Вы находитесь на странице: 1из 238

ÓÄÊ 133.

4
ÁÁÊ 86.42
À65

Christophe ANDRÉ
MÉDITER, JOUR APRÈS JOUR
© L’Iconoclaste, Paris, 2011

Àíäðå, Êðèñòîô.
À65 Èñêóññòâî è ìåäèòàöèÿ : 24 óðîêà, êîòîðûå äåíü çà äíåì ïðåîáðàæà-
þò æèçíü / Êðèñòîô Àíäðå ; [ïåð. ñ ôð. Ò.Ï. Ìèõàéëîâîé]. — Ìîñêâà :
Ýêñìî, 2018. — 240 ñ. : èë.
ISBN 978-5-699-97956-1
Îòêðûâ ýòó ïîäàðî÷íóþ êíèãó, âû ñðàçó æå ïî÷óâñòâóåòå, ÷òî âàì ïðåäñòîèò
âîëíèòåëüíîå è ïðåêðàñíîå ïóòåøåñòâèå. Àâòîð êíèãè Êðèñòîô Àíäðå ðàáîòàåò
ïñèõîòåðàïåâòîì â Ìåäèöèíñêîì öåíòðå St. Anne â Ïàðèæå è ñ ïîìîùüþ óíèêàëü-
íîé ïðàêòèêè, ñîçäàííîé èì ñàìèì, ïîìîãàåò ëþäÿì èçáàâèòüñÿ îò ñòðàäàíèé, íà-
ïðàâëÿÿ èõ æèçíü â ÷èñòîå è ìîùíîå ðóñëî.
Èñïîëüçóÿ äûõàíèå, òåëî è ñîçíàíèå íàñòîÿùåãî ìîìåíòà, âû íå òîëüêî îá-
ðåòåòå ýìîöèîíàëüíîå ñïîêîéñòâèå è óâåðåííîñòü â ñâîèõ äåéñòâèÿõ, íî è ñìîæåòå
êîíòðîëèðîâàòü íåóïðàâëÿåìûå æèçíåííûå ñèòóàöèè è çàáóäåòå î ïîòîêå íåãàòèâ-
íûõ ìûñëåé. Ãëàâíàÿ æå ôèøêà çàêëþ÷àåòñÿ â òîì, ÷òî ìåäèòèðîâàòü âû áóäåòå
íà... êàðòèíû âåëèêèõ õóäîæíèêîâ — âû âèäåëè èõ ìíîãî ðàç, íî åùå íå ðàñêðûëè
äî êîíöà èõ òàéíó. Åñëè âû òîëüêî íà÷èíàåòå ïðàêòèêîâàòü, ýòè óïðàæíåíèÿ ñòàíóò
íà÷àëîì äëÿ äàëüíåéøåãî ðàçâèòèÿ. Åñëè âû óæå óìååòå ìåäèòèðîâàòü, òî ïîëó÷è-
òå âîçìîæíîñòü îñâåæèòü âàøó ïðàêòèêó è îòëè÷íóþ ìîòèâàöèþ äëÿ òîãî, ÷òîáû
èñïîëüçîâàòü åå êàæäûé äåíü.
ÓÄÊ 133.4
ÁÁÊ 86.42

© Ìèõàéëîâà Ò.Ï., ïåðåâîä íà ðóññêèé ÿçûê, 2017


ISBN 978-5-699-97956-1 © Îôîðìëåíèå. ÎÎÎ «Èçäàòåëüñòâî «Ýêñìî», 2018
Выражаю глубокую признательность
вам, мои друзья, Джон Кабат-Зинн —​
за видение, Зиндель Сегал — ​за науку,
Маттье Рикард — ​за пример, и всех
троих благодарю за наставление
и дружбу
9 ВВЕДЕНИЕ
10 Присутствие, а не пустота
14 Медитация
16 Внутреннее волнение
18 Прояснение внутреннего взора
19 Существование в полном сознании

21 ЧАСТЬ 1
РОЖДЕНИЕ СЧАСТЬЯ
22 Жить в настоящем моменте
24 Жить в настоящий момент
26 Ощущать более, чем думать: погруженное сознание
28 Интенсивный вкус эксперимента

95 ЧАСТЬ 2
ЖИТЬ С РАСКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ
ДУХА: ФИЛОСОФИЯ НА КАЖДЫЙ
ДЕНЬ
96 Видеть обычное
99 Почаще включать свое сознание
100 Не делать, но быть
102 Просто быть здесь: жизнь как осуществление полного сознания
125 Действовать и не действовать
155 ЧАСТЬ 3
ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ БУРИ: УКРЫТЬСЯ
В НАСТОЯЩЕМ МОМЕНТЕ
156 Освободиться из умственной тюрьмы

201 ЧАСТЬ 4
ОТКРЫТИЕ И ПРОБУЖДЕНИЕ: САМОЕ
БОЛЬШОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
202 Трудиться
ВВЕДЕНИЕ

«Божественны мысли мои,


И я улыбаюсь тварям, которых
не я создавал».
Гийом Аполлинер. Алкоголи
(пер. Н. Стрижевской)
ПРИСУТСТВИЕ,
А НЕ ПУСТОТА

С
начала этот желтый свет — ​сильный свет зимнего
солнца, которое светит на дворе. Солнце слепит,
но не греет. Затем мы обнаруживаем неподвижного
старика. Он отвернулся от рабочего стола, от книги,
которую читал. О чем-то размышляет? Отдыхает?
Медитирует? Затем взгляд скользит направо и замечает низ-
кую дверь в подвал; потом устремляется к винтовой лестнице.
В тот момент, когда мы готовы взойти по первым ступеням, мы
вдруг замечаем потрескивающий в очаге огонь и женщину, во-
рошащую угли. Мы снова смотрим на взлетающие вверх ступе-
ни: но они ведут в темноту. Картина небольшая, изображенное
на ней помещение темное, но у нас ощущение обширного про-
странства. Это гений Рембрандта заставляет наш взгляд путе-
шествовать во всех направлениях. По ширине, от левого края,

Философ, размышляющий
в своей комнате, 1632
Рембрандт Харменс ван Рейн (1606–1669)
Дерево, масло, 0,28 x 0,34 м, Лувр, Париж

10 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


озаренного дневным светом, — ​к правому, где свет огня такой
слабый, почти ничтожный. Диалог между солнцем, которое све-
тит, но не греет, и огнем, который согревает, но не освещает;
солнце разума — ​и огонь страсти — ​два предмета для фило-
софствования? Сверху вниз, где винтовая лестница соединяет
секреты подвала с таинственной тьмой верхнего этажа. В глу-
бину, из фона картины, где сидит философ, до круга теней, ко-
торые его окружают. Но ощущение пространства исходит так-
же из тонкой игры между открытым и сокрытым. Главное — м ​ы
можем вообразить, что находится с другой стороны окна, за две-
рью в подвал, на верху лестницы. И самое необъятное из этого
скрытого от нас мира, так стремительно промелькнувшего пе-
ред глазами, — э​ то дух философа, его внутренний мир. Сумерки
и тени, немного света, немного тепла. Дух простирается все
дальше и дальше. Не на это ли похож наш внутренний мир?

12 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


МЕДИТАЦИЯ

М
едитировать — з​ начит прекратить что-либо делать:
двигаться, действовать. Лишь уединиться, отстра-
ниться от окружающего мира.
Вначале вам покажется странным одновременное
ощущение пустоты (отсутствие действия, отвлече-
ния) и наполненности (смятение мыслей и чувств, которые вы
внезапно стали осознавать). Возникает новое чувство времени,
проявляются в сознании самые неотложные дела. В какой-то
момент наступает успокоение, происходящее из отсутствия дей-
ствия, суеты. Все не так, как обычно, без восприятия «извне»,
когда рассудок цепляется за какой-нибудь предмет или замысел.
Ваше сознание действует, размышляет о чем-то определенном,
отвлеченном от обыденного внимания к предметному восприя-
тию действительности.
К подобному состоянию бездействия во время медитации надо
еще привыкнуть, чтобы научиться видеть внутренним взором
возникающие образы ясно, как на картине. Это можно сравнить
с ощущением при переходе из света в темноту. Мы действитель-
но входим в свой внутренний мир, который был всегда с нами,
внутри нас, но мы в него не умели погружаться. Мы топтались
где-то снаружи и медлили. В мире безграничных возможностей
и инновационных коммуникаций наша связь с самим собой зача-
стую обрывается. Покинутый внутренний мир… Там, снаружи,

14 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


все кажется проще, приоритеты расставлены. Опыт медитации
часто похож на непаханую целину. В комнате, где размышляет
философ, не требуется много света. Чтобы разглядеть свой вну-
тренний мир, надо развить внутреннее зрение.
В надежде обрести покой мы получали смятение и хаос. Стре-
мясь к ясности, заблуждались. Иногда медитация погружает нас
в страх, страдание, в то, что заставляет нас переживать, о чем мы
старались не думать, занимаясь другими вещами.
ВНУТРЕННЕЕ
ВОЛНЕНИЕ

К
азалось бы, это просто: всего лишь сесть и закрыть
глаза. Но это только начало. Необходимое, но недо-
статочное условие. Надо работать над собой, учиться
смотреть внутрь себя, оставаться там, закрыть глаза
и ненадолго отрешиться от внешнего мира. Ждать,
пока установятся некий внутренний порядок и ясность ощу-
щений.
Первый этап таков: оставаться неподвижным и безмолвным
довольно долго, чтобы спокойствие усмирило ваше сознание
и осветило его темные углы. Не следует спешить, иначе сно-
ва возникнет хаос в ощущениях. Пусть все идет само собой,
постепенно…
Иногда приходится ждать долго, но ускорить это движе-
ние к себе невозможно. Медитация требует времени. Бывает
так, что в течение многих дней не удается погрузиться в это
состояние. Не стоит возмущаться, хоть и трудно удержаться
от этого в век скоростей и быстрых результатов.
В популярной литературе достаточно ссылок на мудрые
мысли учения дзен. Вот, например, в одной притче ученик
спрашивает своего наставника: «Учитель, сколько времени
мне надо медитировать, чтобы достичь просветления?» После

16 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


долгого молчания наставник ответил: «Тридцать лет». Ученика
это задело: «О, это так долго… А если я удвою усилия, если
буду упорно работать день и ночь?» Учитель надолго погрузился
в молчание и наконец изрек: «Тогда пятьдесят лет».

Мы входим в себя по-настоящему.


Это совсем рядом с нами,
но мы никогда там не бывали.
ПРОЯСНЕНИЕ
ВНУТРЕННЕГО
ВЗОРА

С
ледует оставить все дела, сесть и закрыть глаза.
Погрузиться не в сон или забвение, а в состояние,
когда мы понимаем, что мы испытываем; если прояс-
няется тот хаос, который отражает наш внутренний
мир. Надо понимать, что есть два пути: умственный
(вмешиваться, действовать, воздействуя на реальность нашей
волей, трезвым взглядом, усилиями) и опытный (принять го-
лую реальность и позволить ей накрыть нас, обитать внутри нас,
оставить на нас свой отпечаток, но при этом стараясь осторож-
но ослабить ее хватку). В обоих случаях, умственном или опыт-
ном, мы остаемся в неразрывной связи с внешним миром, что-
бы лучше его понять и испытать его влияние на себе. Каждый
путь уникален по-своему. Невозможно отдать предпочтение
одному из них, оба необходимы. Надо уметь применять и тот
и другой. Проще говоря, первый путь — э​ то путь философско-
го анализа, а второй — ​полного осознания, принятия мира без
глубокого размышления над сутью происходящего.
Именно такое медитативное приближение к своему внутрен-
нему миру мы и рассматриваем в настоящей книге.

18 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


СУЩЕСТВОВАНИЕ
В ПОЛНОМ
СОЗНАНИИ

К
огда мы находимся в полном сознании, наше присут-
ствие в настоящем моменте становится более реаль-
ным. Замереть, чтобы насытиться ощущением момен-
та, вместо того чтобы желать изменить его действием
или мыслью. Полное сознание сродни состоянию фи-
лософа, отвернувшегося на мгновение от своего мыслительно-
го процесса: он впитывает и усваивает то, что его мозг нарабо-
тал и открыл. Может быть, философ опять готов погрузиться
в мыслительный процесс, но пока он прервался, чтобы ощу-
тить момент.
Полное сознание, стало быть, это не создание пустоты и не ге-
нерирование мысли. Это остановка для установления контакта
с внешним миром, с тем, что мы называем жизненным опытом.
Это краткий миг для наблюдения за природой наших отноше-
ний с данным опытом, природой нашего присутствия в этом
моменте. Именно так и происходит, если вы, продолжая читать
эти строки, вдруг осознаете, что дышите, ваше тело ощущает,
вы захватываете в поле зрения другие предметы помимо текста
книги, слышите звуки вокруг вас. Попутно вас посещают мысли
о разных вещах, например как вы оцениваете то, о чем в данный
момент читаете, и так далее.
Полное сознание наступает в момент, когда вы готовы пере-
вернуть эту страницу и перейти к следующей. Может быть, ваша
рука уже была готова к этому действию прежде, чем вы дочитали
эти строки. Попробуйте приостановить намерение перевернуть
страницу и проанализировать его. Скажите себе: «Я переверну
страницу», — вместо того чтобы, не задумываясь, сделать это.
Полное сознание — ​это создание совсем небольшого простран-
ства для того, чтобы «увидеть, что делаешь». Вы возразите, что
это совсем не обязательно для переворачивания страницы. Это
правда. Однако в другие моменты нашей жизни это может ока-
заться полезным.

20 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


ЧАСТЬ 1
РОЖДЕНИЕ
СЧАСТЬЯ

«Итак, ум не смотрит
ни вперед, ни назад.
Только настоящее есть
наше счастье».
Гете. Фауст
ЖИТЬ
В НАСТОЯЩЕМ
МОМЕНТЕ

С
ейчас, именно сейчас. Через какое-то время все
уже будет по-другому: сорока улетит, солнце будет
в зените, тень от изгороди отступит… Это не луч-
ше и не хуже — б​ удет просто иначе. Поэтому имен-
но сейчас надо остановиться, почувствовать обжи-
гающий ноздри холодный воздух, вслушаться в приглушенные
звуки, изумиться этому невероятному свету снежных солнц.
Остаться там как можно дольше, не ожидая ничего особен-
ного. Ни за что. Просто остаться там, стремясь проникнуться
неисчислимым богатством этого момента: снегом, падающим
с деревьев с еле слышным мягким шумом; голубоватой белиз-
ной тени от изгороди; мельтешением сороки, подставляющей
спинку под солнечные лучи. Все совершенно, этот миг запол-
няет нас целиком, в нем нет ничего недостающего. В полном
сознании можно ощутить себя просто присутствующим в этом
обычном и ярком миге красоты и изящества.
Сорока , 1868–1869
Клод Моне (1840–1926)
Холст, масло, 0,89 x 1,30 м,
Музей Орсе, Париж

22 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Чтобы изобразить такой совершенный
зимний день, как этот,
нужен искрящийся светлый воздух,
с отблесками снега,
достаточно холодный, со слабым ветром
или совсем безветренный,
и тепло должно исходить прямо от солнца.
Не от оттепели. Напряжение Природы
не должно ослабевать».
Генри Дэвид Торо. Дневник (февраль 1854 г.)
ЖИТЬ
В НАСТОЯЩИЙ
МОМЕНТ

П
олное сознание учит нас открывать глаза. Этот акт
важен, потому что нас постоянно окружают миры,
на которые мы не обращаем внимания. Здесь и сей-
час. Мы сможем в них проникнуть, если остановим
автоматическое течение наших мыслей и действий.
Вхождение в эти миры настоящего момента облегчают внешние
явления, такие как солнце, снег или сорока на картине Моне.
Но также и решительная готовность к тому, что жизнь затро-
нет вас, удивит, вступит с вами в контакт. Речь идет о добро-
вольном сознательном акте, о решимости открыть двери на-
шего разума всему, что существует. Мы не запираемся в наши
внутренние крепости, а размышляем, переживаем, испытыва-
ем уверенность или предвосхищение. Этот акт есть проявле-
ние свободы. Свободы наших мыслей о будущем или прошлом:
полное сознание ведет нас в настоящее. Свободы от оценочных
суждений: полное сознание ведет нас в присутствие.
Наш ум загроможден таким множеством вещей! Иногда
важных, иногда интересных, иногда — ​совершенно напрасных
и бесполезных. Эти вещи — ​препятствие и для восприятия,

24 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


и для наших связей с миром. Нам нужны и прошлое и будущее.
Нам нужны воспоминания и планы на будущее. Но нам также
необходимо и настоящее, и это не значит, что оно превосходит
прошлое или будущее. Просто оно такое хрупкое, что его надо
оберегать, ведь оно исчезает из нашего сознания, как только
что-то резко меняется в жизни или нас охватывают беспокойство
и озабоченность. Именно ему, настоящему, надо предоставить
для существования какое-то пространство.
ОЩУЩАТЬ БОЛЕЕ, ЧЕМ ДУМАТЬ:

ПОГРУЖЕННОЕ
СОЗНАНИЕ

М
едитировать в  полном сознании  — ​н е  значит
анализировать настоящий момент или, по край-
ней мере, думать, что происходит этот анализ.
Это значит испытывать, чувствовать момент
всем телом, без слов. Это не является ни обыч-
ным, ни удобным. Это значит обходиться долгое время без
речи, минуя определенные моменты жизни. Трудно не го-
ворить, но еще труднее не думать! Просто испытывать, про-
сто соединиться. Однако у  всех нас есть подобный опыт.
Происходящее в  этот момент, проходящее над словами,
очень точно описано в одном из фрагментов «Письма лор-
да Чандоса» — ​п рекрасной новеллы австрийского писате-
ля Гуго фон Гофмансталя:
«С той поры я веду существование, которое, боюсь, пока-
жется Вам непостижимым, настолько оно лишено всякой
духовности, всякой мысли. […] Мне будет нелегко объяс-
нить Вам, в чем заключаются эти мгновения, слова снова
не идут ко мне. Ибо в такие моменты мне объявляется нечто
совершенно не поддающееся обозначению, а возможно,

26 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


и не терпящее никакого обозначения, и изливается, как
в сосуд, в какую-нибудь обыденную мелочь бьющим через
край током высшей жизни. Прошу Вас, будьте снисходи-
тельны к моим не слишком толковым примерам, но без них
я рискую остаться непонятым. Этим сосудом откровения
может стать все: забытая лейка, брошенная на пашне боро-
на, собака, греющаяся на солнце, убогое кладбище, калека,
крестьянская хижина — ​к аждый из этих предметов, как
и тысячи прочих им подобных, мимо которых взгляд обычно
скользит с будничным равнодушием, в какой-то момент,
приблизить который я не властен, внезапно может принять
возвышенный и трогательный облик; наша речь слишком
бедна, чтобы описать его». (Перевод А. Назаренко.)
«Полное сознание не реагирует на то, что видит. Оно просто
видит и понимает без слов», — ​говорил учитель-буддист. Слова
могут нам очень помочь в определенные моменты, определение
словами боли или радости даст нам возможность лучше перенести,
преодолеть, понять, прочувствовать их. Но иногда слова не спо-
собны выразить сложность того, что мы испытываем; они могут
даже тормозить, искажать, портить наш опыт. Есть моменты,
когда лучше обойтись без слов. Тогда надо принять возможность
иначе пройти действительность: почувствовать, испытать. Иногда
в таких случаях говорят о «погружении сознания», описывая это
особенное состояние нашего ума, когда он полностью поглощен,
но не создает произвольные мысли, когда он пребывает только
в данном опыте.
ИНТЕНСИВНЫЙ ВКУС
ЭКСПЕРИМЕНТА

Я
помню, как во время выхода из полного сознания
инструктор предложил нам странные упражнения,
секретом которых обладают мэтры медитации. Мы
расположились в кружок. Потом инструктор попро-
сил нас сделать шаг вперед. Затем, после несколь-
ких секунд тишины, он сказал: «А сейчас попытайтесь предста-
вить, что вы не сделали этот шаг».
Я никогда не слышал и, главное, не испытывал такое порази­
тельное переживание бесцельности сожалений. И особенно
я никогда не понимал столь ясно разницу в обучении словом
и опытом. К моему большому удивлению и недоумению, в моем
нерешительном и затуманенном рассудке, в моем теле, которое
больше не знало, что делать, все сосредоточилось на невозмож-
ности стирания опыта и на бесполезности сожаления…
Полное сознание учит нас, что опыт так же важен, как и знание:
читать о полном сознании не значит практиковать его. Слушать
компакт-диск с упражнениями по медитации — ​не то же самое,
что выполнять эти упражнения. Опыт как путь достижения ре-
альности не заменяется знанием, рациональностью или умом,
но дополняет их. Нет ничего проще опыта, надо просто не то-
ропиться: следует остановиться, чтобы попробовать. Чтобы смо-

28 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


треть, слушать, чувствовать, надо приостановить свои действия
или движения. Сделайте это. Прямо сейчас. Перестаньте читать.
Перестаньте читать, закройте глаза и осознайте. Отметьте, из чего
состоит ваш опыт, здесь и сейчас. В течение минуты, сейчас же,
сразу. Никто, абсолютно никто не сможет сделать это за вас.
И никто, абсолютно никто не сможет медитировать вместо вас.
Закройте глаза.
Урок 1
Жить — з​ начит быть в настоящий момент. Мы не можем жить
ни в прошлом, ни в будущем: об этом мы можем только думать,
рассуждать, размышлять, сожалеть, надеяться, переживать.
Во время прошлого и будущего мы не существуем. Осознавать
себя постоянно присутствующим во всем богатстве мгновений
нашей жизни — ​значит жить полнее. Конечно, мы об этом
знаем, мы читали и слышали; и даже задумывались. Но все
проходило мимо — а вот теперь надо сделать это на самом
деле! Ничто не заменит опыта настоящего момента.

Дыхание
Ничего не происходит. Нет ни рассказа, ни послания. Только
бумажный карп одиноко полощется на верху шеста. Благо-
даря ему мы чувствуем свежесть сумерек. Благодаря ему
слышим шум города. Карп нависает над Киото, прекрасный
и загадочный, в компании с каменным львом, который, ка-
жется, следит за движениями забредающих сюда прохожих,
и другим бумажным карпом, висящим на другом шесте,
поодаль.

Флаги-карпы в Киото 1888


Луи Дюмулен (1860–1924)
Холст, масло, 0,46 x 0,53 м, Музей изобразительных
искусств, Бостон, Fanny P. Mason Fund in Memory of Alice
Thevin

30 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Дух дышит, где хочет,
и голос его слышишь, а не знаешь,
откуда приходит и куда уходит…»
От Иоанна, 3.8
Ничего не происходит. Мы просто слышим, как хлопают на ве-
тру бумажные тела двух рыб. Мы чувствуем кожей полет вечер-
него бриза, надувающего их и дарящего им эту преходящую
жизнь. Может быть, завтра ветер их покинет или разорвет.
Но сейчас они здесь, высоко в небе, храбро бьют хвостами.
Ничего не происходит. Только ветер. Только пустота. Но эта
пустота заставляет наш ум дышать лучше. Ветер присутствует
на картине, но при этом он невидим. Так и дыхание присут-
ствует в нашем теле.

Дыхание — ​главное в медитации


В практике медитации дыхание всегда было в центре внима-
ния: это самый мощный способ подключиться к настоящему
моменту (или заметить, что подключиться не удается…).
Поэтому самый простой и эффективный совет, который дают
начинающим, это несколько раз в день обращать внимание
на свое дыхание, просто глубоко подышать 2–3 минуты. Есть
несколько причин внимательно отнестись к дыханию. Чтобы
объект практики не усыплял ваше внимание, лучше сконцен-
трироваться на «движущейся мишени»: легче сосредоточить
внимание на том, что всегда присутствует и при этом всегда
подвижно. Вот почему мы замираем и можем бесконечно
смотреть на морские волны, на языки пламени или облака:
они всегда есть, но никогда — ​те же самые. Также и наше
дыхание: всегда есть, всегда меняется. Никогда вдох или вы-
дох не будет точно таким, как предыдущий или следующий.

32 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


В этом тоже есть своя символика: дыхание — э​ то сама жизнь.
Дыхание интересно, поскольку мы можем, пусть и не пол-
ностью, контролировать его, ускоряя или замедляя, чего
нельзя сказать о других автоматических функциях нашего
тела: вряд ли мы сумеем повлиять на сердечный ритм или
величину кровяного давления, трудно ускорить или замедлить
пищеварение. Работа над дыханием полезна, потому что вли-
яет на наше эмоциональное состояние. С помощью дыхания
можно успокоиться. Не контролируя его, но смиренно при-
соединяясь к нему и ненавязчиво сопровождая его. Поэкс-
периментируйте, согласитесь принять болезненную эмоцию,
довольствуясь тем, что дышите, наблюдая за ее развитием.
Этот опыт и будет большим введением в диалектику воли,
в понятие «отпустить», о чем мы поговорим дальше. Когда
нам плохо, когда мы испытываем подавленность или беспо-
койство, мы и дышим плохо. Работа над дыханием в такие
моменты — н
​ е решение проблемы, не облегчение страдания,
это некая форма утешения. Так зачем же себя ее лишать?

Уроки дыхания
Христиане хорошо знают слова Христа, обращенные к рассла-
бленному: «Встань и иди». Мне иногда нравится представлять,
как некий беспокойный человек пришел бы просить совета
у Будды, и Будда ответил бы ему очень похожими словами:
«Остановись и дыши». Сколько полезных уроков можно
извлечь из дыхания…
Урок сознания: дыхание невидимо, мы постоянно забываем
о том, что оно есть. Но его роль жизненно важна, нам абсо-
лютно необходимо дышать. Также и в нашей жизни: сколько
вещей, которые нас поддерживают, а мы их даже не осознаем.
Урок зависимости и хрупкости: необходимость в дыхании
более очевидная и немедленная, чем потребность есть, пить,
любить, быть любимым и так далее. Дыхание учит, что нас
поддерживают различные зависимости. Но они же нас соз-
дают и питают. Идея связи и зависимости иногда вызывает
беспокойство у людей, испытывающих тревогу: «А если меня
всего этого лишат? А если однажды я перестану дышать?»
И тогда они стараются об этом забыть. Решение — ​не в от-
брасывании мысли о том, что жизнь держится на дыхании,
а в том, чтобы прийти к принятию этой мысли, которая есть
истина, наслаждаться ею, позволить ей свободно переме-
щаться в недрах нашего сознания. И тогда эта мысль станет
обычной, она ослабит заряд беспокойства.

С помощью дыхания можно успокоиться,


не контролируя его, но смиренно
присоединяясь к нему
и ненавязчиво сопровождая его.

34 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок тонкости: дыхание есть одновременно внутри и сна-
ружи. Оно путает ориентиры во мне и вне меня. Ориен-
тиры, которые часто оказываются иллюзиями, а иногда — ​
источником страданий. Не  слишком хорошо цепляться
за уверенность в том, что мы с одной стороны, а мир — ​
с другой. Вот почему медитация при тихом летнем бризе
представляет собой изумительный опыт: через какое-то
время происходит слияние нашего дыхания внутри с ве-
терком мира снаружи.
Урок смирения: дыхание, одновременно вольное и не-
вольное, учит нас смириться с  мыслью, что мы можем
контролировать далеко не все; хотя наше общество охот-
но внушает нам, что все контролируется и все поддается
управлению. Дыхание также учит нас не оставаться пас-
сивными и покорными: оно показывает нам, что можно
все же мягко, но эффективно взаимодействовать с тем,
что мы не можем контролировать полностью.
Урок действительности: это дыхание, столь важное,
не имеет собственной идентичности. Оно создается и раз-
рушается без конца. Буддисты называют это пустотой:
не в том смысле, что этого нет, а в том, что эта реальность,
как мы о ней думаем или к которой мы можем присое-
диниться, чтобы чувствовать себя в большей безопасно-
сти, — ​э та реальность непрочная. Дыхание как облако,
ветер, волна или радуга: реальное, но  без постоянства,
всегда присутствует, но всегда уходит…
Дыхание всегда есть
Дыхание всегда с нами. Как присутствующая возможность,
чтобы осознать, чтобы привязать себя к настоящему мо-
менту. Наблюдайте и не стремитесь изменить дыхательные
движения в своем теле. Дыхание — ​это якорь для полного
сознания, помогающий нам закрепиться в настоящем мо-
менте. Иногда это то, что моряки называют «плавающим
якорем»: он позволяет судну замедлить ход и не опроки-
нуться во время бури, когда больше нет возможностей для
маневра. Дыхание как наш верный друг, всегда в нашем
распоряжении. Но не надо просить у него невозможного:
бесполезно стараться дышать, чтобы не испытывать чувств
(напряжения, страха, ужаса, грусти, гнева). Но можно ды-
шать, чтобы не быть ими поглощенным. Мы сосредотачива-
емся на дыхании так же, как просим друга быть рядом, чтобы
встретить вместе, плечом к плечу, испытания и трудности.
Перед лицом трудностей — д​ ышать. Перед лицом бедствия — ​
дышать. Сначала эти послания казались мне довольно ограни-
ченными. Потом я понял: настоящее полное послание — э​ то:
«Начните с дыхания, потом все начнет проясняться». То, что
надо будет предпринять или обдумать, проявится с большей
отчетливостью.
Дыхание не изменяет действительность, но оно трансфор-
мирует опыт, который мы переживаем в действительности.
Дыхание предохраняет нашу возможность воздействовать
на эту действительность.

36 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Как только регулярная дыхательная практика стала нашей
привычкой, мы больше не дышим, мы не наблюдаем за сво-
им дыханием: дышит все наше тело, мы находимся в своем
дыхании, мы сами являемся собственным дыханием. И это
не иллюзия или самовнушение: мы пришли путем движе-
ния нашего сознания в самую сердцевину одного из тысяч
феноменов, которые делают нас живыми.
Итак, дыхание становится чем-то бо́льшим, чем просто
дыхание: оно становится привилегированным благодаря
взаимодействию со всем, что есть в нас, и всем, что есть
вокруг нас, будь то болезненное или приятное, ужасное
и грубое или красивое и нежное…
Урок 2
Мы часто думаем: мало что можно сделать с таким банальным
автоматическим процессом, как дыхание. Какая ошибка!
Осознать свое дыхание, дать себе отчет просто о его присут-
ствии, обо всех ощущениях, которые с ним связаны в нашем
теле, не пытаясь на него воздействовать, — ​это огромный
благотворный опыт. Надо просто уделить дыханию внимание.
И когда мы счастливы, и когда несчастны. Ничего не ожи-
дая от дыхания, не требуя от него решения наших проблем,
но осознавая: когда нам не удается их решить, нужно уделять
в тысячу раз больше внимания дыханию, а не сетованиям
и сожалениям.

Жить в своем теле


Он стоит такой простоватый, в коротких штанах, с чересчур
длинными рукавами и красными ленточками на башмаках,
уже в то время вышедших из моды. Наш взгляд притягивает
белая масса костюма из муарового шелка. Пьеро, как сказа-
ли бы сегодня, занимает весь кадр. И хотя он на аван­сцене,
он никому не интересен: три других персонажа на  зад­
нем плане, кажется, гораздо более увлечены появлением
четвертого, верхом на осле, с меланхолическим взором.

