Вы находитесь на странице: 1из 3

О Торарине Дерзком

Жил человек по имени Торарин, по прозвищу Дерзкий. Жил он на Столбовой


Усадьбе в Островном Фьорде и слыл человеком заносчивым и решительным. Отцом
Торарина был тот Торд, который часто упоминается в саге о жителях Осинового Склона,
а мать звали Хильд; она была дочерью Гаута сына Армода. Торарин был известным
купцом.
Как-то раз Торарин привел свой корабль из плавания в Лавовую Заводь: он
рассчитывал добыть себе лес для жилья. В это самое время в Заводи стоял корабль
Торгейра сына Хавара, а тем летом Торгейра объявили вне закона за убийство Торгильса,
родича Греттира сына Асмунда, и за скрытое убийство Торира с Корабельного Сарая.
Торарин созвал своих людей и сказал:
— Случилось так, что здесь оказались те люди, которые многим ведомы своими
бесчинствами; кое-кто потерял из-за них своих родичей, и теперь стоит решиться на
месть. А сам Торгейр худший из людей.
После этого они приготовились к захвату кнёрра. Одного из спутников Торарина
звали Мар, а другого Торир.
Когда Торгейр понял, к чему идет, он призвал своих людей обороняться и проявить
мужество. Затем завязалась жестокая битва; нападавших было сорок человек, а
защищавшихся гораздо меньше. Торгейр оборонял штевень и держался стойко. Когда
ряды защитников поредели, натиск на штевень возрос. В этой схватке Торгейр сразил
Мара с Ториром. и еще двоих человек, и пал сам. Всего он убил XIIII человек 1. Торарин
убил семерых и отрубил Торгейру голову; он увез ее к себе домой в Островной Фьорд и
засолил.
Об этих событиях узнали повсюду. Многие превозносили это деяние и почитали его
верхом смелости. Но Эйольв сын Гудмунда с Подмаренничных Полей в свой черед
сказал, что редко случалось такое, чтобы дружинники конунга Олава оставались
неотомщенными,
— и вовсе неясно, долго ли эти люди будут хвастать победой. К тому же мне
говорили: что Торгейру пришлось сражаться с превосходящими силами. Правда, народ
не любил Торгейра; однако ж он был мил конунгу.
Эйольв, как и его отец Гудмунд, был дружинником конунга Олава.
Когда люди собрались на альтинг, Торарин велел достать голову и сказал, что они
возьмут ее с собой и предъявят в подтверждение совершенного. Торарин подошел к
Скале Закона, когда там собралось очень много народа. Он взял слово:
— Всем тут, наверное, ведомо о тех событиях, которые случились прошлой осенью,
когда Торгейр сын Хавара лишился жизни. Здесь присутствуют люди, которые должны
были мстить ему и которые давали за его голову деньги. Я думаю, что ради них нужно
предъявить свидетельство того, что я с этим делом справился. И я считаю себя
владельцем тех денег, которые люди выложили за его голову. А если кто-нибудь
сомневается в моем рассказе, может теперь взглянуть на нее, —
— и он поднял голову и показал ее.
Тогда Эйольв сын Гудмунда сказал:
— Я полагаю, что о смерть Торгейра — очень большая потеря, ибо, если я
правильно понимаю — а нам это известно доподлинно — конунг Олав высоко ценил
Торгейра сына Хавара, и тот был его дружинником. А ты, Торарин, слишком много взял
на себя. Велика мощь владыки и много путей у конунга2.
На этом они расстаются, и Торарин увез голову Торгейра обратно на север.
Вернувшись в Островной Фьорд, Торарин сказал:
— Убийство Торгейра дольше сохранится в памяти людей, если мы положим его
голову в курган возле Угловой Пристани.
Так и поступили.
Когда корабли пришли из Исландии в Норвегию, вести о гибели Торгейра и его
товарищей дошли до конунга Олава. Конунг спросил, чьих рук это дело. Корабельщики
рассказали, что сделал это Торарин Дерзкий, и что он усугубил убийство тем, что зимой
положил голову в соль, а следующим летом привез на альтинг. От этих вестей конунг
пришел в сильный гнев и сказал:
— Людей убивают часто. Но не доводилось слышать, чтобы убийцы так поступали 3.
И мы, конечно, желали бы, чтоб сделано это было руками обреченного 4.
В это самое время Тормод Скальд Чернобровой отправился в Гренландию убивать
Торгрима Тролля и мстить за Торгейра сына Хавара. Он также сочинил поминальную
драпу, которая подтверждает все эти события.
Конунг вызвал к себе человека по имени Сигурд; тот собирался плыть в Исландию.
Конунг сказал Сигурду:
— Когда будешь в Исландии, поезжай к моему дружиннику и другу Эйольву сыну
Гудмунда и вручи ему эти деньги. Здесь восемь марок весового серебра 5. Я хочу
передать ему эти деньги, и вместе с ними мою дружбу 6. А взамен я хочу, чтобы Эйольв
распорядился убить Торарина Дерзкого.
Сигурд взял деньги и отбыл своей дорогой; он вышел в море и привел корабль в
Островной Фьорд. Вскоре устроили торжище и завязалась торговля.
Эйольв подъехал к кораблю и встретился с кормчим. Они условились о зимовке и о
покупках, и Эйольв пригласил кормчего к себе; остальные устроились на зиму в
Островном Фьорде. Когда Сигурд прибыл домой на Подмаренничные Поля, он излагает
Эйольву послание конунга и выкладывает деньги.
— А взамен он хочет, чтобы ты умертвил Торарина Дерзкого за убийство Торгейра
сына Хавара.
Эйольв поблагодарил конунга за дары и за дружбу.
— А с наказом, который он мне шлет, я рассчитываю справиться при помощи удачи
конунга.
Осенью, когда люди отправились на разъездные тинги, Эйольв выехал вместе со
своей свитой. Торарин Дерзкий тоже выехал с большой свитой. Вместе с ним ехал его
раб по имени Грейп [«Хват»], большой и сильный 7. Днем всадники двигались быстро, и
раб пронесся на коне мимо Торарина, забрызгав того грязью. Торарин сказал:
— Будь ты проклят, мерзейший из рабов 8, вести себя со мной так! — и он бьет его
по спине рукоятью меча.
Раб же повернулся и спросил, не хочет ли Торарин предложить какую-нибудь виру 9
[………]

