Вы находитесь на странице: 1из 5

О. В.

Мамуркина

Теория нарратива в современном литературоведении

В настоящее время наука о литературе представляет собой не-


однородную сферу исследовательских практик. Художественный
текст – комплексная структура, описать которую при помощи одной
модели практически невозможно. Сложность организации текста
делает его предметом изучения многих дисциплин, в частности –
литературоведения, лингвистики, семиотики, семантики и др. Одним
из важнейших разделов литературоведения является теория лите-
ратуры, в рамках которой активно разрабатывается нарратология,
или теория повествования, сложившаяся как особая литературо-
ведческая дисциплина к середине 60-х годов XX в. после пересмот-
ра основных концепций теории повествования: идеи приёма и
функции В.Я. Проппа, В.Б. Шкловского и Б.М. Эйхенбаума; принципа
диалогичности М.М. Бахтина; теории точки зрения П. Лаббока и
Н. Фридмана; комбинаторной типологии 3. Лайбфрида, В. Фюгера,
Ф. Штанцеля, идей рецептивной эстетики и герменевтики (Г.С. Яусс,
Г. Изер, П. Рикёр, Ф. Растье). Кроме того, влияние на формирование
нарратологии оказали труды чешского структуралиста Л. Долежела,
а также работы Ю.М. Лотмана и Б.А. Успенского. Особую роль сыг-
рали труды французских структуралистов А.-Ж. Греймаса, К. Бре-
мона, Ц. Тодорова, Р. Барта. Основу нарратологии заложили
исследования представителей русской формальной школы ОПОЯЗа
и Пражского лингвистического кружка.
Крупнейшие теоретики нарратологии (Ц. Тодоров, Р. Барт,
Л. Долежел, Ж. Женетт, М. Баль, В. Шмид, Дж. Принс, С. Чэтман,
Я. Линтвельт) разработали иерархическую модель повествователь-
ных инстанций и уровней, определили специфику отношений между
повествованием, рассказом и историей. Особой сферой теоретиче-
ского осмысления стал анализ дискурса (работы Р. Барта, Ю. Кри-
стевой, М. Риффатерра, П. Ван ден Хевеля, Ж.-М. Адама, Ж. Курте,
К. Кебрат-Ореккиони).
В отечественном литературоведении основные идеи наррато-
логии разрабатываются в трудах В.И. Тюпы, Н.Д. Тамарченко,
С.Н. Бройтмана, В.А. Андреевой, И.П. Ильина.
К базовым идеям нарратологии относят трактовку текста как ак-
та коммуникации, представление о художественной коммуникации
как о процессе, который реализуется на нескольких повествова-
тельных уровнях, комплексную трактовку проблемы дискурса.

226
Основными категориями понятийного аппарата нарратологии
являются нарратив, нарративность, событие, повествовательные
инстанции (конкретный и абстрактный автор и читатель, нарратор и
наррататор, актор), точка зрения, фабула, сюжет, дискурс.
Под нарративами принято понимать повествовательные произ-
ведения любого жанра и функциональности. Термин «нарратив»
восходит к латинскому слову gnarus (знающий, сведущий), произ-
водному от индоевропейского корня *gno (знать). Нарратив в целом
выступает в роли главной формы упорядочения и осмысления ок-
ружающего мира, а в контексте литературоведения – как особый
конструкт, с помощью которого через повествование осваивается
окружающая реальность.
В. Лабов и Дж. Валетски предложили схему построения любого
нарратива, впоследствии ставшей классической и получившей на-
звание «бриллиантовой». Её структурными компонентами являются
следующие элементы: резюме (суммирование исходной ситуации),
ориентировка (описание времени, места, персонажей); осложнение/
конфликт; оценка (авторское отношение); разрешение конфликта;
итог (отнесение события к актуальному настоящему). При анализе
прототипической нарративной схемы выявляются два больших
класса текстов, классифицированных по принципу нарративности/
дескриптивности (описательности):
1) нарративные (повествовательные – роман, рассказ, повесть
и др. и миметические – пьеса, кинофильм, балет и др.);
2) описательные (очерк, портрет и др.).
Как указано выше, основной характеристикой нарратива явля-
ется нарративность – специфическая практика текстообразующего
способа представления мира и его фрагмента в виде сюжетных вы-
сказываний, в основе которых лежит некая история (фабула), пре-
ломленная сквозь призму определенной (определённых) точки
(точек) зрения. Любое сюжетное высказывание представляет собой
микроструктуру, в основе которой – событие. Как отмечает
И.П. Ильин, под событием принято понимать такое действие, кото-
рое, нарушая некоторую норму и соответствующие этой норме ожи-
дания читателей и/или персонажей, изменяет исходную ситуацию
(«Цезарь перешел Рубикон»); если нарушения не происходит, то
данное действие событием не считается («Корова перешла Руби-
кон»). Классической схемой события является схема А. Данто:
1) x is F at t1;
2) H happens to x at t2;
3) x is G at t3,

