Вы находитесь на странице: 1из 10

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ ДНР

ГОУ ВПО «ДОНБАССКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ


СТРОИТЕЛЬСТВА И АРХИТЕКТУРЫ»

КАФЕДРА ИСТОРИИ И ФИЛОСОФИИ

Доклад

на тему:

Льюис Мэмфорд. Миф машины

Выполнил:

студент группы ТГВмб-49

Омельницкая Н.С.

Проверил:

доцент, кандидат философских наук

Северилова П. В.

Макеевка, 2018
Содержание
Введение .........................................................................................................
1. Значимость человеческой интерпретации..............................................
2. Предпосылки к возникновению машины................................................
3. Цивилизации как социотехнические системы........................................

Вывод ..............................................................................................................

Список литературы………………………………………………………….
Введение

Целью доклада является анализ книги Льюиса Мэмфорда «Миф


машины». Данная тема является значимой для понимания современного
социума, поскольку автор проводит анализ его формирования и развития с
древних времен и дает прогнозы на дальнейшее его развитие. В этой книге
Мэмфорд поставил цель оспорить как допущения, так и прогнозы, на
которых основана наша склонность понимания современных форм научно-
технического прогресса, рассматриваемых в качестве самоцели. Он приводит
материал, ставящий под сомнения различные теории основ человеческой
природы, где переоценивается роль в развитии человека орудий труда, а на
сегодняшний день – техники.

1. Значимость человеческой интерпретации

В написанном труде «Миф машины» Мэмфорд доказывает, что,


несмотря на то, что человек действительно тесно связан с земной,
практической деятельностью, его необходимо рассматривать как homo
sapiens, то есть как человека знающего, понимающего, разумного. Человек,
по словам автора, — не "делающее", а "мыслящее" существо, потому его
отличает не делание, а мышление, являющейся основой самой
"человечности" человека.
Философ полагает, что главное преимущество человечества не
материальное производство, а открытие и интерпретация. Он пишет: "Если
бы внезапно исчезли все технические изобретения последних пяти
тысячелетий, это было бы катастрофической потерей для жизни. И все же
человек остался бы человеческим существом. Но если бы у человека была
отнята способность интерпретации, то все, что мы имеем на белом свете,
угасло бы и исчезло быстрее, и человек очутился бы в более беспомощном и
диком состоянии, чем любое другое животное: он был бы близок к
параличу".

2. Предпосылки к возникновению машины

Рассматривая то, что Мэмфорд называет "техническо-


материалистической картиной человечества", он утверждает, что техника не
была главной движущей силой развития человечества. Все технические
достижения человека "меньше всего имеют своей целью увеличение
количества продуктов питания или контроль над природой; они скорее
направлены на использование неизмеримых внутренних органических
ресурсов человека, на более адекватную реализацию его внеорганических
потребностей и стремлений". Для Мэмфорда человек есть "прежде всего,
само себя созидающее, само себя преодолевающее, само себя
проектирующее животное существо".
Автор исследует эволюцию техники с первобытных времён и
рассматривает её начиная от самой сущности человека и изначально
заложенных в нём возможностей. Основная идея Мамфорда, состоит в том,
что развитие техники - это не результат продвижения процессов развития с
точки эволюции, а следствие изначально сверхизбыточных потенций
человеческого мозга, которые он воспроизводит во внешнем мире.
Отличительной чертой человека от животных является развитый
головной мозг, структура которого позволяла в древние времена более
широко воспринимать окружающий мир, тратить энергию не только на
проблемы, связанные с выживанием, но и на самосовершенствование.
Развитие центральной нервной системы в значительной мере освободило
человека от автоматически действующих инстинктов и рефлексов, избавив
его от строгой привязанности к непосредственной пространственно-
временной среде. Теперь человек не просто реагировал на внешние
раздражители или внутренние гормональные побуждения: он стал думать.
Это привело к тому, что человек научился порождать идеи и обрел
способность строить планы, помимо тех, что были заложены в генах.

