Вы находитесь на странице: 1из 11

***********************************************************************************

************
Бамбуковые лошади
https://ficbook.net/readfic/8087673
***********************************************************************************
************

Направленность: Слэш
Автор: DragolaynDarren (https://ficbook.net/authors/719398)

Фэндом: Мосян Тунсю «Система "Спаси-Себя-Сам" для Главного Злодея»


Пэйринг и персонажи: Ло Бинхэ/Шэнь Цинцю, Юэ Цинъюань, Лю Цингэ
Рейтинг: PG-13

Размер: Миди, 13 страниц


Кол-во частей: 2
Статус: закончен
Метки: Кентавры, Романтика, Юмор, Фэнтези, AU

Описание:
Сборник драбллов по Кентавр!AU.
Он перерождается в новом мире, в новом теле. И ладно, что в теле главного злодея, с
этим можно жить. Но к тому, что вместо привычных ног приходится пользоваться телом
лошади, он совершенно не готов. Будь проклят этот четров писака!

Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Рейтин может измениться, если решусь.
Статус завершен, но может пополняться.
И чтобы было проще:
Шень Цинцю - Ахалтекинец
Ло Бинхэ - Клейдесдаль
Юэ Цинъюань - Фриз
Лю Цингэ - Першерон
Му Цинфан - Лузитано
Мин Фань - Аппалуза

========== Глава 1 ==========

Шень Цинцю неторопливо шагал по небольшой каменной тропинке, уходя все дальше в
бамбуковый лес. Непотревоженная природа была подобно живому существу, что мирно
спало и не видело всей суеты, что творилась за ее пределами. Цинцю взмахивает своим
веером в очередной раз. Белая бумага выделяется на фоне зеленого леса слишком
отчетливо, даже нарисованные чернилами стебли бамбука не меняют этого. Казалось бы,
что сам Шень Цинцю прекрасно вписывается в этот пейзаж. Зеленые одежды и такая же
лента в волосах, они смотрелись слишком правильно в этом лесном массиве. И лишь
белоснежное, как и бумага, лошадиное тело выбивались из правильности происходящего.

А началось все с того, что Шень Юань, ранее самый обычный человек, переместился в
книгу какого-то средненького писателя. И ладно, если бы он попал в книгу с
предсказуемым сюжетом или унылыми главными героями. Сейчас трудно найти
действительно хорошую историю среди кучи бумажного мусора, который пишут люди,
возомнившие себя писателями. Таким оказался и автор этого беспредела. Юань
признавал, что мир книги прописан довольно неплохо, пускай дыры там и были. За
некоторыми моментами следить было действительно интересно, а иногда автор уходил в
такую непроглядную муть, что хотелось перелистнуть несколько страниц. Но больше
всего пугал мир, где помимо обычных людей были кентавры. Нет, в этом ничего плохого
нет. В историческом фэнтези с этими существами можно придумать кучу всяких вещей,
которые сделают историю интересной. И автор сделал… Сделал главного героя кентавром
и дал ему огромный гарем, игры с которым занимали бОльшую часть несчастной бумаги…

Боже, за что? Почему именно сюда?

Какого черта эта книга стала так популярна – неизвестно. Учитывая то, что в гареме
главного героя были не только кентавры, но и обычные девушки, Шень Юань
действительно беспокоился о психологическом здоровье автора. А про фанатов лучше
вообще молчать. Когда-то он посмел выговорится на форуме, так его умудрились
опустить и унизить через несколько секунд. Чертовы любители ксенофилии!

Он мог бы оказаться в теле какого-либо незначительного персонажа, который играет


лишь эпизодическую роль, а потом уходит в закат. Даже если он будет кентавром, а не
человеком, он вполне себе сможет приспособиться, а Ло Бинхэ и его гарем пусть
развлекаются без его присутствия. Но Шень Юань никогда не был любимчиком удачи и
поэтому умудрился переродиться в теле главного злодея, которого его ученик будет
убивать с особой жестокостью. Великолепно! Просто, блять, замечательно!

Просыпается он на огромной кровати, на которой можно было бы уложить человек пять,


не меньше. В комнате светло, а из открытого окна веет свежим утренним воздухом.
Юань медленно открывает глаза и видит перед собой статного мужчину, что спит
около его кровати. Дорогие одежды и утонченное лицо, перед ним будто сам бог и Шень
Юань немного хмурится. Мужчина опирается боком о его кровать, а вся его напряженная
поза говорит лишь о том, что он готов проснуться в любую минуту. Когда Юань все же
приходит в себя, он замечает, что мужчина не просто сидит на полу. Вместо его ног
настоящее, мать вашу, лошадиное тело!