227
где x – субъект, F – его исходное состояние в момент t1, H – не-
кое действие над x в момент t2, G – новое состояние x в момент t3,
т. е. событием считается состояние в момент t2, если исходное и
новое состояние несопоставимы.
Являясь сложной коммуникативной структурой, нарратив осно-
вывается на взаимодействии совокупности повествовательных ин-
станций, под которыми понимается особая категория литературного
текста, персонифицированная в функции автора, нарратора и чита-
теля. При этом представление о художественном произведении как
коммуникативной системе предполагает решение вопроса и о соот-
ношении разноуровневых каналов взаимодействия повествователь-
ных уровней.
Повествовательные уровни – это уровни коммуникации, на ко-
торых в специфической для каждого повествовательного уровня
форме взаимодействуют друг с другом повествовательные инстан-
ции отправителя и получателя художественной информации. При
этом, как отмечает И.П. Ильин, каждая пара отправителя и получа-
теля информации конкретного повествовательного уровня вступает
друг с другом в коммуникативную связь не прямо, а косвенно – че-
рез опосредующую роль повествовательных инстанций, находящих-
ся на другом, «нижележащем» уровне, иерархически подчиненном
первому.
К настоящему моменту исследователями не выработано еди-
ной точки зрения на количество и качество повествовательных ин-
станций и уровней. Выделяют следующие повествовательные
уровни и соответствующие им инстанции:
1) уровень конкретного автора и читателя (конкретная биогра-
фическая фигура писателя и реципиента его текста);
2) уровень абстрактного (имплицитного) автора и читателя (по-
вествовательная инстанция, не воплощенная в художественном
тексте в виде персонажа-рассказчика и воссоздаваемая читателем в
процессе чтения как имплицитный «образ автора» и соответствую-
щая этому образу повествовательная инстанция, ответственная за
установление той «абстрактной коммуникативной ситуации», в ре-
зультате действия которой литературный текст (как закодированное
автором «сообщение») декодируется, расшифровывается, т. е. про-
читывается читателем и превращается в художественное произве-
дение, реализуется в содержании того авторского представления о
получателе, которое теми или иными инициальными знаками за-
фиксировано в тексте);
228
3) уровень фиктивного автора (нарратора) и читателя (наррата-
тора) (фиктивная повествовательная инстанция, вербально органи-
зующая повествование и соответствующая данному конструкту,
одна из повествовательных инстанций внутритекстовой коммуника-
ции; разновидность внутреннего адресата, явного или подразуме-
ваемого собеседника, к которому обращена речь рассказчика-
нарратора; слушателя обращенного к нему рассказа, воспринима-
теля информации, сообщаемой повествователем);
4) уровень персонажей (акторов) (абстрактная категория, одна
из функций рассказа или инстанций акта художественной коммуни-
кации, выступающая в роли персонажа и/ или рассказчика).
Отбор определённых событий и их организация путём распре-
деления элементов коммуникации по различным уровням повество-
вания невозможны без учёта специфики точки зрения. Точка зрения,
или фокализация (термин Ж. Женетта), трактуется как:
1) базовый элемент повествовательной ситуации (Ф.К. Штан-
цель);
2) точка пересечения повествовательных перспектив («модуса»
и «голоса» – Ц. Тодоров, Ж. Женетт, М. Бал);
3) соотношение различных планов повествования – внешнего
и внутреннего по отношению к повествуемому (Б.А. Успенский).
Таким образом, под точкой зрения в современной нарратологии
подразумевается проявляющийся на всех уровнях текста последо-
вательный отбор/неотбор событий, ситуаций, эпизодов, повествова-
тельных инстанций, влияющий на структурную и смысловую
организацию нарратива.
По мнению В. Шмида, точка зрения существует в нескольких
планах:
1) пространственном – положение наблюдателя в пространстве;
2) идеологическом – субъективное отношение к явлению;
3) временном – расстояние между первоначальным и после-
дующим восприятием происшествий;
4) языковом – изменение формы выражения в связи с пере-
смотром плана содержания;
5) перцептивном – степень интроспекции в сознание наблюда-
теля.
Как отмечается, для анализа специфики точки зрения необхо-
димо ответить на три вопроса:
1) кто отвечает за отбор нарративных единиц;
2) кто является оценивающей инстанцией;
3) чья языковая личность определяет стиль отрывка.

229
На организацию нарратива влияет и соотношение фабулы и
сюжета. Фабула определяется как хронологическая последователь-
ность событий, являющихся протосхемой построения нарратива.
Сюжет представляет собой художественно переработанную после-
довательность событий, их отбор (неотбор) в зависимости от спе-
цифики точки зрения и системы повествовательных инстанций.
Дихотомия фабулы и сюжета (истории и дискурса) – необходимое
условие порождения нарратива.
Подводя итог вышеизложенному, отметим, что в настоящее
время теория повествования, обладающая обширным теоретико-
методологическим аппаратом, представляет собой перспективную
сферу исследования. Основные направления практического приме-
нения достижений нарратологии – это, прежде всего, анализ про-
тосхем построения литературного текста (нарративные структуры
различных жанровых моделей), разработка системы повествова-
тельных инстанций на разном уровне коммуникации и поиск спосо-
бов и приёмов их маркирования в тексте, а также методов
нарратологического анализа и путей экстраполяции описательных
моделей на конкретные тексты.

К. А. Новикова

Метафора в политическом дискурсе


в аспекте исследования внутренней формы слова

В современных лингвистических исследованиях не существует


однозначного определения понятия «политический дискурс». В ши-
роком понимании политический дискурс трактуют как речевое обра-
зование, каждая составляющая которого относится к сфере
политики (Е.И. Шейгал, Н.А. Герасименко, В.В. Зеленский).
По мнению А.Н. Чудинова, содержание политического дискурса
представлено всеми существующими в сознании говорящего и слу-
шающего компонентами, которые способны влиять на порождение и
восприятие речи. К таким компонентам относятся другие тексты,
значение которых учитывается автором и реципиентом, политиче-
ская ситуация, в которой создаётся и существует текст, политиче-
ские взгляды автора, репутация издания, в котором текст
публикуется.
Многие учёные сходятся во мнении, что главной функцией по-
литического дискурса можно считать функцию убеждения. Реализа-
ция данной функции зачастую осуществляется с помощью
230