Примечания
«Прядь о Торарине Дерзком» содержится в одной из редакций (рукопись AM 162 C fol.)
«Саги о людях со Светлого Озера». Конец пряди не сохранился. Перевод сделан по изданию:
Íslensk Fornrit, X. Bindi. Reykjavík, 1940.
Прядь повествует о событиях, о которых рассказывается в «Саге о Названных Братьях»,
однако в отличие от саги, она опирается не на традицию Западных Фьордов, а на местные
предания Островного Фьорда. Этим объясняется то, что в пряди выпячивается роль уроженцев
этих мест, а упоминания самих названных братьев — Торгейра и Тормода, равно как и их
покровителя Торгильса сына Ари скудны и грешат неточностями. Вместе с тем рассказчик
«Пряди о Торарине» был знаком с «Сагой о Названных Братьях»; лучше всего это видно из того,
что он повторяет ошибку рассказчика саги о числе жертв Торгейра. Можно полагать, что «Прядь
о Торарине» была записана в середине XIII в.

1 …всего он убил четырнадцать человек — явная описка вместо «XIII», прокравшаяся в


текст «Пряди» из «Саги о Названных Братьях». В свою очередь, цифра «13» в прозаическом
тексте саги возникла в результате недоразумения: в действительности, в стихах Тормода сказано,
что Торгейр убил 13 человек за свою жизнь, а в последней схватке — двоих, именно — Мара с
Ториром.
2 …велика мощь владыки — по-видимому, сентенция, клише.
3 …но не доводилось слышать, чтобы убийцы так поступали — тем не менее, в сагах
содержатся указания, что головы врагов клали в соль, ср. «Сагу о Греттире», гл. LXXXIV.
4 и мы бы, конечно, хотели, чтобы это было сделано руками обреченного — данная реплика
конунга выполняет двойную нагрузку: во-первых, она служит указанием для его подчиненных,
во-вторых, является речевым действием — проклятьем, адресованным Торарину.
5 Пять марок весового серебра были относительно небольшой суммой. Предлагая её за
голову Торарина Дерзкого богатому человеку — Эйольву Хромому — конунг Олав дает понять,
что главным мотивом Эйольва должна быть не корысть, а обязательства перед конунгом. С
другой стороны, снабжая Эйольва деньгами, конунг проявляет к нему уважение, ведь Эйольву
для выполнения поручения предстоит нанять убийцу.
6 …и вместе с ними мою дружбу — эта фраза конунга Олава означает, что, поручая своему
дружиннику Эйольву убить врага, конунг вручает ему для этого свою удачу. Именно так это и
понимает сам Эйольв, когда он отвечает посланнику конунга, что намерен управиться при
помощи «удачи конунга».
7 Грейп — то же лицо, которое в «Саге о Названных Братьях» названо Гримом. (Догадка
Бенедихта Свейнссона — IF VI, 257). Либо здесь произошла порча текста, либо Грейп является
не именем, а прозвищем.
8 Ругательство мерзейший из рабов по отношению к Грейпу, видимо, было оправдано:
скорее всего, он был наемным убийцей. Выражение Пса работа, которое Тормод употребляет,
говоря о деяниях Грейпа в Исландии в висе № 28 «Саги о Названных Братьях», недвусмысленно
указывает, что помимо убийства Торарина Дерзкого, за Гримом-Грейпом числилось еще что-то.
9 Конец пряди допускает два варианта — либо раб стакнулся с Эйольвом после ссоры с
хозяином, либо нарочно вызвал Торарина на ссору, будучи подкуплен заранее.
Перевод: Циммерлинг А. В.
Источник: Исландские саги. — Studia philologica. «Языки русской культуры», 2000.
OCR: Стридманн
 оглавление
© Tim Stridmann