Отмечается факт любознательности древнего человека, его


постоянного поиска и анализа. Постоянная привычка выискивать, пробовать,
отбирать, опознавать и, главное, замечать результаты (порой это могли быть
судороги, болезнь, ранняя смерть и тому подобное) – имела более важное
значение для умственного развития человека, чем долгие века высекания
кремней или охоты на крупную дичь. Подобные поиски и эксперименты
требовали значительной двигательной активности; и это пытливое добывание
пиши, наряду с танцем и ритуалом, заслуживает более высокой оценки с
точки зрения его влияния на развитие человека.

Исходя из этого Мэмфорд полагает, что техника, производство орудий


лишь поддерживают способности человека к самовыражению,
дисциплинируют и укрощают его необузданную творческую натуру. Человек
начинает не с «делания орудий труда, но с переоформления себя, органов
собственного тела, которое не создано для какого-либо одного рода
деятельности, и — своих внутренних психических ресурсов». Автор
придерживается мнения о том, что человек иррационален. Отсюда вечная
предрасположенность людей к ошибкам и заблуждениям. Несмотря на это,
Мэмфорд не убавляет важности ценных открытий, которые достигались
непосредственно путем проб и ошибок.
Еще более важное значение в процессе развития человека и общества
Мэмфорд придает изобретению лингвистических и других символов,
способности к общению, упорядочиванию мира, из которых рождаются
ритуалы и мифы, которые становятся священными. Взывая к священным
силам, человек приобретает привычку контролировать свое поведение. Миф,
символ, ритуал, песня, танец, как подчеркивает Мэмфорд, изначально
занимали в жизни сообществ более важное место, нежели труд или
производство орудий.
Выше перечисленное стало толчком для изобретения мощной
социальной организации новою типа, способной повысить человеческий
потенциал и вызвать изменения во всех аспектах существования.
3. Цивилизации как социотехнические системы

Льюис Мэмфорд рассматривал иерархические цивилизации как


социотехнические системы — машины, в которые люди сведены к
стандартизированным, взаимосвязанным и взаимозаменяемым компонентам.
Отсюда техника перестает быть простым инструментом, но сама становится
активным субъектом реальности, трансформирующим человека по своему
образу и подобию.

Автор в главе «Сотворение мегамашины», пишет, что, воздавая


должное безграничности и мощи Божественной царской власти и в качестве
мифа, и в качестве действующего установления, он приберег для более
пристального рассмотрения один ее важный аспект, ее величайшее и
оказавшееся наиболее стойким нововведение - изобретение первичной
машины. Это необычное изобретение, по сути, оказалось самой ранней
моделью для всех позднейших сложных машин, хотя постепенно акцент
смещался с человеческих рабочих звеньев на более надежные механические
элементы. Уникальной задачей царской власти стало набрать нужное
количество живой рабочей силы и распоряжаться ею для выполнения таких
масштабных работ, какие никогда раньше не предпринимались. В результате
этого изобретения пять тысяч лет назад были проведены огромные
инженерные работы, способные поспорить с лучшими сегодняшними
достижениями в сфере массового производства, стандартизации и детального
проектирования.

Данная машина оставалась нераспознанной и, естественно, безымянной


вплоть до наших дней, когда в мире возник намного более мощный и
современный ее эквивалент, использующий целое множество
вспомогательных машин. Только цари, полагаясь на учение астрономической
науки и опираясь на религиозные аспекты, оказались способны собрать
мегамашину и управлять ею. Это было незримое сооружение, состоявшее из
живых, но пассивных человеческих деталей, каждой из которых
предписывалась особая обязанность, роль и задача, чтобы вся громада
коллективной организации производила огромный объем работы и
воплощала в жизнь великие замыслы. Новый механизм состоял
исключительно из человеческих деталей; и обладал вполне определенной
функциональной структурой лишь до тех пор, пока религиозные
предписания, магические заклинания и царские повеления, сводившие это
все воедино, принимались всеми членами общества как нечто, не
поддающееся никаким сомнениям. С самого начала человеческая машина
представляла два аспекта: один – отрицательный, принудительный, слишком
часто разрушительный, и второй – положительный, благоприятствующий
жизни, созидательный.

