Вы находитесь на странице: 1из 5

Лама Гендун Ринпоче.

Молитва, обращённая к Ламе.


Лама, это один из тех, кто имеет реализацию Дхармакаи Дордже Чанга, переданной через
нерушимую линию, лишѐнную каких либо малейших изъянов и отклонений в передачи
учений. Это значит, что когда мы молимся Ламе, то мы молимся просветлѐнному уму.
Лама, это воплощѐнное в человеческом облике олицетворение просветлѐнного сочувствия
содержащего благославление, поэтому он действительно способен к передачи
благословления своего сочувствия и Дхармакаи. Лама способен передать все его качества
своим ученикам, но способны ли мы действительно развить эти качества в нас самих, это
будет зависеть от имеющегося в нас доверия и молитв, адресованных ему.
Когда мы молимся Уму Ламы, это не означает, что мы молимся уму ординарной персоны.
Лама, это не то, чем он нам кажется. Лама, это фундаментальный Ум, Ум сочувствия,
Дхрамакая Дордже Чанг и это то, куда направлены наши молитвы. С этого момента Лама
держатель благословения Дхармакаи, он ключевая точка доступа и опора. Именно по
этому мы говорим о Ламе как о воротах: он единственный кто открывает двери к
благословению и передачи благословения. Через молитву к Ламе эти двери открываются.
Поймите, что «Лама» в этом смысле, означает то, что мы уже не рассматриваем его как
обычную персону. Молитва, обращѐнная к уму ординарной персоны из мяса и крови
приведѐт только к реализации заурядно-банального состояния, что собственно не является
нашей целью. И на оборот, в Ваших молитвах к Ламе, Вы должны думать о нѐм как о
воплощении всех Будд, суть сочувствия и мудрости всех Будд. Если Ваши молитвы к
Ламе находятся на этом, должном уровне, то и в дальнейшем, результатом будет успех в
достижении реализации, благодаря его благословению.
Это подобно тому, когда мы имеем статую Будды или книгу о Дхарме. Это посредник,
опора, средство. Если перед этой опорой Вы думаете, что действительно перед Вами
Тело Будды или Речь Будды, в дальнейшем Вы действительно получаете благославление
Будды и его учений через наше уважительное отношение. Если Вы решили, что эта опора
представляет Будду, Вы получаете благославление Будды – всѐ зависит от состояния
Вашего ум. То же самое с Ламой – он представляет посредника, способного передать
благославление.
Когда Вы молитесь учителю, то вполне очевидно, что Вы не должны адресовать своѐ
обращение к персоне как таковой. Это должно быть обращение к просветлѐнному уму,
который струится через него или еѐ. Если Вы молитесь конкретной персоне, молитва
будет ограниченна. Сами для себя, Вы будете выглядеть как человеческие формы, со
свойственными этим формам способностями или лишѐнные их. Во взаимоотношениях
учителя и ученика, мы используем присутствие личности учителя для создания контакта с
просветлѐнным умом. Так получая благославление через таких посредников, мы имеем
возможность рассеять наши завесы. С Ламой происходит тоже самое – он представляет
собой посредника способного передать благославление. Вот поэтому можно сказать, что
способности ученика, являются продолжением внешней формы учителя. Возможно, что
этот момент боле важен, чем любая другая способность учителя.
Хорошо известный пример иллюстрирующий эту ситуацию – история о старой Тибетской
женщине, сын которой занимаясь торговлей совершал поездки в Индию. Она просила его
привезти ей какую нибудь реликвию, хоть что нибудь, что было бы напрямую или
косвенно связанно с Буддой. Сын возвратясь из своих путешествий, как и все торговцы
был настолько занят, что только стоя перед домом вспомнил, что забыл привезти матери,
что нибудь из Индии. Удивляясь, как он мог так поступить, пройдя по дому несколько
шагов, он увидел старый череп собаки. Вытащив зуб из черепа, он завернул его в кусок
прекрасного шѐлка и подарил его матери, как будто это зуб Будды. Мать торговца ничуть
