, значение
о необходимости назначения епископата, что и было реализовано начиная сословного органа оставалось таким же, каким оно было в 1290 г., когда
с 1600 г., что в свою очередь, сделало возможным в 1606 г. восстановле- слово «парламент» появляется в Шотландии с новым для него значени-
ние церковного представительства в парламенте, поскольку оно, находясь ем — как символ коллективного действия по защите интересов страны
под контролем, уже не угрожало политическому могуществу монарха. в период малолетства монарха. Как в период правления Роберта I, так
Хотя продолжительность парламентских сессий и количество со- и во время правления Джеймса IV случались отдельные эпизоды, когда
званных в определенный период заседаний и не является показателем парламент играл меньшую роль, но, как правило, он был тем учреждени-
значимости представительных учреждений, полностью игнорировать ем, в котором решались вопросы наибольшей важности и определялась
эту информацию нельзя. В период между 1560 и 1603 гг. шотландский правительственная политика, особенно в период малолетства монархов,
парламент встречался 22 раза, кроме того, около 80 раз созывалась т. н. и вырабатывались рекомендации королям, даже если те не очень хоте-
Конвенция земель, представлявшая собой собрание, половину которого ли их слышать. И в этом смысле реформационный парламент 1560 г. не
составляли представители сословий, а вторую часть — знать. Между является революционным с точки зрения того, как он работал. Револю-
1603 и 1689 гг. состоялось 17 парламентских сессий и 15 собраний Кон- ционными были его решения. Но даже и эти решения по своей природе
венции сословий, куда уже не входили представители знати. Проведение были более политическими, нежели религиозными, хотя это с трудом
таких подсчетов значительно осложняется тем фактом, что официаль- признается современными историками. Протестантизм интересовал
ные документы практически не сохранялись. Но даже эти цифры мало о членов ассамблеи лишь с точки зрения внешней политики и претензий
чем, очевидно, свидетельствуют, и тот факт, например, что сессия 1640 лорда Гамильтона на власть, именно по этим вопросам борьба между
г. была самой длинной на протяжении XVI и XVII вв., говорит о том, что фракциями была наиболее ожесточенной в реформационном парламен-
любые количественные показатели нуждаются в соотнесении с истори- те. Выиграв войну против французской армии Марии де Гиз, протестант-
ческим контекстом. В период 1660–1707 гг. Ассамблея сословий созы- ские лидеры, воспользовавшись отсутствием монарха, закрепили свою
валась в среднем на сорок дней ежегодно, однако и здесь необходимо политическую победу и в религиозной сфере. Реформационные акты
учитывать, что, например, заседания после 1689 г. в среднем были длин- стали следствием политической победы, и утверждение реформации в
нее, тогда как в 1664, 1668, 1675–1677, 1679–1680 и в 1687–1688 гг. Шотландии должно рассматриваться как политический процесс.
шотландский парламент вообще не собирался. Сравнения с другим ев- Главное значение шотландского парламента в развитии страны за-
ропейскими представительными учреждениями свидетельствуют, что ключается в том, что он формировал юридическую систему. Единствен-
шотландская ассамблея собиралась чаще, чем, например, Арагонские ная среди европейских стран, Шотландия создала такую юридическую
кортесы или Венгерский парламент, который вообще не заседал с 1662 систему, в которой парламент являлся источником норм судопроиз-
по 1681 гг. С другой стороны, шотландский парламент собирался реже, водства. Колледж юстиции, не только образовательный, но и судебный
чем английский, или представительный орган Соединенных провинций, институт, толкующий нормы права, был основан парламентским актом
и даже не так часто, как провинциальные ассамблеи Лангедока, которые и свою власть получил непосредственно от парламента в 1540 г. Хотя
созывались ежегодно. традиция его существования восходит еще к 1370 г., когда парламентом
была назначена небольшая по количеству членов комиссия, занимающа-
1
  Goodare J. The Scottish Parliament... P. 152–158. яся юридической работой. Система шотландского права, которая разра-
72 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 1. От кланового общества к национальному государству 73

батывалась сенаторами Колледжа юстиции, далека от норм английского вера не совместима с кровным родством, как об этом свидетельствовали
права и является в значительной степени результатом прямого или кос- некоторые его современники1. Его концепция, а также интеллектуаль-
венного вмешательства шотландского парламента, который старался ная традиция, к которой она восходит, рассматривали Шотландию как
регулировать и гражданское, и каноническое право. культурное и историческое единство, где Хайленд и англо-шотландское
Реформация в целом меняла представления о политике, политиче- пограничье, а также их политические структуры, были неразрывно ин-
ском участии, о роли традиционных институтов. Шотландская знать, тегрированы. Эти представления о единстве страны были гораздо более
как она виделась интеллектуалам эпохи реформации, это та элита, кото- значимы для процесса нацие-строительтства, чем поиски культурных и
рая наделена правом участия в политической жизни, а сама реформация социальных отличий между шотландскими регионами, к которым обра-
представляется тогда в равной степени и как религиозное, и как полити- щались шотландские интеллектуалы, вроде Джона Мейра, еще столе-
ческое явление, трансформировавшее само представление об обществе. тие назад2. Если на рубеже XVI–XVII столетий Хайленд и Пограничье
И хотя идея о том, что история Шотландии — это история ее знатных нуждались в политике умиротворения и цивилизовывания, то теперь,
фамилий, не ушла в прошлое, она была изменена под воздействием ре- как считает Д. Юм, они представляют собой видимые примеры истинной
формации. Родство, которое по-прежнему было могущественной силой, шотландскости — в представлении мыслителя, как и для сознания мно-
источником почитания и власти, должно было стать той силой, которая гих его современников, понятие «житель пограничья» включало в себя
будет способствовать преодолению распада общества. Родство и власть, целый комплекс таких характеристик как родство, кальвинизм, класси-
кровь и доблесть никогда не были в Шотландии категориями полярны- ческие политические добродетели3.
ми, скорее, наоборот, знатность предполагала добродетели и ответствен- Шотландская идентичность периода позднего Средневековья — ран-
ность. Элементы традиционного общества, таким образом, должны были него Нового времени представляла собой смесь каждодневных кров-
консолидироваться «истинной религией» и стать фактором процветания нородственных, институциональных и религиозных практик. Повсед-
Шотландии. В этом смысле родство было тем, что преодолевало разрыв, невная жизнь в условиях традиционного общества играла значительно
созданный переходом к протестантизму. большую роль в формировании идентичности, нежели интеллектуаль-
Не все, правда, были столь оптимистично настроены по отношению к ные конструкции, лежащие в основе более поздних примеров становле-
роли аристократии в Шотландии периода реформации. В частности, для ния идентичности. При этом традиция, будь то опыт соотнесения себя
Роберта Понта, шотландского священника, вынужденного отправиться с кланом, долиной, где род проживал, или землевладельцем, была той
в изгнание в 1585 г., даже не будучи ортодоксальным пресвитериани- основой, которая, передаваясь из поколения в поколение, составляла
ном, не наделенная политическими полномочиями знать может дисци- основу этой идентичности. И хотя этот опыт использовался по-разному,
плинировать и реформировать общество, а союз двух британских корон общим было одно — традиция была частью повседневности, а потому
сделает этот прогресс более последовательным1. охватывала все слои населения независимо от социальной, культурной
Поэт, политический деятель, историк, признанный последователь или образовательной принадлежности.
идей Джорджа Бьюкенена Дэвид Юм Годкрофт в своей «Истории дома Шотландия позднего Средневековья представляет собой пример того,
Дугласов и Ангуса», материал для которой он собирал, будучи настав- как поддерживается и воспроизводится идентичность в донациональном
ником Арчибальда Дугласа, восьмого графа Ангуса, считает, что шот- обществе. Будучи интегрированной целостностью, она включала родо-
ландцы не должны смущаться своей традиционности и обычности. Энер- вое, религиозное, институциональное и другие виды самосознания, но
гия родства, по его мнению, очень скоро приведет их к гражданскому тем не менее именно повседневные практики, как правило, не рефлек-
состоянию. Родственные связи, таким образом, должны стать, скорее, сируемые теми, кто их порождает и является их носителем, а также не
фактором, способствующим развитию, чем замедляющим его2. В этом, разделяемые на отдельные сферы по отраслям жизни (экономическая,
кстати, идеи Юма противостояли кальвинистской доктрине, для которой
1
  Bruce R. Semons... P. 66–67.
1 2
  Pont R. De Union Britanniae... P. 21–22.   Mair John. A History of Greater Britain... P. 48–49.
2 3
  Hume D. History of the House of Douglas and Angus... P. 146–148.   Williamson A. H. A Patriot Nobility... P. 6–7.
74 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 75

религиозная, политическая, и т. д.), обуславливали процесс конструиро- ***


вания идентичности. Идентичность в этом смысле была не просто ариф-
1543 год был значимым периодом шотландской истории, временем,
метической суммой разных самосознаний, но основывалась на традиции
наполненным интригами и борьбой за власть. Смерть Джеймса V годом
взаимоотношений, подвергаемых историческим изменениям. В этом
ранее в декабре привела к власти Джеймса Гамильтона, графа Аррана,
смысле шотландский клан и родство, составлявшее его сердцевину, ис-
который был назначен регентом малолетней королевы Марии, и тот
пытывая на себе новации политической, правовой, религиозной и дру-
очень скоро продемонстрировал свои религиозные и политические сим-
гих сфер, был той традицией, в которой пересекались все отношения.
патии, отвергавшие папистскую веру, полагая истинными и единственно
Именно это позволило ему выжить и в новых условиях.
справедливыми лишь протестантские идеи. Новый Завет использовался
Столь же важен и другой уровень этого процесса. Родство, кланы,
сторонниками протестантизма как орудие борьбы оппозиции против
а также политические институты позднесредневекового и раннесовре-
епископов, и Арран, подражая английским реформаторам, яростно кри-
менного общества являлись объектом внимания как современных ком-
тиковал Папу и отвергал веру в чистилище. Начавшиеся переговоры с
ментаторов, так и последующих шотландских мыслителей, в том числе и
Англией вернули в Шотландию Джорджа Уишарта, харизматического
живших в эпоху нациестроительства. В этих институтах традиционного
цвинглианина, который несколькими годами ранее, в 1538 г., вынужден
общества интеллектуалы пытались отыскать корни шотландской нации,
был оставить страну из-за религиозных преследований со стороны като-
в современный период воплощенные в традиционной культуре, превра-
лических властей. Возвратившись, он, вместе с другими протестантами,
щенной зачастую в китч, но напрямую ассоциировавшиеся с шотланд-
начал активную проповедническую деятельность, направив свою атаку
ским прошлым. Традиция, уже не в качестве повседневной практики, а
против монастырей и других реликвий католицизма.
как история, вновь становилась в центр обретения идентичности, при-
Однако деятельность Аррана продлилась менее года. Шотландские
нимавшей национальные формы.
политические элиты были расколоты, и консервативная профранцуз-
ская фракция, получив власть, прервала переговоры, добилась казни
Глава 2 Уишарта, вслед за чем последовала война с Англией, сопровождавшаяся
разрушительными нашествиями с юга по суше и по морю и закончив-
Национальная церковь или церковь нации: шаяся катастрофическим поражением шотландцев в битве при Пинки
формирование протестантской идентичности 10 сентября 1547 г., ставшей одним из последних сражений эпохи англо-
шотландских войн XVI столетия. Шотландцам была необходима фран-
«Девятнадцатого августа 1561 года, между семью и восемью часами цузская помощь, взамен которой они предлагали Франции свою юную
утра, Мария, королева шотландцев, прибыла из Франции, вдовая, на королеву.
двух кораблях... Само небо в миг ее прибытия ясно давало понять, что Рассматриваемая как агент вражеской стороны, протестантская пар-
сулит стране возвращение королевы, а именно — горе, боль, тьму и тия все более теряла влияние, а ее доктрина воспринималась не более
нечестие. На памяти тех, кто живет ныне, небеса впервые были столь как «вера и суждение Англии»1. Часть земель протестантских лидеров
темны и оставались таковыми еще два дня; лил проливной дождь, сам была экспроприирована, протестантские проповедники вынуждены
воздух пахнул премерзко, а туман пал такой густой и плотный, что были оставить страну, и в 1552 г. общий совет церкви уже отмечал, что
нельзя было разглядеть ничего на расстоянии шага от себя. Солнца не угроза миновала. «Множество ужасных ересей, — отмечалось на сове-
видели целых пять дней. Господь послал нам предостережение, но увы те, — возникло в последние несколько лет, породив восстания в различ-
— многие из нас ему не вняли»1 — этими словами Джон Нокс уже a ных частях этого королевства..., но благодаря божьему провидению...,
posteriori, по истечении многих драматических месяцев шотландской бдительности и верному служению прелатов во имя католической веры,
реформации, описал то, как она начиналась. Однако ее истоки таились все они ликвидированы»2.
гораздо глубже...
1
  Register of the Privy Seal of Scotland... Vol. IV. P. 138.
1 2
  Нокс Джон. Мария Шотландская прибывает в страну... С. 90.   Statutes of the Scottish Church... P. 143.
76 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 77

Несмотря на это оптимистичное заявление, к последней четверти церковь, но не как церковь нации»1. Даже тот факт, что Ассамблея 1999 г.
XVI столетия Шотландия неминуемо приближалась к войне, согласно заседала не там, где размещалась обычно, а ее место теперь занял вос-
взглядам одних историков, продолжавшейся с 1567 по 1573 г., а, по дру- становленный шотландский парламент, свидетельствует о постоянном
гим концепциям, начавшейся в 1559 г. Истоки этой гражданской войны, противоборстве двух ключевых элементов шотландского общества —
по мнению Гордона Доналдсона, коренились в сочетании религиозных протестантской церкви и протестантского народа, власть которого оли-
факторов, отношения в вынужденному отречению Марии, а усилива- цетворяется парламентом.
лось все это еще и крайне противоречивыми контактами с Англией. Наконец, в последнюю четверть минувшего века, историография ре-
Утверждение о том, что шотландская реформация привела к реши- формации, которую уже сейчас принято называть ревизионистской2, по-
тельным изменениям в обществе, стало уже общим местом в историогра- ставила целый ряд новых проблем. Помимо влияния реформационной
фии. Еще в 1960 г. профессор церковной истории университета Глазго традиции на современную шотландскую идентичность, ставится вопрос
Дж. Рейд утверждал, что реформация породила такую церковь, которая о тех мифах, которые существуют вокруг шотландской реформации. На
стала «национальным символом» и что «лишь единицы могут сомневаться смену странной смеси религии и политики, в рамках которых традици-
в том, что Шотландия без реформации невозможна»1. При этом значение онно рассматривалась шотландская, да и в целом европейская, рефор-
церковного раскола, произошедшего в середине XVI столетия, вышло да- мация, и где исследователи концентрировались на изучении церковных
леко за пределы, географические и хронологические, собственно шотланд- правил, системы администрирования церкви, ее организации, финансо-
ской истории, в значительной степени предопределив религиозную схизму вой деятельности3, приходит подход с особым вниманием к тому, как в
в среде шотландской диаспоры в Канаде или Новой Зеландии в XIX в.2 рамках внутренней политики эволюционировали институты пресвите-
Однако значение реформации не только в том, что она изменила рианизма уже в постреформационный период.
представления шотландцев о самих себе, с точки зрения пересмотра Традиционный взгляд на шотландскую реформацию восходит к ис-
того, что значит быть шотландцем, но и в том, что в процессе становле- следованию Питера Юма Брауна, опубликованному сразу после Первой
ния протестантских идей об обществе сформировался принципиально мировой войны4. Исследователь доказывал, что противоречия между
иной взгляд на шотландское прошлое, которое стало полагаться как по- церковью и государством явились центральными для всей шотландской
ступательное движение к протестантизму. Используя ретроспективные истории раннего Нового времени. По его мнению, все содержание перио-
оценки, избежать которых для изучающих прошлое, является, очевид- да между 1560 г., началом реформации, и революцией 1690 г. сводилось
но, недостижимой целью, шотландцы раз за разом находили в событиях, к этой «политической эквилибристике»5. К концу XX в. этой устаревшей
предшествующих реформации, предпосылки и причины грядущих пере- концепции придерживался разве что Гордон Доналдсон, один мэтров
мен. Характерно в этой связи упоминание Роджера Мейсона, современ- шотландской историиографии, и несколько его протеже, которых при-
ного шотландского историка, об одном его студенте, который на одном нято называть «эдинбургской школой», сила которой, по общему при-
из университетских семинаров заявил, что «вообще-то шотландцы всег- знанию, в палеографических методах, снискавших этому направлению
да были протестантами»3. мировое признание, но никак не в стремлении учитывать весь интеллек-
Вместе с тем, современные исследователи и публицисты далеко не туальный и политический контекст Шотландии эпохи реформации.
столь единодушны в оценках значения шотландского протестантизма Более современный подход к изучению не только реформации, но и
для современной национальной идентичности. Аллан Мейси, консер- всей истории Шотландии раннего Нового времени представлен труда-
вативный обозреватель ежедневника «Скотсмен», во время заседания ми промежуточного поколения шотландских историков и включает ра-
Генеральной ассамблеи церкви в мае 1999 г. писал в своем обзоре, что
«церковь Шотландии до сих пор может признаваться как национальная 1
  Massie A. Alternative Parliament...
2
  Lynch M. In Search of the Scottish Reformation... P. 76.
1 3
  Reid J. Kirk and Nation... P. 173.   Donaldson G. The Scottish Reformation... P. 1–2.
2 4
  MacGregor G. Scotland... P. 78.   Brown P. H. Surveys of Scottish History...
3 5
  Mason R. Usable Past... P. 54.   Ibid. P. 19.
78 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 79

боты Кристофера Смаута, Розалинды Митчисон и Тома Дивайна, кото- О ранних ростках протестантизма в Шотландии известно мало, по-
рые отдавали предпочтение социально-экономическим исследованиям. скольку свидетельства того периода редки и мало достоверны. Записи
К. Смаут, в частности, уже в исследованиях 1960–1970-х гг., уходя от церковных судов по большей части исчезли, лишив исследователей воз-
традиционных акцентов «эдинбургской школы», уделял больше внима- можности проследить зарождение и развитие новой ереси. Реформаци-
ния социальной трансформации, демографии, уровню жизни, а также онные идеи достигали провинциального королевства не столь быстро,
региональному уровню исторического исследования, что позволило по- как в континентальных землях, а распространялись по Шотландии еще
ставить и приблизиться к решению целого ряда задач, открывавших но- медленнее. Первый статут против лютеранской ереси был провозглашен
вый взгляд на шотландское прошлое. в Шотландии в 1525 г., четыре года спустя после того, как аналогичный
Наконец, последнее поколение ученых характеризует, с одной сто- акт был объявлен Франциском I. Однако вплоть до 1530-х гг. симпатии
роны, возврат к исследованию политических отношений периода рефор- к протестантским идеям фиксируются лишь в некоторых частях коро-
мации, а, с другой, большее внимание микроуровню политических про- левства, в Данди, Сент-Эндрюсе, Эдинбурге и Айршире, где в 1533 г.
цессов и персональной истории. Кроме того, внимание уделяется таким произошли несколько иконоборческих инцидентов. Несмотря на то, что
нетрадиционным для предыдущего периода проблемам, как родственные Джеймс V был ярым противником новых идей, за период его правления
связи и реформация, интеллектуальный аспект реформационного дви- с 1513 по 1542 гг. лишь 13 человек были казнены по обвинению в люте-
жения и другим вопросам, дающим комплексное представление о шот- ранской ереси. Составляя разительный контраст Франции и Голландии,
ландском религиозном расколе. Отталкиваясь от накопленного опыта где количество обвиненных в лютеранстве постоянно увеличивалось, в
изучения реформации, современные исследователи считают возможным Шотландии в следующие два десятилетия число подвергаемых пресле-
поставить четыре вопроса, которые могут быть адресованы реформаци- дованиям лишь снижалось — к 1560 г. еще 8 человек были привлечены
онному процессу в любой европейской стране. По их мнению, рефор- к ответственности по аналогичным обвинениям. В целом в Шотландии
мация характеризовалась тем, насколько быстро она осуществлялась известно менее 90 случаев наказаний, связанных с обвинением в люте-
сверху, насколько быстро снизу, а также насколько медленно сверху и ранстве. Очевидно, что и степень проникновения евангелистских идей
насколько медленно снизу1. Отвечая на эти вопросы, историкам удалось в разных слоях и регионах Шотландии была не столь значительна, как,
не только отказаться от взгляда на реформацию как на политическое например, во Франции1.
противостояние, облаченное в религиозные одежды, но и сочетать со- Небольшие группы сторонников новой веры постепенно готовили
циальную и персональную историю. евангелистический взрыв, шаг за шагом подрывая традиционные рели-
Большинство исследователей сходятся в том, что английская ре- гиозные устои. Первые знаки массовой реформации явили себя в Шот-
формация являлась комбинацией третьей и четвертой характеристик ландии в связи со столь часто переживаемыми королевством периодами
— медленная реформация сверху и медленная снизу2. Хотя, если рас- правлений малолетних монархов, в данном случае — с последующим за
сматривать шотландское реформационное движение как феномен, смертью Джеймса V в 1542 г. и правлением Марии, которой к моменту
реализуемый на двух скоростях (быстро и медленно) и двух уровнях смерти ее отца едва исполнилось пять дней от роду. Джеймс Гамильтон,
(сверху и снизу), стоило бы говорить о том, что это был быстрый и одно- второй граф Арран, лишь только получив бразды управления страной
временно медленный процесс сверху. Быстрая реформация сверху, ко- в качестве регента при малолетней Марии, стал склоняться к альянсу
торая, очевидно, может быть хронологически ограничена 1557–1560 гг., с Англией ради защиты протестантской религии. Граф узаконил чте-
от Первого союза лордов конгрегации до реформационного парламента ние Библии на английском языке и в качестве своих капелланов избрал
или Конвенции знати, согласившейся принять «Первую книгу порядка» двух евангелистов, Томаса Гуильяма и Джона Рафа. Они стали открыто
в конце 1560 г., вскоре сменилась торможением, которое было связано с проповедовать по территории всей Шотландии, привлекая многочис-
социальным и международным контекстом. ленных сторонников, в том числе и среди молодых прихожан, найдя в
Сент-Эндрюсе в лице Джона Нокса одного из наиболее яростных почи-
1
  Cameron E. The European Reformation... P. 239–240, 300–304, 396–400, 411–416.
2 1
  Lynch M. In Search of the Scottish Reformation... P. 77.   Kirk J. The Privy Kirks... P. 155–170.
80 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 81

тателей. Протестантами стали выдвигаться многочисленные претензии ны суду, а самого Нокса приговорили к каторге. Юная Мария была про-
в адрес прелатов католической церкви, а в таких центрах протестант- возглашена наследницей французского престола, а Арран пожалован
ской идеологии, как Перт и Данди, а также в соседних графствах Ангус титулом французского герцога. Шотландские же протестанты после ко-
и Файф на восточном побережье из церквей массово стали выноситься роткого периода взлета вновь вынуждены были уйти в подполье. Джон
изображения1. Гамильтон, новый архиепископ Сент-Эндрюса, решительно заявил в
Деятельность Генриха VIII, стремящегося извлечь выгоды из си- 1552 г., «как много ужасающих ересей появилось в последние несколько
туации, ради того, чтобы обезопасить северные пределы своего коро- лет, ввергнув в пучину беспорядка многие части королевства…, но те-
левства, прервала этот первый взлет протестантизма в Шотландии. перь все они кажутся канувшими в Лету». Даже тогда его заявление вы-
Английский король стремился не только организовать брак Марии глядело излишне поспешным, подтверждением чего являются слова из
Шотландской и своего сына Эдуарда, но также создать условия для письма швейцарского студента в Оксфорде, который в письме Рудольфу
установления контроля над шотландскими пограничными крепостями. Гуалтеру в Цюрих отметил, что истинная религия получила в Шотлан-
Его тактика «грубого сватовства» включала и захват шотландских ко- дии широкое распространение1.
раблей, и организацию английских рейдов вдоль шотландской границы. Теологические контуры раннего шотландского протестантизма в
Глубоко укорененное шотландское восприятие Англии как «старого значительной степени были намечены английской реформационной
врага» вновь оживало, Арран вынужден был отказаться от союза с Лон- литературой, главным образом, Новым Заветом Уильяма Тиндала, од-
доном, а на горизонте замаячила война, союзником в которой должна нако постепенно происходила замена раннелютеранских идей теми, что
была стать Франция, на возобновлении связей с которой настаивала, в дальнейшем определят специфику шотландского реформационного
в первую очередь, королева-мать Мария Лоррейн, сестра Франциска, движения. Патрик Гамильтон, первый шотландский реформационный
графа де Гиза. Сам Арран, чувствуя изменившийся политический кли- мученик, казненный в Эдинбурге в 1528 г. посредством медленного, в
мат, счел для себя за благо публично примириться с католиками и от- течение шести часов, поджаривания на костре, посещал Виттенберг и
казаться от услуг Гуильяма и Рафа. Надвигавшаяся война была также Марбург, где на его идеи оказали влияние взгляды Филиппа Меланхто-
и гражданской, поскольку в шотландском обществе уже сложилась зна- на. Пять лет спустя в типографии в Мальмо были отпечатаны несколь-
чительная фракция тех представителей элиты, кто готов был отстаивать ко работ Мартина Лютера на шотландском языке для распространения
союз с Англией в целях защиты протестантских интересов. Пользуясь среди протестантов Северной Европы. Уишарт, посетивший Швейцарию,
покровительством сторонников этой фракции, решительно настроен- был однако, крайним противником церемониализма, чем вызывал симпа-
ный Джордж Уишарт открыто проповедовал в 1545–1546 гг. на большей тии Нокса, сопровождавшего его в проповеднической деятельности на
части центрального Лоуленда, приближаясь на опасное расстояние в протяжении 1545–1546 гг. В результате сам Нокс до своего визита на кон-
тридцать миль к Эдинбургу до тех пор, пока не был схвачен и обезглав- тинент в 1550-е гг. стал адептом уишартовской теологической традиции.
лен. Годом позже группа протестантской знати организовала заговор в Традиционный взгляд на шотландскую, как и в целом на европейскую,
Сент-Эндрюсе, убила архиепископа, отправившего на эшафот Уишарта, реформацию связывает ее начало с кризисом католической церкви, ко-
и установила контроль над городом. Новый режим просуществовал бо- торая погрязла в пороках и злоупотреблениях. Эти идеи в равной степе-
лее года, и его годовой юбилей был ознаменован праздничной службой ни свойственны и для раннепротестансткой историографии, которая ви-
на протестантский манер. Среди тех, кто поддерживал протестантское дела в реформации промысел божий, направляющий протестантов в их
сообщество Сент-Эндрюса, был Джон Нокс, начавший к тому времени борьбе, и для немногих современных исследователей. В действительно-
самостоятельно проповедовать, свою первую службу посвятив обличе- сти сама церковь в первой половине XVI в. функционировала так же, как
нию римской церкви как служительницы Антихриста. В конце концов, это было и в Средние века. На уровне среднестатистического шотланд-
Сент-Эндрюс был захвачен отрядом солдат, направленных из Франции, ского прихода главная проблема состояла в том, что 86 % церковных
и все протестанты, в это время присутствовавшие в городе, были преда- доходов присваивались высшими церковными институтами, главным об-

1 1
  Cown I. B. The Scottish Reformation Hardcover... P. 89–114.   Original Letters Relative to the Reformation... P. 434.
82 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 83