Он возвращает взгляд к кровати и видит, что под мягким одеялом у него скрываются
точно не изящные человеческие ноги. Немного приподнимает край и видит белоснежную,
словно снег, шерсть. Шень Юань догадался, что попал в этот самый мир, написанный
горе-писателем. Рядом с его кроватью сидел Юэ Цинъюань. Вороной кентавр, который
являлся одним из самых любимых персонажей Юаня. Ему досталось не так много времени
в сюжете, но персонаж был одним из самых человечных и приятных. Он не заслуживал
той трагичной судьбы, которую ему приписали.

Когда разум полностью проясняется, а глаза привыкают к яркому свету, Шень Юань
начинает понимать всю абсурдность своего положения. Он переместился в эту треклятую
книгу. И не просто переместился, а в тело главного злодея, убийцу множества важных
персонажей и учителя-тирана главного героя, Шень Цинцю. А понял он это по
белоснежной шерсти, что скрывалась под одеялом.

Казалось, на свете не было кентавра белоснежнее, чем Шень Цинцю. Даже чистейший
снег казался на его фоне невероятно грязным. Лишь черный, как и волосы, хвост
немного придавали ему земной вид. При солнечном свете шерсть сверкала, подобно
морскому жемчугу, а при луне отливала чистейшим серебром. Мало кто знал, что за
всем этим блеском и изяществом скрывалась слишком гнилая и грязная душа. Если бы
масть действительно выражала всю натуру, то для Шень Цинцю даже вороной был бы
слишком светлым.

Шень Юань тяжело вздыхает, понимая, что с этого момента его зовут Шень Цинцю и
придется вливаться в этот абсурдный мир. Даже его тихий вздох заставляет мужчину
рядом с ним проснуться. Его лицо выражает беспокойство и Юаню становится стыдно,
что этот человек так сильно беспокоится об этом мудаке.

- Как ты? – он прикладывает холодную ладонь ко лбу и Юань чувствует невероятное


облегчение от этого жеста. – Ничего не болит?
- Со мной все в порядке. Что случилось? – уж если придется играть, то нужно
начинать с самого начала.

Юэ Цинъюань убирает ладонь и смотрит на него странным взглядом, будто выискивает


подвох. Юань вспоминает, что Шень Цинцю практически всегда огрызался с ним и
пытался вывести из себя, но Цинъюань терпел и за всю книгу так и не сказал ничего
грубого в его адрес. Силу воли этого человека можно считать действительно
поразительной. Сам Юань уже давным давно бы врезал. Очевидно, что предложения, не
пропитанные агрессией и сарказмом, выбивают его из колеи. Как бы не подумал, что
здесь что-то не так.

- Ты потерял сознание. У тебя была лихорадка, ты не просыпался несколько дней. Я


действительно думал, что ты не проснешься.

Вот еще одна причина, почему это его любимый персонаж. Пускай Ло Бинхэ и был
невероятно крутым героем и именно его должны уважать читатели, но Юэ со своей
заботой и беспокойством был определенно выше в топе его фаворитов. Не в обиду
Бинхэ, конечно.

Юэ Цинъюань уходит, чтобы принести ему завтрак и позвать лекаря, коим являлся Му
Цинфан. О его талантах врачевания было отведено не так много строк, но первое
впечатление он оставил хорошее. Юань не слишком разбирается в медицине, но то, с
какой серьезностью этот человек смешивал различные жидкости, заставляли надеяться
на его компетентность. Жидкость была не самой приятной на вкус, но дышать
практически сразу стало легче.

- Скоро должен спасть и жар, - говорит Му Цинфан и собирает свои врачебные


принадлежности. – Не перенапрягайся в ближайшее время.
- Спасибо большое.

Как и у Цинъюаня, реакция лекаря тоже странная. Он удивленно смотрит на своего


пациента несколько минут, а затем медленно покидает комнату и лишь тихий стук копыт
о деревянный пол сопровождает его уход. Шень Цинцю, ты реально был отбитым мудаком,
раз у людей банальная благодарность из твоих уст вызывает подобный эффект. Не зря
люди писали о многих способах, какие Бинхэ мог использовать для твоей смерти.
Некоторые из них были даже более продуманными, чем сделал автор. Но так как он
теперь находился в теле этого подонка, повторить подобную судьбу он не торопился.

Юэ Цинъюань возвращается с подносом и аккуратно ложится (так как тело лошади


полностью лежит на полу, нельзя же сказать, что мужчина сидит, так ведь?) на то
самое место, где ожидал пробуждения Цинцю.

- Тебе нельзя слишком много, но немного каши все же нужно съесть.


Есть в данный момент совершенно не хотелось, но обижать этого человека отказом
хотелось еще меньше. Он пытается лечь на спину и немного приподняться. Тело слишком
слабое от нескольких дней бездействия, и ему удается это лишь со второй попытки.
Цинъюань заботливо помогает ему поправить подушки. Каша практически безвкусная и
это на удивление хуже, нежели любая гадость. Есть приходится медленно, потому что
слабые руки все норовят подвести, а просить помощи он не хотел. Шень Цинцю был
слишком гордым и никогда не позволил бы увидеть подобную слабость. Он знает, что Юэ
Цинъюань не из тех людей, что будет использовать подобное знание против него, но
подобное поведение может вызвать некоторые подозрения. А быть пойманным в первый же
день после пробуждения – не то, чего бы он хотел.