не сомневаясь в том, что это зуб Будды положила его на алтарь. Она провела последние
годы своей жизни используя этот «зуб Будды» как поддержку для своей веры, практики и
совершению подношений прежде всего. Посредством этой опоры на собачий зуб, она
получила благославление «Зубом Будды», благославление просветлѐнного Ума, так что во
время еѐ смерти она проявила все знаки реализации и оставила реликвии после кремации.
Когда мы молимся Ламе мы должны думать, что в этот момент он является воплощением
всех Лам. Мы не молимся конкретному ламе ни сейчас, и позже так же не будем молить,
поэтому поступая подобным образом в данном случае и поступая так же в других
ситуациях мы будем иметь ошибочную позицию. В этом случае, мы просто обязаны
развить очень глубокое и сильное доверие к тому, что все Ламы являются одним. Они,
это просто разные аспекты, разные проявления, но с одной сутью.
Мы должны молиться Ламе с полной осознанностью, что все наши чувства представлены
Ламой, включая в это состояние всех Лам которых мы знали когда либо, Лам из всех
линий. Мы не должны быть вовлечены в состояние ума размышлениями типа – «Я буду
молиться этому Ламе, не не тому, потому что он не мой Лама». Все такие отношения
возникают, потому что они разделяют реальность, это неверно. Когда мы молимся Ламе,
мы не молимся ему интеллектуально, не молимся ему концептуально. Обращаясь к
одному Ламе, мы одновременно обращаемся ко всем остальным Ламам, адресуя молитвы
туда, где они находятся(имеются ввиду чистые страны Лам – чистая страна Ваджрадхары,
чистая страна Самантабхадры, чистая страна Гампопы, чистая страна Сарахи и пр.). Это
измерения мудрости: Лама сам собой представляет изначальную, вездесущую
пробуждѐнность и поэтому находящуюся в основании всех Лам.
Всѐ что излучается из коренного учителя, всѐ это включено в него – все йдамы и
защитники – Лама, все Будды включены в Ламу. Если мы молимся непосредственно
источнику, мы молимся всему одновременно. Если мы отвергаем одного Ламу, затем мы
отвергаем всех Будд, потому что ни один Будда не ненуждался в учениях для
достижения просветления. И так, способность к реализации Буддовости зависит
исключительно от Ламы, отвержение Ламы равносильно отвержению всех Будд. Вот по
этому необходимо молиться Ламе, думая в течении о том, что он полностью неотделим от
всех Будд и всех учителей, до тех пор как наш ум станет нераздельным с умом Ламы.
Так как когда мы молимся Ламе, мы не адресуем это физической персоне как таковой, мы
в состоянии очень хорошо молиться Ламе без придания ему какой бы то ни было формы,
без каких либо проявлений, без создания для себя какой бы то ни было специального
ориентира. В этом случае, мы просто рассматриваем Ламу, как воплощение
благословения сочувствия ума всех Будд. С этим состоянием ума мы открываем самих
себя для этого благословения и позволяем ему войти в нас. Мы должны развить глубокое
доверие в способность принять это действительно переходящее в нас благословение,
наряду со всеми качествами Ламы, которые так же являются теме же качествами всех
Будд. В том случае , если мы развиваем достаточное доверие, мы не придаѐм Ламе
формальный, относящийся к внешней стороне восприятия аспект, мы нет необходимости
думать о чѐм либо ещѐ, мы даже не чувствуем надобности обращаться к Ламе
персонально: через Ламу мы обращаемся непосредственно к линии передачи, к этому
аспекту сочувствия и благословения, что является просветлением Будд. И так, нет
необходимости смотреть на Ламу своими глазами или использовать свой рот для того, что
бы поговорить с ним. Важный момент – молится Ламе с преданностью и твѐрдой верой.
Это бесполезно повторять молитву без наличия доверия.
В случае, если мы делаем практику Ламы без доверия, то мы можем иметь действительно