разом, епископами и монастырями, оставляя местных священников на Повышение Джеймсом налогов привело к тому, что церковь потре-
крайне низком уровне содержания. Но эти присвоения не появились в бовала больших поступлений со стороны монастырей и приходов. В пер-
XVI в., а большая часть этих сумм в Шотландии уходила на содержание вую очередь от этого пострадали мелкие держатели церковной земли,
университетов, в которых постоянно происходили реформы, требующие терявшие свои доходы, особенно в условиях высокой инфляции XVI в.,
средств. Поэтому подобные церковные присвоения очень редко вызыва- и сами монастыри, опасаясь секуляризации по английскому образцу,
ли критику со стороны жителей приходов1. Даже такой критик церкви всячески сопротивлялись этому процессу. И хотя в Шотландии не было
как сэр Дэвид Линдси, ставящий пьесы при королевском дворе с 1540 по секуляризации, подобной английской, монастыри постепенно исчезали.
1554 гг. и довольно резко нападавший на церковные злоупотребления, В этом, очевидно, одна из причин относительно мирной шотландской ре-
вынужден был признать, что нарушения были довольно ограничены2. формации — институциональная ее база готовилась задолго до 1560 г.
Наконец, по мнению большинства исследователей, церковные суды, политическими элитами.
существующие еще со Средних веков, выполняли важную социальную Интеллектуальные истоки церковной реформы заключались в том,
функцию и воспринимались как полезный общественный институт3. что XVI столетие в Шотландии было ознаменовано ростом грамотности
Хотя действительно необходимо признать, что церковь находилась в и образованности в среде правящего класса, в которых нуждались выс-
сложном положении, но причина этого была не в злоупотреблениях свя- шие слои церкви. И ключевые с точки зрения уровня образованности
щенников, а, скорее, в общей экономической ситуации. В Шотландии, группы — лэрды, торговцы, юристы — постоянно увеличивали свою
с ее сильными родовыми и региональными связями и незначительным численность. Если первая книга была напечатана в Шотландии в 1507 г.,
уровнем центральной власти, епископства и монастыри играли важную то, начиная с 1540-х гг., количество печатных изданий резко возраста-
роль из-за того, что их земли являлись не просто церковными владения- ет. В свою очередь, рост образованности и численности интеллектуалов
ми, но были и административными единицами государства, обладая ста- привел к тому, что многие традиционные представления и тексты стали
тусом лордств. В первой половине XVI в. и особенно после 1530-х гг. эти пересматриваться и подвергаться анализу1, что меняло саму идею церкви
лордства распадаются, создавая на региональном уровне вакуум власти, и взгляды на ее место в обществе — вместо осуществления квазимагиче-
требующий преодоления. ских ритуалов, она скорее должна была способствовать интеллектуаль-
В период английской реформации шотландский монарх Джеймс V ному удовлетворению от религии, основанному на изучении основного
из политических соображений провозгласил себя сторонником орто- текста — Библии. Вместо того, чтобы служить мессы, церковь должна
доксальной католической доктрины, однако в реальности его церковная проповедовать2. Требование проповеди не являлось собственно проте-
политика имела много общего с тем, что проводил Генрих VIII в Англии. стантским, а происходило из среды образованных католиков. Это не был
Джеймс, как и его английский собрат, атаковал церковную собствен- вопрос противостояния приверженцев римской церкви и реформаторов,
ность, правда, не путем экспроприаций, а посредством повышения нало- скорее, в этом заключалась проблема различного понимания религии и
гов, и высказывался за реформу, пусть и католическую. После того, как роли церкви внутри католического сообщества. Точно такая же пробле-
Линдси представил свою «Сатиру» при дворе, монарх призвал еписко- ма в тот же период возникает и в среде протестантов.
пов «реформировать их манеры и образ жизни, обещая, что, шестерых Если первый всплеск шотландской протестантской воинственности
наиболее гордых, кто не последует его совету, он отошлет к его дяде в 1540-х гг. провалился в результате влияния политики Генриха VIII, а
Англию»4. Это, конечно, было давлением на церковь, но в перспективе также вследствие французской интервенции, то с середины и до конца
способствовало тому, что прелаты вынуждены были задумываться о гря- 1550-х гг. стала формироваться новая волна евангелизации. Ее триумф
дущих переменах. был связан в равной степени с результатом внешнего вмешательства,
деятельности персон королевской крови и итогом новой расстановки по-
1
  Cowan I. B. Some Aspects of the Appropriation... P. 211. литических сил.
2
  Sir David Lindsay... P. 325.
3 1
  Ollivant S. The Court of the Official... Ch. 2.   Cameron E. The European Reformation... P. 64–69.
4 2
  Sir David Lindsay... P. 2.   Sir David Lindsay... P. 275.
84 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 85

В 1550-е гг. Мария де Гиз, талантливый и хитроумный политик, сде- них такие обряды и традиции, как коленопреклонение во время службы
лала попытку обуздать католическую ортодоксию. Восшествие Марии и украшение церковной одежды. Вскоре, будучи изгнанным из Франк-
Тюдор на английский трон в 1553 г. не только восстанавливало англий- фурта, он отправился в Женеву, а затем, в 1555–1556 гг., стал пропо-
ские обязательства перед Римом, но также ввергло Англию в орбиту ведовать в центральных районах Шотландии, устанавливая прочные от-
габсбургского влияния посредством брака королевы с Филиппом II. ношения с местными землевладельцами, с некоторыми из которых был
Протестантские священники, установившие связи с английскими еди- знаком еще по женевской переписке1.
новерцами, стали убеждать Марию де Гиз в том, что было бы полезно Хотя проповедник поселился в Шотландии как раз в тот момент, ког-
воспрепятствовать укреплению габсбургско-тюдоровского союза. Вме- да Кальвин стал собирать верующих под свои знамена во имя создания
сте с тем, регентша, стремившаяся быть выразительницей интересов по- собственной церкви, учение Нокса далеко не во всем походило на идеи
литической элиты, своей первостепенной задачей видела ведение пере- швейцарского реформатора. В отличие от основоположника кальвиниз-
говоров и достижение соглашения с Францией о браке Марии Стюарт ма, шотландский проповедник в своих призывах к пастве от Эдинбурга
и французского дофина. Одновременно Мария воздержалась от каких- до Эйра не высказывал идею введения консисторий. Клановый эгалита-
либо репрессивных мер по отношению к шотландским священникам, в ризм обуславливал тот факт, что вместо советов старейшин должен был
1546 г. отправившимся в Англию, а теперь, после восшествия католи- реализовываться принцип равенства и самоуправления.
ческой принцессы на престол в Лондоне, вынужденных вернуться до- В декабре 1557 г. небольшая группа шотландской протестантской
мой и активно вступать в контакты с шотландской знатью, побуждая ее знати собралась в Эдинбурге и подписала договор, известный как Пер-
присягнуть на верность протестантской религии. Наконец, недостаток вый союз протестантской конгрегации Шотландии. Цель реформаторов
средств вынудил Марию де Гиз к принятию непопулярных мер и введе- заключалась в том, чтобы формализовать древнюю традицию взаимных
нию новых налогов, что, наряду с растущим французским влиянием при обязательств, воплотив ее в клятву «с оружием в руках и до самой смер-
дворе, пошатнуло авторитет правительницы. ти защищать и оберегать наших истинных священников». Называть их
Среди священников, вернувшихся из изгнания в Шотландию, были стали Лорды конгрегации Христа. В принятом документе они призыва-
два человека, которым было суждено стать символическими фигурами ли к созданию наиболее справедливого слова божия и божьей конгрега-
в истории шотландской реформации. Это были Джон Уиллок и Джон ции. Среди самых влиятельных участников этой акции были Арчибальд,
Нокс. Из этих двоих Уиллок менее известен, отчасти потому, что никогда четвертый граф Аргайл, и Джеймс Дуглас, четвертый граф Мортон, не-
не публиковал своих речей, хотя в конце 1550-х именно он был признан- сколько раз менявший свои политические взгляды во время правления
ным выразителем мнения шотландских протестантов. Некогда фран- Марии и являвшийся регентом на протяжении большего времени ее за-
цисканец, отвергнувший священные католические таинства в 1541 г., точения в Англии. Третьим был Патрик Линдси, доблестный рыцарь и
он жил в Англии в качестве капеллана герцога Саффолка, но бежал по- один из наиболее последовательных врагов Марии.
сле восшествия Марии Тюдор на престол, и в 1555 и 1556 гг. путеше- Хотя это событие и рассматривается как поворотная точка в истории
ствовавший по Шотландии с проповедями новой веры до тех пор, пока в шотландской Реформации, лишь незначительное число представителей
1558 г. фортуна не повернулась к нему лицом. шотландской знати поддержало его поначалу, будучи озабоченными
Джон Нокс известен гораздо более. Тот факт, что именно он стал ав- политическими и международными интригами, погрузившими коро-
тором «Истории реформации в Шотландии», фундаментального источ- левство в пучину противостояний. В апреле 1558 г., вслед за шотланд-
ника о событиях того периода, уже гарантировал ему одно из ведущих ской делегацией, отбывшей месяцем ранее, Мария де Гиз отправилась
мест в шотландском реформационном движении. После нескольких лет, во Францию готовить свадьбу своей дочери и французского дофина.
проведенных на французской каторге, Нокс, вернувшись и поселившись Согласно достигнутым договоренностям, Франциск, дофин Франции,
на севере Англии, принял активное участие в дискуссиях о Второй книге после вступления в брак с Марией Стюарт получал титул короля Шот-
общей службы. Затем, отправившись во Франкфурт во время корона- ландии и в результате наследовал трон двух королевств, Франции и
ции Марии Тюдор, он стал одним из лидеров группы, которая работала
над тем, чтобы сделать церковные правила более строгими, устранив из 1
  Kirkwood H. Makers of the Scottish Church... P. 144.
86 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 87

Шотландии, которые объединялись под одной короной двойным поддан- токола недолго оставалось в тайне, и после того, как о нем стало извест-
ством. Старший сын Франциска и Марии должен был унаследовать оба но, никто уже не сомневался в имперских амбициях Франции.
королевства, если же старшим из наследников будет дочь, то, согласно Еще после смерти Генриха VIII Франция заявила свои права и на
договору, она должна была получить только корону Шотландии. Было английский престол, поскольку в глазах католического мира Елизаве-
также особо оговорено то, что королевский венец Шотландии отсылал- та была незаконнорожденной дочерью, а Мария приходилась правнуч-
ся во Францию. Все процедуры были соблюдены, и брак, заключенный кой Генриха VII. Генрих II французский считал, что его новая невестка
24 апреля 1558 г. в главном дворце Лувра между четырнадцатилетним должна присоединить к французской короне еще и английские владения.
Франциском и пятнадцатилетней Марией, должен был служить гаран- Однако в июле 1559 г. ситуация изменилась коренным образом — Ген-
тией вечного мира между традиционно враждебно настроенными коро- рих II умирает от раны, полученной на рыцарском турнире, и молодой
левскими домами. Несмотря на все оговоренные условия, в тайне никто муж Марии в шестнадцатилетнем возрасте становится французским ко-
не ожидал, что франко-шотландская уния приведет к реальным полити- ролем Франциском II. Его короткое правление продолжалось всего сем-
ческим переменам. надцать месяцев. В конце 1560 г. его одолевает «королевская болезнь»,
Хотя тесные дипломатические связи, усиленные браком Франциска инфекция из левого уха быстро распространяется в мозг, и после тяже-
и Марии, обратили политическую истории Шотландии в направлении лых мучений 5 декабря 1560 г. король умирает, а Мария становится сем-
Франции, разница между королевствами была слишком велика. В то вре- надцатилетней вдовой.
мя как Франция была одним из наиболее густо населенных государств В это время в самой Шотландии происходят серьезные изменения.
Европы с развитым сельским хозяйством, развивающейся торговой си- Четыре дня спустя после отъезда Марии де Гиз во Францию для под-
стемой и мощными институтами центральной власти, Шотландия пред- готовки свадьбы дочери, престарелый протестантский школьный учи-
ставляла собой маленькое, бедное, раздираемое враждой королевство, тель был сожжен в Сент-Эндрюсе на костре как еретик, проповедующий
где формальные институты власти играли гораздо меньшую роль, чем ложное учение. И это было знаком более серьезных изменений — про-
личные связи между вождями и их подданными. Население Шотландии, тестантизм должен был подвергаться гонениям. Однако теперь, как и не
750 тысяч человек в 1550 г., составляло численность крупной француз- единожды раньше, события в Англии вмешались в происходящее на се-
ской провинции. Шотландцы вызывали удивление приезжих французов вере. 17 ноября 1558 г. умерла бездетная Мария Тюдор, и престол насле-
тем, что являлись на церковную службу вооруженные, а в отзывах путе- довала ее сводная сестра, дочь Генриха VIII и Анны Болейн, Елизавета.
шественников о Шотландии в качестве обратного адреса часто указыва- Новой королеве было двадцать лет, она была также бездетна и не заму-
ется «земля за пределами человеческой расы»1. жем, и поэтому ее положение на престоле зависело не только от ее поли-
Помимо предусмотренных официальных франко-шотландских дого- тических талантов, но и от поддержки как протестантской Англии, так
воров, Мария была вынуждена подписать секретный протокол, который и протестантской элиты Шотландии. Это не могло не вселять надежду
отражал реальные цели заключающих контракт сторон. Согласно это- в сердца шотландских реформаторов. C другой стороны, регент, Мария
му документу, в том случае, если Мария умрет до того, как произведет де Гиз, потребовала доставить к ней всех проповедников новой веры для
наследника, ее корона должна перейти ее мужу, что, по сути, означало того, чтобы, подвергнув суду, отправить их в изгнание. Ни один из про-
передачу всех прав на шотландский престол Франции. Вторая статья тестантов не явился на аудиенцию, и все были объявлены все закона.
протокола гласила, что Шотландия переходит во владения французской Вскоре после этого совет «лордов и баронов, признающих Христа»,
короны до тех пор, пока все суммы, затраченные на образование Марии, в состав которого входили протестантски настроенные представители
а также на французскую помощь Шотландии, не будут возвращены Па- шотландской знати, присягнул в том, что будет защищать приходские
рижу. И, в третьих, в документе фиксировалось обязательство, что шот- службы с использованием английской Книги общего богослужения.
ландский парламент должен принимать любые законопроекты только в Лорды также стремились к тому, чтобы закрепить принцип евангели-
соответствии с этим протоколом. Существование этого секретного про- ческого богослужения и обязательное чтение Священного писания в
семьях, а не только при публичных службах. Идея консистории не про-
1
  Lynch M. Edinburgh and the Reformation... P. 2. возглашалась и здесь. И лишь в 1558 г. по предложению Нокса впервые
88 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 89

была озвучена необходимость в выборных старейшинах, которые бы зали влияние на подобные выпады. Эта непродуманность, с которой вы-
следили за церковной дисциплиной в отдельных регионах1. ступил Нокс против власти женщины в королевстве, стала очевидной,
В 1559 г. уже существовало как минимум семь таких организован- когда вслед за католическим правлением Марии наступила елизаветин-
ных шотландских церквей. В частности в Данди протестантская община ская протестантская эпоха1.
находилась под защитой городского совета, который гарантировал со- Для Шотландии позиция Нокса была не слишком радикальной, по-
держание священнику, а также запрещал проявлять неуважение к церк- скольку реформация в королевстве была далека от завершения, однако
ви и ее служителям. В то же время, нет никаких оснований, очевидно, проповедник не желал останавливаться, стремясь превзойти Кальвина
говорить о каком либо политическом триумфе «частных церквей», как в вопросах тактики и тех средств, которыми он готов был пожертвовать
и о том, что новая религия была готова к силовому отстаиванию своих ради достижения цели. Три памфлета, адресованные шотландской ау-
интересов. Представители знати, действовавшие как покровители и за- дитории в июле 1558 г., — открытое письмо регентше, послание знати
щитники протестантизма, были в гораздо большей степени персональ- и представителям сословий, а также «обществу» — были направлены
ными лидерами, власть которых коренилась в клановой традиции, чем против Марии де Гиз и лживых священников. Провозглашая мысль о
это было в случаях континентальной реформации. том, что правительнице не суждено увидеть божий свет, Нокс тем са-
И Нокс, и Уиллок поощряли воинственность среди своих сподвиж- мым отказывал и обычным верующим в свободе выбора истинной веры.
ников, так же как делали и их английские собратья, чья позиция была в Не только светские власти должны были, по его мнению, обеспечить ре-
значительной степени радикализирована восшествием Марии, и были формацию, но «вся совокупность людей, и каждый в отдельности» раз-
готовы поднять оружие против правил, угрожавших их принципам. Сре- делял ответственность в борьбе против идолопоклонства. Более того,
ди них двоих позиция и взгляды Нокса представляются более опреде- из таких утверждений вытекала идея о том, что простые люди должны
ленными из-за того, что в распоряжении исследователей есть несколько были защищать истинную веру даже в том случае, если против таковой
памфлетов, написанных им во время женевской ссылки, а также ряд выступали их сеньоры, а также вести борьбу со всеми, кто угрожал про-
писем и деклараций, отраженных в «Истории реформации». Пропо- поведникам, и отказывать в выплате десятины лживым епископам и
ведником владела необычайная ревность к истинным пасторам и роли, монахам2.
играемой ими. Именно им, как и их ветхозаветным прародителям, было В то время как протестантская воинственность лишь ширилась, Ма-
суждено стать вестниками истинной религии. рия де Гиз предпочитала выжидать, рассчитывая, что ересь можно будет
Даже более решительно настроенный, чем Кальвин, по отношению к легко побороть, лишь только разрешатся все сложности с престолонас-
любым формам и проявлениям римского церковного церемониала, Нокс ледием. Епископам, выступавшим за более решительные меры против
выказывал небывалое отвращение к восстановлению католического реформаторов, было обещано, что такие действия будут предприняты
идолопоклонства в тех регионах Шотландии, где во избежание божьего сразу после того, как парламент утвердит передачу власти французско-
гнева было отменено почитание икон и любых других изображений. Его му дофину. И лишь только в ноябре 1558 г. парламент ратифицировал
«Первый призыв против демонического режима женщины», изданный в права французского престолонаследника, Мария принялась за выполне-
1558 г., был обращен в Англию, чей престол вплоть до этого года зани- ние своих обещаний. Однако время было упущено, и силы сторонников
мала Мария, вернувшая Англию к католическим богослужениям и тем протестантизма значительно выросли. Но более значимо было то, что
самым разорвавшая, по мнению Нокса, завет с богом. Этот «Первый при- изменилась и международная ситуация. После смерти Марии Тюдор
зыв» не только легитимизировал любые формы протеста, направленные престол заняла протестантская королева, и очевидным стало, что шот-
в адрес католической королевы, но и слишком поспешно ставил более ландские реформаторы имеют все основания ожидать поддержки с юга
масштабный вопрос о том, что женское правление противно традиции от границы.
и божьей заповеди. Не вызывает сомнений, что правление малолетней
Марии Стюарт, а также затянувшееся регентство ее матери также ока- 1
  Knox J. On Rebellion... P. xv-xvii; Dawson E. A. The Two John Knoxes... P. 559.
2
  Knox. J. The Copy of a letter...; A Letter Addressed to the Commonality of Scotland...
1
  Knox J. History of the Reformation... P. 118, 136–138, 148. P. 72–129.
90 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 91

Первого января 1559 г. на дверях сразу нескольких шотландских французская угроза делала такое обращение к Англии неминуемым.
церквей появились призывы, направленные против тех священников, Опираясь на английскую поддержку, юный граф Арран, обратившийся в
которые нарушили «истинную бедность» церкви, и угрожавшие тем ка- протестантизм во время пребывания во Франции, тайно вернулся через
толикам, которые не отрекутся от своих заблуждений. В мае того же Женеву в Шотландию. Его отец, герцог Шательро, стал сердцем оппози-
года, ко времени, установленному для исправления заблудших священ- ции в Шотландии. В октябре 1559 г. Нокс и Уиллок заявили оппозиции,
ников, Нокс вернулся в Шотландию, проведя сразу несколько служб, что не видят другого выхода, кроме как лишить регентшу власти, и этот
направленных против идолопоклонства. Начало было впечталяющее! аристократический бунт под религиозными лозунгами знаменовал нача-
В церкви Святого Иоанна, в Перте, в четверг 11 мая 1559 г. он провел ло нового этапа шотландской реформации. Мария была неспособна за-
службу против идолопоклонничества, которую паства восприняла как щищать шотландские свободы перед лицом внешней угрозы, запрещала
призыв к погромам. Церковные украшения были снесены, а доминикан- открытую проповедь слова божия, была «яростной защитницей идолопо-
ский и францисканский монастыри Перта были разрушены. Это стало клонства», презирая знать королевства — всего этого было более, чем
прологом гражданской войны, зревшей на протяжении нескольких лет. достаточно для того, чтобы лишить правительницу власти1. Бунтовщи-
Проповедь в Данди также завершилась двухдневным погромом церк- ки провозгласили, что Мария де Гиз не выполняет своих обязанностей,
вей, после которого Мария попыталась призвать зачинщиков к ответу, узурпировав власть, которую должна разделять со знатью королевства,
назначив суд в Стирлинге. Однако протестантская конгрегация Перта возглавляемой Шательро. Около одиннадцати тысяч английских солдат
взяла их под защиту, а многие представители аристократии поддержали прибыли в Шотландию для защиты тех, кто поддержал восставших.
такое решение о невыдаче проповедников. Осознавая, что шансы побе- Поскольку перевес был явно на стороне реформаторов, Нокс с еще
дить у нее малы, королева не стала поднимать войска для умиротворе- большим воодушевлением принялся собирать под свои знамена про-
ния повстанцев, и 29 мая вынуждена была заключить мир на условиях тестантов. И хотя французы предприняли попытку послать на помощь
разрешения богослужений, что в перспективе вело к институциализа- Марии четыре с половиной тысячи воинов, зимний ветер обратил эту
ции протестантизма. Однако вскоре эти условия были нарушены самой армию от шотландских берегов, а с приходом весны собственные вну-
правительницей, которая, воспользовавшись возможностью, наказала тренние проблемы королевства помешали Франциску повторить попыт-
нескольких знатных представителей реформированной церкви. Летом ку. Наконец, внезапная смерть Марии де Гиз в июне 1560 г. положила
1559 г. у Марии де Гиз появились все основания для оптимистичного конец этим попыткам французского вмешательства — с французского
настроения, поскольку смерть Генриха II и последовавшее воцарение берега было крайне сложно сплотить тех, кто все еще оставался верен
Франциска, сопровождаемое усилением влияния при дворе француз- восемнадцатилетней королеве. В конце концов, Эдинбургский договор,
ских де Гизов, давали основание для ожидания их помощи в решении подписанный 6 июля 1560 г., предусматривал вывод французских сол-
внутренних шотландских противоречий. дат с территории Шотландии и назначение семнадцати представителей
Но и среди сторонников шотландской монархии нашлись те, кто из- шотландского парламента в качестве временного правительственного
менил короне и перешел на сторону протестантов. Одним из них был совета. Все вопросы, связанные с религией, должны были решаться на
Джеймс Стюарт, незаконнорожденный сын Джеймса V и сводный брат заседаниях уже нового парламента2.
Марии, который вскоре станет графом Мореем и будет играть столь В то время как королевские войска после заключения перемирия воз-
важную роль в недолгом правлении Марии Стюарт. Кроме того, он бу- вратились в Эдинбург, что давало возможность повстанцам захватить
дет одним из тех, кто подпишет Второй союз конгрегации в Перте 31 мая полностью Перт, в Сент-Эндрюсе Лордами конгрегации было провоз-
1559 г. глашено создание армии конгрегации Христа. В ответ на это событие
Столкнувшись с опасностью католического французского вторже- по всему королевству прокатилась волна воодушевления среди сторон-
ния, в поисках помощи Лорды конгрегации обратили свои взоры на юг. ников реформированной религии — аббатство Сконе было полностью
Хотя было маловероятно, что королева Елизавета забыла о выпадах
Нокса по отношению к женским правлениям и была крайне взволнова- 1
  Knox J. On Rebellion... P. 170.
на опасностью восстания против законного монарха, предполагаемая 2
  Knox J. History of the Reformation. V. 1. P. 351.
92 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 93

разграблено толпой, а в результате этих беспорядков пострадали и мо- Основа пресвитерианской церкви была чрезвычайно далека от тех
настыри, расположенные на пути марша армии к Эдинбургу. Войсками образцов шотландского пресвитерианизма, с которыми мы сталкива-
короны был сдан Данбар, и протестантским полкам был открыт путь на емся в XVII и XVIII вв.1, поскольку с 1690-х гг. начался новый этап его
столицу, захватив которую, они издали декрет о низложении регента и эволюции, дополненный просветительским модератизмом XVIII столе-
основании Большого совета, должного править от имени отсутствующей тия. Это, однако же, не отрицает того факта, что для большинства людей
королевы. Королева-регент тем временем вынуждена была скрываться реформация стала решающим событием шотландской истории, при этом
до тех пор, пока из Франции не прибыло подкрепление, которое помогло многие воспринимают ее как внезапное событие, которое таковым было
ей вернуть Лейт и Эдинбург. Но даже в это время, когда обстоятельства, лишь отчасти. Конечно, например, в Сент-Эндрюсе переворот произо-
казалось бы, способствовали решительным действиям, Елизавета воз- шел в одночасье, в течение одной ночи с 11 на 12 июня 1559 г., когда
держивалась от вторжения в Шотландию, и только прибытие француз- армия Лордов конгрегации вместе с Джоном Ноксом вошла в город, из-
ских полков толкнуло ее на то, чтобы послать флот для блокады Ферт- гнала священников из католических приходов, уничтожила церковные
о-Форта в январе 1560 г., а годом позже подписать в Бервике договор с украшения и превратила католические церкви в протестантские. Но,
Лордами конгрегации на предмет введения английских войск в Лейт для во-первых, такая внезапность была характерна отнюдь не для всей Шот-
борьбы с французами. ландии, а, во-вторых, даже разрушив монастыри и вынеся из церквей
В то время, как королева-регент лежала при смерти в Эдинбургском скульптуры и иконы, шотландский протестантизм далеко еще не обре-
замке, борьба между осаждающей английской армией и обороняющимися тал свою завершенную форму. Понадобились многие десятилетия, пре-
французскими войсками продолжалась всю весну. Смерть Марии де Гиз жде чем идеи новой религии — идеологические, институциональные,
11 июня 1560 г. пришла как избавление от агонии, и Джон Нокс радостно организационные и другие — были внедрены в массовое сознание на-
возвестил об этом шотландцам. Англии и Франции не оставалось теперь столько, что стали частью национальной идентичности. Для многих же
ничего, кроме как вести переговоры о мире, и в июле 1560 г. Эдинбург- шотландцев середины XVI в. новая религия связывалась лишь с именем
ский договор закрепил французское признание прав Елизаветы на престол одного человека, Джона Нокса.
Англии, а также вывод английских и французских полков с территории Действительно, по мнению как современников, так и последующих
Шотландии. Это одновременно послужило эффективным официальным исследователей, шотландская реформация началась с его зажигательной
концом и «Древнего Альянса» с Францией, восходящего еще к 1295 г., а службы в Перте в мае 1559 г., на которой прозвучал призыв разрушать
также стало началом нового этапа шотландской реформации. монастыри. Именно это обусловило тот факт, что для многих Нокс и ре-
Партия Лордов конгрегации действовала как временное правитель- формация — слова-синонимы. Фанатичный приверженец своей идеи,
ство. В августе 1560 г. шотландский парламент, названный «реформа- блестящий оратор, отважившийся на единоличный диспут с королевой
ционным», инициировал серию законопроектов от имени королевы. Это Марией, Нокс, бесспорно, является символической фигурой. Вместе с
заложило основу т. н. «шотландской вере» — двадцати пяти статьям, тем, многие его инициативы лишь разжигали вражду — например, дис-
написанным в спешке Джоном Ноксом и пятью другими протестанта- пут с королевой не имел сколь либо важного исторического значения,
ми, всеми с именами Джон — Джон Нокс, Джон Уилкок, Джон Уинрам, кроме того, что возбудил ненависть по отношению к молодой правитель-
Джон Споттисвуд, Джон Роу и Джон Дуглас. В документе провозгла- нице, что имело для нее фатальные последствия.
шалось уничтожение власти паства и запрещалось проведение католи- Не можем мы, очевидно, вслед за некоторыми шотландскими исто-
ческих богослужений. Вместе с тем, этот парламент не принял другой риками считать Нокса и шотландским националистом, поскольку идеи,
важный документ Реформации — «Первую книгу Порядка», которая которые он высказывал, относятся к сфере теологии, а не политической
была своего рода уставом зарождающейся церкви. Документ был посвя- доктрины. Кроме того, Джон Нокс выступал агентом английского влия-
щен организации церкви, устройству общины, выборам священников и ния в Шотландии, как в сфере религии, так и политики, а Псалтырь, как
пасторов, а также установлению образовательной системы, которая, во- и Библия реформированной церкви, и все официальные документы со-
первых, могла бы давать поддержку священникам, а, во-вторых, форми-
ровала общедоступную образовательную среду в Шотландии. 1
  Smout Ch. A Century of the Scottish People... Ch. 2.
94 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 95