Через несколько минут Юань испытывает невероятное желание встать.

- Это плохая идея, - предупреждает Цинъюань. – Ты все еще слаб. Тебе стоит
отдыхать.

Но жгучее любопытство практически съедает его изнутри. Он что-то сказал Юэ, что ему
необходимо хоть немного размять ноги и тот на удивление принимает этот ответ, пусть
и с сомнением. Одеяло отбрасывается в сторону и Юань пытается завалиться на бок и
встать. Это оказывается значительно сложнее, чем он себе представлял. Лошадиная
часть будто существовала отдельно от него. Стоило более или менее встать на ноги,
как он потерял равновесие и практически упал. Лишь быстрая реакция его нового
знакомого уберегла его от малоприятной встречи с полом. Юэ Цинъюань встал слева от
него и позволил использовать свое тело как опору, а сам немного придерживал его за
талию правой рукой. Ситуация была смущающей и казалось, что не только Юань
чувствует дискомфорт от этого. Цинъюань будто ожидает, что его оттолкнут. По идее
это и нужно сделать. Шень Цинцю никогда бы не позволил прикоснуться к себе. Но в
данный момент он не в том положении, чтобы отказываться от руки помощи.

- Спасибо.

Они шагают по небольшой комнате вместе. Цинъюань выше и ему приходится немного
наклониться, чтобы поддерживать другого человека за талию. Они идут медленно, но
практически с каждым новым шагом Юань становится все увереннее. Управлять сразу
четырьмя ногами довольно непривычно, но кажется, будто мышечная память делает все
за него. Когда он относительно крепко стоит на ногах, Юэ убирает свою руку, но
далеко не отходит, готовый в любой момент вновь поддержать.

Они гуляют по небольшому квадрату комнаты еще несколько минут, после чего Шень Юаня
сваливает усталость. Он возвращается на кровать и практически сразу засыпает. Лишь
тихий голос Юэ Цинъюаня, который обещает вернуться сразу после того, как закончит
со своими делами, провожает его в царство сновидений.

***
За ним, Шень Цинцю (Юань понимает, что теперь должен называть себя этим именем),
теперь смотрят его ученики. Один из них, Мин Фань, заботливо приносит ему завтрак и
помогает привести в порядок волосы. В дальнейшем он надеется делать это сам, но
необходимо знать, в каком виде Шень Цинцю обычно предстает перед своими адептами.
Зеленые одежды кажутся ему довольно красивыми, если можно так выразиться. Они
полностью укрывают его человеческое тело и лишь небольшая часть ханьфу лежит на
спине его лошадиной части. Учитывая то, в чем прибежал Мин Фань, он понял, что
учитель предпочитал носить более пышную и закрытую одежду, чем ученики. Скорее
всего это было связано с постоянным движением последних и тяжелый наряд определенно
вызывал бы у них дискомфорт.

Когда он выходит на улицу и видит своих учеников, он начинает понимать фразу


“разношерстная компания”. Самые разные масти, от серой до бурой, с пятнами и без. В
голове всплыли образы из старого детского мультфильма про коня и его табун, полный
причудливых лошадей. Лишь их одинаковая форма говорила о том, что они - ученики
одного пика.

Лишь один ребенок держался в стороне. Он будто прятался в зарослях бамбука и без
особого интереса перебирал опавшие листья. Белая униформа была грязная в нескольких
местах. Шень Цинцю знает, что ученикам каждое утро нужно приходить опрятными, из-за
чего можно сделать вывод, что мальчишка испачкался совсем недавно. Так же это
говорило о том, что у него нет сменного комплекта. Обычная темно-гнедая масть с
белыми ногами. И тут Цинцю понял, кто это. Большинство учеников имели длинные
тонкие ноги, которые в его мире могли иметь лишь породистые скаковые лошади. Ноги
этого ребенка были более мощными, что больше говорило о том, что его нужно
приписать к тяжеловозам. И лишь один кентавр здесь имел подобную особенность.

Ло Бинхэ.

Становится понятна причина, почему он не подходит к другим ученикам. Почему его


одежда грязная, а на щеке небольшой синяк. Ребенок абсолютно ничем не выделялся и
Шень Цинцю не понимал, как он может в будущем стать его самым большим кошмаром.
Прямо сейчас это ребенок, над которым издеваются другие, а его учитель вполне
поощряет такое поведение. Просто отвратительно!

