Вы находитесь на странице: 1из 44

Фермопильское сражение

Дата середина сентября 480 до н. э.

Место Фермопилы, Греция

Итог победа персов

Противники

полисы континентальной Персидская держава


Греции

Командующие

царь Леонид I   † царь Ксеркс I

Силы сторон

5200—7700 гоплитов в около 200 тыс.


начале боя,
500—1400 гоплитов на 3-й
день

Потери

2—4 тыс. убитых, до 20 тыс.


ок. 400 пленных (отряд
фиванцев)

1
Предыстория
Греческие города-государства Афины и Эретрия помогали родственным греческим полисам Ионии в их
неудачном восстании против власти персидского царя Дария в 499—494 годах до н. э. Персидская империя на тот
момент была достаточно молода. Её часто сотрясали восстания покорённых народов. Повстанцам, совместно с
афинянами, удалось захватить и сжечь важный город империи и столицу сатрапии Сарды. Дарий желал отомстить
участвовавшим в восстании грекам, которые были ему неподвластны. Геродот так описывает реакцию Дария на взятие
Сард:

А царь Дарий между тем получил известие о взятии и сожжении Сард афинянами и ионянами […] Услышав эту
весть, прежде всего, как говорят, царь, не обратив никакого внимания на ионян (он прекрасно знал, что этим-то,
во всяком случае, придётся дорого заплатить за восстание), спросил только, кто такие афиняне. […] он сказал:
«Зевс! Дай мне отомстить афинянам»

Также Дарий видел возможность покорить разрозненные древнегреческие города. В 492 г. до н. э. во время военной
экспедиции персидского военачальника Мардония была завоёвана Фракия, Македония признала верховную власть
персидского царя. Таким образом, персы обеспечили своему сухопутному войску проход к территории Древней Греции.

В 491 году до н. э. Дарий отправил послов во все независимые греческие города с требованием «земли и воды», что
соответствовало покорности и признанию власти персов. Осознавая силу и военную мощь государства Ахеменидов, все
города древней Эллады, кроме Спарты и Афин, приняли унизительные требования. В Афинах послы были преданы суду
и казнены. В Спарте их сбросили в колодец, предложив взять оттуда земли и воды.

В 490 году до н. э. был направлен персидский флот под командованием Датиса и Артаферна для покорения Афин. По
пути к Афинам была покорена и разрушена Эретрия. Войско высадилось на территории Аттики, но было разбито
афинянами и платейцами в битве при Марафоне.

После этой неудачной экспедиции Дарий стал собирать огромное войско для покорения всей Греции. Его планам
помешало восстание в Египте в 486 году до н. э., а вскоре Дарий умер. Трон занял его сын Ксеркс. Подавив египетское
восстание, Ксеркс продолжил подготовку к походу на Грецию. Войско было собрано из многих народов громадной
империи. Согласно Геродоту, оно включало персов, мидян, киссиев, гиркан, ассирийцев, бактрийцев, саков,
индийцев, ариев, парфян, хорасмиев, согдийцев, гандариев, дадиков, каспиев, сарангов, пактиев, утиев, миков,
париканиев, арабов, эфиопов, ливийцев, пафлагонцев, лигиев, матиенов,
мариандинов, сирийцев, фригийцев, лидийцев, мисийцев, фракийцев, писидийцев, кабалиев,
милиев, мосхов, тибаренов, макронов, маров, колхов и моссиников. Кроме сухопутного войска у Ксеркса был мощный
флот, снаряжённый прибрежными и островными народами, входящими в его государство.

2
Для переправки огромного войска царь приказал соорудить понтонный мост между Европой и Азией через Геллеспонт.
У Ксеркса также были и другие амбициозные планы (в частности, сделать полуостров Афон островом). Об
эксцентричности Ксеркса также свидетельствует его реакция на то, что во время бури был уничтожен недавно
построенный мост через пролив.

3
Он приказал палачам сечь море, приговаривая: «О ты, горькая влага Геллеспонта! Так тебя карает наш владыка за
оскорбление, которое ты нанесла ему, хотя он тебя ничем не оскорблял». Вместе с тем Ксеркс не потерял чувство
реального и по окончании экзекуции заметил: «Как жаль, что стихии подвластны не царям, но только богам!» Принятые
меры помогли, и последующая переправа персидских войск прошла успешно.

Афиняне также готовились к предстоящей войне. В 482 году до н. э. под руководством Фемистокла они приняли
решение создать мощный флот из трирем для войны с персами. У афинян отсутствовала сильная сухопутная армия,
достаточная для того, чтобы воевать с персами в одиночку. Для сражения со всей армией Ксеркса требовались
объединённые усилия всех греков. В 481 году до н. э.

Ксеркс направил послов в большинство греческих городов-государств с требованием «земли и воды», кроме Афин и
Спарты. В конце осени 481 года до н. э. в Коринфе состоялось общегреческое собрание. Перед лицом общей опасности
на нём был заключён союз и прекращены междоусобные войны. В греческие колонии были отправлены посольства с
просьбой о помощи. Технически выполнить постановления общегреческого конгресса было сложно в связи с
разрозненностью древних греков, враждебностью между ними и междоусобными войнами.

Конгресс собрался вновь весной 480 года до н. э. Представители из Фессалии предложили грекам сделать попытку
остановить войско Ксеркса в узком ущелье Темпе на границе Фессалии и Македонии. В Фессалию морем было
направлено 10 тысяч гоплитов для защиты ущелья. Симпатизировавший грекам Александр, царь Македонии, который
до этого признал верховную власть персидского царя, предупредил войско греков о наличии обходного пути. Через
несколько дней греки отплыли обратно. Вскоре после этого Ксеркс со своей армией переправился через Геллеспонт.

После этого афинским стратегом Фемистоклом был предложен другой план действий. Путь в южную Грецию
(Беотию, Аттику и Пелопоннес) проходил через узкое Фермопильское ущелье. В нём греческое войско могло
удерживать превосходящие по численности силы противника. Для предотвращения обхода ущелья с моря афинским и
союзным кораблям следовало контролировать узкий пролив между островом Эвбея и материковой Грецией
(впоследствии, практически одновременно с Фермопильским сражением, там состоялась морская битва при
Артемисии). Данная стратегия была одобрена общегреческим конгрессом, хотя представители некоторых
пелопоннесских городов были не согласны с таким решением. Они считали, что лучшим будет все силы направить на
защиту коринфского перешейка, соединяющего Пелопоннесский полуостров с материком. Женщин и детей из
оставленных Афин они предлагали эвакуировать в другие города.

Предложение защищать только Коринфский перешеек было неприемлемо для греков из полисов вне
Пелопоннеса. Оборона Коринфского перешейка означала сдачу Афин во власть Ксеркса. Афиняне, на что
указывал Фемистокл, в таком случае отплыли бы со всем своим флотом в Италию искать новое место для
поселения. В случае выхода из войны афинян греки лишились бы большей части своих морских сил. При
таком развитии событий персы могли безопасно переправить морским путём свои силы на полуостров и
атаковать греческие войска на перешейке с тыла. Сходные с Фемистоклом мысли высказывала
царица Артемисия, советовавшая Ксерксу двинуться с войсками на Пелопоннес.

4
Силы сторон

Количество воинов (по Количество воинов (по


Геродоту) Диодору)

Спартанцы 300 300

1000 (включая
Периеки —
спартанцев ?)

Мантинейцы 500

Тегейцы 500

Аркадские орхоменцы 120

3000 (другие
Другие аркадцы 1000
пелопоннесцы)

Коринфяне 400

Флиунтцы 200

Микенцы 80

Феспийцы 700 —

Малийцы (англ.)русск. — 1000

Фиванцы 400 400

Фокийцы 1000 1000

Опунтские
«всё их ополчение» 1000
локры (англ.)русск.

Всего не менее 5200 7400—7700

5
Армия Ксеркса
Различные античные источники дают противоречивые сведения о численности армии Ксеркса.
Согласно Геродоту персидское войско состояло из около 2,64 миллиона воинов и такого же
количества обслуживающего армию персонала. Согласно древнегреческому поэту Симониду она
насчитывала 4 миллиона человек, а Ктесию Книдскому — 800 тысяч. Современные историки
отвергают приведенные древними цифры на основании логистики, изучения военной системы
империи Ахеменидов, невозможности обеспечения провиантом такого количества людей.

Исследователи сходятся в том, что античные историки значительно преувеличили численность


вторгшихся на территорию Греции войск. Это могло быть вызвано характерным для победителей
преувеличением сил противника либо вследствие дезинформации со стороны персов при подготовке
к походу. Большинство современных историков склоняется к числу в 200—250 тысяч. Минимальная
оценка численности армии Ксеркса приводится военным историком Гансом Дельбрюком. Он считал,
что в персидской армии находилось 60—80 тысяч человек. Независимо от реальной численности
вторгшегося на территорию Греции войска, оно было беспрецедентно большим для того времени.
Ксеркс намеревался покорить Элладу за счёт подавляющего численного превосходства как
сухопутных, так и морских сил.

Войско Ксеркса состояло из представителей множества народов и племён, подвластных империи


Ахеменидов. Воины каждой народности имели собственное оружие и доспехи. Персы и мидяне,
согласно подробному описанию Геродота, носили мягкие войлочные шапки, штаны и
пёстрые хитоны. Доспехи были собраны из железных чешуек наподобие рыбьей чешуи, щиты
сплетены из прутьев. На вооружении они имели короткие копья и большие луки с камышовыми
стрелами. На правом бедре находился меч-кинжал (акинак). Воины других племён были вооружены
значительно хуже, в основном луками, а зачастую просто дубинками и обожжёнными кольями. Из
защитного снаряжения кроме щитов Геродот упоминает у них медные, кожаные и даже деревянные
шлемы.

Греческие силы
Согласно Геродоту и Диодору Сицилийскому, греческие города-полисы послали к Фермопильскому
ущелью от 5200 до 7700 воинов.

Павсаний, в основном согласный с Геродотом, приводит иную оценку численности


ополчения локров (англ.)русск. — до 6000 бойцов. При этом Павсаний признает, что не знает точной
численности локрийской армии. Вместо этого он вычисляет максимально возможное количество
мобилизованных локров путем сравнения с мобилизацией афинян при Марафоне в 490 г. С
использованием реконструированной численности локров Павсаний дает всему греческому войску на
начальном этапе битвы численность в 11200 человек.

Следует отметить, что в сочинении Геродота имеется противоречие. Согласно списку воинов,
пришедших из Пелопоннеса, их насчитывается 3100. Далее он приводит надпись на камне,
установленном после победы над персами греками на месте битвы:

6
Против трёхсот мириад здесь некогда бились 
Пелопоннесских мужей  сорок лишь
сотен  всего

Открытым остаётся вопрос об участии илотов в Фермопильском сражении. Илоты представляли собой


потомков покорённых ранее спартанцами мессенцев. В древней Спарте они находились на
промежуточном положении между крепостными и рабами. Во время греко-персидских войн их
использовали в качестве легковооружённых воинов. Упоминание по крайней мере об одном илоте
присутствует у Геродота:

Еврит, узнав о том, что персы обошли гору, потребовал свои доспехи. Затем,
облачившись в доспехи, он приказал вести его к бойцам. Илот провёл Еврита в
Фермопилы, но потом бежал.