ставлялись им на английском языке. Эта «ненационалистическая» на- воплощением универсальных ценностей, сборником божественного пра-
правленность отразилась и в его семейной жизни — его первая жена, ва, которое в равной степени было применимо и для библейского народа
Мариори Боус, была англичанкой, а оба сына получали образование в Израиля и Иудеи, и для шотландцев и англичан XVI в.
Англии. Библеизм Нокса оставил несмываемый отпечаток на характере шот-
Более справедливо говорить о том, что популярность Нокса происхо- ландского протестантизма и предопределил понимание Ноксом событий,
дила от его противостояния с Марией Стюарт, а также из тех призывов современником которых он был и которые отразил в своей «Истории».
к разрушению старого, которыми сопровождались все его выступления. При этом во всех его трактовках очевидно нежелание мыслить иначе,
И хотя конфликт Марии Стюарт и Джона Нокса не имел судьбоносного чем в дуалистических категориях раннепротестантской религиозной
для реформации характера, тем не менее, он был чрезвычайно симво- доктрины, которая делила мир на библейский и небиблейский, истин-
личным и понятным для современников: ревностный кальвинист против ный и ложный, добрый и злой, божий и дьявольский. Именно в этих про-
католической монархии, непреклонный морализм против харизматиче- стых терминах и следуя незамысловатой схеме, Нокс представил поря-
ского ренессансного блеска. Однако именно эти, бесспорно редуциро- док и структуру мира, и этими же категориями пользовались несколько
ванные, символы и оказали влияние на шотландскую идентичность. поколений шотландских протестантов.
Джон Нокс является автором «Истории реформации в Шотландии», Демонизируя католицизм как антибиблейскую, фальшивую и дья-
книги, не опубликованной при жизни автора, а вышедшей впервые в вольскую религию, характеризуя католическую веру в целом и католи-
1644 г., переизданной в 1846–1864 гг., а затем вновь изданной на совре- ческих священников в частности, как служителей антихриста, Нокс, тем
менном английском языке в 1949 г.1 С момента своего первого издания самым, обозначает тех врагов, по отношению к которым будет формиро-
она оказала непосредственное влияние на протестантскую историогра- ваться протестантская идентичность. Кроме того, в глазах протестантов
фию шотландской реформации. Шотландские протестантские историки XVI в. папа римский, предавшийся служению сатане, будучи орудием в
XVII в. и более позднего периода со ссылкой на «Историю» Нокса зало- его руках, был не просто абстрактным символом, которым можно было
жили такое понимание шотландского прошлого, в рамках которого шот- пугать ослушников. Это была вполне реальная сила, присутствующая
ландцы действительно всегда были протестантами, а их католическое в повседневном мире, ведущая могущественных католических принцев
прошлое являлось лишь искажением, аберрацией истинного пути. и властелинов христианского мира и, главное, обладающая возможно-
Сегодня бесспорно одно — Нокс является тем, с кем более всего стью вершить судьбу, в том числе и истинной протестантской религии1.
ассоциируется реформация в Шотландии, и именно его идеи заложили Но утешение необходимо было искать в том факте, что власть сатаны
основу новой протестантской идентичности. Этот человек был самым должна пасть. В рамках этого провиденциализма находилась дуалисти-
значимым из тех проповедников, которые основывали свое служение на ческая концепция мироздания Нокса, согласно которой борьба между
Ветхом Завете, используя книги Исайи и Иеримиии, и которые верили, богом и дьяволом, между истинной и ложной церквями, между добром
что являются наиболее буквальными интерпретаторами и одновременно и злом воплощала себя в человеческой истории и развивалась по на-
инструментом божьего промысла, призванным привести народ и прави- правлению к предопределенному финалу, где царство антихриста будет
телей в истинное христианское царство и подчинить их божественно- окончательно повержено.
му закону2. Его буквальное следование библейским заветам позволяет Подобными рассуждениями, наряду с сильными апокалиптическими
некоторым исследователям считать Джона Нокса фундаменталистом, ожиданиями, наполнены все главы «Истории» Джона Нокса. Согласно
чье почитание протестантской доктрины было суровым и предельно точ- его представлениям, в истории шотландской реформации не происходи-
ным3. Но для него Ветхий Завет был не только и, возможно, не столько ло ничего такого, что не было бы угодно господу и не соответствовало
источником вдохновения и примером, сколько источником и правовым бы его промыслу. И английская реформация, согласно такой доктрине,
была необходима богу для того, чтобы подать пример Шотландии в сле-
1
  John Knox’s History of the Reformation... довании истинной религии. Именно в Англию бежал Нокс, спасаясь от
2
  Ridley J. John Knox...
3 1
  Mason R. Usable Past... P. 58.   Lake P. The Significance of the Elizabethian identification... P. 77.
96 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 97

преследования в своей стране, и, возможно, поэтому он не представлял, структуру кальвинистской церкви очень близко, будучи очевидцем
что Шотландия в состоянии единолично выдержать это последнее испы- швейцарской реформации, однако же он являлся независимым мысли-
тание на пути к истинному царству. Его стране был необходим ковенант, телем и реформатором, и лишь пять человек, окружавших проповедника
понимаемый в равной степени и как земной договор, и как следование вместе с ним работали над текстом Первой книги порядка. Но ни один
божественному промыслу, с Англией, для того, чтобы создать истинное из них — ни Уиллок, ни Споттисвуд, ни Уинрам, ни Роу, ни Дуглас —
богоугодное протестантское содружество, обладавшее только ему одно- никогда не посещали Женевы и не встречались с Кальвином. Все, что мы
му присущей особой идентичностью, построенной на библейских прин- знаем об этом кружке, это то, что большая часть его членов стала выка-
ципах. И все это не отрицало возможности, и даже желательности, унии зывать лояльность реформационному движению незадолго до 1560 г., и
с Англией. Наконец, точно так же, как еврейское единство включало в что те из них, кто порвал с католицизмом, вынуждены были отправиться
себя Иудею и Израиль, шотландцы и англичане могли счастливо объеди- в изгнание в Англию.
ниться и сформировать британское единство, которое было и столь же И хотя шотландская религиозная система была по своей сути глубо-
богоугодным предприятием, сколь и способным сыграть важную роль в ко трансформирована в результате событий реформации, лишь некото-
последние дни решающей схватки добра и зла1. рые ее характеристики могут быть названы подлинно кальвинистскими.
Парламент, созванный второпях в августе 1560 г., в котором домини- В отличие от галликанской традиции, например, шотландские реформа-
ровали Лорды конгрегации, отменил католическое богослужение, а так- ционные документы редко обращаются к проблеме предопределения. В
же украшения храмов статуями, «противоречащими святому божьему то же время одним из основных критериев истинности церкви в них вы-
слову». Парламентарии также приняли новую догматику, разработан- ступает буквальное следование церковной дисциплине и правилам. По-
ную комитетом из шести священников, и обсудили, хотя и не приняли стоянно являясь центральной темой проповедей Нокса, эта дисциплина
новые правила для управления церковью. В декабре Джон Нокс вновь предполагала обязательство светских властей преследовать идолопо-
вернулся к вопросу о церковном управлении уже, правда, не в стенах клонство и суеверия, что имело бесспорный апокалиптический смысл,
парламента, а на заседании церковной ассамблеи. Предположительно отсылающий к борьбе сил света с царством Антихриста. И, возможно,
принятый на этом заседании (наверняка сказать сложно из-за утраты самая кальвинистская черта шотландской реформации заключается в
части источников этого периода), документ был распространен в преде- постоянном отвержении цвинглианского понимания таинств как непо-
лах королевства в качестве основного правила церковного управления, средственных знаков присутствия тела Христова.
получив название Первая книга порядка. Готовя общую литургию новой Влияние кальвинизма также сказалось в новых правилах проведения
церкви, ассамблеи 1562 и 1564 гг. настояли на принятии Книги общей богослужения, воплощенных в Книге общей службы, вобравшей в себя
службы, которая представляла собой служебник, разработанный во ряд женевских принципов. Кальвинистские идеи были также дополнены
Франкфурте Ноксом и несколькими такими же, как и он, изгнанниками включением в Книгу кальвинистского катехизиса. Сами службы подчи-
времен правления Марии Тюдор и использовавшийся английской про- нены расписанию, предписанному в Первой книге порядка и не остав-
тестантской общиной в Женеве. Новые религиозные правила стали три- лявшему времени для празднеств, что следовало общей кальвинисткой
умфом Лордов конгрегации и личным достижением Джона Нокса, перед программе по «искоренению праздности». Вместе с тем, крайне нео-
которым, по словам одного современника, все трепетали2. бычным для реформационной традиции выглядело то, что протестант-
Способствуя формированию особой религиозной идентичности, эти ские наставники не выступали против дореформационного запрета на
церковные правила, составляя значимую дистанцию между швейцар- употребление в пищу мяса в период поста и определенные дни недели.
ской и шотландской реформацией, были гораздо в меньшей степени В результате пост продолжал оставаться периодом, запретным для за-
похожи на женевские догматы, чем правила французской реформиро- ключения браков1.
ванной церкви. Нокс знал женевскую теологию и институциональную Институциональные принципы, проистекающие из Первой книги
порядка, лучше всего становятся понятны с точки зрения раннерефор-
1
  The Works of John Knox... Vol. II. P. 25.
2 1
  McMillan W. The Worship... P. 42–43.   Kirk J. The Influence of Calvinism... P. 161.
98 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 99

мационных попыток создания такой церковной администрации, которая регулярно встречаться на ассамблеях в крупных городах для публично-
бы соответствовала масштабам большого королевства. Эти принципы го обсуждения отдельных пассажей Библии, чтобы затем продолжить
соотносимы с теми, что были приняты французским синодом, хотя были дискуссии в своих приходах1.
разработаны независимо от него. Однако, как и во французском слу- На уровне прихода Первая книга порядка провозглашала выборность
чае, проблема заключалась в том, что на фоне широко развернувшегося священников конгрегацией, кандидатуры которых одобрялись священ-
процесса формирования новых церквей, был очевиден дефицит правил, никами и старейшинами близлежащих крупных городов. В том случае,
касающихся нового стиля богослужений. В этом вопросе шотландские когда в течение сорока дней конгрегация не могла сделать выбор свя-
реформаторы испытали влияние сразу нескольких сторон — и доре- щенника, суперинтендант должен был назначить его лично. Если же
формационной церкви, и постреформационной немецкой традиции ло- кандидаты демонстрировали существенные пробелы в знании доктрины,
кальных церквей, и женевской традиции, и идей английских беженцев. приход должен был удовлетворяться чтецом, который мог произносить
Отраженные в Первой книге порядка, новые правила предусматривали проповеди на заседании церковной ассамблеи, но не обладал правом
упразднение всех монастырей, часовен, кафедральных церквей, а также осуществлять таинства. Старейшины прихода, наряду со священниками
всех других церковных органов, за исключением приходских церквей и руководящие церковной дисциплиной, также должны были избираться.
школ при них, сохраняя также систему приходских земель и десятины, Диаконы, ответственные за церковные сборы, получавшие и распреде-
направленной на содержание школы и приходских священников. Новый лявшие церковные доходы, в Шотландии также принимали участие в
порядок также критически относился к практике захвата таких земель управлении на манер их французских собратьев. Наконец, Первая книга
светскими землевладельцами, осуждая их как папистов, однако вопрос о порядка не просто определяла литургический цикл, назначая место всех
содержании таких земельных угодий на протяжении многих десятилетий празднеств и определенных служб, но также давала рекомендации по
будет серьезной неразрешимой проблемой для шотландских протестан- поводу утренних и вечерних молитв, проводимых главами домохозяйств.
тов. Следуя немецкому опыту, шотландские реформаторы провозгласи- И те, кто не чтил Десять заповедей или не возносил соответствующие
ли амбициозные планы по созданию школ латинской грамоты в каждом молитвы, не допускались к причастию.
приходе, а также средних школ во всех крупных городах. Но еще более Конечно, все эти правила с трудом завоевывали авторитет среди
примечательно то, что в королевстве было создано от десяти до двенад- всего населения. Несмотря на то, что среди шотландских историков
цати управлений-интендантств, призванных надзирать за тем, как идет сложилась довольно авторитетная группа тех, кто приводит аргументы
процесс институционального оформления новой религии. Подобные ор- в пользу традиционной протестантскости шотландцев, сложно не за-
ганы, конечно, создавались и на других территориях Европы, на которых метить довольно сильную антипатию или просто апатию во всех слоях
реформация одерживала победу, но там такие учреждения являлись ин- общества по вопросу о религиозных изменениях. В Эдинбурге в 1561 г.
ститутами церковного управления. Шотландские же суперининтендан- только четверть населения относила себя к новой религии. В Аберди-
ты на протяжении первых трех лет назначались Большим советом коро- не, в отношении которого до 1560 г. не было подозрений в еретичестве,
левства, а затем избирались священниками соответствующего региона первый городской протестантский священник был назначен только в
и суперинтендантами соседних регионов. Их основная задача заключа- августе того года, а многие католические служители не просто чувство-
лась в том, чтобы посещать районы их юрисдикции и «планировать и вали себя в городе комфортно, но и создавали секретные католические
возводить церкви», что должно было способствовать распространению сообщества, просуществовавшие до 1570-х гг. Очевидно, что основная
новой религии. Кроме того, суперинтенданты регулярно должны были социальная поддержка протестантизму приходила, главным образом,
навещать с проповедями и проверять,как идут службы в этих церквях. от городских слоев, и в меньшей степени от знати. Географически ком-
Кроме того, в целях улучшения и распространения библейских знаний, плиментарная реформированной церкви территория располагалась на
по Первой книге порядка вводился институт толкователей Священного северо-восточном побережье от Стирлинга до Сент-Эндрюса и включала
Писания, наподобие того, что существовал среди цюрихских реформато- наиболее заселенные районы, но тех, кто приветствовал новую религию,
ров, а также в среде беженцев из Англии. Священники, а также все те,
кто был наделен правом толкования библейских текстов, должны были 1
  Cameron J. K. The Cologne Reformation... P. 39–64.
100 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 101

было меньшинство. Многие бароны, особенно на востоке, хранили вер- облаченную в траурные одежды и сопровождаемую лишь несколькими
ность католицизму, составляя потенциальную основу для поддержки приближенными, никто не встречал. Но весть о ее возвращении быстро
Марии Стюарт в том случае, если она решится воспротивиться новым распространилась, и дорогу до Холирудского замка быстро заполнили
правилам. желающие стать свидетелями возвращения королевы. Однако припод-
Важно, однако, то, что новая система церковного управления никогда нятое настроение первых дней после возвращение сменилось вскоре
не получала формального одобрения со стороны короны или парламен- агрессией после того, как Мария провела свою первую по возвращении
та, как и не была внедрена на территории всего государства. Претензии католическую службу.
этой системы на повсеместную реорганизацию церковной собственно- На следующий же день Мария издала свою первую королевскую про-
сти также были обречены на провал, и дореформационная система цер- кламацию, в которой обещала при поддержке парламента умиротворить
ковных привилегий (а также привилегий для отдельных священников) враждующие стороны религиозного конфликта, не нарушая ни чьи инте-
продолжала действовать. В том случае, если католические священники ресы. Однако Джон Нокс обличил эти попытки, обвиняя королеву в при-
принимали реформационные догмы и каноны, а образ их мыслей при- верженности папизму. Итогом знаменитой частной аудиенции 4 сентя-
знавался соответствующим новым правилам, они могли продолжить бря, которую Мария дала Ноксу, стало признание проповедником того
службу в реформированной церкви, если же нет, то они просто продол- факта, что Мария искренне убеждена в собственной вере и не намерена
жали получать тот доход, который имели и раньше. Прежние права цер- отступать. Но несмотря на то, что в своей борьбе проповедник не был го-
ковного патронажа также сохранились. В период между 1562 и 1566 гг. тов идти на компромиссы, реформационный лагерь не являлся уже еди-
был издан ряд статутов, направивших некоторые церковные доходы ка- ным. Под влиянием лорда Джеймса Гамильтона Генеральная ассамблея
толической церкви в поддержку церкви протестантской, что создавало не делала уже столь резких заявлений в сторону королевы.
солидную экономическую основу для реформированной религии, и без Такому смягчению, очевидно, способствовала и позиция самой пра-
того получавшей часть своих доходов от местных властей. Но даже это вительницы, чей авторитет постоянно рос, и которая, несмотря на то,
не лишало католиков большей части их доходов. И должность суперин- что не приняла реформационный акт 1560 г., тем не менее, не делала по-
тенданта никогда не действовала так, как это задумывалось авторами пыток аннулировать его. Мария в эти годы была последовательна в том,
Первой книги порядка. Первая группа из восьми интендантов, вклю- чтобы не демонстрировать своих прокатолических симпатий и не делить
чающая трех епископов, была назначена в 1561 г., но в двух регионах подданных по религиозному принципу. Она продолжала исповедовать
Шотландии эта должность так никогда и не была введена. После 1561 г. католицизм и проводить частные мессы, но преследовала тех священ-
новых назначений на эту должность не делалось, а, по крайней мере ников, которые делали это публично. Помимо этого, по решению Тай-
один из назначенных, Уиллок, находил свои обязанности столь обреме- ного совета Шотландии, третья часть государственных доходов должна
нительными, что предпочитал действовать лишь на границе Ланкашира, была направляться в пользу больниц и школ. В результате многие из
ограничившись этим довольно незначительным пространством и забро- бывших оппонентов, вроде лорда Линдсея Байрса, стали ее преданными
сив все другие территории. Вместе с тем, новые епископы продолжали соратниками.
назначаться, и большая часть церковной иерархии и церковных приви- Кроме того, дополнительные симпатии протестантов принесло Ма-
легий пережила революцию 1560 г. 1 рии и сокрушение католического клана Гордонов в 1652 г. Умиротворе-
Важным остается вопрос и о внутренних противоречиях среди шот- ние Хантли, известного как «Северный петух», а также наделение лор-
ландских реформаторов. Середина 1560-х гг. была трудным временем да Джеймса Стюарта титулом граф Моррей способствовало тому, что
для сторонников радикальной реформации. После смерти Франциска католическая контрреформационная база северо-востока страны была в
Мария, чье положение при французском дворе было крайне неопреде- значительной степени сокращена.
ленным, 19 августа 1561 г. высадилась на шотландский берег в районе Те институты, которые в итоге восторжествовали в структуре шот-
Лейта. Ее прибытия не ожидали так скоро, и сошедшую на берег вдову, ландской церкви, рождались на протяжении более чем трех десятков лет
в обстановке постоянной институциональной импровизации и бесконеч-
1
  Donaldson G. The Scottish Reformation... P. 121–128. ных политических конфликтов. Мария была, пожалуй, единственной из
102 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 103

Шотландских правителей, которая занимала свой престол с неохотой. яльно настроены по отношению к Марии, ее политика давала ей явное
Вернувшись в Шотландию в мае 1561 г. после шестимесячных бесплод- дипломатическое превосходство над Елизаветой. Отвергнув реформаци-
ных переговоров о судьбе престола своего умершего мужа Франциска II, онный акт 1560 г., она, тем самым, дезавуировала и Эдинбургский дого-
она мало что смыслила в делах королевства. Но по своему возвращению вор июля 1560 г., содержавший положение о признании прав Елизаветы
она приняла важное решение о признании новых церковных правил, на- на английский престол. Граф Морей надеялся, что Елизавета признает
стаивая лишь на собственном праве исповедовать католицизм. Но это, право Марии на английский престол взамен того, что шотландская ко-
однако, спровоцировало недовольство тех ревностных католиков, кото- ролева откажется от немедленного требования короны Англии. Обеим
рые в возвращении королевы увидели угрозу для новой религии. Упор- в этой ситуации было что терять. И обе, очевидно, совершили ошибки.
ство Марии в ее претензиях на английский трон подвергали проверке на Ошибка Елизаветы была в том, что она отказалась признать притязания
прочность статьи Эдинбургского договора и грозили новым английским Стюартов в качестве возможных претендентов на престол, а Мария, ду-
вторжением. мается, решила свою судьбу тогда, когда создала патовую ситуацию в
Вместе с этим, очарование двора Марии, старавшейся подражать ре- дипломатических переговорах, выйдя в июле 1565 г. замуж за католика
нессансному стилю, существовавшему во времена ее деда и отца и притя- Джеймса Стюарта, лорда Дарнли, и венчавшись по католическому об-
гивавшему многих представителей шотландской аристократии, вызывало разцу. И хотя брак этот разительно отличался от союза Марии и Фран-
лишь раздражение Нокса и сторонников радикальной реформации. При циска, он лишь усугубил политические проблемы, что было связано не
этом содержание изящного двора требовало дополнительных налогов, а только с осложнением отношений с Елизаветой, но и с тем, что возвра-
средств в размере тридцати тысяч фунтов, поступавших от французского щение Ленноксов, находившихся в изгнании в Англии с 1540-х гг., тре-
имущества королевы1, было явно не достаточно. И в вопросе функциони- бовало расширения социальной опоры ее правления. И поддержку эту
рования придворной жизни, это было не просто столкновение религиоз- она могла найти только в лице крупных магнатов.
ных взглядов Нокса и Марии, это был конфликт культур и идей, между Однако ее скоропалительное и необдуманное решение выйти замуж
которыми не мог быть выстроен мост. По мнению Майкла Линча, победа за лорда Дарнли, безответственного пьяницу и к тому же католика, от-
ни одной стороны этого конфликта не была предрешена2. В целом в стране вернуло от ее двора многих могущественных аристократов. Шотландская
сложилась уникальная ситуация, когда католическая королева правила знать, обеспокоенная возвращением Ленноксов Стюартов, угрожавшим
при помощи протестантского совета. И к чести Марии необходимо отме- хрупкому равновесию между представителями религиозных конфессий,
тить, что в своем стремлении проводить одинаковую политику в отноше- не желала оказывать Марии поддержку. Попытка Морея организовать
нии и католиков, и протестантов она была близка к достижению цели. антикатолический заговор вылилась только в неудавшийся «Часеабут-
Временами перевес в противостоянии склонялся то на одну, то на ский рейд» и изгнание заговорщиков. Неуверенное положение Марии
другую сторону. В 1565 и 1566 гг. сторонники Нокса предприняли ряд усугублялось еще и тем, что Дарнли присоединился к заговорщикам
неудавшихся восстаний против режима. В это время со стороны Гене- в марте 1566 г. в убийстве итальянского секретаря королевы Дэвида
ральной ассамблеи не единожды высказывались опасения по поводу ра- Риццо. Опасаясь, что это убийство может ввергнуть страну в религи-
стущего количества «осквернения» в различных частях страны массами озную войну, Мария немедленно предприняла попытку миром решить
неуправляемого народа, а также по поводу возможного католического конфликт и с участниками «Часебаутского набега», и с протестантами,
заговора против истинной религии. Ответ Нокса был: не сдаваться и за- причастными к убийству итальянца. Дополнительным фактором поли-
щищать чистоту новой церкви. И этот ответ, очевидно, свидетельствует тической конъюнктуры стало и то, что 19 июня 1566 г. Мария родила на-
скорее о реакции проповедника на проблемы, с которыми столкнулась ре- следника, в декабре в Стирлинге крестив его по католическому обряду.
формация, чем об успехах, достигнутых реформационным движением. Это католическое крещение будущего Джеймса VI (I) стало кульмина-
Независимо от того, насколько католики и протестанты были ло- цией правления Марии. И речь шла не только о том, что был решен во-
прос с наследником, но и в том, что «стирлинский триумф»1 Марии стал
1
  Mason R. Renaissance and Reformation... P. 132.
2 1
  Lynch M. Scotland...   Lynch M. Queen Mary’ s Triumph...
104 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 105

сигналом для Елизаветы, которой Джеймс также мог наследовать. Пир, В первые месяцы регентства Морея недоумение, царившее в Шот-
устроенный после крещения, был организован в форме церемонии вос- ландии в связи с политическими потрясениями, лишь возрастало. Впе-
становления мира между католической и протестантской шотландской чатляющий побег королевы из-под стражи в мае 1568 г. продемонстри-
знатью, которые праздновали рождение наследника, продолжившего ровал консервативно настроенным политическим кругам Шотландии,
линию Стюартов. Событие омрачалось лишь отсутствием отца наслед- что принципы, которыми руководствуется Мария, основаны не только
ника — в очередной раз удаленному от королевы, больному и политиче- на религиозном фанатизме или холодном политическом расчете, но и
ски изолированному, Дарнли было отказано в праве присутствовать на находят поддержку в широких слоях. Морей мог объединить Нокса и
крещении сына. других протестантов на стороне юного монарха, но к этому объедине-
Сейчас сложно сказать, когда впервые созрел план убийства Дар- нию присоединилась небольшая группа магнатов, исходивших лишь из
нли. Точно так же, как невозможно с точностью установить ни степень трезвого политического расчета.
участия в этом самой Марии, ни вообще личность или личности убийц. Однако даже несмотря на то, что в течение нескольких дней после
Загадок в этой истории гораздо больше, чем фактов. Ясно одно, смерть побега Марии удалось собрать значительную армию, никто среди ее сто-
Дарнли 10 февраля 1567 г. оплакивали лишь немногие, и Марии среди ронников, не обладал сколь-либо малыми полководческими знаниями, и
них не было. Причины сокрушаться были лишь у Ленноксов, лелеяв- поражение, которое она потерпела в битве при Лангсайде, неподалеку
ших планы на то, что их наследник займет престол, а теперь жаждущих от Глазго, 13 мая 1568 г., было результатом этой некомпетентности. Ко-
отмщения в адрес тех, кто лишил семью этой возможности. Для самой ролева бежала из Шотландии, оставив страну Морею, и отдав себя на
Марии после убийства Дарнли события развивались с фатальной неот- милость Елизавете, на чью поддержку рассчитывала. Для Елизаветы же
вратимостью, и последним из того, что предопределило ее судьбу, стал прибытие Марии было столь же нежелательным, сколь и неожиданным.
брак, заключенный по протестантскому обряду 15 мая 1567 г. с Джейм- Что было делать с католической королевой, которая не только обладала
сом Хепбурном, четвертым графом Босуэллом, одним из предполагае- правами на шотландский престол, но и могла претендовать на англий-
мых убийц Дарнли. скую корону? Эта была проблема, решение которой было найдено толь-
Этот брак лишил королеву и ее немногочисленных ближайших сто- ко в феврале 1587 г., когда после девятнадцатилетнего заключения в
ронников и всякой поддержки со стороны католиков, не прибавив при английской тюрьме Мария была обезглавлена.
этом симпатий протестантов. Конфедерация лордов, коалиция шотланд- В Шотландии все это время продолжалась гражданская война меж-
ской знати, противостоящей Марии и Босуэллу в битве при Карберри, ду протестантами и католиками — сторонниками королевы, шансы
близ Эдинбурга, 15 июня 1567 г., ставила целью скорее освободить коро- которой вернуть трон уменьшались с каждым годом пребывания в ан-
леву от компрометирующего ее брака, чем свергнуть ее. Решение прави- глийском заточении. Поддержка, хоть как-то сохранявшаяся до 1573 г.,
тельницы сдаться и начать переговоры, в результате которых сама Мария окончательно исчезла после того, как Эдинбургская крепость, послед-
оказалась узницей замка Лох Левен, а Босуэлл бежал из Шотландии и ний оплот тех, кто защищал права королевы на престол, была захвачена
вскоре умер в датской тюрьме, были встречены со всеобщим облегчени- протестантами. Годом ранее Джеймс Дуглас, четвертый граф Мортон,
ем. Однако события, которые последовали за этим — отречение Марии убежденный протестант и друг Елизаветы, был назначен регентом при
от престола, коронация Джеймса 29 июля 1567 г. и назначение регентом Джеймсе VI. Могущественный представитель дома Дугласов, Мортон
Морея — все это вызывало, скорее, недоумение. Фактически шотланд- от имени Джеймса с английской помощью восстановил все попранные
ское политическое сообщество было глубоко расколото в своем отноше- королевой и затяжным гражданским конфликтом религиозные прави-
нии и к изменениям, носившим характер конституционной революции, ла. Шесть лет его регентства принесли мир в расстроенное граждан-
и к протестантскому заговору, возглавляемому Мореем. С точки зрения скими войнами королевство и одновременно все более закрепляли за-
содержания конфликта, это было не религиозное противостояние. Отре- висимость Шотландии от Англии. Правление Мортона продолжалось
чение Марии от престола породило обширные и все ширившиеся дебаты с 1572 по 1578 гг. Это были годы, ознаменовавшиеся новой серией
о природе монархической власти, имевшие последствия, далеко выходя- фракционной борьбы и убийств представителей знати. Относительная
щие за пределы Шотландии и даже в целом Британии. стабильность пришла лишь с достижением монархом совершеннолет-
106 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 107