Жиль в костюме Пьеро, около 1718–1719


Жан-Антуан Ватто (1684–1721)
Холст, масло, 1,85 x 1,50 м, Лувр, Париж

38 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


У Пьеро немного грустный, но спокойный вид. Словно он
спрашивает себя, смотрят ли на него, любуясь или насмеха-
ясь. По большому счету, ответ ему безразличен. Безропот-
ный, он привык, что им не восхищаются, о нем забывают.
Пьеро остается там, он знает: когда-то все поймут, как он
им необходим. История без него не может продолжаться.
Он в самом деле некрасив, но все же что-то в нем есть. При-
сутствие, простое и очевидное. Пьеро напоминает нам — т​ ем,
кому он нужен, — ​что необязательно обладать прекрасным,
сильным, гибким телом, чтобы любить свое тело и понимать,
до какой степени оно важно в жизни и каким прекрасным
проводником в мир полного сознания может быть для нас…

«Разделены ли дух и тело,


и если да, что лучше выбрать?»
Вуди Аллен

40 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Медитировать телом
Те, кто не медитируют, часто полагают, что медитация — э​ то
сугубо психическая практика. Какое заблуждение! На са-
мом деле это практика, тесно связанная с телом. Ведь после
долгих часов медитации тело иногда бывает утомлено даже
больше, чем дух.
Как медитативная практика полное сознание зиждется, в част-
ности, на соответствующем опыте телесных ощущений. Речь
идет о том, чтобы подключиться к собственному телу, отнестись
к нему осознанно и внимательно. Речь не о том, чтобы думать
о теле, судить, что в нем происходит, пытаться расслабить его
или раздражаться на него. Надо просто войти с телом в контакт.
Реинтегрировать его в поле нашего духа, нашего внимания
и сознания. Не стремясь на первых порах что-либо изменить.
Существует много регулярных упражнений для тела, по-
могающих приблизиться к полному сознанию. Надо лишь
учиться осознавать свое тело, постепенно, часть за частью.
Принимать тело как центр тяжести в переживании настоя-
щего момента. Выполнять упражнения для осанки, например,
каждое утро делать десять вдохов, стоя прямо, развернув
плечи, но не утрачивая гибкости. Постоянно думать о сво-
ей осанке, постепенно и естественно исправлять ее, делая
благородной и удобной. Дайте себе время почувствовать,
какое воздействие это окажет на ваше тело. Делайте также
упражнения на медленное растяжение мышц при полном
сознании. Таким упражнениям нет числа…
Это не только гимнастика, но и путь самопознания, минующий
слова: может быть, более грубый, но также и более простой,
чем телесный самоанализ. Телесный самоанализ, спокойный
и благожелательный, состоит в том, чтобы негромко сказать
себе: «Присмотримся внимательно и почувствуем, как там
внутри все происходит». Это может нам помочь, когда мы
растеряны, смущены, не можем найти выход. Тело не об-
манывает нас, оно нас информирует, поэтому нельзя его
презирать.
Ницше говорил об этом: «Вот слово тем, кто презирает тело.
Я не прошу их менять свое мнение или веру, а просто отде-
латься от своего собственного тела; это обречет их на немо-
ту». Иногда это не презрение, а забывчивость: мы забываем
о нем, своем теле, мы принимаем его исключительно как
наше сознание. Мы воспринимаем его как инструмент: мы
ждем от него тишины (здоровья), наслаждений (чувств),
подчинения (перемещений в пространстве и верной службы
нам). Это уже неплохо. Уже немало. Но оно может сделать
для нас гораздо больше…

Тело — в​ ходные врата духа


Тело и дух: они нераздельны, никогда не оставляют друг
друга. Спокойствие одного отражается на другом, так же
и раздражение. Люди постоянно повторяют легенду о ду-
ализме Декарта: тело и дух — ​д ве отдельные сущности.
Однако сам Декарт никогда этого не говорил. Да и никто

42 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


другой не говорил. Двойственность выражает только иерар-
хию, убежденность в силовых отношениях: кто же из них
может подчиниться другому? Мы, как правило, думаем,
что дух проявляет себя сильнее, чем тело. Но это как
в браке: все зависит от момента, от сферы деятельности,
все меняется и развивается.
Тело и дух — н
​ и одно целое, ни две раздельные сущности.
Это — д​ ве различные, но очень тесно связанные реально-
сти. Осознать эту связь — ​з начит получить возможность
многому научиться, экспериментировать со своим телом.
Но это не значит пренебрежительно бросить: «Да, да, это
мое тело, да, важно о нем заботиться». Нужно как можно
чаще останавливаться и ощущать, что же в данный момент
происходит с нашим телом, присоединиться к нему, испы-
тать его, почувствовать его свободно, глубоко, почтительно.
Не только тогда, когда оно заставляет нас страдать или
позволяет наслаждаться.
Надо учиться читать наши ощущения, уделять им внима-
ние: ведь они, как панель управления, свидетельствуют
о гармонии или разладе в душе. Иногда, позволяя телу
существовать в духе, мы испытываем странные ощущения:
словно мы выходим из тела, словно оно плавает или стано-
вится очень тяжелым или деформированным. Иногда мы
чувствуем наплыв чего-то неприятного: тогда мы осознаем,
что есть напряжение или боль, от которых мы стараемся
убежать в развлечения, занятость, сетования на внешние
предметы. Здесь медитация отличается от релаксации: ее
цель не только и не столько доставить нам удовольствие
или ослабить напряжение, а просто направить к осознанию
того, что в нас происходит. Порой то, что в нас происходит,
болезненно. Полное осознание рекомендует нам принять
это состояние и наблюдать за ним, согласиться с болью,
а не бежать от нее.

Польза и восстановление
С давних времен известно: когда телу хорошо, с духом все
в порядке. Физическая активность, снятие напряжения
и релаксация, а также улыбка, прямая благородная осанка
влияют на нашу психику. И это незаметное воздействие
накапливается постепенно: не стоит ждать немедленного
потрясающего результата. Он тоже непредсказуем. Вот
почему в полном сознании рекомендуется «не хотеть»:
не хотеть расслабиться, принести себе пользу, достигнуть
определенного состояния. Во всяком случае, не в момент
медитации. В этот момент не надеяться ни на что и не ста-
вить целей, а лишь открыть себя тому, что существует,
быть здесь, принять его своим сознанием. Ничего больше.
Главные слова здесь — ​п озволить и открыться…
В течение последних лет у разных исследователей создалось
впечатление, что тело имеет возможности самовосстановле-
ния (однако эти возможности не гарантируют нам здоровье
или бессмертие). Самовосстановлению тела способствует

44 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


не  только бережное обращение с  ним, но  и  то, что мы
предоставляем ему некое ментальное пространство, необ-
ходимое для самовыражения, для того чтобы мы услышали
тело. Медитация, по-видимому, снижает интенсивность
старения клеток, воздействуя на  теломеры, крошечные
колпачки на концах хромосом.
Весьма благотворно для нашего здоровья регулярно соз-
давать пространство для переживания телесных ощуще-
ний. Вот почему практика полного сознания рекомендует
упражнение, заключающееся в регулярном, спокойном
и внимательном рассмотрении всех частей тела. Это не-
много похоже на прогулку по лесной тропинке, когда мы
собираем упавшие сухие ветки: чтобы убедиться, что все
хорошо, мы так же проходим и по тропинкам своего тела.
Когда тело болит, страдает, когда оно повреждено, изноше-
но, мы стараемся дать ему лучшее, что можем, здесь и сей-
час, — ​з аботу, внимание, уважение, комфорт и любовь.
Спокойное и неторопливое осознание того, что наше
тело такое, как оно есть и каким мы его принимаем,
позволит телу стать более умиротворенным, а духу — ​
более ясным…
Урок 3
Странно, что большинство из нас склонны забывать о сво-
ем теле, не беспокоиться о нем: от отказа осознавать телo,
когда мы чувствуем себя хорошо, до ипохондрии, когда
нам плохо. Полное сознание рекомендует нам просто
регулярно наносить телу дружеские визиты: подключать-
ся к  своим ощущениям, проверять состояние «местно-
сти», мысленно спокойно пройтись по всему организ-
му при засыпании или пробуждении или в те моменты,
когда у нас есть свободное время. Посмотреть внутрен-
ним взором, что там происходит, не стремясь тотчас ре-
шать проблему или облегчать состояние. Просто пона-
блюдать. Это будет первое огромное благо: предоставить
нашему телу немного пространства в  нашем сознании.

Закрыть глаза и слушать


Живопись ведь существует не только для глаз. Некоторые
картины кое-что нашептывают нам. К примеру, эта: ее нужно
именно слушать. Смотреть, конечно, тоже стоит, но глав-
ное — ​слушать. В ней — ​звонкие голоса играющих детей
и окрики матерей, успокаивающих расшалившуюся детвору.

Поезд в сельской местности, около 1870


Клод Моне (1840–1926)
Холст, масло, 0,50 x 0,653 м, Музей Орсе, Париж

46 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Я слушаю пение птиц
не ради их голосов,
а ради следующей за ним тишины».
Енэ Ногути. Источники восточной мудрости
В ней — ​ветер, слегка шевелящий листья деревьев. Пение
птиц. Может быть — ​далекий лай собак. И вдруг слышится
странный звук. Мало-помалу он усиливается. «Шшт-шшт-
шшт-тудум-тудум-тудум»… Шум паровоза нарастает, выходит
на передний план, наполняет пространство своим прерыви-
стым дыханием, стуком колес по рельсам. «Ссии-ссии»: это
свисток, который машинист подает то ли от радости, то ли
по привычке, проезжая по виадуку.
Потом вдруг все уменьшается, поезд исчезает, его шум едва
слышен издалека. Через мгновенье больше ничего нет: все
расплывается и неощутимо растворяется в воздухе. Осталось
только воспоминание о движении поезда. В какой именно
момент исчез его шум? Сколько времени все это длилось
и долго ли занимало наш ум? Это несущественный вопрос?
Может быть. Но также возможно, что это вопрос огромной
важности, потому что он может открыть нам, как наш ум
слушает (или не слушает) жизнь. Жизнь, которая продолжа-
ется миг за мигом. Мягко всплывая в памяти, на авансцену
нашего сознания выходят детские голоса, восклицания мам,
шум ветра и гомон птиц. И, может быть, слышный издалека
лай собак…

Все разнообразие звуков


Шумы, звуки, музыка: чем они отличаются? Шум — э​ то все,
что касается нашего уха, любое слуховое восприятие. Звук — ​
это шум, имеющий смысл (звук голоса или звон колокола),

48 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


организованный, различимый, проанализированный нашим
разумом шум. Музыка — ​это совокупность сложных, нало-
женных друг на друга, гармоничных звуков.
Мы постоянно купаемся в мире звуков, лишь в какой-то мо-
мент мы отдаем себе отчет в том, что слышим. Звукоопера-
торы в кино или на радио умеют создавать особую атмосферу
звука — ​то человеческую (шаги по земле, шум кафе или
офиса), то природную (шум моря, осеннего леса…). Слушая
внимательно разные звуки, мы понимаем и всю сложность,
неуловимую красоту мира звуков.
Нам нужны эти звуки, особенно настоящие звуки жизни,
звуки природы. Они являются «органической пищей» для
наших ушей. Море, горы, сельская местность дарят ее нам.
Вот почему так велико их умиротворяющее воздействие
на нас: это самые старые звуки, звуки нашего далекого, жи-
вотного, прошлого.

Слышать, слушать, думать…


Слышать: когда мы слышим, мы находимся в состоянии
«пассивной», или скорее не вмешивающейся, восприимчи-
вости. Слушать: в слушании наше внимание мобилизовано
и намеренно направлено на шумы и звуки, на их анализ.
И тогда включается рассуждение и размышление: действи-
тельно, мы слышим сирену «скорой помощи» и тотчас же
слушаем ее, придавая ей смысл, иной раз бессознательно,
мы думаем, например, что где-то случилась авария или кто-
то тяжело болен, тогда мы можем ощутить сострадание,
беспокойство, грусть.
Мы слышим шаги в квартире над нами, и мы прислушиваемся
и пытаемся узнать звук этих шагов; мы представляем кон-
кретного человека (женщину, если это стук высоких каблу-
ков, или знакомого с его характерной походкой). Иногда
мы выносим свое суждение, и, нравится нам этот звук или
не нравится, мы начинаем думать о том, что он означает…
Течение мыслей, навеянных шумом или звуком, обогащает
нас и обедняет одновременно: смысл, который мы прида-
ем звукам, входит в соперничество с нашим присутствием
в мире.
Как только мы произносим слова, мы выходим из чувствен-
ного опыта, теряем ощущение момента. Тогда мы больше
не находимся в мире звуков, мы покинули его ради нашего
ментального мира. Это не страшно, порой даже нужно, ино-
гда даже жизненно необходимо чувствовать — э​ то не всегда
достаточно, надо еще и понимать. Но, как и для всех ав-
томатических движений нашего ума, важно отдавать себе
отчет в том, что происходит сейчас. Важно также регулярно
прикладывать усилия, чтобы освободиться от умственного
автоматизма, от машинальности и вернуться к непредвзято-
му и приветливому слушанию жизни. Слушанию в полном
сознании, позволяющем нам иногда проникнуть в неслыхан-
ное. Неслыханное означает то, что мы никогда не слышали,
потому что — н
​ икогда по-настоящему не слушали…

50 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Безмятежное восприятие звуков
Когда мы работаем над звуками в полном сознании, мы стара-
емся воспринять их все. Стараемся бороться с непроизвольной
попыткой фильтровать звуки («Ох, как мне уже надоел этот
шум, надо попробовать о нем не думать») и осуждать их («Опять
эти соседи прогревают машину под моим окном!»). Полное
сознание — ​это не релаксация (когда нам необходимы тиши-
на и покой), а медитация (когда надо выработать спокойное,
умиротворенное отношение к миру): можно практиковаться
с шумами вокруг нас, даже если они не относятся к тем звукам,
которые вы любите, все равно надо уметь это делать.
В полном сознании часто практикуются в том, чтобы просто
уделить внимание звукам, тому главному, что в них есть: далеко
они или близко, резкие они или мягкие, продолжительные или
прерывистые, перемежаются ли они паузами, тишиной? Мы
стараемся наблюдать и воспринимать их первичные характе-
ристики, принимать их за то, чем они являются.
Разумеется, наш ум естественным образом уходит в интер-
претацию звуков («это звук такой, а это — ​сякой»), в су-
ждение о них («этот звук приятный, а этот — о
​ твратитель-
ный»), в связанные мысли, вытекающие из услышанного
(«это мне напоминает одно… а это навевает другое…»). Это
нормально, нет смысла раздражаться, потому что рассудок
делает так всегда: судит и облекает в слова наш опыт и наши
ощущения. В этом нет ничего страшного, если постарать-
ся осознать, что работать над звуками — ​это наблюдать
в себе разницу между звуками и их смыслом. После этого
вернуться к простому слушанию: воспринимать звук как
звук. А мысли все равно тут как тут! Это нормально, даже
прекрасно. Это учит нас понимать движения ума. Мысли
нас успокаивают? Тоже прекрасно. Это учит нас смаковать
вкус звука…
Когда мы проводим групповые тренинги в больнице, часто
случается, что у кого-либо из пациентов звонит мобильный
телефон. Не прерывая занятие, я даю тогда следующую уста-
новку: «Вот прекрасная возможность. Продолжаем упраж-
нение, глаза по-прежнему закрыты, воспримем эту мелодию
и проанализируем, какие мысли она в нас вызывает: „Это
раздражает“, „Владелец телефона, должно быть, чувствует себя
неловко“, „Это невежливо“, „А свой-то телефон я выключил?“
Рассмотрим спокойно и с улыбкой все, что этот звонок породил
в нас…» Так же мы поступаем, когда кто-то из группы пришел
на практику с опозданием, когда упражнение уже началось: мы
остаемся с закрытыми глазами, слушаем, как он устраивается,
и развлекаемся тем, что отмечаем шум, который он производит,
и мысли, которые нас посещают в связи с этим. Эта позиция
спокойного наблюдателя — ​центральная в практике полного
сознания.

Тишина
Тишина по отношению к шуму то же самое, что тень по от-
ношению к свету или сон по отношению к бодрствованию:

52 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


другая, необходимая, сторона явления. Постоянная экспансия
шума отравляет жизнь, увеличивает беспокойство, навязы-
ваемое нам так называемой «современной» жизнью. Даже
если шум интересен (постоянные новости по радио), даже
если гармоничен (музыка повсюду), его вечное присутствие
(как и постоянная болтовня, занимающая место мышления)
утомляет нас, делает слабее, мешает нашему уму дышать,
а значит, и действовать.
Итак, надо напомнить себе о силе тишины, резонатора шу-
мов жизни. Не о полной тишине, но о присутствии ее между
звуками, между моментами, когда шум неизбежен (пере-
движение по городу) или желателен (разговоры и музыка
на праздничной вечеринке).
Моменты тишины подобны вздохам, отступлению: они
подчеркивают важность любимых нами звуков и дают пе-
редышку от тех, которые нам неприятны.
Сила тишины и спокойствия. Они — н
​ е отсутствие шума,
но отсутствие бесполезных слов, искусственного вмеша-
тельства. Тишина и спокойствие позволяют нам слышать
и слушать музыку жизни.
Урок 4
Остановиться, закрыть глаза и слушать. Воспринимать все
звуки. Звуки вокруг нас, как приятные (пение птицы),
так и неприятные (работающий мотор); звуки в нас, как
умиротворяющие (дыхание), так и вызывающие беспокой-
ство (звон в ухе, урчание в животе). Цель таких моментов
полного слухового сознания — н
​ е доставить себе удоволь-
ствие непосредственно, но открыть нам глаза, осмелюсь
даже сказать здесь: заставить себя осознать существова-
ние этих звуковых потоков и  того, что они возбуждают
в нас, — э​ моций, мыслей или импульсов. И потом, конечно,
насладиться тишиной.

Следить за словами
Прогуливающийся остановился. Вдруг прекратился и ше-
лест опавших листьев под его ногами, прекратился лег-
кий шум, сопровождавший его прогулку. И вот он здесь,
перед большой лужей; он говорит себе, что в последние
дни часто шел дождь, и  земля не  может поглотить всю
влагу, излившуюся с небес; и вот она оставляет воду ждать

Размышление
(What does your soul look like?), 1996
Питер Дойг (род. в 1959)
2,80 x 2,00 м (PD 82)

54 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


на поверхности, как хозяин гостиницы — п
​ риезжих, если
заняты все номера.
Прогуливающийся остановился, он говорит себе… Нет,
он не говорит себе, он ничего не говорит… Это его мыс-
ли болтают сами по себе. Он же слушает и осознает эту
болтовню: «До чего красиво, эти краски», «А некоторые
опавшие листья уже гниют», «Не промочу ли я ноги, если
вступлю в лужу?», «Я бродил по лужам, когда был малень-
кий, но у меня тогда были резиновые сапоги», «Интересно,
сколько сейчас времени?», «Однажды я тоже умру, как эти
листья», «Хорошо, что я надел теплое пальто, холодно, видно,
зима в этом году ранняя…»
Потом понемногу в нем все успокаивается, останавливает-
ся поток мыслей. Он глубоко втягивает воздух, замечает,
как бьется сердце. Его внимание привлекает наполовину
сгнивший лист. Он смотрит на него, или лучше сказать,
видит его. Он видит также и  другие листья. Желание
идти дальше пропало. Постоять здесь. Время от времени
в  голове пролетают новые мысли. Он их слышит точно
так  же, как видит листья. Присутствие и  отступление.
Одна мысль нашептывает: «Твои мысли как эти листья,
их много, они повсюду, отпусти их, пусть уходят и  воз-
вращаются, вот так; чудесно; этот замечательный момент;
тебе ничего большего не  надо ждать, ты живешь здесь
и сейчас».
Потом тишина мыслей. Прилив вечности.

56 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Есть два процесса, которые люди не могут
прекратить
с тех пор, как живут на свете: дышать
и думать.
В действительности мы способны
задержать дыхание
на больший срок, чем мы можем
воздержаться от думания.
По зрелом размышлении, эта
неспособность
остановить мысль, перестать думать — ​
ужасное принуждение».
Джордж Стайнер.

Десять (возможных) причин грустных мыслей

Брожение нашего ума


Мозг человека — ​это необыкновенная машина для произ-
водства мыслей. Но эту необыкновенную машину трудно
остановить. Как только мы просыпаемся, начинается про-
изводство мыслей. В своем трактате «О душевном покое»
Сенека говорил о «круговороте души, которая ни на чем
не останавливается…» Ранним утром мы пробуждаемся
и начинаем думать, а лучше сказать, на нас сходят лавины
мыслей. Они говорят обо всем: о прошлом, о будущем.
Реже — о​  настоящем.
И действительно, смысл глаголов «думать» или «размышлять» — ​
не производить мысли (это происходит помимо нашей воли
или нашего вмешательства), а просеивать, организовывать их,
выстраивать иерархию, пытаться сосредоточиться на одних,
отгоняя другие. Вот почему напрасно надеяться, что медитация
быстро приведет нас к молчанию разума, отсутствию мыслей.
Это иногда происходит, но лишь краткими интервалами, мо-
ментами. А потом брожение возобновляется.
«Сознание царит, но не управляет», говорил Поль Валери.
Мне всегда нравился этот афоризм, который, как мне кажется,
свидетельствует о главном: о разнице между силой и всесилием.
Матье Рикар, следуя буддистской традиции, сравнивает лавину
наших мыслей со стаей обезьян, которые без конца кричат, ска-
чут с ветки на ветку, находятся в постоянном движении. Какая
суматоха! Мы рискуем окончательно запутаться! Что же делать?
Это движение невозможно остановить, трудно контролировать.
Существует риск замещения этого рассеивания концентрацией
на одной единственной мысли: это называется навязчивой мыс-
лью, наваждением, и это ничуть не лучше. Другой риск — ​мы
заполняем свой рассудок чем-то легким, внешним, упорядо-
ченным, довольно сильным, чтобы привлечь наше внимание.
Но внезапно роение мыслей прекращается. Заполнение против
роения. Почему нет? Можно развить также и другие способы
воздействия на рассудок.
В полном сознании мы как будто бы отказываемся от желания
остановить или отогнать поток мыслей и скорее предпочтем

58 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


за ними наблюдать как бы со стороны: думать и видеть себя
думающими. Дзен предлагает метафору каскада: мы находимся
между скалой и водопадом (потоком наших мыслей). Немного
поодаль мы стоим и смотрим сами на себя думающего: мы не под
водопадом (дистанция), но и недалеко от него (присутствие). Так
мы используем возможности отраженного сознания, состоящие
в самонаблюдении. Но можем ли мы на самом деле наблюдать,
как мы думаем? Психология от первого лица, интроспективная
или феноменологическая, долгое время отвергалась: как можно
быть судьей и сторонним наблюдателем? «Невозможно, — ​го-
ворил Огюст Конт, — в​ ысунуться в окно, чтобы наблюдать, как
сам идешь по улице». Однако в отношении сознания это все же
возможно: надо только очень много тренироваться.

Смотреть, как проходят мысли


Как правило, пребывая в полном сознании, мы отказываемся
от грубой лобовой атаки. Бесполезно пытаться убрать свои
мысли; мы, напротив, провоцируем «эффект отскока». Трудно
сказать себе: «Ну-ка, понаблюдаю я за своими мыслями»; не-
редко у нас создается впечатление, что их вовсе нет, они вдруг
исчезли. Это происходит лишь потому, что мы заходим слишком
далеко: настолько сильно погружаемся в мысли, настолько являемся
нашими мыслями, что принимаем их за реальность.
Полное сознание говорит нам одно: бесполезно пытаться
блокировать мысли, бесполезно искать их, лучше расширить
пространство разума.
В таком случае начнем с другого, остановимся, укрепимся,
сосредоточимся на настоящем моменте: с помощью дыхания,
слушания звуков, восприятия своих телесных ощущений.
Мы сейчас вошли в наилучшее состояние, чтобы наблюдать
за ходом своих мыслей. До сих пор мы были заняты другим,
например пытались сосредоточиться на ощущении дыхания,
а позже в какой-то момент мы ощутим, что нас словно уносит:
мы были в дыхании и — ​хоп! — ​стали «думать о другом»,
следовать за проходящей мыслью, даже не отдавая себе отчет
в этом. Мы осознаем это только позже.
После небольшой тренировки мы также начинаем отмечать
мысли о приказах, которые они, мысли, отдают нам, когда
мы стараемся отдалиться от них. Когда мы делаем упражне-
ние вхождения в полное сознание, в котором пробуем лишь
быть здесь и сейчас, присутствовать при движении дыхания,
приходящих к нам звуках, вдруг ощущается некий импульс,
что-то вроде приказа: «Остановись, открой глаза, сделай то-то
и то-то, более срочное, более важное…» Если мы сопротив-
ляемся, мысль настаивает: «Сделай сейчас, иначе забудешь!»
Мы полагаем, что это мы хотим, что это нам нужно; но сей
вывод не столь очевиден.
Доказательство: не повинуясь тотчас же, рефлекторно, приказу
мыслей под видом желания, побуждения или необходимости,
мы часто замечаем, что они спорные, что их можно избежать
или проигнорировать. Например, такие приказы: «почеши
нос», «открой глаза и посмотри, который час», «запиши, что

60 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


надо позвонить брату…» Мы можем не подчиниться или отло-
жить выполнение приказа, но только если мы сами осознаем,
что это вмешательство — ​лишь наши мысли, а не мы сами…
Сначала мы идентифицируем эти мысли в момент, когда они
овладевают нами и выводят за рамки медитации: мы больше
не сосредоточены на дыхании, на теле, но «думаем о чем-то».
Это нормально, именно так ум поступает все время. Тогда без
раздражения возвращаемся к упражнению; мысли возвраща-
ются; мы их замечаем и возвращаемся к упражнению и так
далее. Такие действия лежат в основе тренировки вхождения
в полное сознание.
Мысли — н
​ е проблема, проблема — э​ то не осознавать мыслен-
ное рассеивание, возбуждение и особенно смешение мыслей
и действительности, а также принятие всех мыслей всерьез.
Проблема заключается не столько в содержании или движе-
нии мыслей, сколько в нашем к ним отношении. Другими
словами, не надо им мешать, не надо стремиться их отогнать.
Но не надо и следовать за ними, подчиняться им, смиряться
с ними. Надо просто принимать их, наблюдать за ними в рам-
ках расширенного сознания (поэтому так важно закрепиться
в настоящем моменте с помощью дыхания, тела, звуков),
просто прекратить их питать.
Шаг за шагом, с помощью регулярных тренировок мы все
лучше осознаем, что наши мысли — ​это всего лишь мысли:
мы лучше идентифицируем их как преходящий ментальный
феномен, а не как продолжающуюся несомненность. Мы видим,
как они появляются; и нередко, если мы не следуем за ними,
замечаем, как они растворяются. Потом снова появляются.
Снова уходят. Переживание этого опыта научит нас гораздо
большему, чем простое знание: мы знаем, что наши мысли — ​
только мысли, но стоит им поглотить нас, и это знание утратит
смысл. Только регулярная практика и жизненный опыт помогут
нам дистанцироваться от ментального, от пагубной привычки
позволять нашим мыслям рассеиваться помимо нашей воли.
В полном сознании мы сами решаем, следовать ли нам за соб-
ственными мыслями — п
​ очему бы и нет? — и
​ ли выбрать что-
то другое. Например, остаться сидеть с закрытыми глазами,
дышать здесь и сейчас, в потоке мыслей, которые говорят нам
«встань», «делай», «думай», «шевелись»; которые раздража-
ются и повышают тон: «У тебя столько срочных дел, не ка-
жется ли тебе, что пора прекратить эти упражнения? Потом
вернешься к ним…» Но нет, мы ведь решили не подчиняться
мыслям. Подождем немного и посмотрим, в самом ли деле
надо идти в указанном мыслями направлении, в самом ли
деле это так важно для нас. Подышим еще несколько минут,
и тиски разожмутся. Как это приятно — б​ ольше не быть рабом
ментального, как радостно обрести чуть-чуть больше свободы.

Освободиться от своих мыслей


«Я мыслю, следовательно существую», — ​провозгласил Де-
карт. Поль Валери добавил: «Иногда я мыслю; а иногда я су-
ществую». И полное сознание делает заключение: «Я есть

62 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


не только то, о чем я думаю». С двумя смыслами: «je suis»
в смысле «следовать» и «je suis» в смысле «быть»1. Это то, что
называется «разъединение» (défusion) в когнитивной пси-
хотерапии: стремление уменьшить смешение между своими
мыслями и своим сознанием. Понять, что мысли — т​ олько один
из элементов сознания, а не все сознание в полном объеме.
Не зависеть больше от своих мыслей, но при этом не отка-
зываться от них: просто построить с ними другие отношения.
Это не то же самое, что сказать себе: «моя жизнь грустна» или
«я в данный момент думаю, что моя жизнь грустна». Иденти-
фицируя мои мысли как феномены духа, я яснее увижу, что
в последних прячется множество оценок, непроизвольных
реакций, побуждений, с которыми я не всегда должен согла-
шаться. Это немного необычный опыт отсоединения от своего
собственного ментального, это попытка воспользоваться своим
разумом, чтобы больше не попадаться в его силки. Именно
это и предлагает полное сознание. Оно учит предоставлять
место для размышления, культивировать опыт рассмотрения
на расстоянии. Оно помогает отличить главное, подобно тому
как на вечеринке в шуме голосов мы выделяем разговор на ин-
тересующую нас тему. Или в конце концов бросить эту суету
и пойти слушать ночные шорохи…

1
Эту фразу «Je ne suis pas seulement ce que je pense» из-за совпа-
дения формы глаголов «следовать» и  «быть» можно перевести иначе:
«Я следую не только за тем, о чем думаю». — Прим. перев.
Урок 5
Закрыть глаза и поместить дыхание в центр своего внимания.
Затем отметить, как очень быстро рассудок удаляется или,
скорее, как наши мысли располагаются в центре нашего вни-
мания, будто капризные дети. Мысли о неотложных делах,
мысли о том, как трудно остаться в упражнении. Мы в нем:
работа полного сознания над мыслями просто состоит в том,
чтобы осознать непреодолимую мешанину мыслей. В осоз-
нании того, что мысли обладают силой влечения: в какой-то
момент мы больше не наблюдаем за собственными мысля-
ми, но мы внутри, они нас затопили. Тогда надо спокойно
вернуться к дыханию, затем к наблюдениям за мыслями.
Постепенно разница между «думать что-то» и «заметить,
что думаешь что-то» становится очевидной. Это называется
просветлением, оно требует регулярной работы.

Дать место эмоциям


Это смесь порядка с беспорядком — ​необычная, смутная,
оставляющая нас в некотором недоумении. Мы не можем
ухватить, что художник хотел нам сказать. Потом, через какое-
то время, хотя понимание и не возникает, мы, по крайней
мере, начинаем замечать композицию картины.

Меланхолия, 1528
Лукас Кранах Старший (1472–1553)
Масло, дерево, 1,13 х 1, 72 м, частная коллекция

64 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Слева сумятица. Сверхъестественная сумятица наверху,
откуда лавиной скатывается стая духов или фантомов. Вни-
зу — ​обычная сумятица, где голые дети играют с легавой
собакой; собака недовольна обращением и с угрожающим
видом огрызается, прижимает уши, словно говорит им: «Если
будете и дальше донимать меня, укушу».
Справа чуть спокойнее, но все также неясно: яблоня демон-
стрирует свои золотые плоды; над скалой нависает замок;
женщина, у ног которой лежат инструменты, словно ей нечем
заняться, строгает деревянную палочку. У женщины отстра-
ненное, усталое, безучастное лицо, она издалека посматривает
на возню детей с собакой.
В этой «Меланхолии» Кранаха есть реальное и ирреальное,
есть напряжение и спокойствие, действие и скука. Что-то
мы можем понять, хотя бы приблизительно, а что-то от нас
ускользает, превосходя наше понимание.
Но не правда ли — ​мы часто именно так воспринимаем
собственный эмоциональный опыт?

