Вы находитесь на странице: 1из 157

Т . И .

МАКАРОВА

ЧЕРНЕВОЕ
Д Р Е В Н Е Й РУСИ
АКАДЕМИЯ НАУК СССР
Ордена Трудового Красного Знамени
ИНСТИТУТ АРХЕОЛОГИИ

Т.И.МАКАРОВА

ЧЕРНЕВОЕ ДЕЛО
ДРЕВНЕЙ РУСИ

Ответственный редактор
академик
Б. А. РЫБАКОВ

МОСКВА

«НАУКА»
1986
В книге рассматривается начальный этап (X—XIII вв.) черневого дела Руси, кото-
рое до сих пор составляет гордость русского ювелирного ремесла. Анализ более
300 изделий, выполненных древнерусскими мастерами черневого дела, позволил вы-
делить произведения, вышедшие из одной мастерской и даже из рук Отдельных
мастеров. В круг проблем, освещенных в книге, входят вопросы технологии и
хронологии, классификации изделий с чернью и их периодизации. Особой заслугой
автора можно считать выделение локальных школ черневого дела Руси. Важное
значение имеет каталог украшений с чернью, включающий почти все сохранившие-
ся до наших дней предметы.

Рецензенты:
Г. К. ВАГНЕР, В. П. ДАРКЕВИЧ

М 0507000000-306 53-86-III © Издательство «Наука», 1986 г.


042(02)-86
ГЛАВА ПЕРВАЯ

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ ЧЕРНЕВОГО ДЕЛА


ДРЕВНЕЙ РУСИ

«Ты, кто бы ты ни был, драгоценнейший сын, должен исследовать


могучую ниву различных искусств и пожертвовать рассудком и ста-
ранием, чтобы собрать то, что тебе нравится, — не считай ничтож-
ными ценные дары природы, которые тебе неожиданно принесла
родная земля. Иначе ты уподобишься глупому купцу, который
нашел в яме, в земле, сокровище и не стал его собирать и
хранить...»
а
Теофил Пресвитер

Ч ернение по серебру — искусство для России


древнее и живое одновременно. Взлеты его со-
впадали со становлением древней русской го-
сударственности в XI—XII вв., возрождением ее в
повторимые следы индивидуальности отдельных мас-
теров.
Интересно выяснить и то место, которое занимало
черневое дело в прикладном искусстве Руси в целом,
лице Московского княжества в XIV—XV вв. и расцве- и резонанс, который оно имело в средневековье у
том Московского государства в конце XV—XVII в. других народов, в других странах. Все эти вопросы
Как показывают новейшие исследования, перерыва и будут предметом предлагаемого исследования.
в сложной технике черни не было, были только пе-
риоды временного упадка, при которых, однако, * * *
традиция чернения не утрачивалась. Поэтому можно
сказать, что мастерство современных ювелиров — Знакомство русского читателя с древними черне-
специалистов по черневому делу — насчитывает выми изделиями началось с публикаций находок из
почти тысячелетнюю традицию. первых доставшихся науке русских кладов в 30-х го-
В древности высоко ценили утонченные произве- дах XIX в. Отдельные произведения с чернью в
дения из серебра с чернью. Во вступлении к трак- них описывались, но не получали должной оценки.
тату замечательного средневекового ученого Теофи- Не нашли они места и в изданиях, представляющих
ла с большим поэтическим подъемом описываются первые попытки обобщения русских древностей, на-
достижения в ремеслах, которые «торжественно про- пример, в книге П. Кеппена, изданной в 1822 г.4
славляют» такие страны, как Греция, Аравия, Ита- Тридцать лет спустя И. Е. Забелин написал рабо-
лия, Франция, Германия ... В этом перечислении од- ту «О металлическом производстве в России до кон-
на фраза вызывает сомнения у некоторых ученых: ца XVII столетия» 5. Однако о раннем периоде он су-
«Если ты старательно исследуешь их (Записки.— дит только на основании письменных источников.
Т. М.), то найдешь ..., что' в тщательности эмалей Понимая узость источниковедческой базы, И. Е. За-
или разнообразии черни открыла Туска» 1 . белин отмечает: «Все это ... должно бы основывать-
Это географическое название требует коммента- ся на наличных памятниках, которые одни только и
риев, так как иногда полагают, что Теофил имел в могут определить в художестве характер того или
виду часть Италии — Тоскану или Этрурию2. Однако другого стиля» 6 . О черневом деле он не говорит и
уже М. Розенберг, крупнейший знаток ювелирного в применении к более позднему времени. Потребова-
дела Западной Европы, считал возможным читать лось еще почти полстолетия, чтобы древние произ-
упоминаемую Теофилом «Tuscia» как искаженное ведения стали предметом исследования. В фундамен-
при многочисленных переписках «Russia». Под- тальном труде Н. П. Кондакова, вышедшем в
тверждение такому толкованию текста Теофила он 1896 г., серебряные украшения с чернью впервые
находит в том, что «тосканских niello не встречено заняли подобающее им место7. В этой работе
ни в романскую, ни в готическую эпоху» 3. Н. П. Кондаков подытожил ту стадию работы, ко-
Остается ответить на вопрос, было ли на Руси торая была связана с накоплением материала отно-
искусство черни, способное ее прославить так, как, сительно не только черни, но и вещей, исполненных
по словам Теофила, прославили Италию — резьба в другой технике. Он справедливо упрекает истори-
на геммах и по кости, Францию — «драгоценное раз- ков искусств в том, что они игнорируют курганные
нообразие стекол», Германию — тонкая работа по древности, а археологов — в невнимании к «пред-
золоту, серебру, меди и камню. метам художественной индустрии». Между тем, по
Это и является одной из задач настоящей книги. мнению этого крупного историка древнего искусст-
Но не единственной. Для историка представляет ва, пора перейти «к историческому исследованию
большой интерес сама «судьба» ремесла — истоки и форм, стиля, бытового назначения» находимых в
обстоятельства появления черневого дела, первые курганах предметов искусства. При этом он считает
его шаги и дальнейшие пути развития, моменты наи-
высшего расцвета и времена упадка, наконец, цент- а
Теофил Пресвитер. Записка о разных искусствах.—В кн.:
ры сложения производственных мастерских и не- Сообщения ВЦНИЛКР, 1963, № 7, с. 71.

3
недостаточным изучение только «со стороны их ти- туда 12 . В суждениях о черневом деле Руси М. Ро-
пов, распространения, местных групп». Необходима зенберг, основываясь на трудах Н. П. Кондакова,
«группировка предметов древности или со стороны ограничился только его высокой оценкой. Исследо-
бытовой — например, форма уборов, или техники — вания о русском черневом деле он дать не мог даже
например, филиграни, эмали ..., или же стиля — в форме очерка: слишком мало было ему известно
например, по вопросу об орнаменте геометрическом, древнерусских произведений с чернью, отраженных
растительном и зверином»,— тогда вся масса мате- в изданиях выборочно и неполно.
риала «оживает, освещается внутренним светом». В 1936 г. вышла в свет книга А. С. Гущина, по-
Высказав такие пожелания, Н. П. Кондаков в священная прикладному искусству древней Руси.
своем собственном исследовании кладов именно чер- В ней были использованы материалы, собранные
неным изделиям уделил меньше всего внимания. Н. П. Кондаковым для второго тома его исследова-
Иногда он вовсе не упоминает, что вещь сделана в ния о кладах 13 . А. С. Гущин отмежевался от своего
технике черни, ограничиваясь лишь описанием ее предшественника в завышенной оценке роли визан-
устройства и орнамента, иногда упоминает о черни тийского наследия в сложении древнерусской куль-
бегло, останавливаясь только на орнаменте. туры в целом, но последовал за ним в другом важ-
Такое отношение к серебру с чернью в своем ном для нас вопросе: вслед за Н. П. Кондаковым он
труде Н. П. Кондаков объяснил тем, что эти пред- рассматривает орнаментацию древнерусских укра-
меты «должны быть исследованы ... в связи с груп- шений с чернью как первые шаги тератологического
пой родственных древностей»8. Сопоставляя его стиля орнамента русских рукописей. Другой вывод
высказывание с призывом рассматривать произведе- А. С. Гущина, с которым нельзя не согласиться,
ния искусства с точки зрения стиля, можно заклю- касался оценки «звериной орнаментации» на Руси
чить, что черненое серебро Руси, по его мнению, об- как ветви общего для всех сфер искусства особого
разует иную, чем эмаль, стилистическую группу, стиля.
с чем трудпо не согласиться. В целом А. С. Гущин подошел к древнерусской
Однако Н. П. Кондаков не обошел в своей работе черни как историк искусств. Он старался определить
вопроса об орнаментации так называемого зверино- ее место в общей картине художественной жизни
го стиля, имеющего прямое отношение к черни. древней Руси с точки зрения стиля и высказал в
В противовес скандинавским ученым, склонным вы- этой связи мпого верных суждений. Некоторые из
водить этот стиль из Скандинавии, Н. П. Кондаков них были развиты в работах других авторов
указывает на широкое распространение звериных (Г. Ф. Корзухина). Однако А. С. Гущин, как и его
инициалов в рукописях Византии, Сирии, Армении предшественники, не рассматривал вещи во всей
X—XI вв. Переход от этих архаических типов жи- совокупности признаков, не анализировал техноло-
вотного и растительного мира, унаследованных гию их изготовления, не уделял должного внимания
Русью от соседних стран, к так называемому звери- типологии, вольно обращался с датировками. Ана-
ному стилю русских рукописей XIV в. осуществлял- лиз вещей у него заменен их описанием, а выводы
ся, по его мнению, в XII—XIII вв. именно на юве- часто опираются на интуитивные суждения.
лирных изделиях9. Это и неудивительно: в своем исследовании
Более поверхностно замечание Н. П. Кондакова о А. С. Гущин привлек только пятую часть дошедших
происхождении черни, квалифицированное им самим до нас древнерусских украшений с чернью (всего
как «догадка». «Чернь появилась в вещах по слу- 50 вещей), да он и не стремился к полноте охвата
чаю близости своего тона, или синего оттенка, к материала.
древнейшим эмалевым тонам изумрудного цвета»,— Важный шаг в разработке этой проблемы был
пишет он. И далее: «Сопоставляя данные хронологи- сделан в труде Б. А. Рыбакова «Ремесло древней
14
ческие, получим и для той, и для другой техники Руси» . В нем впервые ремесло Руси получило
IX век — начало арабских изделий и их распростра- правильную историческую оценку и заняло подобаю-
нения по Северной Европе; и изумрудная эмаль, щее ему место. Это касается ремесла в целом в
и чернь — обе должны быть персидского происхож- разные периоды истории Руси и отдельных его
дения» 10. Эти слова мало что дают для решения областей, рассмотренных с точки зрения истории
сложного вопроса о происхождении техники черни техники и ее эволюции.
в ювелирном деле средневековья. Столь же общее В этом труде были выработаны методологические
решение этого вопроса предлагал 30 лет спустя и основы подхода к древнему произведению искусст-
М. Розенберг в фундаментальном труде по истории ва. Их характеризует прежде всего внимание к
11
черневого дела . В нем он рассматривает произ- технологии. Предложенные способы определения
ведения с чернью в культуре Крита и Микен, Рима, техники по следам на готовых изделиях (на приме-
Европы в эпоху раннего средневековья. От этого ре литья) очень плодотворны и в применении к
последнего периода сохранился ряд первоклассных другим техническим приемам. То же можно сказать
золотых и серебряных крестов с чернью. Они снаб- о другом пути, намеченном Б. А. Рыбаковым,— ре-
жены латинскими и греческими надписями и свя- конструкции инструмента по следам, оставленным
зываются происхождением с южной Италией и Си- им на изделии. Чрезвычайно интересны примеры
рией. Знало чернь ювелирное дело Западной Евро- выявления произведений, изготовленных в одной
пы и позднее. Однако только Русь дала в XII в. мастерской, при помощи сравнения матриц и гото-
такое количество первоклассных произведений с вых изделий.
чернью, что М. Розенберг с полным основанием на- Пути подобного исследования могут быть разны-
зывает ее родиной черни. Он предполагает, что эта ми, но направление — поиски одной мастерской —
техника, будучи любимым и технически освоенным плодотворно, а важность задачи в этом случае трудно
приемом в искусстве Кавказа, пришла на Русь от- переоценить.

4
На протяжении всей книги Б. А. Рыбаков рас- половиной XII—XIII в. Но при этом исследователь-
сматривал технологию не статично, а в развитии, ница впадает в противоречие сама с собой, пытаясь
что дает в руки археолога материал для истории все изделия с чернью датировать этим промежутком
той или иной техники ремесла или намечает пути времени. В другом месте она убедительно относит
его исследования. Это касается и черневого дела одну их группу — витые браслеты с миндалевид-
Руси. ными наконечниками, украшенными чернью,— ко
Следующими этапами исследования вещей оказы- второй половине XI в. 1 9 Очевидно, сложение убо-
ваются создание типологии и изучение географии ра — медленный процесс, и его не следует смеши-
их распространения. Конечным итогом становится вать с появлением самой техники чернения.
выделение различных школ, что интересно показа- В последние десятилетия вышел в свет ряд работ
но на примере черневого дела. по ювелирному делу России с древности до наших
При изучении сюжетного строя произведений при- дней. Коллективная монография посвящена русско-
кладного искусства Б. А. Рыбаков от пристального му ювелирному делу XV—XX вв. 2 0 Киевской Руси
внимания к отдельному произведению переходит к отведено небольшое место, предметом основного ис-
широкому охвату разнообразных сторон жизни Ру- следования является ювелирное дело XV—XVIII вв.
си 15. Этот подход, углубленный дальнейшими иссле- Однако общие закономерности золотого и серебряно-
дованиями 16, позволил разгадать смысл орнамента- го дела России важны для понимания процессов,
ции древнерусских украшений, поставив ее в связь протекавших в этой области художественного творче-
с живыми во всех слоях населения языческими ве- ства ранее. Важен для нас и методический подход
рованиями. авторов к материалу, и отдельные наблюдения за
Исследовав продукцию ремесла как археолог, организацией работы ювелира.
Б. А. Рыбаков останавливается на ее социальной Книга М. М. Постниковой-Лосевой называется
характеристике. Произведения прикладного искус- «Русское ювелирное дело, его центры и мастера» 21,
ства, дошедшие до нас в кладах, в частности сереб- и это название вполне отражает направление поис-
ро с чернью, отнесены им к деятельности княжеско- ков автора на выявление работ отдельных мастеров-
боярских мастерских 17. ювелиров. Специфика материала — наличие пись-
Так всесторонний комплексный подход превра- менных источников — позволила автору создать по-
щает древнее произведение искусства, по выражению именный список крупнейших мастеров, работавших
Н. П. Кондакова, «из предмета любопытства в пред- в России в XVII — первой половине и середине
мет знания». XVIII в.
Предложенные Б. А. Рыбаковым пути исследова- Это направление помогло выявить в коллекциях
ния дают в руки каждого археолога материал для разных музеев изделия определенного ювелира —
размышления и поисков специфической методики в например, работу Григория Новгородца, жившего в
изучении конкретного материала. 70-х годах XVII в. в Новгороде, или уловить отли-
Для изучающего черневое дело Руси работы чительные черты творчества мастеров черневого
Б. А. Рыбакова дают первую схему его развития. дела М. Михайлова, А. Павлова. Изучая организа-
Он называет чернение и золочение древнейшими цию работы в мастерской ювелира XVII в., автор
приемами русского ювелирного дела и ставит на приходит к выводу об участии в создании одного
первую его ступень такие произведения, как турьи произведения разных специалистов: мастера по
рога из Черной могилы. Он намечает эволюцию ковке, чеканщика, резчика, черневых дел мастера
черневого дела, его центры и их особенности. В по- и знаменщика, по рисунку которого делались узоры.
следующем изложении мы будем возвращаться к Такая система работы не исключала существования
этой схеме неоднократно, подчеркивая, что осталось и мастеров-универсалов. При анализе таких слож-
в ней неизменным, а что изменилось за 30 с лиш- ных произведений, как серебряные обручи, следует
ним лет, которые прошли с момента выхода в свет помнить об этих двух возможных путях создания
книги Б. А. Рыбакова о ремесле. вещи, требующей применения различных техниче-
Следующий этап в изучении черневого дела древ- ских навыков.
ней Руси мог наступить только после расширения Наконец, очень интересна установленная автором
источниковедческой базы. Этой задаче был посвящен близость орнаментов серебряной чеканки Ярослав-
труд Г. Ф. Корзухиной18. Русские клады получили ля XVIII в. орнаментам, заимствованным мастерами
в ее лице скрупулезного исследователя, а украше- из рукописных и первопечатных книг. Мимо русско-
ния с чернью впервые были собраны на страницах го ремесленника XVII в. не проходили и заниматель-
одной книги почти в полном составе. Не нашли от- ные сюжеты книжных иллюстраций и гравюр. Бли-
ражения в ней только украшения, найденные не в зость орнаментации древнерусского черненого сереб-
кладах, а на других археологических памятниках ра в более рапнее время к орнаментации лицевых
(городищах, могильниках) и вне пределов Киевской рукописей не покажется в свете этих наблюдений
Руси. исключительным явлением.
Однако черневое дело Руси как таковое не рас- Специально русскому черневому искусству по-
сматривалось автором. Украшения с чернью священа книга коллектива авторов — М. М. Постни-
Г. Ф. Корзухина оценивает только с точки зрения ковой-Лосевой, Н. Г. Платоновой и Б. Л. Ульяно-
стилистической, удачно завершая высказанные вой 22 . Она представляет собой альбом прекрасных
Н. П. Кондаковым и А. С. Гущиным наблюдения. иллюстраций с кратким очерком черневого дела
Среди хронологически следующих друг за другом России от XI в. до наших дней.
древнерусских уборов она выделяет стилистически Последнее исследование, имеющее отношение к
единый убор, в который логически вписываются ук- нашей теме,— книга Т. В. Николаевой «Прикладное
рашения с чернью. Она датирует этот убор второй искусство Московской Руси» 23. Опа посвящена ста-

5
новлению художественной культуры Московской ссылками на их публикации и места хранения в
Руси, в которой традиции домонгольского искусства примечаниях.
соединились с живыми источниками культуры таких Лишь попутно рассмотрена в данной, работе и
древних центров, как Владимир, Суздаль, Новгород, другая категория изделий, на которых применялась
Ярославль, Тверь. Характер своего подхода к ма- иногда чернь. Это медные кресты-энколпионы. Они
териалу автор определяет четко на первых же стра- украшались и в другой технике — гравировки, пере-
ницах своего исследования: «Для нас каждая изу- городчатой эмали, рельефа. Поэтому неправомерно
чаемая вещь — не только художественное произве- рассматривать кресты с чернью в отрыве от крес-
дение, но и документ истории»24. Как ясно из из- тов, не имеющих черни. Многочисленность этих из-
ложенного, такой подход традиционен для советской делий, изготовленных древнерусскими мастерами и
археологической школы. Он позволил Т. В. Николае- привозных, требует специального их изучения и мо-
вой воссоздать живую историю становления приклад- жет быть темой отдельной книги.
ного искусства Московской Руси, связав с ним судь- В работе собрано и описано в Каталоге 317 укра-
бы отдельных мастеров и эволюцию различных шений с чернью. Часть из них хранится в музеях
приемов ювелирного дела. Это в полной мере отно- Москвы, Ленинграда, Киева, Каунаса. Учет будет
сится к черневому делу — искусству, не совершен- способствовать их сбережению и сохранности. Часть
но утраченному, как это случилось с перегородча- из них попала в зарубежные музеи или безвозврат-
той эмалью, а ставшему основным и любимым у но погибла. В этом случае полное их описание и
ювелиров Московской Руси. Оно оставило нам такие издание по дошедшим до нас материалам поможет
имена, как мастер Лукиан и Семен Золотилов, и це- сохранить о них память.
лый ряд первоклассных произведений безымянных Публикация Каталога и иллюстраций — единст-
мастеров. Т. В. Николаева, анализируя эти произ- венный способ выявить и сделать достоянием раз-
ведения со всей тщательностью археолога и широтой ных специалистов богатства древнерусского ювелир-
искусствоведа, дала блестящие примеры комплекс- ного дела, высоко оцененного еще в древности и
ного исследования предметов прикладного искусст- часто недостаточно известного нашим современни-
ва. В результате ей удалось проследить особенности кам.
развития черневого дела в Московской Руси. Сопо- В исследовании, проведенном на базе собранного
ставление этих произведений с изделиями серебря- материала, автор придерживается комплексного ме-
ников середины XIII в. должно помочь нам уловить тода, последовательно анализируя технологию изго-
тонкую нить, которая связывает черневое дело но- товления, орнаментацию, устройство каждой вещи.
слемонгольской Москвы с традициями ювелирного Подавляющее большинство украшений сделано из
дела Киевской Руси. серебра. Редкие экземпляры перстней и колтов из
золота рассмотрены вместе с однотипными вещами
* * *
из серебра.
Ассортимент украшений с чернью у древнерус-
Предлагаемая работа ставит своей целью собрать ских ювелиров был не так уж велик. Это браслеты,
все дошедшие до нас серебряные изделия с чернью, колты, перстни, широкие и узкие браслеты-обручи,
изготовленные древнерусскими мастерами в X— медальоны ожерелий, или барм. Они и образуют
XIII вв. Абсолютное их большинство составляют самые крупные единицы нашей классификации —
женские украшения. Описание их представлено в группы.
Каталоге. Такие изделия, как части поясных набо- Конструкция и форма вещи дают следующую еди-
ров или церковные сосуды, по своей единичности и ницу классификации — тип. Конкретные детали их
оторванности от основного материала работы — ук- формы и конструкции, а также стилистические осо-
рашений — в Каталог не вошли, хотя им и уделено бенности орнаментации обусловливают выделение
определенное внимание в тексте. Это восполнено подтипов.

1
Теофил Пресвитер. Записка о разных искусствах.— В кн.: furt a/M., 1924, T. I; Idem. Niello seit dem Jahre 1000 nach
Сообщения ВЦНИЛКР, 1963, № 7, с. 71 (кн. I и II — пер. Chr., 1925, T. II.
12
А. А. Морозова; кн. III — пер. С. Е. Октябревой). Ibid., T. I, S. 102.
2 13
Это сомнение возникло у переводчиков «Записки» Теофи- Гущин А. С. Памятники художественного ремесла древ-
ла. В комментариях к переводу на с. 72 А. А. Морозов ней Руси Х - Х Ш вв. Л., 1936.
14
склоняется к тому, что упоминаемая Теофилом Туска яв- Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси. М., 1948.
15
ляется Этрурией (от лат. Tuscus — тусский, этрусский), Рыбаков Б. А. Русское прикладное искусство X—XIII вв.
хотя и отмечает, что подобное толкование — не единствен- Л., 1971.
16
ное и некоторые ученые под словом «Tusca» подразуме- Рыбаков Б. А. Языческое мировоззрение русского средне-
вают искаженное «Русь». вековья. — В кн.: Вопросы истории, 1974, № 1, с. 3—30;
3
Rosenberg M. Niello seit dem Jahre 1 000 nach Chr. Frank- Он же. Язычество древних славян. М., 1981.
17
furt a/M, 1925, T. II, S. 103, 104. Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси, с. 314, 496, 497.
4 18
Keneн П. Список русским памятникам, служащим к со- Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII в. М.; Л., 1954.
19
ставлению истории художеств и отечественной палеогра- Там же, с. 26, 71.
20
фии, собранным Петром Кеппеном. М., 1822. Гольдберг Т., Мишуков Ф., Платонова Н., Постникова-Ло-
5
Забелин И. Е. О металлическом производстве в России до сева М. Русское золотое и серебряное делоXV-XX вв.
конца XVII столетия.—ЗАО, 1853, т. V. М., 1967.
6 21
Там же, с. 27. Постникова-Лосева М. М. Русское ювелирное искусство,
7
Кондаков Н. П. Русские клады: Исследование древностей его центры и мастера XVI-XIX вв. М., 1974.
22
великокняжеского периода. СПб., 1896, с. 3. Постникова-Лосева М. М., Платонова Н. Г., Ульянова Б. Л.
8
Там же, с. 211. Русское черневое искусство. М., 1972.
9 23
Там же, с. 141. Николаева Т. В. Прикладное искусство Московской Руси.
10
Там же, с. 158, примеч. 1. М., 1976.
11 24
Rosenberg M. Niello bis zum Jahre 1 000 nach Chr. Frank- Там же, с. 8.
ГЛАВА ВТОРАЯ

ТЕХНОЛОГИЯ ИЗГОТОВЛЕНИЯ
СЕРЕБРЯНЫХ УКРАШЕНИЙ С ЧЕРНЬЮ
НА РУСИ

Э
маль применяли чаще всего на золоте, с чер- ком не экономный способ изготовления вещей из
нью работали в серебре. «Где золото сменяет драгоценных металлов.
серебро, там эмаль сменяет чернь»1 С этим Обычно черненые изделия делались из тонкого
тезисом Н. П. Кондакова нельзя не согласиться. листа серебра. Для создания из него в холодном со-
Действительно, чернение стало излюбленным имен- стоянии полого тела применялся очень древний спо-
но у серебряников, и причины этого упираются соб — ручная выколотка (дифовка). Основан он на
прежде всего в свойства самих драгоценных метал- таком свойстве серебра, как вязкость, из-за которой
лов. обрабатываемый ударами деревянного молотка лист
Для перегородчатой эмали серебро является ма- тянется, изгибается и приобретает необходимую
териалом второго сорта в силу того, что оно менее форму3. Таким образом сделаны некоторые колты
мягко и ковко, чем золото, и легче плавится: темпе- и обручи, исполнявшиеся по индивидуальным зака-
ратура плавления серебра 960,5°, а температура зам. К ним принадлежат лучшие экземпляры нашей
плавления золота 1063°. Поэтому эмальеру, рабо- коллекции.
тающему с серебром, сложнее сделать тонкие пере- Массовая продукция требовала более легкого спо-
городки для эмали и спаять их в печи с дном лот- соба. Им оказалось тиснение на матрице. Матрицы,
ка так, чтобы они не расплавились. В процессе литые из медных сплавов, имели выпуклую внеш-
изготовления черни такие тонкие операции не про- нюю поверхность и плоскую внутреннюю. Первая
изводились. Сама же чернь — сплав сернистого се- при тиснении обеспечивала пластине выпуклую по-
ребра—прочно соединяется с серебром и дает про- верхность, вторая позволяла плотно закрепить мат-
стор для множества художественных исканий. рицу на верстаке. При раскопках подобные матри-
Чернь лучше всего сохраняется в углублениях цы найдены не раз. Они отличаются только большей
рисунка, поэтому создание подходящего для нее или меньшей тщательностью выполнения. Так, на
ложа достигалось естественнее всего при помощи матрице из Святозерского клада 4 рисунок, который
гравирования. В результате мастер получал черне- должен быть оттиснут, сделан выпуклым на углуб-
ный рисунок на светлом фоне. Другой путь — черне- ленном фоне; ясно, что предполагалось светлое
ние фона со светлым рисунком на нем — предпола- изображение на черненом фоне. На матрице из
гал углубление поверхности для черни. Во всех этих Изяславля примитивные контуры изображения в ви-
случаях широко применялось и золочение. де узкого канальца пройдены резцом (рис. 1). Ве-
Все перечисленные приемы — гравировка, золоче- роятно, канал, заполненный чернью, оставлял впе-
ние, чернение — в основе своей мало менялись. Так, чатление черни по гравировке. На такую матрицу
химические исследования показали, что рецепт чер- накладывали серебряную пластину и били молотком
нения, описанный Плинием Старшим, перешел из по свинцовой прокладке до тех пор, пока контуры
античности в металлообработку раннего средневе- рисунка на ней не оттиснутся. Иногда оттиснутые
ковья практически без изменений2. Однако сущест- таким образом контуры были столь обобщены и уп-
вовало множество своеобразных рецептур черни, рощены, что это не удавалось скрыть даже после-
различных способов золочения и приемов грави- дующими операциями — гравировкой и чернением.
ровки. На колтах из Изяславля с двумя птицами по сто-
Наша задача — выяснить, какие из этих приемов ронам крина гравер не понял рисунка, изобразив
были в ходу у ювелиров древней Руси. Попробуем вместо крыльев какие-то нелепые утолщения (рис. 2,
реконструировать процесс изготовления серебряных 1). На другой паре изяславльских колтов гравер
украшений с чернью, каким он вырисовывается по вовсе не понял аналогичной композиции, плохо ее от-
самим древнерусским вещам. Для этого мы будем тиснул на матрице и исказил окончательно гра-
фиксировать следы той или иной стадии изготовле- вировкой (рис. 2, 2). Еще в одном случае из-за
ния, которые можно наблюдать на изделии. Именно стертой матрицы или некачественного тиснения ло-
эти следы запечатлевают на изделии индивидуаль- ток для черни оказался слишком мелким, и она поч-
ные особенности его производства, восходящие к по- ти всюду выкрошилась (рис. 2, 3). Эти колты, если
черку отдельного мастера или к коллективному опы- бы они не были в употреблении, можно было бы
ту ряда мастеров, т. е. традиции. назвать производственным браком. Были среди
Первой стадией в сложном процессе производства тисненых колтов и очень удачные.
серебряного украшения с чернью было изготовление К ручной выколотке по модели надо отнести изго-
самой вещи, которую предстояло украсить чернью. товление таких деталей колта, как дутые шарики,
Реже всего для этого применялось литье. Только составленные из двух половинок. Они были нужны
наконечники витых браслетов и некоторые перстни для обнизи колта, где они имитировали настоящие
с чернью были литыми, в целом же литье — слиш- жемчужины, обрамлявшие золотые колты с эмалью.

7
Рис. 1. Матрицы ДЛЯ
тиснения колтов
из Изяславля
1 — с изображением зверя;
2 — с изображением
парной композиции

Для получения полусфер в этом случае нужно лась в XIX в., выглядит архаичным и, возможно,
было приспособление, которое у ювелиров называет- близок к тому, каким пользовались древние ювели-
ся «анкой». Это металлический куб с полусфериче- ры. Он состоит в следующем.
скими углублениями различного диаметра. Пласти- Пластина, на которую надо перевести рисунок,
ну кладут на него и отжимают шаровым пунсоном. закрепляется неподвижно на специальной подушке.
Следы двух описанных операций — ручной выко- Такой подушкой может служить смола, разогретая
лотки и тиснения — мы находим и на браслетах- в сосуде, как это делается при чеканке. После этого
обручах. Подчеркнем, что при изготовлении обруча на заготовку кладут тонкий слой воска. Рисунок,
дифовке подвергались обе его пластины — внутрен- сделанный карандашом на кальке, накладывают на
няя и внешняя. Есть обручи, пластины которых воск лицевой стороной и слегка придавливают, от-
были явно оттиснуты. Это совершенно несомненно чего на воске остается отпечаток. Эта операция
для обручей с рельефными розетками и с «жемчу- могла выглядеть и так: по линиям рисунка проводят
жинами», оттиснутыми на матрице. Иногда об этой деревянной палочкой с заостренным концом. По сня-
операции говорят и второстепенные детали — на- тии бумаги на воске остаются углубленные линии
пример, рифленые шарниры. переведенного рисунка 6.
Наконец, среди обручей есть и литые, причем Трудно сказать, как практически осуществлялся
вместе со створкой отливали и рельефные валики, перевод рисунка на металл в древности. Можно
на браслетах ручной выколотки всегда накладные. только утверждать, что этот процесс был, о чем сви-
Литые обручи тоже отличаются высоким мастерст- детельствует совершенный рисунок гравировки та-
вом. Создается впечатление, что исполнитель их ких сюжетов, как сложная плетенка, невозможная
хорошо представлял обручи, исполненные дифовкой, без предварительного эскиза и перевода.
но не знал способа, которым они были изготовлены, Перевод рисунка легко объясняет удивительную
и поэтому пошел своим путем. близость сюжетов, исполненных гравировкой на об-
Второй стадией в изготовлении обручей была гра- ручах, с орнаментальными сюжетами рукописных
вировка — искусство, тесно связанное с чернью. книг древней Руси. Конечно, опытный художник мог
Гравирование — это рисование на металле, при ко- и просто нарисовать тот или иной орнамент на
тором линейный рисунок наносится на металл при воске палочкой или иглой. По линии переведенного
помощи стального резца, или, как его называют на восковую поверхность серебряной заготовки ри-
ювелиры, штихеля. Дошедшие до нас древние изде- сунка проходились радирной иглой, и он окончатель-
лия с гравировкой отличаются друг от друга раз- но закреплялся на металле. Надо отметить, что ли-
личными следами, которые оставил штихель. В древ- нии радирной иглы редко можно заметить на гото-
ней Руси, как и в настоящее время, мастера исполь- вом изделии, так как их перекрывала последующая
зовали штихели с рабочим краем различной формы. гравировка. Однако в некоторых случаях эта линия
Попытаемся сопоставить зафиксированные нами на заметна, потому что линия гравировки в ряде мест
древних произведениях следы с современными инст- прошла по внутреннему ее контуру, а чернь, пере-
рументами гравирования (рис. 3). крывшая этот начальный дефект рисунка, выкро-
Первый из них — обычная игла (радирная игла). шилась (рис. 4, 5). Впрочем, подобную стадию ра-
В «Руководстве золотых и серебряных дел мастерст- боты мы могли предполагать и без этого свидетель-
ва», составленном нижегородским губернским про- ства: о ней говорят совершенство графики большин-
бирером горным инженером А. И. Андрющенко5, ства древнерусских черненых изделий и поразитель-
обобщившим большой опыт русских ювелиров ное сходство с орнаментами лицевых рукописей.
XIX в., отмечается, что мастер должен иметь це- Конечно, в случаях, когда гравировалось изделие,
лый набор таких игл с правильно заостренным кон- уже подвергнутое тиснению и не отличающееся
цом. Радирной иглой производят первую операцию сложностью рисунка, перевода рисунка не было.
гравирования — переноску рисунка с бумаги на Так, грубые контуры примитивных рисунков на не-
металл. Способ, которым эта операция производи- которых колтах прочерчивали сразу штихелем.

8
Рис. 2. Детали тисненых колтов из Изяславля
1 — № 194; 2 — № 196; 3 — № 135
Здесь и во всех последующих подписях, а также на рис. 13—55 номер соответствует номеру по Каталогу

9
Рис. 3. Рабочие части рез-
цов-штихелей и их следы
на изделиях
1 — фляхштихсль;
2 — мессерштихель;
3 — болтштихель;
4 — пунктирштихель;
5 — фаденштихель;
а — прямоугольник;
б — зубцы острые;
в — зубцы округлые;
г — точка;
д — параллельные штрихи

В случае с переводом рисунка радирной иглой Характерный след зафиксирован при обработке
очередь штихеля наступала после четкого нанесе- фона на некоторых медальонах. Он представляет со-
ния рисунка на поверхность изделия. Мастера бой как бы фестоны, обращенные в одну сторону.
XIX в. и более раннего времени —XVI—XVIII вв.— Повторяющимся элементом здесь оказывается скоб-
употребляли много штихелей. Отличались они друг ка, стороны которой слегка выпуклы. Легко пред-
от друга формой рабочей части резцов 7 . Среди них ставить острие, оставляющее подобный след: оно
нетрудно выделить резцы, следы которых остались должно иметь форму равнобедренного треугольника
на древнерусских изделиях с чернью (рис. 3). Сле- со слегка выпуклыми длинными режущими сторо-
дует учитывать, что собственно рабочими были боко- нами, причем именно они и работали, так как ко-
вые грани штихеля — если он трехгранный, и цент- роткая сторона не оставляла следа, потому что в
ральные нижние и обе боковые — если он четырех- металл не врезалась. Такой след оставит трехгран-
гранный. Штихель погружается в толщу металла ное острие с двумя выпуклыми гранями, срезанное
на доли миллиметра, оставляя след острия и боко- наискось. Резец с подобной рабочей частью назы-
вых граней. вается болтштихелем (рис. 3, в).
След, образуемый штихелем, состоит из повторя- Наконец, иногда рисунок дан как бы пунктирной
ющихся отпечатков его рабочей части. Собственно, линией. След инструмента в этом случае — точка,
один отпечаток и является таким следом. Их рас- которую могло оставить только острие. Вероятнее
положение, создающее своеобразный рисунок, обу- всего, это след пунктирштихеля — инструмента, по-
словливается движением руки гравера. Попробуем хожего на фляхштихель, с двумя заостренными зуб-
реконструировать резцы по форме оставленных ими цами вместо режущего края. Продвигая его вперед,
на древнерусских украшениях с чернью отпечатков. гравер оставлял пунктирную линию (рис. 3,г).
Самый распространенный след гравировки на Последний след, который можно связать с кон-
черненых украшениях древней Руси — зигзаг. Он кретным инструментом,— это сетка, прямая или ко-
бывает мелким, видным только при сильном увели- сая, которой часто обрабатывали поверхность под
чении—в 11- и 20-кратную лупу, и крупным, хо- чернь. Такой след оставляет фаденштихель — резец
рошо различимым невооруженным глазом. В послед- с мелкими зубцами на режущем крае (рис. 3,д).
нем случае ясно, что бесконечно повторяющийся Таким образом, мы представляем себе форму пяти
след — прямоугольник, повернутый косо (рис. 3, а). инструментов, которыми работал древнерусский гра-
В мелком зигзаге он выглядит как тоненькая по- вер. Вероятно, их было больше, и у каждого масте-
лоска. Зигзагообразный рисунок получается от ха- ра — по нескольку. Часто одна и та же вещь сохра-
рактерного движения руки мастера, который про- няет следы двух, а то и трех штихелей. Несомненно,
двигает резец вперед и врезает его в толщу метал- что каждый мастер при этом отдавал предпочтение
ла, равномерно поворачивая то вправо, то влево. одному-двум определенным инструментам, достигая
Резец с маленьким острием оставляет мелкий зиг- вершин в работе с ними. Так, замечательный рез-
заг, след которого различим в лупу. Резец с широ- чик, работавший в Рязани, предпочитал всем рез-
ким и длинным острием дает крупный зигзаг с цам два: с прямоугольным и треугольным краями.
хорошо видным прямоугольным следом, косая траек- Фиксация следов инструмента ведет, как мы видим,
тория которого образует характерный зигзаг. к воссозданию самих древних инструментов, и это
Резец с прямоугольным острием различных разме- бесспорно интересно. Но для нас этот аспект изуче-
ров широко применялся ювелирами в XIX в. Им ния древней вещи имеет особый интерес: он дает
пользуются и современные мастера. В XIX в. он еще один признак в той системе наблюдений, кото-
назывался фляхштихелем. рые позволят выделить произведения, сделанные од-
Другой частый след резца — зубчатый. Его по- ним мастером, и уловить традицию в произведениях
вторяющийся элемент — треугольник. При движе- разных мастеров.
нии руки, аналогичном движению, описанному в Заключительным этапом работы над украшением
предыдущем случае, получается след, состоящий из с чернью и гравировкой было собственно чернение.
треугольных зубцов. При движении резца вперед с В указах и наставлениях но художественным ремес-
ритмичными поворотами в одну сторону получается лам, составлявшихся на Руси на протяжении XVI —
цепочка зубцов с одной стороны. Если при движе- начала XIX в., приведено множество рецептов варе-
нии резца мастер наклоняет его в правую сторону ния черни 8 . Вероятно, некоторые из них восходят
больше, чем в левую, что и удобнее, получается ха- к рецептам, бытовавшим в более ранние времена.
рактерный след, у которого зубцы четче справа, чем Но единственно подлинным древним руководством
слева (рис. 3, б). Этому инструменту соответствует по изготовлению черни являются главы из Записки
резец, называемый мессерштихелем. о различных ремеслах Теофила, относящейся к XI—

10
Рис. 4. Примеры следов работы резцами на колте (1)
и браслетах (2—5)
1 — № 106; 2 — № 207; 3 — № 225; 4 — № 247; 5 — № 210

11
XII вв.9 Теофил подробно описывает рецептуру и аккуратно на это самое место, пока не покроешь его
весь процесс изготовления черни. Проанализируем целиком».
его, сопоставляя с поздними рецептами русской чер- Последующий обжиг в горне он описывает так:
ни, скорректированными ювелирами-практиками. «Собери очень горячие угли, сунь в них сосуд
Для этого обратимся к коллективному труду сотруд- (с черненым изделием.— Т. М.) и тщательно закрой
ников Государственного исторического музея 10 , где его, но так, чтобы на чернь не попало ни одного
такой рецепт приведен. угля, иначе она выпадет. Когда вся чернь распла-
Теофил начинает свое описание процесса изготов- вится, возьми сосуд щипцами и, поворачивая, смот-
ления черни так: «Возьми чистого серебра, раздели ри, чтобы чернь не упала на землю. Если при пер-
по весу на две равные части и добавь третью часть вом нагревании чернь не покроет весь сосуд, опять
чистой меди». Далее следует расплавить серебро с смочи их (изделия.— Т. М.) и положи, как раньше,
медью. Эта первая операция соответствует поздним и поскорее, чтобы этого не пришлось повторять
рецептам русской черни по сути, но не по рецепту- снова».
ре, так как русские мастера брали одну часть сереб- В этом подробном руководстве есть и раздел о
ра и три-четыре части меди и сплавляли их в тигле полировке черни — процессе, с такой педантичной
при температуре 1000°. подробностью описанном Теофилом в отношении к
Осталась неизменной и суть следующей операции, перегородчатой эмали. Для полноты ознакомления
в позднее время заключавшейся в том, что получен- со всеми стадиями изготовления черненых изделий
ный сплав серебра и меди в горячем виде вливали посмотрим, как советует Теофил производить поли-
в тигель с расплавленной серой (на одну весовую ровку черни. Покрытый чернью предмет смачивают
часть сплава — одну-две части серы). Соотношения слюной и натирают пемзой, «пока не проступит вез-
количества серы и сплава Теофил не дает, но всю де рисунок и вся поверхность не станет гладкой».
операцию описывает подробно, деля на ряд эта- Затем чернь натирают куском липового дерева с на-
пов. несенным на него влажным порошком пемзы, «пока
«Возьми желтую серу, искроши ее и брось свинец она не станет блестеть». Последняя стадия этого
и часть этой серы в медный тигель». Далее в рас- процесса наступает после того как протертую тон-
плавленное серебро с медью надо влить свинец и ким холстом чернь натирают жиром, а потом слегка
серу из медного сосуда, а потом, «изо всех сил» пе- полируют «кожей козла или оленя, пока она не ста-
ремешав их «с углем» (?), быстро влить в приготов- нет светлой». В позднее время в России поступали
ленный тигель с серой. Последний надо поставить почти так же: после обжига лишнюю чернь осто-
на огонь «до тех пор, пока все не расплавится». рожно спиливали мелким напильником до выявле-
Последний этап приготовления черни на Руси в ния рисунка, сглаживали неровности полировкой
позднее время таков: сплав, тщательно перемеши- пемзой, а потом доводили черненую поверхность до
вая, выливают на сковороду, толкут в порошок, сно- глянца шлифовкой березовым угольком 11.
ва переплавляют в горне, остывший сплав снова В приведенное описание процесса производства
толкут в порошок и хранят его в таком виде. черни мы можем внести некоторые дополнения, по-
У Теофила эта операция описана так: полученный черпнутые из анализа самих древних вещей. Это
сплав надо влить в железную форму. Затем,—сове- касается дополнительной обработки поверхности, ко-
тует Теофил,— «прежде чем он остынет, тихонько торую предстояло покрыть чернью. Если чернь долж-
ударяй, немного нагрей и опять тихонько бей и так на была заполнить углубления гравировки, такой
поступай, пока она не превратится в тонкий лист». обработки не требовалось. Если же чернь должна
При этом нельзя давать черни остыть, «ибо,— как была покрыть большую поверхность фона, она тре-
сообщает Теофил,— природа черни такова, что если бовалась безусловно. В тех случаях, когда чернь вы-
бить по ней, когда она остынет, то она сразу же пала, мы можем разглядеть фон, покрытый сеткой
разламывается на кусочки. Но нельзя нагревать ее резцом типа современного фаденштихеля (рис. 4,3).
и до красноты, потому что она сразу плавится». Иногда производилась как бы выборка фона резцом
Наконец, лист черни кладут «в глубокий толстый или наносились небрежные насечки (рис. 4, 4).
сосуд и, налив сверху воды», разбивают ее круглым В тех случаях, когда чернь сохранилась на изделии
молотком на мельчайшие кусочки. плохо, поверхность для нее, как правило, не была
В позднее время чернь хранили в порошке. Тео- обработана.
фил сообщает живые подробности приспособлений, Чернь на древнерусских украшениях бывает раз-
к которым в этом случае должен был прибегнуть личной по плотности и тону. Иногда она выглядит
древний ювелир: «Вынь, высуши и мелкую (чернь.— черно-бархатной, иногда — серебристо-серой с гри-
Т. М.) сунь в гусиное перо и заткни его. Частицы фельным отливом. Это зависит от различной рецеп-
покрупнее сунь в сосуд и измельчи, опять высуши туры 12, в тонкости которой мы могли бы проник-
и сунь в гусиное перо». При этом Теофил советует нуть только в результате химического количествен-
приготовить много перьев, прежде чем приступить к ного анализа. Поскольку для такого анализа требу-
чернению изделия. ется значительное количество черни и частичное
Перед чернением изделия русские мастера смачи- разрушение древней вещи, такой путь исследования
вали его раствором буры (10 г буры на 200 мг использован быть не может.
воды), а потом нагревали до испарения влаги. Тео- С техникой черни тесно связано золочение, так
фил пишет: «Возьми клей, который зовется камедь, как чаще всего эти два приема применялись на од-
и немного разотри его с водой, так, чтобы вода слег- них и тех же изделиях. Из украшений с чернью,
ка замутилась. Место, которое ты хочешь покрыть привлеченных в настоящей работе, половина покры-
чернью, сначала смочи этой водой. Возьми перо и та позолотой. Поэтому техника золочения представ-
вытряхивай с помощью тонкой железной палочки ляет для нас немаловажный интерес.

12
Теофил описывает способ, который русские юве- «О полировке золота» Теофил советует полировать
лиры нового времени называли золочением «через позолоченные участки кусками свинца, «как скреб-
огонь». В настоящее время он не применяется как ком..., в чистой воде чистой чаши». Далее,— гово-
нерациональный и вредный. После описания разных рит он,— «поставь на угли, ... потуши в огне и поли-
способов размалывания золота Теофил советует сме- руй снова».
шать его со ртутью и поместить в горшок. После Чернение, несомненно, является приемом, харак-
того как смесь эта расплавится, надо вылить ее в терным для работы на серебре. Однако иногда чернь
холодную воду, промыть и высушить. Полученной применяли и на золоте. В последующем изложении
теплой смесью натирают места, подлежащие позоло- мы остановимся на отдельных вещах из золота с
те, нагревают их над углями, натирают до тех пор, чернью. Технология их изготовления, вероятно, мало
пока все углубления не станут белыми. В главе отличалась от технологии чернения на серебре.