него возраста и началом его самостоятельного правления в середине прерогатив короны, направляемых, по его мнению, в защиту единствен-
1580-х гг. ной истинной и богоугодной религии. Он выступил сторонником рефор-
Внутренние беспорядки в королевстве решающим образом сказались мирования церковных правил в 1573 г., настояв на введении положения,
и на процессах строительства шотландской церкви. Слабость централь- согласно которому все собственники, получающие доходы, должны быть
ной власти позволила наиболее сильным представителям аристократи- прихожанами шотландской протестантской церкви. Двумя годами ранее
ческих фамилий расширить тот контроль, которым они уже обладали он назначил несколько новых епископов, отбор которых осуществлялся
над церковными доходами и собственностью. В свою очередь это поро- на основе строжайших критериев верности новой религии и подчинения
дило конфликт знати с церковниками, считавшими себя единственными протестантской церкви. В соответствии с соглашениями, подписанны-
обладателями всех привилегий и доходов, направляемых на приходское ми в Лейте, кандидатура епископа или архиепископа из числа собрания
образование и социальную защиту. Поскольку и Мортон в начале 1570-х, священников, подчиненных Генеральной ассамблеи, выдвигалась коро-
и сам Джеймс после 1583 г. стремились увеличить свою власть, они, в лем, но окончательное слово о назначении на высший церковный пост
целях расширения собственной социальной базы, вынуждены были при- оставалось за главой прихода, от которого номинировалась кандидатура.
знать обоснованность церковного патронажа, чем завоевали поддерж- Такая сложная процедура, однако, мало кого удовлетворяла. В 1574 г.
ку протестантов, но одновременно утратили лояльность аристократии. по инициативе Мортона было принято еще одно решение о том, что выс-
Кроме того, интересы политической борьбы требовали от Мортона и шие представители магистратов не должны были вмешиваться в церков-
Джеймса признания права епископата. Поддержка реформированной ные дела, равно как и государство не должно управлять делами церкви.
церкви стала своеобразной расплатой за период, когда протестанты ре- Годом позже регентом была созвана комиссия для разработки новых
шительно выступили против Марии, не признавая за ней права руково- церковных правил и определения места епископата в этих структурах.
дить делами церкви. Помимо этого, позиция церкви усиливалась еще и По наказу Мортона в Женеву отправили посланника с тем, чтобы испро-
тем, что в условиях вакуума политической власти и перманентных кон- сить совета по вопросу о судьбе епископата у Теодора Беза, слывшего
фликтов именно церковь провозгласила себя хранительницей мораль- знатоком церковного права1.
ных устоев и правил. Интересно, что именно обращение шотландцев за советом к швей-
Органом, ставшим форумом для выражения церковью своих инте- царцам показало несоответствие позиций Женевы и Цюриха и привело
ресов, стала Генеральная ассамблея, в состав которой, по образцу шот- к выработке, а также к артикуляции женевцами своего категорического
ландского парламента, вошли представители трех сословий. Первое за- мнения по вопросу о епископате с гораздо большей определенностью,
седание высшего церковного органа произошло еще в 1560 г., и на нем чем это было раньше. В самом раннем, выпущенном за несколько лет
обсуждался проект религиозных правил, воплощенный в Первой книге до этого, обращении к жителям стран, подобным Англии и Польше, и
дисциплины. Вскоре орган стал постоянным собранием, функционирую- Беза, и Кальвин воздерживались от осуждения элементов епископата
щим регулярно, но созывавшимся и по каким-то определенным важным в рамках реформированных церквей. Однако теперь, в ответ на вопрос
поводам. Начиная с 1563 г. дважды в год стали заседать и региональ- Мортона, Беза категорически отказывает епископату в праве на суще-
ные синоды священников и старейшин, собиравшиеся как по образцу их ствование, аргументируя свою позицию тем, что божьи правила требу-
французского эквивалента, так и по примеру шотландских дореформа- ют равенства священников. Кроме того, швейцарец настаивает на необ-
ционных аналогичных институтов. В отсутствие суперинтендантов Ге- ходимости регулярного созыва национальных церковных синодов, для
неральная ассамблея занималась вопросами строительства новых церк- того, чтобы снизить влияние епископата там, где он еще сохранен. В то
вей, назначая комиссионеров на местах для реализации этих проектов1. же время представители Цюриха в письме «Галатинянская проповедь»,
Джеймс Мортон принадлежал к числу тех протестантов, кто с восхи- направленном в 1576 г. в адрес Джеймса, настаивают, скорее, на сме-
щением и завистью взирал на власть, которой обладали английские мо- шении светского и церковного управления, чем на разделении властей2.
нархи по отношению к церкви, и был ревностным защитником церковных
1
  Ibid. Vol. I. P. 207–214.
1 2
  Acts and Proceedings of the General Assemblies...   Bruce G. Zurich and the Scottish Reformation... P. 207–220.
108 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 109

Воплощая эти идеи на практике, целый ряд комитетов работал над дение церковного контроля над общественной жизнью. Между 1576 и
вопросом о реорганизации шотландского церковного управления, в 1580 гг. Генеральная ассамблея провела кампанию против назначения
результате чего в 1578 г. стал возможен второй важнейший документ епископов на уровне прихода, а в 1580 г. епископату было отказано в его
церковной реформации Шотландии — Вторая книга порядка. Именно библейских корнях. И когда в условиях политической нестабильности
с этого времени можно говорить о том, что женевские принципы вос- и после падения регента Мортона его преемник попытался провести в
торжествовали в шотландском протестантизме. В документе впервые Глазго церемонию рукоположения нового архиепископа, волнения уни-
заявляется о четырех группах священников, и дается набросок полномо- верситетского студенчества помешали ему войти в кафедральный собор,
чий светской и церковной власти. Интересно, что ни суперинтенданты, а Генеральная ассамблея отлучила его от церкви. В 1581 г. высший ор-
ни епископы в документе не упоминаются. Вместо них речь ведется о ган церковного управления в Шотландии инициировал пробный проект
пресвитерианско-синодальной системе церковного управления, модель по созданию тринадцати ассамблей, которые должны были выполнять
которой воспроизводит французский образец с четырьмя иерархиче- посреднические функции между консисториями или церковными сесси-
ски выстроенными уровнями церковных ассамблей. Они включали в ями, с одной стороны, и более высоким уровнем церковной организации,
себя индивидуальную церковь, а также региональный, национальный региональными синодами, с другой. Насколько быстро эти ассамблеи,
и международный уровни советов. Проблема контроля над церковной названные пресвитерствами, получили распространение не совсем
собственностью вновь привлекает внимание разработчиков докумен- ясно, но со временем они стали наиболее эффективным каналом связи
та. Всякая передача церковных доходов или собственности порицается между двумя уровнями церковной организации. В функции их служа-
как отвратительнейшее святотатство, а церковные власти наделяются щих входил объезд соответствующих территорий, лишение должности
правом сбора всех поступлений, правом, переданным им самой короной. некомпетентных проповедников и чтецов священного Писания, а также
Эндрю Мельвилль, молодой теолог, проведший шесть лет в Женеве, пе- избрание представителей для работы Генеральной ассамблеи1.
ред тем как в 1574 г. занять должность учителя в Глазго, был наиболее Начиная с 1582 г., церковный конфликт стал преобладать над по-
последовательным защитником пресвитерианско-синодальной системы литическими противоречиями, превращаясь в национальную пробле-
управления. Очевидно, что Вторая книга порядка была нечто большее, му. Страх, что назначение нового епископа Глазго приведет к восста-
чем просто продукт деятельности молодого поколения священников, новлению католицизма, заложил основу конфликту, получившему
перенесших пресвитерианские принципы на шотландскую почву, бо- название «набег Рутвена» — от имени лорда Рутвена, графа Гоури,
гато усеянную идеями епископата. Около трети священников, поддер- ультра-протестанта, объявившего своей целью повторить «богоугодную
жавших новые идеи, происходили из среды ветеранов реформационного революцию» 1567 г. Заговорщики, получив власть, провозгласили цер-
движения. Вернее всего, что провал идей, заложенных в Первой книге ковный декрет о том, что протестанты могут основывать новые ассам-
дисциплины, был обусловлен разочарованием как священников, так и блеи по их собственному усмотрению. Когда королю Джеймсу удалось
прихожан в епископско-аристократическом союзе, угрожавшем самим вырваться из окружения заговорщиков, и контроль над ситуацией ока-
реформационным основам, укрепить которые и была призвана Вторая зался в руках графа Аррана, курс резко изменился. Сторонники агрес-
книга1. сивно антипресвитерианской политики настаивали на том, чтобы все
Для регента Мортона принятие правил, провозглашаемых во Второй священники приносили присягу на верность королю, и провозглашали
книге порядка, грозило осложнением, поскольку идея об автономии кли- необходимость парламентских ратификаций для всех церковных доку-
риков и контроле над церковной собственностью выводила из-под влия- ментов. Двадцать два священника отказались подписать этот документ
ния короны значимую часть ее прежних полномочий, и регент сделал и лишились своих постов, тогда как другие отправились в изгнание в
все, чтобы документ как можно дольше не рассматривался парламен- Англию вместе с рутвеновской группой, потерпевшей поражение. На-
том. Но вне зависимости от парламентской ратификации церковь раз- чалась война памфлетов. Архиепископ Сент-Эндрюса защищал право
вернула широкомасштабную агитацию против епископата и за утверж- монарха выбирать такое церковное управление, которое представляется

1 1
  The Second Book of Discipline...   Ibid. P. 130–137; Hewitt G. R. Scotland under Morton... P. 110–116.
110 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 111

ему наиболее правильным, тогда как анонимный автор ответа, так же в на протяжении следующих сорока лет, сложилась именно благодаря
форме памфлета, призывал священников отвергать королевскую супре- посреднической деятельности Джеймса в конце 1580-х и в 1590-е гг.
матию, называя епископов «новым вместилищем папизма»1. В этой системе уже тогда было заложено зерно противоречий, привед-
В 1584 г. был издан ряд законов, получивших название «Черные акты». шее к революционным конфликтам середины XVII в. Однако на протя-
Стремясь избежать последствий «рутвеневианского режима», монарх жении правления Джеймса VI система церковного управления, пусть и
инициирует билль, ставящий под контроль короны все земли, включая медленно, но начинала работать эффективно1.
владения церкви, что вызвало резкое недовольство оппозиции, возглав- На протяжении этих лет, когда корона, знать и церковь вели непре-
ляемой Эндрю Мельвиллем, часть представителей которой в знак про- кращающуюся борьбу, в которой каждая из трех сторон рассчитывала
теста отправляется в изгнание в Англию. От оставшихся противников одержать победу, сами церковные правила на уровне прихода подверга-
правительство требует присяги, свидетельствующей о верности режи- лись эволюции. Правда, учитывая сопротивление части священников, а
му. Именно эти события стали первым проявлением непрочности мель- также влияние дореформационной церковной традиции, эта трансфор-
виллианской власти. И хотя далеко не все священники принесли новую мация была далеко не такой динамичной, как желали бы наиболее ради-
присягу, церковная сессия в Эдинбурге была расколота, и значительное кально настроенные пресвитериане.
число священников, опасаясь религиозных радикалов, поклялась в вер- Как бы то ни было, протестантская реформация трансформировала
ности Джеймсу VI. политическую ситуацию в Шотландии и позицию католического мо-
Сам монарх стремился к компромиссу и желал предотвратить поля- нарха. Ни один представитель шотландской аристократии не остался
ризацию между пресвитерианской и проепископской партиями, утихо- в стороне от этого влияния — для одних, как, например, для Уильяма
мирив представителей знати, ряд из которых были даже большими роя- Мэйтленда, реформация была знаком того, что верность католической
листами, чем он сам. И пресвитериане, и епископы были поставлены под монархии должна уступить верности новой религии; другие, наоборот,
контроль. Требования по отношению к епископам служить священника- еще плотнее примыкали к католической фракции. При этом инициати-
ми на уровне прихода были смягчены, епископам были переданы полно- ва этих изменений, будучи более или менее популистской, исходила
мочия инспекционных объездов территорий, но окончательная власть сверху, а не была ответом на общественные требования. Медленная ре-
пресвитерств в вопросах церковной дисциплины и доктрины более не формация сверху представляла собой процесс, связанный с распростра-
оспаривалась. Еще один шаг в сторону смягчения религиозного конфлик- нением реформационных идей в течение жизни последующих двух-трех
та был сделан Джеймсом, когда в 1590 г. он посетил заседание Генераль- поколений в шотландском обществе.
ной ассамблеи, провозгласив Церковь Шотландии «самой истинной во Проблема распространения протестантизма в Шотландии не менее
всем мире». Парламентский статут 1592 г. признавал правовой статус важна, чем вопрос о содержании реформационного вероучения, устрой-
власти синодов и пресвитерств, а также их прерогативу утверждать кан- ства новой церкви и ее взаимоотношений с королевской властью. Если
дидатов на церковные посты, что автоматически вело к сохранению цер- в политической жизни решающий перевес протестантов был достигнут
ковного патронажа и прежних доходов церкви. Между 1590 и 1592 гг. лишь в последние десятилетия XVI века, то с точки зрения религиоз-
большая часть пресвитерств, сорок семь, располагавшихся в Лоуленде, ной трансформации этот процесс был еще более длительным. Попытки
подписали Вторую книгу порядка. Однако это не решало всех противо- исследовать вопрос о степени драматичности изменений после 1560 г.
речий, сформировавшихся на протяжении нескольких предыдущих де- предпринимались на примерах отдельных графств Шотландии, вроде
сятилетий. Религиозные проблемы становились постоянным спутником Ангуса. Но даже эти отрывочные исследования показывают, что регио-
Шотландии, перерождаясь порой во внутрицерковные споры или выходя нальные отличия в степени «протестантизации» Шотландии в короткий
на уровень взаимоотношений церкви и власти. Однако основная особен- период, последовавший за 1560 г., были потрясающими. При этом не-
ность шотландской системы, представлявшей собой смесь пресвитериа- значительное количество сторонников протестантской конгрегации, ко-
низма и епископата, определявшая шотландскую церковную политику торое колебалось в пределах 10 %, как правило, резко возрастало в дни

1 1
  Macdonald A. R. The subscription Crisis and Church-State Relations... P. 222-255.   Foster W. R. The Church before the Covenants... P. 85.
112 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 113

великих праздников прежней религии — Пасхи и Рождества1. В резуль- Причиной медленного распространения протестантизма стало то,
тате мы можем говорить о более или менее быстром росте количества что родственные отношения коренным образом влияли и на религиозное
сторонников новой религии, но не о том, что происходило изменение об- развитие — прогресс протестантизма находился в прямой зависимости
раза жизни. от власти клановых вождей1. И в случае Лоуленда, и в ситуации Хайлен-
В равнинных районах церковь никогда не отступала от высоких тре- да распространение протестантизма зависело от позиции элит, которые
бований к священникам, предпочитая, скорее, оставить вакансию сво- желали или нет использовать его в регулировании местных повседнев-
бодной, чем назначать слабых служителей. На большей части Лоуленда, ных практик, социального порядка и т. д. и тем самым способствовали
а также в таких периферийных районах как Геллоуэй, а также Оркней- распространению новой веры или замедляли это развитие.
ские острова, чьи священники приняли реформационную религию, про- Конечно, реформация сказалась на приходских священниках, кото-
тестантские службы велись в подавляющей части приходов с 1563 г. и рые теперь должны были вести совершенно иные службы, основанные
практически во всех— уже с 1567 г. Наиболее заметны были изменения на длительных проповедях и чтении библейских текстов. Подготовка
в городах, особенно в столице, где муниципальные советы были полно- священников, способных на высоком уровне вести проповедь, была де-
стью очищены от католиков. Содержание пастырей теперь стало основ- лом чрезвычайно долгим. Во многих приходах были лишь те, кто мог
ной заботой городского совета, который на эту статью тратил большую читать проповеди, а священники, обладавшие правом осуществления
сумму средств. И хотя многие горожане все еще связывали свою веру таинств, появлялись лишь спорадически, прибывая время от времени из
с католицизмом, «народный протестантизм» был исключительно город- соседних регионов. В 1567 г. лишь 250 из примерно тысячи шотландских
ским феноменом. При этом городская роль протестантизма была свя- приходов имели постоянных священников. Тридцать лет спустя в стране
зана с тем, что новая религия способствовала закреплению городской было уже 539 священников, в то время как около 400 приходов имели
гегемонии как в религиозной, так и в целом в общественной жизни Шот- лишь чтецов2.
ландии. И если в сельской местности с ее значительной ролью родовых Исчез сам ритуал мессы, семь католических таинств были сокраще-
связей, к которым протестантизм относился крайне скептически, еще ны до двух, крещения и причастия, никогда теперь не предоставляемых
долгое время продолжали придерживаться католического календаря без проповеди. Этот процесс затронул все части Шотландии, включая
праздников, то в городе процесс изживания традиционных верований Хайленд, гэлоговорящую треть королевства, где во всех приходах были
шел заметно быстрее2. Ключевой элемент этого процесса лежал в рас- назначены «чтецы», которые должны были произносить молитвы, но
пространении протестантской дисциплины, которая реализовалась по- были лишены права вести проповедь и осуществлять таинства.
средством основания церковных судов, действовавших на местном уров- После 1567 г. Книга общей дисциплины, женевская книга служб, за-
не с привлечением местных элит, которые стремились также расширить имствованная в Шотландии, была переведена на гэльский язык. Но на
власть баронских судов и городских советов в этот период. гэльском было только одно издание, что, по сравнению с более чем ше-
В других регионах трансформация литургии не произошла вплоть стьюдесятью публикациями на английском языке, существовавшими к
до мортоновского декрета 1573 г., предписывающего священникам ве- 1644 г.3, было непропорционально мало. Библия также переводилась на
сти службу по протестантскому образцу, а в некоторых приходах, где язык горцев с английского или латинского, и ее читали в течение часа по
не было священников или тех, кто мог читать проповеди, и после этой воскресеньям, а многие священники в прошлом были носителями клас-
даты распространение реформации было замедленно. Столица доволь- сической традиции гэльских бардов4. Классический гэльский, на кото-
но быстро была охвачена протестантизмом. Однако и здесь в 1561 г. ром выполнялись эти издания, был гораздо дальше от используемой на-
лишь четверть населения могла отнести себя к адептам новой веры; о родной версии языка, чем английский вариант от языка, используемого
большинстве же, применительно к числу сторонников протестантизма в
Эдинбурге, можно говорить лишь после 1566 г. 1
  Dawson J. Clan, kin and kirk... P. 211–242.
2
  Henderson G. D. Religious Life... P. 34.
1 3
  Bardgett F. D. Scotland Reformed... P. 158–159.   Donaldson G. Reformation to Covenant... P. 36.
2 4
  Brown K. M. Bloodfeud In Scotland... Ch. 7.   Kirk J. The Kirk and the Highlands at the Reformation... P. 1–22.
114 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 115

в равнинной Шотландии. Этот языковой фактор, а также то, что священ- арт, в прошлом августинский настоятель Сент-Эндрюсского монастыря,
ников, способных вести такие проповеди было катастрофически мало, а также лидер Лордов конгрегации, не впустил Нокса, а вместе с ним и
и порой один священник служил в четырех приходах еще и в начале бушующую толпу демонстрантов на первую католическую мессу Марии
XVII столетия, что, впрочем, было характерно и для других регионов Стюарт в августе 1561 г., а некоторое время спустя спас монастырь, в
Шотландии, также обуславливал медленное распространение новой ре- котором комендантом был его сводный брат, от разграбления группой
лигии в широкие массы населения. Вместе с тем, хотя отсутствие пись- радикальных пресвитериан.
менных приходских источников, происходящих из Хайленда, долгое Дэвид Хей Флеминг, известный историк начала XX в., две главы сво-
время вводило историков в заблуждение, позволяя считать, что в гор- ей монографии «Реформация в Шотландии» посвятил тому, что он на-
ные районы протестантизм долгое время, по крайней мере до XVII века, звал «характеристики» шотландской реформации. Начинает он с того,
не проникал1, нынешний уровень наших знаний о северной Шотландии что пишет: «Если реформация в Шотландии может быть охарактери-
свидетельствует о том, что среднее соотношение протестантских свя- зована одним словом, то это будет слово «всесторонность». Это и было
щенников в 1574 г. в Хайленде и Лоуленде было в целом соотносимо. залогом ее успеха»1. Две последующие главы он посвящает значению
Независимо от того, насколько быстро распространялись реформа- реформации, и в них историк повествует об уничтожении книг, рукопи-
ционные идеи, важно то, что, в отличие от английской, шотландская сей, зданий, алтарей и икон. Правда, замечает исследователь, масштабы
реформация не имела радикального характера. И именно массовая во- этих разрушений были гораздо меньше, чем в Англии2. Работа Флемин-
влеченность в этот процесс шотландских элит, причастных как к культо- га не оставляет сомнений, что ее автор религиозный человек, разделяв-
вой и доктринальной стороне процесса, так и к его институциализации, ший протестантскую веру. Для него реформация стала воздаянием па-
обусловила этот факт. Согласно одному из современных объяснений пистам за злоупотребления, в которых погрязла католическая церковь.
шотландской реформации, в королевстве сложилась временная «коали- Его исследование было одной из последних работ, где предпринималась
ция» между реформаторами и обширной группой влиятельных людей, попытка комплексного изучения тех разрушений, которые реформация
что и обеспечило ее успех2. Умеренность в организации и институтах принесла Шотландии. Хотя после реформации в Шотландии осталось
была характерной чертой шотландской реформации, не стремившейся всего лишь два алтаря, в которых сохранились прежние украшения3,
к коренной ломке сложившихся институтов и правил. Так, в отличие лишь в нескольких эссе католических историков на протяжении всего
от Англии, например, в Шотландии не было Акта о единообразии обще- XX в. ставился этот вопрос. И в этом «молчании» тоже, очевидно, опре-
ственных молитв, совершения таинств, других обрядов и церемоний, деленный компромисс историков в оценках степени радикализации про-
или не было Тест-акта, направленного на проверку лояльности тех, кто тестантской реформации в Шотландии.
намеревался занять религиозные или публичные должности, по крайней Те характеристики шотландской реформации, о которых сейчас идет
мере до 1573 г. речь — радикализм и инновационность, умеренность и всесторонность
Вопрос о причинах такого умеренного характера шотландской рефор- — представляются порой взаимоисключающими. Но в этом, очевидно,
мации остается открытым. Особенно он важен ввиду того, что радикаль- сущность шотландского реформационного процесса, который начался
ные действия были частью программы самого Джона Нокса, который как революционный, однако вслед за тем трансформировался в более
призывая к этому в Перте, взывал к толпе, жаждущей разрушений, и в осторожный мягкий вариант, заложив основу шотландской реформа-
итоге почувствовал себя преданным, когда Шотландии удалось избежать ции, связанной, скорее, с консолидацией, чем с обострением противо-
радикального процесса реформирования церкви. Но и в этом процессе речий, вроде тех, что были спровоцированы событиями 1559 г. Иными
«блокирования» радикализма шотландские аристократы, как средние, словами, шотландская реформация была в той же степени неистовой,
так и высшие, сыграли решающую роль. В частности, лорд Джеймс Стю- что и умеренной.

1
1
  В Хайленде, считает Дж Кирк, до последней четверти XVII века появилось лишь не-   Hay Fleming D. The Reformation in Scotland... P. 241.
2
сколько протестантских церквей.   Ibid. P. 315.
2 3
  Cameron E. The European Reformation... Part 4.   Robertson T. S. The Church of Fowlis Easter... P. 39.
116 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 117

Внедрение протестанских религиозных практик на территории коро- такого действия, которым мог быть представитель высшего света, лэрд
левства, порой медленно, но все же приводило к замещению традиций или горожанин. Все это давало дополнительные ресурсы в руки пресви-
католических. Празднование особых дней литургического цикла и па- терианской церкви, являвшейся последней инстанцией в людском и выс-
ломничество сохранялись во многих частях Лоуленда до самого конца шем суде. Мнение священника крайне редко подвергалось сомнению.
XVI в. В округе Дамфриза, где прошло заседание Генеральной ассамблеи Изучение того, как функционировала местная церковь, дает порой
в 1588 г., «не было места дабы слышать слово Божие; не было порядка… удивительные примеры сотрудничества пресвитерианских пасторов и
из-за суеверий, царивших здесь». Двумя годами ранее объезд диоцеза локальных властей во многих частях Шотландии, опровергая долгое
Данблан выявил, что местные жители все еще поклоняются святым во- время существовавшее мнение представителей «эдинбургской школы»
доемам и чтят древние священные праздники. В то же время, в результа- о шотландской реформации, как о конфликте светских и духовных вла-
те этих объездов лишь пять человек были обвинены в папизме1. В целом стей. Взаимодействие государства и церкви проявлялось не только в
же организованный нонконформизм, как форма лояльности католициз- том, что в состав церковной сессии входили представители светской
му, был редкостью. Несколько иезуитских кампаний, организованных власти, например, провосты, как это было в Перте или в Глазго, но и в
присланными священниками, были инициированы в конце столетия и том, что наказания, накладываемые церковью, включали штрафы, взи-
преследовали цель наладить римско-католическое богослужение, одна- маемые со светских властей. Законодательство, предлагаемое пресви-
ко массового распространения эти практики не получили. Возможно, терианскими властями, было чрезвычайно строгим. В период между
что начиная с 1560 г. и до конца столетия лишь пятая часть представите- 1563 и 1592 гг. шотландский парламент принял целую серию актов,
лей знатных фамилий сохраняла верность католицизму, укрывая в сво- вводящих строгое наказание за прелюбодеяние и богохульство. Кро-
их поместьях священников, но их деятельность не находила поддержки ме того, законы, инициируемые парламентариями, были направлены
среди подавляющего числа шотландцев. И на протяжении всего XVII в. на то, чтобы сделать воскресную службу обязательной для посещения
число католиков никогда не превышало 2 %. всех, и строго наказывали всем джентльменам, «состоятельным йоме-
Уже конец XVI столетия был во многом показателен для судеб шот- нам», и горожанам с определенным уровнем доходов читать Библию и
ландского протестантизма. С одной стороны, отсутствие квалифициро- псалмы и порицать тех, кто распевает веселые песенки. Степень уча-
ванных пресвитерианских священников в целом ряде регионов, а также стия, с которой церковные власти вмешивались в вопросы светского
сохраняющиеся дореформационные верования и ритуалы свидетельству- управления, была самой высокой в Европе того времени. В 1596 г., ког-
ют, что на уровне прихода Шотландия все еще не была полностью про- да голос шотландских пресвитеров, осуждавших всяческие грехи, был
тестантским королевством. С другой, неудачи шотландской политики, а как никогда громок в Шотландии, Генеральная ассамблея выступила
также слабость королевской власти на протяжении большей части XVI в. с порицанием королю за богохульство, к королеве — за то, что она не
лишили протестантскую церковь возможности играть значительную вышла к причастию, за ее вечерние прогулки и за участие в балах, а в
роль в осуществлении власти, влиять на принятие светских решений то же самое время Эндрю Мельвилль во время королевской аудиенции
и говорить языком принуждения. В этом крайне территориально огра- в сентябре прочел монарху очередную проповедь о необходимости по-
ниченном сообществе с несовершенными формальными институтами слушания богу1.
формирование церковных сессий заложило основу для строительства Строгость парламентского законодательства, правда, не должна
первой общенациональной по своей сути юридической системы, кото- вводить в заблуждение. Статуты шотландского представительного ор-
рая являлась источником персональных и надличностных моральных гана оставались зачастую лишь благим пожеланием, не превращаясь в
стандартов. В шотландском политически разделенном обществе, где со- категорический императив для государственных чиновников, и только
перники по борьбе за власть остро нуждались в легитимации своих дей- немногие местные суды стали применять на практике законы о прелюбо-
ствий и поведения, престиж и моральная оценка основывались на сте- деянии и богохульстве. Но все это одновременно свидетельствует еще и
пени богоугодности того или иного поступка, независимо от субъекта
1
  APS. Vol. II, P. 539, Vol. III, P. 25, 138–139, 212–213; Lenman B. The Limits of Godly Dis-
1
  Acts and Proceedings of the General Assemblies... Vol. II. P. 716. cipline... P. 134–137.
118 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 119