«Все зиждется на нескольких идеях,


которые нас страшат
и на которые мы не можем посмотреть
прямо».
Поль Валери. Такой как есть

66 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Эмоциональный опыт
Наши эмоции не говорят, но выражаются. Никаких телесных
ощущений, поведения, автоматических, сложных и простых
мыслей.
И все же, чтобы унять мысли, как правило, одних слов
недостаточно. Надо пройти через тело (дыхание), через
поступки (походить, если вам грустно или беспокойно,
лечь, если вы рассердились). Речь идет об одном из са-
мых трудных шагов физической жизни: дистанцировать-
ся от насыщенных, перегруженных эмоциями мыслей,
которым мы не можем помешать или которые не в силах
прогнать. Сегодня мы полагаем, что эту необходимую
дистанцию легче создать, наблюдая за нашим эмоцио-
нальным состоянием и принимая его, а не пытаясь ярост-
но избавиться от мыслей. Иногда даже, что вполне оче-
видно, подчиняясь им. Эмоции часто, по крайней мере
вначале, сильнее нас, что почти всегда верно в отноше-
нии сильных эмоций и отчасти — в​  случае определенного
настроения и  душевного состояния, этих утонченных
форм сильных эмоций. Ларошфуко отмечал в связи
с этим следующее: «Разное настроение следует одним
курсом, который неуловимо поворачивает нашу волю;
оно последовательно создает тайную власть внутри нас
таким образом, что от настроения зависит значительная
часть всех наших действий, а мы об этом даже не дога-
дываемся».
Эмоциональный беспорядок
Эмоциональный опыт не всегда приятен и не всегда поддается
расшифровке. Несомненно, беспорядок в эмоциях иногда
может быть плодотворным, но может привести и к самой
большой путанице.
Тогда мы хотим сбежать либо в действие, либо в отвлечение.
Мы также пытаемся ввести строжайший контроль: запретить
болезненным эмоциям завладеть нами, запретить себе их
испытывать. В этом есть своя логика, но возникает проблема:
поступая таким образом, пытаясь отсечь от себя наши ощу-
щения и чувства, мы оказываемся лицом к лицу с тем, что
в неврологии называется «деафферентацией», а следовательно,
с полной ампутацией нашего эмоционального понимания. Мне
нередко приходилось видеть гиперчувствительных пациентов,
которые годами «замораживали» проявления своих эмоций,
слишком тяжелых для них; это наводило меня на мысли о веч-
ной мерзлоте, небольшом слое всегда промерзшей земли под
толщей льда, на которой ничего не может расти. Существование
и чувствительность обедняет излишняя защита…

Эмоциональная ясность: согласиться


чувствовать
Полное сознание проявляется вопреки нашей естественной
тенденции удерживать приятное и отталкивать неприятное.
Именно поэтому медитации и упражнения не всегда ком-
фортны (вот опять отличие от релаксации).

68 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


В полном сознании мы воспринимаем негативные или бо-
лезненные эмоциональные ощущения, позволяя им просто
быть. Вместо того чтобы прогнать грусть или покончить
с беспокойством, мы, прежде всего, соглашаемся с тем, что
они есть. Это не означает, что следует полностью принять
их послания и предписания: позволить грусти или тревоге
быть здесь — э​ то констатировать, что мы грустны, но отнюдь
не верить тому, что нам нашептывает грусть («Эта жизнь
не стоит ничего, какой смысл трепыхаться?») или тревога
(«Опасность существует, ты должен действовать, искать
выход!»).
Пациенты, испытывающие беспокойство или находящиеся
в состоянии депрессии, не любят, когда им говорят, что
надо дать разрешение присутствовать своим эмоциям. Это
даже приводит их в возмущение: «Я как раз старался делать
противоположное, чтобы не испытывать страданий». Это же
и страшит их: «Если я открою клапаны, если буду меньше
остерегаться страданий, я же утону в них!»

В полном сознании
мы воспринимаем негативные
или болезненные эмоции,
позволяя им просто быть.
Но нет, будьте уверены, этого не произойдет. Наши негатив-
ные эмоции — ​как животные (или люди), которых хочется
успокоить: чем больше мы бросаемся на них, чтобы отогнать,
связать или запереть, тем сильнее они сопротивляются и в от-
вет могут причинить нам боль.
Поэтому гораздо интереснее создать пространство вокруг наших
эмоций, чтобы дать им возможность существовать, а нам дать
возможность за ними наблюдать: в какое состояние эмоции
сейчас вводят мое тело? Какие мысли они вызывают? Куда они
меня толкают? Таким образом, мы как будто пребываем не в са-
мой эмоции, а в пережитом опыте этой эмоции: принять ее,
чтобы меньше подвергаться ее влиянию. Иногда этого бывает
достаточно, чтобы обрести покой и принять адекватное решение.
Негативные эмоции — д​ вигатель негативных мыслей, именно
они дают им силу и укрепляют их. Принять свои эмоции — ​
значит уничтожить их влияние на мысли, которые эмоции
толкают перед собой и за которыми прячутся. Мне легче
рассуждать о своих гневных мыслях, если я признал и принял
свой гнев; легче рассуждать о своей тревоге, если я признал
и принял свои страхи. А если я продолжаю утверждать: «Вовсе
я не сержусь, просто эта ситуация — о​ на же ни в какие ворота
не лезет» или: «Я не волнуюсь, не беспокоюсь, это обстановка
становится угрожающей», тогда работы над мыслями не про-
исходит, потому что для моего разума это не мысли, а реаль-
ность и очевидность. Я же не сумасшедший, чтобы оспаривать
реальное и очевидное?

70 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Дать время ощущениям
Итак, нам придется поработать над своими эмоциями. Мы хотим
не мешать им, а понаблюдать за ними. Например, несколько
раз в день, переходя от одного занятия к другому, не будем
спешить и хвататься сразу за новое дело, а остановимся на ми-
нутку, чтобы почувствовать происходящее внутри нас, чтобы
внимательно подключиться к собственному эмоциональному
состоянию. Или в моменты ожидания: воспользуйтесь ими,
чтобы осознать себя, не проживайте эти мгновения в полной
неосознанности, в ментальном отсутствии, в отрыве от самих
себя, когда ваш разум погружен в дела и сетования.
Это внутреннее созерцание, спокойное и любознательное, станет
привычным сначала в тишине или отдыхе. Затем тогда, когда мы
страдаем: мы грустны, раздражены, тревожимся, несчастны…
Но и тогда не будем стремиться изменить то, что мы чувствуем,
не будем искать утешения или спокойствия. По крайней мере,
не сразу. Пока же ощутим себя причастными к тому, что мы
испытываем.
Хорошо дышать, не хотеть ничего другого, лишь сосредоточиться
на дыхании, наблюдая, что происходит. Дыхание, присутствие,
полное сознание — э​ то как лампа в потемках: мы можем видеть,
где мы находимся, даже если кругом ночь. Иногда это удивитель-
но: принимая наши болезненные эмоции, констатируя, что мы
через них проходим, мы открываем для себя, что это происходит,
словно мы движемся сквозь облако: в конце концов, внутри него
нет ничего прочного. Мы выходим — ​и снова светит солнце…
Полное сознание эмоций
Наши эмоции, даже неприятные, не просто «засоряют»
наш разум — ​о ни составляют часть нашей психической
экологии. Воспринимать эмоции можно только в том слу-
чае, когда мы их осознаем, а также поймем механизмы их
воздействия на нас. Эмоции воздействуют на нас, а мы
должны реагировать не на них непосредственно, а на их
источник. То, что в психологии называется «эмоциональной
регуляцией», вполне оправдано: ее цель — ​достижение
полного сознания, ясности.
Таким образом, в полном сознании имеется две фундамен-
тальные «компетенции» для достижения эмоционального
равновесия: первая состоит в создании внутреннего про-
странства для обеспечения опыта настоящего момента;
вторая — ​в  принятии этого опыта таким, каков он есть,
вне зависимости от нас. Чтобы преодолеть страдание или
дискомфорт, надо прежде всего допустить, что они в нас
существуют. Мы не можем покинуть место, куда никогда
не соглашались приехать; нельзя освободиться от страда-
ний, если мы никогда не соглашались признать, что они
есть…
Только так, в моменты уныния, мы сможем вслушаться
в слова ободрения, которые произносим сами себе — «​ это
не так страшно, это пройдет», — и поверить в них. Успех
возможен при условии полного принятия проблемы, и нас
ждет неудача, если мы по-прежнему отказываемся признать

72 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


ее существование («это невозможно, это несправедливо»).
Зерна безмятежности прорастут на почве не искренности,
а лжи самому себе.
Чтобы слова утешения стали действительно словами уте-
шения, надо найти время, чтобы их принять, выслушать,
прочувствовать, испытать. Позволить им жить внутри
нас. Так же, как мы позволяли перед этим неприятным
эмоциям. Однако не запрещается, конечно, предостав-
лять пространство и приятным эмоциям…
Урок 6
Когда я взволнован, раздосадован, встревожен, я ни в коем
случае не должен отмахиваться от того, что меня раздража-
ет, лишь бы расслабиться. Наоборот, стоит разобраться, что
со мной происходит. Какая эмоция во мне зародилась? На что
она меня толкает? Это кажется очень простым, но на самом
деле таковым не является: как и мысли, эмоции навязаны
нам, то есть они не субъективны, и одновременно представ-
ляются нам реальностью, не подлежащей сомнению. Поэтому
не надо стараться изменить то, что я чувствую, утешить себя
или успокоить. Надо только присутствовать в этом моменте.
Хорошо дышать, сосредоточиться на дыхании и наблюдать,
что со мной происходит.

Быть внимательнее, чтобы расширить сознание


Вначале все кажется простым: на картине, условно разде-
ленной на две части, справа — ​уличный фокусник, а сле-
ва — ​глазеющая публика. Разделяет их стол. Постепенно
проявляются детали: нам кажется забавным добродушный
вид фокусника в странной шляпе. Замечаем маленькую сову,

Фокусник
Иелис Панхедель / Иеронимус Босх Ван
Акен или Иероним Босх, конец XV — ​начало
XVI века
Дерево, масло, 0,53 x 0,65 м, муниципальный музей Сен-
Жермен-ан-Ле, Франция

74 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Сейчас твое тело неподвижно; молчи;
не удерживай свои мысли, отпусти их
и отпусти свое сознание в состояние совершенной
легкости.
Дойдя до этой точки, привязанность к медитации
и к отсутствию медитации стирается;
Дух, свободный от любой ментальной
конструкции,
есть только чистое сознание, пространное
и прозрачное».
Шабкар. Воспоминания тибетского йогина
символ плутовства и двуличности, которую он прячет в кор-
зинке. Корзинку фокусник держит в левой руке, а в правой
оказывается шарик, вероятно появившийся из-под одного
из перевернутых горшочков на столе. Оцениваем высокий
рост человека, с удивлением склонившегося над столом,
и замечаем вдруг, что в этот момент воришка, как бы невзна-
чай поднявший глаза к небу, дабы отвлечь внимание других,
очищает его карман. Возникает вопрос: вор — п
​ особник фо-
кусника? Неужели так же, как и элегантно одетая в красное
дама, на которую указывают пальцем?
Вдруг наше внимание привлекают странные детали: у огра-
бленного изо рта течет слюна. Почти все остальные персонажи
смотрят в разные стороны: одни — н
​ а стол, другие — н
​ а фо-
кусника или на согнувшегося человека, а третьи и вовсе
закрыли глаза. И наконец, последний позабытый зритель — ​
маленькая невозмутимая лягушка, сидящая на столе, она
глядит на фокусника как завороженная.
У Босха всегда множество символов, и эта странная карти-
на не исключение. Однако этот шедевр говорит нам о двух
важнейших вещах: внимании и осознанности. Слишком мало
или слишком много внимания сокращает или ослабляет нашу
осознанность, что может навлечь на нас массу неприятностей.

Сознание
Что такое сознание? Одновременно ощущать и воспринимать;
знать, что ощущаешь и воспринимаешь. Сознание подразуме-

76 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


вает бодрствование: так, спящий чувствует и воспринимает,
но не знает об этом, он не осознает. Сознание — ​вероятно,
самая тонкая и сложная функция нашего разума, тысячи
научных исследований подтверждают эти слова. Механизм
сознания и прост, и сложен одновременно. Немного упрощая,
скажем, что существуют три уровня сознания.
Первый уровень — ​примитивное сознание, совокупность
наших впечатлений и ощущений. Это некое животное бес-
словесное сознание, помогающее нам адаптироваться к окру-
жающему миру. Например, оно обеспечивает вам, читающим
эти строки, ощущение собственного тела, звуков, которые
достигают ваших ушей, движений вокруг вас и так далее.
Второй уровень — ​опознающее сознание, в котором высту-
пает понятие «Я» как результат впечатлений первого уровня.
Это сознание помогает обобщить то, что мы переживаем,
и понять, каковы при этом наши ощущения. Мы привыкаем
к «очевидности Я», мы забываем о ней и порой, взглянув
в зеркало или услышав, как кто-то произносит наше имя,
вдруг понимаем, что я — э​ то «Я», и нас поражает опознание:
«Как? То лицо в зеркале — ​это я? Это позвали меня?»
Третий уровень — ​это рефлексивное сознание, способное
на опосредованное отношение к своему «Я», и в частности
на анализ его механизмов. Это сознание помогает нам по-
нимать и рассуждать: оно ведет нас к пониманию того, что
мы слишком эгоистичны, или что мы сердимся, или что мы
испытываем страх.
А что такое «полное сознание»? И где оно находится в этой
классификации? Скажем, что практика вхождения в пол-
ное сознание подразумевает все три предыдущих уровня.
И уровень примитивного сознания, который оказывается
чрезвычайно важным, поскольку на нем осуществляются
понимание и мирное взаимодействие телесных и эмоцио­
нальных проявлений; и уровень опознающего сознания,
являющийся отправной точкой наблюдений за связанностью
мыслей; и уровень рефлексивного сознания, позволяющий
нашему разуму отсоединиться от умственного автоматизма.

Внимание
«Внимание — ​это когда разум завладевает в живой и ясной
форме одним предметом или последовательностью мыслей
среди множества других. Внимание отбрасывает одни пред-
меты, чтобы тщательнее рассмотреть другие», — ​объяснял
Уильям Джеймс, один из основателей современной психо-
логии, который одним из первых начал изучать сознание
и внимание.
Внимание — б​ азовый инструмент сознания: без внимания нет
сознания. Вероятно, именно поэтому инструкторы по меди-
тации чаще всего повторяют фразу: «А теперь сосредоточьте
ваше внимание на…» Но внимание и сознание — ​не одно
и то же. Во внимании мы игнорируем то, что нас не интере-
сует, тогда как в сознании мы уделяем внимание мелочам.
Внимание действует через исключение, а сознание — ч​ ерез

78 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


включение. Возьмем, к примеру, проблему беспокойства
или депрессии, которые являются следствием нарушения
внимания: мы уделяем внимание только источнику беспо-
койства и отодвигаем все остальное. Возможным решением
проблемы может стать призыв к полному сознанию для кор-
рекции внимания: в моменты, когда мы испытываем грусть
или беспокойство, надо попробовать расширить поле своего
внимания.

Качество внимания
Однако вернемся к вниманию и его отношению к сознанию.
Нам с трудом удается напрямую воздействовать на свое созна-
ние. Прежде нам надо научиться управлять своим вниманием.
Эта задача может быть решена двумя способами.
Первый связан с раскрытием внимания: оно может быть
сфокусированным (узким) или открытым (широким). В сфо-
кусированном мы направляем узкий пучок внимания, напри-
мер, на действие (стремимся сконцентрироваться на том, что
мы делаем), или на зрелище (мы поглощены тем, что видим
или слышим), или на мысли («уходим» в размышления или
бесконечные обдумывания).
Открытое внимание, напротив, стремится к  расшире-
нию, к отрыву от изначального предмета, к освобожде-
нию от  отождествления с  мыслями или ощущениями.
И к включению других предметов в свою сферу. Именно
это и  происходит, когда мы, наблюдая за ощущениями
своего тела, также включаем в сферу внимания последо-
вательными пластами звуки, мысли, эмоции, связанные
с переживаниями в настоящем моменте. Это шире откры-
тое внимание естественным образом подходит к тому, что
можно назвать «внимательным сознанием», очень близко
стоящим к полному сознанию.
Но в полном сознании присутствует еще одна составляющая.
Вторым возможным направлением работы является не рас-
крытие, а качество нашего внимания: «аналитического» или
«погруженного». Аналитическое внимание мобилизует нас,
когда мы сосредоточены на решении сложной математической
или экзистенциальной задачи. Наши умственные способ-
ности задействованы на полную мощь, мысли сцепляются,
умозаключения возникают одно за другим, и мы разбираем
в деталях всю подноготную задачи.
Погруженное внимание расположено на другом уровне:
оно заставляет нас забыть себя, когда мы рассуждаем или
действуем. Погруженное внимание может казаться простым
занятием: мы захвачены увлекательным фильмом или ритмом
шагов во время утренней прогулки. Но оно касается также
более комплексных задач: спускаться со склона на лыжах,
играть на музыкальном инструменте, решать требующую
напряжения ума задачу. Во всех этих ситуациях мы предельно
внимательны к тому, что делаем, мы буквально погружены
в действие, у нас нет необходимости думать или анализиро-
вать происходящее.

80 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Чем больше наше внимание расширено или погружено, тем
ближе мы оказываемся к полному сознанию: напряженному
и открытому присутствию — н
​ е только умственному, но и гло-
бальному (включающему наше тело), — ​в опыте, который
мы проживаем мгновение за мгновением.

Работать над вниманием, чтобы оградить


сознание
Жизнь разума не возникает по нашему желанию или реше-
нию. То же касается и внимания.
Работа над вниманием — ​необходимость, на которую указы-
вали давным-давно как на Востоке, так и на Западе. Послуша-
ем еще раз Уильяма Джеймса: «Способность по своей воле
собирать постоянно рассеивающееся внимание составляет
основное качество суждения, характера и воли. Без этой спо-
собности не может быть цельной личности. […] Но гораздо
легче дать определение идеалу, чем подсказать практические
указания для его достижения».
Эти возможности внимания на самом деле лежат и в основе
нашей умственной работоспособности, и в основе функ-
ционирования нашего организма в целом. Это особенно
важно сейчас, когда современная жизнь всячески стремится
ослабить и обеднить наш ум. Наше окружение становится
все более «психотоксическим», дробящим наше внимание
и навязывающим ему постоянные разрывы (это исходит
от рекламы на радио и телевидении, от бесконечного потока
сообщений по электронной почте или телефону и так далее),
прилипчивые и навязчивые образы и слоганы (известно, что
количество кадров в минуту как в кино, так и на телевидении
нарастает с головокружительной скоростью). Проблема в том,
что наш мозг тянется к этому развлечению и рассеиванию.
Наш ум увлекается шумным и легким подобно нашему вкусу,
падкому на сладкое и соленое.
Эта среда и отсутствие усилий, противостоящих ее влиянию,
способствуют тому, что наше внимание все время движется
в узких рамках. Оно привыкает к узкому фокусу и постоянным
прыжкам с предмета на предмет: с одной заботы на другую,
с одного развлечения на другое. В последнее время исследова-
тели высказывают подозрения, что такое узкое аналитическое
внимание слишком часто становится причиной фиксации
на одних и тех же предметах, подпитывая тревожные и де-
прессивные состояния.
Поэтому сейчас как никогда актуальна работа над вни-
манием, чтобы защитить и восстановить его. Практику
медитации, с этой точки зрения, можно считать формой
тренировки внимания. И тогда наше сознание никогда
больше не будет скрыто от нас…

82 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 7
Работа над вниманием лежит в основе практики полного
сознания. Сядьте и сконцентрируйтесь на дыхании. Наблю-
дайте, как разум словно находится в другом месте. Вернитесь
к дыханию. Один раз, десять раз, сто раз. Сто сделанных шагов
когда-то научили нас ходить. Сотни шагов мы продолжаем
делать каждый день, чтобы поддерживать в себе способность
двигаться. Так же и со способностью к вниманию: если мы
живем в рассеянности и довольствуемся тем, что отвечаем
на призывы идти туда, где мигает, нажимать там, где звонит,
то наша способность к вниманию будет слабой. Упражнения
вхождения в полное сознание и особенно сотни способов
«выходов» из него и сотни способов «возвращения» к насто-
ящему моменту представляют собой исключительные мен-
тальные тренировки. Практикуйте и еще раз практикуйте.
В противном случае не удивляйтесь, если ваш ум сыграет
с вами злую шутку…

Быть только присутствием


Невероятно, но эта картина звучит. И, как во всех картинах
де Латура, в ней особенно резонирует тишина. Ни слова,
ни жеста, ни звука, ни в этой комнате, ни вне ее: мы в самой
глубокой ночи. Один лишь диалог между светом и тенью,
между пламенем и окружающим миром. Свеча как метафора
бренности человеческой жизни. Отражение свечи как осоз-
нание этой бренности. И свеча, и ее отражение окружены
тьмой. Если задуть пламя, тьма зальет все пространство…
Осиротевшие, неподвижные во тьме предметы. В зеркале,
в которое не смотрит женщина, отражается только пламя
свечи. Ожерелье, как напоминание о прошлом блудницы
Марии Магдалины. Череп, говорящий о тщетности бытия
и посылающий нам наказ «memento mori». Помни о смерти.
Но не бойся смерти. Помни, что жизнь коротка, хрупка
и тщетна. Помни, что не в ней самое важное и главное. Мечтай
и думай о другом: есть иной способ жить. Жить в сознании.
Что и делает Магдалина. Длинные волосы, темно-красная
юбка, белая рубашка без единого кружева, без каких-либо
украшений. Словно рубаха приговоренного? Словно рубаха
того, кто освобождается от прошлого и своих грехов? Куда
идти? Что делать? Но это потом, потом… А сейчас строгость,
смирение, напряженность момента. Магдалина держит руки
на черепе. Она отвернулась от зрителя, от мира. На что она
смотрит? В зеркало? На свечу? Нет. Магдалина не смотрит
ни на что, ее взгляд погружен в пустоту и упирается в едва
заметную стену над зеркалом.

Скорбящая Магдалина, или Магдалина


из коллекции Райтсмена,
около 1638–1643
Жорж де Латур (1593–1652)
Холст, масло, 1,334 x 1,022 м, Метрополитен-музей,
Нью-Йорк

84 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Я разучился верить в „великие события“,
коль скоро вокруг них много шума и дыма.
И поверь мне, друг мой, адский шум!
Величайшие события — э​ то не наши самые
шумные, а наши самые тихие часы».
Ницше. Так говорил Заратустра

Собранность
В состоянии полного сознания возникает необходимость со-
браться. Сосредоточиться, организоваться, вернуться к себе,
возобновить контакт с собой, именно в тот момент, когда
многие наши действия и внешние факторы отделяют нас
от самих себя. Или, по крайней мере, захватывают нас, отсе-
кая от нашего разума моменты, в которые мы чувствуем, что
существуем, что мы «есть», потому что прекратили «делать».
Некоторые внешние факторы способствуют возникновению
этих моментов собранности. Например, церковь или места
общей молитвы. Иногда, когда у меня выдается свободная
минута, я захожу в храм, но не вдали от городской суеты,
а посреди нее. Природа также помогает собраться. Многие
исследования показывают, насколько благотворно влияет
общение с природой на наше здоровье. Контакт с природой
помещает нас в среду, где мы находим покой, неторопливое
течение времени, пищу для ума, и все это ведет нас в полное
сознание.
Но собраться можно и в суете жизни, решить остановить-
ся, сделать перерыв в своей деятельности. Эти моменты,

86 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


вырванные у суеты, порой обладают удивительной силой:
вдруг появляется ощущение большего внутреннего простран-
ства, иногда — ​интеллектуальной ясности, эмоциональной
легкости. Вот человек, которого внезапно застиг ливень,
прячется под карниз. Если вместо того, чтобы возмущаться
и ворчать на грозу, он обратит свое сознание к настоящему
моменту, если он воспримет это препятствие как передыш-
ку, как отклонение от заданного пути, он сможет прожить
и испытать что-то полезное для духа и тела.
Собранность возникает и перед действием. Прежде чем
погрузиться в деятельность, постойте некоторое время спо-
койно, почувствуйте, как вы дышите. Подумайте о глубоком
смысле ваших действий, перед тем как усесться за письмен-
ный стол, выйти с работы домой или отправиться навестить
друга. Ведь раньше такие моменты были: благословение перед
преломлением хлеба, молитва перед сном. Куда же исчезли
из нашей современной жизни эти паузы, эти мгновения

Сосредоточиться, организоваться,
вернуться к себе,
возобновить контакт с собой, именно
в тот момент,
когда наши действия и внешние факторы
отделяют нас от нас самих.
собранности? Их нет в телевизоре или радиоприемнике,
которые мы машинально включаем, вернувшись домой, их
нет на экранах гаджетов, которыми мы пользуемся еже-
минутно. Эти движения, особенно когда они становятся
автоматическими, умаляют ваш дух, тогда как собранность
его возрождает.
Я вспоминаю одного пациента, учившегося входить в пол-
ное сознание, — ​о н с изумлением и ликованием расска-
зывал мне, как, садясь каждое утро в машину, выполнял
одно упражнение  — ​н е включать автоматически радио.
Он клал руки на руль, свободно дышал и осознавал, что
он ощущает. Эти краткие мгновения постепенно свели
на нет его тревогу.
Я также вспоминаю странный отрывок, наверняка автобио-
графический, из книги Паскаля Киньяра «Блуждающие
тени»: «Почему однажды теплым, солнечным апрельским
днем 1994 года, выйдя из Лувра, я вдруг зашагал быстрее?
Спешащий человек переходит Сену, смотрит через арку
Королевского моста на  воду, почти белую в  солнечном
свете, на голубое небо над улицей Бон, на бегу толкает
массивную деревянную дверь с улицы Себастьена Боттена
и подает в отставку. Нельзя одновременно быть сторожем
в тюрьме и беглецом». Жить осознанно — ​н е без риска,
и собранность очень скоро побуждает нас желать лише-
ний  — ​н е  для того, чтобы стать бедным, а  чтобы стать
легким.

88 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Лишение
Вторая необходимая для полного сознания вещь — ​это ли-
шение. Мы не обязаны лишать себя нашего прошлого или
нашей одежды, как Мария Магдалина, но мы должны ли-
шить себя некоторых психологических привычек: важный
шаг в этом направлении — ​уменьшить автоматизм мысли,
и в частности ожиданий и суждений. В полном сознании
есть четыре ментальных установки: не судить, не выбирать
лучшее, не привязываться, ничего не ждать. Эти четыре
установки надо тренировать во время медитации, развивая
в себе четыре отказа.
Отказаться судить: к примеру, не судить, удалось или нет
упражнение в медитации. Трудно? «Не судить» — э​ то не под-
даваться приходящим в голову суждениям, не позволять им
властвовать, не останавливаться на них, не подчинять им
ваш ум целиком.
Отказаться выбирать лучшее. Мы уже говорили об этом:
позволить существовать телесным ощущениям, мыслям или
эмоциям, пусть даже неприятным. Например, отказаться
от надежды, что во время медитации ни один звук не про-
никнет в наши уши. Согласиться на дискомфорт. Но также,
разумеется, принимать хорошее и приятное. Ни мазохизма,
ни гедонизма. Лишь открытое и любознательное сознание,
воспринимающее все происходящее, но идущее куда хочет.
Отказаться от  привязанности: например, привязан-
ность к приятному нередко является базовым автоматизмом.
Не стремиться любой ценой оставаться в блаженном со-
стоянии, достигнутом благодаря направленному вниманию
к дыханию. Это не значит, что нельзя получать удовольствие,
но необходимо тренироваться, чтобы больше не переживать
и не беспокоиться; освободиться от естественных страхов,
усиливающихся из-за утраты того, что приятно. Лучше по-
смаковать приятное в полном сознании, чем беспокоиться
о том, что оно скоро исчезнет. Это так называемое «волнение
о счастье», которое многие больные, страдающие тревогой
или депрессией, преодолевают с большим трудом.
Отказаться от ожидания: для начинающих это, вероятно,
самый сложный аспект обучения полному сознанию в меди-
тации. Ничего не ждать, не надеяться, что упражнение станет
источником просветления или облегчения. Вспоминаю свои
собственные ощущения: «Как, лишиться своих ожиданий?
Но без ожиданий, без цели мы никуда не придем!» Именно
так! Потому что в полном сознании мы никуда не идем, мы
уже находимся в месте, где должны быть, — ​здесь и сейчас.

Прямота
Этот последний отказ очень труден и не должен быть ни улов-
кой (притворяться, что ничего не ждем, а в глубине души
все же надеяться), ни мазохизмом (выказывать отсутствие
интереса к чему-то приятному). Речь идет просто об обходном
маневре. То, чего мы могли достичь усилиями и волей, мы уже
достигли. И напротив, многое, в частности в эмоциональной

90 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


сфере, сопротивлялось нашим попыткам контроля и нашей
воле. Попробуем освободиться от желания решить одни про-
блемы, чтобы наброситься на другие. Будем доброжелательно
принимать существующее. Прямота состоит в том, чтобы
не желать лишь полного присутствия в настоящем моменте.
Полное сознание — ​это то, что я каждый раз испытываю,
когда прихожу в место, где хотел быть: здесь и сейчас.

Чистое присутствие и беспредметное внимание


По мере постепенного расширения поля нашего внимания,
по мере отказа от ожиданий и ментальных фильтров наше
сознание становится полным сознанием. Оно становится
очень широким и беспредметным. Чистым присутствием.
Сознание без объекта? Эта концепция иной раз отделяет
теоретиков от практиков. Например, для философов любое
сознание — э​ то осознание чего-то, то есть сознание является
усилием внимания, концентрирующегося на объекте. Но для
медитирующих возможно сознание без объекта, и они часто
выполняют упражнение на вхождение в расширенное со-
знание, способное все в себя поместить. Как безграничная
любовь ко всему сущему. Видеть это сущее и любить изо
всех сил.
Говорят также и о сознании без выбора. Это важная установ-
ка. Такое сознание не выше других способов существовать
и действовать. Сознание без выбора не является бесцельной
акробатикой духа. Оно ценно, потому что необычно и обещает
большие блага: выздоровление, свободу, ясновидение. У боль-
шинства из нас сознание без объекта часто является пре-
ходящим, а не стабильным состоянием: мы лишь слегка
затрагиваем чистое присутствие и предчувствуем, что в нем
есть, возможно, что-то еще. Откровение или иллюзия? Не-
выразимое удовольствие…
Вначале это будут милости, упавшие с неба. Часто — ​протя-
нутая судьбой рука помощи. Моменты, когда все прекрасно
и не требуется ни малейшего вмешательства с нашей стороны.
Затем постепенно мы научимся сами создавать эти моменты
чистого присутствия, что означает просто быть здесь. Но как
сложно применить это на практике, «просто быть здесь»:
ведь нам не терпится вмешаться и действовать, разобрать-
ся в ситуации и повлиять на нее, и поступая так, мы сразу
чувствуем облегчение. Это великая сила человечества и его
величайшая слабость. Но в какой-то момент мы научимся
сдерживать себя. Мы избавимся от своей легкомысленности,
оставим в стороне прошлое и планы на будущее. На мгно-
вение подойдем к безмерности и вечности, которые были
скрыты нашими действиями и мыслями. Все будет хорошо
и потрясающе. Но потрясение будет спокойным.