1 7
Кондаков Н. П. Русские клады: Исследование древностей Флеров А. В. Художественная обработка металлов, с. 100,
великокняжеского периода. СПб., 1896, с. 97. рис. 49.
2 8
Василев В., Митанов П. Консервация на находки от гроб Виннер А. В. Свод древнерусских указов и наставлений
IV в. в Силистра Музеи и памятницы на культура. София, по технике древнерусской живописи и художественным
1974, кн. 1, с. 41. ремеслам XV—начала XIX в. — Архив ИА, Р-2, № 1908,
3
Флеров А. В. Художественная обработка металлов. М., ч. II.
9
1976, с. 63. Теофил Пресвитер. Записка о разных искусствах. — В кн.:
4
Рыбаков Б. А. Ремесло. — В кн.: История культуры древ- Сообщения ВЦНИЛКР, 1963, № 7, главы XXVIII и XXIX.
10
ней Руси. М.; Л.. 1948, т. I, с. 128, рис. 84; 85. Гольдберг Т., Мишуков Ф., ПлатоноваН., Постникова-Ло-
5
Андрющенко А. И. Руководство золотых и серебряных дел сева М. Русское золотое и серебряное дело XV—XX вв.
мастерства. Нижний Новгород, 1904, с. 53, 54. М., 1967, с. 77, 78.
6 11
Флеров А. В. Художественная обработка металлов, с. 104; Там же, с. 78.
12
Андрющенко А. И. Руководство золотых и серебряных дел Флеров А. В. Художественная обработка металлов, с. 152.
мастерства, с. 56.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ОРНАМЕНТ УКРАШЕНИЙ С ЧЕРНЬЮ


И МЕТОДИКА ЕГО ИЗУЧЕНИЯ

Д
ревнерусские украшения с чернью отличаются Основоположник науки о симметрии А. В. Шуб-
необычайно богатой и сложной орнаментацией. ников писал, что в декоративном искусстве можно
Прежде всего, как и в изделиях с перегородча- встретить все образцы симметрии, существующие в
той эмалью, это - единая система растительно-гео- природе. Безграничное же разнообразие орнамен-
метрического узора, в которой отдельные элементы та—явление кажущееся. Наука о симметрии знает
связаны закономерностью общего развития от про- всего три категории орнамента — розетку, бордюр и
стого к сложному1. сетку. Розетки в свою очередь делятся на три вида,
Анализ орнамента путем его расчленения на про- бордюры —на семь. Сетку мы разбирать не будем,
стейшие элементы — испытанный метод, применен- так как в орнаментации эмальерного и черневого
ный еще В. П. Щепкиным при изучении орнамента дела она не применялась. Каждый вид симметрии
рукописей2. В настоящее время наиболее последо- представляет собой «совокупность всех элементов
вательно этот метод проводится в работах искусство- симметрии фигуры» 7.
ведов — Л. И. Ремпелем3, в работах этнографов — Прежде всего, исходя из типологической схемы
С. В. Ивановым4. Используя метод, разработанный симметрии, рассмотрим предложенные нами прин-
этими исследователями, сформулируем принципы, ципы формальной классификации орнамента. Их мы
из которых пришлось исходить при изучении орна- будем придерживаться в последующем описании ма-
мента, применявшегося в древнерусском черневом териала.
деле. Остановимся на терминологии. Вслед за Самым крупным делением пашей классификации
С. В. Ивановым мы будем пользоваться такими по- является отдел. Он определен характером орнамен-
нятиями: та: 1 — растительный; 2 — геометрический. Отделы
1. Элемент — простейшая (исходная) часть мо- распадаются на две категории, соответствующие
тива. двум категориям симметрии: розетке и бордюру.
2. Орнаментальпый мотив (раппорт) — повторяю- Между ними целесообразно выделить переходную
щаяся часть орнамента или композиция, в основе категорию.
которой лежит видоизменение основного элемента Дальнейшая классификация идет с учетом
или определенная их комбинация. основного элемента, из которого создается ком-
3. Орнаментальная система — понятие, которое позиция, и самого способа (механизма) ее создания.
предполагает, что в данном орнаменте самый слож- Эта классификация легла в основу орнаментации
ный элемент восходит к простейшему, а построение золотых украшений с перегородчатой эмалью8, ее
композиций из отдельных элементов отличается еди- же мы используем и для создания классификации
ным характером изменений. орнаментов на изделиях с чернью (рис. 5).
Эти понятия легче представить себе на конкрет- При сопоставлении сложных узоров из ветвей и
ном примере. Все исследователи орнамента рукопис- поясов плетенки, покрывающих пластинчатые брас-
ных книг вслед за В. Н. Щепкиным соглашаются в леты-обручи, с законченными и уравновешенными
том, что в основе древнейшего его стиля — так на- орнаментальными композициями золотых украше-
зываемого византийского5 — лежит трехлепестко- ний с эмалью невольно возникает мысль о принци-
вый цветок, который условно можно называть кри- пиальном отличии стиля, который принесли с собой
ном 6 . Это исходный, основной элемент «византий- в орнамент древней Руси серебряные изделия с
ского» орнамента древнейших лицевых рукописей. чернью. Это отмечали все исследователи искусства
Простейшей и очень распространенной компози- Руси. Два убора — золотой с эмалью и серебряный
цией из кринов является розетка с четырехкрат- с чернью, по мнению Г. Ф. Корзухиной, хронологи-
ным его повторением. Это — один из популярней- чески следовали друг за другом, знаменуя различ-
ших орнаментальных мотивов «византийского» ор- ные этапы в развитии орнамента9.
намента. Построение его подчинено определенным Однако было бы ошибкой рассматривать орнамен-
законам. Совокупность всех способов построения тацию черни в отрыве от предшествующей ей орна-
композиций, характерных для «византийского» орна- ментации эмалей в такой узкой области, как юве-
мента, основу которых составляет крин или его мо- лирное дело. Связь между ними выражается в том,
дификация, и будет соответствовать понятию орна- что исходным элементом для многих композиций и
ментальной системы. Ясно, что существенной ее ха- здесь оказывается крин. Мы видим те же древа, со-
рактеристикой оказываются те способы построения храняющие, как и в эмалях, при всех своих изме-
композиций, которые лежат в основе создания орна- нениях зеркальную симметрию. Рисунок этих древ
ментальных мотивов, а они продиктованы законами может быть несколько сложнее, изменения — разно-
симметрии. образнее, но это легко объяснить тем, что рисовать

14
Рис. 5. Орнаментация украшений с чернью
(растительный и геометрический орнамент)

15
Рис. 6. Птицы на черненых украшениях
1, 2 - № 195; 3 - № 186; 4 - № 220; 5 - № 151; 6 - № 214; 7, 8 - № 190; 9, 12 - № 189; 10 - № 207; 11 - № 184;
13 - № 209; 14 - № 203; 15 - № 193; 16 - № 160; 17 - № 130; 18 - № 176; 19 - № 163; 20 - № 98; 21, 22 - № 223; 23,
24 - № 200; 25, 30 - № 201; 26 - № 188; 27 - № 202; 28 - № 162; 20 - № 97; 31 - № 187; 32 - № 120; 33, 37 - 216; 34,
36 - № 212; 35 - № 191; 38 - № 145; 39 - № 143; 40 - № 215; 41 - № 123; 42 - № 121

16
Рис. 7. Реальные и фантастические звери на черненых украшениях
1,6,15 -№195; 2 -№187; 3 -№188; 4 -№181; 5 -№220; 7,21 -№207; 8 -№191; 9 - № 7 5 ; 10 - № 7 4 ; 11 -№193;
12 -№210; 13 -№209; 14 -№184; 16 -№109; 17 -№135; 18 -№186; 19 -№200; 20 -№183; 22 -№99; 23 -№204;
24 -№202; 25 -№199; 26 -№114; 27 -№127; 28-№101; 29 -№116; 30 -№170; 31-№129; 32 -№132; 33-№126;
34 -№133; 35 -№165; 36 -№107; 37-№172; 38 - №146

2 Т. И. Макарова
17
по серебру резцом проще, чем по золоту — перего- симметрией и почти безраздельно царившей в орна-
родкой (рис. 5, 1—18). ментации эмалей. Но по внутренней логике развития
Розетки из кринов на черненых украшениях, на- орнамента появившийся прием переплетения должен
оборот, менее разнообразны: они исчерпываются все- был «взорвать» статичные композиции с их строгой
го тремя вариантами, в которых крин повторен центричностью и почти зеркальным повторением
дважды (рис. 5, 19—21). правой и левой половин. Так и случилось в компо-
Присутствуют в орнаменте черненых украшений зициях, представляющих собой переходную катего-
и ветви-полукрины, доведенные до такой степени рию от розетки к бордюру (рис. 5, 47—51).
упрощения, что их иногда трудно узнать (рис. 5, Описанными композициями исчерпывается мотив
22—28). Объясняется такое упрощение техникой розетки в орнаментации черненого серебра Руси.
чернения: фигура крина при ней часто оставлена Эволюционная их связь с розетками орнамента на
светлой, серебряной на черненом фоне, а так как украшениях с перегородчатой эмалью представля-
углубление для черни производится резцом, то на ется очевидной.
стертой поверхности древнего изделия остаются за- Бордюры в растительной орнаментации черни ме-
полненные чернью скобки —две, если изображается нее разнообразны, чем розетки.
крин, или одна, если задуман полукрин. Такая ско- Первый вид бордюров в орнаментации черни не
бочка полукрина часто становится основным элемен- нов: это «бегунок», или лоза. Наряду со случаями,
том орнамента, и из нее создаются композиции, где когда лоза ничем не отличается от «бегунка» в ра-
она повторяется в разных комбинациях. Одни из них стительном орнаменте эмалей (рис. 5, 52, 53), здесь
представляют собой фигуры с зеркальной симметри- популярен вариант предельного упрощения, состоя-
ей (рис. 5, 23, 26—28), другие — с осевой (рис. 5, щий из скобок, уже встречавшихся в розетках
24, 25) 10. (рис. 5, 54—57). Второй вид бордюров образован
Как мы видим, полукрин и в орнаменте черни да- кринами, расположенными по движению ленты бор-
ет разные по характеру розетки, одни из них выра- дюра (рис. 5, 58—60).
жают статику, другие — динамику. Если в системе растительной орнаментации эма-
Неизменен и основной элемент композиции — лей и черни больше сходства, чем различия, то в
крин. геометрическом орнаменте различий явно больше.
В следующей композиции, называемой обычно Основным элементом розеток здесь оказывается лен-
процветшим крестом, типичной для большинства ме- точное переплетение. Розетки, созданные из лент,
дальонов барм, появляется новый элемент — пересе- являются симметричными фигурами (рис. 5, 61—66).
чение. Новым элементом здесь логично считать и Этому впечатлению не мешает то, что правая и ле-
крест, но, во-первых, он не всегда в них присутст- вая их половины в рисунке не всегда могут дать
вует (рис. 5, 36), во-вторых, часто очень близок зеркальное отражение: ведь в искусстве, как и в
крину (рис. 5, 32), и вообще может рассматриваться природе, нет идеальной симметрии11.
как его геометрический эквивалент. По существу же, Бордюры представлены многочисленными вариан-
новым здесь оказывается именно принцип перепле- тами мотива, который суммарно называется «плетен-
тения (пересечения). кой» (рис. 5, 67—70). Нет нужды анализировать его
Интересно, что этот новый элемент характерен не с точки зрения симметрии, для нас важно, что ос-
для всех композиций с процветшим крестом. На новным элементом и здесь является принцип пере-
большинстве из них крест, занимающий центральное плетения 12 , не свойственный орнаменту эмалей и
положение, обрамлен симметрично изгибающимися составивший своеобразие розеток в орнаменте чер-
ветвями, порой заканчивающимися криновидными невого серебра.
фигурами. В одном случае крест заменен ромбом, В заключение надо сказать, что орнаментация ук-
ветви же завершаются хорошо выраженными кри- рашений с чернью, рассмотренная нами с тех же по-
нами (рис. 5, 36). Есть случаи крайней геометриза- зиций, что и орнаментация украшений с перегород-
ции ветвей, при которой они теряют сходство с ис- чатыми эмалями, представляет собой систему в са-
ходным элементом — крином или ветвью (рис. 5, 35). мом строгом смысле этого слова: все мотивы ее
Только в двух случаях в ветвях, обрамляющих взаимосвязаны и восходят к простейшим основным
крест, появляется принцип переплетения (рис. 5, элементам (крин, переплетение); создание же ком-
31, 32). При этом зрительно композиция не меняет- позиций и здесь подчинено определенным законам
ся, сохраняя статичность, присущую композициям симметрии.
с зеркальной симметрией. Не вызывает сомнения и взаимная зависимость
Если на бармах с процветшим крестом переплете- этих двух систем. Растительная орнаментация чер-
ние только иногда присутствует, то в композициях, неных изделий выросла из растительного орнамента
украшающих плоскости браслетов-обручей, оно гос- «византийского» стиля: основные его элементы со-
подствует (рис. 5, 47—50). хранены, а своеобразие композиционных решений
Исходным элементом этих композиций оказывают- обусловлено вторжением нового вида симметрии —
ся крин, полукрин и его крайнее упрощение в виде осевой, породившей расцвет принципа переплетения.
стебля с закругленным окончанием и переплетение. Своеобразие геометрического орнамента изделий
Интересно отметить, что и в этих композициях, с чернью объясняется господством в нем того же
в которых чуждый зеркальной симметрии принцип принципа переплетения.
переплетения выступает как основной, ясно ощуща- Весьма существенным представляется нам и тот
ется стремление к сохранению «зеркальности» факт, что в орнаментации украшений с чернью на-
(рис. 5, 40, 43, 44), хотя большинство фигур уже шел отражение важный этап в развитии орнамента
теряют ее. Для нас важно в этих композициях тя- древней Руси. По мнению А. С. Гущина, именно на
готение к статичности, порождаемой зеркальной серебре с чернью прослеживаются первые шаги те-

18
ратологического орнамента Руси 13 , который в более чернью, находит аналогии в искусстве народов Вос-
позднее время (XIV—XV вв.) получит полное раз- тока, в частности в поливной керамике Байлакана,
витие в миниатюрах рукописных книг. Напомним, где он изображен на длинных лапах, с длинным
что и на вещах с перегородчатой эмалью нередко хвостом и гибким кошачьим телом, покрытым точ-
встречаются изображения животных, однако «звери- ками. А. А. Иессен видит в этом хищнике гепарда,
ные» сюжеты ограничиваются там вполне реалисти- широко использовавшегося в средние века на охоте.
ческими птичками (голубями) и фантастическими На одной из поливных чаш Байлакана гепард сидит
сиринами и грифонами. Они никогда не теряют сво- на крупе коня, за спиной всадника, на другой —
их естественных форм, если речь идет о реальных охотник держит его на цепи 18 .
существах, и иконографически устоявшихся типов, Барсы-гепарды, или пардусы, были известны и на
если речь идет о существах фантастических. Такая Руси, в княжеском быту. В летописи есть упоми-
трактовка зооморфных сюжетов была характерна и нания о том, что черниговский князь Святослав
для других видов искусства Руси до XII в.14 «Жи- Ольгович дарил пардуса дважды: в 1147 г.—Юрию
вотный мир» украшений с чернью совсем другой. Долгорукому19, а в 1154 г.—Ростиславу Мстисла-
Прежде всего он несравненно богаче. Проанализи- вичу 20 . О знакомстве с этим зверем говорит и срав-
руем с этой точки зрения изображения птиц нение, которое употребляет летописец в характери-
(рис. 6). стике Святослава: «...и легко ходя, как пардус...» 21.
Птица, похожая на голубя, занимает значительное Знает пардуса и автор Слова о полку Игореве, срав-
место, особенно в парных композициях (рис. 6, 3, нивающий половцев, рассыпавшихся по Русской
15, 23, 24, 35). Наряду с ней появляются водопла- земле, с выводком пардусов: «...прострошася полов-
вающая птица с длинной шеей и округлой головкой ци, аки пардуже гнездо» 22. Вероятно, пардус в кня-
(рис. 6, 1, 2, 6, 14, 40); какая-то длинноногая птица жеском быту использовался и на Руси в качестве
(рис. 6, 30), напоминающая аиста или журавля; охотничьего зверя достаточно широко.
птица с характерными чертами орла — сильным те- Из всего сказанного следует, что барсы-гепарды —
лом и хищным клювом (рис. 6, 26); птичка с хо- не просто изобразительная традиция, но и отраже-
холком и небольшой круглой головкой, трудно иден- ние реальности. Может быть поэтому, изображения
тифицирующаяся с каким-то определенным видом их относительно многочисленны и довольно живы:
(рис. 6, 8, 21, 22, 27). канон в них ощущается не так сильно. Даже в ри-
Обратимся к изображениям животных (рис. 7). сунках на небольших предметах — колтах и обру-
Из реальных зверей увереннее всего можно говорить чах — гравером выдержаны все характерные при-
о льве: он изображен на обручах четыре раза, при- знаки породы: высокие тонкие конечности с боль-
чем в одном случае — вполне правдоподобно: рису- шими, только частично втянутыми когтями, грива
нок отличается верностью пропорций и такими на плечах у взрослых особей или пушистый мех па
реальными деталями, как шерсть, висящая около спине и боках у детенышей. На кошачьей морде зве-
лап длинными прядями, и грива (рис. 7, 1). Другие ря, как правило, подчеркнута еще одна отличитель-
изображения львов более условны. Это касается и ная черта гепарда — глубокие ложбинки, идущие от
нарушения естественных для этого хищника пропор- уголков глаз к кончикам рта.
ций тела, и декоративной манеры в передаче шер- Последний реальный зверь животного мира черне-
сти (рис. 7, 2—4). Единственную фантастическую ных украшений — заяц. Он изображен один раз с
деталь этих изображений составляет процветший головой повернутой назад и чашей около рта
или переходящий в плетение хвост. Вряд ли ее мож- (рис. 7, 14).
но считать результатом тяги к орнаментальности. Таким образом, в «зверином» орнаменте древне-
По убеждению многих европейских народов, сила русских изделий с чернью изображено только три
животного, в частности и лошади, заключалась в реальных зверя. А между тем, древнерусские пись-
хвосте, что нашло отражение в специальных обря- менные произведения буквально пестрят упомина-
15
дах . Процветший хвост в изображении других ниями различных зверей и животных.
животных может быть связан с аналогичными пред- Чтобы убедиться в этом, обратимся к двум про-
ставлениями. изведениям древнерусской литературы: Повести вре-
Лев был хорошо знаком древнерусским художни- менных лет и Слову о полку Игореве. В первом зве-
кам. Во владимиро-суздальской пластике он изобра- ри и птицы упоминаются 34 раза: в перечислении
жен 82 раза 1 6 . Излишне повторять, что образ этот, дани, в описании военных операций, в бытовых рас-
как и его иконография, пришли на Русь из стран сказах, в легендах и «чудесах» и, наконец, в лите-
Востока. Ясна и его охранительная символика, от- ратурных оборотах (поговорки, сравнения). При
раженная в древнем тексте: «Когда лев спит, очи этом из диких зверей упомянуты волк, вепрь, лось,
его бодрствуют» 17. В прикладном искусстве Востока медведь, олень, куница (куна черная). Все это —
и Византии лев, как правило, изображается вполне типичные обитатели лесостепной полосы Восточной
натурально. Эта манера изображения была свойст- Европы. Исключение составляют два зверя: пардус
венна и древнерусским граверам, работавшим в се- (барс) и лев. Первый —в приведенном сравнении
ребряном черневом деле. Святослава с этим зверем, второй —при пересказе
Сложнее обстоит дело с другим зверем. Судя по слов Иоанна Златоуста, т. е. в литературном произ-
круглой морде с небольшими ушками и когтистым ведении. Любопытно, что именно эти звери, состав-
лапам, он тоже относится к семейству кошачьих. ляющие исключение для Повести временных лет,
Морда его иногда напоминает собачью, тело часто изображены на серебряных украшениях с чернью23.
декорировано точками. Длинный хвост переходит в Ту же картину мы получаем и при сопоставлении
растительный побег или плетение (рис. 7, 5, 6). Этот животного мира Слова о полку Игореве с изобра-
зверь, семь раз встречающийся на произведениях с жениями на черненом серебре. Из диких зверей в

19
Слове мы находим тура — дикого быка, водившегося Стабильность этих композиций в искусстве раз-
на Руси и истребленного уже в XIV в., лисицу, ных стран и времен объясняется тем, что они были
волка, горностая, бобра и того же пардуса. Домаш- восприняты в готовом виде с Востока, где образ гри-
ние животные в Слове не упоминаются. Зато мир фона был излюбленным в разных областях приклад-
пернатых очень богат: перечислено 14 их видов. ного искусства27. Искусство Византии, особенно в
Из них только орел, вероятно, изображен на обруче. его греко-восточном варианте, унаследовало этот
Итак, реальный мир животных и птиц лесостеп- образ почти без изменений28.
ной и степной зон Восточной Европы, сопутствую- Остается добавить, что в искусстве древней Руси
щий русскому человеку на всем протяжении его грифон занимал почетное место. Мы находим его в
жизни и населяющий страницы летописей и поэти- монументальном искусстве — на фресках Софии
ческий рассказ Слова, совсем не нашел отражения Киевской, в настенной скульптуре владимиро-суз-
в творчестве серебряников. Это можно объяснить дальских храмов, деревянной резьбе, декоративной
только тем, что средневековый художник Руси и не керамике, применявшейся в княжеском храмовом
старался отразить в произведениях реальный мир, строительстве. Грифонов изображали золотой навод-
он говорил условным языком образов о мире пред- кой на меди и в литье, они украшали предметы кня-
ставлений, уходящих в далекое прошлое. Черпал он жеского убора и одежды. Это объясняется тем, что,
их из мировой сокровищницы, где они копились помимо охранительных функций, грифон был свя-
многие тысячелетия. зан с солярными представлениями и имел эмблема-
Это особенно подтверждается набором фантастиче- тическое значение, обеспечившее ему широкую по-
ских существ, которые возникали под резцом граве- пулярность в феодальном быту Руси и Западной
ров на серебряных обручах, колтах и перстнях. Европы 29 .
В первую очередь надо упомянуть встречавшихся на Другой фантастический персонаж из орнаменталь-
произведениях с перегородчатой эмалью грифонов. ных композиций украшений с чернью — дракон.
На украшениях с чернью изображались только ор- Это — крылатое существо со змеиным хвостом, в ко-
линоголовые (птицеголовые) грифоны. торый переходит его тело. Морда обычно похожа
Излюбленная композиция с грифонами — тради- на собачью. На украшениях с чернью это скорее
ционная симметричная сцена, в которой место дре- какой-то неопределенный зверек, длинноносый или
ва занимает плетеный мотив (рис. 7, 26). Грифоны курносый (рис. 7, 32, 33). Он, как и грифон, выгля-
расположены спинами друг к другу, с повернутыми дит скорее забавным, чем чудовищным. Г. К. Ваг-
к центру композиции головами. На произведениях, нер, анализируя образ дракона в искусстве древней
исполненных хорошим мастером, птичьи головы гри- Руси, в частности в каменной пластике, пришел к
фонов с горбатым клювом имеют черты хищной выводу о тенденции к своеобразной натурализации
птицы. На менее совершенных изделиях они утра- образа, при которой он приобретает черты сходства
чены. То же можно сказать и о композициях с од- с реальным зверем — волком30.
ним грифоном. На них тоже черты хищной птицы Дракон значительно реже встречается в древне-
заметны только на вещах с гравировкой хорошего русском искусстве, чем грифон. В рельефах Георги-
качества. Следует подчеркнуть, что на колтах с не- евского собора в Юрьеве-Польском, по подсчетам
брежным или неумелым рисунком отход от иконо- Г. К. Вагнера, он встречен только два раза, тогда
графии классического образа грифона бросается в как грифоны — 12 раз, а львы — 44. В более ранних
глаза. Иногда грифона можно было бы принять за рельефах владимиро-суздальской архитектуры дра-
птицу, если бы не сильные передние лапы, одна из конов нет. По мнению Г. К. Вагнера, иконографи-
которых приподнята (рис. 7, 31). чески драконы Георгиевского собора не могут быть
Очевидно, традиционные черты «хищности» вос- сведены ни к одному из образов этого существа в
производились, когда мастер располагал хорошим искусстве древнего Востока или Западной Европы 31 .
образцом для копирования. Где начиналось собст- С неменьшим основанием то же можно утверждать
венное творчество, грифон утрачивал свою самую относительно драконов черневых украшений. Это
характерную черту — свирепость хищного зверя и свободные вариации на тему дракона. Самая близ-
хищной птицы. Между тем, эта черта обусловлена кая аналогия черневым драконам — дракон черни-
32
тем смыслом, который вкладывали в этот образ на- говской капители Борисоглебского собора . Он
роды Востока, у которых грифон почитался как бо- изображен с повернутой назад головой, в плетении
жество, а позже стал спутником и охранителем из процветших побегов. Надо отметить, что плетенка
царя 2 4 . Охранительная символика этого образа на не характерна для искусства народов Востока, где
женских украшениях несомненна. родился и получил импульс к многовековому суще-
Отработанной веками иконографии и символике ствованию образ дракона. Сложность семантики
образа грифона соответствует пристрастие к сло- дракона вполне соответствует его древности33. Он
жившимся в искусстве в течение столетий излюб- олицетворял как доброе охранительное, так и злое
ленным схемам композиций с грифоном. Такие схе- начала. Для нас совершенно ясно, что на украше-
мы повторяются в деталях в произведениях разных ниях с чернью он имел покровительственное значе-
жанров: миниатюре, торевтике, гончарном деле, ние и мало в этом отношении отличался от образа
скульптуре. Действительно, близкие композиции с грифона.
двумя сопоставленными спинами грифонами мы на- Следующий персонаж черневого орнамента — су-
ходим на заставке в рукописи XIII в. из собрания щество с телом хищника и торсом человека, которое
25
А. С. Норова, исполненной в Тырнове , на визан- может быть идентифицировано с кентавром. Он, как
тийской серебряной чаше XII в. из собрания и кентавры, изображенные на западном портале Ге-
А. П. Базилевского, на поливных блюдах Византии, оргиевского собора, имеет звериное туловище вместо
в скульптуре Западной Европы 26 . лошадиного. Рисунок кентавра на обруче из Твери

20
Рис. 8. Фантастические существа, гусляры, плясуньи и участники бесед и ритуальных игр
1, 8 -№201; 2, 3 -№192; 4, 5, 9, 13, 22 -№199; 6 -№221; 7 -№220; 10, 19, 23, 25 -№183; 11,14,15,20 -№186;
12,16, 17, 24 -№184; 18, 27 -№200; 21 -№212; 26, 28 -№191

21
еще дальше отошел от традиционной иконографии: ка со стоячими ушами и большими глазами. Его
он указывает пальцем на лоб, как бы подчеркивая гибкое тело изображается в двух манерах: реали-
легендарную исключительность своих умственных стической, при которой зверек более всего напоми-
способностей (рис. 8, 10). нает молодого олененка, и фантастической, когда его
Менее определенны другие существа с телами тело переходит в разнообразные по рисунку ремни
хищников и лицами людей. Их на обручах два плетения (рис. 8, 26, 28).
(рис. 7, 22, 23). Они крылаты и более всего напо- На обруче тверского клада 1906 г. изображена
минают сфинксов. Их можно трактовать и как свое- уникальная сцена: женщина с рогом, поднесенным
образное смешение грифона с кентавром — плод сво- к лицу, держит за крыло подобного зверька, выра-
бодного творчества гравера. стающего из земли. Б. А. Рыбаков справедливо уви-
К антропоморфным фантастическим существам дел в этом изображении сцену игрищ в честь язы-
относятся два изображения (рис. 8, 4, 5). Они пока- ческого бога Переплута. Она воспринимается как
заны с распростертыми крыльями, с каким-то подо- иллюстрация к поучению, где осуждаются «пога-
бием русалочьих хвостов, в которые перерастают их нии»: «А друзии веруют в Стрибога и Даждьбога и
торсы, и с нимбами вокруг носатых некрасивых го- Переплута, иже вертяче ся ему пиють в розех» 38 .
лов34. На других обручах подобный персонаж изобража-
Все эти антропоморфные существа не отличаются ется без крыльев, но всегда ему сопутствует плете-
устойчивостью определенных иконографических черт ние из растительных побегов — неизменный атрибут
и производят впечатление фантазии художника, бога изобилия и урожая Переплута. На одном из
не связанного с необходимостью воспроизвести ка- обручей два Переплута прямо вырастают из плете-
кой-то конкретный образ. Все-таки двоих из них ния (рис. 8, 28). Благожелательность символики
можно уверенно назвать сиринами — это птицы с Переплута косвенно доказывается тем, что в неко-
женскими головами (рис. 8, 2, 3). торых случаях его зеркальная композиция замещает
Труднее связать с определенными образами дру- традиционную парную композицию из птиц с дре-
гую серию персонажей. Они не совсем одинаковы, вом.
но все же отличаются рядом повторяющихся черт: Болгарская этнография сохранила наиболее под-
длинной тупой мордой, прижатыми к затылку уша- робные сведения об аграрно-магических русальных
ми, мягкими лапами, выставленными вперед. На играх — общеславянском празднике, связанном с
лучших экземплярах во рту четко показан процвет- плодородием земли 39 . Интересно, что именно в бол-
ший росток (рис. 7, 34—38). Динамичность придают гарских рукописях мы находим удивительно близ-
позе вытянутая задняя лапа и закинутый за спину кие аналогии к описанным выше двум вариантам
процветший хвост. В двух случаях подобные суще- изображения Переплута: «звериному» и фантасти-
ства изображены крылатыми, что позволяет их со- ческому. Действительно, такой же улыбающийся
поставить с собако-птицей иранского мира — Сэн- зверек, по словам Н. Мавродинова,— «плод веселого
мурвом. Правда, это возможно только с оговоркой, воображения»40, то стоит на задних лапах, с про-
поскольку такая важная иконографическая черта цветшим хвостом и ростком в лапе, то вырастает из
Сэнмурва, как птичий хвост, у этих изображений плетения. Очевидно, здесь не просто механическое
отсутствует. Очевидно, это местная редакция Сэн- копирование заставок болгарских рукописей, а отра-
мурва. Б. А. Рыбаков вполне допускает возможность жение общей иконографии в изображении общих
существования его иконографических вариантов. богов.
К. В. Тревер выяснила, что этот благожелательный Другой персонаж, аналогии которому мы находим
образ, хорошо знакомый искусству Ирана, Закав- в рукописных русских и болгарских книгах, пред-
казья, Средней Азии и Византии, восходит к Аве- ставляет собой какие-то вариации образа русалок-
сте 35 . Его строго каноничные изображения прони- вил. В отличие от красивых птице-дев (византий-
кали на Русь с разными произведениями приклад- ских сиринов), они снабжены мужскими или гру-
ного искусства, в частности, с серебряной и полив- быми антропоморфными головами. По мнению
ной посудой36. Среди них мы находим Сэнмурва в Б. А. Рыбакова, это еще одна вариация Переплута.
виде двулапой собаки с крыльями и птичьим хво- Существенной особенностью орнаментации многих
стом, показанной в позе полета — с выставленными серебряных украшений с чернью является их не от-
вперед лапами (или одной лапой), с разинутой влеченный, а реальный, почти повествовательный
пастью и длинным высунутым языком. характер. Его внутренний смысл разгадал Б. А. Ры-
На украшениях с чернью последняя деталь пере- баков, раскрыв значение отдельных персонажей и
осмыслена в росток, крылья показаны не всегда, всей функционально связанной с ними растительной
а хвост отсутствует. Однако собачья морда и харак- орнаментации. Изображения на обручах теперь не-
терная поза полета сохранены русскими мастерами, возможно воспринимать иначе, как «серебряный
что и позволяет видеть в их рисунках местную ре- фольклор», который донес до нас картины наиболее
дакцию иранского божества — Сэнмурва. веселой, праздничной стороны жизни русских лю-
Б. А. Рыбаков в специальном исследовании про- дей, тех «бесовских игрищ» и «плясаний», которые
следил смысловую и функциональную связь между составляли содержание языческих русалий и так
древним иранским Сэнмурвом, покровителем семян, преследовались церковью41.
растений и корней Симарглом и богом раститель- Сравнительно недавно был найден еще один об-
ной силы Переплутом37. В зверином царстве чер- руч с русальными сценами (рис. 8, 20). На одной
невых украшений он предстает в разных изобрази- его створке, рядом с традиционной композицией с
тельных редакциях. двумя птицами, с плетеными растительными лента-
Самая характерная его черта — длинная мордоч- ми, между ними, дана живая жанровая сцена: муж-

22
чина и женщина сидят на маленьких стульчиках ному выводу пришли и мы, исследуя зооморфные
друг против друга, опираясь на фигурные посохи образы серебряных украшений. Только срисованы
(рис. 8, 18). Женщина подает мужчине рог, а муж- они были с русских и болгарских рукописных книг.
чина протягивает к нему руку. Оба они одеты в Рукописная орнаментация у двух славянских наро-
длинные одежды, отделанные каймой по подолу. дов первых веков письменности является вторым
Кайма явно орнаментирована, что показано рядом источником «звериных» персонажей орнамента чер-
точек. Таким же способом показан орнамент на го- неных украшений древней Руси. Создается впечат-
ловном уборе женщины. Эта мирная сцена угоще- ление, что граверы, работавшие в ювелирных мас-
ния напоминает русальные празднества двумя дета- терских по черни, имели возможность пользоваться
лями: рогом («пиють в розех») и посохами в руках. рукописным орнаментом для своих композиций точно
Не исключено, что и женский посох можно тракто- так же, как это делали эмальеры46. Только ориги-
вать как палку, с которой бегали и плясали девуш- налом для последних служили более ранние рукопи-
ки после троицына дня. Этот обычай зафиксирован си с орнаментом «византийского» стиля, а для мас-
этнографически в Пензенской губернии42. Посох в теров по черни — рукописи с орнаментом, переход-
руках мужчины можно сопоставить со священным ным к тератологическому, основной поток которых
жезлом «русальца» — главного волхва 43 . шел из Болгарии.
Еще более убедительны сопоставления с русалия- В орнаментации черненых украшений арсенал
ми сцен, изображенных на другой створке. На ней зооморфных образов расширился. Более того, на
в трех арках представлены три сюжета: пара птиц примере анализа образов грифона и дракона мы мог-
по сторонам древа; фантастический зверь с птичьей ли убедиться в ощутимом отходе от их древнего
головой и процветшим хвостом; подобный же зверь облика: они сближаются с реальными, знакомыми
и мужчина (рис. 8, 27). Последняя сцена особенно древнерусскому художнику образами волка или
интересна. Зверь стоит на передних лапах, обращен- собаки. В рожденных его фантазией образах уже
ный головой к мужчине, задние лапы его высоко нет ничего устрашающего — это или благожелатель-
подняты. Мужчина, данный в движении, с припод- ные, охранительные образы, или веселые персонажи
нятыми руками, производит впечатление непосредст- народных языческих празднеств.
венного участника этой сцены дрессировки или, ско- Новым в орнаментации черни оказываются частые
рее, подготовленного и показываемого зрителям но- изображения людей, полные реалистических деталей
мера. Как бы ни объяснять эту сцену, она явно в передаче одежды, головных уборов, музыкальных
относится к театрализованным действиям, состав- инструментов, обстановки. Своеобразные сочетания
лявшим основу всякого народного празднества44. бытовых сцен с людьми и фантастических обра-
Подтверждают это и маски, антропоморфные и бы- зов составляют особенность декора украшений с
чьи, которые украшают колонны, разделяющие ар- чернью.
ки. Эта деталь, ни разу не встреченная на других Исходя из сказанного, орнамент древнерусских
обручах, особенно важна: маски широко использова- украшений с чернью ни в коем случае нельзя назы-
лись и в русских, и в болгарских языческих празд- вать тератологическим, «чудовищным». Собственно
нествах. тератология станет характерной для книжного орна-
С ряжеными можно сопоставить и некоторые рас- мента более позднего времени.
смотренные выше иконографически неопределенные Переход от застывших композиционных схем с
персонажи с чертами антропоморфизма. традиционными фантастическими существами и
Подводя итоги анализу персонажей орнамента на птицами на предметах с перегородчатой эмалью к
украшениях с чернью, мы приходим к выводу о разнообразию и в составе, и в способе изображения
двух основных источниках, с которыми можно свя- различных персонажей на изделиях с чернью бро-
зывать их возникновение. Первым несомненно был сается в глаза. «Византийский» орнамент эмалей —
мир искусства народов Востока. Реалистическая ма- олицетворение статики, «звериный» орнамент чер-
нера в изображении животных, характерная для ви- ни — воплощение движения, и в этом отношении ор-
зантийских миниатюр и уходящая корнями в антич- наментация этих двух стилей прямо противоположна.
ную традицию, никак не отразилась в разбираемом Формально это выразилось в смене излюбленных
нами орнаменте. Отметим также, что и животный принципов симметрии: в «византийском» орнаменте
мир византийских миниатюр ничего общего не имеет господствует зеркальная симметрия, а в «звери-
с животными и зооморфными существами этого ор- ном» — осевая. Появившись в отдельных композици-
намента. Именно древняя традиция искусства наро- ях «византийского» орнамента, осевая симметрия
дов Востока, безусловно, была главной. Это касается как бы взорвала его изнутри, превратив в свою про-
иконографии таких образов, как грифон, дракон, си- тивоположность.
рин, кентавр и многочисленные птицы. На некоторых рукописных инициалах видно, как
Естественно, что с точки зрения семантики «зве- буквы, состоящие из двух половин (Н, М), превра-
риный» орнамент русской черни отражает существо щаются в асимметричные фигуры благодаря плете-
славянского язычества, в котором слились древние, нию. Так и на колтах с чернью переплетение лиша-
восходящие к ипдоевропейским корням представле- ет зеркальной симметрии традиционные парные ком-
ния с образами религий народов Востока и собст- позиции. В результате развития этой тенденции
венным мировоззренческим творчеством. даже сами обручи теряют симметричность своей
Исследуя изображения зверей на одной группе по- конструкции: одна створка делится на два отсека,
ливной посуды Византии, Т. Райс пришел к выводу, другая — на три, а изображения на них утрачивают
что они имеют восточный облик и кажутся срисо- необходимую ранее повторяемость аналогичных сю-
ванными с исламских манускриптов 45. К аналогич- жетов. Это привело к тому, что в декоре серебряных

23
украшений мастера черневого дела перешли от собст- ты орнамента — подчиненным. Этот переход от чис-
венного орнамента, состоявшего из ритмичного пов- той орнаментальности к изобразительности состав-
торения застывших мотивов, к изобразительности, ляет главную специфику «звериного» стиля черненых
при которой повествование стало главным, а элемен- изделий Руси.

1 19
Макарова Т. И. Симметрия в растительном орнаменте ПСРЛ. М., 1962, т. 1, 1147 г.
20
древней Руси. — В кн.: Древняя Русь и славяне. М., 1978, Там же, 1154 г.
21
с. 370-378. Липец Р. С. Отражение этнокультурных связей Киевской
2
Щепкин В. Н. Русская палеография. М., 1967, с. 43. Руси в сказаниях о Святославе Игоревиче (X в.). — В кн.:
3
Ремпель Л. И. Архитектурный орнамент Узбекистана. Этническая история и фольклор. М., 1977, с. 239—247.
22
Ташкент, 1961, с. 229. Слово о полку Игореве. М., 1954, с. 20 (строка 280).
4 23
Иванов С. В. Орнамент народов Сибири как исторический Совсем не изображаются на них и домашние животные,
источник. М.; Л., 1963, с. 36. о которых в Повести временных лет много упоминаний:
5
В исследовании орнамента мы придерживаемся классифи- бык, вол, верблюд, козел, конь, овца, осел, пес, свинья,
кации, предложенной В. Н. Щепкиным применительно к кошка. Изображение персонажей мифологического мира,
рукописным книгам, как это делают и другие современ- а не реального, характерно и для искусства эпохи перво-
ные исследователи. См.: Ухова Т. Б. Миниатюры, орна- бытности. См.: Антонова Е. В. Изобразительное творчество
мент и гравюры в рукописях библиотеки Троице-Сергиева населения Кавказа и Передней Азии как отражение прин-
монастыря. — В кн.: Зап. отдела рукописей Гос. биб-ки ципов его мировосприятия (эпоха первобытности). —
им. В. И. Ленина. М., 1960, вып. 22, с. 10, 11. «Византий- В кн.: V Республиканская научная конференция по проб-
ский» стиль в применении к широкому кругу предметов лемам культуры и искусства Армении: Тез. докл. Ереван,
прикладного искусства можно было бы вслед за Б. А. Ры- 1982, с. 252, 253.
24
баковым назвать финифтяным. См.: Рыбаков Б. А. Ремес- Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси,
ло древней Руси. М., 1948, с. 391—393. с. 116, 117 .
6 25
В. Н. Щепкин считает основным элементом «византий- Щепкина М. В. Тератологический орнамент. — В кн.:
ского» орнамента «ветку», показывая на рисунке, что она Древнерусское искусство. Рукописная книга. М., 1974,
образована делением пополам трехлепесткового цветка- с. 220.
крина. См.: Щепкин В. Н. Русская палеография. М., 1920, 26
Даркевич В. П. Светское искусство Византии. М., 1975,
с. 48, рис. VIII. Современные исследователи орнамента с. 62, рис. 85; с. 191, рис. 293—295.
рукописей называют этот элемент «византийским цвет- 27
Веймарн Б. В. Искусство арабских стран и Ирана VII—
ком», трилистником, крином. См.: Протасьева Т. Н. Визан- XVII вв. М., 1974, рис. 132.
тийский орнамент. — В кн.: Древнерусское искусство. М., 28
Орлов Р. С. Зоброження звірів на византійских пряжках
1974, с. 205. В случае более усложненной формы его на- X ст. — В кн.: Археологія, 1973, 11, с. 86, рис. 2; 3.
зывают «византийским пятилистником». См.: Зап. отдела 29
Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси,
рукописей Гос. биб-ки им. В. И. Ленина. М., 1960, вып. 22: с. 118.
Иллюстрированный словарь терминов, с. 209. 30
Там же, с. 122.
7
Шубников А. В. Симметрия. М.; Л., 1940, с. 18. 31
Там же.
8
Макарова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси. М., 32
Воробьева Е. В. Семантика и датировка черниговских ка-
1975, с. 18—21; Она же. Симметрия в растительном орна- пителей.—В кн.: Средневековая Русь. М., 1976, с. 175—183;
менте древней Руси, с. 370—378. Лазарев В. Н. Византийское и древнерусское искусство.
9
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII вв. М.; Л., 1954, М., 1978, с. 237.
с. 70, 71. 33
Толстов С. П. Хорезм. М., 1948, с. 286—288.
10
Зеркальная симметрия состоит в том, «что две отраженно 34
Р. С. Орлов не без оснований сопоставляет их с извест-
равные половинки фигуры расположены относительно ными изображениями геральдических орлов. См.:
друг друга, как предмет и его изображение в зеркале». Орлов Р. С. Символіка зображень на київському браслеті-
Такие фигуры совмещаются с самими собой при помощи наручиі. — В кн.: Археологічні дослідження стародавнього
отражения в воображаемой плоскости симметрии. Осевой Київа. Київ, 1976, с 166—168. Однако сходство с послед-
симметрией обладают фигуры, которые совмещаются с ними не должно заслонять явную антропоморфность фан-
самими собой при помощи вращения вокруг оси. О пер- тастических фигур киевского обруча.
вых говорят, что они имеют плоскость симметрии, о вто- 35
рых — ось симметрии. Фигуры с зеркальной симметрией Рыбаков Б. А. Русалии и бог Симаргл-Переплут. — СА,
статичны. Фигуры с осевой симметрией принципиально от- 1967, № 2, с. 113; Тревер К. В. Собака-птица: Сэнмурв и
личаются от фигур с зеркальной симметрией, вызывая Паскудж. — В кн.: Из истории докапиталистических фор-
представление о вращении. В орнаменте они возникают маций. М.; Л., 1933, с. 324, 325; Она же. Сэнмурв-Паскудж,
благодаря использованию принципа переплетения. См.: собака-птица. Л., 1937, с. 31—40.
Шубников А. В. Симметрия, с. 12, 13, 78, 79. Переплетение 36
Смирнов Я. И. Восточное серебро. СПб., 1909, табл. XXII,
в орнаментации эмалей практически не встречалось. 46; XLVIII, 82; XLIX, 83; Макарова Т. И. Поливная кера-
Исключение составляет вариант плетения на не дошед- мика в древней Руси. М., 1972, с. 6, табл. I, 2.
шем до нас звене киевской диадемы из клада 1825 г. См.: 37
Рыбаков Б. А. Русалии и бог Симаргл-Переплут, с. 112.
Макарова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси, 38
Там же, с. 115.
с. 109, табл. 13, 7. 39
Там же, с. 100.
11
Шубников А. В. Симметрия, с. 18—23. 40
Мавродинов Н. Връзките между българското и руското
12
Там же, с. 14—17. изкуство. София, 1955, с. 42.
13
Гущин А. С. Памятники художественного ремесла древ- 41
Рыбаков Б. А. Прикладное искусство и скульптура.—
ней Руси. М.; Л., 1936, с. 44. В кн.: История культуры древней Руси. М.; Л., 1951, т. II,
14
Вагнер Г. К. Проблема жанров в древнерусском искус- с. 433; Он же. Русалии и бог Симаргл-Переплут, с. 115,116.
стве. М., 1974, с. 143. 42
15
Фрезер Д. Д. Золотая ветвь. М., 1980, с. 530, 531. Рыбаков Б. А. Русалии и бог Симаргл-Переплут, с. 101.
43
16
Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси. Там же, с. 100.
44
М., 1964, с. 108. Белкин А. А. Русские скоморохи. М., 1975, с. 3.
45
17
Там же, с. 109. Rice D. С. Late byzantine pottery at Dumbarton Oaks.—
18
Иессен А. А. Пять чаш из Байлакана. — В кн.: Исследо- In: Dumbarton Oaks Papers. Washington, 1966, N 20, p. 213.
вания по истории культуры народов Востока: Сб. в честь 46
Даркевич В. П., Монгайт А. Л. Клад из Старой Рязани. М.,
академика И. А. Орбели. М.; Л., 1960, с. 91, 92. 1978, с. 8.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ТЕХНИКИ ЧЕРНИ


НА РУСИ

Р
асцвет древнерусской черни относится к XII в. гим музеям мира и частным коллекциям, эти произ-
Именно о черненых изделиях этого времени ведения представляют большую трудность для иссле-
оказался хорошо осведомлен Теофил. Показа- дования. Судя по публикациям, чернь на крестах
тельно, что он отметил самую главную черту черне- заполняет линии нередко небрежной гравировки9.
вого дела Руси — разнообразие технических приемов: Исследователи отмечают, что чернь на них иногда
«Если ты старательно исследуешь их (Записки.— напоминает инкрустацию10. Важно отметить, что
Т. М.), то найдешь..., что' в... разнообразии черни инкрустация во многих случаях применяется в деко-
открыла Туска» 1. ре крестов наряду с чернью. Как мы увидим, эти
Возникает вопрос, сколько понадобилось времени, два технических приема часто оказываются сопут-
чтобы это искусство получило столь широкое приз- ствующими а.
нание современников? С чего началось черневое дело В X—XI вв., когда Сирия и Палестина уже не
Руси? входили в состав Византийской империи, изготовле-
Было ли здесь прямое заимствование технологии, ние крестов-энколпионов могло быть налажено и в
полученной в готовом виде из чужих рук, как это самом Константинополе. Именно со столичным ре-
произошло с перегородчатой эмалью или стеклоде- меслом Л. Дончева-Петкова убедительно связывает
лием 2, или техника черни медленно вызревала в найденный в Плиске (Болгария) золотой энколпион
мастерских русских кузнецов по серебру, вызванная с чернью 11.
к жизни подражанием привозным образцам или под- Кресты, исполненные в технике черни, часто отли-
сказанная пришлым мастером? Для ответа на эти чаются большими художественными достоинствами
вопросы необходимо представить себе судьбу техни- и представляют громадный интерес для изучения
ки черни у соседних с Русью народов. иконографии христианских сюжетов на протяжении
Чернь (или ниелло) была хорошо известна в За- длительного периода и для истории прикладного ис-
падной Европе I тысячелетия н. э.3 Этим она была кусства Византии в целом.
обязана римскому наследию. На основе римских тра- Для нас они важны как красноречивое свидетель-
диций германцы выработали свой орнаментальный ство непрекращающегося в течение нескольких сто-
стиль в металлообработке. Фибулы со своеобразным летий использования техники чернения в областях,
звериным орнаментом, выполнявшимся с применени- имевших постоянные контакты с Русью. Очевидно,
ем черни, производились ими с V по IX в.4 в этих же мастерских изготовлялись на широкий
От Рима унаследовало традицию чернения и ви- рынок и другие предметы христианского культа.
зантийское ремесло. Прекрасным примером этого В этой связи интересна находка крышки от сереб-
служит много раз издававшееся блюдо с изображе- ряного черненого реликвария, обнаруженной в алан-
нием триумфа императора Констанция II, сделанное ском северокавказском могильнике Мощевая Балка,
в конце IV в. А. В. Банк считает, что оно могло в хорошо датированном комплексе VIII—IX вв.
быть изготовлено в одной из мастерских Северного По справедливому заключению А. А. Иерусалимской,
5
Причерноморья . Однако данных для такой локали- крышка относится к импорту сиро-византийского
зации пока нет. В Северном Причерноморье и во- происхождения 12.
обще на юге Восточной Европы встречаются отдель- Таким образом, в большом регионе восточных про-
ные изделия с чернью. Таковы пряжка V в. из Ялты винций Византийской империи и в самой ее столице
и пряжка того же времени из с. Качин на Волыни 6. на протяжении длительного времени развивается
С применением черни изготовлена серебряная посуда производство, в процессе которого наряду с други-
Перещепинского клада 7 . Но все это произведения ми техническими приемами применяется чернь. Ло-
довольно высокого качества, а значит, и сложивше- гично предположить, что чернь могла быть принесе-
гося, традиционного ремесла. Их изготовление логич- на на Русь мастерами, работавшими над изготовле-
нее связывать с одним из городов Империи, если нием предметов христианского культа. Мы даже
не с самим Константинополем. располагаем летописными сведениями о проникнове-
Еще более традиционным выглядит производство нии на Русь выходцев из Сирии. Таков «лечец»
другой категории изделий, часто украшавшихся (т. е. врач) Петр, «родом сурянин», бывший на
чернью,— это кресты из золота и серебра восточно- службе у киевского князя Святослава Давыдовича.
византийского происхождения. Начало его относит- Однако чернь появляется на русских энколпионах
ся к VI в., а развитие продолжается вплоть до позд- а
него средневековья. Связано оно с Сирией и Пале- Возможно, это объясняется тем, что инкрустация и чернь
представляют собой различное техническое решение од-
стиной, откуда эти реликвии распространились по ной идеи — нанесения декора на один металл при помощи
8
всему христианскому миру . Разбросанные по мно- другого.