об ограниченности церковной дисциплины в Шотландии. То, что создала соким образовательным и в целом социальным уровнем, по сравнению
шотландская реформация, было далеко от регулярного, подчиняющего- с прежними священниками, «были даже дальше от своих прихожан»1.
ся строгим правилам, пуританского общества. Скорее, это была особая В этой связи церковь 1600 г. была в меньшей степени «народной», чем
политическая культура, в которой язык богоугодных правителей, обяза- церковь 1500 г. Правда, необходимо отметить еще и то, что эта тенден-
тельства властей по устранению идолопоклонства, а также претензии ция, повышение социального уровня священников, берет свое начало
священников на моральное и духовное лидерство в обществе — все это еще до 1560 г., и она характерна для всех европейских церквей, и ка-
имело преимущественно политическое значение, как и в Женеве, дей- толических и протестантских, которые стремились профессионализи-
ствуя в интересах государства. И хотя до конца XVI в. и королевские, и ровать статус священников и установить над ними более пристальный
церковные суды все еще были в равной степени слабы, постепенная кон- контроль. И именно результатом этого процесса стало то, что принято
солидация власти, а также формирование консенсуса между светской и называть «веком допросов», реализуемых то в форме дисциплинарных
духовной властями способствовали усилению их обеих. трибуналов, то экзорцизма, то диоцезных судов. Неизменным остава-
Протестантская конгрегация ограничивала, как известно, количе- лось одно — более жесткие требования к тем, кто намеревался занять
ство праздников, и в Женеве, например, за ослушание могло последо- кафедру священника.
вать суровое наказание. Однако даже отчет Генеральной ассамблеи, да- Однако, если исходить из концепта «народной церкви», то законо-
тируемый 1617 г., говорит, что священники, отвечая требованиям своей мерным будет вопрос о том, какого рода народ владел этой церковью.
паствы, продолжают проводить святое причастие по старым обрядам1. Примеры, приводимые в литературе, дают исчерпывающий ответ на во-
Шотландия не являлась исключением в ряду регионов, столкнувшихся с прос о том, каким образом землевладельческая знать демонстрировала
аналогичными вызовами — медленные изменения, происходившие в ре- свою приверженность принципам протестантизма. Например, часовня
формированной религии между 1550 и 1600 гг. и с точки зрения расши- Росслина, как и многие ей подобные религиозные сооружения в сель-
рения конгрегации, и с позиций вероучения, догматики и обрядов, были ской местности, получила статус общественного молитвенного места
общеевропейской тенденцией. Проблемы веры, церковной организации после 1450 г., что было связано с появлением нового землевладельче-
и правил, считают современные историки, были характерны для католи- ского класса лордов парламента2. Другой пример — часовня Скелморли
ческой, кальвинисткой и лютеранской церкви, и ни одна из конфессий Эйсли в Айршире, возведенная Монтгомери в 1636 г., которая в источ-
не была более успешной в решении этих вопросов, чем другие2. Так или никах упоминается как «протестантский аналог часовни, построенной
иначе, в Шотландии население, особенно в сельских регионах, действи- на помин души»3, в XVII в. была одной из наиболее известных из-за сво-
тельно очень настороженно относилось к изменениям. их искусно выполненных надгробных украшений. Эти два примера рели-
Ситуация осложняется еще и довольно распространенным термином гиозных построек, хотя и выполненных в разные эпохи, в значительной
«народная церковь», используемым для обозначения церквей, возник- степени схожи друг с другом по тем мотивам, которыми руководствова-
ших в результате реформации. Означает ли тогда этот термин, что церк- лись их строители и владельцы. Росслин была церковью для странству-
ви, существовавшие в Европе до реформации, были отделены от народа? ющих монахов, но также и местом упокоения, и фамильной часовней,
Как правило, данный термин понимается в связи с более тесной связью которая возводилась на средства отдельной семьи. Скелморли, как и
викариев с паствой3. Однако парадокс в том, что протестантизм в стрем- многие другие ей современные религиозные постройки, имела отдель-
лении повысить статус и привлекательность приходских служителей по- ный вход для землевладельцев, который украшался фамильным гербом,
средством их обучения, образования и наделения большими доходами, а внутри находились мраморные фамильные склепы4. В обоих случаях,
отдалил, по большей части, необразованную паству от тех, кто руково- и XV, и XVII вв., совмещены, с одной стороны, семейные часовни, столь
дил ею в вопросах веры. Новые пресвитеры конца XVI в. с их более вы-
1
  Sanderson M. H. B. Ayrshire and the Reformation... P. 390–396.
1 2
  Book of the Universal Kirk... P. 1141.   Medieval Religious Houses... P. 213–230.
2 3
  Strauss G. Success and failure...   Dunbar J. The Post-Reformation Church in Scotland... P. 131.
3 4
  McKay D. Parish Life in Scotland... P. 85–115.   Ibid. P. 131–132.
120 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 121

излюбленные места посещений шотландской постреформационной зна- ключалось в том, что он не захотел себя связывать с новой религией1.
ти, а, с другой, сохранены традиции коллегиальной церкви, посещение Способность к компромиссу стала залогом выживаемости — урок, не
которой было открыто для всех. Важным было сохранение преемствен- усвоенный католиками. На протяжении 1530–1540-х гг. в Шотландии
ности с прошлым, а также поддержание статуса часовни как родового прослеживается вполне артикулированное антиклерикальное движе-
молитвенного места. В прошлое уходили заупокойные молитвы, на чем ние, что часто используется историками традиционного направления
настаивают протестантские историки, но оставался сам страх смерти. и современными популярными интерпретаторами истории в качестве
И этот страх, наряду с благочестием, и выражен в часовне Скелморли и объяснения причин реформации. Это не были массовые волнения и вы-
во многих ей подобных. ступления, но бесспорно, протест был очевиден, и подавить его было
Роберт Кемпбелл, лэрд Кинзенклеуч, неудовлетворенный тем, как непросто. Новый реформационный режим, установленный в Эдинбурге
местные священники исполняют свой пасторский долг, в 1560-е гг. в 1560–1561 гг., в определенной степени был привнесением извне и по-
сам лично следил за моральным обликом своей семьи и крестьян, про- этому имел двоякое отношение к народному протесту. С одной стороны,
живающих в его поместье. Этот факт часто используется скептически антикатолические настроения были выгодны протестантам, поскольку
настроенными исследователями как подтверждение того, что церковь новая религия претендовала на то, чтобы быть национальным символом,
до 1560 г. не в состоянии была исполнять свою непосредственную а, значит, необходимо было избавиться от старых церковнослужителей
миссию — заботиться о спасении душ своих последователей, а в не- посредством высылки их из страны и одновременно питать антикатоли-
которых регионах Шотландии священники вообще отсутствовали1. ческие настроения народа, которые проявили себя в восстании в День
Хотя это явление может быть объяснено и как возвращение к тради- святого Джайласа в 1558 г. С другой стороны, эти народные волнения
ционным практикам патронажа лэрда по отношению к населению, про- заставляли новый режим волноваться и опасаться крупных выступле-
живающему на его земле. Такой религиозный патронаж был возможен ний, в которых религиозный протест мог быть объединен с социальным,
благодаря папским грамотам, выдаваемым землевладельцам или их и Эдинбургское восстание весны 1561 г. показало обоснованность этих
семейным капелланам, которые на основании документов могли ве- опасений. Антиклерикализм XVI и начала XVII вв. был распространен-
сти службы. Хотя тот факт, что позднесредневековая религиозность ным явлением в шотландских городах, а потому являлся причиной бес-
является чрезвычайно мало исследованным феноменом, находясь в покойства и католических священников, и протестантских пастырей.
своеобразном вакууме между политическими интересами и современ- И сама новая церковь должна была приспосабливаться к глубочайше-
ников, включая историков, которые оставили о ней отзывы, и постре- му консерватизму повседневной жизни шотландских землевладельцев2
форматорских протестантских исследователей, значительно затруд- — в этом был залог ее выживания, и это же позволяло ей стать поистине
няет понимание этого вопроса. Те историки XVI в., которые писали народной религией, в том смысле, что она не только учитывала многие
о религии, в большей степени предпочитали говорить о том, кто и с элементы народной культуры, но и способствовала их развитию. В от-
помощью каких механизмов контролирует церковную собственность, личие от католицизма, для которого народная культура была тем, что
чем непосредственно о вопросах веры. В результате часто создается требовало преодоления. Да и многие шотландские горожане, торговцы и
впечатление, что постреформаторская знать является абсолютно но- образованные интеллектуалы периода после 1560 г. взирали свысока на
вым феноменом, хотя в действительности это были потомки все тех же то, что они считали остатками варварства. Так, столичные юристы сфор-
шотландских кланов, вынужденных приспосабливаться к новым проте- мировали слой интеллигенции, который был погружен в христианство и
стантским условиям, но не оставивших прежних религиозных практик эразмианский гуманизм, соединяя при этом элементы лютеранства с ис-
взаимоотношений. конно присущими для них способами познания мира3. Эти интеллектуа-
Важно и то, что, очевидно, залогом жизненной силы новой церкви лы желали реформировать общество, не уничтожая основ, его состав-
стало сохранение ею прочных связей с прошлым, в то время, как одно
из возможных объяснений постепенного исчезновения католицизма за- 1
  Lynch M. In Search of the Scottish Reformation... P. 88.
2
  Bardgett F. D. Scotland Reformed... P. 157.
1 3
  Lynch M. Preaching to the Converted... P. 333.   Heijnsbergen T. van. The Interaction between Literature and History... P. 214.
122 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 123

лявших — традиция, которая наиболее последовательно проявит себя в объяснение этого кризиса, как и пути его преодоления, были поражены
годы шотландского Просвещения. Такие люди были достаточно далеки безмерностью тех проблем, с которыми они столкнулись.
от морализаторства в духе Джона Нокса, их протестантизм был гораздо Не меньшее влияние оказала реформация и на социальные процессы
ближе к традиционным ценностям и к стремлению сохранить наследие в шотландском обществе. По мнению многих шотландских интеллектуа-
шотландской культуры. И этих представителей протестантизма было го- лов XVI в., именно шотландские элиты должны были принять на себя
раздо больше, чем радикалов, вроде Джона Нокса. ответственность за происходящий распад королевства и защитить его
Каков же был результат той бескомпромиссной проповеднической от множащихся пороков, поразивших все слои общества1. При этом, по
работы, которую вел Нокс и его радикальные соратники? Некоторые со- мнению современников, опасность заключалась в том, что социальный
временные историки пытаются сравнивать деятельность шотландских распад сопровождался упадком права и образовательной системы, и за-
протестантских проповедников с подвижническим подвигом раннехри- дача аристократии заключалась в том, чтобы политическими действия-
стианских миссионеров или тех, кто в XVIII и XIX вв. отправлялся за ми вывести страну из этого кризиса. Именно знать, которая традицион-
моря, чтобы нести слово божье в варварские общества. И не зависимо от но олицетворяла Шотландию, должна была оздоровить ее. Но, как писал
того, какие приемы использовались в этой миссионерской деятельности Джеймс Мельвилль в 1584 г., трагедия шотландской элиты заключалась
или в каком веке она происходила, результат оказывался одинаковый. не в том, что она злоупотребляла властью, а в том, что она эту власть не
Изменения никогда не наступали внезапно, и требовались титанические использовала и отказалась от той гражданской ответственности и соци-
усилия, чтобы подвергаемое воздействию общество (а не отдельные его альной роли, которые должны были защитить общество от индивидуаль-
представители или даже социальные группы) поддались этому воздей- ных коррумпированных интересов2.
ствию. Вряд ли есть основания полагать, несмотря на всю особенность Интересно, что аберрированное историческое сознание, как массо-
реформационного процесса, что евангелизация XVI в. была исключе- вое, так и профессиональное, предпочитает рассматривать все парал-
нием. Действительно, и статуи святых, и алтари, и иконы, и церковная лели не с точки зрения анализа того, какие традиции прошлого сохра-
мозаика — то, что принято называть «библией простаков» — все это нились в будущем, что было бы более логической интеллектуальной
было уничтожено довольно быстро и без того, чтобы предложить взамен операцией, а наоборот — что в нынешнем состоянии вещей существо-
что-то новое, восполняющее утрату прежних символов. При этом деше- вало в прошлом. Преодолевая эту традицию, можно отменить, что идеи
вая Библия, та, которую можно было иметь в каждом доме, появилась в дореформационного шотландского Возрождения, для обозначения кото-
Шотландии только после 1640-х гг. 1 рого появился даже специальный термин «кальвинистский гуманизм»3,
Несмотря на медленные темпы изменений, протестантизм оказал сохранились на протяжении двух столетий, и оказали прямое влияние
непосредственное влияние на трансформацию культуры, которая ис- на просветительскую интеллектуальную традицию XVIII века.
пытала травматические изменения всех сторон и публичной, и частной Поиск и порой «изобретение» предшественников реформации (изо-
жизни, и отозвалась не только на религиозную революцию 1560 г., но и бретение — скорее, в духе Х. Тревор-Ропера, чем Э. Хосбаума) было
на конституционную 1567 г. Новая религия, кроме того, должна была искушением, которое протестантским интеллектуалам XVI в. редко уда-
предложить свое объяснение разрыву «древнего альянса» с Францией валось преодолеть. Но эти «изобретения» слишком часто оказываются
и, наоборот, дружеского союза с Англией, которая на протяжении ве- иллюзией. Такой же иллюзией, какой являются многие попытки совре-
ков рассматривалась как злейший враг, и, в конечном счете, призвана менных историков связать постреформаторские верования и культы с
была дать свою трактовку появлению единой британской монархии. Это более ранними религиозными практиками4.
была кризисная культура, и кризис напрямую был связан с шотландской
1
идентичностью, частью которой была сама культура2. И шотландские   Melville J. Autobiography and Diary... P. 188.
2
интеллектуалы, которые в первую очередь должны были предложить   Ibid. P. 191.
3
  Allan D. Virtue, Learning and the Scottish Enlightenment...
4
1   Здесь интересно проследить критику Майклом Линчем идеи Городона Доналдсона
  Lynch M. Preaching to the Converted... P. 329–330. об истоках культа Страстей Христовых в дореформационной шотлансдкой традиции.
2
  Mason R. Imagining Scotland... P. 3–13. Об этом см., например: Lynch M. In Search of the Scottish Reformation... P. 90.
124 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 125

История Шотландии следующих трех четвертей столетия, после связи интересно и другое. Ни один из представителей высшей шотланд-
1560 г., часто рассматривается в категориях религиозной истории и ха- ской элиты, которые занимали высшие административные посты, не
рактеризуется как промежуточный этап между двумя реформациями — лишился своего места в результате событий 1560 г., и лишь несколько
религиозной реформой 1560 г. и трансформацией 1638 г. с ее ковенантски- городских советов по всей Шотландии попытались организовать загово-
ми идеями. Именно в эти семьдесят пять лет формировалось, по мнению ры1. Показательный и не часто встречающийся в истории факт единства
P. Мейсона, восприятие Шотландией самой себя1. И в обоих случаях среди административной элиты! К этому стоит добавить, что ни одна
католицизм, соперник реформационной традиции, пытался выжить. социальная группа, за исключением священников, часть которых при-
В 1580–1590-е гг. это стремление католицизма сохраниться было наи- сягнула на верность новому режиму, не лишилась своего статуса или
более отчетливо. Достаточно взглянуть на названия принимаемых тогда власти. Шотландской реформацией был лишь подготовлен мягкий пере-
документов: 1581 г. — «Недобрая вера» (менее известное название «Ко- ход к новому правлению «богоугодного правителя», который сам будет
ролевская вера»), акт, обличавший папистов, который в наибольшей сте- расширять государственную власть. Вместе с тем, реформация обеспе-
пени будет иметь значение в годы первого Ковенанта 1638 г., но уже тог- чила дополнительную защиту землевладельцам от короны, а монархии
да закладывавший основы отношений между церковью и государством; от лендлордов.
1584 г. — «Черные акты», принятые в период, когда корона устанавлива- Акт «Королевской веры», только позже ставший известным как «Не-
ла контроль над землями, включая церковные, и заставляла священников добрая вера», вместе с актами парламента 1584 и 1592 гг. («Черные» и
подписывать согласие на такой контроль; 1592 г. — «Золотой акт», доку- «Золотой» акты) свидетельствовали о решающем рывке в формировании
мент, в котором повторялись привилегии реформированной церкви. национального государства с его стремлением расширить контроль над
В период между двумя реформациями, 1560 и 1638–1640-х гг., в этот ресурсами и социальными группами, а также о попытках последующей
чрезвычайно важный отрезок шотландской истории, включающий жизнь реформации. В этой связи показательна судьба Эндрю Мельвилля, две
трех поколений, произошли драматические, часто противоречивые, изме- ипостаси которого, бунтарь и поэт, отражают более важный процесс,
нения. В долгий период правления Джеймса VI государство увеличивало связанный с изменением отношения монарха и подданных в процессе
свою власть, обретая новые ее механизмы, а также расширило социаль- реформации. С одной стороны, Мельвилль являлся одним из лидеров
ные слои тех, на кого могло опираться. Среди таких сторонников государ- религиозного протеста, объединившим вокруг себя оппозицию рефор-
ства после 1560 г. была церковь. При этом на всех уровнях — институ- мационным преобразованиям, а с другой, он в 1580-е и начале 1590-х
циональном, идеологическом, коммуникативном — формируется то, что гг. был наперсником Джеймса и придворным поэтом. Государство, стре-
принято называть государство-нация, возникновение которого является мившееся к продолжению реформации, привлекало на свою сторону
ключевым сюжетом европейской истории Нового времени. Формирова- бывших соперников. Многие из инициатив в продолжении религиозных
ние национального государства, с одной стороны, способствовало, а с дру- реформ исходили от этого нового государства. Вторая книга порядка,
гой ограничивало процесс медленной реформации сверху. принятая в 1578 г. Генеральной ассамблеей, столь же важный текст, что
Весь процесс реформирования шотландской церкви являлся исключи- и Первая, и является одним главных результатов реформации сверху.
тельно результатом политики шотландских элит. Это был классический Кроме того, первые попытки принудить в обязательном порядке исполь-
пример реформации сверху, инициированной элитами, осознававшими зовать Библию тоже исходили не от церкви, а являлись результатом
необходимость формирования единой общности. Европейская реформа- парламентского акта 1579 г. Да, собственно, и первый Национальный
ция XVI в. в целом тяготела к тому, чтобы быть жесткой и авторитарной. ковенант был полностью государственной инициативой.
И это, считают историки, может быть отнесено как к локальному, граж- Доказательством единения государства и церкви являются законо-
данскому, типу реформации, так и к реформации королевской2. В этой проекты октября 1581 г., подтверждающие предыдущее законодатель-
ство 1560 г., в котором осуждались прелюбодеяние, богохульство, бро-
1
дяжничество, а также «суеверные обряды» прежней церкви. Помимо
  Scots and Britons... P. 4.
2
  Greyerz K. von. The Late City reformation... P. 196–205; Cameron E. The European Refor-
1
mation... P. 233–234, 246.   Donaldson G. All the Queen’s Men... P. 51.
126 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 2. Национальная церковь или церковь нации... 127

прочего, в законах 1560 г. постановлялось, что в каждом приходе должен жаемых в языке договора. Этот концепт ковенанта подчинял прошлое
быть пастор с «достаточной суммой обоснованного содержания»1. Эта настоящему, ставя историю в зависимость от мощности традиции дого-
зримо поддерживаемая государством деятельность, осуществляемая от вора в современном обществе. Прошлое должно было быть переосмыс-
имени праведного правителя, является важным этапом религиозной ре- лено в ковенантских договорных категориях, а история ковенантской
формы, объяснение которого многое дает для понимания реформации в церкви и народа, заключившего договор с богом, должна быть написана
Шотландии. Теория «двух королевств», столь рьяно насаждаемая про- как история, начавшаяся с появлением ковенанта. Хотя такая ориента-
тестантскими историками начала XVII в., явно не объясняет имеющи- ция в современность отнюдь не препятствовала экскурсам в прошлое,
еся факты. Зато очевидно, что после консенсуса, достигнутого между в ту «доисторию», когда Шотландия боролась с антихристом. Именно
церковью и государством в 1596 г., стала формироваться церковная поэтому 1560 г. стал решающим не только для религиозного, но и для
оппозиция. исторического сознания, которое непосредственно формирует нацио-
Отношения между церковью и государством этого периода могут нальную идентичность.
быть лучше описаны в терминах единения власти, нежели в категориях Ковенант рассматривался порой сторонниками протестантизма в
религиозной политики или просто религии. И центральными фигурами революционных терминах, и в этом, очевидно, еще одно значение шот-
в этом процессе были мировой судья, который мог действовать на уров- ландской реформации — развитие революционной традиции среди наи-
не баронского суда или местной церковной сессии, а также профессио- более активно вовлеченных в этот процесс деятелей. Противодействуя
нальный священник, в 1620-е гг. достигший нового социального уровня, политике короны в ее стремлении насаждать епископат, реформаторы
получавший содержание от государства и налоговые привилегии. В ка- стремились к увеличению полномочий церковной сессии, включая влия-
тегориях социальных ролей священник был в равной степени и государ- ние Генеральной ассамблеи церкви, для того, чтобы усиливать власть
ственным служащим, на местном ли, или центральном уровне, и инстру- богоугодного государства. Именно эта тенденция, в конечном счете,
ментом церкви. Государственная церковь, появившаяся в результате скажется в деятельности Национального ковенанта 1638 г. и приведет к
реформации, отвечала потребностям самого государства, которое явило революционным потрясениям середины XVII в.
себя в национальной форме. Когда Дэвид Бьюкенен в 1644 году подготовил к изданию «Исто-
Шотландская реформация имела и еще одно, бесспорно, определяю- рию реформации в Шотландии» Джона Нокса, то он снабдил ее эмо-
щее значение, как для шотландской идентичности, так и для всей исто- циональным введением, на более чем пятидесяти страницах излагав-
рии британских островов. Еще в памфлете 1599 г. Роберт Понт писал, шим историю христианства в Шотландии с апостольских времен до
что различия между английской и шотландской церквями относительно рождения «истинной религии». Этим он взывал к памяти своего более
малы и ничего не мешает унии между двумя королевствами2. Англий- известного тезки, Джорджа Бьюкенена, чья «История Шотландии»,
ская и шотландская монархии были схожи тем, что ограничивались вышедшая в 1582 г., основываясь на хронике Гектора Бёса, демонстри-
аристократией, и поэтому ничего не препятствовало созданию единого ровала, что шотландцы всегда были не просто протестантами, а пре-
Британского королевства3. свитерианами. Этим Джордж Бьюкенен отвечал на потребность новой
В постреформационной Шотландии было немало тех, кто, как и Джон религии в исторической легитимации, но делал это исходя не только
Нокс или Роберт Понт в более ранний период, склонялись к ковенанту из собственных пресвитерианских симпатий, но и основываясь на сво-
с Англией, полагая его не только в терминах религиозных, но и полити- их симпатиях к классическому республиканизму1. Крайне противоре-
ческих. Это, вместе с тем, не мешало им рассматривать Шотландию в чивое шотландское прошлое, воскрешаемое в таких интенциях, тем
категориях собственной идентичности и специфических особенностей, не менее, должно было, наряду с современной «истинной религией»,
присущих только ей, используя идею особых отношений с богом, выра- послужить основой для формирования шотландской протестантской
идентичности.
1
  APS. Vol. III. P. 210–214.
2
  Pont R. Againts Sacrilege...
3 1
  Pont R. De Union Britanniae... P. 1–3.   Mason R. George Buchanan... P. 135.
128 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 129

Глава 3 роны, и современникам, включая самого Мейтленда, и исследователям


XX в. было очевидно, что степень этого единения не стоит преувеличи-
От конфронтации к успокоению и обратно: политика вать — между англичанами и шотландцами существовали предубеж-
и религия в последней трети XVI — первой трети XVII вв. дения и взаимные страхи, казавшиеся порой непреодолимыми. Сам же
юный Джеймс полагал своими авторитетами теологов и политических
6 декабря 1600 г. Джеймс VI отправил Уолтеру Дандасу короткое мыслителей Англии1.
письмо, больше напоминающее записку, где извещал его о назначенном Джеймс VI не был последним монархом, коронованным в Шотлан-
на 23 декабря крещении принца Чарльза, которое должно было состо- дии. После него в Холирудском дворце в 1633 г. короновался Чарльз I, а
яться в Холирудском дворце. Ничуть не стесняясь, монарх сообщал о потом в Сконе в 1651 г. — Чарльз II. Вместе с тем, сами обстоятельства,
денежном пособии, выделенном французским двором на поддержку при которых он получил трон, были необычными — удаление короля от
шотландского королевства, а также просил сэра Уолтера к 20 декабря власти и занятие его трона последний раз в шотландской истории слу-
доставить во дворец провизию и прибыть самому для того, чтобы уча- чилось в 1097 г., когда Эдгар занял престол Доналда III Бана. Возможно,
ствовать в праздновании, не забыв захватить себе пропитание на вре- поэтому из представителей знати на коронацию, состоявшуюся в Стир-
мя остановки при дворе1. Это письмо, опубликованное в конце XIX в. линге 29 июля 1567 г., было приглашено всего пять графов и восемь лор-
Уолтером Маклеодом в коллекции писем семьи Дандас, является одним дов. Монарху к тому времени исполнилось тринадцать месяцев от роду.
из многих свидетельств бедности шотландского королевского двора той Регентом при юном монархе был назначен Джеймс Стюарт, граф Мо-
эпохи. От приглашаемых на крещение наследника гостей ожидалось не рей. В документе, представленном парламенту в декабре, говорилось,
только то, что они пришлют ко двору съестные припасы, но и то, что они что отношения между правителем и подданными отныне будут основы-
привезут с собой пропитание на время своего пребывания в Холируде. ваться на договоре, и обязанности, заключенные в этом договоре, носят
Бедность шотландской монархии была потрясающей и толкала королев- взаимный характер. Король должен был защищать протестантскую ре-
ство в объятия то заморской Франции, то соседней Англии. лигию, править в соответствии с божьими установлениями и законами
королевства, подавлять все несправедливое и охранять праведное2. Дет-
***
ство монарх провел в Стирлинге под защитой семьи Эрскинов — Джон
Шотландская реформация безусловно способствовала сближению Эрскин граф Мар был комендантом крепости вплоть до своей смерти
Англии и Шотландии. Для большинства политиков начала 1570-х гг. в 1672 г. Лидеры реформации желали воспитать в нем истинно проте-
было очевидно, что два королевства тесно связали себя, провозгласив стантского правителя, и по большей части это был довольно жесткий
протестантскую религию. Уильям Мейтленд, описывая «британский процесс до тех пор, пока в возрасте четырех лет короля не передали на
микрокосм», отмечал, что он, «отделенный от континентального мира, воспитание в Джорджу Бьюкенену3.
благодаря природе объединен положением и языком, и, что наиболее С 1572 г. регентом Джеймса стал Джеймс Мортон, чье пребыва-
радужно, — религией»2. Однако были лишь единицы тех, кто искренне ние у власти с 1572 по 1580 гг. рассматривается как поворотная точ-
верил в связывающую роль протестантизма, который должен был объе- ка в истории Шотландии XVI в., что, помимо изменения религиозно-
динить представителей истинной религии по обе стороны от границы. К политического климата, было связано еще и с санацией экономической
таким исключениям можно отнести английского пресвитерианина Кри- ситуации, когда королевство стало приходить в себя от войн за неза-
стофера Гудмена, находившегося в тесных контактах с шотландскими висимость, что ознаменовалось повышением доходов торговцев и зем-
радикальными протестантами, или шотландского епископа Банкрофта левладельцев. Правда 1570-е гг. стали и периодом небывалой инфля-
Уоцестерского, утверждавшего, что английские протестанты и шот- ции и политики «порчи монет», а шотландский фунт стал резко терять
ландские пресвитриане имеют много общего в религиях. C другой сто-
1
  Dawson J. Anglo-Scottish protestant culture... P. 98–99.
1 2
  Royal Letters and Other Historical Documents... P. 203.   APS. Vol. III. P. 23–24.
2 3
  Nicholls M. A History... P. 231–232.   Magnusson M. Scotland... P. 383.
130 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 131