Учитывая упоминание об илоте у Геродота, а также несоответствие между перечислением греческих


сил и надписью на камне, установленном после окончательной победы над персами, ряд
исследователей делает вывод о том, что илоты участвовали в Фермопильском сражении.

Вооружение греков. Фаланга


Греческая фаланга представляла собой плотное боевое построение тяжеловооруженных воинов
глубиной в несколько шеренг. Во время боя главной задачей являлось сохранение её целостности:
место павшего воина занимал другой, стоявший за ним. Главным фактором, оказавшим влияние на
развитие фаланги, стало применение большого круглого щита (гоплона) и закрытого шлема
коринфского типа. На внутренней поверхности гоплона крепились кожаные ремни, через которые
просовывалась рука. Щит, таким образом, держался на левом предплечье. Воин управлял щитом,
держась за ремень ближе к его краю.

Защищая гоплита слева, такой щит оставлял открытой правую половину туловища. Из-за этого в греческой фаланге
воины должны были держаться плотной линией так, чтобы каждый гоплит прикрывал своего соседа слева, будучи
прикрытым соседом справа. Для грека потерять щит в бою считалось бесчестьем, так как он использовался не только
для собственной безопасности, но и для защиты всей шеренги. Голову гоплита в VI—V вв. до н. э. защищал
бронзовый шлем коринфского (или «дорийского») типа, который носился на войлочной подкладке-шапочке. Глухой
коринфский шлем обеспечивал полную защиту головы, но стеснял боковое зрение и слух. Воин видел в нём только
врага перед собой, что не представляло особой опасности в плотном боевом построении.

Во времена греко-персидских войн ещё были распространены так называемые «анатомические» бронзовые панцири,
которые состояли из нагрудной и спинной пластин. Пластины рельефно со скульптурной точностью воспроизводили
мышечные контуры мужского торса. Под панцирем гоплиты носили льняные туники, а спартанцы традиционно
укрывались поверх доспехов красными плащами. Недостатком бронзовых кирас были незащищённые бедра.

7
В эту эпоху уже появились так называемые линотораксы, панцири на основе многих слоёв пропитанного клеем льна,
которые через несколько десятилетий вытеснили в Греции «анатомические» бронзовые панцири. Кроме более легкого
веса линотораксы позволяли прикрыть бёдра, не стесняя движений воина.

В состав защитного снаряжения также входили бронзовые поножи. Они повторяли мускулатуру икр, чтобы плотно
облегать ноги и не мешать ходьбе.

Спартанцы были вооружены копьём и коротким мечом. Длина копья составляла 2—3 метра. При сближении с
противником первоначальный удар наносился копьём, им же продолжали сражение в строю, держа верхним хватом.
Спартанцы имели самые короткие мечи в Греции — они предназначались для близкой рукопашной, когда длинное
оружие становилось бесполезным в тесной схватке.

Вооружение и стиль ведения боя греческих воинов соответствовали условиям узкого Фермопильского ущелья.

Выбор места для сражения


Для греков основной задачей было задержать продвижение персидской армии на территорию Эллады. При
обороне узкого Фермопильского прохода греки могли надеяться решить эту стратегическую задачу. Расположив
свои силы в самых узких местах на пути морской и сухопутной армий Ксеркса (Фермопилы и пролив около мыса
Артемисий), греки нивелировали численное превосходство противника. В отличие от греков персы не могли
стоять на месте, так как для снабжения их армии требовалось большое количество пищи, которая добывалась на
занятых территориях. Поэтому персам для успеха кампании было необходимо прорваться через Фермопильское
ущелье.

С тактической точки зрения Фермопильское ущелье того времени идеально подходило для
греков. Фаланга гоплитов не могла быть обойдена с флангов, также там не было места для маневров конницы.

В близком фронтальном бою защищённые доспехами гоплиты были сильнее легковооружённой пехоты
противника. Слабым местом позиции являлась обходная горная тропа. Хотя она и была непроходимой для
конницы, пешие воины могли пройти в тыл греческому ополчению. Леонид был предупреждён о существовании
тропы и отправил на её защиту тысячу фокийцев.

8
Вот как описывал Фермопильский проход Геродот:

«Так, у селения Альпены за Фермопилами есть проезжая дорога только для одной повозки… На западе от
Фермопил поднимается недоступная, обрывистая и высокая гора, простирающаяся до Эты. На востоке же проход
подходит непосредственно к морю и болотам… В ущелье этом построена стена, а в ней некогда были ворота…
Древняя стена была построена в стародавние времена и от времени большей частью уже разрушилась. Эллины
решили теперь восстановить стену и таким образом преградить варвару путь в Элладу. Есть там одно селение
совсем близко у дороги под названием Альпены.»

В среднем ширина самого прохода составляла 60 шагов.

Современный вид Фермопильского прохода в месте сражения. Береговая линия отодвинулась далеко от гор

9
Битва
Греки разбили лагерь за стеной, перекрывающей узкий Фермопильский проход. Стена представляла собой
невысокую баррикаду, выложенную из тяжёлых камней. В середине августа персидская армия появилась на
берегу Малийского залива у города Трахина перед входом в Фермопилы. Один местный житель, рассказывая
эллинам о многочисленности варваров, добавил, что «если варвары выпустят свои стрелы, то от тучи стрел
произойдёт затмение солнца». В ответ спартанец Диенек беззаботно пошутил: «Наш приятель из Трахина принёс
прекрасную весть: если мидяне  затемнят солнце, то можно будет сражаться в тени».

На воинов из Пелопоннеса при виде персидской мощи напал страх, и они предложили возвратиться и охранять
Коринфский перешеек. Фокийцы и локры, чьи земли находились вне пределов Пелопоннесского полуострова,
пришли от такого предложения в негодование. Спор разрешил Леонид, который принял решение оставаться на
месте.

К эллинскому войску был отправлен посол Ксеркса, который предложил грекам сдаться и получить за это свободу,
титул «друзей персидского народа» и земли лучшие, чем те, которыми они владели. Когда эти предложения были
Леонидом отвергнуты, посол передал грекам приказ Ксеркса сложить оружие, на что, согласно Плутарху, получил
легендарный ответ — Приди и возьми (др.-греч. Μολὼν λαβέ).

10
Первый день
Ксеркс выжидал 4 дня, а на 5-й послал наиболее боеспособные отряды из урождённых мидян на штурм. По
Диодору, Ксеркс отправил в первой волне атакующих близких родственников воинов, погибших за 10 лет до того
в битве с греками при Марафоне. Греки встретили их в теснине лицом к лицу, в то время как другая часть греков
оставалась на стене. Царь Леонид расположил своё войско спереди от фокийской стены в самом узком месте
ущелья. Детали первого дня битвы, сравнение греческого войска и атакующих народов описаны у Диодора.
Греческие воины стояли «плечом к плечу», превосходили мужеством и доблестью персидское войско. Их тела
были защищены, щиты закрывали тело. Атакующие племена не были подготовлены к битвам в узких
пространствах, а привыкли вести войны на открытых просторах. Экипировка была соответствующая — небольшие
щиты, незащищённые тела. Описание Диодора соответствует современным представлениям о греческой фаланге.
При таком положении войска мидян и других плёмен разбивались о строй спартанцев. Наблюдавший за битвой
Ксеркс трижды вскакивал с трона от негодования.

Ксеркс сменил мидян на киссиев и саков, славных своей воинственностью. Легче вооружённые и не имеющие
строевой подготовки, подобной греческой, воины персидского царя не могли прорвать плотную фалангу греков,
укрывшуюся за сплошной стеной больших щитов. Тогда персидский царь бросил в атаку элитный отряд
«Бессмертных», личную гвардию.

«Бессмертных» постигла та же участь, что и мидян. Спартанцы использовали тактику ложного бегства —
притворно отступали, но затем разворачивались и контратаковали расстроенные отряды персов. Согласно Ктесию,
потери спартанцев были минимальны — погибло 3 человека[.

Второй день
На второй день персидский царь вновь послал свою пехоту в атаку с обещанием награды за успех и смерти за
бегство с поля боя. Успехи персидского войска на второй день были такие же, как и на первый. Персы сменяли
атакующие отряды, греки, в свою очередь, сменяли в сражении друг друга. Тогда Ксеркс в полном недоумении
отступил в свой лагерь.

Когда Ксеркс размышлял о дальнейших действиях, к нему доставили трахинского жителя Эфиальта. Эфиальт
рассказал о наличии обходного горного пути и предложил за денежное вознаграждение показать путь
персидской армии. За свой поступок Эфиальт стал презираем во всей Греции. Впоследствии его именем стали
называть демона, который вызывает ночные кошмары.

Ксеркс в тот же вечер отправил в обход 20-тысячное войско под началом сатрапа Гиркании Гидарна Младшего.

Третий день
На рассвете третьего дня охранявшие путь фокийцы увидели превосходящий их численностью персидский отряд.
Обе стороны были напуганы видом друг друга. Но Эфиальт убедил персов, что находящийся невдалеке отряд не
состоит из спартанцев. Фокийцы, напуганные численностью персов, отступили на вершину холма и стали
готовиться к обороне. Гидарн решил не отвлекаться от основной задачи и продолжил обходной манёвр.

Фокийцы послали бегуна предупредить спартанцев о приближении персов с тыла. Услышав эту новость, Леонид
созвал совет. Мнения греков разделились, и в результате разделилось и войско. Часть его ушла в свои города. В
ущелье остались спартанцы, феспийцы, отказавшиеся покинуть место битвы, и фиванцы. Согласно Геродоту,
Леонид сам приказал грекам разойтись по своим городам, поскольку ситуация стала безнадёжной. При этом,
считал он, «ему же самому и его спартанцам не подобает, покидать место, на защиту которого их как раз и
послали». Спустя 500 лет у Сенеки и Плутарха приводится обращение Леонида к своим воинам:

«Давайте-ка завтракать, соратники: ведь ужинать мы будем в преисподней! ».

11
Феспии и Фивы — города в Беотии, через которую неизбежно должен был пролегать путь персидского войска, так
что отряды этих городов защищали в Фермопилах родную землю.

Геродот писал свой исторический труд в пору вражды Фив с Афинами, поэтому он не упускал случая выставить
фиванцев предателями Эллады и сообщает, что фиванский отряд был удержан Леонидом против их воли в
качестве заложников. Однако определённая логика в его словах присутствует. Фиванцы вскоре присоединились к
армии Ксеркса, и их отряды во время битвы при Платеях (через год после описываемых событий) воевали на
стороне персов. Согласно Диодору, в греческом войске осталось не более 500 воинов. Своим решением остаться
Леонид также спасал отступающую часть ополчения. Ведь если не задержать основную армию Ксеркса, персидская
конница могла догнать пеших греков и уничтожить их на открытой местности.

