Вы находитесь на странице: 1из 7

ФИЛОСОФИЯ,

РЕЛИГИЯ,
МИФ

Е. А. Жильцова, О. А. Сомсикова

ПРОБЛЕМА РЕЛИГИИ И ВОСПРИЯТИЯ ХРИСТИАНСТВА В


ФИЛОСОФИИ ФРИДРИХА НИЦШЕ

Статья посвящена проблеме религии в философии


Ф. Ницше. Исследуется образ Иисуса, противопоставленный не-
мецким мыслителем христианству как религии. Соединение рели-
гиозной и этической проблематики характерно для философии
Ницше. Анализируется проблема человека и возможности суще-
ствования Сверхчеловека.

Ключевые слова: христианство, Иисус, человек, Бог, грех, Ницше.

В работах Ницше «едва ли <…> есть хоть что-то, о чем бы» он «не выразил
суждения: из его сочинений можно подобрать высказывания почти обо всех вели-
ких и малых вещах – о государстве, религии, морали, науке, искусстве, музыке, о
природе, жизни, <…> о последних философских вопросах»1.
«Низвержение всех идолов» морали и религии, главным из которых было
христианство, Ницше считал одной из своих основных заслуг. Существование
христианского Бога он воспринимал как «угрозу» человеку, каким бы он хотел
его видеть. Поэтому провозглашенная в «Веселой науке» «смерть Бога» является
для немецкого философа «освобождением» человека и дает возможность индиви-
ду придти к «неограниченной» свободе. Критиковать христианство Ницше начал
уже в зрелых работах; в «Рождении трагедии» он «умалчивал» об этой религии,
но, начиная с работы «Человеческое, слишком человеческое», начинается своеоб-
разная «война», объявленная Ницше христианству. Основным негативом этой ре-
лигии он считал «угашение» воли и вкуса к земной жизни, видел в ней наиост-
рейшую форму «вражды к реальности», ибо все хорошее, «гордое» и «прекрас-
ное» вызывает у христианства лишь «боль в ушах и резь в глазах». Он характери-
зовал христианство (в 51-м афоризме «Антихриста») как «европейское движе-
ние», которое является движением «всего негодного и вырождающегося, которое
с христианством хочет приобрести власть»2.
Обращаясь к «Антихристу», отметим рассмотрение Ницше личности осно-
вателя «столь ненавистной» ему религии Иисуса Христа (противопоставление ис-
торического христианства и подлинного, первоначального, рассматривалось и в
других работах Ницше, но именно в «Антихристе» его характер становится «пре-
дельно обостренным»). Обращение к этому персонажу было необходимо Ницше
для осознания смысла человеческого существования самим немецким мыслите-