свою стоимость по отношению к английскому фунту стерлингов: если в ния Джеймса Стюарта, в концепции королевской власти, предложенной
1567 г. их курс составлял 1:5,5, то в 1587 г. он уже упал до 1:7,33, а в монархом, отчетливо прослеживается влияние его наставника Джорджа
1600 г. составлял 1:121. Бьюкенена, гуманиста европейского масштаба, вернувшегося в Шот-
В марте 1578 г., незадолго до того, как юный правитель отпраздновал ландию ко двору Марии в 1561 г. только для того, чтобы стать идеоло-
свое двенадцатилетие, коалиция противников Джеймса Мортона заяви- гическим лидером борьбы против королевы. Диалог «De jure regni apud
ла, что отныне король, достигший совершеннолетия, берет всю полно- Scotos», написанный в 1579 г. на латыни, стал вершиной его творчества
ту власти в свои руки. Этот заговор, однако же, имел лишь временный и наиболее радикальным обоснованием народной монархии, вышедшим
успех, и спустя месяц Мортон вновь вернул себе власть. Провал попыт- из-под пера мыслителя XVI столетия, в то время как «История Шотлан-
ки удалить могущественного царедворца чрезвычайно показателен для дии», последнее предсмертное произведение Бьюкенена, опубликован-
характеристики фракционной политики, которая была характерна для ное в 1582 г., прославляла шотландскую конституционную революцию
перехода короля из юного возраста в статус совершеннолетнего прави- 1567 г.
теля. Между 1578 и 1585 гг. при дворе произошло полдюжины перево- Бьюкенен был шотландцем, работающим над теорией власти в тот
ротов, участники которых боролись за влияние на личность молодого период, когда реформация и англо-шотландские отношения сделали во-
монарха. Но сам король не был лишь пассивным наблюдателем в этих прос о шотландской национальной идентичности как никогда актуаль-
интригах — при его непосредственной поддержке французский католи- ным. Кроме того, он был учеником Джона Мейра, шотландского патрио-
ческий принц Ейм Стюарт (Джеймс Стюарт), кузен отца короля, стал та и историка, юристом, занимавшим высокие посты в правительстве и
графом Ленноксом в 1580 г., а затем и герцогом в 1581 г. Этот стреми- обладавшим бесспорным влиянием на монарха, а также человеком, под-
тельный взлет Леннокса, экзотического родственника монарха, имел державшим в свое время Леннокса, а также протестантом и гуманистом.
для короля самые серьезные последствия. В июне 1581 г. Мортон был Его протестантизм имел ярко выраженный пресвитерианский оттенок, а
казнен по обвинению в участии в убийстве Дарнли, и по Шотландии по- гуманизм нес на себе отпечаток кальвинистской стоической философии,
ползли слухи о возможной реставрации католических порядков. Дабы поэтому сэр Джеймс Мельвилль называл его «стоическим философом»1.
успокоить волнения и притушить распространяющиеся страхи Джеймс О Бьюкенене иногда говорят, скорее, как о гуманисте, чем о протестан-
и Леннокс подписали т. н. «Акт Королевской веры», более известный как те, ограничивая характеристику его реформаторских наклонностей
«Акт дурной веры», в котором торжественно отреклись от католицизма, лишь тем, что он был последователем религиозных реформаторов, кото-
однако это настроило против монарха тех представителей знати, кто рые остановили на нем выбор в качестве участника Генеральной ассам-
свою власть прочно ассоциировал с протестантизмом, угрозу которому блеи и своего рода умеренного посредника между сторонниками различ-
могло нести влияние Леннокса. В августе 1582 г. Джеймс был захвачен ных взглядов на протестантизм. Наконец, последнее, что характеризует
заговорщиками, возглавляемыми Уильямом Рутвеном, графом Гоури, и крайне противоречивую личность Бьюкенена, это то, что вплоть до 55-
в течение десяти месяцев находился в плену. летнего возраста он не порывал с римской церковью, и, хотя его бес-
Его побег в июне 1583 г. говорит о том, что монарх достиг независи- спорно можно считать антиклерикалом, критика его произведения на-
мости и в состоянии сам совершать поступки, нести за них ответствен- правлена скорее против епископов и их злоупотреблений, чем против
ность и заботиться о собственной безопасности. В поисках спасения церкви в целом.
Леннокс уплыл во Францию, а вместе с ним в ссылку отправились участ- Роль философа в отстранении от власти королевы Марии и изгнании
ники «заговора Рутвена». Хотя Джеймс продолжал благоволить Джейм- ее из Шотландии, приведшем в итоге ее на английский эшафот, также
су Стюарту, сделав его графом Арраном в 1581 г., и руководствоваться вполне недвусмысленно объяснена в его «Власти короны в Шотландии».
его советами, истинные представления монарха о природе власти и роли Как один из тех, кто занимался расследованием убийства Дарнли и роли
короля нашли выражение в его произведениях «Истинный закон свобод- в этом самой королевы, он рисует вполне убедительные свидетельства
ной монархии» (1598 г.) и «Базиликон Дорон» (1599 г.). Помимо влия- вины правительницы. Конечно, все это соответствует его протестант-

1 1
  Lynch M. Scotland... P. 225.   The Powers of the Crown... P. 2.
132 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 133

ским симпатиям, но еще более важно, что это скажется на образовании полностью поддержал. Мельвилль и его соратники предпочли спасаться
будущего Джеймса VI, наставником которого философ будет назначен бегством из королевства, чем быть свидетелями и, возможно, жертвами
вместе с Питером Янгом. того, что они заклеймили как «черные акты». В это же время Адамсон
Гуманистические воззрения Бьюкенена приводили его к мысли, что предлагает королю пример императора Константина, как первого хри-
истинное воспитание сделает из Джеймса короля, который будет пра- стианского императора, в качестве модели королевской власти и над
вить во благо своего народа. Будущему монарху стукнуло тринадцать церковью, и над государством. Такие параллели, возникавшие в умах
лет, когда была опубликована «Власть короны», представленная королю и Джеймса IV, и Джеймса V, завладели сознанием монарха, который в
в специальном «Письме», ставшим своеобразным предисловием к диа- атмосфере, бесспорно, более идеологически сложной, чем у его предше-
логу. Как бы то ни было, в равной степени очевиден и факт провала всех ственников, стал рассматривать эту идею как то, что в равной степени
попыток Бьюкенена выработать в монархе либеральный настрой, и то об- может противостоять и бьюкененовскому республиканизму, и мельвил-
стоятельство, что Джеймс, будучи очень хорошо знакомым со всеми ра- лианскому протестантизму, утверждая при этом концепт императорской
ботами своего наставника, чувствовал угрозу своей власти, исходящую власти. Самый талантливый из последних монархов династии Стюартов,
от них. Свое правление он посвятил тому, чтобы утвердить королевскую Джеймс предпочитал сам участвовать в этом процессе становления бри-
власть перед лицом новых идеологических и политических вызовов. танской империи, нежели наблюдать его со стороны, однако, как самый
Наиболее значимым из этих вызовов был даже не фракционизм зна- прагматичный король, он не мог не учитывать и того факта, что грани-
ти, но более ощутимая угроза королевской власти со стороны церкви, над цы его свободы определяются уровнем признания королевской власти и
которой монархия утратила контроль. Позже Джеймс будет осуждать подчинения монаршему закону.
тот факт, что реформа церкви началась снизу, что и сделало позицию его Именно исходя из логики расширения королевского авторитета,
матери столь уязвимой, и привела к созданию протестантской церкви, Джеймс в 1585 г. разрешил вернуться в Шотландию и участникам за-
которая не просто с подозрением стала относиться к контролю со сторо- говора Рутвена, жертвой которого он был, и сторонникам Мельвилля.
ны короны, но и просто вышла из-под опеки монархии. Джеймс Мортон Арран был удален от власти, и Джеймс самостоятельно, лишь при под-
пытался установить в Шотландии систему, аналогичную английской, в держке своего личного секретаря Джона Мейтленда, взял в свои руки
которой монарший контроль над церковью проявляется в праве короны контроль над правительством. В соответствии с королевским желанием
назначать епископов, однако это встретило сопротивление со стороны быть «королем для всех», править выше фракционных интересов, было
шотландских пресвитериан, которое еще более усилилось с возвраще- расширено представительство в Тайном совете, в который теперь вош-
нием в страну в 1574 г. блестяще образованного Эндрю Мельвилля, ли магнаты, отражающие интересы различных групп, католики и про-
некогда обучавшегося в Женеве и резко интеллектуально усилившего тестанты, хотя перевес в пользу сторонников епископата был очевиден.
шотландскую оппозицию и епископам, и церкви. Будучи не только ини- Этот консенсус находил отражение даже в самом поведении Джеймса,
циатором «Второй книги порядка», подготовленной в 1578 г., Мельвилль который не отказывал себе в удовольствии вступать в теологические де-
категорически настаивал на идее равенства священников, отвергая по- баты как с последовательным протестантом Эндрю Мельвиллем, так и
этому епископат, что полностью соответствовало теории двух царств. ревностным католиком Джорджем Гордоном, шестым графом Хантли, а
Будучи близким другом Бьюкенена, чью политическую теорию он под- также в устройстве самого двора монарха. Будучи покровителем лите-
держивал, Мельвилль являлся активным защитником пресвитерианиз- ратуры, Джеймс привечал при дворе католического поэта Александра
ма, угрожавшего правлению Джеймса, а потому его взгляды всегда были Монтгомери, правда, не в последнюю очередь для того, чтобы сгладить
важным фактором формирования королевской политики. впечатления от эпоса французского гугенота Саллюстия де Бартаса.
Как бы то ни было, в мае 1584 г. парламент не только запретил изда- В то время как поэтические произведения Джеймса были весьма несо-
вать тексты Бьюкенена, но также подтвердил власть епископов и принял вершенны, поэзия Монтгомери и других придворных авторов восприни-
акт о королевской супрематии. Даже если принять во внимание, что Ар- малась с интересом, но именно монарх определял рамки литературного
ран вместе с Патриком Адамсоном, архиепископом Сент-Эндрюсским, и дискурса, опубликовав в 1585 г. руководство по поэтической практике.
выступили инициаторами этих антипротестантских решений, король их В литературе, как и в политике, власть следовала за монаршим сувере-
134 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 135

нитетом, и именно королевские законы определяли границы доступного Хантли, начав восстание против короля. Оба были вынуждены бежать
и запретного. за границу в 1595 г., и если Хантли в итоге примирился с Джеймсом,
Внутреннее развитие Шотландии в этот период обуславливалось то Босуэлл так и умер в изгнании. Что касается церкви, то даже «Золо-
прояснением отношений с Англией. Боязнь совместного шотландско- той акт» не отменял притязаний Джеймса на королевскую супрематию.
испанского заговора под руководством Марии, направленного на свер- Благодаря документу монарх только расширял контроль, установив его
жение Елизаветы, сделала южную соседку более чувствительной по и над Генеральной ассамблеей, и над вновь созданным диоцезным епи-
отношению к настроениям Джеймса, который со своей стороны, так скопатом.
же, как его мать, осознавал свои претензии на английский престол и, в Именно в годы, последующие за кризисом, Джеймс опубликовал
противовес английским притязаниям, был готов придерживаться союза свои работы, где изложил собственный взгляд на природу королевской
с католическими державами и содействовать католикам внутри страны. власти — «Истинный закон», в котором обосновывалась необходимость
Елизавета все еще отказывалась видеть в нем наследника, однако англо- подчинения его божественной власти, и «Базиликон Дорон», где он кри-
шотландская лига 1586 г. предусматривала ежегодное содержание для тиковал власть церкви и могущественной знати. Если в первом труде
Джеймса, что в определенной степени могло обезопасить Елизавету. особо указывалось на то, что монарх крайне озабочен теми испыта-
Своеобразным тестом для англо-шотландских отношений стало оконча- ниями, которым подвергается его власть, то во втором Джеймс писал
тельное решение Елизаветы казнить Марию в феврале 1587 г. Протест о необходимости «цивилизовать» Шотландию посредством ликвидации
Джеймса на это решение был чрезвычайно слабым. Его реакция как в полунезависимых территорий, находящихся под управлением лордов,
этой ситуации, так и в той, что последовала через год и была связана и о необходимости объединения страны под властью единого правите-
с вторжением испанской Армады, продемонстрировала готовность хра- ля. Как и его предшественники, Джеймс столкнулся с проблемой, что
нить верность англо-шотландской лиге. Его женитьба в 1589 г. на Анне, традиционно не подчиняющаяся короне шотландская знать вершила
дочери протестантского короля Дании Фридриха II, хотя и была жестом свое правосудие в собственных землях и поступала там сообразно соб-
политической независимости, но угрозы для Елизаветы не несла. ственным интересам. Джеймс VI считал, что в этой борьбе со знатью
Знаком стабилизации ситуации в Шотландии было и то, что Джеймс, находится в заведомо выигрышном положении в сравнении со своими
как и некогда его дед, смог позволить себе оставить королевство на предшественниками, и по иронии судьбы нашел главного союзника в
шесть месяцев, отправившись к датскому двору. Правда, успехи Джейм- лице протестантской церкви, которая также была озабочена установле-
са во внутренней политике конца 1580-х гг. скрывали противоречия, ко- нием «социальной дисциплины» в местных сообществах, внедряя систему
торые в следующем десятилетии чуть было не разрушили то, что монарх церковных сессий и пресвитерианских судов, значительно расширив свои
и Мейтленд столь кропотливо создавали ранее. Королевская милость полномочия в Лоуленде и поставив местные сообщества под контроль.
по отношению к таким протестантским графам, как, например Хантли, Но и сами местные сообщества переживали период трансформации.
долго вызывавшая негодование протестантов, стала поводом для массо- Рост населения и инфляция, вместе с расширяющимся земельным рын-
вого недовольства, когда началась ожесточенная вражда между Хантли ком, возникшим в результате реформации и освобождения церковных
и протестантским графом Мореем, закончившаяся убийством последне- земель, пусть и медленно, но вводили коммерческие отношения в рав-
го в 1592 г. Этот, поначалу локальный, кризис превратился в националь- нинной Шотландии, вымывая при этом родовые связи, традиционно
ный, когда в защиту пострадавшей стороны выступил Фрэнсис Стюарт, связывающие местные сообщества и способствовавшие процветанию
пятый граф Босуэлл, который в 1590 г. был объявлен вне закона, в связи частного права и судопроизводства. В этом постепенно коммерциали-
с обвинением в ведовском сговоре, посредством которого он собирался зирующемся обществе магнаты по прежнему занимали важное положе-
потопить корабль, на котором Джеймс возвращался из Дании. Вызов ние, но, отвечая на вызовы времени, должны были по-новому вести свое
Босуэлла, брошенный королю, был поддержан протестантской церко- хозяйство — на смену родовым связям постепенно приходил клиентаж
вью, использовавшей ситуацию для требования большей независимо- в экономических и социальных отношениях и патронаж — в политиче-
сти, которая выразилась в принятии т. н. «Золотого акта» 1592 г. Кризис ских, кровные отношения заменялись денежными, и все это придавало
еще более обострился, когда в 1594 г. Босуэлл объединил свои силы с и новый оттенок власти знати.
136 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 137

Джеймс использовал финансовые затруднения, с которыми стал- 1603 год предоставил монарху возможность воплотить свой проект в
кивалась знать, ставя ее в большую зависимость от короны, расширяя жизнь. Эта история началась между двумя и тремя часами утра 24 марта
масштабы патронажа, который отвечал интересам самой знати, вынуж- 1603 г., когда королева Елизавета умерла, завещав трон шотландскому
денной и у себя в поместье и особенно при дворе придерживаться тра- правителю. Прокламацией, составленной Робертом Сесилем и лишь
диционного образа жизни. С другой стороны, этот процесс привел к мас- просмотренной самим королем, в срочном порядке отпечатанной и рас-
штабному финансовому кризису, который стал расплатой за политику пространенной среди горожан, Джеймс стремительно провозглашался
короля, покупавшего верность своих подданных. Хотя в целом в 1590-е монархом1. Это был документ, в котором обосновывалось новое правле-
гг. система налогообложения строилась на погодовой основе, и налоги ние, приводилась генеалогия, дававшая новому монарху, происходивше-
могли меняться год от года, расходы Джеймса на содержание двора при- му от Генриха VII, право на престол, но в тексте прокламации ни разу не
вели к финансовому дефициту. Тем не менее, попытки Джеймса обеспе- упоминались ни его мать Мария, ни его отец лорд Дарнли. Шотландские
чивать денежное и административное содержание земельной знати обу- корни нового монарха вообще не присутствовали в документе, и провоз-
словили факт срастания интересов центра и местных правителей. В то глашался он в ней не королем Британии, а правителем Англии.
время, как аристократы все более попадали под королевский контроль, В прокламацию был включен один интересный пассаж о жене Ген-
средние землевладельцы должны были обеспечивать потребности и ин- риха VII, Елизавете Йорк, и о браке, который положил конец «кровавой
тересы обуржуаживающейся бюрократии, которая в свою очередь еще гражданской войне». Очевидно, что к Джеймсу это не имело никакого
глубже срасталась с местным аграрным сообществом. Высокообразо- отношения. Но это была явная отсылка к тюдоровскому мифу, согласно
ванное и культурное сообщество землевладельцев и юристов, впервые которому новая династия, пришедшая в Англию в 1485 г. с Генрихом VII,
заявившее о себе при Джеймсе V, теперь было основной опорой прави- принесла королевству мир. Но это был лишь миф, который надлежало
тельства. Хотя некоторые из этих людей могут быть охарактеризованы должным образом поддерживать. Сложно, вероятно, представить более
как «новый класс», большая часть являлась представителями старых неудачную династию на английском троне, чем Тюдоры — метания Ген-
местных землевладельческих фамилий, а их рост до национального мас- риха VIII в поисках брачной партии, его Акт о наследовании, правления
штаба стал свидетельством социальной и культурной трансформации детей, умерших в малолетнем возрасте, женщина, которая трагически
местных сообществ. пыталась зачать наследников мужского пола, но так и не произведшая
Хотя история Шотландии XVI в. чаще характеризуется как эра рефор- на свет будущего короля, и женщина, которая даже не пыталась оста-
мации, это была еще и эпоха ренессанса. Образовательная революция, со- вить наследника — все эти сюжеты из истории династии заложили про-
ставлявшая содержание этого периода, трансформировала образ жизни блему престолонаследия с 1520-х гг., а также породили среди англичан
и культуру местной землевладельческой элиты в той же степени, что и страхи о судьбе английского трона, страхи, еще более усиливающиеся
привела к религиозной реформе. В конце столетия политика Джеймса, на- из-за сложного международного положения и конфликтов с Испанией
правленная на распространение закона, порядка и современной культуры и Францией, и в итоге окончившиеся с восшествием правителя чужого
в местные сообщества, принесла результаты для землевладельцев, чье гу- королевства на английский престол. Таким образом, прокламация, про-
манистическое образование теперь становилось нормой. В то время, как возглашая новое правление, ставила финальную точку в тюдоровском
королевские законы постепенно подчиняли местную вражду, а лоулендор- мифе, воскрешая в памяти союз Ланкастеров и Йорков конца XV в., и
ское сообщество переживало процесс демилитаризации, материальная поэтому она целиком была связана с английским видением будущего
культура землевладельческой элиты также претерпевала изменения — правления, объединенного под одной короной.
на смену суровым укреплениям родовых замков приходили более изящно Однако сам вновь провозглашенный король Англии в момент смерти
построенные и украшенные по современной моде дома. Это движение на- своей тетки находился в Шотландии. И поэтому сэр Роберт Карей не-
чалось еще до 1603 г. и было еще более усилено англо-шотландской унией медленно отправился в Эдинбург, останавливаясь лишь для того, что-
корон, которая привела к распространению данного процесса на Хайленд бы сменить лошадей. Прибыв в столицу Шотландии 26 марта к вечеру,
и острова. И в этой реализации своего «гэльского проекта» Джеймс видел
себя в роли императора, несущего цивилизаторскую миссию. 1
  Stuart Royal Proclamations... Vol. 1. P. 1–4.
138 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 139

он тут же отправился к королю, который, выразив свое соболезнование Елизаветы в Англии, и в большей степени походило на французский об-
по поводу смерти Елизаветы, удалился на встречу с представителями разец отношений между аристократией и монархией.
знати, чтобы решить дальнейшую судьбу английского престола. Будучи После 1603 г., как и в предыдущие столетия, шотландский парламент
чрезвычайно занят на следующий день, он все же нашел время напи- состоял из одной палаты, которая включала государственных чиновни-
сать письмо Роберту Сесилю, заверяя его и других членов английского ков, высший клир, знать, баронов графств и горожан, представляющих
Совета в готовности принять трон, снабдив послание припиской о том, королевские города. Из этих пяти групп знать, бароны и горожане сохра-
насколько он счастлив выразить свою признательность английскому няли свое положение на протяжении всего XVII в., вплоть до унии 1707 г.
вельможе1. Высший клир был представлен в парламенте до 1633 г., когда его пред-
И только 31 марта на рыночной площади Эдинбурга Джеймс был про- ставительство было упразднено, и затем с 1662 по 1689 гг., когда эта
возглашен королем Шотландии, Англии, Франции и Ирландии, и это из- группа в последний раз упоминается в качестве членов парламента. Го-
вестие шотландцами, в отличие от англичан, было принято с буйным ли- сударственные чиновники же заседали в ассамблее до 1639 г., а затем —
кованием. Лишь сама Шотландия признавала пока унию, которая, тем после 1661 г. 1 Их представительство встречается в парламенте 1689 г.,
не менее, отныне становилась реальностью. и вплоть до 1707 г. они сохранили свои места. Таким образом, только
Как заметил Джеймс, пригласили его англичане, а печалились по в период с 1603 по 1633 гг. и потом, с 1662 по 1689 гг., парламентское
этому поводу шотландцы. Ни одно, ни другое, конечно, не является пол- представительство включало все традиционные группы.
ной правдой, поскольку и шотландцы, и англичане имели двойственное На протяжении XVII в. и по групповому представительству, и по
отношение к унии. Речь о присоединении также не шла, поскольку два общему количеству парламентариев шотландский парламент был очень
независимых королевства объединялись под властью одной короны, и на изменчив. В частности, парламент 1612 г., точные сведения о котором
этом постоянно настаивал монарх. Однако, очевидно, и то, что именно есть в нашем распоряжении, включал 109 представителей, среди кото-
английская сторона в большей степени была озабочена тем, как спра- рых было 7 государственных чиновников2. В 1633 г. в парламенте засе-
виться с Шотландией и ее неопытным королем. С другой стороны, шот- дало 183 члена, а в апреле и мае 1641 г. количество его членов снизилось
ландцы могли гордиться тем, что их правитель мирно занял английский соответственно до 29 и 59 человек. Первый шотландский парламент ко-
престол. И поскольку это был их король, который постоянно настаивал ролевы Анны в мае 1703 г. включал 224 имени, а третья сессия ее шот-
на том, что он в первую очередь шотландский монарх, а во вторую— на- ландской ассамблеи, собравшаяся в июне 1705 г., насчитывала наиболь-
следник английского престола, оснований для опасений, что Шотландия шее количество представителей — 232 человека.
станет провинцией в рамках нового королевства не было. Что касается количества представителей по пяти группам, входив-
Более того, Шотландия была готова к тому, что у нее не будет своего шим в парламент, то число государственных чиновников варьировалось
собственного правителя, поскольку на протяжении XIV–XVI вв. в ко- от 1 до 8 человек, представителей церкви в мае 1662 г. было 14 человек,
ролевстве было беспрецедентное число случаев, когда монарх начинал что являлось их наивысшим представительством, тогда как наимень-
свое правление, будучи в малолетнем возрасте, и фактическая власть шее, 2 человека, пришлось на 1667 г. Наибольшая флуктуация связана
находилась в руках регентов. Это непосредственным образом сказалось с представительством в палате знати — 44 человека этой группы было
на характере шотландских правительств и на балансе власти короны и приглашено в парламент 1617 г., и это количество превышалось только
аристократии, отчетливо ощутимом еще и в 1603 г. Начало самостоя- семь раз в период до 1661 г. С 1661 по 1707 г. количество представите-
тельного правления Джеймса в Шотландии совпало с периодом, когда лей знати одиннадцать раз опускалось ниже отметки 50 человек, а в пар-
аристократия находилась в неуверенном положении, связанном с ре- ламенте 1703 г. их было 67 членов. Количество баронов, одной из двух
лигиозной реформой, англо-шотландскими войнами, нестабильным избираемых групп, лишь дважды превышало количество 80 человек —
правлением Марии. Однако это не особо заботило молодого короля, чье в апреле 1693 г. и в парламенте Анны, и лишь пять раз превосходило
шотландское правление было более аристократичным, чем правление
1
  APS. Vol. V. P. 324.
1 2
  Historical Manuscripts Commission... Vol. XV. P. 9–10.   APS. Vol. IV. P. 526.
140 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 141

число 60, тогда как в тридцати двух парламентах с 1603 по 1707 гг. их стократии, лэрды, начиная с правления Джеймса V, постепенно вытес-
число было ниже, чем 50. Городских представителей, второй избирае- нявшие придворное духовенство. Именно эти гуманистически образо-
мой группы, был 51 человек в 1612 г. и 63 человека — в 1617 г. В по- ванные представители средней аристократии были теми, кто наиболее
следующий же период только девять раз цифры их представительства выиграл от унии корон, предоставившей им шанс социальной мобильно-
превосходили эти показатели, а в двадцати трех случаях горожан было сти, возможность подняться в своем положении до уровня судей и пэров,
менее, чем 50 человек1. став, по сути, английским «дворянством мантии» в среде земельной ари-
Таким образом, на протяжении всего XVII в. шотландская ассамблея стократии. После 1603 г. в Шотландии было пожаловано восемнадцать
была довольно компактным органом, что делало его относительно легко званий пэров, половина из которых приходится на 1604–1605 гг., когда
управляемым. В период до Реставрации количество членов ассамблеи новый титул обрели такие люди, как Джорж Юм, граф Данбар, или Алек-
превышало 150 человек только шесть раз и никогда не превосходило сандр Сетон, лорд Файф, граф Данфермлин. Они не выделялись чем-то
183 члена. После Реставрации цифра 190 человек превышалась лишь особенным среди остальной шотландской аристократии, но сформиро-
дважды, до того, как в последний шотландский парламент 1703–1706 гг. вали новую социальную группу тех, кто был готов к рутинной службе и
было приглашено 226 человек2. к тому, чтобы стать правительством в условиях отсутствующего монар-
Однако после унии Джеймс больше не был для шотландского пар- ха. Сэр Джордж Юм Спорт, граф Данбар, бесспорно, отвечал интересам
ламента «нашим суверенным правителем» — фраза, которая имела и представлениям Джеймса о составном монархо-аристократическом
многовековую историю, теперь он стал «его священным величеством». правлении и вплоть до своей смерти в 1611 г. был англо-шотландским
Попытка Джеймса I в 1609 г. назначить Лордов статей, комиссии, фор- политиком, перемещающимся между Эдинбургом и Лондоном, ведя по-
мально избираемой из членов парламента, а традиционно назначаемой литические переговоры между англичанами и шотландцами. Но он был
монархом из числа лояльных ему парламентариев для подготовки зако- уникальной фигурой, осознающей сложности такого составного правле-
нопроектов, была успешно провалена парламентом. Если в 1590-е гг. мо- ния. Попытки Джеймса в самом начале его царствования в качестве бри-
нарх очень легко управлялся с назначением этого важного, одного из ре- танского монарха ввести шотландцев в Тайный совет, предоставив им
шающих в политической развитии органов, то теперь, в начале XVII в., тем самым статус английских чиновников, натолкнулись на явно враж-
эти времена казались слишком далекими. дебное отношение со стороны англичан, и относительно незначительное
Комитет Лордов статей играл одну из ключевых ролей в управле- число шотландцев смогли занять посты в Лондоне. А надежды монарха
нии Шотландией после унии 1603 г. История его восходит, очевидно, к создать англо-шотландский двор, хотя и были более успешны, но, тем не
1367 г., когда нескольким представителям парламента было предложено менее, не получили окончательного завершения, постоянно натыкаясь
остаться и продолжать работу, после того, как остальные по окончании на сопротивление англичан, убежденных, что шотландцев в правитель-
сессии отправились по домам. Год спустя в Перте ситуация повтори- стве слишком много и что его успешной деятельности мешает «странная
лась, и большая часть парламентариев сразу после окончания работы шотландская кровная вражда»1.
ассамблеи разъехалась по домам, недовольные непогодой и дороговиз- Одним из немногих успешных примеров англо-шотландской интегра-
ной продуктов. Те же, кто остался, составили специальный комитет пар- ции является Людовик, граф Леннокс, который служил распорядителем
ламентариев, занимающихся «особыми вопросами»3, а в 1424 г. термин при королевском дворе вплоть до смерти в 1624 г. и являлся одной из
«статьи» впервые используют в отношении к этому комитету, который наиболее крупных шотландских фигур при дворе, близкой к монарху и
готовил документы для того, чтобы их подписывал монарх4. обладающей возможностью влиять на патронаж, к тому же ему удалось
Среди тех, кто служил Джеймсу, были и представители средней ари- оставить наследника, Джеймса, графа Гамильтона, который служил при
дворе Чарльза I. Но и сами шотландские представители знати, нахо-
1
  Terry Ch. S. The Scottish Parliament... P. 8. дившиеся ниже этого уровня, постоянно вели соперничество и вражду.
2
  Ibid. И хотя постельничим Джеймса и являлся шотландец, доступ к монар-
3
  APS. Vol. I. Introduction. P. 10.
4 1
  Terry Ch. S. The Scottish Parliament... P. 104.   Wormald J. O. Brave New World... P. 35.
142 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 143