92 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 8
Постараться внести собранность в нашу повседневную жизнь.
Жить, открыто воспринимая происходящее: «выходить»
из слов, из мыслей, из целей, из поступков, покинуть «де-
лание» ради «бытия». Держаться в стороне, когда в нас
или вокруг нас слишком много суеты, освобождаться от лю-
бой формы воли, не хотеть больше ничего, не стремиться
ни к чему: стремиться отключиться от любой формы рас-
суждения или действия, хотя бы на несколько мгновений.
Только существовать здесь и сейчас. Только осознавать, что
мы здесь, мы живые.
ЧАСТЬ 2
ЖИТЬ
С РАСКРЫТЫМИ
ГЛАЗАМИ ДУХА:
ФИЛОСОФИЯ
НА КАЖДЫЙ
ДЕНЬ
«Я ничего не сделал сегодня. — ​
Как? Вы сегодня не жили?
Это не только основное, но и самое
выдающееся из ваших занятий…»
Монтень. Опыты
ВИДЕТЬ
ОБЫЧНОЕ

Т
ы шел себе и вдруг остановился с ощущением че-
го-то особенного. Возможно, это был свет в момент,
когда появляются ночные тени и электрический свет
постепенно создает в кромешной темноте островки
человеческого? А может быть, теплый воздух? Или
темная масса леса?
Ты рассеянно замечаешь эту деталь — П​ егаса на освещенном
панно. Этого большого красного Пегаса и трех его собратьев по-
меньше, нетерпеливо перебирающих ногами, чтобы взмыть в небо,
в ночное небытие. Это изображение Пегаса притягивает твое
внимание, словно магнит. И вот ты уже полностью присутствуешь
в этом обычном и ничем не выдающемся моменте. Ты начинаешь
воспринимать заправочные автоматы, заезженную, но милую
мелодию, доносящуюся из радиоприемника в освещенном доме.

Заправочная станция, 1940


Эдвард Хоппер (1882–1967)
Холст, масло, 0,667 x 1,022 м, Музей современного
искусства, Нью-Йорк, фонд миссис Саймон Гуггенхайм.

96 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Не забывай, что любой ум оттачивается
самым банальным опытом.
Сказать, что факт банален, значит
утверждать, что он больше других
способствовал формированию твоих
главных идей».
Поль Валери. Дурные мысли и разное
Тебя трогает и заставляет замереть тело и душу вовсе не красо-
та, не причудливость этого момента. Тебе не нужны ни красота,
ни причудливость, чтобы остановить поток твоих мыслей, жестов,
планов. Ты остановился, потому что этот момент уникален. По-
тому что ты больше никогда не увидишь в точности то, что видел.
Да, так. Ты это понял: ты остановился, потому что в твоем
сознании появилось главное. Ты переживаешь окончание жиз-
ни. Как ты можешь так часто забывать об этом? Забывать, что
жизнь — ​это шанс. Забывать, что каждый миг жизни — ​чудо.
Чудо победы над ночью, смертью, небытием. Как ты можешь
забывать об этом? Больше никогда не забывай жить. Вот сейчас,
например: подними голову и посмотри вокруг себя глазами ново-
рожденного, словно ты никогда еще не видел того, что видишь.

98 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


ПОЧАЩЕ ВКЛЮЧАТЬ
СВОЕ
СОЗНАНИЕ

Н
аше сознание пробуждается перед лицом чего-то кра-
сивого, неожиданного, потрясающего. Но в осталь-
ное время мы больше напоминаем бездумных ро-
ботов. Иногда мы просыпаемся; реальность словно
размечена множеством указателей («это здесь, это
там»): и реклама («прямо сейчас, немедленно! смотрите! слушай-
те! наслаждайтесь!»), и мгновения, когда «необходимо» восхи-
щаться или проявлять чувства (кино, театр, посещение музея).
Убежденность, размеченная указателями… Но наша жизнь не экс-
курсия! Позволяя так собой манипулировать, мы опустошаем свой
ум, омертвляем свои души или вводим их в летаргический сон.
Надо любить нормальное, обычное. Смотреть на него, уважать
его. Оттачивать для этого свой ум. Раскрываться насыщенностью
банального: для полного сознания не существует необходимой или
обязательной окружающей среды. Есть только благоприятная,
подходящая и облегчающая. Но это может произойти с нами
повсюду. При условии, что мы сделаем небольшое усилие. При
условии, что останемся существами бодрствующими и присут-
ствующими.
НЕ ДЕЛАТЬ,
НО БЫТЬ

М
ы делаем, мы всегда делаем. Мы перескакиваем
с одного действия на другое. И даже действуя,
мы не всегда присутствуем в том, что делаем:
зачастую наш ум заполнен намерениями или
воспоминаниями о других действиях.
Как на  картине: сколько клиентов заправки прошли
рядом с тем, что на ней изображено? Сколько ничего не за-
метили? «Я прошу залить полный бак, потом я  заплачу,
я уеду, я буду думать, как бы вовремя добраться до мотеля,
я попрошу тот же номер, что и обычно, разложу свои вещи,
почищу зубы, думая о завтрашнем рабочем дне, поставлю
будильник, чтобы не проспать, потом немножко посмотрю
телек и  скажу себе: надо хорошенько выспаться, чтобы
завтра быть в  форме…» Сколько было таких дней, когда
я  делал кучу дел, думал о  массе вещей. Но  я  в  эти дни
даже не  жил, даже не  существовал; даже не  чувствовал,
что существую. Робот.
С абстрактной точки зрения быть ничуть не лучше, чем
делать. Нам необходимы оба способа существования. Именно
так, нам необходимо и то и другое: и ментальный регистр,
о  котором наша жизнь забывает или который отвергает

100 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


добровольно и  совершенно неосознанно,  — ​э то регистр
быть. В  нашем обществе регистр «с недостатком»  — ​э то
регистр делать. Тогда полное сознание подсказывает нам
выйти из делать и оказаться — ​п усть даже на краткий, не-
значительный миг — ​в  быть.
ПРОСТО БЫТЬ ЗДЕСЬ: ЖИЗНЬ
КАК ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ
ПОЛНОГО
СОЗНАНИЯ

П
равило простое: усилить свое присутствие в бла-
гоприятные моменты. Проживать их осознанно.
Перестать быть видимостью, выйти из  неопре-
деленного состояния, из  того, что еще, конеч-
но, не смерть, но в какой-то степени и не жизнь:
стать присутствующим — з​ начит стать действительно живым.
Понаблюдаем за собой в обычной жизни. Например, во вре-
мя ожидания и  перехода от  одного состояния к  другому:
воспользоваться этим, чтобы почувствовать, что мы здесь,
и понять, как нам здесь. Не ждать: быть здесь!
Однажды, во время моего путешествия на очередной кон-
гресс, я стоял на платформе и ждал поезд. Я действительно
его ждал: поглядывал на часы, смотрел на линию горизонта
и спрашивал себя, откуда он придет, слева или справа. При
этом я прекрасно знал, что он отойдет от станции через десять
минут. Но я задавал себе вопрос, будет ли это проходящий
поезд (тогда он придет точно в  то  время) или он пойдет

102 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


от этой станции (тогда его подадут на платформу заранее,
и  я  смогу войти в вагон раньше). Короче говоря, налицо
рассудок, целиком заполненный неинтересными и бесполез-
ными мыслями. К счастью, я отдавал себе в этом отчет (что
происходит далеко не всегда…).
Я вдруг увидел себя, ожидающего поезд, как собачку, про-
сящую подачку. Я сказал себе: нет, нельзя прожить так всю
жизнь и даже совсем маленький ее отрезок. И тогда я стал
думать о  своих пациентах, об  упражнениях присутствия
в  мире, которыми мы регулярно занимались. Я  поступил
как они, сделал именно то, что прошу их делать. Я перешел
из регистра действия (или, скорее, топтания на месте, когда
я лишь ждал и наблюдал за прибытием или опозданием по-
езда) и перешел в регистр присутствия. Я оставил в покое
часы и линию горизонта в конце железнодорожного пути.
Я обратил внимание на свое дыхание, на свою осанку; я не-
много выпрямился, развернул плечи; потом я внимательно
прислушался. Я слушал станционные звуки, разговоры, стук
колес, перекличку птиц: я наблюдал свет этого весеннего
дня, медленное движение товарного поезда, там, в конце
платформы, облака, разные сооружения, табло, здания вда-
ли; я вдыхал этот холодный металлический запах железной
дороги.
Просто удивительно, сколько можно было всего увидеть
и почувствовать. Удивительно, насколько это было интересно
и успокаивающе — ​быть там, присутствовать в собственной
жизни в тот момент. Когда я вошел в вагон, я был умиро-
творен как никогда. Я не ждал ни секунды. Я лишь проживал
свою жизнь, проживал минуты, которые меня наполнили.
Надо просто быть здесь, осознавая это. Осознавать, что
ты живой. Ничего не делать? Да, просто жить. Жить в со-
знании. Чтобы вас трогало банальное, чтобы задевало
нормальное. Чтобы вы были просветлены.

И я обратил внимание на свое дыхание,


на свою осанку;
я немного выпрямился, развернул плечи;
потом я внимательно прислушался,
я слушал…

104 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 9
Стать чувствительным к  тому, на  что мы, как правило,
не  обращаем внимания: на  все, что обычно и  ординар-
но, на все, что перестало быть привлекательным. Пусть
вас трогает все повседневное, не отмахивайтесь от него
не  глядя. Впустить в  себя окружающий мир и  открыть
для себя его тонкость и разнообразие, вместо того чтобы
видеть в нем лишь отражение сиюминутной навязчивой
идеи. Это легко, надо соблюсти лишь три условия: хотеть
этого (желать изменяться в реальном (а не виртуальном)
мире, обедненном скудостью нашего внимания), позво-
лить это (расчистить свой ум и  расширить сознание)
и сделать это (поднять голову, открыть глаза и смотреть
по-настоящему).

Видеть невидимое
Они говорят с нами, нашептывают что-то. Но что? Надо
остановиться, чтобы расслышать этот шепот. А потом по-
стараться их понять. Остановиться, дышать и погрузиться
в созерцание предметов, составляющих этот натюрморт.
Натюрморт («мертвая природа»)  — ​ч то за странное на-
звание! Английское определение still life («неподвижная
жизнь»), немецкое, фламандское, говорящие о  том  же,
гораздо ближе к реальности: эти картины показывают без-
молвную жизнь, спокойную и умиротворенную. Как хочется
стать ее частью! В этом вечно движущемся, утилитарном
мире натюрморт нас останавливает: мы замираем перед
неподвижной бесполезной жизнью. Бесполезной? Потому
что ей нечего нам показать, кроме обычного? Да именно
так: то, что она нам показывает, это простота, на которую
мы почти никогда не смотрим.
Если присмотреться, мы увидим: это простота на престо-
ле. За неподвижностью — ​м ощное присутствие. Присмо-
тримся и увидим, что даже то, что не движется, не мигает,
не сверкает, не производит шума, может быть интересным
и значимым. Присмотримся и увидим, что даже в простом,
доступном, том, что всегда под рукой, есть красота, разум-
ность и некая грация.
Вспоминаю разговор с  дзенским монахом, который ре-
комендовал мне всегда относиться с уважением к неоду-
шевленному. Но что это, неодушевленное? Он сказал мне:
«Это то, что не кричит, когда его бьют». Вещи, предметы,
эти куски материи, которые никогда не кричат, но иногда
говорят…

Натюрморт со стаканом воды


и кофейником, около 1761
Жан-Батист Шарден (1699–1779)
Холст, масло, 0,325 x 0,413 м, Художественный музей
Карнеги, Питтсбург

106 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Ищи среди всех этих жалких
и грубых предметов
крестьянской жизни тот,
что скромно стоит
и не привлекает взор, но чья безликая форма
и немая природа может стать источником
загадочного, безмолвного, безграничного
восторга».
Гуго фон Гофмансталь. Письмо лорда Чандоса
Уроки вещей
Жить в полном сознании — э​ то не жалеть времени на созер-
цание. Позволять предметам тронуть нас до глубины души.
Тем самым предметам, которые мы видим ежедневно, о кото-
рых мы забываем, потому что видим постоянно, а правильнее
сказать, не замечаем. Дать им войти в нас и нам войти в них.
Уничтожить границы: быть ими и дать им завладеть нами
и восхищать нас, просто так, без цели.
В тишине своего дома отдаться их безмолвному присут-
ствию. Осознать, до какой степени эти предметы являются
источником спокойствия, медлительности, постоянства.
Приблизиться к ним, пропитаться ими. Слушать, как они
едва слышно призывают нас сопротивляться двум современ-
ным воплощениям зла — д​ еятельности («Делай! Делай!»)
и ускорению («Быстрее! Быстрее!»). «Остерегайся обаяния
вещей», — ​говорил поэт Поль-Жан Туле. Да, потому что
это обаяние может далеко нас завести. Но чем остерегаться,
лучше будем дорожить обаянием вещей: их неподвижная
жизнь отправляет нас в неподвижное путешествие.

Тайные связи
Простые предметы не  так просты: они восхитительны.
Вода, стакан, кофейник, стол, стена, головки чеснока — ​
восхитительны! Пить, есть, мастерить, принадлежать
к умному, любознательному и изобретательному виду — ​
восхитительно! Открывать глаза на  все неисчислимые

108 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


и бесценные богатства, мимо которых мы проходим не гля-
дя — ​в осхитительно!
Разумеется, для этого нужно усилие, микроскопическое
усилие присутствия и взгляда, чтобы тот, кто не смотрит,
увидел невидимое. Видеть, что мы никогда не бываем одни,
но всегда вступаем в тысячи связей: с другими людьми, из-
готовившими этот сосуд и этот стол, искавшими источник
воды и построившими акведук, чтобы вода нас напоила, по-
нявшими, как надо сделать стекло из песка, вырастившими
и собравшими чеснок. Человек по имени Шарден написал
для нас это чудо несколько веков назад. И вот мы смотрим
сейчас на его картину. Как и другие смотрели до нас. Как
будут смотреть после нас. У них, как и у нас, будет возмож-
ность выпить воды, почувствовать вкус или запах чеснока,
погладить рукой поверхность стола.
Банальность раскрывает в нас человеческую природу. По-
тому что мы поприветствовали ее, восприняли, выслушали,
рассмотрели, прочувствовали и полюбили. Не думая о том,
чтобы заменить, переделать или приукрасить ее. Мы ее
и созерцаем такой, какая она есть. И мы чувствуем себя
живыми, человечными и радостными. Счастливыми, что мы
здесь, в этой кухне, среди простых предметов. Счастливыми
тихой радостью от этой связи с природой, с людьми, с нашей
историей. Каждый безобидный предмет — ​это ларец с со-
кровищами, если мы посмотрим на него так, как позволил
нам смотреть Шарден. Вот эту вещь нам подарили, а тот
предмет мы купили в таком-то месте, в такое-то время. А вот
этот был изобретен и сделан людьми на далеком континенте
и очень-очень давно. И вот он пришел к нам издалека…
Присутствие в предметах как сознание человеческой природы
в нас и вокруг нас, как радостный долг, как расширившаяся
до бесконечности благодарность. Как же после этого можно
считать себя нелюдимым или раздуваться от гордости?

Идти к главному
Можно сделать еще шаг.
Можно пойти дальше всех этих историй, рассказанных без-
молвными предметами, живущими в тени нашего сознания.
Можно любоваться ими, не рассуждая и не мечтая. То, что
мы называем созерцанием, это «осознанное отношение, когда
мы довольствуемся знанием, что это есть, но без желания
обладать им, пользоваться им или судить о нем», по велико-
лепному определению Андре Конт-Спонвиля.
Созерцать — ​значит смотреть, не надеясь, не стремясь об-
ладать, не комментируя. Принять смиренную, открытую
и любознательную позицию по отношению к миру, который
нас окружает. В особенности к этому малому, неподвижному
и невидимому миру. Это значит — ​видеть в предметах толь-
ко их суть. Освободиться даже от того, что они нам говорят.
Постепенно освободиться от их истории («Мне его дали»,
«Я его подобрал», «Я его купил в тот дождливый день, когда
мне было так грустно»), от их назначения («Я ими пользуюсь

110 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


для того или для этого»), от нашего суждения («Она кра-
сивая», «Он некрасивый», «Они странные»). Постепенно
избавляться от мысленных слов, пройти через них и идти
еще дальше: видеть вещи в тайне их неподвижной материи.
Сосредоточиться лишь на их сущности. Получить от них урок
тихой мудрости, без единого слова.
Неподвижное обнажает невидимое; так тишина обнажает
главное. Постараемся радушно принять мир, прежде чем
начать думать о нем…

Банальность раскрывает в нас человеческую


природу.
Потому что мы приветствовали ее,
восприняли, выслушали,
рассмотрели, прочувствовали и полюбили.
Не думая о том, чтобы заменить, переделать
или приукрасить ее.
Мы ее и созерцаем такой, какая она есть.
Урок 10
Предаться поразительному созерцанию повседневных пред-
метов: яблока, ботинка, травинки, телефона… Брать их в руки,
поглаживать, рассматривать. Попробовать понять, что они
хотят сказать: ведь столько ума и усилий понадобилось, чтобы
они существовали, столько историй привело их сюда, к нам,
в нашу жизнь. Затем постепенно отпустить нахлынувшие
мысли и остаться наедине с сущностью предмета, не требуя
от него ничего, кроме его безмолвного присутствия. Уми-
ротворяющая и удивительная мистика кастрюли или губки,
заброшенной и всеми забытой. Всеми, кроме меня. Эти ви-
зиты в ничтожное как благодарность и дань уважения моему
поразительному везению: я человек, живой и сознающий.

Видеть важное
Это добродушная агрессия, дружеская, беззлобная: радост-
ный поток формы и цвета на заднем плане картины притя-
гивает взгляд, силой проникает в глаза, а потом и в мозг.
Это красиво, но в чувственном плане необузданно и властно.

Портрет Феликса Фенеона на эмалевом


фоне, ритмизованном размерами
и углами, тонами и красками, 1890
Поль Синьяк (1863–1935)
Холст, масло, 0,735 x 0,925 м, Музей современного
искусства, Нью-Йорк

112 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«О, как мне нужно одиночество!
На закате я взобрался на холм,
чтобы увидеть линию гор на горизонте».
Генри Дейвид Торо. Дневник (август 1854)
Наш разум словно помимо желания привлечен мощью об-
раза. Он почти принужден мысленно вращать огромную
спираль, с этими полосами, звездами, волнами и другими
красочными переливами. Нейропсихологи объясняют нам,
что определенные зоны мозга сами создают движение,
которое не существует в картине. Образ вторгается почти
бестактно: он навязывается нашему сознанию бесстыдно
и грубо. И после всего мы сказали бы, что и смотреть-то
не надо было, не стоило быть там?
К счастью, есть этот человек, высокий тип с серьезным ли-
цом, угловатыми чертами, застывший в суровой напряжен-
ности. Человека, кажется, совсем не интересует вакханалия
образов вокруг него. Его взгляд обращен к прекрасному
белому цветку, похожему на лилию. Лилия — ​с имвол чи-
стоты, и глаза его существуют лишь ради нее. Внезапно
благодаря ему мы тоже понимаем, что цветок важен. Бла-
годаря ему мы осознаем, что это бледное растение, такое
хрупкое, почти бесцветное, слабое… — ​и менно на него
надо направить внимание, именно на него смотреть и его
защищать.
Потому что большая, прекрасная, бросающаяся в  глаза,
бесцеремонная и властная спираль — ​это образ нашего
общества потребления, могучего и сверкающего всеми
красками, готового нас загипнотизировать, поработить, по-
глотить наш ум. Но этого не произойдет, если мы обратим
взгляд на цветок, если сохраним свое сознание…

114 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Суматоха и ухищрения
Можно во многом упрекать нашу эпоху, но мы должны при-
знать за ней и великие преимущества: она увлекательна,
необыкновенно богата, изменчива, движется с огромной
скоростью, смешивает вещи, дарит нам удовольствия, не ис-
пытанные ранее, и предоставляет возможности, которыми
не обладали предшествующие поколения. Однако не скры-
вается ли за этими богатствами и скоростями внутренняя
нищета? Об этом размышляли поэты, видевшие рождение
и взросление современного мира. Вот, например, что говорил
Стефан Цвейг: «Разве новые условия нашего существования
не вырывают человека из привычной погруженности в себя,
не бросают в убийственное исступление, подобно лесному
пожару, выгоняющему животных из их глубоких нор?» Или
Ницше: «Все человеческие институты предназначены для
того, чтобы помешать людям чувствовать их жизнь, и это
происходит из-за постоянного распыления их мыслей».
Чтобы наше сознание могло существовать и развиваться, мы
должны защищать его от этого мира — м
​ ира возбуждающего
и питающего, мира назойливого и ядовитого.

Загрязнение ума
Существует химическое загрязнение, оскверняющее про-
дукты питания, воздух, воду. Но есть и психическое, отрав-
ляющее наш разум, разрушающее нашу индивидуальность,
расшатывающее нашу внутреннюю стабильность. Согласно
многочисленным исследованиям психотоксичных материй,
слоганы, реклама и другое коммерческое манипулирование
оказывают различные отрицательные воздействия на челове-
ка. Например, похищают его внимание, сознание и внутрен-
ний мир. В какое состояние приходит наш разум вследствие
похищения внимания? Наше внимание постоянно захвачено,
привлечено и, в конце концов, раздроблено и сегментировано.
В нас вырабатывается, как к наркотику, пристрастие к од-
нообразным ритмам, мельтешению образов, мы привыкаем
к незатейливому, к полуфабрикату, к решениям, которые
кто-то принимает за нас. В какое состояние приходит наш
разум вследствие похищения сознания? Наш мозг перегружен
бесполезными мыслями, ненужными вопросами, тщетными
хлопотами: мы читаем рекламу, которая попадается на глаза,
выбираем между «недорогим» и «совсем недорогим», затра-
чиваем огромные усилия, чтобы сделать «удачную покупку»,
мы перевариваем информацию, которая циркулирует в нашем
окружении и повторяется на все лады изо дня в день. В каком
состоянии оказывается наш разум вследствие похищения
нашего внутреннего мира? Мы погружаемся все больше
и больше во внешние развлечения и отвлечения, в пустые
занятия, не дающие ничего нашему уму и личности. Чтобы
слово было услышанным, нужна тишина; чтобы сознание
и внутренний мир проявили себя, нужно определенное ум-
ственное пространство. Жесткий диск нашего сознания
перегружен огромным количеством бесполезных вещей.

116 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Сознание — ​это внутренний мир. Чем больше мы гонимся
за внешним, тем меньше в нас остается сознания. Похищение
внимания и сознания ведут к дефициту внутреннего мира.
Оно также влечет за собой укорачивание наших мыслей.
Как говорил об этом Тициано Терцани: «Сегодня к нам
обращаются со всех сторон, и наш мозг никогда не отдыха-
ет. Звук телевизора, радио в машине, постоянно звонящий
телефон, рекламные панно на автобусах, проходящих у нас
перед глазами. Нам не удается задуматься о чем-то надолго.
У нас коротки мысли. У нас короткие мысли, потому что нас
постоянно перебивают». Да, у нас мысли короткие и они
не всегда обращены внутрь. Они словно заперты снаружи
суматохой и ухищрениями этого ненастоящего мира. Они вне
нас; они оказываются не нашими мыслями, а стереотипным
ментальным контентом, пришедшим извне, отголоском этого
бездушного мира.
Писатель Луи-Рене де Форе писал: «Сверхизобилие не имеет
ничего общего с плодородием». Наши умы теряют плодо-
витость, поскольку дают заполнить себя пустой внешней
пестротой… И тогда, конечно, мы пробуем мыслить и прак-
тиковать самосозерцание, то есть размышлять о себе самом,
в тишине, покое, не спеша, но не знаем, как это сделать.
Более того, поскольку мы утратили эту привычку (а может,
никогда у нас ее и не было), возникают страхи, опасения,
досада или размышления, сменяющие друг друга. И тог-
да — с​ корее-скорее — м
​ ы стремимся вернуться к внешнему
по отношению к нам, к той самой пестроте, к той успокаи-
вающей наполненности мозга информацией. Мы страдаем
также от общего дефицита внутреннего мира. Нам не хватает
его в нашем обществе, не хватает того, что дает возможность
самосозерцания. Мы ощущаем эту нехватку, которая сродни
авитаминозу.

Нехватка неторопливости, спокойствия,


продолжительности…
Болезни, связанные с отсутствием какого-либо элемента
в организме, коварны. Если нам не хватает витамина С или
D, не хватает омега‑3 или селена, сначала ничего не про-
исходит. Мы не страдаем, у нас не развивается удушье, мы
не падаем в обморок. Нет немедленного эффекта. Однако
постепенно проявляются симптомы болезни, вызванной не-
достатком необходимого вещества. Часто мы не понимаем,
почему или откуда они появляются. Нехватка проявляется
всегда вот так, незаметно, постепенно, медленно, коварно.
И никогда — ​сразу и бурно.

Полное сознание помогает нам понять


это скрытое загрязнение нашего ума.
И защититься от него: восстановить
наши способности к самосозерцанию,
подключиться к самим себе.

118 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Наше общество изобилия также создает в нас нехватку многих
вещей. Изобилие и недостаток взаимосвязаны. Посмотрите
на современные болезни, причина которых — ​изобилие:
слишком много еды ведет к избыточному весу и ожирению;
чрезмерное обладание делает нас угрюмыми и нелюдимыми.
Переизбыток одного — э​ то всегда недостаток чего-то другого.
Излишек обязательно спровоцирует нехватку. Мы знаем, что
промышленные рафинированные и обеззараженные продук-
ты вредны для здоровья не только из-за того, что в них много
«слишком» (они слишком навязчивы, слишком легкодоступ-
ны, слишком сладки, слишком сильно возбуждают аппетит,
а потом слишком часто приводят к диабету и ожирению),
но и из-за того, чего в них недостаточно (например, мно-
гих витаминов и микроэлементов). Современная нехватка
касается и наших психических потребностей. Например,
потребностей в спокойствии, неторопливости, непрерывно-
сти, за которые надо бороться, чтобы не заболеть (сражаясь
со стрессом, эмоциональной нестабильностью, рассеяностью).
Бороться с нехваткой неторопливости: не спешить. Не пор-
хать с одного занятия на другое, не делать много дел одновре-
менно. Действовать каждый раз по возможности с «чувством,
с толком, с расстановкой». Практиковать «лечение ничем»,
лечение чем-то простым, спокойным, заниматься чем-то
одним. Обратить внимание на ваше ежедневное расписание,
обнаружить бессмысленные занятия, порой заполняющие
выходные или отпуск… Бороться с нехваткой спокойствия:
избегать агрессивности, отвлечения внимания. Стать чув-
ствительным ко всему «излишнему»: постоянной музыке,
постоянным изображениям, постоянно включенному экрану
гаджета. Оторваться от этого. Проявление свободы: закрыть
глаза, не смотреть на экраны, похищающие наше внимание,
пожирающие время размышления и отдыха… Бороться про-
тив нехватки непрерывности: отмечать бесконечные преры-
вания, маркирующие наш день; поднять уровень сознания
по отношению к этим бесконечным остановкам. Противо-
стоять искушению просмотреть мейлы, прочитать эсэмэски,
позвонить по телефону или побродить по Интернету…
Полное сознание помогает нам понять это скрытое загряз-
нение нашего ума и защититься от него: восстановить наши
способности к самосозерцанию, подключиться к самим себе — ​
вместо того чтобы вечно жить в потоке распоряжений, раз-
влечений, внешних побуждений. Оно предлагает нам ничего
не делать и только оставаться на нашем наблюдательном посту,
на островке самосозерцания. Практика полного сознания
помогает «отойти в сторону»: мы больше ничего не ищем,
у нас нет цели. Мы даем себе время, мы свободно принимаем
решение неторопливо двигаться вперед. Не будем торопиться,
сядем, понаблюдаем, испытаем.
Даже если мы занимаемся этим совсем недолго — ​пусть
несколько мгновений, — ​мы находимся в полном сознании,
как только закрываем глаза и прекращаем свою деятельность.
Мы уже свободны!

120 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Медитативная практика: выбор между срочным
и важным
В современном обществе сидячий образ жизни порождает
необходимость в спорте. Точно так же и постоянное воз-
действие окружающего мира на наш ум пробуждает потреб-
ность в медитации. Полное сознание, как мы убедились,
в силах помочь нам приблизиться к фундаментальным по-
требностям: неторопливости, спокойствию, непрерывности.
Очень важно удовлетворять эти потребности. Не срочно,
но важно.
В нашей жизни присутствует срочное и важное. Срочное:
ответить на мейлы, закончить работу, сходить в магазин,
починить текущий кран… Если я не сделаю того, что сроч-
но, то вскоре буду наказан, у меня будут неприятности. По-
этому я подчиняюсь. Важное: гулять на природе, смотреть
на проплывающие облака, говорить с друзьями, чувствовать
себя живым… Если я не сделаю того, что важно, ничего
не произойдет. Ничего в ближайшем будущем. Но посте-
пенно моя жизнь станет пресной, грустной, не имеющей
смысла.
Каждый день в нашей жизни разворачивается борьба меж-
ду тем, что срочно, и тем, что важно. Как не жертвовать
важным во  имя срочного? Как избежать постепенного
подчинения диктату срочного, заставляющего нас через
какое-то время вообразить, что любое внешнее воздействие
срочное, тогда как в действительности таковым не является,
или, по крайней мере, не такое срочное, как меня застав-
ляют думать?
Разумеется, рассуждая и медитируя.
Но даже практикуя полное сознание, мы постоянно пре-
бываем в  конфликте: стоит мне сесть и закрыть глаза,
как меня одолевают мысли о важных делах. «Не забудь
отправить этот мейл. Помни, что надо позвонить тако-
му-то. Ну-ка, запиши эту мысль, пока не забыл. Вместо
того чтобы рассиживаться здесь, пытаясь медитировать,
лучше бы переделал все дела, пока о них не забыл. И потом,
сегодня что-то медитация не идет, настроя нет. Все, давай
кончай, поднимайся! Найдешь более подходящий момент.
Медитация подождет. Это тебе не работа…»
Срочное все время норовит занять то  место, что я  от-
вожу важному. Вот так, это наша натура. Поэтому если
я не скажу «нет», если не приложу усилие — я​  пропал. Буду
жить механической жизнью робота, подвижной, но пустой.
А хочу ли я этого?
Полное сознание учит меня защищать то, что важно. Учит
говорить себе: «Нет-нет, я  не  встану, не  открою глаза,
не прерву медитацию. Я останусь здесь, буду сидеть с за-
крытыми глазами, думать о  своем дыхании, о  дыхании
мира вокруг меня. Это важно. Очень важно. Бесконечно
важно. Нет ничего более важного в данный момент, чем
оставаться здесь вот так». Если я научусь мягко говорить
«нет» во время упражнений вхождения в полное сознание,

122 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


если увижу благотворное влияние этого «нет», то оно может
распространиться и на всю мою жизнь. Оно позволит мне
говорить «нет» чему-то неважному в жизни, поможет про-
сеивать поток срочного, усилить мое ясное видение ложной
тревоге, призывающей «делай быстро, делай сейчас же!»
Улыбнуться и понять, что каждая маленькая победа над
собой делает меня мудрее и счастливее, помогает мне шаг
за шагом оставлять место в моей жизни тому, что важно.
Думать о Генри Дейвиде Торо, который вел в течение года
уединенную жизнь на берегу Уолденского пруда:
«Как только человек обеспечит себя необходимым, воз-
никает новая цель: обеспечить себя излишним; и это — ​
авантюра нынешней жизни».
Урок 11
Неустанно ограждать свой разум от вторжения и воздействия
«современной жизни». Среди прочего это означает: истреб­
лять все автоматизмы, например перестать механически
включать радио, телевизор, компьютер. Ревностно охранять
островки непрерывности — ​не позволять прерывать свои
дела или отдых телефонными звонками или эсэмэсками.
Находить в покое и тишине необходимое для активного го-
родского жителя «питание», лишившись которого на долгое
время, человек заболевает.