7
лем; Иисус стал для Ницше «средством» для возможной переоценки всех ценно-
стей, для осмысления истории христианства, а следовательно, и всей истории «ев-
ропейского человечества». Вместо осуждения немецкий мыслитель говорит о нем
как о воплощении «самого высшего типа» человека, о котором ранее писал в ра-
боте «Так говорил Заратустра». Отделяя личность Христа от самой религии, он
отмечает, что никто не смог понять «подлинного смысла» его проповедей и жиз-
ни. Следует отметить, что «переоценка всех ценностей», базисным моментом ко-
торой является критика и «ниспровержение» христианства, не затрагивает самой
личности Иисуса Христа. Немецкого мыслителя интересовал «психологический
тип» Иисуса Христа. Рассматривая образ Христа с психологической (в ницшеан-
ском смысле) точки зрения, он пытался продемонстрировать, что «психология
Спасителя» – нечто большее, «чем “внутренний мир” Иисуса, а именно некое ми-
роистолкование, некая интерпретация “сущего в целом” и человеческого сущест-
вования»3. В характеристике личности основателя христианства как «идиота», но
не в отрицательном, а в позитивном значении, видна близость взглядов Ницше к
Достоевскому (как ссылка на одноименный роман последнего; К. Свасьян счита-
ет, что значение слова «идиот» у Ницше тождественно понятию «святой»). Ницше
уверен, что Евангелия лишь «намекают» на образ Иисуса; он попытался провести
аналогии между миром Христа и миром романа Достоевского.
Понимание образа Христа каноническим христианством (введенное учени-
ками Иисуса) немецкий мыслитель противопоставляет своему, «подлинному» по-
ниманию, которое, с его точки зрения, близко идеям Достоевского. Отвергая зна-
чение учения Иисуса, Ницше акцентирует внимание на жизни Христа, считая, что
для последнего выражением «самого внутреннего» стали понятия «жизнь», «ис-
тина» или «свет»4. Он не знает ничего, что выходит за пределы его «опыта жиз-
ни»; верит лишь «в жизнь», в «становящееся», но не в ставшее. Также отмечается,
что Иисус смог достичь качества, которое будет присуще «посредством науки»
(ибо наука еще воспринимается Ницше как «противовес религии и метафизики»)
лишь «человеку будущего» – это «чувство полной безгрешности, полной безот-
ветственности»5.
Такой образ Христа (которого Ницше в работе «Человеческое, слишком
человеческое» называет «самым благородным человеком») противостоит тради-
ционному историческому христианству, которое видело своей целью попытку
«заставить» человека «чувствовать себя греховным»6. Воспринимая Иисуса как
«антиметафизика», Ницше считает разделение миров на истинный и ложный для
Христа несущественным, ибо тот «живет в истине», принимая эту реальность как
единственную. Задачу основателя религии Ницше видел в способности «открыть
в себе» «бесконечную глубину», которая есть в каждом человеке и которая опре-
деляет его «потенциальную абсолютность». Заслугой Христа он считает демонст-
рацию актуальной абсолютности конкретного человека, что приводит к отсутст-
вию различий между понятиями «Бог» и «человек»; к отсутствию понятия «грех»,
которое ранее определяло дистанцию между Богом и человеком. Отметим, что у
Ницше речь идет не о сближении или соединении Бога и человека, а о признании
«Богом» «внутреннего состояния» личности. Но Бог может стать целью, идеалом
совершенства лишь тогда, когда человек уже перейдет на уровень сверхчеловека.
«Царство Божье» он характеризует как «опыт сердца: оно повсюду, оно нигде»7.
Рай Иисуса – это не загробный мир, а, в понимании Ницше, «земная жизнь», про-
живаемая с «наивысшей интенсивностью», «преображенная» внутренними уси-
лиями самого человека. Такие усилия осуществляются в «каждый момент жизни»,