шей персоне был обеспечен в равной степени всем — и англичанам, и являлись искренними, они были слишком быстро развеяны враждебно-
шотландцам. Однако чего англо-шотландская уния 1603 г. не породила, стью английского парламента, который в сессиях 1606–1607 гг. проде-
так это мира и дружбы между двумя частями единого королевства, и это монстрировал решительное неприятие идей, связанных с интеграцией
осознавалось обеими сторонами. Если англичане считали, что королев- торговли, подданства и пограничных территорий.
ский двор заполонили шотландцы, то последние чувствовали враждеб- В результате лондонский политический климат способствовал тому,
ное отношение к себе, когда прибывали в Лондон. что уже после 1607 г. намерения монарха значительно поубавились, вме-
Те же представители аристократии, которые оставались в Шотлан- сте с чем пришло и разочарование способности английского правящего
дии, чувствовали себя гораздо лучше. Несмотря на отсутствие короля, класса в проведении необходимых преобразований. А вслед за тем вся-
они смогли сполна вкусить преимущества, даваемые его британским кие попытки и по направлению к «совершенной унии», представляемой
правлением, а, вместе с тем, основанная Джеймсом в 1603 г. почтовая как полная интеграция институтов и права, основанных на традициях и
служба давала возможность Лондону и Эдинбургу находиться в посто- интересах обеих частей королевства, и по направлению к «федеральной
янном контакте. Интенсивность переписки, которую вел монарх с шот- унии» как унии расширенной координации деятельности парламентов,
ландским правительством, свидетельствует, что, в отличие от своего советов и т. д., были прекращены. Это разочарование нашло свое ин-
сына, он действительно интересовался тем, что происходит на севере. ституциональное выражение и в том, что деятельность шотландского
Проблема была лишь в том, что он теперь был не только монархом Шот- Тайного совета, который должен был играть важную функцию в про-
ландии. Из двух принципиальных следствий его политики, первое, свя- цессе англо-шотландской унификации, становилась все более бюро-
занное со стремлением Джеймса к более тесной унии, было основано кратической, и он превращался лишь в консультативный орган по мере
на его желании защитить шотландские интересы и не допустить того, того, как решения принимались шотландцами, переехавшими в Лондон
чтобы древнее королевство стало просто северным графством, а второе, и подвергавшимися все большей англизации. При этом в рамках англий-
религиозная реформа, в большей степени выглядит как то, что было реа- ского Тайного совета вплоть до 1638 г. не было отдельного «шотланд-
лизовано в интересах англиканской церкви, чем церкви Шотландии. Но ского комитета», а все вопросы решались в соответствии с принципами
даже первое не удовлетворяло шотландцев. патронажа.
Вопрос о природе унии 1603 г. довольно сложен. Брюс Гэллоуэй и Тем не менее, большая часть тех вопросов, которые обсуждались в
Брайн Левак отстаивают не лишенные оснований идеи о том, что Джеймс Британии в 1630-е гг., так или иначе была связана с англо-шотландскими
в своем стремлении реализовать союз был гораздо более осторожен, чем отношениями — британская знать шотландского происхождения с ан-
это представлялось исследователем ранее. И хотя он и заявлял о своем глийскими женами, сыновьями, получающими английское образование,
желании «унии и сердец и разумов», посредством объединения «людей, поместья и службы по обе стороны от границы, занимала важное место
культур и институтов», по большей части это были политические за- в контактах Англии и Шотландии. Представители этих слоев говорили о
явления1. Вместе с тем, нельзя отрицать и того, что монарх, в частном себе как о «британских подданных» и стремились к усилению граждан-
письме Роберту Сесилю в ноябре 1604 г., был искренен, когда говорил о ской унии1.
необходимости создания парламентских комиссий для разработки про- Для многих шотландцев главная проблема 1603 г. заключалась в том,
екта более тесной унии. При этом особенный акцент делался на унифи- что основными игроками в этой унии были англичане. И хотя лозунгом
кации «законов и парламентов обеих наций». Джеймса были слова «Один король, один народ, один закон», титул коро-
Вероятнее всего, Джеймс, хорошо знавший шотландские реалии и ля Британии был присвоен Джеймсом себе посредством издания прокла-
то, что было бы хорошо или дурно для его родной страны, искренне стре- мации, после того, как английская Палата общин отклонила его в 1604 г.,
мился к тому, чтобы не делать различий между английской и шотланд- то же самое касается и Юнион-джека, британского флага, который стал
ской политикой. Однако даже учитывая то, что намерения Джеймса развеваться над английскими и шотландскими судами только благодаря
королевской прокламации. В первые годы унии все это рассматривалась
1
  Galloway B. The Union of England and Scotland... P. 15–16, 165–166; Levack B. The Forma-
1
tion... P. 7–8.   Cowan E. The Union of the Crowns... P. 131.
144 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 145

как угроза Англии, ее королевскому суверенитету, и англичане были лениях сэру Филипу Сидни», завершенных в 1612 г., рисуют идеальный
очень встревожены тем, что решения Палаты подменяются королевски- образ протестантской правительницы, словно соревнуясь друг с другом
ми прокламациями. Шотландцы же, первоначально благожелательно в том, чтобы в сравнении ушедшей правительницы и нынешнего монар-
отнесшиеся к унии и поддержавшие в этом своего монарха, со временем ха продемонстрировать недальновидность политики Джеймса. 1
стали опасаться немедленной унификации законов двух королевств. То, что после 1603 г. британская реальность и ее восприятие разо-
И исследователь права сэр Томас Крэйг Риккартон в совей «Унии коро- шлись, очевидно, является правдой. И основой новой реальности явля-
левств Британии», и адвокат Джон Рассел в своей «Счастливой и про- ется тот факт, что королевство стало гораздо более могущественным
цветающей унии», как и многие другие их современники, защищали объ- игроком на европейской сцене, чем когда-либо, даже в правление Елиза-
единение Британии под властью шотландского монарха. Однако, если веты, была Англия — вместо бездетной королевы во главе государства
Крэйг в большей степени выступал за унию-инкорпорацию, в рамках ко- стоял монарх, у которого были дети, а, значит, открывалась возмож-
торой должно было произойти полное институциональное объединение, ность династических союзов. Однако все это воспринималось многими
то Рассел, следуя идее Джеймса, акцент делал на «объединении сердец англичанами как то, за что они заплатили слишком высокой ценой —
и мыслей». Но оба соглашались в мысли о невозможности «единого пра- приглашением чужого правителя.
ва», о котором говорил Джеймс, поскольку не видели возможности того, На всех социальных уровнях — на улицах и в театрах Лондона, на
как английское обычное право будет объединено с шотландским, осно- скачках в Кройдоне, при дворе монарха — англичане и шотландцы не-
ванным на римском праве и Актах шотландского парламента. Сам Крэйг изменно враждовали друг с другом, на вербальном, смысловом и физи-
был одним из шотландских комиссионеров, отправившихся в Лондон в ческом уровне. Писатели и памфлетисты, Энтони Уэлдон, Франциск
1604 г. для встречи с английскими представителями и обсуждения унии Осборн, епископ Годфри Гудмен, изливались антишотландским сарказ-
и судьбы британского права. мом2. И примеров язвительных замечаний, подобных тем, что приводи-
Не менее сложной была ситуация и в области международных отно- ли эти авторы, можно найти множество. В такой атмосфере начиналось
шений. Монарх начал свое английское правление с того, что заключил правление монарха, претендовавшего на то, чтобы создать государство
ряд мирных договоров, соответствующих его взглядам на роль Британии с «одним королем, одним народом, одним законом», что должно было
в Европе, а также идеям Роберта Сесиля и его окружения. Он положил символизировать единую великую Британию3. Эта идея была столь же
конец войне с Ирландией и заключил мир с Испанией, что являлось его непопулярна в Лондоне, как и мир с Испанией.
дипломатическим триумфом и способствовало улучшению экономиче- Английская враждебность стала причиной того, что сами шотланд-
ской ситуации в Англии. Хотя это мгновенно сделало короля непопу- цы стали со страхом и недоверием относиться к унии. В 1607 г., когда
лярным и не способствовало закреплению унии, Джеймс считал, что, Джеймс выступал в английском парламенте со своей одной из наиболее
если, будучи королем Шотландии, он не воевал с испанцами, почему он зажигательных речей о преимуществах унии, шотландская ассамблея
должен делать это, став монархом Британии? Однако этот факт не толь- была полна разговоров, в которых звучали опасения, что Каледония
ко не способствовал росту авторитета Джеймса, но и не снизил накал превратилась в провинцию более могущественной соседки. Теперь при-
антииспансикх настроений в Англии. Как бы то ни было, уже в течение шло время напоминать монарху, что Шотландия — это древнее и родное
года после заключения унии Англия из воинственной, гордой своими по- Джеймсу королевство, которое не должно быть ввергнуто в «беспоря-
бедами нации стала превращаться в миролюбивую державу. Однако для док и смущение». Однако это послание запоздало, поскольку сам про-
английских протестантов это было не торжеством нового миропорядка, ект более плотной унии был уже нежизнеспособным и в значительной
а, скорее, показателем ослабления страны. И того, что Джеймс так рас- мере был похоронен англичанами и, среди прочих, депутатом палаты
считывал достичь унией — формирования британский великой держа-
вы, его оппоненты стали искать в прошлом. Унылые 1590-е гг., мрачная 1
  William Camden. The Historie...; The Prose Works....
репутация самой Елизаветы, ставшая реальностью в последние годы ее 2
  Antony Weldon. The Court and Character... Vol. I; Francis Osborn. Traditional Memoirs...
правления, — все это ныне было забыто. Уильям Камден в своих «Ан- Vol. II; Goodman. The Court...
налах», написанных между 1608 и 1615 гг., и Фульк Гревилл в «Настав- 3
  The Political Works of James I... P. 292.
146 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 147

общин сэром Эдвином Сандисом, взявшим на вооружение идею унии- ными руководителями1. Для Джеймса восстановление епископата пре-
инкорпорации, или «совершенной» унии, и высказывавшим мысль, что следовало три цели. Во-первых, усилить контроль над парламентом, и
Шотландия должна быть полностью лишена своей независимости. Стра- ради этого он реанимировал парламентские титулы епископов в 1596 г.
хи и противоречия с обеих сторон год от года все более обострялись, Во-вторых, опровергнуть мельвиллианскую политическую теорию о не-
хотя сам Джеймс вряд ли серьезно верил в возможность полного объеди- обходимости устранения епископата. Именно поэтому когда король на
нения и осознавал закономерность того, что выдвигаемые поначалу мас- встрече в Хэмптон-корте заявил, что «нет епископа — нет короля»2, он
штабные проекты должны были уступить место более скромным резуль- не имел, конечно, в виду, что «нет епископа — нет монархии», а очевид-
татам. Но даже эти последствия должны были устраивать шотландцев, но полагал, что отмена епископата будет означать ослабление светской
поскольку, получив двойное подданство и право свободной торговли, власти. И, наконец, третье: посредством персонально назначенных епи-
существовавшее до 1610 г., они в реальности приобрели больше преиму- скопов корона получала контроль над тем, что происходит в Шотландии,
ществ, чем англичане. Но это была незначительная победа. что, вероятно, для Джеймса было самым важным. Иными словами, речь
Не менее сложно обстояло дело и с церковной политикой Джеймса шла не о стремлении к англизации со стороны Джеймса, а лишь о том,
— вопрос о религии был особенно важен как для монарха, так и для по- что он действовал так, как и предыдущие шотландские монархи, пред-
литики его последователей. В письме короля Роберту Сесилю от ноября почитающие централизованный епископат любым пресвитерианским
1604 г. правитель сделал одно чрезвычайно важное заявление, касаю- религиозным структурам. Все это вместе, очевидно, не дает нам основа-
щееся объединения церквей. Важность его заключается в том, что по- ний говорить о стремлении монарха к объединению и полной унифика-
сле провала законодательства, направленного на усиление унии, пред- ции, скорее, речь должна идти о попытках привести в соответствие две
ставленного в 1607 г., «игровая площадка» юнионистского дискурса, в доктрины посредством устранения противоречащих друг другу правил.
рамках которой монарх мог представлять свои идеи, включала лишь рас- Первоначально пресвитерианские священники рассматривали унию
суждения о возможности более тесной церковной унии. как то, что могло прекратить вражду предыдущего столетия и устано-
Джеймс легко отклонял все попытки нарушать правовую процедуру вить богоугодную церковную власть. Вся Европа, по их мнению, будет
в церковных вопросах и подчинять Шотландию Англии в делах религии. приветствовать «воссоединение этих королевств под единым богом и
Однако часто он просто не замечал того, что могло бы нарушить эти пра- Христом, одним королем, одной верой и одним законом»3. Дэвид Юм
ва и привести к конфликту. Его восхищение англиканской литургией Годскрофт, прославляя унию, провозглашал себя «шотландским британ-
приводило, например, к тому, что он желал распространения «истинной цем» и радовался, что дьявольское дореформационное правление ушло в
и зрелищной церкви» на территории всего своего королевства. прошлое. Однако реальность оказалась гораздо менее радужной. Мель-
Эта унификация была чрезвычайно важна для него, и, объединяя ре- вилль и его ближайшие сторонники, собравшиеся на вторую встречу в
лигиозные обряды, он рассчитывал создать единую религию, удовлетво- Хэмптон-корте в 1606 г., были репрессированы, заточены в тюрьму или
ряющую запросам всех. Если англиканская церковь явно нуждалась в вынуждены были бежать из страны. Еще до 1610 г. диоцезный епископат
усилении своей проповеднической миссии, то шотландской не хватало был восстановлен в полном объеме, а в 1612 г. король провозгласил себя
апостольского усердия. Именно поэтому для короля речь шла не просто высшим главой церкви, вслед за чем последовали «Пять статей Перта»
о подчинении одной церкви другой. Это, вероятно, способно объяснить 1617 г., по мысли монарха, должные привести в соответствие друг другу
попытки Джеймса восстановить епископат в Шотландии, предпринима- английскую и шотландскую церкви4.
емые им на протяжении 1596–1612 гг., что однако же не являлось шагом Для истинных пресвитериан, равно, как и пресвитерианских исто-
на пути унии церквей, поскольку не вело ни к церковной интеграции, ни риков, «Пять статей Перта» являлись порождением дьявола. Чистота
к федеративной церковной унии. Шотландские епископы значительно
отличались от англиканских, поскольку речь, очевидно, не шла о том, 1
  Foster W. R. The Church before the Covenant...
чтобы пойти дальше «пресвитерианского епископата», в рамках кото- 2
  Willson D. H. King James... P. 207.
рого епископы направляли, но не подчиняли деятельность церковной 3
  Calderwood D. History of the Kirk... Vol. VI. P. 523.
сессии, они были лишь постоянными наблюдателями, но не автократич- 4
  Morill J. Introduction... P. 8.
148 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 149

церкви, источник ее силы в пределах королевства и предмет восторга церкви составляло 5 фунтов стерлингов. Ощущение того, что престиж и
тех, кто наблюдал на ней из-за границы, были поставлены под удар до- власть церкви могут быть повышены посредством введения более высо-
кументом, провозглашавшим восстановление религиозных праздников кого обеспечения священникам, было свойственно как самому монарху,
и, что еще более вызывающе, коленопреклонение общины. Даже Джон так и его религиозным оппонентам и в процессе обсуждения реформы,
Споттисвуд, архиепископ Сент-Эндрюса и один из ближайших спод- и в ходе ее реализации. Это начинание могло бы снискать королю до-
вижников монарха, высказывал опасения по поводу целесообразности полнительную поддержку, если бы не уния, которая неизбежно вела к
этого документа. И для этого были три основные причины, изложенные «Пяти статьям».
священником. Во-первых, документ отдавал папизмом, во-вторых, он По иронии за десять лет до «Статьей», в 1607 г., монарх стал обви-
демонстрировал, что монарх явно симпатизирует англиканской церкви. нять своих английских советников, что они были излишне оптимистич-
И, в третьих, хотя король успешно установил свою власть над церковью, но настроены по отношению к унии и давали ему неверные советы. То же
никогда ранее столь явно не демонстрировалось, что отношение религии произошло и теперь, но уже по вине шотландских советников монарха.
и повиновение воли монарха, реализующего политику в области веры, И Джон Споттисвуд, и Патрик Гэллоуэй, королевский капеллан, и граф
находятся в столь тесной связи. Более того, все это сопровождалось Данфермлин — все, наиболее близкое королю окружение, недооценило
опасным копированием англиканской практики с установлением извая- степень опасности. И все это, несомненно, сказывалось на авторитете
ний святых и органа в часовне Холируда, и даже изменением литургии, Джеймса, который был единственным, кто отвечал за благополучие, как
которое было введено в 1616–1617 гг. Джеймс устранился от этих про- религиозное, так и светское, подданных своего королевства.
блем, хотя создавалось впечатление, что для него шотландская церковь Как бы то ни было, сопротивление, оказанное церковью принятию
обладает неким пороком, который может быть излечен копированием «Статьей», весьма показательно и с точки зрения религиозного противо-
южного опыта. «Пять статей» были отвергнуты Генеральной ассамблеей стояния, и в аспекте стремления шотландцев сохранять собственную
церкви в 1617 г., в следующем году они стали предметом обширной поле- идентичность. Желание протестантов отменить празднование Рожде-
мики, все таки были приняты Ассамблеей, но только в 1621 г. с большим ства и Пасхи восходит еще к «Первой книге порядка» 1560 г. Однако
трудом и путем политических манипуляций были подтверждены парла- этот вопрос поднимался и в последующее время — факт, свидетель-
ментом1. Хотя король одержал формальную победу, «Статьи» стали сим- ствующий, что проблема так и не была решена. Не на многих шотланд-
волом того диктата, который начал ассоциироваться с именем Джеймса, цев произвела впечатление идея быть провозглашенными «избранной
слухи о симпатиях монарха англиканскому вероисповеданию все более нацией», особенно эти сомнения усилились после того, как ассамблея
ширились. И эта молва стала битвой, которую монарху так и не удалось 1618 г. все же приняла «Статьи» и стала ассоциироваться с собранием
выиграть в действительности. «лживых клириков». Шотландская церковь, скорее, претендовала на то,
Позиция Джеймса по поводу «Пяти статей» выглядит неожиданно чтобы быть «суровой дочерью гласа божьего», как написал Вордсворт,
жесткой по сравнению с гибкостью, с которой он подходил к другим во- и порой ей это удавалось. Но никогда полностью. Например, в Аберди-
просам. К тому же эта борьба совпала с его инициативой, реализованной не и Перте так и продолжали праздновать Рождество еще до появления
в 1616–1618 гг., по повышению денежного содержания для священни- «Пяти статей», которые предусматривали чтение проповедей только в
ков, в чем король, его шотландские советники и шотландская церковь святые праздники. Всякие обряды были устранены парламентом 1637 г.,
были заодно; и то, что они реализовали, выгодно отличало шотландских и потом опять, после их реставрации в 1661 г., в 1690 г., при этом сто-
протестантских священников от их английских коллег. Успех этой ре- ронники ковенанта высказывали идею, что в Англии тоже должно быть
формы был едко прокомментирован в 1628 г. членом английского пар- отменено празднование Рождества. Эта кальвинистская настойчи-
ламента Бенжамином Радердом, заметившим, что попытки Джеймса вость по поводу отмены праздников длилась настолько долго, что вся-
означали, что священники по всей Шотландии будут иметь годовой до- кие ассоциациативные связи между папизмом и празднованием к тому
ход в 30 фунтов стерлингов, тогда как в Англии жалованье служителя времени исчезли. Однако упущенное для восстановления праздников
время в кальвинистской Шотландии измеряется четырьмя столетиями —
1
  Wormald J. O Brave New World... P. 32. до 1958 г. Рождество не являлось здесь официальным праздником.
150 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 151

Другая сторона этого процесса связана с менее впечатляющей исто- в 1611 г. заметил, что «королевство на протяжении сотен лет хорошо
рией. Правление Джеймса развеяло еще один долго существовавший управлялось и без этих судов». Однако, несмотря на медленно идущий
пресвитерианский миф о том, что епископы — это всегда проклятие для процесс, изменения становились необратимы, чему способствовали
церкви. В 1617 г. английский обозреватель замечал, что в Эдинбурге как социальные процессы и королевская политика, так и все расширяв-
епископы были не в почете, но скорее как собственно личности, а не шаяся популярность юридических профессий, которые стали модными
в связи с положением, которое они занимают. Но Эдинбург — это еще среди представителей младших ветвей знатных родов, формировавших
не вся Шотландия. Епископы времен Джеймса были сдержанными свя- постепенно особую профессиональную идентичность и одновременно
щенниками, с умеренными взглядами, одетые в платье, подобное наряду способствовавших преодолению традиционных элементов социального
обычных церковных служителей, что, по замечанию Споттисвуда, при- порядка. Хотя зачастую все это вызывало опасения у представителей
сутствовавшего на похоронах Джеймса, выгодно отличало их от англий- местной элиты, постепенно лишавшейся свой власти, в том числе и в
ских епископов, и это особенно важно было на уровне местной церкви. осуществлении судебных функций. Напомним, что параллельно этому
Совместный протест английских и шотландских епископов мог возник- процессу исчезновения частного права и роста государственного судо-
нуть лишь как реакция на случай Чарльза I и архиепископа Уильяма производства шел процесс вымывания традиции бондов, связывающих
Лода, который, став архиепископом Кентерберийским в 1633 г., был членов кланов. Хотя «договоры дружбы» все еще продолжали процветать,
полновластным распорядителем в церковных делах, строго требуя точ- объединяя тех, кто преследовал общие цели, главным образом, на местном
нейшего соблюдения принятых при богослужении обрядов и постепенно уровне, а с середины XVI в. — на национальном, что, кстати, в определен-
вводя новые, пытаясь распространить их и в Шотландии. ном смысле, способствовало реформации, поскольку религия также была
Более того, церковные суды, конечно, могли вводить жесткие поряд- делом всего клана. Ковенантская идеология также была частью этого про-
ки, но их решения были тесно связаны с социальным благосостоянием, цесса, поскольку она связывала сторонников одной идеи на локальном и
потому что само существование и деятельность этих судов было гораздо центральном уровнях в рамках определенных представлений.
более эффективным, нежели в дореформационной Шотландии. Такие Ничего из этого не должно было сделать Шотландию даже сколько-
явления социальной жизни, как, например, незамужние матери и их нибудь похожей на Англию. Быстрые изменения были связаны со ста-
дети, беспризорные и т. п., стали предметом заботы церковной сессии новлением новой политической элиты и трансформацией общественных
и оставались ими на протяжении последующего времени. Парадоксаль- нравов. Однако впечатление формирующегося сходства между двумя
но, но голос церкви, поданный против распространения частного права частями королевства оставалось, и члены придворной элиты его вся-
и кровной вражды, сделал ее более эффективным средством борьбы с чески культивировали. В частности, сам Джеймс в выступлении перед
обычаями кровной мести и другими элементами традиционной клано- Палатой общин в 1607 г. заявил, что Шотландия представляет собой ци-
вой жизни, чем все королевское законодательство. Активная позиция вилизованную и управляемую часть королевства, и вслед за ним графы
церкви, которая вмешивалась в повседневную жизнь шотландцев, регу- Данбар и Данфермлин старались продемонстрировать представителям
лируя, часто довольно жестко, социальные процессы, оказалась более английской элиты, с которыми они находились в постоянном контакте,
привлекательной, чем бездействующие протестантские авторы, обли- справедливость заверений монарха. C тех пор, как король в 1605 г. резко
чавшие религиозную политику Джеймса. обошелся с Джорджем, графом Хантли, своим бывшим фаворитом, Дан-
Влияние англиканизма сказалось и в таком светском вопросе как при- фермлин не упускал шанса сказать Роберту Сесилю, что «это сделает
нятие справедливых приговоров в умиротворении враждующих сторон. всех могущественных вельмож более смиренными». Очевидная полити-
Первые попытки таких нововведений были предприняты в 1580-х гг., ка монарха заключалась в том, чтобы сделать своих «могущественных
затем, более эффективные меры — в 1609 и в 1617 гг. Но все это ока- вельмож» кем угодно, но главное смиренными.
залось малорезультативным. К 1625 г. суды, занимающиеся умиротво- Справедливости ради необходимо отметить, что в период с 1603 по
рением враждующих сторон, были установлены менее, чем в четверти 1625 гг. Джеймс искренне интересовался тем, что происходит на севере,
шотландских графств, но в большинстве своем и там были неэффек- ведя постоянную переписку с членами шотландского правительства. Бо-
тивными. Архиепископ Гледстанс в перепалке с Томасом Гамильтоном лее того, он понимал природу шотландского королевства, шотландской
152 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 153

власти, а также, очевидно, умел слушать своих приближенных и пони- Лондона, уходящее своими корнями еще в 1580-е гг., поставить под кон-
мать их рекомендации, с которыми ему, очевидно, везло — граф Данбар троль горную Шотландию. С 1596 г. правительство предприняло целую
являлся советником Джеймса с 1590-х гг. вплоть до своей смерти в 1611 г., серию военных экспедиций на севере с целью подавить сопротивление
будучи англо-шотландским политиком, разъезжая между Лондоном и местных клановых вождей, при этом особое внимание уделялось поло-
Эдинбургом, и принимая решения, важные для монарха, в наиболее от- жению островов, в частности, в 1598 г. возник проект колонизации Лью-
ветственные периоды его правления. Граф помнил монарха, когда тот иса. Победа Англии в Девятилетней войне в Ольстере сделала насущной
был Джеймсом VI, и, очевидно, понимал, что монарх потерял в 1603 г. И необходимость вбить клин между гэльским миром Ирландии и Шотлан-
представители уже британской элиты, такие, как, например, граф Кел- дии. А уния 1603 г. придала усилиям, направленным на умиротворение
ли, выразивший свое настроение графу Мару в письме в ноябре 1623 г., Хайленда, более скоординированный характер.
были серьезно обеспокоены грядущим правлением Чарльза1. Между 1607 и 1617 гг. был сделан целый ряд попыток регулирования
Предметом особой заботы Джеймса был Хайленд, северная Шот- ситуации в Хайленде и на островах1. Корни Статутов уходят, вероятно,
ландия, составлявшая значительную часть Каледонии. В Новое время именно в 1607 г. в кампанию «Искателей приключений с Файфа», сде-
три даты определяют ее историю, являясь теми рубежами, на которых лавших попытку колонизировать Льюис, а также к правительственным
вершилась судьба королевства. С одной стороны, это падение Лордства мероприятиям в этом направлении. Идея Искателей приключений ро-
островов с 1493 г., положившее конец попыткам создать независимую дилась в свою очередь в 1598 г., когда остров Льюис был пожалован во
государственность на северо-западе. С другой стороны, 1746 г., когда в владение нескольким лоулендерским лэрдам, что встретило сопротивле-
битве при Каллодене были разгромлены войска принца Чарли, что от- ние со стороны клана Маклеодов с Люиса, рассматривавшим остров как
крыло дорогу окончательной интеграции Хайленда и всей Шотландии в собственные земли. В августе 1605 г. Искатели приключений сделали
британские структуры. Примерно посередине между этими двумя собы- вторую попытку основать поселение на острове, просуществовавшее до
тиями лежит 1609 г., когда Джеймсом I были подписаны т. н. «Статуты октября 1606 г. и разрушенное усилиями того же Маклеода2. Однако все
Ионы», включавшие девять статей, каждая из которых была посвяще- неудачи не прекратили попыток правительства и частных лиц, и колони-
на разным вопросам, регулировавшим общественную жизнь Северной зация становилась чертой повседневности Льюиса.
Шотландии. В начале 1607 г. Джеймсом был инициирован еще один северный про-
Важность Хайленда в политике шотландских и британских монар- ект, заключавшийся в том, что маркизу Хантли были переданы север-
хов на протяжении всего Нового времени определяется не только тем, ные острова, и вельможа предложил за свой счет завоевать и подчинить
что это была самая крупная по площади часть северного королевства. островное население. Казне он предложил четыреста фунтов годового
Вероятно, еще более серьезное значение регион имел в процессе фор- дохода, однако Тайный совет рассчитывал получать от маркиза никак
мирования национальной идентичности, поскольку без полной интегра- не меньше десяти тысяч в год. В результате переговоров, растянувших-
ции горной Шотландии невозможно было завершить государственное ся на несколько месяцев, было принято решение, устраивающее всех,
объединение. Горские вожди всегда чрезвычайно ревностно относились и проект был одобрен3. Не совсем ясно, правда, чем можно объяснить
к прерогативам короны и своим собственным владениям, где их власть столь большие запросы Тайного совета, сумма в десять тысяч фунтов
основывалась на кровно-родственных связях, поэтому любые попытки кажется не совсем реалистичной. Хотя дальнейшее развитие показало,
вмешательства со стороны Эдинбурга, а позже и Лондона, воспринима- что острова могли быть источником ощутимого дохода для казны.
лись ими крайне враждебно. Еще одним источником проблем на северо-западе был Кинтайр, на-
С другой стороны, действия властей начала XVII в. в отношении ходившийся под управлением южной ветви клана Макдональд. Вос-
Хайленда могут быть охарактеризованы как государственная политика,
1
направленная на расширение полномочий центрального управления.   Важно, правда, то, что, хотя термин «острова» использовался уже в то время, справед-
ливо было бы заметить, что зачастую по отношению к разным островам проводилась
В более широком контексте, это было стремление Эдинбурга, а затем различная политика.
2
  Macdonald D. Lewis... P. 25–32; HP. Vol. II. P. 265–288.
1 3
  Marr and Kellie. Historical Manuscripts... Vol. II. P. 183.   HP. Vol. III. P. 100–105.
154 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 155