Поскольку компоненты этой машины, даже когда они


функционировали как целое, были по необходимости разобщены в
пространстве, автор называет ее «невидимой машиной»; когда речь пойдет
об использовании ее для высокоорганизованных коллективных предприятий,
– «трудовой машиной»; в применении к актам коллективного принуждения и
разрушения она и по сей день понимается как «военная машина». Но в том
случае, когда в понятие включаются все компоненты — политические,
экономические, военные, бюрократия и царская власть — Мэмфорд называет
ее «мегамашиной». Технические средства, почерпнутые из такой
мегамашины, становятся «мегатехникой», в отличие от более скромных и
специфических технологий, которые обеспечивали вплоть до нашего
столетия выполнение большей части повседневных работ в мастерских и на
фермах.
Мэмфорд утверждает, что первоначальный миф машины проецировал в
будущее экстравагантные надежды и желания, которые в избытке
осуществились в нашу эпоху. Однако в то же время миф навязал людям
ограничения, лишения, угнетение и рабскую покорность.

Чтобы заставить машину работать, необходимы были два средства:


надежная организация знаний, естественных и сверхъестественных, и
развитая система отдачи, исполнения и проверки исполнения приказов.
Первое воплощалось в жречестве, без активной помощи которого
царствование не могло бы существовать; второе — в бюрократии. Обе
организации были иерархическими, на вершине иерархии стояли
первосвященник и царь. Без их объединенных усилий институт власти не мог
бы эффективно функционировать. Суть этого условия остается актуальной и
на сегодняшний день.

Чтобы перестроить мегамашину в совсем новом порядке, понадобилось


перевести и старые мифы, и старое богословие на новый, более
универсальный язык, что позволило бы ниспровергнуть и удалить фигуру
царя, заменив ее еще более гигантским и бесчеловечным призраком
«суверенного государства», наделенного абсолютными, но далеко не
божественными полномочиями.

Первыми, кто ступил на путь механизации труда, были монахи.


Позволяя людям переходить в течение дня от одного занятия к другому,
монастырский распорядок преодолел один из худших и наиболее стойких
утверждений - пожизненное занятие одним-единственным видом работы и
круглосуточную сосредоточенность только лишь на работе до полного
изнурения. Благодаря регулярности и плодотворности своей деятельности
монастырь заложил фундамент и для капиталистического устройства, и для
дальнейшей механизации; и, что даже важнее, он наделил нравственной
ценностью весь трудовой процесс, независимо от приносимой им награды.
Начатое монастырями подхватили средневековые ремесленные гильдии; они
заложили новую основу для объединений на почве единого ремесла или
профессии, и кроме того, возродили эстетические и нравственные ценности,
определенные религией, которыми и руководствовались всю оставшуюся
жизнь.

Важность бюрократической связи между источником власти —


божественным царем — и человеческими машинами, строящими и
разрушающими, едва ли можно преувеличить, тем более, что именно
бюрократия ежегодно собирала налоги и дань, поддерживавшие новую
социальную пирамиду и принудительно создавала рабочую силу,
составлявшую новый механизм.

Вывод

По мнению Льюиса Мэмфорда, наша эпоха — это переход от


первобытного состояния человека, которое было отмечено изобретением
орудий труда и оружия с целью овладеть силами природы, к кардинально
иной ситуации, когда он не только покорит природу, но и, по мере
возможностей, отделится от органической среды. Вместо того, чтобы
активно функционировать в качестве самостоятельной личности, человек
станет пассивным, бесполезным и машиноуправляемым животным.

Развитие техники следует поощрять лишь в том случае, если она


способствует усилению того аспекта человеческого бытия, который
Мамфорд называет «личным», но не ограничивает и не сужает человеческую
жизнь рамками власти и силы.
Список литературы

1. Льюис Мамфорд. Миф машины. Техника и развитие человечества.


—[Электронный ресурс]. Перевод с английского: Т. Азаркович, Б.
Скуратов — М., 2001. // Электронная публикация: Центр
гуманитарных технологий. — 2010. Режим доступа:
https://gtmarket.ru/laboratory/basis/3115
2. Внутских А.Ю. Философия техники: хрестоматия / сост., ред. и
вступ. ст. А.Ю. Внутских; Перм. гос. нац. иссл. ун-т.– Пермь, 2012. –
78 с.