Когда он выходит к остальным, ученики строятся и почтительно кланяются. Он даже не


успевает заметить, как рядом появился Ло Бинхэ и встал вместе с остальными, пускай
и немного дальше. Он смотрит на своего учителя без злости и затаенной обиды.
Кажется, что в его глазах только восхищение. Наивное дитя, как ты можешь смотреть
на человека, что издевается над тобой больше остальных с таким обожанием? Это
определенно неправильно. В книге говорилось, что до самой последней секунды Бинхэ
верил, что таким образом учитель тренирует его. Почему в этой истории такие чистые
персонажи либо становятся обиженными на весь мир, либо умирают? У автора какой-то
пунктик на то, чтобы адекватных персонажей стало как можно меньше?

Шень Цинцю всегда начинал утро с пробежки, ученикам необходимо разогнать кровь
после ночи.

- Двадцать кругов по бамбуковому лесу.

Ученики не ждут начала старта, просто разворачиваются и бегут по привычной им


дороге. Бинхэ порывается бежать следом, но Шень Цинцю останавливает его.

- Ло Бинхэ, иди за мной.

Мальчик испуганно смотрит вслед удаляющемуся в бамбуковый дом учителю и слышит


довольный возглас Мин Фаня, который никогда не торопился занять первое место в этой
гонке и бежал исключительно рядом с Бинхэ, чтобы его провоцировать. Вызвавший его
Цинцю говорил лишь о том, что сегодня он может попытать свое счастье в скорости,
потому что сегодня он будет издеваться над ним сам.

Шень Цинцю идет в свою комнату неторопливо, не заставляя ученика бежать за ним. Но
кажется, что эта небольшая забота только пугает Бинхэ еще больше. Он даже идет
тише, чем следовало, будто старается не провоцировать.

Когда они оказываются в комнате, Цинцю находит среди оставленных лекарств бутылек с
заживляющей мазью. Зачем ему оставили ее, если у него была лихорадка – непонятно.
Он протягивает его ученику и тот первые секунды непонимающе смотрит то на мазь, то
на него.

- Твои синяки, - поясняет Шень Цинцю. – Обработай их и иди к остальным. Не беги


норму, закончишь вместе с остальными.

Глаза ребенка перед ним светятся восторгом, и Цинцю скрывает свое лицо за веером,
чтобы спрятать закушенные губы. Почему Ло Бинхэ даже такой незначительный шаг с его
стороны воспринимает подобным образом? В этом мире все слишком странно. Он
понимает, что прошлый владелец этого тела не прославился добрыми делами, но все на
его небольшие изменения реагируют слишком уж бурно. Не перегибает ли он палку, так
резко меняя этого персонажа?

- Спасибо, учитель!

Ло Бинхэ кланяется так сильно, что будь у него человеческие ноги, то вполне себе
мог удариться лбом о пол. Эта мысль практически заставила Цинцю улыбнуться, но ему
удается сохранить маску равнодушия.

- Ступай, или будешь бежать, как и все.

Ло Бинхэ снова благодарит его и убегает, оставляя за собой лишь топот копыт,
который быстро стихает, и в доме вновь становиться тихо. Одиночество позволяет
Цинцю погрузиться в свои мысли. Если Ло Бинхэ еще не обозлился на весь мир, то он
вполне себе может попытаться сохранить все то солнце, что есть в этом ребенке. Он
обучит его всему, что запомнил в книге, а так же не сбросит его в Бесконечную
Бездну, тем самым не позволив зародиться той жгучей ненависти, из-за которой
прошлый Шень Цинцю и погиб.

Кажется, что все складывается просто идеально, как неожиданно раздается


механический голос, будто из переводчика.

Добро пожаловать в книгу <<Путь Гордого Бессмертного Демона>>. Вас


приветствует Система, ваш персональный помощник. В своем мире вы погибли, но
переродились в теле одного из самых главных героев данной истории. Вы можете
попытаться закрыть сюжетные дыры, а так же понять мотивы нераскрытых персонажей и
изменить действие в угодную вам сторону. Все зависит только от вас. В случае каких-
либо вопросов по ходу сюжета и назначения миссий вы можете обращаться ко мне.

Это довольно хорошая новость. Мир этой книги пестрил разными тварями, которых он не
помнит, а “карманный бестиарий” вполне себе может помочь ему. Да и в налаживании
связи с Ло Бинхэ ему необходимы некоторые советы. Так как он решил, что арку с
Бесконечной Бездной он пропустит, надо сосредоточиться на другой ветке сюжета.

Совет №1. Вы не можете пропустить эту арку. В противном случае у вас будут сняты
очки за невыполненную миссию и вы вернетесь в свое тело.

Какого черта? Ты ведь только что сказала, что я имею право изменить историю по
своему желанию!

Арка падения в Бездну является главной в развитии личности Ло Бинхэ и ее нельзя


пропустить.

Шень Цинцю обреченно застонал. Судьба его определенно не любит.