8
что позволяет говорить о каждом из моментов как о вечности. Позиция Шестова,
искавшего «истинного», ветхозаветного Бога, заключается в том, что он относил-
ся к Христу не как к «воплотившемуся Богу», а как к «совершеннейшему из лю-
дей».
Смерть Иисуса воспринята Ницше не как символ спасения людей, а как
демонстрация того, «как нужно жить». Для немецкого философа это было не мо-
рализаторством, а примером «самого радикального преображения жизни», кото-
рое привело Иисуса к состоянию «абсолютного центра жизни». Христианской
Ницше признает лишь «практику», т. е. «жизнь, какою жил» Христос – такую
жизнь он считает даже «необходимой» для некоторых людей; в итоге он приходит
к выводу, что «истинное, первоначальное христианство возможно во все време-
на»8. Таким образом, Ницше признает «действительным» только одного Иисуса
Христа, объявив войну всему христианскому учению. «В метафизическом мире
Ницше феномен Иисуса – символ присутствия вечности в мгновении, воплощен-
ная возможность порождения смысла в бесцельном потоке становления»9. Но, не-
смотря на близость идеям Христа, Ницше стремился «переломить волю к Ничто»,
превозмочь себя, создать идеал сверхчеловека, говоря жизни «да!». Своей фило-
софией он борется с «исторической болезнью», которая «парализует жизнь, ли-
шает ее спонтанности»; если история «не уравновешена «пластической одаренно-
стью» и творческой непосредственностью», то она «гибельна», она есть
«смерть»10. О Шестове можно сказать, что он не только жизни, но и Вере говорил
«да!», считая «настоящей» лишь религиозную философию, рождающуюся «в без-
мерных напряжениях, через отврат от знания, через веру»; для немецкого мысли-
теля борьба с «Ничто», а для отечественного – борьба с «Разумом» – были «борь-
бой» «за первозданную свободу»11.
Такую интерпретацию христианства Ницше считает единственно верной
(но она «открывается» лишь «свободным умам») в противовес традиционному
пониманию, базирующемся на «неверном» истолковании учениками заветов Хри-
ста. Цель критики традиционного христианства немецким философом заключа-
лась в поиске «подлинного образа» Иисуса Христа и попытке найти «абсолютное
начало» в самом человеке не через причастность таким абстрактным понятиям,
как «дух» и «Бог», а через выявление собственного «совершенства». Рассмотре-
ние Ницше образа Иисуса Христа связано не только с исследованием сущности
религии и «истоков нигилизма», но и с попыткой осознания смысла человеческо-
го существования. В отличие от Л. Толстого, который пытался изменить христи-
анство, ставя себя в качестве «заместителя Христа», Ницше принципиально от-
вергал эту религию, провозгласив «смерть Бога».
Н. Бердяев отмечал, что Ницше стремился «пережить божественное» в си-
туации, «когда Бога нет, Бог убит», «пережить экстаз, когда мир так низок, пере-
жить подъем на высоту, когда мир плоский и нет вершин». Н. Бердяев считает,
что отражением ницшеанской «религиозной темы» стала «идея сверхчеловека»,
«в котором человек прекращает свое существование; человек <…> лишь унаво-
живал почву для явления сверхчеловека»12. Согласимся с Бердяевым, который
считал, что Ницше переживал опыт «богооставленности», он «мучился последни-
ми вещами». По мнению Шестова, осознание смерти Бога «возбуждает» в Ницше
«мистический ужас»13. М. Хайдеггер считал, что Ницше сделал «событие» «смер-
ти Бога» центром всей своей жизни, глубоко переживая его14.
Характеризуя в работе «Антихрист» христианство как «единое великое
проклятие», называя его «великой внутренней порчей», Ницше выступает от лица

9
того, кто предсказывает наступление «последнего времени» христианской исто-
рии. Он уверен, что христианство – одно из двух «великих средств разложения»
(второе – алкоголь)15. Немецкий философ «торопит» будущее, где наступит конец
христианству и утвердится господство сверхчеловека. Христиан он характеризует
как людей, ненавидящих «ум, гордость, мужество», «радость ощущений».
Т. Кузьмина считает, что для Ницше «не существует христианства хотя бы пото-
му, что был, по его мнению, только один христианин, сам Христос»16. Отделяя
личность Иисуса от христиан, Ницше о последних пишет: «христианин и анар-
хист: оба decadents, оба не способны действовать иначе, как только разлагая, от-
равляя, угнетая, высасывая кровь, оба – инстинкт смертельной ненависти против
всего, что возвышается, что велико, что имеет прочность, что обещает жизни бу-
дущность»17. Появление сильных личностей он считал возможным не благодаря, а
вопреки христианству. Для «богов» же не существует иной альтернативы, кроме
«воли к власти», в противном случае их бессилие приведет к христианству, что
для немецкого философа недопустимо. Естественным состоянием немецкий мыс-
литель признавал любовь людей в своем Боге «своей собственной силы», считая,
что если Бог «слаб» – народ погибнет и Бог, с необходимостью, «должен изме-
ниться».
Среди минусов христианства Ницше выделял зависть всего «слабого»,
«жалкого» и нежизнеспособного к сильному и жизненному, попытку обессилить
«все сильное» с помощью аскетизма, «жизнеотрицающей» морали и страха перед
потусторонней вечной карой. Критикуя христианство, он видел назначение Анти-
христа в возрождении дохристианских смыслов.
Причиной зарождения и распространения христианства (и буддизма) он
считал «чудовищное заболевание воли». Ницше уверен в том, что ему «удалось»
окончательно «разоблачить» христианство и что уже «неприлично быть верую-
щим»: «Прочь с таким Богом! Лучше совсем без Бога, лучше на собственный
страх устраивать судьбу, лучше быть безумцем, лучше самому быть Богом!»18 Го-
воря словами Шестова, «Бог ждет, как каждая живая человеческая душа, послед-
него приговора»; «бытие Бога» «еще не решено»19. Рассматривая христианство «в
перспективе всего человечества», Ницше приходит к выводу: настало время ново-
го «летоисчисления», которое должно начаться с ницшеанской «переоценки всех
ценностей».
Для сверхчеловека он хотел «победы» в этом мире. Современный человек
достиг своего предела и на его место должен встать сверхчеловек. Видя себя свое-
образным «провозвестником» новой эпохи, Ницше своим творчеством пытался
«подбодрить» тех немногих, кому удалось «освободиться», подобно самому не-
мецкому мыслителю. Переход на следующий уровень развития человек должен
осуществить самостоятельно (хотя иногда Ницше описывает «трансформацию»
как производимую над человеком, воспринимаемым как объект) и антропологи-
ческий процесс характеризуется немецким мыслителем как «самопреодоление».
Он признает наличие в человеке того, что «должно быть сформовано», «сломано»,
«очищено», но в человеке есть и «творец», «ваятель». Целью всей трансформации
человека Ницше виделась финальная стадия, которую он назвал «сверхчелове-
ком». Эта трансформация представлялась ему в виде ступенчатого процесса: жиз-
ни «нужны ступени», жизнь должна «сызнова преодолевать самое себя». Другой
важной чертой трансформации человека является значимость тела: культура
должна начинаться с «надлежащего места», коим является «тело, наружность,
диета, физиология». Антропологическому росту способствуют два фактора: нена-