25
только в середине XII в.13, в эпоху расцвета чер- 5—11). Обилие дорогих бляшек говорит о высоком
невого дела и повсеместного применения ее древне- ранге его владельца. В их изготовлении использованы
русскими ювелирами. Поэтому изготовление предме- тонкое литье, гравировка, золочение и чернь. Она
тов христианского культа в Византии не дает ответа занимает здесь уже не линии гравировки, а большие
па вопрос о путях проникновения техники черни на плоскости, специально обработанные резцом. Это
Русь. углубления разной формы — круглые, овальные,
Нельзя обойти при решении этого вопроса Кавказ, каплевидные, размещающиеся на возвышенных час-
тем более что в литературе давпо утвердилась точка тях рельефного орнамента. Контуры бляшек местами
зрения о его посреднической роли между странами подчеркнуты мелким рифлением. Пышная орнамен-
Востока и Русью в деле освоения искусства черне- тация этих бляшек представляет собой вариации
ния 14. Действительно, в Грузии уже в X в. созда- одного сюжета — древа жизни. Некоторые компози-
вались такие произведения с чернью, как икона ции и в этом случае «двузначны»: перевернутые,
Спаса из Целенджихи и выносной Ишхадский они напоминают личины с густыми бровями, широ-
крест 15. ким носом, усами и острой бородкой (рис. 9, 6, 8).
Особое место в истории черневого дела занимает Для всех бляшек второго пояса тоже характерна
уходящее корнями в глубокую древность искусство мягкая моделировка формы, вторящая растительным
кубачинских мастеров. В последнее время появились узорам декора.
факты, говорящие об освоении этой техники в Да- Ко второму черневому поясу относится и пряжка
гестане еще в эпоху Гуннского царства. Об этом (рис. 9, 9). В центре ее позолоченного щитка изоб-
красноречиво свидетельствует находка в погребении ражено древо жизни с толстым стволом и большим
знатной гуннской женщины в с. Ираги интересней- сердцевидным плодом. Края щитка обрамляет широ-
шего серебряного блюда с календарными мотивами, кий рифленый бордюр. Несмотря на геометричность
выполненного местным мастером с применением узора, пряжка стилистически может быть связана со
черни 16. Искусство чернения в этом регионе сложи- вторым поясом: об этом говорит, помимо таких дета-
лось под воздействием сасанидских традиций метал- лей, как рифленый бордюр, и манера заполнять
лообработки. Не исчезает оно и в хазарское время. чернью углубления на выпуклых частях орнамента.
В могильнике Верхний Чир-Юрт были найдены по- В этот же набор входила небольшая уплощенная
ясные наконечники VII—VIII вв. с растительным трубочка из серебряного позолоченного листа с зо-
орнаментом на черненом фоне (рис. 9, 1, 2) 17. нальным орнаментом (рис. 9, 11). Края ее подчерк-
Иногда они украшены и инкрустацией. Эти находки нуты насечкой мелкорифленого бордюра, посредине
вплотную подводят нас к вопросу о роли черни в такой же насечкой передана имитация плетения —
металлообработке народов, входивших в состав Ха- в обеих зонах размещен исполненый чернью изящ-
зарского каганата. Вопрос очень сложен из-за мало- ный побег — веточка древа. Такие приемы, как
численности конкретных изделий, которые можно чернение на больших плоскостях и насечка, имити-
было бы связать с мастерами каганата. Однако в пос- рующая рифленые края рельефного орнамента основ-
леднее время стали намечаться пути, по которым ных бляшек второго пояса, сближают с ними трубоч-
можно подойти к его решению. Так, В. П. Даркевич ку, но все же нельзя не отметить самостоятельность
сумел в массе разнородных произведений торевтики в ее исполнении. В отличие от всех бляшек второго
уловить «хазарский пласт», убедительно связав с черневого пояса, она исполнена гравировкой и, оче-
ним ряд произведений, принадлежность которых к видно, появилась на поясе позже.
«салтовскому кругу» предполагали еще А. А. Спи- Не вызывает никаких сомнений тот факт, что оба
цын и Я. И. Смирнов 18. пояса с украшенными чернью и позолотой бляшками
Исключительный материал для дальнейшей раз- изготовлены в разных мастерских: так явно запечат-
работки этой темы дают бляшки поясных наборов, лены в них разные ремесленные приемы. Но так же
найденные в кладе Саркела 19 . Из них можно ре- несомненно и то, что мастерские эти работали в Сар-
конструировать три пояса: один — с бронзовыми келе. Об этом говорят находки в культурном слое
бляшками, инкрустированными медной проволокой, города бляшек, аналогичных тем, которые попали в
и два — с серебряными, с позолотой и чернью. состав клада. Это в одинаковой мере относится и к
Бляшки первого пояса с чернью оттиснуты на тон- бронзовым бляшкам с инкрустацией, и к серебряным
ких пластинах серебра. Они украшены чернью по с чернью. Перед нами — свидетельства серийного
гравировке и позолочены. Края их на отдельных производства однотипных изделий. Более того, неко-
участках подчеркнуты частым рифлением. Орнамен- торые бляшки, найденные в культурном слое, де-
тированы они несколько схематизированными расти- монстрируют эволюционные изменения в налажен-
тельными мотивами. Некоторые из них «двузначны»: ном производстве. На одной из таких бляшек мы
перевернутые, они напоминают морду зверя кошачь- видим вариации уже знакомых по поясу знатного
ей породы (рис. 9, 3). Форма бляшек отличается воина мотивов (рис. 9, 12), выполненных в тех же
мягкими очертаниями: их общий контур как бы пов- технических приемах, на другой — известное «усы-
торяет в плавных изгибах растительный орнамент хание» орнаментации при сохранении такого харак-
самой бляшки. Чернь на этих бляшках употреблена терного для бляшек элемента, как растительная мо-
в простейшем варианте: ею заполнены углубления делировка ее формы (рис. 9, 13).
мелкой гравировки, местами она выкрошилась. Важно учесть, что последняя бляшка найдена уже
В целом бляшки производят скромное впечатление. в русском слое Саркела, относящемся к концу X —
Довольно малочисленные, они, вероятно, украшали началу XI в. Монетная часть клада свидетельствует,
пояс еще молодого воина. что он был зарыт в середине X в. М. И. Артамонов
Второй пояс был украшен бляшками, отличающи- связывает зарытие клада с взятием города Свято-
мися высоким мастерством исполнения (рис. 9, славом Игоревичем в 965 г.20 В таком случае перед

26
Рис. 9. Поясные бляшки
с чернью
1, 2 — Чир-Юрт;
3—11 — Саркельский клад;
12, 13 — культурный слой
Саркела;
14, 15 — Дардонский
могильник

нами — выразительные показатели развития техни- знали технологию черни. Далеко от Саркела найде-
ки чернения на протяжении по крайней мере полу- ны изделия, стилистически близкие саркельским.
столетия, а может быть, и целого столетия. Реально Это предметы с чернью из Дардонского могильника
речь может идти о двух-трех поколениях мастеров, в Карачаево-Черкесии (рис. 9, 14, 15). Бляшка из
знавших технологию черни. Это были мастерские, Дардонского могильника дает пример схематизации
изготовлявшие воинское снаряжение, т. е. оружей- растительного орнамента, которая уже намечалась
ные. Ювелирами чернь не использовалась. Но есть на некоторых вещах пояса знатного воина из Сар-
в Саркеле одна интереснейшая находка, говорящая кела (рис. 9, 14 и 9). Однако в ней сохранены такие
о начале проникновения этого декоративного приема детали, как рифленый бордюр и подчинение формы
и в ювелирное дело. В одном из подкурганных пог- бляшки украшающему ее растительному орнаменту.
ребений кочевнического могильника был обнаружен Близка саркельской по форме и трубочка с сильно
двустворчатый пластинчатый браслет с чернью 21 . засушенной композицией из четырехлепестковых ро-
Он оттиснут на матрице, чернь заполняет углубле- зеток (рис. 9, 15 и 11). Ее орнамент напоминает
ния плетеного орнамента (рис. 10, 11). Браслет но- орнамент бляшки из русского слоя Саркела (рис. 9,
сили долго и ценили: он носит следы починки. 13). Стилистически вещи из Дардонского могильни-
Курган по сопутствующему инвентарю датируется ка представляют собой поздний этап в развитии
X в. Пластинчатый браслет с чернью из Саркела — саркельских традиций чернения.
самый ранний из украшений этого рода в Восточной Отголоски их прослеживаются и на предметах с
Европе. чернью из богатых кочевнических погребений XI в.
Небольшая крепость на границах Хазарского кага- Это сбруйные наборы из Ново-Каменки22, Старо-
ната — Саркел — была не единственным местом, где Шведского и Горожено на Херсонщине 23, Сарайлы-
27
Рис. 10. Детали сбруйных наборов с чернью из кочевнических погребений (1—10)
и браслет (11) с чернью из кочевнического погребения
1, 2 — Гаевка; 3—5 — Сарайлы-Кийят; 6—10 — Ново-Каменка; 11 — Саркел

28
Кийят в Крыму и Гаевки на среднем Дону 24 . Они найдены в курганах X в. в Гнездове и опубликованы
сделаны с большим мастерством, несущим все приз- В. И. Сизовым 25 Эти бронзовые наконечники, серд-
наки вполне сложившегося самостоятельного стиля. цевидные и круглые бляшки. Круглые были укра-
Однако отдельные элементы дают нам право обра- шены шестиконечной фигурой, остальные — сердце-
титься в поисках его истоков к саркельским ве- видными фигурами, образующими бордюр на нако-
щам с чернью. нечниках и одной большой круглой бляхе (рис. 11,
Действительно, орнамент кочевнических сбруй- 1—7). Аналогичные бляшки были найдены в конском
ных наборов можно назвать геометрическим: основу погребении дружинного кладбища X в. в Киеве 26 .
его составляют плетение из черненых лент как ор- Круглые бляшки здесь орнаментированы пятиконеч-
ганизующий элемент декора и рифленый бордюр. ной звездой (рис. 11, 18—20). Кроме них, в комп-
Первый элемент в Саркеле встречен только на брас- лекс входили малые круглые бляшки, тройные и
лете. Но плетение на одном из наконечников из длинные наконечники, близкие поясным наконечни-
Сарайлы-Кийят очень похоже на саркельское (рис. кам Гнездова. Наконец, изделия с инкрустацией най-
10, 5). Это позволяет рассматривать плетение из дены в курганах Табаевки на Черниговщине 27. Кро-
лент, подчеркнутых чернью, на кочевнических сбруй- ме круглых бляшек со звездой, сердцевидных бля-
ных наборах как дальнейшее развитие орнамента, шек и наконечников, идентичных гнездовским (рис.
уже знакомого саркельским мастерам черневого де- 11, 8—13), сбруйный набор из Табаевки включает
ла. Еще в большей степени это относится к риф- бляшки, более сложные по форме и орнаментации
леному бордюру. Мы фиксировали его неоднократно (рис. 11, 14—17). Но и в этом случае параллели с
как характерную деталь поясных бляшек Саркель- гнездовскими находками иногда весьма ощутимы.
ского клада. Ее сохранили и мастера, изготовившие Так, орнамент на большой круглой бляшке повторяет
поясной набор из Дардонского могильника. На пред- орнамент большой бляшки из Гнездова: это бордюр
метах из кочевнических погребений XI в. рифленый из сердечек, усложненный треугольной фигурой в
бордюр также украшает края изделий, но он зани- центре (рис. 11, 14). На табаевских бляшках приме-
мает теперь и центральные участки, превратившись нены инкрустация серебряной и медной проволокой
из дополнительного элемента декора в основной. Пе- и золочение.
ред нами в данном случае не только преемственность В целом изделия из Гнездова, Киева и Табаевки
в применении определенного декоративного приема, стилистически однородны: одинаковые по форме, опи
по и его эволюция. дают пример буквального повторения и явной эво-
Дальнейшее развитие претерпела и растительная люции в сторону усложнения формы, орнаментации
орнаментация, мотивы которой вплетаЕотся в геомет- и технологии. Особенно показательны вещи из
рический каркас композиций на предметах уздечных Табаевки, на которых гнездовские орнаментальные
наборов. Немногочисленные ее сюжеты — дерево и решения значительно усложнены и сопровождаются
вьющийся побег лозы — дают стандартные варианты новыми элементами и композициями. Не случайно
отработанной растительной орнаментации, широко курганы Табаевки датируются более поздним време-
распространенной в Византии, на Ближнем Востоке, нем — X—XI вв.
в Европе. В определении техники исполнения всех этих из-
Черневые предметы сбруйных кочевнических набо- делий ученые не единодушны. В. И. Сизов считал
ров XI в. обнаруживают ощутимые связи с черне- гнездовские вещи «образцами древней техники чер-
вым делом, освоенным мастерами хазарских горо- нения», а М. К. Каргер и Д. И. Блифельд однотип-
дов, в частности Саркела. ные вещи из Киева и Табаевки — образцами техни-
Мы можем наметить четыре пласта в металлообра- ки инкрустации. Последнее в настоящее время несом-
ботке X в., связанной с техникой черни. Первый ненно, В. И. Сизов ошибался.
представлен на саркельских материалах бронзовым Однако В. И. Сизов оказался прав в другом:
поясом, украшенным инкрустацией, часто сопутст- в изготовлении изделий, подобных гнездовским,
вующей черни. Второй — поясом молодого воина. как он и предполагал, принимали участие восточные
Бляшки этого пояса сохранили чернь в простейшем мастера. В Киеве, на Подоле, в мастерской ювелира
варианте: по неглубокой гравировке, напоминающей X в., была найдена литейная форма с именем масте-
внешне линии инкрустации. Третий этап представлен ра или благопожеланием на арабском языке (Язид) 28 .
поясом знатного воина. Высота технических приемов В один комплекс с ней входила и литейная форма
исполнения сочетается в нем с пышностью орнамен- для отливки круглых бляшек со звездой, аналогич-
тации. Четвертый этап демонстрируют находки из ных гнездовским (рис. 11, 21).
Дардонского могильника и, наконец, значительно Концентрация в одном регионе однородных изде-
более совершенные и, вероятно, более поздние сбруй- лий, связанных с экипировкой воина-всадника, поз-
ные наборы из кочевнических погребений XI в. воляет рассматривать их как показатель деятельно-
Итак, мы попытались проанализировать сведения сти оружейных мастерских эпохи Игоря, Ольги, Свя-
о познаниях соседей Руси — кочевников — в области тослава 29. Открытие одной такой мастерской на ки-
черневого дела. Как видно, эти познания были весь- евском посаде говорит о проникновении оружейного
ма значительны. Конкретные вещи с чернью из хо- дела в широкие городские массы, а распространение
рошо датированных комплексов говорят о длитель- продукции подобных мастерских далеко за предела-
ной традиции чернения в мастерских оружейников ми собственно Руси — в Старой Ладоге 30, Бирке и
Хазарского каганата и сменивших его половцев. Венгрии31 — о его значительности и разветвленно-
Обратимся теперь к русским древностям. Так же, сти уже в это раннее время. Вот в этих-то мастер-
как хазарские изделия, они дают нам свидетельства ских и производились первые опыты черневого де-
раннего освоения техники, обычно сопутствующей ла. Впервые использована чернь на предмете, тесно
черни,— инкрустации. Впервые такие вещи были связанном с воинским бытом. Это знаменитый турий

29
рог из Черной могилы — княжеского погребения под
Черниговом, относящегося к середине X в. Славой
своей это произведение обязано, однако, не черни,
а интереснейшей сцене с эпическим сюжетом, изоб-
раженным гравировкой и чеканкой на его оковке 32 .
Чернью же украшены накладная пластина в сред-
ней части рога и розетки, идущие по верхнему краю
оковки. Грубой гравировкой на них изображены пов-
торяющиеся композиции растительного характера,
линии гравировки заполнены чернью, местами вы-
павшей.
Композиции эти заслуживают особого внимания.
В трех случаях они состоят из переплетающихся
стеблей, оканчивающихся широкими пышными ли-
стьями (рис. 11, 24—26). В двух случаях такие два
листа как бы вырастают из одного стебля (рис. 11,
27, 31). Четыре раза эта же идея выражена более
небрежно (рис. 11, 28—30, 33). Одна композиция
состоит из перевернутого крина с каплевидной серд-
цевиной (рис. 11, 32). Контуры этих розеток не пред-
ставляют какой-либо правильной геометрической
фигуры, скажем, круга или овала, а как бы сами
повторяют неправильные очертания изображенных на
них растительных мотивов. Более всего эти розетки
напоминают поясные бляшки с пышным раститель-
ным орнаментом, широко распространенные в X в.
в Восточной Европе и Венгрии. Если на основном
орнаментальном поле оковки рога изображен эпизод
из эпического сказания, хорошо известного народам
Восточной Европы, то по краям его идут реплики
на изделия, тоже достаточно популярные,— это на-
ременные бляшки, знаки воинского отличия, десять
раз повторенные мастером. Так турий рог из Чер-
ной могилы наглядно объединяет в себе художест-
венные традиции и славянского, и кочевого мира
Восточной Европы X столетия.
Отметим, что подобное композиционное реше-
ние — не единственное в своем роде. На ковше из
Коцкого городка, сделанном в IX в., по мнению
В. П. Даркевича, в смешанной хазаро-огузской сре-
де 33, тоже сочетаются два сюжета: эпизод из тюрк-
ского эпоса и имитация бляшек салтовского типа по
краям.
Нет ничего удивительного, что на первых шагах
русской государственности в княжеских мастерских
создавались вещи, несущие на себе следы более
древних этапов металлообработки в Восточной Евро-
пе.
К числу древнейших произведений с чернью вос-
точноевропейского происхождения, не выходящих
за рамки X в., относится небольшая серебряная нак-
ладка из фондов Эрмитажа, найденная в 1913 г. в
местечке Спанка (б. Петербургская губерния) в со-
ставе клада (рис. 11, 23). Она имеет характерную
форму с выступом с одной стороны и выемкой — с
другой. Это дает возможность сразу сопоставить ее
с кругом совершенно определенных и очень харак-
терных для X в. изделий — бляшек от кочевниче-
ских сумок, известных по венгерским древностям34.
Рис. 11. Наременные бляшки (1—23) с чернью Подобные бляшки крепились на ремне одна под
другой так, что составляли в результате гибкий
и инкрустацией металлический наконечник, запиравший сумку.
и детали оковки турьего рога с чернью (24—33) Реконструкция подобной сумки, сделанная И. Дие-
1—7 — Гнездово; 8—17 — Табаевка; 18—20 — Киев; 21 — нешем на венгерских материалах, не оставляет сом-
прорись изображения на литейной форме из мастерской
ювелира на Подоле (Киев); 22 — Киев; 23 — Спанка; 24— нений в назначении бляшки из Спанки. Она — не
33 - Черная могила единственная в русских древностях. Похожие бляш-

30
ки найдены на Черниговщине и привлечены И. Дие-
нешем в качестве аналогий венгерским35. Такое же
назначение имели квадратные бляшки из киевского
дружинного некрополя (рис. 11, 22), опубликован-
ные М. К. Каргером36 и бляшки от кочевнических
сумок, встреченные в Гнездове 37 . Близкие анало-
гии им, обнаруженные в погребениях in situ, есть в
венгерских древностях38.
Таким образом, бляшка из Спанки приводит нас
к выводу о широком распространении в воинском
быту Восточной Европы X в. сумок с металлически-
ми бляшками, часто называемых в литературе вен-
герскими. Особый интерес бляшки из Спанки состо-
ит в том, что она черненая, в то время как ни одна
из бляшек, приведенных в качестве ее аналогий,
черни не имеет. Поэтому бляшка из Спанки, функ-
ционально и стилистически относящаяся к серии
находок, связанных с воинскими сумками X в.,
стоит среди них особняком. Она говорит, что в
X в. где-то делались такие бляшки с применением
черни, причем на довольно высоком техническом
уровне: чернь покрывает на изделии значительную
поверхность и хорошо сохранилась. Да и вообще эта
бляшка свидетельствует о высокой профессиональ-
ной подготовке мастеров, из рук которых могли
выходить подобные изделия. Она отлита в форме из
серебра, в литье воспроизведена ложная зернь, окай-
мляющая выступ на одной из ее сторон. Окончатель-
ную отделку ей придает гравировка. По разнообра-
зию ювелирных приемов и количеству серебра, ис-
пользованному при неэкономном литье, можно су-
дить о далеко не рядовом назначении вещи, для
которой делались подобные бляшки, а следовательно,
и о нерядовом характере мастерской, где созда-
валась такая дорогая воинская экипировка. При по-
исках центра, где могли в X в. делаться подобные
вещи, надо учесть рифление по краям бляшки, оди-
наково характерное для черненых бляшек саркель-
ского пояса и для черневых сбруйных наборов из
кочевнических погребений. Учитывая, что саркель-
ский пояс датируется X в., а сбруйные наборы —
XI в., мы должны видеть в этой детали устойчивый
декоративный прием. Поэтому вряд ли возможно
отрывать бляшку из Спанки от круга кочевнических
древностей, хотя мы и располагаем аналогиями ей
в дружинных погребениях Руси эпохи Олега и Иго-
ря.
Итак, первые изделия с чернью в Восточной Ев-
ропе связаны с производством разнообразных пред-
метов воинского быта. Для X в. это одинаково вер-
но как для Хазарии (Саркел), так и для Руси (Чер-
ная могила).
Дальнейшая судьба черневого дела складывалась
в этих государствах по-разному: в Хазарии оно угас-
ло вместе с гибелью самого государстваб, а на
Руси сумело пустить глубокие корни в .
Можно положительно утверждать, что уже через
несколько десятилетий после падения Хазарского
каганата чернение стало одним из способов декора
русского оружия. Однако сам прием чернения по се-
б
В этой связи интересно рассмотреть черневое дело Куба-
чей, которое вполне может быть связано с традициями
ремесла хазарской и гуннской эпох.
в
Венгры, перенесшие с собой в Венгрию навыки в метал-
Рис. 12. Рукоять меча из Карабчиева (1)
лообработке, которые вырабатывались в многоэтничной и наременная бляшка
среде оружейников Восточной Европы, черни не знали. из Второго Пекуновского могильника (2)

31
ребру, одинаково применявшийся на предметах из Во Втором Пекуновском могильнике, расположен-
кочевнических погребений XI в. и на русском ору- ном в пределах бывшей Тверской земли, в погребе-
жии того же времени, не повлек за собой нивелиров- нии дружинника конца X — начала XI в., найдена
ки художественного облика изделий этих разных серебряная сердцевидная бляшка с исполненным
миров. чернью орнаментом, аналогичным орнаментации
Конкретных предметов с чернью того времени до меча из Карабчиева (рис. 12, 2) 42 . Бляшка эта
нас дошло мало, но они настолько выразительны, снабжена тремя штифтиками на обороте, что позво-
что достаточно демонстрируют это обстоятельство. ляет отнести ее только к одной категории предме-
Прежде всего это знаменитый меч, найденный в Ка- тов — к наременным украшениям воинского убора.
рабчиеве около г. Каменец-Подольский (рис. 12,1). Сквозная круглая петля в верхней части бляшки ока-
По конструктивным особенностям он датируется пер- залась сломанной, отчего она, вероятно, и была по-
вой половиной XI в. К этому времени собственное теряна. Судя по тому что она попала в числе немно-
производство мечей на Руси было уже прочно нала- гих предметов в погребение, она продолжала быто-
жено: начало его зафиксировано к 1000 г. Со второй вать уже в качестве редкого и поэтому дорогого
половины X в. мечи, изготовленные по каролинг- предмета. Этому способствовала и красота украшав-
ским моделям, уступают место мечам местных шего бляшку орнамента.
форм 39 . Рукоять меча из Карабчиева интересна Пекуновская бляшка оттиснута на тонком листе
именно с этой точки зрения. Ее декор свободно впи- серебра. Края ее обрамляет рельефный бордюр в
сывается в тот стиль растительной орнаментации, виде размещенных одна за другой скобок. Под от-
который по аналогии с орнаментом древнерусских верстием, обрамленным теми же скобками, оттисну-
рукописных книг называется «византийским», а по та рельефная трехлепестковая пальметта. Основное
близости к орнаментации изделий с перегородчаты- орнаментальное поле бляшки выпукло. На нем раз-
ми эмалями — финифтяным40. Он состоит из вариа- мещена изящная лоза, удачно согласованная с фор-
ций крина или его половины, образующих или пыш- мой бляшки. Гравировка в этом не участвовала:
ное древо с ветвями, расходящимися симметрично контуры лозы оттиснуты на матрице, полученное уг-
от центрального ствола, или вьющийся побег-лозу. лубление заполнено чернью. Лоза пекуновской бляш-
Подобная растительная орнаментация повсеместна ки очень похожа на выполненную чернью лозу,
и в значительной степепи «международна» в сред- украшающую перекрестие меча из Карабчиева. Надо
ние века. Сложение ее в Византии падает на учесть, что рельефные детали, играющие такую
X—XI вв., что убедительно показала А. В. Банк на заметную роль в орнаментации пекуновской бляшки,
основе анализа серебряных изделий. Она сумела здесь тоже имеются, хотя и решены по-другому:
уловить такие показатели в эволюции растительного рельефное навершие меча украшено имитацией зерни.
орнамента на протяжении двух столетий, как тенден- Мы можем поставить эти разные произведения,
цию к смене в XI в. строгой композиции из медаль- найденные в далеко отстоящих друг от друга местах
онов свободно вьющимися стеблями и побегами41. Руси, в одип стилистический ряд. В них ощущается
Именно такой вариант растительной орнаментации единая ремесленная традиция, реализованная на
мы видим на рукояти меча из Карабчиева (рис. 12, весьма высоком художественном уровне.
1). Ствол рукояти занят древовидной композицией, Важно отметить, что оба произведения и функци-
выполненной гравировкой на черненом фоне, перек- онально (меч!), и стилистически совершенно выпа-
рестия — лозой, побеги которой заполнены чернью. дают из круга единственных черневых предметов
Элементы этих композиций использованы в декоре XI в.— сбруйных кочевнических наборов. Это дает
навершия. Как видно, чернь применена на рукояти нам право рассматривать их как свидетельство
меча из Карабчиева в двух основных своих вариан- успешного применения черни в оружейном деле
тах — чернение фона и чернение орнамента. Надо Руси XI в.
особо отметить свободу и совершенство гравировки, Оба рассмотренных произведения черневого дела
которой выполнен сам орнамент. датированы первой половиной XI в., т. е. могли быть
Декор меча из Карабчиева не представляет чего- изготовлены оружейниками Ярослава Мудрого. Одна-
то исключительного для Руси XI в. Он легко вписы- ко здесь мы должны остановиться. Ни в одной из
вается в систему растительной орнаментации, завое- областей металлообработки Руси того времени сле-
вавшей к тому времени все основные области ис- дов применения черни мы больше не находим. Нет
кусства древней Руси, от монументальной живописи их и в ювелирном деле: в богатом женском метал-
и лицевых рукописных книг до ювелирных изделий. лическом уборе эпохи Ярослава чернь не применя-
Такие элементы этого орнаментального стиля, как лась. Более того, мы не находим никаких проме-
крин и лоза, встречаются и на черненых бляшках жуточных звеньев между первым произведением с
кочевнических сбруйных наборов (рис. 10, 1). Но там чернью — турьим рогом из Черной могилы середи-
они не подчиняют себе всей композиции, участвуя в ны X в.— и мечом из Карабчиева. А это значит,
ней как дополнительный мотив. Мы можем их рас- что нет никаких оснований для утверждения о не-
ценивать как временной показатель, подтверждаю- прерывном и поступательном развитии черневого
щий принадлежность меча из Карабчиева и сбруй- дела на Руси с середины X в., о чем может гово-
ных наборов с чернью к изделиям одной эпохи. рить только серия изделий с чернью с ощутимыми
Меч из Карабчиева по богатству художественного чертами эволюции в технологии, форме или орнамен-
оформления стоит пока особняком среди известных тации. Такой серией для начала XI в. мы не распо-
нам предметов оружейного дела Руси. Однако есть лагаем. Как же можно расценить спорадические
одна вещь, которая дает представление о парадном вспышки техники черни в производстве, связанном
воинском снаряжении, составной частью которого с предметами воинского быта, с которыми мы встре-
мог быть подобный меч. тились дважды на протяжении столетия?

32
Такое явление в прикладном искусстве — не но- место литью, менялись такие детали, как замки гри-
вость. Если новый технический прием появляется вен, и т. п.
внезапно, в готовом виде и в достаточно совершенном Все последующие уборы не были развитием пер-
исполнении, то за ним можно видеть только прине- вого. Они всегда связаны с повым словом в ювелир-
сшего его мастера. ной технике. Действительно, первый из них появил-
Все исследователи, задававшиеся вопросом о проис- ся во второй половине X в. Этот легкий убор из
хождении черни на Руси, обращались в поисках ее тисненых серебряных украшений с зернью резко
истоков к народам Востока. Как видно из изложен- контрастировал с тяжелыми литыми гривнами и брас-
ного, далеко ходить и не надо было: «Восток» сам летами более древних украшений. Г. Ф. Корзухина
стоял у дверей Руси то в качестве врага, то в роли справедливо видит связь этого убора с серебряным
союзника. Ремесленник-оружейник, взятый в плен, делом Польши и Чехии, где зернь в X в. была ши-
подаренный или купленный,— явление, вполне реаль- роко распространена. Второй металлический убор
ное и типичное для вотчинного, тем более княже- Руси был своеобразной реакцией на зерненый убор,
ского, ремесла. В таком комплексном деле, как про- не связанный с местными традициями. Его можно
изводство оружия, когда один меч должен был прой- считать прямой попыткой возрождения последних.
ти через руки нескольких ремесленников43, исполь- И правда, убор, возникший в первой половине XI в.,
зование технологических познаний иноземного масте- в эпоху Ярослава, состоял из крупных кованых гри-
ра представляется вполне вероятным. Понятно и то, вен и браслетов из серебра и золота, напоминавших
что производственный секрет, единственное его до- древнейшие украшения IX — первой половины X в.
стояние, умирал вместе с ним: он сам был одинок Художественный облик следующего металлического
в чужой ремесленной среде и вряд ли мог оставить убора, появившегося во времена Ярославичей, во
после себя смену. второй половине XI в., был совершенно иным. В нем
Очевидно, первые «пробы пера» в черневом деле безраздельно господствовала перенятая у греческих
принадлежали пришлым мастерам, случайно и в ювелиров новая сложнейшая техника — перегородча-
разное время попадавшим в мастерские русских тая эмаль. И только в последнем, четвертом, уборе
князей. Во всяком случае, имеющиеся материалы на первое место выходит чернь, достигшая высот
позволяют выдвинуть такую рабочую гипотезу. художественной выразительности на украшениях из
Только о конце XI столетия мы располагаем убе- серебра.
дительными данными об освоении техники черни Окончательное сложение убора с чернью Г. Ф. Кор-
русскими мастерами. Для этого времени в нашем зухина относит ко второй половине XII—XIII в.,
распоряжении есть уже целая серия изделий с но первое появление черни она считает возможным
чернью. Это широко распространенные в древней связывать с упомянутыми витыми браслетами кон-
Руси серебряные витые браслеты с так называемыми ца XI в.45 Непосредственными их предшественника-
миндалевидными наконечниками. ми были браслеты, витые из двух дротов с завязан-
Витые браслеты вместе с витыми гривнами и, ве- ными концами, бытовавшие с X в.
роятно, перстнями относятся к самому раннему пе- Очень показательно, что новый прием — чернь —
риоду сложения металлического женского убора. находит применение в производстве традиционных
Понятие металлического убора в женском наряде украшений — браслетов, а не приходит вместе с ка-
древней Руси убедительно обосновано Г. Ф. Корзу- ким-нибудь новым их видом. Не менее интересно и
хиной44. Он включал различные украшения — грив- то, что он получает дальнейшее развитие не в ору-
ны и ожерелья, перстни, браслеты разных типов, жейном деле, где мы зафиксировали его первые ша-
серьги и височные кольца. Основой для их объеди- ги, а в ювелирном, как это было и в Саркеле.
нения в единый убор послужило стилистическое Дошедшие до нас серебряные браслеты с черне-
единство, обусловленное прежде всего техникой ными наконечниками составляют довольно значи-
изготовления. При этом имеют значение и состав тельную коллекциюг. По способу изготовления они
убора, меняющийся со временем, и преимуществен- образуют два типа — витые и плетеные (рис.
ное внимание к тому или иному материалу, из кото- 13; 14).
рого он сделан. По деталям конструкции витые браслеты можно
В целом Г. Ф. Корзухина выделяет четыре метал- разделить на три подтипа. В подтип 1 входят три пре-
лических убора русских женщин со второй полови- восходных по качеству браслета, два из которых, со-
ны X столетия до монголо-татарского нашествия. г
Кроме того, она характеризует украшения, которые Браслеты с чернью, учтенные в Каталоге, не исчерпыва-
ют всего их количества. Кроме включенных в типологию
были в ходу и до появления первого цельного убора, экземпляров, более 20 браслетов зафиксировано в фондах
в IX —первой половине X в. Однако в них, по мне- Исторического музея в Киеве среди находок дореволю-
нию Г. Ф. Корзухиной, нельзя уловить какой-то ционного времени и довоенного периода. Паспортные дан-
единый художественный замысел. Это гривны, брас- ные их не всегда сохранились. Чернь на этих браслетах
чаще всего не уцелела, а следы ее сомнительны и нуж-
леты и височные кольца, сделанные из кованой про- даются в дополнительном анализе (ср-377, 378, 420, 421,
волоки и дротов. Генетически они восходят к укра- 423, 446, 447, 579, 621). Значительное количество браслетов
шениям VI—VIII вв. и представляют самый древ- учтено по изданиям, но их не удалось идентифицировать
ний «горизонт» в истории металлического убора с браслетами, находящимися в музеях и не имеющими
полных паспортных данных. Иногда они входили в состав
Руси. кладов, утраченных для науки полностью или частично
Он сохранил устойчивые стилистические черты на (Корзухина Г. Ф. Русские клады. М.; Л., 1954, клады 32,
протяжении четырех столетий, входя в состав всех 55, 65б, 65в, 76, 98, 100, 104, 108, 117). Краткость описания
трех поздних уборов. Этому не мешало и то обсто- не позволяет с уверенностью относить их к тому или ино-
му типу и в этом случае. Поэтому в Каталоге удалось
ятельство, что отдельные его элементы и даже способ отразить только одну треть известных в настоящее время
изготовления постепенно менялись: ковка уступала браслетов.

3 Т. И. Макарова
33
Рис. 13. Витые и плетеные браслеты с чернеными наконечниками

34
вершенно одинаковых и беспаспортных, хранятся в Рис. 14. Витые браслеты с чернеными
Киевском историческом музее (рис. 13, 1), а один наконечниками
происходит из коллекции Уварова и хранится в и основные образцы их орнаментации (а — е)
д
Государственном историческом музее (рис. 13, 5) .
Киевские браслеты свиты из трех сужающихся на В подтип 2 входят браслеты, свитые из массив-
концах серебряных дротов со сканной перевязью. ных, но одинаковых в сечении дротов, иногда снаб-
Концы их, сплющенные щипцами при перевивании, женных сканной перевязью. Отличительную их осо-
снабжены напаянными киотцевидными наконечника- бенность составляют крупные округлых очертаний
ми. Судя по цвету, они были сделаны из серебра бо- наконечники. В части, соединяющейся с браслетом,
лее высокой пробы, чем сами браслеты. Наконечни- они имеют криновидные очертания. Крепятся с
ки украшены изящным орнаментом из двух по- браслетом они уже при помощи специальных штиф-
лукринов, выполненных уверенной гравировкой. тов. Наконечники этих браслетов снабжены боковы-
Углубления ее заполняет чернь. Эта композиция ми насечками и украшены крайне примитивным
представляет собой повторяющийся мотив (рап- орнаментом. Иногда в нем угадывается крин, чаще —
порт) бесконечного бордюра — лозы. В отличие от каплевидная фигура. Выполнен орнамент гравиров-
рассмотренных выше растительных вариантов лозы, кой, глубокой и небрежной, а углубления ее запол-
здесь перед нами воспроизведен геометризованный нены чернью.
вариант. Браслет из коллекции Уварова повторяет Лучший браслет этого подтипа найден в кладе
киевские браслеты в упрощенном варианте: косые близ с. Пилява в 1895 г. (рис. 13, 6). Еще два по-
насечки на дроте серебра имитируют витье, нако- добных браслета входили в состав кладов, зарытых,
нечники украшены еще более схематизированным как и клад близ с. Пилява, на рубеже XI—XII вв.
раппортом лозы. Сохранена только настоящая скан- Это клады на Киевщине и Новгородчине 46. Несмот-
ная перевязь. ря на технологическую и стилистическую близость,
никакой территориальной группы они не состав-
д
К типу витых мы относим и ложновитые. ляют.

35 з*
В подтип 3, самый многочисленный, входят брас- только чернь по гравировке. Наконец, мы распола-
леты, свитые из двух, иногда из трех округлых в гаем данными о подражании браслетам подтипа 3
сечении серебряных дротов и снабженные наконеч- в литье: помимо литых ложновитых браслетов най-
никами, которые обычно и называют миндалевид- дены и литейные формы для их изготовления47.
ными (рис. 14). По существу, их правильнее было Серебряные браслеты с чернеными наконечниками
бы называть криновидными: их треугольные или второго типа изготовлялись плетением из волоченой
овальные окончания переходят в трехлепестковый проволоки. Волочение серебряной проволоки — яв-
росток-крин, прикрывающий место их соединения с ное упрощение и удешевление процесса производст-
браслетом. Форма эта, характерная уже для брас- ва 48 . Значит, в переходе от ковки дрота к волоче-
летов подтипа 2, здесь выглядит более отработанной нию можно усмотреть эволюционный момент. Зато
и определенной. Наконечники накладные, они скреп- в форме и орнаментации накладных наконечников
лялись с расплющенными концами браслетов при плетеные браслеты ближе всего к витым браслетам
помощи специальных штифтов. На сломанных об- подтипа 2: края их снабжены насечкой, а орнамент
разцах устройство их хорошо видно. представляет собой ветку или предельное ее упро-
Орнамент на наконечниках выполнен гравиров- щение — два вписанных друг в друга овала.
кой, углубления которой заполнены чернью. Грави- Г. Ф. Корзухина датирует плетеные браслеты
ровка примитивна, в экземплярах с утраченной XI в., указывая на клад 1891 г. (Исковщина) и уже
чернью хорошо видны следы пунктирной линии рез- упоминавшийся клад у с. Пилява (рис. 13, 8, 9) 49 .
ца. Там же, где чернь сохранилась хорошо, более К тому же типу она относит плетеные браслеты,
или менее отчетливо виден светлый, серебряный, найденные вне комплексов на Княжей Горе и в
рисунок на темном черненом фоне. Вариации рисун- Сахновке. Однако браслеты с указанными ею номе-
ка немногочисленны: крин или дерево (рис. 14, рами в коллекциях Киевского исторического музея,
а, б); половина крина, или, как называл ее в значительной части депаспортизованных после
В. Н. Щепкин, ветвь (рис. 14, в); два полукрина, Великой Отечественной войны, пока не найдены.
расположенных в одном направлении, вершинами Место находки двух других браслетов этого типа,
вверх (рис. 14, г); два полукрина, расположенных находящихся в фондах Киевского исторического му-
один — вершиной вверх, другой — вниз (рис. 14, зея, неизвестно. Наконец, Г. Ф. Корзухина упоми-
д); наконец, композиция из кринов и полукринов нает еще один плетеный браслет того же типа, но
(рис. 14, е). без черни, из клада у д. Шалахова 50 .
Рисунки на браслетах не всегда четки, часто они Клад 1891 г. из Исковщины и клад из д. Шала-
плохо сохранились или исполнены небрежно. Одна- хова зарыты на рубеже XI—XII вв. Это и дает ос-
ко отдельные экземпляры хорошей сохранности по- нование для установления нижней даты плетеных
зволяют их реконструировать и понять. Если это браслетов с чернью — XI в. Однако они бытовали
невозможно, мы относим браслеты к данному типу и позже: два браслета, изданных Ханенко (№ 11—
условно. Среди довольно однообразных браслетов 12), найдены в кладе 1900 г. на городище Девичья
попадаются экземпляры с орнаментом, который Гора близ Сахновки. Монета Мануила Комнина
можно назвать вариациями на ту же тему. Они (1143—1180) и весь набор украшений с перегород-
имеют ту же форму, те же наконечники, но древо чатой эмалью позволяют относить его к концу
на них немножко иное и, главное, рисунок дан XII — началу XIII в. Видимо, плетеные браслеты,
чернью по гравировке, а фон оставлен светлым, се- переходя по наследству от одного поколения к дру-
ребряным. Мы не выделяем эти браслеты в специ- гому, дожили до монголо-татарского нашествия.
альный подтип, потому что их всего два. Большин- Показательно распределение находок браслетов
ство находок браслетов подтипа 3 связано с Киев- по кладам. Плетеные браслеты ни разу не встрече-
щиной. ны в одних кладах с витыми браслетами подтипа 3,
Стилистически все три подтипа витых браслетов в то время как с браслетами подтипа 2 они иногда
с чернеными наконечниками выстраиваются в эво- встречаются. Это может быть объяснено хронологи-
люционный ряд. Действительно, все они запечатле- ческим разрывом между деятельностью мастерских,
ли разные этапы освоения одной технологии с явной где изготовлялись витые браслеты подтипа 3 и
тенденцией к ее упрощению. От витья нестандарт- плетеные браслеты. Такому предположению не про-
ных, кующихся отдельно для каждого браслета дро- тиворечит и география их распространения. Если
тов и подражания витью насечками (подтип 1) витые браслеты подтипа 3 найдены преимуществен-
происходит переход к изготовлению одинаковых в но на Киевщине, то плетеные и витые со сканной
сечении дротов (подтипы 2 и 3), от дополнительно- перевязью — вне Киева. Их можно рассматривать
го украшения браслета сканной проволокой — к от- как реплику на столичное мастерство серебряников
казу от этой операции (подтип 3). Изменения в в каком-то пока неизвестном центре.
форме наконечников и способе их крепления на Итак, рассмотренные браслеты логично расцени-
браслете тоже носят эволюционный характер: на- вать как остатки большой серии изделий, в изготов-
паянные накладки (подтип 1) сменяются литыми лении которых в течение длительного времени при-
на штифтах (подтипы 2 и 3). Претерпевает изме- менялось чернение. Анализ их позволяет наметить
нения и орнаментация. Один и тот же сюжет — следующие этапы эволюции:
крин и его вариации — эволюционирует от совер- 1. Стилистически наиболее ранними можно счи-
шенных композиций (подтип 1) к их типовому уп- тать превосходные по качеству витые и ложнови-
рощению, требующему расшифровки (подтипы 2 и тые массивные браслеты со сканной перевязью и
3). Эволюционный момент подчеркнут появлением напаянными наконечниками (подтип 1). Они отно-
на браслетах подтипа 3 чернения фона, в то время сятся к остальным браслетам как шедевры к мас-
как на браслетах подтипов 1 и 2 употребляется совой продукции, что и является основанием для

36
подобной их интерпретации. Точности ради надо серебряные витые и плетеные браслеты, выстроен-
отметить, что данными для их датировки мы не ные в один ряд, позволяют уловить ощутимые сле-
располагаем. ды черневого дела, продолжавшегося по существу
2. Второй этап представлен витыми браслетами без перерыва несколько столетий. Эта ранняя мас-
подтипа 2, менее массивными и совершенными, но совая продукция черневого дела исключительно ин-
тоже с перевязью. Отличительную особенность их тересна. И не только потому, что убедительно да-
составляют примитивно орнаментированные на- тирует освоение черни городским ремеслом Руси.
кладные наконечники. Дата — рубеж XI—XII вв. Она дает возможность высказать и некоторые сооб-
3. Вариантом браслетов подтипа 2 являются, ражения о характере этого освоения. Мы установи-
вероятно, одновременные плетеные браслеты. ли, что чернь стала применяться в ювелирном деле
4. Самые многочисленные витые браслеты подти- на предметах древнейшего серебряного убора, т. е.
па 3 представляют собой развитие традиций пред- в традиционном и вполне сложившемся производст-
шествующего производства, но уже в рамках XII в. ве. Новый декоративный прием, однако, не повлек
Производство это имело заметный резонанс. за собой каких-либо существенных изменений сти-
Именно в этот период витые браслеты из сложен- листического порядка. Изменена была только такая
ных втрое серебряных дротов появляются в кочев- деталь, как окончания браслетов,— появились на-
нических древностях51. Их отличают от русских паянные, а потом и накладные наконечники, на ко-
своеобразные наконечники, на которых криновидные торых и была применена чернь. Наличие шедевров
окончания заменены тремя шариками крупной зер- и рядовых изделий, явно подражающих им, говорит
ни, а черненая пластина — миндалевидной вставкой о медленном освоении чернения серебряниками-
из лазурита. Русские ремесленники украшали брас- браслетчиками. Да и сам декор, исполнявшийся в
леты крином — символом плодородия, понятным технике черни, совершенно не менялся: мастера
всем земледельческим народам 52 . Кочевнические нескольких поколений воспроизводили один и тот
мастера заменили его камнем неба — лазуритом, же простой мотив из элементов древа. Все это
обеспечивавшим покровительство главного божества убеждает нас, что серебряникам-браслетчикам стал
кочевников — владыки неба 53 . известен рецепт изготовления черни, а не многочис-
О. А. Артамонова, издавая могильник Саркела— ленные секреты черневого искусства в целом.
Белой Вежи, датирует витые браслеты с лазуритом Может показаться странным, что продукция этих
XI в., склоняясь даже к первой его половине54. мастерских так резко отличается от первых опытов
Однако оснований для столь узкой датировки не- черневого дела в оружейных княжеских мастерских
много: всего одна монета византийских императоров X—XI вв. Это объясняется социальными различия-
Василия II и Константина VIII (979—1025), ис- ми мастерских в первую очередь и различными пу-
пользованная, к тому же, в качестве подвески. тями, которыми пришла в них чернь. В княжеские
Поэтому правильнее будет принять для них общую оружейные мастерские ее принесли мастера, уже
дату могильника, убедительно отнесенного исследо- достигшие высот в ее освоении. Здесь происходило
вательницей к XI — началу XII в. Судя по изобра- то же, что и в эмальерном деле, только эмальерное
жениям на половецких каменных бабах, браслеты дело привилось сразу и пустило более глубокие кор-
были популярны наряду с витыми гривнами на ни, выйдя и в городское ремесло. А черневое дело
протяжении всего XII столетия 55 . в княжеских мастерских ограничилось изготовлени-
Разновидности витых и плетеных браслетов про- ем серии шедевров, немногие из которых дошли до
должают бытовать в юго-западных землях и позже, наших дней. И только через несколько десятилетий
в XIII—XV вв., но чернь на них уже не приме- рецепт изготовления черни попал в городские юве-
няется. Отдельные находки браслетов этого времени лирные мастерские с традиционно налаженным про-
известны в Румынии, Венгрии, Болгарии. Один из изводством популярных украшений. Понадобились
витых браслетов найден в составе Шанчайского кла- усилия многих мастеров, чтобы за освоением техно-
56
да в Литве, зарытого в конце XIV — начале XV в. логии черни последовало освоение всех сторон этого
Итак, популярные украшения древней Руси — сложного искусства.
1
Теофил Пресвитер. Записка о разных искусствах. — В кн.: Objects from the Christian East in the Department of Bri-
Сообщения ВЦНИЛКР, 1963, № 7, с. 72. tish and Medieval Antiquities and Ethnography of the Bri-
2
Макарова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси. М., tish Museum. London, 1901, p. 112-115, N 559-580;
1975; Щапова Ю. Л. Стекло Киевской Руси. М., 1972. Wulff О. Altchristliche und mittelalterliche byzantinische und
3
Fillip J. Enzyklopädisches Handbuch zur Ur- und Frühge- italienische Bildwerke. Berlin, 1909, N 918—966; 1106; 1911,
schichte Europas. Prague, 1969, Bd 2, S. 911. 1936—1939; Миятев К. Палестински крястове в България.—
4
Salin B. Die altgermanische Tierornamentik. Stockholm, 1935, В кн.: Годишник на Народния музей за 1921 г. София,
S. 174—179. с. 58—89; Rosenberg M. Niello bus zum Jahre 1000 nach
5
Банк А. В. Византийское искусство в собраниях Советско- Chr., т. I. S. 61—67, Fig. 51—57; Ross M. C. Catalogue of
го Союза. Л.; М., 1966, с. 13. the Byzantine and Early Mediaeval Antiquities in
6
Баранов И. А. Раннесредневековая пряжка из Ялты. — СА, the Dumbarton Oaks Collection. Washington, 1962—1965,
1975, № 1, с. 271—275; Матеріали і дослідження з архео- v. I—II, p. 74, pl. LI—LIII; Frolow A. Le culte de la relique
7
логії Прикарпаття и Волині. Київ, 1974, вип. 3, с. 88—93. de la vraie croix a la fin du VI е et au debut du VII е siec-
Бобринский А. А. Перещепинский клад. — МАР, 1914, 34, les.—In: Byzantinoslavica, 1961, XXII, p. 325; Coche de la
с. 2, табл. III, 3а—г; Банк А. В. Византийское искусство Ferte E. L'antiquite chretienne au Musee du Louvre. Paris,
в собраниях Советского Союза, табл. 74. 1958. p. 100; Berliner R. A Palestinian Cross of about 590.
8
Кондаков Н. П. Иконография Богоматери. Пг., 1914, т. I, Rhode Island School of Design.— In: Museum Notes, 1952,
с. 258, 259; Корзухина Г. Ф. О памятниках «корсунского IX, N 3; Benaki G. Museum Athenes.— In: Guide de Athe-
дела» на Руси. — ВВ, 1958, XIV, с. 132; Rosenberg M. Niel- nes, 1936, pl. 31; Чубинишвили Г. Н. Грузинское чеканное
lo bis zum Jahre 1000 nach Chr. Frankfurt a/M., 1924 т. І, искусство. Тбилиси, 1959, с. 15; А miranaschwili Sch. Kunst-
S. 52—59. chätze Georgiens. Prague, 1971, S. 58; Кондаков Н. П. Рус-
9
Dalton О. М. Catalogue of Early Christian Antiquities and ские клады: Исследование древностей великокняжеского

37
30
периода. СПб., 1896, с. 43—46, рис. 24—29; Он же. Иконо- Ширинский С. С. О хронологии курганов IX—X вв. в
графия Богоматери, т. I, с. 261, рис. 165—172; т. II, Пг., Среднем Поднепровье (доклад на секторе славяно-русской
1915, с. 104, рис. 32; 33. археологии ИА 22 дек. 1977 г.).
10 31
Залесская В. Н. Часть бронзового креста-складня из Хер- Arbman H. Birka. I: Die Graber. Uppsala, 1940, Taf. 135,
сонеса. — ВВ, 1964, XXV, с. 100. 1; Hampel J. Alterthümer des Frühen Mittelalters in Ungarn.
11
Donceva-Petkova L. Croix d'or-reliquaire de Pliska. — В кн.: Braunschweig, 1905, Bd III, Taf. 356, 8—10.
Изв. на Археологическия институт. София, 1979, XXXV, 32
Рыбаков Б. А. Древности Чернигова.— МИА, 1949, 11,
с. 74-91. с. 47—51, рис. 20.
12
Иерусалимская А. А. Аланский мир на «шелковом пути» 33
Даркевич В. П. Художественный металл Востока, с. 169,
(Мощевая Балка — историко-культурный комплекс табл. 54, 5—9.
VIII—IX вв.).—В кн.: Культура Востока. Древности и 34
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII вв. М., 1954, с. 101,
раннее средневековье. Л., 1978, с. 151—162. табл. XXVII, 36; Dienes I. Honfoglalas kori tarsolyainkrol.—
13
Корзухина Г. Ф. О памятниках «корсунского дела» на In: Folia Archaeologica. Budapest, 1964, XVI, p. 79—112.
Руси, с. 133. 35
Dienes I. Honfoglalas kori tarsolyainkrol, p. 108, fig. 46.
14
Кильчевская Э. В. Некоторые детали возникновения искус- 36
Каргер M. К. Древний Киев, т. 1, с. 187, рис. 35.
ства черни на Кавказе. — В кн.: Кавказ и Восточная Ев- 37
Сизов В. И. Курганы Смоленской губернии.— MAP, 1902,
ропа в древности. М., 1973, с. 246—254. 28, табл. I, 7; II, 6.
15
Чубинишвили Г. Н. Грузинское чеканное искусство, с. 55, 38
Dienes I. Honfoglalas kori tarsolyainkrol, p. 102, fig. 35,37.
табл. 57—61; 80; 81. 39
Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие. Вып. 1: Мечи
16
Давудов О. М. Серебряное блюдо из Ирагинской гробни- и сабли.— САИ, 1966, вып. Е1-36, с. 43, 49.
цы (Дагестан). — СА, 1984, № 1, с. 77—87. 40
Макарова Т. И. Симметрия в растительном орнаменте
17
Магомедов М. Г. Образование Хазарского каганата. М., древней Руси.— В кн.: Древняя Русь и славяне. М., 1978,
1983, с. 82, рис. 21; 24; 27. с. 370—378.
18
Даркевич В. П. Художественный металл Востока. М., 1976, 41
Банк А. В. Опыт классификации византийских серебря-
с. 167—170, табл. 54; Спицын А. А. Шаманские изображе- ных изделий X—XII вв.— ВВ, 1971, 32, с. 132.
ния. — ЗОРСА, 1906, т. VIII, вып 1, с. 45; Смирнов Я. И. 42
Комаров К. И. Погребение дружинника во Втором Пеку-
Восточное серебро. СПб., 1909, с. 8. новском могильнике на верхней Волге.— СА, 1974, № 3,
19
Макарова Т. И., Плетнева С. А. Пояс знатного воина из с. 251—256.
Саркела. — СА, 1983, № 2, с. 62—77. 43
Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие. Вып. 1: Мечи
20
Артамонов М. И. Саркел —Белая Вежа. — МИА, 1958, 62: и сабли, с. 44.
Тр. Волго-Донской экспедиции, т. I, с. 55. 44
Корзухина Г. Ф. Русские клады..., с. 62—71.
21
Плетнева С. А. Кочевнический могильник близ Саркела— 45
Там же, с. 63.
Белой Вежи. — МИА, 1963, 109: Тр. Волго-Донской экспе- 46
Там же, с. 26, клады 32 и 55.
диции, т. III, с. 224, 225, рис. 26, 6. 47
Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси. М., 1948, с. 276,
22
Кубышев А. И., Орлов Р. С. Уздечный набор XI в. из Но- рис. 63.
во-Каменки. — СА, 1982, № 1, с. 238—246, рис. 2; 3. 48
Там же, с. 330.
23
Кирпичников А. Н. Снаряжение всадника и верхового ко- 49
Корзухина Г. Ф. Русские клады..., с. 26.
ня на Руси IX—XIII вв. — САИ, 1973, вып. Е1-36, с. 29, 50
Там же, с. 26, примеч. 1; с. 97, 98.
рис. 13. 51
Плетнева С. А. Печенеги, торки и половцы в южнорус-
24
Там же, с. 26—30, табл. VIII; IX; XI. ских степях.— МИА, 1958, 62: Тр. Волго-Донской экспеди-
25
Сизов В. И. Курганы Смоленской губернии.— MAP, 1902, ции, т. I, с. 26.
52
28, с. 45, табл. II; III, 15, 17, 38—40. Рыбаков Б. А. Макрокосм в микрокосме народного искус-
26
Каргер М. К. Древний Киев. М.; Л., 1958, т. 1, с. 187, 188, ства.— В кн.: Декоративное искусство. М., 1975, № 1,
рис. 35. с. 30—32, 51.
53
27
Бліфельд Д. І. Давньоруські пам'ятки Шестовиць. Київ, Макарова Т. И. Украшения и амулеты из лазурита у ко-
1977, с. 50; Орлов Р. С. Среднеднепровская традиция ху- чевников X—XI вв.— В кн.: Археологический сб. ГЭ,
дожественной металлообработки в X—XI вв.— В кн.: вып. 4, 1962: Славянские древности. Л., с. 132, 133.
54
Культура и искусство средневекового города. М., 1984, Артамонова О. А. Могильник Саркела — Белой Вежи,—
с. 33, 39-47, рис. 6, 8, 10, 14. МИА, 1963, 109: Тр. Волго-Донской экспедиции, т. III,
28
Гупало К. М., Ивакин Г. Ю., Сагайдак М. А. Дослиджен- с 77.
55
ня Київського подолу (1974—1975).— В кн.: Археологія Плетнева С. А. Половецкие каменные изваяния.—САИ,
Київа. Київ, 1979, с. 50—52; Орлов Р. С. Некоторые особен- 1974, вып. Е4-2, табл. 1, 2; 2, 7; 3, 11; 4, 10, 24; 7, 28; 11, 43;
ности формирования древнерусского художественного ре- 13, 58; 14, 46, 47; 62, 1129; 64, 1149; 71, 1235; 76, 1281; 77,
месла.— В кн.: Новые памятники древней и средневековой 1284; 81, 1300.
56
художественной культуры. Киев, 1982, с. 171. Даркевич В. П., Соболева Н. А. О датировке литовских мо-
29
Орлов Р. С. Художня металообробка у Київі в X ст.— нет с надписью «печать» (по материалам Шанчайского
В кн.: Археологія, 1983, 42, с. 39. клада).—СА, 1973, № 1, с. 83—112.
ГЛАВА ПЯТАЯ