========== Глава 2 ==========

Комментарий к Глава 2
пс, добавлю и сюда породы, чтобы вы приблизительно ориентировались кто и как
выглядит
Шень Цинцю знает, что он никогда не был любимчиком судьбы. Данная особа перенесла
его в бумажный мусор, именуемый литературой, а так же подарила ему тело главного
злодея, что ненавидели все читатели. Ладно, с этим можно было жить. Но то, что
происходило дальше, испытывало его нервы на прочность. Кажется, что судьба
потешается над ним, натянув его терпение на старинный инструмент и играя жуткие
мелодии, а несчастные струны стонут, вот-вот порвутся.

Когда он ставит на стол чашку с недопитым чаем и пытается натянуть на себя


дружелюбную улыбку, его собеседник даже не видит подвоха. Лю Цингэ к своему чаю
даже не притронулся. Могучий Бог Войны скрестил руки на груди и хмуро разглядывает
сидящего рядом с ним кентавра. Боже, избавь Шень Цинцю от этого. Ему хватает своих
проблем на пике, так еще и Лю Цинге подозрительно зачастил к нему.

- Лю-шиди, я очень рад, что тебе нравится находиться в моей компании, но не пора бы
тебе задуматься о своих учениках? Не думаю, что их радуют мысли о том, что их
учитель так часто посещает других.

Лю Цингэ будто подрывается от этих слов. Его лицо кривится в забавной гримасе,
отчего Цинцю еще сильнее улыбается. Кажется, что для его гостя эта улыбка была
последней каплей. Цингэ поднимается и идет к двери, сопровождая свое шествие
громким стуком копыт.

- И вовсе мне не нравится находиться в твоей компании!


Это последнее, что слышит Шень Цинцю, прежде чем остаться в полном одиночестве. Он
встает из-за столика и идет к кровати. Даже не скинув с себя одежды он валится в
спасительную обитель. Особенности его тела теперь не позволяют запрыгнуть на
кровать так, как в родном мире, но даже сейчас подобное действие заставляет немного
улыбнуться. Хоть на секунду почувствовать себя не лордом, а обычным уставшим
человеком. А ведь все так хорошо начиналось…

***
К своему новому телу Шень Цинцю привык на удивление быстро. Быть может, из-за
помощи Юэ Циньюаня и учеников, но постепенно он смог к этому привыкнуть. Постепенно
изменяя модель поведения его персонажа он перешел из разряда “хитрый гад” в разряд
“хитрый гад, но пока еще не спалившийся”. Даже это изменение было хорошим.
Постепенно он должен развеять мысль о себе, как об отрицательном персонаже и тогда,
когда Ло Бинхэ вернется, за него могут вступиться и другие люди.

Злобная Система не переставала причитать, что от миссии он отказаться не может.

- Но почему? Если я не сброшу его в бездну, это не создаст ли другую ветку в


сюжете? Быть может он отправится в путешествие и раньше положенного начнет
создавать свой гарем? Неужели это плохо?

Ветка с Бесконечной Бездной является главной в развитии харак…

- Да пошла ты!

В первые дни ученики относились к изменениям своего наставника с опаской. Не мог же


человек из-за болезни так кардинально поменяться? Оказывается, мог. Со временем они
перестали об этом думать. Многие даже говорили, что лихорадка пошла Шень Цинцю на
пользу. Если раньше он любил перекладывать обучение младших учеников старшим, то
теперь ученики даже могли жаловаться, что учителя в их жизни стало слишком много.
Особенно сильно это было заметно по неожиданно похорошевшему Ло Бинхэ, который за
то короткое время обучения достиг уровня остальных учеников. Большинство
завидовали, что заставляло тренироваться вдвойне усерднее, чему Шень Цинцю всячески
способствовал.

Через некоторое время все на самом деле признали, что Шень Цинцю изменился. Если в
самом начале это можно было принять за очередную ловушку, то сейчас об этот
попросту забыли. Слишком долго она тянулась и слишком многое учитель изменил, чтобы
потом это все бросить. Другие лорды вздохнули с облегчением, благодаря Небеса за
то, что они образумили мужчину.

Когда до остальных дошла новость, что Шень Цинцю спас Лю Цингэ от отклонения Ци,
все действительно поверили в изменения. Прошлый Цинцю слишком уж сильно ненавидел
Цингэ и если бы появилась хоть малейшая возможность избавится он него, не замарав
при этом руки, он бы ею воспользовался. А потом произошло нападение демонов и
отравление ядом Неисцелимый. Слишком многое произошло за такой короткий промежуток
времени и лорды в панике пытались что-то решать, не зная, что на самом деле нужно
делать.

***
- Лю-шиди, тебе действительно не стоит так часто появляться здесь. Как бы мне не
было приятно твое внимание, про ревность твоих учеников я наслышан.