Не рассчитывая на победу, но лишь на славную смерть, оставшиеся греки приняли бой в отдалении от прежних
позиций, в том месте, где проход расширяется. Даже там персы не могли развернуться и погибали массами в
давке или будучи сброшенными с обрывистого берега. У спартанцев копья были сломаны, они разили врагов
короткими спартанскими мечами в тесной рукопашной. В бою пал Леонид, у персов погибли Аброком и Гиперанф,
братья царя Ксеркса. Заметив приближение с тыла персидского отряда, ведомого Эфиальтом, греки отступили к
стене, а затем, миновав её, заняли позицию на холме у выхода из прохода. По словам Геродота, во время
отступления фиванцы отделились и сдались в плен, таким образом, они спасли свои жизни ценой клеймения в
рабство.

Спартанцы и феспийцы приняли последний бой. Персы расстреливали последних героев из луков, забрасывали их
камнями. По сведениям Геродота, отличились доблестью спартанцы Диенек, братья Алфей и Марон, феспиец
Дифирамб.

Диодор передаёт последний бой 300 спартанцев в легендарном виде. Они будто бы напали на персидский лагерь
ещё затемно и перебили множество персов, стараясь в общей суматохе поразить самого Ксеркса. Только когда
рассвело, персы заметили немногочисленность отряда Леонида и забросали его копьями и стрелами с расстояния ].

Дорога через Фермопильское ущелье для персов была открыта.

12
После сражения
Царь Ксеркс лично осмотрел поле боя. Найдя тело Леонида, он приказал отрубить ему голову и посадить на кол.
Под Фермопилами пало, по словам Геродота, до 20 тысяч персов и 4 тысячи греков, включая союзников Спарты —
даже в последнем бою феспийцы отказались покинуть спартанцев, несмотря на приказ Леонида отступать, и
погибли вместе с ними. Но насильно удержанные Леонидом фиванцы перешли на сторону персов.

Павших эллинов похоронили на том же холме, где они приняли последний бой. На могиле поставлен камень с
эпитафией поэта Симонида Кеосского:

„Путник, пойди возвести нашим гражданам в Лакедемоне,


Что, их заветы блюдя, здесь мы костьми полегли„.

За голову предателя Эфиальта, сына Эвридема, Спарта объявила награду. Но его убил в ссоре соплеменник, некий
Афенад из Трахина. Останки царя Леонида были перезахоронены в Спарте спустя 40 лет после его гибели.
Жители города через 600 лет после сражения, уже в римское время, ежегодно проводили состязания в честь
национального героя. Имена всех павших в Фермопилах были высечены на плите.

В 1939 году греческими археологами под руководством Спиридона Маринатоса на предполагаемых местах


сражения проведены раскопки. Ими найдены многочисленные свидетельства описанной более чем два
тысячелетия назад битвы.

Аристодем Трус

Согласно Геродоту, в бою погибли не все 300 спартанцев, которые отправились на бой вместе с царём Леонидом.
Один из них, Пантит, был отправлен гонцом в Фессалию. Узнав позже о произошедшем и понимая, что в Спарте
его ожидает бесчестье, он повесился. Двое из трёхсот (Еврит и Аристодем) были отпущены Леонидом в
близлежащий город в связи с болезнью. Узнав, что персы обошли гору, Еврит потребовал доспехи. Попав в
Фермопилы, он погиб со всеми в битве. По возвращении в Спарту Аристодема ожидали бесчестье и позор. Ему
дали прозвище Аристодем Трус. Через год после описываемых событий, во время битвы при Платеях, при которой
персы были окончательно побеждены, Аристодем настолько отличился в ходе сражения, что греки хотели дать
ему награду, как самому доблестному воину. Но награды он не получил, так как было высказано мнение, что
«Аристодем бился как исступлённый, выйдя из рядов, и совершил великие подвиги потому лишь, что явно искал
смерти из-за своей вины».

13
Битва при Платеях

14
Дата 9 сентября 479 до н. э.

Место Платеи (Беотия), Греция

Итог Окончательная победа греков

Противники

Греческие города- Персия
государства

Командующие

Павсаний, Аристид Мардоний†

Силы сторон

110 000 350 000 (Геродот),


70 — 120 тысяч, согласно
современным историкам

Потери

159 (Геродот) 43 000 из 300 000 остались в


1 360 (Плутарх) живых, заранее сбежав с
ок. 10 000 (Эфор и Диодор) поля боя (Геродот)

15
Предыстория

Греческие города-государства Афины и Эретрия помогали родственным греческим полисам Ионии в


неудачном восстании против власти персидского царя Дария в 499—494 годах до н. э. Персидская империя на
тот момент была достаточно молодым государством. После смерти её создателя Кира II в 530 г. до н. э.
государство часто сотрясали восстания покорённых народов, которые угрожали его целостности. Греческим
повстанцам совместно с афинянами удалось захватить и сжечь важный город империи и столицу сатрапии Лидии
город Сарды. Дарий хотел отомстить участвовавшим в восстании грекам, которые были ему неподвластны.

Также Дарий считал возможным покорить разрозненные древнегреческие города. В 492 г. до н. э. во время
военной экспедиции персидского военачальника Мардония была завоёвана Фракия, Македония признала
верховную власть персидского царя. Таким образом, персидское сухопутное войско получило проход к
территории Древней Греции. В 491 году до н. э. Дарий отправил послов во все независимые греческие города с
требованием «земли и воды», что соответствовало покорности и признанию власти персов. Осознавая силу и
военную мощь государства Ахеменидов, все города древней Эллады, кроме Спарты и Афин, приняли
унизительные требования. В Афинах послы были преданы суду и казнены. В Спарте их сбросили в колодец,
предложив взять оттуда землю и воду.

В 490 году до н. э. для покорения Афин был направлен персидский флот под
командованием Датиса и Артаферна. По пути к Афинам была покорена и разрушена Эретрия. Войско высадилось
на территории Аттики, но было разбито афинянами и платейцами в битве при Марафоне. После этой неудачной
экспедиции Дарий стал собирать огромное войско для покорения всей Греции. Его планам помешало восстание в
Египте в 486 году до н. э., а вскоре Дарий умер. Трон занял его сын Ксеркс.

В Афинах к власти пришёл Фемистокл. Промежуток между марафонской битвой и вторжением Ксеркса антиковед
Суриков называет «эпохой Фемистокла». В то время как персы собирали армию для завоевания Эллады, афинский
политик способствовал созданию мощного флота. У афинян был обычай делить между собою доходы от
серебряных рудников в Лаврионе. Собственником этих рудников было государство. После
падения тиранов государственное имущество стало считаться собственностью всех граждан. Если после покрытия
всех государственных потребностей в кассах оставались значительные суммы, то этот излишек делился между
афинянами. Фемистокл предложил направить получаемые средства на постройку кораблей. Предложение было
воспринято весьма неоднозначно. Принимая его, каждый афинянин лишался хоть и небольшого, но верного
денежного пособия, предоставляемого государством. Готовя корабли для войны с персами, Фемистокл понимал,
что афиняне не согласятся с ним, так как не считают разбитого под Марафоном врага серьёзной угрозой.

Поэтому он убедил сограждан, что новые корабли и мощный флот необходимы для победы в непрерывной войне
с островом Эгиной. Именно данная политика, в конечном итоге, привела к сокрушительному поражению армии
Ксеркса.

16
В 481 году до н. э. Ксеркс, подобно отцу, направил послов в большинство греческих городов-государств, за
исключением Афин и Спарты, с требованием «земли и воды». В конце осени 481 года до н. э.
в Коринфе состоялось общегреческое собрание, где перед лицом общей опасности был заключён союз и
прекращены междоусобные войны. В греческие колонии были отправлены посольства с просьбой о помощи.
Технически выполнить постановления общегреческого конгресса было сложно, в связи с разрозненностью греков,
враждой между ними и междоусобными войнами.

17
Подавив египетское восстание, Ксеркс продолжил подготовку к походу на Грецию. Войско было собрано из
многих народов громадной империи. Согласно Геродоту, оно включало персов, мидян,
киссиев, гиркан, ассирийцев, бактрийцев, саков, индийцев, ариев, парфян, хорасмиев, согдийцев, гандариев,
дадиков, каспиев, сарангов, пактиев, утиев, миков, париканиев, арабов, эфиопов, ливийцев, пафлагонцев,
лигиев, матиенов, мариандинов, сирийцев, фригийцев, лидийцев, мисийцев, фракийцев, писидийцев, кабалиев,
милиев, мосхов, тибаренов, макронов, маров, колхов и моссиников. Кроме сухопутного войска, у Ксеркса был
мощный флот, снаряжённый прибрежными и островными народами, входящими в его государство.

Всю весну и лето 480 года до н. э. продолжался поход персидской армии по побережью Эгейского моря. Попытка
греческого отряда во главе со спартанским царём Леонидом преградить персидскому войску путь
в Фермопильское ущелье окончилась неудачей. Персы прорвались в центральную Грецию. Греческий флот,
встретивший персидские корабли у мыса Артемисия, вынужден был отойти к югу и встал у западного
побережья Аттики.

Персидская армия заняла Афины. Жители города были эвакуированы на остров Саламин и в Трезен. Флот эллинов
сосредоточился в узких проливах между Саламином и материком. Благодаря военной хитрости Фемистокла греки
сумели нанести поражение флоту Ксеркса.

Как писал Геродот, Ксеркс испугался, что греческие корабли поплывут к Геллеспонту и преградят ему путь
обратно. Согласно Плутарху, после сражения между греческими военачальниками состоялся совет. Фемистокл
предложил разрушить мосты в Геллеспонте, чтобы «захватить Азию в Европе». Аристид оппонировал ему:

Теперь мы воевали с варваром, преданным неге; а если мы запрём его в Элладе и человека, имеющего под своей
властью такие силы, страхом доведём до последней крайности, то уж он не будет больше сидеть под золотым
балдахином и спокойно смотреть на сражение, а пойдёт на всё, сам, пред лицом опасности, станет участвовать во
всех действиях, исправит упущения и примет лучшие меры для спасения всего в целом. Поэтому, Фемистокл,  —
прибавил он,  — не следует нам разрушать существующий мост, а если можно, построить ещё второй и поскорее
выбросить этого молодца из Европы.

18
Фемистокл согласился с Аристидом и для того, чтобы поскорее изгнать Ксеркса из Греции, предпринял очередную
хитрость. Он отправил к царю лазутчика с сообщением о том, что греки хотят разрушить мосты. Испуганный
Ксеркс стал поспешно отступать. Кроме страха быть отрезанным от Азии, современные историки указывают ещё на
один мотив, требовавший немедленного отбытия царя к себе на родину. Весть о крупном поражении персидского
флота могла легко вызвать волнения внутри персидского государства. В условиях отсутствия царя это могло стать
причиной крупных восстаний народов, покорённых империей Ахеменидов.

Один из главных военачальников Ксеркса — Мардоний — убедил царя оставить часть сухопутной армии. Он
указывал на то, что никто из греков, которые считают себя победителями в битве при Саламине, не рискнёт сойти
с кораблей на берег из-за страха перед персами. Также полководец говорил о том, что персы сильны не
морскими силами, а сухопутными. Мардония поддержала царица Артемисия. В результате большая часть
сухопутного войска была оставлена в Греции. Армия персов перед началом зимы отошла на зимние квартиры
в Фессалии. Афиняне же вернулись в свой полуразрушенный город.