124 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


ДЕЙСТВОВАТЬ
И НЕ ДЕЙСТВОВАТЬ

К
расивым будет этот паркет! Стены уже закончены,
замечательные, белые, с золотистыми рельефами;
их четкие линии весело перекликаются с завитуш-
ками балконной решетки. Трое рабочих действуют
неторопливо, они внимательны к мелочам, к своей
важной работе: посмотрите на движение того, который сле-
ва: как ловко и точно он управляется со своим инструментом.
А в это время двое других обмениваются репликами, очищая
пол скребком. Говорят ли они о красивом паркете из этого
грубого дерева, рождающемся их усилиями? Или о зарплате?
А может, о предстоящей воскресной поездке в Ножан, чтобы
покататься на лодках по Марне? О любви, о выборах, о про-
ходящей жизни?
Кайботт изображает здесь разнообразные формы отношения
к действию: внимательное или автоматическое, индивидуальное
или совместное… Он подводит нас к мысли о скором переры-
ве: братья по труду заслужили некоторую передышку, чтобы
выпить по глотку вина, вдыхая аромат деревянной стружки,
смешанный с запахом пота.
Медитации необходимо действие
Быть неподвижным и отрезанным от мира? Да, упражнение
полного сознания действительно похоже на это. Но только на вре-
мя. Есть только дыхание между двумя периодами действия. Мы
всегда, в конце концов, возвращаемся к действию. Медитация
сама по себе обожает действие, иначе она ходит по кругу. Мы
медитируем до действия, после действия и даже во время дей-
ствия, если мы можем выполнять его в полном сознании.
Надо опасаться мысли «вне действия», как овощей и фруктов,
выращенных на питательном растворе, не имеющем ничего
общего с настоящей землей. Всегда опасаться теоретической
мысли людей, которые не действуют. «Надо подвергать действие
испытанию мыслью, а мысль — ​испытанию действием», писал
Гете. Но никогда не стоит полностью подчинять действие мысли:
не нужно выполнять его во что бы то ни стало ради поставленной
цели («Скоро это закончится?», «Как это долго…») или ради
оценки («Это приятно», «Это нудно…»).
Мы в конце концов должны освободить действие, позволить
ему регулярно быть только действием.

Паркетчики, 1875
Гюстав Кайботт (1848–1894)
Холст, масло, 1,02 x 1,47 м, Музей Орсе, Париж

126 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Когда я танцую, я занят танцами, когда
я сплю, я погружаюсь в сон. Когда же
я одиноко прогуливаюсь в красивом саду
и мысли мои некоторое время захвачены
посторонними вещами, я возвращаю
их к прогулке, к саду, к сладостному
уединению, к самому себе».
Монтень. Опыты
Освободить действие: важный поступок
Освободим и уплотним наши поступки, чтобы они были только
тем, что они собой представляют: только едой (без чтения или
радио), только ходьбой (без телефона, без ожидания, без рас-
суждения), только слушанием (без оценки того, что нам сказано,
и обдумывания ответов). Несмотря на кажущуюся простоту, ос-
вободить действие от наносного чрезвычайно трудно: нам всегда
хочется делать сразу несколько дел одновременно. В самом деле,
нам нравится читать за едой или говорить по телефону на про-
гулке. Делаем одно, а думаем совсем о другом (принимаем душ,
думая о своем рабочем дне). Оказывается, все эти поступки мы
совершаем в полном отсутствии, а не в полном сознании.
Полное сознание предписывает соблюдать гигиену простого
действия, не постоянную, но регулярную. Оно рекомендует
каждый день принимать пищу в полном сознании (в тишине,
без книжки, без радио, без разговоров) или совершать пешие
прогулки в полном сознании: неторопливо, спокойно, чувствуя,
как все тело участвует в ходьбе, как оно движется в окружающей
среде, которую мы переносим в себя, в океане ощущений, при-
касающихся к нашей сущности. Ходить ради того, чтобы ходить.
Не возмущаясь, не торопясь, просто помыть посуду и вынести
мусор: но в полном сознании.

Сила присутствия в действии


Для чего все эти усилия? Зачем отказываться проживать две
жизни вместо одной, делать каждую минуту два дела вместо

128 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


одного? Потому что желая прожить вдвое больше, мы рискуем
прожить вдвое меньше, поскольку живем в два раза хуже: мы в два
раза грустнее, раздражительнее, более пустые, более суетные.
Важно избежать «исступления финалиста». Не действовать
ради действия, но постараться действовать ради того, чтобы быть.
Ментальное присутствие в действии усиливает наше ощущение
себя настоящими людьми, наше чувство присутствия в мире,
и отдаляет нас от автоматических действий, о которых несколько
минут спустя мы даже не вспомним, что мы их совершали. Мен-
тальное присутствие в действии позволяет нам также приблизить-
ся к тому, ради чего это действие совершается. Присутствовать
в поглощении пищи — ​значит смаковать ее. Слушать человека,
говорящего с нами, действительно слушать, а не оценивать или
разыгрывать заинтересованность в его словах, пока мы обдумы-
ваем ответную реплику.
Ментальное присутствие в действии, наконец, позволяет нам
определить, в какой момент действие становится бесполезным:
быть присутствующим в процессе еды или питья помогает опре-
делить, когда уже не стоит продолжать есть или пить. Также
полное сознание помогает нам заметить, в какой момент диалог
становится диалогом глухих. В какой момент молчать, а в какой
говорить…

Не поддаваться порывам
В предыдущей главе мы говорили о порывах прекратить
медитацию, чтобы обратиться к «более срочному». Такие
порывы могут нас охватить и во время работы, особенно
если она сложная, нудная или нервная: вдруг возникает же-
лание взглянуть, нет ли новых сообщений по электронной
почте или СМС, позвонить кому-нибудь, выпить чашечку
кофе, перекинуться несколькими фразами с  коллегами,
съесть конфетку или похрустеть печеньем…
Полное сознание рекомендует нам обратить внима-
ние на  зарождение подобных побуждений прежде, чем
начать поддаваться им; оно внушает нам мысль отъеди-
ниться от них. Принять их: «А, вот как, мне хочется пре-
рвать работу». Наблюдать за ними: «Что-то подталкивает
меня прекратить мое занятие, потому что оно сложное».
И  спросить себя: «Важно ли, интересно  ли и  необходи-
мо ли подчиниться этому порыву?» Разумеется, зачастую
это подчинение не  будет ни  важным, ни  интересным,
ни необходимым. Просто порыв: действовать, действовать,
действовать… А также бегство от трудностей, от напряжен-
ности, от  пугающей мысли. Иногда  — ​о т  скуки. И  даже
когда все хорошо: ведь мы уже заражены! Лишь потому,
что зуд от  возникшего побуждения отпустит нас только
во время действия.
Если мы научимся распознавать появление этих простых
побуждений, нам станет легче обнаруживать побуждения
сложные: агрессивность, когда нас критикуют, бесконеч-
ные размышления, когда мы опечалены, тревогу, когда мы
не уверены в себе. Простота полного сознания помогает

130 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


нам разбираться, вроде бы ничего особо не делая, в слож-
ностях жизни.
Научиться не поддаваться порывам — ​п ростое вопло-
щение просветления и личного освобождения…

Перестать действовать
Если  бы мы чаще давали нашему разуму передохнуть
между действиями! После телефонного звонка не хвататься
снова за телефон, а остановиться, на минуту прикрыть гла-
за, почувствовать дыхание, осмыслить то, что было сказано.
После ухода друзей не спешить все убирать, чтобы поскорее
отправиться спать, а остановиться, на минуту прикрыть глаза,
почувствовать дыхание и вспомнить моменты близости. После
конфликта с родным человеком не прятать свое огорчение
и расстройство за фасадом деятельности, а  остановиться,
на минуту прикрыть глаза, почувствовать дыхание и обдумать,
что нарушило столь важные для нас отношения.
А если бы, начав действовать в полном сознании, мы также
овладели искусством полного присутствия в  бездействии?
Научились бы прерывать наши действия ради чего-то дру-
гого, а не только из-за усталости. Прерывать, чтобы бездей-
ствовать…
В медитации практика неподвижности часто учит нас без-
действию: мы находимся в настоящем моменте, сидим без
движения, внимательные и  восприимчивые, и  понимаем,
что эта неподвижность не должна стать еще одним актом.
Мы осознаем, что ее нельзя страстно желать, заполучить
тяжким трудом или навязать, надо просто разрешить себе
неподвижность. Мы стараемся погрузить в неподвижность
наше тело. Не через контроль, а путем отрешенности и на-
блюдения: наблюдай за  мыслью, которая призывает тебя
пошевелиться, почесать нос, привстать. Понаблюдай за ней
хорошенько и подумай, стоит ли за ней следовать.
Во всяком случае, не иди за ней сразу; что бы ни случилось,
заставь ее немного подождать. Оставайся неподвижным.
«Неподвижность — ​это не еще одно действие, навязанное
части моего тела, но бездействие всего моего существа», на-
поминает нам инструктор. Да, именно так: неподвижность,
в которой наше сознание сможет дышать, сделана из отре-
шенности, а не из принуждения…

Бездействие и свобода
Да, но отрешиться от всего и ничего не делать действитель-
но трудно! Поначалу это может показаться простым. Столько
вещей призывают нас, столько людей обращаются к нам! За-
нятий хватит на всю жизнь. Мы можем умереть, так и не по-
жив, если проведем отведенный нам срок, переделывая все
необходимые дела. Вот почему нам необходимо бездействие.
Бездействие  — ​э то дыхание действия. Это как тишина
после шума. Это значит — з​ аставить себя в какие-то моменты
повседневности не переходить сразу к другому действию.
Принять решение не торопить время, не рассуждать, но ощу-

132 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


тить, как вас постепенно охватывает то, чем вы занимаетесь,
ощутить свое присутствие в настоящем моменте.
Полное сознание в конечном итоге позволяет нам значи-
тельно увеличить личную свободу. Чем больше я его прак-
тикую, тем больше ощущаю в повседневной жизни разницу
между слепым, импульсивным реагированием и сознатель-
ным ответом и тем осознаннее я отвечаю на вопросы повсед-
невности, не реагирую бездумно. Ради этой свободы практика
медитации может глубоко изменить наше отношение к миру.
Именно ради свободы медитация освобождает нас от того,
что иногда называют «социальной сущностью».
Урок 12
Выработать привычку ощущать себя присутствующим в том,
чем мы будем заниматься: перед работой, перед едой, перед
тем как позвонить любимому человеку. Не пожалеть времени
на несколько вдохов и выдохов в полном сознании. Спокойно
подключиться к тому, что мы готовимся выполнить. Не нужно
длинных речей или сложной мотивации: лишь простой акт
умственного присутствия. А затем, конечно, каждый день,
каждую неделю тренироваться выполнять «чистое» действие:
только есть (прием пищи в полном сознании), только ходить
(без размышления или ожидания), только чистить зубы (без
мыслей о прошедшем или предстоящем дне).

Оттачивать свой ум
Спокойный и внимательный взгляд. Лицо, привлекающее
уверенностью и интеллектом, лишенное как приветливости,
так и враждебности. Мы видим лишь стремление пони-
мать — т​ очнее и глубже. Это Томас Мор, невероятно живой
на захватывающем наше внимание портрете, написанном,

Портрет Томаса Мора, около 1527


Ганс Гольбейн Младший (1497/98–1543)
Дерево, масло, 0,749 х 0,603 м, Коллекция Фрика, Нью-
Йорк, из собрания Генри Клея Фрика

134 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


однако, пять веков назад. Целая вечность. Картина Ганса
Гольбейна, его друга, подчеркивает остроту ума Мора, его
умение двигаться вперед и отступать.
Томас Мор был могущественным аристократом, опреде-
лявшим судьбы мира: посмотрите на его костюм, массив-
ную золотую цепь, подтверждающую его заслуги перед
королем. Он держит листок с записями, возможно, знак
его активной интеллектуальной деятельности. Он был
также смелым гуманистом, реформатором и провидцем,
автором знаменитой «Утопии», другом великого философа
Эразма Роттердамского. Он был и нежным, внимательным
отцом — ​в  ту эпоху большая редкость. Вот что он напи-
сал однажды своей дочери Маргарет: «Уверяю тебя, что
я предпочел распрощаться с делами, дабы не оставлять
вас расти в  неведении и  праздности, дабы занимать-
ся своими детьми, среди которых никого для меня нет

«Если вы поэт, то несомненно заметите облако,


плывущее по этому листу бумаги.
Без облака не будет дождя;
без дождя не станут расти деревья;
а без деревьев нельзя будет изготовить бумагу.
Облако необходимо для бумаги.
Если его нет, то и бумаги тоже нет».
Тит Нат Хан

136 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


дороже, чем ты, моя любимая дочь». Именно Марга-
рет хранила до самой своей смерти отрубленную голову
казненного отца. Он был приговорен к смерти королем
Англии Генрихом VIII за то, что находился в оппозиции
к тирану-людоеду, который питался только мясом, а жен
менял как перчатки. Никто не  посчитался с  тем, что
Мор — в​ лиятельный государственный муж. Посмотрите
внимательно на лицо Мора, и вы увидите, что его левый
глаз нежный и сострадающий, а правый сосредоточенный
и внимательный. Могли бы мы, как Томас Мор, каждый
день смотреть на мир по-разному?

Ум в состоянии медитации
Паскаль говорил, что есть «две крайности: исключить ум
и подчинить все уму». Ум и медитация прекрасно соче-
таются: вторая позволяет первому расширить его поле.
Медитация в  полном сознании не  размягчает ум. Она
не просто пассивное созерцание — ​о на пища для ума.
Пользоваться своим умом — ​з начит устанавливать связи,
соединять их идеями, концепциями и  делать из них за-
ключения или принимать на их основе решения. Но это
еще и умение видеть, что эти связи существуют или могут
существовать. Проявить свой ум  — ​з начит начать с на-
блюдения того, что есть, а не навязывать немедленно свое
присутствие действительности. Ум, прежде всего, — ​это
установление связи с  миром, а  уж затем установление
связи между элементами мира и выведение из них правил
и законов.
Эта связь между миром и нами  — ​сердцевина полного
сознания. Практика вхождения в полное сознание пред-
ставляет собой одновременно и лабораторию, где мы на-
блюдаем за функционированием нашего мозга (можно даже
говорить о «науке о самом себе»), и спортивный зал, где
мы тренируемся, чтобы обрести определенные качества:
способность к  размышлению, собранность, сопротивле-
ние рассеянности, творческие способности, умственную
гибкость…
Например, полное сознание облегчает то, что психологи
называют аккомодацией (приспосабливанием). Понятия ас-
симиляции и аккомодации были предложены швейцарским
психологом Жаном Пиаже; они описывают, каким образом
наш разум решает возможные противоречия между миром
и нашим видением мира.

Показать себя умным — з​ начит начать


с наблюдения того,
что есть, а не навязывать немедленно
свое присутствие действительности.

138 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Так, если элемент реальности противоречит какому-либо
из моих убеждений, я могу прибегнуть к ассимиляции (дефор-
мировать реальность, чтобы подогнать ее под свои убеждения)
или аккомодации (изменить убеждения, чтобы объединиться
с реальностью).
Пример: я думаю, что мой знакомый — э​ гоист (убеждение),
но однажды я увидел, что он повел себя как настоящий аль-
труист (реальность). Я могу прибегнуть к ассимиляции: не ме-
нять своего убеждения, а объяснить его поведение, говоря
себе, что он сделал это по расчету. Я могу также прибегнуть
к аккомодации: сказать себе, что он способен к великодушному
поведению, и смягчить или вообще кардинально изменить
свое мнение о нем; или временно отказаться от своего убежде-
ния («посмотрю, как он будет вести себя дальше, а потом уже
решу, что о нем думать»).
Гораздо проще и удобнее прибегать к ассимиляции, чем к ак-
комодации, потому что это не требует ни психологических
усилий, ни изменения личности. Это лишь уменьшает наш
ментальный автоматизм, но, очевидно, лишает нас возмож-
ности освободиться от убеждений и изменить свои мнения
и оценки. Усиление способностей к аккомодации — ​одно
из положительных качеств полного сознания. Это следствие
ментального действия, когда, к примеру, вы принимаете или
не осуждаете что-то или кого-то. Это результат регулярной
практики и упражнений: поскольку практика позволяет ре-
ализовать нашу точку зрения в повседневной жизни…
Фрейд писал: «Нельзя разрешить конфликт, помогая одному
противнику одержать победу над другим». Полное сознание
может нас научить не желать победы одного из способов на-
шего мышления или видения мира над другими и стремиться
сохранять их во всем разнообразии и сложности.

Успокоиться, чтобы лучше читать мир


Другое преимущество полного сознания — ​это успокоение,
умиротворение, очень полезное для ума. Иногда в умствен-
ной деятельности людей возбудимых и пылких происходят
удивительные помрачения. Эмоции определенно дают этим
людям силу и энергию, но подменяют собой ясность суждений
и периодически производят в уме невероятные затмения.
Смятение нашего ума уменьшает способность быть беспри-
страстным арбитром, делает нас рабом собственных эмоций
и обстоятельств.
В связи с этим интересно отметить, что в буддийской меди-
тации, из которой берет начало практика полного сознания,
существуют два пути — ​путь умиротворения, называемый
«шаматха», и путь проникающего видения, называемый
«випашьяну». Первый путь необходим, чтобы второй осу-
ществлялся в полном объеме. Возбужденный и рассеянный
ум не может обеспечить ясного взгляда на мир. Он пребывает
в своих представлениях о мире, но не в самом мире. Такой
ум оказывается, говоря фигурально, наполовину слепым:
ограниченным и узким. Какой в этом прок?

140 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Полное сознание позволит вам покинуть «отблеск реаль-
ности». Проникающее видение позволяет нам глубоко
исследовать природу вещей и не дает видимому завладеть
нами. Философ Симона Вейль писала: «Уму ничего не надо
находить, его надо только расчищать». Нам надо раз за ра-
зом очищать свой ум от того, что создает препятствия
правильному и точному видению мира, и тогда этот мир
предстанет перед нами как очевидность. Для буддистских
мыслителей поиск проникающего видения не  является
теоретической или философской задачей: наше видение
и понимание реальности мощно воздействуют на наше са-
мочувствие и ответственны, если они неадекватны, за наши
страдания и страдания мира. Многие фундаментальные
концепции коренятся в поиске ясности. Среди наиболее
важных укажем взаимозависимость, пустоту и  непосто-
янство.

Взаимозависимость, пустота и непостоянство


Взаимозависимость всех вещей напоминает нам, что ничто
в этом мире не абсолютно в качестве неподвижной и изоли-
рованной сущности. Я не существую как самостоятельная
единица, не зависящая от того, что меня окружает: я обязан
своим рождением и жизнью неисчислимому множеству людей
и явлений природы. Действия и суждения, которые я называю
своими, — «мои» действия и «мои» суждения. И действия,
которые, как мне кажется, я совершаю по собственной воле,
на самом деле обусловлены массой факторов. Но эти связи
зависимости являются также и связями взаимозависимо-
сти: «Я» есть конечный пункт, но также и отправная точка
устремлений и инициатив, которые, в свою очередь, будут
влиять на мое окружение. Пока я не пойму и, главное, не со-
глашусь безоговорочно войти в эти связи взаимозависимости,
я не смогу их радостно воспринять, останусь слепым и буду
регулярно попадать в ловушки, расставленные моими эго,
гордыней или страданием. И напротив, принятие взаимоза-
висимостей всем сердцем не подтолкнет меня к фатализму,
а побудит к смирению в моих действиях и убеждениях.
Пустота — ​вторая из великих концепций буддистов, — ​
возможно, лежит в основе огромного количества недоразу­
мений. «Пустота всех вещей» не означает, что ничего не су-
ществует по-настоящему, но лишь то, что все, что мы видим,
не имеет конкретного и прочного существования. Это как
радуга: ее существование зависит от моего положения,
от точки, в которой находится солнце, от добрых намерений
проплывающих облаков… Радуга сейчас и здесь — д​ ля меня,
но ее нет для других людей, находящихся в другом месте…

Я не существую как самостоятельная единица,


не зависящая от того, что меня окружает:
я обязан своим рождением и жизнью
неисчислимому множеству других людей.

142 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


То  же самое касается гнева по отношению к человеку,
по слухам, отозвавшемуся обо мне плохо. Но если я узнаю,
что переданные мне слова не были сказаны, а человек, на-
против, говорил обо мне очень хорошо, что станет с моим
гневом, прежде грозным и испепеляющим? Он исчезнет
в один миг.
Пустота явления или предмета не означает, что они, эти
явления и предметы, не существуют или отсутствуют. Пусто-
та — э​ то их неустойчивая, подвижная, субъективная, сложная
природа… Пустота — э​ то вот что: осознание сложности всех
вещей и, как следствие, осторожность — ч​ тобы не дать отбле-
ску реальности захватить себя в плен. Поначалу, благодаря
опыту, которого мы достигаем в ходе регулярной медитации,
вызывающая беспокойство, едва ли не подавляющая, мысль
о пустоте становится более ясной, почти радостной, как
и мысль о взаимозависимости.
Кроме того, есть непостоянство, о котором мы еще поговорим.
Оно учит нас, что ничто не вечно, все — р
​ езультат преходящих
и эфемерных соединений и распадов, организации и дезор-
ганизации. Ничего прискорбного в этом нет, постижение
непостоянства, скорее, делает мир яснее и освобождает нас.
Поль Валери отмечал: «Ум перепархивает от глупости к глу-
пости, как птица с ветки на ветку. Он не может действовать
иначе. Главное, не почувствовать себя твердо убежденным
в чем-то одном…» Нашему уму нужны преходящие убежде-
ния, как птице нужна ветка. Но пропустим их через сито
взаимозависимости, пустоты и непостоянства, и будем меньше
страдать сами и не заставим страдать других… Поскольку
существует и четвертый, самый важный буддистский посту-
лат, без которого три предыдущих — н
​ ичто: это сострадание
и альтруистическая любовь, о которых мы также поговорим
позже.

Встретить настоящее
Буддийский учитель Тит Нат Хан: «Медитация — э​ то не от-
влечение, а безмятежная встреча с действительностью».
Эта безмятежная встреча с действительностью не происхо-
дит по чьему-то указу, но создается каждым упражнением,
в котором мы успокаиваемся через дыхание, в котором мы
терпеливо, настойчиво и неторопливо рассматриваем дан-
ный момент. Даже если этот опыт болезненный, сложный,
запутанный, мы продолжаем дышать и смотреть внутрь себя.
Мы соглашаемся не понимать ясно свой опыт, не подчинять
его себе, но продолжаем испытывать ощущения и наблю-
дать за ними. Так мы учимся лучше видеть мир, который
тоже бывает болезненным, сложным, запутанным. Мы
учимся лучше думать, чуть точнее, чуть яснее…

144 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 13
Освободить наш ум от цепей: ведь он может терять гибкость,
мусолить и пережевывать одно и то же, стать жертвой нашей
лени, невидимой силы ментального автоматизма и готовности
думать о чем угодно. Приказами этого не добиться — н
​ еобхо-
димо трудиться. Как сохранить острый ум? Надо, разумеется,
поддерживать его в спокойном состоянии и открытым миру,
но также неустанно ставить под сомнение его функциониро-
вание. Каждый раз, когда мы говорим себе «это просто то,
что я думаю», «мне кажется, что я прав», «это всего лишь мое
мнение» — н
​ е как красивую фразу, а с истинным смирением
и настоящей осмотрительностью, — м
​ ы демонстрируем свой
ум, а не слепоту.

Понять и принять сущее


Мы для нее не существуем. Она не смотрит на нас, но дви-
жение ее руки останавливает и завораживает нас: оставаться
в неподвижности, не потревожить ее.
В западной живописи есть множество картин о Благовещении.
Но эта отличается от других: мы не видим архангела Гавриила,
явившегося возвестить Марии будущее рождение Иисуса
Христа. Мы видим лишь внутреннее состояние Марии. Ско-
рее Марии человеческой, захваченной движениями своей
души, чем Марии божественной, в мистическом откровении.
Картина показывает определенный момент: Мария пони-
мает и принимает все, в одно мгновение. И это мгновение,
повисшее в воздухе, подобно странице, которую она не успе-
ла перевернуть и отпустила, чтобы плотнее стянуть плат
на груди, словно защищая себя от только что открывшейся
ей судьбы. Ее лицо как эта книга: ни открыто, ни закрыто.
Взгляд обращен внутрь себя. Она думает, чувствует, дышит.
Также обратим внимание на странный жест неторопливо
поднимающейся правой руки, как бы говорящий: «Все хо-
рошо, да, да, я поняла, я согласна и принимаю все, что Бог
мне посылает». Ладонь раскрыта, ее движение выражает
смирение или поиск смирения и рождает мысль об этом
остановившемся мгновении: Мария все принимает и готова
вступить на предначертанный ей путь.
Могла ли она сказать «нет»? Кто бы мог сказать «нет» анге-
лу-провозвестнику, посланному Богом Отцом? Но она мог-
ла бы подчиниться с меньшей благодарностью и пониманием.
Мария преодолевает удивление, страх, недоверие и прини-
мает божественную волю. Именно этот момент и изображен
на картине, и все там сказано. Нет ни ангела, ни труб. Лишь
взволнованное ожидание в душе Марии.

Мария Аннунциата
(Дева по Благовещении), 1474–1475
Антонелло да Мессина
(около 1430 — ​около 1479)
Дерево, масло, 0,45 x 0,35 м, Национальная галерея
Сицилии, Палермо

146 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Принимайте!
Поскольку иной возможности нет…»
Свами Праджнянпад. Опыт единства
Принимать
Принятие  — ​сердце полного сознания. Принимать  — ​
не значит говорить «все хорошо» (это одобрение). При-
нимать — з​ начит говорить «это есть, и это уже случилось».
Нам не нужно любить мысль, ситуацию, человека или опыт,
чтобы их принять. Нет необходимости их любить, надо
лишь допустить, что эта мысль, эта ситуация, этот человек
или этот опыт уже здесь, они существуют, они уже в моей
жизни, и мне надо с ними как-то соединиться и продолжать
идти вперед.
Принятие — ​это высшая степень уступки. Потому что оно
больше чем поведение, оно больше чем экзистенциальное
решение и жизненная философия, продуманное отношение
к миру и течению наших дней. Уступка подразумевает отказ:
мы перестаем спорить, отказываемся от дальнейшей борь-
бы. В принятии есть намерение присутствовать в действии
по-иному — ​ясно и спокойно. Все, что происходит с нами,
мы принимаем со словами: «Да, это так. И это уже так,
а не иначе». Это искреннее и полное принятие реальности,
такой, какой она предстает нам.
Но это принятие словом «да» вовсе не означает покорность
судьбе или отказ от действий и мыслей. Это всего лишь две
фазы того регулярного движения ума, которое для души как
дыхание для тела: принятие (того, что есть), затем воздей-
ствие (на то, что есть), принятие (того, что случилось), затем
воздействие (на то, что случилось). И так снова, и всегда,

148 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


до конца… По прошествии какого-то времени это становит-
ся нашей второй натурой: «Вам нет надобности принимать
нечто — ​оно уже существует». Значит, больше нет места
усилиям, принятие становится внутренней способностью,
незаметной и скромной. Таким образом, мы обретаем силу.

Принятие как обходной путь


Принятие учит нас следовать верной дорогой, чтобы прийти
к желаемой цели. Этот путь необязательно прямой. Это как
поход в горы: вряд ли можно подняться к вершине, двигаясь
вверх по прямой. Мы будем подниматься по тропинкам,
вьющимся серпантином по склону горы. Мы принимаем
существование склонов и обходов, а сами медленно, но вер-
но движемся к вершине. Точно так же многие ментальные
усилия могут вести нас только путем принятия.
Например, вы сталкиваетесь с мыслями о неудаче («я ни-
когда не смогу это сделать»). Не всегда эффективно сразу
бросаться в борьбу с такими мыслями и навязывать свою
волю («нет, я все же сумею это сделать!») или прибегать
к логическому обоснованию («что может мне помешать до-
биться того, что я хочу?»). Иначе мы никогда не научимся
мириться с собственными мыслями о поражении (к тому же
лучше научиться не подчиняться им, чем стараться изгнать
их). Иначе эти мысли сохранят свою разрушительную власть.
Вдобавок мы никогда не согласимся с тем, что поражение — ​
один из возможных выходов. Обходной путь принятия,
напротив, окажет проясняющее и, как это ни парадоксально,
успокаивающее воздействие: «Я знаю, я принимаю, не уве-
рен, что так лучше. Но все же я этого хочу. Тогда сделаю
все, что от меня зависит, а там посмотрим…»
Полное сознание учит нас выбрать обходной путь приня-
тия: принимать мысль о неудаче; рассматривать ее воз-
действие на нас; не подпитывать ее энергией, стараясь
с ней сражаться или отвергая ее, но дать ей осесть в нас.
А сами тем временем будем продолжать дышать и сохра-
нять внимательность ко  всему, будем как можно более
открытыми, оставаясь в полном сознании. Потом вернем-
ся к действию, которое часто оказывается единственным
способом проверить, до  какой степени идея поражения
существенна для нас.

Принятие как мудрость


«Хорошо искать мудрость там, где вы меньше всего ожида-
ете ее встретить: в умах ваших оппонентов». Справедливо,
не правда ли? Однако для этого надо все же выслушать оп-
понентов и дать им право на существование (а мы мечтаем,
чтобы у нас были только «клакеры»), и тогда их мнение
станет нашим богатством и возможностью стать умнее.
Принятие позволяет нам проникнуться трагической глуби-
ной действительности, не делая при этом трагедии из соб-
ственной жизни: мы не  отрицаем несправедливых или
мучительных аспектов существования, но оставляем им

150 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


место. Не все место, конечно, кое-что надо сохранить и для
хорошего и красивого.
Поскольку слово «принятие» многих не устраивает, так
как они слышат в нем «покорность судьбе», ему подыскали
замену. Философ Александр Жольен предлагает, например,
термин «допущение». Помимо своего христианского значе-
ния (праздник Успения2 посвящен чуду вознесения Марии
ангелами на небо), это слово отсылает нас этимологически
к акту «взятия», к смыслу выражения «взять на себя» и в ко-
нечном итоге к смыслу слова «принять». Другие говорят
о «расширении, распространении»: фактически речь идет
о том, чтобы неустанно создавать в себе пространство даже
для того, что нам неприятно и нас не устраивает.
Никогда не покоряться неприятному, но и не держаться
за него отталкивая его от себя. Неприятие и антипатия,
как и страх, порождают зависимость и уязвимость. Да, неу-
станно создавать в себе это пространство, растворять наши
мучения и антипатию в бесконечной сущности. Чем больше
мы чувствуем в себе непреклонность и неприятие по от-
ношению к тому, что с нами происходит, тем более нам
необходимо повернуться к широкому и беспредметному
сознанию: принятию всего.
Принятие в конечном итоге предполагает парадоксальный
выбор: отказаться от выбора! Ничего не отвергать, ничего
2
По-французски «допущение» и  «успение» одно слово  —​
assumption. — Прим. перев.
не устранять. Даже нежелательное, нехорошее, некрасивое,
непривлекательное… Напротив, принимать все, вобрать
в себя то, что происходит, то, что существует.
Принимая, мы открываем бескрайнее внутреннее про-
странство, потому что отказываемся фильтровать, контро-
лировать, давать оценки, мерить по своей мерке и брать
лишь то, что нам подходит и похоже на нас. Именно это
в своей необычной манере выразила Тереза из Лизье:
«Я выбираю все».

Принимать — э​ то обогащаться и давать миру


входить в нас; вместо того чтобы стремиться
переделать его по-своему и брать из него лишь то,
что походит на нас и подходит нам.