ПЕРСТНИ

П
ерстни, вероятно, были самой многочисленной таких вещей, как перстни. Поэтому, очевидно, их
категорией украшений с чернью. Их всегда так мало в дошедших до нас кладах. В курганах
носили и мужчины, и женщины от древности их больше, но, как правило, это перстни рядового
до наших дней. Этого нельзя сказать о других ви- сельского населения, из простых материалов, при-
дах украшений. Действительно, гривны, колты, митивные технологически.
бармы из набора медальонов, обручи носили далеко При выборе критерия для типологии перстней
не всегда. Только в наше время вспыхнувший вдруг логично было бы в первую очередь выделить вид,
интерес к искусству древних эпох возродил оже- учитывая способ их изготовления литьем или тис-
релья, похожие на гривны, и браслеты, которые нением. Однако из собранных в настоящей книге
хочется назвать обручами. Исследователи современ- перстней рассмотреть и подержать в руках удалось
ного ювелирного дела найдут объяснения этому яв- только 17. Об остальных приходится судить по фо-
лению. Среди них, несомненно, окажутся успехи тографиям и рисункам. Естественно, установить при
археологии. этом, каким способом изготовлена вещь, почти не-
Перстни же не переживали эпох забвения: их возможно. Поэтому при классификации за основу
носили всегда, и ювелиры их делали всегда. Имен- типологии взят безусловный, видимый признак —
но популярность этого простого украшения сослу- форма щитка. По этому признаку перстни можно
жила им плохую службу: из 150 перстней, найден- разделить на четыре типа (рис. 15; 16).
ных в кладах и опубликованных Г. Ф. Корзухиной, В первый тип вошли перстни с круглым щитком,
до нас дошло очень небольшое количество. Перстней во второй — с прямоугольным или квадратным,
с чернью совсем немного — 50. Это понятно. Любая в третий — с шестиугольным, в четвертый — с щит-
находка перстня, если он был хорошей сохранности, ком в форме квадрифолия. По характеру орнамен-
была слишком большим соблазном для случайного тации перстни каждого из этих типов можно разде-
находчика: его легче надеть на палец, чем продать лить на следующие пять подтипов: 1 - е розетка-
или отдать в музей как экзотическое украшение, ко- ми из кринов; 2 — с розетками геометрического
торое теперь «не носят». Достаточно заглянуть в характера; 3 - е раппортом бордюра из лозы; 4 —
страницы, посвященные Г. Ф. Корзухиной судьбе с княжеским знаком; 5 — с изображением зверей и
одного из кладов, чтобы убедиться в этом. «В 1906 г., птиц.
5 июля посреди Трехсвятительской улицы при про- Перстни первого типа — с круглым (иногда
кладке водопроводных труб ... землекопом Яковом овальным) щитком — немногочисленны. В боль-
Беляковым под плитой красного шифера был найден шинстве случаев они литые, но есть и кованые. По
клад в овальном металлическом сосуде» 4. Найден- всей вероятности, они относятся к древнейшему
ные сокровища поместились в картуз находчика. типу украшений этой категории: круглый литой
Там были, помимо загадочного «Владимирова зла- перстень с круглым щитком с изображением птицы
та», такие вещи, как золотые рясны с перегородча- был найден в Новгороде в слое первой полови-
той эмалью, три пары золотых колтов с эмалью, три ны X в.3
пары серебряных колтов, браслет с чернеными на- Перстни подтипа 1 представлены двумя прекрас-
конечниками, серебряный обруч с фантастическими ными коваными перстнями с гравированными кри-
птицами и лилиями, золотые серьги и подвески. нами на черненом фоне, найденными в кладе близ
Значительная часть этих сокровищ утрачена для с. Шмарово Калужской губернии (рис. 15, № 47,
науки: «Расхищение клада началось с момента его 48). Один из них украшен крином с тонкой прори-
находки». Сразу из картуза находчика «было взято совкой деталей; другой — двумя сопоставленными
несколько серебряных перстней и две серебряные кринами в сердцевидных фигурах.
гривны киевского типа», т. е. чистое серебро, кото- К подтипу 2 относится три перстня, из которых
рое всегда имеет цену, и украшения, которые всег- два литых и один — тисненый. Первый литой пер-
да носят,— перстни. А было их еще там «около 20», стень диаметром 2,2 см по бокам дужки имеет
«с позолотой и чернью». У Ханенко упомянуто рельефные выступы, рельефными выступами снаб-
только четыре. А. А. Бобринский, видевший фото- жен и сам щиток (рис. 15, № 50). На щитке гра-
графии этого клада у скупщика древностей Золот- вировкой изображена ромбовидная фигура с крестом,
ницкого, зарисовал изображения, гравированные на образованным ромбами с точкой посредине. Контур
двух из них. Как выяснила Г. Ф. Корзухина, после щитка обрамлен точками. Секрет этой простой ком-
долгих странствий эти перстни оказались в Лондо- позиции — в уравновешенности частей и целого,
2
не и хранятся ныне в Британском музее . в строгости геометрического построения. Перед нами
Судьба этого клада типична, типична и судьба розетка с четырехкратно повторенным основным

39
Рис. 15. Перстни с круглым, прямоугольным и квадрифолийным
щитками

элементом — ромбом с точкой. Семантика этого ор- рического музея. Место его находки — Княжа Гора.
наментального мотива хорошо известна4, а самой Второй аналогичный перстень был найден в
розетке легко найти место в ряду геометрических 1936 г. в кладе на усадьбе Десятинной церкви, во
розеток с зеркальной симметрией. Чернь на этом время работ Киевской археологической экспедиции
перстне заполняет линии гравировки и фон цент- (рис. 15, № 51). В фондах Киевского исторического
ральной крестовидной фигуры. К сожалению, пер- музея его разыскать не удалось. Судя по рисунку
стень этот беспаспортный; несомненно только, что Г. Ф. Корзухиной, он тоже имел декоративные утол-
он происходит из старых коллекций Киевского исто- щения на дужке в месте перехода украшенных гра-

40
Рис. 16. Перстни с шестиугольным щитком

41
вировкой боковых граней в гладкую часть дужки. тот же сюжет в каждом подтипе разработан при по-
Щиток перстня по форме и орнаменту почти точно мощи одних и тех же художественных средств.
повторяет описанный выше перстень. Единственное Причем на перстнях с розетками из кринов (под-
исключение — сегменты с точками по сторонам тип 1), розетками геометрического характера (под-
центрального ромба, вместо простой цепочки из то- тип 2) и раппортом лозы (подтип 3) это так выра-
чек на первом перстне, и насечки на дужке. зительно, что речь может идти об изготовлении их
В. П. Даркевич отнес этот перстень к произведе- в трех мастерских или тремя мастерами.
ниям восточного происхождения из-за отсутствия Перстни второго типа снабжены щитками прямо-
древнерусских аналогий5. Оба этих перстня, как угольной или квадратной формы. Иногда они со-
мы увидим ниже, вполне вписываются в круг из- стоят из нескольких частей, объединенных орнамен-
делий с чернью, производившихся на Руси по вос- том в единое целое.
точным образцам. К подтипу 1 можно отнести только один перстень
Тисненый перстень подтипа 2 композиционно схо- со щитком, состоящим из прямоугольника и двух
ден с описанными выше: только в центре его щитка примыкающих к нему со стороны дужки ромбов
располагается не ромб, а пятиугольник с такими же (рис. 15, № 57). В первом издании клада, в составе
вогнутыми сторонами. В нем гравировкой дан крест которого был этот перстень, о его орнаменте сказа-
на подножии, а по бокам щитка расположены ветки, но: «Шаблонные орнаментальные разводы, черне-
исполненные гравировкой с чернью. Диаметр щитка ные или на черневом фоне» 7 . Разберемся подроб-
этого перстня 2,2 см (рис. 15, № 49). нее. Исходный элемент орнамента этого перстня —
К подтипу 3 относится два перстня с довольно крест, составленный из четырех ромбов с точкой по-
сложным орнаментом, выполненным тонкой грави- средине. Подобный крест на черненом фоне размещен
ровкойа. Чтобы разобраться в сути их изящного в центре круглых щитков двух перстней первого
декора, остановимся на нем подробнее. На круглом типа (рис. 15, № 50, 51). Здесь он изображен на
щитке одного из них (рис. 15, № 52) в прямо- боковых ромбах, а в углах прямоугольника исполь-
угольном отсеке изображены завитки, волюты кото- зованы его половинки, тоже на черненом фоне.
рых обращены по движению вверх или вниз. Если В центре на серебряном фоне гравировкой дан
мы попробуем повторить изображенный на цент- крест в обрамлении точечного бордюра. В целом
ральном прямоугольнике сюжет дважды, получим получилась уравновешенная, статичная компози-
вариант бордюра вьющегося растения — лозы. В бо- ция — идеальный сюжет для вышивки. Вероятно,
ковых отсеках дан усложненный полукрин па она подсмотрена ювелиром в тканях. Перстень этот
черненом фоне. аналогий пока не имеет, но мы пытались показать,
На другом перстне — тот же орнамент: одно зве- что отдельные элементы его орнаментации не ори-
но, или раппорт бордюра лозы, но несколько услож- гинальны.
ненный (рис. 15, № 53). На первом перстне чернь Хорошо представлены перстни с розетками гео-
по гравировке совмещается с чернением фона, на метрического характера, относящиеся к подтипу 2
втором — чернь присутствует только в углублениях нашей классификации. И здесь мы сталкиваемся с
гравировки. Но по сюжету орнаментации они ощутимыми следами серийности производства. Осо-
близки. бенно она заметна на трех перстнях из Киева с че-
К подтипу 4 относится два перстня, повторяющих тырехлепестковой геометризованной розеткой в
форму круга или овала с четырьмя выступами, уже центре щитка (рис. 15, № 58—60). Помимо розетки,
знакомую нам по перстням с геометрическими ро- эти перстни сближает слабая гравировка по ее сто-
зетками. Важно отметить, что литейная форма та- ронам и ажурные дужки. Все они явно литые. Остат-
кого перстня с княжеским знаком была найдена ками второй серии выглядят два перстня с крестом
В. В. Хвойкой при раскопках княжеского дворца в в центре щитка и слабой гравировкой по его углам
Киеве 6 . Это не оставляет сомнения в их местном (рис. 15, № 65, 60).
происхождении. Единственный перстень подтипа 3 оригинален и
Первый перстень с княжеским знаком золотой, очень интересен. Он состоит из трех прямоуголь-
с рельефной дужкой, литой. Он найден в кладе на ных отсеков, разделенных рельефными валиками
Болоховском городище (рис. 15, № 55). В центре (рис. 15, № 62). В каждом отсеке на черненом фоне
щитка неглубокой гравировкой дан княжеский знак изображены изящные ветки, обращенные вверх и
со следами выпавшей черни. Второй перстень под- вниз от лежащего наклонного ствола. Это все тот
типа 4 происходит из Киева (рис. 15, № 56). Он же раппорт бордюра вьющегося растения — лозы.
хранится в Британском музее и воспроизведен по Выполнен этот перстень с большим мастерством.
фотографии. Четыре выступа по окружности щитка Найден он в Киеве.
как будто снабжены углублениями для черни. Перстней с прямоугольным щитком подтипа 4,
Необходимо отметить, что восемь перстней пер- с княжеским знаком, всего три. Первый из них из-
вого типа не дают примеров неповторимых, ориги- вестен только по рисунку (рис. 15, № 61), о нали-
нальных образцов. Напротив, их можно рассмат- чии черни на нем судить трудно. Второй был в со-
ривать как остатки четырех серий однотипных из- ставе клада в урочище Святое озеро на Черниговщи-
делий, соответствующих выделенным нами по не (рис. 15, № 64). На квадратном щитке его четко
сюжетам четырем подтипам. Основанием для этого исполненный княжеский знак обрамляют черненая
служит то несомненное обстоятельство, что один и полоса и насечки по краям щитка. Третий перстень
а
более сложен по конструкции. Ромбовидная фигура
Оба перстня недоступны для визуального изучения: один с княжеским знаком вписана в квадрат, а щиток
хранится в Британском музее Лондона (№ 52), другой
известен только по хорошему рисунку (№ 53), в фондах соединяется с дужкой ромбическими фигурами с
ГИМ не разыскан. крестами на черненом фоне (рис. 15, № 63). Поло-

42
винки таких крестов изображены в углах квадрата с зубчатым следом, а лоток для черни слегка углуб-
щитка. лен.
С подобным мотивом мы уже встречались при ана- Третий перстень представляет собой дальнейшую
лизе перстня подтипа 1. схематизацию того же сюжета. Расшифровка его
Третий тип перстней характеризуется шестигран- была бы затруднительна без досконального анали-
ным щитком. Орнамент их достаточно разнообразен. за композиции, изображенной на первом перстпе с
Рассмотрим их согласно принятой классификации. пышным крином. По сути дела, на щитке этого
К подтипу 1, с розетками из кринов, относится перстня дан геометризованный вариант двух сопо-
четыре перстня. Начнем с перстня, где орнамент ставленных основаниями кринов (рис. 16, № 71).
выражен лучше всего. Он найден близ Великих Бол- Этот перстень похож на первый, самый совершен-
гар в кладе 1869 г. (рис. 16, № 67). На его шести- ный по замыслу и исполнению, формой щитка с ма-
угольном щитке знакомый крин удачно вписан в лыми верхней и нижней гранями и декором боко-
подковообразную фигуру, напоминающую одновре- вых граней при помощи штриховки. Однако здесь
менно и подкову «знака Рюриковичей», и подкову нет чернения фона в сочетании с чернением по гра-
геометризованных ветвей, обрамляющих крин. Эта вировке. Здесь чернью по гравировке даны линии
композиция, но в более примитивном исполнении, схематического орнамента и полосы по краям щит-
украшает щиток перстня из Белоруссии (рис. 16, ка и дужки. Похоже, что мастер не владел техникой
№ 68). Углы щитка декорированы треугольными чернения фона со специальной его подготовкой рез-
фигурами с чернью. цом. Геометризация заданной схемы в этом случае
К этому же подтипу надо отнести серию перст- могла быть и вынужденной. Скорее всего все три
ней, украшенных более сложным орнаментом. Пер- перстня с розеткой с кринами сделаны разными ма-
вый сохранился плохо: от него осталась только стерами в одной мастерской: разница индивидуаль-
верхняя часть щитка с началом дужки. Выполнен ного почерка в них сочетается с традиционной общ-
он тиснением и происходит из богатейшего клада, ностью осмысленного сюжета. Интересен и сам факт
найденного в 1903 г. в Киеве. На поверхности щит- устойчивости данного сюжета на перстнях, найден-
ка изображены два изящных крина, напоминающих ных в составе одного клада. Этот же сюжет в пре-
очертаниями крины из интерьера Софии Киевской восходном исполнении встретился нам еще в одном
(рис. 16, № 69). Этот пышный крин заканчивается кладе — из урочища Святое озеро. В нем тоже было
маленьким ромбом с точкой посредине. Его тяжелые два перстня: один — с большим щитком, другой —
ветви волютообразно закругляются. Он выполнен с более миниатюрным (мужской и женский?), на
тонкой гравировкой резцом, оставляющим зубчатый которых композиция из двух ветвей по сторонам
след. В местах утраты черни видно, что фон для центрального стержня повторяет орнамент киевских
нее был специально обработан резцом. Боковые от- перстней и в общем, и в деталях. К последним надо
секи перстня декорированы косой насечкой, в ее отнести штриховку по краям щитка. Следует также
мелких бороздах чернь сохранилась плохо. Харак- отметить, что на черниговских перстнях, как и на
тер композиции, изображенной на щитке перстня, киевских, сюжет представлен в двух вариантах —
совершенно ясен — это розетка с прекрасно выра- «растительном», с тщательной проработкой дета-
женной зеркальной симметрией. Крины сопоставле- лей, и схематизированном (рис. 16, № 77, 78).
ны основаниями, они как бы переходят в пучок Создается впечатление, что и здесь члены одной
расходящихся тонких линий, перевязанных симмет- семьи носили перстни, на которых разные мастера
рично в двух местах,— вверху и внизу. В центре исполнили один и тот же сюжет. Правомерно поста-
маленькими штришками показаны радиально рас- вить вопрос, не имел ли он значение, близкое зна-
ходящиеся лучи. Строгая симметрия композиции чению родового знака, своеобразной тамги, пред-
нарушена только в одном случае: на двух боковых шественника герба родовитой семьи?
гранях перстня — верхней и нижней — изображен Последний перстень, вернее его щиток, с геомет-
примитивный, композиционно неоправданный орна- ризованным вариантом того же сюжета найден око-
мент: каждая из граней щитка небрежно разбита на ло Путивля (рис. 16, № 101). По качеству черни и
шесть отсеков, в которых проставлены точки: на од- гравировки он уступает описанным выше перст-
ной грани — в третьем отсеке слева, на другой — ням и представляет собой изделие второразрядной
в третьем и четвертом отсеках. мастерской, хотя и не рядовой: в ней работали с
Интересно, что второй перстень из этого же клада серебром и знали чернение.
повторяет тот же сюжет, но в упрощенной форме Образцов подтипа 2, с розетками геометрического
(рис. 16, № 70). От него сохранился только щиток, характера, среди перстней с шестиугольным щитком
обломанный с четырех сторон, вернее его скорлупка, нет. В подтип 3 входят перстни с раппортом бордю-
посаженная на воск при давней реставрации. По ра растительного характера. Наиболее четко он
первому впечатлению, на нем изображены две пары представлен на перстне из Киева (рис. 16, № 72),
веток, расположенные волютами друг к другу. При на сломанном щитке которого в прямоугольном от-
внимательном рассмотрении оказывается, что и секе, помещенном в центре, гравировкой на черне-
здесь изображены два пышных крина, аналогичных ном фоне дан бордюр из перевернутых кринов. Вер-
крину предыдущего перстня, только более схематич- шины разделены залитыми чернью ромбиками. Ком-
ных. Рука, делавшая этот орнамент, менее совер- позиция эта проста и совершенна. Однако исполне-
шепно владела рисунком и, может быть поэтому, ние уступает замыслу. Гравировка небрежна, не все
его упростила. В смысле технологии изготовления элементы даны четко, их приходится в значитель-
мастер следовал, как и в сюжете, опыту своего бо- ной мере реконструировать для понимания перво-
лее профессионально сильного собрата или предше- начального замысла. Чернь удержалась только в уг-
ственника. Гравировка и здесь произведена резцом лублениях гравировки, которой очерчены как бы

43
контуры лотка. Сам же лоток для черни не углуб- нельзя было разместить симметрично. Вероятно, зна-
лен, и поэтому удержалась она в нем плохо: фон чение их было не орнаментальным, а смысловым.
получился не черным, а серым. По боковым граням щитка тонкой гравировкой
Второй перстень происходит из того же клада даны отсеки с точками и черточками, напоминаю-
(рис. 16, № 73). Он находится в экспозиции, и по- щими в некоторых местах имитацию арабской вязи.
этому, к сожалению, его не удалось рассмотреть Этот перстень замечателен нестандартностью (за-
досконально. Приходится судить о нем по хорошему казной?) и в то же время тем, что он легко вписы-
воспроизведению в первой публикации клада. Пер- вается в круг небольшой коллекции перстней с
стень сделан превосходно. Свободный, артистичный княжескими знаками, которой мы располагаем.
орнамент выполнен в центральном прямоугольнике Один из перстней с княжеским знаком происходит
чернью по гравировке, а в боковых треугольниках — из клада, найденного в 1903 г. в ограде Михайлов-
гравировкой на черненом фоне. В центре это хоро- ского монастыря (рис. 16, № 80). В Государствен-
шо выраженный бордюр из лозы, более сложный и ном историческом музее его отыскать не удалось,
изысканный, чем на других перстнях. По бокам, на но он хорошо издан, и, судя по первой публикации,
черненом фоне,— тоже раппорт лозы с отростками- чернью на нем заполнены только углубления двой-
кринами. По рисунку он напоминает лозы и рога на ной рамки щитка; знак Рюриковичей — простых и
колтах с эмалью. ясных очертаний — чернь как будто не сохранил.
К этому же подтипу относится три перстня, пов- Знак Рюриковичей более усложненного рисункаб
торяющих в декоре одну и ту же схему. Она со- изображен на перстне из Британского музея
стоит из варианта бордюра с лозой в центре, в пря- (рис. 16, № 81). По публикации трудно судить, ис-
моугольном отсеке, и композиции из каплевидной пользована ли на нем чернь.
фигуры с симметрично расположенными ветвями — На одном перстне из Киева княжеский знак со-
по бокам. Серебряный перстень с таким орнаментом вмещается с элементами растительного орнамента
был найден в киевском кладе на ул. Стрелецкая (рис. 16, № 82). Найден он был целым, но в Госу-
(рис. 16, № 75). Почти буквально повторен этот ор- дарственный исторический музей попал только один
намент на золотом перстне из Музея исторических щиток. Рисунок его с уникальным знаком опубли-
драгоценностей УССР (рис. 16, № 76), а упрощение кован Б. А. Рыбаковым в упоминавшейся работе.
эго мы находим на перстне, найденном на городище В центре щитка с каплевидными выступами по всем
Княжа Гора и хранящемся в том же музее (рис. 16, шести углам изображен знакомый орнамент: пря-
№ 74). моугольник с растительными мотивами — полукри-
По всей вероятности, эти три перстня являются нами, повернутыми основаниями то вверх, то вниз.
остатками одной серии изделий, выполненных в раз- Они занимают углы прямоугольника, образованные
ном материале. При этом два первых так близки и вписанным в него ромбом. Гравировка произведена
по форме, и по размерам, и по орнаменту, что мо- резцом, оставляющим зигзагообразный след. Полосы
гут принадлежать к изделиям одного мастера, а тре- на боковых отсеках, примыкающих к щитку, испол-
тий дает пример уже не раз нами отмеченного по- нены так же. Чернь, заполняющая линии гравиров-
вторения определенного сюжета в упрощенном ва- ки, местами выпала.
рианте — явления, легко объяснимого участием в В орнаменте этого перстня, помимо знака собст-
изготовлении одной серии изделий разных по ква- венности в центральном ромбе, интересен еще один
лификации мастеров. момент, требующий объяснения: шесть точек, рас-
К подтипу 4 относятся перстни с княжеским зна- положенных попарно по трем сторонам прямоуголь-
ком. Наиболее известен в литературе перстень с ника. Они заполнены чернью. Интересны они пото-
княжеским знаком из собрания Государственного му, что нарушили симметрию всей композиции, ведь
исторического музея. В 1940 г. он был издан по одной из граней прямоугольника их нет. Это не
Б. А. Рыбаковым, а изображенный на нем княже- результат плохой сохранности перстня. Судя по
ский знак отождествлен со знаком внука Ярослава первой его публикации, их и было именно шесть,
Мудрого — Святополка Изяславича, умершего в вверху и по бокам, если считать, что рисунок, сде-
1113 г.8 Перстень этот интересен и с точки зрения ланный вскоре после находки, точен и перстень на
орнаментации. Опишем его подробнее (рис. 16, нем дан в правильном положении. Мы уже дважды
№ 79). Вес его 18,70 г, диаметр дужки 2 см. Мас- встречались с таким, не подчиненным симметрии,
сивная дужка имеет утолщение внизу. К шестигран- расположением точек на перстнях (рис. 16, № 69,
ному щитку примыкают две сердцевидные фигуры. 79). В этом смысле орнаментация этих перстней за-
В одной из них гравировкой с чернью изображено гадочна, и о ней стоит подумать.
древо, в другой — четырехлепестковая розетка с Значимость точки как вовсе не случайного эле-
точками в каждом лепестке, дополнительно соеди- мента орнамента особенно хорошо видна на одном
ненными крестом. Разные сюжеты, размещенные в перстне с княжеским знаком из Музея исторических
симметричных одинаковых фигурах по обеим сторо- драгоценностей УССР (рис. 16, № 85). Она поме-
нам центрального щитка, заставляют задуматься об щена на нем слева от княжеского знака, в углу,
их смысловом значении: перед нами пожелания или специально отделенном дополнительными насечка-
символы благополучия в двух вариантах — «древо ми. Представляется, что не продиктованный закона-
жизни» и розетка с четырехкратно повторенными ми симметрии элемент может быть объяснен в ком-
элементами того же древа. б
В центре щитка гравировкой, оставляющей зуб- Здесь и в дальнейшем мы не будем касаться вопроса о
чатый след, изображен княжеский знак, каждый от- геральдике изображенных в технике черни знаков. Это
возможно только при рассмотрении серии всех перстней с
росток которого кончается жирной точкой. Знак княжескими знаками безотносительно к технологии их
окаймлен еще пятью точками, которые, естественно, изготовления.

44
позиции симметричного характера только требова- форма щитка, и устойчивая схема с основным сю-
ниями смысла. Не исключено, что он в этом случае жетом в центре, обрамленном бордюром из расти-
играет роль отпятныша в тамге. тельных завитков.
Мы располагаем еще двумя перстнями с княже- Последний, четвертый, тип —перстни со щитком
скими знаками на шестигранном щитке. Один из в форме квадрифолия. Следует сказать, что квадри-
них происходит из клада Болоховского городища фолийность намечалась уже на некоторых перстнях
(рис. 16, № 83). Щиток его снабжен каплевидными с круглым щитком, в которых прослеживались че-
выступами по углам. В центре на позолоченном тыре симметрично расположенных выступа (рис. 15,
фоне гравировкой дан знак, похожий на орнамен- № 50, 51). Идея квадрифолия проста — его образу-
тально-буквенный. Черни в мелкой гравировке не ет квадрат, вписанный в круг таким образом, что
сохранилось, она видна только в углублениях пунк- углы его выступают за пределы круга, а четыре
тирной гравировки, многорядно повторенной в про- сегмента малых кругов выходят за границы квадра-
странстве между центральным шестиугольником и та. Такое графическое решение композиции образу-
краями перстня. Второй, золотой перстень, место ет фигуру розетки с зеркальной симметрией. Гео-
находки которого неизвестно, выделяется своеобраз- метрической фигурой, из которой можно вывести
ной формой знака и следами растительной орнамен- подобный квадрифолий, оказывается четырехлепест-
тации на боковых гранях (рис. 16, № 84). ковая розетка. Проведя прямые через узловые точки
В подтип 5 перстней, с изображением зверя, вхо- окружностей, образующих такую розетку, получим
дят два экземпляра из Болоховского клада (рис. 16, квадрат (рис. 15, № 100а). Пропорциональное уве-
№ 86, 87). Их щитки снабжены каплевидными вы- личение сторон квадрата легко позволит вывести
ступами по углам, а орнаментальное поле обрамле- фигуру, подобную искомому квадрифолию. Эта гео-
но бордюром с примитивно выполненным орнамен- метрическая задача неминуемо вставала перед древ-
том. В центре щитка изображен зверь, похожий на нерусскими зодчими с начала каменного строитель-
гепарда. ства на Руси: она являлась основной при проекти-
На одном перстне он изображен правильно по от- ровании и возведении крестовокупольного храма
ношению к дужке кольца, на другом — как бы пе- (соотношение радиуса купола и стороны квадрата
ресекает ее. Размеры щитка обоих перстней одина- подкупольного пространства).
ковы, а диаметр дужки существенно разнится: в од- По мнению Е. Ф. Желоховцевой, четырехлепест-
ном случае — 2,3 см, в другом — 2 см. Сделаны они ковая розетка использована как исходная форма
скорее всего одной рукой. Об этом говорят, кроме для определения пропорций древнерусских кресто-
одинаковой композиции, манера небрежной грави- вокупольных храмов9. Анализ планов древнерус-
ровки тонким резцом, оставляющим пунктирный ских храмов, проведенный автором с этой точки
след, неудавшийся и, может быть, даже непонятый зрения, не умозрителен: подобная четырехлепестко-
орнамент. Речь идет об орнаменте из разорванной вая розетка была обнаружена М. А. Чхиквадзе на
волны, местами похожей на элементы лозы, идущей стене одного из грузинских храмов и положена для
по краю щитка одного перстня, и об орнаменте чер- определения пропорций ряда древних построек.
невой насечкой, напоминающей полукрин,— на бо- Как видим, частным случаем решения этой гео-
ковых гранях другого. Мастер, выполнявший орна- метрической задачи оказывается и построение квад-
мент на обоих перстнях, одинаково плохо владел и рифолия. Естественно, что задача эта пришла и в
гравировкой, и рисунком, и техникой чернения. На ювелирное дело: орнамент соединяет все виды ис-
том перстне, где зверь дан боком, чернь вовсе не кусства, постоянно перенося в них новые мотивы,
удержалась в мелкой гравировке, а выплыла нару- а следовательно, и новые приемы их построения.
жу, отчего край перстня с бордюром оказался более Искусство малых форм оказывается связанным с мо-
темным, чем сам щиток. нументальным искусством единством пропорцио-
Перстни с гепардом и с княжеским знаком, оди- нального строя, обусловленного единством методов
наковые по форме, делал, вероятно, один мастер. построения геометрических фигур.
Разные диаметры их дужек говорят о принадлеж- Десять имеющихся в нашем распоряжении перст-
ности их разным людям. Возможно, что геральдиче- ней с квадрифолийным щитком украшены розетка-
ский зверь на двух из них тоже играл роль знака ми с кринами, раппортом бордюра, изображением
собственности. птиц и зверей, т. е. относятся к подтипам 1, 3 и 5
До нас не дошел перстень из Минцкабинета Ки- нашей классификации.
евского университета с изображением зверя с под- Особенно совершенен перстень из коллекции
нятой лапой. По сторонам щитка даны отсеки с ра- М. П. Боткина, теперь находящийся в Русском му-
стительными завитками (рис. 16, № 88). зее (рис. 15, № 91). Место и обстоятельства наход-
Единственный перстень с шестиугольным щитком ки неизвестны. Четкость и точность его композиции
и изображением птицы найден в с. Городище Хмель- легко объяснить, если попробовать построить подоб-
ницкой обл. (рис. 16, № 90). Птица изображена ный квадрифолий с циркулем. Поставим ножку цир-
идущей в профиль. В неглубоких линиях гравиров- куля в воображаемом центре, нарисуем окружность
ки чернь не сохранилась. Она местами видна на бо- с заданным радиусом и разделим его пополам. По-
ковых гранях, в отсеках с завитками растительного лученные точки на каждом из двух радиусов будут
характера. Несколько особняком стоит перстень с центрами четырех окружностей, части которых об-
очень схематическим изображением человеческой разуют дуги нашей фигуры. В местах их пересече-
фигуры (рис. 16, № 89). Происхождение его неясно: ния выведем углы квадрата, соединим дуги с этими
это случайная находка из района Канева. Однако углами и получим идеальный квадрифолий. Внут-
он несомненно принадлежит к серии древнерусских ренний квадрат, в котором размещается орнамент,
перстней рассматриваемого типа. Об этом говорят и построить легко: углы его упираются в точки пере-

45
сечения малых окружностей. Мастер вполне оценил Перстень описываемого подтипа найден в 1972 г.
найденную форму. Это видно по той продуманно- А. А. Юшко в Подмосковье (рис. 15, № 94). Этот
сти, с которой он разместил в ней орнамент: в цент- прекрасно сохранившийся перстень был, очевидно,
ре внутреннего квадрата он поместил крин — трех- мужским: диаметр его 2,3 см, максимальная ширина
лепестковую розетку на черненом фоне. Его хочется щитка 2,5 см. Щиток представляет собой хорошо вы-
назвать древом из-за придающих ему монументаль- раженный квадрифолий. Сегменты его заняты косой
ность вытянутых пропорций. Уравновешенность этой штриховкой, выполненной резцом, оставившим след
композиции усиливают два выгнутых стебля по сто- в виде веревочки. В образовавшиеся таким образом
ронам древа, два треугольника над ним и один —в углубления положена чернь, оставшаяся, однако, не
его основании. Четыре плавные дуги повторяют на всей поверхности, а только в углублениях грави-
ритм сегментов квадрифолия. В законченный рису- ровки. Углы квадрата повторены гравировкой, чернь
нок щитка нельзя ни внести, ни убавить ни одной в ней вовсе не сохранилась. Такой же гравировкой
детали, не разрушив гармонии целого. Мастер, сде- мастер попытался сделать ложе для черни, на фоне
лавший этот перстень, был тонким эстетом. В свобо- которой должен был выделяться орнамент: розетка
де, которая чувствуется в его работе, угадывается с двумя сопоставленными вершинами кринами. На
рука рисовальщика-профессионала, безусловно зна- описанных выше трех перстнях из киевского клада
комого с геометрией. При взгляде на этот перстень 1903 г. представлена похожая розетка, только крины
вспоминаются сложные заставки лицевых рукопи- на них сопоставлены не вершинами, а основаниями
сей, в которых также ощущается не только талант (рис. 16, № 69—71). В данном случае их разделяет
рисовальщика, но и точность чертежника. пучок радиально расходящихся линий. Здесь два
Впечатление уравновешенности, которое произво- пышных крина тоже разделены пучком расходя-
дит перстень, обусловливается и тем, что в построе- щихся линий. С точки зрения формального анализа,
нии его использованы величины, находящиеся в это — розетка с зеркальной симметрией, известная
простой пропорциональной зависимости: радиус ма- еще по геральдическим композициям древнейших
лых окружностей равняется половине радиуса боль- земледельцев Двуречья.
шой. Способы построения квадрифолия могут быть Лучше сохранился перстень с раппортом геомет-
разными в деталях, но в основе их всегда лежит че- ризованной лозы, покрытой чернью, из раскопок
тырехлепестковая розетка. Можно построить квад- А. В. Арциховского в Московской обл. (рис. 15,
рифолий при помощи дополнительных малых окруж- № 96), относящийся к подтипу 3 нашей классифи-
ностей с радиусом, равным половине основных. кации. Близкий сюжет уже встречался в декоре
Таких дополнительных окружностей можно исполь- перстней первого и второго типов.
зовать две; тогда дугами центральной окружности К подтипу 5, с изображениями птиц и зверей, от-
будут образованы боковые сегменты квадрифолия. носится найденный А. В. Арциховским перстень с
Орнаментальным полем в этом случае является уже крылатым зверем, напоминающим монументаль-
не квадрат, а прямоугольник. По такой схеме пост- ностью и статикой зверей белокаменной резьбы
роен один из перстней Старой Рязани (рис. 15, владимиро-суздальской архитектуры (рис. 15, №99 ).
№ 92), хранящийся тоже в Русском музее. По ком- К этому же подтипу относится перстень из упо-
позиционному решению он похож на перстень из минавшегося клада 1849 г. у с. Шмарово (рис. 15,
коллекции М. П. Боткина. Рисунок изящного древа № 100 ). В этом кладе, помимо описанных перстней
на позолоченной плоскости прямоугольника выпол- с кринами (рис. 15, № 47, 48), был перстень с изо-
нен тонкой гравировкой. Чернь в ее углублениях не- бражением льва в квадрифолии, ныне утраченный.
заметна. Зато она занимает внутреннее пространст- Аналогичный перстень с птицей сохранился хорошо
во дуг квадрифолия, в которых гравировкой даны (рис. 15, № 103 ). Он небольшой — диаметр его дуж-
легкие завитки, перекликающиеся с завитками вет- ки 1,7 см. Щиток его имеет форму квадрифолия, по-
вей центрального древа. строенного из четырех пересекающихся в центре
Чисто геометрический способ построения щитка окружностей с диаметром 1,1 см. Величина эта пред-
обоих рассмотренных перстней, такие детали орна- ставляет собой 1/4 древнерусского вершка — меры,
мента, как дуги или волнистые линии в квадрифо- составляющей 4,4 см. Таким образом, в построении
лиях, сама розетка зеркальной симметрии с древом этого квадрифолия участвуют доли одной и той же
в разных вариантах — все это наводит на мысль о меры, деленные на два и четыре.
том, что эти перстни делал один и тот же мастер, Орнамент не нарушает гармонии найденной ма-
а значит беспаспортный перстень из коллекции стерами идеальной формы. В центральном квадрате
М. П. Боткина, возможно, тоже рязанского проис- размещена птица с распростертыми крыльями. Гра-
хождения. вировка выполнена уверенной рукой, линии грави-
Композиционно эти шедевры папоминает перстень ровки заполнены чернью. Сегменты, гравированные
из Любеча (рис. 15, № 93). Очень плохая сохран- в дугах квадрифолия, тоже орнаментированы
ность не позволяет говорить об этом с полной уве- небрежной гравировкой с чернью. Последний пер-
ренностью. Ясно только, что какой-то орнамент рас- стень с птицей найден в одном из кладов Старой
полагался в квадрате квадрифолия, а полукружия Рязани, обнаруженном при раскопках 1979 г.
дуг были подготовлены косой штриховкой под чернь. В центре его щитка размещена динамическая фигу-
Упрощенный вариант квадрифолийного перстня с ра идущей птицы с поднятой лапой и свободно рас-
крином расплывчатых очертаний в центре щитка простертыми крыльями. Чернь в углублениях грави-
хранится в Эрмитаже (рис. 15, № 95) в. ровки не сохранилась, но она была, судя по ее яв-
ным следам в сегментах квадрифолия.
в
Благодарю Т. В. Равдину, любезно указавшую мне на пер- Рассмотренные нами перстни с чернью не исчер-
стни № 95, 96. пывают всего разнообразия этих украшений, быто-

46
вавших на Руси в XI—ХIII вв. Некоторые из них, но речь может идти о детях, внуках и правнуках
близкие рассмотренным по форме, украшались Владимира Святославича, знак которого, изображен-
только гравировкой без черни 1 0 или вставками из ный на его серебрениках, типологически нужно по-
драгоценных камней. Привозились они и из Визан- ставить в начало эволюционного ряда княжеских
тии 11, и из других стран. знаков прямоугольных очертаний.
Возникает вопрос, могут ли 58 перстней с чернью, Знаки второй группы характеризуются округлыми
выделенных по этому признаку из всей коллекции очертаниями. К ним относится всего один знак
древнерусских перстней, дать какое-то представле- (рис. 15, № 63). Он достаточно оригинален, близкие
ние об их эволюции и датировке. аналогии подобному знаку неизвестны.
Для ответа на этот вопрос остановимся прежде Знаки в форме багра образуют третью группу.
всего на перстнях со знаками собственности. Их все- Они представлены на трех перстнях вариантами от
го 12 (рис. 15). Типологически они соответствуют простейшего (рис. 16, № 82) к более сложным
четырем группам княжеских знаков, которые выде- (рис. 16, № 83, 85). Они явно относятся к той груп-
лил В. Л. Янин по актовым печатям 12. В первую пе княжеских знаков, один из которых Б. А. Рыба-
входят знаки в форме двузубцев или трезубцев пря- ков связывает с Всеволодом Юрьевичем Большое
молинейных очертаний; во вторую — округлых очер- Гнездо 15. Эту атрибуцию В. Л. Янин считает неубе-
таний; в третью —в форме багра; в четвертую — дительной 16. Все три перстня со знаками этой груп-
индивидуальных форм. Знаки первой группы по фор- пы связаны с Поднепровьем.
ме отрога, лежащего в основании фигуры, делятся Наконец, в последнюю группу входят два знака
В. Л. Яниным на три подгруппы. Они не идентичны индивидуальных форм. Один из них дает усложнен-
нашим. Но по этому же принципу знаки на перст- ный вариант княжеского знака на печатях, другой
нях можно тоже разделить на подгруппы. повторяет его схему в перевернутом виде (рис. 15,
Первую подгруппу образуют два знака с отрогами № 61; 16, № 84).
в виде прямой черты, являющейся окончанием вер- Несмотря на сложность персональной атрибуции
тикальной мачты, пересекающей знак (рис. 15, княжеских знаков, надо принять во внимание мне-
№ 64, 79). От знаков на актовых печатях, включен- ние В. И. Якубовского о принадлежности княжеских
ных В. Л. Яниным в первую подгруппу, они отли- знаков на перстнях из клада на Болоховском горо-
чаются вертикальной мачтой, пересекающей знак и дище (рис. 15, № 63; 16, № 83) внукам и правну-
кончающейся в одном случае горизонтальным отрез- кам черниговского князя Олега Святославича17.
ком (крест), в другом — развилкой. Было бы непра- Таким образом, княжеские знаки изображались
вомерно объединять их со знаками первой подгруп- только на перстнях первых трех типов. Они совсем
пы актовых печатей, но также неправомерно и вовсе не характерны для перстней четвертого типа —
оторвать их от последних: типологически они пред- квадрифолийных, относящихся к самым поздним из
ставляют усложнение знаков именно такого рода. рассмотренных нами. Это подтверждается и тем об-
То же можно сказать и о знаках второй подгруппы, стоятельством, что именно среди перстней первых
в которую входят знаки с крестом в основании трех типов больше всего литых. Все перстни с квад-
(рис. 15, № 55, 56; 16, № 80, 81). Усложненность рифолийным щитком изготовлены тиснением.
отрогов зубцов заставляет предполагать большое Здесь можно предположить эволюцию, послед-
число знаков, предшествующих им в эволюционном ним звеном которой будут перстни четвертого типа
ряду знаков прямоугольных очертаний. Последнюю (с квадрифолийным щитком). Анализ орнаментации
их подгруппу составляет всего один знак с полукру- перстней не противоречит этому. Как видно, самые
гом (неудавшийся треугольник?) в основании. распространенные ее мотивы — розетки и раппорты
Для нас важно отметить, что знаки прямоуголь- бордюра растительного характера. Ближайшую ана-
ных очертаний на перстнях обнаруживают сходство логию им мы находим на миндалевидных наконеч-
со знаками на тех печатях, которые В. Л. Янин никах витых браслетов (рис. 14, а—е). Исключения,
объединяет в первую, наиболее раннюю, подгруп- где эти мотивы дапы не схематично, а почти живо-
пу 13 . В ней более всего экземпляров неновгород- писно, не мешают выводу о том, что перстни с круг-
ского происхождения, что, по мнению автора, «род- лым и шестиугольным щитками стилистически близ-
нит ее с древнейшими русскими буллами». Важно в ки витым браслетам и могли входить с ними в один
этой связи подчеркнуть, что из шести перстней со складывающийся убор из серебра с чернью.
знаками прямоугольных очертаний четыре найдены Развитие этих мотивов дает нам орнаментальные
в киевских кладах (три — твердо и один — предпо- решения, находящие параллели в таких произведени-
ложительно) и два —в кладах Черниговщины. ях черневого дела, как обручи. Так, перстни с эле-
Кроме того, Б. А. Рыбаков отмечал сходство кня- ментами лозы (рис. 15, № 62) или древом (рис. 16,
жеского знака на одном из этих перстней (рис. 16, № 67) демонстрируют излюбленные мотивы орна-
№ 79) со знаками Изяславичей, в частности Свято- ментации обручей, что можно сказать также и о
14
полка Изяславича . Им же замечено несомненное перстнях с изображениями зверей и птиц. Эти ана-
сходство знака на перстне из Святозерского клада логии дают нам перстни второго, третьего и четвер-
(рис. 15, № 64) со знаком на литейной форме для того типов. Иными словами, перстни с круглым и
перстней, найденной В. В. Хвойкой при раскопках шестиугольным щитками оказываются в начале
княжеского дворца в Киеве. эволюционного ряда; с составным щитком — зани-
Все высказанные соображения позволяют связы- мают промежуточное положение; с квадрифолий-
вать перстни, имеющие знак первой группы — пря- ным щитком — завершают его. Распределение перст-
моугольных очертаний, с отдельными представите- ней по кладам не противоречит намеченной эволю-
лями княжеских семей, правивших до середины ции. Перстни первых трех типов встречаются иног-
XII в. и имевших стол в Киеве и Чернигове. Реаль- да в одних и тех же кладах, т. е. сосуществуют,

47
тогда как перстни четвертого типа встречены с конца этого столетия. Сравнительно позднюю дати-
перстнями первого типа только один раз. ровку перстней с квадрифолийным щитком подтвер-
Интересно, что хронологические выводы, полу- ждает тот факт, что наибольшее увлечение формой
ченные на таком небольшом материале, каким мы квадрифолия в искусстве Руси падает уже на
располагаем, нашли подтверждение в новгородских XIV в., когда широко распространяются квадрифо-
материалах, отличающихся, помимо массовости, хо- лийные кресты, мощевики, накладки 21 . В XV в. ув-
рошей датированностью. Перстень с круглым щит- лечение этой формой идет на убыль. Перстни с
ком, литой по восковой модели, относится к самым чернью позволили определить время появления этой
ранним из найденных в Новгороде 18. Он встречен в формы в прикладном искусстве Руси и несомнен-
слое первой половины X в. На щитке — гравирован- ную связь ее с монументальной архитектурой.
ное изображение птицы с распростертыми крылья- Новгородские перстни, чаще всего литые из оловя-
ми. Подобные перстни из других мест — Тимерев- нисто-свинцовых сплавов, безусловно подражатель-
ского поселения, Костромских курганов, земли ра- ные. Новгородские ювелиры делали их для широких
димичей — не выходят за пределы X в. М. В. Седо- масс городского населения, воспроизводя в простей-
ва полагает, что орнаментация их отражает ранне- шей технологии дорогие перстни из серебра и золо-
государственную символику. та, делавшиеся на заказ для представителей соци-
Надо отметить, что в Новгороде перстни с круг- альной верхушки древнерусского общества. Естест-
лым щитком бытовали и позже — во второй полови- венно, что это производство отражало эволюцию, ко-
не XII и начале XIII в., но для нас важна дата их торую претерпело в действительности производство
первоначального появления. драгоценных перстней в мастерских златокузнецов и
Перстни с шестиугольным щитком в новгородских серебряников Руси.
коллекциях отсутствуют. Зато хорошо представлены Перстни с глубокой древности были знаком соци-
перстни с поперечными прямоугольными щитками, ального ранга владельца. Это одинаково верно и для
которые появились во второй половине XII в. и бы- Римской империи, и для средневековых государств
товали до начала XIV в.19 Форма их достаточно Западной Европы или Востока, и для Византии 22 .
разнообразна. Интересно, что для них, как и для Перстни златокузнецов и серебряников древней
черненых перстней с составными щитками прямо- Руси по форме и декору иногда напоминают инозем-
угольной формы (третий тип), тоже характерны ные 23, что объясняется международной модой на
прорезные, ажурные дужки. популярные украшения. Но это отнюдь не лишает
Наконец, перстни с квадрифолийным щитком и в нас возможности увидеть в коллекции древнерус-
Новгороде появились позже других — только в 30— ских перстней выразительные следы собственного
60-х годах XIII в. 2 0 Бытовали они и позже, до длительного производства.