10
висть (которая «пробуждает» в человеке «надежду») и отчаяние (которое «дос-
тойно великого уважения»). В. Подорога считал целью творчества Ницше попыт-
ку добиться того, «чтобы передать другому новый телесный опыт (дионисий-
ский), выводящий его из статических состояний сознания». Ницше выводит чита-
теля «в область экстатических переживаний, туда, где он – всегда не сам, а мно-
жество других Я». Прочтение работ немецкого мыслителя Подорога сравнивает с
открытием себя «в долгом странствии за пределами обыденного чувства самото-
ждественности», с попыткой «формировать свое “тело” в опыте других телесных
практик»20.
Ницше не отождествлял веру в сверхчеловека с религиозной верой, утвер-
ждая, что «создать Бога» невозможно, а «создать сверхчеловека» люди «несо-
мненно, могли бы». Ницшеанскую концепцию можно характеризовать как попыт-
ку пророчества «прорыва» в «принципиально иное измерение человеческого су-
ществования, не ведающее виновности и страдания человека самим собой».
Некоторые мыслители отмечали следующее противоречие в творчестве
Ницше: он то «низвергает», то «рисует на стене» образы идолов. Разрешение это-
го противоречия находим у К. Ясперса, который считал данное противоречие
«выражением единственно необходимого процесса после того, как “Бог умер”»21.
«Идеалы» Ницше называет «идолами», когда последние «принадлежат прошлому,
но означают истину, когда они суть будущее: “Кто не находит великого в Боге,
уже не находит его нигде, – он вынужден отрицать его – или созидать”. Ницше
стремится созидать»22. Сами же слова «Бог умер» означают вступление человека
«в пору совершеннолетия, т. е. свободы и предоставленности самому себе»23.
Несмотря на то, что тема данной статьи заявлена достаточно узко, хотелось
бы отметить ее актуальность в наши дни. Связано это с тем, что интерес к творче-
ству Ф. Ницше со временем не пропал, и многие его сентенции и сегодня остают-
ся темой для дальнейших философских дискуссий. Тем более, что конец XX – на-
чало XXI веков связаны с выработкой плюралистических тенденций восприятия
человеком мира и других людей. Поэтому метафоричность языка Ф. Ницше, глу-
бина и предельная неисчерпаемость его произведений сегодня остаются востре-
бованными. Современный индивид, в силу существования глобальных проблем
человечества, действительно предоставлен самому себе. Существование мобиль-
ных средств связи, высокоразвитых компьютерных технологий, массовизация
культуры, глобализация экономической сферы дает современному человеку чув-
ство эйфории. Появляется ощущение невероятной свободы, легкости и комфорт-
ности существования. Но, с другой стороны, это чувство эйфории таит в себе
опасность: возможно ли оставаться личностью, преодолевать себя, нести ответст-
венность за свои поступки или жить, как все, плывя по течению? Существует и
другая весьма актуальная ныне проблема – проблема гуманности. Если Ф. Ницше
в XIX в. заявил: «Бог умер», то философы XX века заговорили о смерти человека
в личностном плане. Современность таит в себе много опасностей для комфорт-
ного существования человека: это и опасность самоуничтожения человечества, и
существование многих болезней, которые часто имеют летальный исход, что
лишь усугубляется экологической проблематикой. Появляется такая щепетильная
проблема, как эвтаназия. Ф. Ницше, который выступал за преодоление человеком
своих слабостей, наверняка бы высказался за ее принятие. Да, жизнь для него –
эта некая сверхценность, не случайно он критиковал чрезмерное увлечение со-
временников наукой. Да и В. Подорога считал, что жизнь, согласно Ницше – это
поток, становление, инстинкты, веселье, бессознательные импульсы, а не созна-