152 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 14
Принятие — э​ то самое спокойное и рассудительное действие,
способное склонить нас к тому, что должно быть. Это каса-
ется и заявления о намерениях. Затем, конечно, регулярная
практическая работа, без которой все сказанное — ​слова
на ветер. Все наши ежедневные недовольства — ​прекрас-
ная возможность работать над принятием. Ты недоволен,
раздражен, унижен? Сначала обрати внимание на дыхание
и осознай ситуацию и степень ее воздействия на тебя. Затем
констатируй, что это уже есть. И прими. Наконец, посмотри,
что можно сделать, о чем подумать. Понять просто, однако нам
твердят об этом уже больше двух тысяч лет. Вероятно, пото-
му, что просто понять — ​мало, надо тренироваться каждый
день. Конечно, это не так эффектно в сравнении с умными
разговорами на эту тему, но зато куда более эффективно.
ЧАСТЬ 3
ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ
БУРИ: УКРЫТЬСЯ
В НАСТОЯЩЕМ
МОМЕНТЕ
«Тот, кто видит настоящий момент,
Видит все, что произошло в вечности,
И то, что произойдет
в бесконечности времени».
Марк Аврелий. Мысли для себя (6, 37)
ОСВОБОДИТЬСЯ
ИЗ УМСТВЕННОЙ
ТЮРЬМЫ

Б
едный человек! Он кажется грустным и озабоченным.
Обессиленным и изнуренным. Отказавшимся понимать
и действовать. И вдобавок — ​странное впечатление, что
его голова застряла в окошке… Как будто он захотел взгля-
нуть, что происходит в мире, захотел отвлечься от сво-
их грустных размышлений. И вот застрял, и страдает, и ничего
не может поделать. Его взгляд ни на что не направлен. Он смотрит
не наружу, а в себя. И его взгляд тоже застыл в печали и горести.
Он в ловушке. Как и мы, случается, оказываемся в ловушке соб-
ственных мыслей. Он заключен, как в тюрьму, в каменное обрамление
окна, в прочность дерева, стекла, металла. Так наши заботы, застыв-
шие от бесконечных размышлений о них, становятся нашей тюрьмой.

Человек в окне, 1653


Самюэль ван Хоогстратен (1627–1678)
Холст, масло, 1,11 x 0,865 м, Художественно-исторический
музей, Вена

156 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Куча мелких неприятностей задевает сильнее,
чем одна большая, какой бы жестокой она ни была».
Монтень. Опыты
А эта оптическая иллюзия хочет нам сказать: «Смотри! Смотри, как
твои мысли и бесконечные размышления вводят в заблуждение твое
сознание! Если ты им поддаешься, они тобой овладевают. Если ты
их подпитываешь, они становятся настоящими. Если ты будешь их
опасаться, ты окажешься у них в плену».
Как же освободиться от этой «самовозрождающейся» пытки?
Как выбраться из этих ловушек нашего рассудка, в которые мы
иной раз попадаем?
Может быть, решение спрятано в маленьком пузырьке на по-
доконнике? Может, в нем волшебный эликсир? Но как его за-
получить?

Страдание полностью захватывает сознание


Прежде всего — б​ оль, физическая или моральная. Потом стра-
дание как результат действия боли на сознание.
Страдание — э​ то доступная пониманию часть боли. Боли душев-
ной или физической, которая, если она слишком сильна, требует
медицинского вмешательства, ее необходимо облегчить. Психоло-
гическая работа придет позже. Она должна прийти, должна быть
проделана, иначе возвращение страдания будет бесконечным.
Страдание естественным образом становится центром тяжести
нашего сознания, черным солнцем, вокруг которого все вращается.
Пространство сознания скукоживается вокруг него, и в нем больше
нет места ничему, кроме боли. Это и есть страдание: всеохватная
боль, не дающая остальным чувствам и мыслям надолго завладеть со-
знанием. Вся энергия разума поглощена болью; существует лишь она.

158 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Боль физическая
Боль в теле не должна противостоять силе разума. И в особенно-
сти не должна иметь превосходства: сохранить лицо нам помогают
анальгетики. Иначе человек стал бы измученным зверем. А потом?
Что поможет нам не бояться боли и не замыкаться в страдании?
Возможно ли полное сознание? Допустим… Может быть, благодаря
сознанию нам удастся лучше подготовиться? Не дожидаясь, когда
боль поглотит нас, мы проведем предварительную подготовку.
Те, кто давно практикует медитацию дзен (близкую к вхожде-
нию в полное сознание), лучше сопротивляются боли. Недавно
было открыто, что это обусловлено определенными изменениями
в мозге, а их в свою очередь определяет количество часов медита-
ции. Возможное объяснение таково, что длительная неподвижная
медитация, иногда вызывающая мышечные спазмы и другие по-
добные реакции, позволяет спокойно управлять незначительными
болезненными ощущениями.
Помню мою первую встречу с сильной болью во время утренней
медитации: это был непростой период, ничего серьезного, обычное
невезение, но я чувствовал постоянную усталость и напряжение.
Я устроился на сиденье и через десять секунд почувствовал, как
свело судорогой левую стопу. Острая боль. Первая реакция: поше-
велиться, чтобы боль отпустила, открыть глаза, изменить положение
тела; или даже прервать медитацию, ведь у меня полно других дел,
что же зря мучиться…
К счастью, накануне в больнице мы обсуждали подобные случаи,
произошедшие в группах обучения полному сознанию. Я выделил
мысль: «Измени позу, может быть, остановись и иди работать».
Потом увидел, что это только мысль, а не реальная необходимость.
Я постарался принять ее и осознать как порождение моего ума.
Я решил не поддаваться соблазну и не шевелиться, сопротивляться
автоматизму («Тебе больно? Так пошевели ногой!»).
Итак, я решил: прежде чем изменить позу (а желание было
очень сильным), выждать и проанализировать боль, вызванную
судорогой. Где она конкретно находится? Какая она — н ​ еизменная
или меняющаяся? Что она меня подталкивает сделать? И, разуме-
ется, через минуту она исчезла. Растворилась.
Я, конечно, знал, как это работает, но был удивлен и восхищен
тем, что это происходит прямо здесь и сейчас, в моем собственном
теле. Разница между тем, что знаешь в теории, и собственным
опытом всегда огромна. Это два мира, трудно вообразить, как они
далеки друг от друга… Согласен, не всегда удается победить боль не-
подвижностью. Иногда приходится сесть поудобнее. Или действи-
тельно прекратить медитацию, если боль становится нестерпимой.
Медитация — ​это не мазохизм. Но всегда очень приятно, если
удается перетерпеть страдание, приняв его присутствие и реагируя
на боль не движением, а лишь сознанием! Это единство теории,
намерений, речи и реальности. Даже знатоку медитации не надо-
едает снова и снова ощущать это. Я знаю, я испробовал на себе…
Mедитация помогает справиться со страданием, потому что уми-
ротворенность ума — ​анальгетик: наш мозг постоянно фильтрует
мелкие болезненные сообщения, чтобы они не докучали без конца
нашему сознанию. Это называется «нисходящим ретроконтролем».

160 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Когда мы в депрессии или испытываем стресс, наш мозг работает
не в полную мощь, зато во всем теле возникает больше болевых
ощущений. Если мы спокойны, то боль той же силы причиняет
меньшие страдания. Но вот что важно: это успокоение не возни-
кает просто по нашему хотению. Над способностью успокаиваться
следует начать трудиться гораздо раньше, а не в момент страдания.
Поздно шить парашют, если самолет падает.
Однако возможно ли таким же образом воздействовать на ду-
шевную боль?

Боль душевная
Размышляя постоянно об одном и том же, привязываясь к нашим
болезненным мыслям, мы лишь делаем их сильнее. Мы облекаем
их в плоть и придаем им важность. Мы без конца пережевываем
свои беды и создаем из них чудовищ.
Перемалывание одного и того же усиливает умственное пустос-
ловие. Из банальной реакции мы, сами того не желая, создаем
страдание. Ведь в моменты подавленности или тревоги, помимо
реальных событий, нас заставляют страдать наши мысли, к которым
мы очень привязаны, которые мы взращиваем и укрепляем в себе
до тех пор, пока не сформируем из них убеждения. А потом мы
привязываемся к ним, этим монстрам, нами же и порожденным.
Привязываемся, как мать к своим детям.
Негативная мысль не причиняет нам боль, если она пришла
и ушла. Она становится мучительной, когда овладевает нашим
сознанием, укореняется в нем, подавляет и уничтожает другие
мысли. Если мы будем продолжать прокручивать в сознании одни
и те же негативные мысли, они проложат дорогу депрессии, а за-
тем — ​следующей, еще более удручающей. Как говорится, «беда
не приходит одна», и эту ситуацию трудно контролировать, она
изматывает и обессиливает человека.

Перед лицом ежедневных неприятностей


Но как же помешать разуму вести нас к страданиям, как не стать
их рабом? Единственное решение может показаться парадоксаль-
ным: мы должны дать место страданию, чтобы затем ослабить его
хватку. Полное сознание уменьшает боль и страдания повседнев-
ности.
Полное сознание не позволяет нашей тревоге (которая чаще
всего лишь отражение нашей неуверенности) превратиться в уве-
ренность, в убежденность. Оно также препятствует тому, чтобы
наши эмоции (которые приводят к соответствующим действиям)
приобретали хронический характер и превращались в навязчивые
состояния.
Полное сознание не  дает им окостеневать. Оно помога-
ет не  зацикливаться на  негативе, избегать страданий разу-
ма. Под воздействием боли мы сами себя запираем в клетку,
оставаясь в неведении. Но перед тем как освободиться от оков
боли, надо увидеть наших тюремщиков. Следовательно, пре-
жде всего нужно принять тот факт, что отчаяние поселилось
в  нас. Важно внимательно рассмотреть связанные с  насту-
пившим отчаянием мысли и порождаемые ими побуждения.

162 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Разумеется, мы не хотим, чтобы отчаяние оставалось с нами,
потому что оно причиняет боль и вызывает страх. Тогда тихий голос
полного сознания говорит нам: «Останься с отчаянием. Не бойся
пустить его в свое сознание. Правда или ложь — э​ то не проблема.
Проблема в том, что тебе трудно сохранить в себе эти страдания,
идеи, чувства, состояния души, не причиняя себе боли, не паникуя
и не сдаваясь…» Как раз об этом и говорит китайская пословица:
«Вы не можете помешать птице печали летать у вас над головой,
но не давайте ей свить гнездо в волосах».
Чтобы не стать добровольной жертвой печальных размышлений,
следует прежде всего признать, что они имеют место, и не доверять
им все пространство ваших мыслей. Надо научиться принимать
и приветствовать других гостей вашего рассудка (уже слишком
занятого этими переживаниями): осознанно дышать, слышать
звуки, ощущать свое тело; осознанно отмечать все мысли, которые
приходят, уходят, возвращаются…
Чтобы восстановить свободное перемещение мыслей, их живость
и подвижность, надо обеспечить им пространство. Не прогонять
неприятные мысли, а напротив, позволить им присутствовать,
но не в одиночестве. Надо растворять их в более объемном со-
держимом сознания, чтобы их удельный вес стал меньше. Потом
дышать. В жаргоне инструкторов по полному сознанию есть два
термина: «дышать с чем» и «дышать в чем». Не очень элегантные
выражения, но недвусмысленные.
«Дышать с чем»: продолжаем наблюдать за нашими страданиями,
спокойно и терпеливо помещая дыхание в центр нашего сознания
(потому что страдание всегда возвращается в самый центр). «Дышать
в чем»: наблюдаем за воздействием дыхания на страдания, как будто
дыхание проникает через них. Тренируясь подобным образом на не-
больших неприятностях, на небольших страданиях, мы уже не будем
столь уязвимы, если нас постигнет настоящее горе. Может быть…

Непостоянство страданий
В конце всего этого появляются осознание и опыт непостоян-
ства страданий. Непостоянство напоминает нам, что нет ничего
вечного, что все проходит, что излишняя привязанность к дей-
ствительности — ​это ошибка, лишь усиливающая страдание. Не-
постоянство показывает нам дальнейший путь, а не просто способ
«управлять» страданием. Мы безумно верим, что все и все, кем
и чем мы обладаем — н ​ аши любимые и близкие, наше имущество
и богатство, — о​ станутся навеки с нами. Когда мы страдаем, наше
отчаяние столь же безумно: мы убеждены, что страдание, к кото-
рому мы привязаны, продолжится вечно.
Ничто не вечно под луной. Ни радость, ни печаль. Ни привя-
занность, ни лишение свободы. Мы в состоянии это понять. Мы
должны это пройти на своем опыте. Пройти в полном сознании:
рассмотреть объекты, к которым мы привязаны, поддерживать
с ними иные отношения: не отказ, но подвижность, переменчивость.
Преходящее не всегда смехотворно, и было бы глупо стремиться
не привязываться ни к чему. Речь идет о том, чтобы наблюдать,
как можно пройти через все, принимать все, но не привязываться
со всей силой, продолжать жить и наслаждаться жизнью.

164 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 15
Одним из источников наших глубоких моральных страданий
является отсутствие осознания: мы не осознаем, что искажа-
ем действительность, а затем всеми силами привязываемся
к этой искаженной действительности. Психотерапевты го-
ворят о «нарушении соответствия» и «психическом пере-
жевывании». Они знают, что, с одной стороны, надо быстро
обрести осознание того, что рассудок попал в ловушку; с дру-
гой стороны — ​освободиться из этой ловушки.
Иногда мы прекрасно понимаем, что причиняем боль сами
себе, но не можем освободиться от одних и тех же навязчи-
вых рассуждений. Посыл полного сознания прост: если это
слишком сложно, я отказываюсь отгонять печальные мысли
усилием воли, я открою поле своего сознания прочим вещам,
происходящим в настоящий момент. Я не оставлю все ум-
ственное пространство навязчивым идеям и рассуждениям,
а растворю их во множестве других объектов сознания: мое
сознание расширяется до бесконечности.

Отпустить
Нас поражает не нагота ее тела. Не странная деталь — ​бе-
лоe покрывалo, раскинутое на каменистой земле, покрытой
первой весенней травой. Не изящно, неловко и трогательно,
сложенные ноги девушки, нет, нас изумляет ее взгляд, ее
бесстрастное и словно торжествующее лицо, его спокойная
уверенность. Пронзительный взгляд заставляет нас отвести
глаза и посмотреть на левую руку, в которой она держит
оливковую ветвь — ​как награду, как доказательство, как ар-
гумент. Оливковая ветвь всегда говорит о мире и надежде.
Позади девушки горные развалины. При ближайшем рассмо-
трении оказывается, что это не скалы, а руины зданий. А то,
что кажется деревцами на холме, — ​кресты над могилами
бедняков.
Пюви де Шаванн написал эту картину через год после оконча-
ния франко-прусской войны 1870 года и унизительного пора-
жения своей страны, ускорившего падение Второй империи.
Он назвал ее «Надежда», что вызвало неудержимый поток кри-
тики. Чего же хотели эти критики? Чтобы вместо оливковой
ветви девушка потрясала оружием, призывая снова ввязаться
в войну, или лопатой, взывая к восстановлению мирной жизни?
Безразличная к любой идее реванша и вообще какого-либо
действия, девушка лишь наготой своего тонкого тела призы-
вает нас не спешить и осознать. Она осознает сама и передает
нам осознание случившейся катастрофы и грядущих времен.
И тогда мы замечаем, что рядом с ее правой рукой, нежно
опирающейся на белое покрывало, к небу тянется росток дуба.

Надежда, 1870–1871
Пьер Пюви де Шаванн (1824–1898)
Холст, масло, 0,705 x 0,82 м, Музей Орсе, Париж

166 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Где ж моя печаль? Нет больше печали.
Только слабый отзвук на восходе солнца».
Поль Фор. Песня на заре
Не бороться с   трудностями
Когда у нас трудности, мы стремимся их преодолеть. Мы
стараемся их отодвинуть, изменить, убежать от них. Од-
нако есть трудности, по отношению к которым эти усилия
тщетны: если проблема в нас самих (наши мысли и эмо-
ции), или их породила неодолимая сила (превратности
судьбы), или они еще не проявились (но мы их предвос-
хищаем). Иной раз надо просто перестать суетиться и бо-
роться. Как бы тяжело нам ни было, отказаться от своих
привычек и допустить, что эти автоматические действия
лишь усложняют некоторые ситуации и делают их более
запутанными и болезненными.
Вы входите в реку, с ее песчаного дна ваши ноги под-
нимают небольшие облачка песка. Вы хотите, чтобы
вода оставалась незамутненной. Но вы знаете, что же-
лать этого бесполезно, что нельзя прибить песок ко дну
ни руками, ни ногами. А чем больше вы будете стараться,
тем мутнее станет вода. Единственное решение — о​ ста-
новиться и позволить облачкам песка вернуться на дно.
А  воде вернется прозрачность… Облачка песка  — ​э то
горестный жизненный опыт. Полное сознание говорит
нам: чтобы видеть в воде, сделайте перерыв, перестаньте
все держать под контролем, лишь смотрите и терпеливо
ждите, когда песок осядет на дно…
Философ Симона Вейль писала в связи с этим: «Поста-
раться исправлять ошибки вниманием, а не волей. […]

168 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Внутренняя концентрация единственно разумна, по-
скольку избавляет нас от  напряжения мышц, в  этом
деле совершенно бесполезного. Что может быть глупее
сжатых кулаков по  отношению к  добродетели, поэзии
или трудностям повседневной жизни?»
Но если решение не в действии, а во внимании, на что
его направить, когда мы застряли, увязли в песке посреди
реки? Ни вперед ни назад, что же делать?

О становиться и   дышать
Перед лицом страданий и неприятностей начинать с ды-
хания. Вообще-то мы предпочитаем рассуждать или му-
читься; это кажется нам более достойным, действенным,
эффективным. Спустя какое-то время становится ясно,
насколько бесполезной была суета наших мыслей. Но уже
ничего не поделать! Мы стараемся забыть неприятное
происшествие, думать о чем-то другом в ожидании сле-
дующих невзгод, и ветер вернется на круги своя.
Однако полное сознание предлагает нам дышать, работать
над своим страданием. Не пытаться избавиться от него,
не  стремиться его разрешить, не  стараться усилием
воли вернуть себе бодрость духа  — ​т олько оставаться
со  своим дыханием, как со  старым другом,  — ​о н пока
не знает, что нам посоветовать, но друг с нами, рядом.
И его присутствие, его чудесное присутствие, возможно,
гораздо важнее, чем сама проблема…
Дыхание в полном сознании постепенно смягчит боль.
Пережевывание одного и того же укрепляет наши не-
гативные мысли и неприятные переживания, а полное
сознание их размягчает, как пламя свечи размягчает
воск. Откроем наш неприятный опыт свету и  теплу
полного сознания. Даже если мы бессильны тягаться
с судьбой, даже если знаем, что дыхание не решит про-
блему. Зачем пытаться начать с изменения внешних об-
стоятельств? А что, если мы начнем с изменения нашей
реакции на них?

У крыться в   настоящем моменте


Когда мы останавливаемся, чтобы дышать, даже если
вокруг нас все безотрадно, мы можем почувствовать себя
как в укрытии. Словно корабль, успевший зайти в порт
или бухту во  время бури: кругом бушует море, но  он
в  убежище, хоть и  временном. Сознательно дыша, мы
понимаем, что живы, и это главное, остальное немного
подождет.
Зайти в гавань в настоящем моменте не означает найти
решение. Проблемы остаются, но мы нашли безопасное
место, из которого можно их рассматривать, и мы не обя-
заны бороться в страхе потерпеть крушение и утонуть.
Дышать при наступлении неприятностей  — ​з начит
поместить свой рассудок в укрытие. Не для того, чтобы
убежать от действительности, не для того, чтобы действо-

170 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


вать, но чтобы выбрать более ясную точку зрения, найти
место покоя, дать шанс нашему уму. Что бы я ни делал,
что бы ни думал, проблема здесь, она никуда не делась.
Но  я  жив, я  присутствую. И  лучшее, что я  смогу сде-
лать, это продолжать существовать. Дышать… Скоро
что-нибудь изменится; я  только должен признать, что
не знаю, когда и как.

Зачем пытаться начать с изменения внешних


обстоятельств? А что, если мы начнем
с изменения нашей реакции на них?
Урок 16
Что значит «отпустить сознание»? Мы бежим от действи-
тельности в развлечения («давай-ка, перезагрузи мозг») или
в самоуверенность («расслабься, все будет хорошо»). Это мы
умеем, это работает, но далеко не всегда. Нет, отпустить созна-
ние — с​ овсем другое и очень полезное: остаться в настоящем
моменте, присутствовать, находиться в особом состоянии ума.
Оставаться в ситуации, но не контролировать ее и не искать
решение. Именно оставаться в ней. Доверять тому, что про-
изойдет. Без наивности, но с любопытством, оставаясь вни-
мательным. Как пловец, который перестает плыть и отдает
себя на волю течения. Это не пассивность, а присутствие.

Присутствовать в мире3
Не происходит ничего особенного. Крестьянин пашет, рыболов
ждет поклевки, а пастух почему-то устремил взгляд в небо.
Корабли идут своим курсом. Вдалеке залив, острова и пор-
ты. Все на своих местах. Кроме… За кем наблюдает пастух?

Падение Икара, около 1590–1595


Питер Брейгель Старший (ок. 1525–1569)
Копия3, выполненная неизвестным художником из его окружения
дерево, масло, 0,63 x 0,80 м, Музей ван Бюрен, Брюссель

Оригинал картины кисти Брейгеля Старшего находится в Королев-


3

ском музее изящных искусств в Брюсселе. — Прим. перев.

172 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Развивай ум, чтобы он стал широким,
как космос,
в котором приятный и неприятный опыт
может возникать
и исчезать без конфликтов,
борьбы и страданий.
Живи в широком, как небо, уме».
Будда. Мадджхима-никая
Над ним в небе — ​невидимый нам крылатый человек. Это
Дедал — ​он один над землей. Он смотрит вниз, словно ищет
кого-то или что-то.
Дедал летит, он осторожен, не взмывает высоко и не прибли-
жается к солнцу. Он заметил, что его сына Икара нет рядом.
Он ищет его в небе. Кажущаяся заурядность момента перед
катастрофой. Мы ищем вместе с ним: в воздухе никого, лишь
слепящий свет жаркого солнца. Может быть, ниже? Да, смо-
трите: нога бедного Икара еще видна среди волн.
Икар, покалеченный при падении, погибнет, утонет. Для
него все кончено. Но для других людей жизнь продолжается.
Жизнь идет своим чередом, именно это хочет нам сказать
Брейгель: все как раньше. Никого не интересует смерть Ика-
ра — ​ни крестьянина, ни пастуха, ни рыбака, хотя Икар со-
всем рядом. И даже если они узнают об этой смерти, какое им
дело? Мертвые, бедные мертвые, люди каждый день умирают
повсюду. А Земля продолжает вращаться.
Возмущение? Нет. Рядовое событие, круги на воде. А что
Земля продолжает вращаться, так это счастье. Если бы каждая
смерть рушила мир?..

Не терять мир
Боль занимает все пространство. Она затопляет сознание или
мы сами из-за нее съеживаемся, сворачиваемся клубком. Осо-
бенно когда теряем близких. Боль связана с тем, что мы потеря-
ли. Не страдать — т​ ерять еще больше. В этом подчинении боли

174 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


мы ищем избавления от нее, а также привязываемся к тому
хорошему, что еще осталось в нашей жизни. Но, реагируя по-
добным образом, уходя в себя, свое горе и воспоминания, мы
подвергаем себя опасности: словно хотим уйти из этого мира.
Философ Симона Вейль говорит о «степени боли, при которой
мы теряем мир». Как же по прошествии времени вернуться
к себе? Как искренне принять страдание, оставаясь в контакте
с окружающим миром, ведь иной раз мы не можем или не хо-
тим избавиться от страдания?
Чтобы большое горе не выхватило нас из жизни, мы должны
работать над собой, когда случаются мелкие неприятности.
Оставаться в мире во время повседневных неудач и ударов
судьбы. Работать над небольшими огорчениями, чтобы в боль-
шей или меньшей степени подготовиться к серьезным.

Прежде всего — р
​ асширить свое сознание
Сделать так, чтобы не только страдание наполняло сознание;
чтобы внимание не было сосредоточено исключительно на нем,
чтобы другие объекты тоже присутствовали в сознании. Оста-
вить место дыханию, телесным ощущениям. Приветствовать
все иные мысли и чувства, иные проявления жизни, продол-
жающейся рядом с нами.
А затем — н
​ аблюдать за своими мыслями, сосредоточенными
(а как иначе?) на боли. Сесть, закрыть глаза, дышать и нето-
ропливо размышлять, куда влечет нас эта беда: к уходу в себя,
к самоизоляции? Продолжать дышать, продолжать ощущать,
продолжать существовать. Дышать, чтобы жизнь продолжалась,
невзирая на печали и страдания.
Пройдет ли грусть сама собой? Да,  вероятно. Возможно,
столь же скоро, как в медитации. Но страдание, пережитое
в полном сознании, не вернется с удвоенной силой в последую-
щем страдании. Оно будет лишь неприятным воспоминанием,
а не бомбой замедленного действия.

Утешение
Одиночество в страдании реально и абсолютно: никто не мо-
жет страдать вместо нас, никто не может взять на себя даже
частицу нашей боли. Значит, помочь нам невозможно? Зна-
чит, нет утешения? Скорее мы сами не можем или не хотим
слушать утешения.
Вообще-то мы глухи к утешениям, поскольку заранее убеждены
в их бесполезности. И это действительно так, если единствен-
ное наше желание — «
​ вернуться в прошлое», чтобы причина
страдания исчезла, чтобы не было аварии, чтобы погибшие
были живы. Если мы хотим лишь «исправить реальность»,
утешение бесполезно. Но если мы сумеем понять, что ника-
кое исправление невозможно, что со страданием мы ничего
не решим, тогда утешение, если мы его способны выслушать,
принесет нам понимание: рядом с нашим страданием продол-
жается жизнь, терпеливо ожидающая нашего возвращения.
Сделав над собой это усилие, мы увидим, что за утешением
стоит сострадание. Утешение — н
​ е волшебная палочка, а спа-

176 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


сательный круг, поддержка, призыв жить, невзирая ни на что.
Оно расширяет наше сознание, потому что нас окружают лю-
бовь и привязанность. Оно скромно сообщает нам, что наши
близкие могут дать нам лишь бессильное присутствие. Они
бессильны исправить, но присутствуют, чтобы напомнить
нам: надо оставаться живым и человечным, не превращаться
в раненое животное, не разрушать себя, не ожесточаться,
не уходить из мира. Оставаться живым…

Продолжать ли страдать?
А Дедал, откажется ли он навсегда от неба или, летая, станет
вспоминать о сыне? Будет ли он по-прежнему восхищаться
солнцем и облаками, красотой земли и моря, нежным рисун-
ком морской пены у берега? Или он выберет скорбь и будет
оплакивать судьбу своего сына всю оставшуюся жизнь?
Лети, Дедал, лети и заставь лететь воспоминание об Икаре…
Продолжай жить и летать — ч​ то еще ты можешь сделать? Когда
ты летишь, не старайся подавить тоску и сдержать рыдания.
Просто открой свой дух огромному небу. Прими в себя эту
красоту, скользящую под твоими крыльями. Всеми силами
присутствуй перед картиной поднебесного мира. Не бойся,
что печаль проснется в тебе, когда ты летаешь. Пусть твоими
глазами смотрит на мир твой сын. Почувствуй то, что почув-
ствовал бы он. Дыши, улыбайся за него, люби этот мир за него.
Жизнь продолжается. Эта жизнь, так ранившая тебя, — т​ вой
якорь спасения. Все здесь. Икар здесь, он летит рядом с тобой.
Урок 17
Когда мы сильно страдаем, когда мы несчастны, мы отрезаем
себя от мира. Нам в нем все неинтересно, он кажется без-
различным, почти враждебным. Тем не менее мир способен
нам по-своему помочь, спасти нас. Чем больше мы страдаем,
тем сильнее должны верить в необходимость сохранить нашу
связь с окружающим миром. Страдание всегда отягощает
и продлевает разрыв или отдаление от жизни, уход в себя.
Как медитировать, когда я чувствую себя несчастным? Как
оставаться восприимчивым к красоте мира? Даже если это
не облегчает моих страданий, даже если это не помогает не-
медленно. В какой-то момент все изменится, и я буду спасен.

Идти вперед, невзирая ни на что


Мимолетному взгляду кажется, что картина описывает при-
ятную сцену в сельской местности: расположившись прямо
на траве, девушка спокойно смотрит на строения на холме.
Но если приглядеться, можно почувствовать — ​здесь что-то
не так: трава пожухла, как в выжженной солнцем степи, дом
слишком далеко, он слишком темен. И потом, что-то странное
исходит от этой девушки… И тогда, присмотревшись, мы обнару-
живаем источник этого ощущения: ее поза не совсем нормальна.

Мир Кристины, 1948


Эндрю Уайет (1917–2009)
Доска, темпера, 0,819 x 1,213 м,
Музей современного искусства, Нью-Йорк

178 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Не стремиться страдать меньше или
не страдать вообще,
Но стараться, чтобы страдание не изменило
нас к худшему».
Симона Вейль. Тяжесть и благодать
Не такая, как у человека, который просто сидит и небрежно
смотрит на пейзаж. Скорее, этот человек ползет. И потом — ​
слишком уж худые руки, этот непомерно большой локоть,
пятна на коже… И левая рука, вздувшаяся и деформированная,
опирается на траву… Что происходит?
Что нам показывают? Вот история этой картины: молодая жен-
щина больна, парализована. Она не мечтательно рассматривает
пейзаж, а возвращается к себе домой, ползет, потому что отказа-
лась от костылей и инвалидного кресла. И это вовсе не девушка,
а женщина пятидесяти четырех лет. Художник Уайет хорошо
ее знал — ​это Кристина Олсон, жившая с ним по соседству
в деревне Кашинг, в штате Мэн.
Теперь понятно, почему мы испытываем дискомфорт. Карти-
на изображает тайную подавленность, скрытое одиночество
и печаль. Она также говорит нам об убежище на горизонте,
до которого мы изо всех сил стремимся добраться. И наконец,
она ставит вопрос выбора, перед которым мы нередко оказы-
ваемся в нашей жизни: отказаться или идти вперед? Ползти,
даже когда тебе больно.

Скрытые раны
Есть физические раны, видимые. Есть раны душевные, резуль-
тат пережитых трагедий, невидимые, но вписанные в плоть
и дух. Иногда осознаваемые, порой дремлющие, эти раны
раздваивают нашу природу: внешне мы нормальны, но внутри
нас — ​тайное безумие.

180 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Долгое время мы воображали, будто этих ран не существует.
Потом мы надеялись, что они исчезнут: с усилием, с любо-
вью, со временем… А сейчас, несмотря на прошедшие годы
и тщетные усилия, нам приходится признать: раны все еще
здесь, надолго. И может быть, навсегда.
Тогда мы стремимся о них забыть, перестать о них думать,
жить, как будто их нет. Это обычно срабатывает. Потом время
от времени под воздействием потрясений или грусти все про-
сыпается, раны саднят, из потайного шкафа выходят призраки.