Они наблюдают за тренировкой учеников. Шень Цинцю привычно прячет горделивую улыбку
за бумажным веером, видя успехи своих воспитанников, А Лю Цингэ привычно хмурится.
Наверняка думает, что с подобными навыками борьбы этим ученикам с поле битвы долго
не выстоять.
- Я должен следить за ядом.

В какой-то мере Шень Цинцю ожидал этот ответ, но все равно попытался выразить
небольшое удивление.

- Лю-шиди на этой неделе уже помог мне с этим. Нет нужды беспокоится об этом
старике в ближайшие пару недель.

Они редко стояли вот так, бок о бок. Чаще всего сидели за чашкой чая, но
практически никогда вот так, из-за чего только сейчас Шень Цинцю понимает,
насколько его знакомый высокий. Быть может, будь они людьми, то Лю Цингэ был бы
выше его лишь на несколько сантиметров. Но они не люди… И из-за того, что они оба
кентавры, их разница в росте слишком уж сильна. Как минимум на голову Лю Цингэ выше
его, что только пугает. В книге описывалось, что Ло Бинхэ был выше даже его, из-за
чего Шень Цинцю страшно представлять себя на фоне повзрослевшего ученика. Чертов
автор, неужели нельзя было сделать злодея типичным бугаем, который размерами
сравниться с главным героем? К черту эту моду на тонких, но хитрых злодеев. Неужели
на фоне взрослого Ло Бинхэ он будет выглядеть совсем как пони? Теперь он понимает,
почему Шень Цинцю так всех ненавидел. Зная его характер, он не мог позволить
смотреть на себя с такой высоты. Да и он, в принципе, не может. Это же какой стресс
стоять с человеком, который настолько выше тебя. Ему стоять рядом с Лю Цингэ
неудобно, что уж говорить о повзрослевшем Ло Бинхэ.

Но даже если не брать в расчет рост, можно было не делать его ну настолько тонким.
Взять того же Лю Цингэ. Мощный кентавр, наверняка закаленный во множествах битв.
Его серая шерсть в светло-серых пятнах наверняка не раз была окрашена кровью
врагов, а ноги топтали их бездыханные тела. На его фоне Шень Цинцю изнеженный
жизнью цветок, что завянет под любым ударом погоды. Нутро будто подсказывает, что
такие ноги Ло Бинхэ даже не утомится ломать. Те сами сломаются, как только его
ученик вернется, не выдержат его страха.

Он каждую секунду проклинает то автора этой книги, то Систему, то Лю Цингэ, что


хвостом вьется рядом с ним. Господи, ну за что? Он прекрасно деградировал в своей
квартире, читал безвкусные романы и заедал стресс йогуртом, почему нельзя было жить
такой жизнью вечно?

Пускай в своей голове Шень Цинцю неистово кричал, внешне он никак не выражал эмоций
и спокойно наблюдал за тренировкой своих учеников. Бушующие энергией подростки
весело проводили время, сражаясь друг с другом. На этом пике боевое искусство не
было основным направлением, но правила требовали изучения и этой дисциплины.
Ученики действительно любили эти занятия. Именно здесь ты мог напроситься в пару со
своим злейшим врагом и подраться с ним, без нагоняя от наставника. Главное сделать
так, чтобы полученные травмы были получены “случайно”.

Именно так и думал Мин Фань, напросившийся в пару с Ло Бинхэ. Под предлогом обучить
его, как более опытный ученик, он получил разрешение. Шень Цинцю на самом деле
думал, что это из-за желания помочь. Совсем недавно он поговорил со своим главным
учеником и попросил больше не измываться над Ло Бинхэ. Мин Фань пообещал, что
больше так не поступит и ушел. С тех самых пор он на самом деле больше не трогал Ло
Бинхэ и поэтому считал, что вражда сошла на нет, но как же сильно он ошибся.

Ему стоило заметить неладное, когда Лю Цингэ перевел взгляд с него на учеников. В
самом начале ничего не предвещало беды. На самом деле Ло Бинхэ, будучи не самым
опытным учеником, плохо владел мечом, отчего часто получал удары от Мин Фаня. Благо
что мечи были деревянными. При всем этом Мин Фань рассказывал про ошибки, которые
делает Бинхэ, что заставляло их учителя улыбаться. Он не мог желать большего, чтобы
его адепты стали дружны. Быть может если он создаст больше приятных воспоминаний,
то Ло Бинхэ может меньше его ненавидеть. И подготовь он его, в Бездне ему придется
значительно проще. Система сказала, что он должен сбросить своего ученика со скалы,
но нигде не уточнила, что он должен сказать. Быть может ему удастся разыграть все
так, что Ло Бинхэ сам примет решение уйти в мир демонов, тем самым лишив его роли
злодея. До нужного дня еще достаточно времени, чтобы обдумать идеи, а пока он
займется обучением своих учеников.