1 11
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII вв. М.; Л., 1954, Кондаков Н. П. Русские клады: Исследование древностей
с. 124, 125. великокняжеского периода. СПб., 1896, с. 139, рис. 87.
12
2
Корзухина Г. Ф. Русские клады в зарубежных собрани- Янин В. Л. Актовые печати древней Руси. X—XV вв. М.,
ях.— КСИА, 1972, 129, с. 29. 1970, т. 1, с. 134-137.
13
3 Там же.
Седова М. В. Ювелирные изделия древнего Новгорода 14
Рыбаков Б. А. Знаки собственности..., с. 236.
(X-XV вв.). М., 1981, с. 137, рис. 50, 13. 15
Там же, с. 235, 236.
4
Рыбаков Б. А. Макрокосм в микрокосме народного искус- 16
Янин В. Л. Актовые печати древней Руси..., т 1, с. 140.
ства.— В кн.: Декоративное искусство. М., 1975, № 1, с. 31. 17
Якубовський В. I. Давньоруський скарб з с. Городище
5
Даркевич В. П. Художественный металл Востока. М., 1976, Хмельницької обл.— В кн.: Археологія, 1975, 16, с. 102.
18
с. 53, табл. 39, 25. Седова М. В. Ювелирные изделия древнего Новгорода...,
8
Рыбаков Б, А. Знаки собственности в княжеском хозяй- с. 137, рис. 59, 13.
19
стве Киевской Руси.—СА, 1940, VI, с. 236, 237, рис. 26. Там же, с. 132.
20
7 Там же, с. 137, рис. 49, 12, 15, 16.
OAK за 1903 г. СПб., 1906, с. 191. 21
Николаева Т. В. Прикладное искусство Московской Руси.
8
Рыбаков Б. А. Знаки собственности..., с. 237, рис. 27. М., 1976, с. 138—158.
9
Желоховцева Е. Ф. Геометрические структуры в архитек- 22
Сергеенко М. Е. Ремесленники древнего Рима. Л., 1968,
туре и живописи древней Руси. — В кн: Естественнонауч- с. 375; Dalton О. М. Catalogue of the finger rings in British
ные знания в древней Руси. М., 1980, с. 23, 24, рис. 1. Museum. London, 1912.
10
Рыбаков Б. А. Знаки собственности..., с. 237, рис. 24; 23
Dalton О. М. Catalogue of the finger rings..., p. 16, N 94;
28-30. p. 249, N 1740.
ГЛАВА ШЕСТАЯ

КОЛТЫ

В
итые и плетеные браслеты и перстни с чернью восходному качеству можно отнести к работе масте-
дают нам пример внедрения нового техниче- ра-грека, она отсутствует 2.
ского приема в старое, давно сложившееся ре- На золотых колтах гравировкой исполнен типич-
месло. Это один из типичных путей овладения мест- ный для колтов с эмалью сюжет — две птицы по
ными русскими мастерами новой прогрессивной тех- сторонам древа или крина. Эта сцена обрамлена
нологией: освоена только рецептура, применение ее шестью трапециевидными отсеками. На другой сто-
в изготовлении традиционно сложившихся украше- роне в центральном медальоне изображена птица,
ний без существенного изменения последних — яр- по сторонам — рога, внизу — два соединенных вер-
кое тому доказательство. шинами треугольника. Линии гравировки заполняет
При анализе древнерусских произведений с пере- чернь. Колты выполнены превосходно. Смелый и
городчатой эмалью нам ни разу не пришлось встре- изящный рисунок построен в расчете на цветовой
титься с подобным явлением. Все опыты овладения контраст золотого поля и черни. Эти колты можно
перегородчатой эмалью происходили на предметах считать «пробой пера». Они сделаны в мастерской
убора, ранее на Руси не носимого: это колты, диаде- высокого класса в новой технике, но по привычным
мы, медальоны барм, а также предметы культового канонам (форма, жемчужная обнизь). Вполне веро-
назначения, связанные с религией, возраст которой ятно, что освоение нового декоративного приема —
на Руси в те времена насчитывал немногим более черни — в этом случае происходило в золотых дел
столетия. В этом случае русские мастера, перени- мастерских, скорее всего эмальерных.
мавшие секреты новой технологии, вместе с ней пе- Оригинальность этой пары колтов ставит их вне
ренимали и способы изготовления украшений новых предлагаемой ниже классификации, поскольку ос-
типов. К таким украшениям относятся и колты с новным признаком серебряных колтов всех осталь-
чернью. ных типов является прежде всего металлический,
По характеру оправы колты можно разделить на тоже серебряный бордюр, окаймляющий черненую
четыре типа: первый — с обнизью из мелких шари- поверхность центральной части изделия. Зато имен-
ков (имитация жемчужной обнизи); второй — с об- но они позволяют рассматривать обнизь из метал-
низью из крупных шариков; третий —с ажурной лических шариков черненых колтов как подражание
сканной оправой; четвертый — с многолучевой опра- настоящей жемчужной обнизи золотых колтов с пе-
вой. Каждый из этих типов делится на подтипы по регородчатой эмалью. Важно отметить, что описан-
характеру декора, по различию сюжетов. В подтип 1 ная пара колтов найдена в киевском кладе.
входят колты с изображением фантастических су- В первый тип включены колты с металлической
ществ, в подтип 2 — с изображением птиц, в под- имитацией жемчужной обнизи. Исполнялась она до-
тип 3 - е композициями растительного или геомет- вольно трудоемким способом: отливались маленькие
рического характера. серебряные шарики, каждый из которых насаживал-
Чтобы понять происхождение первого типа кол- ся на трубочку и крепился на борт колта. Поверх
тов с чернью, надо обратиться к той группе золотых шариков напаивалась рубленная под зернь проволо-
колтов с перегородчатой эмалью, которая относится ка. В смысле использования черни эти колты демон-
1
к раннему этапу развития этой техники на Руси . стрируют несомненный прогресс. Чернь образует
Декор на них размещается на всей поверхности, здесь фон для гравированного рисунка, что техноло-
а не на специальной вставке, которая станет харак- гически значительно труднее выполнить, чем черне-
терной для более поздних образцов колтов с эмалью. ный по гравировке рисунок. Таким образом, на этих
Отличительную их особенность составляет обнизь из колтах найден главный эстетический эффект черни:
настоящих жемчужин, нанизанных на проволоку, сочетание черного фона и серебряных фигур грави-
продетую в специальные петли. Только одна пара зо- рованного орнамента. На отдельных колтах видны
лотых колтов с чернью целиком повторяет эти колты следы позолоты, что еще раз подчеркивает их бли-
(рис. 17, № 106—107). Они обрамлены нитью мел- зость, вероятно и хронологическую, с золотыми кол-
ких жемчужин, а декор занимает всю плоскость тами, чернеными и эмалевыми.
колта с обеих сторон. На них использован даже спо- Различие сюжетов, изображенных на колтах пер-
соб крепления дужки с колтом, применявшийся на вого типа, позволяет выделить среди них несколько
золотых колтах с эмалью: это квадратные пластин- подтипов.
ки, напаянные на колт и вовсе его не украшающие. К подтипу 1 относятся колты с изображением
Отметим, что эта деталь характерна для самой ран- фантастических существ. Лучшей парой подтипа
ней группы колтов и что на единственном колте, 1 являются колты, найденные на Княжей Горе
который по сюжету изображения (павлин) и пре- (№ 110). Они отличаются редкой формой — слегка
4 Т. И. Макарова
49
Рис. 17. Колты с имитацией жемчужной обнизи, тип 1

50
грушевидной, на обеих их сторонах — одна и та же логию. В один комплекс с этой матрицей входили
композиция из двух стоящих спина к спине грифо- еще две матрицы для изготовления колтов с чернью.
нов, повернутых клювами друг к другу. Централь- Все матрицы оказались в коллекциях Румянцевско-
ной осью ее оказываются сплетенные в симметрич- го музея без указания места находки, но под одним
ную плетенку хвосты. Сцена исполнена четкой инвентарным номером. На оборотной стороне одной
гравировкой, образующей местами двойной контур. из них был процарапан княжеский знак, принадле-
След резца ровный зубчатый. Рисунок изящен и уве- жавший, но мнению Б. А. Рыбакова, Всеволоду
рен, композиция умело размещена на поле колта. Ярославичу (1030—1093). Чернигов был вотчиной
Фон покрыт чернью, на фигурах зверей заметны этого князя, что и позволило Б. А. Рыбакову свя-
следы позолоты. зать с черниговскими княжескими мастерскими дея-
Пара аналогичных по сюжету и исполнению кол- тельность мастеров, пользовавшихся матрицами.
тов издана Б. И. и В. Н. Ханенко. Они потеряны, Как мы увидим ниже, локализация мастерских,
и место их находки неизвестно. На них грифоны где могли быть изготовлены колты, оттиснутые на
тоже сопоставлены спинами и разделены плетенкой, одной из матриц (без княжеского знака), в Черни-
но несколько иной по рисунку (рис. 17, № 109). гове найдет дополнительное подтверждение. Другой
Рисунок сходен в деталях (вытянутые пропорции вопрос, может ли служить точкой отсчета в хроно-
грифонов; черточки, показывающие шерсть над логии черненых колтов матрица с княжеским зна-
ошейником; орлиный клюв) и в целом: он так же ком. Г. Ф. Корзухина решила его отрицательно.
удачно размещен на черненом фоне колта, отлича- Основным ее аргументом при этом был тезис о да-
ясь тем же изяществом и уверенностью линий. тировке убора с чернью второй половиной XII—
О наличии позолоты в данном случае судить труд- XIII в. В данном случае Г. Ф. Корзухина противо-
но, но обе пары обладают таким стилистическим речила себе, так как ранее сама датировала появле-
единством, что принадлежность их к одной серии ние первых украшений с чернью второй половиной
изделий, вышедших из одной мастерской, вполне XI в.7 Мы видели, что самые ранние колты с
вероятна. чернью и с эмалью делались в одних мастерских,
Весьма существенным является и то обстоятель- что не исключает появления черненых колтов в
ство, что изображенная на колтах композиция близ- конце XI — начале XII в.
ка рисунку на двух византийских чашах XII в.3 К подтипу 1 относятся и две пары колтов, близ-
И там мы видим грифонов с удлиненными пропор- ких святозерским по форме и исполнению. Одна из
циями тела и характерными орлиными клювами. них обнаружена в киевском кладе 1903 г. (рис. 17,
Только место плетенки занимает крин. Грифоны — № 116). На колтах изображен фантастический зверь
любимейший сюжет средневекового прикладного ис- с веткой во рту. Лапа его приподнята, как это бы-
кусства: их изображали в описанной иконографиче- вает у Сэнмурвов, хвост поднят, причем на одном
ской схеме на тканях, серебре и керамике 4 . В этой колте он напоминает растительный сюжет, а на
связи интересно отметить еще одну особенность, другом — геометризован. Изображение дано двой-
присущую обеим парам колтов,—их слегка груше- ным контуром резцом, оставляющим зубчатый след.
видную форму, совершенно не характерную для Оно отличается уверенностью и четкостью рисунка.
древнерусских колтов. В настоящее время в древне- Подчеркнем такие детали, как лапы, заходящие за
русских древностях известен только один подобный край орнаментального поля, и заполнение чернью
грушевидный колт — небольшой колт с перегородча- глаз зверя.
той эмалью, упоминавшийся выше. Он отличается, Вторая пара идентичных колтов найдена в жен-
помимо необычной формы, типично византийским ском погребении, обнаруженном около Екатеринин-
сюжетом — павлин, стоящий в геральдической позе. ской церкви в Чернигове в 1878 г. (№ 118—119).
Это позволило нам предположить, что колт исполнен Среди колтов первого типа нет экземпляров с
мастером-греком в одной из древнерусских эмальер- изображением птиц (т. е. подтипа 2 нашей типоло-
ных мастерских5. гии). К подтипу 3 относятся колты с имитацией
Видимо, колты с грифонами, одна пара которых жемчужной обнизи. Они представлены всего одним
обнаружена, к тому же, на Княжей Горе (как и небольшим колтом, найденным на городище Княжа
эмалевый колт), тоже можно считать изделиями Гора во время раскопок Н. Ф. Беляшевского
греческого мастера. Наше предположение об одно- (рис. 17, № 120). Своеобразие его заключается в от-
временном обучении эмальерному и черневому делу сутствии окаймляющей шарики рубленой проволоки
русских ювелиров получает еще одно подтвер- и в орнаменте, состоящем из сложного узла плетен-
ждение. ки на черненом фоне.
Особый интерес в этом подтипе представляет пара Итак, колты с имитацией жемчужной обнизи поз-
колтов из Святозерского клада (рис. 17, № 112). На волили уловить ряд важных для истории черневого
них изображен фантастический зверь с головой, по- дела моментов. Прежде всего это касается несом-
вернутой назад. Его хвост обращен в плетенку, ко- ненной хронологической их связи с начальной ста-
торую он как бы заглатывает. Конец ее прорастает дией изготовления древнейшей группы колтов с пе-
через тело зверя, заполняя правую половину колта. регородчатой эмалью. Не менее существенны черты,
Несмотря на вполне самостоятельное композицион- свидетельствующие о возможном участии в их из-
ное решение, морда зверя напоминает грифонов на готовлении мастеров-греков, придававших колту не
колтах мастера-грека: на них повторена даже такая характерную для русских изделий форму и изби-
деталь, как показанная черточками шерсть. равших для их орнаментации фантастических
Б. А. Рыбаков сопоставлял эти колты с матрицей зверей.
Румянцевского музея 6 . Изображения совпали, и это Тот факт, что византийские формы и сюжет встре-
дало возможность реконструировать древнюю техно- чены только на двух парах колтов, а на остальных

51 4*
эти черты уже утрачены, можно расценивать, по- пять петель. Колт выполнен тиснением, чуть углуб-
видимому, как свидетельство перехода изготовления ленный фон сохранил следы черни. В центре щитка
колтов с чернью в руки русского мастера. Посколь- мастер попытался, впрочем без особого успеха, изоб-
ку это прослеживается на изделиях одной серии, разить двух сопоставленных спинами грифонов с
можно предполагать, что мы имеем дело с продук- ромбовидной фигурой между ними. Рисунок, слегка
цией одной мастерской, в которой мастер-грек обу- выпуклый, подчеркнут резцом, но крайне неумело.
чал технике черни русского мастера. Принимая ги- К этому же подтипу относятся колты с изображе-
потезу Б. А. Рыбакова о принадлежности матрицы нием одного фантастического зверя, сливающегося с
Румянцевского музея ювелиру черниговского князя, побегами плетения. Колт со зверем в густом плете-
можно, видимо, предположить, что находилась эта нии был обнаружен в рязанском кладе 1973 г.
мастерская где-то в районе Чернигова. (рис. 18, № 141). Ленты плетения заполняют всю
Второй тип колтов с чернью в конструктивном центральную часть колта, от зверя остались только
смысле представляет собой развитие первого. В их морда да лапы, а всю композицию в целом обрамля-
устройстве тоже имитируется жемчужная обнизь, но ет прекрасно выполненная лоза. Все изображения
в другом исполнении: место литых шариков занима- выполнены гравировкой в две—четыре линии на
ют крупные полые шарики, спаянные из двух изго- черненом фоне, слегка углубленном, благодаря от-
товленных тиснением половинок. В одних случаях тиску на матрице. Нет никакого сомнения, что перед
они напаяны на трубочках-шпеньках, как на кол- нами работа превосходного мастера. Именно ему
тах первого типа, в других — крепятся на нити, про- пытался подражать ремесленник, изготовивший
детой в петли, как это делалось в жемчужных колты с парными птицами и плетенкой из рязан-
оправах. В некоторых случаях оба эти способа ского клада 1887 г. (рис. 19, № 130). Близкое ком-
крепления обнизи используются одновременно позиционное решение при разном мастерстве испол-
(рис. 18-20). нения позволяет предположить, что оба колта сдела-
Таким образом, литье заменено в обнизи колтов ны в одной мастерской: один — ведущим мастером,
второго типа качественно иной операцией — тисне- другой — подмастерьем, знакомым с техническими
нием, значительно более дешевым. Сама эта замена приемами, но работающим на низком художествен-
является надежным свидетельством эволюции про- ном уровне.
изводства. К подтипу 1 относятся и колты со зверем, держа-
Колты этого типа тоже имеют образец в виде золо- щим поднятой переднюю лапу, и со своеобразным
тых изделий, которые можно рассматривать как ростком во рту. Такие колты найдены в Терехов-
предшествующие широкому производству. Они про- ском кладе (рис. 18, № 145—146). Характерно, что
исходят из киевского клада 1876 г. (рис. 17, обнизь их тоже не совсем обычна: шарики, насажен-
№ 121—122), Сами колты до нас не дошли, но со- ные на трубочки, дополнительно крепятся проволо-
хранился их рисунок. Они обрамлены каймой из кой, продернутой сквозь них.
мелких шариков на шпеньках-трубочках. Затем этот Фантастические звери иногда изображались и в
прием найдет продолжение на колтах из серебра, парных композициях. Наиболее удачная по испол-
только шарики станут много крупнее. Поверхность нению пара таких колтов обнаружена в кладе 1879 г.
колта покрыта гравировкой, повторяющей схему в д. Льгово на Черниговщине (рис. 19, № 142—
типичной для эмалевых колтов орнаментации: на 143). На них изображены фантастические звери в
одной стороне — крин — в центре, рога — по сторо- том же ракурсе, что и птицы Тереховского клада.
нам и треугольник — внизу; на другой — аналогич- Между ними помещен узел плетенки, переходящей
ный сюжет в окружении трапециевидных отсеков. в их туловища.
Все фигуры заполнены растительными побегами — На другой паре колтов, найденной в Изяславле
полукринами. Судя по рисунку, углубления грави- (рис. 20, № 135—136), звери почти полностью «пе-
ровки были заполнены чернью. рерастают» в плетение, которое сливается с древом,
Все остальные колты второго тина по сюжетам и расположенным в центре. Фон для черни оттиснут
орнаментам разделены на ряд подтипов. на матрице, рисунок исполнен небрежной гравиров-
Подтип 1 — колты с фантастическими существа- кой. Оригинальность решения этого сюжета под-
ми. В самом Чернигове, около Спасского собора, черкнута и необычной обнизью. Мастер весьма свое-
были найдены колты, оттиснутые на той же матри- образно решил ее крепление с колтом: он углубил
це, что и колты с фантастическим зверем из Свято- ленту, соединяющую обе половинки колтов, и поме-
зерского клада 8 . Они не дошли до нас и известны стил в образовавшуюся таким образом канавку
только по фотографии, с которой сделана прорись крупные шарики обнизи. Обнизь выиграла в проч-
(рис. 18, № 147). Они подтверждают связь мастер- ности крепления, но не в красоте.
ской, где были изготовлены, именно с Черниговом. Подтип 2 образуют колты с изображением птиц.
Деятельность ее была довольно интенсивной. К ней Большим мастерством отличаются колты с парными
надо отнести колты с грифонами, найденные в том птицами из того же Тереховского клада (рис. 19,
же Святозерском кладе. Они отличаются изящест- 123—124). Они сделаны ручной выколоткой, при-
вом и совершенством исполнения (рис. 18, № 132). давшей колтам идеальную сферическую форму. Об-
Не только сам рисунок, но и отделка деталей отли- низь из крупных шариков, нанизанных на продетую
чается большим мастерством. Интересно, что сюжет в три петли проволоку, примыкает к борту колта в
с грифонами на этой стадии развития черневого местах спайки полусфер. На лицевой стороне колтов
дела начал осваиваться и русскими ремесленника- дана сцена из двух сопоставленных спинами птиц,
ми. Об этом говорит находка колта у с. Кресты повернутых к помещенному между ними крину.
Тульской обл. (рис. 20, № 134). Он был обрамлен Композиция уравновешена и прекрасно вписана в
каймой из полых шариков, от которой сохранилось орнаментальное поле, обрамленное зигзагообразной

52
Рис. 18. Колты с обнизью из крупных шариков, тип 2
(№ 141 — по В. П. Даркевичу)

53
полосой и лентой плетенки на черненом фоне. Тела обращавшиеся к нему позже, считали, что колт с
птиц проведены двойным контуром, причем внутрен- сирином тоже был исполнен чернью по гравиров-
ний заполнен чернью. Головки птиц, крылья, ноги ке 10. Рисунок действительно похож на черненый,
прорисованы детально и искусно, туловище покры- а фон явно обработан резцом. Обнизь колта не со-
то точками. Фон изображений покрыт рядами ров- хранилась. Скорее всего она состояла из полых ша-
ной чешуйчатой гравировки. На оборотной стороне, риков, чуть углубленных, как на колтах со зверями
на таким же образом обработанном фоне изображе- из Изяславля (рис. 20, № 135—136). Прямых ана-
на розетка плетенки совершенно книжного облика. логий этому колту нет. Он свидетельствует о дея-
Исполнена она четко и уверенно. Линии внутренней тельности какой-то местной мастерской в Галицкой
гравировки заполнены чернью. Нет сомнения в том, земле.
что эти колты исполнены рукой большого мастера, Последний (3) подтип колтов с обнизью из круп-
превосходно владевшего разными видами гравиров- ных полых шариков — колты с древом жизни. Одна
ки, чернением по гравировке и самим рисунком. пара их была обнаружена в кладе у с. Стариково
Колт с парными птицами обнаружен и в рязан- Курской обл. (рис. 20, № 149). Рисунок изображает
ском кладе 1887 г. (рис. 19, № 130). Основной сю- пышное древо с перевернутым крином в центре. Об-
жет — две птицы, сопоставленные спинами, с узлом низь отличается необычайно высокими трубочками,
сложной плетенки между ними — выполнен прими- на которые насажены шарики. Ни один мастер не
тивно, неверной одинарной линией. Мастер явно повторил больше эту особенность, испортившую об-
плохо владел рисунком. Так же вяло дана лоза. щий облик изделия. Сами колты и рисунок на них
Изображения выполнены на черненом фоне. В целом несколько примитивны, они уступают в эстетиче-
этот колт по устройству обнизи, по очертаниям об- ском отношении всем остальным перечисленным на-
рамляющей основную композицию лозы повторяет ми колтам рассматриваемого типа.
другой рязанский колт со зверем, о котором мы ска- Другая пара колтов с древом, происходящая из
жем в соответствующем разделе. Болоховского клада, отличается некоторой «доморо-
Еще пара колтов с птицами хранится в Киевском щенностью» (рис. 20, № 151). Для обнизи здесь ма-
историческом музее, в описях которого отмечено, что стер оставил углубленную канавку, как это было
найдены они на Княжей Горе (рис. 19, № 127). На сделано и на изяславских колтах с двумя зверями.
обеих сторонах колта оттиснута сцена из двух сопо- Рисунок древа примитивен и плохо оттиснут.
ставленных спинами птиц с крином между ними. Еще одна пара колтов с тем же сюжетом найдена
Рисунок выполнен примитивной гравировкой. Чернь в Изяславле (рис. 20, № 155—156). Обнизь их со-
была явно плохого качества, с прозеленью от излиш- стоит из крупных шариков, нанизанных на проволо-
него содержания меди. Не только сам рисунок этого ку и дополнительно припаянных к борту колта.
колта, но и оправа отличаются небрежностью и при- Чернь почти всюду выпала, и поэтому ясно видно,
митивностью исполнения: шарики обнизи здесь что лоток для нее не оттиснут на матрице, а про-
припаяны прямо к борту колта. сто слегка углублен резцом, оставившим след в виде
Более совершенна по исполнению пара колтов из очень частого зигзага. Чернь и здесь должна была
клада 1900 г. у с. Сахновка, известная только по служить фоном для пышного древа с помещенным
фотографии (рис. 19, № 125—126). Оправа их со- внутри него перевернутым трехлепестковым крином.
стоит из довольно крупных шариков на шпеньках, Изяславские колты и особенностями устройства,
а вся поверхность занята композицией из двух и примитивизмом в трактовке очень популярного во
птиц с крином, совершенно идентичной той, которая всех областях древнерусского искусства сюжета
украшает колты из Княжей Горы. подводят к мысли об их местном изготовлении во
К подтипу 2 относятся и колты с изображением второразрядной мастерской, лишь отдаленно знако-
одной птицы. Пара колтов с птицей была найдена в мой с шедеврами своих столичных собратьев. Самая
Тереховском кладе вместе с колтами с композици- поздняя дата их изготовления — середина XIII в.—
ей из двух птиц подтипа 2 (рис. 20, № 137—138). время гибели Изяславля.
На них на обеих сторонах изображена птица в уз- Еще большее упрощение того же сюжета демон-
лах плетения. На одном из колтов рисунок птицы стрирует последняя пара колтов подтипа 3 (рис. 18,
нарушен плетением. В целом колты производят впе- № 153). Они найдены в кладе из Старой Буды вме-
чатление рядовой серийной продукции. сте с серебряными слитками XIV—XV вв. и поэтому
Вторая пара колтов из Болоховского клада могут рассматриваться как пример самого позднего
(рис. 20, № 139—140) имеет на лицевой стороне из украшений этого рода. Действительно, в смысле
изображение стоящей в профиль птицы с поверну- изображенного на колтах орнамента было бы труд-
той назад головой. На оборотной стороне — круг и но разобраться без разобранных выше колтов, где
рога с лозой. Рисунок нанесен гравировкой, но сле- композиция с пышным крином представлена более
дов черни нет. Вероятно, это реплика на черненые наглядно. Место крина на колтах из Старой Буды
колты. Надо подчеркнуть, что обнизь колта абсо- занимает сердцевидная фигура, а контуры пышных
лютно аналогична обнизям всех остальных колтов ветвей крайне схематичпо переданы гравированны-
этого типа, поэтому принадлежность его к рассмат- ми завитками. Чернь, вероятно, заполняла углубле-
риваемому кругу памятников очевидна. ния гравировки, а серебряное поле было, судя по
В подтип 2 надо включить и оригинальный колт с описанию, приведенному в первой публикации, по-
птицей-сирином из клада 1842 г. в с. Залесье б. По- крыто «штриховкою из передвижки резцом» 11. Там
дольской губернии (рис. 18, № 144). Как и весь же указано, что вместе с колтами было найдено не
клад, он известен только по рисункам. Опублико- менее 30 «горошин на горлышках с ободка», что и
вавший их А. А. Спицын писал, что черненым в дает нам основания для предложенной реконст-
этом кладе был только перстень9. Исследователи, рукции.

54
Рис. 19. Колты с обнизью из крупных шариков, тип 2

55
Рис. 20. Колты с обнизью из крупных шариков, тип 2

56
Рис. 21. Колты с ажурной обнизью, тип 3

57
Ко второму типу относится и колт из Любечского ного ремесла. Они выражаются в композиции, по-
клада (рис. 18, № 129). Из-за сильной фрагмента- вторяющей остроумную сцену из двух сопоставлен-
ции мы не можем судить о его декоре. Но он ин- ных спинами птиц, пространство между которыми
тересен тем, что орнаментальное поле его обрамле- имеет форму крина, с остатками позолоты. На дру-
но ложной зернью,— деталь оригинальная и нигде гой стороне, сильно поврежденной, остались участки
более не встречающаяся. своеобразного узора и ячеек на черненом фоне с
Итак, рассмотренные нами колты второго типа от- позолотой чуть выпуклых частей. Гравировка на
личаются ярко выраженным конструктивным един- обеих сторонах колта тонка и небрежна, лоток, от-
ством. Генетически они восходят к колтам с жем- тиснутый на матрице, мелок, и поэтому чернь со-
чужной обнизью, представляя имитацию последней хранилась плохо. И все же колт производит впечат-
в металле. Поиски самого удобного для исполнения ление изделия пусть и не перворазрядного, но все
варианта обнизи четко прослеживаются при анализе же принадлежащего к руслу развитой и высокой ре-
отдельных экземпляров этого типа. Для них харак- месленной традиции.
терно также повторение одного сюжета, известного Целую серию колтов с птицами дает Изяславль.
по хорошему прототипу, в разных стадиях упроще- Интерес их в том, что они наглядно демонстрируют
ния, доходящего до полной схематизации. Все это изготовление популярных на Руси украшений в ме-
позволяет предполагать, что колты вышли из не- стной мастерской.
скольких разных, но близких по времени мастер- Пара колтов повторяет обычный сюжет с двумя
ских: эволюция конструкции и декора на разных птицами и крином (рис. 21, № 192—193). Однако
экземплярах идет в одном направлении. За это пред- выполнен он крайне примитивно: рисунок неумел,
положение говорит и большая стилистическая общ- лоток для черни оттиснут на плохой матрице,
ность колтов второго типа, не нарушающаяся раз- и чернь в нем местами не удержалась. Сам же колт
ными творческими индивидуальностями и подготов- сделан неплохо: оправа из сканной нити образует
кой делавших их мастеров. Несколько опорных дат, правильные восьмерки, обрамляющая их проволока
о которых говорилось выше, позволяет отнести их к перевита. Еще одна пара колтов дает пример реше-
XIII в. А то обстоятельство, что они найдены вне ния того же сюжета другим мастером (рис. 21,
Киева, на территориях Черниговского и Рязанского № 194). Он работал с более четкой матрицей, но не
княжеств, заставляет видеть в них своеобразную сумел воспользоваться ее преимуществами из-за
реплику провинциальных мастерских удельных рус- плохого владения гравировкой. Он не сумел подчерк-
ских княжеств на столичное ремесло. нуть гравировкой крыло птиц, предусмотренное мат-
Отметим особо, что лучшие колты второго типа рицей, отчего они оказались горбатыми, не смог
были найдены в Чернигове и Рязани. К этому об- обыграть плетение, тоже имевшееся на матрице, ни-
стоятельству мы еще вернемся. как не передал оперение птиц.
Третий тип представлен колтами с так называе- Третий мастер, оставивший две пары колтов с
мой ажурной каймой. Их изящная обнизь из волно- птицами, вовсе не понял имевшегося на матрице
образно положенной серебряной проволоки крепит- оттиска сюжета. Возможно, матрица оказалась стер-
ся с одной стороны к бортам колта, с другой — той, но на ней имелись углубления для черни, на
к обрамляющей их сканной нити. На этих колтах фоне которой должны быть две птицы по сторонам
употреблялись три варианта композиций, знакомых крина. Мастер залил чернью углубления, а в гра-
нам по колтам предыдущих двух типов. Это фанта- вировке воспроизвести сюжета не смог. Одну птицу
стические звери, птицы и древа жизни. он кое-как нарисовал, а вместо другой, хуже от-
Подтип 1 — колты с фантастическим зверем. Этот тиснувшейся на матрице, изобразил что-то вовсе
подтип представлен всего одной парой колтов, най- не понятное (рис. 21, № 197). Так же не повезло и
денных на городище Слободка Орловской обл. совсем простому сюжету — крину. Среди изяслав-
(рис. 21, № 204). Интерес их состоит в том, что изоб- ских колтов есть еще два (от разных пар), испол-
раженный на черненом фоне зверь с ростком во ненные так же неумело (№ 198, 199). Характерную
рту представляет собой упрощенную копию зверя, деталь этих неудачных колтов составляет нить, об-
исполненного с гораздо большим умением на паре рамляющая оправу, перевитая прямым витком сере-
колтов с оправой из крупных шариков (рис. 18, бряной проволоки.
№ 145—146). Найдены они тоже на Орловщине. Подтип 3 — колты с крином. Лучший из дошед-
Мастер из Слободки плохо владел и гравировкой, ших до нас колтов с ажурной каймой найден в со-
и самим процессом чернения. Об этом говорят не- ставе одного из киевских кладов (рис. 21, № 206).
уверенные линии гравировки плохо оттиснутой фи- В центре его на черненом фоне изображен изящных
гуры зверя и жидкая, плохо сохранившаяся чернь очертаний растительный мотив — ветви, вырастаю-
в мелком лотке. Примитивно сделана и сканная щие из одного ствола, оканчивающиеся переверну-
ажурная оправа, обрамленная толстой гладкой про- тым трехлепестковым крином. Гравировка уверенна
волокой. На хороших образцах колтов этого типа и свободна от обязательности симметрии: это выра-
оправа образует правильные восьмерки, а держащая зилось в том, что растительная моделировка отрост-
ее проволока перевита дополнительной нитью. ков ствола дана по-разному.
Колты из Слободки прекрасно иллюстрируют дея- Совсем по-другому выглядят колты с кринами из
тельность местных мастерских, далеких от при- Изяславля. Они сделаны теми же мастерами, что и
знанных центров ювелирного дела, но пытающихся колты с птицами, и не имеют ничего общего с кол-
подражать их произведениям. том из киевского клада. На одном из них сильно
Подтип 2 — колты с птицами. Лучший экземпляр геометризованный сюжет с трудом читается, на-
колтов этого подтипа найден на Княжей Горе столько слабо владел мастер гравировкой (рис. 21,
(рис. 21, № 191). В нем чувствуются следы столич- № 200). На другом растительная композиция выра-

58
Рис. 22. Колты с многолучевой каймой, тип 4

59
Рис. 23. Колты с многолучевой каймой, тип 4
(№ 168 — с оборотной стороной)

60
Рис. 24. Колты с имитацией жемчужной обнизи (№ 116, 117)
и две пары колтов с многолучевой каймой из одной мастерской (№ 174—177)

61
жена лучше — это пышный крин в обрамлении вет- ного из них дана примитивная композиция из круга
вей, тоже достаточно схематизированных. Изобра- и двух рогов. Тела птиц и здесь разделаны мелкими
жения на них даны на черненом фоне, что состав- штрихами гравировки, заполненными чернью, а фон
ляет отличительную особенность всех колтов с ажур- покрыт позолотой. Важно отметить, что колты эти
ной каймой (рис. 21, № 202). объединяет один технический недостаток: при изго-
Нет никакого сомнения, что и они в большинст- товлении черни была нарушена пропорция содержа-
ве своем представляют ювелирное дело провинци- ния в ней меди, сообщившей ей зеленоватый от-
альных мастерских. тенок.
Помимо изяславских находок на сравнительно Несовершенна и конструкция колтов. Об этом го-
позднюю дату колтов этого типа указывают подра- ворят грубые квадратные заклепки, прикрывающие
жания им в литье из оловянисто-свинцового сплава, соединение колта с дужкой, и некачественная пай-
найденные в Новгороде: три — в слоях 80-х годов ка частей с применением какой-то мастики. Не слу-
XIII в., один — слое середины XI в.12 Вряд ли эта чайна, по-видимому, очень плохая сохранность кол-
единственная находка в Новгороде может считаться тов этого варианта.
основанием для того, чтобы отнести появление кол- В целом стилистическое и технологическое един-
тов с ажурной каймой к столь раннему времени. ство этих колтов очевидно. Оно может быть объяс-
Четвертый тип представляют колты с лучевой оп- нено тем, что они представляют собой остатки одной
равой и вставным орнаментированным щитком. Каж- серии изделий, вышедших из одной мастерской. Судя
дый луч оправы обрамлен двумя сканными жгутами по стилистической близости с продукцией золотых
с двух сторон и соединен рубленой проволокой. Та- дел мастерских и месту находок, эта серия колтов
ким образом получилось, что оправа, в отличие от связана с ювелирным делом Киева. Следует доба-
колтов предыдущих типов, была двусторонней. вить, что колты варианта 1 вызвали подражания ме-
В центре колта на мастике (восковой?) держалась нее искусных мастеров,— трудно сказать, в рамках
круглая пластина с черненым орнаментом. той же или другой мастерской. Например, колт из
Эти колты являются безусловным подражанием клада в Переяславле спабжен вставкой с примитив-
золотым лучевым колтам со вставками, украшенны- ным геометрическим орнаментом, выполненным
ми перегородчатой эмалью. Бывало, что вместо эма- чернью по гравировке (рис. 22, № 189).
левой пластины в золотой колт вставлялась пласти- Вариант 2 — колты с чернением фона. Ни одна
па с черневым орнаментом. Таковы, например, колты категория серебряных украшений с чернью не дает
из коллекции М. П. Боткина (рис. 22, № 157—158). такой убедительной серии изделий, как колты этого
Они целиком повторяют конструкцию эмалевых, варианта. На обеих вставках на них повторяется
вплоть до квадратной заклепки дужек, колпачков одно и то же изображение — зверь, стоящий в про-
на лучах, жемчужной обнизи вокруг вставки и ти- филь, с поднятой передней лапой. Крылья его рас-
пичного для колтов с эмалью сюжета: птица — на простерты, хвост поднят вверх. Гравировка выпол-
одной стороне и рога — на другой. нена резцом с зигзагообразным следом. Она дана в
Другая пара золотых колтов, найденных в Киеве два, иногда в три ряда с тем, чтобы серебряная по-
в 1955 г. (рис. 22, № 159—160), снабжена оправой верхность не оставалась гладкой. Фон покрыт чер-
из 18 лучей, скрепленных рубленой проволокой. На нью и оконтурен зигзагообразной линией. Среди
одной вставке на них чернью по гравировке изобра- дошедших до нас колтов с подобными изображения-
жена стоящая в профиль птица, на другой — ком- ми есть экземпляры, сделанные одним мастером.
позиция из розетки и рогов. Речь идет о двух парах колтов и одном колте из
Существенным различием золотых и серебряных разрозненной пары, найденных в разных кладах
колтов оказывается форма вставки. В золотых кол- Киева (рис. 23, № 180; 24, № 174—175, 176—177).
тах вставка повторяет очертания самого колта, Вставки скорее всего оттиснуты на одной матрице,
а в серебряных она всегда круглая. а манера гравировки идентична. На других колтах
Колты четвертого типа, как и колты предыдущих варианта 2 заметны некоторое своеобразие в трак-
типов, можно разделить на подтипы по сюжетам. Но товке зверя и добавление таких мотивов, как плетен-
это не позволяет нам увидеть главное. Оно заключа- ка (рис. 23, № 178-179, 182, 185).
ется в том, что все эти колты, независимо от сюже- Важно отметить, что колты этого варианта в кон-
та, образуют два варианта — с чернью по гравиров- струкции повторяют такие детали, как квадратные
ке и с чернением фона. Рассмотрим их под этим заклепки у дужек; вставки с орнаментом закрепле-
углом зрения. ны на них также небрежно; в монтаже колтов ис-
Вариант 1 — колты с чернью по гравировке. Они пользуется мастика.
четко демонстрируют связь с золотым делом Киева. Есть и экземпляры, выполненные мастером более
Действительно, колты с чернью по гравировке, най- высокой квалификации. Таковы колты киевского
денные в одном из киевских кладов (рис. 22, клада 1885 г. из усадьбы Есикорского (рис. 22,
№ 162—163), очень похожи на золотые колты с № 166—167). На одной стороне изображен изящных
чернью. Две птицы по сторонам древа и птица в очертаний пышный крин, на другой — сцена из двух
профиль на обеих сторонах этих колтов выполнены сопоставленных спинами птиц. Ни по стилю изобра-
частыми штрихами гравировки, передающими опе- жений, ни по качеству исполнения они не напоми-
рение птиц в условно геометрической манере. На нают колты, описанные выше. Они, несомненно,
некоторых колтах сохранилось золочение, придавав- вышли из рук мастера более высокого класса и от-
шее им еще большее сходство с золотыми чернены- носятся к серийным колтам варианта 2 как шедевр
ми колтами. Особенно интересны колты с двумя к рядовой продукции.
птицами, сопоставленными спинами и с опущенны- Все это позволяет рассматривать остатки двух
ми хвостами (рис. 22, № 169—170). На обороте од- уловленных нами серий колтов вариантов 1 и 2 как

62
следы массового городского производства, подража- удельных княжеств. При этом оказывается представ-
ющего произведениям одновременно действующих ленным и ювелирное дело стольных городов — Чер-
мастерских более высокого класса и другого соци- нигова, Рязани, и мастерских провинциальных го-
ального уровпя. Вероятно, оба варианта представ- родов.
ляют собой разные этапы освоения технологии изго- Колты четвертого типа, с лучевой оправой и встав-
товления колтов с многолучевой каймой с чернью. кой с черненым орнаментом, завершают этот эво-
Судя по тому, что колты варианта 1 ближе к золо- люционный ряд. В кладе из Войнешти найдены кол-
тым колтам, целиком повторяющим конструкцию ты, явно подражающие киевским колтам этого типа.
эмалевых, этот вариант более ранний. Многолучевые Они снабжены похожей лучевой оправой, а чернь на
колты из золота с эмалью стали производить не ра- них заменена черной эмалью 15 . Анализ сопутству-
нее второй половины XII в.13 Этим же временем ющего материала позволил Д. Теодору датировать
следует датировать и многолучевые серебряные кол- клад первой половиной XIII в.
ты варианта 1. Аналогичное конструктивное реше- Эту датировку подтверждает и тот факт, что под-
ние колтов варианта 2, повторяющее все недостатки ражания колтам с лучевой оправой в более деше-
варианта 1, позволяет предположить, что переход к вом материале и без черни появляются в Новгороде
изготовлению колтов второй серии, с чернением фо- в слоях рубежа XII—XIII вв.16 Б. А. Рыбаков да-
на, произошел в рамках тех же мастерских (или тировал колты с лучевой оправой более узко — вто-
мастерской). Деятельность ее впервые уловил рой четвертью XIII в.17
Б. А. Рыбаков 14. Таким образом, предложенная выше типология
Таким образом, формальная типология колтов, 100 дошедших до нас колтов, парных и единичных,
предложенная в этой главе, может рассматриваться отражает действительную эволюцию их формы и
как эволюционный ряд. Первым его звеном оказы- декора на протяжении более двух столетий.
ваются колты с имитацией жемчужной обнизи С головным убором, в состав которого входили
(первый тип). По аналогии с колтами с перегородча- колты, связапы рясны, на которые колты подвеши-
той эмалью их можно датировать концом XI — на- вались 18. В эмалевом уборе они составляли с кол-
чалом XII в. тами единое стилистическое целое. Серебряпые кол-
Колты с обнизью из крупных полых шариков ты подвешивались на ряспах из тисненых серебря-
(второй тин) стилистически представляют собой сле- ных колодочек. Опи чернью не украшались. Выли
дующий этап. Он совпадает с распространением ре- рясны и другой конструкции. В киевском кладе
месла из Киева в соседние области Руси, процессом, 1903 г. найдены рясны, каждая из которых состоя-
характерным для середипы XII в. К этим двум ти- ла из 14 круглых бляшек, соединенных итарпирами
пам примыкает, очевидно в хронологическом смысле, по примеру эмалевых. На фоне темного (подчерпе-
третий, отличающийся от них только вариантом ного ?) серебра на поверхность бляшек напаяны
ажурной оправы. Все эти три типа колтов объеди- сканные колечки, что и составляет их декор 19.
пяет то, что они сделаны из цельной пластины сереб- Другая цепь рясен состоит из 15 серебряных по-
ра и декорированной оказывается вся их поверх- золоченных прямоугольных полых звеньев, нанизан-
ность. Стилистическая общность позволяет их рас- ных на четыре нити, продетые в имеющиеся на их
сматривать как непрерывное развитие одной и той боковых гранях отверстия. Нанизанный на эти нити
же традиции на протяжении нескольких десяти- мелкий жемчуг разделял звенья рясен, создавая
летий. впечатление легкости. Сами звенья были украшены
Важно и то, что колты этих трех типов демонст- небрежным гравированпым орнаментом со следами
рируют успехи не столько собственно столичного, черни 20. Вероятно, эти рясны входили в один убор
киевского, ремесла, сколько в основпом ремесла с колтами, у которых была жемчужная обпизь.

1
Рыбаков Б. А. Київські колти і віли-русалки.— В кн.: рис. 83, Д; Корзухина Г. Ф. Русские клады..., с. 136.
11
Слов'яно-руські старожитності. Київ, 1969, с. 100, 101; Ма- OAK за 1908 г., с. 117, 118.
12
карова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси. М., 1975, Седова М. В. Ювелирные изделия древнего Новгорода
табл. 1, 1, 2. (X-XV вв.). М., 1981, с. 18, рис. 5, 1; с. 20, рис. 5, 4, 5.
13
2
Макарова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси, с. 22, Макарова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси, с. 95.
14
31, 32, табл. 3, 8, 9. Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси, с. 312.
15
3
Даркевич В. П. Светское искусство Византии. М., 1975, Теодору Д. Раннефеодальный клад украшений, найден-
с. 34, 62. ный в Войнешти (Яссы).— In: Dacia, Nouv. ser., 1961, V,
4
Там же, с. 192, 193. p. 503—520, fig. 5, 3, 4; 6.
16
5
Макарова Т. И. Перегородчатые эмали древней Руси, с. 34, Седова M. В. «Имитационные» украшения древнего Нов-
62. города.— В кн.: Древняя Русь и славяне. М., 1978, с. 150—
6
Рыбаков Б. А. Знаки собственности в княжеском хозяйст- 153, рис. 1, 4; Она же. Ювелирные изделия древнего Нов-
ве Киевской Руси.—СA, 1940, VI, с. 252, рис. 78; 79. города..., с. 20, рис. 5, 8,
17
7
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII вв. М.; Л., 1954, Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси, с. 315.
18
с. 26, 69-71. Рыбаков Б. А. Древности Чернигова. — МИА, 1949, 11,
8
Там же, с. 69. с. 57, 58, рис. 25; Даркевич В. П., Монгайт A. Л. Клад из
9
Спицын А. А. Археологический альбом. — ЗОРСА, 1915, Старой Рязани. М., 1978, с. 9, табл. II; III.
19
т. XI, с. 242, рис. 68; 79. Корзухина Г. Ф. Русские клады..., с. 121.
20
10
Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси. М., 1948, с. 320, Там же, с. 120.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ДВУСТВОРЧАТЫЕ БРАСЛЕТЫ-ОБРУЧИ

бручами, сохраняя древнерусское слово, мы черневых украшений. Мы делим обручи на виды —

О называем браслеты, состоящие из двух створок,


крепящихся при помощи штырей, вставлен-
ных в специальные шарниры. Они образуют две не-
по технологическому принципу — способу изготов-
ления пластины (выколотка, тиснение, литье); на
типы — по конструкции и форме (одноярусные,
равные группы: большую — обручи, сделанные из двухъярусные); на подтипы — по сюжетам орнамен-
широкой пластины серебра; значительно меньшую — тации. Это единицы формальной типологии. Но раз-
обручи, сделанные из узкой пластины. личные по форме и сюжетам орнаментации обручи
Группа I. Обручи из широкой пластины — заме- могли изготовляться в одной мастерской и даже од-
чательные произведения ювелирного дела древней ним мастером. В этом случае необходимо выявить
Руси, прочно вошедшие в золотой фонд ее приклад- их стилистическое сходство, для чего мы вводим по-
ного искусства. Генетически они восходят к широ- нятие стилистического варианта.
ким браслетам Византии. Редкие их образцы Первый вид включает в себя обручи, изготовлен-
хранятся в музеях Западной Европы и Америки1. ные ручной выколоткой, без следов «механизации»,
Обручи сделаны из двух створок, каждая из кото- т. е. тиснения или литья. Они состоят из двух ство-
рых содержит выполненные тиснением сцены с рок, соединяющихся при помощи гладких шарниров.
людьми, животными и растительными побегами. Каждая створка смонтирована из двух пластин —
Орнаментальное поле на браслетах обрамлено руб- тонкой, внешней, и более толстой — внутренней.
ленным под скань валиком, изображения даны на Края каждой створки и орнаментальное поле на них
черненом фоне. Замком служат шарниры с подвиж- обрамлены накладными жгутами, подражающими
ным стержнем. Древнерусские мастера переняли эту скани или зерни и отлитыми, вероятно, в специаль-
конструкцию браслетов у Византии, почти повторив ных формах. Помимо них для деления створок на
их устройство. Русские браслеты тоже состоят из клейма использованы и накладные пластины. Клей-
двух створок, крепящихся на шарнирах, орнамен- ма бывают прямоугольными, с треугольным верхом,
тальное поле их тоже окаймлено рубленными под напоминающим киот, или с овальным, арочным, как
скань валиками, а фон изображений часто покрыт комары древнерусских храмов. Ведущий прием ор-
чернью. Но в декоре русские ювелиры пошли по наментации — гравировка резцами, оставляющими
особому пути, создав совершенно оригинальные про- разный след: зигзаг, пунктир, зубцы, елочку. Чернь
изведения. по гравировке редка, но чернью покрывается спе-
До нас дошло 38 обручей, найденных в большин- циально обработанный для этого фон. Наряду с
стве случаев в составе древнерусских кладова. Не- чернью применяется золочение.
которые из них не сохранились, и мы можем судить Как правило, обручи этого вида отличаются тща-
о них только по публикациям. Именно так обстоит тельностью и богатством орнаментации. Именно их
дело с двумя интереснейшими обручами, которые Б. А. Рыбаков назвал «серебряным фольклором»,
относятся к первым шагам изготовления украшений убедительно связав с русалиями — общеславянски-
этого рода в древней Руси. Один из них найден в ми языческими празднествами, во время которых
кладе, зарытом на рубеже X и XI вв.2 Это обломок женщины надевали для плясок одежду с длинными
широкого двустворчатого двухъярусного обруча с рукавами, прихватывающимися у запястья широки-
единственным украшением из накладной проволоки, ми браслетами 4.
сплетенной косичкой. Похожий браслет издан Ритуальная сущность русалий четко восстанавли-
И. А. Хойновским3. Он тоже украшен накладной вается по этнографическим материалам. Исходя из
проволокой, сплетенной косичкой, и, кроме того, характера этих аграрных празднеств, Б. А. Рыбаков
покрыт позолотой. Стилистически оба этих обруча расшифровал смысл орнаментации обручей в целом:
могли входить в состав сканно-зерневого серебряно- нижний ярус — мать сыра-земля, верхний — сцены
го убора эпохи Владимира Святославича. Следова- русалий, военных турниров, пиров и ритуальных
тельно, именно к этому времени надо относить освое- действ.
ние русскими ювелирами такого своеобразного Среди обручей первого вида мы встречаем наибо-
украшения, как обручи. Лучшие их образцы создали лее совершенные экземпляры, поражающие свободой
серебряники — мастера черневого дела. Сложность и артистизмом исполнения. Они делятся на два типа
этих произведений искусства обусловила некоторое по конструктивному и композиционному решению:
нарушение принципов нашей классификации, кото- в первый входят двухъярусные обручи, во второй —
рая оказывается пригодной не для всех остальных одноярусные.
а
В их число входят два браслета из ГИМ без следов черни
Двухъярусные обручи, изготовленные ручной вы-
(№ 184—185). Это оправдано абсолютной стилистической колоткой, в свою очередь делятся по сюжетному
близостью этих браслетов всем обручам с чернью. строю орнаментации на три подтипа: в подтип 1

64
входят так называемые русальные обручи с изобра- ложнозерненые жгуты, обрамляющие створки, поло-
жениями растений, людей, фантастических существ, жены близко от краев.
со сценами русальных празднеств; в подтип 2 — Ближе всего к первому обручу тверского клада
с изображениями птиц и зверей в сочетании с ра- 1906 г. обруч киевского клада из усадьбы Раков-
стительным орнаментом; в подтип 3-с раститель- ского (рис. 25, № 215). Он похож не только компо-
но-геометрическим орнаментом. зиционно, но и в деталях: в одном из его киотцев
Подтип 1. К русальным обручам относятся два буквально повторен рисунок древа тверского обруча.
прекрасных браслета тверского клада 1906 г. На другой створке древо заменено переплетением
(рис. 25-28, № 207, 214). Они различны не только стеблей. В остальных киотцах четырехкратно повто-
по композиционному решению, но и по уровню ма- рены одинаковые фигуры сиринов. Интересно, что
стерства. Первый относится к лучшим образцам они сопровождаются отдельными побегами, как бы
русальных браслетов. По мнению Б. А. Рыбакова, брошенными и не связанными с основными изобра-
на одной из его створок изображена сцена жертво- жениями, что характерно и для тверского обруча.
приношения божеству растительной силы — Симарг- Близкими на обоих браслетах оказываются и неко-
лу-Переплуту, восходящему к образу иранского торые растительные и плетеные сюжеты нижнего
Сэнмурва 5. яруса, но на тверском обруче они более совершен-
Композиционно браслет довольно сложен ны по рисунку. Надо отметить, что и на этом брас-
(рис. 25—27, № 207). Обе его створки разделены лете ложнозерненые жгуты проложены вдоль краев
накладными ложнозернеными жгутами на три ко- браслета, почти не отступая от них.
мары, каждая из которых делится в свою очередь Поскольку браслет из усадьбы Раковского изве-
на два яруса продольными чуть углубленными поло- стен только по фотографии, подробного сличения
сами. В комарах одной створки последовательно манеры его рисунка и техники гравировки с обручем
изображены: а — стоящая женщина с кубком; из тверского клада 1906 г. провести невозможно. Тем
б — женщина, держащая странно изогнутого и как не менее, даже простое визуальное сопоставление
бы вырастающего из стебля Симаргла-Переплута; достаточно красноречиво свидетельствует об их
в — мужчина в стремительном движении, указыва- большой стилистической общности. Ее не нарушает
ющий на небо; г — сидящая женщина с кубком. даже одна оригинальная черта обруча из усадьбы
Все пустоты в этих сценах заняты свободными по- Раковского — напоминающая арабскую вязь грави-
бегами растений, смысл изображений которых кроет- ровка пластин, делящих створки на орнаментальные
ся в сущности самого Симаргла — покровителя се- отсеки.
мян, растений и корней. Изображения выполнены Жгуты, положенные вдоль края браслета,— де-
уверенной гравировкой на хорошо сохранившемся таль, характерная еще для одной пары обручей с
черненом фоне. русальными сюжетами, но без черни. Они хранятся
Второй обруч менее совершенен, но выполнен с в Государственном историческом музее (рис. 29;
полным сохранением принципов конструкции и ка- 30, № 208—209). Место их находки неизвестно, но
нонов первоклассной мастерской, в которой был типологическая близость с описанными выше обру-
сделан первый браслет (рис. 25; 27; 28, № 214). чами несомненна. Она сказывается и в общей ком-
Каждая его створка делится продольной полосой на позиции изображений, и в рисунке плетенки и вет-
две половины — на два яруса. В прямоугольных от- вей в нижнем ярусе, и в таких деталях, как чуть
секах верхнего яруса изображены: на одной створ- углубленная полоса, делящая каждую створку на
ке — зверь кошачьей породы примитивного рисунка два яруса, как на первом из описанных выше твер-
с высунутым языком и два фантастических зверя по ских браслетов. Мастер, сделавший их, превосходно
сторонам древа жизни; на другой створке — такой владел гравировкой и золочением. Эти обручи инте-
же зверь кошачьей породы и любопытная сцена из ресны ярко выраженной русальной тематикой и, не
вертикально расположенной плетенки с двумя пти- выпадая стилистически из описываемой группы об-
цами наверху и двумя собакоголовыми Симаргла- ручей с чернью, дополняют их характеристику.
ми, которые показаны как бы выходящими из ветвей Все рассмотренные обручи по стилистическим осо-
плетения. бенностям образуют один вариант. В него входят два
Этот обруч интересен тем, что представляет собой обруча из тверского клада 1906 г., сделанные разны-
произведение второстепенного мастера первокласс- ми по квалификации мастерами, и обруч клада из
ной мастерской. Действительно, он исполнен ручной усадьбы Раковского в Киеве, стилистически очень
выколоткой, но форма его не идеально округла. Ор- близкий более совершенному обручу тверского кла-
наментальное поле делится орнаментированными по- да. К ним можно присоединить два одинаковых об-
лосами, но сам орнамент — плетенка и лоза — от- руча без черни из Государственного исторического
личается очень несовершенным рисунком. Сюжет музея. Все они обнаруживают несомненную стили-
орнаментации сложен и разнообразен и в верхнем, стическую общность. Она сказывается в единстве
и в нижнем ярусах, но общий рисунок и детали его композиционного решения, в близости сюжетного
примитивны, несмотря на то что такие приемы, как строя, декора, в буквальном повторении в нем от-
позолота, двойной контур фигур или внутренняя их дельных сюжетов, в повторении некоторых особенно-
разделка точками и черточками, соблюдены. Как стей конструкции.
и на первом браслете, чернь сохранилась хорошо. Все это можно объяснить изготовлением их в од-
Способ подготовки лотка для нее неясен. На втором ной мастерской с ведущим мастером очень высокой
браслете чернь использована не только для фона, но квалификации (рис. 25-27, № 207; 29; 30, № 208,
и в таких деталях рисунка, как углубления для 209) и помощником — «унотом», подмастерьем, ра-
глаз зверей и птиц. К общим чертам, объединяющим ботавшим в тех же традициях, но с меньшим про-
эти два обруча, следует отнести то, что накладные фессиональным уменьем. Назовем обручи первого
5 Т. И. Макарова
65
Puc. 25. Обручи ручной выколотки из Твери (№ 207 и 214) и Киева (№ 215)