любимый образ Ламы, представлять его образ очень отчѐтливо в своѐм уме, но это не та
практика в которую мы должны быть вовлечены – это ошибка. Мы можем думать о Ламе
в его физической форме и молиться ему, думая о нѐм как о персоне как таковой, но это
будет подобно банальной, родственной связи с кем нибудь. Если Лама стар или уродлив,
мы будем испытывать неприязнь, пока же он молод или хорошо выглядит, мы будем
привязаны к нему и опять же это будет ошибкой в нашей практике.
Правильное отношение по отношению к Ламе заключается в доверии по отношению к
тому, что он представляет и в то благословение, что он несѐт. Сила доверия и
преданности, что мы развиваем к Ламе проявляется в том что мы растворяем Ламу в
свете, какой бы образ мы не придавали ему и как бы мы его не воспринимали. Затем этот
свет смешивается с нами и так думая, мы получаем истинное благословение Ламы и всего,
что его представляет. Тем не менее, занимаемая нами позиция по отношению к Ламе,
всегда базируется на нашем собственном пристрастии, нашем сильном желании, или
нашем умысле, который мы потом проектируем на Ламу в надежде, что он, Лама, будет
соответствовать нашим требованиям и запросам. Всѐ, что появляется в нас, в том числе и
эта позиция, все наши желания – есть ничто другое как пристрастие и желание
необходимости, того, что бы Лама соответствовал этой нашей позиции. Итогом такой
практики, такого рода молитвы, будет только лишь развитие ещѐ большей страсти и в нас
будет расти всѐ большая и большая зависимость от этой страстной привязанности.
Если мы делаем собственно гуру-йогу, то посредством молитвы - Лама и наш
собственный ум смешиваются и становятся чем-то совершенно нераздельным. Мы
остаѐмся в состоянии единения, которое и является истинной медитацией. Поскольку
медитация очищает нас от нашей изначальной привязанности, от этих нечистых аспектов,
то мы реализуем наш ум и ум Ламы как тождественный, не двойственный. Через это, мы
придѐм к тому, что узнаем Дхармадату, источник всех феноменов, которая является те же
что и недвойственный союз. С другой стороны, мы остаѐмся в состоянии по внешнему
виду как обычная привязанность и как только эта страстная привязанность возникает в
контексте нашей практики, мы начинаем развивать еѐ как обычную идею – нечистую
идею о Ламе, и наше отношение с ним будет скомпрометированно. В этом случае, наша
практика будет служить развитию только ещѐ большей по силе привязанности – это
эмоции, нечистое состояние ума. Конечным результатом такой практики будет нарастание
мешающих эмоций в уме.
С другой стороны, если мы практиковали по сути и объединили наш ум с умом Ламы, в
следствии этого союза все эмоции, что проявляются или были спровоцированы, будут
полностью очищены. Наш ум будет освобождѐн от этих эмоций, какой бы интенсивности
они не были, они будут освобождены в этом союзе – ума Ламы и нашего ума. Это
Дармадата. Молитва дословно по тибетски значит - «Обращение». Наше обращение
означает, что мы достигли состояния большого доверия, ещѐ большего доверия для того
что бы ещѐ больше молиться! Молиться очень просто, мы просто объединяем свой ум с
умом Ламы, в понимании что это ум Ламы. Наш собственный ум и Дармакая
неразделимы, всѐ является только естественной природой ума. Достаточно, того что бы
думать что Лама, которому мы молимся, является воплощением всех Лам, Йдамов,
Защитников и Дакинь, так что всѐ, без исключения является проявлением Ламы.
Поскольку наш ум объединѐн с умом Ламы, то это означает союз со всеми выше
перечисленными Будда Аспектами.
Наряду с тем, что это наипростейший путь– молитва Ламе, это так же высочайший
путь. Это практики высочайшего и сильнейшего практика, но тем не менее
сохраняющего ум полностью в состоянии простоты без каких либо запутанностей
и надуманностей в уме. Не искуственно молиться учителю – это высочайшая
практика.