Когда он снова возвращает свой взор на учеников, Ло Бинхэ и Мин Фань яростно
дерутся на деревянных мечах. Даже другие прекращают тренировку и расходятся в
стороны, боясь попасть под раздачу. Быстрые движения ног поднимают песок на
тренировочной площадке, создавая иллюзию хаоса. Его ученики бьются умело. Мин Фань
со свойственным ему опытом, а Ло Бинхэ – скоростью и энтузиазмом. Они встают на
дыбы, а их мечи издают противный деревянный звук, когда они наносят удары. И лишь
миг проходит, как Мин Фань резко ведет вниз и бьет своего противника по задним
ногам, лишая его точки опоры. Ло Бинхэ пытается сгруппироваться, но Мин Фань не
позволяет. Он вновь поднимается и толкает его в бок, тем самым вынуждая Ло Бинхэ
упасть на песок.

- Твой ученик довольно смышлен.

Похвала от Лю Цингэ заставляет его улыбнуться, но он привычным жестом прячет улыбку


за веером.

- Похвала от самого Лю-шиди заставляет чувствовать себя немного неловко. Я рад, что
мои ученики могут впечатлить.

Мин Фань кружит над лежащим на песке Бинхэ и только сейчас Цинцю понимает, что что-
то не так. Его ученик с трудом приподнимается на локтях, однако остальная его часть
лежит совсем неподвижно. Лицо его скривилось в болезненной гримасе, но сам он не
издает и звука, когда пытается подняться.

- Поднимайся и продолжай! – кричит Мин Фань. – Тренировка еще не закончилась.

И Ло Бинхэ поднимается. С большим трудом он встает на ноги и взору Шень Цинцю


предстает действительно ужасная картина. Песок на боку его ученика окрашен ярко-
красным, а с живота капают капли крови, окрашивая землю тренировочного поля.

Лю Цингэ собирается что-то сказать, но не успевает. Он видит лишь Шень Цинцю, что
срывается со своего места, будто за ним погоня из страшнейших чудовищ. Даже драка
учеников не поднимала столько пыли, сколько этот кентавр своим бегом. Лю Цингэ
невольно залюбовался, как эти длинные белые ноги скачут по золотистому песку.
Великий и грозный Бог Войны стыдливо отводит глаза, когда понимает, что только что
сделал.

- На сегодня тренировка окончена, - говорит Шень Цинцю, немного приостанавливаясь


около учеников. – Ло Бинхэ, ты в порядке?
- Этот ученик в полном порядке, учитель, - ребенок в привычном жесте кланяется, но
Цинцю успевает заметить, как нахмурилось его лицо, когда он совершил это резкое
движение. – Не беспокойтесь, небольшая царапина.

Когда Шень Цинцю ногой раскапывает песок, он находит большой камень с множеством
острых углов, что способны не только разодрать кожу, но при достаточной силе и
переломать кости. Как ни возьми, но Ло Бинхэ – довольно крупный кентавр, пускай он
сейчас еще и ребенок. Если он встал, то кости должны быть целы и ему несказанно
повезло.

- Мин Фань, сто кругов по бамбуковому лесу.


- Но учитель! – воскликнул ученик. – При чем здесь я? Это ведь тренировка и каждый
может получить травму.
- Да, но ты, как старший ученик, должен следить за чистотой тренировочных угодий.
Когда я сказал следить за их чистотой, это значит то, что и подобных камней здесь
быть не должно.

Его ученик какое-то время злобно смотрит на Ло Бинхэ, а затем кланяется и


разворачивается к лесу. Цинцю понял, что именно Мин Фань подложил этот камень. Не
зря же он так водил Ло Бинхэ из стороны в сторону во время тренировки. Но так как
он не мог доказать этого, то пришлось ссылаться на плохое исполнение обязанностей.

Ло Бинхэ тихо стоит рядом и не смеет поднять взгляд.

- Этот ученик был слишком неопытен. В следующий раз он будет тренироваться вдвое
усерднее, чтобы не позволить никому повалить себя.

Шень Цинцю лишь устало вздыхает. Этот ребенок не прекращает удивлять его. Настолько
чистый и наивный лотос, как он смог стать главным героем третьесортного гаремника?

- Сможешь дойти до бамбукового дома? – спрашивает Шень Цинцю.


- Конечно, учитель! – ученик улыбается и делает шаг к нему, но ноги подводят его и
он практически падает.

Когда его обхватывают нежные руки, не позволяя упасть, он почему-то готов


разрыдаться. Учитель нежно улыбается, когда смотрит на него. Он высокий и
наклонятся так, чтобы удержать своего ученика ему точно неудобно, но от этой мысли
сердце Ло Бинхэ просто готово выпрыгнуть из груди к ногам этого удивительного
кентавра.

- Держись за этого учителя, Бинхэ.