66
Рис. 26. Обруч из Твери (№ 207), детали
1, 2 — общий вид обеих створок

67
Рис. 27. Обручи из Твери, детали
1, 2 — № 207; 3 — № 214
68
Рис. 28. Обруч из Твери (№ 214)
1, 2 — детали створок

варианта произведениями первой киевской мастер- створки на верхний и нижний ярусы, разделив в од-
ской. ном случае створку на семь отсеков, а в другом —
Второй стилистический вариант обручей первого на четыре.
типа образуют три обруча, найденных в Старой Ря- Обруч, створки которого разделены на семь отсе-
зани (рис. 29; 31; 32, № 210, 216, 217). Два из них ков, содержит сцены с русальными действами, про-
входили в состав клада, найденного при раскопках должая сюжетную линию, начатую на киевских
в 1966 г., один — клада, обнаруженного случайно, браслетах. Здесь тоже изображены гусляр (рис. 31,
при пахоте, в 1970 г. № 210), плясунья с распущенными рукавами, есть и
Все они отличаются превосходным качеством ис- новая фигура — дудочник, сидящий на пеньке. Все
полнения и высокими художественными достоинст- они помещены в комары, под и над которыми даны
вами. В них мы найдем все те черты, которые были второстепенные сцены — плетенка, птички, расти-
характерны для лучших экземпляров первого вари- тельные побеги. Орнаментальные отсеки помимо
анта. Особенно это относится к двум обручам из традиционных жгутов под зернь (здесь позолочен-
клада 1966 г. (рис. 29, № 210, 217). Их композиция ных) обрамлены зигзагообразной линией. Изобра-
решена смело и своеобразно. Мастер отошел от ти- жения выполнены уверенной гравировкой резцом с
пичного для большинства обручей членения каждой зигзагообразным следом. Рисунок на черненом фоне

69
Рис. 29. Обручи из Государственного исторического музея (№ 208)
и Старой Рязани (№ 217, 210, 216 — по В. П. Даркевичу)

70
всюду поражает уверенностью и артистизмом. Фи-
гуры имеют внутреннюю отделку в виде точек,
черточек, волнистых линий, глаза всюду выделены
чернью. Некоторые фигуры обрамлены свободными
растительными побегами, как это бывало и на про-
чих браслетах, и такими интересными деталями, как
маски, чаши, из которых пьют плясунья и дудоч-
ник,— сюжет, тоже встречавшийся.
Второй обруч из рязанского клада 1966 г., с изоб-
ражением фантастических существ, не уступает в
совершенстве исполнения первому (рис. 29; 32,
№ 217). Каждая створка его разделена на три от-
сека с дополнительным делением центрального на
верхний и нижний ярусы. Изображения и здесь да-
ны на черненом фоне, но в одном случае — в ниж-
нем ярусе центрального отсека — два крина в пере-
плетающихся кругах, выполненные чернью по
гравировке, эффектно выделяются на обработанном
резцом серебряном фоне. Такой прием мы встречаем
впервые. В остальном же второй браслет рязанского
клада исполнен целиком в традициях первого. Они
вообще выглядят парными, хотя и не идентичными.
Парность их в данном случае подчеркивается и
совершенно одинаковыми размерами: диаметр 6,5 см,
ширина 5,4 см. Так же свободно и артистично на
браслете изображены: в центре, над кринами — гри-
фон; слева от него — птицеобразное существо в пле-
тении ветвей; справа — изящная фигура из перепле-
тающихся ветвей с кринами. Изображения эти
похожи на те, что представлены на первом брасле-
те, смелостью рисунка, продуманностью компози-
ции и такими деталями, как появляющийся на
ряде фигур двойной контур, разделка поверхности
фигур черточками и точками, характерная разделка
крыла и заполнение чернью углубления глаз. По-
следняя деталь отмечена на тверском браслете вто-
ростепенного мастера. На обручах из Рязани при-
менена и позолота, покрывающая края браслетов и
накладные жгуты.
Все перечисленное позволяет предполагать, что
парные рязанские обручи из клада 1966 г. сделаны
одним и тем же мастером.
Третий рязанский браслет найден в 1970 г.
(рис. 29; 33, № 216). Каждая его створка разделе-
на на два яруса накладными под зернь жгутами,
обрамляющими орнаментальное поле обоих ярусов.
Такое использование жгутов на киевских браслетах
не встречалось. Каждый ярус, кроме того, разделен
продольными полосами с гравировкой и позолотой
на три квадратных отсека, в которых на черневом
фоне размещены: на одной створке — фантастиче-
ские звери и розетки геометрического и раститель-
ного орнамента, на другой — птицы и те же элемен-
ты. Исключение составляет один мотив — круг с
расходящимися из него древовидными отростками,
исполненный чернью по гравировке на гладком се-
ребряном фоне.
Этот обруч отличается хорошей отработкой дета-
лей орнаментации, будь то узел плетенки, крин или
изящные бордюры из лозы и кринов на золоченых
полосах. Фигуры зверей и птиц выполнены мастер-
ски. Они прекрасно вписаны в клейма, а линии зуб-
чатого резца всюду уверенны и четки. Отметим, что
мастер иногда использует двойной контур, заполня- Рис. 30. Обруч из Государственного
ет внутреннее пространство фигур точками и чер- исторического музея (№ 208)
точками, дает внутреннюю разделку крыла, как и 1,2 — детали створок

71
Рис. 31. Обруч из Терехова
(№ 212) и деталь обруча из Старой Рязани (№ 210)

72
мастер пары браслетов из клада 1966 г., и, наконец,
заполняет, как и он, углубления глаз чернью. Не-
лишне отметить, что птички над центральной кома-
рой одного из браслетов клада 1966 г. по рисунку
почти повторены на обруче с квадратными клейма-
ми. Представляется вероятным, что эти детали об-
личают руку одного и того же мастера, сделавшего
разные по композиции и сюжету орнаментации об-
ручи из Рязани. Особенно надо отметить превосход-
ное владение рисунком и ярко выраженную тягу к
геометрическому построению всей композиции.
Б. А. Рыбаков относил все описанные обручи
(кроме рязанских, тогда еще не найденных) к киев-
ской группе. В этом не приходится сомневаться.
Сложнее решить вопрос о рязанских обручах. Они
отличаются от киевских кое-какими чертами, объ-
ясняющимися индивидуальным почерком их автора.
Сходство их с киевскими обручами лежит в русле
явной общности традиций хорошо освоенного ремес-
ла. Будь они найдены в Киеве, сомнений в их киев-
ском происхождении не возникало бы.
К этому выводу и пришлось бы склониться, если
бы не немногочисленные, но яркие и самобытные
вещи рязанского происхождения, о которых шла
речь в предыдущих главах: это перстни, два из ко-
торых созданы талантливым рисовальщиком (рис. 15,
№ 91—92), и колты. Среди последних мы распола-
гаем изделием первоклассного мастера (рис. 18,
№ 141), прекрасно владевшего рисунком, и изделия-
ми, выполненными менее искусной рукой (рис. 19,
№ 130). Все это позволяет предположить существо-
вание в Рязани самостоятельной мастерской черне-
вого дела, генетически связанной с киевской тради-
цией. Уместно при этом вспомнить отмечавшуюся
выше близость превосходного рязанского колта со
зверем в густом плетении черниговским колтам.
Подтип 2 — обручи с изображениями птиц и зве-
рей. Начнем с обруча из киевского клада 1903 г.
(рис. 33; 34, № 211). Мастера, сделавшего этот об-
руч, отличает блестящее владение рисунком: изящ-
ны пропорции зверей и птиц с маленькими голов-
ками и удлиненными шеями, продуманно и
совершенно их размещение в квадратных и прямо-
угольных клеймах. Мастер тщательно прорабатыва-
ет детали: частой штриховкой — тела животных,
крылья и хвост птиц; беспорядочными черточка-
ми — грудку птицы; извилистыми линиями — гриву
льва; частыми черточками — лапы птиц и зверей.
К особенностям его «почерка» надо отнести манеру
подчеркивать глаза птиц одним извилистым штрихом
и своеобразный способ передачи овала морды ко-
шачьего зверя со специально выделенными округ-
лыми щеками. Мастер прекрасно справился с пле-
тенкой и растительными побегами, которыми он
эффектно кончал хвосты птиц или заполнял пу-
стоты под ногами зверей. Рис. 32. Обруч из Терехова (№ 213) и деталь обруча
Основной рисунок — фигуры птиц и зверей — он из Старой Рязани (№ 217)
давал чаще всего двойным контуром уверенной ли-
нии. К недостаткам исполнения относится только
подготовка фона для черни: лоток для нее, дно ко- узком, размещена плетенка с вписанными в нее
торого покрыто штриховкой в косую сетку, оказал- кругами. В верхнем, почти вдвое превосходящем по
ся мелким, отчего чернь местами выкрошилась. высоте нижний, в килевидных арках изображены:
Столь же великолепны обручи из Тереховского в центре — птица; по сторонам — пышные древа.
клада (рис. 35, № 212, 213). Один из них разделен Пространство между арками занято трехчастной
поперечной полосой с бордюром из ветвей на два фигурой, которую часто называют тройничком.
яруса разной высоты (рис. 35, № 212). В нижнем, Внутри арок дан ряд точек, а сами они обозначены

73
Рис. 33. Детали (1, 2) обруча из Киева (№211) и обруч (3)
из Старой Рязани (№ 216)

74
Рис. 34. Обручи из Киева (№ 211), Владимира (№ 218)
и с Болоховского городища (№ 221)

75
двойным контуром. Мастер, гравировавший этот об- птиц и барсов показаны несколькими частыми
руч, избегал гладкой серебряной поверхности. штрихами.
Всюду, где было возможно, он штриховал ее, укра- Таким образом, все три обруча составляют один
шал завитками (тело птички и капители арочек) или стилистический вариант (третий). Развитие одной
точками. Рука его уверенна, и рисунок четок. След традиции здесь несомненно. Это позволяет видеть в
резца зубчатый. Обработка фона резцом имеет вид них изделия одной мастерской, а обилие общих ин-
косой сетки, но слишком мелкой, отчего чернь вы- дивидуальных черт — произведения одного мастера.
крошилась почти всюду. Края браслета до наклад- Будем называть его «мастером обручей Тереховского
ных ложнозерненых жгутов покрыты позолотой. клада».
Второй браслет (рис. 35, № 213) разделен на два В тех же киевских традициях сделан двухъярус-
яруса поперечной полосой с гравировкой и позоло- ный обруч из клада 1896 г., найденного во Влади-
той. Кроме того, каждая створка делится на правую мире (рис. 34, № 218). Накладными ложнозерне-
и левую половины продольной накладной полосой, ными жгутами на каждой створке образованы две
тоже позолоченной, с такой же гравировкой. Как и полосы, разделенные продольными золочеными по-
в предыдущем ярусе, она изображает бордюр из лосами на три отсека внизу и вверху. Подобный
веточек, но в данном случае он лучше читается: принцип деления на орнаментальные отсеки типи-
это несколько схематизированный вариант знако- чен для киевских обручей, но точно такой встречен
мой нам по другим изделиям лозы. Посредине попе- только однажды, на рязанском браслете (рис. 33,
речной полосы было припаяно декоративное колечко, № 216). Сюжеты помещенных в прямоугольных
ныне утраченное. клеймах изображений традиционны: птицы, звери,
Орнаментальное поле каждой створки, как и на древо жизни, фигура из переплетающихся стеблей.
первом обруче, обрамлено накладными ложнозерне- Однако только в одном случае они образуют обыч-
ными жгутами, а края браслета позолочены. В че- ную композицию из древа и стоящих по его сторо-
тырех отсеках каждой створки размещены птицы: нам птиц. Во всех других клеймах они композици-
верхние — в килевидных арках, вверху над ними онно никак не связаны. В верхнем ярусе одной
даны тройнички. Арки знакомых по предыдущему створки изображены три птицы с побегами ветвей,
браслету очертаний так же украшены внутри точка- иногда как бы пронизывающими птиц (прием, ни-
ми и выполнены двойным контуром. Тела птичек где более не встреченный). В нижнем ярусе изобра-
разделаны штрихами, а крыло — точно таким же, жены лев и два фантастических зверя, обращенных
как на первом обруче, завитком. В нижних прямо- мордами друг к другу. В нижнем ярусе другой
угольных клеймах птицы изображены с плетением створки даны последовательно древо из переплетаю-
из ветвей, в которое переходит их хвост. Полосы щихся ветвей, обращенная в сторону птица, повто-
плетения даны тройной линией гравировки, испол- ренная и в следующем клейме. Все изображения
ненной и в этом случае резцом с зубчатым рабочим были покрыты позолотой, в настоящее время почти
краем. полностью стершейся.
При ближайшем рассмотрении браслеты из Тере- Изображения в клеймах были задуманы на чер-
ховского клада имеют больше общих черт, чем раз- неном фоне, но мастер не знал, что для черни необ-
личий. Причем различия касаются композиционной ходим углубленный лоток. Он пользовался чернью
схемы и сюжета, а сходство обусловлено идентичны- как позолотой, не нуждающейся в специальном лот-
ми орнаментальными мотивами (килевидные арки и ке. В результате чернь вся выкрошилась. След рез-
их разделка, полоса с бордюром из похожих по ца, которым работал гравер, похож на частый
рисунку веток, тройнички, характерная ветка на пунктир. Фигуры зверей и птиц прорисованы одним
крыле птицы, окончание хвоста птицы в виде свое- уверенным контуром, они приземисты и статичны.
образной метелочки и, наконец, любопытная де- Отметим такие особенности рисунка, как округлые
таль — изгибающаяся линия, подчеркивающая глаз утиные головки птиц, грива и шерсть у львинопо-
птички) и некоторыми приемами (обработка лотка добных зверей, тщательная, умелая прорисовка вет-
для черни косой сеткой, боязнь пустоты, выражаю- вей и процветших хвостов.
щаяся во внутренней разделке деталей орнамента, Владимирский обруч сделан прекрасным масте-
будь то тело птицы, или ее процветший хвост, или ром, самостоятельно воспринявшим киевский опыт,
тройничок). Ясно, что различия продиктованы выбо- но не избежавшим ошибок в технологии черни.
ром орнаментации и композиционного решения. Отметим еще раз и самостоятельность в композици-
Сходство же объясняется индивидуальным почерком онном решении орнаментации обруча, обусловив-
мастера. Эти соображения позволяют с известной шую его стилистическое своеобразие.
долей вероятности видеть в обручах произведение В другом владимирском кладе, найденном в
одного мастера. Но этого мало. 1865 г., до нас дошли обломки еще одного двухъ-
Некоторые особенности почерка мастера терехов- ярусного обруча, исполненного в той же технике
ских браслетов нам уже встречались при рассмот- (№ 219). Композиционно он близок предыдущему:
рении обруча из киевского клада 1903 г. (рис. 33; обе его створки разделены ложнозернеными жгута-
34, № 211). Таковы, в частности, недостатки брас- ми на два яруса, по три отсека в каждом. В ярусах
летов: мелкий лоток для черни, подготовка его в помещено изображение птицы. Из-за плохой сохран-
виде гравировки косой сеткой. Кроме того, общими ности невозможно провести сличения этого обруча
оказываются и некоторые изобразительные приемы: с описанным, но они похожи, как могут быть похо-
полосы плетения даны тройной линией, тела птиц и жи разные экземпляры одной серии.
барсов разделаны зонами штрихов и иногда — точ- Б. А. Рыбаков выделял, помимо киевской, и вла-
ками, глаза птиц подчеркнуты волнообразной лини- димирскую группу обручей6. Не останавливаясь
ей, клейма обрамлены зигзагообразной линией, лапы на двух других владимирских обручах, принадлежа-

76
Рис. 35. Обручи из Терехова (№ 212, 213)

77
щих к другим типам по технологии, отметим, что на браслеты, изготовлявшиеся в Киевской Руси.
найденные во Владимире обручи повторяют техно- В. Ф. Генинг справедливо предполагает, что он был
логию и устройство киевских обручей ручной вы- сделан «под русским влиянием в Волжской Болга-
колотки, сохраняя, однако, некоторые самостоятель- рии»7.
ные черты. По-видимому, в данном случае мы впол- Итак, нами проанализировано 14 сложных и в
не можем говорить о собственном, владимирском, конструктивном, и в композиционном отношениях
изготовлении обручей. произведений, какими, несомненно, являются двухъ-
К подтипу 3 нашей классификации относятся два ярусные обручи ручной выколотки. Это позволило
обруча, найденных в разных местах. Их объединяет нам выделить обручи трех стилистических вариан-
растительно-геометрическая орнаментация, сменив- тов, связанных друг с другом рядом традиционных
шая сложные и разнообразные сцены русальных брас- признаков и в то же время различающихся индиви-
летов. дуальными чертами, позволяющими видеть в них
В кладе, найденном на Болоховском городище, работу разных мастеров или мастерских.
оказался оригинальный обруч, который правильно Ко второму типу обручей, изготовленных ручным
было бы назвать трехъярусным (рис. 34, № 221). способом — выколоткой, относятся экземпляры, изо-
В устройстве он следует за киевскими образцами, бражения на которых расположены в один ярус.
хотя и выглядит несколько более массивным. Каж- Подтип 1. Одноярусные обручи с русальными сю-
дая его створка разделена на два отсека продоль- жетами представлены всего тремя экземплярами:
ными полосами с гравировкой в виде елочки, а об- два из них найдены в составе киевских кладов,
разованные таким образом отсеки — на три яруса один — в кладе Болоховского городища.
при помощи накладных ложнозерненых жгутов. Оба киевских обруча сходны композиционно: каж-
Продольные пластины с изящной гравировкой лозы дая створка их разделена тремя комарами с округ-
идут вдоль шарниров, завершая обрамление орна- лым завершением, обрамленными накладными руб-
ментального поля отсеков. ленными под зернь жгутами. Изображения даны
Орнаментация этого обруча построена на букваль- гравировкой на черненом фоне. Чернь, однако, пло-
ном повторении одной схемы: несколько геометри- хо сохранилась из-за мелкого лотка, обработанного
зованного раппорта бордюра из ветвей — в нижних насечкой резца. Сходны киевские обручи и сюжет-
ярусах; раппорта несколько иного рисунка — в верх- но. На одном (рис. 36; 37, № 222) уверенной гра-
них ярусах; кринов в арках —в среднем ярусе. вировкой изображены: женщина с распущенными
Между арками помещены изящные ветки в строгом рукавами в позе танца, женоподобная фигура с
графическом варианте. Все эти мотивы даны на чер- крыльями и нимбом, мужчина в островерхой шапке,
неном фоне так, что пространство, покрытое чернью, играющий на гуслях. На другой створке в централь-
нигде не превышает в ширину 1 мм. Чернь как бы ной комаре повторено изображение фантастической
подчеркивает основные контуры рисунка и одновре- женоподобной фигуры, а по сторонам ее в боковых
менно играет роль фона. Такое решение организа- комарах размещены птица, уткнувшая клюв в кры-
ции черненого фона вполне оригинально и не имеет ло, и воин с миндалевидным щитом и мечом в позе
аналогий в разобранных выше произведениях. Ос- стремительного нападения.
новной рисунок выполнен гравировкой с мелким Изображенные на обруче пляска под звуки гус-
зубчатым следом, он отличается четкостью, изящест- лей, воин в сцене боя, да и сама фантастическая
вом и строгой симметрией в повторении деталей. фигура вызывают представления о скоморошьих
Сюжет представленной на этом обруче орнамента- театрализованных действах, составлявших харак-
ции — крин — составляет стержень ее в арках и в терную часть реальной жизни Руси 8 .
бордюрах обоих ярусов. На полосах, идущих вдоль На втором киевском обруче подтипа 1 (рис. 38;
шарниров, и в треугольниках между арками он дан 39, № 224), находящемся в Британском музее,
в графическом варианте: в виде ветки-полукрина, центральные киотцы заняты изображением древ с
удачно вписанной в треугольник или образующей чертами антропоморфизма, а боковые — птицами:
прекрасно выраженный бордюр из лозы. одна из них похожа на танцующую женщину с
На обруче хорошо сохранилась позолота — на про- длинными рукавами, переходящими в крины; дру-
дольных полосах, делящих створки на отсеки, гая, более близкая к естественным формам, изобра-
и в треугольниках между арками. жена наклоняющейся к рыбе.
Очевидно, этот обруч был изделием еще одной Насколько можно судить по фотографии, грави-
мастерской черневого дела, из которой вышли разо- ровка произведена резцом с зигзагообразным следом.
бранные выше черненые перстни и колты из Боло- Этот обруч отличается от предыдущего более тща-
ховского клада. тельной разделкой деталей, в частности изящными
Второй обруч подтипа 3 найден в Верхнем При- тройничками, помещенными между комарами. На
камье (рис. 36, № 220). Судя по описанию издав- первом обруче вместо них даны простые треуголь-
шего его В. Ф. Генинга, он сделан ручным способом, ники.
хотя в декоре присутствуют элементы тиснения: Оба обруча похожи, как могут быть похожи изде-
крупная ложная зернь по краям выбита специаль- лия одной мастерской, выполненные разными масте-
ным инструментом с округлым концом — пурошни- рами. Об одной мастерской говорят одинаковая кон-
ком. Створки обруча окаймлены жгутами плетеной струкция обручей, совпадающая даже в количестве
проволоки, таким же образом браслет разделен на шарниров (по восемь с каждой стороны), и их ком-
два яруса. В каждом из них гравировкой на черне- позиционное решение. О разных мастерах — харак-
ном фоне изображена плетенка из двух полос. По- тер рисунка, более обобщенного на первом обруче
верхность внутри полос позолочена. и детального, с тщательной проработкой раститель-
Этот обруч является самостоятельной репликой ных мотивов,— на втором.

78
Рис. 36. Обручи из Киева (№ 222), с Болоховского городища (№ 223),
из Романова (№ 227), Приуралья (№ 230), Сартаковой (№ 220),
Чернигова (№ 228)

Одна ремесленная традиция, которую представля- можно считать провинциальной репликой на обручи
ют оба киевских обруча, позволяет нам выделить их этого варианта. Смонтирован он далеко не идеально:
в отдельный, четвертый, стилистический вариант, пластина вырезана неровно, и поэтому ширина бра-
Обруч из Болоховского клада (рис. 36, № 223) слета не одинакова. Орнаментация отличается ярко

79
Рис. 37. Обруч из Киева (№ 222)
1—4 — детали

80
Рис. 38. Обручи из Киева (№ 224—226)

6 Т. И. Макарова
81
выраженным отсутствием стремления к симметрии: как бы на миг застыла в полной скрытой динамики
створки скомпонованы по-разному, различно реше- позе. Эту динамику сообщают ей гибкие стебли ра-
ны сами киотцы, разделенные на одной створке по- стений, обвивающие ее тело и как бы вырастающие
лосой с плетенкой, на другой — колонками сложного из него. Мы не найдем здесь реалистического прав-
рисунка. Нет повторов и в декоре деталей: между доподобия: птица стоит на одной ноге, другая не
киотцами изображаются то неодинаковые крины, то изображена вовсе. Не найдем мы в этом рисунке
сетка с чернью в углублениях гравировки, то ли- даже намека на стремление к симметрии. Уравно-
чина быка. вешенность композиции создается за счет продуман-
Не связаны между собой композиционно и по ного заполнения пустот свободно раскинутыми стеб-
смыслу и изображения в киотцах. В них на обеих лями с изящными кринами. Интересно использовал
створках обруча гравировкой на черненом фоне мастер чернь. Он заполнил ею контуры рисунка,
изображены полные бытовых деталей жанровые сце- оставив местами серебряное пространство. Тело
ны русальных празднеств: женщина, сидящая на птицы он заштриховал чернеными полосками.
стульчике, протягивает левой рукой рог мужчине, Контрастные цветовые сочетания черни и гладкого
сидящему напротив нее. Оба они опираются на по- серебра он дополнил эффектом серебряной поверхно-
сохи. На другой створке мы находим своеобразную сти фона, специально обработанного резцом. Завер-
«цирковую» сцену: мужчину и перед ним зверя, шает всю композицию черненая контурная полоса,
стоящего на передних лапах. Эти сцены сопровож- повторяющая форму киотца.
даются обычными сюжетами: две птицы в плете- Грифон дан в такой же позе, с повернутой назад
нии ветвей, птицы по сторонам древа, зверь с про- головой. Тело его хитроумно переплетено стеблями,
цветшим хвостом. Но вместе с традиционными кри- образующими то крыло, то хвост. Тело «зверя» де-
нами здесь появляются бычьи личины с рогами и корировано точками, а все изображение мягко вы-
такие архитектурные детали, как колонки с личи- деляется на фоне черни. Контуром служит полоса
нами, похожие на резьбу по дереву. светлой гравировки.
Несомненно, что киевские традиции предстают Подобная композиция, свободный, безупречный
здесь в местной редакции, о которой мы могли су- рисунок, тонкая игра светотени, обусловленная че-
дить уже при анализе нескольких перстней и колтов редованием серебра, не тронутого резцом, с чернью и
из того же Болоховского клада. Очевидно, обручи, серебра, обработанного резцом, с полосками черни
которые мы выделили в четвертый вариант, пред- по гравировке — все это черты, до сих пор нами не
ставляют остатки большой серии изделий, широко встреченные. В таком счастливом сочетании они
известных на Руси. Объяснение ее популярности больше и не встретятся.
мы получим при анализе одноярусных обручей под- В одном кладе с этим уникальным обручем были
типа 2 — с изображениями птиц и зверей. колты (сохранился один) с крином превосходного
Уже предыдущее изложение подводит нас к мыс- рисунка на черненом фоне (рис. 21, № 206). Мы
ли, что появление серии однотипных изделий с по- уже отмечали его редкую особенность — асиммет-
вторяющимся композиционным решением восходит, рию построения рисунка. Колты, безусловно, входи-
как правило, к нерядовому, первоклассному по ис- ли в один убор с обручем и могли быть выполнены
полнению произведению, где мы и находим прото- в одной мастерской и, может быть, одним и тем же
тип подобного решения. Это мы наблюдали на при- замечательным мастером.
мере перстней, витых браслетов, колтов. С подоб- И еще один раз мы встречались с оригинальным
ным явлением мы сталкиваемся и в этом случае. приемом штрихового чернения, так удачно приме-
В киевском кладе 1893 г. найден обруч, который ненным в киотцах с птицами обруча из киевского
смело можно назвать шедевром (рис. 38, № 226). клада 1893 г. На серийных экземплярах колтов с
Композиционно он близок к рассмотренным выше многолучевой каймой киевского происхождения он
киевским обручам четвертого стилистического ва- тоже употреблен для разделки тела птиц, но менее
рианта, но несколько сложнее их. Это выражается совершенно (рис. 22, № 169—170). Вот и все сле-
более изысканной формой киотцев с плечиками, ды деятельности мастерской, в которой работал вы-
оставляющими место для большого тройничка в про- дающийся ювелир Руси.
странстве между ними. Существенной конструктив- Произведения такого художественного достоинст-
ной особенностью этого обруча являются рифленые ва не могли пройти незамеченными. Представляется,
шарниры, выполненные тиснением, в отличие от ли- что оба киевских обруча с русальными сценами,
тых шарниров предыдущих обручей. Но более всего повторяющих в упрощении композицию обруча с
отличает его вообще от всех рассмотренных нами птицами и грифонами, и являются откликом на них
обручей необыкновенный по изяществу и совершен- и на другие, не дошедшие до нас произведения это-
ству рисунок. При анализе некоторых обручей мы го мастера. Мы уже говорили, что они вызвали под-
уже встречались с прекрасными рисовальщиками. ражания и вне Киева. Есть еще три находки, под-
Но ни один из них не обладал качеством, которым тверждающие этот факт.
особенно отличался автор этого обруча: это — жи- Самая интересная из них связана с Любечем.
вописность. Действительно, отмечая достоинства Еще в 1907 г. там был найден серебряный обруч,
граверов, выполнявших киевские и рязанские бра- повторяющий в устройстве и некоторых приемах
слеты, мы подчеркивали строгую графичность ри- декора обруч из клада 1893 г. (рис. 40, № 237).
сунка, иногда похожего уравновешенностью рас- В трех киотцах с плечиками, обрамленных псевдо-
считанных композиций на чертеж. Здесь все иное. сканным жгутом, размещены буквально повторяю-
В киотцах размещены повторяющиеся изображения щиеся на обеих створках изображения. Выполнены
птиц и грифонов: птицы — в боковых, грифоны — они гравировкой на рябом от передвижки резца
в центральных. Птица с повернутой назад головкой фоне. Чернь заполняет углубления гравировки.

82
Рис. 39. Обручи из Киева (№ 224, 226)
1,2 — общий вид и деталь (№ 226); 3 — общий вид (№ 224)

83
Сходство с обручем клада 1893 г. дополняется ратные отсеки, полосы со схематическим «бегун-
рифлеными шарнирами и главное сочетанием эффек- ком»-лозой между ними, характер смелого и совер-
та трех фактур — серебра гладкого, рябого и чер- шенного рисунка гравировки, исполненного двой-
неного. Но на этом оно и кончается. Рисунок гра- ным, а в плетенке — тройным контуром. Очень по-
вировки далек от артистизма автора обруча из кла- хожи кошачьи звери с одинаковыми петлями пле-
да 1893 г. В центральном киотце изображены до- тения, птицы с изящными маленькими головками и
вольны нелепые фигуры птиц в застывших позах, волнистой линией, подчеркивающей глаз. Общими
боковые — заняты тяжеловатыми геометризованны- оказываются и недостатки: мелкий лоток, образо-
ми пышными кринами. ванный густой клеткой гравировки (рис. 41, № 225).
Своеобразие любечского обруча составляют деко- Подтип 3 включает обручи с растительными мо-
ративные колечки в основании арок — деталь, од- тивами. Их всего два. Один найден во время рас-
нажды уже встреченная на киевском обруче треть- копок Б. А. Рыбакова в Любече, в составе клада,
его стилистического варианта (рис. 35, № 212). где был также и колт с чертами местного ремесла
Обруч из Любеча сделан в хороших киевских тра- (рис. 18, № 129). Обруч прямых аналогий среди
дициях, он выполнен добросовестно, со знанием изделий этой категории не имеет (рис. 40, № 229).
сложной технологии ручной выколотки и чернения. Каждая створка его разделена продольными поло-
Но все же это реплика ремесленника на произве- сами на два квадратных отсека. В петли, припаян-
дения более высоких художественных достоинств. ные на полосах, продеты декоративные колечки.
Второй репликой можно считать сильно фрагмен- Второй раз эта деталь встречается на обручах, про-
тированный обруч из Чернигова (рис. 36, № 228). исходящих из Любеча. Этот обруч сделан в хоро-
На нем в трех округлых киотцах, обрамленных псев- ших киевских традициях. Орнаментальное поле, об-
досканным жгутом, изображены крылатые драконы рамленное зигзагообразной линией, занято раппор-
с головками барсов и древо с элементами плетения. том бордюра лозы, изображенной гравировкой на
Помимо общей композиции на черниговском обруче черненом фоне. Интересно, что на одном из найден-
повторены рифленые шарниры. ных в киевском кладе перстне этот орнамент повто-
Обруч из с. Романово Могилевской обл. тоже пло- рен буквально (рис. 15, № 62), так что обе вещи —
хо сохранился. Его с меньшей долей вероятия мож- перстень, по форме напоминающий обручи, и сам
но считать подражанием произведениям мастера обруч — производят впечатление украшений, входя-
обруча из киевского клада 1893 г. Он следует ки- щих в один убор.
евскому обручу в композиции: изображения и здесь В 1911 г. в составе небольшого клада из д. Пи-
размещены в киотцах с плечиками. Но в остальном скова Калужской губернии был обнаружен серебря-
обруч из Романова оригинален. Прежде всего киот- ный обруч, тоже орнаментированный раппортом
цы образованы гравировкой, а не накладным жгу- бордюра с лозой (рис. 42, № 232). Мастер хотел
том. Мастер, делавший этот обруч, прекрасно владел дать лозу на черненом фоне, но не владел искус-
гравировкой, знал чернение фона, позолоту. Птицы, ством покрытия чернью больших плоскостей. Рису-
размещенные в арках, выполнены уверенной рукой нок лозы он построил с учетом своего недостатка:
(рис. 36, № 227). он провел по контуру широкую линию, заполнив ее
Итак, четвертый вариант обручей, в который в чернью. Чернь сохранилась хорошо, но ее серова-
качестве образца-шедевра входит обруч из клада тый оттенок послужил причиной того, что первые
1893 г., демонстрирует нам изделия, которые по сти- издатели обруча черни не заметили. Между тем,
листическому облику существенно отличны от об- интересно именно плохое владение чернью. Оно
ручей предыдущих вариантов. Все же они связаны согласуется и с другими упрощениями, к которым
с лучшими киевскими и рязанскими обручами об- прибегнул мастер обруча из д. Пискова: обруч сде-
щей конструкцией и деталями орнаментации, не го- лан из узкой (всего 3 см) пластины серебра, наклад-
воря уже о сюжетах. Вероятно, хронологически они ные жгуты его гладкие. Самой пластине мастер не
ненамного отстоят друг от друга, хотя о более позд- сумел придать плавной выгнутой формы, но все же
ней дате обручей четвертого варианта могут гово- она выполнена в сложной ручной технике, тиснени-
рить такие детали, как появление тисненых шарни- ем изготовлены только шарниры.
ров. Однако ощущаемая живая традиция, связываю- Наконец, как самый далекий и в территориальном,
щая все описанные обручи, не позволяет считать и в стилистическом смысле отклик на киевские об-
хронологический разрыв в их изготовлении более ручи надо рассмотреть браслет, найденный в При-
значительным, чем одно-два десятилетия. Это под- уралье (рис. 36, № 230). Это обруч, конструктивно
тверждается тем, что в киевских мастерских, изго- повторяющий киевские, с раппортом пышного бор-
товлявших обручи первого варианта, несомненно, дюра с кринами и полукринами на черненом фоне
делали и одноярусные обручи. К ним относится об- на обеих створках. Своеобразие его составляет ни
руч из киевского клада 1903 г., в котором, кроме разу не встреченная на обручах Поднепровья де-
описанного выше двухъярусного обруча, находился таль — ряды зерни по краям каждой створки и гроз-
другой, одноярусный (рис. 38, № 225). Несмотря на ди крупных зернинок над шарнирами. Применением
разное композиционное решение, они были, вероят- зерни обруч из Приуралья напоминает обруч из
но, парными (рис. 33, № 211). д. Сартакова (рис. 36, № 220). В нем своеобразно
Этот одноярусный браслет сделан тем же перво- сочетаются традиции киевского и болгарского ремес-
классным художником, которого мы условно назва- ла: орнамент целиком вписывается в круг изделий
ли «мастером обручей Тереховского клада», о чем киевского происхождения, а зернь напоминает об
говорит абсолютное тождество художественных при- излюбленной технике болгарских ювелиров.
емов, примененных на обоих браслетах. К ним Рассмотренные нами обручи первого вида, изго-
относятся деление орнаментального поля на квад- товленные ручной выколоткой, представляют собой

84
Рис. 40. Обручи из Старой Буды (№ 242, 245) и Любеча (№ 229, 237)

85
самые сложные и совершенные произведения чер- тип). Но тем не менее на браслетах этого вида мы
невого дела Руси. Можно сказать, что это —верши- не встретим больше сложных композиций, примеры
на древнерусского мастерства черни, позже его раз- которых дают русальные обручи (подтип 1). О них
витие пойдет под уклон. напоминают некоторые тисненые обручи с фантасти-
Анализ немногих дошедших до нас произведений ческими существами и птицами, но к русальным
позволил уловить четко ощутимые стилистические браслетам их относить неправомерно. Поэтому мы
варианты. За каждым из них стоит одна мастерская относим тисненые обручи, согласно принятой нами
или несколько тесно связанных между собой мастер- классификации, к ее подтипам 2 и 3.
ских. Так, обручи первого варианта мы связываем К первому типу относятся двухъярусные обручи.
с первой киевской мастерской, где работал автор Те из них, которые украшены изображениями птиц
браслета тверского клада 1906 г.; обручи второго и зверей (подтип 2), больше всего стилистически
варианта — с рязанской мастерской; третьего — со связаны с обручами ручной работы. Их четыре,
второй киевской мастерской, где ведущим мастером и все они найдены в Киеве. Особенно показательны
был автор обручей Тереховского клада. Изделия с этой точки зрения два парных обруча из клада
второй киевской мастерской получили отклик в дея- 1939 г. (рис. 43, № 233, 234). Сохранились только
тельности серебряников Владимира и нескольких внешние пластины обеих створок, внутренний глад-
провинциальных мастерских. Наконец, четвертый кий лист серебра утрачен. Поэтому хорошо видно,
вариант связан с третьей киевской мастерской, где как на тонком листе серебра оттиснуты борозды с
работал автор обруча из клада 1893 г. ложной зернью, делящие створку обруча на два
Итог нашего анализа: 23 обруча ручной выколот- яруса, а нижний ярус — на два отсека. Такими же
ки помогают выявить три киевские мастерские, одну бороздками образованы три киотца верхнего яруса.
рязанскую, одну владимирскую. Несомненно су- Орнаментальное поле на обоих обручах обрамлено,
ществование мастеров по черни и в Чернигове кроме того, уверенно проведенными зигзагами. Та-
(Любече ?), и в связанном с Черниговом Болохов- ким же зигзагом оконтурены треугольники между
ском княжестве. Кроме того, этот анализ позволил киотцами, занятыми косой сеткой гравировки. На-
нам оценить по достоинству четырех выдающихся кладные пластины около шарниров покрыты грави-
мастеров-серебряников, достигших высот в черневом рованной зигзагообразной линией с точками, кото-
деле и во многом определивших его пути на Руси. рые, возможно, представляют собой геометризован-
Трое из них работали в Киеве, один —в Рязани. ную имитацию лозы. Оба обруча сохранили следы
Воздерживаясь пока от хронологических выводов, позолоты на пластинках с «лозой», в углублениях
отметим, что в обручах, которые мы отнесли к пер- бороздок, на треугольниках с сеткой.
вому виду, явно ощущается эволюция от сложного Орнаментация обручей сходна. В киотцах верх-
к более простому. Действительно, среди двухъярус- него яруса на черненом фоне гравировкой резцом с
ных обручей более всего русальных и совсем нет зубчатым следом изображены птицы и фантастиче-
экземпляров с более простым, растительно-геометри- ские звери. Они повторяют классическую схему адо-
ческим, орнаментом. В то же время этот орнамент рации по сторонам центрального древа. Птицы и
есть на одноярусных обручах, причем на тех из них, звери даны в профиль, в стандартных позах: пти-
провинциальное происхождение которых и по сти- цы — с повернутыми назад головками, «зверь»-дра-
лю, и по месту находки несомненно. Невольно вспо- кон с собачьей головой — с поднятой лапой. «Чудо-
минается аналогичное явление, характерное для из- вищного» в них мало, плетение не нарушает отно-
делий с перегородчатой эмалью. Самые совершенные сительной естественности форм. Вместо древа в
колты с языческим сюжетом (сирины) составляли четырех случаях изображена розетка, образованная
самую раннюю группу подобных украшений. Уход плетением, заканчивающаяся кринами. В одном слу-
от русальной тематики, который ощущается на од- чае крин занимает, кроме того, и центральную часть
ноярусных обручах, дает нам право, по аналогии розетки. Любопытно, что предусмотренная общей
с колтами с перегородчатой эмалью, считать их бо- композицией симметрия в размещении сюжетов в
лее поздними. Для проверки этого положения обра- одном случае нарушена, и вместо зверя повторена
тимся к обручам следующего вида. розетка.
Второй вид включает обручи, изготовленные тис- Самое важное для осознания места этих обручей
нением. Тиснение — прием, хорошо известный юве- в ряду подобных им изделий состоит в том, что они
лирному делу Руси с давних времен. К сожалению, сочетают в декоре тиснение с последующими гра-
матрицы для тиснения обручей, в отличие от мат- вировкой и позолотой. Очевидно, в готовом виде они
риц для колтов, не сохранились. Однако сами обру- были черно-золотыми, т. е. как бы имитировали чер-
чи свидетельствуют о наличии таких матриц доста- нение по золоту. Этим они объединяются с двумя
точно красноречиво. На них всегда можно отметить обручами с тиснеными розетками, составляя с ними
следы тиснения: рельефные розетки, валики, лож- единый стилистический вариант. Первый обруч с
ную зернь, рельефные рифленые шарниры. Иногда о тиснеными розетками хранятся в Киевском истори-
тиснении говорят углубленные киотцы обруча, явно ческом музее (рис. 42, № 231). В верхнем ярусе,
оттиснутые на матрице. Естественно, что тиснение, отделенном от более узкого нижнего углубленной
представляющее собой упрощение трудоемкого про- полосой, размещены фантастические звери и птицы,
цесса ручной выколотки, влекло за собой упроще- в нижнем на одной створке — плетение; на дру-
ние изделия. И все же мастера пытаются придать гой — бордюр с пышными кринами.
своим изделиям облик более дорогих обручей руч- Главную композиционную особенность этого об-
ной работы, воспроизводя их композицию и особен- руча составляет размещение орнамента на всей по-
ности декора. Они по-прежнему делаются двухъ- верхности створки, без дополнительного деления ее
ярусными (первый тип) и одноярусными (второй на киотцы или отсеки. Однако мастер нашел способ

86
разделить отдельные сюжеты. Для этого он исполь- стилистически. Один из них найден в Литве, дру-
зовал рельефные квадрифолийные розетки, по две гой—в Львовской обл., третий —в Ивано-Фран-
на каждой створке, оттиснутые на тонкой внешней ковской обл.
пластине браслета. Помимо формы самих розеток Обруч из Литвы (рис. 44, № 238), найденный в
отметим еще одну деталь их орнаментации — лож- предместье Каунаса, Шанчае, входил в состав кла-
ную зернь, обрамляющую центральный квадрат. да, зарытого в XIV —начале XV в.9 При его изго-
Орнамент выполнен уверенной гравировкой, гра- товлении наряду с тиснением, о котором говорят
вировкой же подготовлен лоток для черни фона. ложные «жемчужины» по краям створок и рифле-
Сами изображения были покрыты позолотой, так что ные шарниры, применена пайка. С ее помощью кре-
браслет в готовом виде производил впечатление зо- пились жгуты ложнозерненой проволоки, обрамляю-
лотого с чернью. щие орнаментальное поле и арки киотцев. В них на
Рассмотренные обручи по сюжетам и деталям серебряном поле, предварительно обработанном рез-
конструкции, конечно, связаны традиционно с на- цом, гравировкой даны схематические фигуры птиц
выками, выработанными в киевских мастерских, где и плетеный вариант древа. Линии гравировки за-
создавались обручи ручной выколотки (первого полнены чернью.
вида). Помимо изображенных на них персонажей В таких деталях, как колечки в петлях, располо-
об этом говорят такие детали, как накладные пла- женных на стыках арочек, или сама композиция с
стины с вариантами лозы, припаянные к краям арками, обруч из Шанчайского клада повторяет
створок, да и само устройство обруча из двух при- киевские браслеты. В то же время он существенно
гнанных друг к другу пластин. И все же в художе- отличается от них. В первую очередь это касается
ственном отношении они далеки от тех произведе- ложной зерни, оттиснутой, вероятно, на специаль-
ний, которые создавались в киевских и рязанской ной матрице. Эта деталь вовсе не характерна для
мастерских. киевских обручей, как и рифленые шарниры, встре-
В этом нас еще больше убеждает тисненый об- ченные на киевских браслетах только однажды
руч, хранящийся в Музее исторических драгоценно- (рис. 38, № 226). Не менее важна в этом отношении
стей УССР (рис. 42, № 235). По характеру орна- и необычайная схематичность рисунка, не свойст-
ментации он относится к подтипу 3 нашей класси- венная киевским шедеврам. Наконец, необходимо
фикации. Створки его разделены на два яруса отметить существенное отклонение и от киевской
полосами с ложной зернью и позолотой. Кроме того, манеры употребления черни: фон здесь оставался
в центре каждой из них оттиснута четырехлепест- светлым, чернью заполнялись линии гравировки.
ковая розетка. На одной створке к ней обращены Только на некоторых киевских обручах мы встре-
изящные побеги лозы; на другой, сильно разрушен- чались и с такой манерой декора, но в гораздо бо-
ной, такая лоза размещена только в одном ярусе, лее совершенном варианте.
а в другом ее сменяет мотив плетения с кругами. В целом браслет из Шанчайского клада демонст-
Изображения исполнены гравировкой, оставившей рирует самостоятельную переработку киевской тра-
пунктирный след, на черненом фоне. На этом обру- диции, представленной обручами с тиснеными ро-
че только одна деталь напоминает браслеты ручной зетками.
работы: накладные позолоченные полосы с бордю- Об этом же явлении свидетельствует обруч, най-
ром из завитков (упрощенная лоза), положенные денный у с. Демидово в Львовской обл. (не ра-
вдоль шарниров. нее первой половины XV в.). Он очень похож на
Это браслет, составляющий с описанными выше шанчайский и общим устройством, и деталями
единый, пятый, стилистический вариант, демонстри- (рис. 44, № 236). Здесь также использовано тисне-
рует дальнейший отход обручей от сложных произ- ние для ряда ложной зерни по краям створок и в
ведений, о которых речь шла выше. Как видно, треугольниках между киотцами, образованными на-
упрощение технологии повлекло за собой и упро- кладными рублеными жгутами. Были на этом брасле-
щение изобразительного строя обручей. Это, без те и колечки в петлях, расположенных на стыках
сомнения, может быть расценено как хронологиче- арочек, и рифленые шарниры. Изображения на де-
ский момент. мидовском браслете тоже схематичны, хотя и не-
В этой связи важно правильно оценить и такую сколько сложнее по сюжету. На одной створке по
деталь, как розетки в форме квадрифолия. На при- вторена сцена с двумя птицами в боковых арках и
мере перстней мы убедились, что эта форма связа- древом — в центральной. На другой створке это
на с самыми поздними экземплярами. Вероятно, древо заменила фигура воина или охотника с копь-
и тисненые киевские обручи делались не ранее ем (?) в одной руке и пойманной птицей — в дру-
XIII в., одновременно с многолучевыми колтами, гой. Фон и в этом случае обработан резцом, а уг-
в изготовлении которых, как и в изготовлении квад- лубления гравировки заполнены чернью.
рифолийных перстней, большую роль играло тисне- Похож на эти два браслета, возможно, вышедшие
ние. из одной мастерской, и обруч из древнего Галича
Ко второму типу относятся одноярусные обручи. (рис. 44, № 239). Он отличается тем, что места
Одноярусные обручи, изготовленные с применением жгутов, образующих арки, заняты на нем оттис-
тиснения, дают представление о дальнейшем упро- нутыми углубленными бороздками с рядом ложной
щении их облика. Перед нами уже не столичное ре- зерни в них. Накладные ложнозерненые жгуты об-
месло, а опыты серебряников, работавших в раз- рамляют только створки браслета, пространство меж-
личных городах Руси. Посмотрим, как проявлялись ду ними сверху и снизу тоже занято рядом оттис-
на их изделиях традиции киевского черневого дела. нутой зерни. В арках с треугольными вершинами
Очень интересны три тисненых обруча этого типа, помещены: на одной створке — две птицы, обра-
найденных в разных местах, но явно связанных щенные к плетеному древу; на другой — птица и

87
Рис. 41. Обруч из Киева (№ 225)
1—4 — детали

88
Рис. 42. Обручи из Киева (№ 231, 235) и Писковы (№ 232)

89
два окружающих ее древа. Рисунок этих изображе- кой. Это хорошо видно на месте утраты последней.
ний повторяется, выполнен он гравировкой с чер- Она заменила рубленный под зернь жгут, обрам-
нью, заполняющей углубления, фон оставлен сереб- лявший створки и киотцы на лучших киевских об-
ряным. В треугольниках между арками помещены ручах. И еще одна деталь напоминает о них: деко-
три гравированные ветки, или тройничок в графи- ративные колечки, помещенные в пространстве
ческом варианте. Стилистическое сходство с двумя между киотцами.
первыми браслетами дополняется суховатым, упро- Второй обруч из Старых Буд еще примитивнее
щенным рисунком и такой деталью, как рифленые (рис. 40, № 243). Орнаментальное поле обеих ство-
шарниры. рок занято плохо исполненной плетенкой. На обоих
Помимо технологической и стилистической общ- обручах чернь занимает, судя по описанию, линии
ности три описанных обруча имеют еще одну общую гравировки, а фон обработан резцом. Важно отме-
черту — сравнительно позднюю дату. По сопутст- тить рифленые шарниры этих браслетов, что оказы-
вующим вещам галицкий браслет относится к вается устойчивой особенностью всех обручей, из-
XIII в., а два других —к XIV и даже к концу готовленных с применением тиснения. Мы уже
XIV — началу XV в. По всей вероятности, они де- отмечали, что такие шарниры только один раз встре-
монстрируют последний этап в изготовлении обру- тились на обручах ручной выколотки. Это обруч из
чей с чернью, примененной на них довольно невы- клада 1893 г., изготовленный мастером, владевшим
разительно. Местом их производства мог оказаться «живописным» рисунком.
Галич, куда после монголо-татарского нашествия Теперь, когда мы познакомились с одноярусными
отхлынуло уцелевшее население, в том числе и ре- обручами, выполненными тиснением, нелишне еще
месленники. раз обратиться к шедевру из клада 1893 г. Сравне-
Дополнительные сведения о последнем этапе из- ние этих обручей (рис. 38; 39, № 226) убеждает в
готовления обручей в Галицкой земле дают два бра- том, что мастера, делавшие образцы, найденные в
слета, найденных в кладе из Войнешти (рис. 45, Литве, на Львовщине и в Ивано-Франковской обл.,
№ 240, 241). В конструкции их повторены такие целиком следовали композиционному решению обру-
характерные черты галицких обручей, как чернение ча из клада 1893 г. В одном случае (рис. 44, № 236)
(или эмаль?) по гравировке; светлый, специально повторена даже больше ни разу не встреченная
обработанный резцом фон; ложная зернь, оттисну- форма киотца с плечиками. Чем объяснить влияние
тая на матрице, в сочетании с накладными жгута- именно этого мастера на мастеров-браслетчиков, ра-
ми; наконец, рифленые шарниры. Без ответа оста- ботавших на Руси уже после монголо-татарского на-
ется существенный вопрос, была ли положена в уг- шествия? Ответ на этот вопрос дает топография на-
лубления гравировки чернь, или, как утверждает ходок самых поздних обручей, связанных с запад-
автор публикации, черная эмаль. Но и в том, ными районами Руси. Возможно, сам автор обруча
и в другом случае обручи из клада в Войнешти из клада 1893 г. или его ученики оказались в числе
представляют собой какой-то локальный вариант киевских мастеров, которые бежали в Галицкую
браслетов галицкой группы, своеобразие которых — землю. Летописные сведения об этом событии не
не в конструкции, а в орнаменте и (если на брас- раз подтверждались археологически. Продолжение
летах употреблена черная эмаль) в своеобразном серебряниками Галицкой земли традиций и стили-
подражании технике чернения. стических открытий конкретно уловимой киевской
Орнаментированы браслеты из Войнешти по-раз- мастерской дает еще одно фактическое доказатель-
ному. На створках одного из них, разделенных на ство этого исторического явления.
два квадратных отсека, изображены древа и птицы: Несомненно, с мастерскими серебряников Галиц-
одна — в геральдической позе, с двумя звездочками кой земли надо связать и обручи, найденные в Яссах
по сторонам; другая —в традиционном повороте в (рис. 45, № 240, 241). В них тоже четко ощущается
профиль. Разветвленные древа разного рисунка местная переработка киевских традиций.
представляют собой строго симметричные фигуры. Третий вид включает обручи, изготовленные
Другой обруч из Войнешти, более узкий, декори- литьем. Последний способ, применявшийся при из-
рован проще: одну створку его занимает плетенка, готовлении обручей,— литье. Литейные формы для
другую — изящный побег с кринами. Как видно, обручей найдены в разных городах Руси 10. Но сами
орнаментация браслетов, не выходя из рамок тра- литые обручи — редкая находка. Больше всего их
диционных сюжетов, дает их своеобразную интер- встречено в Новгороде — 19 (целые и в облом-
претацию. ках) 11. Самый ранний литой обруч найден в слое
Последними в ряду одноярусных обручей логич- 70-х годов XII в., самый поздний — в слоях начала
но рассмотреть два браслета, найденных близ с. Ста- XVI в. Делались они не только из сплава свинца
рая Буда на Киевщине. Они представляют предель- и олова, но и из биллона, иногда — из бронзы.
ное упрощение идеи двустворчатого браслета. На Ни на одном из них нет черни. Подражая в орна-
каждой створке одного из них (рис. 40, № 242) ментации обручам ручной выколотки и тисненым,
изображены две фигуры, напоминающие киотцы, мастера не могли воспроизвести операцию, состав-
в которых размещались орнаментальные мотивы на ляющую основную особенность процесса их изготов-
более совершенных обручах. Но здесь они из эле- ления,— чернение.
мента композиции превратились в орнамент: испол- Новгородские створчатые браслеты — одноярус-
нены они гравировкой, оставившей пунктирный ные. На них изображены птицы или фантастические
след, как и заполняющий их внутреннее простран- существа в обычных сценах адорации, а также рас-
ство декор из переплетающихся лент. Орнаменталь- тительные мотивы: бордюры из кринов, как прави-
ное поле обруча обрамлено накладной проволокой, ло, сильно геометризованных, или раппорты лозы.
предварительно обмотанной более тонкой проволо- Это значит, что подражают они обручам второго