11
тельное, намеренное, продуманное проживание жизни. Другими словами, главное
для человека – получать удовольствие от жизни. Но следует помнить и о том, что
Ф. Ницше, выступая против христианства, намекал на свои симпатии по отноше-
нию к буддизму. А ведь буддизм связан с самопознанием, поиском индивидуаль-
ного пути в жизни, с достижением человеком внутренней свободы.
Поэтому здесь возможен и выход на другую проблему: проблему «второй
природы», то есть культуры. Современная культура по большей части – явление
массовое, а ведь Ф. Ницше (наряду с О. Шпенглером) являются, чуть ли не пер-
выми идеологами элитарной культуры. Культура должна создаваться «сверхчело-
веком», быть недоступной большинству людей, замкнутой, философичной. Ведь
элита – это «свободные умы», люди, сильные физически и духовно. Нам пред-
ставляется очевидным, что в условиях современного упрощения культуры, и в ка-
ком-то смысле ее духовного обнищания, мысли Ф. Ницше о культуре на удивле-
ние оказываются актуальными и верными. Да и проблема религиозности, и ее ре-
шение философом сегодня также интересны, ведь существует свобода вероиспо-
ведания, и большинство людей верят по «привычке», по «традиции», не всегда
четко представляя себе, что под этим подразумевается. Ведь вера слепа, не при-
знает колебаний и сомнений, основана на авторитете. Недаром слова: «Верую,
ибо абсурдно» очень четко отражали уже в эпоху Средневековья сознание хри-
стианина. Возможно, именно это и имел в виду Ф. Ницше, говоря о том, что хри-
стианство – религия слабых людей, которые всю ответственность за свои деяния
перекладывают на плечи Христа, не осознавая того, что Бог умер, и пора самим
принимать решения.
Но Ф. Ницше – философ, а философия изначально появляется как дискус-
сия, рассуждение, сомнение в правильности авторитетного мнения. Философия
возможна как диалог с традицией, ее переосмысление. И Ф. Ницше совершает
этот переворот, показывая всем своим творчеством, что философия развивается,
меняется, может и не радикально (ведь он выступал за идею вечного возвраще-
ния), а вместе с ней меняемся и мы, люди. И человек будущего должен стать са-
мостоятельным, свободным от религиозных предрассудков, христианской морали,
сильным. Хотя у «свободных умов» есть и свой минус – они одиноки, ведь толпа
мыслит традиционно.