Таким образом, несмотря на сокрушительное поражение персидского флота при Саламине, угроза завоевания
Эллады сохранялась. Стороны продолжали готовиться к войне. Жители Пелопоннесского полуострова достроили
стену в области Коринфского перешейка.

Мардоний предпринимал неоднократные попытки заключить сепаратный мир с воинственно настроенными


афинянами. Сначала он отправил для ведения переговоров царя Македонии Александра I. Предложения персов
были очень выгодными. В частности, жителям Афин предлагали остаться свободными и взять столько земли,
сколько те захотят. Посольство Александра напугало греческих союзников. Выход Афин из войны значительно
ослабил бы военную мощь эллинов. Спартанцы также отправили своё посольство, целью которого было
недопущение заключения сепаратного мира. Геродот утверждает, что ответ Мардонию был жёстким — «пока
солнце будет ходить своим прежним путём, никогда мы не примиримся с Ксерксом». Лакедемонянам же был дан
ответ:

[...] ни на земле, ни под землей не сыскать столько золота, чтобы афиняне согласились предать
свободу греков.

19
После возвращения Александра персы выступили в поход. Мардоний направил войско к Афинам, и жителям
города пришлось повторно эвакуироваться на близлежащий остров Саламин. Несмотря на повторное
разграбление города, военные потери, а также выгодные предложения военачальника Ксеркса, афиняне были
настроены на продолжение войны. Об этом свидетельствует рассказ Геродота, описывающий настроение рядовых
афинян:

20
Из Афин Мардоний послал на Саламин  геллеспонтийца  Мурихида с таким же
предложением, какое раньше передал афинянам македонянин Александр. Враждебное
настроение афинян Мардоний, конечно, знал заранее, но всё же вновь отправил посла в надежде,
что захват военной силой и подчинение  Аттики  исцелит афинян от глупого упрямства. [...] А
Мурихид предстал перед советом [афинян] и изложил поручение Мардония. Один из советников,
Ликид, высказался за то, что лучше было бы не отвергать предложения Мурихида, а представить
его народному собранию. А подал такое мнение Ликид, неизвестно, потому ли, что был
подкуплен Мардонием, или оттого, что считал его действительно правильным. Афиняне же,
услышав такой совет, пришли в негодование (советники — не менее, чем народ, с нетерпением
ожидавший на улице) и тотчас обступили Ликида и побили его камнями. Геллеспонтийца же
Мурихида они отпустили невредимым. На Саламине между тем поднялось смятение из-за
Ликида; афинские женщины, узнав о происшествии, знаками подстрекая и забирая по пути с

собой одна другую, явились к жилищу Ликида и побили камнями его жену и детей.

Одновременно в Спарту было отправлено посольство во главе с Аристидом с требованием о помощи. Была
высказана угроза, что в случае отказа «афиняне сами найдут средство спасения». В результате войско во главе с
регентом малолетнего сына погибшего царя Леонида Плистарха Павсанием отправилось в поход.

Силы сторон
Греческие силы

Наиболее подробное описание численности армии эллинов приводит Геродот в IX книге своей «Истории». По его
подсчётам, греческое войско при Платеях на начало битвы состояло из более 38 тысяч тяжеловооружённых воинов
(гоплитов) и 69 500 легковооружённых. В сочетании с 1800 феспийцами, которые присоединились позже, общая
численность греческих войск достигла 110 тысяч воинов.

Современные историки по-разному относятся к приведённым Геродотом данным. Учитывая невозможность


перепроверить данные цифры, степень их достоверности оценивается сравнительными методами. В частности,
Холланд указывает, что Афины во время происходившей за 10 лет до описываемых событий битвы при
Марафоне выставили 10 тысяч гоплитов. Это делает цифру в 8 тысяч афинян во время битвы при Платеях вполне
реальной. В произошедшей менее чем за год до неё битве при Саламине греки выставили около 300—400
кораблей. Экипаж каждого из кораблей составлял около 200 человек. При этом сухопутное войско находилось в
районе Коринфского перешейка. Учитывая вышеизложенное, цифры Геродота не выглядят завышенными и
нереальными. Лазенби, соглашаясь с возможностью участия в битве около 40 тысяч гоплитов, отрицает
присутствие в армии 35 тысяч илотов. Он выдвигает предположение, что в битве каждого спартанца сопровождал
всего один илот, а другие были заняты в обеспечении армии провиантом. Оба историка считают, что
легковооружённые воины непосредственно в бою не участвовали и не оказали существенного влияния на исход
битвы. Наименьшей из встречающихся оценок численности армии эллинов является 40 тысяч человек.

Руководителем армии союзников был Павсаний. Он был регентом при малолетнем сыне погибшего при
Фермопилах царя Леонида Плистархе. Античные источники также указывают, что во главе афинян стоял Аристид.
Контингент каждого греческого полиса также имел своих военачальников. Павсаний хоть и являлся номинальным
руководителем войска, но должен был обсуждать возникавшие вопросы на военном совете. Особенность
руководства приводила к ситуациям, когда в критические моменты Павсанию приходилось просить часть войска
предпринять соответствующие действия.

21
Армия персов

Согласно Геродоту, под руководством Мардония находилось 300 тысяч воинов из империи


Ахеменидов и около 50 тысяч греков, которые изначально примкнули к армии Ксеркса. Данные
цифры Геродота не признаются современными историками соответствующими действительности,
хотя бы потому, что армия Ксеркса в начале похода оценивается в 200—250 тысяч человек. Один из
подходов в подсчёте численности персидского войска состоит в определении того, какое количество
людей могло находиться в их военном лагере. Современные историки считают, что грекам
противостояло от 70 до 120 тысяч воинов.

Сравнительная характеристика греческого и персидского войск

Войско персов состояло из представителей множества народов и племён, подвластных империи Ахеменидов. Воины
каждой народности имели собственное оружие и доспехи. Подробное описание Геродота утверждает, что персы и
мидяне носили мягкие войлочные шапки, штаны и пёстрые хитоны. Доспехи их были собраны из железных чешуек
наподобие рыбьей чешуи, щиты сплетены из прутьев. На вооружении они имели короткие копья и большие луки с
камышовыми стрелами. На правом бедре находился меч-кинжал (акинак). Воины других племён были вооружены
значительно хуже, в основном луками, а зачастую просто дубинками и обожжёнными кольями. Из защитного
снаряжения, кроме щитов, Геродот упоминает у них медные, кожаные и даже деревянные шлемы.

Греческая фаланга представляла собой плотное боевое построение тяжеловооружённых воинов в несколько шеренг. Во


время боя главной задачей являлось сохранение её целостности: место павшего воина занимал другой, стоявший за
ним. Главным фактором, оказавшим влияние на развитие фаланги, стало применение большого круглого щита (гоплона)
и закрытого шлема коринфского типа. На внутренней поверхности гоплона крепились кожаные ремни, через которые
просовывалась рука. Таким образом, щит держался на левом предплечье. Воин управлял щитом, держась за ремень
ближе к его краю.

Защищая гоплита слева, такой щит оставлял открытой правую половину туловища. Из-за этого в греческой фаланге
воины должны были держаться плотной линией так, чтобы каждый гоплит прикрывал своего соседа слева, будучи
прикрытым соседом справа. Для грека потерять щит в бою считалось бесчестьем, так как он использовался не только
для собственной безопасности, но и для защиты всей шеренги. Голову гоплита в VI—V вв. до н. э. предохранял
бронзовый шлем коринфского (или «дорийского») типа, который носился на войлочной подкладке-шапочке. Глухой
коринфский шлем обеспечивал полную защиту головы, но стеснял боковое зрение и слух. Воин видел только врага
перед собой, что не представляло особой опасности в плотном боевом построении.

Во времена греко-персидских войн ещё были распространены так называемые «анатомические» бронзовые панцири,
которые состояли из нагрудной и спинной пластин. Пластины рельефно со скульптурной точностью воспроизводили
мышечные контуры мужского торса. Под панцирем гоплиты носили льняные туники, а спартанцы традиционно
укрывались поверх доспехов красными плащами. Недостатком бронзовых кирас были незащищённые бедра. В эту
эпоху уже появились так называемые линотораксы, панцири на основе многих слоёв пропитанного клеем льна, которые
через несколько десятилетий вытеснили в Греции «анатомические» бронзовые панцири. Кроме более лёгкого веса,
линотораксы позволяли прикрыть бёдра, не стесняя движений воина.

В состав защитного снаряжения также входили бронзовые поножи. Они повторяли мускулатуру икр, чтобы плотно
облегать ноги и не мешать ходьбе.

Спартанцы были вооружены копьём длиной 2—3 метра и коротким мечом. При сближении с противником
первоначальный удар наносился копьём, им же продолжали сражение в строю, держа верхним хватом. Спартанцы
имели самые короткие мечи в Греции — они предназначались для близкой рукопашной, когда длинное оружие
становилось бесполезным в схватке.

22
Противостояние на реке Асоп
Узнав о выступлении основного войска эллинов из-за укреплённого Коринфского перешейка, Мардоний сжёг Афины и
отправился со своей армией в Беотию. Его выбор, согласно Геродоту, был связан с тем, что ландшафт Аттики, в которой
находились Афины, был неудобен для действий персидской конницы. В Беотии же его воины находились на земле
союзников и в месте, удобном для применения конных отрядов. По пути персами была опустошена область Мегар.
Расположившись на северном берегу реки Асоп в Беотии, они начали обустраивать укреплённый лагерь.

К общегреческому войску присоединились афиняне и платейцы. Армия прошла через ущелья горы Киферон и
расположилась напротив позиций персов. Павсаний разместил эллинов на горных возвышенностях. Несмотря на
непосредственную угрозу для всей Греции, среди эллинов не было полного единства. Плутарх приводит сведения как о
раскрытом заговоре среди обедневших вследствие войны аристократов, так и о внутренних разногласиях между
представителями различных полисов.

Конница Мардония устраивала нападения отдельными отрядами на эллинов, которые причиняли им тяжёлый урон. Во
время одной из вылазок был убит военачальник персов Масистий (англ.)русск.. Гибель самого уважаемого в войске,
после царя и Мардония, человека значительно понизила его боевой дух. Греки же, ободрённые этой маленькой
победой, продвинулись к лагерю персов. Спартанцы и тегейцы заняли правый фланг, афиняне — левый.

Каждая из сторон воздерживалась от атаки. Геродот связывает это с полученными во время жертвоприношений
предзнаменованиями. Как персы, так и эллины получили благоприятные предзнаменования в случае обороны и
неблагоприятные при наступлении. Это противостояние, когда ни одна из сторон не начинала наступления, связано с
тем, что персам было сложно штурмовать укрепления греков, а греки, находясь на своей земле, продолжали получать
подкрепления. Павсаний также не хотел лишаться выгодных позиций на горных склонах.