И Ло Бинхэ держится. Шень Цинцю встает с левой стороны, позволяя опереться на себя.
Первый шаг дается с трудом и Бинхэ практически снова падает, но неосознанно тянется
руками за рукав учителя. Случившееся приводит его в замешательство, из-за чего он
даже не понимает, что все еще не отпустил ткань. Учитель наверняка не это имел в
виду, когда предложил ему помощь. Он даже не ожидал, что ему позволят идти рядом,
но ему позволили. А когда Ло Бинхэ поднял взгляд, чтобы увидеть всю ненависть и
презрение, увидел лишь беспокойную улыбку.

- Скажи, если нужно будет идти медленнее.

Он не нашел слов, поэтому лишь закивал, понимая, что только что нарушил правила
банального этикета. Но в голове вертелась лишь одна мысль. Его не оттолкнули, а
ткань не вырвали из рук. Учитель идет рядом с ним и помогает дойти до дома. Даже
боль в боку уходит на второй план, когда душу греют эти мысли.

В это время Шень Цинцю вспоминает Юэ Цинъюаня. Боже, ему было так же неловко, когда
они прогуливались по его комнате? Если это так, то он проклянет себя несколько раз
за просьбу о прогулке.

Лю Цингэ все так же стоит на своем месте, скрестив руки на груди. В таких ситуациях
любой здравомыслящий человек должен предложить помощь, но данный кентавр не был бы
собой, если бы не сказал:
- Ты слишком его опекаешь. Если он сам не позаботится о своих ранах, то ты не
вырастишь из него ничего лучше тепличного цветка.

От этих слов Шень Цинцю только тяжело вздыхает, останавливаясь рядом с Лю Цингэ и
смотрит ему прямо в глаза.

- Прости, Лю-шиди, сегодня я не смогу больше предложить тебе чаю. Надеюсь, что
после этого инцидента шиди не прекратит посещение этого старика.

А затем он просто уходит, оставляя Лю Цингэ на тренировочной площадке, рядом с


разбредающимися кто куда учениками. Он знал, что Шень Цинцю изменился после
лихорадки, но не ожидал, что так сильно. В прошлом он никому не позволял
приближаться к себе ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Теперь же он
практически не думая позволяет ученикам прикасаться к себе. Если он действительно
что-то задумал, то эта шутка зашла слишком далеко.

Когда Лю Цингэ уходит, он дает себе клятву, что разгадает причину таких перемен.

***
Ло Бинхэ сидит на полу, немного заваливаясь на здоровый бок, в то время как учитель
аккуратными движениями вытирает песок с его шерсти влажной тряпкой, чтобы полностью
увидеть рану. На самом деле она не такая страшная, какой казалась на первый взгляд,
перепачканная песком. Много крови было из-за того, что камень разодрал слишком
большую область, но пострадала только кожа. Такими же аккуратными движениями, как и
до этого, он обработал рану лечебной мазью.

- Учитель не должен был заниматься этим, - подает голос Ло Бинхэ. – Этот ученик
может о себе позаботиться.

На такое заявление Цинцю только улыбается.

- Не воспринимай слова Лю-шиди всерьез. Быть может, на их пике это и является


нормой, но здесь я не позволю, чтобы ученик оставался со своей проблемой один на
один.

Чем больше Ло Бинхэ слушал подобные речи своего учителя, тем больше понимал, что
пропадает. Каждое слово, подкрепленное уверенным тоном и улыбкой, заставляло его
влюбляться все больше. Каждый день после нападения демонов и того кошмара, когда
Шень Цинцю закрыл его собой от отравленных шипов, Ло Бинхэ все больше пропадал. За
всю жизнь никто не сделал для него столько, сколько учитель за последние несколько
недель. Лишь его приемная мать дарила ему свою любовь и внимание, но когда она
умерла он до последнего момента думал, что большего он и не заслужил.

- Неужели рана так сильно болит? – спрашивает Шень Цинцю.

Лишь после этого вопроса Ло Бинхэ осознает, что по его щекам катятся слезы. Он
торопливо отворачивается и вытирает щеки руками, но от осознания того, что он
показал себя таким слабым перед учителем, хочется разрыдаться еще сильнее где-
нибудь в пещере, чтобы лишь холодные камни были свидетелями его жалкого состояния.

- Нет, этот ученик в полном порядке! – он торопливо встает и понимает, что бок
тянет не так уж сильно, будто он получил небольшой ушиб, но не более. – Учитель
наверняка проголодался после тренировки. Этот ученик готов исполнить любую его
прихоть.

Шень Цинцю тоже встает со своего места и убирает баночки с мазями в ящик, а после
подходит к ученику и мягко треплет его по голове. Замешательство Ло Бинхэ
заставляет учителя улыбнуться.

- Этот учитель будет рад всему, что приготовит его ученик.

Счастливый Ло Бинхэ успевает только откланяться и ускакать в сторону кухни, а Шень


Цинцю только обреченно вздыхает, понимая, что дальше подобных случаев уничтожения
его психики будет только больше.

Оценить