пользовавшись внутренними противоречиями в среде клановой элиты, редав все принадлежавшие им крепости в ведение монарха, сжечь все
правительство в 1596 и в 1605 гг. снарядило две военные экспедиции в военные корабли и уничтожить двуручные мечи. Важным было и требо-
регион. Их результатом стал договор, разработанный в ноябре 1606 г., вание, согласно которому горцы были лишь владельцами и пользовате-
по которому земли передавались во владение графу Аргайлу, что и было лями земель, переданных им согласно королевским декретам. И, нако-
реализовано в мае 1607 г.1 нец, еще одно требование заключалось в том, что дети вождей должны
Оба проекта — и Хантли, и Аргайла — использовали схожие схе- были получать образование в Лоуленде.
мы. Местная клановая элита должны была быть заменена новой, более Если бы эта программа была реализована полностью, это значитель-
лояльной аристократией. Правда, в случае с Аргайлом в качестве пред- но подорвало бы власть клановых вождей, клановые структуры были бы
ставителя власти были назначены люди горского клана Кемпбелл, из демилитаризированы, а все клановые противоречия должны бы были ре-
которого происходил сам граф, в то время как Хантли в роли своих на- шаться посредством институтов государства. И, конечно, гэльская куль-
местников видел лоулендерских вождей. Как бы то ни было, ни одна, ни тура в этом случае была бы заменена культурой равнинной Шотландии. И
другая схема не давала гарантии того, что Хайленд будет лоялен, поэто- хотя термин «колонизация» не использовался во время ведения перегово-
му правительство задумывалось над новыми мероприятиями, призван- ров, в документах, сопровождающих их, по сути речь шла именно об этом
ными подчинить регион. процессе, а все спорные вопросы могли решаться без привлечения вож-
В конце 1607 — начале 1608 гг. стало очевидно, что хайлендерская дей, посредством использования норм и структур центральной власти.
политика все еще далека от того, чтобы быть эффективной, и многие за- Все эти требования были предъявлены вождям под угрозой военно-
говорили о необходимости военного вмешательства. И хотя Кинтайр и го вторжения, и уже в следующем месяце пушки, принадлежащие кла-
Льюис находились под контролем, но таких вождей как Аргайл и Хант- нам, были уничтожены. Вскоре после этого, очевидно, в качестве жеста
ли было не так много, и стоило задуматься над управлением острова- примирения, Александр Ог Макдоналд, незаконный сын Макдоналда
ми Малл и Айлей, входящих в состав архипелага Внутренние Гебриды. Данивайга, получил прощение за то, что нелегально владел крепостью
Правительство, с 1597 г. предпринимающее меры по унификации управ- Данивайг1. Но даже после этого осенью началась военная экспедиция
ления, издало статут, содержащий требование подтверждения в течение на острова, возглавляемая лордом Очилтри, в задачи которого входило
шестимесячного срока всех титулов вождей2, что было встречено абсо- принудить вождей выплачивать ренту в пользу короны. Вельможа по-
лютным бездействием со стороны хайлендерской знати, не пожелавшей сетил Скай, Малл и Айлейль, наказав нескольких вождей, обвинив их
признавать свою зависимость от Эдинбурга. Ответом стало решение в жульничестве. Кроме того, он захватил крепости Данивайг и Дюарт,
передать земли тех кланов, вожди которых не перерегистрировали свои оставив в них гарнизоны, верные короне2.
титулы, в руки новых правителей. Вскоре, в декабре, правительством была создана комиссия для пере-
В марте-апреле 1608 г. Эдинбург объявил о подготовке новой экспе- говоров с вождями с целью искоренения варварства на островах и ци-
диции на север. Тайным советом была создана комиссия для перегово- вилизовывания горных районов страны. В ее задачи входило не просто
ров с Ангусом Макдоналдом и Гектором Маклином Дуартом, которые способствовать получению рент от горских вождей, но ускорить про-
являлись наиболее могущественными вождями Айлейля и Малла со- цветание и экономическое развитие, а также основать поселения по
ответственно. К ним обращались как принято было обращаться к вели- образцу лоулендерских. Цена решения проблемы, а также средства, ис-
ким ирландским вождям — «Макконейл» и «Маклайн». Но и требова- пользуемые для этого, зависели от того, насколько вожди будут готовы
ния, предъявляемые к ним, были довольно существенны: помимо того, изменить традиционный образ жизни, принять «цивилизацию» и образ
что вожди должны были выплачивать определенную ренту в казну за жизни шотландцев. Но монарх заявлял, что в его намерения не входят
пользование землями, от них потребовали, чтобы они и их сторонники «резкие меры». По его словам, на островах проживают три типа населе-
перешли под юрисдикцию короны, поклявшись соблюдать закон, и, пе- ния, которое может быть потенциально проблематично. Первые — это

1 1
  Ibid. P. 72–85.   APS. Vol. IV. P. 404.
2 2
  APS. Vol. IV. P. 138–139.   RPC. Vol. VIII. P. 173-175.
156 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 157

вожди, не имеющие права на те земли, где они проживают и в которых Но просто обещаний было недостаточно, должны были быть предъяв-
«они используют тиранические формы власти». Во-вторых, это последо- лены существенные гарантии. Важно было и то, что обе стороны схо-
ватели этих вождей, не способные или не желающие, возможно, из-за дились во мнении по вопросу о «варварстве» горцев и о необходимости
тирании своих лидеров вести цивилизованный образ жизни и существу- своего рода реформирования хайлендерского общества.
ющие за счет тех, кто трудится. И, в третьих, это все остальные, постав- Но был также целый ряд и нерешенных вопросов. Во-первых, неого-
ляющие продукты первым и вторым. Первые должны быть изгнаны и воренной оставалась сумма ренты. Во-вторых, комиссионеры стреми-
лишены своих земель — очевидно, эхо апрельских требований Тайно- лись снизить объем земельных держаний вождей, но в этом вопросе они
го совета. Вторые также могли быть изгнаны или принуждены к труду. были далеки от решения проблемы. Вожди не предлагали каких-либо су-
А третьи должны быть поставлены под контроль для того, что избежать щественных мер, направленных на разрушение клановой системы, чего-
их участия в восстаниях против истинной власти1. Конечно, эта «типоло- то такого, что комиссионеры могли бы воспринять как существенные
гия» не основывалась на сколь-либо детальном анализе клановой струк- подвижки. И, наконец, взгляды двух сторон на реформирование обще-
туры. Скорее, это был продукт идеологии и плохой информированности, ства значительно различались, в частности, в том, что касалось гэльской
особенно в том, что касается тиранической власти вождей, живущих за культуры.
счет тех, кто трудится. Но как бы то ни было, именно такие представле- Весной 1609 г. епископ островов Эндрю Нокс прибыл ко двору мо-
ния задавали формат для будущих переговоров с вождями и определяли нарха для обсуждения важных дел, и вскоре состоялся показательный
рамки хайлендерской политики. процесс над сэром Джеймсом Макдоналдом, наследником Ангуса Мак-
В ноябре 1608 г. вожди были готовы подписать соглашение, обратив- доналда, который в течение нескольких лет находился в заключении и
шись лишь с просьбой сохранить за ними власть над клансменами, аргу- был приговорен к казни, так и не состоявшейся1. В июне, очевидно, по-
ментируя это предложение традиционным порядком и тем, что это будет сле дискуссий с Ноксом, король обнародовал свой план по лишению соб-
способствовать сохранению мира. Во всем остальном они готовы были ственности целого ряда вождей, которые обязаны были подчиниться и
идти на уступки правительству. Однако петиция оставалась без ответа, а содействовать в реализации этого плана2. Ускорить это взаимодействие
вожди продолжали находиться под контролем. Тогда 24 февраля 1609 г. призвана была новая экспедиция, отправляемая на острова. Причем это
Гектор Маклин Дуарт выступил с новыми предложениями. Он брал на был не просто военный проект, но и предприятие, должное продолжить
себя ответственность за поведение всего населения Малла, за редким переговоры. И во главе его были поставлены Генеральный контролер
поименным исключением, а также за все население других земель, при- Хэй и епископ Нокс.
надлежащих ему, а его сыновья и братья должны были стать заложни- Результатом деятельности именно этой комиссии стали Статуты
ками на случай нарушения им мира. Кроме того, вождь обещал монарху Ионы — документ, призванный изменить ситуацию в горах. Хэй и Нокс
ежегодные выплаты, сумма которых оговаривалась дополнительно2. Ис- должны были оценить королевскую собственность на островах, отметив,
ходя из аналогичных предложений, сделанных Ангусом Макдоналдом в кто реально ей владеет, принудить вождей пойти на переговоры о новых
1606 г., можно сделать вывод о том, что на подобных позициях стояла поселениях на островах, призвать лояльных вождей преследовать тех,
большая часть хайлендерской элиты. кто потенциально мог быть источником опасности, а также провести ряд
Если принять во внимание апрельские и декабрьские 1608 г. требо- судебных процессов. Они наделялись полномочиями использовать воен-
вания короны, а также ответ Маклина февраля 1609 г., то становится ную силу в том случае, если это было необходимо.
очевидным тот факт, что между двумя сторонами существовало некое Фактически контролер Хэй не принимал участия в этой экспедиции,
подобие консенсуса, по крайней мере, по принципиальным вопросам: во- возможно, потому, что был болен. И хотя он регулярно участвовал в за-
первых, по вопросу о королевской ренте, во-вторых, по проблеме, свя- седаниях Тайного совета, его смерть, наступившая годом позже, свиде-
занной с признанием королевской власти вождями и их клансменами. тельствует в пользу предположения о его болезни. В его отсутствие епи-

1 1
  Ibid. P. 742–747.   CTS. Vol. III. P. 1–10.
2 2
  Ibid. P. 748.   RPC. Vol. VIII. P. 752–753.
158 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 159

скоп Нокс попросту игнорировал основное указание монарха, связанное бов, которыми вожди утверждали свой статус, были пиры, «сражения с
с оценкой королевской собственности. Прибыв на острова, 23 августа он едой», как они определялись. Вождь, которому удавалось закатить для
учинил суд над вождями, назвав его «Суд северных и южных островов, своих сторонников наиболее масштабное застолье, признавался самым
происходящий на Ионе». Именно этот суд инициировал правила, извест- могущественным правителем1. Лоулендерам было не под силу понять
ные как Статуты Ионы. этот обычай — все, что они видели в нем, были лишь пьяные возлияния,
Девять статей Статутов предполагали следующее: защиту церкви переходившие в оргию. Пресвитерианам с равнины более подходили
и церковной дисциплины (глава 1); основание сети постоялых дворов скромные трапезы, к которым они желали призвать и горцев. Статуты в
(глава 2); ограничение военных свит вождей (глава 3) и полное устра- этой связи были направлены на то, чтобы ограничить пиры только рам-
нение института ближайших телохранителей (глава 4); производство ками домовладения самого вождя и способствовать тому, чтобы обыч-
вина и дистилляция виски запрещались (глава 5); вожди и представи- ные хайлендеры у себя дома производили только эль.
тели клановой элиты должны были отправлять своих сыновей для по- Анализ этих статей, очевидно, свидетельствует в пользу атаки на па-
лучения образования в Лоуленд (глава 6); запрещалось хранение огне- тронажные практики и горский обычай гостеприимства, связывающие
стрельного оружия (глава 7); институт бардов должен был подвергаться вождя и его людей, хотя в действительности вторая статья практически
гонению (глава 8); ответственность за это несли вожди, которые могли не была реализована, за исключением основания нескольких «королев-
быть арестованы в случаях нарушения закона (глава 9)1. Сложно не за- ских домов» в таких местностях как Балкухидер и Ранок Мур. Правда,
метить, что объектом атаки была гэльская культура, поскольку и хране- Алан Макиннес видит в пятой статье еще и попытку меркантилизма,
ние оружия, и институт свит вождей и клановых бардов, и многое другое что, вероятно, для Хайленда было еще слишком рано2. Очевиднее всего,
было тем, что составляло ядро горской культуры. И документы той поры что обе статьи были направлены на то, чтобы снизить власть вождей, за-
предоставляют отчетливые свидетельства такого давления. ложив основу интеграции Хайленда в государственные структуры.
Церковь и церковная дисциплина занимали незначительное место в А. Макиннес внес наибольший вклад в интерпретацию третьей гла-
хайлендерской политике Джеймса, как и его предшественников, одна- вы документа. Ему удалось показать, что военные структуры островных
ко для епископа Нокса это был вопрос, требующий немедленного вме- кланов и кланов восточного побережья значительно отличались от тех,
шательства. Протестантская церковь действительно нуждалась в рас- что существовали в других регионах Шотландии. Обычный клан в горной
пространении среди жителей горной Шотландии, где священниками и Шотландии управлялся вождем и таксменами, вместе составлявшими
чтецами были заняты далеко не все приходы. И хотя пресвитериане до- клановую элиту, землевладельческую и военную. Таксмены представля-
вольно успешно выполняли свою проповедническую миссию в Хайлен- ли собой, чаще всего, родственников вождя, и вместе с ним управляли
де, церковная дисциплина, определяемая, согласно канону, церковными кланом. Но на островах существовал еще институт «буаннакана», воен-
сессиями, не могла не страдать от того, что до конца XVII в. эти собра- ной дружины, проживавшей непосредственно в домовладении вождя3 и
ния проводились не на всех территориях. Первая глава Статутов должна время от времени, до 1602 г., когда было подавлено восстание Тирона,
была исправить это положение. Кроме того, статья осуждала практику служившей наемниками в Ирландии. Именно этому слою была адресова-
«кельтского мирского брака», согласно которой муж (в редких случаях — на третья глава. Глава четвертая, направленная против сорнинга, от гэль-
жена, если она владела собственностью) имел право уйти от супруги. ского sorthan — три четверти, запрещала практику рекрутирования «бу-
В этом случае брак представлял собой временный контракт, который аннакана» из среды простых горцев, в то время как таксмены, постепенно
мог быть в любой момент разорван, против чего и выступала церковь. становившиеся арендаторами, признавались легальной категорией.
Статьи вторая и пятая, которые могут быть рассмотрены вместе, Глава шестая гласила, что «каждый джентльмен или йомен [живу-
основание постоялых дворов и запрет на изготовление вина и виски, щий] на указанных островах, имеющий детей, мужского или женского
соответственно, представляют собой странную пару. Один из спосо-
1
  Dodgshon R. A. West Highland Chiefdoms...
2
1
  Statuses of Iona. 1609 // Scottish Historical Documents. Ed. by G. Donaldson Glasgow. 1999.   Macinnes A. I. Clanship... P. 66.
3
P. 172–174.   Ibid. P. 56–59.
160 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 161

пола, будучи богопослушным, должен поместить своего старшего сына Очевидно, что «Статуты Ионы» не ставили непосредственно цель
или, если у него нет ребенка-мальчика, старшую дочь в школу Лоулен- оказать силовое давление на жителей Хайленда, а должны были лишь,
да», чтобы он мог говорить, читать и писать по-английски. Цель всего ознакомив с планами и намерениями правительства относительно се-
этого — превратить клановую элиту в лоулендеров и отвратить вождей верной Шотландии, продемонстрировать решительность этих намере-
и население Хайленда от гэльской культуры. Некоторые вожди имели ний и неудовлетворенность одним лишь успокоением Хайленда. Мо-
лоулендерское образование и до 1609 г., и поэтому сложно проследить нарх стремился к тому, чтобы, изменив социальную основу вождества,
реальные результаты усилий, отраженных в этой главе. Большая же превратить клановых лидеров из местных правителей, действующих в
часть населения продолжала, как и прежде, хранить верность гэльской соответствии с традиционными нормами, в подданных правительства, и
культуре. все статьи «Статутов» были подчинены этой цели. Тем самым, по мне-
Глава восьмая была логическим продолжением шестой — способ- нию Джеймса, закладывалась основа для формирования лояльной про-
ствуя развитию лоулендерской культуры, необходимо было устранить винции, в которой можно будет проводить модернизацию. В этой связи
корни всего гэльского. Это была атака на классическую гэльскую по- не совсем корректным представляется мнение некоторых авторов о том,
эзию, которую так отважно защищали горские вожди и все остальные что король, якобы, был принципиальным противником гэльской культу-
горцы. Хотя цель не была достигнута, и авторитет бардов, чьими поэма- ры. Скорее все же, борьба с проявлениями горских обычаев, традиций
ми заслушивались многие поколения, не был утерян, намерения были и т. п. являлась выражением стремления унифицировать шотландскую
вполне прозрачны. культуру, а вместе с ней и всю общественную систему. Кроме того, в до-
Глава седьмая запрещала хранение огнестрельного оружия, чем в кументе не было ничего, что указывало бы на симпатии правительства
определенной степени воспроизводила парламентские статуты, издан- в адрес вождей, скорее наоборот — текст был полностью призван раз-
ные незадолго до этого1. По мнению А. Макиннеса, только файн, то есть рушить их власть. Самая позитивная из предполагаемых перспектив за-
клановой элите, было разрешено вооружаться и иметь при себе оружие, ключалась в том, что хотя численность военного сопровождения вождей
что, по сути, является признанием ее права защищать клан и клановые ограничивалась, совсем военная дружина не устранялась. Все остальное
поселения2. В целом, мера была крайне мало выполнимая, и настаивай не сулило лидерам горских кланов никаких радужных перспектив.
Нокс на ее полной реализации, даже парламент не мог ему гарантиро- Вскоре после издания Статутов Нокс вернулся в свой диоцез, и уже
вать полное выполнение данной главы Статутов. Хотя Макиннес под- 28 сентября 1609 г. он присутствовал на заседании Тайного совета. Тогда
черкивает разницу этого положения и статьи четвертой соглашения же комиссионерам был представлен отчет, на основании которого они со-
между короной и вождями 1616 г., в которой разрешалось иметь оружие ставляли свои рекомендации и принимали решения. Одним из ближайших
тем, кто находился на королевской службе, вряд ли это было столь зна- решений был вызов Ангуса Макдоналда в суд по делу, предмет которого
чимо, поскольку любая королевская военная служба предусматривает установить не удается, а также возобновление торговли между островами
ношение оружия. и графством Аргайл. На этом последнем пункте особо настаивали вожди,
Наконец, девятая статья предписывала вождям арестовывать всех отказывавшиеся платить королевскую ренту без возобновления торговли.
тех, кто противился букве Статутов, и препровождать их туда, где они Создается впечатление, что Статутами Ионы было достигнуто общее
могли бы предстать перед судом, вероятно, на суд шерифов Инвернесса соглашение между вождями и официальными представителями короны.
и Аргайла. Эта глава особо недвусмысленно свидетельствует об ограни- Но тем более удивительно, что новый 1610 г. открывался той же пробле-
ченных полномочиях Нокса — в качестве лишь заседателя суда он не мой — необходимостью достижения соглашения между вождями остро-
мог самостоятельно вершить правосудие. Правительство рассчитывало, вов и комиссионерами. Значит ли это, что первое соглашение не было
что судьи будут пользоваться услугами суда баронов для того, чтобы на- достигнуто, или оно просто не работало?
казывать преступников без обращения в суд более высокой инстанции. Центральной идеей новых инициатив была конференция с вождями
о будущем островов. Предполагалось, что большая часть вождей прибу-
1
  APS. Vol. IV. P. 134. дут на встречу, хотя от некоторых и приходилось ждать сопротивления.
2
  Macinnes A. I. Clanship... P. 65. Одним из последних был, например, Родерик Макнил Бара, последова-
162 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 163

тельно избегавший участия во всяких правительственных инициативах. Конференция вождей, начавшаяся с опозданием 28 июня, не при-
Джеймс приказал провести встречу 8 марта, хотя Советом она планиро- несла ничего принципиально нового. Было лишь согласовано, что новый
валась на 1 мая. Но и на этой конференции Статуты не упоминались, так, визит королевского представителя состоится в ближайшем будущем,
будто бы их и не было. Одно из возможных объяснений заключается в и вожди обещали содействовать ему во время пребывания в Хайлен-
том, что работа Нокса была признана слабой, и Тайный совет предпола- де. Важно было и то, что вожди и правительственные сановники были
гал разработать новый документ. Другое объяснение — Нокс проделал удивлены друг другом в том, что обе стороны способны вести диалог
хорошую, но недостаточную работу, и Совет рассчитывал подготовить без взаимных категорических требований. Хотя обоюдное давление со-
второй, дополнительный Статут по вопросу о Хайленде и островах. хранялось — вожди стремились к тому, чтобы правительство и корона
Статуты Ионы не содержали ничего, что могло бы вызвать порица- наделили их соответствующими титулами знати, а монархия со своей
ния в адрес Нокса или обвинения в излишней уступчивости вождям. От- стороны жаждала получить ренту, лишить вождей военной свиты и т. д.
ельные члены Совета могли счесть, например, что глава пятая и восьмая Однако летом 1610 г. всем было ясно, что диалог может продолжаться.
документа, предусматривавшие необходимость основания в горах целой Именно этот компромисс по большей части вопросов, связанных с
сети постоялых дворов, слабо проработана, но эту частность совет мог островами и Хайлендом, привел, очевидно, к тому, что 27 июля 1610 г.
просто проигнорировать. Или третья глава, не устраивавшая канцлера, Статуты были наконец одобрены Тайным советом1. Участники кампании
о значительном сокращении военного сопровождения вождей, тем не «Искателей приключений», возобновившейся с осени 1609 г., представ-
менее, была им все равно вотирована. Иными словами, в целом к Стату- лявшей собой влиятельное лобби, были полностью удовлетворены до-
там среди членов Совета наблюдалось положительное отношение. стигнутыми соглашениями между правительством и вождями и не стали
Однако в документе действительно оставался целый ряд не прояс- препятствовать регистрации документа.
ненных вопросов, как, например, объем королевской ренты или меха- Как в целом можно интерпретировать правительственную политику
низм подтверждения статуса наследуемых вождем земель. Вероятно, в отношении Хайленда? Самое главное, мероприятия Джеймса в горной
Нокс предполагал, что в этих проблемах ему не удастся отстоять интере- Шотландии находились в русле его более общих мер, связанных с цен-
сы короны, и поэтому целесообразнее было оставить их без решения. И трализацией страны и со строительством национальной государствен-
на протяжении первой половины 1610 г. правительство было озабочено ности. Кроме того, думается, что монарху принадлежит, по крайней
тем, чтобы заполнить эти пробелы в Статутах. мере, несколько жизненно важных для королевства инициатив. Первая
Восьмого мая Джеймс написал длинное письмо в адрес Совета, где и, очевидно, основная заключалась в том, что отныне государство пока-
изложил свои мысли по поводу островов, утверждая, что их население зало свое желание и способность предпринимать силовые акции против
до сих пор «лишено цивилизации и не подчиняется законам». И хотя, горцев, не следующих его линии. В результате был проведен ряд воен-
по мнению монарха, предпринимались усиленные попытки решить про- ных походов, призванных продемонстрировать, что отныне вожди будут
блему, они, как правило, оставались безуспешны. Вместе с тем, язык, находиться под пристальным присмотром. Единственная экспедиция,
которым было написано послание, скорее оптимистичен по отношению инициированная Джеймсом V в 1540 г. такого эффекта не возымела.
к будущему Хайленда, и кроме того, монарх продемонстрировал свое Армии же Джеймса VI показали, что войска не просто приходят в Хай-
близкое знакомство с содержанием Статутов. Более того, на Нокса воз- ленд и уходят оттуда, их постоянное присутствие отныне должно было
лагалась обязанность продолжить работу в направлении создания усло- ощущаться постоянно. Первая такая экспедиция, проведенная в 1596 г.,
вий для цивилизовывания Хайленда. И все это свидетельствует в пользу свидетельствовала об изменении курса, затем последовали 1605, 1608,
того, что Статуты рассматривались как многообещающее начало этого 1614 и 1625 гг. А после 1603 г. эти походы рассматривались также как
процесса. И, наконец, не менее важно и то, что, наделяя Нокса званием силы, способные поддержать политику Англии в Ольстере.
стюарда Островов, Джеймс подтверждал, что «все эти острова, или, по Наиболее активное вмешательство в Хайленд осуществлялось так-
крайней мере, большая их часть, является нашей собственностью»1. же в форме колонизационных проектов. Начиная с кампании «Пяти

1 1
  RPC. Vol. IX. P. 16–18.   Ibid. P. 24–25.
164 Часть I. Шотландия на рубеже Средневековья и Нового Времени... Глава 3. От конфронтации к успокоению и обратно... 165

искателей приключений», подобные проекты продолжались, и хотя лельную идентичность, связанную с их положением как британских
Маклеод, на земли которого высадился «колонизационный десант», в джентльменов. Это второе их воплощение отражало одновременно
итоге одержал победу, его власть оказалась значительно подорванной. и результаты унии корон, и процесс размывания собственно горской
Отныне королевские служащие не оставляли попыток новых аналогич- культуры, о стремлении к которому свидетельствуют Статуты 1609 г.
ных проектов. Тот факт, что в Статутах Ионы колонизация не упоми- и соглашение 1616 г. Становясь вровень с лоулендерским лордами,
нается, не должен, вероятно, вызывать удивления. Этот документ был хайлендерские вожди являли собой более общий процесс сращивания
направлен на ведение диалога между правительством и вождями, в то владельческих классов в рамках Британии, процесс, конечно же, дале-
время как колонизация предусматривает диалог лишь в очень ограни- кий от завершения. Начало XVII столетия было тем периодом, когда
ченной форме. британская корона наиболее последовательно заявляла о варварской
Однако колонизационные проекты получили слабое развитие в Хай- стороне гэльской культуры, стремясь к тому, чтобы все гэльское было
ленде еще по одной причине, и это характеризует третье направление удалено из шотландской национальной идентичности. Однако эти
политики Джеймса в отношении горной Шотландии. В его правление стремления были чрезвычайно далеки от того, чтобы быть реализова-
все большую поддержку стали получать те вожди, которые шли на со- ны в одно мгновение.
трудничество с короной, в первую очередь, это были Кемпбеллы и Между двумя идентичностями, горской и британской, балансиро-
Макензи. Те же, кто отказывал короне в лояльности, выплате ренты и вать на грани которых теперь должны были вожди, пролегала слишком
других свидетельствах верности, должны были подвергаться гонениям, большая пропасть. Гэльские поэты хотели, чтобы вожди сохранили свою
орудием которых были все те же Аргайлы. Сами колонизационные про- традиционную идентичность, и стремились оградить их от английского
екты были открыты только для лояльных монархии вождей. Как резуль- влияния, столь далекого и чуждого большей части рядовых хайлендеров.
тат Маккензи получили остров Льюис в 1610 г., а Кемпбеллы овладели Сами же вожди испытывали слишком большое искушение быть одно-
Айлейлем в 1614 г. временно и горскими лидерами, и лондонскими джентльменами. Одна-
Четвертое направление хайлендерской политики Джеймса было свя- ко эта история, в которой можно было чередовать и смешивать хайлен-
зано с регулярным изъятием средств у горцев пользу короны. Монарх дерскую и британскую идентичность, принадлежит, скорее, середине
лишь отчасти стремился к цивилизовыванию гор, другой стороной его XVIII столетия, чем началу века XVII.
политики было пополнение казны. Колонизационные проекты могли История интеграции Хайленда показала, что уния 1603 г. во многих
проваливаться, но тот факт, что теперь горцы платили в королевскую отношениях была несовершенным проектом — политическое единство
казну, бесспорно, в глазах Джеймса, делал их более цивилизованными. было половинчатым, религиозные отличия устранены не были, а порой
И этим измерялся успех короны в хайлендерской полити