23
На восьмой день персидской коннице удалось захватить направлявшийся из Пелопоннеса обоз с продовольствием из
500 повозок.

Персы засыпали источник Гаргафий, из которого черпали воду эллины. Другой возможный источник воды, река Асоп,
была недоступна из-за обстрелов лучниками. Таким образом, целая армия осталась без воды и продовольствия, после
чего Павсаний принял решение начать отступление.

Отступление было организовано крайне плохо. Греки перепутали направление отхода и отошли к Платеям. Афиняне,
спартанцы и тегейцы, на которых была возложена задача прикрывать основные силы, к утру даже не начали
отступления. Один из спартанских военачальников Амомфарет отказался покидать лагерь. В результате силы греков
стали представлять собой не армию, а совокупность разрозненных отрядов.

Phase 1

Битва
Когда персы обнаружили отступление греков, Мардоний принял решение начать преследование. Войско перешло реку
Асоп и последовало за спартанцами и тегейцами. Первым был атакован отряд отказавшегося отступать Амомфарета.
Узнав о начале наступления врага, Павсаний отправил гонца к афинянам с просьбой о помощи. Отряд под
командованием Аристида повернул обратно, однако был атакован союзными персам фиванцами. В связи с отсутствием
помощи спартанцы оказались в весьма затруднительном положении, пытаясь противостоять основным силам армии
Мардония.

Несмотря на численное превосходство, персы уступали спартанцам. Во время битвы спартанцу Аримнесту удалось убить
военачальника вражеской армии Мардония. После гибели командира персы начали отступать. Лишь элитный отряд
«бессмертных» продолжал сопротивление и был полностью уничтожен. Персы в панике бежали в свой укреплённый
лагерь. Боеспособность сохранил лишь отряд военачальника Артабаза, который, предвидя исход боя со спартанцами,
не допустил свой 40-тысячный отряд к битве (следует учесть, что все современные историки считают оценку
численности персидского войска Геродотом завышенной). Узнав о поражении основных сил, он начал отступление
к Геллеспонту.

24
Phase 2

В то время как лакедемоняне одержали верх над персами, афинянам удалось сломить упорное
сопротивление фиванцев. Как только весть о победе Павсания и переломе в сражении достигла отступающие отряды
эллинов, они развернулись и начали преследование побеждённого врага. Совместными усилиями был взят
укреплённый лагерь персов. Среди его защитников, стеснённых в узком пространстве, началась паника, и они были
практически полностью перебиты. Так, из первоначального числа в 300 тысяч человек уцелели лишь отряд Артабаза,
который был удержан военачальником от участия в битве, и около 3 тысяч воинов, принимавших непосредственное
участие в сражении. Приведённые «отцом истории» данные хоть и вызывают сомнения относительно численности
персов, но свидетельствуют о сокрушительном поражении персов и их союзников.

Потери греков, согласно Геродоту, были минимальны и составили всего 159 человек — 91 спартанец, 16 тегейцев и
52 афинянина. Именно представители этих греческих полисов принимали участие на первых этапах сражения. С
приведёнными цифрами не соглашались даже античные историки. Плутарх пишет о 1360 павших в бою греках, отмечая,
что погибшие были не только среди трёх полисов. Эфор и Диодор Сицилийский говорят о более чем 10 тысячах
погибших эллинов.

После сражения
Победа эллинов была бесспорной, армия врага полностью уничтожена. Непосредственно после сражения греки стали
выбирать наиболее отличившегося воина. Согласно Геродоту, наибольшую доблесть проявил спартанец Аристодем,
которому за год до сражения дали презрительное прозвище «Трус». Дело в том, что он остался единственным
выжившим из 300 спартанцев, находившихся с царём Леонидом в Фермопильском ущелье. По возвращении в Спарту
Аристодема ожидали бесчестье и позор. Во время битвы при Платеях он стал самым доблестным из всех воинов.
Однако награды он не получил, так как было высказано предположение о том, что Аристодем совершил великие
подвиги лишь потому, что явно искал смерти из-за своей вины. Посмертные почести за наибольшую доблесть во время
сражения получил Посидоний.

Геродот также приводит эпизод, который характеризует изнеженность персов. Среди трофеев грекам достался шатёр
Мардония с большим количеством золотой и серебряной посуды. Павсаний приказал пленным приготовить такой же
обед, который они готовили своему бывшему военачальнику.

Зрелище роскошно приготовленного обеда и великолепия шатра вызвало удивление у спартанца. В шутку он приказал
своим слугам приготовить лаконский обед, после чего пригласил других военачальников эллинов. Когда те собрались,
он со смехом сказал:

Эллины! Я собрал вас, чтобы показать безрассудство этого предводителя мидян, который живёт в такой роскоши и всё-таки
пришёл к нам, чтобы отнять наши жалкие крохи.

25
Павсаний имел полное основание смеяться над глупостью персов, которые, имея возможность наслаждаться такими благами,
пускались в путь, чтобы завоевать бедно живущих в своих горных жилищах эллинов.

Плутарх рассказывает о ситуации, произошедшей непосредственно после сражения, которая чуть не стала причиной междоусобного
военного конфликта между спартанцами и афинянами. Каждая из сторон считала себя достойной главной награды за
храбрость. Аристид, военачальник афинян, уговорил стороны предоставить решение вопроса всем грекам. По предложению
коринфянина Клеокрита было принято компромиссное решение передать награду Платеям.

Эллины захватили богатую добычу. Десятая её часть была посвящена богам, в частности, в святилище Аполлона в Дельфах была
отправлена бронзовая колонна, созданная из оружия погибших во время битвы персов. Создание колонны было ознаменовано
скандалом. Военачальник эллинов при Платеях Павсаний велел поместить на треножнике надпись:

Эллинов вождь и начальник Павсаний в честь Феба владыки


Памятник этот воздвиг, полчища мидян сломив

Греки были оскорблены таким поведением Павсания, присвоившего себе всю славу победы, которая по праву принадлежала им всем.
Спартанцы соскоблили первоначальную надпись и заменили её на перечисление всех городов, войска которых участвовали в
сражении. Диодор Сицилийский писал, что на треножнике вместо первоначальной надписи поместили двустишие знаменитого
греческого поэта Симонида:

Это подарок спасителей обширной Эллады, воздвигнутый здесь,


Избавивших её государства от цепей позорного рабства

После победы над основными силами противника объединённое войско греков осадило союзный персам город Фивы. Фиванцы были
вынуждены выдать предводителей проперсидской партии, которых отвезли в Коринф и казнили.

Значение битвы для дальнейшего хода греко-персидских войн

Практически одновременно с битвой при Платеях произошло сражение при Микале, в котором греки также сумели победить персов.
Эти два сражения ознаменовали победу эллинов над вторгнувшейся громадной армией империи Ахеменидов. Если битва при
Марафоне показала грекам, что персов возможно победить, морское сражение при Саламине спасло Элладу от уничтожения, то битва
при Платеях привела к полному уничтожению вражеского войска.

Победа при Платеях стала первой решительной победой эллинов, так как при Марафоне и Саламине было нанесено поражение только
части военных сил врага. Греки сумели уничтожить элитные военные силы, собранные со всей громадной территории империи
Ахеменидов. Немецкий историк Эрнст Курциус считает день битвы при Платеях днём спасения Эллады.

В следующие несколько десятилетий эллины продолжали успешно воевать с персами за освобождение ранее покорённых во
времена Кира и Дария эллинских городов на территории Малой Азии и островах Эгейского моря.

26
Битва при Марафоне

Дата 12 сентября 490 года до н. э.

Место Марафон, Греция

Итог Полная победа греков

Противники

Афины, Персидская империя


Платеи

Командующие

Мильтиад Младший, Датис†,


Каллимах † Артаферн

Силы сторон

10000 афинян, около 26 000


1000 платейцев

Потери

192 грека согласно Геродоту около 6400 согласно


Геродоту

27
28
Предыстория
Ситуация в Афинах
После смерти тирана Писистрата в 527 г. до н. э. власть перешла к его сыновьям Гиппарху и Гиппию. После убийства
Гиппарха в 514 г. до н. э. оставшийся в живых Гиппий окружил себя наёмниками, с помощью которых надеялся
сохранить власть. В 510 г. до н. э. спартанский царь Клеомен предпринял военный поход против Афин, в результате
которого тиран был свергнут. В Афины вернулся представитель рода Алкмеонидов Клисфен. Ему была поручена
подготовка новых законов. Осуществлённые им нововведения сделали Афины демократией (др.-греч.δημοκρατία).
Также им был введён остракизм — изгнание из города путём голосования выдающихся граждан, которые угрожали
демократии. Нововведения Клисфена не нравились представителям афинской аристократии — эвпатридам. Сумев
избрать архонтом своего представителя Исагора, они изгнали Клисфена и отменили его реформы. Исагора и его
сторонников поддерживали спартанцы. Демос воспротивился этой перемене, поднял восстание и сумел выдворить из
Афин как Исагора, так и спартанцев.

После их изгнания могущество города стало возрастать. Однако жители опасались мести со стороны спартанцев. Страх
перед их армией был настолько велик, что Клисфен отправил в 508/507 г. до н. э. посольство в Сарды к персидскому
сатрапу и брату царя Артаферну. Целью посланников было обеспечение оборонительного союза против спартанцев.
Персы потребовали от афинян «земли и воды». Послы согласились. Этот символический акт означал формальное
признание своего подчинения. Хотя по возвращении домой послы подверглись «суровому осуждению», персы стали
считать афинян своими подданными, подобно ионийским грекам. Дальнейшее неповиновение рассматривалось ими
как мятеж. Одной из основных целей последующих военных кампаний империи Ахеменидов в Грецию
(поход Мардония 492 г. до н. э., экспедиция Датиса и Артаферна в 490 г. до н. э., а также вторжение армии Ксеркса)
стало завоевание Афин.

Начало греко-персидских войн


В 499 году до н. э. греческие полисы на территории Малой Азии, находящиеся под властью персидского царя,
подняли восстание. Представители повстанцев отправились к родственным им грекам западного побережья Эгейского
моря. Спартанцы не захотели вступать в военный конфликт с персами, в то время как афиняне приняли решение
отправить на помощь 20 кораблей. Повстанцам, совместно с афинянами, удалось захватить и сжечь важный город
империи и столицу сатрапии Сарды. Дарий желал отомстить участвовавшим в восстании и неподвластным его власти
грекам.

Также Дарий видел возможность покорить разрозненные древнегреческие города. В 492 году до н. э. во время военной
экспедиции персидского военачальника Мардония была завоёвана Фракия, Македония признала верховную власть
персидского царя. Таким образом, персы обеспечили своему сухопутному войску проход к территории Древней Греции.

В 491 году до н. э. Дарий отправил послов во все независимые греческие города с требованием «земли и воды», что
соответствовало покорности и признанию власти персов. Осознавая силу и военную мощь государства Ахеменидов, все
города древней Эллады, кроме Спарты и Афин, приняли унизительные требования. В Афинах послы были преданы суду
и казнены. В Спарте их сбросили в колодец, предложив взять оттуда земли и воды.