90
вида нашей классификации — тисненым одноярус- ния обручей. В результате этих поисков владимир-
ным, орнаментация которых тоже сводится к ва- ские мастера все же сумели овладеть техникой руч-
риациям подобных сюжетов. Новгородские браслеты ной выколотки, о чем свидетельствуют дошедшие до
подтверждают датировку тисненых обручей с чернью нас обручи (рис. 34, № 218).
второй половиной XII в., к чему привели нас и со- Представляется совершенно естественным, что в
ображения стилистического порядка. Киеве, где прием ручной выколотки был так блестя-
Литье — слишком не экономный способ работы с ще разработан, литьем серебряных обручей не изго-
серебром. Вероятно поэтому, мы располагаем не се- товляли. Другое дело — обручи из дешевых мате-
рией серебряных литых обручей, а всего лишь дву- риалов, из свинцово-оловянистых сплавов, подобные
мя их экземплярами. Оба они найдены в кладе новгородским. Они, судя по известным киевским ли-
1896 г. во Владимире. Один из них похож на киев- тейным формам для обручей, должны были изготов-
ские обручи (рис. 46, № 244). Он двухъярусный, ляться в этом городе, хотя до сих пор еще не най-
изображения размещаются в верхнем ярусе — дены. Это неудивительно, если вспомнить, что основ-
в киотцах, в нижнем — в квадратных отсеках. Так ные изделия русского серебряного дела происходят
владимирский резчик, изготовивший литейную фор- из кладов. Клады принадлежали верхушке общества,
му, использовал оба композиционных приема члене- и украшений рядовых горожан там не могло быть
ния орнаментального поля, выработанных практи- Дошедшая до нас коллекция древнерусских обру-
кой киевских ювелиров. Валики, обрамляющие края чей уникальна. Она не только содержит экземпляры
браслетов и делящие его створки на ярусы, отлиты высочайшего художественного достоинства, но и
вместе со створками. Они покрыты насечками в дает материал для установления относительной хро-
елочку и позолотой. В киотцах на черненом фоне нологии этих украшений и уяснения общих тенден-
размещены на одной створке — сопоставленные ций своеобразного производства, существовавшего
пары птиц, на другой — птица и зверь с поднятой на Руси более двух столетий. Мы располагаем дан-
лапой. Нижний ярус обеих створок занят клеймами ными и для абсолютной хронологии этого производ-
с одинаковыми розетками из плетеных мотивов, ства. Как уже говорилось, первые опыты изготовле-
вписанных в круг и общим контуром напоминаю- ния широких двустворчатых браслетов относятся к
щих квадрифолии. Чернь в неглубоком лотке сохра- тому времени, когда ни перегородчатая эмаль, ни
нилась плохо. Гравировка на владимирском обруче чернь не завоевали главенствующего места в юве-
исполнена уверенной рукой опытного рисовальщика. лирном деле Руси. Это произошло, очевидно, в нача-
В живых поворотах птиц и зверей чувствуется ди- ле XI в. Материалов, говорящих о постепенном
намика, они мастерски вписаны в пространство овладении техникой ручной выколотки, у нас нет.
киотцев. Плетение в отсеках нижнего яруса напо- Зато мы располагаем представительной коллекцией
минает по четкости хороший чертеж. обручей, изготовленных этим способом и относя-
Прекрасно исполнен и второй, одноярусный, щихся к вершинам мастерства. Это — русальные об-
обруч (рис. 46, № 245). Он отлит вместе с покры- ручи. Их изготовление было налажено в рамках пер-
тым косой насечкой валиком, обрамляющим орна- вой половины или середины XII в. На раннем этапе
ментальное поле. Но гладкий валик по краям брас- производство русальных обручей выходит за преде-
лета почему-то припаян позже, что отчетливо видно лы Киева и осваивается на столь же высоком уров-
в местах его слома. На одной створке изображен не в Рязани, а после самостоятельных опытов —
вариант сцены с птицами по сторонам древа. Это и во Владимире.
слитная композиция из как бы переходящих друг Следующим этапом было внедрение в процесс из-
в друга фигур птиц, древ и узла плетенки в центре. готовления обруча «механизации» — тиснения. Ему
Прямых аналогий подобному решению сюжета на сопутствовали два явления: широкий выход произ-
киевских и рязанских обручах нет. Гравировка яро- водства обручей за пределы Киевщины, возникнове-
изведена резцом с очень ровным и мелким зигзаго- ние разных центров, где их научились делать: рез-
образным следом. Фон покрыт чернью по слегка кое изменение строя орнаментации, в результате
взрыхленной резцом поверхности. Сам рисунок по- чего русальные сцены сменились изображениями
крыт позолотой, как и кайма между краем браслета животных и птиц, а позже — растительно-геометри-
и жгутом с косой насечкой. Вторая створка занята ческими мотивами.
многоярусным древом с крином в основании. Крин Замена ручной работы тиснением произошла, оче-
повторяет рисунок древ на первой створке, а много- видно, в конце XII в., будучи частью общих тенден-
ярусное древо почти буквально воспроизводит резь- ций в русском ремесле 13, а браслеты с раститель-
бу портала Георгиевского собора в Юрьеве-Поль- ной и геометрической орнаментацией, весьма отда-
ском 12. ленно напоминавшие свои прообразы — русальные
Оба владимирских браслета выполнены на высо- обручи, изготовлялись еще в XIII и, может быть,
ком художественном уровне. Своеобразие этих из- в XV в. в западных землях Руси. Во всяком слу-
делий позволило Б. А. Рыбакову видеть в них про- чае они были в употреблении в XIV—XV вв., о чем
изведения местного черневого дела, в чем нет ни- свидетельствуют хорошо датированные клады, в со-
каких сомнений. Судя по стилю рисунка, разному став которых они входили.
на обоих обручах, их делали два равных по дарова- Таким образом, внутренняя эволюция в производ-
нию гравера, работавших в одной традиции и, ве- стве обручей шла в направлении от сложного к
роятно, в одной мастерской. простому. Это не совсем обычный в ремесле путь
Итак, опыт литья серебряных обручей был про- развития, и он требует объяснения. Скорее всего
изведен только во владимирских мастерских. Вероят- его обусловил тот факт, что производство обручей
но, и там он не оправдал себя и был только этапом было освоено прежде всего в мастерских княжеско-
в поисках освоения сложной технологии изготовле- го двора, по соседству с эмальерными мастерскими

91
Рис.43. Обручи из Киева (№233, 234 — по Г. Ф. Корзухиной)

92
Рис. 44. Обручи из Демидова (№ 236), Викторова (№ 239)
и Каунаса (Шанчай, № 238)

93
и скрипториями. Здесь были сосредоточены образ- пластинок. На них изображен раппорт хорошо вы-
цы высокохудожественных изделий ремесла других раженного бордюра лозы, выполненного схематич-
стран (например, металлическая посуда, иллюстри- но, но с полным пониманием сюжета.
рованные рукописи, ткани и т. п.). Здесь могли ра- Изображения на следующей створке отличают-
ботать и заморские ремесленники. Сами же изделия ся лишь в деталях. Птица центрального медальона
не зависели от рынка, они делались на заказ из имеет крыло с окончанием иной формы. Со стороны
высококачественных материалов. Только в таких львиной маски к ней примыкает медальон с четы-
условиях могли возникнуть шедевры, подобные рехлепестковой розеткой на черненом фоне, а со сто-
русальным обручам. роны пластины с шарнирами — стилизованный
Не случаен и языческий фольклор, который они цветок.
до нас донесли. Они создавались в эпоху повсемест- Другой браслет, парный первому, почти повторяет
ного оживления язычества, которое было типичным рисунок медальонов. Различия незначительны и
не только для Руси эпохи Слова о полку Игореве, касаются только деталей. На обеих створках сохра-
но и для Западной Европы. Именно на этой почве нилась позолота.
развивалась фантазия художников — творцов ярких Похожий браслет оказался в киевском кладе
образов и сцен тератологического орнамента. Древ- 1903 г. (№ 248). Еще пара браслетов этой серии
нерусские серебряные обручи — красноречивые и входила в состав клада 1898 г., найденного близ
бесспорные свидетельства сложения этого орнамен- с. Войтовцы на Полтавщине (№ 250—251).
та в XII в. Все пять браслетов скорее всего представляют
Группа II. Обручи из узкой пластины с львины- собой изделия, вышедшие из одной мастерской и,
ми масками. Небольшая серия найденных в преде- может быть, из рук одного мастера высокой квали-
лах Киевской Руси браслетов, оканчивающихся фикации. Следуя нашей типологии, они образуют
львиными масками, весьма своеобразна. Идею укра- подтип 1 браслетов с изображениями птиц и зверей.
шения браслета львиными масками знали еще антич- Намечается и серия браслетов подтипа 2 —
ное искусство, скифский и сармато-аланский мир 14. с растительно-геометрической орнаментацией. Такой
Однако здесь можно говорить только об общности браслет был найден в кладе у с. Стариково Курской
идеи. Русские браслеты ничем, кроме львиных масок, губернии (рис. 48, № 249). Оба конца его створок
древние браслеты не напоминают. завершаются львиными масками. Крепятся они на
Обручи с львиными масками сделаны из узкой штырях, входивших в петли, которыми оканчивают-
пластины путем тиснения. Орнамент выполнен гра- ся маски. Маски выполнены более схематично, без
вировкой с применением черни. Лучшая пара таких дополнительного участия черни и гравировки. Каж-
браслетов хранится в Русском музее (рис. 47, дая створка состоит из трех круглых медальонов с
№ 246—247). Они состоят из двух створок, соеди- разделяющими их валиками. Диаметры их невелики
ненных при помощи штырей, которые вставляются и не соответствуют массивным львиным маскам.
в специальные петли. Для одного штыря сделаны В медальонах, в круге на черненом фоне, изображе-
накладные прямоугольные пластины с гравировкой, ны пятилепестковые розетки (одна — четырехлепест-
другой продевался в петли, которыми заканчивают- ковая). Они декорированы внутри пунктирной, а по
ся львиные маски. краям — зигзагообразной гравировкой.
Каждая створка браслета оттиснута, видимо, на Похожие по конструкции браслеты найдены в
одной фигурной матрице из трех медальонов с мин- Чернигове около Спасского собора (рис. 48,
далевидными выступами между ними. Края сереб- № 252—253). Каждая створка с обеих сторон закан-
ряной ленты браслета, изгибаясь, повторили форму чивается львиными масками с петлями, в которые
матрицы. На матрице же оттиснуты личины львов, вставлялись штыри. Небольшие круглые медальоны
довольно реалистические, с углублениями для глаз, заняты изображением розеток, триквестров, древ и
заполненными чернью. геометрической розетки с ромбом и четырьмя точ-
Орнаментация браслетов выполнена мастерски. ками. Медальоны разделяются овалами с веткой, ис-
Центральное место занимает средний медальон с по- полненной чернью по гравировке. Таким образом,
вторяющимися на обеих створках фигурами птич- два приема —чернь по гравировке и чернение
ки с головой, повернутой назад. Она искусно раз- фона — на этих браслетах чередуются. Кроме веток,
мещена па черненом фоне в овальном медальоне, чернью по гравировке дан и триквестр на централь-
оконтуренном гравированной линией. Тело птицы ных звеньях створок.
декорировано точками и местами — штриховкой. Магическую символику черниговских браслетов
Фигура вполне реалистична, за исключением одной интересно расшифровал Б. А. Рыбаков. Централь-
детали: крыло птицы приподнято и завершается ное место на створках занимает изображение трик-
лепестком или чашей цветка, к которому и обраще- вестра — знака огня и домашнего очага. С одной
на головка птицы. стороны к нему примыкает крестообразная фигура
Со стороны львиной маски к этому медальону из перечеркнутого крестом ромба с точками — знак
примыкает медальон со стилизованным цветком- дома, усадьбы; с другой — восьмилепестковая розет-
чашей на черненом фоне. Стебли его симметрично ка — знак солнца. На другой створке триквестр со-
закругляются, покрыты декоративными точками. седствует с древом и розеткой из трехлепестковых
Медальон, соединенный с прямоугольной накладной фигур, повторенных четырехкратно. Сочетание этих
пластиной шарнирами, имеет сердцевидную форму. идеограмм позволило предположить, что подобные
В нем на черненом фоне изображена розетка с трех- браслеты могли быть частью свадебного убора 15.
лепестковым крином. Стебли его покрыты декора- Представляется, что небольшая группа браслетов
тивными точками. с львиными масками несла определенную смысло-
Интересна гравировка накладных прямоугольных вую нагрузку. По всей видимости, основную роль в

94
Рис. 45. Обручи из Войнешти (Яссы, № 240, 241)

95
Рис. 46. Обручи из Владимира (№ 244, 245)

ней играли именно львиные маски, поскольку они в котором реальные и фантастические звери полу-
всегда повторяются, составляя типическую черту чают символическое толкование, преобладает охра-
этих браслетов, в то время как сюжеты, изображаю- нительное значение льва («Когда лев спит, очи его
щиеся на медальонах, не остаются неизменными. бодрствуют») 16. Очевидно, эту мысль воплощали и
Символика льва уходит в глубокую древность. замыкающие браслет на запястье львиные маски с
На Востоке она многообразна: лев выступает как выразительными, заполненными чернью глазами.
спутник божеств, эмблема царя и его охрана. Охранительная сила львов подчеркивалась и усили-
В «Физиологе» — популярном в средние века в За- валась изображениями элементов древа.
падной Европе и на Руси трактате о животных, На серебряных пластинчатых браслетах Повод-

96
Рис. 47. Обручи с львиными масками из Русского музея
и из Киева
1—6 - № 246-247; 7 - № 248

7 Т. И. Макарова
97
Рис. 48. Обручи
с львиными масками из
Старикова ( № 249)
и Чернигова (№ 252, 253)

жья, часто называемых «бо'лгарскими», изображение шений подобного рода. Своеобразие их художествен-
льва переплетается с древом в буквальном смысле. ного решения можно считать свидетельством того,
Действительно, маска льва на них одновременно что в данном случае мы имеем дело скорее с мигра-
изображает и древо. Это своеобразная «билингва», цией идей, чем с миграцией форм. Действительно,
которая языком двух разных образов передает один когда мастера разных народов по-своему передают
и тот же охранительный смысл. И в данном случае один и тот же образ и связанную с ним символику,
подобная композиционная находка какого-то масте- речь может идти не о подражании, а о передаче
ра, прочно утвердившаяся на определенных изде- своим языком бытующих в устной и письменной
лиях, восходит к классической сцене адорации со традиции представлений и образов. Это — любопыт-
львами и древом. Мы убеждаемся в этом при рас- ный для ювелирного дела случай, потому что чаще
смотрении браслетов Пишпекского клада, которые всего ремесло наследует тот или иной изобразитель-
М. Г. Крамаровский справедливо считает предтечей ный мотив именно с определенной формой.
собственно «бо'лгарских». На них изображены фигу- Рассмотренные браслеты слишком малочисленны
ры львов, обращенных спинами друг к другу. Между для решения такого сложного вопроса, как дати-
17
ними — древо . ровка. Они стоят особняком среди древнерусских
Древнерусские ювелиры дали свой вариант укра- украшений, не смыкаясь стилистически ни с одной

98
из их категорий. Только одна серия украшений Для датировки древнерусских браслетов с Льви-
перекликается с ними тематически и в какой-то сте- ными масками у нас недостаточно материала. Одна-
пени композиционно. Это черненые браслеты с льви- ко, судя по находке одного такого браслета в соста-
ными масками на концах. Подчеркнем, что сходство ве киевского клада 1903 г. вместе с тисненым обру-
весьма относительно: технологически они совершен- чем и обручем, сделанным ручным способом, они
но разные. Общим оказывается близкое решение появились в тот период производства обручей, когда
одного и того же сюжета на предметах одинакового в него уже проникло тиснение. По всей видимости,
назначения. М. Г. Крамаровский предлагает расце- это произошло не ранее второй половины XII в.
нивать производство «бо'лгарских» браслетов, на- Этим временем и надо датировать небольшую кол-
чавшееся, по его мнению, в Новом Сарае во второй лекцию своеобразных браслетов с львиными масками.
половине XIII в., как отклик на традицию сельд- Добавим к сказанному, что браслеты с львиными
жукского ремесла. масками были довольно популярны, о чем говорят
Возможно, небольшая группа русских браслетов, подражания им, исполненные в литье. Такой брас-
несомненно более ранних, чем «бо'лгарские», была лет был найден в Любече вместе с обручами. Как
своеобразным откликом на ту же традицию. Есте- видно, в ювелирной мастерской любечского замка
ственно, что в разной среде и в разное время они работали мастера, хорошо знакомые с разнообраз-
вызывали, к жизни произведения различные и в то ными произведениями серебряников различных мас-
же время в чем-то сходные. терских.

1
Даркевич В. П. Светское искусство Византии. М., 1975, В кн.: Славяне и Русь. М., 1968, с. 126, рис. 1; 2; Она же.
с. 271—273, рис. 385; 388. Литейные формочки древнерусского Серенска.— В кн.:
2
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII вв. М.; Л., 1954, Культура средневековой Руси. М., 1974, с. 40—46.
11
с. 84, табл. VI, 16. Седова М. В. «Имитационные украшения древнего Нов-
3
Хойновский И. А. Раскопки великокняжеского двора древ- города. — В кн.: Древняя Русь и славяне. М., 1978, с. 153;
него града Киева, произведенные весною 1892 г. Киев, Она же. Ювелирные изделия древнего Новгорода (X—
1893, табл. IV. XV вв.). М., 1981, с. 116-121.
4 12
Рыбаков Б. А. Русалии и бог Симаргл-Переплут. — СА, Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси. М.,
1967, № 2, с. 91—116. 1964, табл. XXIX; XXX.
5 13
Там же, с. 113—116. Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси, с. 321.
14
6
Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси. М., 1948, с. 321. Валеев Ф. X. Древнее и средневековое искусство Среднего
7
Генинг В. Ф. Серебряный браслет из Верхнего При- Поволжья. Йошкар-Ола, 1975, с. 79; Петренко В. Г. Укра-
камья. — КСИИМК, 1955, 57, с. 135, 136, рис. 51. шения Скифии VII—III вв. до н. э . - САИ, 1978, вып. Д4-5,
8
с. 57.
Рыбаков Б. А. Русалии и бог Симаргл-Переплут, с. 91— 15
Рыбаков Б. А. Прикладное искусство и скульптура. —
116. В кн.: История культуры древней Руси. М.; Л., 1951, т. II,
9
Даркевич В. П., Соболева Н. А. О датировке литовских с. 429, 430, рис. 211, 2.
монет с надписью «печать» (по материалам Шанчайско- 16
Вагнер Г. К. Скульптура Владимиро-Суздальской Руси,
го клада). —СЛ, 1973, № 1, с. 84—86. с. 109.
10 17
Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси, с. 270—278; Історія Крамаровский М. Г. «Булгарские» браслеты: генезис де-
українського мистецтва. Київ, 1966, т. 1, с. 385; Николь- кора и локализация. — В кн.: Сообщения ГЭ, 1978, XLIII,
ская Т. Н. Кузнецы железу, меди и серебру от вятич. — с. 46—51, табл. II, 3, 4.

99
ГЛАВА ВОСЬМАЯ

БАРМЫ
РЕДКИЕ ИЗДЕЛИЯ С ЧЕРНЬЮ

Я
ркую категорию изделий с чернью составляют с чернью. Не случайно, вероятно, что в том кладе,
медальоны нагрудных украшений, за которыми где они были найдены, хранились и золотые колты
после работ К. Ф. Калайдовича закрепилось на- с чернью и гравировкой, с которыми они могли со-
звание барм. Так он назвал найденное в Старой ставлять стилистически единый «золотой» убор
Рязани в 1822 г. ожерелье с перегородчатой эмалью 1. с чернью.
Тогда же была высказана мысль, что эти украшения Второй тип включает медальоны из одной пласти-
были церемониальным убором русских князей. ны. Подавляющее большинство медальонов изготов-
Мнение это возникло из не лишенного логики сопо- лялось из круглой цельной пластины серебра, кото-
ставления найденных древностей с бармами Москов- рой придавалась сферическая форма. На нее ближе
ской Руси — широким матерчатым оплечьем с на- к краю накладывались два концентрических ряда
шитыми па него металлическими медальонами, рубленой проволоки, причем полученный таким об-
обильно украшенными жемчугом и камнями. Одна- разом бордюр делился отрезками той же проволоки
ко в письменных памятниках с украшениями этого на отсеки. Он был только декоративным: петли ни-
рода связываются термины «гривна» и «монисто». когда не делались, и для обнизи бордюр служить
Г. Ф. Корзухина полагает, что первое наименование поэтому не мог. К пластине припаивался бочковид-
относилось к мужским украшениям, а второе — ный держатель в форме бусины, декорированный
к женским. В первом случае показательны строки рядами рубленого жгута.
рукописи 1263 г.— Шестоднева Иоанна экзарха Все эти медальоны можно разделить на два под-
Болгарского, в которых описывается наряд князя: типа по характеру центральных изображений: в под-
«гривну цетаву на выи носяща» 2. Г. Ф. Корзухи- тип 1 входят медальоны с изображениями святых,
на считает, что в данном случае речь идет о шей- в подтип 2-с крестами, которые принято называть
ном украшении с подвесными пластинами-цатами, процветшими.
отличающемся от гривны круглой, а не лунообраз- Подтип 1. Медальоны с изображениями святых.
ной формой подвесок. В тех случаях, когда говорят В киевском кладе, найденном в 1939 г., хранилось
о монисте, владельцами его оказываются женщины: три медальона: два — с чернью и один — с встав-
«Мониста великая золотая бабы своей и матери ным камнем (рис. 49, № 270; 50, № 271). Централь-
своей» 3. ным в этом не полностью сохранившемся наборе
По принятой нами классификации медальоны был, вероятно, медальон с изображением Богомате-
делятся по конструктивным особенностям на типы, ри Знамение, самый большой по диаметру. Медальон
по сюжету — на подтипы. с архангелом, меньший по диаметру, предполагает
Все медальоны сделаны двумя способами: с цент- наличие еще одного, симметричного. Имелся парный
ральной вставкой (первый тип) и из цельной плас- медальон и для того, который был украшен камнем.
тины (второй тип). Таким образом, весь набор первоначально содержал
Первый тип представлен всего одним набором из не менее пяти медальонов.
киевского клада 1901 г. (рис. 49, № 256—258). Лучше всего сохранился центральный медальон с
Интересны они тем, что конструктивно повторяют погрудным изображением Богоматери Знамение на
золотые медальоны с эмалевыми вставками и иден- черненом фоне (рис. 49, № 270). Поверхность фона
тичные по устройству колты. В центре этих неболь- не обработана резцом, поэтому чернь не всюду сохра-
ших медальонов вмонтированы вставки с гравиров- нилась. Там, где чернь уцелела, она имеет характер-
кой и чернью. Они окаймлены двумя рядами ный грифельный оттенок. Иногда мастер использо-
накладной рубленой проволоки, образующими жело- вал чернь для светотени: он положил мазки ее на
бок для обнизи. О существовании ее говорят четыре щеках, ладонях и локтях изображения, как это сде-
петли, в которые она продевалась. Набор состоял из лал бы живописец. Мастер хорошо владел рисунком
восьми небольших одинакового диаметра медальо- и гравировкой, но иногда его рисунок напоминает
нов, очень плохо сохранившихся. На них гравиров- некоторые приемы эмальеров: он дает сначала кон-
кой были изображены крины разного рисунка. тур руки Богоматери, а потом прорисовывает паль-
Фоном им служила «рябая» поверхность разделан- цы, заполняя чернью только углубления гравировки.
ного резцом металла, потом покрытая позолотой. Создается впечатление, что мастер, искушенный во
Линии гравировки заполнены чернью, а некоторые многих ремеслах, плохо владел технологией черни.
детали рисунка подчеркнуты мазками черни, поло- Тот же мастер делал медальон с изображением
женной на позолоту без гравировки. Эти медальоны архангела (рис. 50, № 271). Это видно по общему
и по конструкции, и по орнаменту, типичному для рисунку гравировки, одновременно небрежной и уве-
многих колтов, резко отличаются от прочих. Вернее ренной. Архангел стоит с распростертыми крылья-
их называть монистом, входившим в женский убор ми, с жезлом и сферой. Фон, тоже без предваритель-

100
Рис. 49. Медальоны барм из Киева (№ 256-258, 270), Старой Буды (№ 272—273),
Старой Рязани (№ 277) и Владимира (№ 279)

101
ной подготовки, покрыт чернью. Гравировка, как и изгиб руки, держащей жезл, и выдвинутая вперед
на медальоне с Богоматерью, исполнена резцом с левая нога. Складки одежд осмысленны и естествен-
зубчатым следом. Изображение в значительной ны. «Рябое» поле фона несет следы острия с пятью
части нарушено, но такие детали, как нос, одинако- точками — очевидно, здесь речь может идти о рабо-
во показанный на медальонах с Богоматерью и ар- те чеканом. Чернь сохранилась в линиях гравиров-
хангелом, тщательная разделка одежд, выдают руку ки слабо, местами выпала.
одного мастера с характерной для него несколько Не вызывает никакого сомнения, что мастер, делав-
живописной манерой использования черни. К недо- ший этот медальон, был прекрасным рисовальщи-
статкам его работы следует отнести слабое знаком- ком и гравером. Оригинальна выбранная им манера
ство с технологией чернения — неумение подготав- обработки фона. Эта вещь тоже несет на себе следы
ливать для черни поверхность. владимирской школы серебряников — пристрастие к
Два медальона с изображениями неизвестных свя- сочетанию двух фактур — золота и черни. Как мы
тых найдены в Старой Рязани в составе клада видели, эта черта отразилась и на изготовлении
1868 г. (рис. 50, № 274, 275). Оба они отличаются обручей.
одной манерой использования черни, которая запол- Два медальона с изображениями Христа и Бого-
няет не все линии гравировки, а только детали. матери, представляющие собой часть разрозненной
Основные контуры рисунка проведены резцом, композиции Деисуса (набор включал, очевидно,
а фон получился «рябым» от его передвижки. Одна- медальон с Иоанном Предтечей и еще один, парный
ко, несмотря на общность приемов, явно отработан- медальону с процветшим крестом), найдены в кладе
ных в одной мастерской, сами медальоны сохранили 1908 г. в с. Старая Буда Киевской губернии
следы разных творческих индивидуальностей. (рис. 49, № 272, 273). Клад этот погиб с коллек-
Действительно, один медальон сделан человеком, циями Харьковского музея во время Великой Оте-
хорошо владевшим рисунком (рис. 50, № 274). чественной войны, поэтому мы можем судить о ме-
Он удачно разместил поясное изображение святого дальонах только по фотографии. Это не мешает
на поле медальона, согласовав пропорции нимба и утверждать, что они относились к лучшим произве-
торса. Свободные, продуманные складки одежд при- дениям древнерусского черневого дела.
дают небольшой фигуре монументальность. С удач- Фигуры Христа и Богоматери исполнены одним
ной композицией сочетается точность в передаче мастером, превосходно владевшим рисунком и тех-
таких важных деталей, как черты правильного удли- никой гравировки. Они пропорциональны, мастерски
ненного лица, изящных рук и волнистых волос. показаны лица и руки. Тонко и правдоподобно даны
Изображение неизвестного святого на другом ме- складки одежд, волосы и борода Христа. Абрис фи-
дальоне (рис. 50, № 275) резко отличается неуме- гур очерчен двойной линией гравировки, а нимбы —
лостью исполнения. Маленькая фигура не очень тройной, причем чернью заполнена, средняя линия,
гармонично вписана в круглое поле медальона, видимо самая глубокая. Конструктивно медальоны
рисунок одежд, лица, рук выполнен крайне прими- повторяют описанные выше: накладные рубленые
тивно, лишней деталью представляется обрамление жгуты образуют бордюр с отсеками, восходящими к
фона неровной полосой с зигзагом. И все же техно- бордюру с жемчужной обнизью на украшениях
логические приемы повторены буквально: абрис другого рода (колтах); ушко для подвешивания в
фигуры дан гравировкой без черни, детали внутрен- данном случае цилиндрическое, а не в форме
ней разделки заполнены чернью, фон обработан бусины.
передвижкой резца. В результате и здесь получился Остальные медальоны с изображениями святых
эффект сочетания трех фактур: серебра гладкого, происходят из кладов Старой Рязани. В кладе
заштрихованного и черненого. Это можно объяснить 1950 г. найден медальон с Богоматерью Знамение
работой в одной мастерской мастеров разной квали- (рис. 49, № 277). Он обрамлен бордюром из наклад-
фикации, может быть, мастера и подмастерья. ных рубленых жгутов, а подвешивался на бочко-
Подобная манера частичного чернения по грави- видном ушке. Все внутреннее пространство медальо-
ровке наблюдается и на медальоне с Богоматерью на занято фигурой Богоматери Знамение. По бокам
Орантой из владимирского клада 1837 г. (рис. 49, ее окружают ветви, похожие по рисунку на ветви
№ 279). Он производит впечатление золотого с процветших крестов. Изображение Богоматери вы-
чернью по гравировке. Позолотой покрыт весь ме- полнено гравировкой, грубоватый рисунок которой
дальон с накладными жгутами. Мастер, делавший не лишен выразительности. Основные контуры фи-
его, был плохим рисовальщиком. Он изобразил Бого- гуры, круг с головой Христа обведены широкой
матерь громоздкой, с большим мужским лицом и линией, специально углубленной резцом так, что
занимающим все свободное пространство нимбом. образовался ровик с пологими краями и неровным
Одежды показаны без складок, сплошь покрыты дном. Он был заполнен чернью, почти всюду выпав-
полосами с треугольниками, обработанными штри- шей. Чернью были заполнены такие детали, как
ховкой. Все линии гравировки, брови, глаза, рот за- глаза. Остальное пространство было позолочено.
полнены чернью. Медальон с изображением св. Глеба был в составе
Остатки еще одного набора медальонов найдены набора медальонов с процветшими крестами, най-
во владимирском кладе 1865 г. В нем хранились денного в рязанском кладе 1970 г. (рис. 50, № 276).
обломки трех или четырех медальонов, на одном из На нем гравировкой дано поясное изображение
которых изображен архангел в рост, с жезлом и св. Глеба с крестом и в княжеской шапке. Чернью
сферой (рис. 50, № 278). Фигура его выполнена заполнены глаза и фон. Гравировка выполнена рез-
гравировкой по золоченому фону, предварительно цом с зубчатым следом, им же обработан фон для
покрытому точками. Рисунок профессионален, поза черни. Набор изготовлен мастером, отлично владев-
архангела, жесты убедительны. Хорошо переданы шим приемами чернения.

102
Рис. 50. Медальоны барм из Киева (№ 271), Старой Рязани (№ 274—276)
и Владимира (№ 278)

103
Рис. 51. Бармы из Исад — «суздальское оплечье» (№ 280—285)
104
Рис. 52. Медальоны барм из Исад (1—6)

105
Медальон со св. Глебом был и в составе знамени- совсем удалось. Последовательность исполнения
того «суздальского оплечья» (рис. 51; 52, № 280). была такова: по предварительной разметке на ме-
Глеб на нем представлен с крестом и в княжеской дальоне гравировался рисунок, а внутри него более
шапке. По сторонам его изображены древа, как на толстыми линиями гравировки наносилась внутрен-
больших колтах с эмалью со св. Борисом и Глебом няя разделка, и линии ее заполнялись чернью. Они
из рязанского клада 1822 г. Мастер, делавший ме- и должны были контрастировать с участками сереб-
дальон с Глебом, был хорошим рисовальщиком. Убе- ра и позолоченной поверхностью фона. На деле
дительно разделаны одежды, правильно лицо, весь чернь разлилась из недостаточно глубоких бороздок
абрис фигуры, как и рисунок древ, отличается изя- гравировки, и серебряная поверхность оказалась за-
ществом и свободой. литой тонким ее слоем. Цветовой эффект ограни-
Перечисленными экземплярами ограничиваются чился контрастом между золоченой поверхностью и
медальоны подтипа 1. Остальные украшения этого чернью.
типа отличаются другой разновидностью орнамен- Второй медальон с шестиконечным процветшим
таций процветшими крестами, занимающими все крестом проще по замыслу, но общий рисунок его
орнаментальное поле медальонов. Они составляют симметричен и красив (рис. 53, № 297). Внутреннее
подтип 2. пространство его и в этом случае детально раздела-
Тематические медальоны обычно трудно сравни- но гравировкой, углубления которой заполнены
вать с орнаментальными, но в этом случае задача чернью. Весь медальон позолочен. В той же манере
облегчается тем, что технология их декора совер- выполнен малый медальон, своеобразие которого
шенно идентична. На них тоже используется эффект составляют обрамление из рубленого жгута, поло-
сочетания трех фактур: серебра, черни и позолоты. женного по краю, и рифленое ушко, заменившее
Кроме того, применяются насечка фона и частичное традиционную бусину. Процветший шестиконечный
чернение по гравировке, когда чернью заполняется крест на нем буквально повторяет рисунок на пре-
только внутренний контур изображения, а внешний дыдущем медальоне. На нем тоже чернью заполне-
остается без черни. Это естественно: медальоны ны линии внутренней разделки, а вся поверхность
обоих подтипов встречаются, как правило, в одних покрыта позолотой.
наборах, и делались они в одних мастерских. А. С. Гущин полагал, что эти медальоны вместе
Эффект сочетания трех фактур — гладкого сереб- с описанным выше медальоном с Богоматерью
ра, пестрого фона и черни, применявшийся на ме- (рис. 49, № 279) «являлись частями какого-то еди-
дальонах подтипа 1, использован на медальоне из ного украшения, вышедшего из рук одного масте-
киевского клада 1903 г. (рис. 53, № 286). В его кон- ра» 4. Это можно утверждать относительно медальо-
струкции есть две детали, отличающие его от изде- нов с крестами, особенно двух последних, но ме-
лий, найденных в других местах: внешний наклад- дальон с Богоматерью сделан мастером, плохо вла-
ной жгут — не рубленый, а гладкий; ушко у него девшим рисунком, чего никак нельзя сказать об
рифленое, а не повторяет форму бочковидной буси- авторе медальонов с крестами. Поэтому в данном
ны, обычную для изделий этого типа. В остальном случае можно говорить об одной мастерской, но о
он дает пример композиции, которую мы встречаем разных по квалификации граверах. Здесь мы снова
неоднократно: шестиконечный процветший крест, сталкиваемся с единой технологией орнаментации и
заполненный чернью на пестром, специально обрабо- разными творческими индивидуальностями, что лег-
танном резцом фоне. ко объясняется работой разных мастеров в одной
Как реплику на подобные этому киевские ме- мастерской.
дальоны можно рассматривать небольшой медальон В 1970 г. в Старой Рязани были найдены пять
из Болоховского клада (рис. 54, № 310). У него медальонов, явно составлявших одно украшение.
тоже рифленое ушко для подвешивания, а един- Один из них, со св. Глебом, описан выше (рис. 50,
ственное своеобразие в конструкции составляют № 276), четыре других украшены изображениями
ряды тисненых «жемчужин» между кругами наклад- процветших крестов (рис. 53, № 292—294). Цент-
ных жгутов. В центре на «рябом» фоне дан крест, ральный медальон плохо сохранился, однако видно,
видимо тоже процветший, заполненный чернью. что всю его орнаментальную поверхность занимал
Стилистически близок этим экземплярам медальон крест на золоченом фоне. В его ветвях заметны сле-
из клада, найденного в с. Старая Буда, с изображе- ды внутренней гравировки. Три малых медальона
нием четырехконечного креста, исполненного грави- заняты близкой по рисунку композицией геометри-
ровкой с чернью (рис. 53, № 288). Внутри этого зованного процветшего креста на покрытом позоло-
креста на «рябом» фоне гравировкой повторен крест, той фоне.
заполненный чернью. Нижние ветви обоих крестов Три медальона из рязанского клада 1868 г. при-
переходят в завитки с усиками. митивнее по рисунку, лишенному симметрии, но бо-
На некоторых медальонах подтипа 2 использована лее сложному по исполнению (рис. 54, № 289—291).
манера частичного чернения, при которой не все Действительно, ветви процветших крестов на этих
линии гравировки заполняются чернью,— чернь как медальонах подчеркнуты линиями внутренней гра-
бы подчеркивает рисунок в тех местах, где он, по вировки, заполненными чернью, которая хорошо вы-
замыслу мастера, в этом нуждается. деляется на фоне гладкого серебра. Фоном же для
Таковы три медальона с процветшими крестами самих крестов служит «рябая» поверхность медальо-
из владимирского клада 1837 г. (рис. 53, № 298; на. Таким образом, в этом случае контрастируют
55, № 296). Особенно хорош большой медальон с тоже три фактуры: гладкое серебро, «рябое» от спе-
шестиконечным процветшим крестом, на котором циальной обработки резцом и черненое.
частичное чернение сочетается с эффектом трех Весьма не совершенные по исполнению рязанские
фактур — серебра, золота и черни, что, правда, не медальоны с процветшими крестами несут на себе

106
следы довольно разнообразного по приемам мастер- не заполненная чернью полоса. Своеобразие этого
ства чернения, которому они пытаются подражать. медальона составляют гладкие накладные жгуты,
Самое великолепное из украшений этой группы — обычно на всех медальонах рубленые. Все прочие
знаменитое «суздальское оплечье», найденное в медальоны Болгарского клада объединяются в еди-
1851 г. при раскопках курганов около д. Исады, не- ную стилистическую группу по таким признакам,
далеко от Суздаля (рис. 51, № 280-286; 52). Оно как отсутствие черни, чеканка фона, золочение и да-
состоит из шести медальонов и 12 тисненых сере- леко не блестящая гравировка. Рисунок процветших
бряных бусин, составлявших единый убор. Два крестов на них не отличается красотой и симметри-
больших медальона принадлежат к лучшим приме- ей, а кресты неумело размещены на орнаментальном
рам гравировки на черненом фоне. Один из них, поле: мастер явно не владел искусством композиции.
с процветшим крестом, подвешен на квадратном Перед нами работа третьего мастера бо'лгарских ме-
приемнике с чернью, вместо обычной бусины. Гра- дальонов.
вировка произведена резцом с зубчатым следом, Надо добавить, что изделия, очень похожие на его
рисунок симметричен и красив. Фон для черни раз- продукцию, дважды находили в очень отдаленных
делан сеткой, прочерченной тем же резцом. Рисунок друг от друга местах — в Чернигове (рис. 53,
древа, как и ободок медальона, позолочены. Второй № 287) и под Новгородом (№ 315—317). Медальон,
медальон необычен по композиции: центральная похожий на один из болгарских по общему рисунку
часть его занята шестиугольной розеткой с крестом, и нечастому на изделиях этого рода бордюру из
а шесть симметрично расположенных кринов удачно треугольников, обрамляющему орнаментальное поле,
завершают композицию в целом. Рисунок выполнен хранится в Русском музее (№ 309). На всех этих
гравировкой на черненом фоне и позолочен. Эти два медальонах применены золочение и гравировка,
больших медальона отличаются от остальных поме- но следов черни нет.
щенными в бордюре между жгутами тиснеными В отличие от других категорий украшений с
«жемчужинами». На малом медальоне процветший чернью, медальоны, или цаты, составлявшие вместе
крест на черненом фоне довольно сильно геометри- с серебряными бусами драгоценный убор, образуют
зован. Для черни в этом случае фон штриховался довольно компактную группу изделий. В их декоре
резцом. В состав «суздальского оплечья» входят еще применялись гравировка с последующим заполне-
два медальона с процветшими крестами с позолотой, нием ее углублений чернью; чернение фона; обра-
но без черни. Фон для рисунка на них разделан ботка его в технике передвижки резца («рябой»
резцом полосами. фон); золочение; частичное чернение по гравировке,
Мастерская, где было изготовлено «суздальское при котором не все ее линии заполняются чернью.
оплечье», безусловно, отличалась высоким классом. К этим приемам надо отнести манеру подчеркивания
Ее мастера владели разными способами чернения, рисунка мазками черни, встреченную на ряде изде-
гравировки, золочением, рисунком. Характерна для лий киевского происхождения. Важно отметить, что
этой мастерской заметная стандартизация, далеко не на примере медальонов не удается проследить эво-
всегда присущая произведениям прикладного искус- люции этих приемов: создается впечатление, что
ства. Это сказывается в буквальном повторении ком- «гривны цатовы» начали изготовлять, когда все пе-
позиции с процветшими крестами большого медальо- речисленные приемы были прочно освоены серебря-
на «суздальского оплечья» еще на двух медальо- никами Руси.
нах — из фондов Государственного исторического Есть в медальонах и еще одна черта, которая от-
музея (рис. 55, № 308) и из клада 1888 г. в Вели- личает их от других изделий с чернью,— это орна-
ких Болгарах (рис. 55, № 301). Совпадения в общем мент. Только на медальонах изображались религиоз-
рисунке и в деталях в данном случае так велики, ные сюжеты, все остальные предметы серебряного
что можно говорить об одном мастере. убора с чернью не только выглядят сугубо светски-
Произведения одного мастера могли попасть в ми, но и имеют заметный оттенок языческих веро-
один набор с изделиями других мастеров, часто усту- ваний. Именно на медальонах получил развитие
павших ему в художественном отношении. Такая процветший крест во множестве вариаций.
картина наблюдается на примере набора из девяти Этот сюжет хорошо известен на византийских се-
медальонов, найденных в Великих Болгарах (рис. 54, ребряных изделиях X—XI вв. Кресты с ветвями,
№ 303-307\ 55, № 299-302). Они были задуманы идущими от основания, изображены на Лимбургской
как один убор, о чем говорят продуманные разме- ставротеке, на задних крышках реликвария из Эр-
ры медальонов, что было замечено А. С. Гущиным 5. митажа, на сокровищницах церкви Сан Джованини
Но делали их несколько мастеров. Первый мастер, из Латерано в Риме и монастыря в Мариенштерне
как уже говорилось, был автором центрального ме- (Саксония) 6. Надо отметить, что указанные анало-
дальона «суздальского оплечья» и медальона из фон- гии дают как бы первые ступени эволюции этого
дов Государственного исторического музея. Это был мотива.
превосходный гравер, прекрасно владевший техни- Мы находим процветшие кресты более сложного
кой чернения больших плоскостей. Второй медальон рисунка среди граффити Софии киевской7, на Кор-
8
с чернью из Бо'лгарского клада оригинален настоль- сунских вратах новгородской Софии , на ее же
9 10
ко, что можно предположить изготовление его дру- граффити , на актовых печатях .
гим мастером. На нем изображен сильно геометри- Прямым подражанием медальонам барм можно
зованный крест, заполненный внутри чернью. В ме- считать монетовидные привески XII—XIII вв., ча-
стах ее выпадения видно, что мастер обработал сто украшенные процветшим крестом 11.
ложе для черни штриховкой частыми поперечными Идея процветшего креста была особенно популяр-
линиями, не доходящими до контуров креста. По- на в каменной пластике Армении. Там этот сюжет
этому по краям креста, внутри, осталась светлая, можно проследить на разных ступенях развития —

107
Рис. 53. Медальоны барм из Старой Рязани (№ 292—294),
Владимира (№ 297, 298), Чернигова (№ 287), Старой Буды (№ 288),
Киева (286)

108
Рис. 54. Медальоны барм из Старой Рязани (№ 289—291), Великих Болгар (№ 303—307),
Болоховского городища (№ 310)

109
Рис. 55. Медальоны барм из Великих Болгар (№ 299—302), Владимира (№ 296),
Государственного исторического музея (№ 308)

110
от простейших до сплошного «кружева», в котором бы неполной, если бы мы не упомянули о трех ше-
с трудом просматривается первоначальный мотив деврах, выпадающих из цепи рассмотренных выше
древа-креста х\ изделии как по назначению, так и по художествен-
Стилистическая обособленность медальонов с ному облику. Это — Большой сион ризницы новго-
чернью от прочих произведений, выполненных в родской Софии и знаменитые кратиры с подписями
этой технике, дополняется территориальной; в отли- мастеров Братилы и Косты и.
чие от прочих украшении с чернью, находимых ча- Эти произведения выполнены в технике обронной
ще всего в Иоднепровье, медальоны концентрируют- чеканки с дополнительной гравировкой и позолотой.
ся на северо-востоке Руси. Создается впечатление, Как мы видели, эта техника не применялась в чер-
что основной район их изготовления располагался невом деле. На Большом сионе Софийской ризницы
именно там. чернь применена в качестве дополнительного прие-
Очевидно, изготовление медальонов-цат началось ма декора. Мы видим ее на колонках нижнего яру-
в Киеве, продолжалось в Рязани, но окончательно са, разделяющих створки с чеканными фигурами
оформилось в самостоятельное и оригинальное про- 1Z апостолов. Она образует фон для оордюра из
изводство на северо-востоке Руси. Это подтвержда- пышных кринов, покрытых позолотой.
ется тем, что на киевских медальонах видны поиски Особенно надо отметить прекрасное качество чер-
конструкции (медальоны первого типа) и приемов ни, лежащей плотным слоем глубокого бархатного
декора (медальоны, сочетающие рельеф и гравиров- тона. Только превосходное владение сложной тех-
ку). Рязанские цаты, продолжая киевские традиции, никой покрытия чернью больших плоскостей могло
дают примеры собственных художественных реше- обеспечить такой результат. На кратирах чернь при-
ний. Медальоны, найденные на северо-востоке Руси, менена более скромно. Она заполняет углубления
поражают единообразием доведенного до стандарти- подписей, идущих по устью и поддону сосудов.
зации производства. Оно продолжает киевские тра- Стилистическая и технологическая близость этих
диции до того момента, когда сама техника черне- выдающихся произведений чеканным окладам икон
ния идет на убыль. Петра и Павла и Корсунской Богоматери из новго-
Любопытный отклик получили черненые медальо- родского Софийского собора ij позволяет относить
ны барм в металлообработке карел. Карельские их к единой школе металлообработки Новгорода.
круглые фибулы XII—XIII вв. с позолотой и Она могла возникнуть, по вероятному предположе-
чернью весьма напоминают медальоны по общей нию Г. Н. Бочарова, при Софийском соборе уже в
композиции и орнаментации. Процветший крест за- начале XII в.1ь Выходила ли дорогостоящая техни-
нимает в ней ведущее место. На одной подвеске ка черни из мастерских столь высокого социального
изображена Богоматерь, как на русских бармах. ранга в городское ремесло? Среди многочисленных
В литературе уже высказывалась мысль о влиянии изделий рядового городского ювелирного мастерства
древнерусского ювелирного дела на возникновение Новгорода есть одна находка, делающая такой воп-
и производство круглых фибул этого типа 13 . рос правомерным. Это бронзовая обоймица ножа,
найденная при раскопках. На ней чеканкой с при-
* * * менением черни изображены барсы. Свободная, сме-
лая композиция и умелый рисунок заставляют
Медальоны, или цаты, монист и гривен, бытовав- вспомнить прекрасных граверов киевских обручей.
шие на Руси,— последняя категория украшений с Несомненно, новгородские ювелиры были знакомы
чернью, составляющих предмет настоящего иссле- не только с техникой перегородчатой эмали, но и с
дования. Однако картина черневого дела Руси была чернью.