Справедливый и прославленный коренной Лама, пребывающий на троне из лотоса


над моей головой будь добр, возьми меня под свою сочувствующую защиту и помоги
мне осуществить пробуждение Тела, Речи и Ума. Я молюсь коренному Ламе, который
из дворца сферы явлений Огмин, ясно показывает, что мой собственный Ум есть
Дхармакая, сущность всех Будд трѐх времѐн. Я обращаю свою молитву и с почтением
простираясь телом, речью и умом перед коренным Ламой, проявлению всех Будд,
даруй мне своѐ благославление, что бы стала ясна и понятна мне изначальная
природа всех явлений и что бы моя жизнь, мой жизненный опыт стали схожи с
твоими. Во всех моих жизнях, да не буду я никогда отделѐн от Ламы, совершенно
чистого и радостного, доставляющего наслаждения блеска Дхармы. Смогу довести до
совершенства и завершить все качества дорог и земель Бодхисаттв и быстро достичь
состояния Дордже Чанга. Поскольку, он реализовал всѐ своей мудростью, что
полностью очищена от двух завес и озаряющей всѐ как солнце в небе без облаков, он
хранит в своѐм сердце Дхарму. По скольку он любит всех существ, как своего
единственного ребѐнка, что запутались и заблудились во мраке невежества
оказавшись в плену самсары, кто измучен страданием, его пробуждѐнное слово
наделено шестьюдесятью качествами. Звуча как гром, оно пробуждает эмоции и
освобождает от цепей кармы. Он рассеивает мрак невежества, пресекает все зачатки
и источники страдания, он держит меч. Он всегда чист и осуществил десять земель
Бодхисаттв, все качества объединились в его теле высшего Бодхисаттвы, который
украшен стадвеннадцатью признаками.
Я склоняюсь перед Манджушри, который изгоняет мрак неведения из моего Ума.
Соблаговали полностью освободить мой Ум от мрака невежества ярким сиянием
своей великолепной, исключительной мудрости и любви, даруй мне мудрость, что бы
понять учение Будды. толкования и различные способы их объяснения. Я
преклоняюсь перед Манджушри, обладающим телом юноши и чей факел
изначальной мудрости светит прекрасно и рассеивает мрак трѐх миров. Когда
пожелают тебя видеть или спросить, да сможем мы видеть тебя без препятствий,
Покровитель Манджушри. Приведи в движение колесо Дхармы, обучая учеников в
соответствии с их способностями различным колесницам – малой колеснице или
малому пути, большой колеснице или великому пути и обыкновенной, в соответствии
с бесчисленными нуждами мыслящих существ. Где бы Вы ни были в этом мире, в
любом из десяти направлений,последователи Татхагат и все те кто пожелал бы
услышать святую Дхарму, что проистекает дождѐм, придите сюда.
Перевод сделан с французского текста «Молитва Ламе». Оригинал на тибетском был
переведѐн в монастыре Кюндрол Линг.

Молитва Ламе
Пал ден тса ва ла ма рин по че / Да ги чи ор пе дей ден шуг ла /

Ка дрин чен по го не дже зунг те / Ку сунг тук ки нгѐ друб тсел ту сѐл //

Огмин чѐ ки юнг ки по дранг не / Ду сум сангье кюн джи нго во ни /

Ранг сем чѐ кюр нгѐн сум тен дзе пей / Тса вей ла мей шаб ла сѐл ва деб /

Сангье кюн нгѐ тса вей ла ма ла / Го сум гу па ченпо сел ва деб /

До мей не лок ранг нго че па танг / Тсе танг друб па ньям пар джин ги лоб /

Раб джам йе ше ле трюн тсе вей чен / Нам янг дро ла зик па ми йел ва /

Пен дей джунг не си танг чи вей нор / Рик пей дор дже шаб ла сел ва деб //

Дам пей чѐ тер чен тук су кьил / Гом пей чѐ гьюн йе ше гья тсор дре /

Тук дже чѐ трен нѐ ден дро ла беп / Ген дюн рин поче ла сѐл ва деб /

Кье ва кюн ту янг дак лама танг / Дрѐл ме чѐ кьи пел ла лонг чѐ чинг /
Са танг лам гьи ѐнтен рап дзок не / Дордже чанг гью го панг ньюр тоб чок //

Кагью ло дрѐ дрип ньи трин дрел ньи / Тар нам дак раб сѐл вэ /

Джи ньи дѐн кюн джи чин зик чир ньи ки тук кар лек бам дзин /

Канг дак си пей тсѐн рар ма рик мун тум дук нгѐл гьи зир вей /

Дро тсок кюн ла бу чик тар тсе ен лак друк чуи джанг ден сунг /

Дроп тар чер дрок ньон монг ньи лонг ле кьи чак дрок дрѐл дзе чинг /

Ма рик мун сѐл дук нгѐл нью гоу нье тсей дзе рел дри нам /

Дѐ не дак чинг са чьѐ тар сѐн йен тен лю дзок гьял сѐ тху боэй кью /

Чѐ трак чѐ танг чѐ ньи гьен тре дак лей мюн сел джам пей янг ла ду /

Тсе ден кье кьи кьен рап о зер гьи / Дак лей ти мук мун па раб сел не /

Ка танг тен чѐ чѐнг люк па и / Ло дрѐ поп пей нанг ва сѐл ту сѐл //

Чѐн нью ку лу танг ва по / Йе ше дрѐн ме рап ту сѐл /

Джик тен сум мюн сел ва / Джам пей янг ла чак цел ло //

Канг тсе та вар дѐ па нам / Чунг зе дри вар дѐ на янг /

Гѐн по джам янг кье ньи ни гек ме пар янг тонг пар шог //

Сем чен нам ки сам па янг / Ло и дже драк джи та вар /

Чѐ чунг тун монг тек па и / Чѐ ки кор во кор ту сѐл //