29
Экспедиция Датиса и
Артаферна
Дарий отстранил Мардония от командования и назначил на его место своего племянника Артаферна, придав ему
опытного полководца мидийца Датиса. Основными целями военной экспедиции были завоевание или подчинение
Афин и Эретрии на острове Эвбея, которая также оказывала помощь повстанцам, а также Кикладские острова и Наксос.
Согласно Геродоту, Дарий приказал Датису и Артаферну «обратить в рабство жителей Афин и Эретрии и привести пред
его царские очи». При экспедиции находился и бывший тиран Афин Гиппий.

Во время экспедиции персидское войско завоевало Наксос и в середине лета 490 г. до н. э. высадилось на острове
Эвбея. Когда это произошло, жители Эретрии приняли решение не покидать город и постараться выдержать осаду.
Войско персов не ограничилось осадой, а пыталось взять город штурмом. Геродот писал о том, что борьба была
ожесточённой, и обе стороны понесли тяжёлые потери. Тем не менее после шести дней боёв два знатных эретрийца,
Евфорб и Филагр, открыли ворота врагу. Персы вошли в город, разграбили его, сожгли храмы и святилища в отместку за
сожжение Сард. Захваченные в плен граждане были обращены в рабство.

Перед битвой
После завоевания Эретрии персы отплыли по направлению к Аттике. По совету находившегося в составе их армии
бывшего афинского тирана Гиппия они высадились на равнине неподалёку от города Марафон. Для завоевателей она
имела ряд преимуществ. Во-первых, равнина находилась ближе всего к Эретрии. Гавань была удобна и безопасна. В
долине персы могли найти богатые и нетронутые пажити, на которых можно было бы пасти коней. Также Датис и
Артаферн даже не думали о сражении в открытом поле, а предполагали, что афиняне ограничатся обороной стен своего
города. По уверениям Гиппия, из долины можно было выйти по удобным дорогам прямо к Афинам.

Узнав об этом, афиняне также направили своё войско к Марафону. Во главе армии по древней традиции находилось
десять стратегов. На помощь также прибыло ополчение из Платей. Мнения стратегов относительно дальнейших
действий кардинально разошлись. Одни высказывались против битвы в связи с малочисленностью войска, другие же,
напротив, советовали вступить в битву. Тогда стратег Мильтиад обратился к полемарху Каллимаху, от решения которого
зависело окончательное решение, со словами:

В твоих руках, Каллимах, сделать афинян рабами или же освободить их [...] Ведь с тех пор как существуют Афины, никогда
им ещё не грозила столь страшная опасность, как теперь. [...] Мы — десять стратегов — разошлись во мнениях: одни
советуют дать битву, а другие — нет. Если мы теперь же не решимся на битву, то я опасаюсь, что нахлынет великий
раздор и так потрясёт души афинян, что они подчинятся мидянам. Если же мы сразимся с врагом, прежде чем у кого-либо
возникнет гнусный замысел, то мы одолеем, так как ведь существует же божественная справедливость. Всё это теперь в
твоей власти и зависит от тебя. Присоединись к моему совету, и твой родной город будет свободен и станет самым
могущественным городом в Элладе. А если ты станешь на сторону противников битвы, тогда, конечно, мы погибли.

Своими словами Мильтиад убедил Каллимаха в необходимости немедленного сражения. После


принятия принципиального решения дать битву, а не придерживаться оборонительной тактики,
все стратеги вслед за Аристидом уступили своё командование Мильтиаду.

30
Войско из афинян и платейцев прибыло к месту, где высадились персы. Равнина представляла обширную
территорию, которая тянулась с юга на северо-восток вдоль моря и делилась ниспадавшим с Пентельского
хребта водопадом на две половины. Южная её часть была ограничена горой Пентеликон, которая доходила
непосредственно до морского побережья. Северная, отдалённая от Афин половина равнины также была
окружена горными цепями. При этом ширина плоского пространства была кажущейся. На северо-востоке
простирались обширные болотистые места, зелёная поверхность которых обманывала глаз.

Мильтиад распорядился стать лагерем на вершинах Пентельского хребта, перекрыв таким образом
единственную дорогу к Афинам. Именно по ней Гиппий намеревался провести персов. Несколько дней оба
войска стояли напротив друг друга и не предпринимали никаких военных действий.

31
Силы сторон

Греческие силы
У Геродота не приведены данные о численности армии греков, участвовавшей в битве при Марафоне. Корнелий
Непот и Павсаний говорят о 9 тысячах афинян и тысяче платейцев. Римский историк III века н. э. Юстин пишет о 10
тысячах афинян и тысяче платейцев. Эти цифры сопоставимы с количеством воинов, которые, согласно Геродоту,
участвовали в битве при Платеях через 11 лет после описываемых событий. В своём сочинении «Описание
Эллады» Павсаний при рассказе о марафонской долине указывает на наличие на ней братских могил — афинян,
платейцев и рабов, которых во время битвы впервые привлекли к военным сражениям [42]. Современные историки в
целом соглашаются с приведённой в античных источниках численностью участвовавших в битве эллинов.

Армия персов
Согласно Геродоту, изначально флот персов составлял 600 кораблей. При этом он не указывает численности
непосредственно войска, говоря лишь о том, что оно было «многочисленным и прекрасно снаряжённым». Для античных
источников характерно завышение численности армии своего побеждённого противника. Это делало победы эллинов
ещё более героическими. В диалоге Платона «Менексен» и «Надгробном слове» Лисия указывается 500 тысяч. Живший
намного позже римский историк Корнелий Непот оценивает численность армии Датиса и Артаферна в 200 тысяч
пехотинцев и 10 тысяч всадников. Наибольшая цифра в 600 тысяч встречается у Юстина.

Современные историки оценивают вторгшуюся на территорию Эллады армию в среднем в 25 тысяч пеших воинов и
одну тысячу всадников (хотя встречаются и цифры в 100 тысяч).

Битва
Немецкий историк-антиковед Эрнст Курциус на основании анализа и сопоставления описаний битвы при Марафоне и
предшествующих ей событий объясняет, почему Мильтиад атаковал вражеское войско утром 12 сентября 490 г. до н. э.,
не дождавшись идущего на помощь спартанского войска. Он обращает внимание на то, что во всех дошедших до нас
источниках отсутствует описание действий конницы, на которую персы возлагали большие надежды. На определённых
этапах сражения она могла бы сыграть решающую роль. Также у Курциуса вызывает удивление быстрота, с которой
якобы была произведена посадка персидского войска на корабли. В условиях полного разгрома это является
маловероятным. Исходя из этого, немецкий историк приходит к выводу, что персы, видя укреплённые позиции афинян
и платейцев на горных склонах, отказались от мысли идти на Афины через Марафонский проход. Они предпочли
предпринять высадку в более удобном для манёвров месте, где не было бы горных проходов и единственной хорошо
укреплённой дороги. Курциус делает вывод, что Мильтиад предпринял своё нападение только тогда, когда персидское
войско разделилось и конные отряды уже были погружены на суда. Таким образом, он напал на войска, оставленные
позади и прикрывавшие отъезд армии. При данных предпосылках становится понятным, почему афиняне не дождались
выступивших в поход профессиональных воинов спартанцев.

Расстояние между греками и персами составляло не менее 8 стадий (около 1,5 километра). Мильтиад выстроил своё
войско в боевом порядке — на правом фланге расположились афиняне под командованием Каллимаха, на левом —
платейцы, в центре находились граждане из фил Леонтиды и Антиохиды под командованием Фемистокла и Аристида.
Боевая линия эллинов оказалась равной по ширине персидской, однако её центр составлял всего несколько рядов в
глубину. Именно в центре войско греков было слабее всего. На флангах боевая линия  была выстроена значительно
глубже.
После построения греки начали наступление. Согласно Геродоту, все 8 стадиев они пробежали. Современные
исследователи подчёркивают невозможность такого наступления для тяжеловооружённых воинов без нарушения
боевого порядка. Делается предположение, что первую часть пути афиняне и платейцы прошли маршем и лишь после
достижения расстояния, когда до них стали долетать вражеские стрелы (около 200 м), устремились бегом. Для персов
нападение стало неожиданным. Как подчёркивает Геродот:

[...] они первыми из всех эллинов [...] напали на врагов бегом и не устрашились вида мидийского одеяния и воинов, одетых по-
мидийски. До сих пор даже ведь одно имя мидян приводило в страх эллинов.

Битва длилась долго. В центре боевой линии, где стояли отборные отряды армии Датиса и Артаферна — персы и саки, а греческая
линия была слабой, эллины начали отступать. Персы прорвали ряды афинян и стали их преследовать. Однако на обоих флангах победу
одержали греки. Вместо преследования отступающих врагов они повернули и атаковали прорвавшие центр войска. В результате среди
персов началась паника, и они стали беспорядочно отступать к кораблям. Грекам удалось захватить семь вражеских судов.
32
Согласно Геродоту, потери греков составили всего 192 афинянина, среди которых были полемарх Каллимах и
брат Эсхила Кинегир. Потери персов «отец истории» оценивает в 6400 человек. Судьба одного из главных
военачальников империи Ахеменидов Датиса разнится в различных античных источниках. Так, согласно Геродоту, Датис
возвратился обратно в Азию. Согласно использовавшему персидские летописи Ктесию, Датис погиб во время сражения.
Более того, греки отказались выдать персам тело их военачальника.

Коринфский шлем и череп, найденные на месте битвы при Марафоне

Персидские воины из гвардии «бессмертных». Фрагмент изразцового рельефа из царского дворца в Сузах

33
Схема действий греческих и персидских войск во время битвы при Марафоне

После битвы
В Афинах существовала влиятельная «проперсидская» партия. Согласно Геродоту, врагу был дан условный сигнал щитом с вершины
горы Пентеликон. Впоследствии распространилась молва, что это сделали Алкмеониды, предав таким образом общегреческое дело.
Отчалив от Марафона, персидские суда направились к Суниону, чтобы, обогнув его, захватить Афины. Город оставался беззащитным,
так как всё ополчение находилось на поле боя на расстоянии в 42 км. Планы врагов были вовремя разгаданы Мильтиадом.
Победителям при Марафоне не суждено было отдохнуть после боя. Оставив отряд во главе с Аристидом для охраны пленных и
военных трофеев, греческая армия в полном вооружении совершила форсированный марш к Афинам. Когда персы
достигли Фалерской бухты, то обнаружили, что вся греческая армия снова стоит перед ними. Увидев, что город надёжно охраняется,
персы не решились на сражение и отплыли домой.

На следующий день к Афинам прибыла спартанская армия, пройдя расстояние от Спарты (220 км) за 3 дня. Опоздав к сражению, они
осмотрели поле боя, воздали хвалу афинянам и возвратились домой. Погибшие были удостоены величайших по меркам древних
афинян почестей — их похоронили на поле боя.

Победителям при Марафоне Симонид посвятил одну из своих эпиграмм:

В первых рядах на полях Марафона с врагами


сражаясь,
Силу блестящих мидян дети Афин разнесли.