Старые демоны просыпаются


Если мы пережили депрессию, или тревогу, или иную душев-
ную боль, раны на время перестают болеть. Мы в ремиссии,
наступает некоторое затишье. Потому что прошло время, по-
тому что мы сами изменились. Потому что стало полегче жить.
Но может быть и иначе. Жизнь повернулась к нам спиной, старые
раны раскрываются, кажется, мы сейчас рухнем без сил у всех
на глазах. В такие моменты нас захватывают мысли о том, что
у нас то или другое не получается, что в нас то или другое плохо.
И эти мгновения очень важны, ведь мы еще способны действовать
и бороться куда больше, чем можем себе представить.
Именно поэтому практику полного сознания вводят в психоте-
рапию: для «предотвращения рецидива». Традиционной тера-
пии, например психоанализа с его глубокими размышлениями
об источнике страданий, бывает недостаточно. Современные
виды терапии, например когнитивная или поведенческая,
справляются с этими проблемами успешнее, но тоже далеки
от совершенства. Поэтому к ним прибавляется работа над пол-
ным сознанием. На сегодняшний день можно утверждать, что
этот опыт оказался удачным: у тех, кто практикует вхождение
в полное сознание, рецидивы возникают гораздо реже, они
проходят в более мягкой форме.
Если мы осознаем, что под воздействием ежедневной суеты
мысли о былом несчастье могут возвращаться, это станет пер-
вым шагом к тому, чтобы не подчиняться им, не позволять
завладеть нами полностью. Чтобы сделать правильный выбор,
надо либо прислушаться к нашим мрачным мыслям о пере-
житом, либо оставить их в стороне. Выбор заключается в том,
чтобы продвигаться вперед и делать усилия, даже если что-то
нам нашептывает: «Это бесполезно, выше наших сил, лучше
остановиться и прекратить борьбу». Особенно важно в таких
случаях не поддаваться негативному настроению.
Полное сознание помогает нам не подчиняться идущим из глу-
бины нашей души страшным приказам. Практикуя полное
сознание в моменты, когда нам плохо, мы перемещаем в него
наши тревоги и тоску. Практикуя вхождение в полное сознание
в моменты, когда у нас все хорошо, мы безбоязненно встречаем
легкое волнение и учимся противостоять серьезным бурям…

Шаг за шагом, минута за минутой


И важно не опускать руки. У полного сознания есть со-
юзники: например, деятельность. Будем поступать как

182 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


в тяжелом походе, когда нами овладевает желание оста-
новиться, но останавливаться нельзя. И мы решительно
идем вперед, шаг за шагом, метр за метром. Можно идти
и действовать, даже если нет уверенности в пользе этого
действия, но не подчиняться приказам беспомощно сло-
жить руки.
Надо почувствовать, как автоматизм, идущий из прошлого,
стремится перехватить инициативу. И, невзирая ни на что,
идти вперед. Очень важно не отрезать себя от мира. Под-
нять голову, впитать в себя все, что нас окружает. Наблю-
дать нашествие упаднических мыслей, но не замыкаться
с ними внутри себя: широко открыть окна и двери своего
сознания окружающему миру.

Продвигаться вперед, к далекому убежищу


Скоро Кристина доберется домой. Она сядет на пороге и бу-
дет смотреть на заход солнца, как делает это каждый вечер.
Она почувствует себя счастливой вопреки всему. Счастливой,
вопреки болезни, усталости, саднящим рукам и невырази-
мой тоске, которой почти постоянно наполнена ее жизнь.
Художник спросит ее, может ли он написать ее сидящей
на пороге дома, против света, и она ответит «да». Она по-
смотрит на солнце еще раз, почувствует, как постепенно
успокаивается ее дыхание. Она вздохнет, а потом улыбнется.
Это миг совершенства.
Урок 18
Иногда нам так больно, что мы вынуждены укрыться в ка-
ком-нибудь действии, стать существом, предпринимающим
без размышления неустанные усилия, чтобы выжить. Ведь
мы знаем: думы под влиянием невзгод — ч​ астая причина еще
больших невзгод и ослепления. И тогда надо не только действо-
вать, но и знать в общих чертах, что необходимо и хорошо для
нас сейчас, то есть прежде всего — н
​ емного подумать! А потом
действовать с полным смирением. Ведь мы знаем — т​ олько это
поможет нам выжить. Нужно гулять, работать в саду, наводить
порядок в доме, мастерить, трудиться. Действовать не для того,
чтобы ускользнуть от несчастья или расслабиться, а потому что
ничегонеделание ведет к полному краху. Не так важно, чем мы
заняты в моменты, когда нас может спасти только действие.

Поддаться тайне
В северном дортуаре монастыря святого Марка во Флоренции
есть странная, но великолепная фреска, покрывающая стену
кельи номер 7. Одно из удивительнейших и одновременно
возмущающих душевный покой произведений искусства,
которые мне довелось видеть.

Осмеяние Христа с Девой Марией


и Святым Домиником, 1438
Фра Анжелико (ок. 1400–1455)
Фреска, 1,87 x 1,51 м, Музей Сан-Марко, Флоренция

184 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Истина — э​ то земля без тропинок».
Тициано Терцани. Великое путешествие по жизни
В фантастической, ирреальной атмосфере, в сверхъестествен-
ном покое Христос — е​ го глаза скрыты повязкой — п
​ одверга-
ется истязаниям, которые совершают фрагменты реальности,
вырванные из естественного хода вещей, — п
​ алочные удары,
плевки, пощечины, как бы парящие в воздухе. Иисус — с​ идя-
щий во славе на престоле, с тростниковым скипетром и держа-
вой Царя мира, — п
​ одвергается оскорблениям. Как он может
быть одновременно униженным и торжествующим?
Мария, его мать, а также святой Доминик — ​у его ног. Ма-
рия погружена в глубочайшую печаль. Доминик читает. Они
как будто и не здесь, но они в то же время и небезразличны
к Иисусу: Мария печальна из-за него, святой Доминик читает
евангельское жизнеописание Христа.
То есть они небезразличны к Христу, но не воспринимают,
по-видимому, его страдания. Они не покинули Христа, они
остаются с ним: Мария — ​в мыслях, Доминик — ​в чтении.
Но не пытаются ни помочь, ни сострадать ему. Почему?
В светлом пространстве фрески не так много вещей, за кото-
рые могла бы зацепиться логика: все в ней кажется непонят-
ным. Мы можем лишь признаться, что ничего не понимаем.
Но не так ли происходит иной раз в нашей жизни? Даже если
мы хотим уверить себя в обратном…

Оскорбленные, ослепленные и человечные


Как и Христос на фреске, мы можем быть унижены и охвачены
негодованием, не в силах противостоять жестокости мира.

186 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Опыт отчаяния ослепляет: он сужает поле зрения и горизонт
до единого потока неприятностей, который обрушивается
на нас. Этот опыт также лишает нас человечности: мы стано-
вимся похожи на раненое животное, от боли лишившееся ума.
И потом никакая связь с миром невозможна: большие страда-
ния отделяют нас от других людей, сковывают и лишают воли.
Страдания ведут нас к погружению в себя и к внешним дра-
мам, к разбитой как внутри, так и снаружи жизни. Однако
важно изо всех сил стараться сохранить в себе человеческие
чувства. Привязаться к тому, что есть в нас человеческого,
к тому, что вызывает эту человечность: к природе, к красоте
мира. Снова и снова открывать ум другим вещам, а не только
страданиям. Не для того чтобы скрыть от себя беду, забыть
о ней, а чтобы она не царила абсолютно в нашем сознании,
не завладела нашей жизнью.
Об этом говорится в отрывке из книги австрийского психи-
атра Виктора Франкла, бывшего узника концлагеря Дахау:
«Случалось, что вечером, когда мы лежали на земляном полу
барака, держа в руках миски с баландой и умирая от усталости
после непосильной работы, вбегал кто-то из наших товари-
щей, умоляя нас выйти, несмотря на стужу, на плац посреди
лагеря, чтобы полюбоваться великолепным закатом…»
Это не бегство, не психологический защитный механизм,
позволяющий скрыться от ужасов жизни. Это просто акт
сознания и высочайшей разумности: когда вокруг смерть,
эти люди обращаются духом к прекрасному в окружающем
их чудовищном мире. Люди погружены в бессилие, они
вырваны из жизни, но продолжают держаться за нее ценой
чудовищного напряжения сил и остаются людьми.

«Три отрицательные способности»


В знаменитом письме своим братьям от 22 декабря 1817 года
английский поэт Джон Китс призывает их культивировать то,
что он называет отрицательными способностями. Он считает
их признаком зрелости и душевной цельности: «Многие
вещи сложились у меня в голове в единое целое, и в какой-то
момент я был поражен одним качеством, формирующим со-
вершенного человека (в частности, в литературе, Шекспир
обладал этим качеством в огромной степени), — ​я говорю
об отрицательной способности, когда человек способен пре-
бывать в неизвестности, в тайне, в сомнениях, не разыскивая
суетливо их причину и основание».
Неизвестность, тайна и сомнение… Как развить в себе спо-
собность терять контроль и ориентиры без немедленного
желания снова привязаться к конкретному и рациональному?
Мириться с неизвестностью? Но неизвестность — и
​ сточник
страха: любая форма тревоги может привести к враждебному
отношению к неизвестности; вот почему будущее и смерть — ​
две самые значительные вещи, о которых у нас нет никаких
сведений, — ​терзают и мучают нас.
В жизни мы стараемся оградить себя от того, в чем не увере-
ны: подстраховываемся и принимаем меры предосторожности,

188 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


многократно перепроверяем свои действия, при этом рискуем
выдохнуться, защищая и ограждая свою жизнь. Мы стремимся
заполнить наш разум уверенностью. Но, по правде говоря,
без особого успеха: ведь в глубине души мы понимаем, что
все эти усилия напрасны; что наши заклинания и мольбы — ​
лишь жалкое сотрясение воздуха, поскольку истина такова:
в нашей жизни существуют неразрешимые проблемы и мы
должны их принимать. Во-первых, принимать, а во‑вторых,
не раздражаться из-за них. Продолжать жить и идти вперед
вместе с этими нерешаемыми проблемами.
Мириться с сомнением? Мириться с тем, чего не можем знать,
с тем, о чем вечно размышляем и все не придумаем, как по-
ступить? Отказаться привязываться к суждениям и действиям,
к готовым клише, пусть неэффективным, но зато внушающим
уверенность в себе? Отказаться от выбора, отказаться от мыс-
ли, что наш выбор уж точно будет самым лучшим? Часто у нас
нет иного выхода, как сказать: «Я не знаю, я не способен это
узнать, я могу лишь сомневаться». Но сомнение не должно
мешать нам выбирать и действовать в случае необходимости.
И жить дальше, с новыми сомнениями, но не в том, что де-
лать? а в том, хорошо ли я сделал?
Мириться с тайной? Мириться с превышающим наше понима-
ние? Это кажется нам проще, потому что мы чувствуем — э​ то
тайна. Полное осознание недоступно нашему разумению. И мы
принимаем это с относительной легкостью. Но тайна полного
осознания — ​это не хаос: за ней кроются логика, решение,
смысл. И мы задаемся вопросами. До бесконечности. В тайне
болезни, страдания, несправедливости часто присутствует
вопрос: почему? Но ответа нет. И так лучше. Потому что, если
приходит ответ, он становится опасным, ложной уверенно-
стью, обретенной в пучине несчастья: «Я проклят, я неизле-
чим, выхода нет». Чем такой ответ, уж лучше никакого. А еще
лучше при возникновении неприятностей, когда мы в лихо-
радке страдания, научиться вообще не задаваться вопросами.
Самое лучшее, что может быть, — п
​ росто дышать, открывая
рассудок.

Настоящий момент и хаос


Что мы можем сделать, когда нас постигает несчастье? Нам
остается лишь укрыться в настоящем моменте. Трениро-
ваться, чтобы воспитать в себе ощущение, что мы не все
знаем, не все можем, не все понимаем. Видеть, насколько
это ощущение некомфортно. Ведь несчастье охватывает нас
волнами тоски и беспорядочных побуждений: «Встряхнись,
сделай что-нибудь, не оставайся таким». Культивировать
и развивать свою терпимость к отрицательному опыту. Как
будто мы внимаем совету друга: надо уметь в определенные
моменты выслушать его, не зацикливаясь на потребности
обязательно разрешить проблему или искать для нее ре-
шение.
Речь о том, чтобы освободиться от давления навязанного
решения, которое может причинить нам боль. Сделаем то же

190 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


самое, когда мы обращаемся к собственным заботам: спокойно
рассмотрим, в каком состоянии находимся мы сами, здесь
и сейчас, прежде чем сетовать на невозможность взять все
под контроль; это придет позже…
Важно также видеть, что в состоянии полного сознания от-
каз от понимания ситуации и управления ею — ​своего рода
освобождение и выбор, а не поражение и обязанность. Надо
по-настоящему отказаться контролировать ситуацию, без
сожалений и вздохов. Отказаться душой и телом, безропотно
покориться решимости ничего не предпринимать и не меч-
тать о контроле. И почувствовать, насколько такой отказ
умиротворяет и успокаивает.
Однако можно предположить, что мы не должны всегда с са-
мого начала выбирать такую линию поведения. В каких-то
случаях прежде следует поискать решение. Но если оно
не находится, или, несмотря на найденное нами решение,
все возвращается на круги своя, выход где-то в другом месте.
Наши умственные способности и рассудок — э​ то свет, помога-
ющий прояснить и понять наши проблемы, помочь найти путь
к их решению. Но иногда этого света бывает недостаточно,
и мы, находясь в его круге, можем не заметить другие пути.
Когда сияет солнце, у нас создается впечатление, что мы
способны видеть все вокруг нас. Но вот солнце зашло
и наступила ночь, и мы вдруг понимаем, глядя на мириады
звезд, что есть и другое, огромное, то, что было «скрыто»
солнечным светом.
Урок 19
Состояние слабости и бессилия не нравится никому. Но не всегда
у нас есть выбор. Можно ли подготовить себя к этому? Наверное…
Регулярно выполняя упражнения по погружению в полное созна-
ние, мы столь же регулярно сталкиваемся с мыслями, эмоциями,
ощущениями, которые причиняют нам боль. Но если мы решили
остаться в состоянии полного сознания, несмотря ни на что, остать-
ся в упражнении, несмотря на дискомфорт и душевное смятение,
мы приобретем ценную способность — м
​ ириться с ощущением,
что мы не всесильны и не можем все контролировать.
Научиться оставаться в состоянии полного сознания, несмотря
на страдание, — ​это не мазохизм, это не любовь к самому стра-
данию, это — ​принятие факта, что такова иногда жизнь. Быть
в состоянии полного сознания — ​значит хоть немного, но под-
готовить себя к испытаниям.

Видеть наступление счастья


Приближаясь к лагуне, мы видим чудо — ​надежду, кото-
рая постепенно материализуется. Медленно выступающий
из тумана город — В
​ енеция. Скоро мы окажемся там, ступим
на ее хрупкую землю, откроем ее для себя, пройдем ее всю,
волшебную в своей увядающей красоте.

Приближение к Венеции, 1844


Джозеф Мэллорд Уильям Тернер (1775–1851)
Холст, масло, 0,62 x 0,94 м, Национальная галерея
искусств, Вашингтон, Собрание Эндрю Меллона

192 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Каждую секунду мы попадаем в рай или
покидаем его».
Кристиан Бобен
Солнце, дарящее последний поток света и тепла, кажется та-
ким приветливым. Небо лагуны покрыто сказочной позолотой.
В левом углу картины на горизонте уже нарождается луна,
несущая свежесть и синеву скорой ночи. Солнце и его свет
исчезнут, когда мы подплывем к берегу, и мы в волнении,
мурашки пробегают по спине. Мы были так счастливы в этот
день, счастливы и сейчас, наблюдая эти великолепные су-
мерки. Что произойдет, когда скроется солнце?

Счастье как акт сознания


Все начинается с хорошего самочувствия. Быть сытым,
спокойным, в тепле, безопасности — ​уже замечательно.
Ощущать себя в  таком состоянии  — ​ч удесно. Это бла-
женное состояние доступно всем животным, всем живым
существам, в том числе человеку. Можно в нем оставаться,
но это не будет подлинным счастьем, ибо то, что мы назы-
ваем счастьем, простирается далеко за пределы подобного
блаженного состояния.
Если мы осознаем такие моменты блаженства, если гово-
рим себе: «Я жив, и это удача, это чудо, это милость», тогда
происходит что-то другое. Тогда блаженство переходит
в счастье. Если буду внимательно, осознанно наслаждаться
тем хорошим, что со мной происходит, если стану ощущать
себя присутствующим, то блаженство повлияет на меня
гораздо сильнее. Оно пройдет низшую стадию удовлетво-
рения моих базовых потребностей, ожиданий и перейдет

194 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


в счастье, реализацию метафизических устремлений, таких
как смысл, принадлежность, любовь, мир, вечность…
Нет сознания, нет и счастья. Или только «ретроспективное»
счастье, как в строках знаменитого писателя и поэта Раймо-
на Радиге: «Счастье, я узнаю тебя лишь по шуму, который
сопровождает твой уход». Без осознания настоящего мы
сожалеем о прошлом счастье, которое не сумели прожить.
Так происходит с нами, когда жизнь кладет нас на лопатки,
когда у нас столько дел, что не находится времени даже
взглянуть на все предложения счастья, встречающиеся
нам на пути. То же происходит с нами, когда мы грустим
и тревожимся: мы не живем настоящим моментом, и наш
рассудок беспокоится о будущих неприятностях или сожа-
леет о прошлом. А о счастье нам остается только мечтать
или плакать, но не жить им.
Полное сознание поможет нам откликаться на разнообраз-
ные предложения счастья, которые мы получаем каждый
день. Занятые своими планами, мыслями, заботами, мы
не увидим и не почувствуем ничего. Если же мы открыва-
ем сознание всему, что нас окружает, ничего специально
не выискивая, мы увидим наше счастье, желаем мы того
или нет. И мы будем счастливы даже малым. Эти искорки
счастья нашей повседневной жизни — л​ егкие, столь быстро
гаснущие и несовершенные. Но их так много, они живые,
вечно меняются, гаснут и загораются вновь. Жизнь, напол-
ненная пылинками счастья. Жизнь, каждый мельчайший
фрагмент которой насыщен счастьем; проще говоря — ​
счастливая жизнь.

Сознание и неуловимое счастье


Мы осознаем, что счастье находится в нас самих, и тут же
возникает страх его потерять. Когда мы счастливы, мы
прекрасно понимаем, что скоро это пройдет; счастье — к​ ак
мигающий свет маяка, оно не может длиться всю жизнь,
оно то появляется, то исчезает. Главное — ​не цепляться
за него, пытаясь удержать, но наслаждаться им, принять
его затмение и быть готовым к его возвращению, даже
мимолетному.
Пессимисты плохо переносят счастье и порой даже пред-
почитают не отдаваться счастью и всему хорошему, что
есть в их жизни, они знают, что так не может продолжаться
долго. И они по-своему правы: счастье недолговечно. И что
из того? Именно потому, что счастье скоро уйдет от нас,
надо им наслаждаться, разве не так? Нам предоставлен
выбор: между быть счастливым, а потом не быть им, и тем,
чтобы никогда не позволять себе быть счастливым. Между
дуновением счастья и болезненными потугами защититься
от счастья и, соответственно, от его последующей потери.
Я свой выбор сделал…
Наука утверждает: если мы осознаем, что тот или иной
момент счастья больше не повторится, мы переживаем его
гораздо острее. Ощущение становится сильнее, яснее, на-

196 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


сыщеннее. Но счастье остается. Мимолетное счастье, часть
нашего трагического существования, не отрицающая этого
трагизма, но принимающая его. Счастье — ​трагическая
идея? Конечно!

Счастье в несчастье
Почему счастье должны всегда сопровождать беззаботность
или легкомыслие? Почему бы ему не появиться там, где мы
в нем нуждаемся, на трагической стороне жизни? В полном
сознании мы тренируемся воспринимать и боль, и радость,
переживать и хранить в душе как тревоги, так и мимолетные
мгновения счастья. Как и в настоящей жизни, но не той,
о которой мы мечтали, а в той, что выпала на нашу долю
и подрезает крылья нашим мечтам. Хорошо, что именно
такая жизнь досталась нам — ​она самая интересная.
Даже в счастье медитация не побуждает нас к уходу из мира,
а  снова учит принимать этот мир во  всей его полноте.
А реальность такова, что счастье и несчастье всегда идут
рука об руку. Как тень и свет. Вероятно, поэтому Альбер
Камю написал: «Не счастливым я хочу сейчас быть, а со-
знательным». Мы попробуем соединить эти крайности,
культивировать сознание не для того, чтобы заменить им
счастье, но чтобы осветить его. Чтобы сделать его более
значимым, встроить его в мир. Андре Конт-Спонвиль на-
зывал это мудростью: «Максимум ясности дает максимум
счастья».
Вспоминаю статью о потерявших жену или мужа людях, ко-
торые могли улыбаться, вспоминая своего спутника жизни
(«Какое горе потерять их, но какое счастье было их знать»).
Два года спустя они чувствовали себя гораздо лучше, потому
что не позволили своему счастью сгинуть в пучине горя. Они
смогли понять, что жизнь в полном сознании — э​ то и счастье,
и несчастье одновременно.
Горе не стирает былое счастье, не отнимает его у нас: прежнее
счастье останется с нами навсегда. Мы имеем право плакать
и смеяться одновременно. Это потому, что мы принимаем
мир и решаем любить его изо всех сил.
Пребывая в печали, остановиться и утешиться крупицами
счастья. Пусть малыми, грустными, неполными, несовер-
шенными, отрывочными.
Как сильно мы любим Этти Хиллесум, узницу лагеря Ве-
стерборк — ​предтечи лагерей смерти. Она писала: «Жизнь
и смерть, страдание и радость, мозоли на истертых ногах
и жасмин за домом, травля и бесконечные зверства, эту сим-
фонию горя и счастья я воспринимаю как неделимое целое».
Как сильно мы любим Евгению Гинзбург; она сидела на ска-
мье подсудимых в зале сталинского суда, не понимая, в чем
ее обвиняют. Евгения смотрела в окно в ожидании смерт-
ного приговора или срока в ГУЛАГе: «За окном виднелись
большие темные деревья; я вслушивалась в тайный шепот
свежих листьев. Мне казалось, я слышу его впервые. Этот
шелест листвы растрогал меня до глубины души!»

198 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Предел полного сознания и предел человечности. Навер-
ное, нам его не достигнуть. Но мы можем к нему стре-
миться. Пребывая в  печали, остановиться и  утешиться
крупицами счастья. Пусть малыми, грустными, непол-
ными, несовершенными, отрывочными. Они могут дать
лишь слабое и кратковременное утешение: как только мы
вернемся к жизни и мысли, несчастье, возможно, вновь
наберет силу. Но мы опять двинемся к пределу. И снова,
и снова. Неустанно.
Мы всегда будем думать о своем несчастье, сравнивая его
с тем, что похоже на жизнь, а значит, и на счастье.

Как сильно мы любим Венецию,


погружающуюся уже несколько столетий
в воды, под которыми она рано или
поздно скроется.
Урок 20
Что касается счастья, полное сознание учит нас простой
вещи: поскольку счастье неотделимо от несчастья, посколь-
ку жизнь постоянно сталкивает нас с горем и потерями,
нечего и думать о постоянном и совершенном счастье. Надо
учиться довольствоваться малым: давать место счастью, не-
взирая на сложности и заботы среди них, а не когда пробле-
мы исчезнут и заботы уйдут (важно понять, что день, когда
все проблемы разрешатся, не наступит никогда, особенно
если мы пребываем в тревоге или меланхолии). Оберегать
наши искорки счастья, особенно пред лицом неприятностей.
Именно тогда эти искорки самые трогательные, волшебные,
необходимые.

200 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


ЧАСТЬ 4
ОТКРЫТИЕ
И ПРОБУЖДЕНИЕ:
САМОЕ БОЛЬШОЕ
ПУТЕШЕСТВИЕ
«Сегодня твое тело более настоящее,
чем душа;
завтра твоя душа будет более настоящей,
чем тело».
Гюстав Тибон. Живительная иллюзия
ТРУДИТЬСЯ

Т
о, что предстает нашему взору, не существует или, по край-
ней мере, существует не совсем так. Картина напомина-
ет план внутреннего устройства огромного готического
архитектурного сооружения, у которого убраны стены,
чтобы лучше его показать, а нам, зрителям, раскрыть его
секреты и внутреннюю структуру. Наш взгляд движется через три
области или слоя этой картины. В центре — ​святой Иероним за ра-
бочим столом. Главное здесь — ​не его святость, а эрудиция, о кото-
рой мы догадываемся благодаря окружающим его рукописям, и его
человеческие качества, о которых мы судим по множеству трогатель-
ных деталей: обувь, снятая им прежде, чем взойти на помост, кот,
спящий в сторонке. Вокруг рабочего стола — ​большое здание, в ко-
тором угадывается монастырь. Его строгий устав не позволяет отвле-
каться на мирское, но жизнь проникает и сюда. Посмотрите напра-
во: по темной галерее, окружающей хоры, бродит лев. Рассказывают,
что Иероним спас это раненое животное. Лев потом следовал за ним
повсюду и даже жил здесь, в монастыре.

Святой Иероним в келье, ок.1475


Антонелло да Мессина (ок. 1430 — ​ок. 1479)
Доска, масло, 0,457 x 0,362 м, Национальная галерея, Лондон

202 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Все начинается по необходимости,
но должно заканчиваться по собственной воле».
Морис Зендель. Жизнь, смерть, воскресение
Третий, внешний, слой — ​это окружающий мир. На перед-
нем плане картины, прямо перед зрителем, широкий портик,
на ступенях которого — ​павлин и куропатка. На заднем плане
через большие окна виден сельский пейзаж и город вдалеке,
через другие окна — ​небо и парящие там птицы.
Внутренняя работа и внешний мир: их разделяет лишь рамка.
Мне так и хочется рассказать этой картине, как мне нравится
ее толковать, как верно она отражает мои мысли. Глядя на свя-
того Иеронима, я думаю о вхождении в полное сознание, где
чередуется погруженность в себя и открытость миру. А также
о постоянном захватывающем труде…

Тренировка ума
Откуда взялись странное мнение, что мы хозяева своего ума,
и склонность считать врожденной и самоочевидной, не требующей
развития нашу способность быть внимательными и осознанными?
Как будто мозг, в отличие от мышц, развить невозможно и тре-
нировать не нужно! При этом мы знаем, что физические упраж-
нения укрепляют мышцы, что правильное питание — ​здоровье.
Но мы куда меньше убеждены, а может быть, просто не в курсе,
что тренировка ума, ментальные упражнения представляют не-
малый интерес для нашей психики.
В интеллектуальном плане они помогают нам развить спо-
собности к размышлению и концентрации; в эмоциональном —​
противостоять стрессу, подавленности, раздражению и вечным
превратностям судьбы.

204 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Чем больше мы раздражаемся, тем раздражительнее мы
становимся. Чем больше мы проявляем пессимизма или не-
гативизма, тем сильнее мы подавляем желание действовать
не только ради других, но и для своего блага. Чем больше
мы погружаемся в стресс, тем скорее мы становимся чемпи-
онами по стрессу…
Хотим ли мы развиваться в других направлениях? Для этого
необходимо работать. Мы трудимся, чтобы выучить английский,
научиться кататься на лыжах или играть на музыкальном инстру-
менте. Но не для развития осознанности и концентрации. Кто-то
скажет, к примеру: «Зачем эти ежедневные упражнения? Разве
уроков жизни недостаточно? Разве не хватит моих намерений
и решимости?»

Не надо надеяться, что нам удастся


держать наш рассудок
на поводке и полностью
его контролировать.
Однако можно установить
равновесие сил: уметь
концентрироваться или успокаиваться,
когда нам это необходимо.
Нет, всего этого недостаточно. В нас есть смутное желание
перемен, но мы никогда не используем правильно свой ум, мы
вечно недовольные жертвы со старыми автоматическими трюками,
у нас одни и те же слабые мысли и неконтролируемые эмоции.
Вот почему практика полного сознания вместе с другими фор-
мами тренировки ума представляет особый интерес для каждого.
Но она особенно необходима людям, замечающим, как мало у них
власти над собственным рассудком. Не надо надеяться, что нам
удастся держать наш рассудок на поводке и полностью его кон-
тролировать. Однако можно установить равновесие сил: уметь
концентрироваться или успокаиваться, когда нам необходимо.
И это не кажется мне слишком амбициозной задачей. Но всег-
да ли мы способны к этому?
Ежедневная тренировка ума — к​ ак гимнастика для сознания.
Эта регулярная уборка нашего внутреннего мира вычищает грязь,
которую мы принесли в нашу душу извне, из общества. И как при
обычной уборке, если ее делают своевременно, она незаметна:
мы быстро привыкаем к чистоте. Но если давно не убирали, это
видно сразу! Да и нос тоже чует… Вероятно, главный «риск»
практики полного сознания заключается в том, что тренировка
перерастает в необходимость и, если ее прекратить, постепенно
вернутся эмоциональная и ментальная нестабильность.
Тренировка ума — ​это аскеза, трудно заставить себя зани-
маться регулярно, какими простыми ни будут упражнения. Это
также школа терпения: не надо ждать немедленного эффекта;
это школа смирения: гарантии отсутствуют. Так, после полных

206 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


энтузиазма занятий, после смутных или четких ощущений, что
упражнения укрепили твою психику, ты приходишь к выводу, что
движешься вперед. И это вполне вероятно. Ты уверен, что вышел
на столбовую дорогу и так будет всегда. Как же ты ошибаешься!
Рецидивы прежнего состояния у тех, кто практикует полное
сознание, как правило, неизбежны. Они — ч​ асть обычного пути:
после успеха ты откатишься назад под влиянием раздражения,
тревоги, хандры… Унизительно? Только если ты возгордился
достижениями в медитации. Вдобавок если ты хвастался своими
успехами, расписывал медитацию как панацею, носился повсюду
со своим «новым дзеном»…
Неприятно? Только если ты слишком радовался успехам, даже
втайне, даже в душе. Забавно? Да, если ты предполагал, что когда-то
разочарование придет. Да, если ты спокойно его воспримешь.
В полном сознании. Ты знал, ты был готов, ты принял. Просто
продолжай, снова и снова.

Упражнения и практика
Я утверждаю, что практиковать полное сознание нужно не толь-
ко когда мы в этом нуждаемся, но и когда жизнь идет своим че-
редом, без особых переживаний. Есть три уровня упражнений:
формальная практика, краткосрочная практика и — с​ ама жизнь,
но в полном сознании…
Формальная практика состоит в длительных упражнениях, ко-
торыми надо заниматься регулярно: в начале обучения ежедневно,
затем — ​раз в неделю, и наконец — ​раз в месяц. В некоторых
упражнениях мы изучаем все свое тело, не стремясь изменить
ощущения, а только спокойно и уважительно осознавая их: это,
как говорят медики, сканирование тела. В других упражнениях
мы подключаемся к дыхательным движениям, к звукам и беско-
нечному движению мыслей: это называется полным осознанием
звуков и мыслей. Есть и другие упражнения.
Можно начать заниматься в одиночку или под аудиозапись —​
поближе познакомиться с упражнениями, оценить, насколько они
нам необходимы, и испытать первые затруднения. Но в какой-то
момент нам потребуются советы или ответы на возникающие
у нас вопросы. Мы начинаем понимать, что все же лучше трени-
роваться с инструктором полного сознания. Термин «инструктор»
подчеркивает, что речь идет не о терапии (даже если вхождение
в полное сознание может быть предложено больным с психиче-
скими расстройствами), а об обучении, о совокупности инструкций,
которым позже каждый найдет собственное применение.
Краткосрочная практика (в течение считанных минут) про-
исходит несколько раз в день. Это либо простое осознавание
в определенные моменты: буддийским монахам о необходимости
момента осознанности напоминает ежечасный звон монастыр-
ского колокола; мы можем вспомнить об этой необходимости
перед походом к врачу, или переключаясь на работе с одной
задачи на другую, или в метро… Либо осознавание в период,
когда на нас навалились печали и обиды: мы не проигнорируем
неприятные волнения и не дадим им включить наши автомати-
ческие мысли, а приняв эти чувства и широко раскрыв двери

208 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


своего ума, постараемся понять, каково их место в опыте на-
стоящего момента.
Например, упражнение, которое называется пространство ды-
хания. Когда вы в затруднительном положении, по возможности
остановитесь и позвольте неприятным чувствам остаться с вами.
Не стоит отгонять эти ощущения, несколько минут внимательно
следите за дыханием, присутствуйте в нем. Затем вернитесь к де-
лам и подкрепляйтесь духом полного сознания, который действовал
в вас последние несколько минут.