Примечания
1
Ясперс, К. Ницше. Введение в понимание его философствования / К. Ясперс. –
СПб. : Владимир Даль, 2004. – С. 196.
2
Ницше, Ф. Антихрист / Ф. Ницше // Соч. в 2 т. Т. 2. – М. : Рипол Классик, 1998. –
С. 681.
3
Кузубова, Т. С. Метафизические миры Достоевского и Ницше / Т. С. Кузубова. –
Екатеринбург : Изд-во Урал. гос. проф.-пед. ун-та, 2001. – С. 164.
4
Ницше, Ф. Антихрист… С. 662.
5
Ницше, Ф. Человеческое, слишком человеческое / Ф. Ницше // Соч. в 2 т. – М. :
Мысль, 1997. Т. 1. – С. 323.
6
Ницше Ф. Человеческое, слишком человеческое… С. 321.
7
Ницше Ф. Антихрист… С. 664.
8
Ницше Ф. Антихрист… С. 667.
9
Кузубова, Т. С. Метафизические миры Достоевского и Ницше… С. 186.

12
10
Манн, Т. Философия Ницше в свете нашего опыта / Т. Манн // Собр. соч. : в 10
т. – М. : Гос. изд-во худож. лит., 1961. Т. 10. – С. 362–363.
11
Шестов, Л. Афины и Иерусалим / Л. Шестов // Соч. : в 2 т. – М. : Наука, 1993.
Т. 1. – С. 335.
12
Бердяев, Н. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX века и нача-
ла ХХ века / Н. Бердяев // О России и русской философской культуре. – М. : Нау-
ка, 1990. – С. 121.
13
Шестов, Л. Добро в учении гр. Толстого и Нитше / Л. Шестов // Философия тра-
гедии. – М. : Фолио, 2001. – С. 81.
14
См.: Хайдеггер, М. Слова Ницше «Бог мертв» / М. Хайдеггер // Вопр. филос. –
1990. – № 7. – С. 170–171.
15
См.: Ницше, Ф. Антихрист… С. 694.
16
Кузьмина, Т. «Бог умер» : личные судьбы и соблазны секулярной культуры /
Ф. Ницше и философия в России / Т. Кузьмина. – СПб. : Изд-во Рус. Христ. гума-
нит. ин-та, 1999. – С. 136.
17
Ницше, Ф. Антихрист… С. 691.
18
Ницше, Ф. Так говорил Заратустра / Ф. Ницше. – М. : Изд-во Моск. ун-та, 1990.
– С. 226.
19
Шестов, Л. На весах Иова / Л. Шестов // Соч. в 2 т. – М. : Наука, 1993. Т. 2. –
С. 153.
20
Подорога, В. А. Мир без сознания : Проблема телесности в философии Ницше /
В. А. Подорога // Проблема сознания в современной западной философии. – М. :
Наука, 1989. – С. 23.
21
Ясперс, К. Ницше… С. 197.
22
Там же.
23
Свасьян, К. Примечания / К. Свасьян // Ницше Ф. Соч. в 2 т. – М. : Мысль, 1990.
Т. 1. – С. 810.

М. П. Шумакова

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ЖИЗНИ: ПЕРЕЖИВАНИЕ ТЕЛЕСНО-ДУХОВНОГО


ОПЫТА В ПРАВОСЛАВНОЙ ТРАДИЦИИ В КОНТЕКСТЕ
ПОСТМОДЕРНИСТСКОГО ДИСКУРСА

Статья посвящена проблеме переживания телесно-


духовного опыта в православной традиции как феномена жиз-
ни в контексте постмодернистского дискурса.

Ключевые слова: телесность, дух, разум, переживание.

«Тело» и «душа», «мир феноменальный» и «мир ноуменальный», матери-


альное и духовное, земное и небесное, «чувства» и «разум» – вот далеко не пол-
ный перечень вариантов «бинарных оппозиций», характерных для религиозной и
философской мысли от древности до наших дней. Подобная «бинарность», оппо-
зиционность двух начал всегда остро ощущалась внутри европейской культурной
традиции, к которой всегда тяготела российская культура. Более того, «телес-
ность», чувственно-тактильное восприятие как воплощение жизненности «как та-
ковой», противопоставленные «внутренней пустотности» мира «симулякров»

13