Развеяв миф о непобедимости персов, битва при Марафоне значительно подняла боевой дух афинян и впоследствии осталась в их
памяти как символ величия Афин. О том значении, которое придавали греки данной победе, свидетельствует большое количество
памятников и цитат, посвящённых Марафону. Участвовавший в бою Эсхил пишет в своей эпитафии:

В заливе воют трубы Марафона,


И челюстями брат, уже безрукий,
За скользкую хватается корму.
Нам суждена победа в дивной сече…

34
Битва при Левктрах

Date 6 July 371 BC


Location Boeotia
Result Decisive Theban victory

Belligerents

Boeotian League (Thebes) Sparta

Commanders and leaders

Epaminondas Cleombrotus I †

Strength

6,000–7,000 hoplites  10,000–11,000 hoplites 

1,500 cavalry 1,000 cavalry

Casualties and losses

300 according to Diodorus, 47 1,000 according to Xenophon,

according to Pausanias 4,000+ According to Diodorus

35
Обстоятельства, предшествовавшие битве
Афиняне с союзниками (в том числе фиванцы) вели войну с лакедемонянами. На беотийском театре военных
действий Лакедемоняне в течение 2 лет подряд не смогли вторгнуться в Беотию. В результате фиванцы покорили
беотийские города и начали ходить походами на фокейцев. Так как фиванцы шли походами и покоряли
дружественные Афинам города, то отношения между Афинами и Фивами становились всё более неприязненными.
Афины послали послов в Лакедемон для заключения мира. В результате «…лакедемоняне приняли постановление
согласиться на мир, по которому стороны обязались вывести из союзных городов гармостов, распустить
сухопутные и морские силы и предоставить автономию всем городам». Так как Фивы отказались подписывать мир
на этих условиях (что подразумевало автономию Беотийских городов), то «…все прочие заключили между собой
мир, и только с фиванцами оставались враждебные отношения. Среди афинян господствовало убеждение, что
теперь можно надеяться, что с имущества фиванцев, согласно старинному постановлению, будет отчислена
десятая часть в пользу богов» (то есть Фивы будут разрушены и преданы разграблению, а Фиванские граждане
проданы в рабство.).

Гарнизоны и гармосты были выведены. Народное собрание Спарты «…отправило к  Клеомброту  гонцов с


предписанием не распускать войска (по просьбам фокейцев стоящие в  Фокиде  для защиты от фиванцев), а вести
его немедленно против фиванцев, если они не согласятся на автономию беотийских городов …». В результате
Клеомброт проник в Беотию (обойдя основное фиванское войско), завладел крепостью Кревсия и расположился
лагерем близ Левктр (со стороны города). Позже подошли фиванцы/беотийцы и расположились лагерем
напротив.

Клеомброта обвиняли в том, что он доброжелатель фиванцев. Услышав об этом, Клеомброт пришёл в ярость и
решил вступить в бой. По Диодору Сицилийскому союзники лакедемонян, отправляясь в этот поход, не ожидали,
что произойдёт битва. Командующие фиванцев принимали в соображение то, что, если они не дадут бой, то
окрестные города отпадут от Фив, и Фивы будут взяты в осаду. Если же фиванский народ будет вынужден
голодать, то он может выступить против правительства. Кроме того, многие из них уже прежде были в изгнании и
считали, что лучше пасть в бою, чем снова стать изгнанниками.

По Диодору Сицилийскому, Плутарху и Павсанию среди фиванских беотархов возникли разногласия: трое из них


хотели приготовиться к осаде, другие 3 — немедленно выступить и дать битву, и подошедший позже 7-й беотарх
(Бранхиллид) решил исход дела в пользу битвы. Кроме того, фиванцами были получены хорошие
предзнаменования и предсказание (ряд современников, античных[ а также современных нам историков считают,
что предзнаменования были сфабрикованы Эпаминондом).

36
Силы сторон
Данные в античных источниках
Ксенофонт — нет полных данных.

 Лакедемоняне — 4 моры граждан (около 2300-2400, из них около 700 спартиатов) с «соответственным числом союзников»;

 Фиванцы/беотийцы — неизвестно.

Диодор

 Лакедемоняне — точное число не известно.

 Диодор смешивает две армии лакедемонян (Клеомброта и Архидама, которого по Ксенофонту послали после сражения для
эвакуации потерпевших поражение лакедемонян). После этого соединения лакедемоняне получили существенное
численное преимущество над фиванцами. Если отбросить хронологические ошибки Диодора, то численность лакедемонян
по сравнению с фиванцами неизвестна. По Диодору, армией командовал Архидам, а не Клеомброт.

 Фиванцы — окончательной цифры нет, складываются из разных частей. Всего по Диодору у фиванцев было примерно 8500
гоплитов: 6000(Фивы) + 1000(7-й беотрарх) + 1500(Ясон Ферский).

Плутарх

 Лакедемоняне — 10'000 гоплитов и 500 всадников. Источники Плутарха неизвестны.

 Фиванцы/беотийцы — неизвестно.

Выводы по численности армий

Численность и соотношение армий не может быть установлена с достаточной точностью. Ни в одном источнике (не считая
современных историков) нет данных по численности сразу двух сторон.

Современные авторы также расходятся во мнениях по этому вопросу. Часть принимает, что лакедемоняне вместе с союзниками
(которые не участвовали в битве) имели численный перевес (2-3 (тысячи)), часть же считает, что для этого «нет никаких оснований».

Данные по Плутарху относятся только к лакедемонянам с союзниками, источники неизвестны.

Данные по Диодору относятся к фиванцам и слагаются из разных компонент. К примеру, Делбрюк, который считал численность
фиванцев/беотийцев (и их потери) Диодором явно заниженной, высказался относительно данных Диодора весьма резко — «…мы не
можем придавать цену его цифровым данным.». Ясные данные Ксенофонта (в пределах 2300—2400) относятся только к
лакедемонянам.

Силы сторон, непосредственно участвующие в битве

 Лакедемоняне — гоплиты — 2300—2400, столько же союзников — сколько из них гоплитов неизвестно, конница —
неизвестно (количественно и качественно слабее фиванцев/беотийцев, предположительно около 200 (англ.))

37
 Фиванцы/беотийцы — гоплиты — точно неизвестно, принимая построение (о характере которого до сих пор спорят
исследователи), возможно равенство: по фронту столкновения — 8 шеренг против 12 шеренг, на фланге 48 рядов,
священный отряд из 300 человек и 300 лучших людей союзников, против 12 рядов. Конница — неизвестно.

38
Ход битвы

До сих пор историкам не удаётся достаточно полно восстановить ход битвы. Обычно исследователи рассматривают лишь часть
события, оставляя без внимания другие моменты и их взаимное влияние. «Комбинированная» версия, основанная на Ксенофонте
и современном понимании Плутарха (напр. John Buckler, J.K.Anderson, Peter Krentz и т. д.) выглядит следующим образом:

Бой происходил только между лакедемонянами (до 2400 гоплитов и до 200 всадников) и фиванцами/беотийцами (число гоплитов
неизвестно, кавалерия сильнее и больше лакедемонской). Лакедемоняне были выстроены в 12 рядов в глубину, в 4 морах,
ширина фронта чуть менее 200 рядов. Фиванцы/беотийцы, принимавшие участие в битве, были выстроены напротив
лакедемонян глубиной в 50 рядов (ширина фронта неизвестна). В это соединение (эмбалон) входили священный отряд и лучшие
люди союзников — всего 600 человек.

Перед гоплитами с обеих сторон была выставлена конница. Перед началом атаки пехоты произошёл короткий бой конницы, в
котором фиванская конница разбила лакедемонскую. Собствено это и предрешило исход бытвы, — при отступлении
лакедемонская конница врезалась в ряды своих гоплитов, после чего на смятые ряды лакедемонской фаланги напал отряд
Пелопида, а за ним — остальные силы эмбалона. В начале боя был ранен спартанский царь Клеомброт. Лакедемонянам удалось
оттеснить фиванцев и живым унести Клеомброта с поля боя. Однако спартанский царь умер от ран, вернулись «на щитах» то есть
были убиты и другие спартанские военачальники. В результате упорного боя фиванцы опрокинули лакедемонян и оттеснили к их
лагерю, перед которым, в свою очередь, были остановлены.

Phase 1

Потери лакедемонян составили около 1000 человек, из них около 400 — спартанцев.

39
Ход битвы (описание в античных источниках)
По Ксенофонту (современник, только сама битва, без деталей и т. п.):

”После завтрака Клеомброт созвал последний военный совет; в полдень все подвыпили, полагая, что вино возбуждает отвагу.
Затем воины — и спартанские, и беотийские — облачились в боевое снаряжение, и стало ясно, что сейчас начнется битва. Заметив
это, маркитанты, кое-кто из обозных и те, которые не желали сражаться, стали удаляться из беотийского войска; но наёмники,
предводимые Иероном, фокейские пельтасты и из числа всадников гераклейские и флиунтские напали на уходящих, заставили их
повернуть тыл и бежать обратно к беотийскому войску; таким образом, благодаря им беотийское войско стало гораздо более
многочисленным и сплоченным, чем прежде. Так как оба войска были отделены друг от друга равниной, лакедемоняне выставили
перед строем конницу; то же сделали и фиванцы. …(вырезано описание конницы) Пехота же у лакедемонян, как передавали, была
выстроена так, что от каждой эномотии находилось по три человека в ряду, следовательно, в глубину лакедемонское войско имело
не больше двенадцати рядов. Строй фиванцев был тесно сомкнут и имел в глубину не менее пятидесяти щитов, так как они
полагали, что, если они победят часть войска, собравшуюся вокруг царя, одолеть остальную часть войска уже будет нетрудно. Как
только Клеомброт повел войско в атаку, прежде даже чем его войско узнало о переходе в наступление, произошёл конный бой, и
через самое короткое время лакедемонская конница была разбита. При отступлении она врезалась в ряды своих же гоплитов, а
вслед за ними налетела и фиванская пехота. Первоначально верх взяло все же войско Клеомброта. Несомненным доказательством
этого может служить то, что лакедемоняне оказались в состоянии подобрать Клеомброта и живым унести с поля битвы; это было бы
невозможно, если бы сражавшиеся впереди него в этот момент не одерживали верх. Однако, после того как были сражены сам
полемарх Динон, царский сотрапезник Сфодрий с сыном Клеонимом и так называемые конюшие и спутники полемарха, — войско,
не выдержав натиска массы врагов, стало отступать; дрогнули и те, которые были на левом фланге лакедемонян, заметив, что враг
теснит правый фланг. Но, несмотря на огромный урон и поражение, лакедемоняне, перейдя назад через ров, оказавшийся пред их
лагерем, удержали отступление и остановились на тех самых пунктах, откуда начали наступать (лагерь их был сооружён на не
совсем ровном месте, у склона горы). Тогда некоторые из лакедемонян, считая, что нельзя примириться с поражением, говорили,
что необходимо помешать врагу поставить трофеи и что не следует просить перемирия для уборки трупов, а надо пытаться
завладеть ими с боя. Однако же полемархи видели, что весь урон лакедемонян достигает тысячи человек, что из спартиатов,
которых всего было в бою около семисот, пало приблизительно четыреста; они замечали также, что союзники крайне не
расположены к сражению, а кое-кто из них даже злорадствует. Поэтому они собрали наиболее влиятельных людей и стали
совещаться, как быть. Единогласно было постановлено просить перемирия для уборки трупов, и затем был послан вестник с
предложением перемирия. После этого фиванцы поставили трофеи и согласились на перемирие для уборки трупов.’’ 