1 10
Калайдович К. Ф. Письма к А. Ф. Малиновскому об архео- Янин В. Л. Актовые печати древней Руси. X—XV вв. М.,
логических исследованиях в Рязанской губернии. М., 1823; 1970, т. 1, с. 150-158.
11
Монгайт А. Л. Старая Рязань.— МИ А, 1955, 49, с. 150. Седова М. В. Ювелирные изделия древнего Новгорода
2
Кондаков Н. П. Русские клады: Исследование древностей (X-XV вв.). М., 1981, с. 233, рис. 3, 3.
12
великокняжеского периода. СПб., 1896, с. 173. Дурново Л. А. Очерки изобразительного искусства сред-
3
Корзухина Г. Ф. Русские клады IX—XIII вв. М.; Л., 1954, невековой Армении. М., 1979, с. 123—129, рис. 71—80.
13
с. 55. Кичкуркипа С. И. Древняя корела. Л., 1982, с. 90—97,
4
Гущин А. С. Памятники художественного ремесла древ- рис. 16; Она же. Археологические памятники корелы. Л.,
ней Руси X—XIII вв. М.; Л., 1936, с. 70. 1981, табл. 21—25.
14
5
Там же, с. 81. Покровский Н. В. Древняя ризница новгородского Софий-
6
Банк А. В. Прикладное искусство Византии IX—XII вв. ского собора.— В кн.: Тр. XV АС в Новгороде в 1911 г.
М., 1978, рис. 9, 11—13; Она же. Опыт классификации ви- М., 1914, т. I, с. 4; Некрасов А. Н. Очерки декоративного
зантийских серебряных изделий X—XII вв. — ВВ, 1971, искусства древней Руси. М., 1924, с. 13; Арциховский A.B.
32. Прикладное искусство Новгорода. — В кн.: История рус-
7
Высоцкий С. А. Средневековые надписи Софии Киевской ского искусства. М., 1954, т. II, с. 301; Рыбаков Б. А. Ре-
месло древней Руси. М., 1948, с. 294—300; Он же. Приклад-
(по материалам граффити XI—XVII вв.). Киев, 1976, ное искусство древней Руси. Л., 1971, с. 50—60, рис. 81;
табл. CXLVI; CXLVII; СІЛ, 1. Янин В. Л. Из истории русской художественной и поли-
8
Беляев С. А. Корсунские двери новгородского Софийского тической жизни XII в. — СА, 1957, № 1, с. 121—123.
собора. — В кн.: Древняя Русь и славяне. М., 1978, с. 300— 15
Мнева Н. Е., Филатов В. В. Икона Петра и Павла новго-
310, рис. 1; 2. родского Софийского собора. — В кн.: Из истории русско-
9
Медынцева А. А. Древнерусские надписи новгородского го и западноевропейского искусства. М., 1960, с. 81—101.
Софийского собора. М., 1978, рис. 9; 13—15; 20; 21; 107; 16
Бочаров Г. Н. Прикладное искусство Новгорода Великого.
108; 135. М., 1969, с. 35, 36, 56.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ


И ШКОЛЫ ЧЕРНЕВОГО ДЕЛА РУСИ

одведем итоги исследования. Мы видели, что сительной датировке различных типов украшений с

П мастера, владевшие техникой черни на очень


высоком уровне, работали в оружейных ма-
стерских Руси в X в. и уж несомненно — в XI в.
чернью высказаны выше, в главах, посвященных их
анализу.
Проверим наши хронологические выкладки, ис-
Дошедшие до нас произведения оружейников этой пользуя один из вариантов корреляционного метода
эпохи говорят о высоком профессионализме. Его типологической классификации. Коррелировать бу-
можно было достигнуть только в мастерских высо- дем типы всех категорий черненых украшений с
кого ранга — княжеских. Конечно, с меньшей уве- комплексами, в которых они содержались (кладами,
ренностью мы можем говорить о самих мастерах. погребениями). Места случайных находок при этом
Овладели ли они техникой чернения на Руси или не учитываются.
где-то еще, до того как попали под покровительство В табл. 1 проведена корреляция витых и плетеных
первых русских князей,— сказать трудно. Для отве- браслетов и их местонахождений. Полученная кар-
та на этот вопрос надо прежде всего узнать, насколь- тина весьма выразительна. Оказалось, что браслеты
ко были знакомы с техникой черни соседние с Русью выделенных нами типов (и подтипов) вместе не
страны. встречаются. Такой вывод можно объяснить тем,
Традиции чернения на Западе имели римские кор- что выделенные нами по технологическому принци-
ни 1. Особенное развитие техника чернения в соче-
тании с характерным орнаментом — плетением — Таблица 1
получила у германских племен в эпоху переселения
Корреляция типов браслетов и их местонахождений
народов. Есть целые серии фибул из Финляндии,
Швеции, в частности с Готланда, на которых иногда Типы и подтипы **
применялась чернь 2 . Однако к X в. традиции чер- Место находки или Кла- первый второй
нения в металлообработке Западной Европы иссяк- хранения в коллекции ды*
1 2 3 1
ли, и выходцы из Скандинавии или других стран
Европы не могли дать толчок к развитию чернения Киев 68 22, 27, 43
в Восточной Европе. То же 70 18
Мы уже говорили о вещах с чернью сирийского « 74 16
производства, попавших в Восточную Европу уже « 88 26
в VIII в. Кресты с чернью из Сирии проникали на « 93 25
Русь и позже. Изделия с чернью в VIII в. и, может « 96 28—29
быть, в VII в. производились и в городах Хазарии. « 99 44
В X в., когда это государство уже клонилось к « 103 19-21,
упадку, чернение достигло больших успехов в ору-
41-42
жейном деле и начало переходить в ювелирное. « 105 35
Во времена, когда Саркел был взят Святославом и « 110 24, 17, 23,
стал называться славянским именем Белая Вежа,
38-40
мастера, делавшие поясные бляшки с чернью, там Княжа Гора 121 15
еще работали. И только с уходом беловежцев на То же 32
Русь, после 1116 г., ремесло это заглохло. В верх- Чернигов 30—31
нем слое Белой Вежи, среди находок половецкого
Низовка (Святое озеро) 152 7
становища XII в., разместившегося на развалинах
Городище (Болоховское) 34
крепости, черненые изделия не обнаружены.
Стариково 158 33
Не исключено, что именно беловежские мастера Мироновский фольварк 4
32
могли принести в какие-то города Руси приемы чер- Собачьи Горбы 55 5
нения. Преемственность в ремесле между хазарской
Пилява 34 6 9, 10
и киевской эпохами, прослеженная Б. А. Рыбаковым
Девичья Гора 127 11-12
для VII—IX вв., вероятна и для более позднего вре-
Канев 33 8
мени 3.
Неизвестно 1-2 13-14
Мы рассмотрели все категории украшений с Коллекция Уварова 45-46
3
чернью согласно принятой типологии. Комплексы, 36-37
То же
в которых большинство из них найдено, датируют-
* Нумерация кладов по Г. Ф. Корзухиной.
ся по монетам и вещам, хронология которых хорошо
** Нумерация вещей по Каталогу.
разработана. Предварительные соображения об отно-

112
пу единицы типологии отражают реальную эволю- (третий тип). Но случаев, когда перстни третьего
цию в производстве витых и плетеных серебряных типа не встречены вместе с перстнями первых двух
браслетов на Руси. Самыми ранними по стилистиче- типов, больше, что можно расценивать как показа-
ским соображениям и дате комплексов мы считаем тель хронологического разрыва в их распростране-
браслеты из массивных кованых дротов со скан- нии. Еще в большей мере это относится к перстням
ной перевязью, напаянными и накладными наконеч- с квадрифолийным щитком, встреченным вместе с
никами (первый тип, подтипы 1 и 2), а также пле- перстнями первых двух типов дважды и ни разу не
теные браслеты (второй тип). Более поздними — встреченным с перстнями третьего типа. Таким об-
стилистически происходящие от них широко рас- разом, перстни с круглым и прямоугольным щитка-
пространенные витые браслеты с так называемыми
миндалевидными наконечниками (первый тип, под- Таблица 3
тип 3). Единственное исключение — клад в Пиляве, Корреляция типов колтов и их местонахождений
в котором браслеты первого типа (подтип 2) соче-
таются с браслетами второго типа. Это подчеркивает Типы **

Клад *
их хронологическую близость, не меняя общего Место находки
вывода. первый второй третий четвертый
В табл. 2 представлены результаты корреляции,
проделанной таким же образом с перстнями. Карти- Киев 159-160
на в этом случае менее четка, но все же достаточно То же 164-165,
выразительна. Оказывается, что перстни с круглым 178-179
и прямоугольным щитками (первый и второй типы) « 166-167
в большинстве случаев встречаются в одних и тех « 168
же комплексах, что говорит об их хронологической « 171-172,
близости. В пяти случаях в одних комплексах с ни- 187—188
ми встречены и перстни с шестиугольным щитком « 176-177
« 180
« 181-182
Таблица 2 « 184—185
Корреляция типов перстней и их местонахождений Киев (?) 157-158,
169, 170,
Типы ** 173, 183
Место находки или Княжа Гора 119 186
хранения в коллек- Клад * Чернигов 147
ции первый второй третий четвер- 161
тый Переяславль 146 189
Коллекция Бот- Киев 103 116-117 174-175
91
кина То же 96 121-122 162-163
Старая Рязань 92 « 110 190
Любеч 93 « 94 206
Изварино 94 Слободка 204—205
Болшев Городище (Изя- 135—136, 192-203
95
Никоново славль?) 155—156
96, 99
Залесцы Старая Рязань 141
144 97
Девичья Гора 127 125-126
Шмарово 155 47, 48 100
Терехово 154 123, 124,
Киев 98 54 59-61, 66 98 137-138,
Княжа Гора 50 74 65 145—146
Хут. Терещенко 159 101-102 Любеч 129
Грищенцы 89 Старая Рязань 164 130-131
Городище (Изя- 90 Кресты 157 134
славль?) Городище (Бо- 139-140,
Великие Болгары 67 лоховское) 151-152
Мисковичи 68 Льгов 151 142-143
Низовка (Святое 152 64 77, 78 Залесье 144 144
озеро) Чернигов 147—148
150
Городище (Боло- 55 63 83, 84, 86,
Стариково 158 149-150
ховское) 87
Киев Старая Буда 112 153-154
88 Княжа Гора (?) 110-111, 127-128 191
То же 100 75 120
« 103 53 57 69-73, 80, Низовка (Свя- 152 112-113 132-133
82 тое озеро)
« 108 52, 56 104-105 81 Сахновка 108-109
« 82 49 Киев 85 106-107
« 68 51 62 Чернигов 118-119
« 88 58 Хут. Терещен- 159 114-115
Неизвестно 103 76, 79, 85 ко
* Нумерация кладов по Г. Ф. Корлухиной. * Нумерация кладов по Г. Ф. Корзухиной.
** Нумерация вещей по Каталогу. ** Нумерация вещей по Каталогу.

8 Т. И. Макарова
113
ми можно поставить в один конец эволюционного Таблица 4
ряда, а перстни с шестиугольным и квадрифолий- Корреляция типов обручей и их местонахождений
ным щитками — в другой. Для хронологической
оценки этого ряда вполне убедительными данными Виды и типы **
мы пока не располагаем. Их может дать только первый второй третий
корреляция всех категорий украшений с чернью. Место находки Клад *

второй
Более четкую картину дает корреляция четырех первый второй первый второй первый
типов колтов (табл. 3). Как правило, колты разных
типов в одних и тех же кладах не совмещаются.
Исключения незначительны: только в двух кладах Шанчай 238
найдены колты разных типов (клады № 96 и 152). Демидово 236
В остальных случаях разнотипные колты обнаруже- Старая Буда 112 242,
ны не в кладах, а в культурном слое, что не дает 243
Викторово (Га- 239
нам оснований для наблюдений за их относительной
лич)
хронологией. Распределение колтов выделенных Киев 82 231
нами типов по кладам подтверждает высказанные Пискова 156 232
выше соображения об эволюции в производстве Киев 101 233,
древнерусских черненых колтов и ее направлении. 234
В начало их эволюционного ряда надо поставить То же 235
колты с имитацией жемчужной обнизи (первый Войнешти 240,
тип), среди которых есть экземпляры с обнизью из 241
настоящего жемчуга, явно подражающие самым Любеч 229, 255
ранним экземплярам золотых древнерусских колтов 237
с перегородчатой эмалью. Колты с обнизью из тис- Приуралье 230
неных металлических шариков (второй тип) стили- Романово 227
стически связаны с предыдущим типом как подра- Киев 108 224
жание с образцом. Колты с многолучевой оправой То же 94 226
(четвертый тип), имеющие аналогии в конструкции Чернигов 149 228
золотых колтов с эмалью, дважды встреченные с Городище (Бо- 221 223
колтами первого типа, четко выявляют тенденцию лоховское)
к самостоятельному распределению: их находки в Киев 103 211 222,
225
15 случаях не сопровождаются находками колтов 245 244
Владимир 168 218
трех других типов. В девяти случаях при этом речь
Тоже 167 219
идет о закрытых комплексах — кладах. 210,
Наконец, особое место занимают колты с ажурной Старая Рязань 216,
каймой, которые с колтами других типов в кладах 217
не встречены. Аналогии в новгородских хорошо да- Тверь 170 207,
тированных слоях XIII в. позволяют поставить их 214
в конец нашего эволюционного ряда. Терехово 154 212,
Более сложную картину дает корреляция обручей 213
(табл. 4). Это неудивительно. Рассмотренные выше Киев 97 215
категории украшений с чернью в большинстве пред- Сартакова 220
ставляют собой серии массового производства. Неизвестно 208-
Обручи — чаще всего заказные произведения, не- 209
обычайно полно отражающие индивидуальность * Нумерация кладов по Г. Ф. Корзухиной.
мастера и, может быть поэтому, в меньшей степе- ** Нумерация вещей по Каталогу.
ни — общие тенденции изготовления этих ценных
украшений в целом. Но все же такие тенденции
были, что и позволило нам предложить их типоло- в одних комплексах с обручами других типов. Все
гию. По способу изготовления обручи разделены на- находки одноярусных тисненых обручей, напротив,
ми на три вида: исполненные ручной выколоткой, концентрируются в провинциальных центрах. Литые
тиснением и литьем. По композиционному решению обручи связаны с дорогостоящим экспериментом,
обручи каждого вида распадаются на два типа: проведенным в одном месте,— во Владимире.
двухъярусные и одноярусные. Корреляция обручей Как мы видим, общая линия развития производ-
по этим единицам типологии и местам находок по- ства обручей на Руси, намеченная выше на основа-
казывает, что двухъярусные обручи ручной работы нии соображений стилистического характера, впол-
только в двух кладах встречены с одноярусными. не подтверждается. Они изменялись от сложного к
Это позволяет расценивать упрощение композиции простому, что характерно и для витых браслетов,
обручей как момент хронологический. Концентрация и для колтов.
двухъярусных обручей в Киеве и столицах таких Конструктивное единообразие последней катего-
княжеств, как Рязанское и Владимирское, в то вре- рии украшений с чернью — медальонов барм — и их
мя как одноярусные встречаются и в провинциаль- типологическая нерасчлененность не дают возмож-
ных центрах, подтверждает этот вывод. ности провести корреляцию.
Та же тенденция наблюдается и в распределении Проанализируем теперь взаимовстречаемость всех
тисненых обручей. Самые сложные из них, двухъ- категорий украшений с чернью в кладах. Чтобы
ярусные, связаны с Киевом и ни разу не встречены правильно оценить результаты этого анализа, надо
114
учитывать специфику источника, с которым мы име- вещи, найденные в самом Киеве, а также в других
ем дело. Чаще всего это клад. Но клад может быть местах, но стилистически идентичные киевским.
результатом медленного накопления сокровищ, при- Ассортимент киевских черненых украшений ис-
падлежавших разным поколениям одной семьи, ключительно богат и включает большинство выде-
т. е. в него могли попасть разновременные украше- ленных нами единиц типологии. Именно киевские
ния. Ответа на вопрос, какие из этих украшений из- мастера задавали тон в черневом деле, создавая кон-
готовлялись раньше, какие — позже, такой клад не структивно новые украшения и повторяя в новой
дает. Но клад может состоять и из украшений, при- технике уже известные образцы.
надлежавших одному лицу. Спешно собранный в ми- Существенно, что именно в Киеве найдена треть
нуту опасности, он отражает короткий отрезок вре- дошедших до нас украшений с чернью. Из 45 мест,
мени. Сопоставление украшений с чернью, происхо- где обнаружены древнерусские украшения с чернью,
дящих из таких кладов, зарытых в разные периоды 25 связано с Киевом, а из 317 украшений 107 най-
исполненной тревог жизни Руси, может отразить дено в киевских кладах (рис. 56). Правда, древней-
действительную эволюцию в черневом деле. шие украшения с чернью — витые из кованых дро-
Развитие черневого убора в целом распадается на тов и плетеные браслеты — в самом Киеве не най-
три периода. Первый характеризуется наличием дены. Но находки их на Княжей Горе, в Сахновке
только одной категории украшений с чернью — ви- и близ Канева не исключают их киевского проис-
тых и плетеных браслетов с наконечниками, укра- хождения. Важнее другое. Примитивное использова-
шенными чернью по гравировке. Во втором периоде ние черни на этих украшениях говорит о внедрении
встречаются украшения с чернью всех типов, при- нового приема в старые мастерские серебряных дел.
чем в появлении их прослеживается известная по- Браслетчики, узнав рецептуру черни, применяли ее
следовательность: сначала вместе с самыми много- на очень примитивном уровне. Как мы знаем, их
численными витыми браслетами с миндалевидными наследники, мастера XII в., сильно изменят облик
наконечниками (третий тип) появляются перстни с самих браслетов, но в искусстве чернения недалеко
составным, круглым и шестиугольным щитками уйдут от них.
(первый — третий типы), потом появляются клады, Более четко вырисовывается Киев как центр чер-
где содержатся вместе с ними и без них колты. При невого дела на примере связанных с ним находок
этом клады с колтами разных типов образуют зам- перстней и колтов. Здесь путь черни в уже сложив-
кнутые группы. С ними интересно коррелируются шееся ремесло прослеживается конкретнее. Дошед-
обручи разных типов. С обручами ручной выколотки шие до нас колты и перстни с чернью указывают на
встречаются колты с каймой из полых шариков мастерские, где работали по золоту. Особенно инте-
(второй тип), а с тиснеными обручами — только ресны колты с чернью. Они и по устройству, и по
колты с многолучевой каймой (четвертый тип). композиции декора повторяют золотые колты с пе-
Несколько смазывают эту картину перстни, разбро- регородчатой эмалью 4 . Некоторые колты с чернью
санные по кладам довольно беспорядочно, что, оче- позволяют говорить об участии греческих мастеров
видно, объясняется отмечавшейся особенностью в становлении техники черни на Руси. Стилистиче-
этих украшений, которые, в отличие от колтов или ская близость золотых колтов с чернью древнейшим
обручей и барм, носили практически всегда. Но все колтам, с перегородчатой эмалью указывает на то,
же и здесь можно сделать некоторые наблюдения что овладение этими двумя ведущими приемами
над распределением. Перстни с квадрифолийным ювелирного дела шло одновременно.
щитком (четвертый тип) встречены с колтами с Но если первые колты с эмалью были уже шедев-
многолучевой оправой (четвертый тип) или вообще рами, то золотые колты с чернью свидетельствуют
в комплексах, где нет никаких украшений с чернью. о самых первых шагах в освоении собственно чер-
Это подтверждает вывод об их поздней по сравне- ни. Чернь на них заполняет линии небрежной гра-
нию с перстнями других типов дате. Наконец, по- вировки, немногим отличаясь по сложности от чер-
следний, третий, период в развитии черневого убо- ни на первых браслетах. Однако первые серебряные
ра характеризуется почти полным исчезновением колты с чернью показывают, что мастера пытаются
всех его разновидностей, кроме двух: медальонов освободиться от влияния эмальеров. Они изобрета-
барм и упрощенного типа обручей — одноярусных, ют новые оригинальные типы колтов со своеобраз-
выполненных тиснением. Комплексы, в которых най- ной орнаментацией. Это стремление ощущается и на
дены такие обручи, позволяют датировать их уже примере медальонов барм, найденных в Киеве.
послемонгольским временем. По устройству один набор барм со вставными щит-
Итак, черневое дело Руси получает свои хроно- ками просто повторяет золотые бармы с перегород-
логические рамки. Теперь нам предстоит выявить чатой эмалью (рис. 49, № 256—258). На другом
его локальные варианты. идут поиски самостоятельного варианта этих укра-
Черневое дело возникло и развилось в оригиналь- шений: четыре медальона барм имеют необычную
ную область прикладного искусства на территории форму квадрифолия (№ 264—269). Больше на укра-
древнейшего региона русской государственности — шениях этой категории она не повторится. Наконец
на Киевщине и Черниговщине. Это не случайно: форма медальонов барм с чернью найдена: они пред-
овладение таким сложным ремеслом само по себе стают перед нами в сложившемся виде на примере
предполагает длительную традицию металлообработ- двух медальонов из Киева (рис. 49, № 270; 50,
ки, а эта традиция возникла именно в Среднем По- № 271). Подобные круглые медальоны с характер-
днепровье. ной бочковидной бусиной и псевдосканными жгута-
В первую очередь речь должна идти о Киеве. ми, обрамляющими орнаментальное поле, будут от-
В число ювелирных изделий с чернью, которые мож- личаться друг от друга только характером изобра-
но связать с киевскими мастерскими, мы включаем жений.

115 8*
1—8 — Киев, Киевская обл.;
9 — Чернигов;
10 — Любеч;
11 — Льгов;
12 — д. Низовка (Святое
озеро);
13 — Слободка;
14 — Терехово;
15 — Шмарово;
16 - Пискова;
17 — хут. Терещенко;
18 — Стариково;
19 — Кресты;
20 — Старая Рязань;
21 — Владимир;
22 — Исады;
23—25 — Никоново, Изварино,
Болшево;
26 — Тверь;
27 — Войтовцы;
28 — Переяслав;
29 — Романово;
30 — Масковичи;
31 — Исковичи;
32 — Шанчай;
33 — Городище;
34 — Болоховское городище;
35 — Викторово;
36 — Демидово;
37 — Залесье (Залесцы);
38 — Болгары

Рис. 56. М е с т о н а х о ж д е н и я у к р а ш е н и й с ч е р н ь ю
а — места находок украшений с чернью: б — великокняжеские мастерские черне-
вого дела; в — мастерские черневого дела удельных княжеств

Еще раз подчеркнем несомненную связь первого струкция и художественный облик этих украшений
этапа черневого дела с княжескими мастерскими: сложились в XII в. Именно киевские находки дают
знаки на киевских перстнях связаны с древнейшими примеры освоения технологии и изготовления в
русскими буллами, они указывают на Киев и Чер- сложнейшем варианте — ручной выколотке — и упро-
нигов — регион древнейшей русской государствен- щенном — тиснении.
ности. Для нас важно, что они говорят о высоком Мы видим, что сами киевские изделия с чернью
социальном ранге мастерских, в которых начиналось указывают на место, где их начали изготовлять,—
черневое дело. Перстни со знаками собственности это великокняжеские золотых дел мастерские. Они
были всегда персональным заказом. же со всей выразительностью говорят о постепенном
У нас есть основания заключить, что опыты по отпочковании от них мастеров черневого дела,
освоению черни проводились русскими серебряника- о прочном переходе их к работе с серебром.
ми в княжеских мастерских Киева, в непосредствен- Самую интересную характеристику черневого дела
ной близости от золотых дел мастерских и в тесном Киева дают произведения, в которых можно видеть
контакте с ними. Можно даже говорить об извест- индивидуальный заказ. К ним в первую очередь
ной зависимости на первых порах черневого дела от нужно отнести все перстни со знаками собственно-
эмальерного. Мастера черневого дела заимствовали сти. Это перстни с княжескими знаками, которые
у эмальеров устройство украшений, повторяя иног- изображались только на перстнях с круглым, квад-
да и не слишком удачные технические решения. ратным и шестиугольным щитками. На перстнях
Они перенесли на серебряные украшения отдельные самых поздних, с квадрифолийным щитком, они
сюжеты, усвоили и основы разработанного эмалье- пока неизвестны. Зато эти последние дают примеры
рами растительного орнамента. устойчиво сохраняющихся композиций, очень близ-
Но позже, во второй половине XII в., черневое ких к образам феодальной геральдической эмблема-
дело приобрело самостоятельность, о чем свидетель- тики. Среди них особенно интересны перстни из кла-
ствует создание украшений, неизвестных эмальерам. да 1903 г. (рис. 16, № 69-71). Они принадлежали,
Речь идет о широких браслетах-обручах. У нас есть судя по диаметрам дужки, разным представителям
основания говорить, что начало поисков местного ва- одной семьи. На них различными мастерами в со-
рианта этих достаточно распространенных не только вершенно индивидуальной манере исполнен один и
в Византии, но и в кочевой среде украшений нача- тот же сюжет — два сопоставленных основаниями
лось в пору расцвета сканно-зерневого убора. Это — крина. На самом примитивном из перстней сюжет
XI век, эпоха Ярославичей. Но окончательно кон- вряд ли мог нести эстетическую нагрузку — так

116
упрощенно он разработан (рис. 16, № 71). Настой- щийся в мастерстве рисовальщика. Во всем чувст-
чивая разработка одного и того же сюжета на пер- вуется рука опытного гравера. Четкая зубчатая
стнях представителей одной семьи позволяет расце- линия его резца одинаково уверенно передает фигу-
нивать его как знак собственности. Не мешает это- ры людей и фантастических зверей, растительные
му находка двух перстней с прекрасной разработкой мотивы. Его характеризует и прекрасное владение
того же сюжета в Чернигове (рис. 16, № 77—78), искусством композиции. Сложные по замыслу сце-
княжеско-боярская среда которого была связана ны — танцующий мужчина, женщина с кубком и
родственными узами с киевской. фантастическим зверьком, женщина, сидящая с куб-
Эти перстни демонстрируют вершину достижений ком, замкнутые в крошечном пространстве округлой
киевских серебряников в мастерстве чернения. комары, полны движения. Только большой мастер
Чернь по гравировке на них совмещается с черне- композиции мог так совершенно уравновесить фон
нием фона, а совершенство композиции на лучших и изображение в каждом из орнаментальных полей
экземплярах не уступает растительным композици- обруча. Он смело вводит свободные растительные
ям, украшающим шедевры черневого дела — широ- элементы там, где пространство черненого фона ему
кие браслеты-обручи. кажется излишним. Основную черту своих компози-
Изделия, изготовленные по заказу, несут на себе ций — свободу и динамику сцен — он подчеркивает
яркие черты индивидуальности сделавших их масте- мотивами плетения и раппортом «бегунка» в ниж-
ров. Связанные с Киевом произведения позволяют нем ярусе. Высокая культура рисунка поражает в
выявить трех незаурядных мастеров-серебряников, этом мастере. Она заставляет вспомнить лицевые
настоящих художников черневого дела. Присущие рукописи древней Руси с развитой тематикой «зве-
только им черты и характерные приемы дают воз- риного», или тератологического, стиля.
можность угадать их почерк на вещах, найденных Техническое совершенство обруча из тверского
вне Киева. Повторение этих приемов на изделиях клада 1906 г. не уступает художественному. Его
менее высоких художественных достоинств позволя- отличают прекрасное мастерство пайки, благодаря
ет разглядеть произведения учеников и мастеров, чему обруч сохранился до наших дней, и не менее
принадлежавших к той же школе. Первым киевским высокое качество чернения.
мастером высокого класса был автор браслета с ру- Б. А. Рыбаков отметил, что второй обруч тверско-
сальными сценами из тверского клада 1906 г. го клада 1906 г. (рис. 25; 27; 28, № 214) выгля-
(рис. 25-27, №207). дит подражанием первому. Его мог сделать под-
Выше мы объединили в первый стилистический мастерье, ученик. Хорошее знание технологии изго-
вариант пять двухъярусных браслетов: два, найден- товления, владение рецептурой черни и смелость в
ных в тверском кладе 1906 г.; один — в Киеве, выборе сюжетов, не подкрепленная должным мастер-
в кладе на усадьбе Раковского; два — из Государ- ством, вполне соответствуют такому выводу.
ственного исторического музея (№ 207—209, 214, Три других обруча этого стилистического вариан-
215; рис. 25—29). Это позволяют сделать такие, та выполнены на более высоком профессиональном
только этим обручам присущие конструктивные осо- уровне. Они могли быть сделаны и мастером обру-
бенности, как деление на два неравных по ширине ча с русальными сюжетами из тверского клада
яруса: вверху — с изобразительным сюжетом, вни- 1906 г.
зу — растительным; гладкая слегка утопленная по- Не менее яркую творческую индивидуальность ри-
золоченная полоса, разделяющая их; рубленый суют нам четыре обруча из другой киевской мастер-
жгут, положенный близко к краю браслета. Вместе ской. Два найдены в киевском кладе 1903 г. (рис.
эти особенности больше ни разу не встречены. 33; 34, № 211; 38, № 225), д в а - в Тереховском
Не менее важна и перекличка сюжетов, харак- кладе (рис. 31; 35, № 212, 213). При совершенном
терная для этих обручей. Дважды буквально вос- владении гравировкой этот мастер плохо знал тех-
произведено одно и то же древо с плодами (рис. 25, нологию чернения: на всех обручах его работы
№ 207, 215), повторен один и тот же растительный чернь сильно выкрошилась, обнажив одинаково об-
мотив (рис. 25, № 207, 214). Вместе с тем все об- работанный резцом лоток.
ручи отличаются разной степенью мастерства. По- Все обручи этого мастера обладают яркими инди-
этому общие черты их обличают не одну руку, а од- видуальными чертами. Русальных сюжетов он не
ну традицию, т. е. одну мастерскую. любил. Его обручи украшены птицами и фантасти-
Мы уже могли убедиться при анализе перстней ческими существами, богатыми растительными моти-
и колтов, что серия изделий разного качества идет вами и совершенной плетенкой. Мастер обручей из
от шедевра первоклассного мастера. Если такого ше- Тереховского клада в своих композициях отдавал
девра нет, его можно предполагать, потому что та- предпочтение не округлым комарам, а прямоуголь-
кая серия — обычный путь ремесла от мастера- ным отсекам. Он умело размещал в них «звериные»
творца к ремесленнику, способному только на по- сюжеты, обвивая зверей и птиц разнообразным пле-
вторение создания своего учителя в более прими- тением. Умелая и уверенная гравировка отличается
тивном варианте. чертами особого почерка: двойным, а в мотивах пле-
Взаимоотношение шедевра и подражания отражает тения — тройным контуром, широким употреблением
взаимоотношения мастера и подмастерья — «унота» точки, свободного волнистого штриха. Узлы плете-
средневековой мастерской. ния, манеру заплетать в них тела зверей и птиц мы
Обручи первого стилистического варианта с этой в изобилии находим тоже в орнаменте лицевых
точки зрения очепь выразительны. Мастером здесь рукописей. Особенно интересно буквальное повторе-
был автор браслета с русальными сценами из твер- ние в рукописях двух мотивов мастера тереховских
ского клада 1906 г. (рис. 25-27, № 207). Его от- обручей — так называемого тройничка и изящной
личает очень высокий профессионализм, сказываю- ветки. Они есть уже в рукописях XII в. Вспомним,

117
что впервые мы встретились с веткой на наконеч- Зато он блестяще владел чернью по гравировке и
никах витых браслетов. очень тонко разделал тела птиц. Получилось эффект-
Интересно, что в Тереховском кладе вместе с об- ное сочетание черни по гравировке на «рябом» свет-
ручами были колты, выпадающие из всей массы ис- лом фоне. Так киевские мастера — создатели двухъ-
следованных нами серебряных колтов с чернью ярусных обручей — раньше не работали, но мы
(рис. 19, № 123—124). Зато они легко вписываются убедимся, что это чисто живописное стремление к
в один стилистический вариант с тереховскими обру- цветовым контрастам найдет много подражателей.
чами. На них изображены любимые мастером птич- Отметим еще две характерные особенности третье-
ки с хохолком, тела их даны двойным контуром го киевского мастера: он положил псевдосканные
уверенной гравировки и покрыты точками, а на валики по самым краям браслета и снабдил его риф-
обороте помещен совершенно книжного облика узел леными шарнирами — первое свидетельство приме-
плетения. Перед нами — убор из обручей и колтов, нения тиснения. Обе эти детали позволят нам вы-
выполненный одним мастером. делить среди других обручей круг произведений,
Мы сможем оценить его искусство по тому резо- возникших под влиянием незаурядной индивидуаль-
нансу, который оно имело у его современников, се- ности третьего киевского мастера.
ребряников других мастерских. Но об этом позже. Это влияние отчетливо ощущается на двух одно-
Перейдем к третьему мастеру по черни, работавше- ярусных обручах из киевских кладов (рис. 36; 37,
му в Киеве. От него нам остался один убор, состоя- № 222; 38, № 224). Они повторяют общую компо-
щий из одноярусного обруча и колтов (рис. 38; 39, зицию обруча из клада 1893 г. и даже его недоста-
№ 226; 21, № 206), найденных в составе киевского ток — плохое знание технологии черни. Мастера,
клада 1893 г. сделавшие эти обручи (а может быть и один мас-
Мы установили, что одноярусные обручи и колты тер — любитель фантастических персонажей), не
с ажурной каймой относятся к наиболее поздним могли, однако, достигнуть совершенства в рисунке.
украшениям с чернью. Вероятно, это конец XII или Соотношение этих трех одноярусных киевских обру-
начало XIII в. Но черты преемственности с укра- чей — соотношение шедевра и реплик, созданных,
шениями, вышедшими из рук мастеров тверского и вероятно, в одной мастерской. Получается картина,
тереховского обручей и их учеников, еще ощутимы. аналогичная той, которая рисуется на примере мас-
Это сказывается в конструкции обруча, упрощенной, тера обручей тверского клада 1906 г.: произведения
но идущей от обручей с комарами, а также в сво- ведущего мастера и подмастерья-ученика.
боде, с которой третий киевский мастер пользуется Итак, три киевских мастера интересны не только
всеми приемами достигшего расцвета черневого дела: неповторимостью почерка. Мы видим, как вокруг
чернением по гравировке, чернением фона, сочета- них группируются мастера, в меру своих способно-
нием их с «рябой» поверхностью серебра, обработан- стей следующие за ними, а это уже школа. Деятель-
ного передвижкой резца и просто тонкой гравиров- ность мастеров обручей из тверского 1906 г., Тере-
кой. ховского и киевского 1893 г. кладов — ее вершина.
Индивидуальность мастера, создавшего обруч из В конце XII —начале XIII в. сложную ручную
клада 1893 г., проявляется в рисунке, который, в от- выколотку в изготовлении обручей сменяет тисне-
личие от графической манеры первых двух киевских ние. И снова именно Киев дает нам лучшие приме-
мастеров, живописен. В обманчивой легкости угады- ры тисненых обручей (рис. 42, № 231, 232, 235; 43,
вается большой и смелый художник. Он заполняет № 233, 234). Пять киевских тисненых обручей сти-
пространство комары одним сюжетом, без введения листически еще целиком идут от обручей ручной
дополнительных элементов, будь то отдельная ветка работы. Это сказывается в композиции обруча —
или росток. Фигуры птиц и грифонов сливаются с с двумя ярусами и киотцами; в размещении в ниж-
изящными растительными побегами так органично, нем, более узком, ярусе геометрических и раститель-
что их лапы, превратившиеся в какие-то неопреде- ных сюжетов, иногда буквально повторяющих сюже-
ленные завитки, не режут глаз. Так же восприни- ты обручей, выходивших из рук первых киевских
мается удлиненность пропорций их гибких тел. мастеров.
Эстет, создававший эти композиции, меньше всего Сопровождалось ли упрощение технологии в изго-
думал о реальности. Он не думал и о разнообразии товлении обручей выходом черневого дела из рамок
сюжетов. На обеих створках браслета он поместил княжеского ремесла в городское? Вполне возможно.
одинаковые, повторяющиеся в строгом порядке фи- С большей убедительностью об этом могут сказать
гуры птиц и грифонов. Повествовательность, столь серии одинаковых украшений, явно делавшихся не
характерная для двухъярусных киевских обручей, на заказ, а на спрос. Такие серии среди киевских
здесь заменена ритмическим повторением доведен- украшений с чернью есть среди перстней. Так, к од-
ных до совершенства композиций. ной серии принадлежат два перстня с геометриче-
Подчеркнем еще ряд характерных для мастера скими розетками (рис. 15, № 50, 51). Об этом го-
обруча из киевского клада 1893 г. черт. У него нет ворят одинаковые формы дужек и щитков и сход-
ни малейшей тяги к зеркальной симметрии при ком- ное, хотя и не идентичное, решение сюжета.
поновке сюжета в пространстве комары. Это качест- К одной серии принадлежат и два других перстня,
во особенно заметно в рисунке на колте: традицион- хотя между ними меньше сходства (рис. 15, № 52,
ную розетку с перевернутым крином он постарался 53). На них даны разные варианты одной и той же
сделать не строго симметричной (рис. 21, № 206). композиции, только в одном случае она решена гра-
Прекрасно владея рисунком, он плохо знал техноло- фически, а в другом — живописно. К одной серии
гию чернения больших плоскостей: поверхность для принадлежат и два перстня с совершенно одинако-
черни на обруче он только слегка взрыхлил, и чернь вой композицией, исполненной тонкой гравировкой
в киотцах с грифонами почти всюду выкрошилась. (рис. 16, №75,76).

118
Еще более выразительные остатки серий оставили Выше мы пришли к выводу, что древнейшие кол-
многолучевые колты со вставными щитками. Среди ты с имитацией жемчужной обнизи были «изобре-
них четко улавливаются две серии. тены» в золотых дел эмальерных мастерских Киева.
Первая, более ранняя, серия целиком повторяет По аналогии с колтами с эмалью, которым колты с
конструкцию золотых колтов с лучевой оправой и имитацией жемчужной обнизи подражают, они мо-
эмалевыми вставками, которые начали изготовлять- гут быть отнесены к концу XI — началу XII в.
ся со второй половины XII в. (рис. 22, № 168— Для нас особенно важно, что эти колты и колты с
170). На них повторена излюбленная композиция обнизью из крупных шариков, генетически с ними
эмалевых колтов: две птицы по сторонам древа. По- связанные, оказываются более типичными для кла-
вторены и характерные их недостатки — грубые квад- дов Чернигова и Черниговской земли, чем для
ратные заклепки под дужками. Еще больше объеди- Киева. В хороших киевских традициях выполнен
няет их в одну серию общий для всех дошедших до единственный найденный в Чернигове обруч (рис.
нас экземпляров дефект — зеленоватый оттенок пло- 36, № 228). Нигде не имеет полных аналогий чер-
хой черни, говорящий о плохой ее рецептуре. ниговский витой браслет с массивными наконечни-
Вторая серия многолучевых колтов дает частный ками с чернью (рис. 13, № 7). В Чернигове же най-
вариант общего для черневого дела пути освоения дены браслеты с львиными масками (рис. 48, № 252—
чернения — от чернения по гравировке к чернению 253). Самое древнее произведение с чернью — турий
фона (рис. 24, № 174—177). Конструктивное един- рог из Черной могилы — найдено в Чернигове. Все
ство обеих серий позволяет предположить, что они это вместе с соображениями о своеобразии немного-
вышли из одной мастерской. Близость к продукции численных черниговских украшений с эмалью6 поз-
княжеских золотых дел мастерских и сосредоточе- воляет нам наметить Чернигов в качестве одного
ние находок этих колтов в Киеве не оставляют сом- из центров черневого дела Руси.
нения в их киевском происхождении. Косвенным доказательством существования чер-
Эта серия киевских колтов особенно интересна невого дела именно в Чернигове могут служить
еще с одной точки зрения. Почти все колты отли- интереснейшие украшения с чернью из двух кладов
чаются поспешным и не слишком тщательным изго- Черниговской земли — из Любеча и Болоховского
товлением: плохим знакомством с рецептурой черни городища (с. Городище Хмельницкой обл.). Укра-
и примитивным монтажом колта, производившимся шения с чернью из этих кладов интересны тем, что
при помощи каких-то смол, схематичным рисунком со всей очевидностью демонстрируют нам местное,
гравировки. очевидно не долго существовавшее, производство.
Нет никаких сомнений, что эти серии украшений Скромные, провинциального облика обручи Лю-
делались не по индивидуальному заказу, а на спрос. бечского клада сделаны с полным знанием техно-
Отметим, что самые выразительные следы серийного логии в двух вариантах — сложном и упрощенном.
изготовления черневых украшений связаны с наи- При этом сама чернь удачно применена только на
более поздними колтами с многолучевой оправой. двух из них, на третьем, тисненом, ее вовсе нет.
Они могут рассматриваться как свидетельство выхо- Колты, положенные в клад вместе с обручами, сде-
да черневого дела в городское ремесло Киева. ланы в черниговских традициях — с каймой из
Итак, киевские украшения с чернью дают возмож- крупных шариков, но недостаточно умело. То же
ность проследить становление черневого дела в можно сказать и о литых серебряных браслетах,
великокняжеских мастерских конца XI — начала подражающих черненым, но без черни. Это местный
XII в., его расцвет, связанный с деятельностью мас- отклик на столичное ремесло.
теров-художников и со сложнейшей технологией, и В Болоховском кладе, гораздо более богатом,
постепенный путь вниз, к более простой технологии больше вещей. Все они отмечены печатью местного
и к менее художественным изделиям. Это относится своеобразия. Особенно это касается обручей, испол-
уже к началу XIII в. ненных с большим мастерством. В них можно про-
Последняя характерная особенность киевской шко- следить местный отклик на продукцию киевских и
лы — руководящая роль, которую она играла в ста- даже владимирских серебряников. Заметны в неко-
новлении черневого дела других городов. Б. А. Ры- тором упрощении киевские черты на перстнях с
баков в книге «Ремесло древней Руси» выделил три княжескими знаками и другими вариантами знаков
группы черневых обручей — киевскую, владимир- собственности — с изображением птиц и зверей.
скую и галицкую5. Возросшее количество находок Во всех этих вещах ощущаются и индивидуальный
позволяет расширить этот круг. Перед нами теперь заказ (перстни со знаками собственности!), и мест-
вырисовывается не менее восьми центров черневого ное ремесло. Это украшения, сделанные на заказ
дела. Правда, не все они одинаково обеспечены для владельца вотчины местным серебряником.
убедительными доказательствами: такой центр, как Вотчинные мастерские, владевшие искусством
Чернигов, только угадывается, что связано с недо-
чернения на весьма высоком уровне, самим харак-
статочной археологической исследованностью этого
тером изготовлявшихся в них вещей указывают на
города. Ведь и в Рязани до раскопок последних
длительную традицию в металлообработке и черне-
двух десятилетий не были известны ощутимые сле-
ды мастерских черневого дела. Поэтому мы считаем вом деле. Такая традиция сложилась в Чернигове.
возможным изложить все наблюдения, которыми Оставим этот вывод на уровне рабочей гипо-
располагаем в настоящее время относительно Чер- тезы.
нигова, в надежде, что будущие раскопки уточнят Совсем по-другому рисуется история черневого
намеченную пунктиром историю ювелирного дела дела в Рязани. Оно начало развиваться там позже:
одного из древнейших центров русской государст- все найденные на городище Старая Рязань украше-
венности. ния с чернью относятся не к первым шагам черне-
вого дела, а к эпохе его расцвета в Киеве, т. е.к

119
середине XII в. Об этом красноречиво свидетельст- ству исполнения они могут быть поставлены в один
вует ассортимент рязанских серебряных украшений ряд с рязанскими обручами.
с чернью: это колты с обнизью из полых шариков Более выразительно говорят о существовании та-
(рис. 18, № 141), обручи ручной выколотки (рис. кой мастерской в Рязани колты, сделанные совер-
31, № 210; 33, № 216), перстни с квадрифолийным шенно в черниговской традиции. Причем найдены
щитком (рис. 15, № 92), бармы (рис. 53, № 292— колты как сделанные прекрасным мастером, так и
294; 54, №289-291). вышедшие из рук подмастерья, плохо владевшего
Очень важно, что каждая из этих категорий укра- рисунком (рис. 18, № 141; 19, № 130-131). Это уже
шений в Рязани не дает ощутимых следов эволюции. очень важный аргумент в пользу существования в
Мастера освоили колты с обнизью из крупных ша- Рязани мастеров по черни. Оригинальны медальоны
риков, но более поздних, генетически связанных с из Рязани (рис. 53, № 292—294). Представленные
ними колтов с лучевой и ажурной оправой осваи- на них Борис и Глеб изображались и рязанскими
вать не стали. Они научились делать обручи в эмальерами. Отметим, что рязанские медальоны
сложнейшей технике, а упрощать их изготовление, барм образуют единые по замыслу и одновременно
вводя тиснение, как это делали киевские мастера, выполненные уборы.
не стремились. Разница в дошедших до нас черне- Таким образом, если каждая из категорий найден-
вых украшениях Рязани — не временная, а индиви- ных в Рязани украшений не дает представления об
дуальная. Одни из них делали первоклассные масте- эволюции черневого дела, то все категории вместе
ра, другие — их ученики, подмастерья. Нет на такую эволюцию все же демонстрируют. Действи-
рязанских черневых украшениях и следов постепен- тельно, обручи относятся к эпохе расцвета самой
ного освоения новой техники. Чернь серебряники сложной техники — ручной выколотки, колты гово-
Рязани получили как бы в готовом виде — такую рят об ее упрощении, связанной с тиснением, а бар-
высоту постижения всех ее секретов демонстрируют мы в своем оригинальном варианте воспроизводят
найденные в Рязани обручи. Создается впечатление, более сложные образцы этих украшений.
что в мастерской рязанских серебряников просто Все это дает нам право считать Рязань одним из
какое-то время работали киевские мастера очень центров черневого дела Руси. Высокий уровень най-
высокой квалификации. Действительно, анализируя денных в Рязани ювелирных изделий, сделанных в
три найденных в кладах Рязани обруча, образующих технике эмали, скани, зерни, подтверждает этот
самостоятельный стилистический (второй) вариант, вывод. Он вполне согласуется с наблюдениями
мы отмечали тесную его связь с киевскими тради- А. Л. Монгайта и В. П. Даркевича, подробно иссле-
циями. довавших и издавших ювелирные украшения из ря-
Напомним, что делавший их мастер (назовем его занских кладов последних лет 7 .
рязанским мастером) применил в своих произведе- Во Владимире найдено совсем немного украшений
ниях приемы, характерные для всех трех ведущих с чернью: два целых обруча, два фрагментированных
киевских мастеров. Он как бы суммировал все их и медальоны барм. Но следы освоения на месте
достижения, использовав отдельные характерные черневого дела здесь ощутимее, чем в Рязани.
черты почерка каждого из них. Так, в конструкции Два обруча, изготовленных литьем,— лучшее тому
обруча он укладывает жгут и отступая от края, как доказательство (рис. 46, № 244, 245). В них инте-
это делал первый киевский мастер, и вдоль него, ресна своеобразная редакция киевских традиций,
как это делал второй. Он одинаково успешно исполь- сказывающаяся в общей композиции обручей и де-
зует способ размещения сюжетов в арках и в квад- талях декора. Два других обруча (№ 218 и 219),
ратных отсеках. Он применяет чернь по гравировке один из которых дошел до нас в обломках (№ 219),
и чернение фона, сочетая их со светлой, рябоватой сделаны ручной выколоткой. В них еще резче ощу-
от обработки резцом серебряной поверхностью. Об- щаются киевские черты. Даже можно указать кон-
ручи рязанского мастера представляют собой даль- кретно на мастерскую, где работал второй киевский
нейшее развитие приемов, разработанных первым и мастер — автор обручей Тереховского клада. Об этом
вторым киевскими мастерами. В них даже есть при- говорят манера укладывать жгут, отступя от краев
меры приемов, которые мы считали заслугой третье- браслета, тяга к прямоугольным клеймам, прекрасно
го киевского мастера: чернение по гравировке в со- отработанные мотивы плетения в сочетании с фигу-
четании с «рябым» фоном. Стилистически, по под- рами птиц и зверей (рис. 34, № 218).
бору орнаментальных сюжетов и по манере их ис- До сих пор считалось, что владимирские мастера
полнения рязанский мастер целиком продолжает на своих обручах использовали только чернь по
традиции первых двух киевских мастеров. Несомнен- гравировке. B шестикратную лупу видно, что они
на и их хронологическая близость: здесь не воспо- пытались применить чернение на больших (сравни-
минание, а живая традиция, возможная только при тельно с углублением гравировки) плоскостях. Фон,
совместной работе. на котором исполнены рисунки в клеймах, слегка
Мы уже говорили, что будь три рязанских обру- взрыхлен резцом и потом покрыт жидкой чернью.
ча найдены в Киеве, у нас не было бы сомнений в Почти всюду она выкрошилась. Это хорошо видно
их киевском происхождении. Возможно, так оно и на литых обручах. На обручах ручной выколотки
есть. Но не исключено, что их делал в Рязани вы- мастер использовал чернь как позолоту, без предва-
ходец из киевской мастерской, тем более что в рительной обработки поверхности.
Рязани мастерская черневого дела была. В ней мог- Недостаточное знание технологии чернения сказы-
ли быть сделаны два близких стилистически перст- вается и на владимирских медальонах барм. Они
ня, один из которых найден в Рязани (рис. 15, продолжают киевские традиции и в устройстве, и в
№ 92). Аналогий им среди значительной коллекции тематике, и в увлечении такими приемами, как со-
древнерусских черненых перстней нет. По совершен- четание чернения с позолотой или заполнение

120
чернью не всех линий гравировки (рис. 53, № 297). местные мастера черневого дела. Он включал в га-
Частичное чернение по гравировке и манера покры- лицкую группу украшений с чернью два широких
вать фон изображения рядами точек, нанесенных пластинчатых обруча и колты. Первый обруч был
резцом и, может быть, чеканом, становятся типич- найден в составе клада первой половины XIV в. у с.
ными для всех медальонов барм, находки которых Демидово (рис. 44, № 236), второй — в с. Викторо-
концентрируются на северо-востоке Руси. Все они во, в окрестностях Галича (рис. 44, № 239). Колты
вместе с владимирскими характеризуются значитель- входили в состав клада из с. Залесье (рис. 18,
ной стандартизацией. Они демонстрируют иногда № 144). Эта группа в последнее время значительно
прекрасное владение гравировкой и постепенный от- пополнилась за счет появления в литературе публи-
ход роли чернения на второй план. На бармах, най- каций ранее обнаруженных, но залежавшихся в
денных на северо-востоке Руси, это особенно замет- музейных коллекциях кладов. Таков клад из Вой-
но (рис. 54; 55). нешти (рис. 45, № 240, 241), в котором были най-
Мы пытались выделить в таких наборах, как «суз- дены два обруча и колты с чернью. Д. Теодору
дальское оплечье» и бо'лгарские бармы, медальоны, убедительно связал во многом оригинальные укра-
сделанные одним мастером. Это не так- уж трудно шения из Войнешти с деятельностью мастеров Га-
при буквальном повторении отдельных сюжетов на лицкого княжества 9 .
разных медальонах. Но в данном случае интереснее К галицкой группе произведений с чернью
другой аспект. Разные по качеству исполнения ме- В. П. Даркевич и Н. А. Соболева справедливо отно-
дальоны еще раз позволяют нам заглянуть в мастер- сят обруч из Шанчайского клада 10 . Исследователи
скую древнерусского серебряника с основным, веду- опираются на данные стилистического анализа. Если
щим, мастером и учеником-подмастерьем, повторяю- перечисленные выше изделия найдены на юго-запа-
щим в меру своих сил замысел настоящего художника. де Восточной Европы или чисто географически свя-
«Суздальское оплечье» с этой точки зрения особен- заны с Галицкой землей, то находка обруча в Лит-
но интересно (рис. 51; 52). ве не позволяет судить о его происхождении. Опре-
Еще показательнее бармы из Болгара: судя по деление его как изделия галицких мастеров говорит
продуманному чередованию диаметров медальонов, о том, что несмотря на малое число дошедших до
они задуманы и выполнены в одной мастерской. нас произведений галицких серебряников, характер-
Однако их нельзя приписать одному мастеру, столь ные черты их вполне четки.
различны они по стилю рисунка, техническому уме- Действительно, для всех произведений галицких
нию гравировки и мастерству композиции. серебряников — мастеров черневого дела — харак-
Создается впечатление, что медальоны барм изго- терно использование черни только в одном вариан-
товлялись в одном ремесленном центре одним или те—в контурном, т. е. только по гравировке. Они
двумя поколениями мастеров и расходились не толь- обрабатывают фон передвижкой резца, широко при-
ко в наборах из нескольких медальонов, но и по- меняют золочение. Исследователи отмечают сухость
одиночке, как они иногда попадаются в кладах. и схематичность орнаментации и тяготение к, опре-
Они связаны с киевскими традициями черневого деленным орнаментальным сюжетам.
дела, с явным использованием достижений рязанских В изделиях галицких серебряников ощущается
серебряников (рис. 53, № 293, 298). И все же они стилистическая общность с произведениями влади-
своеобразны. Концентрация находок барм на северо- мирских мастеров черневого дела. Она проявляется
востоке Руси позволяет предполагать их изготовле- более всего в характере самой техники чернения.
ние в мастерских Владимира. Вспомним, что най- На владимирских изделиях мы наблюдаем утрату
денные там золотые вещи с перегородчатой эмалью способа чернения больших плоскостей и переход в
обладали всеми чертами местного производства. связи с этим к чернению по гравировке, причем
Владимирские мастерские действовали со второй чернение фона уступает обработке его резцом. Имен-
половины XII в. Не прекратили они своего сущест- но по этому пути пошли серебряники Галицкой
вования и в XIII в. Об этом говорит акцент, кото- земли.
рый