Жить в сознании
Наконец, сама жизнь — н​ аилучшая площадка для упражнений.
Жить в состоянии полного сознания, о котором мы говорили
на страницах этой книги, — ​значит взглянуть на большинство
моментов нашей жизни широко открытыми глазами духа. Это
значит прерываться на несколько секунд, минут, часов, чтобы без
слов остро прочувствовать все, что происходит внутри и вокруг
нас. Спокойно пережевывать и переваривать свое существова-
ние в настоящем моменте, а не рассеянно проглатывать бегущие
мгновения жизни. Это касается как незначительных, так и важ-
ных событий. Незначительные — ​еда, ходьба, питье, работа,
разговоры, ожидание, ничегонеделание… Важные — ​семейные
праздники, дни рождения, свадьбы, похороны, встречи с приро-
дой или прекрасным. Полное сознание помогает нам оценить
их важность, а не просто развлекаться или горевать, втягиваясь
в мысленную болтовню.
Ресурс и наблюдательный пост
Если мы регулярно выполняем упражнения, состояние
полного сознания станет огромным внутренним ресурсом
в непредвиденных ситуациях. Прежде всего как защита —​
убежище в настоящем моменте от любой неприятности. За-
тем — к​ ак источник стабильности нашего внимания, которое
позволяет воспринимать, рассматривать и затем решать, что
делать. Полное сознание — э​ то также наблюдательный пост,
когда нам не хватает ясности и понимания, когда одной воли
недостаточно, когда не справиться с беспокойством и суе-
той ума. Полное сознание позволит не жить спустя рукава,
не проходить мимо важного.
То же верно и для нормального самочувствия. Очевидно,
полное сознание — ​это источник превращения благополу-
чия, удовольствия в счастье. Полное сознание — ​это способ
прозрения: осознания моментов истинного счастья. Оно
позволяет счастью войти в нашу душу и плоть, а нам — ​из-
мерить его, открыть его мимолетность. Но не печалиться
об этом, а полюбить наше счастье еще больше и осознавать
его красоту.
Полное сознание помогает понять, что моменты счастья —​
цветы, аромат которых можно вдохнуть, пока они не завяли,
а не золотые монеты, которые надо хватать и копить. Див-
ные хрупкие цветы, эфемерные, как сама жизнь. Полное
сознание каждым упражнением помогает нам просто жить
и понимать, что мы живы и это замечательно.

210 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 21
Опытные в медитации люди советуют начинать и закан-
чивать день вхождением в  полное сознание: открывая
глаза утром и закрывая их перед сном, обратите внимание
на собственный опыт настоящего момента (тело, дыхание,
мысленная болтовня, текущие эмоции…). Также стоит в те-
чение дня входить в полное сознание на несколько минут
(во время ожидания или в перерывах между). И наконец,
если мы стремимся к большему, можно посвящать полча-
са или час в неделю практике полного сознания. Проще
это будет сделать в  группе под руководством опытного
инструктора.

Созерцать
Странник шел целый день, и  вот он достиг вершины.
Вышел он рано-рано утром, еще до зари. Трудный путь
одолел с легким сердцем: стук башмаков, биение пульса,
ритм дыхания, равномерность шагов — в​ се это наполняло
душу покоем. Иногда его мысли обращались к предстоящим
трудностям, и тогда его сознание открывалось настоящему
моменту: движение, звуки, первые краски утренней зари.
Мысли то исчезали, то возвращались и снова уносились
вдаль, как перышко на  ветру или как обрывки тумана
на склоне горы.
И вот странник на вершине. Сначала он радуется победе:
«Получилось, я смог!» Надо всегда радоваться победам,
но только чтобы поскорее освободиться от ребяческого
состояния души — ​р адости успеха. Гордость, удовлетворе-
ние: душа переполнена этим слегка приторным нектаром.
Впереди нечто более интересное. Взлететь над всем. Пусть
горы манят, пусть эта Вселенная, принимающая нас и да-
ющая приют, захватит нас полностью. Открыть сознание
всему, что здесь есть, — ​в еликолепию горизонта, чистоте
воздуха, покою горных вершин, шуму ветра.
С каждым вдохом в  страннике крепнет ощущение, что
гора входит в него. С каждым выдохом его тело и душа
растворяются в горе. Ему бесконечно хорошо. Он абсо-
лютно на своем месте.

«Тот, кто достиг своей цели, пропустил


все остальное».
Дзенский афоризм

Странник над морем тумана, ок. 1818


Каспар Давид Фридрих (1774–1840)
Холст, масло, 0,948 x 0,748 м, Музей Кунстхалле, Гамбург

212 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Вовлечение и отрыв
Полное сознание сначала вовлекает нас в важные действия,
а затем помогает избежать порабощения результатом этих
действий.
Греческий язык различает telos и skopos, намерение и цель. Когда
лучник тренируется в стрельбе, telos — с​ трельба, а skopos — п
​ о-
падание в цель. То, что зависит от меня, — t​ elos. Skopos зависит
и от других факторов: порыва ветра, который может отнести
стрелу в сторону; неожиданного звука, который заставит мою
руку дрогнуть.
Подобным образом полное сознание требует, чтобы мы регу-
лярно, удобно усевшись и закрыв глаза, воспринимали и ис-
следовали свой опыт. В разные дни результат будет разным.
Это зависит от обстоятельств. Можно быть уверенным в одном:
чем регулярнее и больше мы занимаемся, тем чаще достигаем
своих целей.
Это вовлечение в действие в состоянии полного сознания
позволяет нам через повседневную жизнь приблизиться к аб-
солюту. Вовлечение и отпускание, как медленное и терпеливое
приближение к превосходящему нас абсолюту. Но чередовать
их не так легко. Поначалу, когда мы работаем над отпусканием,
только делаем вид, что отпускаем. По-настоящему мы не отпу-
скаем полностью. Мы только хотим оградить себя от страдания,
стремимся отпустить, чтобы не страдать от поражения, неу-
дачи, разлуки, ежедневных неприятностей. Но отстраниться
от успеха, славы, признания — ​это уже не для нас!

214 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Тогда мы хитрим, притворяемся. Ложная скромность и лож-
ное безразличие, ложная дистанция; но втайне мы все же раз-
дуваемся от гордости. А если мы начнем регулярно заниматься
и после каждого успеха дадим отстояться своим эмоциям,
не будем распалять гордыню, а также после неудачи не станем
нервничать и корить себя, тогда с нами начнут происходить
приятные вещи. Мы будем меньше волноваться из-за того,
что делаем. Мы заметим, что еще есть много интересного.
И это сродни восхождению на горную вершину…

Полное сознание, духовность и мистицизм


Духовная жизнь может существовать и вне религии. Духов-
ность — э​ то вершина нашей жизни, нашей души. Та ее часть,
где мы встречаемся с абсолютным и с тем, что превышает
наше понимание, что выше нашего эго и открыто всему,
в том числе неизвестному. Мы с легкостью открываемся
лишь знакомому, логичному, приемлемому, прогнозируе-
мому. Духовность — ​это не бегство от того, что выше нас,
а стремление предстать перед ним в полном сознании. Что же
выше нас? Три поразительных нечто — б​ есконечное, вечное
и абсолютное…
Духовность предполагает двойное действие, о котором мы
говорили чуть выше: вовлечение и отпускание. Действовать
и двигаться вперед до точки, в которой мы все отпускаем, где
освобождаемся от багажа наших усилий и целей. И тогда — ​
предаться созерцанию. В католичестве созерцать — ​значит
долго рассматривать с обожанием. Это предполагает в первую
очередь «мир и чистоту в сердце». Говоря простым языком,
надо быть спокойным и не осуждать никого, то есть находиться
в полном сознании.
Философ Андре Конт-Спонвиль считает, что созерцание ведет
нас к мистицизму: «Мистик видит реальность лицом к лицу:
он больше не отделен от реального ни словами (и это называ-
ется тишиной), ни отсутствием чего-либо (и это называется
полнотой), ни временем (и это называется вечностью), ни
в конечном итоге самим собой (и это называется простотой:
анатта у буддистов). Ему даже больше не нужен сам Бог: он
в абсолютном здесь и сейчас».
Очевидно, состояние полного сознания — ​светская мисти-
ка: поиск без объяснений и слов просветления и абсолюта,
к встрече с которыми мы готовимся особым образом — ​от-
казываясь что-либо предпринимать. Потому что ничего
и не нужно делать, только пропитаться ими, погрузиться
в них, излучать их. Иногда это приводит нас в состояние
спокойного, немого экстаза. Иногда, но не всегда.

Экстаз, энстаз и моменты благодати


Экстаз — э​ то выход из себя и слияние с чем-то другим, боль-
шим. К божественному, но иногда и чувственному, открове-
нию, к другому, необычному, миру, к другому, необычному,
состоянию сознания. Это падение, прыжок или разворот
в трансцендентность и абсолют.

216 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Энстаз — ​означает падение в себя самого, где мы находим
несметные богатства. Это нежность, покой, которому мы
разрешаем заполнить все свое внутреннее пространство.
Или взрыв безмятежности. Как волнительно это неожидан-
ное умиротворение. Энстатический покой связывает нас
с миром, а не отделяет от него, и тогда мы позволяем себе
измениться, а не меняем все вокруг себя.
Это случается в  мгновения благодати, когда их совсем
не ждешь. Они случаются только в полном сознании и в на-
стоящем присутствии в реальности, как говорит поэт Кристи-
ан Бобен: «Я чистил красное яблоко и вдруг понял, что моя
жизнь была лишь изумительной цепью нерешаемых проблем.
С этой мыслью мое сердце разлилось океаном покоя».
Не нужно карабкаться в горы, достаточно очистить яблоко.
Урок 22
Полное сознание не советует нам отделять себя от мира или
удаляться в скит, равно как и разыгрывать мудреца, далекого
от мирской суеты. Оно учит полнее наслаждаться жизнью, де-
лать правильный выбор, идти к своим целям, но не сливаться
ними, не цепляться за успех или стремление к совершенству.
Можно ли одновременно быть вовлеченным на поверхности
и отстраненным в глубине? Нужно делать как можно лучше то,
что нам по силам, в полном сознании и присутствии, не подчи-
няя зависящее от нас усилие конечному результату, на который
могут влиять и другие факторы. Ведь нас больше интересует
не преодоление (самого себя или, не дай бог, других), а осу-
ществление: станем же воспринимать свою жизнь не как череду
побед или поражений, а как созидающий нас опыт.

Любить
Праведный Симеон сразу понял: этот младенец — М
​ ессия, ко-
торый изменит мир. Симеон также знает, что Иисусу, а значит
и его матери, предстоит пройти через неимоверные страдания.
Он скажет Марии: «И тебе самой оружие пройдет душу!»

Старец Симеон во храме, 1669


Рембрандт Харменс ван Рейн (1606–1669)
Холст, масло, 0,985 x 0,795 м, Национальный музей,
Стокгольм

218 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Не буду говорить и размышлять не буду —
Безмерная любовь душой пусть завладеет…»4
Артюр Рембо. Ощущение

4
Перевод Светланы Каплун.
Симеон предчувствовал, что Иисус наполнит Землю любо-
вью. Никто и никогда до него не провозглашал истину — Б
​ ог
есть Любовь, Бог хочет, чтобы в мире царствовала безраз-
дельная любовь. Прежние боги господствовали в умах людей
лишь насилием и страхом. Иисус провозгласил бесконечно
милосердного Бога и его Царствие. Это послание — ​аб-
солютное главенство любви — ​и зменит мир на Западе,
а на Востоке послание Будды уже говорит о важности состра-
дания и пути, освобождающем человечество от страданий.
И вот, когда Симеон взял Иисуса на руки в храме, ему так
захотелось прижать младенца к себе и расцеловать, дабы воз-
благодарить за все, что Иисус несет человечеству, и укрепить
его дух перед грядущими муками.
Но он не поступил так, по крайней мере не сразу: он не должен
дотрагиваться до Бога-младенца обнаженными руками, а только
через еврейский молельный плат, представленный в католи-
ческой литургии наплечным покровом, в котором священник
переносит Святые дары в дарохранительницу. Симеон наконец
увидел Мессию, которого так долго ждал, он глубоко взволнован
и произносит слова, ставшие молитвой: «Ныне отпущаеши
раба твоего, Владыко, по глаголу твоему с миром, ибо видели
очи мои спасение Твое…» Симеон заслужил почить с миром.

«Молоко сердечных чувств»


Такие слова в «Макбете» Шекспира произносит леди Макбет,
презрительную ремарку об излишней человечности своего

220 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


мужа, которого она подталкивает к убийству шотландского
короля Дункана:

«…Но слишком
Пропитан молоком сердечных чувств,
Чтоб действовать. Ты полон честолюбья.
Но ты б хотел, не замаравши рук,
Возвыситься и согрешить безгрешно…»5

«Mолоко сердечных чувств» для леди Макбет — ​сожаление


или упрек. Оно не помешает убийству, но призовет чувство
вины к Макбету и безумие к его супруге. Эти слова Шек-
спира напоминают нам, что мы — ​плоды близости и любви.
Без любви мы в опасности; ребенок без любви чахнет. Без
любви мы живем плохо: ожесточаемся, впадаем в безумие
и мучаемся болезнями.
Жизнь может заставить нас забыть «молоко сердечных
чувств». Практика полного сознания предлагает нам как
можно чаще питать себя им, чтобы уменьшить свои и чужие
страдания.
Вокруг меня множество людей, которые меня любили, помо-
гали мне, улыбались, делились со мной… Они продолжают

5
Перевод М. Лозинского.
это делать сегодня и будут делать завтра. Осознавать свой
долг, говорить о нем — ​это благодарность. Важно регуляр-
но подводить сознание к этому состоянию, пока физически
не почувствуете: это медитация благодарности.
Есть три этапа благодарности: признать ее важность; остано-
виться и не просто думать о ней, а позволить распространить-
ся по телу как ощущению; выразить ее, конечно, всем тем,
кто нас любил и нам помогал. Мысль, чувство, поступок…
Главное — ​осознать величайшую важность и абсолютность
любви во всех ее проявлениях (альтруизм, привязанность,
нежность, любезность, сочувствие, щедрость…). Чрезвычайно
важно медитировать на эту любовь и проявлять ее ежедневно.
Эту филантропию в действии христиане называют милостью,
а буддисты — ​альтруистической любовью. Но речь идет, оче-
видно, об одном и том же: понять, поселить в себе любовь
и проявлять ее по отношению к ближнему.

Медитация в узах любви


Буддистское учение говорит о том, что развитие альтруи-
стической любви проходит через четыре типа медитативной
практики, в которых надо хорошо разобраться, прежде чем
приступать к выполнению задачи.
Сначала — ​медитация благожелательной любви, в которой
мы думаем о людях, любимых нами, и о том, чтобы любить
их по-настоящему, здесь и сейчас. Мы не просто говорим
себе, что любим их, а взращиваем в себе эту любовь (или

222 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


привязанность, или симпатию), позволяем ей проявиться
в нас физически. Это напоминает чувство, которое мы ис-
пытываем, глядя на спящего ребенка или тайком наблюдая
за любимым человеком: все наше тело, не только мысли,
причастны к этой любви. В этом типе медитации важно
найти место, где находится любовь, и сделать так, чтобы ее
эхо звучало во всем теле.

Недостаточно сострадательных мыслей


и намерений — м
​ ы обязаны прочувствовать
сострадание.

Затем наступает очередь медитации сострадания, где мы


обращаем наше сознание к страданиям, которые испытыва-
ют или испытали наши близкие. Осознание этих страданий
должно вселиться в нас. Мы всем сердцем должны стремиться
уменьшить или прекратить их. И еще важнее, это стремление
не может оставаться простой и поверхностной мыслью — о​ но
должно захватить всю нашу личность. Недостаточно сострада-
тельных мыслей и намерений — м
​ ы обязаны прочувствовать
сострадание.
Когда мы узнаем о чьем-то страдании, болезни или смерти,
что мы делаем? Останавливаемся хотя бы на несколько ми-
нут? Пытаемся воскресить и запечатлеть в себе образ этого
человека? Позволяем мыслям о привязанности к этому че-
ловеку, о сострадании ему в его несчастье заполнить наше
внутреннее пространство? Медитация сострадания — ​это
регулярная практика.
Медитация альтруистической радости вырабатывает в нас
привычку искренне радоваться счастью других. Радоваться
тому, что хорошо для других. Радоваться, глядя на играющих
детей, даже если они чужие, на целующихся влюбленных,
на беседующих или помогающих друг другу людей. И это все?
А как же жестокость и злоба? Медитация альтруистической
радости как раз помогает нам не забывать, что, несмотря
на жестокость и злобу, существуют нежность, счастье и лю-
бовь. Мы это знаем, но, испытывая это в полном сознании,
усиливаем свои убеждения.
И наконец, медитация невозмутимости рекомендует трениро-
вать в себе способность желать добра всем людям — д​ алеким,
незнакомым, нелюбимым и даже ненавистным. Трудиться
над тем, чтобы испытывать к ним благожелательность и со-
чувствие и альтруистически радоваться их счастью. В основе
этой медитации лежит убеждение: страдание — ​это основа
проблемного поведения. Если человек счастлив, если он
меньше страдает, он позволяет другим меньше страдать.

Какие зерна могут в нас прорасти?


Мы можем стать мастерами безразличия, зависти, эгоиз-
ма, злопамятности: достаточно лишь впустить в себя эти

224 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


эмоции. Представить им пространство внутри нас, дать им
заполнить все свое сознание. И они точно вернутся, более
сильные и настойчивые. Оставить их как есть? Это не выход,
отрицательные, дестабилизирующие эмоции еще сильнее
укоренятся в нашем сознании.
Катарсис (душевная разрядка, душевное опустошение) де-
стабилизирующих эмоций не работает. Однако мы способны
добиться мастерства в альтруизме, доброжелательности,
сострадании, невозмутимости, если только станем постоян-
но взращивать в себе эти замечательные качества. К этому
нечего добавить.
Урок 23
Полное сознание облекает в плоть наши добрые намерения.
Мы проявляем любовь и привязанность к близким и не очень
людям словами и жестами. Но эти проявления могут оста-
ваться в нашей душе втайне от всех. Важно регулярно куль-
тивировать в себе чувство любви, симпатию, благодарность,
привязанность — в​ се, чем богата жизнь. Избегайте расплыв­
чатых фраз («надо бы ему сказать…»), торопливых мыслей
(«мне повезло, меня любят»), нужна лишь регулярная дли-
тельная медитация, прорастающая корнями в тело, и тогда
все изменится к лучшему.

Экспериментирование с расширением
и растворением себя
Что происходит? Почему левая рука спрятана под столом?
Откуда взялся этот странный камень с маленькими крате-
рами на поверхности? Упал с Луны? И почему правая рука
лежит так странно, как паук, остановившийся на полпу-
ти? А голова этого элегантно одетого мужчины преврати-
лась в желтый светящийся шар, сияющее солнце разума…

Принцип удовольствия, 1937


Рене Магритт (1898–1967)
Холст, масло, 0,79 x 0,635 м, бывший Фонд Эдварда
Джеймса, Сассекс

226 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


В самом начале книги мы говорили о свете, проникающем
в окно философа на картине Рембрандта, помните? Картина
Магритта — ​портрет исчезновения или мутации. Костюм
(серьезная жизнь) скоро лишится своей субстанции.
Разум, кипящий, сияющий разум (тайная жизнь), скоро
перельется через край материального тела и покинет его.
Это — п
​ ортрет накаливания разума. Скоро останется только
солнце, а потом — ​ничего.

«Моя смутная неопределенная жизнь


становится
похожей на опавшие листья, покрытые
морозными иглами,
сверкающие на траве зимним утром, как
драгоценности…
Из-за простоты, обычно называемой
бедностью,
моя жизнь концентрируется и организуется,
становится космосом аморфной массы,
которой она была».
Генри Дэвид Торо. Дневник (февраль 1857)

228 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Расширение
Полное сознание  — ​э то расширение себя самого. Мы
впитываем все наше окружение, мы входим в него и ста-
новимся им. Как окружность, расширяющаяся до тех пор,
пока не охватит все. Мы — в​  центре этой вселенной, но эта
вселенная незамкнута, ее границы прозрачны…
Приступая к медитации, мы судорожно сжимались, съе-
живались от своих же мыслей, раздражения или разоча-
рования. Мы останавливались, садились, закрывали глаза,
но звон в ушах, раздражение, стеснение, замешательство,
рассеянность не проходили. Ради чего все это? Бросить?
Нет, буду продолжать. Я продолжаю, но ни к чему не при-
касаюсь: не  надо изменять свой опыт, не  надо ничему
мешать, не надо ничего кромсать. Все как оно есть, и это
имеет некий смысл. Значит, так тому и быть. Надо только
открыть, расширить, пригласить, позвать гостей в свое
сознание; не оставаться наедине с хаосом и тем не менее
позволить ему быть здесь. Я дышу, я осознаю, что дышу.
Вокруг меня звуки: я их осознаю. Осознаю каждую часть
моего тела. Начинаю ощущать, как тиски ослабевают.
Я могу даже открыть глаза, созерцать стену, предметы,
небо, впитывать все, что происходит вокруг. Хаос, раз-
дражение, неприятные ощущения еще остаются во мне,
как и их внешние проявления; но сейчас они не такие уж
важные, даже незначительные. Я по-прежнему впитываю
все окружающее.
Я — ​Гаргантюа, Пантагрюэль, психический обжора. Я по-
степенно поглощаю весь мир и всю окружающую действи-
тельность. Чем больше я поглощаю, тем спокойнее себя
чувствую. Однако в какой-то момент возникает вопрос: кто
кого поглощает?

Растворение
В состоянии полного сознания мы нередко испытываем пери-
одически повторяющееся ощущение, что границы между нами
и внешним миром исчезли. Возникает чувство растворенности
в окружающей среде, диффузии меня и окружающего мира.
Страшно? Наоборот, приятно и дарит уверенность: мы видим,
как глупо было прятаться в своем эго.
Вспомните, мы упоминали о том, как буддизм поэтически
говорит о «проникающем видении», помогающем добраться
до истинной сути явлений, в частности до их пустоты: мы
как радуга — с​ уществовать, растворяться, возникать вновь…
Я часто испытываю это состояние, когда в хорошую погоду
мы проводим занятия в саду госпиталя Святой Анны: мы
выходим во двор и стоим босиком на траве, окунаемся в да-
лекий шум Парижа, проникающий из-за каменной ограды,
мы плещемся в своих ощущениях, не чувствуя никаких
границ. Экспансия. Полное присутствие, но без эго. Как
будто выход из тела, но без умирания. Мы чувствуем себя
не мертвыми, а сверхживыми. Мы не исчезаем, напротив,
создается впечатление, что мы растем вширь. Наше присут-

230 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


ствие становится очевидным. Мы чувствуем себя «растущей
пшеницей или падающим дождем», как говорила об этом
Этти Хиллесум.

«Оставь все, оставь все, что знаешь,


оставь, оставь, оставь.
И не бойся остаться ни с чем, потому что
в конце
именно тебя поддержит ничто…»

Освобождение
Так легко, будто нас нет. Однако это совсем не так. Это движе-
ние не к небытию, а к ускользающей от нас принадлежности.
Я думаю о ноосфере христианского теолога Тейяра де Шар-
дена. Мы говорим об атмосфере — ​как о слое воздуха, или
биосфере — к​ ак о растительной и животной оболочке, окру-
жающей минеральный слой нашей планеты. Также можно
говорить и о ноосфере (от греческого ноос — ​ум, рассудок,
мысль). Ноосферой называют невидимый, неосязаемый,
но очень реальный слой, состоящий из совокупности чело-
веческих мыслей, которые формируют некий сверх-ум как
дивное слияние индивидуальных умов.
Вспоминается притча о плоте: мы переправились на нем
через реку, озеро, море, океан, и этот столь важный раньше
для нас предмет оказывается бесполезным в дальнейшем
путешествии вглубь материка. Пришло время оставить без
сожаления плот, потому что главное впереди.
Я думаю о словах одного мудреца: «Оставь все, оставь все, что
знаешь, оставь, оставь, оставь. И не бойся остаться ни с чем,
потому что в конце именно тебя поддержит ничто…»
Я думаю о строчках Симоны Вейль: «Пусть душа человека
воспримет всю Вселенную. Сольется с самой Вселенной».
Я думаю о вечности и бессмертии.
Мы понимаем — ​бессмертия нет, но когда мы полностью
проживаем настоящий момент, мы чувствуем, что находим-
ся именно в вечности. Она существует, и мы ее чувствуем.

232 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


Урок 24
Полное сознание разрушает ненужные преграды — ​те, что
отделяют нас от всего остального мира. Мы боимся исчезнуть
и раствориться. Но если испугаться сто раз, уже становится
не так страшно. Медитировать в полном сознании — ​сое-
диниться с миром так, что различие между мной и не мной
становится абсурдным, бесполезным и неудобным. Будем
готовиться к возвращению туда, откуда мы пришли; мы как
волна растворимся в океане, и не останется преград. Оста-
нутся только связи.

Взлет. Универсальное сознание


Я был там.
Я был там, Якоб ван Рейсдал, той осенью 1670 года, когда ты
писал эту картину. Я был с тобой на холме Хет Копье в дюнах
возле Блемендаля, на северо-западе от Харлема. Я был там
и, как ты, был потрясен великолепием неба, исполненной
им симфонией. Я был там, в волосках твоей кисти, в каплях
воды, в облаках, был дуновением ветра, волокном в льняных
полотнищах, разложенных на полях. Я был там в твоем дыха-
нии, в дыму твоей трубки, в надоедавшей тебе мухе, помнишь?

«Прощай и помни: вера прекраснее,


чем Бог».
Клод Нугаро. Перо ангела
Я здесь.
Я здесь, в этой книге, в этой бумаге, в буквах. И мыслях,
проносящихся в твоей голове, ты чувствуешь, есть немного
меня. Но и ты здесь, ты тоже здесь, в моем разуме, в момент,
когда ты читаешь мою книгу. Когда ты поднимешь голову
и посмотришь в небо, это будет то же небо, на которое смотрю
я. Тот же воздух, которым мы вместе дышим. Та же плане-
та. Сегодня или следующей ночью над головой будут те же
звезды, с нами будет та же Вселенная. Осознай это. Сейчас.
И навсегда.

Поля для отбеливания льна вблизи


Харлема, около 1670
Якоб ван Рёйсдал (ок. 1628—1682)
Холст, масло, 0,625 x 0,552 м, Кунстхаус, Цюрих

234 МЕДИТАЦИЯ ДЕНЬ ЗА ДНЕМ


«Небо внутри меня простирается точно так,
как надо мной».
Этти Хиллесум
Мои любимые картины / художники

236 МОИ ЛЮБИМЫЕ КАРТИНЫ / ХУДОЖНИКИ


Мои любимые картины / художники
Мои любимые картины / художники

238 МОИ ЛЮБИМЫЕ КАРТИНЫ / ХУДОЖНИКИ


Âñå ïðàâà çàùèùåíû. Êíèãà èëè ëþáàÿ åå ÷àñòü íå ìîæåò áûòü ñêîïèðîâàíà, âîñïðîèçâåäåíà â
ýëåêòðîííîé èëè ìåõàíè÷åñêîé ôîðìå, â âèäå ôîòîêîïèè, çàïèñè â ïàìÿòü ÝÂÌ, ðåïðîäóêöèè
èëè êàêèì-ëèáî èíûì ñïîñîáîì, à òàêæå èñïîëüçîâàíà â ëþáîé èíôîðìàöèîííîé ñèñòåìå áåç
ïîëó÷åíèÿ ðàçðåøåíèÿ îò èçäàòåëÿ. Êîïèðîâàíèå, âîñïðîèçâåäåíèå è èíîå èñïîëüçîâàíèå
êíèãè èëè åå ÷àñòè áåç ñîãëàñèÿ èçäàòåëÿ ÿâëÿåòñÿ íåçàêîííûì è âëå÷åò óãîëîâíóþ,
àäìèíèñòðàòèâíóþ è ãðàæäàíñêóþ îòâåòñòâåííîñòü.

Èçäàíèå äëÿ äîñóãà

Êðèñòîô Àíäðå

ÈÑÊÓÑÑÒÂÎ È ÌÅÄÈÒÀÖÈß
24 óðîêà, êîòîðûå äåíü çà äíåì ïðåîáðàæàþò æèçíü

Äèðåêòîð ðåäàêöèè Å. Êàïü¸â


Îòâåòñòâåííûé ðåäàêòîð À. Ìÿñíèêîâà
Ðåäàêòîð Å. Íàóìåíêî
Ìëàäøèé ðåäàêòîð Ì. Êîðøóíîâà
Õóäîæåñòâåííûé ðåäàêòîð Ï. Ïåòðîâ
Êîìïüþòåðíàÿ âåðñòêà Í. Çåíêîâ
Êîððåêòîðû Ë. Ñíåãîâàÿ, Â. Ãàí÷óðèíà

 îôîðìëåíèè îáëîæêè èñïîëüçîâàíà ôîòîãðàôèÿ:


Shevchenko Nataliya / Shutterstock.com
Èñïîëüçóåòñÿ ïî ëèöåíçèè îò Shutterstock.com

 êîëëàæå íà ïåðâîé ñòîðîíêå èñïîëüçóåòñÿ ðåïðîäóêöèÿ êàðòèíû:


Ïîëü Ñèíüÿê. «Ïîðòðåò Ôåëèêñà Ôåíåîíà íà ýìàëåâîì ôîíå,
ðèòìèçîâàííîì ðàçìåðàìè è óãëàìè, òîíàìè è êðàñêàìè»

ООО «Издательство «Эксмо»


123308, Москва, ул. Зорге, д. 1. Тел.: 8 (495) 411-68-86.
Home page: www.eksmo.ru E-mail: info@eksmo.ru
ндіруші: «ЭКСМО» АБ Баспасы, 123308, М#скеу, Ресей, Зорге к&шесі, 1 'й.
Тел.: 8 (495) 411-68-86.
Home page: www.eksmo.ru E-mail: info@eksmo.ru.
Тауар белгісі: «Эксмо»
аза+стан Республикасында дистрибьютор ж#не &нім бойынша
арыз-талаптарды +абылдаушыны<
&кілі «РДЦ-Алматы» ЖШС, Алматы +., Домбровский к&ш., 3«а», литер Б, офис 1.
Тел.: 8(727) 2 51 59 89,90,91,92, факс: 8 (727) 251 58 12 вн. 107; E-mail: RDC-Almaty@eksmo.kz
німні< жарамдылы+ мерзімі шектелмеген.
Сертификация туралы а+парат сайтта: www.eksmo.ru/certification

Ñâåäåíèÿ î ïîäòâåðæäåíèè ñîîòâåòñòâèÿ èçäàíèÿ ñîãëàñíî çàêîíîäàòåëüñòâó ÐÔ


î òåõíè÷åñêîì ðåãóëèðîâàíèè ìîæíî ïîëó÷èòü ïî àäðåñó: http://eksmo.ru/certification/
Өндірген мемлекет: Ресей. Сертификация қарастырылмаған

Ïîäïèñàíî â ïå÷àòü 17.11.2017.


Ôîðìàò 80x981/16. Ïå÷àòü îôñåòíàÿ. Óñë. ïå÷. ë. 21,78.
Òèðàæ ýêç. Çàêàç