40
Phase 2

41
По Диодору (прим. 300 лет спустя — не официальный , литературно не обработанный перевод):
„Со стороны лакедемонян командирами крыла были выставлены потомки Геракла, царь Клеомброт и Архидам, сын царя Агесилая,
в то время как со стороны беотийцев Эпаминонд, заняв необычную позицию, получил возможность благодаря собственной
стратегии достигнуть выдающейся победы. Он выбрал из всей армии отважнейших мужей и поставил их на одном крыле,
намереваясь лично закончить с ними дело. Слабейших он расположил на другом крыле, и велел им уклониться от битвы и
понемногу ретироваться во время атаки неприятеля. Итак, расставив свою фалангу в косое построение, он планировал достичь
исхода битвы при помощи элитного крыла. Когда с обеих сторон прозвучали трубы и армии одновременно с первой атакой
издали боевой клич, лакедемоняне своими фалангами атаковали оба крыла в построении полумесяца, в то время как беотийцы
отступили на одном крыле, но на втором напали на противника ускоренным маршем. Когда они встретились в рукопашном бою,
сначала оба пылко сражались, и был достигнуто равновесие, вскоре, однако, люди Эпаминонда начали получать преимущество от
своей смелости и от плотности своих линий, и многие пелопоннесцы начали гибнуть. Их нельзя упрекнуть в недостатке мужества:
сражаясь с элитным корпусом, все павшие сопротивлялись, и раненые получили раны спереди. Пока царь лакедемонян Клеомброт
был жив, с ним были многие товарищи по оружию, которые были готовы умереть в его защиту, было не ясно, на чью сторону
склонятся весы победы, но потом, несмотря на то, что он ускользнул от опасности, он не смог сломить своего противника, и погиб,
оказывая героический отпор, от множества ран, тогда, когда массы людей толпились вокруг его тела, где навалилась большая
гора трупов.

Там было некому командовать крылом и массивная колонна, возглавляемая Эпаминондом сломила (преодолела) лакедемонян, и
сначала благодаря силе прогнула линии противника, в конце концов слегка отступила в это время, тем не менее, лакедемоняне,
храбро сражаясь за своего царя, завладели его телом, но были недостаточно сильны для того, чтобы достигнуть победы. Элитный
корпус превзошёл их в подвиге храбрости и героизм и убеждение Эпаминонда чрезвычайно (значительно) способствовали их
отваге, лакедемоняне с огромной (большой) сложностью были оттеснены, сначала, пока отдавали землю, они не сломили свой
строй, но в конце концов, так как многие пали и командир, который их объединял, умер, армия повернула и обратилась в
беспорядочное бегство. Корпус Эпаминонда преследовал бегущих, убил многих, кто им сопротивлялся, и выиграл для себя самую
славную победу. Так как они встретились с храбрейшими из греков и с малыми силами и чудесным образом превзошли во много
раз их числом, они завоевали репутацию великих храбрецов. Самые высокие похвалы были предоставлены стратегу Эпаминонду,
который главным образом собственной храбростью и собственной прозорливостью командира поверг в бою тех, кто считался в
Греции первым и непобедимым. Более 4000 лакедемонян пало в битве, но только около 300 беотийцев. По окончании битвы они
заключили перемирие и позволили забрать тела и увезти в Пелопоннес .’’

По Плутарху (прим. 450 лет спустя, перевод С. П. Маркиша, обработан С. С. Аверинцевым, John Buckler и Hans Beck переводят иначе):

„Когда битва началась, Эпаминонд вытянул своё левое крыло по косой линии, чтобы как можно больше оторвать от остальных греков правое крыло
спартанцев и погнать Клеомброта, разом нанеся ему сокрушительный удар с фланга. Противник, разгадав его замысел, начал перестраивать свой
боевой порядок, развертывая и загибая правое крыло в намерении превосходящими силами окружить и запереть Эпаминонда, но в этот миг триста
воинов Пелопида рванулись вперед, на бегу сплачивая ряды, и прежде чем Клеомброт успел растянуть крыло или, вернувшись в первоначальное
положение, сомкнуть строй, напали на спартанцев, ещё находившихся в движении и приведённых в замешательство собственными перемещениями
(перевод Баклера  — «рванулся вперёд со своей позиции и вместе со своим отрядом 300 подбежал до того, как Спартанцы смогли закончить свои
манёвры»). Известно, что лакедемоняне, непревзойденные мастера и знатоки военного искусства, прежде всего старались приучить себя не теряться и
не страшиться, если строй оказывается расторгнутым, но, где бы ни застигла каждого опасность, одновременно и восстанавливать порядок и отражать
врага, используя поддержку всех товарищей позади и с обеих сторон. Однако в тот раз главные силы фиванцев, которые, под командованием
Эпаминонда, минуя прочих, устремились прямо на них, и Пелопид, с непостижимою уму стремительностью и дерзостью завязавший бой, настолько
поколебали их умение и уверенность в себе, что началось бегство и резня, каких спартанцы ещё никогда не видывали. Вот почему, не будучи
беотархом и командуя лишь малою частью войска, Пелопид стяжал этой победой такую же славу, как Эпаминонд — беотарх и главнокомандующий .’’

Существуют большие сложности с переводом Плутарха в том, что именно он имел в виду, используя различные слова и их
построения (англ.). Часть текста Баклером переводится и трактуется не так, как приведено выше. Также предполагается, что отряд
Пеллопида был той пехотой, которая налетела на смятые ряды лакедемонян после боя конницы (по Ксенофонту) (англ.).
Отношение к Пелопиду Плутарха варьируется от «большого признания Андерсеном и Кавквелом», признанием (в своей
трактовке/переводе, отличной от приведённой выше) как хорошее дополнение к Ксенофонту до категорического «совершенно
невозможно» (например, Wolter, 1926, стр. 306, Хансон в 1998 и 1999) и «знаменитым военным историком Дельбрюком»:
«Сообщение Плутарха (Пелопид, гл. 23), что Эпаминонд со своей стороны пытался сперва обойти спартанцев и ударить им во
фланг, следует отбросить как ни с чем несообразную нелепость. Подобным маневром Эпаминонд совершенно разорвал бы свой и
без того укороченный фронт. Глубокая колонна, как он её построил, могла иметь своим предназначением только прорыв фронта,
а никак не охват неприятельского фланга. Этот пример лучше всего показывает нам, как мало заслуживает внимания все
плутарховское описание данного сражения.»

42
Причины поражения лакедемонян
Различные историки по-разному интерпретируют доступные источники и причины поражения лакедемонян. Анализируя
свидетельства Ксенофонта, Диодора и Павсания можно предположить, что прямой причиной поражения стала полная потеря
командного состава. Причины же этой потери трактуются различно (рассматривая Ксенофонта, обычно выделяется действия
конницы, чего нет у Диодора).

По Плутарху, причиной является атака Пелопида во фланг лакедемонской армии (Плутарх — единственный из древних
источников, кто упоминает Пелопида при описании битвы при Левктрах, однако о том, что Пелопид был при Левктрах писал до
Плутарха Корнелий Непот « возглавлял тот отборный отряд, который первым опрокинул лаконскую фалангу »). Историки не
сошлись во мнении, где именно находился Пелопид (в хвосте колонны по Рюстову и Кёхли, в начале по Делбрюку и Вольтеру, или
сбоку — на фланге, как у некоторых других авторов). Тот же Делбрюк, как и ряд некоторых других исследователей считает, — что
Пелопид находился в начале колонны, а его манёвр ничего не достигал. По мнению некоторых других исследователей, Пелопид
мог помешать лакедемонянам сомкнуть ряды после отступления лакедемонской конницы (англ.).

Потери сторон

Лакедемоняне — около 1000 человек, из них около 400 спартиатов.

Союзники лакедемонян — есть упоминание у Павсания о том, что среди них не было потерь.

Фиванцы/беотийцы — неизвестно. По Диодору — около 300, хотя цифры признаются нереальными.

Результаты сражения

Лакедемоняне потеряли свою репутацию непобедимых в битве гоплитов, но непосредственный эффект был невелик. После битвы
удача могла отвернуться от фиванцев. Основная потеря была психологической, — 90% армии лакедемонян и их союзников
сохранились и вернулось в Пелопоннес.

Однако через некоторое время от лакедемонян стали откалываться союзники и переходить на сторону фиванцев, что сделало в
следующем году возможным нападение объединённых армий противников Спарты во главе с Эпаминондом на Лаконию. Эта битва
фактически привела к утрате Спартой своих позиций, которые никогда уже не были восстановлены и временному (около 9 лет)
относительному господству фиванцев на суше.

Одновременно деятельность и усиление Фив после этой битвы привело к их разрыву с Афинами и сближению Афин со Спартой.

Мифы о Левктрах — обычные заблуждения

Тактические новинки: В части современной литературы принято считать, что в битве при Левктрах Эпаминонд разработал и
применил ряд оперативных и тактических новинок. Однако практически все они уже применялись задолго до Левктр и
Эпаминонда. Обычно ошибочно называют новинками следующее:

1. глубокое построение — постоянно применялось фиванцами, судя по всему, было обычным для фиванцев.

2. усиление левого (а не правого) фланга элитными частями, при сверхглубоком построении, — применялось ещё
афинянами против персов в 490 г. до н. э. при Марафоне, и персами при Платеях в 479 г. до н. э.. (При Марафоне
афинский стратег Мильтиад усилил оба фланга своей армии) Применялось оно также против лакедемонян и было
подсказано персам фиванцами.

Битвы лакедемонян с беотий цами


1. Битва при Коронее. Во второй части лакедемонская фаланга билась с углублённым строем фиванцев (прямое
боестолкновение готовых противников) — победа лакедемонян («Кончилась она тем, что лишь некоторым из фиванцев
удалось прорваться в Геликон, а большинство отступили и пали»).

2. Битва при Левктрах (атака фиванцев на разомкнутую лакедемонскую фалангу) — победа фиванцев

3. Битва при Мантенее (нападение фиванцев на предположительно неразвернутую фалангу лакедемонян) — отсутствие
победителя. Победа фиванцев на левом фланге и их поражение (пельтастов и т. д.) на правом фланге (против союзных
тогда спартанцам афинян), гибель Эпаминонда и общая «ничья» («…случилось так, что обе стороны, как победители,
поставили трофей и ни те, ни другие не в силах были воспрепятствовать противникам сделать это; обе стороны, как
победители, выдали противникам трупы, заключив для этого перемирие, и обе же стороны, как побеждённые,
согласились на это. Далее, обе стороны утверждали, что победили, и тем не менее ни одна из сторон не приобрела после
этой битвы ни нового города, ни лишней территории или власти по сравнению с тем, что она имела до этого боя »).

43
44